Маммона

Маммо́на, также Мамона (др.-греч. μαμωνᾶς – бог богат­ства; богат­ство, лат. mammona). Счи­та­ется, что это слово пришло из ара­мей­ского языка и вошло в евро­пей­ские языки через гре­че­ский и латынь.

Во многих источ­ни­ках ука­зы­ва­ется, что данное поня­тие изна­чально отно­си­лось к имени сирий­ского бога богат­ства1, однако, пря­мого под­твер­жде­ния этому в совре­мен­ной науке нет.

Согласно Еврей­ской энцик­ло­пе­дии 1906 года, а также ряду иных евро­пей­ских сло­ва­рей, в обла­сти евро­пей­ской куль­туры упо­треб­ле­ние имени «Мам­мона» для обо­зна­че­ния сирий­ского бога богат­ства содер­жится в поэме англий­ского поэта Джона Миль­тона «Поте­рян­ный рай», издан­ной в 1667 году в Лон­доне. Сам Миль­тон, пред­по­ло­жи­тельно, мог заим­ство­вать подоб­ную пер­со­ни­фи­ка­цию или из народ­ной / цер­ков­ной англий­ской устной тра­ди­ции или же из оккультно-эзо­те­ри­че­ских тече­ний своей эпохи. Помимо Миль­тона, пер­со­ни­фи­ка­ция «мам­моны» имеет место в сати­ри­че­ской коме­дии 1610 г. англий­ского дра­ма­турга Бена Джон­сона «Алхи­мик», где один из героев – сэр Эпикур Маммон, состо­я­тель­ный дво­ря­нин, кото­рый стре­мится найти фило­соф­ский камень, чтобы улуч­шить свое мате­ри­аль­ное состо­я­ние и кото­рого в итоге обма­ны­вают глав­ные герои коме­дии – мошен­ник и якобы алхи­мик Сатл, дво­рец­кий Лавуит и про­сти­тутка Дол Коммон. Другим, еще более ранним, при­ме­ром пер­со­ни­фи­ка­ции стала рыцар­ская поэма англий­ского дра­ма­турга Эдмунда Спен­сера «Коро­лева фей», издан­ная в 1590 году, где Мам­мона пред­стает не только духом богат­ства, но и вла­ды­кой под­зем­ного мира.

Небезын­те­ресно, что в англий­ской оккульт­ной лите­ра­туре XIX века с подачи фран­цуз­ского оккуль­ти­ста Жака Кол­лина де Плэнси в его демо­но­ло­ги­че­ском «Инфер­наль­ном сло­варе» демон Мам­мона обо­зна­ча­ется как посол / послан­ник ада и цар­ства тьмы в Англии.

Осно­ва­нием для воз­ник­но­ве­ния самой тра­ди­ции пер­со­ни­фи­ка­ции поня­тия «мам­мона» могли стать неко­то­рые ука­за­ния хри­сти­ан­ских писа­те­лей на вос­при­я­тие слова «мам­мона» в каче­стве имени демона – «Мам­мона» / «Мамона».

Вос­при­я­тие поня­тия мам­моны в зна­че­нии лука­вого духа

Прак­тика пер­со­ни­фи­ка­ции поня­тия «мам­моны» в каче­стве злого демона свя­зана, с одной сто­роны, с про­ти­во­по­став­ле­нием Бога и мам­моны, с нали­чием в Еван­ге­лии ука­за­ния на воз­мож­ность слу­же­ния мам­моне, а с другой сто­роны – с пред­став­ле­нием о том, что фор­ми­ро­ва­ние и раз­ви­тие гре­хов­ных стра­стей, в том числе стра­сти среб­ро­лю­бия, может осу­ществ­ляться под вли­я­нием демо­нов. Так воз­ни­кает пред­став­ле­ние о том, что демо­ном-покро­ви­те­лем стра­сти к богат­ству и непра­вед­ной наживе явля­ется Мам­мона.

В запад­ной хри­сти­ан­ской тра­ди­ции такого рода пер­со­ни­фи­ка­ция ста­но­вится наи­бо­лее яркой, в част­но­сти, именно Петр Лом­бард­ский в своих «Сен­тен­циях» детально раз­ра­ба­ты­вает демо­но­ло­ги­че­ское опи­са­ние Мам­моны, уточ­няя многие харак­те­ри­стики этого демона.

Иногда поня­тие «мам­мона» рас­смат­ри­ва­лось в хри­сти­ан­ской лите­ра­туре более широ­ком зна­че­нии, чем зна­че­ние «богат­ство», а «слу­же­ние мам­моне» – в более про­стран­ном зна­че­нии, чем «пота­ка­ние стра­сти среб­ро­лю­бия». В част­но­сти, митр. Иоанн (Снычев) в своем «Ключе к Отеч­нику свт. Игна­тия (Брян­ча­ни­нова)» при­во­дит цитату аввы Исайи: «Гос­подь сказал: не можете Богу рабо­тати и мамоне. Мамо­ною названы все вообще сует­ные заня­тия и каждое из них в част­но­сти»2.

Совре­мен­ное пони­ма­ние слова

Выра­же­ние «не можете слу­жить Богу и мам­моне» из Мф.6:24 в совре­мен­ной пуб­ли­ци­стике при­няло устой­чи­вый харак­тер и обо­зна­чает невоз­мож­ность совер­шать какие-либо несов­ме­сти­мые по опре­де­ле­нию дей­ствия. Также и выра­же­ние «слу­жить мам­моне» из Мф.6:24 и Лк.16:13 стало устой­чи­вым в рус­ской язы­ко­вой куль­туре и в пере­нос­ном смысле слова значит чрез­мер­ную заботу о богат­стве и соб­ствен­ном финан­со­вом поло­же­нии.

В рамках пра­во­слав­ной тра­ди­ции невоз­мож­ность слу­же­ния мам­моне и Богу выра­жа­ется в невоз­мож­но­сти слу­жить добру и злу, Богу и сатане одно­вре­менно. Таким обра­зом, в пра­во­слав­ной хри­сти­ан­ской тра­ди­ции при­сут­ствует линей­ное вос­при­я­тие эти­че­ских про­цес­сов – свер­ше­ние добрых дел при­во­дят к добру, свер­ше­ние злых дел ко злу3.


При­ме­ча­ния:

1 Bauer W. Griechisch-deutsches Wörterbuch zu den Schriften des Neuen Testaments und der frühchristlichen Literatur; Walter de Gruyter, 1988. S. 994.

2 Иоанн (Снычёв), митр. Мамона //  Ключ к Отеч­нику свя­ти­теля Игна­тия (Брян­ча­ни­нова).

3 А.Г. Дол­женко. Почему нельзя слу­жить мам­моне? // Нагор­ная про­по­ведь.

Комментировать

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки