Главная » Заповеди Божии » О Заповедях блаженства
Распечатать Система Orphus

О Заповедях блаженства

( О Заповедях блаженства 3 голоса: 5 из 5 )

священник Василий Куценко


Оглавление

 

Анатомия счастья. Чему нас учат заповеди блаженства?^

В начале Своего служения Иисус Христос произнес очень важную проповедь, которая именуется «нагорной». Христос произнес ее, взойдя на гору (Мф. 5, 1) — то есть обратился к людям с вершины холма. Центральной частью «нагорной проповеди» стали заповеди блаженства. В ближайших номерах наш постоянный автор, священник Василий Куценко будет размышлять о том, что же означают эти загадочные заповеди, как «расшифровываются» и какими путями реализуются – все в целом и каждая в отдельности.

Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное.
Блаженны плачущие, ибо они утешатся.
Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю.
Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся.
Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут.
Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят.
Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими.
Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное.
Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас (Мф. 5:, 3-11).

Такой странный «тренинг»

Когда говорят о заповедях Христовых, то обычно подразумевают именно заповеди блаженства. Но вот вопрос: ведь задолго до проповеди Христа были даны десять заповедей, зачем же понадобились новые? Дело в том, что заповеди блаженства не отменяют и не заменяют собой десять заповедей, данные через пророка Моисея на горе Синай. Сам Господь Иисус Христос говорит: Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я,но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все (Мф. 5:17-18). Но зачем все таки понадобились еще заповеди?

Интересно, что заповеди блаженства очень сильно отличаются от заповедей Моисеевых. Я Господь Бог твой…, Не сотвори себе кумира…, Не кради…, Не убивай… — с одной стороны; и Блаженны нищие…, плачущие…, алчущие — с другой.Заповеди Моисеевы в большей степени говорят о том, что нельзя делать. Заповеди блаженства — о том, каким нужно быть. Поэтому можно сказать о том, что заповеди блаженства дополняют заповеди Моисея. Христос изображает нового человека и его состояние. Человека, который верует в Бога, не убивает, не крадет, не прелюбодействует. Заповеди блаженства — это откровение внутреннего, духовного состояния христианина.

Что значит «блаженство» и «блаженный»? В наше время под этими словами могут подразумевать некую высшую степень наслаждения, радости, счастья. Но могут вкладывать и отрицательный смысл. Например, высказаться о ком-то примерно так: «Да он блаженный какой-то». Здесь слово «блаженный» будет означать человека, действия которого выглядят несколько странно с точки зрения других людей.

В переводе с греческого языка это слово означает «счастливый». Христос называет людей счастливыми, то есть заповеди блаженства — это заповеди счастья. Но счастье Христовых заповедей подразумевает не наслаждение или экстаз, а состояние пребывания с Богом и приобщенности к Его дарам.

Но вот, пожалуй, и по современным меркам, и по меркам современников земной жизни Иисуса Христа, Его примеры счастья вряд ли выглядят удачными. Кого обычно считают счастливым человеком? Набрав словосочетание«счастливый человек» в строке интернет-поисковика можно обнаружить довольно много определений «счастливого человека» и рекомендаций того, как им стать. Начиная от простейших советов — «чаще и больше думайте о хорошем» и заканчивая рекламой психологических тренингов, на которых обещают сделать счастливым и успешным любого желающего.

Может быть, и Господь Иисус Христос, обращаясь к слушателям с вершины холма, проводил что-то подобное психологическому тренингу? Однако счастливый человек из заповедей блаженств выглядит скорее несчастным: нищим,голодным, жаждущим, плачущим, гонимым. При этом Христос не дает советов и рекомендаций о том, как выйти из нищеты, избавиться от голода и всего того, что скорее приносит человеку скорбь, но никак не счастье.

Крайняя нужда… в Боге

В первой же заповеди блаженными называются нищие духом. Что это значит? Наверно, каждому знакомо значение слова «нищета»: состояние крайней нужды, когда у человека нет практически ничего. Поэтому нищий часто готов принять любое подаяние и помощь. Может быть нищие духом — это те, кто находится в крайней духовной нужде, у которых нет ничего духовного? Или может быть это люди, у которых нет никаких талантов, целей, нет никаких стремлений в этой жизни? Но тогда тем более странно, что Христос восхваляет такую нищету, утверждая, что именно нищим духом принадлежит Царство Небесное. Или Христос хочет сказать, что для вхождения в Царство Небесное нужно стать нищим, убогим человеком?

Действительно, состояние духовной нищеты — это состояние крайней нужды, находясь в котором человек желает только одного — пребывания с Богом. Как нищий надеется только на то, что какой-нибудь добрый человек подаст хотя бы кусок хлеба, так и нищий духом надеется только на помощь Божию. Нищий не может заработать или заслужить подаяние, он ждет лишь милосердия и участия от других. Также и нищий духом не стремиться заработать награду у Бога.Он ждет лишь дара, милосердия, бескорыстной помощи. Да и может ли быть корыстным Бог? Нищий духом желает благодатных даров Божиих не потому, что он их заслужил или заработал. Разве люди подают милостыню нищим потому,что те что-то сделали для них? Нет. Милостыня потому так и называется, что дается она не за что-то, а просто так. И сам нищий понимает, что он вряд ли сможет чем-то отплатить проявившему милосердие.

Вот такая нищета является условием или основанием становления нового человека во Христе. Чтобы стать гражданином Царства Небесного, нужно просто надеяться на милость Божию. И не думать о том, что, вступив в это Царство, я смогу сделать для Бога что-то великое. Я могу быть только благодарен, искренне, от чистого сердца. Как бывает благодарен нищий — за любую монету. Да что там монета! Благодарен просто за то, что его увидели, ему помогли, к нему проявили милость.

Нищий не может сказать: «Я вам нужен, потому что я могу что-то для вас сделать». Нищий скажет только: «Вы нужны мне…».

Не имеющему — дастся

Очень хорошей иллюстрацией первой заповеди блаженства можно назвать притчу или поучительный рассказ Христа о мытаре и фарисее (см. Лк. 18, 9-14).

Мытарь — сборщик налогов. Иудея была завоевана римлянами, поэтому в глазах соплеменников мытари были предателями, потому что служили оккупантам. И нередко мытари брали больше положенного, наживаясь на своих же собратьях. Слово «мытарь» можно считать синонимом слова «грешник». Фарисеи, напротив, — всеми уважаемые люди,стремившиеся выполнять все заповеди и предписания, считавшиеся, говоря современным языком, религиозными авторитетами.

И вот мытарь и фарисей входят в храм для молитвы. Фарисей проходит вперед и молится, перечисляя свои заслуги,благодаря Бога за то, что он сам не такой как прочие люди — убийцы, прелюбодеи или как вот этот предатель и обманщик мытарь, который дерзнул войти в храм. Фарисей говорит Богу и о том, что он дает десятину (жертвует на нужды храма десятую часть своих доходов), постится дважды в неделю. Мытарь же немногословен. Став недалеко от входа, не смея даже поднять глаза к небу и ударяя себя в грудь, он повторяет только одну фразу: «Боже! Будь милостив ко мне, грешнику!»… И Христос сказал, что мытарь пошел оправданным в дом свой более, нежели фарисей, потому что возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится (Лк. 18, 14).

Почему молитва мытаря была угодна Богу более, чем молитва фарисея? Потому что мытарь осознал свою нищету, духовную нищету перед Богом и понял, что только Господь может спасти его, изменить его, помиловать его. Фарисей говорит Богу: «Господи, я достоин, вот я — праведник среди грешников, я богат и материально, и духовно». Вот такое чувство собственного превосходства, самоопределение себя как «не такого, как все прочие» — отделяет человека от Бога. И Бог оказывается ближе к кающемуся грешнику, чем к восхваляющему себя праведнику.

Церковь всегда говорила о том, что начало жизни — это покаяние. Просьба — «Боже, помилуй меня…». Наверное, здесь же находится и чувство духовной нищеты. Нищеты, желающей только одного — милосердия Божия. Потому что только милость Бога сделает человека по-настоящему богатым.

Плачущие — утешатся. О второй заповеди блаженства^

Заповеди блаженства можно сравнить с башней. У башни должно быть крепкое основание — фундамент, без которого она просто не выстоит. И чем глубже и основательнее башня укреплена, тем неприступнее она для врагов. Каждый следующий ярус башни имеет свою определенную функцию и назначение. Основанием, фундаментом всего является заповедь о духовной нищете (читайте об этом СП № 30 от 30 июля 2014 г.) А следующим ярусом, стоящим прямо на фундаменте является заповедь о плаче.

Слезы — от чего?

Вторая заповедь блаженства обращена к плачущим: Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Эти слова звучат еще необычнее, чем слова о блаженстве нищих духом из первой заповеди. Сам собой возникает вопрос: разве слезы делают человека счастливым? Конечно, люди могут плакать и от радости. Но практически всегда и для всех, слезы это скорбь, а плач очень тягостное состояние печали, невыносимой грусти. К тому же слезы и плач воспринимаются зачастую как что-то отрицательное, даже как проявление слабости и бездействия. Наверное, всем знакомы крылатые выражения: «сильные не плачут» и «слезами горю не поможешь». Но почему-то Христос объявляет блаженными именно плачущих. Может быть, христианин должен как можно больше плакать, чтобы стать блаженным? Или в этой заповеди говорится только о тех, кто плачет от радости?

Чтобы понять смысл второй заповеди блаженства, нужно еще раз вернуться к первой заповеди. Нищета, о которой говорил Господь Иисус Христос, не означала фактической нищеты. Нищий духом может уповать лишь на милосердие Божие, на бескорыстный дар Бога. Поэтому и плачущий — не тот, кого довели до слез трудности, обиды или огорчения. Святой апостол Павел писал к христианам древнего Коринфа: Я радуюсь не потому, что вы опечалились, но что вы опечалились к покаянию; ибо опечалились ради Бога… Ибо печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению, а печаль мирская производит смерть. Ибо то самое, что вы опечалились ради Бога, смотрите, какое произвело в вас усердие… (2 Кор. 7, 9-11). Печаль и плач ради Бога, слезы покаяния вот что делает верующего блаженным, счастливым. И утешением для плачущих слезами покаяния будет прощение.

Но разве для того, чтобы Господь простил грехи, обязательно проливать слезы в прямом смысле этого слова? И да, и нет. Слезы не являются самоцелью. Если мы раскаиваемся, и слезы сожаления о грехах сопровождают нашу покаянную молитву к Богу это хорошо. Но слезы не должны превращаться и в безудержные рыдания, становиться слезами отчаяния и безысходности. Известный духовный писательсвятитель Николай Сербский (1880-1956) писал: «Евангельские слезы — это те, что текут из сокрушенного и покаянного сердца. Евангельские слезы — это те слезы, что горюют о потерянном Рае. Евангельские слезы — это те слезы, что смешиваются со слезами детей и страдальцев. Евангельские слезы — это те слезы, что смывают вред, который нанесли мы небесной Любви». Поэтому можно сказать, что слезы покаяния становятся не выражением слабости или скорби, а, напротив, слезами настоящей радости. Потому что эти слезы очищают душу человека, словно бы омывая ее от греховной нечистоты. Вспомните, как радостен бывает дождь, вдруг разразившийся после долгой засухи. Вот такую же радость и утешение (как бы странно нам это ни казалось) приносят и слезы души, возвратившейся к Богу. Вот тот плач, за который обещано утешение.

Но как, например, отличить действительно покаянный плач от саможаления или своеобразной сентиментальности? Интересно, что вопрос этот задан уже давно. Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал, что плач о грехах следует понимать, как чувство особого сокрушения о греховном падении, как смирение перед Богом, как осознание собственного недостоинства и немощи. Проявлением этого внутреннего духовного плача могут быть и внешние слезы. Саможаление же часто связано с самооправданием и с малодушием боязнью признать себя грешным и исповедать свой грех. А это уже никак не может считаться добродетелью. Искренний покаянный плач очень тих, возможно, даже не заметен для окружающих. Саможаление, самооправдание эмоционально, а порой и вовсе может казаться наигранным, специально нагнетаемым. Но Бог смотрит не на нашу артистичность, а на искренность.

Не слабость, но сила

Но плакать можно не только о своих грехах. Можно разделить слезы горечи и печали с теми, кому тяжело. В послании к Римлянам святой апостол Павел призывает: Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими(Рим. 12, 15). Поэтому блаженны будут не только те, кто очистил себя слезами покаяния, но и те, кто не остался безразличным к слезам других людей. Принять чужие слезы, как свои, чужую скорбь, как личную. Это тоже подвиг. Подвиг исполнения заповеди Господа возлюби ближнего твоего, как самого себя (Мф. 22, 39). Христианская любовь — не эгоистичное самообожание. Любовь, о которой говорит Господь, открыта для других. Настоящая любовь способна разделить с другими и радости, и скорби.

