Олицетворение истинной любви

прот. Вяче­слав Хари­нов

Один из прочно уко­ре­нив­шихся в совре­мен­ном свет­ском обще­стве мифов — миф об угне­тен­ном поло­же­нии жен­щины в пра­во­сла­вии. Вли­я­ние раз­вер­ну­той масс-медиа про­па­ганды равен­ства между полами и попу­ля­ри­за­ции феми­низма настолько сильно, что нередко людям и в осо­бен­но­сти жен­щи­нам, всту­пив­шим на путь воцер­ко­в­ле­ния, сложно от него изба­виться.

И зача­стую только стрем­ле­ние жить по Еван­гель­ским запо­ве­дям, обще­ние с пра­во­слав­ными людьми и опыт­ный духов­ный настав­ник спо­собны раз­ве­ять эти сомне­ния. О том, какова на самом деле роль жен­щины в Пра­во­сла­вии, в чем суть жен­ского цер­ков­ного слу­же­ния, а также о Таин­стве Брака и истин­ной любви между муж­чи­ной и жен­щи­ной мы бесе­дуем с насто­я­те­лем храмов иконы Божией Матери «Всех Скор­бя­щих Радость» (г. Санкт-Петер­бург) и Успе­ния Божией Матери (с. Лезье-Соло­гу­бовка) про­то­и­е­реем Вяче­сла­вом Хари­но­вым.

Отец Вяче­слав, в чем, по Вашему мнению, заклю­ча­ется особая роль жен­щины в Церкви?

Для того чтобы гово­рить о жен­ской роли в Церкви, надо понять, чем обу­слов­лена необ­хо­ди­мость жен­ского уча­стия в цер­ков­ной жизни. А для этого доста­точно вспом­нить, что Цер­ковь – Цар­ство Божие на земле, кото­рое, несмотря на при­сут­ствие в нем чело­ве­че­ских сла­бо­стей и немо­щей, в целом явля­ется бого­че­ло­ве­че­ским орга­низ­мом и у каж­дого чело­века, каж­дого члена этого орга­низма есть свое место. Таким обра­зом, необ­хо­ди­мость слу­же­ния жен­щины в Церкви объ­ек­тивно обу­слов­лена: ненуж­но­сти жен­щины здесь просто не может быть. Что каса­ется осо­бого жен­ского слу­же­ния Церкви, то оно есте­ствен­ным обра­зом отли­ча­ется от слу­же­ния муж­ского, точно так же, как отли­ча­ются наши обя­зан­но­сти, при­вычки и стро­е­ние в миру. Вер­шина жен­ского слу­же­ния в Церкви — это жен­ское мона­ше­ство. При этом нельзя ска­зать, что мона­хиня суще­ствует всегда на заднем плане, свя­зана бес­ко­неч­ными послу­ша­ни­ями, без­молвна и забита. Напро­тив, отно­ше­ние к мона­хи­ням внутри Церкви очень тро­га­тель­ное, почти­тель­ное и нежное. Более того, у них, также как и у свя­щен­ни­ков, испра­ши­вают бла­го­сло­ве­ния, и также лобы­зают им руку, что, без­условно, явля­ется иллю­стра­цией равен­ства. Вообще, аспект равен­ства между муж­чи­ной и жен­щи­ной в хри­сти­ан­стве очень часто оста­ется недо­оце­нен­ным. Те, кто утвер­ждают, что в хри­сти­ан­стве жен­щина — это заби­тое суще­ство, просто не знают исто­рии и не пред­став­ляют, в каком поло­же­нии жен­щина была до хри­сти­ан­ства, кото­рое на самом деле рас­крыло жен­щину, сде­лало ее равной муж­чине. Ведь созна­ние антич­ного чело­века в отно­ше­нии жен­щины было исклю­чи­тельно потре­би­тель­ским — как, соб­ственно, и то отно­ше­ние, что насаж­да­ется теперь.

А сего­дня без женщин-педа­го­гов, без тех, кто помо­гает уби­рать в храме и стоит в свеч­ных лавках мы просто не спра­ви­лись бы. Навер­ное, только жен­щина с ее особым душев­ным устро­е­нием, с ее уни­каль­ным уме­нием быть мате­рью для всех может зани­маться всей этой непро­стой рабо­той с любо­вью и раде­нием. А певчие и регенты? Это ведь своего рода золо­той фонд Церкви. При­хо­дя­щие в храмы с регент­ского отде­ле­ния девушки — это не просто музы­кально гра­мот­ные и уме­ю­щие дири­жи­ро­вать про­фес­си­о­налы — они ста­но­вятся хра­ни­те­лями веко­вых тра­ди­ций веры и куль­туры, они прошли курс бого­слов­ских наук и сда­вали бого­слов­ские дис­ци­плины наравне с семи­на­ри­стами. Исходя из соб­ствен­ного опыта, могу ска­зать, что если в храме не будет гра­мот­ного регента, то самый талант­ли­вый свя­щен­ник не сможет выстро­ить службу с долж­ным бла­го­ле­пием и напол­не­нием. В общем, жен­щина — это, можно ска­зать, лицо Церкви и одно­вре­менно огром­ное благо для церкви. Но это благо обо­ра­чи­ва­ется огром­ным Злом, если в жен­щине нет любви, тепла и госте­при­им­ства. Такие жен­щины спо­собны отвра­щать от Церкви даже в боль­шей сте­пени, чем любые бого­слов­ские ошибки в про­по­веди свя­щен­ника. Поэтому на жен­щине лежит очень боль­шая ответ­ствен­ность, ведь, к сожа­ле­нию, духо­вен­ство нередко мало­до­ступно в силу разных причин: люди при­хо­дят в храм, а свя­щен­ник или на требах, или зани­ма­ется бумаж­ными делами, или посе­щает раз­лич­ные инстан­ции.. А в храме оста­ется жен­щина. И если она вдруг не ока­зы­ва­ется той самой госте­при­им­ной мате­рью, если она свар­лива, чван­лива или недру­же­любна, то очень часто это оттал­ки­вает людей.

Вы гово­рите, что хри­сти­ан­ство воз­вы­сило жен­щину, но почему же тогда в цер­ков­ной лите­ра­туре, осо­бенно древ­ней, мно­же­ство нега­тив­ных выска­зы­ва­ний о жен­щине как о «вме­сти­лище греха и скверны»?

Такие харак­те­ри­стики женщин ни в коем случае не явля­ются дис­кри­ми­на­ци­он­ным момен­том, и рас­смат­ри­вать их надо в кон­тек­сте вре­мени, в кон­тек­сте эпохи. Здесь надо, прежде всего, пони­мать, кому адре­со­ваны эти выска­зы­ва­ния. Как пра­вило, их адре­са­тами явля­лись мона­ше­ству­ю­щие и пре­иму­ще­ственно моло­дые люди. И речь здесь идет о жен­щи­нах вуль­гар­ного пове­де­ния, а не о бла­го­че­сти­вых хри­сти­ан­ках и любя­щих Мате­рях. Для того чтобы это понять, доста­точно при­ве­сти несколько при­ме­ров: мать свя­того Авгу­стина – Моника, сде­лала все, чтобы ее сын стал тем, кем он стал. То же самое можно ска­зать о святых Марии и Васи­лиссе, мате­рях пре­по­доб­ных Сергия Радо­неж­ского и Алек­сандра Свир­ского, бла­го­че­сти­вой Фео­до­сии, вос­пи­тав­шей трех (!) святых — своих пле­мян­ни­ков Амфи­ло­хия и Гри­го­рия Нази­ан­зина и сироту Олим­пи­аду… Свя­ти­тели Иоанн Зла­то­уст и Гри­го­рий Бого­слов долгое время откла­ды­вали свое слу­же­ние в Церкви именно из-за сынов­ней любви и необ­хо­ди­мо­сти заботы о мате­рях. Те же, будучи сами святой жизни, взрас­тили и святых сыно­вей! Вспом­ним про­си­яв­ших вместе с мужьями Марию Вла­ди­мир­скую, Ирину Муром­скую, Зою Атта­лий­скую. Святые Мария Вифан­ская, Иули­а­ния Пто­ле­ма­ид­ская, Евпрак­сия Мос­ков­ская были сест­рами святых бра­тьев. Рав­ноап­о­столь­ные Елена, Нина и Ольга рас­по­ло­жили к при­ня­тию хри­сти­ан­ства очень жест­ких и гроз­ных вла­сти­те­лей Кон­стан­тина, Тири­дата и Вла­ди­мира, что повли­яло на ход миро­вой исто­рии…

Что же каса­ется женщин вуль­гар­ного пове­де­ния, то тут надо учи­ты­вать фено­ме­наль­ную осо­бен­ность жен­ской при­роды, кото­рая заклю­ча­ется в том, что жен­щина, в извест­ном смысле, суще­ство более тонко орга­ни­зо­ван­ное, чем муж­чина, и нрав­ствен­ные пре­тен­зии к жен­щине заве­домо выше. Именно через жен­щину мы при­об­ща­емся к любви — любви нас пер­выми учат наши матери, да и вся все­лен­ная для нас в мла­ден­че­ском воз­расте — это лицо мамы. По этой при­чине всякая вуль­гар­ность жен­щины вос­при­ни­ма­ется гораздо болез­нен­нее, чем вуль­гар­ность муж­ская. Если жен­щина выпи­вает и теряет кон­троль над собой, то про­ти­во­есте­ствен­ность ее пове­де­ния вос­при­ни­ма­ется намного острее, чем это бывает в ана­ло­гич­ном случае с муж­чи­ной, и это про­ис­хо­дит потому, что во всех нас зало­жен образ жен­щины как высо­ко­нрав­ствен­ного суще­ства. Таким обра­зом, самая бла­го­че­сти­вая, самая внешне бла­го­об­раз­ная жен­щина, теря­ю­щая кон­троль над собой, ста­но­вится просто ужа­са­ю­щей. Воз­можно, отча­сти это резуль­тат сла­бо­сти и высо­кой эмо­ци­о­наль­ной вос­при­им­чи­во­сти жен­щины, поль­зу­ясь кото­рой демо­ни­че­ские силы, жела­ю­щие мани­пу­ли­ро­вать, прежде всего, чело­ве­че­ской душой, набра­сы­ва­ются на жен­щину, как на легко доступ­ное и при этом наи­бо­лее нрав­ствен­ное и высо­ко­ор­га­ни­зо­ван­ное суще­ство. Жен­щина — лако­мый кусо­чек для сил зла еще и потому, что в нее зало­жено очень тонкое бого­по­до­бие — ведь мате­рин­ский инстинкт и врож­ден­ная потреб­ность давать жизнь это ничто иное, как бли­жай­ший аналог отцов­ства, кото­рое неот­де­лимо от Бога, как Отца, даю­щего жизнь всем нам. Таким обра­зом, пора­жая жен­щину, силы зла бьют прямо в корень жизни — в буду­щих детей и потом­ков.

Жен­щина — оли­це­тво­ре­ние любви, а земная любовь в своем высо­чай­шем про­яв­ле­нии может суще­ство­вать лишь в брач­ном союзе. В чем смысл Таин­ства Брака и почему свет­лая, чистая и горя­чая любовь счи­та­ется гре­хов­ной, если она не освя­щена цер­ко­вью?

Дело в том, что сим­па­тии или при­вя­зан­но­сти, то есть любовь не в высшей ее форме воз­можна и в обыч­ной жизни. Но форма всегда соот­вет­ствует содер­жа­нию — нельзя в малый сосуд влить много, и поэтому Таин­ство Брака — это воз­мож­ность сде­лать форму мак­си­мально боль­шой. Те, кто пыта­ется вли­вать в малую форму несу­ще­ству­ю­щего брака брач­ные отно­ше­ния, неиз­менно терпят фиаско, и объ­яс­ня­ется это просто: всегда надо быть чест­ными перед Богом, перед людьми и друг перед другом, в про­тив­ном случае любое дело обре­чено на неудачу. В брач­ных отно­ше­ниях вне брака обя­за­тельно при­сут­ствует момент некоей недо­го­во­рен­но­сти, услов­но­сти и, как след­ствие, бес­фор­мен­но­сти, кото­рая при очень высо­ком содер­жа­нии брач­ных отно­ше­ний неиз­менно при­во­дит к глу­по­стям и дис­со­нан­сам. В таких отно­ше­ниях каждый из парт­не­ров неиз­менно «тянет одеяло на себя», тогда как истин­ная супру­же­ская любовь под­ра­зу­ме­вает сораз­де­ле­ние всех даров, кото­рые могут иметь муж­чина и жен­щина.

А с чего начи­на­ется истин­ная любовь между муж­чи­ной и жен­щи­ной, любовь, веду­щая к совер­ше­нию Таин­ства Брака?

Она начи­на­ется с попытки уста­но­вить дружбу. Ведь именно дружба харак­те­ри­зует высший союз чело­века и Бога. Неда­ром Авраам стал другом Божиим и гово­рил Гос­подь с Мои­сеем лицом к лицу, как бы гово­рил кто с другом своим (Исх. 33:11). А, обра­ща­ясь к своим уче­ни­кам, Хри­стос сказал: Вы друзья Мои, если испол­ня­ете то, что Я запо­ве­дую вам (Ин. 15:14–15). Точно так же и для двух людей — все начи­на­ется с попытки дру­же­ского сбли­же­ния. Вне этого, руко­вод­ству­ясь голым рас­че­том, пла­мен­ной стра­стью или чем угодно еще, истин­ной любви не найти — всегда за пово­ро­том будет мая­чить при­зрак оче­ред­ной соблаз­ни­тель­ной при­манки, уво­дя­щий чело­века все дальше в цар­ство греха. Кстати в этом вопросе, как и в боль­шин­стве других, Цер­ковь оппо­ни­рует миру, поскольку мир всегда гово­рил и будет гово­рить о невоз­мож­но­сти дружбы между муж­чи­ной и жен­щи­ной. А Цер­ковь наобо­рот при­зы­вает к этой дружбе и гово­рит о ней, как об основ­ном усло­вии счаст­ли­вого брака. Более того, если эти дру­же­ские отно­ше­ния не уста­нов­лены и не раз­ви­ва­ются, то брак будет или фор­маль­ным, или несчаст­ным.

В дружбе между муж­чи­ной и жен­щи­ной всегда есть эле­мент союз­ни­че­ства и вза­и­мо­по­мощи Адама и Евы, ведь если люди не ста­но­вятся дру­зьями, а значит союз­ни­ками, сора­бот­ни­ками и помощ­ни­ками друг другу, то тогда все рас­сы­па­ется. При этом очень важно пра­вильно вос­при­ни­мать и оце­ни­вать нашу раз­ность, неоди­на­ко­вость и несхо­жесть. Надо пони­мать, что именно за счет этой несхо­же­сти брач­ный союз ста­но­вится формой неуни­что­жи­мой жизни. Именно в этой ина­ко­во­сти залог выжи­ва­е­мо­сти семьи и непо­топ­ля­е­мо­сти семей­ного корабля. И надо уметь уви­деть эту раз­ность, полю­бить ее и, стал­ки­ва­ясь с другой логи­кой, дру­гими под­хо­дами и иной точкой зрения супруга, пони­мать, что в этом и есть смысл Божи­его замысла о нас, залог нашей все­сто­рон­ней защиты. Про­блема многих совре­мен­ных семей в том, что в супруге люди пыта­ются обна­ру­жить свое второе «я», найти какую-то кальку с себя и это, по мень­шей мере, наивно и ведет к пагуб­ным послед­ствиям, поскольку Бог создал нас раз­ными.

Можно ли ска­зать, что влюб­лен­ность, для замуж­ней жен­щины это грех?

На самом деле влюб­чи­вость или влюб­лен­ность, не пере­рос­шая в гре­хов­ную блуд­ную страсть — это то, от чего ни один чело­век не застра­хо­ван всю свою жизнь. Нам всем свой­ственно оча­ро­вы­ваться лич­но­стью дру­гого чело­века. В умении искренне любо­ваться окру­жа­ю­щим нас людьми ничего гре­хов­ного нет, — это даже заме­ча­тельно, поскольку через это мы откры­ваем Бога. Но если это оча­ро­ва­ние чело­век при­ни­мает за любовь, то, пере­фра­зи­руя поэта, «жребий его стра­шен, а дом — непро­чен». И при этом очень важно осо­зна­вать, что каким бы заме­ча­тель­ным ни был муж­чина — высо­ким, строй­ным, умным, обра­зо­ван­ным, бога­тым — нико­гда нет гаран­тии, что через день, час или даже через пять минут вы не встре­тите дру­гого чуть-чуть более высо­кого, более физи­че­ски раз­ви­того, более умного, более бога­того, кра­си­вого и оба­я­тель­ного… Нико­гда нельзя забы­вать, что путь стра­сти и поверх­ност­ной любов­ной утехи, при­но­ся­щий мимо­лет­ное ощу­ще­ние новых побед, — это всегда путь вниз, путь к дегра­да­ции, путь к потере себя, путь, кото­рый немед­ленно возь­мут под кон­троль демо­ни­че­ские силы, очень неохотно рас­ста­ю­щи­еся со своими жерт­вами.

Отец Вяче­слав, какое напут­ствие Вы бы дали жен­щине, уве­рен­ной, что она встре­тила любовь своей жизни и соби­ра­ю­щейся выхо­дить замуж?

Я бы поже­лал ей почув­ство­вать себя Евой, обрет­шей Адама, как недо­ста­ю­щую часть самой себя. Быть уве­рен­ной, что нет на всей Земле дру­гого Адама, кроме дан­ного ей Богом. Бояться поте­рять того, кто напол­няет жизнь смыс­лом и води­тель­ством, подобно тому, как Хри­стос ведет и живо­тво­рит Цер­ковь. Забыть страш­ное и без­бож­ное слово — развод. Знать, что семей­ное сча­стье зиждется на роди­тель­ских молит­вах и бла­го­сло­ве­нии. Бла­го­да­рить Того, Кто даро­вал каж­дому из нас радо­сти дружбы, любви, твор­че­ства и позна­ния. Быть гото­вой оправ­дать имя, наре­чен­ное ей на заре чело­ве­че­ской исто­рии, — дающая Жизнь.

c отцом Вяче­сла­вом бесе­до­вал Иван Михай­лов

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки