архимандрит Ианнуарий (Ивлиев)

Беседа № 20

2. Что принесет будущее (Мк.8:34–9:1) (Мф 16,24–28; Лк 9,23–27)

И, подозвав народ с учениками Своими, сказал им: кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною. 35Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее. 36Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? 37Или какой выкуп даст человек за душу свою? 38Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами. И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе.

В этой части Евангелия от Марка содержатся центральные и важные моменты христианской веры. Итак, из предшествующего разговора с Петром выяснилось, что для Иисуса как Мессии, как Христа, существует только один путь, путь страданий. Но это имеет последствия для тех, кто хочет идти за Ним. Иисус никогда не пытался подкупать людей, обещая им легкий путь. Он обещал им славу, но никогда не обещал людям покоя.

Поэтому Иисус "34подозвав народ с учениками Своими, сказал им: кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною». Заявить человеку, что он должен быть готов нести свой крест, значило сказать ему, что он должен быть готов к тому, что на него будут смотреть как на преступника, что он должен быть готов умереть. Понятно, что первые христиане понимали это выражение не так, как мы, но буквально: «нести крест» значит быть распятым. Надо сказать, что это выражение было известно и в иудейском народе, так как в Римской империи распятие было довольно обычной казнью, и те, кто принадлежал к партии зилотов, должны были считаться, что их могут схватить и распять. Вспомним, что и среди ближайших 12 учеников Иисуса Христа был Симон Зилот (Лк 6,15). Иначе говоря, выражение «взять крест свой» означало то же, что «вступить на опасный путь». (Что-то отдаленно похожее в русской поговорке «от сумы и тюрьмы не зарекайся», но только очень отдаленно.) Итак, Иисус как бы говорит: «Кто не готов принять на себя даже самые крайние, грозящие смертью следствия, тот не может быть Моим учеником».

«34Отвергнись себя», – говорит Иисус людям, которые хотят следовать за Ним. Иными словами, следование за Христом означает отказ от поведения, основанного на своеволии и корыстолюбии. Прекрасный пример такого самоотвержения дает нам Апостол Павел, который пишет, что теперь уже живет не он, а Иисус в нем, что он теперь живет не для того, чтобы следовать своим желаниям, а чтобы следовать воле Христовой и в этом находить в этом свободу.

»35Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее». – Здесь речь идет о нашей жизни как жертве. Существуют вещи, которые потеряны, если их хранить, и сохранены, если их использовать. Таковы таланты человека и его способности. Пользуясь ими человек совершенствует и повышает их. Если же он отказывается использовать их, то в конечном счете, теряет их. В широком смысле это применимо и к жизни вообще. Бог дал нам жизнь, чтобы мы растрачивали, так сказать, «теряли» ее, а не хранили. Если мы будем жить, постоянно взвешивая свою выгоду, свои удобства, свой комфорт, свою безопасность, если мы будем радеть лишь о себе, мы только впустую теряем свою жизнь. Но если мы тратим ее ради других, забывая о своем здоровье, времени, имуществе и удобствах, в желании сделать что-либо ради Бога и людей, за которых умер Иисус, мы обретаем жизнь. Смысл жизни в том и заключается, чтобы тратить ее, а не в том, чтобы хранить и лелеять ее. Правда, на этом пути человека ждет не только радость, но часто искушения усталости, переутомления; но, как говорится, – уж лучше каждый день гореть, нежели каждый день ржаветь. Это единственный путь к блаженству и к Богу.

Заявление о крестоношении, конечно, пугает. И все же, оно может напугать лишь того, кто не желает серьезно принять слова того псалма Давида, который цитирует Иисус Христос:

Никто не может искупить брата своего

и дать Богу выкупа за него:

Или какой выкуп даст человек за душу свою?

И не будет того вовек,

чтобы остался [кто] жить навсегда и не увидел могилы.

Каждый видит, что и мудрые умирают,

равно как и невежды и бессмысленные погибают

и оставляют имущество свое другим...

И не пребудет в чести человек;

он уподобится животному, которое умолкает навсегда»

_(Пс 48,8–11,13).

И еще: цену нашей жизни определяет Сын Человеческий: «Кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами» (Мк 8,38). Всякий, кто ради благ этого мира постыдится исповедать Христа перед этим миром, – как такой может рассчитывать на признание со стороны Сына Человеческого?

Но на все это некоторые из слушателей Евангелия могли возразить: Кто нам гарантирует, что в конце все будет именно так, чтобы мы жили согласно словам Иисуса? Может быть, все будет совсем иначе? И Царство Божие к Иисусу не будет иметь никакого отношения?

Кто отваживается на такие мысли, опасно заблуждается. Чтобы показать это со всей определенностью, Марк добавляет следующие слова Иисуса: «И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе». Многие понимают это высказывание как указание на Второе пришествие, и это их удивляет: ведь в таком случае Иисус ошибся, потому что Он не вернулся в силе и в славе при жизни тех людей, к которым были обращены эти слова.

Некоторые обходят эту трудность, толкуя слова Иисуса не в смысле Второго пришествия, но иначе. Рассуждают так: Меньше чем за тридцать лет христианство распространилось по всей Малой Азии, в Антиохии, проникло в Египет, пересекло Средиземное море, достигло Рима и охватило всю Грецию. Христианство, подобно неудержимому приливу, захлестнуло весь тогдашний мир. И все это произошло еще при жизни многих из присутствовавших. Вопреки всем ожиданиям, христианство явилось в силе. Иисус вовсе не ошибался. Он был совершенно уверен в том, что все, что невозможно людям, возможно Богу. В таком толковании под «Царством Божиим в силе» понимается Церковь.

Но у евангелиста Марка явно мысль о другом. Прямо сказано: вот здесь, среди нас, в церкви, для которой пишет Марк, свидетели! Они видели, что Царство Божие уже пришло, и что воистину пришло вместе с Личностью Иисуса Христа. Об этом и повествует следующий рассказ о Преображении Иисуса.

3. Преображение Иисуса (Мк.9,2–10) (Мф 17,1–9; Лк 9,28–36)

2И, по прошествии дней шести, взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, и возвел на гору высокую особо их одних, и преобразился перед ними. 3Одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить. 4И явился им Илия с Моисеем; и беседовали с Иисусом. 5При сем Петр сказал Иисусу: Равви! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии. 6Ибо не знал, что сказать; потому что они были в страхе. 7И явилось облако, осеняющее их, и из облака исшел глас, глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный; Его слушайте. 8И, внезапно посмотрев вокруг, никого более с собою не видели, кроме одного Иисуса. 9Когда же сходили они с горы, Он не велел никому рассказывать о том, что видели, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мертвых. 10И они удержали это слово, спрашивая друг друга, что значит: воскреснуть из мертвых.

Этот случай из жизни Иисуса покрыт тайной. Мы можем лишь попытаться понять его. Марк говорит, что это произошло через шесть дней после события в Кесарии Филипповой. Лука говорит, что это произошло через восемь дней. В этом нет противоречия. Оба они имеют в виду, – «приблизительно через неделю». Церковь отмечает день Преображения, 6 августа. И, конечно, неважно, действительно это тот день или нет. Предание также гласит, что Преображение произошло на горе Фавор. Здесь возникают некоторые трудности. Дело в том, что гора Фавор находится на юге Галилеи, а Кесария Филиппова – далеко на севере. Кроме того, на горе Фавор во времена Иисуса находилась крепость. Но и это все не очень важно. Важнее понять суть рассказа.

Он совершенно явственно несет на себе черты того жанра рассказов, возникших в ранней Церкви, которые в современной библеистике принято называть «мессианскими историями», или «историями о Христе». Мы уже встречались с такими рассказами. Например, с повествованием о Крещении Иисуса. И мы замечали, что такие истории, отражая некие факты жизни Иисуса, подобны не репортажам с места событий, но подобны иконам, на которых символичен и исполнен богословского значения каждый штрих, каждое слово. Богословская цель «мессианских историй» очевидна. Их цель – показать, что Иисус есть Мессия, Христос, с Которым на землю приходит Бог и Его Царство.

Внимательно вслушаемся в рассказ о Преображении. В нем упоминается некая высокая гора (Фавор или не Фавор, – какое это имеет значение?). Гора – библейский символ встречи с Богоявлением, место Божественного откровения. Марк говорит, что, когда Иисус преобразился, то есть явилась Его Божественная слава, присутствие Бога в Нем, то Его одежды сделались блистающими как снег; а когда сияние прекратилось, всех накрыло облако. Но ведь и облако – известный библейский символ, знак присутствия Божия. Так и Моисей встретил Бога в облаке. В облаке Бог явился в скинию. Облако наполнило храм при его открытии, во времена Соломона. Иудеи мечтали о том времени, когда на землю явится Мессия. Тогда облако присутствия Божия вновь заполнит храм: «Тогда... явится Слава Господня и Облако, как явилось при Моисее, как и Соломон просил» (2 Макк.2:8). Итак, осеняющее облако – знак того, что Мессия пришел, и всякий в то время, знакомый с Библией, понимал этот символ именно так.

Три ученика – Петр, Иаков и Иоанн – видят Богоявление. Они видят небесный мир. А в этом небесном мире – преображенный Иисус как Мессия и небесный Сын Человеческий из пророка Даниила, в этом мире Моисей и Илия. Моисей как законодатель Израиля, как воплощение Закона и Торы. Илия же был величайшим из пророков. Люди всегда смотрели на него, как на пророка, принесшего им голос Самого Бога. В нашей истории Илия воплощает собой пророческую традицию. К тому же библейское предание говорило, что оба, – Моисей и Илия, – были живыми взяты на небо. Вот там, в небесном мире, они, воплощающие Закон и Пророков, – рядом с Иисусом Христом. Встреча этих двух великих исторических лиц с Иисусом означала, что величайший из законодателей и величайший их пророков благословляли Его, свидетельствовали о Нем.

Наконец, с небес раздается, как и в истории Крещения, голос Божий. Еще раз напомню, что, согласно бытовавшим тогда убеждениям, небо после последнего из малых библейских пророков молчит. И откроется и «заговорит» только при пришествии Мессии. Мессия пришел, небеса заговорили. Бог возвестил нечто похожее на то, что было Им возвещено при Крещении. Тогда глас был таким: «Ты Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мк.1,11). Теперь мы слышим: "7Сей есть Сын Мой возлюбленный; Его слушайте». Мы уже обсуждали первую часть этого «гласа» – «Сей есть Сын Мой возлюбленный». Во-первых, это намек на Пс 2, считавшийся мессианским псалмом. И «Сей есть Сын Мой» означает «Он, то есть Иисус есть Мессия, Христос, Спаситель». Ну, а «Сын возлюбленный» – намек на Исаака, сына Авраама, которого отец принес в жертву. Иначе говоря, В Иисусе на землю пришел Христос, но не такой, какого ожидали иудеи, а такой, какого им послал Бог, – Христос, идущий на жертвенные крестные муки и смерть ради искупления всех людей. Но что же означают слова «Его слушайте»? Для учеников сказанные, они означали, что отныне они должны быть послушны не Моисею, не пророкам, но Ему, Иисусу Христу. Ветхий Завет сменился Новым! И как только были произнесены эти небесные слова, Моисей и Илия исчезли. Ученики "8посмотрев вокруг, никого более не видели, кроме одного Иисуса».

После такого переживания, они были потрясены и сбиты с толку. Слишком все было трудно. Происходило нечто такое, что не только совершенно не укладывалось в их голове. Почему их Учитель, которого они только что видели в славе, должен умереть? И «что значит: воскреснуть из мертвых?»

Дополнение к теме

Сообщение о Преображении дает повод к различным предположениям.

Одни видят в нем изначально рассказ о Воскресении или Вознесении, датировка которого была перенесена в земную жизнь Иисуса. (Впрочем, против этого говорит то, что в других рассказах о пасхальных событиях не играют никакой роли ни Илия, ни Моисей, не слышится никакой небесный голос, которые требовал бы от учеников слушать Иисуса).

Греческое слово μεταμορφώθη (Он был преображен) напоминает также о повествованиях из греческой мифологии, в которых идет речь о преображениях (метаморфозах) божественных образов. (Впрочем здесь речь идет о богах, которые, чтобы общаться с людьми, преображаются в человеческие образы, в то время как в Мк 9,2–3 рассказывается о преображении человека Иисуса).

Иные придерживаются мнения, что в этом рассказе образно выражена только вера в то, что Иисус был Мессией или Сыном Человеческим. Но тогда мы должны спросить себя: Какова же была причина того, что в раннем христианстве этот рассказ мог вообще возникнуть и затем прочно войти в предание? (Даже тот, кто не сомневается в реальности Преображения земного Иисуса, должен спросить себя: По какой причине Марк написал этот рассказ? Ведь в своем Евангелии он сообщает лишь часть того, что происходило с Иисусом во время Его публичной деятельности).

Очевидно, для Марка в этом рассказе о Преображении Иисуса было важно, что все события происходят по особой инициативе Иисуса, и что его свидетелями были отнюдь не все ученики (Мк.9:2). Увидеть Иисуса таким, каким Он здесь изображен, даже для Двенадцати было чем-то очень необычным! Такое видение должно было быть особым даром от Бога: (Он) преобразился перед ними» (буквально: «И Он был преображен перед ними», или, уточняя смысл, «И Бог преобразил Его перед ними»).

Что должно было выразить совместное появление Илии и Моисея (Мк.9:4), нам теперь сказать трудно, потому что Илия и Моисей вместе появляются только здесь. Может быть, они просто воплощают «небесный мир», ибо, по иудейскому убеждению, оба они не умерли, но были восхищены на небо. В пользу такого понимания говорит также предшествующий стих: "3Одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить». Поскольку небесная жизнь, которой будут удостоены праведники после воскрешения, в раннем иудействе всегда сравнивалась с новой, сияющей одеждой, такая картина могла быть понимаема только как откровение небесной жизни в земном Иисусе.

Именно это должны были понять и почувствовать три апостола: с Иисусом на землю пришел небесный мир (Мк.9:4). Мы только тогда имеем полное представление об Иисусе, когда мы видим, что Он уже во время Своей земной деятельности принадлежал также и «миру небесному».

Кому бы не захотелось продлить тот момент, в который ты ощущаешь присутствие Царствия Божия в общении с Иисусом? «5Петр сказал Иисусу: Равви! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии». Таке предложение понятно, но очевидно также, что оно – результат непонимания и растерянности (»6ибо не знал, что сказать»). Петр все еще не хотел – или не мог – принять всерьез слова Иисуса, сказанные за шесть дней перед этим: «Сыну Человеческому много должно пострадать, быть отвержену старейшинами, первосвященниками и книжниками» (Мк.8,31) и «Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мк.8,34).

Также и по этой причине была рассказана история о Преображении Иисуса: Она как бы давала понять, почему нам и после Пасхи так трудно осознать слова Иисуса о крестоношении. Если даже Петр...

Но это ничего не изменяет в истинности слов Иисуса. Необходимость крестного пути не противоречит любви Божией. Напротив! Это о Нем, Кто должен идти путем страданий, Бог говорит с небес: "7Сей есть Сын Мой возлюбленный; Его слушайте».

Мы спрашивали: Почему в раннем христианстве мог возникнуть такой рассказ и почему он передавался далее? – Теперь нам уже легче ответить на этот вопрос.

Рассказ о Преображении Иисуса, во-первых, мог возникнуть с целью сообщить, что среди апостолов были некоторые, которым было даровано более глубокое знание об Иисусе. Они ощущали, что Иисус принадлежал также и к небесному миру. Они в Нем увидели «Царствие Божие, пришедшее в силе» (Мк.9,1). – И даже если эта идея им была дарована только после Пасхи, в истинности этой мысли ничто не менялось.

Но наш рассказ также разъясняет, что не понимает сути дела всякий, кто хотел бы удержать тот блаженный момент, в который к нему приходит и его освещает Иисус. Тот факт, что в Иисусе на землю пришло Царство Божие, не означает, что отныне наша жизнь на этой земле обязательно должна стать лучше.

Мартин Бубер в своих «Хасидских историях» рассказывает:

«Когда равви Менахем жил в Земле Израиля, некий безумец взошел однажды незамеченным на Масличную гору, встал на вершине и затрубил в бараний рог. Услышав звук рога, люди встрепенулись и испугались: им показалось, что это трубный глас Мессии. Равви Менахем тоже услышал звук рога. Он открыл окно, взглянул через него на свет Божий и сказал: «Нет, это не обновление"».

Своим преданием о Преображении Иисуса Ранняя Церковь предостерегает именно от такого заключения о состоянии мира в результате пришествия Мессии (и наоборот!).

4. О границах небесных откровений (Мк.9,9–13) (Мф 17,9–13)

9Когда же сходили они с горы, Он не велел никому рассказывать о том, что видели, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мертвых. 10И они удержали это слово, спрашивая друг друга, что значит: воскреснуть из мертвых. 11И спросили Его: как же книжники говорят, что Илии надлежит придти прежде? 12Он сказал им в ответ: правда, Илия должен придти прежде и устроить всё; и Сыну Человеческому, как написано о Нем, [надлежит] много пострадать и быть уничижену. 13Но говорю вам, что и Илия пришел, и поступили с ним, как хотели, как написано о нем.

Итак, совершенно естественно, что три ученика были в недоумении, спускаясь с горы. Во-первых, Иисус начал с того, что запретил им рассказывать о том, что они видели. Иисус понимал, что они все еще были обуреваемы идеей о Мессии – сильном и властном. Если они будут рассказывать о случившемся на вершине горы, о том, как явилась слава Божия, как явились Моисей и Илия, то как это совпадет со всеобщим ожиданием? Нет, ученики еще должны были уразуметь, что такое истинное Мессианство. Лишь одно могло научить их – Распятие и последующее Воскресение. Только после всего этого они убедятся, что Иисус действительно был Мессией, тогда, и лишь тогда, они смогут рассказать о славных событиях, которым они были свидетелями на вершине горы. Но пока они еще не понимали, что значат слова Иисуса о воскресении. Оттого и спрашивали: "10что значит: воскреснуть из мертвых?». Дело просто в том, что они выросли в совершенно иных представлениях о Мессианстве, и потому не могли уразуметь, что сказал Иисус. И тогда они спросили о том, что поразило их. Иудеи верили, что прежде чем придет Мессия, должен придти Илия, как Его вестник. «Вот, Я пошлю к вам Илию пророка пред наступлением дня Господня, великого и страшного. И он обратит сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их, чтобы Я, придя, не поразил земли проклятием» (Мал 4,5–6). В предании говорилось, что Илия придет на три дня раньше Мессии. В первый день он будет стоять на вершинах Израиля, оплакивая горе и запустение земли. А потом голосом, который будет слышан от одного края земли до другого, воскликнет: «Мир нисходит на землю! Мир нисходит на землю!». На второй день он воскликнет: «Благо нисходит на землю! Благо нисходит на землю!». А на третий день он воскликнет: «Иешуа (спасение) нисходит на землю! Иешуа нисходит на землю! Он все исправит».

Совершенно естественно, что ученики удивлялись: «Если Иисус – Мессия, кто же Илия?». Иисус ответил словами, понятными каждому иудею. «Илия пришел, – сказал Он, – и поступили с ним, как хотели». Иисус при этом имел в виду заключение в темницу Иоанна Крестителя и его смерть от рук Ирода. Тем самым Иисус вновь обратил внимание учеников к той мысли, которую они не хотели даже держать в голове, но которую, как Он полагал, они должны хорошенько уяснить. Они должны были задать себе невысказанный ими вслух вопрос: «Если они поступили так с предвестником, с предтечей, то что они сделают с Мессией?». Иисус буквально перевернул все представления и мысли своих учеников. Они ждали явления Илии, прихода Мессии, внезапного вторжения Бога в историю и Его сокрушительной победы, которую они считали одновременно победой Израиля. Иисус хотел, чтобы они посмотрели в глаза факту, что вестник был жестоко убит, и что Мессию ждет один конец – распятие. Но они все еще не понимали, и эта неспособность понять объясняется тем же, что и всегда: люди не могут понять что-то, потому что они цепляются за свои представления. Они хотят, чтобы все было так, как хотят они, а не Бог. Их заблуждения мешают им видеть откровение истины Божией.

Дополнение

Итак, «когда они сходили с горы, Он не велел никому рассказывать о том, что видели, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мертвых». Почему? Разве не легче ли было бы апостолам сохранять верность Иисусу даже в дни Его страданий, если бы Петр, Иаков и Иоанн заранее рассказали бы им о том, что они пережили на горе? Это если мы предполагаем, что они действительно пережили такое откровение. Или этот запрет доказывает, что события на Фаворе вообще не было? – Такие размышления невольно напрашиваются. Однако они не принимают во внимание следующие моменты:

– в том или ином серьезном случае нашей жизни нам мало помогает «информация» о каких-то откровениях, которые были даны другим;

– даже наши собственные, вполне ясные мысли и идеи мы можем превратно понимать до тех пор, пока мы размышляем над ними и толкуем их, исходя из ложных предпосылок.

Для осознания этого и приводится разговор Иисуса с апостолами после того как они спустились с горы.

Первая реакция учеников на слова Иисуса была такой: «10Они удержали это слово, спрашивая друг друга, что значит: воскреснуть из мертвых». И когда Марк сообщает нам об этом недоумении апостолов, то ведь речь-то в их вопрошании идет отнюдь не о всеобщем воскресении мертвых. Ибо что значит такое воскресение, было известно всем иудеям во времена Иисуса, даже саддукеям, которые отрицали воскресение. Речь у апостолов идет лишь о том, о чем Иисус только что упомянул – о «воскресении Сына Человеческого»!

Но что же им в этом было непонятно? Это объясняет следующий стих: »11И спросили Его: как же книжники говорят, что Илии надлежит придти прежде?». Здесь ученики имеют в виду распространенное среди книжников мнение о том, что перед пришествием Мессии – или перед днем Господним – придет Илия, ибо так написано у пророка Малахии:

Вот, Я пошлю к вам Илию пророка

пред наступлением дня Господня,

великого и страшного.

И он обратит сердца отцов к детям

и сердца детей к отцам их,

чтобы Я, придя,

не поразил земли проклятием

_(Мал 4,5–6).

Если же деятельности Мессии должна предшествовать деятельность Илии, которая обратит сердца израильтян, то как тогда вообще возможна вообще говорить о насилии над Сыном Человеческим вплоть до Его убийства? (Вспомним Мк.8,31: «Сыну Человеческому много должно пострадать, быть отвержену старейшинами, первосвященниками и книжниками, и быть убиту»).

Иисус не отвергает слов Писания: «Правда, Илия придет прежде и устроит всё». Таково обещание Божие. Бог исполняет Свои обещания. Но при этом возникает вопрос (в нашем переводе неверно!): «И как же тогда написано о Сыне Человеческом, что Он много пострадает и будет уничижен?». – Где «написано»? Как и в Мк.8,31, здесь имеется в виду Пс 117,22 (по LXX): «Камень, который отвергли строители...». В псалме преследуемый праведник описывает выпавшие на его долю унижения и спасение от Бога. Место строителей заступают иерусалимские первосвященники, книжники и старейшины.

Ответ на поставленный вопрос дает сама история: "13Илия пришел, и поступили с ним, как хотели, как написано о нем». В действиях Иоанна Крестителя Бог оправдал Свое обещание. Это Иоанн Креститель должен был все восстановить! Но какой успех он имел? Он испытал такую судьбу, какая была предсказана Писанием как судьба праведника (см. Беседа 19. Продолжение). Мы не поймем судьбы Божии и Его посланников в нашем мире до той поры пока мы не поймем и того, как часто и многообразно мы, люди, препятствуем осуществлению воли Божией в нашем мире.

Но эта ссылка на Писание («Илия пришел, и поступили с ним, как хотели, как написано о нем») все же не очень понятна. Во всяком случае, она – предмет размышлений экзегетов. Ведь предполагаются страдание и смерть Илии /redivivus/29. Обычно для объяснения привлекается Откр 11,3–14 («притча о двух свидетелях»), и при этом предполагается некое распространенное иудейское предание (см. J.Jeremias, ThWNT IV, 868 и II, 941–943), которое должно было некогда находиться в каком-то иудейском писании. Это писание должно было пользоваться успехом. Вообще это место толкуют с большой неуверенностью. В предании (и Откровении) речь идет о двух свидетелях, которые были убиты и вновь ожили, чтобы вознестись на небо. Последнее – явный намек на следующее место из Писания: «Вдруг явилась колесница огненная и кони огненные, ... и понесся Илия в вихре на небо. Елисей же смотрел и воскликнул: отец мой, отец мой, колесница Израиля и конница его! И не видел его более» (4Цар 2,11–12). Предание испытало христианское влияние, что очевидно в Откровении: «И трупы их оставит на улице великого города, который духовно называется Содом и Египет, где и Господь наш распят. И [многие] из народов и колен, и языков и племен будут смотреть на трупы их три дня с половиною, и не позволят положить трупы их во гробы» (Откр 11,8–9). Обращают внимание на преследования Илии, которое заранее намекало на преследование и убийство Илии /redivivus/. «И послала Иезавель посланца к Илии сказать: ...пусть то и то сделают мне боги, и еще больше сделают, если я завтра к этому времени не сделаю с твоею душею того, что [сделано] с душею каждого из них... Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять ее» (3Цар 19,2, 10, 14). Иезавель и Иродиада в их ненависти к Божиим посланцам усиливают параллели между Илией и Иоанном. В любом случае, исходный пункт для христианской аргументации – фактическая участь Иоанна.

* * *

29

/redivivus/ (лат.) – воскресший. – Редакция «Азбуки Веры»

Комментарии для сайта Cackle