Поэтому для христианина слезы и плачь это не проявление слабости, а проявление любви. И покаяние, соединенное со слезами, делает нас сильными. Дает силы в борьбе с греховными страстями. Слезы о чужом горе помогают нашей душе не очерстветь. И Утешением для верующих становится Сам Господь Иисус Христос.

Заповеди блаженства не бессвязные тезисы. Каждая из них связана с другой. Человек, осознавший или, лучше сказать, достигший состояния духовной нищеты, обретет и блаженный плач. Да, без Бога я не могу ничего. И чувство божественного присутствия, благодатное чувство обретенных божественных даров выливается для нас слезами и о своем недостоинстве, и, одновременно слезами радости. Ведь что может быть радостнее присутствия Христа? Ведь и Сам Господь плачет и радуется вместе с нами. Именно слезы открывают путь Господу в нашу душу и сердце.

«Сильный», который никогда не проливает ни единой слезинки, может и не почувствовать той нужды в Боге, которую открывает духовная нищета и плач. Вся наша сила в Боге, а не в нашем «я», которое может все, как порой может казаться. В Апокалипсисе есть замечательные по своей глубине слова Господа Иисуса Христа: Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною (Апок. 3, 20). Господь стучит в двери человеческого сердца, опечаленного, обуреваемого скорбями, чтобы разделить эту скорбь и печаль. Господь взошел на крест и принял смерть, чтобы разделить с нами всю глубину человеческой жизни, вплоть до самой смерти. Но Господь не просто погружается в эти глубины, Господь выводит нас из них. И вопрос в том, готовы ли мы и хотим ли мы принять эту помощь, принять Христа? Хотя бы раз в жизни каждый хотел бы, чтобы кто-то разделил с ним его скорбь. Господь готов сделать это всегда. Еще и еще раз радоваться и плакать вместе с нами, чтобы стать нашим Утешением. Ведь Христос Сам обещает это в заповедях блаженства. И, наверное, тот, кто по-настоящему не плакал, тот не сможет по-настоящему, во всей полноте испытать радость утешения. Не случайно же все так взаимосвязано и в обычной жизни, и в жизни духовной.

Блаженны кроткие. О третьей заповеди блаженства^

Третья заповедь блаженства звучит так: Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю (Мф. 5, 5). Кто такие кроткие и что такое кротость?

Молчать и терпеть?..

Если обратиться к греческому тексту Евангелия, то можно увидеть, что словом кроткие переведено греческое слово «праос». Кроме значения «кроткий» это слово также переводится как тихий, ласковый, спокойный, сдержанный, ручной, прирученный. Все эти значения можно передать одним словом – беззлобный. Великий учитель монашеской жизни – преподобный Ефрем Сирин (306-373 гг.) писал о кротких так: «Кроткий, если и обижен – радуется; если и оскорблен – благодарит; гневных – укрощает любовью; принимая удары – не метётся; когда с ним ссорятся – спокоен; когда (его) подчиняют – веселится…, в унижениях радуется, заслугами не кичится, со всеми мирен…, чужд лукавства, не знает зависти».

У известного духовного писателя XX века святителя Николая Сербского (1881-1956 гг.) есть замечательное высказывание: «Кротость есть дочь плача и внучка смирения». Получается, что кроткий – это тот, кто молча терпит все жизненные неурядицы и унижения, а ко всему прочему – готов безропотно подчиняться. Если предыдущие заповеди о духовной нищете и духовном плаче современному человеку еще можно как-то понять и принять – да, во всем нужно полагаться на Бога и хорошо бы оплакивать свои грехи – но вот как быть кротким? Что доброго и полезного в постоянном терпении, вплоть до «радости в унижениях»? Мир диктует совершенно другие условия, ведь как известно, «выживают сильнейшие». Для победы здесь и сейчас больше востребована дерзость – качество противоположное кротости. Почему именно я должен терпеть, подчиняться, прощать, любить? Пусть меня терпят, подчиняются, прощают и любят. А я буду только потреблять. И как это ни странно – именно такие люди благоденствуют, получая от жизни все.

Еще более интересно, что это противоречие заметили не сегодня и даже не вчера. Заповедь о блаженстве кротких – прямая цитата из Псалтири: Кроткие наследуют землю и насладятся множеством мира (Пс. 36:11). Псалом 36 – это рассуждение о праведниках и нечестивых. Псалмопевец видит, что нечестивые – преуспевают в пути своем, в их руках – мечи и луки, они обладают многими богатствами, они подобны крепкому, укоренившемуся многоветвистому дереву (см. Пс. 36, 7, 14, 16, 35). А что остается праведнику? Уповать на Господа и делать добро; жить на земле и хранить истину (Пс. 36, 3). Потому что только добро, вера, надежда и любовь – есть настоящая жизнь, настоящее существование. Успех нечестивого – иллюзия, обман. Все это есть только здесь и сейчас. У нечестивых нет и не может быть будущего: Не ревнуй злодеям, не завидуй делающим беззаконие, ибо они, как трава, скоро будут подкошены и, как зеленеющий злак, увянут (Пс. 36, 1-2) иУклоняйся от зла, и делай добро, и будешь жить вовек: ибо Господь любит правду и не оставляет святых Своих; вовек сохранятся они; и потомство нечестивых истребится. Праведники наследуют землю и будут жить на ней вовек (Пс. 36, 27-29).

Господь не случайно взял слова именно из этого псалма. Оккупированная римлянами Иудея видела то, о чем говорилось в приведенных только что цитатах. Нечестивые язычники, утвердившиеся в своем звании властителей мира, притесняющие бедных и попирающие святыни покорили избранный народ Божий. И уже сама надежда на обещанного Богом Спасителя превратилась в ожидание лидера, который поведет армию на освободительную войну и покорит и уничтожит врагов. Но пришедший Спаситель кротко напоминает о том, что именно кротость и терпение сделают верующих наследниками обетований Божиих. В этих словах – призыв переосмыслить весь привычный нам порядок. И не просто переосмыслить, а изменить его, начав прежде всего с самих себя. Будьте кроткими, любящими, терпеливыми, а не дерзкими, гордыми, ненавидящими и мстительными. Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас (Мф. 5:44).

