О смешанных браках

протоиерей Владимир Башкиров

Меня давно просили рассказать о смешанных браках и об отношении к ним Церкви.

Давайте сначала уточним само понятие. Смешанным на церковном языке называется такой брак, который заключили между собой супруги разной веры. Диапазон здесь большой – от разных направлений внутри самого христианства до совершено других религий, например, брак между православным и мусульманкой1.

Как такое случается? Обычно молодым людям, когда они знакомятся, как-то и невдомек, кто из них какой веры или вообще неверующий. Вопрос этот возникает потом, в процессе поиска смысла жизни, под влиянием родителей, друзей или религиозных миссионеров2.

И вот тогда, неожиданно для самих супругов, оказывается, что религия мужа имеет свое учение, а вера жены совсем другая. Иногда у обоих возникает «религиозный патриотизм» и желание непременно вовлечь спутника жизни в свою общину, а главное, воспитать детей только в своей вере. Парадокс тут в том, что может возникнуть конфликт, и главное там, где его не должно было бы быть – на религиозной почве.

Вопрос этот не новый и известен в христианстве уже с глубокой древности. Пока общество жило замкнуто и придерживалось одной религии, особых вопросов не возникало. Различие религии жениха и невесты считалось недопустимым. Люди были уверены, что религия накладывает такой отпечаток на образ мысли своих последователей, что ожидать полного духовного единения супругов разных вероисповеданий, просто невозможно3.

Так было и на Руси практически до начала 18 века. Допускались лишь редкие исключения. Но вот грянули петровские реформы, стали появляться массы иностранцев, и уже к 20 годам проблема смешанных браков стала настолько острой, что ей пришлось заняться Синоду Русской Православной Церкви. И его уже самые первые решения были нетрадиционными и очень свободными.

В 1721 году был опубликован указ (от 23 июня), разрешающий высланным в Сибирь шведским пленникам – протестантам жениться на православных русских без перемены своей веры. Им запрещалось только совращать жену в свою веру и предписывалось воспитывать детей в православии. А в августе того же года Синод издал послание, в котором говорилось, что «брак верного мужа с женою иноверною не есть сам по себе нечист или богомерзок», и что, если таковой и запрещается церковными правилами, то не безусловно, «аки бы сам собою был он беззаконный, но только из опасения «дабы верное лицо не совратилося к зловерию неверного или иноверного своего подружия».

Затем в течение нескольких десятилетий последовал еще ряд указов Синода о смешанных браках (Указ от 15 августа 1728 г.;7 февраля 1735 г.; 13 ноября 1780 г.), которые разрешали «иноверным лицам мужского пола браки с православными лицами женского пола», и наоборот, православным русским подданным с женами иноверных исповеданий4.

Интересные правила действовали с 1768 по 1832 год для коренных жителей бывшей Речи Посполитой на территории губерний: подольской, могилевской, минской, полоцкой и волынской. Здесь «дети, рождающиеся от родителей разной веры, должны были воспитываться: сыновья в отцовой, а дочери – в матерней вере»5.

Еще более свободная форма смешанных браков допускалась в Финляндии, которая входила в состав Российской империи и пользовалась внутренней автономией. Указ Синода от 23 ноября 1832 г. разрешал венчание смешанных браков по обрядам тех церквей, к которым принадлежали жених и невеста, а дети от таких браков воспитывались в вере, к которой принадлежал отец6.

Трудней было с браками православных христиан с нехристианами, которых в Российской империи жило немало. Такой брак просто запрещался. А вот с браками между самими нехристианами дело обстояло по-иному. Если один из супругов крестился, то он мог пребывать, как тогда говорили, в единобрачном сожительстве и с некрещеной женой, если их брак был заключен еще до его крещения. Такой брак оставался в силе и не требовал подтверждения по правилам православной Церкви.

Если же новокрещенный имел несколько жен, то после крещения он должен был выбрать из них одну, с которой пожелает жить, и «тогда их брак благословляется по церковному чину»

Интересно, что по указу от 25 апреля 1729 мужу и жене, если крестились оба, не нужно было венчаться. Считалось, что само таинство крещения стало для них венчанием7.

В общем, эта практика признается нашей Церковью и сейчас. Вот как говорится об этом в принятой в 2000 году «Социальной концепции Русской Православной Церкви»:

«…Церковь и сегодня не освящает венчанием браки, заключенные между православными и нехристианами, одновременно признавая таковые в качестве законных и не считая пребывающих в них находящимися в блудном сожительстве…Церковь…и сегодня находит возможным совершение браков православных…с католиками, членами Древних Восточных Церквей и протестантами, исповедующими веру в Триединого Бога…»8.

В современном обществе может, однако, оказаться так, что люди, вступающие в смешанные браки, состоят в определенной степени родства. Поэтому небесполезно будет уяснить те родственные связи, которые церковное право считает безусловными препятствиями к браку9.

Примечания

1 Отношение Православной Церкви к смешанным бракам имеет две стороны: Каноническая и практическая.
Каноническое право, восходящее к эпохе Вселенских соборов (4–8 вв.), требует принадлежности обоих супругов к Православной Церкви:
«…К 7‑му веку в Православной Церкви повсеместно сложилась особая каноническая дисциплина о смешанных браках, четко сформулированная 72 каноном на 6‑м Вселенском соборе (691). Основанием для её определения послужили тексты Священного Писания Ветхого и Нового Завета об отношении к смешанным бракам, а также соответствующее законодательство соборов древней Церкви… Согласно этому…документу сложилась следующая каноническая практика Православной Церкви относительно смешанных браков:
— браки православных христиан с лицами, не принадлежащими к Церкви, строго воспрещены;
— допускается пребывание православного христианина в брачном союзе с иноверцем лишь в том случае, если этот брак был заключен, когда оба супруга находились вне Православной Церкви (1. Кор. 7, 13, 14, 16–17);
— дети, родившиеся от такого смешанного брака, должны быть крещены и воспитаны в православной вере;
— в случае, если иноверный супруг не пожелает более оставаться в браке с обращенной в правоверие супружеской половиной, брак распадается, и православной половине разрешается вступать в новый брак с православным лицом;
— православному разрешается вступать в брачное сожительство с иноверной стороной лишь в том случае, если она обещает принять православие и тотчас исполнит это обещание» (Болоховский Н. Современная практика смешанных браков в Русской Православной Церкви.//Европейский Гуманитарный Университет. Учение записки. Выпуск 2. Сборник научных статей факультета теологии. Минск, 2004. С. 84–85).

Приблизительно также трактует смешанный брак и каноническое право Католической церкви:
Канон 1124.
— Без специального разрешения компетентных властей брак между двумя крещеными лицами, один из которых крещен в Католической церкви или прият в неё после крещения и не вышел из не неё посредством официального акта, и другим лицом, принадлежащим к церкви или церковному сообществу, не состоящему в полном общении с Католической церковью запрещен.
Канон 1086.
— Брак между двумя лицами, один из которых крещен в Католической церкви или прият в неё после крещения и не вышел из неё посредством официального акта, и другим некрещеным лицом недействителен.
— Это препятствие не может быть снято до тех пор, пока не будут выполнены условия канонов 1125 и 1126.
— Если в момент заключения брака считалось, что одна сторона была крещена или факт её крещения был сомнительным, действительность брака следует рассматривает в соответствии с нормой канона 1060 до тех пор, пока не выяснится со всей определенностью, была ли одна сторона крещена, а другая нет.
Канон 1125.
— Местный ординарий – (местный судья или (архи)епископ в своей епархии, священник в своем приходе – Мюллер В. К. Англо-русский словарь. М., 1971. С. 529) – может дать такое разрешение, если имеется справедливая и приемлемая причина, однако он не может дать его, пока не будут выполнены следующие условия:
— Католическая сторона должна заявить, что он или она готов (готова) устранить опасность отпадения от веры и дать искреннее обещание делать всё, что в её силах, чтобы крестить и воспитать детей в католической вере.
— Другая сторона должна быть своевременно проинформирована о этих обещаниях католической стороны, чтобы другая сторона точно знала о этом обещании и обязательстве католической стороны.
— Обе стороны должны быть проинформированы о существенных целях и свойствах брака, которые не могут игнорироваться другой стороной» (The Companion to the Catechism of the Catholic Church. San-Francisco, 1995. P. 612).
Однако Церковь не могла оставить без пастырского попечения смешанные браки, и на практике их принимала и продолжает принимать:
№ 1852. «Учитывая растущее число смешанных браков в разных частях мира, Церковь включает в круг своих пастырских задач работу с парами, вступающими в такие браки. Несмотря на то, что у таких браков есть свои внутренние трудности, они содержат в себе немало элементов, которые могут оказаться полезными, раскрыть обоим супругам их внутренние качества и внести свой вклад в экуменическое движение.
Это становится особенно очевидным, когда обе стороны добросовестно исполняют свои религиозные обязанности. Общее крещение и действие благодати мотивируют супругов, состоящих в таких браках, исповедовать единые моральные и духовные ценности» (Dupius Jacques, Neuner Josef. Mixed marriages (). // The Christian faith in the documents of the Catholic Church, New-York, 1995. P. 731–732) .

Однако и Православная Церковь, и Католическая церковь предупреждают о разномыслии, как об опасности, которая может подорвать такой брак:
Общность веры супругов, являющихся членами тела Христова, составляет важнейшее условие подлинно христианского и церковного брака. Только единая в вере семья может стать домашней Церковью (Рим. 16:4; Флм. 1:2), в которой муж и жена совместно с детьми возрастают в духовном совершенствовании и познании Бога. Отсутствие единомыслия представляет серьезную угрозу целостности супружеского союза. Именно поэтому Церковь считает своим долгом призвать верующих вступать в брак только в Господе (1. Кор. 7, 39), то есть с теми, кто разделяет их христианские убеждения. (Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. М., 2001 г. С. 73).

А в католическом катехизисе об этой проблеме говорится так:
«№1634… Нельзя недооценивать трудности смешанных браков. Их причина – в разделении христиан, которое еще не преодолено. Супруги рискуют на опыте испытать трагедию христианского разделения в сердце их собственного дома. Аеравенство вероисповеданий усугубляет эти трудности еще больше. Разности в вере и в представлениях о браке, различия в религиозном сознании могут стать источником серьезной напряженности в браке, особенно в вопросе воспитания детей. А отсюда может возникнуть опасность религиозного безразличия» (Mixed marriages and disparity of cult.//Cathechism of the Catholic Church. New-York – London-Toronto-Sydney – Auckland, 1995. P. 455).

