История крещения: как крестили в Древней Церкви

История крещения: как крестили в Древней Церкви

«Идите и научите все народы, кре­стя их во имя Отца и Сына и Свя­того Духа, уча их соблю­дать все, что Я пове­лел вам», — гово­рит Гос­подь Иисус Хри­стос своим уче­ни­кам. Науче­ние вере, кате­хи­за­ция или огла­ше­ние — это Божия заповедь.

 

 

 

«Идите и научите все народы, кре­стя их во имя Отца и Сына и Свя­того Духа, уча их соблю­дать все, что Я пове­лел вам», — гово­рит Гос­подь Иисус Хри­стос своим уче­ни­кам. Науче­ние вере, кате­хи­за­ция или огла­ше­ние — это Божия запо­ведь. Необ­хо­ди­мость огла­ше­ния под­твер­ждают 46‑е пра­вило Лаоди­кий­ского и 78‑е пра­вило Шестого Все­лен­ского соборов.

Кто такие оглашенные?

Огла­шен­ные (или по-гре­че­ски — «катеху­мены») — это в первую оче­редь хри­сти­ане. Они еще не при­няли кре­ще­ния, но уже счи­та­лись чле­нами Церкви Хри­сто­вой и при­сут­ство­вали на части бого­слу­же­ний, слу­шали Свя­щен­ное Писа­ние. Во II-III веках срок огла­ше­ния был не менее трех лет. Гоне­ния и ереси, веро­учи­тель­ные споры тре­бо­вали от хри­стиан стой­ко­сти и зна­ния своей веры. Поэтому Цер­ковь очень ответ­ственно под­хо­дила к при­ня­тию в свое лоно новых чле­нов и очень бла­го­го­вейно отно­си­лась к самому таин­ству кре­ще­ния. И ко вре­мени, когда в VI веке хри­сти­ан­ство стало госу­дар­ствен­ной рели­гией в Визан­тии и в цер­ковь пошло много языч­ни­ков, уго­во­рен­ных род­ствен­ни­ками-хри­сти­а­нами или жела­ю­щих про­дви­же­ния по службе (ста­тус хри­сти­а­нина этому спо­соб­ство­вал), Цер­ковь встре­тила их уже про­ве­рен­ной прак­ти­кой дли­тель­ной под­го­товки к кре­ще­нию. В какой-то сте­пени катеху­ме­нат был буфе­ром между Цер­ко­вью и миром: с одной сто­роны, Цер­ковь через огла­си­тель­ные беседы гово­рила с миром; с дру­гой — инсти­тут огла­шен­ных защи­щал Цер­ковь от про­ник­но­ве­ние в нее духа мира сего. Но глав­ное, эта про­ме­жу­точ­ная ста­дия между созна­нием языч­ника и вер­ного хри­сти­а­нина нужна была самим огла­шен­ным: для испы­та­ния своей вер­но­сти Хри­сту, пока­я­ния, «пере­мены ума» в самом пря­мом смысле — пере­мены при­о­ри­те­тов, цен­но­стей, всего миро­воз­зре­ния и пове­де­ния. Глав­ной зада­чей кате­хи­за­ции было не столько обу­че­ние осно­вам веры, сколько вве­де­ние огла­шен­ных в жизнь и Пре­да­ние Церкви.

Вступительные экзамены

В древ­но­сти таин­ство кре­ще­ния было не част­ным, а обще­ствен­ным и тор­же­ствен­ным собы­тием. В канун Пасхи и Пяти­де­сят­ницы, в Рож­де­ствен­ский и Бого­яв­лен­ский сочель­ник кре­сти­лись все про­шед­шие огла­си­тель­ный период и интен­сив­ный курс изу­че­ния основ веры. Во II-III веках огла­ше­ние могло длиться от года до трех. Языч­ники, уве­ро­вав­шие во Хри­ста как Сына Божьего, впер­вые при­ходя в цер­ковь, должны были пройти собе­се­до­ва­ние с епи­ско­пом или дру­гим назна­чен­ным им чле­ном клира: пре­сви­те­ром или диа­ко­ном. Буду­щие огла­шен­ные рас­ска­зы­вали о себе и при­чи­нах сво­его наме­ре­нии кре­ститься; епи­скоп гово­рил им неболь­шую про­по­ведь о том, что такое хри­сти­ан­ская жизнь и чем хри­сти­ан­ство отли­ча­ется от язычества.

