Добрый день!
Мне приходилось общаться с мусульманином, и для него «пророк» - это важное понятие.
Но вот вопрос: кто последний пророк, которого мы признаём?
Можно ли назвать таковым Христа? Есть пророчество во Второзаконии, где о Христе говорится как о Пророке.
Или и после Христа в ранней Церкви пророки ещё появлялись?
С другой стороны, есть Предтеча Иоанн.
7 Ответов
Пророки пророчествовали о пришествии Христа. Потому, строго говоря, эпоха пророков закончилась с эпохой Ветхого Завета. С этой точки зрения последним ветхозаветным пророком считается св. Иоанн Креститель.
В Новом Завете мы тоже находим упоминание о некоторых пророках в книге Деяний:
В Антиохии, в тамошней церкви были некоторые пророки и учители: Варнава, и Симеон, называемый Нигер, и Луций Киринеянин, и Манаил, совоспитанник Ирода четвертовластника, и Савл (Деян.13:1).
Упоминается также Агав пророк, предсказавший страдания ап. Павла. У ап. Филиппа дочери были пророчицами. Однако в новозаветной Церкви это понятие не прижилось. Обладающие даром пророчества стали называться прозорливыми, для отличия их от ветхозаветных пророков, имевших своё призвание и предназначение.
Спаситель больше всех обладал этим даром. Он именно Тот Пророк, о Котором писал св. Моисей. Однако дар пророчества очень мал по сравнению со званием Сына Божьего. Потому в отношении Христа не употребляется звание Пророк. Это принижает Его Божественное достоинство.
Таким образом, последним пророком надо считать св. Иоанна Крестителя.
Ответить на данный вопрос однозначно - нельзя. Многое зависит от того, какой именно смысл вкладывается в это слово в том или ином конкретном случае.
Что касается допустимости понимания слова «пророк» применительно к людям, жившим и живущим в эпоху действия Нового Завета, на это, в частности, указывает практика применения по отношению к Божьим пророкам времен дохристианской эпохи обозначения «ветхозаветные"(пророки). Этим обозначением подчеркивается их отличие от пророков, действовавших в эпоху, начавшуюся по завершении ветхозаветного исторического периода.
В книге Откровения говорится:
свидетельство Иисусово есть дух пророчества (Откр.19:10).
Поэтому в Церкви всегда были люди, имевшие дар пророчества, или, по-другому, прозорливости. Некоторым святым даже усваивалось это прозвище по преимуществу, например преподобные Иоанн Пророк, Иеремия Прозорливый, Матфей Прозорливый.
Количество святых с этим даром не поддается подсчету, в том числе в последние века. Например, обладали им свв. Амвросий Оптинский, Варсонофий Оптинский, Паисий Святогорец и Порфирий Кавсокаливит.
В свою очередь, Иисус Христос не просто имел дар прозорливости, как святые, но был Господином пророков и Сам подавал этот дар. О Нем пророки свидетельствовали, ради Него открывали сокровенные тайны верующим.
Следует различать пророчество как титул и как дар.
Пророческий дар (теперь его обычно называют прозорливостью) может быть у любого христианина, которому Бог пожелает что-то открыть.
Пророческий титул последним Церковью был усвоен Пророку, Предтече и Крестителю Господню Иоа́нну. Это можно увидеть в Месяцеслове.
Иисус Христос объединяет в Себе служения Пророка (Мф.21:11; Ин.6:14), Первосвященника (Евр.7:26; 8:6; 9:11) и Царя (Лк.19:38; Ин 1:49), что является свидетельством его Мессианского достоинства. Спаситель нёс такое служение, но Его миссия была несравненно выше миссии любого пророка.
Церковь исповедует последним пророком Ветхого Завета Иоанна Предтечу. Это рубеж, обозначенный Самим Спасителем: «все пророки и закон прорекли до Иоанна» (Мф.11:13).
В диалоге важно различать понятия. Христос несомненно Пророк (как открывающий волю Отца), но сводить Его достоинство только к этому — значит искажать суть. Это всё равно что назвать Царя, лично посетившего свой город, «посланником». Пророки — это слуги, приносившие вести, а Христос — Сын и Владыка, о Котором они говорили.
Что касается новозаветного времени: в апостольский век пророки были (Деяния упоминают их), но полнота Откровения уже дана. Бог сказал человечеству всё в Своем Сыне. Поэтому ожидание пророков с «новыми истинами» лишено смысла. Пророческий дар в Церкви существует (как наставление или прозорливость), но он не меняет и не добавляет ничего к вероучению.