2 «…В настоящее время, – отмечал протоиерей С. Щукин, – молодежь настолько заражена равнодушием к церковным предписаниям, что для молодых супругов эти «мелкие» различия кажутся не могущими помешать их любви и «взаимному уважению» к вере другого». Возможно, что в первые месяцы и годы брака вероисповедные расхождения будут мало ощущаться. Но чем дальше будет идти время, чем более будут определяться характеры и убеждения супругов, тем труднее им будет осуществлять свое внутреннее единство.
Их религиозная жизнь, не занимавшая много места в молодости, с годами обычно усиливается, и тогда религиозное разномыслие мужа и жены будет ощущаться более болезненно. Их внутренняя духовная жизнь будет всё более и более обособляться, пока каждый их них не почувствует, что дороги их разошлись в самом главном» (Щукин С., протоиерей. О браках с инославными. //Православное обозрение. №38. Монреаль, 1959. С. 5).
Многое зависит еще и от того, как молодые люди подходят к выбору невесты или жениха. К сожалению, чаще всего – это внешние качества, красота, привлекательность, но отнюдь не внутренние достоинства. Об обманчивости этих мотивов предупреждал еще святитель Иоанн Златоуст:
«…Не отвращайся… от жены по причине её непривлекательности. Послушай что говорит Писание: «Мала пчела между летающими, но плод её – лучший из сластей» (Сир. 11:3). она Божие создание: не её ты порицаешь, но Того, кто создал её. Чем виновата жена?
Не хвали её и за красоту. Развратным душам свойственна такая похвала и такая ненависть, да и самая страстная любовь. Телесная красота производит великую наглость и много неразумного; она возбуждает ревность и нередко заставляет подозревать тебя в гнусных поступках. Но она, скажешь, доставляет удовольствие? Один месяц или два, много, если год, но не далее; от привычки диво это скоро теряет свою прелесть. А то, что вследствие красоты бывает дурного, остается навсегда: ослепление, безумие, высокомерие…А если приключится болезнь, то тотчас всё улетает.
Будем же искать в жене благоразумия, умеренности, кротости: таковы признаки истинной красоты, а телесной красоты не будем искать и не станем укорять её за то, что от неё не зависит, или лучше, и вовсе не станем укорять, потому что это свойственно дерзости, не будем огорчаться и негодовать.
Или не видите, сколько таких, которые жили и с красивыми женами, но бедственно окончили свою жизнь; напротив, сколько таких, которые имели жен не очень благообразных, но в полном благополучии дожили до глубокой старости…Не станем искать денег, ни внешнего благородства, но благородства душевного. Пусть никто не думает разбогатеть через жену, постыдно и позорно такое богатство…» (Иоанн Златоуст, святитель. Беседы на послание к Ефесянам. Беседа 20 (№2, 3). Творения. Т. 11. Книга первая. С П б., 1905. Репринт. С. 169, 170).
«Постоянно приходится наблюдать браки, – пишет Первоиерарх Русской Православной Церкви Заграницей Митрополит Филарет († 1985), – как браки заключаются теперь не по серьезному, глубокому, проверенному чувству любви, – а по «влюбленности» – чувству не серьезному, не глубокому, и в нравственном отношении – очень не невысокому. Часто содержанием такой влюбленности является – увы – в сущности, – только животная похоть, только «волнение крови молодой» ( а иногда и не молодой, да грязно – бурливой…).
И вместе с тем, в таких «браках» в предбрачную пору постоянно наблюдается фальшь и самоприкрашивание и тела и души, лицемерное желание не быть, а казаться лучше и красивее…Но ведь жизнь можно строить только на правде, на лжи она устоять не может. И отсюда – столь частое разочарование супругов друг в друге, и – безобразная практика разводов. Да и кто же не знает, что в наши дни эти «влюбленности» постоянно разрешаются в «гражданские браки», т. е. незаконные связи, систематические постоянные нарушения 7‑й заповеди, за которые Церковь отлучает от принятия Святых Таин. А оканчивается всё это сплошь и рядом трагически – не только ссорами, но и преступлениями, убийством и само убийством…
Христианский брак есть живая жизнь двух в единении. И с годами супружеская любовь в нем только усиливается, становится глубже, одухотвореннее. Конечно, и в христианстве в эту супружескую любовь, как известное слагаемое, входит любовь страстная, связанная со свойственной каждому человеку естественной половой склонностью и чисто телесным влечением, тяготением к другому полу. Но в истинно христианском браке такая любовь страсти в привязанности супругов входит, как мы сказали, только – как слагаемое, и никогда не имеет такого значения и силы, как в нехристианских брачных союзах» (Филарет, митрополит. Конспект по Закону Божию. По книге «Христианская жизнь» протоиерея Н. Вознесенского. Рокленд, 1989. С. 64).

3 Так считает и известный богослов протоиерей Иоанн Мейендорф († 2004), который видит большие трудности смешанного брака в невозможности евхаристического единства супругов:
«…Безусловно, и не принадлежа к одной Церкви, можно наслаждаться дружбой, разделять интересы друг друга, ощущать истинное единение и «пребывать в любви» друг к другу. Но весь вопрос в том, можно ли все эти человеческие отношения изменить и преобразить в реальность Царствия Божия, если отношения эти не обогащены опытом принадлежности к Царству, если они не скреплены одной верой. Можно ли стать «единым телом во Христе без совместного причащения Его евхаристического Тела и Крови? Может ли брачная пара войти в таинство брака, – таинство, относящееся «ко Христу и Церкви», – не участвуя в таинстве Божественной Литургии?…».
Но он же сам признает, что такое единение и в православной среде, к сожалению, не частое явление:
«…На деле некоторые смешанные браки оказываются прочнее и счастливее, чем браки православных, которые никогда не слыхали об истинном значении христианского брака и не принимали на себя никакой христианской ответственности перед Богом» (Иоанн, Мейендорф, протоиерей. Смешанные браки.//. Брак в Православии. //Сборник: Соловьев В. Смысл любви. //Троицкий С. Христианская философия брака.//Протоиерей Иоанн Мейендорф. Брак в Православии. М., 1995 С. 242).
Критически и даже резко отрицательно к смешанным бракам относятся и некоторые греческие богословы:
«Современный греческий богослов Панагиотис Блюмис, профессор канонического права в Университете Афин, подчеркивает, что древняя практика Церкви, основанная на существующих канонах, не разрешает заключать смешанные браки. Ситуация изменилась после образования иноверческих общин, в значительной мере родственных православному христианству. Из практических соображений было начато применении церковной икономии (домостроительства – В. Б) также и в этой области и разрешено заключать смешанные браки, при условии, что таинство брака будет совершено в церкви, а дети – крещены в Православии.
Греческие богословы считают, что таинство брака, совершенное в иноверческой церкви, хотя бы, например, в Римско-католической, должно быть совершено заново в Православной Церкви. Иначе такой союз считается недействительным…В этом вопросе наблюдается полное согласие всех православных церквей. К сожалению, на местах это требование исполняется не всегда» (Гавриил (Краньчук). Морально-практические задачи супружества.//Афонское приношение современной православной духовности. Калуга, 2000. С. 171).

4 Нечаев П. Практическое руководство для священнослужителей. С П б., 1892. С. 242.
«Русская Церковь в прежние времена, – отмечает профессор ‑протоиерей В. Г. Певцов, – строго держалась буквального смысла канонических правил касательно смешанных браков. Но в позднейшие времена Св. Синод дал разрешение на венчание браков православных лиц с иноверными христианами на том основании, что:
а) по смыслу…правила Апостола («Если какой брат имеет жену неверующую, и она согласна с ним жить, то он не должен её оставлять; и жена, которая имеет мужа неверующего, и он согласен с нею жить, то она не должна его оставлять, ибо неверующий муж освящается верующею женою, и жена неверующая освящается мужем верующим» 1Кор.7:12-14) и канонических постановлений Церкви брачного сожития православного христианина с иноверным, или даже с неверующим нельзя считать за сожитие само по себе незаконное, непозволительное;
б) причиною запрещения канонами смешанных браков служит, главным образом, опасение, чтобы православное лицо и его дети не были совращены в иноверие неправославным супругом; следовательно, когда не будет места такому опасению, тогда и смешанный брак может быть допущен» (Певцов, В. Г., протоиерей. Лекции по Церковному Праву. С П б., 1914. Репринт. С. 170–171).
Одной из причин разрешения смешанных браков является и то, что, несмотря различие в религиозно – этических настроениях супругов, такие браки выполняют важнейшую свое назначение – продолжение рода человеческого, поскольку плоть всех людей, как рода, едина. Хорошо рассуждает об этом уже знакомый нам профессор С. Троицкий:
«…Способность размножения дана не мужу или жене в отдельности, а дана плоти того полного человека, каковым был Адам до выделения из его существа Евы. Отсюда после этого выделения способность к размножению муж и жена могут получить только при своем плотском объединении. А брак, как полное объединение супругов, включает в себя, в частности, и объединение плотское, хотя при господстве плоти над духом возможно и одно плотское объединение, а следовательно, возможно и рождение вне брака.
Если грех не извратил половую жизнь человека самое по себе, то родовая жизнь испытала на себе его разрушающее влияние. По библейско-патристической антропологии в телесной природе человека нужно различать тело (греч. soma, евр. bela) и плоть (греч. sarx, евр. basar). Плоть – это общая известному виду животных жизненная сила, тогда как тело означает индивидуальный организм. Всякий род живых существ имеет свою особую, но общую и единую для всех представителей данного рода плоть: «Иная плоть у человеков, иная – у скотов, иная – рыб и птиц» (1Кор. 15:39).
Эта плоть, как жизненная сила, проявляется в питании и размножении. Но у высших животных она вместе с тем создает органы, имеющие целью добывание пищи и защиту родовой части или плоти. И чем совершеннее животное, тем более значительна эта организующая деятельность родовой части в ущерб размножению, так что у высших животных плоть как бы отступает на второй план перед телом. Но это только иллюзия, и на самом деле, у животных назначение тела – чисто служебное и метафизического значения оно не имеет.
Иное отношение тела и плоти в самом человеке. И люди имеют общую им плоть. Все они, как род, являются одной плотью. Связь между поколениями устанавливается не телом, а плотью, дети суть дети плоти (Рим. 9:8: Гал. 4:23); родители – родители по плоти (Евр. 12:9), и всё человечество, связанное таким плотскими узами является одной плотью (Флм. 16). Плоть – это великое древо, листьями которого являются люди. Но в человеке она имеет временное и служебное значение. Смысл её существования заключается лишь в образовании преопределенного Богом числа организмов, и как только эта задача выполнена, она вместе со своими питательными и родовыми функциями должна исчезнуть (1Кор. 6:13).
Другое дело – индивидуальное тело человека. В отличие от имеющей лишь служебное значение плоти, тело человеческое имеет вечную цель – служить выражением образа Божия в человеке и потому орудием его господства над миром. Оно есть вечный храм Святого Духа…
И потому в теле самом по себе нет ничего нечистого, а единственным источником нечистоты являются нечистые и скверные мысли…
Сама по себе родовая жизнь и связанные с ней физиологические процессы есть нечто положительное. Рождение, как творчество Божие, должно быть предметом благоговения человека, а отрицательное отношение к нему есть признак… неправославного настроения и мышления» (Троицкий С. О святости брака. //Летопись. Православная культура. Книга 2. Под редакцией архимандрита Иоанна. Берлин, без года изд. С. 67, 68, 69) .
Такое уважительное отношение к телу в браке, независимо от его формы, было очень характерно для святоотеческой мысли. Ограничимся двумя примерами:
«Скажи мне…, пишет святитель Афанасий Великий († 373) в послании к монаху Амуну, – что греховного или нечистого в каком-либо естественном извержении? Захочет ли кто ставить в вину выходящие из ноздрей мокроты, или изо рта слюны? А можешь указать еще и на важнейшее сего, на извержения чрева, которые живому существу необходимы для поддержания жизни.
Притом, если веруем, что человек, согласно с Божественными Писаниями, есть дело рук Божиих, то от Силы чистой могло ли произойти какое оскверненное дело? И если, по сказанному в Божественных Апостольских Деяниях, мы – род Божий (Деян. 17:29), то ничего не имеем в себе нечистого; тогда же только оскверняемся, когда совершаем злосмрадный грех…
Но могут сказать, следовательно истинное употребление не есть грех, как скоро телесные орудия созданы Творцом…Заставим их молчать,…предложив им такой вопрос: «Какое разуметь употребление, законное, каковое дозволил Бог, говоря: «Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю» (Быт. 1:28), одобрил апостол, сказав: «Брак у всех да будет честен и ложе нескверно» (Евр. 13:4), или употребление, хотя и естественное, но совершаемое тайно и прелюбодейно?…Одно и тоже, в известном отношении и не во время непозволительно, а в другом отношении и благовременно не воспрещается и дозволяется. Тот же закон имеет место и в рассуждении плотского соединения. Блажен, кто в юности, вступив в свободный союз, естественные силы обращает на чадородие» (Афанасий Великий, святитель. (38) Послание к монаху Амуну. Творения. Часть третья. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1903. Репринт. С. 367, 369).
Рассуждая о браках между язычниками и христианами, святитель Иоанн Златоуст заявляет:
«Нечистота заключается не в телах сочетавающихся, а в произволении и в помыслах…Если ты, будучи нечистою, рождаешь дитя, которое происходит не одной тебя, или неужели и оно нечисто или чисто только вполовину? В настоящем случае оно не нечисто, «иначе, – говорит апостол, – дети ваши были бы нечисты, а теперь святы» (1Кор. 7:14), т. е. не нечисты». Называет их святыми, чтобы таким сильным названием отогнать опасение от супругов» (Иоанн Златоуст, святитель. Беседы на первое послания к Коринфянам. Беседа 19 (№3). Творения. Т. 10. Книга первая. С П б., 1904. С. 181).

5 «По трактату 1768 г. февраля 12–24 (Полный Свод Законов. №12071), в котором (артикул II, статья 10) постановлено следующее: «Дети, от разной веры родителей рождающиеся, сыновья в отцовой, а дочери в матерней вере воспитываны быть должны, выключая договор для дворянства, если бы каковой чрез контракт брачный, пред свадьбою заключенный, состояться имел»… Что же касается случаев, в которых один пол детей по прежнему правилу должен был быть воспитан в господствующем вероисповедании непременно, а другой может, по воле иноверных родителей, быть или воспитан в их вероисповедании, или, по их согласию присоединен, к господствующему, то в сих случаях Святейший Синод предоставляет православному духовенству силою убеждения достигать того, чтобы все дети воспитываемы были в православии (примечания к 67 статье)» (Православная богословская энциклопедия. Издание под редакцией А. П. Лопухина. Т. 2. Петроград, 1901 г. С. 1051).

6 «Из 68 статьи 1 части X тома Свода Законов следует, что, с одной стороны, коренные жители Финляндии протестантского исповедания, повенчавшиеся вне пределов Финляндии, с православными женщинами, теряют право на крещение и воспитание своих детей в протестантской вере, а обязаны крестить и воспитывать их по правилам Православной Церкви; с другой стороны, те же коренные жители Финляндии протестантского вероисповедания, повенчавшиеся в пределах Финляндии с женщинами православного исповедания, сохраняют за собою право, если пожелают, на крещение и воспитание своих детей в протестантской вере и в том случае, если эти дети будут рождены во время проживания их родителей вне пределов Финляндии…» (Булгаков С. В. Различие исповеданий лиц брачующихся. Настольная книга для священно-церковнослужителей. Т. 2. М., 1993. С. 1207).

7 «Браки православных христиан с нехристинами, а протестантов с язычниками, русским подданным вовсе запрещаются (Свод Законов, Т. X, статья 85). Но лицо нехристианского исповедания, по восприятии св. крещения может пребывать в единобрачном сожительстве и с некрещенною женою, если брак их заключен был еще до восприятия одним из них св. крещения вне христианства; брак их остается в своей силе и без утверждения его венчанием по правилам Православной Церкви (Т. X, ст. 79).
Если жена или одна из жен магометанина, или другого лица нехристианского исповедания примет св. крещение: то брак её может оставаться в своей силе, без утверждения его венчанием по правилам Православной Церкви, но тогда лишь, когда муж, остающийся в своей вере, даст обязательство:
1) имеющихся родиться от них с того времени детей, которые должны быть крещены в православную веру, ни прельщениями, ни угрозами и никакими другими способами не приводить в свой закон, и жене своей за содержание православной веры поношения и укоризны не наносить;
2) состоять с принявшею св. крещение во всё время её жизни, или доколе продолжится брак их, в единобрачном сожительстве, откинув прочих жен, если имеет. Сверх того, должно быть известно, что принявшая св. крещение не была пред тем отлучена мужем своим от брачного с ним сожительства.
В противном случае, т. е. когда муж не согласится дать вышеозначенные обязательства, или когда откроется, что принявшая крещение была отлучена им от сожительства с ним, брак их расторгается, и жене дозволяется вступать в новый брак с лицом христианского исповедания» (Свод Законов, Т. X, часть I, статья 85).
Если один из супругов, принадлежащих к иудейскому закону, обратится к Православию, а другой останется в прежнем законе, но с обратившимся жить пожелает, то, оставив их в супружестве без расторжения, обязать подписками: первого в том, чтобы он имел тщательное попечение о приведении другого увещанием к восприятию православной веры, а последнего в том, чтобы имеющихся родиться после сего детей ни прельщениями, ни угрозами и никакими другими способами не приводил в закон иудейский, обратившемуся в православную веру супругу, за содержание её, поношения и укоризны не наносил;
Если же муж или жена, по обращению другого супруга, жить в прежнем браке не пожелают, то брак расторгается, и обратившемуся лицу разрешается вступать в брак с лицом православным (Там же, ст. 81) .
Если новокрещенный имел несколько жен, то, по восприятии св. крещения, он должен выбрать из них одну, с которою жить пожелает и преимущественно также обратившуюся к христианству, и тогда брак их благословляется по церковному чиноположению. Это правило распространяется и на жен, бывших за несколькими мужьями. Если ни одна из жен креститься не пожелает, и муж не изъявит согласия жить с некрещенною, то ему дозволяется вступить в новый брак с православною. Брак остается в силе и тогда, когда оба супруга перейдут в христианство, хотя бы он и заключен был в степенях родства, возбраненных Церковию (Т. X, часть 1. ст. 82, 83 и 84)…
Благословение или подтверждение брака по «церковному чиноположению» в данном случае состоит в том, что священник в церкви публично предлагает обоим супругам вопросы, установленные при венчании, относительно свободного произволения на вступление в брак и, получив утвердительные ответы, читает заключительную молитву, положенную в конце последования венчания: «Отец, Сын и Всесвятый Дух, всесвятая, и единосущная, и живоначальная Троица» …Полного же венчания при этом не бывает»» (Нечаев П. Указ. соч. С. 246–248).

8 Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. Указ. соч. С. 74.

9 В современном обществе может, однако, оказаться так, что люди, вступающие в смешанные браки, состоят в определенной степени родства. Поэтому небесполезно будет уяснить те родственные связи, которые церковное право считает безусловными препятствиями к браку. Ограничимся описанием только плотского родства, так как остальные степени родства не играют при заключении брака существенной роли:
«…Запрещение браков между близкими родственниками должно способствовать большему сближению между собою людей разных родов и распространению в роде человеческом любви посредством брачных союзов…
Родство бывает: 1) плотское, 2) духовное и 3) гражданское.
Первое подразделяется на родство кровное или однородное (cognatio) и свойство или разнородное affinitas
А) В родстве кровном лица связываются между собою рождением или происхождением. Близость родства определяется степенями и линиями. Связь одного лица с другим посредством рождения (одного из них от другого) называется степенью; связь степеней, последовательно идущих от одного лица к другому, составляет линию прямую и боковые.
Первая идет от данного лица или к его предкам, т. е. к его отцу, деду, прадеду и т. п. (это восходящая линия) или к его потомкам, т.е. к его детям, внукам, правнукам (нисходящая линия) Боковые линии, по отношению к данному лицу, нисходят: или от братьев и сестер к их потомству (1‑я боковая), или от его братьев и сестер его родителей (2‑я боковая), или от братьев и сестер его деда и бабки (3‑я боковая) и т.д.
В прямой линии столько степеней родства между данными лицами, сколько находится между ними посредствующих рождений. Так от родителей к детям идет одно рождение и таким образом это есть родство первой степени; от дедов до внуков посредствуют два рождения, следовательно, те и другие состоят между собой во второй степени родства. В боковых линиях степени родства определяются также по числу рождений, посредствующих между данными двумя лицами и общим их предком (т.е. берется сумма степеней, из которых состоит этот предок как к одному из данных двух лиц, так и к другому) . Таким образом, братья и сестры находятся во 2‑й степени родства; дядя и тетка с племянниками в 3‑й степени; двоюродные братья сестры в 4‑й и т. д.
Б) Брак, соединяя мужа и жену в плоть едину, как бы в одно лицо, делает близкими друг другу и кровных родственников того и другого супругов. Такой союз близости называется свойством, или родством разнородным. Смотря по тому, сколько родов соприкасаются между собою через брак, т.е. входят в свойство друг с другом, самое это родство называется ил двухродным, или трехродным. Так кровные родственники мужа состоят в двухродном родстве с кровными родственниками жены и в трехродном родстве с её свойственниками (например, с женою её брата или с мужем её сестры)…Кровные родственники жены в какой –либо степени суть родственники (по свойству) и её мужа в той же степени, потому что муж и жена не составляют степени, супружество вне степеней.
Для определения близости между одним из кровных родственников жены, складывается степень родства первого лица по отношению к мужу со степенью родства второго лица по отношению к жене… Так, например, между мужем и его братом – 2‑я степень родства, и между женою и её братом также 2‑я степень; следовательно, между братом мужа и братом жены должно считать 4 степени свойства. Подобным образом исчисляются степени свойства в трехродном родстве.
Родственные наименования в свойстве: отец мужа – свекор, мать – свекровь; отец жены – тесть, мать – теща; жена сына – сноха; мух дочери – зять; жена брата – невестка; муж сестры – зять; брат мужа – деверь; сестра мужа золовка; брат жены – шурин; сестра жены – свояченица; родители мужа между собою — сваты; муж свояченицы называется свояк; дети жены или мужа – пасынки ил падчерицы; муж матери – вотчим, жена отца – мачиха.
Между лицами, находящимися в кровном родстве по прямой линии, как восходящей, так и нисходящей, и притом, во всех степенях, браки всегда были воспрещены безусловно…В боковых линиях кровного родства брак безусловно всегда запрещался лицам, находящимся в первых трех степенях родства…Брак в четвертой степени родства кровного по боковой линии греко-римскими законами христианского периода то запрещался (Феодосий Великий † 395), то дозволялся (Аркадий † 408; Юстиниан † 565). Но Церковь не одобряла его и Трульский собор (691–692) прямо запретил его… Двухкровное родство, или свойство, Церковь приравняла к родству кровному, …и потому безусловно воспретила браки находящимся в первых четырех степенях родства…» (Певцев В. Г., протоиерей. Указ. соч. С. 173, 174, 175, 176).

Каналы АВ
TG: t.me/azbyka
Viber: vb.me/azbyka
Размер шрифта: A- 15 A+
Тёмная тема:
Цвета
Цвет фона:
Цвет текста:
Цвет ссылок:
Цвет акцентов
Цвет полей
Фон подложек
Заголовки:
Текст:
Выравнивание:
Боковая панель:
Сбросить настройки