После этого про­хо­дило посвя­ще­ние в катеху­мены (огла­шен­ные). На востоке обряд посвя­ще­ния состоял из осе­не­ния печа­тью кре­ста (осе­не­ния крест­ным зна­ме­нием лба и груди), экзор­цист­ского «дуно­ве­ния» с чте­нием молитвы и воз­ло­же­ния рук. На западе к этому при­бав­ля­лось еще вку­ше­ние буду­щим огла­шен­ным щепотки соли в знак той соли Слова Божьего, кото­рую он вку­сит во время огла­си­тель­ных заня­тий. Пройдя обряд посвя­ще­ния, огла­шен­ные начи­нали заня­тия, где им рас­ска­зы­вали о самом Хри­сте, о про­ро­ках, пред­ска­зы­вав­ших при­ход Мес­сии, о тво­ре­нии мира и о замысле Божием.

Огла­шен­ные ста­ра­лись соче­тать тео­рию с прак­ти­кой, исправ­ляя жизнь в согла­сии с хри­сти­ан­ским духом. Часто заня­тия про­хо­дили еже­дневно, по утрам, чтобы пре­рвать бла­го­че­сти­вую язы­че­скую тра­ди­цию посе­щать храмы перед тем, как отпра­виться на работу. Огла­шен­ным поз­во­ля­лось при­сут­ство­вать на всех бого­слу­же­ниях, за исклю­че­нием литур­гии верных.

При­сту­пить к кре­ще­нию могли только те, кто про­был в чине огла­шен­ных доста­точ­ное коли­че­ство лет, изме­нил свою жизнь, имел сви­де­тель­ство вер­ных о серьез­но­сти своих наме­ре­ний, мог лично испо­ве­до­вать веру и не имел беснования.

Свя­той Иустин Фило­соф (II век), сам пре­по­да­вав­ший хри­сти­ан­ское уче­ние в осно­ван­ной им школе для огла­шен­ных, писал в своей книге о кате­хи­за­ции: «Кто убе­дится и пове­рит, что это уче­ние и слова наши истинны, и обе­ща­ется, что может жить сооб­разно с ними, тех учат, чтобы они с молит­вою и постом про­сили у Бога отпу­ще­ния преж­них гре­хов, и мы молимся и постимся с ними. Потом мы при­во­дим их туда, где есть вода, они воз­рож­да­ются… как сами мы воз­ро­ди­лись, то есть омы­ва­ются тогда водою во Имя Бога Отца и Вла­дыки всего, и Спа­си­теля нашего Иисуса Хри­ста, и Духа Святаго».

Интенсивный курс

Тех, кто про­шел огла­ше­ние и хотел кре­ститься на бли­жай­шую Пасху, ждал еще один экза­мен: повтор­ное собе­се­до­ва­ние с епи­ско­пом, где огла­шен­ный дол­жен был рас­ска­зать об изме­не­ниях, про­изо­шед­ших с ним в тече­ние двух-трех­лет­него пери­ода. На собе­се­до­ва­нии обя­за­тельно при­сут­ство­вали крест­ные огла­шен­ного, сви­де­тель­ству­ю­щие истин­ность его слов.

Пройдя собе­се­до­ва­ние, чело­век запи­сы­вал свое имя в спи­сок для кре­ще­ния на бли­жай­шую Пасху или дру­гой из упо­мя­ну­тых дней. С этого момента он назы­вался «про­све­ща­е­мым», т. е. гото­вя­щимся к «про­све­ще­нию» (кре­ще­нию).

Про­све­ща­е­мые обя­заны были посе­щать огла­си­тель­ные заня­тия, поститься (воз­дер­жи­ваться от мяса и вина, а также от пищи, посвя­щен­ной язы­че­ским идо­лам («идо­ло­жерт­вен­ного») в знак пока­я­ния. Хотя это и не было обя­за­тель­ным, вер­ные (уже при­няв­шие кре­ще­ние) тоже могли поститься и посе­щать эти заня­тия, чтобы воз­об­но­вить пере­жи­тое обра­ще­ние и очи­стить душу и достойно под­го­то­виться к встрече празд­ника Пасхи. По неко­то­рым све­де­ниям, из поста про­све­ща­е­мых и сочув­ству­ю­щих им вер­ных и про­изо­шел Вели­кий пост.

После собе­се­до­ва­ния с епи­ско­пом про­све­ща­е­мый пере­во­дился на «интен­сив­ный» курс. «Курс» свя­ти­теля Кирилла Иеру­са­лим­ского начи­нался с «пре­до­гла­си­тель­ной беседы», где свя­ти­тель гово­рил про­све­ща­е­мым об изме­не­нии их ста­туса в Церкви и уве­ще­вал не про­пус­кать заня­тия, выучить ска­зан­ное, но не гово­рить о нем огла­шен­ным, а также не любо­пыт­ство­вать о том, что делают на литур­гии вер­ные. Даль­ней­шие беседы были посвя­щены тол­ко­ва­нию Сим­вола веры, молитвы «Отче наш» и неко­то­рым дру­гим веро­учи­тель­ным, нрав­ствен­ным и аске­ти­че­ским аспек­там хри­сти­ан­ства. До Вто­рого Все­лен­ского собора (381), на кото­ром был при­нят Никео-Царе­град­ский Сим­вол веры (кото­рый мы читаем сего­дня), в каж­дой помест­ной Церкви исполь­зо­вался свой кре­щаль­ный сим­вол, кото­рый пред­став­лял собой крат­кое испо­ве­да­ние веры, про­из­но­си­мое про­све­ща­е­мым во время таин­ства кре­ще­ния (отсюда он и появился). Дог­ма­ти­че­ское содер­жа­ние в таких испо­ве­да­ниях оста­ва­лось одним и тем же, но фор­му­ли­ровки были разные.

Тайны веры

Изу­че­ние Сим­вола веры было сво­его рода при­ви­ле­гией про­све­ща­е­мых: огла­шен­ные не знали его, и знать им это не пола­га­лось. Пожа­луй, были только две вещи, кото­рые ни внеш­ним, ни огла­шен­ным не рас­ска­зы­ва­лись: это уче­ние о Боге-Тро­ице и о Евха­ри­стии. Как наи­бо­лее слож­ные и пара­док­саль­ные, они могли быть неверно поня­тыми и при­несли бы только вред, потому что «и боль­ные про­сят вина; но если оно без­вре­менно будет дано, то сума­сше­ствие про­из­во­дит, отчего рож­да­ется два зла: и боль­ной уми­рает, и врач оста­ется в бес­сла­вии. Так, если огла­шен­ный услы­шит что-либо от вер­ного, то и огла­шен­ный впа­дет в безу­мие, потому что не пони­мает слы­шан­ного, однако оное поро­чит и осме­и­вает гово­ри­мое, и вер­ный осуж­да­ется как пре­да­тель этой тайны» (св. Кирилл Иеру­са­лим­ский, «Поуче­ние предогласительное»).

Про­све­ща­е­мые изу­чали Свя­щен­ную исто­рию, им рас­ска­зы­ва­лось о таин­стве кре­ще­ния. Известно, что свя­ти­тель Кирилл Иеру­са­лим­ский, еще не будучи епи­ско­пом, вел огла­си­тель­ные беседы несколько раз в неделю по несколько часов. На таких заня­тиях, кроме самих бесед, про­све­ща­е­мые моли­лись, и над ними про­из­но­си­лись закли­на­ния (экзор­цизмы), кото­рые гото­вили про­све­ща­е­мых к обряду отре­че­ния от сатаны, совер­ша­е­мому перед крещением.

После про­хож­де­ния интен­сива про­све­ща­е­мых опять ждал экза­мен. Нака­нуне дня кре­ще­ния, напри­мер в Страст­ную пят­ницу, они читали наизусть Сим­вол веры и молитву «Отче наш» в при­сут­ствии епи­скопа, а в Запад­ной Церкви — и верных.

Кре­ще­ние пред­ва­ря­лось обря­дом отре­че­ния от сатаны, кото­рое под­чер­ки­вало раз­рыв с язы­че­ским про­шлым, и обря­дом соче­та­ния со Хри­стом. В наш век скеп­ти­цизма мно­гим при­ни­ма­ю­щим кре­ще­ние порой смешно и неловко пле­вать и дуть «на дья­вола», но быв­шие языч­ники в II-IV веках с пол­ным пони­ма­нием отно­си­лись к таким вещам.

После при­ня­тия кре­ще­ния ново­на­чаль­ные хри­сти­ане про­слу­ши­вали еще одну серию бесед — теперь уже тай­но­вод­ствен­ных (вве­де­ние в таин­ства Церкви). Объ­яс­нялся более глу­боко смысл таин­ства кре­ще­ния, а также миро­по­ма­за­ния и Евха­ри­стии. Что-то о таин­стве кре­ще­ния нео­фиты уже знали, но о Евха­ри­стии рас­ска­зы­вали только после крещения.

Кто мог катехизировать

Заня­тия про­во­ди­лись спе­ци­ально бла­го­слов­лен­ными на это людьми, необя­за­тельно свя­щен­ни­ками. Напри­мер, хри­сти­ан­ский писа­тель и бого­слов Ори­ген (пер­вая поло­вина III века) начал пре­по­да­вать в Алек­сан­дрий­ском огла­си­тель­ном учи­лище в ран­ней юно­сти, после муче­ни­че­ской смерти его отца (не имея тогда сана), сме­нив на этом посту сво­его учи­теля и тоже цер­ков­ного писа­теля Кли­мента, кото­рый был священником.

Могли быть кате­хи­за­то­рами и жен­щины, постав­лен­ные на слу­же­ние диа­ко­нис. Они должны были на дому обу­чать «про­стых сель­ских жен­щин ясным цер­ков­ным пра­ви­лам, как отве­чать кре­ща­е­мой и как жить после Кре­ще­ния», как пред­пи­сы­вал Чет­вер­тый Кар­фа­ген­ский собор.

До нас дошли огла­си­тель­ные беседы свя­ти­те­лей Иоанна Зла­то­уста, Кирилла Иеру­са­лим­ского, Гри­го­рия Нис­ского, Амвро­сия Медио­лан­ского, Фео­дора Моп­су­э­с­тий­ского, Авгу­стина Бла­жен­ного. Все эти беседы — живое слово, обра­щен­ное к живым слу­ша­те­лям, поэтому читать их инте­рес­нее, чем кате­хи­зисы, кото­рые доста­лись нам с Сино­даль­ного пери­ода. Послед­ние пре­тер­пели силь­ное вли­я­ние като­ли­че­ской схо­ла­стики, поэтому, хотя они хорошо струк­ту­ри­ро­ваны, очень скучны. Огла­си­тель­ные слова свя­тых отцов, кажется, имеют един­ствен­ный недо­ста­ток: их пере­воды на рус­ский дела­лись в девят­на­дца­том веке и их язык может пока­заться слож­ным совре­мен­ному читателю.

Во сколько лет креститься?

Исто­рики гово­рят, что зафик­си­ро­вать момент появ­ле­ния прак­тики кре­стить в мла­ден­че­ском воз­расте нет воз­мож­но­сти. Мы не знаем точно, кре­стили ли детей в апо­столь­ский век, но Новый Завет сооб­щает нам о кре­ще­нии целых семей, в кото­рых, конечно же, были малень­кие дети (Кор­ни­лия (Деян. 10); Лидии — «кре­сти­лась она и домаш­ние ее» (Деян. 16: 15); тем­нич­ного стража «и всех быв­ших в доме его» (Деян. 16: 31, 33); Кри­спа: «Крисп же, началь­ник сина­гоги, уве­ро­вал в Гос­пода со всем домом своим» (Деян. 18: 8); Сте­фана «кре­стил я также Сте­фа­нов дом» (1 Кор. 1: 16). В Апо­столь­ском пре­да­нии свя­того. Иппо­лита Рим­ского (около 215 года) ска­зано: «Обла­чи­тесь в одежды и в первую оче­редь кре­стите детей. Все те, кото­рые могут гово­рить о себе, пусть гово­рят. За тех же, кото­рые не могут гово­рить о себе, пусть гово­рят их роди­тели или кто-нибудь из род­ствен­ни­ков». Отсюда видно, что среди детей были и совсем малень­кие, кото­рые не умели гово­рить (но это могли быть и не ново­рож­ден­ные). Свя­тые Ири­ней Лион­ский и Ори­ген, ссы­ла­ясь на апо­столь­ское пре­да­ние, гово­рят о прак­тике кре­стить мла­ден­цев. На Кар­фа­ген­ских собо­рах III века шли споры о кре­ще­нии мла­ден­цев. Было выне­сено реше­ние: «…не воз­бра­нять [Кре­ще­ния] мла­денцу, кото­рый, едва родив­шись, ни в чем не согре­шил, кроме того, что, про­ис­шедши от плоти Адама, вос­приял заразу древ­ней смерти чрез самое рож­де­ние и кото­рый тем удоб­нее при­сту­пает к при­я­тию отпу­ще­ния гре­хов, что ему отпус­ка­ются не соб­ствен­ные, а чужие грехи». Однако прак­тика кре­ще­ния взрос­лых, кото­рые могли бы при­сту­пить к кре­ще­нию созна­тельно, еще дол­гое время была очень рас­про­стра­нен­ной. Известно, что Иоанн Зла­то­уст был кре­щен в 23 (25?) года, Васи­лий Вели­кий — в 26 лет, Гри­го­рий Бого­слов, про­ис­хо­див­ший из епи­скоп­ской семьи, — в 28, бла­жен­ный Пав­лин Нолан­ский — в воз­расте около 37 лет. Бла­жен­ный Авгу­стин, кото­рый был при­нят в катеху­мены еще в мла­ден­че­стве, кре­стился после дли­тель­ных духов­ных ски­та­ний и боре­ний в 33 (34?) года.

Кроме прин­ци­пи­аль­ных сооб­ра­же­ний были и откро­вен­ные зло­упо­треб­ле­ния вре­ме­нем огла­ше­ния, осо­бенно когда хри­сти­ан­ство с IV века ста­но­вится госу­дар­ствен­ной рели­гией: катеху­мены счи­та­лись хри­сти­а­нами, зна­чит, поль­зо­ва­лись всеми пра­вами перед госу­дар­ствен­ными зако­нами, осво­бож­да­ясь от обя­за­тельств хри­сти­ан­ской жизни. Цер­ковь боро­лась с этой хит­ро­стью, но не очень успешно. Напри­мер, cвя­той Гри­го­рий Бого­слов, воз­ра­жая про­тив такого корыст­ного под­хода к таин­ству кре­ще­ния, писал: «Кре­стимся ныне, не будем отда­лять от себя бла­го­де­я­ние… не будем ждать, пока сде­ла­емся худ­шими, чтобы про­щено нам было больше; не будем Хри­сто-кор­чем­ни­ками и Хри­сто-куп­цами. …Спеши к дару, пока еще вла­де­ешь рас­суд­ком, пока не болен и телом, и духом… пока язык твой не запи­на­ется, не охла­дел и может ясно про­из­не­сти (не говорю уже о боль­шем) слова Тай­но­вод­ства, …пока дар для тебя оче­ви­ден, а не сомни­те­лен, бла­го­дать каса­ется глу­бин, а не тело омы­ва­ется на погребение».

Мас­со­вое рас­про­стра­не­ние прак­тика кре­ще­ния мла­ден­цев полу­чила в хри­сти­ан­ской Визан­тий­ской импе­рии, и именно с этого вре­мени вытес­ня­ется прак­тика катехизации.

Жур­нал “Нескуч­ный сад”

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки