праведный Иоанн Кронштадтский

Дневник. Том II. 1857–1858

 Часть 1Часть 2

ЧТЕНИЕ ИЗ ВЕТХОГО ЗАВЕТА

Книга Числ

Глава 3, ст.49 и далее. Бог повелел Моисею дать Аарону и сынам его искуп из преизбывающих (сверх числа левитов между первенцами израильскими). И взял Моисей серебро выкупа (на жалованье) за излишних против числа замененных левитами, от первенцев Израилевых взял серебра тысячу триста шестьдесят пять [сиклей], по сиклю священному, и отдал Моисей серебро выкупа [за излишних] (превышающих число левитов) Аарону и сынам его по слову Господню, как повелел Господь Моисею. Значит, достойно и праведно мы собираем с прихожан как бы дань в праздники Господни. В Ветхом Завете Сам Господь повелел собирать для левитов сребро.

Глава 4, 7. На трапезе предложения да положат на ней одежду17 всю багряную и блюда, и кадильницы и чаши, и возливальницы… и хлебы на ней всегда да будут. Как многое у нас делается по подобию ветхозаветной скинии. И теперь у нас большею частию на трапезе одежда бывает багряная, и на ней хранятся сосуды священные.

Глава 5, ст.1 и 2[-3]. И сказал Господь Моисею, говоря: повели сынам Израилевым выслать из стана всех прокаженных, и всех имеющих истечение, и всех осквернившихся от мертвого… чтобы не оскверняли они станов своих, среди которых Я живу. Смотри, какой чистоты требовал Господь от израильтян, с которыми Он благоволил быть, как Отец с детьми. Не так же ли чистым должен быть ты?.. 21 ст. Заклинание жреца, обращенное к прелюбодейце: да предаст тебя Господь проклятию и клятве в народе твоем, и да соделает Господь лоно твое опавшим и живот твой опухшим… Как страшно наказывалось прелюбодейство!

6 гл., 24–26. Господь так заповедал Аарону и сынам его благословлять народ израильский: да благословит тебя Господь и сохранит тебя! да призрит на тебя Господь светлым лицем Своим и помилует тебя! да обратит Господь лице Свое на тебя и даст тебе мир!

Глава 7, 89 ст. Когда Моисей входил в скинию собрания, чтобы говорить с Господом, слышал голос, говорящий ему с крышки, которая над ковчегом откровения между двух херувимов, и он говорил ему. Блажен ты, человек Божий: сколько раз удостаивался ты беседы с Богом всяческих.

Глава 8. Седмисвещный светильник у нас за престолом или на престоле по подобию скинии Моисеевой. Ст. 1 и 2. По избрании левитов Господь повелел Моисею очистить их. Между прочим, левиты должны были возложить руки на головы тельцов; для этого было два вола – один о грехе и другой во всесожжение Господу, в умилостивление о них. 13 ст. Если в Ветхом Завете кровь телчая, как образ Крови Спасителя, очищала грехи людей, то, без всякого сомнения, в Новом Завете – Кровь Агнца Божия. 15[-18]. Господь говорит о левитах: они отданы Мне из сынов Израилевых: вместо всех первенцев из сынов Израилевых, разверзающих всякие ложесна, Я беру их Себе; ибо Мои все первенцы у сынов Израилевых, от человека до скота: в тот день, когда Я поразил всех первенцев в земле Египетской, Я освятил их Себе и взял левитов вместо всех первенцев у сынов Израилевых. Как Творец, Бог имеет над нами непререкаемое право собственности: и душою, и телом, как делом рук Его, мы принадлежим Ему. 24 и 25 ст. Воля Господня была такова о левитах, о времени их служения, чтобы они вступали в службу двадцать пять лет и выше и служили до пятидесяти лет, а потом отставали от служения, вероятно, потому, что люди старые и привыкшие служить святыне делаются и небрежны к своему делу, да и малоспособны.

Глава 9, 15 ст. и далее. В тот день, когда поставлена была скиния, облако покрыло скинию откровения, и с вечера над скиниею как бы огонь виден был до самого утра. Так было и всегда: облако покрывало ее [днем] и подобие огня ночью. Господь и в Ветхом и в Новом Завете являлся в облаке. Например, в Новом Завете, во время преображения Господня, облак светел осенил апостолов, и был из облака глас Бога Отца [Мф. 17,5]. Это потому, что без облака блистание Божества было бы невыносимо для бренного ока.

Глава 10, 10 ст. В день веселия вашего, и в праздники ваши, и в новомесячия ваши трубите трубами при всесожжениях ваших и при мирных жертвах ваших, – и это будет напоминанием о вас пред Богом вашим. Я Господь, Бог ваш. Теперь не хуже трубы исправляют у нас эти дела колокола. 34[-36] ст. И облако Господне осеняло их днем, когда они отправлялись из стана. Когда поднимался ковчег в путь, Моисей говорил: восстань, Господи, и рассыплются враги Твои, и побегут от лица Твоего ненавидящие Тебя! А когда останавливался ковчег, он говорил: возвратись, Господи, к тысячам и тьмам Израилевым! У нас вместо кивота гораздо больше и светлее: пречистые Тайны. С большею торжественностию мы можем тоже провозглашать при воздвижении их.

Глава 11, ст.7 и 8 и далее. Понятие о манне: ее употребление. 11–15 ст. Жалоба Моисея Богу на народ израильский, роптавший на мнимую скудость продовольствия в пустыне.

21 [-23] ст. Шестьсот тысяч пеших в народе сем, среди которого я нахожусь (среди коих я живу, коими я начальствую); а Ты говоришь: Я дам им мясо, и будут есть целый месяц (Моисей недоумевает, откуда Богу взять столько мяса)! заколоть ли всех овец и волов, чтобы им было довольно? или вся рыба морская соберется, чтобы удовлетворить их? И сказал Господь Моисею: разве рука Господня коротка (исполнить желание ропщущих)? ныне ты увидишь, сбудется ли слово Мое тебе, или нет? Ты ли это говоришь, боговидец Моисей? Ты ли не доверяешь всемогущему Господу, изведшему людей Своих из Египта десницею Своею и мышцею высокою? Разве не Его земля и все, что наполняет ее, разве не Его все звери в лесу, и скот на тысяче гор [Пс. 49,10], пресмыкающиеся и птицы крылатые [Пс. 148,10]? Разве рука Господня коротка сделать все, что только угодно будет Господу? Но вот тебе докажет это делом Сам Господь. Как несомненно, что и самые избранные Божии были не без недостатков! Всего удивительнее, как близко к сердцу человеческому неверие предметам духовным!

Глава 12. Мариам и Аарон ропщут на [Моисея]. Бог зовет их к Себе на суд в скинию свидения: и вот сошел Господь в облачном столпе, и остановился у входа скинии, и позвал Аарона и Мариам, и вышли они оба. И сказал: слушайте слова Мои: если бывает у вас пророк Господень, то Я открываюсь ему в видении, во сне говорю с ним; но не так с рабом Моим Моисеем (не так Я поступаю с рабом Моим Моисеем), – он верен во всем дому Моем: устами к устам говорю Я с ним, и явно, а не в гаданиях, и образ Господа он видит; как же вы не убоялись упрекать раба Моего, Моисея? И воспламенился гнев Господа на них, и Он отошел. И облако отошло от скинии, и вот, Мариам покрылась проказою, как снегом… И сказал Аарон Моисею: господин мой! не поставь нам в грех, что мы поступили глупо и согрешили (сделали грех); не попусти, чтоб она была, как мертворожденный младенец, у которого, когда он выходит из чрева матери своей, истлела уже половина тела [ст. 5–12]. Какое страшное наказание – проказою! Прокаженный похож был на мертвеца: он делался бледен и безжизнен, как полотно. Моисей воззвал ко Господу, говоря: Боже, исцели ее! И сказал Господь Моисею: если бы отец ее плюнул ей в лице, то не должна ли была бы она стыдиться семь дней (кольми паче если Я, Отец всякой твари, сделал подобное тому, не должна ли она понести посрамление и отлучение)? итак пусть будет она в заключении семь дней вне стана, а после опять возвратится. Так и сделано. Израиль весь стоял в ожидании очищения Мариами.

Глава 13, 34. Там (в земле ханаанской) видели мы и исполинов, сынов Енаковых, от исполинского рода; и мы были в глазах наших пред ними, как саранча… У малодушного страха глаза велики.

Глава 14. После соглядания (обозрения) земли ханаанской израильтяне сильно ропщут на Моисея и говорят, между прочим: о, если бы мы умерли в земле Египетской или в этой пустыне; зачем Господь вводит нас в эту землю для того только, чтобы пасть нам на брани; жены и дети наши будут похищены. Лучше нам теперь возвратиться в Египет. И сказали друг другу: поставим для себя старшего и возвратимся в Египет. Что было делать Моисею и Аарону с такими людьми? Дивное дело: великий пророк и боговидец Моисей, который сделал столько чудес в Египте, вместе с Аароном падает ниц пред непокорным народом; Иисус Навин и Халев, обозревавшие неприятельские земли, растерзывают ризы свои и усовещевают народ не верить людям малодушным и уверяют, что земля, ими виденная, очень, очень хороша; что аще любит народ Свой Господь, введет его в землю ту и даст ее ему; что земля, точно, кипит медом и млеком. Увещевают не отступать от Господа и не бояться людей этой земли, потому что она уже отдана для наслаждения евреям, что кончилось уже время для этих народов. Господь определил их стереть с лица земли – и Господь с евреями. Бунтовщики хотели утешителей побить камнями. Но вот является Сам Господь в облаке над скиниею свидения всем израильтянам и говорит Моисею: доколе будут огорчать Меня эти люди? И не веровать Мне, несмотря на все знамения, которые Я сотворил в глазах их? Я поражу их смертию; а тебя и дом отца твоего сделаю многочисленным народом, большим, чем этот буйный, непокорный народ. Моисей говорит Господу: а что скажут египтяне, когда услышат, что Ты погубил в пустыне людей, которых вывел от них крепкою рукою Твоею? Да и все, живущии в земле ханаанской слышали, что Ты – Господин у этих людей и являешься им лицем к лицу; что облак Твой стоит над их полком и столпом облачным идешь Ты впереди их днем и столпом огненным ночью. Теперь, если Ты истребишь этот народ как одного человека (а долго ли Тебе это сделать?): одно мановение воли всесильной или одно всемогущее слово – и никого не станет, – то все народы, слышавшие имя Твое, скажут, говоря: так как Господь не мог ввести в обетованную землю народ Свой, то погубил его в пустыне. Нет, да вознесется рука Твоя, Господи, как Ты сказал, говоря: Господь долготерпелив, и многомилостив, и истинен; отнимает беззакония и неправды, и грехи, и очистит повинного. Оставь грехи этим людям по великой милости Твоей, как Ты был к ним милостив от исшествия из Египта доныне. Господь говорит Моисею: милую их по слову твоему. Но жив Я, и всегда живет имя Мое и наполнит слава Господня всю землю: что все, видевшие славу Мою и чудеса, которые Я сотворил в Египте и в этой пустыне, и вот уже в десятый раз искусившие Меня и не послушавшие Меня, – не увидят земли, которую с клятвою обещал Я отцам их; разве только детям их, здесь – предо Мною находящимся, которые не знают еще добра и зла, и невинным юношам дам эту землю, а все, прогневавшие Меня, не увидят ее. Затем Бог повелевает Моисею объявить израильтянам следующее: жив Я: истинно сделаю вам так, как вы говорили Мне (лучше нам умереть в этой пустыне): в этой пустыне падут ваша тела… всех, кто роптал на Меня. Не войдете вы в землю, на которую Я простер руку Мою – чтобы поселить вас на ней, кроме Халева, сына Иефониина, и Иисуса, сына Навина. Детей же ваших, за которых вы опасались, что они будут похищены, введу в эту землю, от которой вы отказались. Впрочем, дети ваши, как овцы, будут пасомы в пустыне сорок лет и понесут тяжесть вашего греха – по числу дней, в которые вы осматривали землю, то есть сорок дней: за день целый год. Сорок лет будете носить грехи свои и опытно узнаете, что Я праведен во гневе Своем… Воля Господня исполнилась: вскоре вымерли все те, которые ходили осматривать землю ханаанскую и отзывались об ней худо. А в продолжение последующего времени вымерли и остальные израильтяне, говорившие: лучше нам умереть в пустыне. О люди! люди! люди! Из-за чего Бог так долготерпелив к вам? В избранном народе можно видеть подобие целого мира – людей всех времен, всех мест и наций. Единородный Сыне Божий! За такой-то буйный, ропотливый, развращенный, неблагодарный род человеческий Ты благоволил пострадать! О, любовь! любовь! любовь!

Глава 16. Корей, Дафан, Авирон и Авнан и двести пятьдесят человек начальников сонма, мужи именитые, восстают на Моисея и Аарона по зависти, за то, что они начальствуют в народе, говоря: довольно вам быть такими, как весь сонм18 израильский. Он весь свят, и в нем Господь присущ, как в Своем избранном народе, – зачем вы начальствуете в сонме Господнем? Выслушав это, Моисей падает ниц и говорит Корею и всему его сонму: Господь Сам высмотрел и узнал сущих Своих и святых и привел к Себе; а коих не избрал, тех и не благоволил привести к Себе (как же вы говорите, что все святы). Сделайте вот что: Корей и весь сонм его, возьмите себе кадильники и вложите в них утром огонь и фимиам пред Господом; если изберет кого из вас Господь, тот и свят: пусть тогда довольно будет вам сынов Левииных. Моисей говорит Корею: послушайте меня, сыны Левиины, разве вам еще мало того, что вас отлучил Бог и особенно усвоил Себе от всего сонма израильского и привел вас к Себе, сделал самыми приближенными Своими – служить службы в скинии Господней и стоять пред сонмом Господним, чтобы служить Ему? Он привел к Себе и тебя, и всю братию твою, сынов Левииных, и вы просите еще священства? Так делаешь ты и весь сонм твой, собравшийся делать дерзости Богу? Не на Аарона вы ропщете: он не сам поставил себя первосвященником; он сам в себе очень мало значит, но он представляет собою лице Божие. Моисей послал за Дафаном и Авироном, но они сказали посланным: не идем. Еще мало разве тебе, что ты и звал нас из земли, кипящей медом и млеком, чтобы погубить нас в пустыне; еще владеешь нами: ты князь, ты вождь, а ввел ли ты нас в землю, кипящую млеком и медом, дал ли нам долю полей и виноградников? Ты изткнул19 очи у этих людей: не идем. Моисей сильно прогневался на них и сказал Господу: не обращай внимания на их жертвы: ничего я от них не хотел, никого из них я не обидел. И сказал Моисей Корею: освяти свой сонм (то есть сделайте нужное приготовление к явке пред Бога). И завтра утром будьте готовы – явишься Господу ты и Аарон и все они; возьмите каждый кадильник свой, положите в него фимиам и принесите пред Господа каждый свой кадильник – двести пятьдесят кадильников – по числу голов; так же ты и Аарон каждый свой кадильник. И вот каждый взял свой кадильник, положил в них огонь с фимиамом, а Моисей и Аарон стали пред дверьми скинии свидения. Корей также собрал весь сонм свой и поставил пред дверьми же скинии: и вот всему сонму явилась слава Господня (или Сам Господь всяческих). Господь обращает речь Свою к Моисею и Аарону, говоря: отступите вы от этого сонма, и Я истреблю их (как зловредных гадов). Моисей и Аарон падают на лица свои и взывают: Боже, Боже духов и всякой плоти (торжественно-грозные минуты: трепет так и проникает всю душу): один человек согрешил, а гнев Твой ужели на весь сонм? Господь снова говорит Моисею: скажи сонму: отступите кругом от сонма Корея, Дафана и Авирона. Моисей пошел к Дафану и Авирону, за ним пошли и все старцы израильские. Моисей говорит сонму: отступите от кущ20 этих жестокосердых людей и не прикасайтесь ко всякой их собственности, чтоб вам не погибнуть во всем грехе их. Все кругом отступили от кущ Корея, Дафана и Авирона; и Дафан и Авирон вышли и стали пред дверями кущ своих с женами, детьми и с имением своим. Моисей продолжает: вот почему вы узнаете, что Господь послал меня сделать все эти дела, что я не от себя делаю это: если они умрут естественною, какою обыкновенно умирают люди, смертию, – то не посылал меня Господь. Но Господь даст явный знак всем: земля, разверзшись, пожрет их, и домы их, и кущи их, и все, что принадлежит им; сойдут они живые во гроб, и вы узнаете, что эти люди разгневали Господа. Когда Моисей кончил речь, внезапно расселась земля под ногами их и пожрала их с домами их, равно как и всех людей, бывших в заговоре с Кореем, и скотов их. И сошли они со всем, что было их, живые во ад, и покрыла их земля: погибли они из сонма. Весь народ израильский со всеми окружающими отбежали назад от вопля их, говоря: чтобы и нас не пожрала земля. Затем от Господа вышел огонь и поел двести пятьдесят человек, принесших фимиам. И Господь сказал Моисею и Елеазару жрецу, сыну Ааронову: соберите медные кадильники между сгоревшими людьми и этот чуждый огонь рассыплите там, потому что кадильницы этих грешных людей были священны для своих владельцев, и сделайте из них кованые дщицы, чтобы обложить ими у алтаря, так как они принесены были ко Господу и освятились, и были знамением для сынов израилевых. Елеазар взял медные кадильники выгоревшие, сколько их принесли, и обложил ими алтарь – на память сынам израилевым, чтобы никакой иноплеменник и никто не от семени Ааронова не приступал возлагать фимиам пред Господом и не потерпел того же, что Корей и его советники. Утром израильтяне опять подняли ропот на Моисея и Аарона, говоря: вы избили людей Господних. Когда сонм напал с ропотом на Моисея и Аарона и устремился к скинии свидения, ее покрыл облак и опять явилась слава Господня: Моисей и Аарон подошли к самой скинии. Господь сказал Моисею и Аарону: посторонитесь от этого сонма, и Я истреблю его разом. Они пали на лица свои. Моисей говорит Аарону: возьми кадильник и вложи в него огонь с алтаря, положи в него фимиам и понеси поскорее в полк и помолись о них, потому что, как видишь, Господь прогневался и начал губить людей. Аарон взял кадильницу и пошел в сонм, потому что люди уже начали погибать, и положил он фимиам в кадильницу и начал молиться о людях. Встал он с своей кадильницею между мертвыми и живыми; и вот смерть прекратила свои губительные действия. В этот раз погибло от гнева Божия четырнадцать тысяч семьсот человек, кроме умерших в Кореевом возмущении. После сего возвратился Аарон к Моисею к дверям скинии свидения, и смерть перестала поражать свои жертвы. Страшен гнев Твой, Боже всемогущий и праведный! От гнева Твоего никуда не скроешься, потому что Ты везде, и везде тварь Твоя выдаст Тебе нас, беглецов. Земля по слову Твоему разверзается и поглощает дерзких возмутителей в народе Твоем. Теперь никогда почти не бывает таких страшных явлений гнева Господня: Сын любви Отчей умилостивил Отца Своего о всех неправдах людских, Сам все претерпевши за них, и земля не разверзается теперь для поглощения нечестивцев: дух Евангелия есть дух кротости, любви и милости. Когда самаряне не хотели принять к себе Спасителя с проповедию, апостолы сказали Ему: хочешь ли, мы скажем, чтобы огонь сошел с неба и истребил их, как и Илия сделал? Но Он, обратившись к ним, запретил им и сказал: не знаете, какого вы духа; ибо Сын Человеческий пришел не губить души человеческие, а спасать [Лк. 9,54–56]. Так и ныне Он многих милует, хотя бы они и заслуживали наказания.

Глава 17. Господь велит Моисею взять у всех князей колен израильских по жезлу – двенадцать жезлов – и написать имя каждого на жезле его (имя Аарона велено написать на жезле Левиином, потому что это один жезл), а затем положить их в скинию свидения, против очистилища (свидения). В этих жезлах Господь обещал явить силу Свою, именно: у человека, избранного Богом, должен был процвесть его жезл. Я, говорит, явлюсь в них тебе тут. У того человека, которого Я изберу, жезл процветет; и этим Я уничтожу ропот израильтян. Жезлы взяты и положены в скинии свидения; жезл Аарона был среди жезлов других начальников племен. Утром Моисей и Аарон вошли в скинию свидения – и видят: жезл Аарона из дома Левиина процвел, дал ветвь, цветы и вырастил орехи. Моисей вынес все жезлы из скинии к народу: все видели это и взяли каждый свой жезл. Жезл Ааронов Господь велел отнесть в скинию на хранение, в знамение для ослушников. Израильтяне в страхе и смирении сказали Моисею, говоря: вот мы истреблены, погибли, исчезли: всяк, прикасающийся к скинии свидения Господня, умрет: не погибнем ли мы все до конца?

Глава 18. Бог запретил левитам прикасаться к священным сосудам и приходить к алтарю под угрозою смерти. У нас причетники также не имеют дозволения прикасаться к священным сосудам и к алтарю или престолу.

8[-9] ст. И сказал Господь Аарону: вот, Я поручаю тебе наблюдать за возношениями Мне; от всего, посвящаемого (освященного Мне) сынами Израилевыми, Я дал тебе и сынам твоим, ради священства вашего, уставом вечным; вот, что принадлежит тебе из святынь великих, от сожигаемого: всякое приношение их хлебное, и всякая жертва их за грех… что они принесут Мне; это великая святыня тебе и сынам твоим. 12[-13]. Все лучшее из елея и все лучшее из винограда и хлеба, начатки их, которые они дают Господу, Я отдал тебе; все первые произведения земли их, которые они принесут Господу, да будут твоими… 15. Все, разверзающее ложесна у всякой плоти, которую приносят Господу, из людей и из скота, да будет твоим; только первенец из людей должен быть выкуплен, и первородное из скота нечистого… 17[-18]. За первородное из волов, и за первородное из овец… из коз, не бери выкупа: они святыня; кровью их окропляй жертвенник, и тук их сожигай в жертву, в приятное благоухание Господу; мясо же их тебе принадлежит, равно как грудь возношения и правое плечо тебе принадлежит. 21. А сынам Левия, вот, Я дал в удел десятину из всего, что у Израиля, за службу их, за то, что они отправляют службы в скинии собрания. 25[-27]. И сказал Господь Моисею, говоря: объяви левитам и скажи им: когда вы будете брать от сынов Израилевых десятину, которую Я дал вам от них в удел, то возносите из нее возношение Господу, десятину из десятины, – и вменено будет вам это возношение ваше, как хлеб с гумна и как взятое от точила. Чем Господь ныне вознаграждает на земле священников и левитов Нового Завета за службы их? А плата за требы? Это – десятина своего рода. Церковные поминовения… (Молебны, ходы со священною водою и со крестом.)

19 глава. Прикасающийся ко всякой мертвечине нечистым почитался семь дней. Об иссопе и воде окропления, очищающей нечистых.

20 глава. Израильтяне приходят в пустыню Син и останавливаются в Кадесе. Здесь скончалась сестра Аарона Мариам. Израильтяне поднимают ропот на Моисея за недостаток воды. Ты вывел нас, говорят они, из Египта и ввел сонм Господень в эту пустыню, в которой не сеется и нет ни виноградных, ни яблочных дерев, и даже воды. Моисей и Аарон приходят от народа пред двери скинии свидения и падают ниц: вот над ними является слава Господня. Господь говорит Моисею: возьми жезл свой и созови ты с Аароном, братом своим, народ и скажи пред ними камню, чтобы он дал воды, – и он даст вам воды. Когда изведете воду из камня, то напойте их и скотов их. И взял Моисей жезл из Святилища, как повелел Господь, и созвали Моисей с Аароном народ перед камень (скалу), и сказал народу Моисей: разве из камня извести нам воду? – и с этими словами, подняв руку, ударил в камень жезлом дважды: и потекла в изобилии вода, и напился весь народ и скоты его. Господь с гневом сказал Моисею и Аарону: так как вы не поверили, что Я прославлюсь в чуде пред израильтянами, то не введете вы этого народа в землю, которую Я дал им. Коль славен наш Господь в делах Своих! Кто Бог велий, яко Бог наш! [Пс. 76,14]. Вскоре израильтяне приходят к горе Ор, что у границы земли Едомской. Здесь повелевает Господь Аарону умереть за то, что он с Моисеем прогневал Его неверием у камня, или у воды пререкания. Моисей возвел Аарона с сыном его в виду народу на гору, снял с него одежды первосвященнические и одел в них Елеазара, сына его, и Аарон умер на вершине горы; Моисей и Елеазар сошли с ней. Весь народ был свидетелем, что Аарон умер ста двадцати трех лет, и все израильтяне плакали по нем тридцать дней. Так ничтожен всякий человек пред Богом, Который сделает мановение, чтобы мы не жили больше, – и мы умрем. Жизнь наша со всем, что у нас есть, кроме грехов, есть дар Божий, которым нужно пользоваться с благодарностию и делать из него жертву, благоприятную Богу.

Глава 21, 6 ст. И послал Господь на народ ядовитых змеев, которые жалили народ, и умерло множество народа из [сынов] Израилевых. Яко Мои суть вси зверие дубравнии, говорит Господь, скоти в горах [Пс. 49,10], Мои суть вси гади. Все послушно воле своего Творца. Кого Ему угодно будет употребить орудием Своего гнева на людей, кого пошлет, тот и пойдет: послал Он змей – и змеи исполнили Его волю.

Глава 22, 4. И сказали Моавитяне старейшинам Мадиамским: этот народ поедает теперь все вокруг нас, как вол поедает траву полевую. Отличное, сильное сравнение! Каков же был страх этого царя (Валака), который представлял такою ужасною силу израильтян! О Валааме21, который не соглашался сначала по велению Божию проклинать евреев, согласился наконец отправиться к Валаку, царю Моавитскому, с послами его, на осле. Бог разгневался на него за это, и вот Ангел Божий препятствует ему на пути ехать вперед на ослице. Ослица, заметив Ангела Божия, стоящего на пути прямо против нее, и меч извлеченный в руке его, своротила с пути и пошла на поле. Валаам стал бить ее жезлом своим, чтобы направить ее на путь. Ангел Божий стал у ряда виноградных дерев; деревья были расположены так, что и с той, и другой стороны стояли, как огород. Ослица, видя Ангела Божия, прижалась к ограде и прижала к ней ногу Валаама, Валаам еще больше стал бить ее. Ангел все не отставал и стал в узком месте, где нельзя было Валааму взять ни направо, ни налево. Ослица, видя Ангела Божия впереди и неотразимое препятствие справа и слева, пала под Валаамом. Валаам еще больше рассердился и опять стал бить ее жезлом. И вот – о, чудо! Бог отверз уста у ослицы, и она сказала Валааму человеческим голосом: что я сделала тебе, что ты в третий раз бьешь меня? Валаам отвечает ей: за то бью, что ты наругалась надо мною: если бы у меня был меч, я пронзил бы тебя. Ослица опять говорит Валааму: не я ли ослица твоя, на которой ты ездишь от юности своей доныне? Ужели ты думаешь, что я из презрения к тебе сделала это? Он отвечал: нет, не из презрения. В это время Бог отверз очи Валааму, и он сам увидел Ангела Божия, против него стоящего на пути, и извлеченный меч в руке его. Валаам преклоняется пред ним. Ангел говорит ему: зачем ты бьешь ослицу свою вот уже в третий? Вот, я пришел препятствовать тебе, потому что путь твой неприятен мне, и ослица своротила с дороги уже третий раз, оттого что видит меня на пути. И если бы она не своротила от меня, я убил бы тебя, а ее сохранил. Валаам говорит Ангелу: согрешил: я не знал, что ты противустоял мне на пути. Если же тебе не угоден путь мой, то я ворочусь. Ангел не запретил ему идти с людьми, только велел ему сдержать слово, которое он скажет ему.

Глава 23. Валак встретил Валаама, и этот сказал ему: вот я пришел к тебе. Но не знаю, могу ли что сказать; я скажу только то, что вложит Бог во уста мои. Три раза просил Валак Валаама проклясть евреев, три раза сделаны были для этого нужные приготовления: и три раза, по внушению Божию, Валаам благословил евреев. В первый раз изрек он: из Месопотамии привел меня Валак, царь Моавитский, с гор восточных, говоря: иди прокляни мне Иакова и иди прокляни мне Израиля. А как я прокляну то, чего не проклинает Господь, или как скажу зло о том, о чем не говорит худо Бог. С верху гор увижу я его (Израиля) и с холмов узнаю его. Вот люди эти одни населятся и с языческими народами не станут жить вместе. Кто изочтет семя Иакова или кто пересчитает сонмы Израиля? Пусть я умру с этими праведными людьми, и да будет семя мое, как их семя. Валак прогневался и повел его на другое место, думая, не проклянет ли он хотя здесь израильтян. На этот раз Валаам прорек: встань, Валак, послушай. Не как человек Бог колеблется и не как сын человеческий изменяется: Он сказал – и не сделает ли; изрек слово Свое – и не останется ли оно в силе своей? Вот я приведен сюда благословлять: буду благословлять и не переменю слов своих. Не будет труда22 между Иаковом и не увидят болезни между Израилем: Господь Бог его с ним, слава царская на нем. Бог вывел его из Египта; слава его как слава единорога. Нет ворожбы у сынов Иакова и волхвования у потомков Израиля: заблаговременно сказано ему, что сделает им Бог. Вот люди, как львы, встанут, и, как лев, народ этот прославится своею силою: не уснет он, пока не съест лов и не изопьет крови посеченных им. Валак опять рассердился и потом опять повел его на третье место, на вершину Фогора.

Глава 24. Обратив лицо свое в пустыню, в которой был расположен стан еврейский, Валаам видит Израиля ополчившимся по племенам; и был на нем Дух Божий. Он начинает говорить: говорит Валаам, сын Веоров, говорит человек истинно видящий; говорит слышащий слова Крепкого (Бога), который видел видение Божие во сне; глаза его открыты: сколь хороши домы твои, Иаков, и кущи твои, Израиль; как дубравы тенистые, и как сады при реках, и как кущи, которые поставил Господь, и как кедры при водах. Произойдет человек от семени его и будет обладать многими народами: царство Его возвысится больше Гога23 и возрастет оно. Бог вывел его из Египта; слава его как единорога (который все бодет); поест он враждебные ему народы, измождит толщи их и стрелами своими устрелит врага своего. Вот он возлег и опочил, как лев (после трудов) и как скимен: кто разбудит его (Господь Иисус)? Благословляющие Тебя благословенны, и проклинающие Тебя прокляты. Валак только всплеснул руками в удивлении и гневе и прогоняет его на свое место. Валаам говорит: не сказал ли я и послам твоим, что, если мне даст Валак полну храмину свою серебра и золота, я не могу преступить слова Божия: что скажет мне Бог, то и скажу. Затем Валаам сказывает, что сделают люди эти его людям в последние дни… Покажу ему, но не теперь; ублажаю, но он не приближается на ублажения мои. Воссияет звезда от Иакова и встанет человек от Израиля и погубит князей Моавитских и пленит всех сынов Сифовых (плен веры)… Начало языков, Амалик, и семя их погибнет… Вскоре Валаам отправился восвояси. Блаженны читающие со вниманием и понятием слово Божие: из мира земного они восторгаются как бы в мир небесный. Слово Божие равно самому себе.

Глава 27. Бог изрекает окончательный суд Свой на Моисея, повелевая ему взойти на гору Навав, посмотреть оттуда на землю ханаанскую и затем чрез смерть приложиться к отцам своим. Моисей говорит: да поставит Господь, Бог духов всякой плоти, над обществом сим человека, который выходил бы пред ними (из скинии) и который входил бы пред ними (в скинию), который выводил бы их и который приводил бы их, чтобы не осталось общество Господне, как овцы, у которых нет пастыря [ст. 15–17]. Господь велит Моисею взять Иисуса Навина, человека, в котором есть Дух, и возложить на него руки. Моисей должен был поставить его пред Елеазаром жрецом, сделать ему наказы перед всем сонмом и сообщить ему славу свою, чтобы его слушали все израильтяне.

Глава 30. О власти отца над дочерью и мужа над женою в отношении обетов, данных дочерью или женою. Власть так действительна, что если отец или муж узнают об обетах дочери и жены, то имеют полное право уничтожить их, и дочь или жена будут чисты от своих грехов.

33 глава. Господь велит израильтянам погубить всех жителей земли Ханаанской; если же, говорит, не погубите их, то оставшиеся из них будут тернами для глаз ваших и иглами для боков ваших и будут теснить вас на земле, в которой вы будете жить, и тогда, что Я вознамерился сделать им, сделаю вам [ст. 55–56].

35 глава, ст. 34. Не должно осквернять землю, на которой вы живете, среди которой обитаю Я. Как отец между своими детьми, Господь жил между сынами израилевыми. Не живет ли Он также и между христианами благочестивыми? Да, живет и действует в них.

Книга Второзакония

Гл.1, ст.17. Не различайте лиц на суде, как малого, так и великого выслушивайте: не бойтесь лица человеческого, ибо суд – дело Божие. 31 ст. Господь, Бог твой, носил тебя, как человек носит сына своего, на всем пути, которым вы проходили до пришествия вашего на сие место. Смотри, как это хорошо к тебе идет. Тебя воспитал Господь Бог, как какой-нибудь человек питает сына своего, по всему пути, или в продолжении всего пути твоей жизни, дондеже пришел еси на место сие, которое ныне по милости Божией занимаешь. Как ты должен быть благодарен своему Небесному, Всеблагому и Всемощному Воспитателю.

Глава 4, ст.11. Вы приблизились и стали под горою, а гора горела огнем до самых небес, и была тьма, облако и мрак. 32 и 33. Спроси у времен прежних, бывших прежде тебя, с того дня, в который сотворил Бог человека на земле, и от края неба до края неба: бывало ли что-нибудь такое, как сие великое дело, или слыхано ли подобное сему? слышал ли [какой] народ глас Бога [живаго], говорящего из среды огня, и остался жив?.. 36. С неба дал Он слышать тебе глас Свой, дабы научить тебя, и на земле показал тебе великий огнь Свой, и ты слышал слова Его из среды огня. Велики преимущества иудеев пред всеми народами земными! Хотя теперь они отвергнуты, но Бог помянет милость Свою ко отцем их.

Глава 5. Явление Бога на Синае было так страшно, огонь был так велик, равно как мрак, буря и глас, что израильтяне говорили: 25[-26] ст. Но теперь для чего нам умирать? ибо великий огонь сей пожрет нас; если мы еще услышим глас Господа, Бога нашего, то умрем, ибо есть ли какая плоть, которая слышала бы глас Бога живаго, говорящего из среды огня, как мы, и осталась жива?

Глава 6, [ст.6–9]. И да будут слова сии, которые Я заповедую тебе сегодня, в сердце твоем [и в душе твоей]; и внушай их детям твоим и говори о них, сидя в доме твоем и идя дорогою, и ложась и вставая; и навяжи их в знак на руку твою, и да будут они повязкою над глазами твоими, и напиши их на косяках дома твоего и на воротах твоих. Приложи это к себе.

Глава седьмая. [Далее следует пробел в полтора авторских листа. – Ред.].

* * *

Спаситель спасает грехми умерщвленную нашу душу. Если Он не отнимает физической жизни у людей, не ведущих Его, то потому, что Он щедр и милостив, и щедроты Его на всех делах Его, потому что Он и животным неразумным дает жизнь.

Чуть-чуть в сердце прокрадется пыль греха, хоть и после причастия, – диавол может пристать к ней и ею действовать на тебя. Вот чем объясняются преткновения и после причастия.

Пойми, человек, высокое, небесное дост[оинство] своей души и не возмущай ее земными страстными привязанностями. Ей к Богу прилепляться нужно, а не к тленным вещам: они возмущают ее, а Бог услаждает.

Смущение есть потеря из сердца Господа, неверие сердца в Него, производимое духом злым.

Люди неправильно смотрят на жизнь свою как на собственность, которою будто бы они имеют право располагать по-своему: она – дар Божий; Господь берет ее, когда Ему будет угодно. Это мы видим почти на каждом шагу.

Начертать: начало премудрости – страх Божий. Ты – Господь великий и страшный, а я раб – ничтожный, презренный.

Владычица не только жива и ныне, но и животворит, [исцеляет] души и тела христиан, прибегающих к Ней. То же и святые – и по смерти живы. Спасаеши присно наследие Твое.

Нет, не умрете [Быт. 3,4]. Это диавол и ныне всем усердно нашептывает и внушает всем рвать запрещенные плоды.

Мысли добрые, светлые от Бога или от Ангела светла, хранителя нашего; у человека самого, из сердца, без благодати, исходят злые помыслы [Мф. 15,19] и прочее.

Не отчаивайся: Бог не оставит никогда, по вере и усердию твоему, услаждать тебя в молитве, ободрять и подкреплять тебя.

Если ты иногда не получаешь просимого тобою в молитве, то, видно, со стороны твоей нет приемлемости. То же и о людях других.

Как Господь врачует неверие и отчаяние сердца? Он дает сердцу испытать смерть духовную без веры и надежды, иначе: попускает диаволу умертвить сердце страшною скорбию и теснотою, от коих обмирает все существо человека – и душа, и тело; а потом вдруг, по принятии Святых Таин или после сердечной, слезной молитвы, вводит в человека, в его сердце, жизнь Свою, свет веры и надежды, мир, лепоту, свободу – для того, чтобы человек по крайней мере из таких резких противоположностей в душе его, то есть из противоположностей жизни и смерти, познал, что есть Жизнодавец, без Которого мы умираем и душевно и телесно, и есть виновник смерти – дух злобы, который поражает наше сердце и все существо смертию! Так было сегодня (20 мая, накануне воскресения) со мною. Разрушительный, адский огонь неверия и отчаяния палил грудь мою; мертвящая тяжесть, теснота давили мое сердце; ум оставался во мраке, тело изнемогало от душевных страданий и преклонялось к земле. Но лишь я причастился с верою пречистых Таин – внезапно все существо мое проникла животворящая теплота; я почувствовал благое и легкое бремя на сердце – Христа Господа, тело получило силы. Я весь ободрился, воспрянул от уныния и воздал славу Богу, дивному в животе и смерти.

Благоухающие сосуды благодати, разумею святые Божии, готовы к твоей пользе уделить и тебе от избытка дарований своих по молитве твоей. Отчего же ты не обращаешься к ним? Отчего не просишь их?

Господи! Как часто сердечное обращение мое к Тебе во время общественной службы или домашней молитвы утешало, преисполняло миром и веселием сердце мое! И как же во время наведения или искушения я забываю Тебя, малодушествую, теряю надежду на Тебя? Господи! Просвети тьму мою! Я погибаю без Тебя, Радость моя!

Просите, и дано будет вам [Мф. 7,7; Лк. 11,9]. Так, непременно просящему будет дано. Почему так? Потому именно, что мы обращаемся с молитвою к Богу; а кто обращается к Богу, тот, верно, изменяется нравственно к лучшему, – а таким-то Господь и дает дары Свои.

Иногда я молюсь легко, со сладостию, а иногда – с трудом и с ощущением сердечной тяжкой пустоты, даже с ощущением сердечного противления Богу; в этом последнем случае вера бывает предметом искания, и я не обладаю ею делом. Хочу просить Бога – неверное сердце противится и почитает это излишним; хочу благодарить Бога – противится; хочу славить – но славословие не может идти от грешного сердца. Только преодолением себя можно заставить себя полюбить, находить в этом сладость. Молясь, я должен побеждать в себе противника – противоречника, гордого супостата.

Не вынося вражиих нападений, священники иногда развращаются в своей жизни. Вразумить их.

Обрати все свое внимание на стяжание веры: она – спокойствие, блаженство твоего сердца и твоей жизни. Ты мучаешься сомнением или неверием: оно убивает тебя, лишает иногда плодов молитвы и причащения Святых Таин, вместо мира и радости сердца, поражая его смертельною тяжестию. Стяжи веру – и будешь счастлив.

Если будете иметь веру и не усомнитесь [Мф. 21,21], говорит Господь, то и горы можете переставлять. Смотри же: крепись верою и бойся единого мгновения усумнения; за мгновение сомнения будешь платиться многими часами сердечного мучения. Верного и Истинного прогневал я сомнением.

Источник неверия есть гордость; неверующий внутренно говорит: другие говорят так, а я не соглашаюсь с тем, что они говорят; я хочу верить и говорить иначе. Значит, неверие уничижает слова других и свои мысли сердечные, свои слова поставляет выше мыслей и слов других. Потому, чтобы иметь искреннюю, сердечную веру, непременно нужно смириться сердцем. Господь Спаситель, по человечеству Своему, был кроток и смирен сердцем и нам показал пример величайшего смирения.

О значении сердца в жизни человека: в жизни религиозной, семейной и общественной. Обратить внимание на то, что говорит о сердце Священное Писание Ветхого и Нового Завета. Что значит молиться духом и истиною? Видеть во всем дух и истину: в словах, в вещах и действиях священных.

В молитве мы сами возлагаем на себя тяготу, а молитва – иго благое и бремя легкое.

Чрез меру трудного для тебя не ищи, и что свыше сил твоих, того не испытывай. Что заповедано тебе, о том размышляй [Сир. 3,21–22]. Правило для веры.

Бывают в жизни дни душевного охлаждения к Богу и вообще ко всему, что касается веры. Это бывает со всяким благочестивым человеком. В эти-то дни Господь попускает диаволу особенно нападать на любящих Его – для возбуждения их сердечного жара, для испытания их веры, любви и благодарности к Богу. С этою целию попускает Господь преткновение на общественной молитве, происходящее от сердечного маловерия. В этих испытаниях Господь дает нам видеть нас самих. И Он верно достигает Своей цели.

Глас радости в селениях грешничих; а гласа радости в селениях Господа Сил разве нет? О, есть, есть; только он не раздается так буйно, как в этих селениях, а тихо, внутренно, в сердце, подобно тому, как раздавался глас радости в душе Пресвятой Девы Марии, наитствованной Духом Святым, сказавшей о Себе: возрадовася дух Мой о Бозе, Спасе Моем [Лк. 1,47]. О, коль многое множество благости Твоея!.. [Пс. 30,20].

Предметом человеческой благодарности к Богу должно быть и то, что Он не погубил и не погубляет нас с беззакониями нашими, но очищает, обсекает нашу гнилость или сухость греховную, ограждает нас оплотом заповедей Своих и наказует отеческим жезлом Своим души наши. Что делал Господь с народом еврейским, то делает со всяким человеком: сколько тут поводов к благодарности! Если бы Он не был Любовь, весь – Долготерпение, бросил бы нас давно: иной и Богу, и людям, и себе в тягость, а живет.

Раб Мой Иов помолится [Иов. 42,8]. Высота служения священнического и лица священника. Отчего многим не хочется молиться? Ибо где сокровище ваше… [Мф. 6,21]. Не научились ценить молитвы, не дознали опытно сладость ее или и дознали, но вознерадели. Сердце нечистое любит мирское. Духовное – для него невместительно. Что общего у света с тьмою? [2Кор. 6,14].

Бог, говорят, все знает, Бог всеблаг: зачем молиться?.. […]

После греха постигли людей тысячи нужд, доказывающих, что они – не боги; необходимость молитвы как прошения… А благодарить? А славословить?

Везде истина Божия; только в духах злых нет ее, да часто не бывает ее в людях, ходящих по плоти и по духу века сего. Истина Господня неотразимо тяготеет надо мною со всех сторон: говорит истину в сердце своем… не поколеблется вовек [Пс. 14,2–5].

Сосчитай, если можешь сосчитать, сколько раз спасал тебя от бед Спаситель, и будь всю жизнь благодарен.

Зло брата моего есть и мое зло. Сам в том же осужден еси [Лк. 23,40].

Как в книге природы мы различаем вещи прошедшие, настоящие и будущие, так и в книге Божиего слова или Божиего Откровения мы также видим дела Божии прошедшие, настоящие и будущие. (Как в природе от настоящего порядка вещей мы заключаем к такому же будущему, так и в Откровении.)

Молиться о здравии и спасении иерея Василия.

При обучении мальчиков ланкастерского класса взять такую методу преподавания, которая, обнимая небольшое число предметов, обнимала бы всех мальчиков, несмотря на различие их по степени их знаний. Для этого не иначе поступать, как заставлять их всех слушать объяснение урока. Преимущественно стараться об изучении Катехизиса и молитв. История будет преподаваться в уездном классе.

По опыту, а не по вере только я знаю и то, что будут разные степени мучений на Суде по той мере, в какой кто был рабом греха. Будущий Страшный Суд будет не что иное, как раскрытие, обнаружение во всей силе того праведного суда Божия, который и здесь, на земле, отчасти обнаруживается в совести и ее мучениях, в смущении, в скорби и тесноте греха: и теперь мы всегда – на суде Божием. Разделять строго судов Божиих нельзя.

Во имя Господа Спасителя, с сердечною верою помянутого, я получаю свободу от смущения, скорби и тесноты страстей, воюющих на душу. Со страстями входит в душу диавол: душа начинает смущаться, трепетать. Тяжелая поступь сатаны очень бывает слышна: убийственны его ступания. А Сладчайший Спаситель – всегда верный Друг: только вспомни об Нем искренно, только скажи себе от сердца, что Он тут, только пожелай от сердца Его помощи и призови сердцем – Он сейчас явится и сейчас благословит тебя миром. Спасителю мой Сладчайший! Даруй мне жить всегда с Тобою. То же и во имя Божией Матери (во имя Ее, а не от кого-либо или не от чего-либо другого).

Как человеку, обремененному дарами Божиими, предстоит опасность – по причине слабости и нечувствительности его – пресытиться ими и, как говорится, рыться в них: и то считать за маловажное, и другое, и третье, и не знать им цены, – так и человеку образованному и много читающему, у коего много даров Господних – книг, предстоит также опасность пресытиться ими до того, что и лучшие из них он станет считать за маловажные и будет или мало читать их, или читать бегло, с небрежением. Избави Бог всякого от такого пресыщения. Пресытившимся какими бы то ни было дарами Божиими, не знающим им цены и не приносящим Господу плодов добродетели (дары для того и даются от Бога) угрожает проклятие Господне и пожжение, подобно бесплодной земле, пившей многократно сходящий на нее дождь… и износящей терния и волчцы (Евр. 6,7–8).

Молясь Богу или святым Его искренно, от сердца, с верою, ты непременно, по закону Божией правды, делаешь их своими должниками: и земные родители, по слову Господа, не дают детям своим камня, когда они просят у них хлеба, или змеи, когда просят у них рыбы. Если же они, будучи злы, умеют, признают должным, справедливым подавать по их просьбе то, чего они просят, то не тем ли больше правосудный и любящий нас больше всех Бог не подаст нам просимого, или святые Божии, совершившиеся Духом Его, уподобившиеся по святости своей Ему? Как после этого отрадно молиться Богу и святым Его! Они наши должники, когда мы их просим о чем-либо, существенно для нас нужном и полезном. И если не теперь, то в будущем веке они непременно отдадут нам долг наш.

Мы учимся долго, по книгам, стихийным образом, и, несмотря на систематическое образование наше, оно полно несовершенств и недостатков как по причине ограниченности наших способностей, так и по причине относительного несовершенства самих учебников и учителей. Только при помощи Божией, при озарении ума и просвещении сердца от Духа Святого наше образование может идти и совершаться правильно, равномерно, всесторонне, особенно – сердечно. Но святые апостолы были научены сначала Самим Богом Словом непосредственно, а потом Духом Святым, вся испытующим, и глубины Божии, наставляющим людей на всяку истину: и их знание было совершеннейшее знание, самое светлое, объемлющее все необходимое для спасения человека, его настоящую и будущую жизнь, Бога с Его домостроительством спасения, Ангелов с их отношениями к людям и пр. Богопросвещенный ум апостолов и их произведения умственные без сравнения выше стоят всех произведений умственных других людей.

Верь всему тому, что само в себе истинно и свято, кто бы ни говорил тебе об этом. Иначе берегись, как бы тебе не пострадать сердечно за неверие истине Божией. Сегодня одна бедная и больная девушка, чухонка, которой я по временам подаю милостыню, встретив меня на дороге, сказала мне, что в ночи третьего дня ей явился во сне старец, который повелел ей читать (обо мне) 11-ю главу Евангелия от Иоанна – о воскрешении Лазаря, так как она не умеет молиться обо мне по-своему. Я спросил ее, не обманывает ли она меня, – она отвечала, что нет, и я дал ей, что мог, и ушел. Пришедши домой, я почувствовал огонь во внутренности, болезненно паливший меня, и счел этот огонь наказанием Божиим за сомнение о милости ко мне Божией. О! Да не загражду я неверием входа в сердце мое милостям Божиим, чтобы они не обратились от меня вспять.

Чудо по причине хуления одним иностранцем, англичанином, святых икон, именно иконы святителя Николая Чудотворца. Означенный англичанин был в православном обществе, где, вероятно, пред самым днем святителя Николая заговорил некто о том, что нужно отслужить молебен святителю Николаю. Иностранец, желчно отозвавшись вообще о иконах и вместе об иконе святителя Николая, плюнул на его икону, тут бывшую. Но что же с ним сделалось? В тот же вечер глаз его стал болеть и пухнуть, так что угрожала опасность совсем потерять глаз. О своей болезни он сообщил одному своему знакомому. Тот спросил его: что за причина такой страшной болезни? А этот больной, тревожимый своею совестию, признался, что он, когда зашла речь об иконах, плюнул на икону святителя Николая. Знакомый присоветовал ему тотчас же купить образ святителя Николая, поставить его в приличном месте дома, пригласить священника и отслужить молебен. Так и сделано; и вскоре после молебна опухоль стала опадать, но глаз, как бы на память о его безрассудном поступке, остался незрячим, хотя и был чист и открыт. Такова слава святых икон.

Мучительный огонь неразлучен с грехом. Это бывает со многими и здесь. Тем более это будет там, когда суд Божий над грешниками раскроется во всей его силе; ergo24, есть огонь геенский.

Избави, избави, избави, Господи, от неустойчивости в вере при причащении животворящих Таин всякого крещеного! За неверие или маловерие сердечное постигают причащающегося такие страшные мучения внутренние, такая теснота, такой огонь, что этот человек решился бы, если бы это было легко, вырвать утробу свою, свое упорное лукавое и злое сердце! Таковы мучения от недостойного приобщения. Кто бы ты ни был, человек, не отходи от Чаши без сердечной веры, особенно – священник. Священники больше всех знают из опытов мира и радости и из преизбытка жизни своей после достойного, с живою верою принятия Святых Таин, что в них действительно и существенно присутствует Господь. 4 мая 1859 года.

У тебя есть помощница, на которую ты можешь совершенно положиться в отношении домашних вещей. Доверься ей во всем и не смей не верить ей в чем-либо. Доверься и всем домашним; а пока не доверишься домашним в житейских вещах, до тех пор как ты доверишься во всем Богу? Как любить Бога мы можем не прежде, как возлюбивши брата, так и верить Ему можем не иначе, как научившись прежде доверять своим. Домашние – пробный камень веры и любви.

Господи! Ты – Сый и без Тебя ничтоже бысть, еже бысть [Ин. 1,3], и без Тебя ничтоже бывает и ныне – из вещей ли то или из дел.

Плотской, непостоянный, как ветер, изменчивый человек! Могу ли я верить тебе, твоим смутным склонениям от того, в чем я хочу и усиливаюсь стоять, что меня умиротворяет, радует и поставляет в самые благоприятные отношения к Богу и людям, одним словом, от веры и любви, – к тому, от чего я готов всеми силами отвращаться, хотя, к несчастию, по недостатку веры часто не нахожу для того сил, что меня беспокоит, смущает, мучает и поставляет в самые неблагоприятные отношения к Богу и людям, то есть, одним словом, – к убийственному неверию и страстям.

Поминай свое молитвенное стояние в Исаакиевском соборе во время литургии пред образом Владычицы – и одушевляйся надеждою всегдашнею на Заступницу рода христианского. О, какую сладость имел я в сердце во всю обедню! О! Отчего же не всегда обитает живая вера в сердце моем!

Познай, человек, все величие внутренних твоих скорбей, жестокость страстей твоих и неудобство их исцеления – и убедись в необходимости внутреннего, духовного, невидимого Врача. Не будь неразумен в скорбях твоих, но спеши тотчас, как они постигнут тебя, к известному тебе Врачу, твоему верному Другу, Который ожидает только искреннего или истинного твоего к Нему обращения и готов всегда исцелить скорби твоего сердца. Не убивай сам себя по неразумию. Внимай: не напрасно Иисус Христос носит имя Спасителя – Он всегда спасет.

Мати Мира нашего, Мати Радости нашей, Мати Надежды нашей, Мати Любви нашей; Мати Сущего, Мати вся Осуществовавшего и Осуществляющего; Мати Пречистая, Ее же чистота невообразима нашими нечистыми душами за превосходящую всякий разум высоту; Мати Преблагая, Ее же благости не может постигнути ум человеческий высоты ради и превосходства безмерного; Мати всех христиан, Ее же воспоминательных образов заступничества скорого полны грады и веси христианские! Буди и мне, многогрешному, пребыстрою Помощницею и Заступницею в напастях, и в болезнях, и в скорбях!

Един Сый Владыко Господи, Един Сильный, вся Осуществовавший, без Него ничтоже бысть, еже бысть [Ин. 1,3], и – ничтоже бывает, еже бывает, над всеми Бог, благословенный вовеки, помилуй мя, маловера, грешника, обладаемого страстями, и приложи ми веру; да тою побежду я и венец победы от Тебя получу в день страшный воздаяния Твоего праведного.

Какой вор, зная наверное, что если он украдет сегодня что-либо, то завтра за покражу ожидают его плети, будет все-таки воровать и за кратковременную, незаконную прибыль терпеть мучительнейшее наказание и стыд от других? Но человек, преданный страстям, делает так: его ожидают верные внутренние, мучительнейшие бичевания, тягчайшие внешних плетей, и однако же он, зная о них наверное, предается страстям, которые суть настоящие палачи для него. Страстный человек есть вор: он сам себя окрадывает, окрадывает спокойствие своей души.

Зная из собственного опыта, как сильно действуют в тебе страсти, каким невольником делают тебя, заставляя тебя делать то, чего ты вовсе не хотел бы, будь снисходителен ко всякому человеку, одержимому какою бы то ни было страстию; если это высший и начальник твой – не осуждай его, не отвечай на его страсть страстию, но лучше помолись об нем как о больном, и повинуйся ему, если он приказывает тебе сделать что-либо законное, хоть бы он был и в страстном состоянии. Если он низший – наказывай его умеренно, с рассуждением.

Мы призваны Богом к жизни, но мы замечаем часто, что самая внутреннейшая жизнь наша часто бывает в опасности, что ее усиливается кто-то самым упорным образом похитить и повергнуть нас в какое-то убийственное состояние тоски, скорби и смятения. Здесь-то вот нужен нам опять наш Жизнодавец, наш Спаситель, чтобы Он снова дарил жизнию душу нашу, по своей воле умирающую грехом, чтобы Он воскрешал ее от духовной смерти столько раз, сколько мы будем умирать, и снова вводил нас в жизнь Свою.

Святые в Боге пребывают, и мы почитаем в них живые, чистые образы Божии, благодать Святого Духа, в них живущую.

Когда ешь и пьешь, да будет тогда сердце твое полно чувств благодарности к Богу. Пресыщение дарами Божиими – духовными и физическими – странное явление в природе человека-грешника. Вместо того чтобы исполняться чувствами постепенно возрастающей благодарности и любви к Богу, мы забываем благодеяния и сами в себе открываем источник зла – недовольство и страстное желание большего, скупость, зависть – вместо того, чтобы находить в себе источник блаженства – в мысли о благости Божией и о обилии даров Его. Так человек неблагоразумный и слабый пресыщается и обилием даров веры, обилием свидетельств об ее истине и животворности и во свете остается требующим света, в области мира и любви – только ощупью ищущим этого мира и этой любви.

Ты не знаешь, как составляются телесные лекарства, и не считаешь нужным знать это, а веришь в их лекарственность; не безрассудно ли было бы не верить в лекарственность или в целительную силу врачевств духовных, например покаяния, причащения, святого елея, святой воды и прочих, потому только, что ты не постигаешь способа, посредством коего они становятся целительными?

Доколе я не низведу Тебя, Господи, верою в сердце мое, до тех пор нет мира в сердце моем.

Вера весьма нужна и при сношениях с людьми – для чего? Не для того только, чтобы верить словам и действиям их, но чтобы верить – при сношениях с высшими – в их власть, в ее Божественное происхождение – и воздавать им должное почтение; при сношениях с равными – в их искренность, добросовестность, в их общечеловеческое достоинство; при сношениях с низшими – тоже в их человеческое достоинство. Чувства наши видят в человеке только человека с недостатками, со слабостями – обыкновенную, всегда тожественную фигуру, часто наскучивающую своим однообразием; а вера видит дальше: она видит в человеке бессмертный дух, облеченный плотию, носящий в себе образ Божий и получивший от Бога то или другое назначение в жизни временной, такое или другое количество талантов для приращения их.

Господи! Ты – богатство мое: когда Тебя я имею в сердце, тогда я всем доволен; тогда я все имею.

И мысль, и слово – все у меня Божие. Диаволу принадлежит только извращение, злоупотребление богодарованных мысли и слова. И сам злой дух – Божие творение, только не злым он создан, а добрым; Божий ум он извратил, богодарованную свободу к добру склонил ко злу.

О земледельце, который, будучи чрезвычайно трудолюбив, постоянно – и дома, и пред работой, и за работой, и после работы, творил молитву: Иисусе, Сыне Божий, помилуй мя; в церковь ездил за двенадцать верст каждый воскресный и праздничный день; даром Божиим (хлебом особенно) дорожил до того, что колоска на поле не оставлял, чтобы потоптали его люди, что дома во время стола постилал скатерть под стол, чтобы крошки падали на нее, а не на пол.

Я – образ Божий. Но что ближе образа к Первообразу? Что же мы видим на деле? Мы – больше далеки, чем близки к Нему. По опыту знаем, что прилеплятися Богови нам благо есть [Пс. 72,28], также что худо, мучительно быть вдали от Него, – однако же какою-то силою отдаляемся от Него и, не хотя, страдаем. Я – образ Божий, говорит святитель Григорий Богослов, и вовлекаюсь в греховность; худшее во мне несправедливо противится лучшему. О, грех первородный! О, князь мира сего! Господи! Да приидет Царствие Твое.

Диавол – я вижу это ясно – всячески старается изглаждать из души моей веру в Господа и во все истинное, святое; всеми мерами старается уничтожить во мне все доброе, и в великие, страшные минуты пресуществления Святых Даров и пред принятием их с адским упорством противится благодати Таинства, укрываясь в недостатках моего сердца, моего внутреннего человека; он противится также и при чтении редко читаемых молитв, в коих я не препобедил еще себя.

Когда случаются с тобою невольные грехопадения, поражающие сердце твое сильною скорбию, говори и тогда: Господи! Да будет воля Твоя! Видно, нужно было, чтобы Ты оставил меня Своею благодатию и не внял молитве моей о помощи. Видно, Твоей Премудрости нужно было показать […] мне самому, чтобы знал я, как опасно состояние души моей и противно очам Твоим. Да будет же воля Твоя.

Господь одному дает то, а другому – другое; одному – столько, другому – меньше: слава благости Его, слава щедротам Его!

Настави мя, Господи, на путь правый, и пойду во истине Твоей!

В Вознесенье – о втором пришествии Господа: Сей Иисус вознесыйся… [Деян. 1,11]. Мы опять всегда с Господом будем. Адам отпал от Бога и нас отторг; Иисус приходил в первый раз восстановить нас и дать силы к соединению с Ним. Такой порядок Божия домостроительства.

Когда я соединяюсь с Иисусом, тогда легко и сладостно у меня на сердце, а когда прилепляюсь к вещам чувственным – тяжело и томно.

Божий Дух называется исходительным, потому что Он исходит от Отца, все оживотворяет и все совершает. Он проходит все умные, чистые, тончайшие духи [Прем. 7,23], то есть Силы небесные, совершая и укрепляя их в служении Богу; Он сходил в пророков и обитал в них, пророчествовал в них; Он сошел на Спасителя в виде голубине; Он сошел на апостолов в виде огненных языков, сообщил им дар языков и все другие дары и воспомянул им все, что сказано было им Спасителем, Который едино со Отцем по Божеству; Он сходит во всякую душу, ревнующую о благочестии. Вот Кто – Дух Святой и каковы Его дела в тварях; вот почему Он называется исходящим от Отца. Так как Бог есть первая Жизнь и Источник всякой жизни, то и Дух Его есть Личность Божественная, равно как и Слово Его также есть Личность Божественная: Источнику всякой жизни, в существе Своем Единому, необходимо существовать как совершеннейшему в Трех Личностях – Виновнике, Рожденном и Исходящем, или Отце, Слове и Духе.

Что это такое, братия, совершается пред нашими глазами? Сын Божий, дающий всем жизнь, Сам умер поносною смертию от людей и бездыханен лежит во гробе! Всесильный Царь не от мира сего уступил добровольно насилию злобных и немощных людей. Ему готовы были бы помогать легионы Ангелов, и, однако ж, Он не позволил им вступиться за Себя! Мало этого: если всю Свою жизнь с пелен до гроба Он не был привязан к ней, чуждался всякого блеска и всякой земной славы; благоволил родиться от бедной Матери, возрастал в доме небогатого плотника, питавшегося своими трудами; пришедши в совершенный возраст, оставил и дом, этот дом и, благодетельствуя непрестанно людям, переходил со Своими учениками для проповеди Своего Евангелия из города в город, из веси в весь, так что, по Его собственным словам, не имел где главу подклонить; за величайшие благодеяния Его хотели сделать царем, но Он отклонил [Себе] такое избрание; за Свои чудеса, которым не искал никакой славы и Сам говорил, что славы от человек не приемлет, – наконец, за свое спасительное учение и чудеса Он претерпел заплевания, заушения, биения, крест и смерть! Что это все значит? Бессмертный – добровольно умирает. Вечный – нимало не дорожит нашею земною, временною жизнию.

Здесь, у этого гроба, братия, преподается нам великий, истинный, отрадный или страшный урок о вечности, о будущей жизни. Это значит, что мы не должны быть чрез меру привязаны к настоящей жизни, должны чаще устремлять свои мысли и сердце к будущей жизни; что к славе и богатству отнюдь не должно привязывать своего сердца; что привязываться к земле нам не должно, а туда – на небо, должны чаще возводить очи свои, – словом, это значит, что мы должны всячески стараться быть там, куда после воскресения Своего вознесся наш Спаситель; горняя мудрствовать [Кол. 3,2], то есть о небесном, о вечном, и всеми силами стараться о славе небесной, о благах будущего века, которого ожидали и ожидают все благочестивые люди; что заботиться о просторе, богатстве и прихотливом убранстве своих жилищ нам, христианам, странникам и пришельцам на земле, – неприлично и грешно.

Если только прикоснусь к одежде Его, выздоровею [Мф. 9,21]. Слово кровоточивой. То же бывает и с нами. Только мы прикоснемся сердечною верою к облачениям Господа – к Его истине, правде и милости – и сейчас спасаемся: сейчас течение страстных помыслов прекращается и настает мир, тишина, радость во Святом Духе [Рим. 14,17]. А мы! О, сколь мы неблагодарны и слепы, каменносердечны! Пьем от Его источников спасения – и вскоре забываем, что даром черпаем от Него живую воду, даже отвергаем сердцем действительность того, что от Него получаем мы воду живу, как будто другой кто может, кроме Его, дать нам ее. Господи Сил! С нами буди и не оставляй нас за наше вероломство. Без Тебя нас постигают скорби сердца, в которых нет нам иного Помощника, разве Тебе.

Чего ищут сочинители, труженики истины, добра и красоты? Мира, услаждения сердечного – и получают искомое. А все это от Господа: Его можно различно находить.

Вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас [1Кор. 3,16]. В тебе истинно живет Дух Божий. Каждый раз, когда ты вкушаешь мир и радость небесную в душе, в тебе Дух Божий. Когда оставляет тебя мир и настает беспокойство, мучит страх, теснота, тоска, тогда в тебе нет Духа Божия, значит, тогда ты оскорбил Его, отогнал недобрым расположением души своей. Тогда припадай со слезами ко Господу и проси у Него со всею сердечною [теплотою] очищения грехов своих: когда подано будет прощение, тогда вселится опять в тебя Дух Святой и очистит тебя.

Мне же прилеплятися Богови благо есть [Пс. 72,28]. От одной искренней, доброй мысли об Нем мне бывает благо; а когда я соединяюсь с Его Тайнами живою верою и действительным принятием, тогда я преисполняюсь жизнию: я мирен без меры, весел тоже – словом, небесно блажен.

Главное в человеке – невидимая душа. Если это невидимое начало согласно по состоянию своих духовных сил с Первым, Верховным Началом, от Которого проистекает жизнь и блаженство, тогда и этому невидимому, ничтожному началу нашему, то есть душе, бывает хорошо: оно чувствует мир и согласие своих сил и оттого блаженствует; но если же не согласно по превратному направлению своих сил – тогда ему бывает худо, тяжело, оно чувствует раздирающую все существо борьбу каких-то разнородных сил, противящихся друг другу, и больше всего – преобладание какой-то мертвящей, злой, посторонней силы.

Пречудные дела совершают во мне Святые Тайны Тела и Крови. До причащения сегодня я был мертв душою, то есть страдал наповал: то маловерие или неверие терзало мое сердце – и в груди был какой-то разрушающий огонь, в сердце – страх, тяжесть, теснота; телом я был совершенно немощный, изнуренный. Что же сделалось со мною после принятия Святых Таин с верою непостыдною? В душе мгновенно появились бодрость, мир, радость восторженная, умиление. Какие резкие противоположности! Жизнодавче, слава Тебе, слава животворящим Твоим Тайнам. У Тебе источник живота, от Тебя этот преизбыток жизни, чувствуемый после причастия. Это утешает меня и утверждает во мне надежду на будущие, бесконечные блага небесные: ведь эти духовные блага, ощущаемые в душе после причастия, суть начаток вечных благ, предвкушение их; это Царствие Божие внутрь меня есть залог будущего Царствия, блаженной жизни будущего века. Буди! Буди! Надеюсь, Господи, что имиже веси судьбами спасеши меня, недостойного раба Своего. Ужели начатки Своего блаженного в нас Царства Ты показываешь мне для того только, чтобы воспламенить мое желание и вечно томить его напрасным ожиданием предвкушаемых сердцем благ без надежды обладать ими когда-либо? Нет, Человеколюбец, пострадавший за нас! Верю, что сего не будет, и враг мой, с неотступною злобою преследующий меня, не посмеется о рабе Твоем. Аминь. 11 апреля. Накануне Пасхи.

Знает вселукавый бес, что в вере нашей заключается величайшее утешение для души, пораженной скорбию греховною, и потому всячески старается клеветать на истину, подрывая неподрываемую ее достоверность, потемняя разум и охлаждая сердце читающего или слушающего.

В душу мою, паче снега убеленную Телом и Кровию Агнца, всячески старается влить яд свой змий-губитель, и потому после причастия нужно быть многоочитым Херувимом, чтобы отовсюду назирать за нападением врагов.

Близок Господь ко всем призывающим Его, ко всем призывающим Его в истине [Пс. 144,18]. Милостиво нисходит Он к вздохам души, сердечно ищущей очищения греха у подножия престола Его.

Приближение по степеням чинов к первому началу земному, то есть к царю, должно быть символом и мерилом восхождения к Первоначалу всего, то есть к Богу. Иначе: отличаемые чинами и приближающиеся по ним к царской особе должны в то же время измерять свою близость или отдаление от Царя Небесного и, заметивши свою от Него отдаленность, полагать восхождение в сердце своем. Близость подданного к царю земному без близости к Царю Небесному для него малополезна и для царя неблагонадежна.

Для чего на земле мы все живем под началом и из-под него не выходим? Для того, чтобы нам приучиться возвышаться мыслию к Первому Началу всего; для того, чтобы мы всегда ясно видели свою ограниченность, свое ничтожество, чтобы не зазнавались, а смирялись. Горе человеку тому, который не знает над собою начала. Делая своим началом себя самого, он поставляет над собою началом свои страсти, которые ввергают его во все беды.

Слава силе Креста Твоего, Господи, и Твоему Божественному вездеприсутствию! Я прогнал знамением крестным, живою верою прилепивши к Тебе мысль мою при спасительном знамении, врага бесплотного, который изволил пожаловать ко мне в сердце по пробуждении и стал давить его тяжестию, смущением и тоскою. 13 апреля. Запинание при выговорах молитв или отпустов – его дело. В долгу я ему остался за это: вот и он пришел ко мне, как неумолимый заимодавец: ты – мой, говорит, я тебя мучу.

Хорошо нам от общения с Господом здесь, на земле. Как же хорошо с Ним там – за пределами этой жизни?

Небесная Правда недремлемо, строго карает меня за грехи сомнения и малодушия, равно как и за другие, а Владычица Богородица на глас мой верный является Недремлемой Пребыстрой Заступницей, извлекая из груди моей стрелы гнева небесного. Слава Тебе, Владычице! Научи Ты меня быть верным исполнителем заповедей Сына и Бога Твоего и Бога нашего.

Если бы истины веры в чем-либо оказались бы неверными, то злейший враг истины – диавол – не замедлил бы воспользоваться этим к испровержению веры. Иногда из-за одного двусмысленного слова Писания он усиливается оклеветать все Писание.

Опытами здешней жизни познал я, недостойный, что общение с Господом в молитве веры и причащении Святых Таин Тела и Крови есть источник блаженства для моей души. Отсюда [получается] достоверность опыта и та истина, что и в будущей жизни общение верных душ с Господом будет для них источником блаженства вечного. Начатки будущих благ предсказуются здесь.

Животворящие Тайны божественно-могущественным образом действуют на самое сердце человека, скверное, источающее из себя почти постоянно злые помыслы… прелюбодеяния, любодеяния [Мф. 15,19], хулу, сомнение, неверие и прочее, и причиняющее человеку мучения. Принятые с верою, они совершенно подавляют гнездо греха, и он замирает, уступая место помышлениям добрым, святым, живой вере, любви, благодарению. С тем вместе человек становится совершенно спокоен, всем доволен и блажен. Поврежденному человеку вместо плодов древа познания добра и зла теперь нужно вкушать Тело и Кровь Господа. Мы умерли от вкушения этих плодов; чтобы возвратить себе потерянную жизнь, нам необходим Хлеб Животный: Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною [Ин. 6,57]. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную [Ин. 6,54].

Верно и несомненно, что если изнеможет, а не возможет верою причащающийся Святых Таин, то вдруг почувствует он пожирающий огонь в груди своей, скорбь и тесноту в сердце; а если вера превозможет неверие в нечистом сердце, то причащающийся вдруг ощущает легкую, животворящую теплоту с какою-то чудною прохладою и негою, мир, радость и широту сердца. Опыты, и между другими – опыт 21 апреля во вторник на Фоминой неделе.

Господь священно-таинственно действует внутри меня: за сердечное движение ненависти, зависти или другие страсти Он палит меня внутренним, пожирающим огнем, который уничтожается только тогда, когда я внутренно исправлюсь, когда искореню греховные движения; так как искоренить их без пособия Господа и Креста Его невозможно, то надо с верою сотворить крестное знамение на груди или призвать в помощь Господа Спасителя – и они пройдут.

Созерцай всех людей в безмерно любящем их Боге, и, если ты любишь Бога искренно, тебе легко будет любить и всех людей, прощая их недостатки.

Молясь Богу о прощении грехов или о чем бы то ни было, ты идешь по готовой, известной, торной дороге: ты доходил весьма часто до своей цели. Дойдешь и теперь. Путь к Спасителю тебе знаком.

Мир есть настоящая книга Божия и о Боге писанная, вместо букв – вещами сотворенными. Как каждая буква в книге необходимо предполагает деятельность ума, не говоря уже о целых словах и речах, прямо указывающих на существо мыслящее, так каждая сотворенная вещь необходимо посылает нас к Великому Уму, Который явил Себя бесконечно премудрым в каждой твари. Вещи соответствуют буквам, мир – целой книге.

Каким образом Господь истинно и существенно присущ в Тайнах Тела и Крови? Образ присущия непонятен, но то несомненно, что Он истинно и существенно присутствует в пречистых Тайнах, по Своему вездесущию, как присутствует с нами во время молитвы, упокоевая и услаждая сердца наши.

Кто ко мне ближе всех, как не то Единое Высочайшее всех Существо, от Которого и в Котором все? Да, Господь ко мне ближе всего. Как же сердце мое далеко часто отстоит от Него, отвращается от Него или не находит Его?

И хочешь верить в достойное веры, да иногда не верится без усилий; и хочется не верить в то, что действительно ложно и гибельно, но с какою-то силою увлекаешься злым и лукавым сердцем от спасительной веры.

Господи! Научи меня здраво, свято, просто, твердо взирать на все святые Таинства и совершать их всегда с должным благоговением; даруй мне, Щедрый и Милостивый, благодать сию. В браке на жениха и невесту смотри, как на Христа и на Церковь.

Смиряйся пред людьми – и тогда возможешь смириться пред Богом.

Как Господь, снисшедши ко отрокам еврейским в пещь, седмижды разжженную, преложил огнь на росу, так и ныне, сходя в Таинстве Тела и Крови в наши пылающие страстями души и тела, как бы в пещь, Он прелагает жгучесть их, при нашей вере и сердечном сокрушении, на прохладную росу Своей благодати. Это – опыт.

Святой Агнец, стоящий в святом храме на священном блюде во время святейшей литургии, стоит тверже мира. Господь положил во спасение однажды навсегда, и не обинется о нем.

Слава силе Креста Твоего, Господи, могущественно, божественно действующего на утоление скорбей и страхов сердечных! Только бы была живая, искренняя мысль о распятом Господе, Крест всегда подействует на душу нашу с могуществом, свойственным Господу. О! Как близок Господь ко всем призывающим Его, ко всем призывающим Его в истине [Пс. 144,18].

Господь и несуществующее нарицает, как существующее [Рим. 4:17]. А Тело и Кровь Господни существуют уже 1858 лет назад.

Сеется в уничижении, восстает в славе [1Кор. 15,43]. Смотрю я на покойника: безобразно и бесславно тело его, и, как прах бесполезный, предается он земле. Но я обращаю внимание на воскресение его и вижу будущее славное преображение его из тленного в нетленное, из бесславного в славное; вижу и славлю Господа, допустившего для нас кратковременную печаль, чтобы обрадовать нас навеки.

Священник должен совершать все службы с сознанием их небесного достоинства и с благоговейным сознанием собственного достоинства, на которое возвела его благодать Божия, со степенностью и важностью, чуждою гордости и надутости, спокойно и ровно.

Во мне и в травке или в дереве действует и является один Господь: оттого мне так приятно смотреть на растение.

Как верно и непреложно должно быть и есть слово Господа или Его обещание, когда оно все сотворило и все сотворенное держит в бытии, когда слово Его есть то же, что дело? Кроме того, вера в Его слово живит, а неверие – мертвит, разгораясь в груди и сердце страшным огнем, попаляющим внутренности наши.

Всю глубину человеческого падения, всю растленность человеческого естества познают только те, которые достойно причащаются Святых Таин. В это время они видят – по откровению Господню – внутреннее зло, или зло сердца, в ужасающих размерах: сердце все в язве, в болезни, и между тем не ищет исцеления, коснеет во зле своем и без самопринуждения не примет в себя живой, спасающей веры в Таинство; напротив, оно отвращается от него, как злой, упрямый и капризный ребенок от сосца матери.

Однажды зажигал я лампадковую светильню, которая, горевши известное время, втянула в себя все масло, находившееся в лампадке, и наконец за недостатком его втянула в себя и водяные остатки. Вытянув из трубочки светильню и налив полную лампадку масла, я зажег светильню. Но по причине водяности она скоро погасла; потом, окунувши верхний кончик светильни в масло, я зажег ее снова. Сначала она воспламенилась, но потом опять стала угасать: огонь не мог вдруг пересилить, воспламенить водянистую вервь, и он то вспыхивал, то как бы совсем угасал, а вервь только трещала и бросала от себя водянистые брызги; наконец, он взял свою силу и воспламенил ее. Мне пришло на мысль в это время сравнить светильню с сердцем человеческим, и в этом явлении читал я состояние своего сердца и многих подобных моему сердец. Не так ли огнь благодати Божией борется с нашими сердцами, усыренными, отягченными объядением и пьянством и разными страстями, и не может скоро воспламенить их, хотя мы и желаем и ищем того, и то воспламеняет наше сердце, улучив минутно доброе расположение сердца, то как бы совсем потухает, и снова воспламеняет, и снова ослабевает, пока, наконец, видя наше усердие, совсем не преодолеет его сырости и не воспламенится ярким и сильным пламенем? Признаюсь, что я читал судьбу своего сердца в светильне, когда она, чуть занявшись сверху огоньком, трещала и не поддавалась действию огня, и огонь то вспыхивал, то как бы совсем угасал, едва скользя по поверхности; я молился: Господи! Да не одолеет злоба моего сердца Твоей неизглаголанной благости; греховную сырость его да одолеет Божественный огнь благодати Твоей. Братия! Наше сердце – точно как сырое дерево; пропитано оно беззакониями, как водою, – и не диво, что огнь благодатный не горит в наших сердцах постоянным и ярким пламенем и только по временам воспламеняется – и опять скоро угасает. Апреля 27 дня 1857 года.

Священное Писание и все церковные книги со всеми таинствами и обрядами – Божие сокровище, к которому священник приставлен для того, чтобы он разумно и благоговейно употреблял его во спасение свое и других, хранил его со всевозможным тщанием и отнюдь не смел прикасаться к нему без почтения, тем больше злоупотреблять им.

Несмь свой во время службы, а Божий – как Божий и должен действовать, а не как свой.

Отец богат, а дети по миру ходят и питаются невесть чем. А отчего так? Оттого, что дети злы и непокорны.

Люди! Узнавайте здесь себя. Чего нет у Отца Небесного для спокойствия и услаждения нашей души – и даже чего нет у Него для невинных наслаждений телесных? Все есть: зачем же мы бежим от Него на страну далекую и изнуряем жизнь свою в разных пристрастиях или злых наклонностях сердца?

Приходил, погостил, ушел и больше не придет. Кто и куда приходил? Где гостил? Куда ушел? Отчего больше не придет? Приходил человек в мир; погостил в мире и отправился в вечность, откуда уже больше не воротится в гостиницу. Человек однодневный! Зачем ты забываешься в этой гостинице?

Пустил – да внидет, и выпустил – да изыдет в свое место. Господь дал нам бытие, отворил дверь в свет, чтобы мы вошли и пожили в нем, а потом выпустил чрез смерть в другой мир. Мы – не свои, а Божии: а живем ли – для Господа живем; умираем ли – для Господа умираем: живые ли мы, умершие ли, все мы Господни [Рим. 14,8]. Владыка Небесный державно управляет нами и ведет нас, куда Ему угодно; мы, червяки, поднимаем иногда голову против всех и всего.

До меня были светила на тверди небесной и вся вселенная; до меня же были и великие и малые светила церковные и вся Церковь небесная, Ангелы и человеки Божии. А я однодневен. Мой долг – с благоговением взирать на мысленные светила и молитвою низводить от них свет в свою мрачную душу.

Когда я слышу об исполнении ясных пророчеств, тогда мысль моя прямо относится к Существу, Которое выше времени и создало самое время или все вещи, образующие своим течением время, равно как все нравственные существа, которые должны были послужить орудием к исполнению пророчеств или на которых должны были исполниться пророчества.

Проповедник пусть уподобляет себя полевому работнику, который пашет не своим плугом, сеет господское, вверенное ему семя и которому редко, весьма редко суждено дожить до всходов и жатвы. Его дело – предварять утро, рачительно возделывать землю, сеять на ней чистое семя руками неленостными и омовенными в надежде чистого плода, когда Господь оросит ниву Свою дождем ранним и поздним. Письма о должности священника; книга IV, письмо 2.

Он есть Мой избранный сосуд, чтобы возвещать имя Мое перед народами и царями и сынами Израилевыми [Деян. 9,15]. Какой боголепный глагол Господа Вседержителя! Павел не больше как сосуд, избранный из множества сосудов Божиих. Положенное в этот сосуд верою Павла имя Богочеловека он понесет к язычникам, разным царям и людям израильским, устами проповедуя имя Христа, за нас распята: что же вы много думаете о себе после этого, люди? Павел только сосуд – хотя избранный; а вы разве больше у Бога, разве не те же сосуды скудельные25? И вы имеете еще иногда неправду в высоту глаголать! Смотрите, Небесный Скудельник сокрушит вас в собственном смысле, как сосуды скудельные.

Что вы так боязливы? как у вас нет веры? [Мк. 4,40]. При страхованиях бесовских да раздаются в тебе эти слова.

Не разрешать на исповеди великих грешников.

Слава Господу! Слава Владычице! Слава Крестителю Господню! Наконец я победил духа смущения и боязни при чтении двух молитв: Спаси, Боже, люди Твоя… и Владыко Многомилостиве… Не мне, а имени Твоему, Господи, слава! Если есть скорбь на сердце пред чтением молитв, сделай имя Спасителя из пальцев правой руки и выгоняй именем Спасителя бесов; по непреложному Его обещанию: именем Моим будут изгонять бесов… [Мк. 16,17].

До сих пор я был смутно поспешен во всех своих делах: и в житейских, и касающихся веры (на молитве общественной и домашней), и догадываюсь: меня гнал тот, кто сам никогда не имеет покоя и никогда почити не возможет. Даруй же мне, Господи, отселе не быть без надобности поспешным ни в каком деле житейском, а в молитве – никогда, никогда! Да будет всегда свет мой со мною и ум мой, поучительный вере, царем в голове.

В слове пред причащением сказать: проповедуем милость (Господа в Тайнах), не таим благодеяния. Пред пресуществлением Святых Даров и пред принятием, как и во время принятия их, будь всегда сколь можно покойнее и свободнее.

Если лукавый будет [морить] сердце твое неверием, скажи в себе: и беси веруют в моего Господа и трепещут Его [Иак. 2,19]; ужели мне быть в этом хуже бесов? И с усиленною верою молись Богу.

Бывают дни, когда злой дух меня тревожит

И шепчет на ухо неясные слова,

И к небу вознестись душа моя не может.

И отягченная склоняется глава.

И он, не ведая ни радости, ни веры,

В меня вдыхает злость – к кому, не знаю сам, –

И лживым зеркалом могучие размеры

Лукаво придает ничтожным мелочам.

В кругу моих друзей со мной сидит он рядом,

Присутствием его веселость отнята;

Больное сердце он напитывает ядом

И речи горькие влагает мне в уста.

И все, что есть во мне порочного и злого,

Клубится и растет все гуще и мрачней,

И застилает тьмой сиянье дня родного,

И неба синеву, и золото полей,

В пустыню грустную и в ночь преобразуя

Все то, что я люблю, чем верю и дышу я.

Графа Алексея Толстого.

1858. Июнь.

Кн. 1. Русский Вестник.

Взбранной Воеводе победительная, яко избавльшеся от злых, благодарственная восписую Ти раб Твой, Богородице. За всенощной в Неделю Ваий мною овладело чувство смущения, происшедшее от диавольского страха и недоверчивости к себе, – в том, чтоб я мог исправно, беспреткновенно проговорить молитву: Владыко Многомилостиве… на литии. Я таял, уничтожался от страха. В такой беде я воззвал к избранной Воеводе о помощи и – слава Помощнице христиан: Она, Едина вскоре предстательствующая, помогла мне Своим предстательством, низвела мир в сердце, и я весьма хорошо, ровно и с чувством прочитал молитву. Я шел веселыми ногами по прочтении молитвы и в сердце пел Ей благодарственная. Пред концом всенощной я не мог исправно проговорить от торопливости и смущения молитву: Христе, Свете истинный… и оттого в сердце унзе ми терн [Пс. 31,4], с которым я и ушел из церкви и с которым оставался дома. Здесь, пред Казанскою иконою Божией Матери, я опять молился Заступнице о том, чтобы Она изъяла терн из сердца моего – и что же? Опять скоро Она услышала – и терна колючего в сердце не стало. Буду же я всегда прибегать под покров Твой, Владычице, а Ты, Милосердая, благоволи милостивно всегда слушать меня. Как живой, молись написанной на иконе Царице Матери.

Или соединяйся сердечною верою с Господом и – блаженствуй, или если будешь сердцем далек от Бога, если сердцем не будешь соединен с Ним, то страшись и мучься: таков закон у Бога. Вот что познано бесчисленными опытами.

Душе Святый! Утешение, Радость наша! Не оставляй нас.

Из нынешнего сна узнай, что диавол притворяется недействующим и как бы мертвым (оживший мертвец страшного вида, с огромными глазами, носом и еще огромнейшею пастью) для того, чтобы удобнее уловить в свои сети неосторожных. Ну уж напугал он меня нынешнюю ночь, окаянный.

Детям и всем православным христианам нужно указывать на пример премудрых детей еврейских, отказавшихся служить телу златому (а ныне весьма многие служат телу златому) и для сохранения веры и любви к Богу Живому согласившихся лучше умереть в пламени.

Как хлебы, которыми чудесно Господь напитал тысячи народа, не убывали в руках раздававших оные апостолов, так и не убывает никогда в руках служителей алтаря Христова Хлеб животный, Плоть и Кровь Господа нашего. Скажи, что невероятного, что Тело и Кровь Христовы, сколько ни преподаем мы их верующим, не истощаются, когда известно исторически, что хлебы в руках апостолов не убывали, не истощались, пока всем не было дано столько, сколько нужно для насыщения? Я верю, что если бы было народу и тридцать тысяч и более несравненно человек, то и тогда пяти или семи хлебов было бы достаточно для насыщения их. А Тела и Крови Христовых не будет ли достаточно для насыщения, наслаждения и освящения целого рода человеческого?

Дух наш заключен в теле, и потому он как бы занимает малое, определенное место; оттого нам не всегда легко представить Бога вездесущим, как Всесовершенного Духа. По спадении телесной нашей оболочки это вездесущие нам объяснится, потому что и душа наша не будет тогда стесняться темницею, оковами тела.

Твоя любовь к Богу непостоянна, а любовь Божия к тебе всегда одна и та же, постоянна, неизменна. Потому, когда ты найдешь сердце свое холодным к Богу, неверным, не воображай, что и Бог к тебе охладел.

Вездесущием Господним объясняется то, как Он в одно и то же время пребывает или почивает в миллионах душ христианских, в тысячах храмов христианских, в тысячах и других таких мест, где двое или трое собраны во имя Его [Мф. 18,20]. Он объемлет, окружает нас, всегда призирает на нас светлейшими солнца очами Своими, а мы часто душевными очами не замечаем Его, считаем Его как бы далеким от Себя. Господь близ.

На мучения после смутного и поспешного, прерывочного чтения не иначе должно смотреть, как на Божие наказание. Сегодня я смутился от недоверчивости при чтении последних молитв в Таинстве Крещения и от торопливости споткнулся и не прочитал молитв последних; оттого сердце мое уязвилось острою стрелою и до тех пор было уязвлено, пока я не сознал во глубине души греха своего, а сознал я грех свой как должно, быв вразумлен Владычицею. Именно, я сознал, что мною оскорблена была крайне не только святыня Таинства Крещения, но и Святыня Тела и Крови моего Спасителя, только что принятых внутрь во время литургии и возвеселивших меня радостию Святого Духа; я сознал, что, имевши силы противостоять своей слабости, не устоял по невнимательности, по недостатку усердия. Замечательно, что коль скоро я почувствовал во глубине сердца грех свой, мне тотчас стало легко, тотчас милость Господня излилась на меня.

Господь есть Судия помышлений и мыслей сердечных: осторожно вести себя нужно везде, тем больше при совершении святых служб или святых Таинств.

Для чего страдания Богочеловека? Для того, чтобы нам опочить навеки? Для чего Жизнодавец вкусил смерть? Для того, чтобы нам доставить жизнь вечную, нам, духовным мертвецам. Он призирал с высоты Божественного престола Своего на вечное блаженство Ангелов, потом – с небесе призре, виде вся сыны человеческия [Пс. 32,13] – и что же? Смерть царствовала над ними, и мучитель диавол тиранствовал над ними, муки нескончаемые ожидали их, а между тем человек малым чем умален в начале от Ангелов и создан был способным к наслаждению блаженством вечным; вот Господь и пришел во образе человека, чтобы возвратить людям утраченную ими способность к вечному блаженству, падшия от жизни к сей направить.

Как узнать в нас лживое дыхание диавола? Диавол обыкновенно нападает на общеизвестные и общечтимые лица и предметы веры: на Божество, на Его домостроительство спасения, на Таинства, на святых Его и пр. То, что составляет всегдашнее, неотъемлемое достояние Церкви и всякого христианина верного, он старается заподозрить, вырвать у нас, как пес сладкий кусок из рук младенца. В искушениях диавольских и ныне, как при искушении первых людей, слышится внятно коварный вопрос: подлинно ли сказал Бог?.. [Быт. 3,1] или: подлинно ли сказала Церковь? – то есть он старается внушать всегда сомнение насчет непреложного, истиннейшего: ужели это сказал Бог? Насчет вечных мук диавол теперь сильно подкапывается; насчет постановлений Церкви. Подлинно ли сказал? На что это сказано?..

Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком [слав.: лишше] [Ин. 10,10]. Так, и из гроба Твоего слышится, Сладчайший Иисусе, глас сей; Ты и почивая во гробе, говоришь нам: Аз приидох, да живот имут [Ин. 10,10]. О! Действительно мы имеем живот чрез Твое пришествие, и лишше, с избытком имеем. Прислушаемся к голосу человечества избранного, каково ему с Тобою.

Паки и паки слава Тебе, Владычице! Я молил Тебя умиротворить смутившееся бесовским страхом сердце свое во время утрени пред временем чтения окончательной молитвы: Иже на всякое… и Ты умирила его, поспешила на помощь ко мне, малодушному.

Как бы в поругание над благодеяниями Сладчайшего Господа у Него изъязвлены те самые члены, которыми Он совершал благодеяния страждущему человечеству. Глава, мыслившая [токмо] о спасении нашем, об исполнении воли Отеческой, увенчана тернием, пробита тростию; лице, светлевшее всегда кротостию и смирением, заплевано, заушено нечистыми руками; уста напоены оцтом; ребра, сокрывавшие под собою болезновавшее о нас крепкою как смерть любовию сердце, прободены; руки, простиравшиеся на исцеление слепых, глухих, немых, сухих, на воскрешение мертвых, прободены гвоздями; ноги, с таким тщанием поспешавшие на проповедь о Царстве Небесном, также пробиты гвоздями. Любовь Воплощенная, Сладость человеческих душ, весь изъязвлен, нет в Нем ни вида, ни величия [Ис. 53,2]; вид Его бесчестен! Се, Агнец Божий, закланный за нас! Но не ругаемся ли и мы над нашим Спасителем, над Его благодеяниями? Ругаемся и мы; бьем Его тростию и мы; прободаем Ему руки и ноги и мы; плюем Ему в лице и мы; ударяем Его по ланитам и мы. Как? Объяснимся.

О вещественные пристрастия! Лишь только заденете вы мое сердце, как мне становится тяжело. О духовные, святые привязанности! Лишь только вы войдете в мое сердце, как мне становится легко. Брошу же я, с Божией помощию, всякую привязанность к вещественному и возлюблю паче всего Бога и ближних.

Слава Господу Премилосердому, Слава Матери и Деве! Я просил великого блага – без преткновения читать заамвонную молитву на Преждеосвященной литургии, которой долго не мог как следует читать, – и сегодня прочитал благополучно; сколько было прежде мучений от [претыканнейшего] чтения! Слава Богу!

Когда на молитве, особенно пред принятием Святых Таин, сердце твое будет лживо, исполнено неверия, сделай только усилие произнести от всего сердца слова: Иисусе Сладчайший, спаси мя, – и вера живая наполнит твое сердце.

Человечество всех времен и мест припадает к Спасителю, плачет у ног Его о грехах своих – и получает помилование, доказываемое спокойствием сердечным.

Братия! Нынешний день есть день предания на страдание и смерть Господа и Спаса нашего Иисуса Христа. Души верные, души благородные, возвышенные, умеющие ценить и чувствовать величайшее самопожертвование для спасения вашего Господа и Друга! Храните с нынешнего дня сердце ваше самым тщательным образом для Него Единого и не давайте овладеть им ничему мирскому, тленному, никакой страсти. Докажите, что и вы умеете отвечать на любовь любовию, что вы – истинные христиане и из любви ко Христу можете побдеть с Ним хотя несколько часов, то есть пободрствовать над своим сердцем, в которые Он один пил за нас Чашу гнева небесного. Введите верою в сердца ваши Христа Господа, страждущего за нас; страдайте там, в своем сердце, вместе с Ним; приведите на память грехи ваши, сокрушайтесь и, если можете, плачьте об них: себе плачите26, – говорит нам Божественный Страдалец [Лк. 23, 28]; посылайте свои вздохи и слезы ко Христу – и это будет самая приятная жертва страждущему за нас Господу. Он не замедлит наградить ее тотчас же превосходящим всякое разумение миром душевным и небесною тихою радостию. Очистившись в наступающий вечер сегодня от грехов, вы завтра сподобитесь причаститься Его Тела и Крови: да соединит вас эта вечеря любви с Тем, Кто повелел совершать ее в Свое воспоминание, и да подаст вам силы провести наступающие великие дни свято, в духе пламенной любви ко Господу, грядущему пострадать за нас. Аминь.

Червь неусыпающий, о коем говорит Господь в Евангелии, еще и здесь, на земле, показывает всю адскую свою мучительность, точа наше сердце (когда мы, например, преданы какой-либо страсти). И мы Бог знает что готовы были бы отдать, только бы избавиться от него. Как начатки Царствия Небесного мы видим еще здесь, на земле, – в мире и радости о Дусе Святе, так и начатки вечных мучений видим в скорби, тесноте и томлении сердца. Какое премудрое устроение Промысла, так неопровержимо, могущественно уверяющее нас, маловеров! Да, будет непременно червь неусыпающий и огнь неугасающий.

Когда грехи, как черви, сосали сердце одного человека и он не находил себе покоя от них, он обратился ко Христу, Который Един имеет власть оставляти грехи; припадал к Нему со слезами, вымолил, выплакал у Него прощение их; черви сердца исчезли, на сердце стало легко – и что же? Исцелевший вскоре же дерзнул сказать, что исцеление от болезни сердечной он получил не от Врача душ наших – Господа, а как-то случайно. О, лукавство сердца! О, неблагодарность! Так, когда над человеком тяготеет гнев царя, он трепещет, скорбит, сокрушается; но когда царь простит его, помилует его, он часто скоро забывается и говорит, что он не великую милость получил от царя, что его следовало простить.

Присно заблуждают сердцем [Евр. 3,10]. Заблуждение сердца очень опасно для души. Оно состоит из неверия, неблагодарности к милостям Божиим, в гордости и других страстях, в окаменении сердца.

Седмерицею пещь разжжена бысть иногда, в ней же благочестивые три отроцы не сваришися огнем. О, великое чудо! Чугун, медь, сребро, золото и другие металлы, твердые в существе своем, превращаются в жидкость силою огня и из твердых делаются текучими, а тела преподобных юношей в печи, седмижды разжженной, нимало не повредились.

Был я в литейном заводе и видел, как серый чугун, брошенный в печь, растоплялся в ней и потом тек в отверстие огненным потоком. Если вещественный огонь делает жидким, текучим, огневидным вовсе не светлый, твердый металл, то огнь благодати Святого Духа не размягчит ли самого каменного сердца, если это сердце предается ему, как металл огню? Не сделает ли его из хладного, мрачного и нечистого теплым, светлым и чистым? Да, примеров тому мы видели много.

Что принесу в дар Владычице за Ее милостивое покровительство мне, грешному, за Ее скорое услышание грешных молитв моих? Я просил у Ней во время служб великопостных мира смутному моему сердцу и беспреткновенного совершения служб – и получил от Ней милость. О Пребыстрая Заступница! Не оставляй меня Твоею помощию и впредь, но присно внимай мне, грешному, и помогай мне, немощному.

Спохватись вовремя: диавол хочет лишить тебя любви.

Страшно Господь наказывает меня за страстные движения сердца; бренный сосуд тела моего трещит от ударов жезла Его: пожирающий и мучительно разрушающий огнь свирепеет тогда во мне и, как льну, угрожает скорым истреблением.

Укорени в сердце своем живою верою следующее: я – раб, притом падший, виновный; у меня есть Владыка живота моего и Бог мой, Верховный Судия и Спаситель мой; буду я всегда просить себе Его помилования, всегда буду смиряться пред Ним и не позволю себе ни с кем из людей зазнаваться, тем более с Ним, Владыкою. Се, раб Господень.

Вспоминай чаще о словах Спасителя: тать не приходит, разве да украдет и убиет и погубит: Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком [слав.: лишше] [Ин. 10,10]. Тать – диавол – всегда окрадывает и губит: это ты знаешь; а Спаситель дарит жизнию, и лишше дарит жизнию. Это также знаешь.

При молитве общественной, чтобы были смирение, вера и любовь в сердце – что на сердце, то и на языке; против диавола хорошо употреблять непреодолимое упорство, то есть если, например, он смущает и торопит – отнюдь не торопиться и стараться как можно успокаивать себя, останавливаясь в молчании по выговоре одного или двух слов.

Известная истина – чего нет в сердце и в мыслях, того нет и на языке; нет веры в сердце и мыслях – нет их и на языке; нет и молитвы устной, иногда даже и в том случае, если бы кто усиливался без веры, по обязанности говорить молитву. Дивное устроение Божие.

Зачем ты так рано пришел, враже мой? Зачем будишь меня? Затем, чтобы доказать мне твое печальное, на зло Божиим тварям, бытие? Знаю, что ты существуешь. Не в первый раз, незваный гость, жалуешь ко мне. Я знаком с тобою, к несчастию. Или затем, чтобы дать мне почувствовать, что я должен тебе? Плачу и рыдаю, что я должен тебе, и молю Господа, чтобы мне не быть твоим должником по крайней мере после смерти, чтобы мне умереть с полною ненавистию к тебе. Прочь, тать, иже приходит, да украдет и убиет и погубит [Ин. 10,10].

Господь, видя непостоянство и изменчивость сердца моего, попускает диаволу искушать меня и мучить не устоявшее в вере и истине сердце – для того, чтобы оно теснее прилепилось ко Господу, у Коего единого избавление мне, спокойствие и радость. Благодарение Господу!

Слава Тебе, Взбранная Воеводо, Царице Богородице! Твоею помощию и заступничеством я не колеблюсь на молитве от прилогов диавольских. Выходя к народу читать молитвы, всегда сделай сердечный и телесный поклон местной иконе Богородицы.

Что это значит, что я терплю мучения, когда бываю неистинен, лукав или делаю какое зло, – и блаженствую, когда стою в истине, бываю прост сердцем, доверчив и делаю добро? Значит то, что при мне постоянно находится Высочайшее всех, нравственно свободное, духовное Существо, Которое вменяет мне добро и зло, за одно награждая, за другое наказывая, Которое на мысль мою отвечает Своею мыслию, на чувство – чувством.

Отселе при чтении не торопиться, но прививать истины к сердцу спокойным размышлением.

Причащение Тела и Крови Господа моего водворяет и поддерживает во мне мир с собою и с Богом: без них – я погибаю. Опыт.

Господь присутствует при нас как мысль, как свет духовный, как любовь, услаждающая и упокоевающая сердце, как сладость, как мир. Оттого, когда ты искренно о какой-нибудь истине (законной) мыслишь, тебе бывает приятно, легко; когда ты любишь (по закону), тебе бывает сладостно.

Стяжи любовь – и ты стяжешь все; кто не стяжал любви, тот не стяжал ничего.

Если ты всевозможно стараешься не претыкаться на общественной молитве и молишься Господу и Пречистой Его Матери о помощи в твоей немощи, а потом все-таки претыкаешься – не горячись и не унывай, но смирись и признай искренно свою немощь. Сегодня я поступил так, и хотя [поспешил] и преткнулся, но Господь помиловал меня, сохранив от мук.

При мучениях сердца от неверия и соединенного с ним страха бесовского одна надежда – на крестное знамение, с живою верою сделанное, на искреннюю, смиренную и сокрушенную молитву, и больше всего – на животворящие Тайны.

Отчего иногда останавливается язык на молитве? А отчего останавливается стрелка на часах? Оттого, что внутренность часов засаривается или повреждается, например, повреждается колесо, барабан или волосок. Так и язык на молитве, как бывает у некоторых, останавливается оттого, что засаривается или повреждается внутренность существа человеческого – сердце; когда, например, сердце бывает лукаво, исполнено неверия, по апостолу, или когда западает в него вражда или другие нечистоты. Язык – то же некоторым образом у человека, что стрелки в часах. Стрелка доказывает внутренний ход часов – и язык есть герольд или адвокат сердца и мысли, провозвестник того, что делается внутри, что наполняет сердце. Потому Спаситель говорит: исходящее из уст… сие оскверняет человека, ибо из сердца исходят злые помыслы… прелюбодеяния, любодеяния [Мф. 15,18–19] и прочее.

Доселе был большой недостаток в твоей молитве: ты разом хотел получить просимое и, не получая сразу, ослабевал в вере и молитве; отселе молись постоянно, неотступно с возрастающею верою: стучите, и отворят вам [Мф. 7,7].

(Сон. Божия Матерь во вратах храма с пальмовою ветвию в голубой одежде.)

Спаситель целую жизнь мою наполнил и наполняет Своими благодеяниями: одну часть ее – без сознания моего о том, другую – со слабым о том сознанием, а третью, текущую, – с ясным моим о том сознанием, так что ежедневно и очевидно Он совершает во мне чудеса Своей благости и Своего спасения, и мне ли не помнить с благодарностию о моем Спасителе, мне ли не прибегать к Нему всегда с верою несомненною?

Когда молишься Господу, во главу твоей молитвы, для усиления твоей веры, поставь все небесные Силы, пророков, апостолов, мучеников, преподобных и праведных – и, руководимый их сонмом, их верою, молись и сам с их верою, упованием и любовию.

Опыт меня научил, что по той мере, как я чрез веру вижу сердечными очами Господа, я читаю легко молитвы в слух народа; как же скоро опускаю Его из виду, то начинаю тяготиться или смущаться и запинаться. А враг тут не дремлет.

Господи! если это Ты, повели мне придти к Тебе по воде [Мф. 14,28]. Прииди, сказал Петру Господь; и он пошел по водам, но потом усумнился и стал утопать. Подобное бывает и с маловерами-священниками. Молитвы – вода, по которой мы идем к Спасителю. Если с верою шествуем по ним, то шествуем спокойно, ровно, легко, а как усумнимся, то и начнем утопать в них (умом, сердцем и языком), и если совсем вера подавится в нас смущением, то и мы можем совсем потонуть в молитвенных словах. Это быть может на общественной молитве.

Когда нападает на тебя враг, бежи под крыло ко Христу: одно спасение.

Бесчисленное множество непостижимого на земле во всем, что я вижу, и весьма многое я должен принимать верою – Небесные ли Тайны буду я подвергать действию разума? Нет, я беспрекословно, без рассуждения должен верить им: они животворны для меня – чего же больше?

Чтобы знал я, верил я, что свет моего разума от Бога, Господь наказывает меня часто помрачением ума; а чтобы знал я, что простор сердца – от Него же, Он поражает меня чрез врага невидимого тяжестию и смущением сердца.

Слыши обличительный глас Господа у пророка: какую неправду нашли во Мне отцы ваши? [Иер. 2,5]. И к тебе также идет этот обличительный вопрос. Какое погрешение ты нашел когда-либо в Господе Боге? Он – вернейший Друг.

Апостолы по самому продолжению бытия своего, не говоря об их близости к Богу и великой святости, чуждой изменяемости, достойны высокого почтения нашего.

Пришла мне вчера мысль о моем ничтожестве, именно: что я недавно возник к бытию из истекшей влаги, – и подхватил я ее, и положил я ее на сердце, и стал отогревать и питать ее, и принесла она мне сладкий плод смирения. Сердце стало крепко и покойно от смирения; не стал вертеть им лукавый, не стал толкаться в душу с своими возмутительными помыслами неверия, хулы и лукавства. Насажу же я смирение в сердце и буду жить и упокоеваться в нем, и не выйду из него, несмотря на страхи духа злого; да поселю в себе Христа и буду за Ним, как за твердынею, низлагать все ухищрения против меня падшего духа, старательно, неослабно ищущего моей погибели.

Правда Божия требует, чтобы молящиеся всем сердцем были услышаны. Верен Сказавший: какою мерою мерите, такою и вам будут мерить [Мф. 7,2]. Ты отдал Богу свое сердце в молитве – и Он отдаст тебе Себя. Или: Просите, и дано будет вам [Мф. 7,7; Лк. 11,9].

Ток всеобщей жизни, возникание и исчезновение частных жизней немолчно вопиет о Животворящем Духовном Начале, вечном, присноживущем, а присутствие разума и свободной воли в людях, вначале сокрытых и потом постепенно раскрывающихся, доказывает, что это Начало разумное и свободное, праведное, святое.

Христианин! Обращайся чаще к Богу в жизни своей, как сын к Отцу, как раб ко Господу, как тварь к Творцу. Чувствуешь на себе милости Божии – бежи к Отцу и от всего сердца благодари Его: всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов [Иак. 1,17]; в несчастии ты – смиряйся и опять благодари: Господь, кого любит, того наказывает [Евр. 12,6]; рано и поздно, утром и вечером, днем и в полдень – всегда имей в мыслях Отца Небесного.

Святой Ангел-хранитель мощно, светло, сладостно указал мне в состоянии легкого сна после пробуждения утром на пример Господа Спасителя, Который ради любви к нам, истины и правды всю жизнь подвизался, не зная покоя, пострадал и умер за нас; дал мне сильно и сладостно почувствовать, что Он и всем людям, подвизающимся на земле ради истины и добра и взирающим на Него, вполне сочувствует и благословляет их, и готовит им венцы бессмертия (внушение Ангела было после мыслей моих о Марии Египетской как сначала великой грешнице, а потом – великой праведнице, коей грехи великие и обращение усердное показаны в пример нам: как долготерпелив и милостив Господь и с какою любовию принимает Он притекающих к Нему с греховного пути). Господи! Буди это и со мною.

Когда мысль и сердце верою прикованы, так сказать, к Спасителю, тогда человек и покоен, и блажен, а когда мысли и сердце не в Спасителе, тогда – тяжесть и мрак на сердце. Опыт. Замечательно, что какая-то враждебная сила на молитве сильно препятствует искренно соединяться мыслями и сердцем со Христом, даже очевидно силится удалить от Него и удержать в своем безотрадном, страшном плене. Но кто противник Христу, как не Велиар? Потому, это его дело.

Когда во время молитвы почувствуешь, что сердце твое против воли твоей лукаво, исполнено неверия и гордыни, не возмущайся этим и отнюдь не склоняйся на лукавство его: это диавол склоняет тебя к духовному блужению с собою. Также, когда замечаешь в себе смущение и боязнь, не смущайся этим: это тоже действие духа тьмы, страхом склоняющего тебя к блужению с собою. Будь тверд и как можно глубже вводи в сердце смирение и веру, неуклонно взирай ко Господу и ожидай Его милости – Он непременно посетит тебя и прогонит врага; ты сам это почувствуешь в мире и сладости сердечной.

Что, разве ты [любишь]? Чаще заглядывай в сердце и узнавай, есть ли в нем любовь. Не забывай ты этого. Еще помни, что всякая страсть обманчива. Опыт.

Если бы не жена твоя, ты дошел бы до самого смешного, унизительного кризиса страстей. Она – земной Ангел твой, хранитель твой; она предохраняет тебя от многих худых последствий.

Кушайте сколько и чего угодно: не будем бедны. Господь за любовь не оставит нас. А если мы будем бедны, вы поможете, чем можете.

Бог смотрит на сердце молящегося. Смотри же и ты, во время молитвы обращай все внимание на сердце и старайся молиться непременно сердцем. Человек зрит на лице, Бог же… на сердце [1Цар. 16,7].

Чтоб тихо, без смущения читать тебе молитвы церковные, веди себя везде тихо: дома будь тих и кроток со всеми и вне дома – со всеми; тихо ходи, тихо говори – словом, будь тих везде и во всем. Главное же – будь внутренно тих и кроток: когда будет внутренняя тишина, будет и внешняя.

Когда в молитвах (церковных) просишь Бога о каких-либо благах для других – духовной паствы твоей, проси их (благ) так же искренно, как бы ты просил их для себя самого. Особенно пастырю нужно любить пасомых самою искреннею любовию; нужно, так сказать, всегда носить их в своем сердце и, как мать младенца, согревать их там всегдашнею молитвою веры и любви. Любовь пастыря к пасомым в святых Божиих или, лучше, – любовь Святого Духа Божия, действовавшего в них, нашла, о чем нужно просить для них Бога (в молитвах утренних и вечерних, и особенно в молитвах литургии, также в молитвах при совершении всех Таинств и других молитвословий). И любовь обыкновенного пастыря всегда найдет, кроме предметов молитвы, изложенных в церковном Служебнике, Требнике, Каноннике и других книгах, – свои предметы молитвы; любовь откроет много нужд в пасомых, об удовлетворении которых (нужд) он сочтет необходимым взывать к Подателю всех благ.

Дрянное у меня сердчишко, слабо, удобоподвижно, изменчиво. А ему нужно быть твердым и неподвижным, как наковальня. Таково было сердце у святых Божиих. Твердо, неподвижно установлено было ими сердце в вере, надежде и любви. Эта твердость сердца обнаружена ими в подвигах мученичества и в продолжительнейшем – во всю жизнь – умерщвлении своей плоти и своих страстей. Их сердца были настоящий адамант. Господи! Даруй мне, грешному, благодать твердого сердца!

Каким я чудом есмь ныне то, чем есмь! Дед мой был непросвещенный, отец – также, а я получил обилие света умственного! Как я сделался тем, чем не были мой родитель и дед? Они не могли дать мне, чего сами не имели. Благодетель мой, Господи Иисусе! Я знаю Тебя. Я не таю благодеяний Твоих. Твоя благость сделала меня тем, чем я есмь. Сокровище благих! Царю Небесный, Утешителю, Душе Истины! Целую трепетно Твою благодеющую мне постоянно десницу.

Есть в нас какое-то злое начало, которое силится разъединить даже то, что неразъединяемо, что вечно едино: Сына от Отца и Духа от Отца и Сына, а начиная с Пребожественной Троицы и то, что от Нее создано, что должно быть едино по духу и не должно разъединяться, то есть род человеческий – от Бога и их между собою. Это разъединение болезненное: сердце чувствует это, но само помочь себе не в силах. А соединение сладостно, животворно (с Богом людей и между собою). Оттого-то любовь – союз совершенства; оттого-то есть, что она ведет к соединению взаимному и к блаженству. Это также сердце чувствует.

Молитва веры ко Господу или прошение с верою всегда исцеляло меня от лютости страстей.

Сын знает, что у него и над ним есть отец, любит его и повинуется ему во всем; раб знает, что над ним есть господин, и боится его и повинуется ему; подданный знает царя и благоговеет пред ним и исполняет тщательно царские повинности. Священник ли, как чадо, как раб, как служитель, как тварь Господа Бога, забудет, что над ним есть Господь, и не будет постоянно обращаться к Нему с молитвою веры, надежды и любви? Он ли не будет на всяком месте благоговеть пред Ним, он, который все делает о имени Его, великом и страшном?

Есмь, и якоже несмь27: потому что мое есмь так еще недавно.

Кто может отвергать, что в нас живет невидимое, духовное начало – душа, которое то бывает тревожно, то спокойно, то мучается, то радуется; то скорбь, тесноту и тяжесть оно испытывает, которые не проходят и ночью, то радость, спокойствие и леготу… А если так, кто станет отвергать действительность за гробом и вечных мучений?

Научись понимать глаголы своего сердца: когда будешь понимать и исполнять их, то будешь блажен.

В мысли о своем ничтожестве я нахожу покой и услаждение сердца, потому что по сокрушении себя воскресает во мне Господь, – а Господь есть мир и сладость сердец наших.

Спаситель – вещей Истина. И я принадлежу к числу этих вещей.

Братия! Молясь, не ослабевайте в молитве: для Господа не потеряется ни один сердечный вздох ваш, ни одно искреннее, доброе и святое чувство; если вы стараетесь удерживать его в сердце, Владыка нашей жизни всегда при нас: все видит и слышит, Он видит и слышит все помышления сердечные; мы в Нем живем и движемся, и Ему совершенно все известно в нас [и около] нас. Что Он с нами всегда и на всяком месте, в этом легко вам удостовериться даже опытом: хороши вы своею душою – и вам бывает хорошо, мирно, легко, радостно; не хороши вы – и вам непременно бывает как-то нехорошо, неловко, неприятно, тяжело, беспокойно. Что это значит? Это то значит, что когда вы добры душою, тогда Господь с вами, в вашем сердце, тогда Он – ваш Отец, а вы – Его добрые дети; вы и сами чувствуете тогда, что Бог – ваш Отец: в сердце вам то и дело слышится голос: Авва, Отче [Рим. 8,15; Гал. 4:6]. А когда вы злы в душе, тогда Господь выходит из вашего злого сердца, потому что как быть свету со тьмою, как быть добру со злом? Тогда вы не Божии и не с Богом, а того, кто есть тьма и первое зло; имя его вы знаете. А как он человекоубийца от начала [Ин. 8,44], то он входит в наше сердце, когда мы становимся злы, для того чтобы окрасть нашу душу от всякого добра и убить и погубить ее навеки; часто ему это и удается. Тогда, то есть, когда человек сам склонится на сторону его и не послушает ничьих добрых советов или обличений, такому человеку бывает ужасно тяжело: он преждевременно носит в своей груди ад, ко всем бывает хитер, двоедушен, лукав, зол. Избави Бог от этого всякого христианина и всякого человека. А отчего лукавый входит в нас? Оттого, что мы держим в голове, в сердце питаем и греем худые мысли, худые пожелания, разные страсти: ненависть, зависть, гордость и другие грехи. Берегитесь же, братия, быть в душе нехорошими, недобрыми, нечистыми, иначе лукавый овладеет вами и погубит вас; напротив, старайтесь всеми мерами о том, чтобы иметь всегда мысли и чувства хорошие, будьте смиренны, старайтесь быть братолюбием друг ко другу любезны, не завистливы, не любостяжательны – и Господь будет почивать в ваших сердцах.

Доколе мне оскорблять Господа? Доколе мне мучить себя? Доколе мне смущаться при чтении молитв? Познай наконец, чего хочет от тебя Бог, что значат твои мучения?

Окаянный аз! Я часто представлял… лживым [1Ин. 1,10] Бога и искал доказательств словам Его, не хотел верить на слово.

Белое полотенце ужасно скоро марается, а черная одежда, почти незаметно, марается или нет. Так и с душою. Убеленная покаянием, чистая душа сейчас чувствует приражающуюся пыль греха, а во грехах живущая душа не замечает, как пристают у нее грехи ко грехам.

Мучения мои, истинно адские, прошли от причащения Преждеосвященными Дарами. О Владыка мой, грозный во гневе и дивный в милости, помилуй мя, сохрани меня от всякого греха!

Пред чтением молитв сердечно вздохни и скажи в себе: грешен я!

Нужно исправить свою голову, а то в ней – хаос; для диавола, отца всякого беспорядка, раздолье такая голова: умеет, как командовать таким человеком, – только вертится, бедный.

Господь – Царь веков: в Ветхом Завете предсказан – в Новом явился и во век века принимает от всех поклонение.

Когда будут возмущать твою душу помыслы гордости и неверия, останавливающие тебя исключительно на тебе самом и отвергающие Виновника всякой твари, войди ты тогда мысленно внутрь себя, взгляни умными очами на внутренние отправления твоего тела, начиная с обращения крови до пищеварения и извержения ее вон, и спроси себя: Чьему манию все это повинуется? От Кого этот мудрый порядок, поддерживающий твою жизнь? Также: Кто кожею и плотию облек тебя, а костьми и жилами сшил тебя? Чье у тебя дыхание, без которого ты не можешь жить и нескольких минут? Дело Чьей премудрости этот телесный состав, в котором обитает гордая, неверная душа твоя? Ты не сам себя построил, не сам и разрушишься, а должен непременно разрушиться: век не будешь жить в теле. Боже мой! Как слеп гордец! Как глуп, близорук невер! Страх!!!

Есть злой дух бессонницы: он гнездится под ложечкою и оказывается тоскою, не дозволяющею спать.

Сомнение, неверие, скверные, лукавые и хульные мысли не есть собственность души человеческой, но дело злого духа, потому не надобно обращать внимания на все подобные моменты в жизни нашей души, тем более смущаться от них, но при находе их, смекнувши тотчас, откуда они, пренебречь ими и тверже прилепиться умом и сердцем к истине, как к матери, породившей нас и всегдашней нашей питательнице и утешительнице.

Церковь есть столп и утверждение истины [1Тим. 3,15]. Подобно ей и сердце наше, как Церковь Бога Живого, должно быть также столпом и твердынею истины, о который должно разбиваться всякое приражение лжи.

В ранней молодости ты был ничтожен по званию, не имел ничего, не знал ничего, чтобы потом, сделавшись знатным, и имущим, и многосведущим, прославил Бога, даровавшего тебе все это, чтобы видно было на тебе премножество силы и благости Божией, а не твоих усилий и трудов. С твоими собственными трудами ты не ушел бы дальше своей сферы, в которой родился, или спустился бы ниже. В параллель с этим поставь и физический возраст: как ты был сначала ничтожен, а теперь…

И сон есть Божий дар. Потому, когда ты за грехи будешь недостоин милости Божией – и сон убежит от тебя, или и сон твой будет не успокоение, а мучение для тебя: тебя и во сне будут тревожить образы твоих грехов.

Милостию Владычицы в субботу первой недели Великого поста я успешно, не смутно прочитал молитвы к причащению в слух народа.

В ранней молодости мысль моя была постояннее, светлее и сильнее относительно познанных истин веры, а теперь – непостоянна, больше темна и бессильна от нечистоты, от бессилия сердца.

Во всех возрастах диавол ставит особенные преграды благочестию сообразно с обстоятельствами, наклонностями и свойствами каждого.

Когда ты будешь держать во время литургии пречистое Тело Господа Своего, пред глазами твоими будут два тела: одно – Тело Христово в виде хлеба, а другое – тело твоей руки; как то Тело заимствовано от земли – от земного тела Пресвятой Богородицы, так и твое от земли – от земного тела матери твоей: Творец того и другого один Господь. Как твое тело стало телом по Божественному всемогуществу, так и Тело Христово в виде хлеба стало Телом по Божественному же всемогуществу. Как доселе Бог творит Своим всемогуществом и премудростию людей (руце Твои сотвористе мя [Пс. 118,73]) в утробах матерних, так и Тело Свое из хлеба доселе творит в Себе, вездесущем, по Своей благости и всемогуществу для нашего освящения и спасения.

Спаситель. Как полно действительности (существенности) и жизни это слово. Миллионы людей (не говоря об Ангелах) в настоящую минуту только (не говоря о других минутах, часах, днях, месяцах, годах, веках) блаженны от одной смиренной, искренной мысли об Нем, от одной живой веры в Него, не говоря о преданных Ему всем сердцем, коих блаженство неописанно. Слава Тебе, Спаситель; миро приятное – имя Твое, сладость сердец наших!

Я, как Фома, верую в Господа как должно только тогда, когда вложу руку свою в раны Его, когда внутренность моя обольется и животворно согреется Его пречистою Кровию, когда почувствую от нее в сердце мир Божий, который превыше всякого ума [Флп. 4,7], да тогда еще, когда во время молитвы войдет в сердце небесная сладость. Ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие [Ин. 20,29].

Не унывай, когда по временам неловко бывает у тебя внутри: часто это происходит от дурной погоды, от желудка.

Человек, начавший строить великое и многосложное здание под руководством мудрого и опытного архитектора, который один может дать нужную прочность и правильность этому зданию, ужели будет столько безумен, что оставит архитектора при самом начале или в средине дела и будет сам распоряжаться работами и их направлением, не зная в этом сам толку? Но таково именно здание спасения души нашей. Итак, будь предан всю жизнь великому Архитектону – Богу, чтобы тебе не погубить своих трудов и чтобы твое здание не повалилось и не задавило тебя своею тяжестию. Ты сам невежда, слеп в этом деле. Дай распорядиться твоею жизнию Господу и не ропщи на Его распоряжения, если тебе кажется, что Он не так возводит твое здание, как бы тебе хотелось. Он прекрасно знает, что сделать: где нужно подлить извести и где положить какой камень – где большой и тяжелый, а где малый и легкий, где налить больше извести и где меньше.

Господь ощутительно ко мне приходит иногда – во гласе хлада тонка28, легкого и приятного, иногда в мире и радости и иногда в слезах сокрушения сладостного; и дух злобы также ощутительно приходит – в удушливом, тяжком воздухе отчаяния, в убийственном малодушии и сердечной страшливости без всякой очевидной причины, в убивающих душу самоунижении и недоверчивости, в ядовитой тоске под ложечкою, в помыслах неверия, хулы, лукавства, нечистоты и пр. Господь всегда близ меня – и диавол недалеко. Даруй же мне, Господи, всегда взирать к Тебе очами моими, а лукавого, приходящего ко мне, отгонять всегдашним памятованием о Тебе, всеблагом и всесильном.

Когда читаешь помянники, помни, что под каждым именем сокрывается бессмертная душа, нуждающаяся в помиловании и упокоении; положи на сердце и согрей сердечною молитвою веры каждое имя, чтобы Бог любви, видя молитву любви, принял в покой Свой нуждающихся в Его покое. Не злоупотребляй доверенностию и пожертвованиями живых родственников, друзей и знакомых умерших.

Твоим молитвам при Таинствах и других службах и молитвословиях Господь поручил словесных овец Своих – для умилостивления о них Господа, для возрождения и освящения их или для низведения на них благословений небесных. Будь внимателен к молитвам: ты делаешь величайшее, священнейшее, благотворнейшее дело на земле. Не забудься, не вознеради, чтобы не поразило тебя проклятие небесное. Бог есть Бог мститель, Бог отмщений.

Человек тщеславный и суетный смущается и краснеет от стыда, когда выставляется наружу изодранная или замаранная часть его одежды; из этого видно, что он хочет казаться. Человек тщеславный боится говорить и не доверяет себе в слове своем, полагая, что его осудят тотчас, когда он скажет что невпопад.

Бесчисленные произведения умов человеческих, самые добросовестные, искренние, направлены к Божеству, как радиусы к центру круга или как умные лучи к мысленному Солнцу, с врожденною душам необходимостию. Так сильно, всеобще, врожденно убеждение в бытии Божием в наибольшей и лучшей части рода человеческого. (Это следует сказать и обо всех истинах и обетованиях, открытых человечеству в слове Божием.) Господи! Неистощимый в средствах благотворить нам, довольствовать нас временными Твоими благами! Удивляюсь Твоей премудрости, прославляю Твою благость! Даруй мне выну29 надеяться в крове крилу Твоею [Пс. 62,8] и никогдаже малодушествовати о тленных вещах.

Чтобы тебе всегда твердо быть уверенным в благоуспешности твоей сердечной молитвы, например, о здравии и спасении, равно как об упокоении лиц, о коих ты приносишь Богу молитву, вспомни, как верно, постоянно Господь исполняет молитву твою, например, об отпущении грехов твоих, когда ты, согрешивши, принесешь к Богу сердечную, особенно слезную молитву. Сколько раз мир и радость сердца и сладостное умиление свидетельствовали тебе об услышании Богом твоей молитвы! Молись же обо всем с верою и надеждою на милость Божию; искренняя молитва никогда не остается бесплодною, и для других, и для тебя. Ты, например, молился об исцелении жены NN, тяжко болевшей, – и смотри, какое чудо было с нею на другой день после твоей молитвы: твоя молитва подвигла и ее, совсем омертвевшую, к молитве; все окружавшие ее удивлялись, откуда взялась у нее такая чудная сила, какая сила подвигла ее к молитве. А эта сила была – твоя молитва.

Воздай славу Богу [Ин. 9,24]: всеми знаниями, всем добрым престаниям30 ты обязан Господу Богу. Хотя это как будто не так заметно, но оно так. Раздери по слоям большое дерево: сколько ты увидишь тут слоев, как стройно и мудро совокуплялся слой к слою, пока, наконец, образовалось дерево. Внешность дерева скрывает от глаз наших мудрое образование и сослоение его, но когда раздерешь его, тогда видно бывает это сослоение, приращение слоя к слою. Так точно и в тебе с первого взгляда незаметно твое внутреннее, духовное образование; но если разобрать твою духовную жизнь, сложенную из прошедшего и настоящего, если вникнуть в твое постепенное образование, тогда заметишь это, как премудрый Строитель твоего спасения полагал в тебе знание за знанием, дело за делом, прекрасно располагал все обстоятельства твоей жизни, как премудро сослоял Он твою духовную жизнь в великое дерево. Разница только в том, что дерево исключительно образовано Богом, а твое образование было с участием твоей свободы, под руководством Промысла; худое, привнесенное твоею свободою, Бог врачевал или отсекал, а хорошее поливал и возращал. Переведи это и на тело.

Дух неверия есть вместе и дух упорства, злобы, хулы, смущения и боязни и, значит, дух лукавый.

Быстроте вражеского нападения противопоставляй быстроту умственного и сердечного воззрения к Богу, ни на мгновение не позволяй себе увлекаться его обманом, но зри выну ко Господу.

Сами мы чрезвычайно чувствительны к малейшим оскорблениям, а когда сами оскорбляем Бога ежедневно, и важными грехами, то этого не чувствуем иначе, как по пробуждении совести, когда она станет укорять и мучить нас за грехи наши.

Долготерпеливе Господи, помилуй нас!

Или вера и сладость, или неверие и мучение – выбирай одно из двух.

Только от Господа сердечною молитвою получаю я силу служить беспреткновенно. Если бы я и поныне угождал людям, то не был бы рабом Христовым, говорит апостол [Гал. 1,10]. Так и ты никогда не будешь Христовым рабом, если будешь угождать человекам. Гордец! Ты признаешь себя мудрее Бога, когда ропщешь на Него, зачем Он поступает с тобою так, а не иначе, зачем Он не помогает тебе, когда ты Его просишь о помощи. О слепец! Доколе ты будешь так слеп, что не покоришься Богу совершенно во всех обстоятельствах твоей жизни? Доколе будешь признавать себя правым, тогда как ты весь во грехах и беззакониях?

Начертай, носи и храни в сердце постоянно слово любовь и с нею сообразуй все дела свои. Тогда пути твои будут правы, иначе ни в чем у тебя не будет порядка. Помни, что в сравнении с любовию все малоценно.

Если на молитве от всего сокрушенного сердца высказаны Господу грехи и пролиты обильные слезы, тогда Он удивительно услаждает и успокаивает душу. Душа бывает чиста, как снег или волна. Если будут грехи ваши…31 [Ис. 1,18]. Окропиши мя… [Пс. 50,9].

При всяком богослужении или требоисправлении, дома и на улице, говори себе внутренно: на меня смотрит Царь Небесный, Пречистая Матерь Его, Воинство небесное (и оно, точно, всегда тебя видит: от невещественных умов стены не закрывают нас) и все святые, и старайся вести себя как можно святее, как можно осторожнее.

Видя постоянное употребление своего имущества на нужды своих, говори себе: Господь дал, Господь и взял [Иов. 1,21]; пусть это будет постоянная жертва Господу. Все презри на земле.

Враже мой! Ты видишь, как Господь мой и твой милостив: что же ты и лезешь ко мне? Согрешу – и покаюсь, и опять получу прощение.

Мир у меня теперь на сердце, оттого что я примирился с Богом, получил отпущение грехов в молитве слезной.

Спаситель – мой Жизнеподатель и Благоподатель. Когда я прогневаю Его – я бедствую, уничтожаюсь внутренно; притом и все блага, какие бы они ни были, как бы не существуют тогда для меня. А когда я в мире с Ним, тогда я хожу в широте, мне спокойно, легко, радостно, и во всем я нахожу себе невинное наслаждение, все как будто манит меня к радости.

В церкви на молитве, в предосторожность от смущения, представляй только Бога да себя. А люди – земля и пепел: об них нечего думать, то есть нечего их бояться.

Если я, злой человек, умею делать добро, то Ты, Господи, Пренеисчетная Благостыня, кольми паче дашь блага, если я буду просить их у Тебя. Если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него [Мф. 7,11]. Проси же без всякого сомнения благ у Господа, особенно – духовных.

Служа Живому Богу – вездесущему, всевидящему, всеправедному, Богу разумов, мы почти всегда забываемся и оскорбляем Его, служа Ему, как Богу не Живому, отдаленному от нас и не всевидящему, – Богу, страшно сказать, как бы не имеющему разума, не судящего праведно каждый наш поступок, слово, мысль, сердечное движение.

Дух злобный, коварный и лукавый! Теперь я окончательно убедился, что твое дело все смущения и страхи мои при богослужении. Вчера с Божиею помощию, по молитве Пречистой Матери и Предтечи я одолел тебя, твой страх и твое запинание – и вот ты, наглый клеветник, со свойственною тебе хитростию захотел ввести меня во грех кощунства и хулы на Бога чрез смех во время вечерни на какой-то праздник, облекши в священные ризы покойного протоиерея Нектарьевского и диакона Ал. Таратина и поставивши меня с ними экстраординарно, вне службы, быть слушателем и зрителем их беспорядочного, кощунского служения (и это клевета! Протоиерей отличался благоговейным служением, диакон никогда не позволял себе неблагопристойностей при служении), чтобы и меня ввести в грех смеха; видишь, хотел примером высшего и характерного человека удобнее преклонить меня ко греху. Я, грешный, осклаблялся, но потом тотчас образумлялся и приходил в страх пред Богом. О, подлая, низкая клевета и хула! Господи! Ополчи меня на врага оружием веры! – не тем, так другим злодей хочет пленить! о, апостат32!!!

Когда причащаюсь с верою и служу беспреткновенно, не поддаваясь страху бесовскому, я целый день провожу прекрасно: мне легко, весело; а когда преткнусь по боязни на службе, целый день мне тесно и скорбно; ни молитвы без слез, ни кресты не избавляют меня от туги сердечной. Несчастный я человек! Кто мя избавит от смерти сея?

Хорошо быть при царе постоянно, но требуется много внимательности к себе, требуется осторожность в речах и поступках; в струнку надо постоянно стоять, чисто и гладко все должно быть с волос на голове до сапог на ногах. Так и при Царе Небесном хорошо, сладостно находиться человеку, например священнику, но внимательность к себе, к своим мыслям, к своему сердцу – неизбежное условие при этом: душа должна всегда стоять в струнку пред Небесным Владыкою. Худо, когда провинится придворный пред царем; царь наказывает его или выговором, или чем другим каждый раз, когда заметит его вину, – а он имеет случаи замечать почти все его поступки. Так же точно худо бывает и тому, кто служит ближайшим образом Царю Небесному и провиняется пред Ним: Он наказывает его часто и сильно, чего не испытывают другие, вдали от Него ходящие. Господь, кого любит, того наказывает [Евр. 12,6].

Берет с собою семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там [Лк. 11,26]. Да, проклятые духи, я чувствую, что вы входите в меня и живете во мне. Адские гости! Сила крестная да изгонит вас!

Тебя единого устрашаться подобает, Господи!

Чтобы не смущаться на общественной молитве, зажги молитву в сердце; смущение – оттого, что сердцем пустым, не занятым сердечною верою и молитвою, овладевает бесовский страх.

Медицинские друзья человечества! Что вы молчите и не вопиете громогласно народу о вреде курения табаку? Разве не видите, как человечество постепенно растлевает свое тело ядовитым дымом и преждевременно умирает? Что вы не внушаете ему, что дым, азотное вещество, никак не должно быть вдыхаемо легкими, которые устроены Создателем только для вдыхания и выдыхания воздуха? Разве вы не видите, как у людей, любящих много курить, самое лицо часто становится бледным, безжизненным, бесцветным, что доказывает худосочие тела от излишне принимаемого внутрь дыма, страдание легких, неправильное варение желудка; и сами они делаются вялыми, скучными, болезненными в то время, когда они не удовлетворяют введенной потребности? Что вы не покажете пред глаза их множества примеров смерти от чахотки вследствие курения табаку? Вы взяли на себя целение материальной стороны человечества (тела) – исполняйте же ваше дело, заботьтесь о благе общественном, иначе Господь взыщет с вас за это небрежение. Не заботьтесь только о своих выгодах, не будьте самолюбивы, а подумайте добросовестно, как бы уменьшить зло, сделавшееся общим. Ваши слова, особенно если вы заговорите вместе, будут иметь силу на народ. Не обращайте внимания на то, что от этого пострадает интерес табачных фабрикантов или другого кого: люди, их здоровье, особенно их душа […] с телом, дороже всех корыстных расчетов. О! Какое зло производит этот табак и на душу по тесной связи ее с телом! Какое, вы спросите? Нет нужды и спрашивать. Посмотрите – и увидите, или, лучше: вы это сами видите. Табак сделался общею потребностию, притом большею потребностию, чем пища и питие: к пище и питию прибегают только раза три-четыре в день, а к табаку – многие едва не без числа; приемы табачного дыма, особенно у людей, которые имеют много свободного времени, чрезвычайно часты. А все время курения не есть ли почти потерянное время для души, для удовлетворения духовных ее потребностей? Для людей благочестивых, положим, и самое время некоторых удовольствий чувственных, например, принятия телесной пищи, не есть время, потерянное для Бога, для души, потому что человек богобоязненный и ядый, Господеви яст, благодарит бо Бога [Рим. 14,6], и пиет он во славу Божию. Но при курении табаку, которое есть непозволительная прихоть, мнимая, а не настоящая потребность, может ли быть благодарение Богу, не кощунство ли будет благодарение? Вы скажете, что и при курении можно иметь добрые мысли и чувства, даже делать дело хорошо – в добрый час. А я думаю иначе: гастроном во время стола думает только, что стол удивительно хорош, вкусен, что наслаждение прекрасным столом – высокое наслаждение, и, верно, ему не приходят в это время на ум какие-либо духовные наслаждения, прямо добрые мысли и чувства, например, положим, мысль, что, тогда как он прекрасно и до пресыщения кушает, многие из его собратий остаются голодными, полуобнаженными, что к ним надобно иметь сострадание, что им нужно помочь, что его долг им помочь.

С гастрономом почти рука об руку идет табакопат (табакопаф). Или плоти угождать, или Богу – одно из двух, но вместе нельзя. А табакопат угождает плоти. Табакопат во время курения любимого им табаку почти не способен иметь прямо добрых мыслей; приходят ли ему в голову мысли о том, что деньги, потрачиваемые на табак, на это положительно вредное зелье, гораздо лучше было бы отдавать бедным, не имеющим куска хлеба; что он бросает свои деньги, может быть, очень небольшие, прямо в землю, лишая себя, может быть, часто самых необходимых вещей? О! как бы пожал обильно в будущей жизни тот человек, который бы все деньги, истраченные на табак, раздал нищим! А теперь, бедный, он снискивает ими вечный огонь на свою голову. Да, братия. Этот огонь в ваших папиросах, сигаретах, трубках есть верный предтеча геенского огня, если вы страстно, постоянно возгнетаете его. Это – похмельное пьянство! Это не преувеличение, а чистая истина. Как огонь вина в утробе пьяницы есть предтеча вечного огня, так огонь в папиросах, трубках и сигарах у людей, страстно им преданных, есть верный предтеча огня. О, сатанинское ослепление и пленение людей!

Где сокровище ваше, говорит слово Божие, там будет и сердце ваше [Мф. 6,21; Лк. 12,34]. Если табак – ваша любимая прихоть, ваше сокровище, то непременно с ним и сердце ваше, и мысли ваши. Между тем мысли и сердца людей должны обращаться чаще всего к Богу, заниматься больше всего Богом, Источником нашей жизни, чтобы вдыхать в свою растленную грехами природу чрез веру Его Божественную жизнь, благодать сердечного мира и радости.

Если враг будет склонять тебя ко греху во время общественной молитвы страхом человеческим, скажи ему: нет никого страшнее, грознее моего Господа, дивного в правде, Карателя неправд человеческих.

Если будет прельщать похвалою человеческою за дело Божие, скажи: слава человеча, яко цвет травный, скоро исчезает, а слава Божия вечна; принимать славу от людей – значит терять славу Божию: они уже получают, говорит Спаситель, награду свою [Мф. 6,2]. Нет никого славнее Бога моего.

Очевидная несомненность всех обетовании Божиих – из опытов исполнения их в здешней жизни. Например, Спаситель обещал упокоение душам всех тех людей, которые, будучи обременены грехами и скорбями различными, будут с верою и надеждою притекать к Нему. И что же? Обещание верно исполняется над миллионами людей в один день, даже в один час: все, притекающие к Нему в молитве с бременем грехов своих, сбрасывают с сердца своего эту невыносимую тяжесть и чувствуют на сердце сладостную леготу. Так точно исполнятся и все Его обещания или все предсказания, изреченные в Евангелии, и исполнятся в точности (Второе пришествие, Страшный Суд, мука вечная, Царство Небесное).

Как сыну, провинившемуся против родителей и находящемуся под их гневом, бывает все немило в доме родителей, между тем как прежде, когда он был в их любви и милости, было все приятно, – так точно человеку-христианину, согрешившему пред Богом, в мире, в этом великом доме Божием, бывает ничто не мило. Красота мира Божия для него как будто не существует: на всем он видит печать грусти, во всем он видит как будто упрек себе.

Опытом дознано, что не любящий ближнего не может любить Бога; неблагодарный человекам не может быть благодарным Богу. Ограниченному, малому, ничтожному существу, каков человек, с ограниченного, малого нужно и начинать и, при Божией помощи, идти к менее ограниченному, к высшему. Ты имеешь жену, детей, родственников? Научись прежде отдавать им должное и потом уже будешь в состоянии отдавать должное всем людям и Самому Богу.

Враждуя с кем-либо, ты оскорбляешь Любовь, Которая есть Бог, и изгоняешь Ее из себя. Взирай всегда к Любви – Богу, и Духом Святым молящеся, сам себя в любви Божией соблюдай, ждуще милости Господа нашего Иисуса Христа, в жизнь вечную.

Господь всегда верен в том, чтобы услаждать сердца обращающихся к Нему всем сердцем; будь только ты верен – Он всегда верен пребывает: ибо Себя отречься не может [2Тим. 2,13]. Коль скоро заметишь в чем-либо свою неверность пред Ним (а совесть и внутреннее смущение сейчас тебе скажут об этом), сейчас обратись к верности, вспомни о верном Друге своем – и не будешь постыжден.

Необходимость для человека Ангела-хранителя открывается из того, что каждого человека немилосердно преследуют злые духи и всячески ищут его погибели. Трезвитесь, бодрствуйте… [1Пет. 5,8]. Я чувствую в себе весьма ясно действия злых духов, познаю их от плодов их во мне; но чувствую также и тихие, легкие, сладостные действия добрых Ангелов.

Во время общественной молитвы нужно забывать себя и все окружающее и думать только о Боге.

Мучения внутренние убеждают меня в необходимости Спасителя и обращают к Нему. Ах! Мучения мои несомненны, но несомненен и единственен есть Спаситель мой – Христос.

Если в продолжение дня вы имели несчастие прогневать Господа каким-нибудь важным грехом и на вечерней молитве чистосердечно, с обильными слезами раскаялись в нем, то сон ваш в продолжение ночи будет самый покойный, тихий, приятный, сновидения чистые, святые, а по пробуждении у вас не будет ни одной недовольной, тревожной и смутной мысли, напротив, мысли святые, спасительные. Вы будете чувствовать во всем своем существе необыкновенное спокойствие, подобное самой глубокой тишине после бури. Очевидно, что Ангел мирный, верный наш наставник, хранитель душ и телес наших, охраняет своим действительным присутствием одр наш, и вот причина, почему сновидения бывают чистые, святые, почему такую глубокую тишину чувствуем мы во всем существе и отчего при пробуждении в нашу голову приходят первые мысли успокоительные, святые. Но горе, если вы чистосердечно не раскаялись во грехе своем пред сном: вы не вкусите приятного сна; во сне вы увидите одни страхи, будете часто вздрагивать, как будто стрелы огненные будут разрывать существо ваше.

Бойся малейшей вражды, как самого смертельного яда: чрез нее враг овладевает нами. Господи! Даруй мне очи – видети, уши – слышати и сердце благодарное.

Благодари всегда Господа: Он постоянно являет тебе Свои милости.

Ведь ты знаешь меня, говорит иногда друг своему другу. Обратись ко мне, и я непременно помогу тебе, не откажу, душу мою отдам за тебя, если нужно. Так же точно Господь говорит тебе: ты знаешь уже Меня, много раз испытал Мою верность в твоих несчастиях – обратись только ко Мне, и Я непременно помогу тебе, не откажу; Мое всемогущество не имеет пределов, нет скорби, от которой Я не мог бы избавить тебя. Призови Мя в день скорби твоея, и вознесу тя… [Пс. 49,15].

Господу всегда нужно служить с радостию.

Ты вождь во время богослужения. Крепись и мужайся против врагов невидимых. Худо, если вождь преткнется и падет. Это произведет упадок духа и в молящихся.

Постясь Четыредесятницу, одушевляйся примером Господа, по подражанию и во славу Коего ты постишься.

Во время службы не заботься о том, что скажут о тебе люди, а что скажет Господь Бог: пред Ним все люди – ничто. Да не устыдишися во время службы лица человеча – яко служба Божия есть.

Когда ум твой помрачается, сердце трепещет и стесняется, язык запинается, уста заключаются – тогда, видно, ты не прав пред Богом сердцем, бесчестишь Его сердцем, и потому ты сам становишься бесчестным: ты увязаешь в делах сердца своего. Унижаяй Мя безчестен будет.

При страхе бесовском сейчас возымей страх неизбежного наказания Божия за бесовское смущение и уныние и скажи сам себе: нет никого страшнее моего Господа.

С целью вести нас к покаянию и безмолвию Единородный Сын Божий, Слово Отчее и Бог сказал в Своем Евангелии: покайтеся. Сим самым Он заповедал не просто: покайтеся однажды, а кайтесь постоянно, как постоянно пребываете во грехе. Потому что, пока вы находитесь в настоящей жизни, в этом теле, пока вы живете в сем веке, дотоле вы все будете грешить непрестанно. Посему и каяться должны постоянно и во всякое время, до самой смерти своей, подобно преступникам, подобно обвиненным и уличенным. Очиститесь от лукавств своих, ненавистных Мне, и от гнусных деяний. Узнайте, что Я есмь Бог ревнитель. Я есмь Сын Божий, Я есмь Свет миру (всем познающим), Я и Отец по безначальному началу едино есмы. Я есмь испытующий сердца и утробы и проникающий в мозг. Я знаю число скрытым костям; Мною сочтены все власы на голове, и сонм звезд Я называю по имени. Я Творец вселенной, у Меня исчислены все пылинки и песок морской; Я неумолимый Судия, сильный, праведный, нелицеприятный; знаю все ваши тайны, знаю их прежде бытия и рождения самых людей и воздам каждому по делам и заслугам его. Сие сказал нам в угрозу Спаситель наш. (Исаак Сирин. О безмолвии и тишине и об уединенной жизни.)

Имей братскую, чистосердечную любовь ко всем сочинителям при чтении их писаний и не гордись, не надымайся над ними сердцем, не говори внутренно: это давно известно, или: я лучше их пишу. Тебе великодаровитый Бог дал разум и сердце смысленно, и им также; а многим – в превосходнейшей мере. Помни, что опасно быть умнее других: от всякого, кому дано много, много и потребуется [Лк. 12,48]. Лучше, безопаснее учиться смиренно у других: не многие делайтесь учителями, зная, что мы подвергнемся большему осуждению [Иак. 3,1]. Вы не нарицайтеся учителие; един бо есть Наставник ваш Христос [Мф. 23,10]. Страшно надыматься сердцем пред святыми наставниками при чтении их писаний: так как они начертали свои писания по озарению и под руководством Духа Святого, в них обитавшего, то надымающийся сердцем при чтении их гордится пред Духом Святым, противится Утешителю, Духу премудрости и разума.

Человек, в сердце коего гнездятся страсти, бывает задумчив, сердцем двояк, в словах своих отрывист, неточен, в действиях нерешителен. Самые добрые дела делает с холодностию, двоедушно: святой теплоте сердечной не дают места страсти. Часто смущается при совершении прямо доброго дела, если это дело часто повторяется и требует продолжительного времени.

24-го февраля был я в Рамбове – хоронил жену священника Ал. Ивановича Соколова. Пришедши в одну кладбищенскую церковь, я был в состоянии мучительного томления сердца, которое происходит от слабоверия и духа злобы. Взглянувши на местную икону Тихвинской Божией Матери, я невольно засмотрелся на Ее пречистый, смиренный, безмятежный, полный любви лик и сказал сам в себе: какое неземное спокойствие выражается на лице Твоем, Пречистая, – и как бы услышал от Нее следующие слова, внятно отозвавшиеся в моем сердце: а что тебе препятствует иметь мир и спокойствие в своем сердце? Разве ты не знаешь, где искать их? После этого я обратился мыслию и сердцем к Источнику и Подателю мира – и тотчас же обрел желанный мир и стоял с миром всю службу (обедню).

В Рамбове я встретил знакомого – почтеннейшего священника Гавриила Марковича Любимова, который замечателен трудами своими на пользу крестьян и крестьянских детей великой княгини Елены Павловны. Вся жизнь его проходит в трудах, соединенных с постоянными самопожертвованиями. Как он много делает для просвещения детей крестьянских, для воспитания их в правилах нравственности! Что я значу в сравнении с ним? Что мои труды? – Ничто. Посмею ли сравнить себя с ним как священник в каком-либо отношении? Вот человек, который не напрасно живет, не в суете проводит дни свои! А я – всуе и землю упражняю. Как Господь не посечет меня как бесплодную смоковницу! Господи! Спаси его и помилуй!

Не нужно обращать внимания на лукавые, скверные, хульные и неверием дышащие мысли, внушаемые на молитве лукавым: они нам в грех не вменяются. Нужно спокойно продолжать свое дело. Только крайне неопытный в духовной жизни человек может возмущаться от сатанинских страхов!

Сердце иногда спит во время молитвы, только ум слабо действует, а нужно, чтобы оно бодрствовало. Отчего на домашней молитве не находит сомнение и не останавливает языка, а на общественной бывает это?

Тогда только силен надо мной диавол, когда в сердце моем нет Христа.

Животворящие Тайны приводят в порядок, в состояние покоя внутреннюю жизнь мою, что может делать, кроме Таин, одна усердная молитва или самое решительное живое устремление мыслей и сердца к Богу с верою и надеждою. Слава Богу моему, истинно и существенно присущему в животворящих Тайнах! Прикосновение животворящих Таин, принятых с верою и благодарным сердцем, всегда животворно для души моей. Это тем более бывает ощутительно, что к сердцу моему часто прилагается какая-то сила, смущающая, ядовито угрызающая и мертвящая душу, и прикасается всегда вследствие усумнения, неверия познанной истине: эта последняя сила есть сила диавола человекоубийцы. По плодам их, сказал Спаситель, узнаете их [Мф. 7,16].

Вера сладостна, мирна, животворна для сердца; неверие горько, мучительно, убийственно.

Верующий ты или неверующий, убежден сердечно или нет, но все службы, молитвы при службах и все Таинства – всегдашняя, неизменная, животворная святыня.

Неприметно свет веры исчезает из сердца, равно как надежда, любовь и всякая добродетель, как неприметно же приходит к человеку – в его сердце – и Царствие Божие. Неверие, отчаяние, вражда, все грехи и страсти также входят в душу неприметно, постепенно, легко. Легко потерять Царствие Божие, но труднее приобретать его. Поэтому надо смотреть за своим сердцем во все глаза.

Моисей называет рай земной раем сладости. А наш нынешний рай сладости – Иисус Сладчайший в сердце.

Нужно иметь священнику сознание собственного достоинства, иначе он низок будет и в своих глазах, и в глазах других.

Есть область, почти беспредельная по своему пространству, – область нужд и скорбей, недоступная для благотворительной деятельности живых людей, живущих в мире и не имеющих в себе дара духовного, небесного утешения. Вся эта область полна благодеяний невидимых, но действительных, ниспосылаемых от Бога, Его Пречистой Матери и святых Его. Велика важность небесной помощи, и многие не хотят прибегать к ней по гордости и неверию.

Если я причащусь животворящих Таин недостойно, с усумнением, грех далеко отбросит меня от Бога, и много мне нужно слез и воздыханий, чтобы опять приблизиться к Богу и иметь дерзновение пред Ним. Но если достойно – тогда прилепляюсь к Нему крепче, становлюсь тверже в любви к Нему, легко и радостно тогда бывает у меня на сердце во все время от одной литургии до другой, до нового подкрепления, если буду бдеть над собою.

При внушениях духа неверия говори ему: Я знаю Его (Бога) [Ин. 7,29] и Его Таинства (то есть верю в Бога и в Его Таинства), и если скажу, что не знаю Его [Ин. 8:55], буду, подобен тебе, ложь. Но как страшно быть подобным тебе: смерть с тобою, мучения страшные! Нет, я знаю Его, и слово Его соблюдаю! Смотри же: верь и соблюдай Его заповеди.

На суд пришел Я в мир сей, чтобы невидящие видели, а видящие стали слепы [Ин. 9,39]. Этот суд совершается и над тобою: к тебе приходит Христос в Своих животворящих Тайнах Тела и Крови и в других Таинствах, являет в тебе Свои Божественные чудеса мира и радости, прогоняя из тебя убийственные страсти или вообще – грехи, дает тебе Свою чудную Божественную свободу – и ты, видя, не видишь, имея такие опыты Божественного посещения, часто усумняешься. Если бы ты не видел этих посещений, ты не имел бы греха, но ты видишь: грех убо твой пребывает33.

Вор приходит только для того, чтобы украсть, убить и погубить. Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком [Ин. 10,10]. Господи Жизнодавче! Мы видим каждый день исполнение этих словес Твоих. Тать – диавол – приходит к нам каждый день для того только, чтобы окрасть веру нашей души, ее благие мысли и чувства и самые добрые дела, убить и погубить ее по нашей неосторожности, недостаточной твердости [воли] и маловнимательности к себе. А Ты приходишь к нам, недостойным, всегда с жизнию и с преизбытком жизни, только бы мы отворили для Тебя верою сердца наши. Мы чувствуем преизбыток жизни каждый раз, когда примем с верою внутрь себя животворящие Тайны Тела и Крови Твоей: спокойствие чудное, радость неземная, благость сердец наших, для нас, по природе злых, вовсе необыкновенная, обнимающая собою всех людей, вера живая, упование паче34 упования на милосердие Твое – наполняет тогда сердца наши. Мы чувствуем преизбыток жизни каждый раз, когда молимся Тебе с верою непостыдною, надеждою известною и любовию нелицемерною. Чувствуем преизбыток жизни, или душевного мира, благосостояния и после молитвы – до тех пор, когда мы не запятнали души своей каким-либо грехом, который всегда как будто подсекает жизнь нашу.

Заметь выражение Спасителя, полное любви к нам: Он называет нас Своими овцами в противоположность наемнику, которому овцы не свои [Ин. 10,12].

Если Я не творю дел Отца Моего, не верьте Мне; а если творю, то, когда не верите Мне, верьте делам Моим, чтобы узнать и поверить, что Отец во Мне и Я в Нем [Ин. 10,37–38]. Так и ты, невер: если не веришь в Самого Господа, Коего земная жизнь удалена от тебя на 1858 лет, то верь в чудные дела Его, которые Он явно в тебе производит. Вот невидимая сила мучит, убивает твою душу за неверие, ты не знаешь мира и радости, но, если ты с верою причастишься Его Таин, мучение вдруг исчезнет, настанет радость и спокойствие. Не чудные ли это дела Господни? Ничто не в состоянии прогнать твоих убийственных мучений, а Тело и Кровь Господа сейчас прогоняют. Когда не верите Мне, верьте делам Моим [Ин. 10,38].

Это дело Твоей премудрости, Боже, что Писания Твои от родов древнейших дошли до нас, равно как и все другие памятники древности для нашего научения и вразумления; что Царство Твое – Царство всех веков и владычество Твое во всяком роде и роде. Как могло бы пребывать что-либо, если бы Ты не восхотел? [Прем. 11,26].

Я из своего собственного опыта знаю наперед, что будет и блаженство неизреченное для праведников в будущем веке, и муки страшные для грешников, не раскаявшихся в своих грехах при жизни. Знаю наперед, по разуму, и то, что они будут вечны. Душа наша, как существо духовное, простое, вечное, а грехи, по опыту еще здешней жизни, мучат, погубляют душу духовно, и тогда только перестает она мучиться от них, когда раскается в них. Но после смерти нет и не может быть покаяния. Значит, тогда душу будут вечно мучить ее собственные страсти – и вот огонь вечный.

Разумеют сердцем.35 Наши ученые скажут: как разуметь сердцем? Разуметь можно только умом, а сердцем только чувствовать. Но верно сказано: разуметь сердцем. Чудеса и слово Божие разумеет, чувствует сердце вместе с умом, и если сердце не уразумеет, то и ум не узнает: аще не уверуете, говорится, ниже можете разумети (Ис. 7:9). Уверуйте сначала сердцем, и вы тогда уже уразумеете умом.

Верующий в Меня не в Меня верует, но в Пославшего Меня. И видящий Меня видит Пославшего Меня [Ин. 12,44–45]. Каково единство Отца и Сына, Пославшего и Посланника! Видишь Христа – видишь вместе и Отца; веруешь в Христа – веруешь вместе и в Отца, даже веруешь как бы только в Отца – такое единение!

Я свет пришел в мир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме [Ин. 12,46]. Какая святая, благая, божественная цель. Не для славы, не для пользы Своей, а для пользы, единственно для пользы людей, чтобы всякий верующий в Него не оставался во тьме, пришел Спаситель в мир. Смотрите, как высоки слова Его, как они обнаруживают Его Божественность: если кто услышит слова Мои и не поверит, Я не буду судить Его за то, потому что Я пришел не судить мир, но спасти мир. Отвергающийся Меня и не принимающий сердцем, верою слов Моих, сам себе приготовил судию: слово, Мною сказанное, оно осудит его в последний день. Я не от Себя говорил, но Отец, Меня пославший, Он дал Мне заповедь, что Мне сказать и что говорить. И знаю Я, что заповедь Его есть жизнь вечная. Вот истина, которой никто не может противиться. Как она победоносна! Как она явна, очевидна!

Древние патриархи, судии, цари, пророки, новозаветные апостолы и все святые удалены от нас на большое расстояние времени, но в Священном Писании мы читаем их слова и об их действиях так, точно как будто бы мы их слышали и видели: этот письменный способ сообщения нашего с ними есть символ нашей близости к ним по духу; я хочу сказать: как близки к нам их писания, так они близки к нам по духу. И это есть премудрое устроение Сущего, Который не имеет времени. Ты, живя во времени, теряешься в минувших веках, так что самые дальние века для тебя составляют как бы пустоту, но Господу все присуще как нынешнее, как сегодняшнее, и вот Он дает даже отчасти и тебе уподобиться Ему в этом – сообщаться чрез писания с давно минувшими лицами, как бы с настоящими. (Это же и о гражданской истории разумей.) Хочешь ли призывать в молитве кого из древних святых – призывай: они близко, как и их писания.

Имей всегда упование: упование не посрамит.

Не забудь необыкновенное услаждение благодати Духа Святого при твоем искреннем желании безмездного распространения в народе духовно-поучительных и назидательных книг.

Несомненно, что тело твое из земли, но как это – непонятно; так и Тело Спасителя – из земли, или хлеба, но как – непонятно. Бог есть Бог чудес, всемогущий, а мы – сосуды скудельные, одушевленные Его Духом, ограниченные по уму и по всему.

Когда во время молитвы будут входить помышления в твое сердце и смущать его, тогда вспомни слова Спасителя: что смущаетесь, и для чего такие мысли [слав.: помышления] входят в сердца ваши [Лк. 24,38], и знай, что тебе нечего смущаться и ты не должен впустить помышлений возмутительных в свое сердце.

Духовным детям вместо эпитимии велеть покупать книжки святителя Геннадия и Последование ко Причащению или просить их записываться в Общество безмездного снабжения жителей Кронштадта духовно-поучительными и духовно-назидательными книгами.

Братия! Светское общество, гражданское, идет ныне быстрыми шагами к совершенству относительно удобств и удовольствий жизни временной, и в том числе и наш кронштадтский свет; но незаметно, чтобы христианское просвещение и христианское благочестие народа (в том числе и нашего кронштадтского) шло к совершенству, между тем как при взаимном соревновании христиан в этом добром деле легко можно было бы помочь этому горю – именно распространением между жителями Кронштадта дешевых духовно-поучительных и духовно-назидательных книг. Предлагаю друзьям человечества, искупующим время здешней жизни, искателям нетленного и вечного Царствия Небесного, – участвовать в этом духовном благотворении денежными приношениями, какие кто может сделать по мере своего усердия. Приношения эти будут храниться у одного из благотворителей (исключая меня), который будет вписывать их в нарочито сделанную для того книгу, скрепленную несколькими лицами из числа благотворителей. Я же, со своей стороны, беру на себя обязанность назначать, какие именно книги покупать для кронштадтских жителей. Покупаться книги будут в синодальной лавке, иногда и в других лавках, смотря по надобности, по моему поручению кем-либо из купцов или мещан, участвующих в благотворении, или – мною самим, когда я буду по какому-либо случаю в Петербурге. Книги предназначается покупать дешевые, отличающиеся назидательностию и общедоступностию по простоте и ясности. Цены назначаются с 1-й копейки до 25 копеек серебром. Общество будет существовать тайно, чтобы, по слову Спасителя, Отец Небесный, видя втайне совершаемые добрые дела, воздал благотворителям яве милости Свои. Посему никому не советуется об этом разглашать. Раздавать книги всего лучше предоставить духовным отцам после исповеди своих духовных детей. И время и место как нельзя больше соответствуют этому доброму делу. Могут это делать и сами участвующие в благотворении, записывая имена лиц, коим даны книжки, в памятную свою книжку. Господь да благословит наше дело!

О развитии мирского вкуса, о доставлении себе светских удовольствий, как видно, усердно заботятся почти все, а о развитии духовного вкуса, о средствах доставить христианам духовные наслаждения, которые своею чистотою, возвышенностию, сладостию, чуждою всякой душевной тревоге, превосходят все возможные светские удовольствия, мало кому приходит на мысль. Для светских удовольствий есть собрания, и в них занимают публику, как умеют, или сама публика занимается, как умеет, не щадит для своего удовольствия ничего. Есть и для духовных удовольствий собрание (церковь), но не всякий находит в них удовольствие, большею частию по той простой причине, что не знают смысла богослужения или не входят достаточно внутрь себя, чтобы очистить сердце от греховных пристрастий и сделать его способным для святой животворной молитвы. Поэтому хорошо было бы снабжать всех недостаточных (не исключая и достаточных) безмездно духовно-поучительными книгами – с целию доставить им назидательное домашнее чтение (в особенности по воскресным и праздничным дням) для духовного услаждения и для приготовления их к слушанию общественного богослужения.

Смешной был человек: говорил правду – и смущался; усумнялся, правду ли говорил, – и раскаивался, что говорил. Знать, был очень малодушен, маловерен.

Диавол никогда не теряет надежды ввести тебя в искушение – и вводит часто, а ты никогда не теряй надежды избавиться от его искушений, с Божиею помощию. А чтобы избавиться от его искушений, тебе нужна благодать Духа Святого, святой огнь в сердце, вера несомненная.

Достоинство человека-христианина определяется тем, как часто он бывает со Христом.

Противостаньте диаволу, и убежит от вас [Иак. 4,7]. Употребляй всегда усилия стать выше козней диавольских – и он убежит от тебя, видя твое сопротивление. А то ты пугаешься, и сам бежишь, когда следовало бы бежать ему.

Не мечтайте о себе [слав.: не бывайте мудри о себе] [Рим. 12,16], – говорит апостол. Так и ты всегда мудр будь не о себе, а о Боге.

Ища не своей пользы, но пользы многих, чтобы они спаслись [1Кор. 10,33]. Отселе имей эти слова своим девизом.

Братия! Бдите за своим сердцем: диавол всячески старается выгнать из него простоту и поселить в нем лукавство (лукавый сам, он хочет уподобить себе чрез лукавство и людей), исторгнуть веру и поселить неверие, искоренить чистую любовь и поселить нечистую или, напротив, – вражду. Вы, может быть, даже не верите, что диавол есть, и думаете, что все худое – только от вас; а он не только есть, но и царствует в мире, над людьми, преданными миру: он – бог века сего; он – князь власти воздушной; он – миродержитель темного века сего. Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол… [1Пет. 5,8].

Царь тут. Приложи это к Божеству. Веди себя пред Богом как в присутствии царя.

Читать громко. Это прекрасное средство против смущения, разумеется, при искренней вере.

Отчего не бывает веры в некоторых людях и она с великим трудом вмещается в их сердце? Оттого, что их сердце занимают какие-нибудь страсти, и виновник их – диавол; а как место веры в сердце, а предметы веры противоположны страстям, именно: Бог, Ангелы, святые Божии, – то и нельзя быть вере в сердце, наполненном тем, что противоположно ей. Вера живет в сердце – значит то же, что святость, чистота, всякая правда живут в сердце; неверие живет в сердце – значит то же, что страсти и всякая нечистота живут в сердце.

Сердце в человеке – главное. Человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце [1Цар. 16,7]. В Послании к Фессалоникийцам апостол говорит: чтобы утвердить сердца ваши (а не вас) непорочными… [1Фес. 3,13]. Из сердца исходят злые помыслы [Мф. 15,19]. Смой злое с сердца твоего, Иерусалим [Иер. 4,14]. Сердце – то же, что душа: отнимите лукавства [рус.: злые деяния] от душ ваших пред очима Моима [Ис. 1,16].

Держа все словом силы Своей [Евр. 1,3], то есть управляя, сдерживая то, что может распасться. Держать мир – значит не менее, как и сотворить мир, или, если можно сказать нечто удивительное, даже более. Ибо сотворить – значит привести что-нибудь из небытия в бытие, а держать уже существующее, но готовое обратиться в ничто, соединять противоборствующее между собою – это дело великое и удивительное. Это – знак великой силы. Иоанн Златоуст. Толкование на Послание к Евреям. Беседа 2, ст.3.

Ради Бога Слова имей все уважение к слову: и бывшую словесную, умную тварь, сделавшуюся безсловесною36, никогда не слушай. В противном случае Бог Слово осудит тебя на суде Своем за пренебрежение даром слова. И теперь Он жестоко наказывает тебя, когда ты оскорбляешь слово, особенно слово священное (в Священном Писании и в церковно-богослужебных книгах) своими пропусками или торопливым, нелепым выговором. А тогда – страшнее накажет тебя.

Чтобы по достоянию чтить Богородительницу, научись прежде как должно почитать свою родительницу. А чтобы почитать тебе как следует Отца Господа Иисуса Христа, научись почитать своего отца по плоти. Верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом [Лк. 16,10].

На Твоей стороне, Господи, истина, всемогущество, благость, сладость, жизнь; а на стороне врага Твоего – всегдашняя ложь или клевета, слабая сила, действующая только посредством лжи, злоба беспредельная, горечь невыразимая, смерть душевная.

Воздай славу Богу, говорили иудеи слепому, мы знаем, что Человек Тот грешник. Он сказал им в ответ: грешник ли Он, не знаю; одно знаю, что я был слеп, а теперь вижу [Ин. 9,24–25]. Так приступает часто внутренно к христианину благочестивому диавол и нудит его чрез помыслы согласиться, что Спаситель наш, Богочеловек Иисус Христос, не есть Бог, не есть Чудотворец, благодеющий нам постоянно (в животворящих Тайнах Тела и Крови Своей и в других Таинствах). Как умственно отвечать ему, клеветнику? Второю половиною его ответа: знаю, что я был слеп от грехов, сам для себя несносен от них, а теперь я вижу, теперь мне легко и сладостно, когда я приял в сердце свое пречистую Его Плоть и Кровь. Значит, Он Бог. Как может человек… творить такие чудеса? [Ин. 9,16].

Чтобы достойно почитать и любить тебе Спасителя Господа Иисуса Христа, научись прежде быть благодарным за благодеяния человека-благодетеля.

Чудеса, ощущаемые мною по достойном принятии животворящих Таин, ничем и никем не могут быть производимы, как только Господом. Значит, в хлебе и вине истинно присущ Господь. И что после этого может колебать меня? Мой Господь очевиден в Тайнах, как очевидны два состояния моего бытия: скорбное и радостное.

Кто Бог велий, яко Бог наш; Ты еси Бог творяй чудеса [Пс. 76,14–15]. Десница Твоя, Господи, прославилась во мне силою; десница Твоя, Господи, сразила врага. Величием славы Твоей Ты низложил восставших против Тебя [Исх. 15,6–7].

Почти всю ночь с 13 на 14 февраля я не спал от беспорядочного венчания чиновника Яковлева: сердечная тоска и какое-то судорожное трепетание во всем теле происходили всю ночь. Боже мой! Как страшно смущаться и запинаться, теряться при совершении св. обрядов и Таинств веры!

Дай в сердце твоем устояться, утвердиться любви Божией, а то она у тебя только кратковременная посетительница. И ты часто притом выгоняешь ее.

Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас? [1Кор. 3,16]. Внимай себе, человек: в тебе живет Дух Святой. Но ты выгоняешь Его, Духа Животворящего, Утешителя, сладость твоего сердца, всякий раз, когда согрешаешь. Какая дерзость! Какая неблагодарность! Какое безумие! Что если бы Он не был бесконечно благ и долготерпелив? Тогда Он оставил бы тебя после долгого терпения и не пришел бы к тебе, не вселился бы в тебя, несмотря ни на какие молитвы твои, хотя бы ты [выронил] реку слез. Но бойся, неблагодарный, и теперь злоупотреблять Его долготерпением. Когда Он увидит, что ты не исправляешься, несмотря на частые вразумления, то Он, наконец, может оставить тебя, как Иуду. Каждый раз, когда ты теряешь веру, когда поддаешься обольщению греха, ты изгоняешь Его, Животворящего, и впускаешь вместо Его диавола. О, ослепление человеческое! О, Душе благий!

Святые Божии одним воздеянием рук испрашивали у Бога великие милости для множества людей. А твое воздеяние рук так ли сильно, и если не так сильно или вовсе не сильно, то отчего? – От неверия.

Помыслы, наводимые сатаною, в существе своем ничто: они – паутина, пустое мечтание. Только с верою воззови ко Господу – и все исчезнет. Тебе ли возмущаться от прилогов лукавого? Ты знаешь по опыту, как истинен, верен и всемогущ Господь!

Я и верующий и неверующий, добрый и злой, смиренный и гордый, простой и лукавый, Божий и диавольский. Душа моя как бы растягивается двумя противоположными силами. Странен я! Чужой я!

Господь Бог мой – дерзну сказать так – Друг испытанной верности; потому и мне также нужно быть верным Ему во всем или, иначе сказать: верить Ему во всем беспрекословно.

Теперь одежда нашей плоти и вещественный мир, как оболочка, покрывало, которою прикрыл Себя от слабых, вещественных чувств наших Зиждитель наш, не дают нам видеть Его лицем к лицу. Но по спадении тленной одежды нашей – тела, душа наша проникнет сквозь вещество мира, возвысится над ним и увидит лице Живого Бога, как видит теперь человек человека; познает Его, как сама познана Им. [Надежда]: увидим Его, как Он есть [1Ин. 3,2].

Молитва наша настолько бывает ценна, действительна и приятна Богу, насколько она истинна: чем истиннее, тем ценнее, действительнее.

Чуден, препрославлен Бог мой: я не вижу Его, но блаженствую Им; одна искренняя, смиренная мысль об Нем услаждает мое сердце. Он невидим, но Он – сладость моя, блаженство мое.

Мати Сладости моея! Научи Ты меня достойно восхвалять Тебя, благоговеть пред Тобою!

Смущение сердечное или страх сердца происходит оттого, что сердце наше наполняет что-то другое, а не Христос: оно есть отсутствие Христа в сердце или потеря Христа чрез наше неверие. Христос – мир наш. Смущение есть голос сердца, вопиющего о лишении Сладчайшего Иисуса.

Никто не похитит их (овец Господних) из руки Моей. Отец Мой, Который дал Мне их, больше всех… Я и Отец – одно [Ин. 10,28–30]. Ах, Спасителю наш! Ныне еще не настало это время безопасности овец Твоих. Теперь на каждом шагу угрожает им опасность похищения от мысленного волка, который часто своею прелестью восхищает овец Твоих. Но и ныне, Господи, если мы верою держимся Тебя, никто не похитит нас из руки Твоея. Приложи нам, Господи, веру в Тебя.

Христианин больше всего должен стараться в жизни о том, чтобы возбуждать, питать и совершенствовать сердечное чувство благодарности за милости Божии, начиная с обыкновенных, естественных, ежедневных и ежеминутных милостей, до необыкновенных и чрезвычайных. Необходимость совершенствования чувства благодарности открывается из того, что христианин преимущественно пред другими людьми облагодетельствован Богом чрез Единородного Сына Его и Утешителя Духа. Христианская вера – непрерывное благодеяние Божие человеку. Но если потерять чувство благодарности, то потеряется вместе с тем и чувство милостей Божиих, а без этого их и усвоить нам нельзя, потому что все благодатные дары усвояются верою. И вера, собственно, и есть чувство истины того, что сделал для нас Господь в Новом Завете. Плоть и Кровь Сына Божия ежедневно преподаются христианам во очищение и освящение душ и телес их. Одно это Таинство вызывает всегдашнюю, всесердечную благодарность Богу. Потому-то и называется оно Евхаристией, или благодарением. Не говорим о благодарности за другие бесчисленные милости.

Вот плачевная, надоедающая мне действительность: у меня часто бывает ядовитая боль на сердце, от которой я освобождаюсь только горячими слезами в печали моей о грехах пред лицем Божиим или в молитвенном устремлении ума и сердца моего к Богу в живой вере. С каждым днем, с каждым часом я уверяюсь опытно, что Христос со Отцем и Святым Духом для меня единственная крепость, единственная отрада, единственное утешение в жизни.

Как бы мне предохранить сердце свое от того, чтобы в него ни на минуту не вкрадывалось неверие или душетленное, ядовитое сомнение? – Горячею смиренною молитвою к Богу.

Никогда не спеши сердцем при чтении молитв и всегда будь в спокойном и веселом расположении духа: ты говоришь с Богом милости, щедрот и человеколюбия; унывать тебе тут вовсе не о чем.

Братия! Совершая память трех великих святителей, почтите их вашим сердечным расположением, чистыми и смиренными сердцами. Как вы почитаете обыкновенных человеков, ваших благодетелей или друзей, особенно если они из высшего сословия! Вы не знаете иногда от полноты сердечной признательности, какое лучшее, приятнейшее положение тела принять пред ними, выискиваете, какое бы самое выразительное слово сказать им, чтобы они увидели, оценили и вашу признательность. Но какое сословие выше и почтеннее, как сословие святых святителей? Какие благодетели стоят большей любви и признательности, как не святители Христовы, пастыри добрые, душу свою полагавшие за овцы, – вселенныя учители? Почтите же их память сердечным уважением, нелицемерною любовию, сердцами чистыми и нескверными устами.

Старайся постоянно носить в душе своей святые образы Господа, Пречистой Его Матери и святых, чтобы тебе не тогда начертывать (изображать) их в душе, когда придешь в храм на молитву или когда станешь молиться дома, но чтобы они всегда были у тебя готовы, как у исправного художника или иконописца, у которого всегда есть в запасе готовые портреты или иконы.

Когда будешь читать какие-либо молитвы церковные в слух народа, сочти себя недостойным читать златые, чистые словеса святых Божиих.

Если во время молитвы замечаешь, что молитва не принимается сердцем, как сырое дерево огнем, то употреби все меры, чтобы молитва проникла в него. Иначе нет тебе пользы от молитвы: холодно, мертво останется оно, а вместе с ним и душа. Сердце сыро бывает особенно от многой пищи и пития.

Неверие, как змея, угрызает сердце и смущает его.

Братия! Послушайте грешного иерея! Чтобы Тайны животворящие животворно подействовали на нас – для этого недостает только нас, нашей искренней, сердечной веры. Ах! Как справедливо слово Спасителя: все возможно верующему [Мк. 9,23]. С верою причащающийся животворящих Таин водворяет в себе, в своем сердце, не только рай, но Самого Бога, а с Ним мир Божий, который превыше всякого ума [Флп. 4,7].

Если сердце твое будет холодеть во время молитвы, вспомни тогда, что за каждую минуту, за каждое мгновение живой веры и усердного служения Господу тебе воздано будет от Него тысячами лет блаженства.

Истину мы ищем: она не наша (в умозаключениях, в построениях целых наук); веру ищем: она не есть неотъемлемая принадлежность наша, – ищем и находим, находим и теряем; добродетель стяжеваем: она также не есть наша собственность. Боже великий! И я – Твой, весь Твой, а не свой во всех отправлениях духовных и телесных, Твой – относительно сущности моей, премудрого соединения и устройства.

Верую в паки Грядущаго со славою судити живым и мертвым.

Сегодня (31 января) пренеприятнейшая погода (дождь), и между тем, по милости животворящих Таин, я чувствую себя прекрасно – и душевно, и телесно. Пред пресуществлением […] изнемог в вере; пред причащением также был не совсем силен, а по причащении, читая тропари воскресные с усиленною верою, громко, свободно, я воскрес верою. О, животворящие Тайны! Они животворят меня и душевно, и телесно, только бы достойно я принимал их. Слава Тебе, мой Боже и Господи!

По содеянии греха до тех пор мне бывает тяжело, доколе я сердцем не дойду до Спасителя, не воображу Его в сердце или доколе не изображу креста на груди с живою верою в Распятого на нем.

Слово – выражение мысли; листочек растения – тоже выражение мысли; человек сам есть выражение бесконечно премудрого Ума; и начиная с человека все в мире выражение этого Ума, и независимо от великого Ума ничего нельзя рассматривать, потому что все – выражение Единой Премудрости. На что ни посмотришь, при виде всего можно говорить не иначе, как такими словами: вся премудростию сотворил еси [Пс. 103,24].

Апостолы, пребывая в молитве, дождались сошествия Святого Духа, и это сошествие оказалось бурным дыханием, слышанным сначала в воздухе, а потом наполнившим весь дом их, и огненными языками. Так и люди благочестивые всех времен, не исключая и нынешнего, любящие предаваться благочестивому занятию молитвою, также сподоблялись нашествия Пресвятого Духа во время молитвы своей. Они замечали, что бурное дыхание исполняло вдруг весь дом, идеже седяще душа их, то есть их тело; дыхание их становилось усиленно и часто от вошедшего в них бурного дыхания, грудь и сердце их легко, приятно расширялись, сердце их животворно согревалось, в уме являлся необыкновенный свет, глаза источали слезы умиления, и они как бы исчезали в эти минуты сами для себя.

Слова молитвы – дух и истина; слово – покрывало мысли, одежда истины.

Крест есть выражение любви, как слово – выражение мысли.

Любовь моя распялася, говорил святой Игнатий Богоносец, взирая на Крест.

Все, что Церковь влагает тебе в уста, имеет сию надпись: столп и утверждение истины (1Тим. 3:15).

Чтобы ты знал о даруемой тебе благодати освящения и мира после принятия животворящих Таин или после усердной молитвы, тебе Бог попускает испытывать великие внутренние мучения после всякого преткновения: Блюди же, како опасно ходишь (Еф. 5:15).

Господь обыкновенно являет милости Свои чрез святых служителей Своих – Ангелов или чрез святых человеков: примерами этими полна ветхозаветная история; в Новом Завете, когда благодатию воплотившегося Господа сделались святыми многие люди. Господь весьма часто являет Свои милости чрез святых угодников Своих. Отсюда обязанность христиан – обращаться с благоговением в молитве к святым Ангелам и угодникам. Значение их в деле нашего спасения.

Природа святых человеков, отрешенных от святых тел их, чрезвычайно легка и удободвижна по своей духовности, и земной шар для них то же, что точка, и они в одно время могут слышать людей, живущих в самых отдаленных одно от другого местах, и единовременно могут являться им на помощь. Пример Спасителя воскресшего объясняет это, равно как примеры чудодействий многих святых.

Христос в нас живет и действует постольку, поскольку мы веруем в Него и надеемся на Него, храним себя от всякого греха; Христос силен в нас, когда мы смиренно сознаем свою немощь и верою сердечною удерживаем Его в сердце.

Сердце, обременное пищею и питием, бывает грубо, бесчувственно для молитвы и – в довершение несчастия – подвержено неверию. Опасно совершать с сытым желудком общественное богослужение: диаволу самое подручное средство для действия на [наше] обременное объядением и пиянством сердце.

Какие за кем знает слабости враг, теми и искушает во сне, чрез те и посмевается человеку.

Безо всякого сомнения молись всегда невидимая Невидимому, умная Умному. Дух духа слышит.

Так как вещество по природе своей изменчиво, то и люди делают из него, что хотят, умом своим. Бесконечный ли Ум не сделает из него, что хочет; Он ли не изменит его природы, если это нужно: например, огня в росу, хлеба и вина в Свою Плоть и Кровь?

Слова: приимите, ядите: сие есть Тело Мое, и: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя [Мф. 26,26–28] – божественны: они дух суть и живот суть [Ин. 6,63]. Только Творец, изволивший принять на Себя нашу плоть, мог так сказать: в них видна несказанная любовь и самое сильное желание блаженной жизни тлеющему и бедствующему от греха человечеству, желание принять их в Свое единение, сделать причастниками Своего Божественного естества. Человек! Пойми, как высоки эти слова!

Ах! Я окаянный! Диавол часто вземлет слово или веру от сердца моего и оставляет меня постыжденным.

Радуйтесь всегда в Господе; и еще говорю: радуйтесь [Флп. 4,4].

Ты в церкви – как хозяин дома.

Помни, что, молясь, совершая службы, ты – служитель Любви. Ты служишь Любви, то есть Богу, Который есть Любовь, и старайся всегда иметь сердце, по возможности исполненное любви и благости. Представляй Бога всегда Любовию. Ты видишь, что во всех молитвах и возглашениях Бог преимущественно и едва не исключительно называется Любовию, Благостию, Милосердием.

Душа животных и человека по отношению к вещественному их телу есть творящее начало: отнимите душу – и тело начнет тлеть, разлагаться. Но что душа животных для их тел – то Бог в отношении ко всем мирам. Но душа растит или творит, так сказать, Божественною силою только свое тело, а Бог есть Творец духов и всякой плоти.

Говорить готовые беседы и поучения, не обленясь и не обольщаясь самолюбием. Польза от этого велика. 2 февраля.

Если вы чувствуете иногда, по-видимому, без всякой причины тоску на сердце, то знайте, что душа ваша тяготится пустотою, в которой она находится, и ищет Существа, Которое бы наполнило ее сладостно, животворно, то есть ищет Христа, Который един есть покой и услаждение нашего сердца.

Как сыну, который живет на содержании родителей и с ног до головы – в их милости, когда он будет показывать пред ними суровость нрава, нелюбовь и непослушание, довольно бывает иногда напомнить для возвращения его к своему долгу, какие болезни мать терпела при его рождении, в каких заботах, в какой нежности был он вскармливаем ее сосцами и каким искренним, постоянно неизменным участием пользуется он доныне, как они заботятся доставить ему все необходимое – с пищи и одежды до высоких потребностей души, – так всякому христианину, когда он удалится сердцем от Бога и будет показывать в своей жизни некоторую нравственную одичалость, нелюбовь и непослушание к Богу, часто довольно бывает только напомнить для обращения его к долгу любви Божией, что он весь в милости Божией, что Сын Божий претерпел для Его возрождения в жизнь духовную и благодатную страдания крестные, Кровь Свою пролил для него и постоянно доныне, как нежнейшая мать, питает его Своею Плотию и Кровию, чтобы с этою Плотию и Кровию внести в его растлевшее грехом естество Божественную жизнь и блаженство райское, что все, начиная с волоса и пазноктей37 до высоких чувств истины, добра и красоты, у него Божие: и одежда тела, и весь внутренний человек, кроме его грехов.

Легко молится Богу сердце, когда желудок не принимал пищи, и вера искренняя, живая легко вводится в него.

Когда я читаю разные церковные молитвы о моем спасении, тогда я становлюсь бодр, благонадежен касательно моего спасения и думаю: злоба моя не одолеет неизглаголанной благости Божией и милосердия, и Он спасет меня, имиже весть судьбами.

Слава святых есть отражение их душевных доблестей, славных, благотворных дел их, как слава Божия есть некоторое отражение Его Пресветлого Существа, а бесчестие демонов есть отражение их внутреннего безобразия, их пагубных дел. Смотрите, как слава одних и бесчестие других оправдывают себя постоянно самым делом. Святые доныне благотворят человечеству примерами святой жизни, своими писаниями, являемыми доныне чудесами исцелений душевных и телесных и многоразличною помощию; а демоны – доныне также всеми мерами коварствуют над людьми, всячески вредя их душам и телам, по Божиему попущению за грехи наши, за маловерие, за невнимательность нашу к себе. Благодеяния святых и злотворения демонские доныне говорят сами за себя. Славь же вседушевно святых Божиих, возненавидь всею душою демонов.

Господи! Ты – Творец мой. Кому, как не Тебе, защищать меня от всех врагов видимых и невидимых? Так, Господи, Ты един Защита моя: Ты защити меня и от меня самого, потому что я враг сам себе, своему собственному спасению.

Хранящий свое сердце и не допускающий окрасть его внутренним, невидимым татям наслаждается миром Божественным.

Боже праведный! Какой бич для нас неверие! Оно уязвляет нас, как скорпион, и до тех пор язва остается в нашей внутренности, доколе мы не выплачем неверия в слезах и не поселим в сердце смиренной веры. Неверие с усилием стремится вторгнуться в мою душу во время молитвы домашней и общественной, особенно во время литургии и преимущественно пред освящением Даров и пред причащением, и во время самого причащения, при совершении всех Таинств. Горе мне, если я невнимателен к своим помыслам: неверие, как бурный, мутный поток, сейчас вторгнется и смертельно зальет мою душу. Ни на мгновение не уступай помыслам; сражайся с ними до пота и крови. Искупай душевное спокойствие целых дней в несколько минут. Будь мудр, как змея: береги свою голову и сердце.

Когда ты во время молитвы, при произношении имен Святейшего Господа, Пречистой Его Матери, святых патриархов, пророков, апостолов, иерархов, мучеников, преподобных и всех святых не чувствуешь к ним в сердце высокого почтения и любви, а только почтение слабое, поверхностное, небрежное, холодное – то знай, что в тебе крайне много духовной гордости и тебе всячески нужно смириться сердцем и восчувствовать к ним самое искреннее, глубокое почтение и любовь. Чаще принуждай себя к искреннему смирению: оно от тебя удаляется; чаще искореняй гордость: она в тебя внедряется все больше и больше.

Господь говорит, что если будете иметь веру и не усомнитесь [Мф. 21,21], то и гору сдвинете с места; а я, маловерный, часто усумняюсь, несмотря на старание крепиться в вере – так слабо мое сердце стоит в истине. На меня часто нападает дух неверия и, приражаясь ко мне, уязвляет меня и долго мучит меня. Господи! Даруй мне веру несомненную.

Сынове века сего строят великолепные и удобные дома в надежде пожить в них покойно и приятно. А ты всю жизнь привременную старайся о построении дома духовного, дома добродетелей: он упокоит и облаженствует тебя навеки в другом, непреходящем мире, во граде Бога Небесного. Но знай, что если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его [Пс. 126,1]. Строй свой дом всегда с Богом, а никогда не один.

Господи! Помилуй раба Твоего, отца моего Илию, который дал Тобою жизнь мне, недостойному, видеть свет Твой, премудрые дела Твои – недостойному называться тварию Твоею, потому что все твари Твои так прекрасны, а я… полон нравственного безобразия! Да и меня очисти от всякой скверны, особенно же от скверны самомнения и неверия. Господи! Насади Ты во мне Сам, в самой глубине сердца моего, смирение: пусть оно будет у меня основанием всякого дела и слова.

Каких я казней буду достоин, если сам, по своей воле отпаду от Бога, тогда как Он меня, отпадшего, опять восстановил смертию Единородного Сына Своего? А я отпадаю от Него по своему безумию, чрез неверие и чрез нелюбовь братии моей. Господи! Только у Тебя спасение окаянной душе моей. Я дознал это опытом тысячу раз. Будь же Ты всегда моим прибежищем и спасением. Господи! Да буду я всегда с Тобою!

Знай Отца, скоротечный сын персти и духа; помни, как ты недавно существуешь по Его милости и как быстро ты несешься к концу земного бытия.

Всячески падший дух старается поселить во мне гордость и неверие и всячески противится мне, когда я силюсь насадить веру и смирение. Чтобы преодолеть его, не будь мудр о себе, ничего доброго не предпринимай собственным умом и собственными силами, но призывай Бога на помощь. Без Него не можете делать ничего [Ин. 15,5].

Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни [Ин. 8,12]. Ах! Какой мрак в душах наших бывает без Господа, без веры в Него: область духовного света или знания так ограничивается тогда, что человек почти ничего не видит, кроме жалкого образа души своей. А со Христом бывает такой свет в душе, что при нем человек видит все в надлежащем виде, и свет этот по мере познания Христова становится все шире и шире, яснее и яснее: тогда человек смело и прямо идет ко спасению.

Если не уверуете, что это Я, то умрете во грехах ваших [Ин. 8,24]. Как много значит для нашего спасения вера во Христа: без нее верная смерть духовная!

Отец не оставил Меня одного, ибо Я всегда делаю то, что Ему угодно [Ин. 8,29]. И тебя Бог не оставит, если будешь делать угодное Ему.

Если пребудете в слове [слав.: во словеси] Моем, то вы истинно Мои ученики [Ин. 8,31]. Пребываете ли вы, братия, в словеси, в заповедях Христовых, чтобы справедливо (воистину) называться Его учениками, последователями? Не ложные ли вы ученики?

Познаете истину, и истина сделает вас свободными (то есть от греха) [Ин. 8,32]. Как истина освобождает нас от греха, так ложь (во всем) порабощает нас греху, и всякий грех есть ложь. Всякий, делающий грех, есть раб греха. Но раб не пребывает в доме вечно; сын пребывает вечно. Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете [Ин. 8,34–36]. Ах, златая, премирная свобода, даруемая Сыном Божиим, когда ты совсем освободишь нас от рабства смертоносному греху?

Диавол был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи. А как Я (Сладчайший Иисус) истину говорю, то не верите Мне. Кто из вас обличит Меня в неправде? Если же Я говорю истину, почему вы не верите Мне? Кто от Бога, тот слушает слова Божии. Вы потому не слушаете, что вы не от Бога [Ин. 8,44–47]. Это все идет к тебе. Если ты не веришь Иисусу Христу, то ты сын диавола. Но в чем оказался когда неверным против тебя Господь? Во всем верен. И если во всем всегда был верен, почему ты не веруешь Ему в том? Кто от Бога, тот слушает слово Божие, верен Ему; если же не веришь, то ты не от Бога. Ужасные слова! Истинные слова!

Что идея в науке, то вера в молитве. Как идея животворит науку, так вера – молитву; как автор науки, созидая ее, путается и впадает во мрак умственный, если теряет из виду идею, так молящийся впадает в мрак сердечный и умственный, когда выпускает из сердца веру.

Утроба человеколюбия, утроба благости Божией, не затвори от мене ушию38 благоутробия Твоего. Видите, утроба какое важное имеет значение в человеке: не тут ли, в самом деле, душа? Отчего же и благость, и любовь, и другие добродетели полагают все в утробе, так что от человека переносят даже на Бога имя и значение утробы. Поймите отсюда, что значит заповедь Спасителя: Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством [Лк. 21,34]. Обремененная пищею утроба теряет благие свойства, какие нужно иметь человеку; она теряет чувство веры, любви, благости; она удаляется от Бога; недаром сказано: уты, утолсте, разшире [рус.: утучнел, отолстел и разжирел] [Втор. 32,15] и – отвержися. Поистине отсюда и важное значение поста в духовной нашей жизни. Необремененное пищею сердце всегда несравненно больше способно держать в себе веру в Бога, благость или любовь, чувствовать милости Божии, вообще – стоять в истине.

Рабы греха, греховных привычек, страстей, ведайте, что с каждым удовлетворением вы усиливаете их, подчиняетесь им больше и больше: вы и рабы… греха к смерти [Рим. 6,16]. Рабы Божии, творящие правду, стяживающие навык в добродетели, ведайте, что и вы также с каждым усилием сделать добро приобретаете больше и больше свободы духовной, которую даровал нам Христос [Гал. 5,1], свободы славы чад Божиих: таков животворный закон правды и таков убийственный закон греха.

Во время молитвы нужно внедрить сердце в Бога, так чтобы молящийся чувствовал в сердце истину слов Господа: пребывает во Мне, и Я в нем [Ин. 6,56]. Господь и во время и после сердечной нашей молитвы соединяется с нами, как соединяется после принятия животворящих Таин. Хотя это последнее соединение бывает более тесное, преискреннейшее, чрез Самую Плоть и Кровь. Мы придем к нему, говорит Господь, и обитель у него сотворим [Ин. 14,23]. Присутствие в нас Господа обнаруживается сердечною сладостию, миром или тишиною чувств, довольством собою.

Юные питомцы! Послушайте человека, который сам был питомцем и был в подчинении у других, но теперь сам пастырь и располагает сам собою. Трудно управлять человеку самому собою; лучше подчиняться другим, лучше, чтобы другие управляли нами, взявши на себя ответственность за нас пред Богом. Тогда большая часть тяжести лежит на них, и их труд бывает нашим покоем, их заботы – нашим обеспечением; и это как в умственном и нравственном, так и, отчасти, в физическом отношении. А когда кончится ваше воспитание, тогда все падет на вас: вся тяжесть земной жизни со всеми ее нуждами, заботами, искушениями разного рода обрушится на вас; вам самим нужно будет править челном своей жизни в этом житейском море при всех его превратностях. Ревность часто берет меня при виде питомцев, у которых прекрасный начальник и хорошие наставники: как овцы, следуют они в жизни своей на их голос и бывают безопасны (если следуют): свет распоряжений начальника и наставлений наставников предшествует им. Но трудно светить самому себе; трудно бороться с восстающими внутри нас разными помыслами, страстями, видимыми и невидимыми борющими врагами. Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет [Евр. 13,17].

Встану, пойду к отцу моему [Лк. 15,18]. Приметьте, братие: сколько отдельных грехов, сколько отдельных страстей или худых привычек и наклонностей, столько и возвратных путей к Отцу Небесному, потому в Священном Писании жизнь наша называется путями или стопами (как и в церковных молитвах): каждый грех, каждая страсть, каждая порочная склонность есть путь на страну, далекую от Бога, – кто по какой дороге ушел, тот по той и воротись обратно. Обращение человека на путь добродетели потому так называется, что человек, шедши прежде по пути погибели, воротился на путь жизни. Ушел ты дорогою неверия – воротись назад по дороге и стань опять на место, на путь веры, и сделай этот погибельный путь вперед непроходимым для себя: это в твоей воле – завали его хотя теми скорбными воспоминаниями о мучениях, которые причиняет душе неверие; ушел ты дорогою гордости – по ней и воротись назад и стань на место смирения, с которого ушел, и гордость возненавидь, зная, что Бог гордым противится [1Пет. 5,5]; ушел дорогою зависти – по ней же и воротись и стань опять на место довольства тем, что тебе Бог послал; если удалился по дороге скупости, воротись по ней назад и стань на прежнее место щедрости и залей этот гибельный путь слезными потоками: пусть он сделается для тебя как бы мертвым морем, на месте коего погрязли твои беззаконные исчадия; ушел по дороге ненависти и гнева – воротись и стань на место кротости и любви; по дороге пресыщения, распутства – воротись и стань на дорогу умеренности, целомудрия. Словом, воротись назад каждый по той гибельной дороге, какую кто себе избрал, и уже больше не ходи по ней, а загромозди ее чем можешь, так чтобы она уже была вперед для тебя непроходима; возненавидь, почувствуй отвращение во глубине сердца к каждому греховному пути; ты по опыту знаешь, что на тех дорогах живет смерть, не ходи же на явную смерть душевную, а часто и телесную, а иди в мире путем жизни, которым повелел тебе идти Владыка твоей жизни. Все грехи и страсти – смерть наша: они медленно убивают душу, пока наконец совсем убьют ее и сделают пищею вечного огня геенского.

Чей это порядок, по которому зло наказывается мучением сердца еще здесь, на земле, а добро награждается миром, сладостию сердца? Порядок невидимого, но вездесущего, всевидящего, праведного Господа. Грешники! Над вами есть Верховный Судия и Мздовоздаятель, вечный и праведный! Праведники! Для вас есть верный Мздовоздаятель! И грешники, и праведники! Вы еще здесь получаете залоги будущего Суда Страшного или наград, венцов небесных!

Страсти выгоняют из сердца веру, надежду и любовь, а добродетели утверждают их в сердце.

Бог дал тебе бытие, и что стоит Ему поддержать его на бесконечные веки веков? Ничего не стоит. Дать бытие больше значит, чем поддержать его в бесконечном бытии, так как Сам Бог бесконечен. Да, ты будешь вечен. Смотри, как широко раскинут Его вещественный мир! Какое бесконечное множество в нем тварей, одушевленных и неодушевленных, великих и малых, малых и ничтожных! Ну что стоит Ему поддержать твое бытие на бесконечные веки веков, когда Он держит в бытии бесконечное множество тварей? Ничего не стоит. Смотри, какое множество святых человеков, давно отживших на земле свой век, доселе живет в памяти и славе даже нашей, человеческой, хотя земная, человеческая слава преходяща как сон, как дым? Не есть ли эта слава, так сказать, отголосок вечной славы Божией, уготованной для избранных Божиих на небе? Да, эта слава есть отголосок их вечной славы на небе. Ну что стоит Ему вечно поддержать и тебя в бытии, когда ты видишь уже все залоги твоей вечности еще здесь, на земле? Сын Божий воскресший – залог Духа Святого в сердцах наших.

Кто не щедро дает нищим (имея возможность [такую]), тот нетверд в уповании на Бога; а кто, будучи в состоянии дать, вовсе не дает, тот не имеет упования и боится оскудения, хотя, по словам пророка, праведник никогда не бывает оставлен Богом, и потомство его не просит хлеба.

Враги благочестивых людей, дерзко издевающиеся над ними! Ужели вы думаете, что они презренны потому только, что вы считаете их такими, что злато очищенное не злато, когда вы дохнули на него своим заразительным, смертоносным дыханием? Братия! Вам непременно нужно образумиться, очистить свое сердце, полное зла, и совершенно перемениться: приметьте волею или неволею, что в вас бездна зла, и вы даете ему простор, не заботясь об искоренении его, – ведь оно вас зальет, затопит, если вы не позаботитесь противиться ему, и непременно сделает из вас пищу червя геенского, который будет мучительно точить вас во веки веков, и огня геенского, страшного, невообразимо мучительного огня. А вы, люди Божии, семя святое, стояние мира, ходите во свете лица Божия, в заповедях Его, наслаждайтесь миром небесным и радостию сердца, изливаемые на вас Духом Святым, которых не знают нечестивцы и которые составляют залог вашего вечного блаженства на небе. Пожалейте, поскорбите и помолитесь об этих несчастных лаятелях39. Они всегда были и будут – до тех пор, пока не будет окончательно ввержен в геенну змей великий, льстящий вселенную всю, пока все грешники нечестивые не будут высланы в муку вечную.

Священник есть живой орган Истины. Всегда помни об этом и ревностно служи Истине.

Христос – жизнь наша и покой наш. Сколько раз я испытывал в жизни моей, что мгновенный помысел неверия в моего Господа, приходящий неизвестно откуда в сердце, мучил меня, и мучение моего сердца не прежде проходило, как когда живою верою я вводил опять моего Христа в сердце. Он удивительно легко и сладостно наполняет его.

Если в сердце войдет нечистота греха, то Иисус Христос со Отцем и Святым Духом выходят из сердца, потому что нет никакого общения света со тьмою. Потому всячески береги свое сердце во всякое время, особенно же во время молитвы, преимущественно же во время литургии – до принятия и по принятии Таин; если согрешишь до принятия Святых Таин, то можешь потерять веру и дерзновение пред Богом и недостойно причаститься; а если после принятия – то Христос, Который только что вошел в тебя чрез Тайны, оставит тебя. Блюди, како опасно ходиши, не якоже немудр, но якоже премудр (Еф. 5:15). Особенно бойся во время службы маловерия и избегай всячески малодушного страха: страх есть следствие неверия и отчаяния.

Когда зол душа моя исполнится, лишь помолюсь я от всего сердца ко Господу и возвещу Ему печали моя, проплачу о грехах моих – у меня тотчас станет легко на сердце, тотчас бремя греховное как будто кто рукой снимет, и спокоен я бываю; а при грехах ужасно тяжело на сердце, чрезвычайно беспокойно.

Приступающие работать Господу! Предуведомляем вас, что за каждую искреннюю, смиренную мысль, за каждый сердечный поклон вы получите от праведного Господа награду – внутренний мир и радость сердца. Не жалейте же всего вашего сердца для Господа: отдайте его Ему – и вы возрадуетесь о прибыли от такого даяния.

Господь наш есть и называется Солнце правды. Во всей полноте значения идет к Нему это название. Точно, Господь то же для нравственного мира, что солнце – для вещественного. Посмотрите, что было на земле в продолжение целых пяти тысяч лет – до пришествия на землю Спасителя? Грубый мрак идолопоклонства, грехов и страстей, часто самых грубых, бессмысленных, растливших человеческую природу до последней степени. До пришествия Спасителя, Солнца нравственного, человечество было гнилою движущеюся массою, которая подвигалась, сама не зная куда, потому что не знала себе места и назначения в мире: один мрак в уме блуждал самой большей части людей. Но смотрите, что сделалось с пришествием Спасителя. Тысячелетние заблуждения идолопоклонства падают; свет Евангелия проникает в умы и сердца людей, и их жизнь принимает вдруг иное направление; к вере Христовой обращаются разом тысячи и не щадят своей жизни для того, чтобы принадлежать к последователям Распятого: так усладительно, животворно действовала на сердца людей вера Христова. Нравственные силы человечества, оживленные животворящим, духовным Солнцем, стали развиваться, расти и давать прекрасные плоды: мученики, подвижники, святители, праведники, бессребреники; процвели на земле всякие добродетели. В массу возрожденного человечества, как в три саты муки, положена закваска пречистого Тела и Крови Христа Жизнодавца, и если просто, как следует, с верою принимается людьми эта закваска, она оживотворяет, растит духовно всякого, кто принимает ее в себя. И теперь всякий верный Христу раб знает, что без Христа ему, как травке без солнца, решительно нельзя жить и возрастать духовно: без Него он на всякий день и час умирает и падает в духовную смерть все глубже и глубже. А со Христом он чувствует в себе животворную теплоту или благодать Животворящего Духа Божия, мир и спокойствие, чего не было в мире языческом – между изуверными язычниками, нет и в нынешних людях, ходящих без Христа, без сознания необходимости в Нем. Чтобы Солнце правды было животворно для человека, нужно, чтобы оно взошло в его сердце верою и любовию человека. Верою вселиться Христу в сердца ваши [Еф. 3,17].

Малодушие, боязливое самолюбивое смущение и торопливость при выговоре молитв в слух народа равняется малодушному отречению апостола Петра, который [тоже] из боязни отрекся Господа, – даже хуже, потому что Петру угрожала опасность за признание Господа, а для тебя нет никакой опасности призвать и признать Его в молитве; важность этого греха видна и из того еще, что после смущения и замешательства в выговоре молитвы или возгласа видимо оставляет сердце благодать Божия, вера, дерзновение пред Богом, и заступает место какая-то темная, мертвящая душу сила, которая становится крепкою преградою между Богом и человеком согрешившим, стесняя сердце его неверием, отчаянием и сильною тоскою. Да убоится всякий этого неуместного, малодушного смущения.

Претерпевая в жизни разные скорби, искушения, имей в виду будущую, бесконечную жизнь, упокоение в ней. Отчего это бывает, что если, например, кого-нибудь заблаговременно позвали на обед или к царю, то человек этот и часто думает о том, и говорит другим, и готовится к тому, чтобы как можно [приличнее] явиться туда; а о вечери Царства Небесного, о явлении к Царю царей в одежде добрых дел – Всеправедному, Великому, Страшному – или мало, или совсем не заботятся. Оттого, что о том часто помнят, то имеют в виду, а этого или не помнят, или выпускают совсем из виду, или не верят. Нужно же напоминать или убеждать умы.

О, развращение сердца человеческого! В светское собрание идут прекрасно одевшись, с веселыми лицами и проводят там время весело, в живой беседе; а в церковь идут кое-как одевшись, с лицами, выражающими привычку или принужденность, и стоят здесь, часто скучая и зевая, не зная, что нужно делать в храме, зачем пришли сюда, как будто твари, кругом облагодетельствованной от Творца, нечего сказать, как будто любимому чаду Небесного Отца, за которого пролита и проливается Кровь Единородного Сына Божия, нечего сказать из любви и признательности? Как будто человеку, которому приготовлено бесконечное Царство от сложения мира, не стоит и позаботиться о том, как бы войти в него? Это ли христиане? О дух века, о дух бесовский!

Величит душа моя Господа [Лк. 1,46]. Человек, сподобившийся принять в себя Духа Святого, как бы исчезает для себя: он видит в себе только величие Божие. И справедливо: как не видеть и не прославлять Господа, когда Он в нас живет, в нас действует и являет нам неизмеримое величие Свое? О, возвеличь, душа моя, Господа и вознеси имя Его!

Не замечаете ли, что иногда как будто камень лежит у вас на сердце во время молитвы? Это – действие невидимого врага, препятствующего святому делу. Преодолейте его вашим усердием к молитве. Невидимые борительные враги во время молитвы упоминаются в утренних светильничных молитвах.

Церковь есть рай Божий на земле. Всем ли хорошо в этом раю? Из опыта известно, что не всем, потому что многие, приходя сюда с сердцами нечистыми, полными предметов житейской суеты, страстей и всякого зла, не сокрушают их смиренною молитвою, не хотят воздохнуть или прослезиться о грехах. А без этого нечистота так в сердце и остается. Как же благодать Духа Святого войдет в такие сердца? Как Духу Животворящему согреть, оживотворить такие сердца? Оттого люди с такими сердцами стоят в церкви с сердечною сухостию и холодностию, рассеянно, скучно: для них – так это и видно – не место церковь Божия; их место – какой-нибудь другой дом, с другими принадлежностями: святыня храма не их удел. Перенесем это к раю небесному. Что если человека с таким сердцем, с таким настроением пустить в рай? Без всякого сомнения, ему и там будет тяжело, потому что его сердце не сродно с этим небесным светом, не подготовлено на земле к наслаждению этими превышающими всякое описание радостями, которые может вкушать только очищенное сердце.

Не оставляй никогда молитвы или собеседования с Богом при жизни – и Бог не оставит тебя при смерти и после смерти. Он исполнит Свои слова: какою мерою мерите, такою и вам будут мерить [Мф. 7,2].

Братия! Да сокрушайтесь о грехах и готовьтесь на Суд, на Суд Страшный, на Суд праведный, на Суд единственный, после которого будет или вечное блаженство, или нескончаемое мучение! Не удивляйтесь, что говорю так решительно: истина царственна, она имеет право так говорить. Притом настанет величайшая необходимость говорить решительно о приготовлении к Суду. Когда предстоит явная погибель душам от беспечности и нерадения, тогда решительно и нужно действовать, тогда решительно и прямо высказывать истину. Когда видят, что человеку угрожает явная опасность погибнуть в пламени или потонуть в воде, то не действуют ли в таком случае со всею решительностию? Да, потому что в случае нерешительности желающих спасти от смерти погибающего он сейчас может погибнуть… Так и мы должны многих решительностию и страхом Суда будущего спасать, от огня восхищающе. Итак, готовьтесь на Суд… Готовьтесь с сегодняшнего же дня… Довольно мы работали суете. Пора взглянуть на бедную душу очами испытания… У Церкви постоянно мысль о Суде – и утром, и днем, и вечером: каждый день, и рано и поздно напоминает она чадам своим об этом великом дне, решающем судьбу всего человеческого рода, а у чад ее, кажется, нет и мысли об этом Страшном Суде, их мысли заняты тем, что на несколько минут приятно кружит им голову, веселит сердце, страстное до радостей земных, большею частию нечистых. Господь, Истина, Жизнь гремит гласом Своим о имеющем непременно совершиться суде Своем, повелевает бдеть и молиться на всякое время духом, готовить на исход дела свои, чтобы сподобиться нам избежать страшной участи осужденных; апостолы вопиют немолчно о том же… а мы как будто и слышать о том не хотим. Иные думают и даже говорят: какой Страшный Суд! Господь милосерд: Он помилует; ведь мы грешим больше по немощи… А не подумают о том, что только милостивые… помилованы будут [Мф. 5,7], что суд без милости не оказавшему милости [Иак. 2,13]. Где же у вас дела милости, когда очевидно: вы заботитесь только о себе?

Нет душевной неприятности, скорби, от чего бы она ни происходила, на уничтожение которой не простиралась бы власть моего Господа и после которой не водворил бы Он мира в сердце моем. Это я знаю из опыта. Буду же я прибегать к моему Господу во всех скорбных случаях моей жизни. Моя душа терпит скорби или от невидимых борющих врагов, или от видимых – от людей. Но верою в Господа я всех могу победить и расположить внутреннюю жизнь мою так, чтобы она протекала, по крайней мере большею частию, в мире и спокойствии. Нет скорби, неприятности, которой бы Господь мой не уничтожил во мне и после которой не дал бы мне мира Своего.

Когда я молюсь, я верю и надеюсь, что молитва моя, приносимая от всего сердца, будет услышана Богом; я бываю благонадежен в этом случае, потому что вижу пример скорого услышания Иисуса Христа от Бога Отца: когда молился Иисус Христос Отцу Небесному, на молитву Его скоро отзывался Бог Отец. Так и на нашу молитву отзывается Он, Невидимый, хотя и неизвестно, как это бывает: ведь Он весь везде, мир для Него – точка одна. Мы ощущаем сердцем, что Он бывает с нами и в нас. Иисус Христос подал во всем пример: Я дал вам пример [Ин. 13,15].

Плачу и рыдаю, когда ощущаю сильное, болезненное, духовное повреждение в самой средине (в сердце) существа моего. Это повреждение, как замечаю, состоит в неверии сердца, в упорном отвращении от истины, и как больно, убийственно это неверие, это отвращение от истины! Но слава Тебе, Господи, слава животворящим Тайнам Твоим, – когда я приму их в себя с верою искреннею, нелицемерною, тогда болезненность сердца, пораженного неверием, проходит, и бывает мне легко, легко! О! Как я должен прилепляться к Моему Господу! Как мне хорошо быть с Ним!

Пока человек не подвизается в духовной жизни, дотоле язык святых отцов – в их молитвах и в описании случаев духовной жизни – по местам кажется для него трудным, странным, непонятным; но когда будет сам подвизаться в ней, тогда увидит, что и ему тот же язык идет, и понятно все станет ему в словах святых отцов.

Слава Тебе, Господи, вся творящему во благодетельство жизни нашей, да всегда к Тебе взираем, Спасу и Благодетелю душ наших. Ты и врагу попускаешь уязвлять нас для того, чтобы мы, оставивши Тебя своими сердцами, снова, опять прилепились к Тебе всем сердцем. Надеясь на Тя, Господи, я побеждаю врага.

Бог мой, Жизнь моя, Любовь моя предлагает мне Себя в пищу и питие: чем я заслужил такую любовь? – Ничем. Это единственно милость Божия ко мне. Такой безмерной любви ко мне Божией я обязан тому, что Бог есть Любовь.

По учинении зла, хотя бы только сердцем и языком, осязательно входит в нас какая-то стесняющая, мертвящая сердце и ум и все существо сила в противоположность расширяющей и животворящей благодати Духа Святого.

Всеми мерами старайся во время богослужений и молиться, и действовать в совершенной тишине чувств.

Слава Богу! Сердце мое от принятия Святых Даров с верою и любовию опять сегодня возрадовалось после сильной предшествовавшей скорби и тесноты, поразивших меня за преткновение сердцем, мыслию и языком во время совершения Таинства Крещения и молитвы малого водоосвящения при молебне. Теперь я могу вопросить: кое общение Христови с Велиаром? Христос во мне – и Велиар далече от меня. Опять Господь воцарился во мне – и Велиар удалился. Опять Господь услаждает меня Своим миром, и диавольская скорбь прогнана; опять я возложил на себя легкое иго Христово, а теснота сатанинская, мертвившая душу, прошла.

Как евреи, ужаленные змеями в пустыне, взирая на медного змея, повешенного на кресте, исцелялись от ужаления, так христиане, уязвляемые мысленными змеями – злыми духами, взирая на повешенного на кресте Господа, поправшего силу диавольскую, исцеляются от душевного ужаления.

По плодам их узнаете их [Мф. 7,16]. От смутной жгучести страстей и всякого греха, чувствуемой в моем сердце, заключаю, что причиною ее всегда бывает диавол, потому что хотя в действиях своих он и разнообразен, но всегда одинаков в одном – в смутности, беспокойстве, мучительной жгучести своих действий и в понуждении к новым грехам. Он усиливается утвердить во мне свое владычество всеми возможными способами: внушением мыслей неверия, хулы и др., так что, если не успеешь отразить его натиска и не поразишь его оружием веры и слова Божия, он получит доступ к твоему сердцу и будет мучить его, потому что его страсть – помучить нас, смутить нас, расстроить нас. В этом случае прекраснейшее и действительнейшее средство против него – введение мыслию распятого Христа в сердце: с самого мгновения введения распятого Христа в сердце он оставляет его – и мучительная, жгучая боль сердца, соединенная со смущением, проходит.

Спаситель предлагает нам Хлеб жизни и Кровь бессмертия, а мы, как безумные, злобные порождения ехидновы, больше склонны принимать хлеб смерти, который предлагает нам падший от жизни дух. Чтый да разумеет. В минуты величайшего торжества любви Божией к нам, грешным, мы являемся нечувствительными к ней (неверующими), вопрошаем: как Он может дать нам есть Плоть Свою? [Ин. 6,52]. Хороши же мы, видно, что нисколько не можем отвечать на бесконечную любовь к нам, и когда нужно лить слезы благодарности и умиления, мы чувствуем на сердце один холод и бесчувственность. Господи! Как Ты не поразишь нас в это время?

Благодать Божия, напротив, производит во мне мир, спокойствие, леготу, свободно движет сердце и волю к добродетели. И как это явление происходит от Духа Божия, от благодати Его, так то – несомненно, от духа злобы. В этом нет никакого сомнения. В своих действиях дух злобы является в высшей степени бесконечно зол, неотвязчив до нахальства, бьет всегда, во что бы то ни стало на живот или на смерть, то есть на победу или на поражение. Он усиливается…

Братия! Многие из вас живут так, как будто им не придется умереть и отдать отчет в своей жизни. Что это значит? Не оттого ли это происходит, что они думают покаяться только пред смертию и получить полное прощение? Конечно, Бог не отвергнет и во единонадесятый час жизни пришедших к Нему. Но если сердце ваше было далеко от Бога в большую часть вашей жизни, то думаете ли, что его легко можно подвинуть к Богу, возбудить чувство покаяния пред смертию? О, братия! Тут-то оно и упрется против вас на погибель вашу. Случалось нам видеть не раз, как трудно слышат слово о покаянии те, которые не думали о своем исправлении при жизни. Нет, братия! Христианская кончина бывает наградою истинным христианам. Кайтесь по возможности всю жизнь – и вас встретит мирная кончина.

Храни дерзновение сердца пред Богом как драгоценнейшее сокровище души твоей: с ним благоуспешна будет всякая молитва твоя и исправятся все дела твои. Если же потеряешь его, тотчас старайся возвратить его. Иначе тобою легко овладеет дух лукавый и смутит душу твою, приведет в смятение мысли твои, заместит сердце твое и язык твой и не даст [тебе дела делать] на общественной молитве, лишивши тебя свободы.

Дыхание же чие есть исходящее из уст твоих? [Иов. 26,4]. Ты весь в милости Божией. Даже воздушное пространство, в котором ты находишься и которым дышишь, и способность дыхания – и то от Бога; ты пользуешься дарами Божиими непрерывно. Ничего у тебя нет своего. А где милость Божия, там, помни, и Сам Бог, потому что, конечно, где благодеяние, там и Благодетель, так как, где творение, там и Творец.

Вера есть согласие сердца с истиною, которой мы не ощущаем внешними чувствами; вера сердца – то же, что чувства тела: как бы видя истину, сердце признает, живо чувствует ее. Вера во время молитв, состоящих из прошения, славословия или благодарения, или во время чтения Священного Писания есть теплое, живое согласие сердца с каждым словом, чувство истины каждого слова. Неверие же, напротив, есть мучительное, упорное, ложное несогласие сердца с тем, что говорится в молитвах или Священном Писании, или писаниях святых отцов, – мертвая нечувствительность к живым, преисполненным истины словам молитв или Писания; потому неверие есть тайная гордость, а вера – глубокое смирение. Неверие – исчадие сатанинское, вера – чадо Божие; вера в религии то же значит, что истина, неверие в религии – то же, что ложь.

Истина Божия едина, как един Бог, Источник истины, хотя она многовидна в мире вещественном и духовном. Все роды наук служат единой истине, все, занимающиеся ими, причащаются животворной сердечной радости, которая есть дар всякой истины изыскателям и любителям ее. Все занимающиеся науками с усердием, из любви к истине (добро и красоту тоже можно отнести к истине: добро – истина в нравственном деле разумного существа, красота – истина в творении Творца или произведений человека), делают дело Божие и имеют свидетельство в своем сердце, в своей совести, что дело их угодно Господу, Начальнику истины. Потому ради усердных трудов своих, при вере и добрых делах, как подвижники истины, они спасутся. Им непременно воздаст Тот, Кто сказал о Себе: Я есмь путь и истина и жизнь [Ин. 14,6].

У Отца Небесного и наемникам избывают хлебы [рус.: наемники избыточествуют хлебом] [Лк. 15,17], не только детям, и щедроты Его к нам всегда велики – не по заслугам нашим: подражай и ты Отцу Небесному. Пусть и у тебя всегда с избытком будет довольно снедомого и пиемого не только для детей твоих или для тех, которые тебе даны вместо детей, но и для наемников.

Что это значит, что в сердце я иногда встречаю сильное препятствие к молитве, к живой вере, которое только усилием возвысить искренно ум и сердце горе – к Богу или Пречистой Его Матери – преодолевается? Ах! Часто поначалу я нахожу свое сердце совершенно неспособным к молитве, к искреннему благоговению, к искренней любви к тем лицам, которым я хочу молиться. Часто я сознаю, что их святыня совсем чужда моего грешного сердца: я не имею к ним [никаких] чувств. Усилия стоит согреть сердце свое животворною и нелицемерною любовию. [Иногда] стоит, значит. Персть есмы, и не всегда можем разглагольствовать [с Богом].

Вера есть сердечное, успокоительное чувство невидимой истины Божией. Например, чувство вездеприсутствия Божия, чувство мироправления Божия, чувство благости Божией и прочее. Вера также есть стойкость души в истине. Диавол в истине не стоит: он ложь.

Братия, приступающие работать Богу! Предуведомляем вас, что на пути вашем к Богу станет сильный враг – диавол – с подчиненными ему духами злобы, и будет делать засады на всех путях вашей жизни. Так как он человекоубийца от начала [Ин. 8,44], то вы узнаете его по убийственному дыханию на вашу душу, по неприязненной всему святому силе, которая будет стараться отклонять вас от веры в Бога и служения Ему, по внутренней клевете на Самого Бога и святых Его, по скверным, лукавым и хульным мыслям и по прочему подобному. Стойте твердо в вере Божией и в служении Богу и не смущайтесь прилогами душетлителя змия.

Вера, в которой ты стоишь, есть вера всех святых, спасшихся чрез нее. Они были исповедники Святой Троицы, участники Святых Таинств, чтители и исполнители обрядов и уставов Церкви. Они жили тою верою, надеждою и любовию, которою ты живешь (Из мира и радости душевной, которыми награждается во мне всякое добро, и из мучений внутренних, коими награждается всякое зло, с несомненностию заключаю, что есть рай и ад.)

Четвертью часа терпения искупай мир сердечный целых дней. Разумей.

Когда делаешь дело веры, будь совершенно верен и благонадежен: ты стоишь в истине. Мир и радость сердца от чувства истины подтверждают это. Церковь Бога жива столп и утверждение истины [1Тим. 3,15].

Слава тебе, победоносная, непостижимая Божественная сила Честного и Животворящего Креста! Вот уже в который раз я испытываю животворную твою силу, умиряющую и услаждающую сердце, оскорбленное ядовитым угрызением сопротивника. Января 15 дня 1858 года.

Во время молитвы я замечаю: дух лукавый так и силится вселить в сердце свою ядовитую, мертвящую ложь, свою непокорность, так нашептывая мне: это не так, этому не верь. Что же делать, как обороняться против врага? Стой твердо на своем и не верь ему. Говори ему: я стою в истине.

Храни всячески сердце свое от втечения в него яда лжи, вливаемого отцом лжи: он силится войти в него под разными видами – под видом неверия, под видом страха и смущения, где нет страха [Пс. 52,6], под видом отчаяния, вражды, ненависти, зависти, сребролюбия, гордости и других страстей. Противопоставляй его лжи светлое лицо истины: например, когда ты во время молитвы замечаешь в себе чувства глубокого смирения, сердечное умиление и сердечное спокойствие и сладость и дух лжи будет нашептывать тебе, что ты теперь очень близок к Богу, то есть будет искушать тебя гордостию, то ты противопоставь ему следующую истину: благодатию Божиею есмь то, что есмь [1Кор. 15,10], слава благодати Его, а не мне, грешному. О! Я знаю, как я немощен, нечист, грешен, как мрачен и расстроен бываю без благодати Его; меня тогда следует выбросить, как обуявшую соль, вон, я тогда – гной нравственный и физический.

Значение истины так важно, так обширно, что если я стою в истине, то я и верующий, и надеющийся, и любящий; я исполняю тогда весь закон под именем одного слова: истина. Я тогда прекрасный семьянин и гражданин. Мало того, я знаю тогда, по возможности, цену всякой видимой вещи и употребляю ее сообразно с ее назначением. Отчего так важно и обширно значение истины? Оттого, что в мире, собственно, и есть только одна истина – в веществе ли, в мысли, в слове или в деле; она только и есть существенна, как Сам Сый есть Истина; ложь есть только случайное и временное зло, порождение злой разумно-свободной твари. Сомнение в истине какой-нибудь есть яд для сердца. Опыт. Да будет же истина и для сердца моего истиною.

Когда в душу твою западает, во время богослужения или какой-либо молитвы сомнение или смущение, сейчас же воспряни и говори внутренно: обман, обман злого духа! И, быв твердо уверен в его обмане, не вдавайся в него, а стой в истине.

Братия мои! имейте веру в Иисуса Христа нашего Господа славы, не взирая на лица [Иак. 2,1]. Приложи к сердцу эти слова и, если тебе придется исправлять дело веры пред каким-нибудь знатным человеком, не смотри на лицо его, а делай свое дело от всего сердца, искренно.

Не имей ни на кого в сердце злобы, иначе она сама накажет тебя жесточайшим образом: в злое сердце входит диавол и действует им как самым удобным орудием своим.

Для чего звезда показала место рождения Спасителя? Для чего солнце затмилось во время страданий Спасителя? Для чего на облаке поднялся Спаситель на небо? Для чего Он шел по воздуху? Для того, чтобы очевидно было для земнородных, что Спаситель есть Творец не только земли и всего, что на ней (воды: ходил по воде; растений: проклял смоковницу, и она от одного слова иссохла; людей: Он исцелял их одним словом и воскрешал словом; животных: жребя, осля; птиц: Дух в виде голубине; рыб: как апостол Петр на удицу изловил рыбу и нашел в ней статир по предсказанию Спасителя, как изловил мрежею множество рыб), – но и всего, что вверху на небе, что и планеты все – Его твари, и облака, и воздух – все Его дело, и Он, как Хозяин, распоряжается всем этим. Смотри, как паук бойко ходит в своем маленьком мире, который он сам сотворил, в кругообразной паутине своей, – а другие насекомые вязнут в ней. Так, смею сказать, в бесконечном мире Своем Господь, как в деле рук Своих, полный, самовластный, свободный Господин и действует в нем с совершенною свободою и властию.

При возмущениях страстей вводи в сердце Распятую за нас Любовь – и возмущение исчезнет.

Господи! Чего я боюсь врага лукавого? Мне только вспомнить о Тебе нужно – и я спасен.

Стой за богодарованное тебе право. Понимай.

Если чудесно спасает меня Крест Господа моего, что испытано мною много раз, то не тем ли более Сам Господь спасет меня, когда я призову Его с верою хоть только в двух словах? Враг стужает мне, но Господь мой сильнее его.

Делая добро не заслуживающим добра, ты, так сказать, обязываешь Бога и себе сделать милость, которой бы ты не заслуживал.

Жена твоя была тесно связана со священническим местом, которое ты теперь имеешь. Пойми из этого обстоятельства, что и жена твоя, и место – великие дары великодаровитого, всеблагого Бога, и будь от всего сердца всегда благодарен Господу и тем, которые родили жену твою.

Дивна дела Твоя, Господи! Умственным оком озираю я всех земнородных тварей Твоих и вижу, как вся тварь Твоя сокрытою в ней всемогущею силою Твоею спешит воспроизводить себя и безмолвно служит премудрости Твоей. Смотрю на людей, на животных, на птиц, на рыб, насекомых, пресмыкающихся, на разные породы дерев в лесах, на разные злаки и травяные растения – и что вижу? Тогда как одни из них уже состарились и доживают свой век, а другие пришли в совершенный возраст, третьи достигают его, я множество вижу между ними таких, которые еще во всей свежести и нежности ранней молодости и спешат заместить дряхлую старость, поспешающую к концу своему, и таких, которые только что возникли из небытия к бытию, – все течет в порядке постоянном, непрерывном. Дивное, великолепное круговращение жизни. Каким быстрым, неудержимым потоком течет повсюдная жизнь без малейшего оскудения, несмотря на истребление многих животных и растений! Мальчики, щеночки, пташечки, елочки, сосенки, стебелечки…

Для чего Таинства в Церкви, действию которых ты подвержен почти с самого первого дня своего рождения и до смерти? Для того, чтобы всю жизнь напоминать тебе, что ты – весь не свой, а Божий; что ты – раб Небесного Владыки, притом раб испорченный, нечистый, злой, которого, однако же, бесконечная благость Господа хочет исправить, очистить, освятить, сделать, по возможности, добрым, укрепить в добре и [возвесть] к горнему блаженству. Иные спрашивают: к чему Таинства? Я спрошу таких: к чему ты существуешь? Как ты существуешь? И то таинство, как мы существуем по благости Божией, как Бог терпит наше существование. Мы – ограниченные твари Творца всесовершеннейшего, и как не быть для нас Таинствам, как можно нам обойтись без Таинств? Если б над нами не было Бога, а управлял бы нами подобный нам человек, тогда еще мог бы ты так говорить – к чему Таинства, хотя и тогда даже были бы для тебя тайны. Но коль скоро Господь владеет нами, то тайны неизбежны.

Начертай мысленно в сердце и храни неизгладимым и всегда присущим сознанию слово: истина. Для чего это? Вот для чего: ты стоишь в истине, отовсюду окружен истиною, а дух лжи, человекоубийца, силится всеми мерами начертать в сердце твоем убивающее душу слово: ложь, и, под прикрытием этого слова вселяясь в сердце, противится всякой истине. Начертавши в сердце мысленно слово: истина, ты начертаешь в нем вместе с тем великое и славное имя Бога, Который есть Истина.

Напишется о сем для рода последующего, и поколение грядущее [слав.: людие зиждемии] восхвалит Господа [Пс. 101,19]. Чрезвычайно нравятся мне здесь слова: людие зиждемии. Люди созидаются Богом, как здания, как маленькие домики. Так, человек, помни, что ты – здание великого Строителя Бога. Писать эти слова после славы причащению животворящих Таин.

Внемли: как добрые качества и расположения образуются и совершенствуются упражнением и привычкою, так и худые качества и расположения, например, злость, ненависть, зависть, скупость, гордость, и все страсти и грехи так же разрастаются, увеличиваются в своих размерах и степени от упражнения и привычки. Потому как добрые качества и расположения нужно совершенствовать, так худые нужно отсекать в самом начале. Хорошо, кого Небесный Вертоградарь отребляет, да множайший плод принесет [Ин. 15,2].

Встречаясь с сочинениями благонамеренного содержания, прекрасно написанными, воздай славу Богу, распространяющему свет Свой и истину Свою между людьми, и благодари в сердце самого автора книги; если же сочинение, хотя и с благим намерением написано, но не обнаруживает в авторе дарований писать хорошо и даже добросовестного труда, не осуждай его, но пожелай ему от сердца лучших успехов и вознеси молитву к Богу – вразумить его впредь. Да разумеет, что говорит.

Всю евангельскую историю представляй как бы одно живое лицо Господа и делай ее всегда присущею своему сознанию.

Неверие говорит: нет Бога, Творца неба и земли. А мы утверждаем: есть Бог, Творец неба и земли, и Сей Бог препрославлен есть: десница Его прославилась силою в видимой природе, в делах человеческих и в тебе; десница Твоя, Господи, сразила врага [Исх. 15,6].

Когда устремляются на меня со своею злобою, завистию и клеветою люди, тогда внутренняя брань с духами злобы, по благопромышлению Господа, бывает слабее, и чувствуешь сердечный мир и спокойствие.

Что Бог всегда с нами и смотрит на нас, когда мы молимся Ему, особенно сердцем сокрушенным, доказательством тому бывают особенно слезы на молитве. Этот водный источник решительно бывает от благодати Духа Святого, действующего в то время на сердце; Он касается тогда сердца нашего всеочищающим огнем благодати Своей, и все грехи, нечистоты сердечные вытекают в виде слез. Святой царь и пророк Давид называет грехи водами злобы: воды злобы дошли до души [моей] [Пс. 68,2]: вот они – эти воды злобы, то есть слезы о грехах.

Есть невидимая Полнота бытия, Которая доселе приводит из небытия в бытие тварей – с человека до былинки; есть невидимый, невещественный, бесконечный Виновник жизни, есть Дух, ее Животворящий. Не напрасно Ты, Господи, воплотился и пострадал за меня; но не напрасно Ты так часто питаешь меня Своею Плотию и Кровию; не напрасно ты наказываешь меня за каждый грех, награждаешь за каждое добро. Ты неотступно хочешь и ищешь моего спасения.

Слава силе Креста Твоего, Господи! Вчера вечером адские стихии греха проникли в мое сердце и расслабили мою душу, без того нетвердую в добре, и поразили ее тем стеснением, которое свойственно греху. Но на вечерней молитве смирением и сокрушением сердца я исцелил ее: милость Божия, по мере веры моей и сердечного сокрушения, излилась на меня в мире и спокойствии сердца. Но ночью нечистые видения опять возмущали, расслабляли мою душу и опять повергли ее в тесноту греха – по пробуждении я чувствовал ее. Чем же я отогнал ее? Опять и опять силою Креста Господа моего, на котором Он, страдав, уби страсти. Употребляйте же и вы знамение креста Господня, когда теснота греха обымет вашу душу. Но так изображайте святое знамение, чтобы с рукою, изображающею крест, была неразлучна и ходила вместе живая вера в Пострадавшего ради нас, чтобы все ваше внимание, все сердце ваше было тут – у знамения крестного, у Господа распятого.

Когда вы будете охватываться нечистым огнем страсти и душа ваша начнет испытывать сладостный плен внутреннего сладострастия – о! вспомните тогда, что бессмертная душа ваша, искупленная от вечной погибели страданиями и смертию Сына Божия, в великой опасности подвергнуться адскому, неугасимому огню; что часто бывает только один шаг от внутреннего греха до наружного; вспомните тогда, что вам запрещено Господом для вашей величайшей пользы смотреть на соблазнительные лица с вожделением; докажите в эти столь важные для души вашей минуты, что вы помните заповеди нашего Сладчайшего Господа – Спасителя, и желаете исполнять и исполняете их; докажите в это время на деле, что вы – христиане, что это слово для вас не один пустой звук. А если уж, от чего Боже сохрани, вы увлеклись страстию и осквернили душу свою нечистотою, то извлеките, по крайней мере хотя тогда, урок для себя на будущее время – не продавать драгоценной чистоты, свободы, мира души за нечистый, кратковременный, хотя и сладостный, убийственный жар крови, возбуждаемый действием страстного огня; за тесноту, томление души не меняйте свободы на плен, хождения в широте заповедей Божиих – на темницу беззакония.

Что такое гостиница в нашем городе N? Это – собрание людей (почти исключительно матросов), которые со всем усердием развратного сердца приносят жертвы и возлияния своему ненасытимому идолу – чреву, и преимущественно в те дни, когда Церковь приглашает нас к духовной радости о Господе. Страшно видеть, что в них бывает: человек в точном смысле уподобляется здесь скоту несмысленному, даже является хуже его; как будто в какой чужой сосуд, который ему нет нужды беречь, он бросает или вливает в свой желудок так много пищи и пития, особенно хмельных напитков, с такою жадностию, с такою слепою, чуждою всякого рассуждения поспешностию, что животный сосуд этот скоро наполняется, а часто и переполняется, и всякая всячина, брошенная в него, наконец идет вон. И тут-то! О, ужас! О, омерзение! Человек до такой степени теряет свое достоинство человека, что всякому человеку со здравым разумом и сердцем больно, больно бывает видеть унижение природы человеческой до состояния несравненно худшего тварей бессловесных. И что же бывает при этом? Свои же клевреты, товарищи трактирные, смеются над таким несчастным, таскают его, как руб поверженный, или, встречая проходящих мимо людей, своим видом и положением тела, неистовыми криками как бы говорят им: вот как мы живем на славу (хороша слава!), вот как мы своевольны, бесстрашны; вот как мы пользуемся временем, данным нам для отдохновения; вот как мы празднуем праздники! Да! Язычники так едва ли упивались во дни своих празднеств после жертвоприношений богам своим! Нестерпимо! (И кто же будет останавливать такие беспорядки? Ужели те, которые сами смотрят на человека как на животное или как на одно работное орудие?) Тут нужна любовь к человечеству, уважение в человеке образа Божия, души бессмертной, искупленной драгоценною Кровию Сына Божия. А те люди, которые имеют, обязаны иметь надзор за подобными людьми, или сами мало заботятся о своей душе, сами холодны к вере и потому, как слепые, не могут водить слепцов, или и заботятся по возможности исправить вопиющее зло, но не имеют достаточно к тому сил и способов. Боже мой! До чего дойдет сила сатаны над людьми сими? О! На нашем небольшом острове сатана видимо поставил престол свой. Живете, где престол сатаны [Откр. 2:13].

Молитвы вечерние в устах благоразумного, верующего христианина – величайшее благо. Не может быть, чтобы человек не сделал несколько преткновений в продолжение дня – и праведник седмижды на день падает; большею частию мы падаем днем множество раз, так что вечер встречает в нас душу, обремененную грехами, бичуемую собственною совестию, лишенную благодатного, животворного мира и радости, мрачную и унылую. (И Боже сохрани всякого человека от того, чтобы он лег в постель на ночь без молитвы.) В это-то время вечерняя молитва для нас – неоцененное благо. Как же она бывает таким благом? Вот как: если человек знает, что такое истинная молитва, и будет молиться истинною, то есть не наружною только, но и сердечною молитвою или, лучше, – всем своим существом, тогда он еще пред молитвою войдет внутрь себя, внутренним оком увидит все, что вошло худого в продолжение дня в его мысли и сердце и сделано самым делом, а во время молитвы с сердечным сокрушением, сердечными вздохами и слезами будет очищать душу свою от этого накопившегося днем зла; а сердца сокрушенного, вздохов душевных и слез о грехах никогда не отринет Господь, всегда жаждущий нашего очищения и спасения. Когда вы молитесь сердечно, с живою верою в вездесущего, всевидящего, праведного Господа, с сокрушением о грехах, вздыхаете, плачете, тогда в этом сокрушении, в этих вздохах и слезах вылетают из души грехи ваши, вы очищаетесь, и вам будет так легко, легко: вы почувствуете, что как будто какие злокачественные, болезненные нарывы прорвались и в несколько минут очистили вашу внутренность; мир, спокойствие, радость заменят прежнее беспокойство, прежнюю тяжесть и тоску. Поэтому как несчастны те люди, которые не молятся вечером, не очищают души своей сердечною молитвою и слезами! О! Они все дальше и дальше становятся от Света Небесного; одеяние души их становится все чернее и безобразнее, и страшно подумать, до чего могут дойти такие люди, которые не молятся вечером: они все глубже и глубже падают, падают так, что наконец трудно бывает их восстание; они свыкаются с беззакониями и живут в них, не чувствуя их тяжести. Все люди, преданные порокам, все, которые грешат без зазрения совести, верно, или вовсе не молятся, или молятся только наружно, по привычке, из приличия, и только тяготятся своею молитвою, потому что те, которые молятся сердечно и любят молитву как горнило очищения, не станут без зазрения совести грешить; они падают, но скоро и восстают. В молитвах утренних, принесши Богу благодарность за сохранение нас Его благостию в ночное время, мы испрашиваем благодатной помощи – бодренным сердцем и трезвенною мыслию всю настоящаго жития нощь прейти.

Неправедные богачи! Вы можете купить почти все чувственные наслаждения, но если вы забываете Бога, богатея неправдою, не можете купить величайшего из наслаждений, которое человек может иметь и на земле и которое раздает только один Господь обращающим сердца к Нему. Это – мир небесный, Царствие Божие внутри нас. Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам [Ин. 14,27]. Речет мир на люди Своя… и на обращающия сердца к Нему [Пс. 84,9]. Не богаче ли вас поэтому тот слуга Божий, который владеет этим небесным сокровищем? Не почтеннее ли он вас? В вашем сердце царствуют страсти, именно: сладострастие, любостяжание, страсть к богатству мира сего и гордость житейская, а вместе с ними и диавол, – а в сердце верного раба Божия царствует Сам Бог и мир пренебесный.

Выговаривая слова молитвы, не спеши, но дай им время отозваться в сердце, сделаться им словами твоего сердца, твоею собственностию.

Когда подаешь милостыню, остерегайся, как бы внутренно сердцем тебе не презреть нищего, иначе тебя Господь накажет в том же сердце. Не забывай, что в лице нищего ты подаешь Самому Господу; а уничижаяй Мене, сказал Он, безчестен будет (1Цар. 2:30). Так, сегодня (воскресенье) я чувствовал как бы увязнувший в сердце терн во все время утрени, несмотря на раскаяние в молитвах ко причащению.

Если ты приступаешь служить Господу Богу твоему, то приготовь душу твою к искушению [Сир. 2,1]. Так, желающие служить, и самым делом служащие Господу должны быть всегда готовы встретить искушение в своем служении. Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает [Евр. 12,6]. Слугу Своего Господь бьет часто и сильно для того, чтобы он все больше и больше исправлялся, и так как Господь всесвят и не терпит в нас ни малейшего греховного пятна, преследует малейшую нечистую, ложную, и лукавую мысль, то слуге Божиему приходится терпеть удары жезла Божия за всякую недобрую мысль или нечистое желание, не только за каждое худое дело.

Кротость и смирение должны быть соединены во всяком рабе Христовом, как и в Самом Христе: кроток есмь и смирен сердцем [Мф. 11,29]; молитва и пост должны быть также соединены. Молитва цветет тогда, когда мы постимся духовно и телесно.

Есть Судия и Суд Страшный. Еще на земле мы испытываем великие душевные мучения за грех и мир, радость по совершении доброго дела. Нынешние душевные мучения – предвестники будущих мучений; душевный мир и радость праведника предозначают будущее блаженство. А отчего бывают так сильны и ныне душевные мучения, что при них человек не находит себе места, терзается внутренно наяву и во сне и объемлется весь страхом? Оттого, что всеблагий Господь хочет самою силою мучений за грехи оставить в душе неизгладимую память об них и побудить нас чрез то всячески отвращаться греха и прилепляться к Нему Единому. Для этой последней цели Он дает нам вкушать мира и радости, когда мы от всего сердца обращаемся к Нему. Этот мир и эта радость бывают необыкновенно сладостны и самою сладостию оставляют надолго в душе память об них. И это Господь делает по Своей премудрости, как и усиление мучений после греха.

Отчего Царство Небесное, царство мира и радости, силою берется, и только употребляющие усилие восхищают его [Мф. 11,12]? Оттого, что в нас много внутреннего, природного зла, которое нужно искоренять и которое, как змея, которую хотят убить, противится и уязвляет нас; что есть сильный враг Царствия Божия, который всеми мерами постоянно силится изгнать из нас Царство Божие и утвердить в нас свое царство, царство греха, мрака, смущения, скорби и тесноты. Не удивляйся же, что к Царству света нужно всегда идти напролом.

Как верующему вся поспешествуют во благое [Рим. 8,28], так неверующему все – в злое; оттого что верующий – с Богом, и Бог, как Самосущее Благо, все обращает для него во благо; а неверующий – с диаволом, и диавол, как зло, все обращает для него в зло. Это дознано бесчисленными опытами.

Я учил тебя горькими опытами не верить ни в чем бесплотному врагу твоему: сладостию ли греха он привлекает тебя творить его волю или смущением и страхом преклоняет тебя на свою сторону, – потому что везде он лукав. А ты веришь ему. Ты знаешь благотворность веры твоей в Меня, как она верна, успокоительна, сладостна, и между тем не веришь Мне.

Какие блага приятны, дороги мне без мира Твоего? – Никакие. Без мира ничто мне не приятно. Даруй же мне прежде всего мир Твой.

Что значит молиться духом и истиною? Значит молиться с тою верою, надеждою и любовию, с какою молились святые отцы, оставившие нам духовное сокровище своих молитв, своих славословий и благодарений Богу.

Благочестивое и весьма полезное для души нашей дело – творить в церкви или над прахом родителей и сродников наших память об них: мы и сами уцеломудриваемся, смиряемся при памяти о смерти их, и их душам делаем отраду, вознося об упокоении их молитву сердечную, – сердце наше разогревается над их прахом, страсти и печали житейские умолкают; их замогильный голос твердит нам, что все на земле, кроме благочестия в Боге и добродетели, – суета.

Бесплотный враг, успевший совратить человека на свою сторону, получает по Божию попущению доступ к его сердцу, входит в него как победитель и живет в нем дотоле, пока человек слезным, жарким раскаянием не выгонит его оттуда. А живя в сердце человека, диавол страшно гнетет и стесняет его, не дает ему возвыситься к Богу, не дозволяет возгореться в нем чувствам веры, надежды и любви, но повергает его в безверие, безнадежность и отвращение ко всему.

Будь всегда благонадежен: надейся на Бога – и Он никогда тебя не оставит.

Великий я грешник, часто впадаю в грехи волею и неволею и думаю по временам: что если я сделаюсь вечной добычей ада? О, горе, горе мне. Но опять и то думаю: я впадаю в грехи больше невольно, не коснею в них намеренно, часто плачу и рыдаю о том, что прогневляю моего Господа, моего Благодетеля и Творца, а Владыка живота моего – Существо Всеблагое, может быть, Он призрит на меня оком благоутробным в то время, когда я быстро стану приближаться к смерти, пошлет мне, по обычному милосердию Своему, духа сокрушения и умиления, и я пред смертию очищу грешную душу мою – ведь у Него всегда можно найти очищение: у Тебе очищение есть [Пс. 129,4]; Он пошлет в мою душу свет Свой в минуты, для меня столь важные, важнейшие из всех минут жизни, и я увижу язвы греховные души моей, в слезах покаяния представлю их Вземлющему грехи мира и скажу Ему: если хочешь, можешь меня очистить [Мф. 8,2] и теперь, как очищал Ты меня многократно в течение всей моей жизни – в виду отца моего духовного, на исповеди церковной, и – единственно пред лицем Твоим во время молитв домашних. О! Если бы так случилось пред моей смертию! Торжественно вышел бы я тогда из мира сего. Конец, говорят, венчает дело.

Священник, как представитель на земле Начальника мира и тишины, как образ Иисуса Христа, должен всегда носить в сердце своем мир и постоянное молитвенное расположение – для того, чтобы ему истинно, от избытка сердечного мира преподавать людям Божиим мир и благословение, чтобы в мире душевном совершать все службы, Таинства и молитвословия, чтобы всегда быть готовым к молитве, которая по преимуществу есть принадлежность священника.

Если я и тяжко согрешу, но не буду отчаиваться в милости Божией, потому что у меня и у всякого верующего есть такой залог любви Божией к людям, который в состоянии успокоить всякую грешную душу: это – Сын Божий, принявший на Себя пред лицем и по воле Праведного Отца Своего все грехи мира и непрестанно ходатайствующий о нас пред Ним. Этот залог всегда пред моими глазами. Разумею пречистый образ Его и животворящие Тайны Тела и Крови Его.

Кто склонен часто сердиться, надуваться за всякое неприятное слово или дело, тот злобный, гордый, нетерпеливый человек.

Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его [Мф. 11,12]. Эти слова надобно относить и к Святым Тайнам Тела и Крови. Так как с ними мы принимаем в себя Царствие Божие, то без нужды, без усилий нельзя принять их достойно, а нужно испытать борьбу внутреннюю пред принятием их: враг постоянно, безотвязно старается похитить из сердца нашего веру в Святые Тайны, чтобы мы приняли их в суд себе, потому что все, что не по вере, грех [Рим. 14,23]. Означенные слова надобно отнести также и ко всем прочим тайнам, ко всем молитвам, к добрым мыслям, желаниям и поступкам.

Чем больше увеличивается в нас Царствие Божие, тем упорнее и ожесточеннее борьба наша с духами злобы. Это – постоянный опыт, испытываемый в душе людьми благочестивыми.

Смотри, чтобы духи злобы не издевались над тобою по причине твоего маловерия и неблагоискусства духовного. Никогда не предавай сердца своего унынию и страху, иначе ты будешь их пленником: тогда они свяжут тебя по рукам и по ногам.

Возьми себе за правило пред знатными и сильными людьми, стоящими в церкви или в дому на молитве, сильнее и торжественнее возвышать голос свой, чтобы, если можно, смирить их гордость словами истины и христианского смирения.

В сердце заноза, а молиться должно непременно; иначе заноза будет мучить сильнее и сильнее: унзе ми терн [Пс. 31,4], говорит Давид, а должен был молиться – и молился.

Хорошо бы литургию никогда не совершать без слез; успеха для души было бы в таком случае гораздо больше.

Молитвы, какие положены в Служебнике и в Требнике, написаны с полною свободою духа, потому и тебе молиться по ним должно с свободным, нестесненным духом.

Имея дело с Богом в молитве, будь хотя столько внимателен, сколько бываешь внимателен при разговоре с твоим начальником, не говорю уж – с царем.

По словам молитвы, как искры по стеблю, течет огонь благодати Святого Духа; чтобы молитва согревала твое сердце, нужно только медленно, по слову, с сердечным вниманием произносить ее, отнюдь не перескакивая или не усекая слов; в противном случае огонь благодати, разлитый в словах, сильно опалит и уязвит твою душу. При чтении молитв в слух народа представляй в уме распятого Господа.

У людей, преданных миру, нет сердечного чувства нужды в Спасителе, но люди благочестивые чувствуют нужду в Нем на каждом шагу и без Него не могут творить ничего.

Предание сатане на измождение плоти, да дух спасется [1Кор. 5,5], вероятно, состояло, как и ныне состоит, в том, что Бог попускает вселиться сатане в человека и мучить его внутреннею скорбию и теснотою, потому что апостол, прося принять опять в любовь преданного сатане, представляет причину: дабы он не был поглощен чрезмерною печалью [2Кор. 2,7]. А страшно тяжело в нас владычество сатаны! Опыт.

При живой моей вере в будущую жизнь позволю ли я себе молчать, когда вижу, что вы живете, вовсе не думая об ней, и стремглав летите в пропасть, готовую пожрать вас навеки?

При живой вере в животворящие Тайны, при сознании их спасительных действий позволю ли я себе молчать, когда вижу, что вы причащаетесь очень редко и приступаете к ним не так, как должно?

При любви моей к вам буду ли я равнодушен, когда увижу, что вы от невнимания, лености и нерадения готовите себе верную и вечную погибель? Нет! Нет! Тогда я буду сам без веры, без любви! Поэтому извините, если я не пощажу вас и, яко трубу, возвышу глас свой.

Слава животворящим Твоим Тайнам, Господи! Не обленюсь воспевать еще и еще их славу! Как я бываю небесен по достойном принятии Святых Таин! В чувстве несказанной сладости я преисполняюсь любовию ко всем и желаю, чтобы такого состояния удостоились все, чтобы на всех всеблагий Бог излил благодать Свою и всех спас. Я молюсь тогда, молюсь чистейшею, искреннейшею молитвою. 1 декабря, после служения на кладбище.

Где начинается неверие, там начинается жалкое, низкое рабство и упадок духа; и напротив, где вера, там – величие, возвышенность, свобода духа. Опыт.

Если я знаю не только по вере, но и по опыту, что Христос есть мир, спокойствие и радость нашего сердца, и между тем вижу, что весьма многие оставили Его, источник воды живой, и высекли себе водоемы разбитые, которые не могут держать воды [Иер. 2,13], то не возвышу ли я, по любви христианской и из ревности о славе Божией, голоса своего против такого безумного поведения людей, которые называются христианами, а по делам – язычники? Знают [слав.: исповедуют ведети] Бога, а делами отрекаются [Тит. 1,16]. Не укажу ли я им этот источник воды живой, Который они забыли? Так вера научает меня желать другим того же, чего я сам себе желаю и чего с усилием домогаюсь. А я желаю и подвизаюсь, как сказал о себе апостол, непорочну совесть имети всегда пред Богом же и человеки [Деян. 24,16] и носить всегда в сердце своем Христа – наш мир, нашу сладость, нашу радость.

Душа наша жаждет часто животворного пития, но не очень многие догадываются, где достать его. А оно близко – в вере во Христа: кто жаждет, иди ко Мне и пей [Ин. 7,37]. Имей живую веру во Христа, Который есть Питие неисчерпаемое для душ наших, признай себя грешником, вздохни о своих грехах – и Христос вселится в твое сердце и Своим присутствием напоит и усладит твое сердце. Это не одни пустые слова или обещания. Говорится то, что испытано миллионами.

Во мне бывают чудеса нравственных превращений: грех, как и всегда, [мучил] мое сердце, но, как скоро я обратился душевно и сказал в себе: встану, пойду к отцу моему [Лк. 15,18], – сердцу вдруг стало легко. Так и вы, братия, если грех какой-нибудь проник в вашу душу и посредством разных помыслов и чувств разрастается, пресеките его этими словами, сказанными из сердца: встану, пойду к отцу моему. Чрез грех вы удалились, чрез обращение приближьтесь, и Отец Небесный опять примет вас.

Просите… ищите… стучите [Мф. 7,7], говорит Спаситель. Почему именно нужно просить, почему Бог, наперед прошения нашего знающий нужды наши, не дает нам потребного без нашего прошения? Потому, что разумное существо должно знать и чувствовать свою постоянную зависимость от Бога, должно знать, что все естественные дары его – от Бога, как от Источника всяких благ. Потому нужно просить, чтобы оно не сочло даров Господних своими и не возгордилось ими. Для этой же цели нужно, чтобы разумное существо за все было благодарно своему Творцу и Благодетелю. За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе [1Фес. 5,18].

Спаситель сказал: духом и истиною достоит кланятися [Ин. 4,24]. Не напрасно Он прибавил такие слова: духом и истиною. Кто не молится духом, или сердцем, тот не молится истиною. Это, вероятно, всякий испытал на себе. Не молясь сердцем, не чувствуешь пользы от молитвы, остаешься почти таким же, каким бываешь до молитвы, а молясь сердцем, получаешь услаждение в сердце. Поэтому во время молитвы каждое слово молитвы должно пройти чрез сердце.

Твой благословенный образ Спасителя – благодатный образ: и в Академии он действовал на тебя чудно-умиляющим образом, располагал тебя к святой любви, и здесь, в твоей квартире, так же действует.

Какое лучшее время нашей жизни, не говоря о времени детской невинности? – Время благоустроенной молитвы, время после достойного причащения и время внимательного чтения или слушания слова Божия и писаний святых отцов; время добросовестного исполнения своих обязанностей и – отдыха после них; вообще время, когда мы бываем на пути истины и добра. Остальное время – время беспокойства душевного, скуки и пустоты сердечной.

Един Бог истинно благ, а люди больше злы, чем добры. Так, я уходил, не удовлетворенный в просьбе моей, со стесненным, недовольным сердцем от людей, известных своею добротою, отличающихся строгостию нравственной жизни, даже тогда, как я имел полное право на удовлетворение моего прошения; но от Бога я никогда не уходил недовольным, необрадованным, а всегда почти уходил с миром и радостию в сердце, исключая тех случаев, когда я сам не молился надлежащим образом Богу моему! Слава благости Твоей, Господи, не сравнимой ни с какою человеческою благостию!

Чего желаешь другим в области чувственной, видимой, того желай им и в области духовной, невидимой, в области веры, даже больше последнего, чем первого – по особенной важности последнего. Знаешь по опыту, как хорошо молиться – пожелай от сердца так молиться и другим, и научи их так молиться.

Бди над своим сердцем и держи его всегда на узде.

Как внутренние боли в теле свидетельствуют о его болезненности, так боли в сердце свидетельствуют о болезненном состоянии души: болезненное состояние души прежде всего обнаруживается в сердце.

Ни про кого не говори худо и никого не осуждай!

Степень веры и горячности в молитве, ежедневно совершаемой, показывают ежедневно степень нашего нравственного состояния, нашей чистоты или нечистоты сердца. Значит, молитва служит мерилом нашего преспеяния или охлаждения в жизни духовной.

Когда ты молишься, умным оком следи за своим сердцем, какую цель оно имеет при молитве: ту ли, чтобы только прочитать молитвы, или чтобы очистить ими душу; если первую цель, то сейчас же нужно ее устранить и поставить цель последнюю – истинную; первая цель разрушает молитву и делает из нее одно многоглаголание, которого Бог не услышит.

Я раб Божий, и вот опытное доказательство на это: Он меня награждает или наказывает; награждает за добро и за зло наказывает. Я это чувствую, ощущаю каждый день и час. Бог больше сердца нашего [1Ин. 3,20].

Во время молитвы бойся неудовольствия на кого-либо; иначе ты не в состоянии будешь говорить. Неудовольствие, гнев – признак гордости, а Бог гордым противится. Не будь безумен настолько, чтобы пред лицем Вышнего молиться без смирения, без кротости. Кроткий и Смиренный сердцем слушает молитвы также кротких и смиренных, а от раздражительных и гордых не принимает молитвы. Будь терпелив: без терпения невозможно спасение. Терпением вашим, сказано, спасайте души ваши [Лк. 21,19].

Чтобы тебе не иметь неудовольствия, когда со стороны прихожан будет много требований на молебны, говори в себе: благодарю Тебя, Господи, что Ты даешь мне возможность исполнить заповедь апостола Твоего: Непрестанно молитесь. За все благодарите [1Фес. 5,17–18], и радуйся, служа молебны какие бы то ни было: обыкновенные ли Спасителю и святым, благодарственные ли или с водоосвящением. Таким образом ты всегда будешь поддерживать мир и сладость в сердце, необходимые при каждом богомолении, частном или общественном. Точно так же поступай и при каждой другой требе, при каждой общественной службе.

Держись святой, богоугодной, мирной, неоцененной свободы и широты духа при всякой службе, при всяком слове и деле в обращении с людьми вне дома, равно и дома при обращении со всеми. Рабство, теснота духа – свойство человека малодушного. Смотри, чтобы смирение твое не переходило в это рабство духовное: в этом последнем случае оно не есть добродетель. Добродетель – дело свободы. Свобода сердца и мысли: вот что должно быть девизом твоим.

Строжайше внимай себе, чтобы всегда в отношении ко всем быть тебе послушным: к начальству или к пасомым, которым ты обязан совершенным послушанием Христа ради. Ты, по слову Христову, слуга для пасомых: а кто хочет быть большим между вами, да будет вам слугою [Мк. 10,43–44]. Бойся ослушания в какой-либо требе: оно может умертвить твою душу и лишить тебя награды за труды. Послушание лучше жертвы [1Цар. 15,22].

Если бы отцы наши, светила на земле, не были бы руководителями нашими в вере, если бы они не воспели достойно празднеств во славу Господа, Пречистой Его Матери и святых, если бы они не были руководителями нашими в совершении богослужения – ах! – как бы тогда был беден, жалок род человеческий, как тогда пуста и мертва духовно была бы земля, как мало тогда раздавалось бы славословий Господу! А теперь, по их милости, у нас светлые празднества, питающие и веселящие душу, воскрешающие в памяти нашей благодетельнейшие события из жизни Господа и Пречистой Его Матери и святых Его. Мы вторим их песнопениям и сами делаемся участниками их духовной, восторженной радости. Как жалки те церковные общества, у которых нет праздников.

Я замечаю иногда в себе совершенное нравственное бессилие, отсутствие в себе всякого добра и неспособность своими усилиями произвесть какое-нибудь добро. Вот здесь-то я вижу всю потребность в благодати Духа Святого; вот здесь-то я вижу, что без благодати Божией я – совершенное нравственное ничто и что все во мне доброе есть дар Духа Божия. Ах! Как тяжело чувствовать в себе нравственную пустоту, отсутствие добра и невозможность ввести его в душу своими силами! Какая тоска тогда на сердце, убийственная тоска! О Утешителю, Душе истины! Прииди и вселися в ны, и с Собою посели в нас всякое добро! Утешай нас в скорби о грехе. Твое утешение необходимо для нас: без Твоего утешения мы истаяли бы от печали о грехах.

Еще, в частности, я замечаю в себе по временам, особенно во время службы, [болезненное] лукавство сердца или нравственное брожение добра и зла, когда возникшее зло силится побороть не укрепившееся в сердце дремлющее добро. Сердце лукавит, посрамляет меня против воли моей. Чтобы уничтожить это лукавство, нужна благодать Духа, которая потребила бы лукавнующее зло и поселила вместо его в сердце добро и неразлучную с ним простоту.

В мрачные минуты твоей жизни помни всегда минуты светлые и радостные, которых было несравненно больше, и говори сам себе: неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать? [Иов. 2,10].

Яко праведен Господь и правды возлюби [Пс. 10,7]. Я, смиренный, многогрешный, проповедовал по приказанию начальства моего слово Божие в соборной церкви. При Божией помощи успешно шло мое проповедничество целый год: и слушатели, как известно, были им довольны, и цензоры – два архимандрита – также очень довольны, до того, что один из них превознес беседы мои похвалами. Охотно трудился я над делом Божиим, благонамеренно, добросовестно. Но что сделали со мною впоследствии зависть и злонамеренность, или, лучше, – не со мною, а со словом Божиим? Говоривши беседы год, я должен был продолжать еще год труд проповедничества. Без ропота, охотно принял я это, хотя и было не совсем законно заставлять меня упражняться в этом другой год. Я говорил полгода и представил, по обыкновению, на рассмотрение беседы мои, составленные, как и прежде, добросовестно. Что же делает злоба и зависть? Труд мой марают и меня чернят и бранят как можно, приказывая мне вперед молчать. Скрепя сердце, принял я напор человеческой злобы и от горести не знал, что делать: оправдываться или молчать. Счел за лучшее молчать. Думал я: ведь Господь, верно, исполнит Свое слово: Мне отмщение, Аз воздам [Рим. 12,19]. Или: какою мерою мерите, такою и вам будут мерить [Мф. 7,2; Мк. 4,24]. И что же? Скоро, скоро Господь отмстил за меня врагам моим злейшим прежде, чем я подумал об этом. Печатно, в слух всего света изобличил Он неправду судей моих, и они должны краснеть за себя пред лицом всех людей, которые трубят, как бы в рог, о их гнусных неправдах! Слава правосудию Твоему, Господи! Исполнилось Твое слово: Мне отмщение, Аз воздам. И: какою мерою мерите, такою и вам будут мерить.

В начале чтения слова Божия или писаний святых отцов, также при начале молитвы я ощущаю иногда странное, самое упорное противление сердца, презрительно отвращающегося от чтения и молитвы. В этом случае обыкновенно на сердце лежит как будто какой камень, который давит его тоскою и томлением. По мере принуждения себя к благому делу и по мере усилий к крайнему смирению противление проходит вместе с тоскою сердца; в этом случае я замечал, что от сердца как бы отрывалось что-то, и тогда становилось на сердце вдруг легко, легко.

Ты слышал слово Соловецкого старца Нестора? Подражай ему в ревности о слове Божием, в небоязненности знатных и сильных земли, в святых порывах благочестия.

Не часто ли бывает, что, когда мы приступаем к молитве, бываем, по крайней мере в начале, невежды языком, мыслию и сердцем?

Верно слово Спасителя, что Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его [Мф. 11,12]. Чтобы делать добро, я постоянно должен бороться с своим сердцем, которое всегда готово склонить меня ко злу: добро всегда с нуждою достигается, а зло сделать всегда легко, только опусти руки. Сердце наше – источник зла, по словам Спасителя.

Величит душа моя Господа, и возрадовася дух мой о Бозе Спасе Моем [Лк. 1,46–47]. Смотри, как одинаково действует Дух Божий в душах человеческих. Божия Матерь, по сошествии на Нее Духа Животворящего и осенении Ее силою Вышнего, величает Бога и радуется о Нем. То же было и с апостолами по сошествии на них Святого Духа: они также величали Бога на разных языках и радовались о Дусе Святе; то же было и с домашними Корнилия сотника и с самим Корнилием: по сошествии на них Святого Духа они величали Бога и духовно радовались. Царствие Божие есть мир и радость во Святом Духе [Рим. 14,17].

Людей, ищущих Бога, старающихся о непорочной жизни, лукавый преследует на каждом шагу: пред, во время и после каждого богоугодного дела, ставит им препятствия в добре постоянно, неутомимо, и – о, несчастие! часто уловляет он неосторожных в плен свой, запинает их в делах благих! А когда удается ему, лукавому, чем бы то ни было соблазнить нас, тогда получает над нами, как над пленниками, некоторую власть, щемя наше сердце тоскою и унынием, производя чувства нетерпения, досады, ропота, а иногда поселяет в сердце страх, обезнадеживая нас и на будущее время в милости к нам Господней. Что делать тогда, когда он тиранит наше сердце тоскою и отчаянием, когда оно болезненно занывает? Сотворите тогда три крестных знамения на чреве с верою в Распятого, поправшего силу диаволю, и в беспредельную милость к нам владычественной Троицы – и сердце ваше непременно успокоится, затихнет от боли. Так, я испытал это не раз. Лукавый, как дым, исчезал: это я ощущал ясно. Слава, слава, слава силе Креста Твоего, Господи!

Когда будешь читать слово Божие или молитвы, писания святых отцов, читай сердцем или, по словам Спасителя, слушай сердцем, добрым и благим. Об этом посоветуй заботиться и всякому.

Когда вы, братия и сестры, бываете на вечерах и в вихре танцев, при потоках света от люстр и канделябр, при звуках инструмента с увлечением сердца носитесь по обширным комнатам, – о! мне невольно приходит тогда в голову суетность ваша и дней ваших, проведенных в мыслях, заботах о танцах и в самом танцевании, и приходит на память тот вечный скрежет зубов, который ожидает всех неключимых, убивших в праздности дни свои рабов.

А когда сидите за столами роскошными, обремененными множеством напитков и переменных блюд, и сладко, часто до пресыщения, пьете и ядите, я вспоминаю тогда слова Спасителя: Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством и заботами житейскими [Лк. 21,34], или: Горе вам, пресыщенные ныне! ибо взалчете [Лк. 6,25]. И вспоминаю о тех плачущих и алчущих, которым обещаны в том веке радость вечная и насыщение бесконечное. (Если вы любите бывать на званых обедах – верно слово, – недалеки вы от погибели; скоро, очень скоро, может быть, найдет на вас внезапу страшный час смерти.) Ах, не прельщайтесь насыщением чрева, не предавайтесь с увлечением сердца никаким светским увеселениям и наслаждениям; если же уж нельзя иногда обойтись без танцев и обедов званых, делайте по крайней мере это без сердечного сочувствия и носите всегда в сердце слова Господни, предостерегающие вас от вечной погибели. Ах! Кто вас больше любит и хочет больше доставить вам покоя и услаждения, как не Тот, Кто положил за вас душу Свою? Радушные хозяева, созвавшие вас для угощения и веселья, конечно хотят доставить вам удовольствие и спокойствие; но они – сами люди такие же, как вы, сами рабы греха и диавола. Могут ли они доставить вам истинный мир и спокойствие сердечное? Внемлите!

У человека, преданного земным стяжаниям, для пользы его души нужно разбивать оплот его богатства и разных стяжаний, за которым душа его находится как бы за укреплением: оттого премудрый и всеблагий Бог допускает часто людям терпеть разные лишения от пожаров, потоплений и другие лишения.

Вера святая подобна великой, живоструйной реке, текущей по обширной пустыне; река эта очень длинная, начало ее – в Ключе воды живой, удаленном от нас на огромное расстояние; мы видим продолжение реки и с избытком почерпаем из нее питательное и прохладительное питие.

Нужно научиться молиться так, чтобы во время молитвы, как во время разговора с людьми, смотреть очами веры прямо в лице Того Существа, Которому молишься. И действительно, существа мира духовного при нашей вере и чистоте сердца так же легко могут сообщаться с нами, как люди живые с живыми.

Представляя Господа моего по правую сторону себя, я бываю спокоен, говорю молитвы смело, неспешно, ровно, с чувством. Что же за труд для тебя представить Его по правую свою руку или пред глазами твоими – представляй же всегда.

Какую сладость, какое спокойствие разливают животворящие Тайны в душе моей, когда я причащусь их достойно! Вот и сегодня, 5 ноября (среда), я причастился на радость себе.

Вся живая тварь: люди, животные, растения – как ничто: весьма малое число лет существования; рождаются, растут и умирают, и на их место появляются новые. Один Господь – вечен, бессмертен, все исполняет и осуществляет.

Когда ум и сердце твое обращены к Богу, ты спокоен, весел; а когда ты ходишь без Бога, особенно когда ты делаешь дела противные Богу, когда грешишь, тогда на сердце у тебя тяжело, ты испытываешь мучение. Что же отсюда следует? Вот что: взирай всегда к Богу и делай то, что Ему приятно, то, что поддерживает мир и любовь.

Вот ты, с Божиею помощию, при многочисленном народе прекрасно венчал свадьбу – потому что имел Бога Помощника пред глазами и нисколько не торопился, а произносил молитвы с чувством, по слову. И впредь так веди себя при всякой требе.

Ты много испытал горя от поспешности при чтении церковных молитв. Научись же, с Божиею помощию, не спешить. Ты унижал дух молитв, за то Бог унизил твой дух; а в молитвах движется Дух Святой.

Слава Тебе, Боже, слава Тебе, Владычице, слава Тебе, Предтече, вы вняли молитве моей и даровали мне просимое – непреткновенно, достойно совершить Таинство Брака.

Господи! Ты – свет ума моего; Ты – сладость сердца моего. О! Как мне хорошо с Тобою! Но как мне худо без Тебя, когда я выпущу Тебя из ума и сердца! Тогда темно в голове, смутно на сердце!

8 ноября. Акафистом Спасителю и вечернею молитвою так усладилось сегодня сердце мое, что по окончании благоустроенно совершившейся молитвы душа наша неохотно расстается с молитвою, как младенец, которого вдруг отнимают от сладкого для него сосца матери.

Молитва с верою – настоящий сосец, который жадно сосет младенец наш – душа наша. Слава вере Христовой! Слава молитвам церковным! Как они чудно, животворно изменяют, преобразуют душу. Какую сладость разливают они во всем нашем существе! Вот это жизнь так жизнь наша! А вне веры и молитвы что за жизнь? Тень жизни. Слава Господу, не лишающему нас, грешных, дара молитвы!

Надобно всячески стараться на молитве, чтобы ток веры в сердце, как электрический ток в телеграфе, не прерывался во время молитвы: тогда молитва будет иметь удивительную сладость, как бы она ни была продолжительна, потому что тогда человек имеет непрерывное сообщение с Богом; но коль скоро ток веры пресекся на молитве, пресекается и сообщение с Богом, как и чрез телеграф нельзя иметь сношения с отдельным местом, если в нем пресекся ток электричества. О, Божественный, неоцененный дар веры! О, жизнь наша – вера! О, сладость сердца нашего! О, свет ума нашего! Бывает, что молитвы [читаются] с живою верою.

Из сна нынешней ночи узнай себя, что ты человекоугоден и лицеприятен. Непременно исправься и не смотри ни на какое лицо, когда нужно отдать кому справедливое.

Господи Иисусе Христе! Ты милость моя и суд мой! Широта или теснота, туга сердца моего – от Тебя.

Ни на минуту не поддавайся чувству малодушной робости, иначе лукавый завлечет тебя далеко, как и всегда, когда мы поддадимся движению какой-либо страсти, но возмогай в вере и надежде на Бога.

Молитва веры спасет болящего. Это я дознал опытом на себе. Молитвою веры попросил здоровья больной – и она стала поправляться. А [ничем грешна], кроме скупости, и в том, что не имеет надежды на Бога.

Я весь – не свой, а Божий; вся жизнь моя состоит или из наград, или из наказаний мне Божиих: хорош я – и награждает меня Бог; худ я – и наказывает.

По мере ослабления веры в сердце погасается духовная жизнь души: оставляют ее мир и радость во Святом Духе [Рим. 14,17]. Опыт.

Иной искусный ростовщик, видя, что у иного богатого человека лежит без обращения множество денег, жалеет, что деньги, такая текучая, полезная вещь, остаются мертвым, бесполезным и для него, богача, и для других капиталом; потому он сам (ростовщик) никогда себе этого не позволяет, зная пользу капитала, если обращать его в торговые обороты (потому что он делает ему прибыль). Богатый человек – Церковь; деньги – слово Божие и молитвы, назначенные для верующих; ростовщик – благоразумный чтец или слушатель-молельщик. Каждое слово Священного Писания, каждую молитву, каждое слово молитвы мы можем ежедневно отдавать в рост Богу, если с живою верою от сердца будем читать или слушать или воссылать их к Нему. Он прекрасно, бесконечно умеет умножать рост Своего святого слова или воссылаемых нами молитв, если мы детски в простоте веры читаем слово Божие или поручаем Ему себя в молитве: каждое слово молитвы Он сделает для нашей души не только живым, но и живительным капиталом, а всю вообще молитву – чудным, животворным богатством. Кто есть мудрый раб и верный, который приложит эти слова к сердцу и исполнит их на деле? Кто имеет уши слышать, да слышит! [Мф. 11:15, 13:9; Мк. 4:9].

Когда говоришь доброе слово или делаешь доброе дело, даже мыслишь только, смотри, для добра ли самого ты мыслишь, говоришь или делаешь; само ли для себя сердце это делает, для своего блаженства, или оно смотрит к другим и ради приличия только делает добро, лицемерно, притворно.

Сын мой! отдай сердце твое мне [Притч. 23,26]. Всего больше старайся, человек, об исправлении, о чистоте своего сердца: сердце – самое главное, душа в человеке. Блаженны чистые сердцем, говорит Спаситель, ибо они Бога узрят [Мф. 5,8], – сердцем, а не умом; приближаются ко Мне люди сии устами своими, и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня [Мф. 15,8]; добрым и благим сердцем слышавшие, приемлют слово… вземлет диавол слово от сердец их, чтобы они не уверовали и не спаслись… [Лк. 8,12]. Ибо из сердца исходят злые помыслы… [Мф. 15,19]. Видите ли, Спаситель указывает на сердце, как на самое главное в человеке. Святой царь и пророк Давид говорит: Сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей [Пс. 50,12]. Видите, душу он прямо полагает в утробе, то есть во внутренностях. Сын мой! отдай сердце твое мне [Притч. 23,26], говорит Бог чрез пророка. Так говорит Священное Писание о важности сердца в человеке. Да и опыт уверяет нас, что душа наша, оживляя все тело, преимущественно живет в сердце. Приятное ли, скорбное ли что-нибудь случается с нами – сердце прежде всего чувствует радость или скорбь. Доброе ли дело делали – сердце прежде всего испытывает радость, расширяется от радости; худое ли дело сделаем – сердце прежде всего испытывает скорбь, стеснение, муку; когда сердце радуется, тогда и голова легка и светла, а когда сердце скорбит, тогда и в голове темно и тяжело.

Итак, душа наша преимущественно живет в сердце нашего телесного существа, хотя оживляет своим вездеприсутствием все тело. И Господь Бог наш, будучи вездесущ, преимущественно являет Себя на небесах: небо – престол Мой, а земля – подножие ног Моих [Ис. 66,1]. Если я сердцем не молюсь, молитва моя недействительна; если веры, соединяющей меня с Богом, не имею, я ничто; а вера – в сердце: если я не люблю, нет мне… никакой пользы [1Кор. 13,3] от всех дел по видимому добрых; а любовь живет в сердце, не в уме.

????? ????40 и потому подозреваю, что и другие злы до меня, недоброжелательствуют мне. Исправить свое сердце [злое на благое]. Господи! Помози мне!

Вы зли суще, – сказал Спаситель [Мф. 12,34]. Кто этого не чувствует сам в себе? Так, Господи, мы действительно злы. Если в нас бывает иногда особенный прилив злости и мы начинаем ненавидеть всех, не будем удивляться этому: это слепая гордость, которая считает себя добрым, – но признаем смиренно, что мы действительно таковы, и обратим это в повод к смирению; то бывает особенная милость, благодать Божия нам, когда мы бываем к другим истинно добрыми, истинно благорасположенными. Будем говорить чаще Господу: Господи! Ты пришел в мир грешники спасти, от нихже первый есмь аз (1Тим. 1:15): спаси меня от кроющегося во мне зла. Я без Тебя не могу творити ничесоже [Ин. 15,5], и не только не могу творить без Тебя ничего доброго – не могу от себя, яко от себя, иметь мысли хорошей, чувства доброго, святого. Помоги мне, Господи!

В сердце моем так много гнездится зла, что оно смущает меня почти во всякое время, потому что свойство греха смущает дух наш, наводит часто краску стыда на лицо во время собеседования с людьми и делает меня не совсем искренним в обращении с ними.

Во время молитвы и во всякое другое время нужно стараться уравнивать дух свой с Духом Божиим.

Бойся предпочитать что-нибудь Сладчайшему, Превожделеннейшему Господу, особенно тогда, когда ты идешь совершать литургию и насладиться Его животворящими Тайнами. Ничто да не занимает твоего сердца, кроме этих страшных Таин; все житейское отложи пред обеднею.

Начни, с Божиею помощию, упражнять себя в любви, прежде всего к домашним. Ни скупость, ни ненависть да не касаются твоего сердца: пусть сердце будет полно любви, и пусть от избытка любящего сердца уста говорят. Помни слова апостола, что если любви не имею, нет мне… никакой пользы [1Кор. 13,3].

Радуйся, что ты другим можешь доставить радость и удовольствие.

Сколько раз было тяжко, больно твоему сердцу от маловерия или неверия при причащении Святых Таин, – и сколько раз было сладостно, животворно от веры при их принятии! Сколько раз грех терзал твою душу, и сколько раз добродетель радовала, умиротворяла тебя! Еще ли ты остаешься неверен? Не буди неверен, но верен [Ин. 20,27].

Спокойствие душевное, мир, сладость сердца есть благодать Иисуса Христа. Придите ко Мне… и Я успокою вас (научитесь от Мене кротости и смирению): и найдете покой душам вашим [Мф. 11,28–29]. Мир оставляю вам, мир Мой даю вам [Ин. 14,27]. Господь для того часто приветствовал миром учеников Своих и ученикам повелел приветствовать верующих миром (В какой дом войдете, сперва говорите: мир дому сему [Лк. 10,5]… мир Мой оставляю вам), чтобы показать этим, что мир – Его даяние и без Него нет мира. Вот отчего мы чувствуем мир во время и после достойной молитвы и после достойного принятия Святых Таин.

Господь всегда владычественно являет Себя над нашими сердцами и ничтожной твари не дает зазнаваться с Собою, а мы склонны от привычки зазнаваться со всеми; без живой веры и глубокого чувства смирения я не могу не во вред себе являться пред лице Его, если сердце мое и мысли мои сколько-нибудь непокорны Ему; например, если я позволил себе хотя только в мыслях, только в сердце некоторое недовольство Его делами, Его Промыслом, мне бывает очень тесно и скорбно, как сказано: Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое [Рим. 2,9]. Потому, если случилось несчастие возыметь в душе ропот на Бога, сейчас же нужно лечиться от этого яда мыслями и чувствами противоположными, то есть нужно благодарить Бога от всего сердца за бесчисленные Его к нам благодеяния, – тогда опять возвратится в сердце наше мир и спокойствие.

Боже! Ты – Бог сердца нашего, Ты державно носишь его в руках Своих, являешь Себя в нем.

Люди, как и вся природа, действуют на нашу душу чрез внешние чувства, и в этом отношении они (люди) ограничены, потому что не могут иначе иметь сношения с нашею душою, как посредством этих так называемых окон; но Бог непосредственно действует на нашу душу как Бог, как Творец духов и всякой плоти. Я это чувствую, ощущаю, как чувствую, ощущаю, когда действуют на меня люди, природа, и в этом отношении да прославится над нами держава великого Бога и да заградится неверие, утверждающее, что Господа мы не видим, а потому и не знаем, когда и как Он действует на нашу душу; я знаю, совершенно знаю, когда Он на меня действует, хотя не знаю как. Голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит [Ин. 3,8]. Потому человек прежде всего должен отвечать Богу сердцем, а не чувствами внешними.

Исав и Иаков (summarium41) – видимое изображение той невидимой борьбы, которая бывает внутри нас между добром и злом. В нас происходит почти постоянная домашняя борьба: зло силится всегда перебить дорогу добру, первенствовать, а добро – злу, и также хочет первенствовать; гордость хочет пересилить смирение; неверие – веру; самолюбие, ненависть – любовь к Богу и ближним; малодушие, дерзкое недовольство делами Промысла колеблет преданность воле Божией, покорность Его Промыслу; возмущение страстей – мир душевный. Что же должно быть следствием этой постоянной борьбы? Добро должно знать искусство запинать злу, низлагать его восстания в самом начале. Например, в тебе восстают помыслы гордости: не давай им усиливаться, а сейчас же пусть запнет и положит их на месте смирение; если помыслы неверия – пусть в то же мгновение поборет их вера; если ропот на Бога – пусть сейчас же запнет их сердечная благодарность Богу за премудрые дела Его всеблагого Промысла. По природе нашей испорченной зло (Исав) имеет первенство, но по благодати добро (Иаков) по справедливости должно запнуть его; сыны света должны быть мудрее сынов века сего, добродетель – мудрее зла. Дальше что? Исав все-таки не остался без благословения и слезами вымолил у отца место в роде благословения. Что это значит?

Беда нам от греха: он бороздит, дерет нашу душу на всем ходу нашей жизни, даже при делании добрых дел.

Иногда люди жалуются, что начальство или простые люди забывают все хорошее, что они сделали, и помнят только худое и платят только за худое. Но верно слово Спасителя: какою мерою мерите, такою и вам будут мерить [Мф. 7,2; Мк. 4,24; Лк. 6,38]. Ты Божии благодеяния тебе забываешь, а смотришь и ропщешь на Его наказания, которые хотя и тяжелы, а все – благодетельны по своим последствиям. Не жалуйся же, если и твое добро забывают, а видят только твое зло, которое есть действительно зло.

Как поэтому нам необходим Спаситель, Который бы постоянно спасал нас от греха и в здешней жизни, и совершенно избавил бы нас от него в будущей. Если бы не умерщвлял грех, тогда не нужен был бы и Спаситель; но он убивает душу и здесь, и после смерти телесной – на бесконечные веки. Как поэтому необходим Спаситель. Кто этого не видит? Нельзя нам жить без Спасителя.

Молитва – драгоценнейшее сокровище для человека: произнесенная с верою и упованием на Бога, она прогоняет из сердца страсти, сердечные мучения и восстановляет в душе мир и спокойствие. Поэтому, если какая страсть мучит вас, тотчас обращайтесь к молитве; если вам крайне не хочется молиться в это время, то преодолейте себя, говорите Богу откровенно: Господи! Вот я такой и такой, положим – гордец, завистник и самолюбец и пр.; во мне крайне много зла; Ты все можешь, Ты можешь меня очистить, преобразовать; очисти же, преобразуй меня, исцели страсти мои. Опыт.

Я причащаюсь Вечери Любви и – не имею искренней любви к ближним, не люблю их, как себя, – [ни] с чем не сообразно. Да будет же для тебя Вечеря Любви побуждением к любви. Другим побуждением да будут для тебя внутренние грызения страстей, например самолюбия, ненависти, зависти и др. Ты знаешь, что страсти грызут душу, как лютейшие адские псы. Принеси в жертву любви другим то, что для тебя немаловажно, что ценно: иначе чем ты докажешь любовь?

В чьем сердце живут страсти, тот не может быть способным к наслаждению чувствами чистой, горячей любви, чувствами доброго, прекрасного, высокого. Что общего у света с тьмою? [2Кор. 6,14]. И поэтому уже необходимо искоренять страсти. Человек страстный – если служитель Божий – или малодушен, или дерзок пред лицем Божиим, и не может быть достойным служителем алтаря, если не изменится к лучшему.

Часто видим людей легкого характера, которые скоро зазнаются со всем, что их окружает. Если такие люди поставлены на высоте священства, то и тут, пред самым престолом Царя царей, также зазнаются. Но Царь царей державно вразумляет их, оставляя их только Своею помощию. Тогда они или предаются превратному уму и творят непотребства [Рим. 1,28], или становятся как прах, егоже возметает ветр от лица земли [Пс. 1,4], или лист, ветром носимый.

Человек страстный теряет дерзновение пред Богом и удаляет Его из сердца. Это бывает весьма ощутительно. Господь наказывает и одно поползновение ко греху: Он знает нас больше нас самих: Бог больше сердца нашего [1Ин. 3,20]. Это я ощущаю.

Когда я живу по законам Владыки моей жизни, мне бывает хорошо, я хожу в широте; а когда уклоняюсь от Его законов, согрешу, мне тяжела бывает жизнь, я хожу с стесненным сердцем.

Когда начинает овладевать тобою какая-либо страсть, вспомни тогда Спасителя и призови Его на помощь: Он сейчас явится и избавит тебя от мрака и тиранства ее. Говори Ему: вот, Спаситель мой, пришло время явить Тебе на мне милость и силу Свою – яви ее, Человеколюбче!

Господи! Страшная Жертва Твоя да будет для меня всегда велика, всегда нова, как она всегда для меня животворна.

Благодари всегда Бога за мир, которым ты теперь наслаждаешься при вере в Него, и помни, каково тебе было без Его мира. Ах! Что за мир Божий! Как он вожделен, драгоценен для души нашей.

Слава животворящим Тайнам! Какой порядок, какой мир и спокойствие производят они в малом мире – человеке, который вообще так мало может похвалиться внутренним порядком и происходящим от него миром и радостию сердца! Как ощутителен, заметен во мне Господь по принятии Святых Таин! Во внешнем мире я усматриваю Господа в изумительном порядке, стройном течении всех вещей великих и малых, в этом течении светил, в этом возникании и возрастании животных и растений, из коих каждый род знает сам себя без света разума, – и во мне я узнаю Его по сладостному согласию и миру душевных моих сил, по порядку духовной моей жизни.

Уже не по твоим речам [слав.: за твою беседу] веруем, ибо сами слышали и узнали, что Он истинно Спаситель мира, Христос [Ин. 4,42], говорили жене самарянской, рассказавшей им о Христе Мессии, когда жил у них Христос два дня. Так и мы сначала веруем в Господа за беседу других, именно за беседу святых евангелистов и апостолов, а потом и сами внутренним чувством сердца удостоверяемся в том, что Иисус Христос есть Спас миру и нам. Действия живущего в нас Христа опытно уверяют нас в том, что Он – наш Спаситель.

При встрече с нищими говори себе: как очи их обращены на руку нашу, так очи наши – к Господу, Богу нашему, доколе Он помилует нас [слав.: ущедрит ны] [Пс. 122,2], и не обленяйся никогда подавать милостыню.

Sententinae42. Августа 28 дня 1858 года. Господи! Силою креста Твоего, с сердечным вниманием и с верою изображаемого на груди и чреве, я выгоняю из сердца мучительный страх бесовский: слава державе Твоей, слава силе Креста Твоего, Господи! Непобедимая, непостижимая, Божественная сило Честнаго и Животворящего Креста, не остави нас, грешных!

Имей всегда пред глазами зерцало совершенств Божиих: премудрости, благости, правосудия, всемогущества, всеведения, вездесущия, неизменяемости, чтобы тебе ходить во свете и исправить стопы свои. Если, например, ты преткнулся, согрешил и терпишь наказание за грех, внутреннее или внешнее, то вспомни, что правосудный Бог, наказавши тебя здесь, не накажет в другой жизни. С правосудием, которое, впрочем, обезоружено уже для нас Сыном Божиим, представь Его благость, которая влечет нас к Богу с такою же силою, с какою правосудие устремляется на наказание грешника; даже благость скрывается в правосудие, чтобы, наказавши преступника, помиловать его помилованием вечным. Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец? [Евр. 12,7] – говорит апостол.

Господи, носящий всяческая глаголом силы Своея [Евр. 1,3]! Поддержи и меня, падающего от уныния и малодушия. Ты поддерживаешь мою телесную жизнь – поддержи и духовную.

Как резко, осязательно различаются во мне два совершенно противоположных состояния: состояние благодатное, состояние мира и свободы духа – и состояние безблагодатное, состояние мучения, скорби, тоски, рабства души! В последнее я повергаюсь, окаянный, жалкий, бессильный, каждый раз, как согрешу пред Богом, моим Праведным Судиею; в первом я бываю при искреннем, горячем раскаянии в моих грехах, когда слезы текут из растерзанного скорбию сердца, когда Праведный Судия и Сердцеведец пременяется в любвеобильного Отца, с распростертыми объятиями принимающего блудного, обратившегося к Нему сына, и когда я удерживаюсь, по Его благодати, от грехов и делаю добро. Боже праведный! Тяжек жезл Твой, которым Ты поражаешь меня! Но да будет воля Твоя!

Господи! Ты знаешь, что я падаю невольно. Призри на мое старание не падать, призри на мои слезы по падении; призри на мою радость, когда я при помощи Твоей преодолею себя, не поддамся своей слабости.

Сей же род изгоняется [слав.: исходит], сказал Спаситель о бесах, вошедших в людей, только молитвою и постом [Мф. 17,21; Мк. 9,29]. И точно, этот род исходит из людей молитвою. Люди не от мира сего знают это по опыту. Часто после усердной молитвы в минуты спокойствия душевного, в минуты свободы от искушений они с ужасом вспоминают о том страшном мучении, которое производил в них демон темный, и радуются, как бы спасшись от ада, когда он силою молитвы выйдет из них, и Ангел мирный осенит их опять своими святыми и священными крилами.

Господи! Даруй мне слезы оплакать моего духовного мертвеца – душу. С ужасом я вижу, что сердце мое умерло для веры, надежды и любви; ум помрачился: нет в нем святых созерцаний, нет в нем света истины; какой-то мрак бродит в голове. Господи! Да воссияет и мне, грешному, свет Твой присносущный!

Сладостный сон. Видел я во сне покойного государя Николая (но как будто он жив и не умирал). Он обозревал свое царство; обозревая, зашел в дом к какому-то покровительствуемому им человеку (как будто Кудр.), от которого узнал, что я оказал великодушный поступок кому-то поданием значительной милостыни. Был будто бы около этого дома и я: хотел я видеть царя. Царь горячо принял поступок мой с любовию и царственным видом попечения о всех своих подданных, приласкал меня царским словом, дал мне в награду какую-то бумажку, о которой я думал, что рубль, и велел мне с ним идти и чай у него пить. Между тем будто бы я показал свою бумажку другим, и оказалось, что она – царский билет, по которому я мог из любого казначейства получить сто шестьдесят рублей серебром, а другие говорили, что тысячу с лишком. Так щедро царь наградил за одну милостыню. Вот я дождался, пока царь пошел домой; осклабясь, посмотрел он на меня и пошел домой отдохнуть от трудов. Я шел вдали от него. Государь шел как партикулярный чин: его никто не узнавал (так и мы не узнаем шествующего в нас Промысла). Пришел он домой. Зашел в царский дворец и я; тут нашел некоторых нищих и царских слуг, которые спросили, зачем я здесь, и я сказал зачем. Долго я ждал и хотел было уйти переменить свою нехорошую шапку, которую второпях взял у кого-то вместо своей; стали показываться князья, чтобы видеть, кого царь почтил такою милостию; явились из других покоев опять князья, со светлыми, осклабляющимися лицами, добрые, приветливые, и спрашивали меня: что, батюшка? Я отвечал: папенька ваш приказал мне у него чаю напиться. Явились и княгини с добродушным, веселым видом и приветствовали меня. Скоро подали и чай, и я напился. А царя больше не видал. Жене я говорил: смотри, как Бог нас награждает за доброе дело, – не станем же опускать случая сделать доброе дело никогда. Какую сладость чувствовал я от сна! Как долго следы его оставались в сердце!

Священное Писание – светило, сияющее в темном месте этого мира. Как многих оно просветило! Сколько людей заимствовало от него силу своего слова! Все великие проповедники церковные, все творцы духовных творений, в коих мы находим столько услаждения, столько возвышенности и красоты слова, образовались Священным Писанием.

Твои мучения после каждого греха и твое спокойствие, твоя радость после сердечного раскаяния или после другого доброго дела, благопоспешество в делах означают то, что без Христа ты предмет тиранства диавола и страстей, а со Христом ты чадо Небесного Царствия, блаженное, премирное.

Не отчаиваться в милости Божией после греха – прекрасное дело: Бог милует грешника, старающегося избегать греха и, однако же, часто обладаемого диаволом, если грешник не отчаивается в милости Божией, но уповает на нее. Диавол все употребляет, чтобы привесть человека в отчаяние. Слава Тебе, Господи, милующему меня! А соборное служение – для меня камень претыкания.

Надобно, чтоб исходною точкою молитвы всегда было сознание своего окаянства, своей бедности, нищеты и слепоты. Наша плоть всегда готова говорить: богата я и ничего не требую – богат есмь и обогатихся и ничтоже требую [Откр. 3,17]. Всегда она горда.

Как узнавать действия духа злого в человеке? По плодам их узнаете их [Мф. 7,16], – сказал Спаситель. Если ты ропщешь, хулишь, то в тебе непременно бес.

К веществу мы привлекаем Духа во всех наших обрядах, будет ли это, например, вода или масло, или другая какая жидкость, или, например, хлеб и проч.

Искренно, доброхотно принимай, собеседуй и провожай.

Надобно, чтобы сердце пред молитвою, как и во время молитвы, было совершенно проникнуто любовию к Богу и к людям, чтобы в нем отнюдь не скрывалась вражда на Бога или на людей ни под каким видом, например, под видом недовольства, ропотливости, любви к миру, ненависти, злобности, скупости, – словом, чтобы оно было чисто от болезненных струпов греховных и от тли страстей. Если чувствуешь пред молитвою, что сердце твое болит, ноет, что на нем как будто лежит какая тяжесть, препятствующая ему возвышаться горе, к Богу, тотчас постарайся ввести в него любовь к Богу искреннюю – и оно исцелеет. В молитве жизнь сердца имеет самое важное значение. Не подняться ему к Богу, если страсть какая будет гнести его. Верно слово, что где сокровище ваше, там будет и сердце ваше [Мф. 6,21].

Помни, что ты нечто больше, как порождение истекшей влаги, – и смиряйся.

Чтобы являться с любящим сердцем пред лице Божие во храм, надобно постепенно закалять его в любви дома и в обращении с людьми.

Истребляй червя самолюбия: он сильно подтачивает жизнь души.

Имей непорочную совесть и храни незлобие сердца.

Владычице Богородице! Утешение скорбящих, слава Тебе, благодарение Тебе! Ты муки сердца нашего претворяешь в сладостное спокойствие, бурю страстей – в тишину благодати Божией! Сердце лукавое, непостоянное! Да не дерзаешь ты когда-либо отрицать явных милостей Царицы Небесной!

Не много говори устами – больше сердцем. Коли сердце горит, тогда хорошо и устам говорить. Но если придавлено, прищемлено каким ни есть грехом и язык одиноким болтается, то лучше ему не болтаться на грех.

Это только дело у тебя и есть (разумею службы и требы): к чему же тебе торопиться, к чему поспешать? Совершай его как можно спокойнее, ровнее: оттого у тебя будет спокойствие и радость на сердце. Да помни же это, глупая голова!

Доколе не научишься при Божией помощи побеждать свои страсти, дотоле не преодолеешь чувства смущения, с тобою случающегося, потому что свойство страстей – смущать дух наш.

Как Бог, видя нашу веру и усердие к молитве, услаждает нашу душу и подкрепляет ее в святом деле Своею благодатию, так и диавол, видя нашу слабость или слабое усилие в молитве, угнетает, поражает тоскою наше сердце и совсем расслабляет его для молитвы.

Не в том, так в другом месте пожар; не во мне, так в членах моего семейства лукавый раздувает пламень страстей. Неутомимо деятелен дух злобы.

Прекрасно провел я среду (3 сентября): бодр, спокоен, весел был целый день. Отчего? – От беспреткновенного служения, от бездействия страстей, от трудов ради Бога и, наконец, от поста. Пост – важное дело! Сохрани меня, Боже, так и впредь.

Пресвятая Дево Богородице! По Телу и Крови Сына Твоего, которых я так часто причащаюсь, дерзаю я назвать Тебя сродною мне! О Владычице! Ведь от Тебя это Тело и эту Кровь принял Сын Божий, ведь и то Тело и та Кровь Господа моего, коих я причащаюсь, одно с Телом Господа, Сущим на небесах. Как же мне не любить Тебя, паче же Сына Твоего, Бога Твоего и моего! О Владычице Пречистая! Даруй мне стать в спасительное сродство с Тобою не только по Телу и Крови, которые я часто принимаю недостойно, но и по вере, надежде и любви; даруй стать в спасительную близость с Тобою по мыслям и чувствам. О Владычице Пречистая! Я нуждаюсь, крайне нуждаюсь в чистом сердце! Ты вся можеши, Всеблагомощная: можешь Своими всесильными мольбами испросить мне у Сына и Бога Твоего благодать сердца чистого, чтобы в нем жили вера, надежда и любовь, – испроси же, Пренепорочная!

После причащения Божественных Таин изменяюсь я чудным изменением. До причащения обыкновенно я страшусь себя, как чудовища, потому что вижу внутри себя бездну всякого зла, едва сдерживаемого, подавляемого напряжением к противоположным ему добродетелям; а после причастия я становлюсь чистым, кротким ангелом, что само по себе для меня невозможно; во мне затихает, замирает стоглавое чудовище греха; я уже не страшен себе, а совершенно доволен собою: такой во мне мир, такое чудное спокойствие! Слава, слава, слава Божественным Тайнам!

Что за чудо! Что за новость? Что за странность? Преткнулся я во время службы, и не раз, не два, а пять или шесть – и я спокоен; адский страх и смущение не проникли в мои кости, в мою душу. Разве Бог не остается всегда правосудным? Понимаю. Именно по Своему правосудию Он не дал лукавому огорчить, опечалить меня. Как же так? Сегодня день Ангела жены моей, день радости, а не печали. (Чтобы не претыкаться, нужно оглядеться, и страх пройдет.) Диавол хотел и сегодня повергнуть меня в печаль, в уныние, но не допустил Бог; лукавый мог только затмить ум, чтобы в темноте я преткнулся, но не мог по милости Божией предать меня унынию. Бог прогнал его.

Ты слышал, что не с тобою одним случаются преткновения во время службы, а и со многими другими, что смущаться и унывать от этого смешно и грешно, что принимать каждое преткновение близко к сердцу никак не должно, что как можно меньше надобно думать о том.

Чем ощутительнее след Господень в причащении, тем неизвинительнее самый мгновенный помысел неверия: он оскорбляет Господа и удаляет Его из нашего сердца. О! Что у меня за сердце! Оно, назло мне, идет наперекор всему истинному, святому, оно вечно разногласит со мною. О! Кто даст мне источник слез, чтобы выплакать мне грешное сердце!

Чтобы молитва или духовное чтение (например, из Священного Писания) принесли услаждение душе, нужно углубиться мыслию и сердцем в содержание молитвы или чтения: без этого условия не может быть услаждения.

При чтении какого-нибудь места из Священного Писания нужно принимать живое, искреннее участие в том лице, о котором идет речь или которое представляется говорящим, нужно быть на время как бы одно с ним, как бы одна душа, тогда чтение достигнет своей цели. Но оно не достигнет своей цели, когда читаемое место будет как бы чуждым для души читающего, когда он верою не примет участия в лице, о коем идет речь, когда он не станет в его положение или, лучше, – во все его положения.

Если во время молитвы верою Христа в сердце не введешь, к устам твоим Он не пристанет, хотя ты скажешь сто раз: Господи! Господи! А пользы ты от молитвы не получишь, потому что духом и истиною достоит кланятися, то есть сердцем, говорит Спаситель [Ин. 4,24].

Молись – не торопись; за слова размышлением и сердцем держись; на воздух их не бросай, воздух без тебя наполнен всякими словами праздных людей, а твои слова все без остатка должны идти в тебя и напоять, питать твою душу. Горе нам от невнимательности сердечной во время молитвы: тогда как мы на устах носим молитву и сладчайшее имя Господа, Пречистой Его Матери и других святых, в сердце иногда бывает пусто, в нем водворяется мерзость запустения; а иногда и то бывает, что на устах Христос, а в сердце – диавол. Это бывает тогда, когда молится человек, преданный какой-либо страсти во время самой молитвы, например гневу, сребролюбию, зависти, ненависти и др. (также неверию, небрежности, холодности касательно веры).

Боже мой! Как велика потребность веры для сердца человеческого! Оно тоскует, тужит, когда сомнение проникает в душу, и перестает тосковать и тужить, когда возвратишь ему веру и прогонишь сомнение. Оно жадно пьет веру, как жаждущая земля влагу, и расширяется и трепещет от нее радостию. Так, Создатель, устроил Ты нас, что без веры нам жить невозможно, без веры жизнь не жизнь. Господи! Насади живую веру в сердцах наших!

Да не касается ядовитая, душетленная пыль греха до сердца твоего ни под каким благовидным предлогом! Страсти обманчивы! Они непременно принимают на себя вид какой-то справедливости – и уловляют бедную душу в свои сети и мучат ее, поймавши, как неосторожную птичку.

Во мне резко обозначаются царство света и царство тьмы; я вижу, где кончается одно и начинается другое.

Нищим давать, а от своих отгрызать – лицемерие.

Написать рассуждение о молитве и добрых делах, без которых спастись нельзя.

Ты ищешь Бога часто вне, тогда как Он внутрь тебя: Царствие Божие внутрь вас есть [Лк. 17,21].

Христос – покой нашего сердца, нашей души, не только после смерти, но и при жизни: Аз упокою вы [Мф. 11,28]. Сладкие опыты в этой жизни – свидетельствуют то же.

Бог испытует сердца и утробы. Это – истина не на вере только основана, но и дознана опытом. Мы знаем по опыту, что от Бога нашего не может утаиться ни одна мысль, ни одно желание, ни один помысел – добрые то они или худые; при добрых – у нас спокойствие в сердце, незазорность; а при недобрых, при худых – мучение сердца, зазорность. Мы ясно замечаем – то благословение, то проклятие Божие на нашей душе. А это и означает то, что Бог испытует наши сердца и утробы: Бог больше сердца нашего и знает все [1Ин. 3,20].

Господи! Сотвори меня достойным совершителем Таинств – искренним, твердым, богобоязненным. Без Тебя меня окружает мрак помыслов: в сердце бессилие, скорбь, теснота.

Как диавол силится утвердить в нас свое владычество! Удалось ему склонить тебя ко греху раз в чем-нибудь – он уже и вперед отстаивает наше невольное поползновение ко греху и старается всемерно держать нас в плену своем. Все он действует через помыслы, быстро, мгновенно, лукаво; потому побеждать его трудно, можно угадывать только, где его засада будет, но образ нападения невообразимо быстр и ловок: он вдруг старается нападать на сердце и на ум. Но слава Богу, поддерживающему нас среди искушений врага. Много значит, что после искушения, которого мы не выдержали, но пали, не предаемся унынию и отчаянию, не мучим себя бесполезно и не лишаем себя силы и бодрости делать дела своего служения. Чтобы привесть нас в смущение и отчаяние касательно немощи нашей совершить известное дело, на котором мы раз преткнулись, диавол держит нас в страхе и смущении прежде начатия того же дела в другой раз. Но молитвою и крестным знамением на сердце этот страх прогоняется, и восстановляется в душе прежний мир и спокойствие. Это – дознано опытом.

Почти вседушевно, всесердечно во святых Божиих, в особенности же в Матери Божией то, чего ты сам не имеешь: чистоту, святость, смирение, величие души, – ведь ты сам нечистый, грешный, низкий, жалкий по душевному состоянию. Приближайся молитвою и верою к их святыне, чтобы и на тебя от обилия их духовного света пал луч и озарил мертвый мрак души твоей.

Говорят: почему пророчества о Спасителе в Ветхом Завете неясны, а прикровенны и рассеяны незаметно по Священному Писанию? Потому что если бы они были ясны, то все узнали бы Спасителя по Его пришествии, а потому все почтили бы Его и не посмели бы Ему причинить никакого вреда, – тогда не совершилось бы искупление наше чрез Его страдания и смерть. Надобно было, чтобы драгоценный бисер – Христос, был не узнан и повержен бесчестно для нашего спасения в землю; чтобы камень, бывший во главу угла [Пс. 117,22], был пренебрежен зиждущими. А кроме того, где бы в таком случае было послушание вере?

Теперь тебе надобно упражняться прилежно в чтении слова Божия, в молитве и в искоренении своих страстей, а потом уж, по обновлении души своей, заниматься проповеданием слова Божия. Врач! исцели Самого Себя [Лк. 4,23].

Когда насыщались, то превозносилось сердце их, и потому они забывали Меня [Ос. 13,6]. Вот почему мы забываем Бога: мы сыты от даров Божиих и возносимся сердцами своими.

Да приидет прежнее время смелости и бодрости в служении; да не устрашает меня сердце мое.

Велики, неоцененны будущие блага, поэтому, если бы нужно было купить их величайшими злостраданиями целой жизни, – не должно отказываться от них, но с готовностию терпеть все, подобно мученикам. Зато после всех злостраданий, после всех трудов приятно будет сказать: Мы вошли в огонь и в воду [слав.: проидохом сквозе огнь и воду], и Ты вывел нас на свободу [Пс. 65,12].

Торопливость и смятение при чтении происходят оттого, что хочешь вдруг обнять и выговорить все, о чем говорится в молитве; чтобы избежать этого, надобно понемногу брать слов и читать с расстановкою, с отдыхом, иначе можно захлебнуться множеством слов, вдруг принятых, как захлебываешься водою, в большом количестве принятою в рот.

При богослужении ради смирения помни, чем ты был и чем тебя Бог сделал. Помни свое детство, помни свое бедство, помни свою юность.

Сомнение или неуважение к святому делу нужно подавлять в самом начале и не давать возрастать им в душе.

Кровь Иисуса Христа Сына Божия очищает нас от всякого греха. Эта истина не на вере только основана, но и на опыте. Я, грешный, очищался многократно от грехов и находил свидетельство в своей совести и в своем сердце об этом спасительном, радующем очищении.

Да не надеющеся будем на ся [рус.: на самих себя], но на Бога Жива [2Кор. 1,9]. Вкорени это в мыслях и сердце.

Кто гневается, тот горд. Брось ты гордость, самонадеянность, самолюбие.

Поспешное чтение от гордости, от пренебрежения.

Мир и все, что в мире, – ничто; я – также ничто. Един Бог – Бытие и Полнота всякого бытия. Как младенцы без матери, так мы – без Спасителя.

Видит Бог, что ты, как паук, трудишься.

Имей всегда Бога пред глазами и не упускай Его никогда из виду. Ты всегда будешь победителем.

Вспомни, как ты постепенно получал способность мысли и язык. Как радовались родители, когда ты начал выговаривать первые слова, каким счастием они почитали это! А ты теперь забываешься, ни во что ставишь способность мысли и слова, потому что тебе Господь дал легко и мыслить, и говорить хорошо. За то тебя Господь наказал и наказывает. Будь благодарен Богу за Его милости.

Сегодня (24 сентября) я получил совершенную, полную радость о Господе. Не было ни малейшей тяжести на сердце: Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное [Мф. 5,3; Лк. 6,20]. Господь вселился в меня именно ради моего смирения. Призри на смирение раба Своего, Господи! Научи меня смирению. 25 и 26, 28 и 29-го так же.

Не сомневайся о том, будет или нет Господь твоим Промыслителем, Помощником и Покровителем завтра. Если увидишь завтра, что солнце взошло над землею и над твоею грешною головою, то это значит, что и духовное Солнце – Бог, ходит над тобою; если промышляет Он о мире, то непременно и о тебе.

Глубочайшее смирение, уничижение самого себя, преданность в волю Божию есть действительнейшее средство служить Божественные службы и причащаться достойно, животворно, сладостно животворящих Таин.

Если веру, преданность в волю Божию во время богослужения или совершения требы диавол будет стараться похитить из твоего сердца, скажи Господу: виждь, Господи! Я служу Твою службу – не оставляй меня; а пред причастием, когда диавол будет стараться похитить у тебя веру и расстилать мрак в уме и сердце, скажи: виждь, Господи, вера моя ослабевает, затмевается; призри на меня оком благоутробным в минуты сии великие и страшные; Твои это Тайны, от Тебя да будет мне дарована и вера живая. Итак, никогда в служении Тайнам не полагайся на себя, на свои усилия, на свои доводы ума, даже не приводи текстов из Священного Писания, а положись на Бога: вера – Его дар; тем более ты не должен страшиться пред принятием Таин, что вот-вот диавол похитит твою веру: не сильнее ли, не болий ли есть Иже в вас, нежели иже в мире [1Ин. 4,4], то есть диавол? Такая боязливость – от маловерия или безверия. Если силен Бог творить Тело и Кровь из хлеба и вина, то силен дать и веру живую, несомненную. Вспоминай чаще о чудесных последствиях причащения для души – и верь, что как в тебе Бог производит такие чудеса Святыми Тайнами, так и во всех, достойно причащающихся.

В сытом желудке диавол удобно гнездится.

Избегай душевного смятения; всячески старайся быть спокойным, бодрым, ровным.

Прежде всякого доброго дела внутренно помолись Господу Богу, чтобы Он помог тебе в пользу душевную, или вместе и телесную, совершить его. Это нужно для того, чтобы надеяться не на самих себя, но на Бога жива [2Кор. 1,9]. И самого малого дела не начинай без внутренней сердечной молитвы ко Господу; во всем надейся на Господа и ни в чем – на себя; весь ты – не свой, а Божий.

Когда злой дух чрез смущение и боязнь, причиняемые им душе, будет лишать тебя спасительной, мирной надежды на Господа, скажи ты лукавому: Бог удивлял на мне милости Свои в продолжение всей моей жизни непрерывно, и это укрепляет мою благую надежду на Него, что Он и теперь, когда ты хочешь устрашить меня безнадежностию и отчаянием, удивит непременно милость Свою, – только бы я обращал к Нему умные очи сердца; а ты, ничего мне не делающий, кроме смятения, омрачения и всякого зла, удались от раба Божия: Господь мой да проженет тебя, как Он прогонял темную вашу силу во время земной Своей жизни. Ты хочешь лишить меня и веры в Господа, но почему не лишаешь меня веры в себя? Зачем я ощущаю твои ядовитые, мертвящие душу прилоги? Ужели ты думаешь, что твои следы я чувствую в себе, а сладчайших, животворных, радостных следов моего Господа я не чувствую? Прочь, ничтожная, разрушающая всякое добро тварь! Мой Бог распространяет всюду добро и радость, и даже во мне, когда я прилепляюсь к Нему верою.

Если лукавый будет устрашать тебя продолжительностию молитв при какой-либо требе и отнимать у тебя надежду на ровное, спокойное прочтение их, скажи ему: отчего же я не страшусь продолжительности домашних, уединенных молитв и говорю их спокойно, ровно, неспешно? Отвечай мне на это. Чем ты меня смущаешь? Присутствием множества народа? Но если я делаю святое дело, зачем смущаться мне народа? Не безрассудно ли это? Или ты тут действуешь моим собственным, внутри меня скрываемым недугом, разумею, человекоугодием, побуждая меня ускорить молитвы ради ленивых людей, мало или вовсе не понимающих совершаемого мною святого дела, или пропустить кажущиеся тебе или им неблагозвучные для растленного слуха слова? О! Если так – я сам виною всего; сам ношу в себе, в своей душе, духовный кинжал, убивающий мою душу, сам гублю себя! Если так, то я безумный гордец и глупец, потому что истину Божию применяю к растленному чувству человеческому, меняю Бога на людей; стыдясь людей, не боюсь Бога! Да страдает же в таком случае сердце мое страданием адским, и да научится чрез то всегда быть верным истине Божией пред лицом непостоянного, грешного света, рода прелюбодейного и грешного. Да помню я всегда слова Спасителя: Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами [Мк. 8,38].

Без веры и надежды на Бога я влачу бедственное бытие, а с верою и надеждою на Него, особенно при правоте сердечной, я блаженствую, радуюсь.

Человек, не терпящий нужд, скорбей и несчастий в жизни, редко может с горячностию сердца молиться Богу; молитва, горящая верою, упованием и любовию к Богу, возносится от души, сознавшей свое окаянство, свою нищету, слепоту и наготу без Бога и потому умоляющей Его напомнить вопиющие недостатки свои. Я слыхал от некоторых малоумных: зачем нам молиться Богу, когда мы ни в чем не терпим нужды, когда у нас всего в изобилии и, кроме того, мы здоровы и веселы? Это голос плоти, которая всегда горда и думает, что все блага, коими она пользуется, снисканы ее благоразумием и усилиями. Оттого-то, чтобы заставить человека молиться с горячностию, с крепкою верою и живым упованием на Бога, надобно лишить его тех благ, которые он считает своими и которые надмевают его; чтобы он узнал, что такое нужда, что такое он сам, как он ничтожен – в собственном смысле, без Божиего благословения и помощи, надобно иногда лишить его или имения, или здоровья, или члена какого-либо телесного, например руки, ноги, глаза, слуха, или способности слова, дара здравого действия ума, или сокрушить сердце тяжкими, адскими страданиями, предвестниками действительных адских страданий. Тогда-то он взмолится Подателю всех благ Богу, тогда-то признает над собою Его державу, царство, силу и славу – тогда-то он узнает потоки слезные.

Если уста твои говорят: Господи, помилуй, а сердце и не знает, в чем тебя Богу миловать, то молитва твоя – грешная, устная, а не сердечная; на молитве сердце должно быть непременно всегда проникнуто скорбию о грехах. Точно так же если устами ты благодаришь, а сердце остается нечувствительным к тому, что произносят уста, то опять молитва твоя недостойна Бога: благодарить нужно сердцем прежде всего; уста – слуга сердца. От избытка сердца говорят уста [Мф. 12,34; Лк. 6,45].

Прекрасное и боголюбезное дело – представлять, чрез какой ряд происшествий в жизни достигли мы настоящего своего положения, потому что часто представляя себе живую связь происшествий, составляющих жизнь нашу, мы приходим к мысли о своем ничтожестве и смиряемся пред Богом, и Ему, Создателю, необходимо восписуем43 все сцепление многообразных путей или событий, которыми Он вел нас к настоящему положению. Итак, буду представлять себе происшествия [моей жизни]. Сначала я был семенем отца, потом это семя упало в землю матери, в которой я зачался или, что то же, в которой Бог положил начало, основание настоящему моему бытию; потом Божиим промышлением я стал возрастать в утробе матерней и был чужеядным животным, как глиста, питался соками матерними; после же того, как я образовался в художественной храмине матери, я вынесен был на свет как готовое художественное произведение моего Творца; жизнь моя отделилась от жизни матерней, и я вступил в общество людей; меня сопричислили к числу их и дали мне имя совершившегося здесь, на земле, человека и перешедшего в другую жизнь, чтобы я знал потом, что мои превращения еще не кончились и что после утробы матерней, после этого света и темного недра могилы я буду обитать бесконечные века в светлых обителях неба – там, где Творец мой, на славу Которого я буду взирать тогда откровенным лицом, а не гадательно, как ныне. Как велика была немощь моего младенчества! Сколько слез пролито мною тогда как бы в знак того, что и последующая жизнь моя будет также достоплачевна и исполнена слез и рыданий! Каких трудов стоило моей матери вскормить меня, возрастить меня! Сколько забот обо мне сокрушало сердца моих родителей! Буду ли я здоров? Как я буду учиться, доучусь ли до окончания курса? Чем я буду потом: буду ли я их помощником на старости или беспутным, неблагодарным сыном? И что же, о Господи, сотворил Ты со мною, ничтожным? Десница Твоя, Господи, прославися в крепости [Исх. 15,6]. Кто мог вообразить тогда, что я буду тем, чем есть теперь? Десница Господня вознесе мя, десница Господня сотвори силу [Пс. 117,16]! Благодарю Тебя, Господи, от всего моего сердца и молю Тебя: даруй мне помнить постоянно возникновение свое из ничтожества, немощи моего детства, трудность моего воспитания, незнатность моего происхождения, чтобы всегда смиряться, благоговеть пред Тобою.

Читая Священное Писание или творения святых отцов, откажись от собственного знания, от своей мудрости и читай то и другие как невежа, как неученый, как дитя, начинающее учиться.

Прекрасное, благоразумное дело – не возмущаться от помыслов при чтении молитв или священной какой книги. Помыслы – дело диавола: что это правда – легко догадаться из того, что пустые, не назидательные, но остроумные, смешные чтения бывают всегда легки и при них не лезут в голову помыслы.

Когда ты станешь на молитву и сердце твое окажется гордым, не нуждающимся в молитве или в испрашиваемых произносимою молитвою благах, вспомни ты тогда дни горьких искушений в твоей жизни, минуты слез и рыданий и этим воспоминанием смири свое сердце: тогда воспрянет оно к молитве и понадобится она ему, как мать, нежно любящая дитя свое и не дающая его в обиду врагам.

Сильные и богатые века сего, живя в великолепных, позлащенных чертогах, тщеславятся ими и не хотят подумать о том, из какого множества самых простых материалов составлены их чертоги: они видят только блестящую отделку или блестящую наружность. Но что великолепные чертоги у сильных и богатых века сего – то для большей части людей их тела; они гордятся часто красотою, изяществом форм своего тела и не хотят подумать о том, из каких простых, грубых начал составлены Творцом их прекрасные тела, а если ежедневное напоминание природы об этом и дает им мысль о грубости состава телесного, то скорее стараются забыть о том и перенести мысль свою опять на свою красоту. Да не забываемся, да не обращаем повода к смирению в предлоги гордости.

Тут-то и покажи свое мужество, где враг устрашает тебя, – без того не будешь мужественным христианином.

Господи! Даруй мне, когда я буду висеть на кресте болезни или какой-нибудь скорби, говорить Тебе, подобно разбойнику, висевшему на кресте: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое, – и скажи Ты мне тогда в душе моей, как и ему сказал: ныне же будешь со Мною в раю [Лк. 23:42–43].

В последнее время пред страшным и славным пришествием Христовым диавол усилит свое коварство и злобу над людьми до последней возможной степени силы, какую может собрать в своем темном царстве, – так что почти истребит веру во Христа на земле. Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле? [Лк. 18,8].

Забудь думать, что ты можешь делать своими силами что-нибудь доброе: без Меня не можете делать ничего [Ин. 15,5], говорит Спаситель, а слова Его – истина. Поэтому избавь себя от труда заботиться, как тебе совершить беспреткновенно, во славу Божию ту или другую службу, а положись во всем на Бога; скажи Ему для умоления Его прийти на помощь к тебе Его собственные слова: Вот Ты Сам, Господи, сказал, что без Тебя мы не можем делать ничего [Ин. 15,5]; верою убо моею объем в сердце моем Тобою реченное, молю Тебя: буди со мною при отправлении мною служб Твоих и отгоняй от меня всегда возмутительного и злобного духа, творящего смущение духу моему и мрак свой адский расстилающего в уме моем и в сердце в то время, когда я совершаю святые Твои службы, и тяжелым сомнением налегающего на мою душу. Даруй мне и веру живую, и упование твердое на Тебя, Боже мой, да сими двумя твердынями возмогу обратити ни во чтоже все козни хитрого врага моего. Вера и упование – от Тебя, Твои дары и знаменуют рабов Твоих; а неверие, или сомнение и отчаяние, или безнадежность – от диавола и знаменует слуг его или по крайней мере людей, неискусных отражать его прилоги и, значит, неискусных в вере и надежде на Бога.

Скажи злобному духу, когда он будет возмущать твою душу: прогоняет тя Иисус Христос. Возьми твердую решимость все молитвы читать по слову, спокойно.

Кто, отведавши сладкого, хочет горького? Ты изведал сладость быть в любви у Господа, изведал и горечь прилогов диавольских: беги же ко Господу, в объятия Его сладчайшей, животворной любви всякий раз, когда почувствуешь в себе яд угрызения злого духа: Мне же прилеплятися Богови благо есть, полагати на Господа упование спасения моего [Пс. 72,28].

Если ты во всем положишься на Бога, всесильного Помощника, то и часа смертного не будешь ты бояться, потому что Господь, как чадолюбивый Отец, верно, приготовит тебя к кончине как должно, и даст самую кончину христианскую, безболезненную, непостыдную и мирную. Он премудр и всеблаг: знает, как лучше устроить обстоятельства твоей жизни, и хочет устроить их как можно лучше, чтобы ты больше мог угодить Ему.

Заниматься постоянно одним и тем же делом, например чтением или другим чем, нельзя, это противно природе, которая требует непременно отдохновения. Святые отцы разнообразили свои подвижнические труды. Святой Григорий Богослов говорит о себе, что он свободное время от трудов своих посвящал прогулке и спокойному созерцанию. Так и ты веди себя: разнообразь свои занятия, а над одним чтением не сиди; такой распорядок занятий даст тебе и энергию в деле и разнообразием сообщит душе удовольствие, веселость. А без него ты будешь тратить по пустякам свои труды, потому что к одному и тому же делу, естественно, ослабляется внимание, если оно постоянно пред глазами.

Ты имеешь великих, доблестных наставников в благочестии: Иоанна Златоуста, Григория Богослова, Василия Великого, Ефрема Сирина, Иоанна Лествичника и других. Потому, если ты вознерадишь о своем научении, ты истязан будешь на Страшном Суде гораздо строже собратий своих, кои не имели таких учителей.

Предоставь Господу строить здание твоего спасения и не ропщи, когда, по-видимому, Он не так, как бы следовало по твоему расчету, кладет камни в твоем здании.

Какое бы ты ни сделал доброе дело в благодарность Господу за Его бесчисленные и величайшие к тебе благодеяния, скажи сам себе: это – капля из океана, то есть самое ничтожное пожертвование мое из бесчисленных даров мне Господних. От Господа я имею бытие, а с бытием все силы, способности и все, что у меня ни есть, кроме греха.

Бытие невидимого Бога и злых духов и из того, между прочим, я познаю, что эти последние всеми мерами стараются мне препятствовать достойно служить Богу, производя в душе моей помрачение ума и смущение сердца и самые уста мои как бы сжимая, чего никогда не бывает не во время богослужения.

Для приведения себя в глубочайшее чувство смирения на молитве и во всякое другое время мысленно обращай себя в ничтожное семя, из которого ты вырос, и в земной прах, в который ты некогда распадешься.

Я знаю по опыту, что Ты – всеведующий и праведный Судия. И отчего же я так обессилеваю в борьбе со грехом, когда мне следовало бы укрепиться мыслию о Твоем всеведении и правосудии и не поддаваться греху? Отчего я [падаю]? От маловерия, отчаяния. Вера и надежда на Господа все превозмогают. Не выпускай из мысленных очей Господа, представляй Его всегда при себе, готовым помогать тебе по твоему слову, по твоему искреннему желанию – и ты всегда будешь торжествовать. Что делать? Такой закон у Господа, что все возможно верующему [Мк. 9,23], а неверующему, сомневающемуся ничего нельзя сделать.

Когда я был невинным дитятей, тогда я был счастлив любовию своей матери, а теперь я счастлив только любовию Божией. Худо мне, когда я испаду из любви Божией.

Молитва, произносимая спокойно, с сердечным вниманием, имеет удивительную силу успокаивать возмущенную душу.

Стоя на молитве, не думай, что ты один молишься: с тобою в одно время миллионы преклоняют колена пред Творцом.

Ты требуешь от себя совершенства? Это – глупая гордость. Вспомни, кто ты: ты – плод не очень-то плодоносной смоковницы, не очень здорового дерева. Могло ли дать тебе это дерево то, чего оно само не имело? Только благодать Божия может чудесно претворить тебя в человека обновленного, святого, при твоих собственных трудах самоуничижения, самопринуждения к добру.

Молиться непременно нужно от всего сердца, иначе молитва оставит в сердце одну тяжесть, томление.

Не надобно удивляться странным, греховным случаям, бывающим с тобою, смущаться и малодушествовать от них (это гордость), а смиренно молиться Богу, без воли Которого ничто не бывает, и иметь всегда дух мужественный. Мысли святого Аввы Дорофея.

Претерпевай искушения, скорби: они никогда не бывают продолжительны.

Не забывай, что молитва очищает грехи: это показывает и легкость на сердце после молитвы.

Нынешнюю ночь святой Хранитель учил меня противиться при чтении молитв злому духу поспешности и смущения, и я хоть с трудом, однако же твердо и с сердцем читал молитвы при венчании. Дай Боже! Сон оправдался делом.

В молитве молящегося должны следовать: сначала вера, потом мысль, затем уже слова, а кто начинает словами и продолжает также одними словами свою молитву с стесненными мыслию и сердцем, тот не получит от молитвы пользы. Удивительно, как близок к верующему Бог: ты еще не успел призвать Его, а только верою пожелал иметь Его при себе, а Он уже тут и дарит тебя Своим небесным миром.

Если немощь плоти требует наглядного представления вездеприсутствия Божия, то представь для нее это вездеприсутствие под образом умного, беспредельного океана (гласа хлада тонка [3Цар. 19,12]), тончайшего эфира; но образ не принимай за Самый Предмет, Который везде находится и все проникает и в то же время ничем не ограничивается, в Котором живут и движутся все миры, все твари (и ты) и без Которого нельзя представить никакой жизни; Который всегда при тебе, но часто и находясь при тебе, как бы не был при тебе, потому что ты неверием, маловерием или другими грехами преграждаешь доступ Его к тебе; Который каждую минуту, как струя окружающего тебя воздуха, готов, при твоей готовности, влиться в тебя, в душу и разлить сладость во внутренностях твоих, как и действительно часто вливается и вдруг, мгновенно разливает в душе животворную теплоту, свет, сладость, мир, радость; к Которому, когда бы ты ни воззвал с верою, всегда воззовешь в самые Его уши, а никак не мимо; Который непостижимо, но истинно и существенно действует на умы и сердца всех земнородных; Который по Своему вездесущию во всей вселенной предлагает Себя в пищу на алтарях христианских храмов и чрез видимые Тайны невидимо, но осязательно для души переливается в души верою причащающихся христиан; Который везде, на всяком месте, но к Которому без ключа веры нельзя попасть и с Ним соединиться; Который верующему дает все, а от не имеющего веры отнимает и то, что он думает иметь [Лк. 8,18]; Который всегда стоит при дверех сердца каждого человека и толчет в него, ожидая отверстия их ключом веры, надежды и любви.

Сильный и хитрый бесплотный враг всегда силится противопоставить вере – неверие, надежде – отчаяние, любви – ненависть, и странным образом перепутать, перемешать эти добродетели с противоположными им – неверием, отчаянием и ненавистию. Как часто бываю я попеременно то верующим, то как бы неверующим, хотя я стараюсь удержать похищаемую у меня веру; то надеющимся, то отчаивающимся и больше отчаивающимся, чем надеющимся; то любящим, то ненавидящим и больше возбуждающим в себе любовь, чем действительно обладающим ею. Боже мой! Что сие еже о мне бысть таинство?

Не бегай от унижения ради Бога, а ищи его: говори нарочито медленно молитвы пред народом, чтобы осудили люди, а похвалил Бог.

Слава Богу, что Спаситель мой становится потребностию моего сердца, что я не могу жить без Него, что я гоняюсь за Ним, как дитя за оставляющей его матерью. Дитяти больно, когда мать намеренно оставляет его за какие-нибудь проступки, и мне больно, когда Спаситель оставляет меня, оскорбленный какою-нибудь нечистотою моего сердца.

Вера взывает к Богу громко, неотступно, как слепец иерихонский, а неверие молчит или при самой молитве двоедушничает, лукавит, претыкается, [мешает].

Слава Тебе, Боже, чудно изменяющему меня чрез молитву и в особенности чрез приобщение животворящим Тайнам! Что за спокойствие чудное! Что за радость небесная! Воскресенье, 12 октября.

При службе живою верою и любовию обнимай Бога и народ – помни, что ты ходатай о народе пред Богом.

Священник должен быть проводником милостей Божиих к народу, принимаемых от него чрез молитву живой веры, должен особенно в благости уподобляться Богу, чтобы, будучи сам благ, мог с несомненною верою испрашивать у всеблагого Бога всяких благ для вверенного ему народа. Не оттого ли, что мы сами недобры, и Бога в слепоте своей, в злобе своей представляем как бы недобрым, не веруем, что Он, как Отец, готов все даровать нам, по нашей вере и молитве, – и только ожидает от нас, как от добрых детей, этой веры и молитвы? Сделайся благ – тогда ты поверишь, что Бог все даст тебе по твоей молитве. То и вера, когда человек молитвою все надеется получить от Бога.

Носи в сердце всегда Христа, особенно во время служб. Он – жизнь, сладость нашего сердца. Когда эта сладость в сердце есть, тогда легко и спокойно будешь отправлять всякую службу, хотя бы она была и продолжительна; а когда этой сладости – Христа, нет в сердце или когда место Его занял диавол (а он бывает в сердце человека, одержимого страстию), тогда тяжело тебе будет отправить и самую краткую службу, и ты будешь смутен, будешь торопиться, препинаться, нерадеть о службе, и во время и после службы у тебя на сердце будет тяжесть, тоска смертная; не рад ты будешь сам себе.

Что для животного пережевывающего жвачка, то для души моей Христос. Когда животное потеряет жвачку, тогда оно тоскует и болит; так и я, когда потеряю чрез грех Христа, душа моя тоскует и болит.

Раб Христов никогда и ничем не должен возмущаться, потому что Господь его есть мир, который превыше всякого ума [Флп. 4,7], и веселие неизреченное; а Он живет в верном рабе Своем; значит, живет в нем и мир, и радость Его. Смущение значит потерю Христа, выпущение Его из виду: смотри на Него неуклонно – и никогда не смутишься.

Когда призовут тебя молиться об упокоении души другого, молись об ней, как о своей, с самым искренним чувством, с самою живою верою. Представляй в это время бесконечную благость за нас Пострадавшего и Воскресшего – и умоляй ее.

Когда борет тебя на молитве дух лености и поспешности, смотри, имей терпение противиться, будь медлителен в это время: поспешность тут портит дело.

Святые мученики, взирая умом и верою ко Господу и горя любовию к Нему, были тверды и неподвижны, как наковальня, против всех искушений, устояли мужественно против всех ужасов злобы тиранов; а я, грешный, взирая умом и верою ко Господу, по крайней мере становлюсь спокойным, когда дух смущения и боязни борет меня при отправлении служб.

Будь верен (Мне) до смерти, говорит Спаситель, и дам тебе венец жизни [Откр. 2:10]. Даруй мне, Господи, быть верным Тебе во всех обстоятельствах моей жизни, при всех, даже маловажных по-видимому, случаях. Часто вера наша подвергается искушению, и часто мы оказываемся неверными Спасителю. Но будь верен Ему до смерти.

Нужно с крайнею осторожностию и разборчивостию употреблять яства и пития. Лукавый ставит сети и в пище, и питии. Недаром Спаситель предостерегает нас от искушений такого рода: смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством [Лк. 21,34]. Сегодня чрезвычайно отяжелело сердце мое от употребления пива после вечерни и моченого яблока, а потом – вечером, молока. Будь внимателен ко всему. Везде может запять неосторожного лукавый. А он так запял меня сегодня, что я едва мог молиться и не мог поднять свободно ума и сердца горе.

Тебя враг низлагает на окончательной молитве утренней оттого, что не возлагаешь упования на Господа, а сам умудряешься, как тебе говорить. Положись совершенно на Господа – и будешь спокойно и ровно говорить ее.

При чтении молитв не выходи из себя, но входи в себя. Понимай, что говорится: есть на Кого тебе надеяться при отправлении служб, чтобы никогда не претыкаться. Иисус Христос есть Гора, на которую ты можешь всегда опираться своими мыслями и сердцем. Он – вечен и всесилен.

Что значат чудотворные иконы Богоматери и их явления? Значат то, что Владычица и Мати нашего Избавителя слышит всегда молитвы, во смиренном сердце с верою Ей приносимые пред Ее иконами, и на некоторых из них оказывает видимые знаки Своего благодатного присутствия. Как же должны быть почтенны образы Богоматери в глазах молящихся! Невидимая благодать Ее присуща Ее образам, особенно если они писаны рукою благочестивого человека.

Как на войне с сильным неприятелем сам царь находится при войске и своим присутствием ободряет воинов к мужественному нападению на врагов и как бы говорит: сражайтесь храбро, мужественно, вы сражаетесь за веру, меня и за Отечество, я – ваша награда! – и воины храбро, с пренебрежением своею жизнию бросаются на врага и часто опрокидывают его смелым натиском, – так и Царь Небесный, вводя верных рабов Своих в борьбу с сильными врагами – бесплотными духами злобы, Сам находится при них и, ободряя их, говорит: ведите брань мужественно, взирая очами веры на Меня, всесильного Помощника, – и те, которые имеют пред очами Господа, всегда побеждают своих врагов. А те, которые опускают Его из виду и остаются только при своей немощи, бывают побеждаемы; но отчаиваться не нужно и в этом случае: хитрого и сильного врага, каков диавол, победить можно не вдруг. Да и Спаситель знает нашу немощь, потому Он исподволь вводит нас в брань с врагом, попуская нам быть побежденными, чтобы таким образом приучить нас падениями или поражениями возлагать упование на Него, всесильного Заступника.

Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе [Флп. 4,13]. Он – невидимая стена моя, которая тверже всякой видимой стены; в Него я упираюсь моею верою и надеждою, и стопы мои исправляются, не запинаются, как бывает это, когда я по слепоте своей выпускаю Его из виду и теряю надежду на Него. Я чувствую, что с Ним хожу в широте, на спасительной свободе духа. Все мне с Ним легко.

Останавливайся чаще мыслию на двух великих переворотах в нравственном мире: на падении бывшего бессмертного человека и последовавшей после падения смерти – и восстановлении его и даровании ему вечной жизни чрез страдания, смерть и воскресение Христа. Размышляй об этом.

Братия! Эта самая душа, которая так страшно мучается иногда здесь, терзаемая совестию за грехи, непременно будет существовать после смерти и мучиться еще страшнее, еще ужаснее. Из настоящих мук познайте будущие. Если в природе собственно ничто не умирает, то есть не уничтожается, то уничтожаются ли тем больше ваши души, ваши дела?

Благодать Божия вселяется в меня тогда, когда я смирюсь до крайности, когда признаю себя окаянным, ничтожным. Где начинается наше ничтожество, там же начинается и Божие в нас величество. Крайне остерегайся оскорблять Господа после причастия каким бы то ни было грехом, особенно поспешностию при исправлении треб. Хотя и долго, но читай по слову молитвы.

Как верно Господь достигает Своей цели – обновления нашего растленного естества чрез Свои пречистые, животворящие Тайны Тела и Крови. Если я достойно причащаюсь, я видимо обновляюсь, оживаю после смерти греховной: в моем уме – свет, в сердце – мир, радость о Дусе Святе; я познаю опытом благое иго и легкое бремя моего Господа, животворно касающегося умерщвленной грехом души моей. А как боголепно Господь всегда являет Себя в животворящих Тайнах: чтобы причаститься их достойно, человек всегда должен по возможности приблизиться к Богу верою, смирением, простосердечием и чистосердечием. Причащаясь Его Таин, я вижу, что Он всегда неизменен; Его величие в Тайнах всегда одинаково: душа моя посрамляется, причастившись недостойно, а достойно – торжествует, веселится. Его держава, царство и сила над нашими душами всегда одинаковы; высокодержавный Господь в Своих пречистых Тайнах всегда равен Себе.

Во время премирного состояния веры и после достойного, животворного принятия пречистых Таин кого боюсь я как врага, который лишает меня этого состояния? Неверия. Значит, неверие само себя изобличает: оно мучительно для души. А следует ли бояться неверия при вере? В нас должно быть столько упования на Бога, чтобы не опасаться в надежде на Него, при вере нашей в Него, неверия. Но если еще в нас надежда не возросла в такую меру, то бояться неверия нужно только для предосторожности, чтобы по нашей невнимательности не вкрались помыслы неверия и не лишили души премирного состояния веры. Страх для человека, не утвердившегося в вере и уповании, всегда необходим.

О! Какую сладость, какой мир разлило во мне причащение животворящих Таин! Я молил Бога, чтобы Он сподобил меня пред кончиною моею причаститься их так же достойно, так же животворно, чтобы, если я пойду и долиною смертной тени [Пс. 22,4], мне не бояться с моим Господом никакого зла.

Представляй всегда Господа одесную тебе как вездесущего, особенно во время службы: Он с тобою и чрез тебя все делает, как Он Сам знает. Ты не испытывай образа Его действий, доверься Ему совершенно, как работное орудие.

Когда при чтении молитв будешь искать Господа, не ищи Его далеко: Он тут, в самых словах молитвы. Только внимай им сердцем – и Господь перейдет и в твое сердце. В словах молитвы дышит Дух Божий.

Лучше пять слов сказать с разумом, нежели тьмы слов болтающим без разума языком.

Молясь по готовым молитвам, надобно непременно молиться для душевного спокойствия и благоуспешности молитвы духом, а не языком только, и не нужно выпускать из виду Господа. Несомненно, что Господь оставляет меня, когда я оставляю Его при чтении молитв моею в Него верою и благоговением, и оттого язык мой иногда изменяет мне, как ретивый, необузданный конь, и дух мой поражается стыдом и смятением.

Живая вера такую силу имеет при молитве, что и отяжелевшее от пищи или от усталости тело может, так сказать, окрылить, оживить, облегчить и сделать покорным слугою душе. А что если при вере будет и тело легко от умеренности в пище? Тогда животворная теплота веры совершенно проникнет и во все кости его и сделает молитву приятнейшим занятием.

В молитве по книге не прежде надобно выговаривать каждое слово, как обнявши его умом, положивши его на сердце.

Удивительно спокойно, ровно и твердо служу я, когда взираю умом своим к Богу.

Упование [рус.: надежда] же не посрамит [Рим. 5,5], уверяет апостол; упование не посрамит – изведал ты собственным опытом; верь же, что и впредь она не посрамит. Ты еще раз изведал, как мучительна безнадежность, отчаяние; не имей же глупости вперед отчаиваться. При неожиданных обстоятельствах, пролагающих путь к безнадежности, надобно покоряться им.

Отчаивающийся в помощи Божией забывает владычество, всемогущество и благость Божию. Бог испытует сердца и утробы. Как часто я замечаю в себе испытания Божии. Он испытует строго, точно, до малейшей нечистоты. Суд Его в нас ежедневно производится, Суд праведный, неумытный, радующий или карающий. Как силен в нас невидимый Бог, Невидимый в невидимой, то есть в душе.

Чудная сила Честного и Животворящего Креста! Крестообразными движениями руки я скоро прогоняю муку моего грешного сердца. Непобедимая, непостижимая (но действенная), Божественная сило Честнаго и Животворящего Креста, не остави нас, грешных!

Такое легкое испытание твоего упования послал тебе Бог – и ты не выдержал, пал. Как ты оскорбляешь этим Творца Бога, Которым ты живешь, движешься и существуешь! Что если бы Он потребовал от тебя подвига мученического: не отчаялся ли бы тогда совсем, была ли бы мера тогда твоему малодушию, робости? В малом ты не был верен [Мф. 25,21], – как бы перенес ты многое? Но смотри, как Господь милосерд, как Он подкрепляет имеющих на Него хотя слабую надежду, как Он прощает ради Тела и Крови Своей наше низкое малодушие! Ты причастился – и после причастия укрепились твой ум и твое сердце: ты нашел упование, и по уповании благополучно кончил неблагополучно начатую и продолженную службу. Господь даже отъял страх и мучение от твоего безнадежного сердца! Страшно и странно, как меняются во мне упование и безнадежность! Отчего во мне такая бывает слепота, такое непостоянство? Видно, только живая вера и надежда на Бога делают нас постоянными, мужественными, как это видно на святителях, мучениках, преподобных и праведных. 19 октября. Смотри, скоро стрелы гнева Божия достигнут и тебя.

Спаситель потому о Дусе Божием изгоняет бесы, что Дух Святой – одного существа с Сыном и с Отцом, и иначе это быть не может; потому же самому Дух Святой участвует в нашем освящении и спасении, – все делается при участии Трех Лиц.

Я так мал и ничтожен в кругу всех тварей Божиих, что мне следует только удивляться Божией премудрости и благости, благоволившей и мне дать бытие, и с глубочайшим смирением и покорностию читать судьбу мою в слове Божием, равно как изыскивать там правила для своей жизни, чтобы она правильно, мерно текла к указанному концу. О! Как много у Тебя тварей, Боже!

Слышал ты, что случилось с отцом Иеронимом и с преосвященным Илиодором. Тебе ли малодушествовать? Имей же, как говорил преосвященный Илиодор отцу Иерониму, Бога в душе и сердце и представляй, что в церкви никого нет.

Имей ревность Божию: без ревности священник – ничто, потому что без ревности он не имеет и веры.

Бойся только суда Божия, а не суда человеческого, если бы даже суд человеческий относился к немощам твоим, при служении. Вспомни, что говорил народ о Спасителе. А ты не без грешков – не Спаситель.

Ты надеешься на помощь диакона при богослужении больше, чем на Бога: смотри, какой ты тяжкий грех делаешь, сам того не замечая. Вникай хорошенько в свои поступки.

Старающийся жить благочестиво, но падающий! Зачем ты отчаиваешься в помиловании на Страшном Суде Божием? Верь, что, как враг противополагает множество соблазнов, искушений и падений твоему спасению, так Господь с Своей стороны гораздо больше, как Отец благосерднейший, Коего благость бесконечно больше, чем злоба диавола, противопоставил диавольским наветам и твоим падениям множество залогов для твоего помилования на Суде в обстоятельствах и делах твоей жизни. Только искренно желай и старайся не падать, а когда падешь, старайся встать. Как диавол всемерно старается погубить тебя, так Отец Небесный всемерно хочет спасти тебя. Вот что внушает мне христианская вера и надежда. Если бы ты пал и таким падением, которое зазвенело бы в ушах всех и пронеслось по всему миру, – и тогда не следует отчаиваться. Спаситель взял на Себя все грехи мира, какие бы они ни были и как бы велики ни были. Его милость безмерна, как говорит Церковь, и человеколюбия у Него неисследимая пучина: все согрешили и лишены славы Божией, получая оправдание даром, по благодати Его [Рим. 3,23–24]. Только старайся больше любить Его, и тебе оставятся все грехи, как блуднице, мазавшей миром ноги Господа и отиравшей власами главы своей.

Не думай о своем страхе, а углубляйся в величие Таинства, которое будешь совершать. Благо есть надеятися на Господа, нежели надеятися на человека [Пс. 117,8].

Когда будешь утопать духовно, говори Господу: Господи, спаси мя.

Во имя Господне непременно борись со всяким грехом и страстию.

Действия внутри нас страстей подобны пламени, охватывающему внутренние стены здания, или воспалению в какой-либо части тела. Они жгут разрушительно душу и тело. А огонь благодати Святого Духа приятно, животворно согревает душу и попаляет грехи ее.

Слава Тебе, Владычице моя, Пресвятая Богородице! Твоими молитвами, Твоею милостию я ныне благодушествую; душа моя свободна и легка, мир и спокойствие в моем сердце. Слава Тебе, Пресвятая Госпоже Владычице Богородице! Заступила Ты меня, окаяннейшего грешника, пред правосудием Сына Твоего и Бога нашего и милостивым сотворила Его мне, худейшему всех. Как явна благодать Твоя для души моей от песненного прославления Казанской иконы Твоей! Октября 21 дня 1858 года.

Скорбь и тоска сердца, происходящие от прилога диавольского и наводящие на душу уныние и страх, проходят от призывания имени Господа Иисуса Христа и от размышления об Его искупительных заслугах. Также от воспоминания о Пречистой Его Матери, и святых мучениках, венчавшихся кровию, и о Царстве Небесном, в которое Он зовет всех.

Слово Божие, записанное в Священном Писании, первоначально было сказано в известном месте Господом чрез пророков в Ветхом Завете; Самим Господом непосредственно или чрез апостолов в Новом Завете; но потом, быв записано, оно разнеслось по всей вселенной миллионами верующих, питало и питает миллионы верующих, как истинное, действенное животворное слово Божие, и будет питать и услаждать их до скончания века. Замечаете ли, что по подобию этого всеблагой, чудодействующий, всемогущий Господь сотворил и с Своими пречистыми Тайнами Тела и Крови. Сам Господь в Своей пречистой Плоти первоначально был только в небольшом уголке вселенной, как и слово Его оглашало также весьма небольшое пространство, именно в Иерусалиме и в местах около Иерусалима, где Он благоволил ходить и учить; но потом, по воскресении из мертвых и вознесении Господа на небо, всемогущею силою и благостию Господа Его Тело и Кровь чрез свершителей святых Таинств распространились по всей вселенной и ежедневно, доныне, предлагаются на алтарях христианских церквей, где бы они ни были, питая и услаждая души христиан благочестивых и имея питать их до скончания века. Слава милосердому, всемогущему Господу! Сам Он вездесущ, потому и святое слово Его и Тело и Кровь Его также совершаются везде – по всей земле. Как это премудро! Как это благостно! Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода [Ин. 12,24]. О! Как же теперь расплодилось и постоянно плодится Тело и Кровь Господа!

Лукавый поселяет в душе сомнение и страх, но не должно ни на мгновение верить ему: язык должен делать свое дело. Когда ум обращен к полноте всякой истины – Богу, тогда языку, орудию мысли и слова, легко все выговаривать. Так, взирая умом к Богу, я прогнал мрак из головы и с трудом вращающийся язык заставил обращаться свободно (совершил святое Таинство Крещения).

Что значат в отношении количества все ныне живущие в сравнении с умершими от начала мира? Какую ничтожную часть составляют они! Но все они блюдутся на Суд; все они трепетно ожидают от великого всемирного Судии – Бога, Суда Страшного. И мы скоро присоединимся к ним.

Молиться непременно нужно сердцем, нужно сердце приближать к Богу, иначе трудно будет молиться; когда молитва от сердца, с любовию, всегда молишься легко и приятно. Да и вообще всякое дело делается легко, если делается от сердца, с любовию к нему.

Когда будешь возмущаться духом, вспомни о мире пренебесном, который ты получаешь после причастия, – и надейся получить его и теперь.

Конец слова: Бога имей в уме и по слову читай, редко, спокойно, с расстановками.

Когда мрачные помыслы налегают на душу твою, облежат и как бы кружат ее, не давая ей установиться верою на неподвижной истине, и ты чувствуешь себя внутренне нехорошим, и все, что около тебя или к чему приражается твоя мысль, также тебе представляется нехорошим, – не имей безумия думать, что, когда ты кружишься, и все с тобою кружится, когда ты изменился в недобрую сторону, то и все изменилось; своей немощи не навязывай посторонним предметам, что не ты. Например, Бог, например, и Его святые, равно как все святые истины веры, молитвы, песнопения, разные учреждения Церкви – всегда одни и те же, всегда животворны, светлы: они – неподвижные, неизменные, несокрушимые твердыни; ты претыкаешься об них иногда по своему неразумию, а не они о тебя. Ты изменчив, непостоянен, а они – постоянны, вечны. Бог есть вечный свет, а ты больше тьма, чем свет, потому что в тебе есть стихия темная – грех; грех, тьма – твое обыкновенное состояние, а святость, свет настолько проникают в твою душу, насколько ты верою и добрым произволением прилепляешься к первой, неточной Святости, или к первому Свету – Богу. То милость Божия, то и счастие твое, когда свет в голове твоей, когда ты чувствуешь в себе совершеннейшее согласие с Богом и со всем, что от Него.

Мы славим на земле Господа, Творца всей твари, между тем не можем не сознавать, что мы – недостойные певцы славы Божией, а знаем по опыту, что в посильно достойном прославлении Господа состоит блаженство наше. Из этого с несомненностию заключаем, что есть достойные певцы славы Божией, вечно Его славящие, как и мы преемственно и по преемстве веков славим Его, и в славословии Его почерпающие для себя вечное блаженство. Иначе Бог не был бы бесконечно благ: бесконечная Благость делает причастниками Своей благости, Своего блаженства и других. А мы – больше страдальцы на земле: блаженство небесное только по временам оживотворяет умерщвленную грехом нашу душу, радует ее, когда мы сокрушаемся о грехах, очищаем себя слезами раскаяния. Отсюда другое несомненное заключение, что для людей, принимающих в себя очищающий душу угль Тела и Крови Господа, очищающих свою душу от тли греха здесь, уготовано вечное блаженство в другом мире, в жизни будущего века. Действительно, вечная благость Отца, Сына и Святого Духа, разрушив средостение между Богом и людьми – грех и проклятие, не позволявшие приближаться к Богу, Источнику блаженства, и находить в Нем для себя блаженство, – очищает и питает теперь людей духовно чрез святые Таинства и приуготовляет их к наследию вечного блаженства. Спасительные страдания за нас Сына Божия, созданная Им Церковь, церковные Таинства – порука в том для душ, ищущих очищения.

Как могут святые слышать наши молитвы? А как я узнаю, например, о вопиющей потребности какого-либо члена? Я – член в теле Церкви; святые – благороднейшие части тела, а Христос – Глава; они сочувствуют больному члену тела Христова и поспешают на помощь, как руки к ноге. Мысль о Церкви как едином теле Христовом несомненно уверяет меня в том, что святые непременно слышат наши молитвы.

Почему покаяние называется обращением человека? Потому что грешник, преступив закон – обращается, то есть как бы идет назад, на прежнюю свою черту.

Что вертится: земля или солнце? Вертится земля, а солнце стоит неподвижно. А ты ведь земля? – Земля; патриарх Авраам говорит: аз же есмь земля и пепел [Быт. 18,27]. А Бог ведь – умное Солнце? Да, умное Солнце. Итак, ты кружишься, вертишься духовно, а Бог и Его истины – вечны, неподвижны. Скорее небо и земля прейдут, нежели одна черта из закона пропадет [Лк. 16,17]. Ты непостоянен, изменчив, так что и вечные – неподвижные, непременяемые истины иногда как бы кружатся, изменяются в твоем уме и в твоем сердце. Но когда будут они представляться тебе кружащимися, взывай ко Господу: Господи! Я земля, кружусь, кружусь, а Твое солнце, Твои вечные истины стоят неподвижно, неизменно; останови кружение мое и утверди сердце мое на камне веры.

Человек! Ты травка, дерево, животное, то есть по телу ты живешь совершенно по одним законам с ними: зачинаешься, образуешься, растешь, бываешь в цвете лет, крепнешь, стареешь, умираешь. Да будет это поводом к твоему смирению. Спаситель часто уподобляет человека дереву, которое приносит хорошие или худые плоды, или животному, например овце и другим животным.

Нисколько не сомневаюсь о том, что живая вера и любовь к Богу могут во время молитвы не только душу восторгать горе, но и самое тело возвышать от земли, как это и случилось с одним святым. Когда сродное к сродному возвышается силою веры и любви, то есть душа к Богу, тогда тело бывает самым послушным орудием души.

Некто говорил мне: удивительно сладостно и легко было мне вчера во время вечерней молитвы, проникнутой живою верою и любовию к Богу! Я чувствовал, что дух мой шел горе и в своем шествии разливал удивительную сладость и чудное спокойствие в сердце моем, как бы совозвышая с собою и самое тело мое горе к Богу.

Когда ты сочиняешь или переписываешь проповедь, ты делаешь дело Божие и потому должен делать его тщательно, как бы для Самого Бога.

О имени Господни верою и упованием на Бога я победил себя после долгих уступок, падений. Уповай, не спеши, будь покоен.

Научись ни в каком случае не упадать духом и сохранять всегда присутствие и величие духа.

К достойному совершению Таинства приготовь себя чтением Евангелия и молитвою.

Слава Тебе, Владычице, слава тебе, Предтече Спасов Иоанне! Вот уже второй брак я совершаю достойно силою молитв ваших, предстательством вашим, помощию вашею. Не оставьте меня и вперед. Слава Тебе, Господи, мир мой, победа моя!

Sententinae44.

Веди себя так, чтобы князь мира сего не имел в тебе ничесоже, чтобы не имел места, в которое бы мог уязвить тебя. А он обыкновенно уязвляет нас в больные грехом места. А есть еще у тебя много уязвляемых мест. Господи! Ты рекл в святом слове Своем: идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего [Ин. 14,30]. Ах! Если бы и мне когда-нибудь сметь сказать это!

Введи верою в сердце свое Христа, и ничто никогда не смутит тебя. Но, введши Его в сердце, держи Его там: Он так благ, что позволяет удерживать Себя. Пусть Он живет в тебе и говорит тебе: Аз есмь, не бойся.

Небоязненное, твердое обличение народа во грехах есть признак великой святости обличающего – Креститель Иоанн, Сам Спаситель. Мы обыкновенно больше льстим народу, стыдимся высказать всю правду.

Отец, Сын и Святой Дух – одно: Сын говорит учение и творит дела пославшего Его Отца; Дух Святой по вознесении Сына на небо вспоминает апостолам все, что говорил Сын и наставляет их на всяку истину.

Смелым, говорят, Бог владеет.

Не усрамися, ниже убойся никакого лица во время молитвословий, всенародно совершаемых; слыши слова Господа: Ибо кто постыдится Меня и Моих слов… того постыдится и Сын Человеческий [Мк. 8,38].

Помни, что после спешного чтения всегда неизбежны будут слезы от туги сердечной.

Когда кого зовут служить пред лицом царским, тот служит пред ним с постоянною мыслию об нем, с благоговением, тщательно. Тебя часто приглашают служить не пред лицом царя земного, а пред лицем Царя царей земных, – притом для того, чтобы ты испросил приглашающим тебя у Царя Небесного даров духовных и телесных. Каков же ты должен быть во время служения Царю Небесному, с каким благоговением, с каким тщанием должен ты приносить Ему служение духа, с каким вниманием и усердием произносить все слова молитв и возглашений? О, имей всегда веру в Бога при молитвословиях и помни, что ты делаешь! Во время молитв часто предстоит искушение нашей вере, и мы можем часто [посрамляться], не возгревая ее в себе.

Если вы терпите наказание, говорит апостол, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец? Если же остаетесь без наказания, которое всем обще, то вы незаконные дети, а не сыны [Евр. 12,7–8]. Итак, радуйся, что за грехи твои Бог наказывает тебя скорбями душевными. Если ты падаешь, не желая падать, если ты побеждаешься от своей злой привычки или от духов злобы, не унывай, а терпи, особенно же – не отчаивайся и старайся исправляться. Будучи же судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром [1Кор. 11,32]. Итак, не ослабевай же, от Господа обличаем.

Если во время священнослужения смущает тебя присутствие знатных и сильных, ты скажи своим помыслам: пред лицем Бога моего исчезает всякая земная знатность и сила, – и с верою и дерзновением молись Вседержителю Богу о самих знатных, которые предстоят в Божьем храме: в это время ты больше всех их, ты ходатай их пред Богом.

После чудесного насыщения народа Спаситель сказал: соберите оставшиеся куски, [слав.: избытки укрух] чтобы ничего не пропало [Ин. 6,12]. Видите, как бережет Господь самые крохи хлеба. Если Он так бережет обыкновенную, бездушную вещь, то как Он бережет души человеческие? Если Он не хотел, чтобы погибли остатки хлеба, то тем более Он не хочет, чтобы кто-нибудь из людей погиб. Да и не для того ли Спаситель сказал, чтобы собрали остатки хлеба, чтобы ничего не пропало, дабы навести тогдашний народ и нас на мысль о том, как душелюбец Господь бережет души человеческие!

При искушениях во время произнесения молитв и ектений при службах диавол силится устрашить тебя мнимо – непростительною тяжестию греха, чтобы ввергнуть тебя в отчаяние; но ты не бойся ложного его страха, а, заняв ум и сердце именем Господа Иисуса, говори неспешно, что предлежит говорить. Если сильный искуситель искусит, тотчас же прибегай к Спасителю и проси у Него прощения и милости: на то Он и Спаситель, чтобы спасать тебя всякий раз, когда ты обращаешься к Нему с молитвою веры и любви о прощении твоих грехов. Нет греха, который бы был выше Его милосердия. Смотри, не слушайся его, лжеца, страшилища. Когда станет душа твоя смущаться, скажи ты ему: понимаю тебя, враже мой, вижу тебя, но не боюсь тебя, твоего ложного страха: Господь мой со мною. Нет ничего безрассуднее, как отчаиваться в милости Божией после сделанного греха: Спаситель – это пучина милосердия: все грешники с величайшими грехами повергались в эту пучину и спасались в ней; Спаситель с любовию принимал их. Кровь Его очищает нас от всякого греха. Ты сам много раз видел опыты Его неизреченного милосердия над тобою. И сегодня, уязвленный диаволом, лишь только ты обратился к Его милосердию, Он принял тебя человеколюбно, разрешил болезни смертные, лютую скорбь сердца – и опять мир водворился в сердце твоем.

Слышишь, что говорит Спаситель в Апокалипсисе: Боязливых же и неверных [слав.: страшливым и неверным]… участь в озере, горящем огнем и серою, а побеждающий наследует все [Откр. 21,7–8]. Побеждай и ты… а страшливости и неверия бегай всеми силами.

Господь очевиднейшим образом является каждую весну и лето с Своим творческим всемогуществом и благостию. Зимою нет ничего из земной растительности: деревья стоят обнаженные, трав и цветов нет; а весною и летом – прекраснейшая зелень листьев древесных и трав, разнообразные, нежнейшие цветы, благовоние – откуда что возьмется, как [бы] из совершенного ничтожества. Дивна дела Твоя, Господи! Слава премудрости и всемогуществу Твоему, Господи!

Имей в сердце веру и любовь ко Христу, и никогда не смутишься.

Никогда не скупись питать нищих: Бог в десять раз всегда отплатит тебе за них. Это ты уже дознал бесчисленными опытами.

У меня есть сильные внутренние порывы мудрствовать паче написанного и преданного. Гадко. Это духовная гордость. Нужно искоренять ее всеми мерами.

Представь, как бы ты стал пред царицею: с каким благоговением, с какою сердечностию стал бы ты просить ее об исполнении твоих желаний. Но она – во всем подобный тебе человек с человеческими немощами. Как же ты должен предстоять пред Царицею неба и земли, Матерью Бога Вышнего; с каким благоговением, с какою искренностию сердца! Она – несказанно велика по Своим внутренним совершенствам (вся слава дщере Царевы внутрь [Пс. 44,14]) и по Своему приближению к Богу. Смотри же, молись Ей с подобающим благоговением, чистосердечно, во смирении сердца.

Диавол то поражает нашу душу смущением и страхом в то время, когда нужно [быть] бодрым, трезвенным, то расслабляет душу порывами ко смеху; но и в том и в другом случае – горе для души: она умирает от греха и внутренней тоски или туги сердечной.

Ты не выдержал сегодня испытания твоей веры: без сердечного внимания, неохотно и даже с некоторою дерзостию в произношении, равно как с поспешностию, читал после литургии акафист Божией Матери на молебне матросам. Не нужно было предаваться лености и нерадению при чтении: если много казалось прочитать весь акафист, то прочитал бы половину со вниманием и с должным благоговением – и было бы этого довольно, и было бы простительно прочитать не весь акафист труда ради предшествовавшего. Еще заметь однажды навсегда: богатый ли, бедный ли человек просит служить молебен – служи с одинаковым усердием и охотою, как бы для себя самого.

В следующую беседу о воплощении поместить слова песни: Ужасеся о сем небо и земли удивишася концы…

Когда придет к тебе болезнь, как жестокий, бесчеловечный палач, вооружись терпением и верою в Господа Спасителя. Если мы с благодарностию, верою и терпением переносим болезни, то мы удостаиваемся чести мученической и очищаем чрез болезнь грехи свои.

Древние содомляне, ниневитяне, тиряне и сидоняне, царица Южская, приходившая слушать Соломона, существуют и ныне для Бога, хоть для нас они и давно исчезли с лица земли, и будут в последний день мира при страшном пришествии Господа судить неверовавших иудеев – современников Спасителя. Господь в Евангелии говорит, что содомлянам, тирянам и сидонянам, конечно, и ниневитянам отраднее будет на Суде, чем городам, не принявшим проповеди Спасителя. Так, братия, для Господа все живы. Как несомненно, что наши души живут после смерти! Смотрите, четверодневный Лазарь выходит по слову Спасителя из гроба: ведь это, братия, его собственная, Лазарева душа возвратилась из того места, куда отходят все человеческие души, и заняла опять свое место в теле; или в Евангелии во многих местах о воскресших по слову Спасителя или по молитве апостолов говорится, что возвратися дух его или ея. Видите, братия, что мы непременно будем жить после смерти душою.

Когда начинаешь совершать молитву, или службу, или требу – всячески береги свое сердце, чтобы в него не запала неохота, пренебрежение к делу; всячески старайся произвесть в нем любовь или сочувствие к совершаемой молитве, службе или требе.

Во славу Отца и Сына и Святого Духа. Отец, пребывающий в Сыне, Господе Иисусе Христе, творит дела или чудеса и учит людей истинам небесным; Дух Святой, не в меру почивший на Иисусе Христе, Сыне Божием, изгоняет бесов чрез Него. Он же творит душу и пречистую плоть Иисуса Христа; Дух Святой пресуществляет и хлеб и вино Евхаристии в Тело и Кровь Господа – все делает Отец чрез Сына во Святом Духе.

Смотри, ты делаешь дело Божие: уготови себя каждый раз, когда приступаешь к нему, приведи в спокойное состояние и мысль и сердце; пусть голова твоя будет светла, а сердце – чисто.

Помни, что каждый раз, как ты не надлежащим образом совершишь требу и получишь за нее плату, – ты тунеядец, получающий плату даром, не за дело; не говорю о том, что ты, кроме того, подлежишь небесному проклятию за небрежение, за поспешность в деле.

Чем больше свободы и, следовательно, спокойствия в молитве, веры, искренности сердечной, тем она выше и действеннее.

Не заботьтесь, говорит Спаситель, как или что сказать [слав.: не пецытеся, како или что возглаголете], и ты не пекись о том, как ты будешь говорить, ибо в тот час дано будет тебе, что сказать [Мф. 10,19].

(Благоволение Божие от иудеев перешло к христианам, которые большею частию из язычников; и между самими христианами благоволение Божие переходит от одного народа, от одного царства к другому, как, например, от греческого к русскому народу: Греция упала, а Россия процветает, так же как иудейский народ рассеян по лицу земли, а христианство – везде благоденствует.)

Смотри, чтоб молитва твоя была всегда искренняя, от сердца, и никогда не молись без искренности, иначе молитва твоя будет ложная. Потому, когда заметишь во время молитвы, что она не искренняя, тотчас же преодолей себя, свое лукавое сердце, лукавую плоть и заставь сердце быть искренним.

Avaritia45 проявляется разным, часто благовидным образом: истребляй ее во всех ее видах. Иногда захочется дать себе послабление и прогуляться с тратою денег – скупость высовывает в это время свою голову и шепчет: ах, прогулка эта стоит значительных денег – лучше бы их издержать на что-либо более нужное и полезное! Не слушай ее: она обманывает тебя. Страсти всегда нас обманывают. Притом, если допустить ее шептать в сердце, потеряется удовольствие прогулки.

Дивен Ты, Господи, в промышлении Твоем о творящих милостыню; Ты ущедряешь их по-Божески. Ты рек: давайте, и дастся вам: мерою доброю, утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше [Лк. 6,38]. И слово Твое исполняется: дающему, точно, самому дается другими по внушению Твоему добрая, щедрая награда.

Закон существования городов на земле: если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе (в Тире или Сидоне), то он оставался бы до сего дня [Мф. 11,23].

Неверием оскорбляется слава, величество Божие: невер лжа творит Бога.

Странное дело! При своем бессилии мы и Бога творим бессильным; при своих лжах и Его творим – страшное дело! – лжа! О! Повреждение человеческой природы! Но Ты, Господи, погубиши вся глаголющия лжу [Пс. 5,7].

Спаситель сопоставляет часто однородные предметы: о Церкви рукотворенной и нерукотворенной; о хлебе манном и хлебе Плоти Своей; о хлебе обыкновенном (чудесное насыщение) и о пище, пребывающей в жизнь вечную [Ин. 6,27]; о воде обыкновенной и о воде живой; о разорении Иерусалима и о разорении мира или о страшном и втором пришествии. Здесь открываются премудрость, всемогущество и всеведение Божие. Как премудро Спаситель всегда начинал учить кого бы то ни было истинам веры!

Хочешь знать, что Сын Божий есть Творец растительности – вспомни о смоковнице, которую Он проклял, или о жезле Аароновом прозябшем.

Ты хочешь знать, точно ли Сын Божий сотворил море, – смотри, Он велит ему перестать от волнения – и оно перестает; хочешь знать, что Творец воздуха есть Сын Божий, – смотри, Он велит ветру утихнуть – и ветер утих [Мк. 4,39]; хочешь убедиться, что Творец света есть Сын Божий, – посмотри на Фаворское преображение. Хочешь знать, Кто сотворил мир невидимый, – посмотри на Господа, как Он обращается с духами, как добрые Ангелы служат Ему, а злые трепещут и исповедуют Его Сыном Божиим. Хочешь убедиться, что Творец рыб есть Сын Божий, читай 5-ю главу от Луки и от Иоанна 21-ю главу… Четвероногих – Он же… Как Он со властию Божескою взял осла молодого. Хочешь знать, что живот дает Сын Божий или Бог в Троице, читай Луки главу 7-ю и о Лазаре.

Сырую погоду во время сухой я предузнаю по болезненным припадкам золотушным ровно за сутки.

В силах природы усматривай Творца: Он исполняет вселенную и действует во всем и чрез все. Поэтому благоговей, когда гремят громы и сверкает молния.

Имей столько веры и упования на Бога, чтобы тебя не возмущали никакие неприятности. Допуская в сердце разные неудовольствия, ты обнаруживаешь в себе скудость веры и упования. Помни, что любовь – долготерпит… все покрывает [1Кор. 13,4–7].

Дай Господу Богу свободно и премудро распоряжаться в Его царстве. Не вмешивайся в дела Его мироправления.

Если во время литургии при совершении Святых Даров, или пред причащением их, или после восстают в тебе помыслы сомнения, требуя, так сказать, от тебя доказательств, не обращай внимания на эти помыслы и не делай им чести приведением доказательств, а скажи только: я верую слову моего Господа, сделавшегося по любви ко мне человеком и пролившего ради меня пречистую кровь Свою. То же наблюдай и при молитвах.

При помыслах неверия держись мысленно за Крест – и они оставят тебя. Также говори: я человек маленький, ничтожный, между тем как миллионы людей великих вседушевно верили в то, на что помыслы устремляются.

Также говори: у Господа моего все чудесно.

В Петров пост 1858 года пил я для здоровья козье молоко и иногда кушал яйца, но здоровья не достал: значит, не надобно в пост есть скоромное, а надобно держать постный стол – дело будет лучше.

Если бы Господь чего-либо не мог сделать, то Он был бы не всемогущ; но для Него решительно нет ничего невозможного, разумеется, кроме того, что противно Его существенным свойствам: например, Он не может делать никакого зла.

Развращение, испорченность человека так велики, что причащение животворящих Таин Тела и Крови Христовых совершенно необходимо для постепенного освобождения человека от внутреннего зла: зло это прорывается, так сказать, и тогда, когда животворящие Тайны приняты уже внутрь, и постоянно нужно бодрствовать над собою после причастия, чтобы не мыслить и не делать зла. Слава премудрости, благости и всемогуществу Твоему, Господи, спасаяй нас, грешных!

Вот я и не на радость сегодня причастился животворящих Таин, потому что причастился недостойно. Кажется, ел то же Тело и пил ту же Кровь, но не как прежде, не было радости в сердце моем после причастия, а скорбь и туга сердечная; и оттого, что сердце мое было не свободно от греха и стеснено им, я не мог спокойно проговорить царской фамилии на литургии и не докончил ее.

Больше всего хранимого храни сердце твое [Притч. 4,23], говорит Священное Писание. О! Как необходимо хранить свое сердце чистым, незазорным. Тошно, если оно зазирает.

Служи больным, как Самому Иисусу Христу, и ни в чем не отказывай им.

О! Не торопись никогда во время службы языком, несмотря ни на кого и ни на что.

В твоих смущениях и торопливости действует диавольское отчаяние. Гони его прочь всегда и имей живое упование на Бога Помощника.

Сердце скверное, сердце нечистое! Ныне я вижу, что всеблагой, праведный и премудрый Господь достойно допустил пострадать тебе значительное время. Если ты и теперь все-таки лукаво, нечисто, смрадно, то что было бы из тебя, если бы ты не испытало за свое лукавство, за свою неверность Богу жестоких страданий? О, я вижу, что тебя следует мучить, чтобы выжать из тебя зло!

Как усердно работает во мне диавол: то распаляет он во мне страсти, то расслабляет душу лукавством, то отчаянием и страхом. Он нападает на нее со всех сторон.

Внутренняя болезнь моя искушение мое – и о! какое сильное искушение, – когда она соединяется со скорбию о грехе! И приходится большею частию так, что болезненное состояние моих внутренностей бывает причиною греха! О! Боже мой! Не есть ли это пакостник плоти, мне данный для смирения. Как бы то ни было, терпи великодушно: Бог тебя не оставляет и в самой скорби. Не оставляй Его и ты. Послушай апостола, что он говорит: Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота [Рим. 8,35] и прочее, разумея тесноту внутреннюю?

Великая добродетель – терпение и упование на милосердие Господа, а отчаяние – тяжкий грех. Диавол всеми силами старается повергнуть грешника в отчаяние, но грешник должен крепиться упованием и никак не предаваться отчаянию: пал – и встань.

Молитва, приносимая от сердца, всегда может быть только полезна для души и тела и никогда не вредна, например для тела, хотя бы и слаб здоровьем был человек молящийся (разумею стоячее положение тела). Это – опыт. Молитва чудно успокаивает душу, а от душевного спокойствия и тело спокойно.

Ненормальное, болезненное состояние тела мы узнаем большею частию по боли в нем; точно так же и болезненное, неправильное состояние души мы узнаем по неприятному томлению души: она волнуется и не может почить от грехов; ей скорбно, тесно бывает.

Когда я занимаюсь проповедничеством, тогда я счастлив и у меня отрада на душе.

Чтоб не сбиваться, не торопиться в словах, нужно приложить к ним сердце. Если собьешься и заторопишься – остановись и опять приложи сердце.

На тебя нападают духовные враги – тебе нужны духовные помощники, совоинственники, заступники. Молись же. Сам Бог, Матерь Божия, Ангелы и святые готовы.

Сердца не жалей для молитвы: сердце достань из-под привязанностей и страстей, да подними его к Богу, да освяти его разумом светлым – а то оно темно, и в нем гнездится всякая гадина. В молитве бей прямо в грешное сердце, в его особенные недостатки, выжимай их из него, не щади; пролей о них слезы: со слезами выйдут. А коли пощадишь сердце, не тронешь его, вся дрянь так и останется – и нет тебе пользы от молитвы.

Нет у меня этакой светлой деятельности мысли, чтобы всегда радоваться и благодарить Господа о своем состоянии.

Благоговею пред церковными словами: Слава Отцу и Сыну и Святому Духу всегда, ныне и присно и во веки веков, и пред другими в этом роде: тут и слава Богу, и всегдашнее пророчество. Велики эти слова.

Пусть сердце говорит в молитве – уста заговорят.

Какое отрадное уверение в том, что есть Существо, Которое любит меня искреннейше, горячайше, больше всех на свете, до того, что дает мне ежедневно есть Плоть Свою и пить Кровь Свою! Боже мой! И это действительность: дивный мир и восторженная радость уверяют меня, что это так; истина слов Твоих – тоже.

Отныне ублажат Мя вси роди [Лк. 1,48]. Да, доныне Ты была неизвестною, простою Девою, а отныне – о, величие! Ты – Приснодевственная Матерь Бога Слова; отныне Тебя ублажат, воспоют, прославят все племена земные во все времена до скончания века. О, блаженнейшая Матерь Света! Сотвори, да и нас назовут некогда блаженными!

Сердце сокрушенно, говорится, Бог не уничижит [Пс. 50,19]. Почему? Потому что оно сокрушенно, [размягчено] и, значит, нечистота вся из него вытекла, как из разбитого, наполненного разною грязью сосуда. То и беда, если сердце наше, нечистое, скверное от природы, от своего нерадения и от своей испорченности остается таким: в таком случае прибывают постоянно в нем нечистоты к нечистотам, и горе тому человеку, который не сокрушает своего сердца самовхождением, самосозерцанием, саморазмышлением. Какой признак сокрушенного сердца? А какой знак того, что сосуд, наполненный жидкостию, разбился? Тот, когда течет из него, просачивается жидкость. Так и признак сокрушенного сердца тот, когда из глаз текут слезы. С этими слезами выходит нечистота сердечная. Вот почему слезы в деле нашего спасения ценятся очень дорого, как знак выздоровления души. Вот почему в молитвах своих к Богу Церковь просит чадам своим слез, скверну сердца очищающих.

Грех неизбежно влечет за собою мучение; чтоб избавиться от мучения, нужно очистить грех слезами чистосердечного раскаяния. Бог велик и праведен. Мы – ничтожны; рука Его всегда над нами.

Подвизайся в молитве и очищении сердца. Бог призирает на труды твои и увенчает их по достоянию в свое время. Ты мал, ничтожен, и тебе кажется – не стоишь Божьего о тебе промышления? Но не такими ли малыми и ничтожными поначалу были все почти святые, и однако ж потом за их усердие к Богу, за их подвиги в очищении себя Бог прославил их. (Например, Зосима и Савватий Соловецкие; Антоний Сийский и многие другие.) И они также считали себя ничтожными. Ах! Как несомненно, что для Бога мы – все равны; за всеми Он одинаково назирает и всех оценивает единым взором Своим!

Думают, что грех – ничего; но грех – ужаснейшее, мучительнейшее, действительно существующее зло, от которого избави Бог всякого человека.

Я согрешил, но упование мое – Отец, прибежище мое – Сын, покров мой – Дух Святый.

Во время всякой службы зри умными очами к Богу и отнюдь не думай о людях. Что они для тебя? Овцы, следующие на глас твой. О, робость! О, малодушие непонятное!

Главное дело – не отчаивайся, всегда надейся на милосердие Божие. Говори: велики немощи человеческие!

Не оскорбляй Господа неверием и холодностию при совершении Таинств и каких бы то ни было треб, и всевозможно старайся поселить в сердце веру. Когда идешь совершать какую бы то ни было требу, ты неси непременно с собою и веру. Без веры не совершай ни одной требы. Ты дело имеешь с Господом, но ты Его не видишь, поэтому легко природе нашей, привыкшей к чувственному, забыться и вместо невидимого, но присущего Господа, иметь дело с тенью, с ничем. Вот отчего бывают иногда так тяжелы молитвы, произносимые без веры. Кроме веры в Господа, имей искренность сердца во время молитв: в них Церковь от всего искреннего, святого, любящего сердца желает приемлющим Таинство или какую-либо требу духовных или телесных благ. И ты вседушевно, искренно желай вместе с Церковию этих благ. Господи! Ты Сам даруй мне эту веру и эту искренность в молитве! Господи! Даруй мне не произносить без веры в Тебя, без искренности сердца ни одной молитвы.

Свобода, самодеятельность ума и сердца в молитве необходимы, как и при чтении книг.

Молитва, с верою произносимая, выгоняет из души смущение и боязнь сатанинскую. При молитвах нужно исчерпывать умом и сердцем всю силу молитв, всю силу слов их.

Во мне действует порою ложный стыд, тщеславие, гордость, самолюбие. Поэтому гнев твой глуп и грешен: он – плод ложного стыда или тщеславия.

Молитва тогда хороша, когда молящийся вместе с молитвою предается спокойному созерцанию.

От смущения и боязни, яже от диавола нам пребывающих во время молитв общенародных, легко избавиться сосредоточением сердца на предмете молитвы и чувством смирения пред Богом. Домашнею молитвою ты удобно прогоняешь из сердца смущение. Почему же и не общественною?

Углубляйся сердцем в истины веры, переживай их сердцем – и сердце твое утвердится на камне веры. Бойся поверхности в чтении и в молитве: беда от нее. Тогда, как ты ни заботишься глубоко проникать сознанием спасительным, очищающим в сердце свое, диавол сеет в нем свои плевелы и растлевает его.

Когда душа выйдет из тела, оно становится безжизненно, холодно, безобразно; кругообращение и водотворение разных жидкостей прекращается: остается мертвая, безжизненная глыба земли. Точно так же будет и с землею, если отнять у нее животворящего Духа Божия: вся жизнь в ней и на ней исчезнет; она будет холодна, безжизненна, не будет в ней этого животворного движения жидкостей в разных телах природы […].

Утешай себя мыслию об исправном совершении всех прочих треб, по милости Господней, – и возуповай, не отчаивайся. Соверши [рус.: утверди], Господи, стопы моя во стезях Твоих, да не подвижутся стопы моя [Пс. 16,5].

(Причина смущения во время молитвы есть недостаточная сосредоточенность в молитве.) Молитва есть духовная пища. Как телесная пища оказывается почти безвкусною, когда мы употребляем ее очень спешно, с жадностию, так и духовная пища теряет свой вкус для нашей души, когда мы произносим слова ее очень спешно, с намерением скорее кончить. В обыкновенном вкусе язык разлагает пищу на составные ее начала и в этом разложении находит для себя вкус; так и в душевном вкусе душа разлагает молитву на ее начала, то есть на слова или понятия, и находит для себя в этом вкус. Без разложения молитвы, без усвоения ее себе нельзя находить сладость в молитве.

Из бесконечного множества сущего останавливайся чаще всего на Трех во едином Существе – от Коих всякая сущность, и всем существом благоговей пред Ними. В Отце, Сыне и Духе Святом средоточие всякого бытия.

Просвети меня, вразуми меня, наставь меня, Господи мой, Господи, да не согрешу Тебе…

Довольно… но если бы и нет… мир лучше довольства.

Страсти выгоняют из сердца Христа и Духа Святого. О! Как же нужно не пускать их в сердце!

Как клопы, педикули и блохи, также внутренние пресмыкающиеся – глисты и черви, распределяются природою людям для того, чтобы они высасывали у них лишнюю кровь и лишние соки, – так и тунеядцы у некоторых, не бедных людей имеют по отношению к этим подобное же назначение: высасывать у них лишнее достояние, чтоб оно не послужило к порче человека, им обладающего. Вот польза от тунеядцев!

В природе вода наполняет землю и растения, а солнечная теплота усвояет влажность и ток земной частицы растениям. Так благодать Иисуса Христа напояет сердца христиан, как вода (из чрева потекут реки воды живой [Ин. 7,38]), а Дух Святой, как животворящая теплота, усвояет ее сердцам их.

Для человека немного нужно, лишь бы он не был жаден. Жадность – вот беда наша! Скупость – вот слепота наша!

Часто человек под личиною доброхотного подаяния скрывает, сам того не замечая, скупость и любостяжание. Испытайте его, и вы увидите. Потребуйте от него вдруг и сряду нескольких больших жертв – и вы заметите, как неглубока, поверхностна его добродетель доброхотного подаяния. Он откажется от этих пожертвований или, если неизбежно нужно принести их, будет делать это с ропотом.

Видно, Богу угодно, чтоб три шурина за известную цену жили у меня, и не за большую.

О благотворнейший ток слез! После тебя прекращается самая мучительнейшая, отчаянная болезнь сердца, причиненная грехом, выходит из сердца лукавый и убегает далеко. Даруй же мне, Господи, всегда горькие слезы после каждого греха!

Бог, сказано, искушал Авраама [Быт. 22,1]. Слышишь? Так Он искушает и всякого, старающегося жить добродетельно, чтобы поставить его в надлежащем виде пред лицем Его Самого и чрез то очистить его, как золото, от всякой удобосгораемой, нечистой примеси.

Как важна, многознаменательна в порядке нравственном жизнь нашего сердца, чистота или нечистота его, его страстное или спокойное, бесстрастное состояние! Когда оно нечисто, подвержено страсти, тогда – увы! не ждите от человека, у которого такое сердце, никаких хороших поступков: он сам не свой; а если бесстрастно, спокойно – тогда все у него идет плавно. Сердце обыкновенно и ум увлекает за собою: этот, обыкновенно, большею частию вторит сердцу. Потому часто бывает, что, если на сердце у человека тяжело, если оно совсем не расположено к какому-либо делу, хоть бы очень нужно было делать его, – в это время отказывается служить и ум: он затмевается, а оттого иногда и самые уста невольно заграждаются. И потому необходимо всячески хранить свое сердце в мире, в бесстрастии.

Заглядывай чаще в свое сердце, спускайся в глубь его: приведи в ясность сознания все, что в нем есть худого, и [измечи] во вздохах сожаления или в горьких слезах раскаяния всякое зло, скрывающееся в глубине сердечной.

Ах! Как многие остаются беспечными в отношении к своему сердцу: не хотят заглядывать в него и рассматривать тщательно, что в нем накопилось худого. Очень много теряют такие люди для своего спасения!

Братия! Был я на могиле, только что вырытой для покойника, и видел на поверхности вырытого могильного песка много голов человеческих, совершенно обнаженных от мяса, – с одними костями и отверстиями бывших чувств. Тут торчали челюсти с зубами; видна была темная глубина глазная, отверстия от ноздрей и ушей; черепы эти были попираемы людьми. Я повернул ногою один череп и подумал: ведь это наши черепы; ведь и мой череп будет, может быть скоро, таким же, и моя гордость, мое величание скоро будут, как говорит Иов, подобны пепелу. Ах! Люди суетные! Придите, посмотрите на эти черепы и подумайте, что с вами будет, – и отбросьте в своей жизни то, что составляет только пищу тления.

При находе страстей обыкновенно идет сначала, или по крайней мере большею частию бывает (у людей, которые не первому натиску неприятеля уступают победу), борьба помыслов страстных, возмутительных, мнимо справедливых с помыслами добрыми, противоположными, христианскими. Надобно стоять в этой борьбе твердо, мужественно и не уступать врагу победы. Помыслы добрые должны восторжествовать над противоположными им, хотя бы это стоило человеку и пожертвований, по-видимому, таких, коих, по его расчету плотскому, не следовало делать. Пожертвования эти обыкновенно бывают больше плотские, чувственные: в гневе – уступка каких-нибудь своих прав; в распутстве – отказ чувственности; в скупости – отказ себе в деньгах, которого бы не следовало делать по расчету плотскому, и проч. Но та беда, что обыкновенно мало или вовсе не противятся приступам страстей, и оттого они, взявши силу над людьми, тиранят их.

Довольство всем и всеми и спокойствие душевное – вот что должно быть постоянно предметом твоих забот и стараний, вот что делает человека счастливым в жизни; вот состояние, в котором ты должен быть всегда, постоянно.

Отчего Спаситель удивился вере сотника? Оттого, что эта вера была достоянием чистого, доброго, простого сердца сотника и была редкостию между тогдашними людьми. Хотя вера есть дар Божий, но этот дар дается только людям с сердцем, способным вместить такой дар.

У тебя нет христианского смирения – всеми мерами старайся приобрести его. Без него никогда не будет у тебя живой, плодотворной веры в сердце.

Обращу праздники ваши в сетование [Ам. 8,10], говорит Господь. И мне это Господь сделал во гневе Своем на меня.

О вера! О упование! Не оставляйте меня! Боже мой! Не удаляйся от меня!

Сомнение, малодушие, смущение – от неверия, от безнадежности: я – в постоянной, душевной борьбе: почти минуты нет мне покоя. То страсти, то помыслы разные борют меня.

Вы молитесь, но не знаете, доходит ли молитва ваша до Бога. Доходит, братия, непременно, если вы молитесь не телом только, но и душою, сердцем, и чем больше молитва ваша искренна, усердна, тем скорее услышит вас Бог. Смотрите, Иисус Христос молился Отцу Своему – и как скоро получал ответы на Свою молитву. Так и ваши молитвы слышит Бог непременно, хотя вы и не знаете, как это бывает. Бог, братия, недалеко от каждого из нас [Деян. 17,27]: Он одесную нас. Только молитесь духом, только кладите на сердце слова молитвы – и Он услышит вас. Сладость на сердце, свет в уме скажут вам об этом.

Сначала очисти сердце, а потом старайся прививать к нему веру, надежду и любовь. Говори себе чаще: я – странник и пришлец на земле.

Спаситель мой с учениками Своими не имел где главы подклонить и жил с ними добровольными приношениями. А я имею и кров надежный и постоянный, верный кусок хлеба. Что же мне остается пожелать? Ничего. Нужно только благодарить Бога и делать дела служения своего. Спаситель мой – образец мой. Он всем учением, всею жизнию, всеми делами Своими показал, что к настоящей жизни и ее благам привязываться не нужно, что прежде всего нужно искать Царствия Божия и правды его. Так и ты докажи делами свою веру в будущую жизнь, покажи свое пренебрежение к настоящей, к благам ее. Ты священник: ты пример должен показывать другим своею жизнию. А как мы далеко заходим в привязанности к настоящей жизни с ее благами, как гнетем, мучаем свое сердце этой привязанностию! О, сети диавольские! Добродетель бескорыстия, нелюбостяжания! Поселись в сердцах наших! Сколько привязанностей страстных – столько и сетей диавольских.

Употребляй для своего удовольствия или на свои нужды блага Господни: для того и дал их тебе Бог. Говори это помыслу скупости.

Из двух зол избирать нужно меньшее. Если сердце отчего-нибудь скорбит, предается унынию или сильной тоске, то можно развеселить себя чем-нибудь, например, какою-либо песнью, или даже каким-нибудь чувственным удовольствием, например вином или другим чем. Дайте, сказано, вино огорченному душею [Притч. 31,6].

Если в сердце твоем есть остатки какой-нибудь страсти, Христос не может быть в нем. Вот почему иногда после причастия ты не ощущаешь в сердце мира и радости, а томление.

Замечаешь ли ты, что диавол старается поселить в тебе страх и отчаяние во всяком почти добром деле? А ты старайся приложить упование на упование.

Господи! Исповедую пред Тобою грех мой: Аз же рех во обилии [рус.: в благоденствии] моем: не подвижуся во веки [Пс. 29,7], что я утвердился на добром пути и мне трудно сбиться с него. Я забыл сказать Тебе: Господи! Волею Твоею подаждь доброте моей (добрым расположениям, добрым делам моим) силу, потому что ничего не значит всякая доброта наша, если Ты Сам не направишь ее, не дашь ей силы и чистоты Своей. И что же? Отвратил же еси лице Твое, и бых смущен [Пс. 29,8]. И как смущен? Смущением сильным, долговременным. Господи! Утверди же меня опять в прежней доброте и волею Твоею подаждь доброте моей силу!

Господи! Исцели смущение души моея и восстави в ней тишину спасительную.

Господи! Ты пришел разрушить дела диавола – разруши и во мне эти дела диавольские. Верую, что разрушишь: диавол не только мой злейший враг – но и Твой. Ты и за Себя, не только за меня, отмстишь ему в свое время. Но и ныне, Господи, отмсти ему за меня, скоропреходящего, не дай ему ругаться надо мною.

Твердо знай и всегда помни, что ты 1) не положил никакого доброго начала своей жизни и 2) что ты безо всякого преувеличения хуже всех людей. И потому 1) моли всегда Бога, чтобы Он помог тебе положить начало добродетельного жития и 2) старайся, при помощи Божией, нести покаяние во грехах.

Когда найдет на тебя омрачение страстей, тогда взгляни ты на прекрасный мир Божий, на это торжество жизни, повсюду видимое в природе; взгляни и на небо, усеянное звездами, представь, какие сокровища уготовил там Бог любящим Его, – и не ослепляйся жития страстьми, не сковывай ими бессмертного своего духа.

Во имя Господа Иисуса Христа буду терпеть и лукавые, хитрые взгляды (око лукавое), и словесные оскорбления, и насмешки, и колкости и, если бы даже нужно было, заушения и заплевания, и расхищение моих имений, ведуще себе имение пребывающее и лучшее, непреходящее на небеси. Иисус Христос все это претерпел ради меня и мне велел терпеть. Если буду терпеть Христа ради, мне терпеть будет легко, меня подкрепит Христос, и на сердце у меня не будет тяжело, я не буду мучиться внутренно; а если не буду терпеть ради Христа, а буду всем раздражаться – тогда потребуется от меня другое, адское, мучительнейшее терпение: внутренно я буду разрываться от гнева и досады, диавол увеличит мой гнев в десять раз; прощай тогда спокойствие душевное, прощай любовь к окружающим и к прочим людям, мирное, дружественное собеседование с ними; прощай светлость головы или мысли: адская темнота покроет душу, и как бы исчезнет тогда светозарный мир Божий для человека, а будет только как бы он один с своими внутренними мучениями, с своим домашним адом.

Кто питает в душе своей зависть, ненависть, скупость или другие страсти, того сердце исполняет сатана: не ищите в том сердце Христа или Духа Божия; в этом состоянии человек – сын погибели.

У кого терпения нет, у того любви нет: потому что любовь долготерпит [1Кор. 13,4].

Лукавый обманывает тебя: он тесно связывает твое имущество с тобою самим. Но ты замечай его козни, и когда он станет тебя смущать помыслами об этом предмете, скажи ему: это – не я, а я – будь покоен.

Надобно, чтобы в молитве от нашей души к Богу непременно проходил прямой луч, соединяющий душу с Богом; ум и сердце должны быть непременно всегда направлены к Нему.

Не думай о славе людской и не ищи ее, а думай единственно о славе Божией и ищи ее одной. Ты поистине смешон в своей страсти, и потому извини, если другие смеются над тобою и не совсем уважают тебя. Ты сам себя унизил.

Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу [Иак. 4,4]. А ты хочешь быть другом миру. Это видно из твоих поступков. Берегись!

Бегай тщеславия домашним убранством: старайся угодить Богу делами добрыми. Возносись бессмертным духом выше тления.

У меня всего довольно, и все у меня хорошо. Не значит ли гневить только Бога, когда я смею предаваться тоске и печали?

Помни заповедь Спасителя: возлюби ближнего твоего, как самого себя [Мк. 12,31], и старайся соблюдать ее во всей ее силе: люби, как себя, каждого ближнего: чего себе желаешь, того и ему желай, что себе делаешь, то и ему делай, и чего себе не желаешь и не делаешь, того и ему не желай и не делай.

Присутствие в человеке духа тьмы обнаруживается тьмою, мраком в голове, смущением, боязнию, унынием, тяжелым томлением в сердце. Но больше его присутствие приметно в сердце: он спирает, стягивает его адскими заклепами. От сердца начинает он свои действия и оттуда простирает их на ум, воображение и память, чрезвычайно стесняя круг их действий чрез омрачение их. Человек, подверженный его действию, обыкновенно слеп среди белого дня, как нетопырь: открытыми глазами ничего не видит, кроме предмета своей страсти; для него как будто ничто не существует. О помрачении помыслов и мятеже мысли, наводимых на человека от диавола, упоминается в молитве водоосвятительной при Таинстве Крещения. О смущении и боязни, яже от диавола пребывающих, упоминается в молитве Василия Великого на Великом повечерии. Он прогоняется из души усердною молитвою и знамением креста, с верою полагаемым на персях и на чреве. В этом случае легко заметить мгновение его выхода.

Человек, который допускает в сердце своем жить страстям, порождению диавола, мало-помалу заражается сатанинскою гордостию, которая делает трудным обращение человека к добродетели, потому что такой человек нелегко сознается, что он – великий грешник, но что будто бы он ничего особенно предосудительного не делает, что будто бы он прав и в самых так называемых страстях.

Посмотрите, братия, кто вы, призванные: не много из вас мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных… для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом… хвалящийся хвались Господом [1Кор. 1,26–31]. Прекрасно идет это место ко мне: меня призвал Бог тоже, как и этих коринфян, не из премудрых, сильных и благородных века сего, а из немощных, худородных и уничиженных, чтоб я не мог похвалиться чем-нибудь будто бы своим, но чтобы хвалился единственно Богом. Помни же свое звание!

Как различна жизнь твоя от жизни апостолов: как она покойна, даже не чужда изнеженности, не исполнена забот искренних, непрестающих! Они буии46 о Христе – ты представляешь себя мудра; они немощны, а ты представляешь себя крепким; они бесчестны, а ты славен и ищешь славы людской. Они и алчут, и жаждут, и наготуют, и страждут, и скитаются, и труждаются, делая своими руками: злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим; хулят нас [1Кор. 4,12–13] – молятся за хулителей; они как отребие мира, для всех попрание. А ты и сыт, и одет, и ни от кого не страдаешь, и покойно живешь на одном месте, проводя едва не большую часть времени в праздности. Тебя не укоряют, не гонят, не хулят, а, напротив, хвалят, ты в почете; пред тобою многие преклоняют свои головы; отребием мира ты и не думаешь быть – и что же?.. При всем том ты часто желаешь лучшего, большего. Какого ты достоин за это наказания? Каких мучений? О, слепота! О, неблагодарность! О, испорченность человеческая!

Ты часто оскорбляешь Меня неверием, а Я, по бесчисленным опытам твоим, – мир твой, радость твоя. Без Меня ты – пленник диавола, раб страстей; ни мира, ни радости нет в твоем сердце, а смущение и тяжесть мучительнейшие.

Когда ты во время литургии или в другое время возбуждаешь свою веру, а она не возбуждается, зовешь ее, а она не отзывается на голос – тогда знай, что диавол в твоем сердце, и он выгнал твою веру. Плачь и молись, чтобы он вышел, тогда и вера придет.

Целую неделю демон [avaritia47] терзал меня и в отчаяние повергал. Но воскресная литургия, то есть принятие Святых Даров, исцелила мою душу.

Ты оскорбил Христа: подал нищему небольшую двухкопеечную монету и сказал: твое счастие. Насмешка это что ли? Много что ли ты подал? Какою мерою мерите, такою и вам будут мерить [Мф. 7,2].

Благодатию пречистых Таин я стою прямо и не совращаюсь ко злу, если буду бодрствовать над собою: так хорошо причащаться. Но не принимая значительное время животворящих Таин, я удобопреклонен ко злу, и диавол легко овладевает мною.

Что за обман! Что за тиранство! Грешу, и то невольно, минуту, а мучаюсь часы и дни! Господи! Когда будет победа на моей стороне?

Несмотря на тяжесть, производимую во время молитвы бесовским наваждением, не должно ослабевать во время ее, но терпеливо и с возможным спокойствием продолжать ее.

Твоя слабость, малодушие, робость – следствие […] твоей молодости.

В молитве представляй пред глазами Бога Судию и себя как грешника.

Не было требы, на которой бы не преткнулся, и – увы! против моей собственной воли; во время преткновений я был пленником. Для того, чтобы не претыкаться, нужна смелость и неторопливость.

Если ты ропщешь на Бога в неудачах, которые суть следствие твоих же, кроющихся внутри слабостей, то ты горд, самолюбив. Смиряйся пред Богом при всякой неудаче.

Если ты в чем-нибудь сильно согрешишь, не отчаивайся и не скорби неутешно: Бог, по милосердию Своему, даст тебе случай заслужить опять и милость Его (как это и случалось с тобою часто, и сегодня случилось).

Если ты пред литургией уязвишь совесть свою каким грехом, то не медли выплакать его, иначе причастишься недостойно. Вот отчего бывает у тебя иногда тяжело на сердце после самого причастия.

Иудеи знамения просят и еллины премудрости ищут [1Кор. 1,22] от проповедующих веру Христову, а вера Христова есть ей и аминь [2Кор. 1,20], то есть совершенно истинная, требующая младенческого доверия нашего. Итак, просить знамения и искать премудрости в вере есть признак гордой души, недостойной принять такую веру, как наша. Господи! Даруй мне предаться вере, подобно младенцу.

Царство Небесное силою берется [Мф. 11,12]. Это значит, что жизнь по вере не достается даром, но нужно трудиться, чтобы иметь внутренние признаки в себе Царствия Божия.

В неудачах не унывай. Это грешно.

Пред сильными и знатными мира сего особенно нужно поведать славу Божию, как бы трубою греметь. А ты упадаешь пред ними духом. Разве вера наша только для простого народа? Разве она, почитаемая мудрыми века сего буйством48 – не мудрее человеческой премудрости? Буее Божие премудрее человек есть [1Кор. 1,25].

Во утверждение христианского упования. Когда преткнешься в богослужении, не отчаивайся нимало, ни на минуту, но сейчас же поправься; а если и не поправишься как следует, и совесть будет мучить тебя, и наказание постигнет душу твою – тоже не отчаивайся, особенно если это во время обедни и Дары Господни еще не употреблены: вкушай Тело и Кровь и в то же время от сердца проси Господа, чтобы Он оставил тебе твой грех, чтобы Тайны были тебе в радость и веселие, – и непременно будет по желанию твоему. Так случилось и сегодня (16 августа). Я преткнулся на молебне, и мне мучительно было, особенно оттого, что я давно стараюсь не претыкаться, не спешить – и все-таки спешу, претыкаюсь; но не отчаялся я, а с упованием стал просить от сердца отпущения греха моего, и – о, чудо! – Милосердый оставил грех мой и возрадовал меня. А я думал по-прежнему, что мне придется мучиться целый день.

Ночью на 16 августа в видении я был (как посетитель) в месте отверженных от Бога духов. Страшно было их положение, их муки, в которых они томились. Впечатление, которое я вынес оттуда, было так глубоко страшно, поразительно, что я ни за что на свете не решился больше побывать там почему-либо.

Когда какая-нибудь страсть начинает овладевать тобою, начинай петь: К Тебе утренюю… и Столп злобы…49 Душа невольно умиляется этими песнями, поемыми во время Страстей Господних.

Когда нужно, Вездесущий гремит в известном месте гласом Своим, как, например, Бог Отец возгремел, Своему свидетельствуя Сыну; или Сын Божий Иисус Христос возгремел также с небес Савлу; в Ветхом Завете Он являлся на земле то в купине, где назвал Себя Сый, то на Синае, где долго разглагольствовал с Моисеем; так из снисхождения к нашей немощи, Бог из вездесущия Своего как бы ограничивает Себя, становясь сущим как бы только в известном месте. Так Он и теперь, по обещанию Своему, присутствует там, где два или три собраны во имя Его [Мф. 18,20].

Молитвы и славословия церковные (конечно, и Священное Писание) прошли столетия, прошли чрез миллионы уст. Как же они должны быть почтенны в глазах наших! С каким благоговением должны мы читать или слушать их! Кроме того, они стоят всего нашего почтения и потому еще, что они составлены святыми, великими мужами, вдохновенными свыше. Боже! Славословимый во все века смертным родом нашим! Принимай и от нас, маловеров, недостойных возносить к Тебе грешные гласы свои, мольбы и славословия и укрепи нас в служении Тебе.

Темная сила во мраке только и действует: свет не ее область, а Божия; во свете, при светлом состоянии ума, сердца и воображения она не может действовать.

Во время молитвы должно иметь совершенное спокойствие и нимало не спешить мыслию и сердцем к концу молитвы. А лукавое сердце, если почувствует неохоту к ней, увлекает за собою и мысль, понуждая ее к непростительной поспешности. Потому необходимо бодрствовать за сердцем и мыслию во время молитвы или, лучше: силою веры, надежды и любви заставлять их с усердием предаться в молитву.

Что за повреждение в моей природе! Грех, страсть всегда меня обманывают: с первого раза благовидны, но всегда горьки по своим плодам – и я, однако ж, вовлекаюсь в них легко; добро, добродетель всегда правы, всегда верны, всегда успокоительны, благотворны по своим последствиям – и я с трудом достигаю их.

Не предавайся унынию, когда ненавидят, хулят, злословят тебя. Вспоминай чаще, как возненавидели, злословили Господа. Терпи и будь спокоен.

Господи! Даруй мне ставить себя ниже всего, что в самом деле выше меня, равно мне и даже ниже меня: я в самом деле часто бываю хуже и скотов бессмысленных. Господи! Даруй мне ставить ни во что деньги, пищу и одежду. О, проклятая лесть богатства!

Бери себе пример со своей жены: она с самоотвержением любит тебя и своих, и ты люби с самоотвержением. Доколе у тебя эта жадность? Доколе эта скупость?

Смотрю на травки, цветочки, деревья, на птиц, на рыб, на зверей и всяких гадов50 – и вижу, что везде точное исполнение творческих законов, и потому все прекрасно. Смотрю на людей, и – увы! мало, бесконечно мало исполнения законов Вседержителя, и оттого сколько беспорядков, сколько безобразия, сколько страданий в жизни их! Сколько подъемлет тяжести ради людей и самая неодушевленная природа: небо над головами нашими – медное, а земля – железная; все засохло, истлело.

Злые демоны стараются всячески соблазнить человека во сне разными видами, могущими питать наши страсти, а добрые Ангелы стараются занимать ум и сердце священными молитвами и песнопениями, делая уста псалтирью.

Вижу, Господи, что Ты как за руку ведешь меня совестию моею. Ты незрим, но как Ты ощутителен каждую минуту моей жизни!

Невидимая рука подает нам и пищу, и питье, и лакомства, и игрушки – как отец детям; а мы, как недобрые дети, неблагодарны Ей, даже как будто не хотим знать Ее. А это – Бог.

Господи! Призри на немощь мою. Вот я хочу писать слово – и нет у меня слова, в голове моей темно, мысль связана, воображение мертво; сердце слабо, без жизни. Жду от Тебя, Источника разума и премудрости, помощи – и не вижу ее. Доколе, Господи, не слышиши мя?.. Просвети ум мой светом разума святаго Евангелия Твоего… Вот Ты услышал: мысль моя стала свободна и ясна; вот потекла она мерною струей; вот и сердце ожило. Слава Тебе, Господи!

О сердце! Сердце! Сердце! Ты само причиняешь себе мучения! Когда плоть и диавол станут тебя искушать заботою о большем снискании средств для приобретения пищи, пития, одежды, противопоставь им слова Спасителя: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? [Мф. 6,25–26].

Когда ты говоришь, то хочешь, чтобы тебе верили, и оскорбляешься, когда не верят. Как же ты смеешь не верить, когда говорит Самая Истина? Как ты Ее оскорбляешь, сын сатаны?

Чего от нас хотят Закон и Пророки? Не многого: во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними (Мф. 7,12).

Заповеди Спасителя, выбранные из Евангелия. Должно творить плоды покаяния всякому, а то и секира при корени древа, то есть при корне нашей жизни, лежит: всякое дерево, не приносящее плодов добрых, посекается и во огнь бывает вметаемо [Мф. 3,10]. Заповеди о блаженствах.

Мы соль земли и должны стараться, чтоб не обуять51, не потерять внутренней силы.

Мы – свет мира и не должны скрывать своих талантов, своих добродетелей.

Правда наша должна быть выше правды книжников и фарисеев. Не гневаться напрасно; приносить Богу дары чистым, любящим сердцем. Не смотреть на женщин с вожделением, не только не иметь с ними связей. Затворять чувства от соблазнов. Не разводиться с женами. Ничем не клясться, а говорить только: ей, ей и ни, ни [Иак. 5,12]. Не отмщать за обиду, но все терпеть и даже отдаваться в волю обидящих. Просящим не отказывать; любить и врагов; милостыни не подавать с тем, чтобы за это славили люди. Молиться без лицемерия, искренно, внутренно; избегать в молитве многословия. Читать больше Отче наш. Отпускать другим погрешности. Во время поста не лицемерить, не показывать себя сетующим. Не скрывать сокровищ, богатства на земле, но скрывать на небе, чрез подаяние милостыни. Хранить ум светлым – для благосостояния духовной нашей жизни (чтобы не претыкаться и не падать), как мы храним зрение для благосостояния тела. Не разделять души своей между Богом и мамоною, а все предать Богу. (А как мы недостойно молимся!) Не заботиться о пище, питии, одежде… душа выше всего этого, а искать прежде Царствия Божия и правды его: прочее будет непременно дано. Даже о завтрашнем дне не нужно заботиться. Не осуждать других; не проповедовать святое слово, не преподавать Святые Тайны псам и свиньям, то есть живущим в неисцельном нечестии, без надежды исправления, живущим невоздержно. Просить о своих нуждах Бога, искать и толкать, то есть не отставать от Бога. Делать другим то, что себе хотим от других. Идти узким путем в Царство Небесное. Узнавать людей по плодам их. Творить волю Отца Небесного, а не говорить только: Господи! Господи! – а делающие беззакония, хотя бы они были пророки, хотя бы они выгоняли бесов и сделали много чудес, – пойдут в муку вечную. Все эти заповеди нужно исполнять, а не слушать только.

Нужно иметь самую искреннюю, живую веру в Бога (сотника), которая верит без сомнения, что Бог по благости и всемогуществу Своему исполнит всякое прошение наше, клонящееся к нашему благу. Нужно идти за Иисусом и оставлять мертвым погребать своих мертвецов [Мф. 8,22]. Это значит: служить спокойно и чинно литургию, не торопясь, когда нас просят поторопиться к отпеванию покойника на кладбище. Не быть страшливым от маловерия, но быть бодрым от веры.

Странная недоверчивость к самому себе, к способности, к обращению языка! Когда молчат певчие или дьячок во время чтения молитвы Христе, Свете истинный… я сбиваюсь языком по прочтении нескольких слов, смущаясь духом, а когда тотчас запоют, я говорю спокойно, беспреткновенно! О грешная плоть! Сколько ты приносишь мне печали! Как ты глупа!

Господи! Даруй мне помнить чаще, что Ты из ничего меня произвел на свет и все, что я имею, дарствовал по великой Твоей милости.

Тело человека, животного, тело плода, например арбуза, дыни, – одного Творца, одной Премудрости, из одной земли; человек – плод; животное – плод и арбуз – плод. О Боже! Даруй мне видеть Тебя, Единую Премудрость, везде, во всяком плоде земном. Тело человека, тело животного и тело плода – цель, торжество физической природы: вся органическая природа стремится воспроизводить себя.

Замечаю, что диавол жестоко ругается надо мною, по моему неблагоразумию. Господи! Да не будет сего отныне. Ах! Да не поднимается сердце мое никогда на Бога и на жену!

Как пьяному кажется, что земля, на которой он стоит, кружится под ним, так и человеку в припадке горести и душевной скорби кажется иногда, что не он изменился, а Бог так к нему переменился.

До крови не подвизался ты противу греха? Стой до крови.

Праотец Адам предал нас диаволу, и мы чрез него по праву принадлежим ему, потому и он оспаривает нас у Бога как собственность. Но надобно всячески противиться ему.

С тех минут, как я помолился от сердца Владычице мира, на душе моей стало легко. Не оставляй же меня, Владычице, и на будущее время.

Кто прилепляется чрез страсти к диаволу, тот один дух с диаволом, тогда как прилепляяйся Господеви един дух есть с Господем [1Кор. 6,17].

Молитва церковная тогда имеет свое достоинство, когда она становится совершенно расположением нашей души.

Противься всякой дурной мысли, всякому чувству вражды или неприязни к другим, и Бог поможет тебе – мысли добрые, чувства любви возьмут в тебе перевес; в противном случае одолеют тебя мысли и чувства противоположные. Все достается победою. Каждый шаг в нравственной жизни, как и в политической, приобретается кровию. Не замечаешь ли, как в политическом мире известному государству, достигшему высшей степени могущества и славы, трудно вновь расширять свои владения? Соседние державы зорко смотрят за каждым его шагом и лишь увидят его попытку шагнуть вперед – тотчас всеми мерами стараются остановить его, и в случае решительного намерения того государства распространить свои пределы объявляют ему войну. Так и здесь – в жизни духовной.

Доколе внушаешь мне? Почитай всегда человека выше материальных выгод жизни, т.е. […].

Тяжесть твоя на сердце – это нечистота сердечная; смыть ее нужно без промедления. И то она одолела тебя и не дает ничего делать надлежащим образом.

Владычицу прославь, Благодетельницу не забудь; не забудь восписать52 Возбранной Воеводе победительная… яко избавился еси от злых, благодарственная.

Ни от чего не унывать и быть всегда бодрым.

При слезах сердечного сокрушения о грехах происходит чувственно духовное явление, подобное рвоте. Как при рвоте желудочные нечистоты червеобразным движением желудка и кишок извергаются вон, так и при слезах нечистоты сердца подобным же движением внутренностей извергаются вон. Оттого после слез всегда легко на сердце. Иногда человек долго не плачет. Но какая-нибудь великая потеря или неприятность – и он горько и долго плачет по Бозе. Это милость Божия. Через слезы выходят из сердца все греховные нечистоты, прежде в нем скопившиеся.

Чтобы достойно причаститься, нужно по возможности молитвою и сокрушением сердца очистить оное от всякой, даже малейшей скверны греха и живою верою как можно глубже ввести в сердце Христа. Но если в сердце останется вольная нечистота греха, тогда Христос не может обитать в сердце: Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? [2Кор. 6,14–15].

Благодарю Бога моего, очищающаго вся беззакония моя [Пс. 102,3]. Что, если бы Он не очищал их? Они, как адские псы, заели бы меня.

Диавол будет отклонять тебя от Бога безверием, безнадежностию или отчаянием, сухостию сердечною, помрачением ума; будет искушать тебя, наклоняя твое сердце к страстям, которые еще остаются в тебе, – а ты стой твердо, призывая в помощь Господа Иисуса.

Не гордись никак – вечно слово Господа: всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится [Лк. 18,14].

Не прилагай сердца к деньгам: пусть они иждиваются. Пусть тлен, прах останется тем, чем он есть. Пусть вечная душа занимается вечным.

Во время чтения все внимание сосредоточивай на том, что читаешь, ум и сердце впери в то, что читаешь, а нашептываний злого духа, внушающего тебе сомнения, неверие, противоречие или гордое состязание с тем, чье творение или слова ты читаешь, отнюдь не слушай. От плод его (злого духа) познаешь его.

Благоразумно ли и с чем сообразно только что начавши путь – думать уже стать на конце его или, чтобы скорее пройти его, начать скакать по нему? А ты делаешь нечто подобное. Дела, требующие времени, – то же, что дорога.

Люди! Вы живете, забывая Верховного Владыку, оскорбляя Его святость разными беззаконными делами; но Он терпит вам только до времени. Горе вам, когда откроется Его правосудие. Когда Его правосудие открывается здесь, на земле, во гласе совести – и тогда тяжек суд Его; но во сто раз он будет тягчае после смерти, на Суде.

Как я мал, ничтожен! Я согрешил и не могу никак уклониться, да и не дай Бог уклоняться от невидимой, карающей руки, которая отяготеет на мне всею тяжестию неумытного Суда; благоугождаю я Богу – и рабу Божиему бывает хорошо: мир и радость на душе. Так, я каждую минуту ощущаю на себе следы владычества невидимого Бога моего – между тем как во мраке ума моего лукавый нашептывает мне, что Вышний отвратил от меня лице Свое, да не видит до конца.

Дух Святой осеняет Деву Марию, и Она зачинает от Его наития; из этого видим, что Дух же Святой возращает и младенцев во утробе матерней и оживотворяет их.

Все ваше, и я ваш. Дай Бог, чтоб всегда и всем нам быть едино, и никомуже глаголати что свое быти [рус.: и никто ничего… своего не называл своим] [Деян. 4,32].

И когда ты сеешь, то сеешь не тело будущее, а голое зерно… [1Кор. 15,37]. Бог же дает ему тело. Ты недоумеваешь, как тело, рассыпавшееся в землю, воскреснет. А какою силою воскресает из земли семя, например, пшеницы, арбуза, огурца или другого чего? Это семя так же умирает в земле – как же оно воскресает, оживает – и с таким избытком? Бог дает ему, говоришь, тело. Так точно и тебе Бог даст тело, цветущее бессмертием.

Если тобою начинает овладевать чувство смущения и боязни, прочитай с усиленным вниманием особенно утешительную главу из Евангелия или апостольского послания, например, апостола Павла к Коринфянам (предпоследнюю или последнюю, или другую какую); воодушевись ею – и отбежит от тебя смущение; радость веры проникнет в твое сердце. Диавол силится унизить нас в глазах нас самих и достигает часто своими темными влияниями на душу нашу до того, что человек трепещет всякого, даже самого низкого человека, над которым он всегда должен возвышаться духом, которым он должен бы был повелевать. Между тем чтение Евангелий и посланий апостольских, напротив, возвышает нас в глазах нас самих, сообщает духу нашему величественную важность и спокойствие, прогоняет страсти и благоустрояет все дела наши.

Надобно, чтобы святые истины веры жили в нашем уме и сердце; надобно, чтобы в голове и сердце было спасительное брожение этого духовного благовонного вина, веселящего и оживотворяющего наши сердца в противоположность тлетворному, зловонному брожению страстей.

Что вознесло Матерь Божию превыше всех тварей? Смирение. Бог призре на смирение Рабы Своея [Лк. 1,48]; награжденное смирение ублажают все роды. Старайся же и ты больше всего о смирении. Бог смиренным дает благодать, а гордым противится. Дай, Боже!

О незримая, но сладостно ощущаемая душою благодать Божия! Блажен я тобою. О чудная сила сердечной молитвы! Преобразуешь, претворяешь ты меня из человека-грешника, стенящего под бременем собственных беззаконий, в человека оправданного, в чадо Божие, мирно, радостно почивающее в объятиях Отца! О святые Божии, ходатаи наши, в особенности Пресвятая Дево Богородице, святый великий Иоанне Предтече Христов! Сильно ваше ходатайство за нас, грешных! По молитве нашей вы преклоняете к нам Бога на милость и услаждаете сердца наши невидимым, но тем не менее действительным влиянием вашим на души наши!

Боже преблагий! Спаси Ты меня, грешного, ради имени Твоего! Не смотри Ты на неправды мои, ежедневно мною совершаемые, но посмотри на те минуты в моей жизни, когда я весь, безраздельно принадлежу Тебе, когда слезы умиления текут из глаз моих, когда я желаю всею душой, как птичка в горы, улететь к Тебе из грешного мира, от себя самого, от грехов моих, чтоб больше не грешить мне, не прогневлять Тебя, всеблагого Бога и праведного Судию моего!

Господь на земле: всем проповедуется, что Он пришел, что вера в Него спасает, и многие спасаются. Но кто же проповедует об Нем во аде? Что же устрояет Промысл? Ирод пирует; девица пляшет, угождает всем, и Ирод обещает ей что угодно. Ревность по Боге Крестителя, обличавшего Иродиаду, венчается мученичеством, и Иоанн во аде. Для чего? Он там Христа проповедует.

Продолжение чтения из Псалтири

Псал.77. Как дивен Бог в делах Своих! Вот Он (ст. 13 и далее) разверзает море и проводит сынов Своих посуху: поставил воды стеною [слав.: представи воды яко мех]: волны поднимались и опускались, и между тем, как стена, огусте оба полы вода (подобие меха). Наставляет их: днем вел их облаком, а во всю ночь светом огня (руководит). Разверзает камень в пустыне и напоил их, как из великой бездны [слав.: и напои я яко в бездне мнозе (в океане)]; из скалы извел потоки, и воды потекли, как реки (тоже). 19 ст. и далее. Говорили против Бога и сказали: «может ли Бог приготовить трапезу в пустыне?» Вот, Он ударил в камень, и потекли воды, и полились ручьи.

«Может ли Он дать и хлеб, может ли приготовлять мясо народу Своему?» И ныне многие подобным образом клевещут на Бога, с сомнением говоря: поелику Он сделал для нас то и то, это и это, то не сделает ли еще и это? А о хлебе духовном, или о пресвятом Теле и Крови, некоторые, точно, думают вопросительно: может ли Он дать и хлеб, как истинное Тело и Кровь? Он повелел облакам свыше и отверз двери неба, и одождил на них манну в пищу, и хлеб небесный дал им. 27. Как пыль, одождил на них мясо и, как песок морской, птиц пернатых. Но как избалованные дети, при всех этих чудесах евреи согрешиша еще и не вероваша чудесем Его. Это есть и ныне. Люди скоро забывают благодеяния Божии. 33, 34 и 35. И погубил дни их в суете и лета их в смятении [слав.: и изчезоша в суете дние их, и лета их со тщанием (с поспешностию)]. Когда Он убивал их, они искали Его и обращались, и с раннего утра прибегали к Богу, и вспоминали, что Бог – их прибежище, и Бог Всевышний – Избавитель их. 36[-37]. И льстили Ему устами своими и языком своим лгали пред Ним; сердце же их было неправо пред Ним, и они не были верны завету Его. О христианах настоящего времени можно сказать совершенно то же. Бог не разжигает всего гнева Своего на нас потому, что знает ничтожество наше: Он помнил, что люди плоть, дыхание, которое уходит и не возвращается. Вот величественная картина: всемогущий Господь повел народ Свой, как овец (точно, как овцы) из Египта, и вел их, как стадо, пустынею.

Псалом тот же, 70, 71 и 72. Избрал Давида, раба Своего, и взял его от дворов овчих и от доящих привел его пасти народ Свой, Иакова, и наследие Свое, Израиля. И он пас их в чистоте сердца своего и руками мудрыми водил их. Дивен Бог наш в избранных Своих; Он избирает их не из знатных и великих мира сего, а всегда почти из простого состояния – оттого, что здесь чаще всего живет смиренная простота и незлобие, редкие в людях знатных. И меня почти так же от дворов овчих привел Господь пасти народ Свой. Но не стыжуся этим; в очах Божиих все состояния хороши и почтенны.

Псал.78. Прекрасно описываются бедствия войны. Пророк жалуется, что язычники Иерусалим превратили в развалины: трупы рабов Божиих отдали на съедение птицам небесным, тела святых Твоих – зверям земным; пролили кровь их, как воду, вокруг Иерусалима, и некому было похоронить их [ст.1–3]. Так страшно во гневе Своем Бог наказывает иногда народ Свой. С нами недавно было то же. Далее [ст. 10–12] – просит отмщения врагам у Бога: Да сделается известным между язычниками пред глазами нашими отмщение за пролитую кровь рабов Твоих. Да придет пред лице Твое стенание узника; могуществом мышцы Твоей сохрани обреченных на смерть. Семикратно возврати соседям нашим в недро их поношение, которым они Тебя, Господи, поносили. Затем смиренно повергает народ свой во власть Божию, говоря: мы, народ Твой и Твоей пажити овцы, вечно будем славить Тебя и в род и род возвещать хвалу Тебе [ст. 13].

Псал.79. Пророк обращается к Богу, называя Его Пастырем Израильским: Пастырь Израиля! внемли; водящий, как овец, Иосифа; затем, представляя Его величие как Творца самых духов, говорит: восседающий на Херувимах, яви Себя. 4 ст. Боже, обрати ны, и просвети лице Твое, и спасемся! Чтобы жизнь наша была богоугодная, Бог Сам должен обратить нас к Себе и просветить на нас лице Свое. 6 ст. Ты напитал их хлебом слезным, и напоил их слезами в большой мере. Благость Божия иногда питает нас хлебом слезным, обращая наши мысли и сердца к Себе, удаленные довольством и счастием. 9, 10 и далее. Из Египта перенес Ты виноградную лозу (народ израильский), выгнал народы и посадил ее; очистил для нее место, и утвердил корни ее, и она наполнила землю. Горы покрылись тенью ее, и ветви ее как кедры Божии; она пустила ветви свои до моря и отрасли свои до реки. Для чего разрушил Ты ограды ее, так что обрывают ее все, проходящие по пути? Лесной вепрь подрывает ее, и полевой зверь объедает ее (необразованный, варварский народ). Боже сил! обратись же, призри с неба, и воззри, и посети виноград сей; охрани то, что насадила десница Твоя… Он пожжен огнем, обсечен… (Севастополь). Какое прекрасное иносказание! Как предмет речи хорошо живописуется в воображении! Хорошо прилагать это иносказание и к нам, к народу русскому.

Псал.80, ст.12 и далее. Но народ Мой не слушал гласа Моего, и Израиль не покорялся Мне; потому Я оставил их упорству сердца их, пусть ходят по своим помыслам [слав.: по начинанием сердец их]. И ныне можно видеть весьма многие примеры, что люди, желающие во всем следовать прихотям и страстям, попускаются от Бога ходить по начинанием сердец своих – за то, что они не послушали многократных внушений Божиих – оставить свой образ жизни и избрать лучший. 14 и далее ст. О, если бы народ Мой слушал Меня и Израиль ходил Моими путями! Я скоро смирил бы врагов их и обратил бы руку Мою на притеснителей их. Избранные Божие! Не замечали ли вы не раз в своей жизни, как скоро и легко Бог смирял врагов ваших и на оскорбляющих вас возлагал руку Свою крепкую? Они исчезали, как прах, а вы все остаетесь.

Псал.81. Доколе будете вы судить неправедно и оказывать лицеприятие нечестивым [слав.: и лица грешников приемлете (смотрите на лицо)]? Давайте суд бедному и сироте; угнетенному и нищему оказывайте справедливость; избавляйте бедного и нищего; исторгайте его из руки нечестивых. О златая правда! Когда ты водворишься между людьми? Когда можно насытиться тебя? Внегда53 явитися нам славе Божией.

Пс.82, ст.11. Против гордости человеческой: люди бывают иногда как гной земный. 14–19. Боже мой! Да будут они, как пыль в вихре, как солома перед ветром [слав.: положи я яко коло, яко трость пред лицем ветра (коло и трость – синонимы)]. Как огонь сжигает лес, и как пламя опаляет горы, так погони их (врагов наших) бурею Твоею и вихрем Твоим приведи их в смятение; исполни лица их бесчестием, чтобы они взыскали имя Твое, Господи (да, иногда нужно исполнить нас бесчестием, чтобы мы стали искать Бога!), да познают, что Ты, Которого одного имя Господь, Всевышний над всею землею.

Пс.83. Коль возлюбленна селения Твоя, Господи сил! Конец всех желаний души моей – дом Господень; сердце мое и плоть моя радуются о Боге живом. Я, как птичка, нашел в храме Твоем приют или, как горлица, положил в храме гнездышко свое – свои любимые мысли, чувства и надежды: вот чем служат для меня алтари Твои, Господи сил, Царь мой и Бог мой! Блаженны живущие в доме Твоем: во веки веков будут хвалить они Тебя. В этом стихе пророк предсказал будущее: теперь или, лучше, – с древнейших времен, новозаветные священники хвалят Господа в дому Его и во веки веков будут хвалить Его – до скончания века.

Псал.84, 7 ст. и далее. Неужели снова не оживишь нас, чтобы народ Твой возрадовался о Тебе? Яви нам, Господи, милость Твою, и спасение Твое даруй нам. Послушаю, что скажет Господь Бог. Он скажет мир народу Своему и избранным Своим, но да не впадут они снова в безрассудство. Так, близко к боящимся Его спасение Его. Бог есть Источник жизни: если Он отвратит от нас лице Свое, мы возмятемся и обратимся в персть свою; если обратит лице Свое, мы оживем и возвеселимся. Вообще, когда Бог с нами, нам хорошо и весело; а когда Его нет при нас, тогда скучно, и грустно, и тяжело. Но чтобы Бог был с нами, мы должны иметь чистое сердце и чистую совесть; развращенное сердце никогда не может чувствовать святой радости: нечестивым же нет мира, говорит Господь [Ис. 48,22]. Потому-то только народу Своему и избранным Своим Бог изрекает мир.

Псал.85. 8 ст. и далее. Нет между богами, как Ты, Господи, и нет дел, как Твои [о творении]. Все народы, Тобою сотворенные, приидут и поклонятся пред Тобою, Господи, и прославят имя Твое, ибо Ты велик и творишь чудеса, – Ты, Боже, един Ты. Бог наш виден в делах Своих. 11 ст. Наставь меня, Господи, на путь Твой, и буду ходить в истине Твоей; утверди сердце мое в страхе имени Твоего. Сам по себе я способен только заблуждать: Ты Сам, Господи, наставь меня на путь правый, и я пойду в истине Твоей, как повелевает закон Твой; пусть сердце мое опять забьется радостным трепетом, детски боясь Тебя.

Псал.87. Господи Боже спасения моего, во дни воззвах и в нощи пред Тобою: да внидет пред Тя молитва моя, приклони ухо Твое к молению моему. Яко исполнися зол душа моя, и живот мой аду приближися. Когда исполнится зол душа твоя, читай этот псалом.

Псал.88. 6–7. Небеса прославят чудные дела Твои, Господи… Ибо кто на небесах сравнится с Господом? 9[-10]. Господи, Боже сил! кто силен, как Ты, Господи? И истина Твоя окрест Тебя. Ты владычествуешь над яростью моря: когда воздымаются волны его, Ты укрощаешь их (Иисус Христос, укрощающий бурю на море). 12[-13]. Твои небеса и Твоя земля; вселенную и что наполняет ее, Ты основал. Север и юг Ты сотворил; Фавор и Ермон о имени Твоем радуются (пророчество). Возвышенно и сильно изображение величия Божия! 22 и далее. Рука Моя пребудет с ним, и мышца Моя укрепит его. Враг не превозможет его, и сын беззакония не притеснит его. Сокрушу пред ним врагов его и поражу ненавидящих его. И истина Моя и милость Моя с ним, и Моим именем возвысится рог его. И положу на море руку его, и на реки – десницу его. Он будет звать Меня: Ты отец мой, Бог мой и твердыня спасения моего. И Я сделаю его первенцем, превыше царей земли, вовек сохраню ему милость Мою, и завет Мой с ним будет верен. И продолжу вовек семя его, и престол его – как дни неба. 37[-38] ст. Семя его пребудет вечно, и престол его, как солнце, предо Мною, вовек будет тверд, как луна, и верный свидетель на небесах. Обетования людям праведным. Но с нечестивыми делает Он не так: Ты обратил назад острие меча его и не укрепил его на брани… престол его поверг на землю; сократил дни юности его и покрыл его стыдом [ст. 44–46]. 48[-49] ст. Вспомни, какой мой век: на какую суету сотворил Ты всех сынов человеческих? Кто из людей жил – и не видел смерти? Да, состав мой тленный, удоборазрушимый.

Псал. 89. Господи! Ты прибежище для нас в род и род (от рода до рода). Прежде, когда еще не было гор и не создана была земля и вселенная, от века и до века Ты еси Бог. Тысяча лет пред очами Твоими как день вчерашний, который только что миновал, и как стража нощная. Как ничто лета их. Как трава, утро жизни нашей цветет, а к вечеру иссыхает, ожестевает и отпадает. Как мы исчезаем во гневе Твоем и мятемся от ярости Твоей!.. 14[-15 ст.] Рано насыти нас милостью Твоею, и мы будем радоваться и веселиться во все дни наши. Возвесели нас за дни… в которые мы видели бедствие (в вознаграждение несчастных дней)… Господь и опечаливает нас для нашей же пользы, и радует нас.

Псал.90, 14 ст. [и далее] «За то, что он возлюбил Меня, избавлю его; защищу его, потому что он познал имя Мое. Воззовет ко Мне, и услышу его; с ним Я в скорби; избавлю его и прославлю его, долготою дней насыщу его, и явлю ему спасение Мое». О ком это высказывает такое благоволение Свое Господь? О человеке, надеющемся на Господа, о живущем в помощи Бога Вышнего. Да, лучше уповать на Господа, нежели надеяться на человека. Лучше уповать на Господа, нежели надеяться на князей. [Пс. 117,8–9]. Бог есть Помощник всесильный: Он может легко избавить нас от всякой напасти и скорби и, как Владыка живота и смерти, продлить в мире дни наши.

Псал.91. Благо есть исповедатися Господеви и пети имени Твоему, Вышний: возвещати заутра милость Твою и истину Твою на всяку нощь [ст. 1–2]. Как, Господи, не благо! Человеку, облагодетельствованному кем-нибудь с ног до головы, приятно выразить чем-нибудь посильную свою благодарность пред своим благодетелем. Нам ли не должно быть приятно возвещати каждое утро милость Твою над нами грешными, неблагодарными и злонравными; нам ли не исповедаться имени Твоему великому и святому и не воспевать Его сердцем и устами? У нас нет и волоса своего: все Твое; даже каждый глоток воздуха, вбираемый нашими устами, есть дар Твой. Как нам не благодарить Тебя, не воспевать Тебя, не возвещать заутра милость Твою и истину Твою на всяку нощь! 5[-7] ст. Ибо Ты возвеселил меня, Господи, творением Твоим: я восхищаюсь делами рук Твоих. Как велики дела Твои, Господи! дивно глубоки помышления Твои! Человек несмысленный не знает, и невежда (не охотный размышлять) не разумеет того. Да, посмотри только со вниманием на солнце, луну, на звезды или даже на одну былинку, и тебе будет весело, что Творец твой так до бесконечности премудр и преблаг; ты будешь наслаждаться делами рук Его. Ты ко всему в этом прекрасном мире присмотрелся, потому-то тебе кажется как будто все обыкновенным, не стоящим рассматривания и благоговейного удивления. Но посмотри на все без прежде полученных тобою мыслей и смотри на все как на новое, разбирай все до подробностей: пред твоими очами и всеми чувствами откроется море чудес. Чтобы понять, как дивно глубоки помышления Господни в устройстве Его тварей, в их жизни и в промышлении об них, надобно самому углубиться в размышление о делах Божиих. Человек несмысленный [слав.: муж безумен] не знает, и невежда не разумеет того. Не будь ты таким безумцем.

Псал.92, ст. [1–2]. Бог утвердил вселенную, яже не подвижится. Готов престол Твой оттоле: от века Ты еси. Да, с лишком семь тысяч лет уже от сотворения, а вселенная стоит неподвижно, потому что утверждена силою Творца Бога, носящего все сильным словом Своим.

Пс.93, 2[-11] ст. Восстань, Судия земли, воздай возмездие гордым. Доколе, Господи, нечестивые, доколе нечестивые торжествовать будут? Они… попирают народ Твой, Господи, угнетают наследие Твое; вдову и пришельца убивают, и сирот умерщвляют и говорят: «не увидит Господь, и не узнает Бог Иаковлев». Образумьтесь, бессмысленные люди! когда вы будете умны, невежды? Насадивший ухо не услышит ли (поймите хоть это)? и образовавший глаз не увидит ли? Вразумляющий народы [слав.: наказуяй языки (научающий людей)] неужели не обличит, – Тот, Кто учит человека разумению? Господь знает мысли человеческие, что они суетны. Как Давид жаловался на гордых нечестивцев, позволяющих себе все, так и мы принуждены бываем часто во уши Самого Бога вопиять на них. Всякая страсть ослепляет человека, и гордецы эти слепы, потому они в слепоте своей представляют слепым и Самого Бога: не увидит Господь. Как прекрасно Давид говорит таким людям: Насадивший ухо не услышит ли? и образовавший глаз не увидит ли? Может ли быть, чтобы Тот, Кто дал око видеть и ухо слышать, Сам не видел и не слышал? Это нелепость. 17. Если бы не Господь был мне помощником, вскоре вселилась бы душа моя в страну молчания. Да, если бы не Бог помогал нам в наших скорбях и болезнях, мы таяли как воск, увядали бы как трава. 18 ст. Когда я говорил: «колеблется нога моя», – милость Твоя, Господи, поддерживала меня. Только скажи Богу, что ты слаб и можешь скоро пасть, – Он сейчас поможет тебе. 19 ст. При умножении скорбей моих в сердце моем, утешения Твои услаждают душу мою. Если мы страждем правды ради, Бог непременно проливает Свои несказанные утешения в душу нашу. Мученики с веселым лицом переносили самые бесчеловечные пытки.

Псал.94, [ст.] 3 и далее. Господь есть Бог великий и Царь великий над всеми богами. В Его руке глубины земли, и вершины гор – Его же. Цари земные обладают только самою незначительною в сравнении со всею землею частию земли, и притом, как люди, они не могут находиться в одно и то же время вдруг во всех местах своих владений. В этом отношении они так же ограничены, как и другие люди. Напротив, Бог – Царь великий по всей земле: как Вседержитель, Он содержит в руках Своих и все концы земли, как человек держит маленький шар в руке своей, и Он в одно время находится во всех местах земли: от Него никто никуда не скроется ни в море, ни на суше: Яко Того есть море, и Той сотвори е, и сушу руце Его создаcте. Море Ему принадлежит: Он сотворил его, и сушу Его руки создали. 6[-7]. Приидите, поклонимся и припадем, преклоним колени пред лицем Господа, Творца нашего (слав.: приидите, поклонимся и припадем Ему, и восплачемся пред Господем, сотворившим нас); ибо Он есть Бог наш, и мы – народ паствы Его и овцы руки Его. Ты грешник, ты виноват пред Ним: приди, поклонись и припади к Нему и восплачься пред Господом, сотворившим тебя. Не бойся: ты Его собственность, пасешься на Его пажити, как овца, получивши от Него жизнь. Ты обезоруживаешь Его, если каешься в своих грехах. Что Ему брать с тебя, слабой твари Своей? Судить тебя? Но аще беззакония назрит Он, кто постоит? [Пс. 129,3]. А больше что? Твое добро Ему не нужно: Он Сам все дал тебе и не нуждается ни в чем твоем. Принеси Ему повинную голову – вот и все: Он того только и хочет [от тебя].

Псал.95, 9[-13 ст.] Поклонитесь Господу во благолепии святыни. Трепещи пред лицем Его, вся земля [слав.: да подвижится от лица Его вся земля (недаром псалмопевец так восклицает: от лица Его, точно, может двигнуться вся земля)]. Скажите народам: Господь царствует! потому тверда вселенная, не поколеблется. Он будет судить народы по правде. Да веселятся небеса и да торжествует земля; да шумит море и что наполняет его; да радуется поле и все, что на нем, и да ликуют все дерева дубравные пред лицем Господа; ибо идет, ибо идет судить землю. Он будет судить вселенную по правде, и народы – по истине Своей. Вероятно, поля и все, что на них, равно как и дерева дубравные, радовались своею радостию, то есть имели какое-то чутье своего рода, что Творец вселенной жил на земле с человеками.

Псал.96, 4[-5 ст.] Молнии Его освещают вселенную; земля видит и трепещет. Горы, как воск, тают от лица Господа, от лица Господа всей земли. Достойно величия Божия говоришь ты, пророче Божий! 10. Любящии Господа, ненавидите злая: хранит Господь душы преподобных Своих (то есть хранит святых Своих). 11. Свет сияет на праведника, и на правых сердцем – веселие. Праведники вкушают небесный мир и возвышенную, святую радость.

Псал.97, 3[-4 ст.] Все концы земли увидели спасение Бога нашего. Восклицайте Господу, вся земля; торжествуйте, веселитесь и пойте. 7[-9 ст.] Да шумит море и что наполняет его, вселенная и живущие в ней; да рукоплещут реки, да ликуют вместе горы пред лицем Господа… Как радовало пророка будущее спасение мира, совершенное Иисусом Христом! Ему казалось, что даже вся неодушевленная природа сочувствует явившемуся на земле во плоти Господу.

Псал.98, 5 ст. Превозносите Господа, Бога нашего… О Кресте. 6. Моисей и Аарон между священниками и Самуил между призывающими имя Его взывали к Господу, и Он внимал им. Если слушал Господь их, то ужели не послушает и не слушает нас? Слушает, если мы с верою и чистым сердцем призываем Его. Он Сам для того и поставил нас, чтобы слушать нас. Скажи ты Ему: Ты поставил меня приносить дары же и жертвы о гресех моих и о людских неведениях54; благоволи же слушать меня, когда я молюсь, когда я приношу Тебе жертву бескровную. Говори: Господи, Боже наш! Ты внимал им; Ты был для них Богом прощающим и наказывающим за дела их [слав.: Ты послушал еси их: Боже, Ты милостив бывал еси им, и мщая на вся начинания их] [8 ст.]. Послушай же меня, милостив будь и ко мне.

Псал. 99, 2. Служите Господу с веселием; идите пред лице Его с восклицанием [слав.: внидите пред Ним в радости]! Когда придешь в храм Божий работать Господу, то работай Ему в веселии и входи во храм в радости. 3 ст. Познайте, что Господь есть Бог, что Он сотворил нас (а люди иногда не хотят знать Творца своего и думают, что они – господа своей жизни), мы же людие Его и овцы пажити Его. Смирись же, гордость, и признай себя творением Бога всемогущего, овцою пажити Его: в самом деле, ты пасешься на земле, богатой дарами природы, а земля – это общая пажить Его и для людей, и для всех животных.

100 псал. Милость и суд воспою Тебе, Господи, – милость ежедневную, милость без конца и суд, растворенный милостию.

Псал.101. Господи! услышь молитву мою, и вопль мой да придет к Тебе. Не скрывай лица Твоего от меня; в день скорби моей приклони ко мне ухо Твое; в день, [когда] воззову [к Тебе], скоро услышь меня [ст. 2–3]. Не часто ли и ты, подобно Давиду, должен взывать к Богу? Да, иногда в душе твоей слышен вопль, как вопль дитяти, оставленного в пустом и непроходимом месте своею матерью: как чувствуешь тогда необходимость, чтобы Бог услышал вопль души нашей, болезненно стенящей о своих грехах, о своем одиночестве в этом мире! 4 ст. Ибо исчезли, как дым, дни мои, и кости мои обожжены, как головня [слав.: кости моя яко сушило сосхошася (ссохлись)]. 12 ст. Дни мои – как уклоняющаяся тень, и я иссох, как трава. Да, я ничтожен и скоропреходящ; я как дым на земле пришельствия моего. 24[-25] ст. Изнурил Он на пути силы мои, сократил дни мои. Я сказал: Боже мой! не восхити меня в половине дней моих. Твои лета в роды родов. Скажи, напомни мне, Господи, как мало число дней моих. Не возьми меня из этой жизни на половине дней моих: мне еще хочется наслаждаться здесь созерцанием дел Твоих. Мир Твой так прекрасен. Вот Ты, Господи, не как я, – вечен: Ты живешь в родах родов. Поколения за поколениями будут проходить, на место их являться новые поколения, и так почти в бесконечность, а Ты все живешь, не стареясь. В начале Ты, [Господи,] основал землю, и небеса – дело Твоих рук; они погибнут, а Ты все пребываешь: и все они, как риза, обветшают, и, как одежду, Ты переменишь их, и изменятся; между тем как Ты – тот же, и лета Твои не оскудеют [ст.26–28].

Псал.102, 11[-12]. Ибо как высоко небо над землею, так велика милость [Господа] к боящимся Его; как далеко восток от запада, так удалил Он от нас беззакония наши. Так велика милость Божия боящимся Его и так много оставляет Он нам (удаляет от нас – презирает, забывает) беззаконий наших. Как отец милует сынов, так милует Господь боящихся Его [слав.: якоже щедрит отец сыны, ущедри Господь боящихся Его]. Ибо Он знает состав наш, помнит, что мы – персть. Дни человека – как трава; как цвет полевой, так он цветет. Пройдет над ним ветер, и нет его, и место его уже не узнает его. Милость же Господня от века и до века к боящимся Его, и правда Его на сынах сынов, хранящих завет Его и помнящих заповеди Его, чтобы исполнять их [ст. 13–18]. Итак, человек сам по себе ничто: он как персть или земля, как трава, как цветок полевой, скоро отцветающий: вышел из него дух – и не стало человека и следов его не осталось. Но он и велик и блажен, если боится Бога и хранит Его заповеди: Господь ущедряет его благами Своими, как отец ущедряет своих детей; милость Господня с ним от века и до века, и правда Его даже оказывается сынам сынов Его, хранящим завет Его.

Псал.103, 4–5 и далее. Ты творишь Ангелами Твоими духов, служителями Твоими – огонь пылающий. Ты поставил землю на твердых основах: не поколеблется она во веки и веки. Бездною, как одеянием, покрыл Ты ее, на горах стоят воды. Дивны для разумных тварей всемогущество и премудрость Господа. 14–15. Ты произращаешь траву для скота, и зелень на пользу человека, чтобы произвести из земли пищу (колосовой злак), и вино, которое веселит сердце человека, и елей, от которого блистает лице его, и хлеб, который укрепляет сердце (внутренности) человека. Какая премудрость во всем этом! Земля, на которой мы живем и в которой погребаемся, все доставляет нам: и пищу, и питие, и одежду. И кроме того, траву для скота. Как это целесообразно! Да вот и полевые деревья, получая соки из земли посредством корней, насыщаются и растут, и кедры ливанские, насажденные Богом, составляющие красу и великолепие растений, питаются от той же земли. Там гнездятся птицы, а там – на высоких горах – весело бегают елени; в другом месте камень служит прибежищем для скорых в бегу зайцев. Ты сотворил луну для показания времени; солнце знает ежедневно поспешать к западу своему. Вот Он простер тьму – и стала ночь, в которую ходят все звери дубравы, скимны рыкающие, чтоб взыскать и схватить себе от Бога пищу. Но вот воссияло солнце: они опять собрались и легли в ложах своих; выходит человек до вечера на дело свое. Как возвеличились дела Твои, Господи: все Ты сотворил премудро: полна земля тварей Твоих. Вот море великое и пространное: там разные гады, которым нет числа, животные малые с великими. Тут и корабли плавают. Всех ожидания обращены к Тебе: все чают, что Ты дашь им пищу благовременно. Когда дашь, они соберут; когда раскроешь горсть Свою, тогда все исполнятся даров Твоей благости. Но когда отвратишь лице Свое, тогда все твари возмятутся (будут в смятении): отнимешь дух их – и они изчезнут, и обратятся в персть свою, из которой и созданы. Пошлешь Духа Своего – и опять построятся, оживут, и обновится лице земли. 32. Призирает на землю, и она трясется; прикасается к горам, и дымятся. Какое страшное величие! Буду же я петь Господу при жизни моей, пока я существую: все возбуждает меня к пению чудес премудрости и благости Божией.

Псал. 104, 16 ст. И призвал голод на землю; всякий стебель хлебный истребил. 28. Послал тьму и сделал мрак [слав.: посла тму и помрачи (день)]… 29. Преложил воду их в кровь, и уморил рыбу их. 32. Вместо дождя послал на них град… 33. И побил виноград их и смоковницы их, и сокрушил дерева в пределах их. Посмотри, как по всемогущей воле Своей Господь делает на земле, что Ему угодно: скажет, например, чтобы не было хлеба на ней, – и не будет: земля тотчас послушается своего Творца.

Псал.105, 19 и далее. Сделали тельца у Хорива и поклонились истукану; и променяли славу свою на изображение вола, ядущего траву. Забыли Бога, Спасителя своего… О людях нашего времени то же можно сказать с некоторым изменением текста. Как многие делают тельца из своих страстей, привычек!

106 псал., 23[-30] ст. Отправляющиеся на кораблях в море, производящие дела на больших водах, видят дела Господа и чудеса Его в пучине: Он речет, – и восстанет бурный ветер и высоко поднимает волны его (о творении): восходят до небес, нисходят до бездны; душа их (моряков) истаевает в бедствии; они кружатся и шатаются, как пьяные, и вся мудрость их исчезает (куда девалось что). Но воззвали к Господу в скорби своей, и Он вывел их из бедствия их. Он превращает бурю в тишину, и волны умолкают. И веселятся (моряки), что они утихли… На море человек всего живее чувствует свое ничтожество, равно как величие и всемогущество Господа… Описывая всемогущество Господа Вседержителя, Давид живописует как будто нашего Господа, Который делал то же, именно: укрощал море – и оно слушало Его. 33–38 ст. О всемогущих действиях Божиих на земле: реки обращает в пустынное, безводное место и плодоносную землю – в бесплодную, за нечестие живущих на ней. Пустыню безводную обращает в места, обильные водою; поселяет там алчущих и – составляет обитаемые города: тут насеваются поля, насаждаются виноградники, так что земля начинает кипеть медом и млеком; самые люди умножаются по благословению Его, равно как и скот их.

Псал. 107, 13. Даждь нам помощь от скорби: и суетно спасение человеческо. Ты, Господи, лучший и вернейший Помощник в скорби, потому что и скорби наши – дело Твоей благости.

Псал. 108, 17[-19 ст.]. Возлюбил проклятие, – оно и придет на него; не восхотел благословения, – оно и удалится от него; да облечется проклятием, как ризою, и да войдет оно, как вода, во внутренность его и, как елей, в кости его; да будет оно ему, как одежда, в которую он одевается, и как пояс, которым всегда опоясывается. О некоторых людях нашего времени надобно то же сказать. 21 [-23] ст. Со мною же, Господи, Господи, твори ради имени Твоего, ибо блага милость Твоя; спаси меня, ибо я беден и нищ [слав.: нищь и убог есмь], и сердце мое уязвлено во мне. Я исчезаю, как уклоняющаяся тень. 26. Помоги мне, Господи, Боже мой, и спаси мя по милости Твоей. Когда обращаешься к Богу с молитвою, сознай прежде свою бедность и ничтожество.

Псал. 111. О муже, боящемся Господа; о делах его; о благословении Божием на нем и потомстве его. 5 ст. Он расточил, роздал нищим; правда его пребывает во веки; рог его вознесется во славе. Нечестивый увидит это и будет досадовать, заскрежещет зубами своими и истает [ст. 9–10]. Никто, подающий милостыню, не был никогда посрамлен.

112 псал., [ст. 3–8]. От восхода солнца до запада да будет прославляемо имя Господне. Высок над всеми народами Господь; над небесами слава Его. Кто, как Господь, Бог наш, Который, обитая на высоте, приклоняется, чтобы призирать на небо и на землю; из праха поднимает бедного, из брения возвышает нищего, чтобы посадить его с князьями, с князьями народа его… Не дело ли Божие и твое – возвышение на степень священства? Явно.

114 псал., ст. 5. Хранит Господь простодушных: я изнемог, и Он помог мне [слав.: храняй младенцы Господь: смирихся, и спасе мя]. Если ты хочешь быть под охранением Господа, будь, как дитя, кроток и смирен.

117 псал., 5[-9 ст.] Из тесноты воззвал я к Господу, – и услышал меня, и на пространное место вывел меня Господь. Господь за меня – не устрашусь: что сделает мне человек? Господь мне помощник: буду смотреть на врагов моих. Лучше уповать на Господа, нежели надеяться на человека. Лучше уповать на Господа, нежели надеяться на князей.

Псал. 118, [ст. 1]. Блаженны непорочные в пути, ходящие в законе Господнем. Это блаженство знают опытно люди, ходящие в законе Господнем. 4[-5]. Ты заповедал повеления Твои хранить твердо. О, если бы направлялись пути мои (жизнь моя, Ты заповедал) к соблюдению уставов Твоих! 9. Как юноше содержать в чистоте путь свой [слав.: в чесом исправит юнейший путь свой]? – Хранением себя по слову Твоему. Сохраняй и ты заповеди Божии, и этим ты исправишь путь свой. 11. В сердце моем сокрыл я слово Твое, чтобы не грешить пред Тобою. Какое прекрасное средство против греха! Старайся и ты глубже скрывать в сердце словеса Господни. 14. На пути откровений Твоих я радуюсь, как во всяком богатстве. Ты чувствуешь ли сладость от поучения в законе Божием? Если чувствуешь – добрый знак. 19. Странник я на земле; не скрывай от меня заповедей Твоих. 24[-25]. Откровения Твои – утешение мое, [и уставы Твои] – советники мои. Душа моя повержена в прах; оживи меня по слову Твоему. 28. Душа моя истаевает от скорби: укрепи меня по слову Твоему. 29. Удали от меня путь лжи, и закон Твой даруй мне. 32[-33]. Потеку путем заповедей Твоих, когда Ты расширишь сердце мое. Укажи мне, Господи, путь уставов Твоих, и я буду держаться его до конца. 34. Вразуми меня, и буду соблюдать закон Твой и хранить его всем сердцем. 38. Утверди слово Твое рабу Твоему, ради благоговения пред Тобою. 41. Да придут ко мне милости Твои, Господи, спасение Твое по слову Твоему. 45. Буду ходить свободно, ибо я взыскал повелений Твоих. 49. Вспомни слово [Твое] к рабу Твоему, на которое Ты повелел мне уповать. 50. Это – утешение в бедствии моем, что слово Твое оживляет меня. Как это прекрасно сказано! 53. Ужас овладевает мною при виде нечестивых, оставляющих закон Твой. Да, тяжело праведнику видеть людей нечестивых, забывающих Бога! 55. Ночью вспоминал я имя Твое, Господи, и хранил закон Твой. И ты даже ночью вспоминай о Боге. 58. Молился я Тебе всем сердцем: помилуй меня по слову Твоему. 59. Размышлял о путях моих и обращал стопы мои к откровениям Твоим [слав.: во свидения Твоя]. И ты чаще думай о том, как ты живешь: если не хорошо, сейчас же возврати нозе твои во свидения (заповеди) Божии. 62. В полночь вставал славословить Тебя за праведные суды Твои. Подражай богоотцу. Видишь, какою любовию горел он к Богу. 63. Общник я всем боящимся Тебя и хранящим повеления Твои. 64. Милости Твоей, Господи, полна земля. 67[-71]. Прежде даже не смиритимися, аз прегреших (как это верно): сего ради слово Твое сохраних. Благ и благодетелен Ты, [Господи]; научи меня уставам Твоим. Гордые сплетают на меня ложь; я же всем сердцем буду хранить повеления Твои. Ожирело сердце их, как тук; я же законом Твоим утешаюсь. Благо мне, что я пострадал, дабы научиться уставам Твоим. 72. Закон уст Твоих для меня лучше тысяч золота и серебра. Богачи! Не гордитесь своим богатством: есть лучше вашего богатство и у бедных людей – закон Божий. 74[-75]. Боящиеся Тебя увидят меня – и возрадуются, что я уповаю на слово Твое. Знаю, Господи, что суды Твои праведны и по справедливости Ты наказал меня. 78. Да будут постыжены гордые, ибо безвинно угнетают меня; я размышляю о повелениях Твоих. 81. Истаевает душа моя о спасении Твоем; уповаю на слово Твое. 90. Ты поставил землю, и она стоит. 91. По определениям Твоим все стоит доныне, ибо все служит Тебе. 92[-93]. Если бы не закон Твой был утешением моим, погиб бы я в бедствии моем. Вовек не забуду повелений Твоих [слав.: во век не забуду оправданий Твоих], ибо ими Ты оживляешь меня. Ты сам испытал животворность оправданий Господних: не забывай же их во всю жизнь. 94. Твой я, спаси меня; ибо я взыскал повелений Твоих. 101. От всякого злого пути удерживаю ноги мои, чтобы хранить слово Твое. 103. Как сладки гортани моей слова Твои! лучше меда устам моим. 105. Слово Твое – светильник ноге моей и свет стезе моей. 125. Я раб Твой: вразуми меня, и познаю откровения Твои. 136. Из глаз моих текут потоки вод оттого, что не хранят закона Твоего. 143. Скорбь и горесть постигли меня; заповеди Твои – утешение мое [слав.: заповеди Твоя поучение мое]. Пусть и для тебя заповеди Господни будут поучением в скорбях и нуждах. 148[-149]. Очи мои предваряют утреннюю стражу, чтобы мне углубляться в слово Твое. Услышь голос мой по милости Твоей, Господи; по суду Твоему оживи меня. 155. Далеко от нечестивых спасение, ибо они уставов Твоих не ищут. 162. Радуюсь я слову Твоему, как получивший великую прибыль. 163. Ненавижу ложь и гнушаюсь ею; закон же Твой люблю. 169. Да приблизится вопль мой пред лице Твое, Господи; по слову Твоему вразуми меня. 171. Уста мои произнесут хвалу, когда Ты научишь меня уставам Твоим. 175. Да живет душа моя и славит Тебя, и суды Твои да помогут мне. 176. Я заблудился, как овца потерянная: взыщи раба Твоего, ибо я заповедей Твоих не забыл.

Псал.119, [ст. 1]. К Господу воззвал я в скорби моей, и Он услышал меня. 6. Долго жила душа моя с ненавидящими мир [слав.: много пришелствова душа моя: с ненавидящими мира бех мирен]. 5. Горе мне, что я пребываю у Мосоха, живу у шатров Кидарских [слав.: увы мне, яко пришельствие мое продолжися]. Итак, надобно воздыхать, что гостьба наша на земле продолжительна. И точно, сколько ни живи, а придет время явиться лицу Божию и от Него принять или венец доброты, или вечную погибель. Много жить почти то же, что много грешить. С ненавидящими мира бех мирен. Подражай в кротости и незлобии праотцу Давиду.

120 псал., [ст.1–3]. Возвожу очи мои к горам (горе), откуда, придет помощь моя. Помощь моя от Господа, сотворившего небо и землю. Не даст Он поколебаться ноге твоей [слав.: не даждь во смятение (только не имей поползновения) ноги твоея], не воздремлет хранящий тебя (а Хранящий тебя не будет дремать). Недаром в одном ексапостиларии говорится: надеющиися на Господа врагом страшни и всем дивни: горе бо зрят. Подобно Давиду, праведники все зрят горе и оттуда получают всесильную помощь.

121 псал., [ст. 1]. Возрадовался я, когда сказали мне: “пойдем в дом Господень». Старайся и ты приобресть усердие и горячность Давида ко храму Господню.

Псал. 122, [ст.1–2]. К Тебе возвожу очи мои, Живущий на небесах! Вот, как очи рабов обращены на руку господ их, как очи рабы – на руку госпожи ее, так очи наши – к Господу, Богу нашему, доколе Он помилует нас [слав.: дондеже ущедрит ны]. Как это хорошо сказано! Так бы и следовало нам всегда надеяться всех благ от Бога и не полагаться на свое могущество или богатство, славу, здоровье и пр. Все мы имеем от Бога.

123 псал., [ст. 1–3]. Если бы не Господь был с нами, – да скажет Израиль, – если бы не Господь был с нами, когда восстали на нас люди, то живых они поглотили бы нас. Поместить эту прекрасную мысль в беседе о Промысле. 6[-8] ст. Благословен Господь, Который не дал нас в добычу зубам их! Душа наша (мы) избавилась, как птица, из сети ловящих: сеть расторгнута, и мы избавились. Помощь наша – в имени Господа, сотворившего небо и землю.

Псал.124, [ст.1–2]. Надеющийся на Господа, как гора Сион… Горы окрест Иерусалима, а Господь окрест народа Своего отныне и вовек. Какое прекрасное сопоставление: около жителей Иерусалима горы и Господь около них. [Ст.3]. Ибо не оставит [Господь] жезла нечестивых над жребием праведных, дабы праведные не простерли рук своих к беззаконию (о Промысле). Жезл – символ власти; значит, не подчинит надолго праведников власти грешников, чтобы праведники, смотря на худой пример их, сами не сделались беззаконниками.

125 псал. О радости после пленения сынов Израилевых.

126 псал., [ст.1]. Если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его; если Господь не охранит города, напрасно бодрствует страж. Над всем Господня власть и помощь. 3 ст. Вот наследие от Господа: дети [слав.: достояние Господне сынове]; награда от Него – плод чрева. Дети – собственность Божия, а не наша.

Псал. 127. Блажен всякий боящийся Господа, ходящий путями Его! Ты будешь есть от трудов рук твоих: блажен ты, и благо тебе! Жена твоя, как плодовитая лоза, в доме твоем; сыновья твои, как масличные ветви, вокруг трапезы твоей: так благословится человек, боящийся Господа! Благословит тебя Господь с Сиона, и увидишь благоденствие Иерусалима во все дни жизни твоей; увидишь сыновей у сыновей твоих. Мир на Израиля! Как это хорошо можно приложить к некоторым благочестивым семействам у нас!

Псал.128, [ст. 3–4]. На хребте моем орали оратаи, проводили длинные борозды свои. Но Господь праведен: Он рассек узы нечестивых [слав.: на хребте моем делаша грешницы, продолжиша беззаконие свое. Господь праведен ссече выя грешников]. Как негодные дерева, Господь часто посекает нечестивых в раннюю пору их жизни.

Псал. 129, [ст. 1–2]. Из глубины воззвах к Тебе, Господи: Господи, услыши глас мой. Да будут уши твои внемлюще гласу моления моего (то же, что и в первом стихе). И ты молись непременно из глубины души, если хочешь, чтобы Господь слышал тебя, а не поверхностно, с рассеянием.

Псал. 130, [ст. 1–2]. Господи! не надмевалось сердце мое и не возносились очи мои… Не смирял ли я и не успокаивал ли души моей, как дитяти, отнятого от груди матери? душа моя была во мне, как дитя, отнятое от груди [слав.: аще не смиреномудрствовах, но вознесох душу мою, яко отдоеное на матерь свою, тако воздаси на душу мою (как плод, исчадие души моей, воздай мне на мучение мне гордость мою)]. 3 ст. Да уповает Израиль (христианин) на Господа отныне и вовек. Никто не колеблись в надежде: надейся до конца.

131 псал., [ст. 11–12]. Клялся Господь Давиду в истине, и не отречется ее: «от плода чрева твоего посажу на престоле твоем. Если сыновья твои будут сохранять завет Мой и откровения (заповеди) Мои, которым Я научу их, то и их сыновья во веки будут сидеть на престоле твоем» (в высокоторжественный день в слове). [Ст. 15–16]. Пищу его благословляя благословлю, нищих его насыщу хлебом; священников его облеку во спасение, и святые его радостью возрадуются. Добро нам быти, если Господь благословляет нас, тогда мир и радость в душе нашей.

Псал. 132, [ст.1]. Как хорошо и как приятно жить братьям вместе! Велика добродетель – братолюбие.

Псал. 133, [ст.1]. Благословите ныне Господа, все рабы Господни, стоящие в доме Господнем. Стоя во храме, будем помнить, что мы – рабы Царя Небесного, от самого рождения обязанные служением Ему, и будем благословлять Его за Его бесчисленные милости к нам, грешным. Даже в нощех будем воздевать руки наши во святая и благословлять Господа. [Ст.3]. Благословит тебя Господь… сотворивший небо и землю. Какое высокое благословение – от Господа, Творца неба и земли.

Псал. 134, [ст. 1]. Хвалите имя Господне, хвалите, рабы Господни. К себе относите это, предстоящие во храме: вы – рабы Господа, вы хвалите имя Господне. 6. Господь творит все, что хочет, на небесах и на земле, на морях и во всех безднах (и в безднах неба). 7. Возводит облака от края земли, творит молнии при дожде, изводит ветер из хранилищ Своих. Детские понятия! 13 ст. Господи! имя Твое вовек; Господи! память о Тебе в род и род. Поколения за поколениями преходят, даже народы за народами, как будто их и не бывало, а память о Боге переходит из рода в род, из народа в народ.

Псал. 135. Славьте Господа, ибо Он благ, ибо вовек милость Его… Того, Который один творит чудеса великие… Который сотворил небеса премудро… утвердил землю на водах… сотворил светила великие… солнце – для управления днем… луну и звезды – для управления ночью… поразил Египет в первенцах его… и вывел Израиля из среды его… рукою крепкою и мышцею простертою… разделил Чермное море… и провел Израиля посреди его… и низверг фараона и войско его в море Чермное… провел народ Свой чрез пустыню… поразил царей великих… и отдал землю их в наследие… Израилю, рабу Своему… вспомнил нас в унижении нашем… и избавил нас от врагов наших… дает пищу всякой плоти… Славьте Бога небес, ибо вовек милость Его. Какие прекрасные стихи! Не без причины христианин восклицает народам, не ведущим Бога истинного: Кто Бог велий, яко Бог наш? Ты еси Бог, творяй чудеса [Пс.76,14–15]. Бог наш, действительно, беспредельно велик.

Псал. 137, [ст. 1]. Пред Ангелами пою Тебе… Вера в Ангелов очень древняя, современна падению человека. Херувим с пламенным оружием приставлен был хранить путь древа жизни… 2. Поклоняюсь пред святым храмом Твоим и славлю имя Твое за милость Твою и за истину Твою, ибо Ты возвеличил слово Твое превыше всякого имени Твоего… 4–8. Прославят Тебя, Господи, все цари земные, когда услышат слова уст Твоих и воспоют пути Господни, ибо велика слава Господня. Высок Господь: и смиренного видит, и гордого узнает издали. Если я пойду посреди напастей, Ты оживишь меня… Господь совершит за меня! Милость Твоя, Господи, вовек: дело рук Твоих не оставляй. По-настоящему, человек каждый день должен был бы поклоняться во храме Божием и исповедовать милость и истину Божию к себе; не изъят от этого долга и царь.

Псал.138, [ст.1–6]. Господи! Ты испытал меня и знаешь. Ты знаешь, когда я сажусь и когда встаю; Ты разумеешь помышления мои издали… все пути мои известны Тебе… Сзади и спереди Ты объемлешь меня, и полагаешь на мне руку Твою (власть Твою). Дивно для меня ведение [Твое], – высоко, не могу постигнуть его [слав.: удивися разум Твой от мене, утвердися, не возмогу к нему]! Удивляюсь я разуму Твоему: крепок он, не совладать мне с ним… [Ст. 7–18]. Куда пойду от Духа Твоего?.. Ты устроил внутренности мои и соткал меня во чреве матери моей. Славлю Тебя, потому что я дивно устроен. Дивны дела Твои… Зародыш мой видели очи Твои; в Твоей книге записаны все дни, для меня назначенные… Как возвышенны для меня помышления Твои, Боже… Стану ли исчислять их, но они многочисленнее песка [слав.: мне же зело честни быша друзе Твои, Боже, зело утвердишася владычествия их: изочту их, и паче песка умножатся]; когда я пробуждаюсь, я все еще с Тобою. Да, велико число святых Божиих. 21 [-22] ст. Мне ли не возненавидеть ненавидящих Тебя, Господи, и не возгнушаться восстающими на Тебя? Полною ненавистью ненавижу их: враги они мне. Такова любовь царя-пророка к Богу, что ненавидящие Бога были для него врагами по причине ненависти их к Богу. 23[-24] ст. Испытай меня, Боже, и узнай сердце мое; испытай меня и узнай помышления мои; и зри, не на опасном ли я пути, и направь меня на путь вечный. Хорошо, если бы ты чаще взывал к Богу этими словами Давида и имел его ревность к преспеянию в добродетели.

Псал. 139, [ст. 2–4]. Избавь меня, Господи, от человека злого; сохрани меня от притеснителя: они… изощряют язык свой, как змея; яд аспида под устами их. И ты имеешь нужду молиться таким образом.

Псал. 140, [ст. 1]. Господи, воззвах к Тебе, услыши мя: вонми гласу моления Моего, внегда воззвати ми к Тебе.

Пс. 141,2. Излил пред Ним моление мое; печаль мою открыл Ему. 6. Внемли воплю моему, ибо я очень изнемог; избавь меня от гонителей моих. Единственно надежное прибежище в скорбях – Господь Бог.

Пс.142,5 и далее. Вспоминаю дни древние, размышляю о всех делах Твоих, рассуждаю о делах рук Твоих. Простираю к Тебе руки мои; душа моя – к Тебе, как жаждущая земля [слав.: душа моя яко земля безводная Тебе]. Когда ты молишься, не думай о себе иначе, как о земле безводной и бесплодной, а потому и негодной. 10[-12]. Научи меня исполнять волю Твою, потому что Ты Бог мой… Ради имени Твоего, Господи, оживи меня; ради правды Твоей выведи из напасти душу мою… ибо я Твой раб.

Псал. 143, 3 ст. Господи! что есть человек, что Ты знаешь о нем, и сын человеческий, что обращаешь на него внимание [слав.: или сын человечь, яко вменяeши его]? Да, если взять во внимание бесприкладное величие Божие и бренность человеческой природы, то действительно, надо удивляться, как Всевышний благоволил открыться ему или как Он вменяет55 его в нечто! 4. Человек подобен дуновению; дни его – как уклоняющаяся тень. Так ничтожен человек! 5[-8] ст. Господи! Приклони небеса Твои и сойди; коснись гор, и воздымятся; блесни молниею и рассей их; пусти стрелы Твои и расстрой их (то есть, сынов иноплеменных, которых уста говорят суетное и которых десница – десница лжи). Какое торжественное, величественное воззвание к Богу! Хорошо в своем месте поместить эти слова в проповеди.

Псал. 144, 13. Царство Твое – царство всех веков, и владычество Твое во все роды. Бог царствует во все века и прежде всех веков. Верен Господь во всех словах Своих и свят во всех делах Своих. Никто не делай нарекания на верность Господа Самому Себе. 15[-16]. Очи всех уповают на Тебя, и Ты даешь им пищу их в свое время; открываешь руку Твою и насыщаешь все живущее по благоволению. В беседе о Промысле развить эту мысль. 18[-20]. Близок Господь ко всем призывающим Его, ко всем призывающим Его в истине. Желание боящихся Его Он исполняет, вопль их слышит и спасает их. Хранит Господь всех любящих Его, а всех нечестивых истребит. Блаженны боящиеся Бога: сколько им утешительных обетований, сколько благословений от Господа и в настоящем веке! [Ст. 21]. Уста мои изрекут хвалу Господню, и да благословляет всякая плоть святое имя Его во веки и веки. Пусть и твои уста чаще хвалят Господа, Которого вся тварь благословит, славяще вовеки.

Псал. 145, [ст. 2]. Буду восхвалять Господа, доколе жив; буду петь Богу моему, доколе есмь. Помни же свой долг. [Ст.3–4]. Не надейтесь на князей, на сына человеческого, в котором нет спасения. Выходит дух его (сына человеческого), и он (сын человеческий) возвращается в землю свою, из которой взят. А как это верно, что человек взят из земли. Как растение растет из земли, вбирая из нее соки и самые тончайшие элементы земли, так и младенец во чреве матернем заимствует для себя, для образования своих членов соки от матери, а мать употребляет снеди – из произведений земных. 6[-9] ст. Бог сотворил небо и землю, море, и вся, что в них. Он хранит истину в век, творит суд обидимым, дает пищу алчущим. Господь решит окованныя: Господь умудряет слепцы: Господь возводит низверженныя: Господь любит праведники. Господь хранит пришелцы, сира и вдову приимет, и путь грешных погубит.

Псал. 146, [4-]6 ст. Бог исчитает множество звезд и всем им имена нарицает… одевает небо облаками, уготовляет земле дождь, прозябает на горах траву и злак (колосовый и другие) на пользу человеку, дает скоту пищу его и птенцам ворона, взывающим к Нему. О Боге как Творце и Промыслителе. А вот эти слова можно обратить к конным войскам: Не на силу коня смотрит Он, не к быстроте ног человеческих благоволит, – благоволит Господь к боящимся Его, к уповающим на милость Его. [ст. 10–11]. Внушить, чтобы они надеялись не на коней и не на силу свою, а на Бога, на милость Его.

147 псал., [ст.1–3]. Хвали, Иерусалим, Господа; хвали, Сион, Бога твоего, ибо Он укрепляет вереи ворот твоих, благословляет сынов твоих среди тебя; утверждает в пределах твоих мир; туком пшеницы насыщает тебя. (О творении и о Промысле.)

Псал. 148. Псалмопевец призывает к хвалению Творца всю тварь – небесную и земную, духовную и вещественную.

Пс.149, [ст.2]. Да веселится Израиль о Сотворшем его… Да веселится и народ православный о Творце своем…

Псал. 150. Призывает к хвалению Господа на разных инструментах.

Конец Псалтири и Богу слава. Февраля 13-го 1857 года.

Книга пророка Иезекииля

Глава 1. О видении Иезекиилем славы Господней. Пророк Божий был при реке Ховар в Вавилоне. Вот пред ним отверзлись небеса, и в них-то он видел видения Божия. От северной стороны показалось что-то движущееся: то шел дух; с ним двигалось большое облако; около него был свет и блестящий огонь. Среди огня – подобие илектра и свет в илектре; так же в средине – подобия четырех животных, а в них – подобие, образ человека. По четыре лица и по четыре крыла у каждого; голени у них были прямые, ноги пернатые и искры как блестящая медь; крыла их легки, на четырех сторонах их под крыльями каждого животного заметна была рука человеческая. Лица и крылья четырех животных держались друг друга, так что лица их не обращались, когда они шли: каждое животное шло прямо лица другого. Лица эти были похожи: одно – на лицо человеческое, лицо львиное по правую сторону четырех животных, лицо тельчее – по левую и, наконец, лицо орлее. Крылья простерты были сверху четырех животных, у каждого соединены по два друг к другу; два прикрывали верх тела и каждое шло прямо лица своего. Когда шел дух, и они шли и не обращались. Среди животных видно было подобие уголья огня горящего, как вид свечей, сообращающихся посреди животных, и свет огня, а от огня выходила будто молния: животные шли и обращались, как блистание. Под каждым животным было четверочастное колесо; колеса двигались на четыре стороны; когда они двигались, не обращались, равно как и хребты их; поверхность их полна была очей. Когда шли животные, шли и колеса, держась их; и когда воздвигались с земли животные, воздвигались и колеса. Где был облак, там был и дух; когда он шел, шли и животные, и колеса вместе с ними начинали двигаться, потому что в колесах был дух жизни. Над головою животных было подобие тверди, как вид кристалла; подобие это простиралось сверху над крыльями животных. Под твердию были простерты крылья животных, парящие друг к другу, соединенные у каждого по два и прикрывавшие тела их. Шум от крыльев их, когда они летели, как шум вод многих, как глас Бога Шаддаи56: когда они шли, был слышен глас, как глас полка; когда они стояли, крылья их почивали. Над твердию, что над головою их, слышен был голос; на той же тверди подобие престола и на подобии престола вид будто человека; кругом его был свет, сам он был огневиден. Кругом свет стоял подобно тому, как бывает радуга на облаках во время дождя.

Глава 3, 17[-21] ст. Сын человеческий! Я поставил тебя стражем дому Израилеву, и ты будешь слушать слово из уст Моих, и будешь вразумлять их от Меня. Когда Я скажу беззаконнику: «смертью умрешь!», а ты не будешь вразумлять его и говорить, чтобы остеречь беззаконника от беззаконного пути его, чтобы он жив был, то беззаконник тот умрет в беззаконии своем, и Я взыщу кровь его от рук твоих. Но если ты вразумлял беззаконника, а он не обратился от беззакония своего и от беззаконного пути своего, то он умрет в беззаконии своем, а ты спас душу твою. И если праведник отступит от правды своей и поступит беззаконно, когда Я положу пред ним преткновение, и он умрет, то, если ты не вразумлял его, он умрет за грех свой, и не припомнятся ему праведные дела его, какие делал он; и Я взыщу кровь его от рук твоих. Если же ты будешь вразумлять праведника, чтобы праведник не согрешил, и он не согрешит, то и он жив будет, потому что был вразумлен, и ты спас душу твою. Приложи это к себе: это также говорится тебе, как и пророку, который был, кроме того, и священник. Не смей никогда надеяться на свои добродетели: они забываются Богом, когда ты согрешишь. Притом твои добродетели – ничто пред Богом: ты делаешь доброе дело Его силою. Надейся единственно на Жертву, принесенную за тебя Правосудию Божию – на Сына Божия, Который есть умилостивление за грехи наши [1Ин. 2,2].

Глава 4, [ст.4–6]. Бог говорит пророку: Ты же ложись на левый бок твой и положи на него беззаконие дома Израилева: по числу дней, в которые будешь лежать на нем, ты будешь нести беззаконие их. И Я определил тебе годы беззакония их числом дней: триста девяносто дней ты будешь нести беззаконие дома Израилева. И когда исполнишь это, то вторично ложись уже на правый бок, и сорок дней неси на себе беззаконие дома Иудина, день за год, день за год Я определил тебе. Странный способ очищения грехов сынов израилевых!.. Но Верховный Судия народов премудрее и правосуднее всех судей земных: поэтому в кажущейся странности Его суда надобно видеть Божию премудрость, правду и благость.

Глава 5, [ст.6]. Бог жалуется на Иерусалим, что он изменил оправдания Его в беззаконие нечестивее язычников и законы Его хуже, нежели земли вокруг него (оправдания – то же, что законы): ибо, говорит, они отвергли постановления Мои и по уставам Моим не поступают. Наказание [ст. 17]: и пошлю на вас голод и лютых зверей, и обесчадят тебя; и язва и кровь пройдет по тебе, и меч наведу на тебя; Я, Господь, изрек сие. Люди злоупотребляют долготерпением Божиим, но если Он захочет судиться с ними, они, как трава, скоро изсшут и, яко зелие злака, скоро отпадут.

Глава 6, [ст.2–4]. Сын человеческий! обрати лице твое к горам Израилевым и прореки на них, и скажи: горы Израилевы! слушайте слово Господа Бога. Так говорит Господь Бог горам и холмам, долинам и лощинам: вот, Я наведу на вас меч, и разрушу высоты ваши; и жертвенники ваши будут опустошены, столбы ваши в честь солнца будут разбиты, и повергну убитых ваших перед идолами вашими. Как вы смели, горы, – создание Бога Живого, терпеть на высотах своих поклонение разумных тварей бездушным истуканам? – Мы не имеем жизни, движения и воли: люди дерзнули творить на высотах наших пакости свои. Отчего это легко склонны люди к идолопоклонству? От преобладания чувственности над духом: чувственность ищет чувственного, образного, а духовный человек – духовного, кланяется Богу духом и истиною.

Глава 7, 15 и 16 ст. Вне дома меч, а в доме мор и голод. Кто в поле, тот умрет от меча; а кто в городе, того пожрут голод и моровая язва. А уцелевшие из них убегут и будут на горах, как голуби долин; все они будут стонать, каждый за свое беззаконие. Страшен всемогущий и праведный Господь во гневе Своем: тогда вся бессловесная природа делается врагом человека: все вооружается против него, чтобы наказать его, дерзкого преступника Божественных законов. Какая печальная картина: уцелевшие от меча и глада будут скитаться на горах, как скорбящие голубицы, скорбящие о своем одиночестве, потому что каждый избит за неправды свои… 19[-21]. Серебро свое они выбросят на улицы, и золото у них будет в пренебрежении. Серебро их и золото их не сильно будет спасти их в день ярости Господа. Они не насытят ими душ своих и не наполнят утроб своих; ибо оно было поводом к беззаконию их [слав.: зане казнь неправостей их бысть (приспело время казни их за неправды их)]. И в красных нарядах своих они превращали его в гордость… за то и сделаю его нечистым для них; и отдам его в руки чужим в добычу и беззаконникам земли на расхищение, и они осквернят его. 24. Я приведу злейших из народов, и завладеют домами их. И положу конец надменности сильных, и будут осквернены святыни их. Народы земли во всякое время Господь может делать орудиями гнева Своего на преступный народ, не стесняя их свободы. Господь действует в мире как полновластный и всемогущий Владыка Своих тварей.

Глава 8. Пророк видит видение, именно: когда он сидел в дому своем и старейшины иудейские сидели пред ним, он видел подобие человека: от чресл его и ниже, или до стопы его был огонь, и от чресл его и выше – как вид зари, или как вид илектра (электричества). Вот к пророку это человеческое подобие простерло руку, взяло Его за верх головы, и дух поднял его между небом и землею и повел его в Иерусалим в Божием видении на преддверие внутреннейших врат, обращенных к северу. Здесь он опять увидел славу Господа Бога Израилева в том виде, как это было при реке Ховар. Господь показывает пророку в видении все беззакония людей Своих; сначала велит посмотреть ему на северную сторону храма, потом приводит его к предвратию двора, где пророк увидел одну скважину в стене, которую по повелению Божию раскопал и потом нашел дверь. По повелению Божию пророк вошел в дверь и увидел: на стенах всюду кругом написаны были всякие гады и скоты, всякая гнусность и всякие кумиры израильского народа… Господь обращается к пророку с словами: видел ли ты, сын человеческий, что делают здесь старейшины израильские, каждый из них на тайном ложе своем, так как они сказали: не видит Господь, оставил Господь землю. Затем Господь показывает еще большие беззакония израильтян, вводит его в преддверие ворот храма, обращенных на север, – и что же видит тут пророк? Еврейских жен, сидящих и плачущих по идоле Фаммузе. После того показывает еще большие мерзости: вводит его во внутренний двор дому Господня. Что же здесь видит пророк? Около двадцать пять человек мужчин, обративших тыл свой ко храму Божию и лицом стоящих к востоку: они поклонялись солнцу. Вот видение пророка Божия. Как ясно Всеведущий представил все беззакония пророку Своему! Как велики, оскорбительны для Благодетеля и Творца такие беззакония облагодетельствованных Им до бесконечности тварей: они оставили Его и вместо Его поклоняются бездушным идолам или тварям Его; даже прямо с наглостию говорят: не видит ничего Господь, оставил Господь землю. А что если бы и ныне таким же образом представил Господь в сокращении, как бы на ладони, все беззакония людей настоящего времени или только одного русского народа! О, тогда мы увидели бы много подобного тому, что видел пророк Божий в видении! Услышали бы и от христиан то же, что говорили старейшины израильские: не видит Господь, оставил Господь землю. Христиане! Господь видит все дела ваши, мысли и намерения и воздаст каждому по делам. Он не оставил и никогда не оставит земли: Он всегда промышляет о ней, как о твари Своей, которая без Его Промысла и существовать не могла бы, как бездушная и бессмысленная, косная тварь!

Глава 9. О суде Божием на беззаконный народ. Пророк слышит голос и слова: пусть приблизятся каратели города. Каждый из существ, представлявшихся пророку в видении, имел в руке своей сосуд истребления (для истребления). Вот от высоких ворот, обращенных на север, идут шесть мужей и у каждого в руке секира погубления; в средине их был муж, облеченный в подир (белая льняная одежда) и опоясанный по чреслам сапфировым поясом. Все они вошли в храм и стали близ медного жертвенника. Слава Бога Израилева подвиглась с верху Херувимов в непокрытую часть храма: Бог призывает мужа, облеченного в подир, имевшего пояс на чреслах своих, и говорит ему: пройди Иерусалим и сделай знаки на лицах людей стенающих и болезнующих о всех беззакониях, бывающих среди них. А остальным пяти мужам сказал Он, как я слышал: идите в город вслед за ним, иссеките беззаконников, не пощадите никого по лицеприятию и не помилуйте. Избейте старца и юношу, дев и младенцев, и жен; но не прикасайтесь своею убийственною секирою ни к кому из тех, на ком есть знамение. Начните с освященных Моих (мы во главе). И вот они начали со старых мужей, бывших внутри храма. Господь сказал: оскверните дом (Мой кровию беззаконников) и, выходя из него, наполните пути мертвецами и иссеките находящихся в городе. Когда они посекали народ, как траву, я остался и пал ниц, и начал громко взывать, говоря: горе, горе, тяжело, страшно мне, Адонаи57 Господь! Ужели Ты истребляешь остатки Израиля, проливая ярость Свою на Иерусалим? Господь говорит: неправды домов Израилева и Иудина стали чрезвычайно велики: как земля полна людьми, так город полон неправд и нечистот; живущие в нем дерзнули даже сказать: оставил Господь землю и не видит Господь. Но Я живу и вижу все; не пощажу и не помилую их, и вот Я обратил неправды их на собственные головы их. В это время муж, одетый в подир и препоясанный поясом по чреслам своим, отвечал Господу, говоря: я исполнил, как Ты заповедал мне. Дивные видения и дела! Слава правосудию Твоему, Господи!

Глава 10. Пророк видит вверху тверди, находящейся над главою Херувимов, подобие сапфирового престола. Сидящий на нем сказал мужу, облеченному в одежду: войди в средину колес, которые под Херувимами, и наполни горсти свои углями огненными из среды Херувимов и рассыпли их на город. И вот он вошел в глазах моих, а Херувимы стояли по правую сторону дому Божия в то время, как входил этот муж; облако наполнило внутренний двор, и слава Божия воздвиглась с Херувимов в непокрытую часть дома; дом наполнился облаком, и сияние славы Господней разлилось по нему. Шум от серафимских крыльев слышен был до самого внешнего двора, как глас Бога Шаддаи говорящего. Когда Он отдавал Свое повеление мужу, облеченному в одежду, взять огонь из средины колес, что под Херувимами, он вошел и стал близ колес. И вот один Херувим простер руку свою в средину огня, находящегося среди Херувимов, и взял оттуда огонь и подал в руки облеченному в одежду святую, а этот взял и вышел. Я видел Херувимов и под крылами их подобие человеческих рук. Четыре колеса стояли, придерживаясь Херувимов: одно колесо держалось одного Херувима и колесо другое – другого, а взор колес как вид камней анфраксовых58. У всех четырех взор был одинаковым и вид их похож на то, как будто бы было колесо в колесе. Когда шли они, шли на четыре стороны и не оборачивались во время своего шествия, так что куда обращено было одно колесо, туда обращены были и другие. Все: и тела их, и хребты их, и руки, и крылья – полны были очей кругом четырех колес. Этим колесам было сказано: гелгель59, как слышал я. У Херувимов было четыре разных лица: у одного – лицо Херувима, у другого – человека, у третьего – льва, у четвертого – орла. Вот они поднялись, а за ними и колеса их, держась их; когда Херувимы начинали махать крыльями своими, чтобы подняться с земли, колеса не оборачивались, держась их. Когда те стояли, стояли и они; когда те поднимались, поднимались и они с ними – так как дух жизни был в них. Слава Господня поднялась из непокрытой части дома и опять взошла на Херувимов: Херувимы воздвигли крылья свои и поднялись с земли в глазах моих и вскоре остановились над преддверием ворот дома Господня, обращенных на восток, и слава Господа Бога Израилева была над ними (Херувимами). Таково боголепное видение пророка Божия: какой радостный трепет пробегает по всему существу при чтении о этом чудном видении, как будто сам явственно видишь его.

Глава 11. Пророка опять берет дух и возводит (ведет по высоте) к вратам дома Господня, обращенным прямо на восток: у преддверия ворот видит он около двадцати пяти мужей и между ними Иехонию, сына Иазерова, и Фалтию Ванеова – старейшин народа. Господь говорит пророку: сын человеческий! Эти люди думают о суете и творят лукавый совет в этом городе, говоря: не вновь ли выстроились дома в нем. Он похож на котел, а мы – на мясо в котле. Поэтому прорцы на них, прорцы, сын человеческий. На пророка напал внезапно Дух Господень и сказал ему: говори: вот что говорит Господь: так сказали вы, израильтяне, и Я знаю самые помышления ваши. Вы умножили мертвецов в этом городе и наполнили пути его избитыми. Посему так говорит Адонаи Господь: мертвецы ваши, которых вы избили в нем, те, – точно мяса, и город как котел для них, но Я вас выведу из него. Вы боитесь меча, и Я меч наведу на вас, говорит Адонаи Господь. Выведу Я вас из него (хотя вы и хвалитесь: домы выстроены вновь, и мы как мяса в этом городе; не выпадем из него, не провалимся), предам в чужие руки и сотворю суд между вами. Вы падете от меча; на горах Израильских Я буду судить вас, и вы узнаете, что Я – Господь. Не будет он для вас котлом, а вы в нем мясом; на горах ваших произведу Я суд Свой над вами (а не среди города поражу вас, чтобы безумные не имели нового предлога говорить: город котел, а мы в нем мясо). И узнаете, что Я – Господь, что по заповедям Моим не ходили и судов Моих не творили, но поступали по обычаям народов, находящихся в соседстве с вами. И вот когда я (пророчествовал) говорил то, что внушал мне Дух, Фалтия, сын Ванеов, умер (в глазах моих): я пал ниц и сильным голосом возопил, говоря: горе мне, тяжко мне, Адонаи Господи! Ужели Ты хочешь истребить остатки Израиля? Никакой царь земной не может говорить так величественно и сильно, потому что каждое слово Господа есть вместе и дело, равно как так грозно и страшно: Господь говорит, и в то же время жертвы гнева Его падают, как снопы. Самому пророку страшно было видеть шествия Бога своего. 19–20. И дам им сердце единое, и дух новый вложу в них, и возьму из плоти их сердце каменное, и дам им сердце плотяное, чтобы они ходили по заповедям Моим, и соблюдали уставы Мои, и выполняли их; и будут Моим народом, а Я буду их Богом. Наша природа так растлена грехом, что если Господь не обновит нас Своею благодатию, мы не можем исполнять Его заповедей. Поэтому благодать необходима для того, чтобы человек мог угодить Богу. 23–25. И поднялась слава Господа из среды города и остановилась над горою, которая на восток от города. И дух поднял меня и перенес меня в Халдею, к переселенцам, в видении, Духом Божиим. И отошло от меня видение, которое я видел (то есть он носился вместе с видением). И я пересказал переселенцам все слова Господа, которые Он открыл мне. В настоящее время, или вообще – в новозаветное время, уже нет этих величественных шествий славы Господней, равно как нет и пророков и пророчеств в собственном смысле: для этого было время – именно в Завете Ветхом, во время сеней60, гаданий и видений. Нет именно потому, что Живущий во свете неприступном вездесущий Господь благоволил снизойти с неприступного престола Божества, не оставляя его, на землю, преискренне приобщиться нашей плоти и крови и пожить между нами, как между Своими братиями. А как дети причастны плоти и крови, то и Он также воспринял оные… [Евр. 2,14]. Он не стыдится называть их братиями, говоря: возвещу имя Твое (Отца) братиям Моим, посреди церкви воспою Тебя [Евр. 2,11–12]. И мы, без всякого сомнения, счастливее не только вообще народа израильского, но и самых пророков, потому что пророки Божии о нашей благодати только прорекоша.

Глава 12. Было ко мне слово Господне (говорит пророк), говорящее: Сын человеческий! Ты живешь среди неправд этих людей, которые имеют глаза, чтобы видеть, и не видят, имеют уши, чтобы слышать, и не слышат, потому что это народ, склонный к тому только, чтобы огорчать Меня. Сделай ты себе, сын человеческий, сосуды пленнические (люди уподобляются сосудам) и будь пленен днем в глазах их и переселись с места своего на другое место в виду их, чтобы они видели, потому что это – народ прогневляющий. И вынеси сосуды свои, как сосуд пленнический, днем пред глазами их: а сам выйди вечером в виду их, как выходит пленник. Прокопай для себя отверстие в стене и выйди чрез нее в глазах их. Ты взят будешь на плечи и выйдешь покрытый (закрой лицо свое), чтобы тебе не видеть земли, так как Я сделал тебя чудом для дома Израилева. И я сделал все так, как заповедал мне Господь: вынес из города сосуды днем, как сосуды пленения (пленников), и вечером рукою прокопал себе стену и вышел тайно, и в виду их взят был на плечи (невидимою рукою). И было утром слово Господне ко мне: сын человеческий! Не говорили ли тебе израильтяне, этот народ прогневляющий, – что ты это делаешь? Скажи им: так говорит Господь Бог (князю и старейшинам иерусалимским и всему народу, живущему среди их, скажи, что): Я чудеса творю; то же, что Я сделал, будет сделано и с ними: выйдут они из города плененные и переселяемые, и князь их взят будет на плечи, тайно выйдут чрез стену, прокопавши ее (чтобы выйти), и покроет лицо свое, чтобы кто-нибудь его не увидел, и сам не увидит земли. И простру сеть Мою на него, и он взят будет в сети Моей (в задержании Моем). И введу Я его в Вавилон, в землю халдейскую; не увидит он ее, и там скончается. А всех помощников его – соседей и всех заступников его, рассею на все четыре стороны (по всем ветрам) и меч пошлю вслед их. И узнают, что Я, Господь, когда рассыплю их (как пепел) между народами и рассею по всем сторонам. Впрочем, Я сохраню несколько человек из них от меча, глада и смерти для того, чтобы они рассказали о всех беззакониях их тем народам, к которым они придут: тогда узнают они, что Я – Господь. И было опять слово Господне, говорящее: сын человеческий! Съешь хлеб свой с тугою и скорбию и испей воду со страданием и горестию. И скажи людям земли: вот что говорит Господь живущим во Иерусалиме на земле израильской: хлебы свои будут они есть недостаточно и воду будут пить с опасностию жизни: земля погибнет с полнотою своею (с произведениями своими), потому что все живущие на ней живут в нечестии. И населенные города их опустеют, и самая земля их будет погублена: тогда вы узнаете, что Я – Господь (если не хотели знать в довольстве). И было слово Господне, говорящее: сын человеческий! Что это у вас за поговорка в земле израильской: долги дни, пропало всякое видение (то есть ничто не сбудется) (Авв. 2,3; Иер. 17,15). Поэтому скажи им: так говорит Адонаи Господь: отвращу Я эту притчу, и потом уже не скажут ее израильтяне, так как ты скажешь им: приспели дни и слово всякого видения (то есть чтобы сбыться всему). Не будет больше всякого ложного видения (4 Моис. 23,19), равно как и волхва, волхвующего угодное сынам Израиля. Я, Господь, буду глаголать слова Мои, скажу и сделаю, и не стану длить больше; в ваше же время, дом прогневляющий, скажу слово и исполню, – говорит Адонаи Господь. И было слово Господне ко мне, говорящее: вот дом Израильский, постоянно Меня огорчающий, говорит, что видение, которое видит этот человек, нас не касается, долго еще не сбудется. У нас еще недавно вновь выстроены дома: мы еще поживем. Посему скажи им: вот что говорит Господь Бог: слова Мои больше не продлятся в своем исполнении: Я сказал слово, и сделаю. Какая велелепота, какое величие во всей речи! Только всемогущий, живой, истинный Бог может говорить так. Блажен читающий и слушающий со вниманием и понятием речи пророков!

Глава 13, ст. 18. Так говорит Господь Бог: горе сшивающим чародейные мешочки под мышки и делающим покрывала для головы всякого роста, чтобы уловлять души! Неужели, уловляя души народа Моего, вы спасете ваши души? 20[-22]. Посему так говорит Господь Бог: вот, Я – на ваши чародейные мешочки, которыми вы там уловляете души, чтобы они прилетали, и вырву их из-под мышц ваших, и пущу на свободу души, которые вы уловляете, чтобы прилетали к вам. И раздеру покрывала ваши (покрывать недостатки, пороки), и избавлю народ Мой от рук ваших, и не будут уже в ваших руках добычею, и узнаете, что Я Господь. За то, что вы ложью опечаливаете сердце праведника, которое Я не хотел опечаливать, и поддерживаете руки беззаконника, чтобы он не обратился от порочного пути своего и не сохранил жизни своей… Пастыри стада Христова! Это относится к вам: вы сами, может быть того не замечая, сшиваете чародейные мешочки под мышки руки человеческой и покрывала для головы всякого роста, всякого возраста: вы не возвещаете своим прихожанам строгости правил христианской жизни; вы мягко стелете им, чтобы заслужить их любовь, деньги и награды. Но горе вам… души развращаются, грешники погибают, а крови их от рук ваших взыщет Господь… Вот, Господь на ваши чародейные мешочки ваша… и вырву их из-под мышц ваших… И раздеру покрывала ваши, и избавлю народ Мой от рук ваших.

Глава 14, ст. 13 и далее. И было ко мне слово Господне: сын человеческий! если бы какая земля согрешила предо Мною, вероломно отступив от Меня, и Я простер на нее руку Мою, и истребил в ней хлебную опору, и послал на нее голод, и стал губить на ней людей и скот… Какое могущество и величие Бога живого, истинного. Так может говорить только Владыка Своих созданий, Царь всей земли. Так земной царь обещает во гневе своем погубить буйных, мятежных подданных и отнять имения их: их землю, деньги и все движимое достояние, которым он может располагать, как верховный обладатель своего народа. Господи! Слово Твое, изрекаемое пророками, равно сильно, равно величественно, как и Ты: оно – равно Тебе. И это для меня есть лучшее доказательство, что пророки изрекали не свое, а Твое слово. 14[-20] ст. И если бы нашлись в ней сии три мужа: Ной, Даниил и Иов, – то они праведностью своею спасли бы только свои души, говорит Господь Бог. Или, если бы Я послал на эту землю лютых зверей, которые осиротили бы ее, и она по причине зверей сделалась пустою и непроходимою: то сии три мужа среди нее, – живу Я, говорит Господь Бог, – не спасли бы ни сыновей, ни дочерей, а они, только они спаслись бы, земля же сделалась бы пустынею. Или, если бы Я навел на ту землю меч и сказал: «меч, пройди по земле!», и стал истреблять на ней людей и скот, то сии три мужа среди нее, – живу Я, говорит Господь Бог, – не спасли бы ни сыновей, ни дочерей, а они только спаслись бы. Или, если бы Я послал на ту землю моровую язву и излил на нее ярость Мою в кровопролитии, чтобы истребить на ней людей и скот: то Ной, Даниил и Иов среди нее, – живу Я, говорит Господь Бог, – не спасли бы ни сыновей, ни дочерей; праведностью своею они спасли бы только свои души. Какая неумолимая правда! Какая творческая власть и сила!

Глава 15, [6-]8 ст. Посему так говорит Господь Бог: как дерево виноградной лозы между деревами лесными Я отдал огню на съедение, так отдам ему и жителей Иерусалима. И обращу лице Мое против них; из одного огня выйдут, и другой огонь пожрет их, – и узнаете, что Я Господь, когда обращу против них лице Мое. И сделаю эту землю пустынею за то, что они вероломно поступали, говорит Господь Бог. Израильтяне уподобляются обрезанной виноградной лозе, брошенной на сожжение, как никуда не годной (2Цар. 23,6). Господи! Даруй мне всегда памятовать, что я пред Тобою как злак или, лучше, – как ничто. Даруй мне крайнее смирение в мыслях моих.

Глава 16, ст. 2 и далее. Господь говорит чрез пророка жителям (дщери) Иерусалима: сын человеческий! выскажи Иерусалиму мерзости его и скажи… твой корень и твоя родина в земле Ханаанской; отец твой Аморрей, и мать твоя Хеттеянка (1 Моис. 10,16 и 1 Моис. 27,46), то есть самый корень твой нехороший, испорченный: при рождении твоем, в день, когда ты родилась, пупа твоего не отрезали, и водою ты не была омыта для очищения, и солью не была осолена, […] и пеленами не повита. Ничей глаз не сжалился над тобою, чтобы из милости к тебе сделать тебе что-нибудь из этого; но ты выброшена была на поле (то есть вела полевую, кочующую жизнь), по презрению к жизни твоей, в день рождения твоего. Как хорошо было бы сказать это людям, гордящимся своим происхождением. Часто бывает, что корень у таких людей бывает очень испорчен или, по крайней мере, разнороден: отец бывает француз или другой какой нации, а мать Бог знает какая.

6[-22] ст. И вот Я прошел через тебя, и видел тебя смешенную в крови твоей, и сказал тебе: будь жива кровию твоею, и прибавил: в крови твоей жизнь твоя. Умножайся (видишь, что говорит здесь Тот же Бог, Который сказал: раститеся и множитеся [Быт. 1,22]), будь как полевое прозябение; и ты размножилась, и стала велика, сделалась главою городов; сосцы твои выросли, волосы твои просветлели, а прежде ты была нага и без красы. Вот Я опять прошел через тебя (промышление, надзор Божий) и видел тебя: время твое коротко, как время птиц, и Я простер крылья Свои на тебя, прикрыл стыд твой и клялся тебе, вошедши в договор с тобою (говорит Адонаи Господь), и ты стала Моею. Я омыл тебя водою, ополоскал с тебя кровь твою и помазал тебя елеем. Затем одел тебя в пестрые, богатые одежды и обул в красивые сандалия; опоясал тебя виссоном и возложил на голову твою головной убор, и украсил тебя всю утварию: надел запястье на руки твои и гривну на шею твою; дал серьги на ноздри твои и кольца в уши, и венец похвалы на голову твою. Ты украшена была золотом и серебром; одежды твои были из виссона; ты была в пестротах и в головном уборе. Ела ты пшеницу, мед и масло, и была вся очень, очень хороша и приготовлялась уже на царство. Имя твое пронеслось в народах как славное имя, потому что ты была в самом деле совершенна по лепоте и красоте, которую Я дал тебе, – говорит Адонаи Господь. А ты понадеялась на доброту свою… и соблудила… Взяла одежды свои и сделала из них шитых кумиров, и соблудила с ними. Затем взяла славные сосуды свои из серебра Моего и золота, которое Я дал тебе, сделала из них образы мужеские и соблудила с ними; взяла испещренные ризы Мои и оделась в них; и положила пред истуканами масло Мое и фимиам Мой, и хлебы Мои, которые Я дал тебе. Я питал тебя пшеницею, маслом и медом – и ты положила их пред ними для вони благоухания. За всем этим, говорит Адонаи Господь, ты взяла сынов и дщерей своих, которых родила, и заклала их тем же идолам: мало ли еще ты соблудила?.. И при всех твоих мерзостях и блудодеяниях твоих ты не вспомнила о днях юности твоей [слав.: младенства твоего], когда ты была нага и непокрыта и брошена в крови твоей на попрание. И тебе нужно почаще вспоминать дни младенства своего… 42 ст. Вот Я пошлю ярость Мою на тебя, и отнимется от тебя рвение Мое: Я успокоюсь и не стану больше заботиться о тебе… 44. Якоже мати, тако и дщерь. Какова мать, такова и дочь. 49[-50]. Вот в чем было беззаконие Содомы… в гордости, пресыщении и праздности, и она руки бедного и нищего не поддерживала. И возгордились они… Как многие и ныне горды в сытости хлеба и во изобилии вина, сластолюбивы и жестокосерды!

Глава 17. Господь повелевает пророку изречь притчу на дом Израилев – о двух орлах. Один из них имел повеление влететь в Ливан, взять из него избранные кедры, острогать мягкие верхушки их, принести их в землю Ханаанскую (иносказательный смысл) и положить в городе, обнесенном стеною. Взял он семя земное, бросил его на поле плодном, чтобы утвердило оно корни при водах многих, сделал его видимым для всех. Семя прозябло и стало виноградом вялым, малым по величине, так что мало и лоз было в нем; под ним, однако же, были корни его: оно стало виноградом, дало розги и распростерло отрасли свои. Виноград этот оплетался около другого орла и корни свои обращал к нему, лозы свои пускал к нему, чтобы напоять себя с растениями сада своего. На хорошем поле и на обильной воде питается он, чтоб делать прозябения и приносить плод и быть великим виноградом. Это значило, что царь Вавилонский придет в Иерусалим и возьмет царя его, и князя его, и отведет их к себе в Вавилон… и возьмет старейшин израильских…

Глава 18, 5[-8]. Если кто праведен и творит суд и правду… никого не притесняет, должнику возвращает залог его, хищения не производит, хлеб свой дает голодному и нагого покрывает одеждою, в рост не отдает и лихвы не берет, от неправды удерживает руку свою… 19[-20]. Вы говорите: «почему же сын не несет вины отца своего?» Потому что сын поступает законно и праведно, все уставы Мои соблюдает и исполняет их; он будет жив. Душа согрешающая, она умрет; сын не понесет вины отца, и отец не понесет вины сына, правда праведного при нем и остается, и беззаконие беззаконного при нем и остается. 21 [-23]. И беззаконник, если обратится… и будет соблюдать все уставы Мои… жив будет, не умрет. Все преступления его, какие делал он, не припомнятся ему: в правде своей, которую будет делать, он жив будет. Разве Я хочу смерти беззаконника? говорит Господь Бог. Не того ли, чтобы он обратился от путей своих и был жив? 24. И праведник, если отступит от правды своей и будет поступать неправедно, будет делать все те мерзости, какие делает беззаконник, будет ли он жив? все добрые дела его, какие он делал, не припомнятся; за беззаконие свое, какое делает, и за грехи свои, в каких грешен, он умрет. Не помяни беззаконий моих первых, Господи мой, и настоящие прости по велицей Твоей милости. 31[-32]. Отвергните от себя все грехи ваши, которыми согрешали вы, и сотворите себе новое сердце и новый дух; и зачем вам умирать, дом Израилев? Ибо Я не хочу смерти умирающего, говорит Господь Бог; но обратитесь, и живите! Дерзкие вольнодумцы! Перестаньте – или вы погибнете безвозвратно. [Кошар, овцы…]

Глава 19. Прекрасное иносказание – о львенке и винограде. Против сильных и великих века сего.

Глава 20, 32[-33]. И что приходит вам на ум, совсем не сбудется. Вы говорите: «будем, как язычники, как племена иноземные, служить дереву и камню». Живу Я, говорит Господь Бог: рукою крепкою и мышцею простертою и излиянием ярости буду господствовать над вами. Люди часто весьма много замышляют в нечестии своем, но Бог терпит до времени и не попустит исполниться всем замыслам нечестивых.

Глава 21, [ст.3–17]. Вот грозное слово земле Израильской: вот, Я – на тебя, и извлеку меч Мой из ножен его и истреблю у тебя праведного и нечестивого. А для того, чтобы истребить у тебя праведного и нечестивого, меч Мой из ножен своих пойдет на всякую плоть от юга до севера. И узнает всякая плоть (человек), что Я, Господь, извлек меч Мой из ножен его, и он уже не возвратится. Ты же, сын человеческий, стенай, сокрушая бедра твои, и в горести стенай перед глазами их. И когда скажут тебе: «отчего ты стенаешь?», скажи: «от слуха, что идет», – и растает всякое сердце, и все руки опустятся, и всякий дух изнеможет… Вот, это придет и сбудется, говорит Господь Бог. И было ко мне слово Господне: сын человеческий! изреки пророчество и скажи: так говорит Господь Бог: скажи: меч, меч наострен и вычищен; наострен для того, чтобы больше заколать; вычищен, чтобы сверкал, как молния. Радоваться ли нам, что жезл сына Моего презирает всякое дерево? Я дал его (меч) вычистить, чтобы взять в руку; уже наострен этот меч и вычищен, чтобы отдать его в руку убийцы. (Чей это меч наострен? – Божий: как это страшно!) Стенай и рыдай, сын человеческий, ибо он – на народ Мой, на всех князей Израиля; они отданы будут под меч с народом Моим; посему ударяй себя по бедрам. Ибо он уже испытан. И что, если он презирает и жезл? сей не устоит, говорит Господь Бог. Ты же, сын человеческий, пророчествуй и ударяй рукою об руку; и удвоится меч и утроится, меч на поражаемых, меч на поражение великого, проникающий во внутренность жилищ их. Чтобы растаяли сердца и чтобы павших было более, Я у всех ворот их поставлю грозный меч, увы! сверкающий, как молния, наостренный для заклания [слав.: благо остр бысть на сечение, благо бысть на блистание (хорошо сечет, хорошо блистает: как это картинно и сильно!)]. Соберись и иди направо или иди налево, куда бы ни обратилось лице твое. И Я буду рукоплескать и утолю гнев Мой; Я, Господь, сказал. Может ли быть так сильно и прекрасно слово человеческое? Воистину верх совершенства и образец совершенства слово Божие! Так и видишь, что это говорит Сам Творец слова, у Коего слово есть дело. 25 ст. и далее. И ты, недостойный, преступный вождь Израиля, которого день наступил ныне, когда нечестию его положен будет конец! так говорит Господь Бог: сними с себя диадему и сложи венец; этого уже не будет; униженное возвысится и высокое унизится [слав.: сними кидар61 и отложи венец, сей (старейшина) не таков будет, смирил еси высокая и вознесл смиренное]. Низложу, низложу, низложу и его не будет, доколе не придет Тот, Кому принадлежит он, и Я дам Ему (власть старейшины). И ты, сын человеческий, изреки пророчество и скажи: так говорит Господь Бог о сынах Аммона и о поношении их; и скажи: меч, меч обнажен для заклания, вычищен для истребления, чтобы сверкал, как молния, чтобы, тогда как представляют тебе пустые видения и ложно гадают тебе, и тебя приложил к обезглавленным нечестивцам, которых день наступил, когда нечестию их положен будет конец. Возвратить ли его в ножны его? – на месте, где ты сотворен, на земле происхождения твоего буду судить тебя: и изолью на тебя негодование Мое, дохну на тебя огнем ярости Моей и отдам тебя в руки людей свирепых, опытных в убийстве. Ты будешь пищею огню, кровь твоя останется на земле [слав.: и предам тя в руце мужей варвар, творящих пагубу: огню будешь ядь, кровь твоя будет посреде земли твоея]; не будут и вспоминать о тебе; ибо Я, Господь, сказал это. Слава правосудию, величию и всемогуществу Твоему, Господи! Ну что если и на нас огнем ярости Своим дунет Господь, тогда и нас варвары или неприятельские народы возьмут в свои руки, тогда и мы будем пищею огню, и кровь наша потоками разольется среди земли нашей.

Глава 22, 3[-9]. Так говорит Господь Бог: о, город, проливающий кровь среди себя, чтобы наступило время твое… Кровью, которую ты пролил, ты сделал себя виновным… и приблизил дни твои и достиг годины твоей. За это отдам тебя на посмеяние народам, на поругание всем землям. Близкие и далекие от тебя будут ругаться над тобою, осквернившим имя твое, прославившимся буйством… У тебя отца и мать злословят, пришельцу делают обиду среди тебя, сироту и вдову притесняют у тебя. Святынь Моих ты не уважаешь и субботы Мои нарушаешь. Клеветники находятся в тебе. 12. Ты берешь рост и лихву и насилием вымогаешь корысть у ближнего твоего, а Меня забыл, говорит Господь Бог [слав.: лихву и избыток взимаху в тебе: и скончал еси скончание злобы твоея яже в насилии, Мене же забыл еси, глаголет Адонаи Господь]. Беззакония сокращают время жизни не только частных лиц, но – и целых городов и государств. 13[-16] ст. И вот, Я всплеснул руками Моими о корыстолюбии твоем, какое обнаруживается у тебя, и о кровопролитии, которое совершается среди тебя. Устоит ли сердце твое… Я, Господь, сказал и сделаю. И рассею тебя по народам, и развею тебя по землям, и положу конец мерзостям твоим среди тебя. И сделаешь сам себя презренным перед глазами народов, и узнаешь, что Я Господь. Какая велелепота и величие в речи! 17 ст. и далее. И было ко мне слово Господне: сын человеческий! дом Израилев сделался у Меня изгарью; все они – олово, медь и железо и свинец в горниле, сделались, как изгарь серебра (дом Израильский). Посему так говорит Господь Бог: так как все вы сделались изгарью, за то вот, Я соберу вас в Иерусалим. Как в горнило кладут вместе серебро, и медь, и железо, и свинец, и олово, чтобы раздуть на них огонь и расплавить; так Я во гневе Моем и в ярости Моей соберу, и положу, и расплавлю вас. Соберу вас и дохну на вас огнем негодования Моего, и расплавитесь среди него. Как серебро расплавляется в горниле, так расплавитесь и вы среди него, и узнаете, что Я, Господь, излил ярость Мою на вас [слав.: якоже приемлется сребро и медь, и железо и свинец и олово чистое во средину пещи, еже дунути на ня огню, да слиются, тако прииму вас во гневе Моем и в ярости Моей, и соберу и слию вас, и дуну на вы во огни гнева Моего, и слияни будете среде его: якоже сливается сребро среде пещи, тако слиетеся посреде его и познаете, яко Аз Господь излиях ярость Мою на вас]. Чем существенно тело человеческое отличается от земли, от руды, от металла? Не та же ли земля всякий человек? Но люди забывают о своей бренности и, мечтая жить долго, хотят увековечить с собою на земле и свои пороки. Как величественно Господь напоминает мне о их природе, их ничтожестве! Какою силою и властию проникнута речь Адонаи Господа! Как берутся серебро, медь, железо и свинец, и олово чистое и ввергаются в печь, чтобы обхватил их огонь и слил вместе, так возьму Я вас в гневе Моем. Соберу и солью вас; дуну на вас огнем гнева Моего – и вы сольетесь среди его. Как сливается серебро в печи, так сольетесь вы во гневе Моем и узнаете, что Я Господь излил ярость Свою на вас. Как это боголепно! 30[-31] ст. Искал Я у них человека, который поставил бы стену и стал бы предо Мною в проломе за сию землю, чтобы Я не погубил ее, но не нашел. Итак изолью на них негодование Мое, огнем ярости Моей истреблю их (жителей Иерусалимских)… Какое страшное развращение было в избранном народе! Заимствовать эти и подобные места в проповеди, когда нужно говорить о ничтожестве человека грешника и всемогуществе Бога правосудного.

Глава 23. О блужении Самарии и Иерусалима.

Глава 24, [ст.3–11]. И произнеси на мятежный дом притчу, и скажи им: так говорит Господь Бог: поставь котел, поставь и налей в него воды; сложи в него куски мяса, все лучшие куски, бедра и плеча, и наполни отборными костями; отборных овец возьми, и разожги под ним кости, и кипяти до того, чтобы и кости разварились в нем. Посему так говорит Господь Бог: горе городу кровей! горе котлу, в котором есть накипь (значит, котел означает город Иерусалим) и с которого накипь его не сходит! кусок за куском его выбрасывайте из него, не выбирая по жребию. Ибо кровь его среди него; он оставил ее на голой скале; не на землю проливал ее, где она могла бы покрыться пылью. Чтобы возбудить гнев для совершения мщения, Я оставил кровь его на голой скале, чтобы она не скрылась. Посему так говорит Господь Бог: горе городу кровей! и Я разложу большой костер. Прибавь дров, разведи огонь, вывари мясо [слав.: Аз же… умножу дрова и возгнещу огнь, яко да истают мяса (люди), и оскудеет юха (изобилие во всем)]; пусть все сгустится, и кости перегорят. И когда котел будет пуст, поставь его на уголья, чтобы он разгорелся, и чтобы медь его раскалилась, и расплавилась в нем нечистота его (людская), и вся накипь его исчезла. Божественная речь сильна, величественна и необыкновенно поразительна оттого, что при чтении или слышании ее сейчас видишь безмерное расстояние между Творцом и Судией, всемогущим и праведным, и между человеком – тварию ничтожною, но преступною. Так и ожидаешь, что вот-вот сотрет людей и жилища их, как пыль, с лица земли слово Всемогущего, или сварит их, как мяса, или разольет кровь их, как воду, а составы тела бренного размечет, как песок. Дивна речь Божия. Ни один человек никогда не в состоянии подделаться под речь Божию, ни один дух сотворенный, хотя бы Серафим, потому что ни у кого недостанет столько внутренней силы и величия, никто даже вообразить себе не может их вполне.

Глава 25, 6[-7]. Так говорит Господь Бог: за то, что ты рукоплескал и топал ногою, и со всем презрением к земле Израилевой душевно радовался, – за то вот, Я простру руку Мою на тебя и отдам тебя на расхищение народам, и истреблю тебя из числа народов, и изглажу тебя из числа земель… и узнаешь, что Я Господь. Если Господь наказывает кого, ты не радуйся о несчастии другого. Жестоко поплатишься ты за то, что будешь злорадоваться. Здесь виден Промысл и о языческих народах. Поместить… Обратить внимание на эту главу. 13 ст. Простру руку Мою на Едома и истреблю у него людей и скот, и сделаю его пустынею. Так за грехи поражается даже земля и скоты. 16. Я простру руку Мою на Филистимлян, и истреблю Критян, и уничтожу остаток их на берегу моря. Слава промышлению Твоему, Господи!

Глава 26. Сын человеческий! Так как жители Сора сказали Иерусалиму: уа! сокрушился город, погиб народ, ко мне обратился; полный всякого богатства, опустел, – то поэтому вот что говорит Господь: вот Я на тебя, Сор, и приведу на тебя многочисленные народы, подобно тому, как море воздымает свои волны. И обвалят они стены Сора и разрушат столпы твои, и Я развею прах Сора и сделаю его гладким камнем (как гладкий камень). Среди моря (при котором ты живешь) будут сушиться сети: Я – Господь, сказал (говорит Адонаи Господь), и будет он пленен чужими народами… (Вот что говорит Адонаи Господь): вот Я приведу на тебя, Сор, Навуходоносора, царя Вавилонского от севера: по могуществу своему в сравнении с другими царями он есть царь царей; приведу его с конями и колесницами, и конными воинами, и с многочисленным собранием народов. Он перебьет мечом всех дочерей твоих на поле и приставит к тебе стражу, сделает около тебя ограду, и ров, и острог; обставит тебя оружием и прямо против тебя поставит свои копья. Стены твои и башни (пирги) твои разорит оружием своим. От множества коней его тебя покроет пыль их; от ржания их и от стука колес колесниц его потрясутся стены твои, когда будет входить в ворота твои, как бы входя в город с поля. Копытами коней своих потопчут они все улицы твои; людей твоих иссечет мечом и всю силу твою повергнет на землю; пленит силу твою, возьмет имения твои… разорит прекрасные домы твои, а дерева, камни и землю твою повергнет среди моря. Все музыкальные инструменты твои уничтожит, и в тебе уже не будет слышно игры на них. И Я сделаю тебя камнем гладким (вероятно, Сор стоял на скале среди моря), будешь ты местом сушения сетей, не восстановишься более, так как Я – Господь, сказал, – говорит Адонаи Господь. Вот что говорит Адонаи Господь: не от шума ли падения твоего, когда будут стенать пораженные в тебе по извлечении меча посреди тебя, будут трястись острова? Все владыки народов, живущих на островах морских, сойдут со своих престолов, свергнут венцы с глав своих и совлекут с себя испещренные одежды с