Уподобиться Христу

Господь Иисус Христос говорил о Себе: Я кроток и смирен сердцем (Мф. 11:29). Кроткие – уподобляются Христу. Но Христос обещал кротким – наследовать землю. Какую землю и где? И унаследовал ли Он Сам, будучи кротким? Конечно, видеть в словах Христа обещание благоустроенного земельного участка будет ошибкой. Ведь и Сам Обещавший не владел ничем в земной жизни – у него не было даже места, где Он мог быприклонить голову (Мф. 8:20). И снова перед нами парадокс – Христос, как Бог – Владыка мира, но одновременно – он беднее всех — лисицы имеют норы и птицы небесные – гнезда (Мф. 8:20), а Он – ничего. Ничего из земных благ, ничего из того, что порой превращается в идола, в жертву которому приносится все. Господь же обещает кротким землю, где живут и не умирают – землю живых (Пс. 26:13), вечную жизнь с Богом, ту жизнь, которой живет Сам Христос. И принять это дар могут только те, кто был кроток, кто был терпелив и незлобив, кто готов был открыть свою любовь другим. По-настоящему обладать может только искренний и бескорыстный. Бог любит человека не потому, что желает что-то получить в ответ на эту любовь (да и имеет ли Бог в чем-то нужду в нашем смысле?), а потому, что Он Сам – Любовь. Поэтому признаками кротости можно назвать искренность и бескорыстие – стремление отдать самого себя, не ожидая награды. Потому что награда от Бога – превыше любых ожиданий. Эту мысль лучше всех выразил апостол Павел, когда написал христианской общине города Филиппы, что Христос уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной. Посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени, дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних (Фил. 2:7-10).

В известной книге Клайва Стейплза Льюиса (1898-1963 гг.) «Письма Баламута», где старый опытный бес – Баламут — дает советы своему молодому племяннику – бесу-искусителю Гнусику, высказана простая и очень глубокая мысль о том, что когда человек искренне и бескорыстно наслаждается чем бы то ни было, он тем самым защищает себя от самых тонких бесовских искушений. Потому что соединенная с искренностью и бескорыстием кротость открывает путь Богу в сердце человека.

В этом кроется ответ на вопрос, поставленный в начале наших рассуждений – как можно быть кротким в этом мире? Подлинную кротость, кротость во всей ее полноте явил Иисус Христос. А это значит, чтобы быть кротким, нужно быть таким, как Христос. Возможно ли это для человека? Человек не может стать Христом в прямом смысле, потому что Христос – вечный Бог. Но каждый из нас – и все мы вместе в Церкви, Теле Христовом – может стать богоподобными, то есть похожими на Христа. Сила Христова явилась именно в кажущемся поражении – отвержении народом, распятии и смерти. Распятие и смерть – стали не бесславным концом, а вечной победой над грехом. Победа пришла оттуда, откуда ее сложнее всего было бы ожидать. Поэтому и наша победа связана с теми добродетелями, которые менее всего ценятся в этом мире. Наверное, это можно назвать одним из свойств Божиих – являть Себя через то, чего никто не ожидает. И одно из самых ярких явлений силы Божией – это явление пророку Илие: И сказал (Господь Илие): выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра… (3 Цар. 19:11-12). Не в разрушительной и неуправляемой стихии видим мы Бога, а в освежающем и ласковом прикосновении тихого ветра, чуть слышно шелестящего листву. Тихо и кротко прикосновение Бога…

Жизнь по правде Божией. О четвертой заповеди блаженства^

«Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» (Мф. 5:6)

На первый взгляд может показаться, что Христос восхваляет голодных (церковнославянское «алкать» означает «испытывать голод»). Но Евангелие неоднократно свидетельствует: Сам Христос ел и пил и даже сотворил из воды вино (см. Ин. 2:1–11). Причем участие Христа в трапезах было настолько открытым, что некоторые говорили о Нем: «Вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам» (Мф. 11:19).

Получается, что Сам Христос не стремился стать алчущим и жаждущим, но призывал к этому других. И тем более странным выглядят слова Христа о том, что накормить голодного и напоить жаждущего — одна из величайших добродетелей: «Ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня… Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, и накормили? Или жаждущим, и напоили? И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф. 25:35, 37, 40). Или, может быть, рассматриваемая заповедь блаженства несет другой смысл?

Центром четвертой заповеди блаженства является слово «правда». Алчущие и жаждущие четвертой заповеди — это ищущие правды, и при этом не желающие ничего взамен. Голодный прежде всего хочет утолить голод и жажду, что-то другое его вряд ли будет интересовать. Верующие должны стремиться прежде всего к правде.

Но что такое правда — честность, справедливость или что-то еще? Возможно, Христос хочет, чтобы верующие были искренними, правдивыми людьми? Это очень полезное качество для любого человека, не только для верующего. Но все же речь идет немного о другом. Слово «правда» означает праведность (именно так можно перевести греческий оригинал). А это значит, что алчущие и жаждущие правды — это ищущие праведности, желающие насытиться праведностью. Голод и жажда — постоянные спутники человека. Сколько раз в день мы едим и пьем? Точно так же и в духовной жизни. Праведностью нельзя насытиться один раз. Желание праведности должно сопровождать верующего всегда.

Лучше всего о праведности высказался великий миссионер — апостол Павел: «Все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести

Христа и найтись в Нем не со своею праведностью, которая от закона, но с тою, которая через веру во Христа, с праведностью от Бога по вере» (Флп. 3:8, 9). Апостол Павел желал только одного — быть со Христом. Вот те голод и жажда, о которых мы слышим в заповедях блаженства.

В Евангелии от Матфея есть повествование об искушении Христа диаволом. Перед выходом на проповедь Иисус Христос в течение сорока дней пребывает в пустыне, соблюдая пост. И вот к Нему приступает искуситель и говорит: «Если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами. Он же сказал ему в ответ: написано: не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих» (Мф. 4:3, 4). Праведность — это то, что становится содержанием человеческой жизни. Есть известное высказывание: «Мы — это наши желания». Этим словам нет места в Евангелии. Потому что в самом начале Евангелия Христос показывает, что человек живет не только ради удовлетворения своих желаний. Христос терпит голод, но отвергает искушение. А затем Христос терпит страдания и смерть, но возвращает всем жизнь. Поэтому единственно возможная правда и праведность — это жизнь со Христом и уподобление Ему.

Евангелие — это призыв почувствовать нашу зависимость от Бога, зависимость от праведности. Этот призыв проходит красной нитью через все блаженства. Увидеть свою нищету перед Богом, оплакивать свои грехи, стать кротким, алкать и жаждать правды Божией. Праведность Бога становится единственным критерием или мерилом нашей жизни. Если считать правильным выражение: «У каждого своя правда», то где тогда эту правду искать и как тогда отличить грех от добродетели? Если для нас правда заключена в узкие рамки личных интересов (ведь именно здесь и кроется искушение: «Скажи, и камни сделаются хлебами», а еще раньше змей-искуситель предлагал первым людям: «Вкусите плод, и будете как боги» (см. Быт. 3:1–5)), то мы уже обречены на рабство своей собственной плоти. Но Бог призывает нас, напоминая, что не хлебом единым мы обретаем настоящую жизнь.

Но какое насыщение Христос обещает алчущим и жаждущим правды? Псалмопевец восклицает: «Ищущие Господа не терпят нужды ни в каком благе» (Пс. 33:10). И Господь задает вопрос, на который Сам же и отвечает: «Есть ли между вами такой человек, который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? и когда попросит рыбы, подал бы ему змею? Итак если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него» (Мф. 7:9–11).

Христос сравнивает Бога с отцом семейства, который всегда готов заботиться о своих детях, даже если сам бывает злым или нечестным. Это не означает того, что Бог тоже бывает зол и нечестен. Просто если даже и грешники любят своих детей, то тем более Бог любит нас и готов разделить с нами все. Как и Христос разделил с человеком даже саму смерть. Вопрос лишь в том, а часто ли мы сами ищем той правды, на поиск которой постоянно зовет нас Евангелие? Нельзя быть праведником по расписанию. Христу нельзя ответить: «Мой рабочий день праведника на сегодня истек». Христианство — не работа, хобби или клуб по интересам. Христианство — это жизнь. Жизнь с Богом. Все наши потребности обретают смысл только в Боге. Очень удобно считать, что Бог где-то далеко и не имеет ко мне лично никакого отношения. Гораздо труднее чувствовать Бога здесь и сейчас. Потому что это обязывает нас искать Его, стремиться к Нему. Но «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11, 12).

Блаженны милостливые. О пятой заповеди блаженства^

Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут (Мф. 5:7). Что это значит? Что вообще значит быть милостивым? На первый взгляд, это одна из самых простых для понимания заповедей…

Быть милостивым — быть терпимым, добрым, милосердным. Быть милостивым — значит, быть готовым откликнуться на чужую боль и проблему. Псалмопевец восклицал: Все пути Господни — милость и истина (Пс. 24:10). Бог — милостив, и милость Его не имеет границ или условий: «Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив: не до конца гневается, и не вовек негодует. Не по беззакониям нашим сотворил нам, и не по грехам нашим воздал нам: ибо как высоко небо над землею, так велика милость Господа к боящимся Его» (Пс. 102:8-11). Поэтому и каждый верующий должен быть милостивым. Милость становится условием веры, условием религиозной жизни.

В то же время, из слов Псалма мы видим, что милость — это еще и прощение. Вернее, умение прощать. Умение проявить милость и любовь к тому, кто не смог сделать этого в отношении меня лично.

Здесь кроется самая большая трудность. Как быть милостивым к тому, кто нанес обиду, оскорбил или обманул? Думаю, что многие согласятся с тем, что бессмысленно таить обиду, желать отомстить. Лучше просто забыть все и быть равнодушным к обидчику. Но будет ли это милостью? «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас», — говорит нам Господь, — «да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Мф. 5:44-45).

Христос не сказал — «забудьте о врагах ваших», но призвал нас ответить милостью и любовью на зло и обиды. Достижимо ли это для нас? Достижимо. Не в одну секунду или мгновение. Но все же достижимо. Если христианство — это отказ от самого себя ради любви ко Христу, то этот отказ проявляется именно в милости и милосердии.

Есть удивительная святая — великая княгиня Елизавета Федоровна (1864-1918 гг.) — дочь великого герцога Гессен-Дармштадтского Людвига и внучка английской королевы Виктории. Она стала супругой великого князя Сергея Александровича Романова. Сергей Александрович был убит бомбой террориста в феврале 1905 года. Супруга князя через три дня после этого отправилась в тюрьму, куда был помещен убийца, чтобы передать ему прощение от себя и от погибшего мужа. Это исключительный пример. Но исключения, как известно, подтверждают правила. Милость есть проявление подлинного величия, глубины человеческой души, переполненной любовью. В милости нет места ненависти. В милости возможна только любовь. «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23, 34) — слова Господа Иисуса Христа, пригвождаемого ко кресту.

Но если посмотреть на повседневность, то где и когда мы можем проявить милость, а точнее, к кому? Ответ на этот вопрос Господь дает в притче о милосердном самарянине (см. Лк. 10:30-37). Самарянин мог пройти мимо — ведь избитый и израненный разбойниками житель Иерусалима не был ему родственником, другом, соплеменником, и даже более того — самаряне и иудеи враждовали и не общались друг с другом. Но милость к тому, кто в этом здесь и сейчас нуждается, становится мостом, простирающимся над всеми человеческими несовпадениями и разделениями.

Оказать милость — помочь другому человеку — значит, преодолеть себя, оставить свои дела и заботы, чтобы принять на себя чужие боль и горе. Помочь, не взирая ни на что. Порой именно этого так не хватает нам. Почему никто не видит и не замечает моей боли? А часто ли я сам замечаю чужую боль? «Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся» (Мф. 5:42). Именно эти евангельские слова вызывают наибольшее количество вопросов: а как быть с теми, кто просит не на добро или во вред себе? Господь не ставит условий для милости и милостыни, Он говорит просто — «дай». Отдай что-то от себя, помоги просящему.

Недавно на одном форуме я увидел обсуждение просьбы о помощи. Помощи просила молодая девушка, мать-одиночка, не имевшая средств к существованию. Несколько раз в обсуждении прозвучал аргумент, что «сама виновата» и «нужно было думать». По-своему, в этом есть своя логика и правда. В своих проблемах виноваты всегда мы сами, а не кто-то другой. Но милосердие и сочувствие всегда выше нашей человеческой логики и правды. Иллюстрацией этого является притча о блудном сыне (см. Лк. 15:11-32) — «евангелие внутри Евангелия», как ее еще называют. Сын просит у отца полагающееся наследство (получить наследство можно было только после смерти отца), уходит из дома и тратит все, что имел. Отец мог не принимать его, мог не прощать, мог сделать все то, чего так требует порой логика и справедливость. Но вместо всего этого мы вновь видим глубину милосердия любящего сердца. Когда отец увидел своего сына, идущего по дороге к дому, то «сжалился и, побежав, пал ему на шею и целовал его» (Лк. 15:20). Наверное, милость и логика никогда не будут совместимы. Но в такой вот «не-логичности» и открывается христианство.

Господь говорит, что милостивые сами будут помилованы. Будут помилованы Богом. Сторицей познают милость Божию к самим себе — в ответ на милость, которую проявили к другим. Но не получается ли так, что дела милосердия становятся своеобразной попыткой «купить» милосердие Божие? И в этом есть своя логика — сделаю доброе дело, чтобы и мне самому было хорошо потом. Но чем меньше логики становится в добрых делах, проявлениях милости и милосердия, тем меньше довлеет над нами желание «купить» или приобрести выгоду для себя. Поэтому у милости не должно быть причин: я являю милость не потому, что нуждающийся ее заслужил, а именно потому, что он нуждается в ней.

Главное же, научиться чувствовать чужую нужду и страдание. Не проходить мимо, не оставлять доброе дело «на потом». Но, чтобы научиться этому, необходимо самого себя осознать нуждающимся в Боге, в Его любви и милосердии, в Его правде и истине. Если я нуждаюсь в Боге, евангельский призыв к милости — это призыв стать над жестокой реальностью мира. Потому что только милостью и милосердием можно преодолеть жестокость.

Чистые сердцем. О шестой заповеди блаженства^

Шестая заповедь блаженства показывает очень важную вещь — чистота делает человека способным видеть Бога: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5, 8). Конечно, речь идет не просто о чистоте как отсутствии грязи, а о чистоте сердца. Сердечная чистота обычно подразумевает искренность, открытость. Есть даже такое слово — «чистосердечие».

Слово «сердце» также всем нам знакомо. И не как один из жизненно важных органов человеческого тела, а как средоточие чувств и эмоций. Мы «любим всем сердцем», от избытка радости сердце может «рваться из груди». А бывает и так, что сердце «переполняется гневом». От того, что в нашем сердце, зависит наше состояние, отношение к окружающим нас людям.

Христос учит тому, что сердце человеческое должно быть чистым. Важна не внешняя чистота, а именно внутренняя. В другом месте Евангелия от Матфея

Господь отвечает на обвинение в том, что Его ученики не умывают рук своих, когда едят хлеб (Мф. 15:2). Среди фарисеев — ревнителей закона — практика омовений считалась очень важной, хотя основание этой традиции лежало не в самом законе Моисеевом, а в преданиях старцев. Слова Христа поразительны: «Входящее в уста проходит в чрево и извергается вон, а исходящее из уст — из сердца исходит, сие оскверняет человека, ибо из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления — это оскверняет человека; а есть неумытыми руками — не оскверняет человека» (Мф. 15:17–20). В чем смысл

этих слов? Христос не пренебрегает гигиеной. Он говорит о том, что мытье рук перед едой не делает человека внутренне чистым, так же как немытые руки не делают нас внутренне или духовно нечистыми, скверными. Оскверняют человека прежде всего нечистые помыслы, которые гнездятсятам, где следует пребывать таким добродетелям, как любовь, милосердие, кротость. Вспомним главную заповедь: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим» (Мф. 22:37). Вот то, чем должно быть наполнено или, лучше, чем должно жить наше сердце. Так средоточие наших чувств, наш жизненно важный духовный орган (по аналогии с сердцем телесным) должен жить любовью к Богу, передавая этот импульс всему: душе, разуму, чувствам.

Но если сердце живет противоположным — злобой, вожделением, завистью, то любви уже не остается места. Вот чем действительно оскверняется человек. Это и есть та скверна греховная, от которой мы можем омыться через покаяние. Настоящая духовная чистота — это чистота внутренняя. Чистота внешняя может быть обманчива. Мы привыкли гнаться именно за внешним. А ведь порой внешняя чистота становится ширмой для внутренней скверны, так или иначе, но проявляющейся вовне.

Шестая заповедь блаженства учит нас тому, что нравственная жизнь христианина сосредоточена на жизни внутренней, потому что от нее зависит и внешнее состояние. Иначе некоторые из заповедей выглядели бы, как минимум, странно. Например, не убивай (Исх. 20:13) и не прелюбодействуй (Исх. 20:14). Каждый ли человек способен на убийство или супружескую измену? И хорошо, что далеко не каждый. Хорошо, что есть сдерживающая нас совесть. Но тогда зачем же даны эти заповеди и разве мало других зол, на которые можно было бы указать «не делай»? Господь Иисус Христос отвечает на это: «Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: «рака» («пустой человек»), подлежит синедриону; а кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной» (Мф. 5:21–22). Заповедь «не убивай» нарушает уже тот, кто допускает в свое сердце раздражение, гнев и злобу, тот, кто оскорбляет другого, а ведь убить можно и словом. Затем Господь говорит: «Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем. Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну» (Мф. 5:27-30). Эти слова не означают, что нужно действительно вырвать себе глаза и отсечь руки. Прежде всего нужно отсечь, отогнать от себя нечистые помыслы — мысли, соглашаясь с которыми мы переходим и к греховным поступкам. Чистота сердца — это отсутствие в сердце, душе и разуме всего того, что отдаляет нас от Бога.

Но что подразумевает окончание заповеди — «Бога узрят»? Узреть — значит увидеть. Как можно увидеть Бога, и что это означает? Ведь в Евангелии от Иоанна сказано, что Бога не видел никто никогда (Ин. 1:18). Противоречие? Нет, потому что затем евангелист Иоанн добавляет: «Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1:18). Сын Божий, ставший человеком, являет нам Бога, делает нас способными увидеть Бога. Слово «видеть», или «узреть», как и слово «сердце», несет духовный смысл. Вообще, в Священном Писании видеть зачастую означает «целостно познавать, видеть духовными очами». Душа, запятнанная, оскверненная грехами, не может увидеть или познать Бога. Только очистившись от скверн, мы становимся способными к познанию. Ведь иногда даже в обычной жизни мы можем прозреть: увидеть что-то таким, каково оно на самом деле, правильно понять и оценить ситуацию. Нечто подобное происходит и в жизни духовной: чистое сердце прозревает и видит Бога, познает Его, наполняется Его любовью. Великий русский подвижник и святой XX века, преподобный Силуан Афонский учил: «Чтобы познать Господа, не надо иметь ни богатства, ни учености, но надо быть послушливым и воздержанным, иметь смиренный дух и любить ближнего, и Господь возлюбит такую душу, и Сам явит Себя душе, и будет учить ее любви и смирению, и все полезное даст ей, чтобы обрела она покой в Боге», и, «сколько бы мы ни учились, все равно невозможно познать Господа, если не будем жить по Его заповедям».

Все добродетели, о которых Христос говорил в предыдущих заповедях блаженства, становятся составляющими, которые готовят человека к «видению Бога». Парадоксально то, что можно многое знать о Боге, можно прочитать все Священное Писание и творения святых отцов Церкви, но при этом не узреть Бога, не познать Его сердцем и душой. Познание Бога не сводится к накоплению информации. Познание Бога — это путь всей жизни христианина. При этом Сам Бог выходит нам навстречу. Главное — не пройти мимо.

Блаженны миротворцы. О седьмой заповеди блаженства^

«Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5, 9). Какие ассоциации вызывает у современного человека слово «миротворец»? Можно предположить, что для большинства из нас миротворец – это человек в камуфляже, берцах, бронежилете, каске и с автоматом наперевес.

Одна популярная интернет-энциклопедия сообщает, что миротворческие силы применяются «в целях предотвращения или ликвидации угрозы миру и безопасности путем совместных принудительных действий (военная демонстрация, военная блокада и т.д.), если меры экономического и политического характера окажутся или оказались недостаточными», то есть так или иначе мир поддерживается в лучшем случае демонстрацией силы оружия, а в худшем…

Но ведь явно в Евангелии сказано не о современных камуфлированных и вооруженных миротворцах, потому что тогда, во время жизни Христа и написания Евангелия, таких миротворцев не было. На самом деле были. Только назывались они немного по-другому и были по-другому вооружены. Штука в том, что оружие их было не менее смертоносным, чем современное. Есть даже специальный термин «PaxRomana» – «Римский мир» (иногда «Августов мир», по имени императора Октавиана Августа). Это период римской истории, ознаменованный относительным спокойствием. Количество военных конфликтов в Римской империи было сведено к минимуму.

Но в реальности Римский мир был миром, поддерживаемым силой римских военных легионов, рассредоточенных по границам. Так территория Римского мира становилась территорией, где нет гражданской войны – дерутся варвары за границами империи. Нередко бывало и так, что легионы восставали и провозглашали нового императора. Современные военно-политические союзы являются, по сути, продолжением идеи PaxRomana, так что вооруженные миротворцы были придуманы не сегодня и даже не вчера, а очень и очень давно. Иисус Христос не мог не видеть римские гарнизоны, поддерживавшие мир в отнюдь неспокойной Иудее. Но вряд ли возможно, чтобы Христос назвал сынами Божиими язычников, презиравших израильский народ и его веру.

Слова Господа подразумевают другой мир и совершенно других миротворцев. Христос обращается к ученикам: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам» (Ин. 14, 27). Любой другой мир, будь-то Римский мир или какой-то еще, будет оставаться несовершенным и искусственным по сравнению с миром, который дарует верующим Христос. Мир Христов, или мир Божий, – это состояние человека, свободного от зла и греха, то есть этого мира могут достигнуть «чистые сердцем» из предыдущей заповеди блаженства.

В одном древнем анонимном комментарии на Евангелие от Матфея есть замечательные слова: «Единородный Бог (то есть Сын Божий – Христос) есть мир духа, о чем говорит апостол: «Ибо Он есть мир наш» (Еф. 2, 14)… Миротворцами же именуются не только те, кто соединяет миром врагов, но и те, кто не помнит зла, – они любят мир. Ведь многие охотно примиряют чужих врагов, но сами никогда от чистого сердца не мирятся со своими врагами. Такие лишь изображают мир, но не любят его. Мир – это то блаженство, которое положено в сердце, а не в словах. Хочешь знать, кто действительно миротворец? Послушай слова Пророка: «Удерживай язык свой от зла и уста свои от коварных слов» (Пс. 33, 10)».

Мы становимся миротворцами, когда избавляемся от нашего собственного зла, лишающего нас мира с Богом и другими людьми. И задача эта куда сложнее, чем примирение враждующих. Почему? Потому что гораздо легче увидеть отсутствие мира и раздоры среди других, чем найти мир в своей собственной душе. Святой Августин Иппонский считал, что миротворчество заключается прежде всего в отсутствии противления Богу и господстве над греховными страстями. Только через это человек может пребывать в мирном состоянии. «Миротворцы – это те, кто, усмирив и подчинив рассудку, то есть уму и духу, движения своей души и сумев обуздать плотские вожделения, достигает Царства Божия». Без мира в собственной душе, без постоянного желания пребывать в мире с Богом, невозможно нести мир другим людям.

Преподобный Серафим Саровский однажды произнес величайшие слова: «Стяжи дух мирен, и вокруг спасутся тысячи». Если внутри нас мир Божий, то мы по-настоящему сможем исполнить слова Христа: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5, 16). Господь не просто дает нам мир. Господь желает, чтобы мы явили этот мир другим, чтобы мы прославили Его, нашего Спасителя, своей жизнью. Вот что значит быть миротворцем. Поэтому и столь высоко обещание: миротворцы нарекутся, то есть будут названы, сынами Божиими. Сын, искренне любящий своих родителей, будет исполнять их благую волю. Наш Отец – Бог, поэтому мы призваны исполнять Его волю, быть «проводниками» мира Божия в окружающую нас действительность. Ведь достаточно оглянуться вокруг, чтобы увидеть, что этот мир далеко не мирный. Но в том-то и смысл, чтобы изменение этого немирного мира началось внутри каждого из нас.

Мера мира Божия велика. В Евангелии мы читаем: «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного» (Мф. 5: 44, 45). То есть дарите мир тем, кто проявляет к вам вражду и отвечайте любовью на ненависть. Невозможно быть миротворцем и одновременно враждовать с кем-то, кого-то ненавидеть или обижать, поэтому нужно чаще всматриваться в самих себя: чем наполнен наш внутренний мир. И только когда в нашей душе, сердце и разуме, в наших делах и поступках будет господствовать Христос, только тогда мы сможем по-настоящему примирять других людей. Не принуждать, а именно примирять. Ведь не случайно же каждый христианин молится о том, чтобы воля Божия исполнялась на земле, как на небе (см. Мф. 6, 10). Но Бог не может силой заставить нас быть добрыми, поэтому исполнение воли Божией здесь и сейчас зависит и от каждого из нас. Бог не создает ничего искусственного, поэтому и мир Божий не может быть навязан извне, он должен начаться внутри нас.

В богословии есть важное понятие – «синергия». Это греческое слово, означающее совместное действие или сотрудничество. Действие Бога и человека должно быть синергичным, совместным. Только в этом случае мы можем достигнуть желаемого. Почему нет мира в моей душе? Бог не дает его мне или я сам не стремлюсь принять от Бога этот дар?

Блаженны изгнанные за правду. О восьмой и девятой заповедях блаженства^

О восьмой и девятой заповедях блаженства

Постепенно мы подошли к словам, завершающим заповеди блаженства, с которыми Господь Иисус Христос обращается ко всем нам через Евангелие. Две последние заповеди можно объединить в одну, потому что они логически дополняют друг друга: «Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали [и] пророков, бывших прежде вас» (Мф. 5, 10–12).

Можно увидеть, что девять блаженств описывают своеобразный круг: Христос обещает Царство Небесное нищим духом, и то же самое обетование дается изгнанным за правду. Круг – это линия без начала и конца. Путь жизни по заповедям блаженства становится не движением из пункта А в пункт Б, а постоянным движением по кругу. Остановка вращающейся вокруг Солнца Земли будет означат ее гибель, ведь именно этим вращением обусловлены жизненно важные земные процессы. С подобным вращением можно сравнить и духовную жизнь. Человек вращается вокруг центра, которым является Христос. Орбитой или траекторией этого движения становятся заповеди блаженства. Они неразрывно связаны между собой и имеют всего одну цель. И эта цель – Царство Небесное, или Царство Божие – пребывание со Христом.

В самой первой статье о блаженствах говорилось о том, что блаженный – это счастливый. Но те, кого Христос называет счастливым, никак не вписываются в современные представления о счастье и положении человека в мире и обществе. И в последних заповедях Господь говорит о том, что верующие в Него будут изгнаны, будут гонимы и злословимы, то есть будут отвергнуты миром, станут изгоями. Но награда их велика, потому что так всегда поступали с теми, кто верен Богу. Так гнали бывших прежде пророков.

Интересно, что слово «пророк» имеет в Библии двоякое значение, одно из которых практически полностью забыто современными людьми. Сейчас под словом «пророк» в большинстве случаев будут подразумевать того, кто предвидит будущее. В Библии же пророками называли не только тех посланников Божиих, которые говорили о грядущих временах (хотя многие пророки действительно по вдохновению Божию открывали людям тайны будущих времен, особенно же о времени пришествия обещанного Богом Мессии), но и тех, кто говорил о времени настоящем. Пророк взывал к совести тех, кто про свою совесть позабыл, похоронил ее под глыбой грехов и неправд, отступил от Бога и погряз во лжи. По сути проповедь пророка была призывом к праведности.

В четвертой заповеди блаженства Христос говорил об алчущих и жаждущих правды, где правдой была названа праведность Божия. В таком же смысле слово «правда» употребляется и в восьмой заповеди. Изгнанные за правду – это не диссиденты, оппозиционеры или борцы с социальным неравенством. Это прежде всего те, чья праведная жизнь стала обличением неправд этого мира.

Когда правда мешает

Можно возразить: ведь и Сам Христос обличал богатых и власть имущих, оспаривал незыблемость религиозных традиций своих современников и был по сути именно диссидентом. Да, в Евангелии можно найти немало обличительных слов в адрес тех, кого сейчас принято называть элитой. Но обличал Христос прежде всего за то, что тяга к мирским благам и успехам полностью заглушила стремление к Божественному.

Богатых Господь обличал в отсутствии милосердия и любви, книжников и фарисеев – в том, что их мнимая праведность превратилась в гордость и превозношение над другими. Своей жизнью Иисус Христос показал, что единственная истинная власть – это власть Бога, а каждый верующий должен прежде всего искать «Царства Божия и правды Его» (Мф. 6, 33). А ведь многие желали видеть в Спасителя царя, приводящего народ к земному благоденствию. Но Господь призывает к праведности.

Праведность – это жизнь перед Богом. Открытость Богу, верность Божественному слову. Жизнь праведника должна быть свидетельством Божественной истины для других людей.

Но почему Господь говорит о том, что праведники будут изгнаны за свою праведность? Ответ на этот вопрос Сам Господь дает в другом месте Евангелия: «Люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы» (Ин. 3, 19). Праведная жизнь становится обличением жизни греховной, жизни во зле. Христос приходит, чтобы призвать грешников к покаянию, чтобы явить всем праведность Божию. Все ли услышали Его призыв и последовали за Ним?

Но если учесть все предыдущие слова Христа о том, что необходимо стремиться к осознанию своей нищеты пред Богом, стяжать кротость, алкать и жаждать правды, быть милосердным, означает ли все это, что нужно специально стремиться быть гонимым и злословимым ради Христа? Ведь гнали же пророков…

Слова Христа не означают того, что каждый должен осознать себя пророком и идти обличать соседей, родственников или кого-то еще. Господь призывает нас прежде всего не бояться своей собственной веры, не стесняться ее, не прятать ее от других. Если мы христиане, то не должны пугаться непонимания окружающих.

В первые три века нашей эры непонимание христианской веры со стороны языческого мира нередко заканчивалось гонениями и смертными казнями непонятых. То же самое повторилось и в XX веке в России, а где-то повторяется и сейчас. Но все же большинство христиан не подвергаются гонениям и преследованиям, не отдаются в темницы и не ведутся на казнь. Но это не означает и того, что мир принял Христа, смирился с Его проповедью. Поэтому христианину нужно быть готовым к тому, чтобы свидетельствовать о своей вере перед современным миром. Современный мир и не угрожает смертью и расправой тем, кто стремится жить по правде Христовой, но угроза в другом. Современный мир пытается преподнести христианскую праведность как нечто ненужное, устаревшее, лишающее человека свободы. Зачем тебе все это? Живи полной жизнью, перечеркни все эти устаревшие нормы и правила.

Готовы ли мы сейчас своей жизнью дать ответ на вызовы современного мира? Этот вопрос каждый христианин может обратить к самому себе. А вызов этот был и будет всегда, пока мир существует. Поэтому, пока существует мир, верующие во Христа должны быть готовы к терпению скорбей от этого мира. Неслучайно ведь Господь сказал: «В мире будете иметь скорбь» (Ин. 16, 33). Но скорбь не не будет безнадежной, потому что Господь продолжает: «Но мужайтесь: Я победил мир» (16, 33). Обещание Царства Божия изгнанным и злословимым, а фактически всем сохранившим верность Богу – это обещание победы над миром, лежащим во зле. Бог побеждает мир Крестом, а верующие в Него – праведностью, которую Бог даровал нам через Крест и Воскресение.

Газета «Саратовская панорама» №30 (958), №31 (959), №40 (968), №46 (974), №49 (977), №50 (978), №2 (981), №4 (983)

Православие и современность

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru