святитель Филарет (Амфитеатров), митрополит Киевский

святитель Филарет (Амфитеатров), митрополит Киевский

Глава 5 Глава 6 Глава 7

Содержание

Глава 5 Беседа I Беседа II Беседа III Беседа IV Беседа V Беседа VI Беседа VII Беседа VIII Беседа IX Беседа X Беседа XI Беседа XII Глава 6 Беседа XIII Беседа XIV Беседа XV Беседа XVI Беседа XVII Глава 7 Беседа XVIII Беседа XIX Беседа XX Беседа XXI Глава 8 Беседа XXII Беседа XXIII Беседа XXIV Беседа XXV Глава 9 Беседа XXVI Беседа XXVII Беседа ХХVIII Беседа XXIX Глава 10 Беседа XXX Беседа XXXI Беседа ХХХІI Глава 11 БеседаХХХIII БеседаXXXIV Беседа XXXV  

 

Глава 5

Беседа I

"Узрев же народы, взыде на гору: и седшу Ему, приступиша к Нему ученицы Его. И отверз уста Cвоя, учаше их, глаголя» (Мф. 5:1–2).

Из всех мест св. Евангелия нет другого, в котором бы с такою подробностию и полнотою, и в таком порядке и совокупности изложены были все обязанности Христианина, как в той поучительной проповеди, которую Господь и Бог наш Иисус Христос, вступая в великий подвиг спасения рода человеческого, говорил на горе избранным двенадцати ученикам Своим и великому множеству собравшегося к Нему народа. Проповедь сия начертана в пятой, шестой и седьмой главах евангелиста Матфея. В ней Спаситель с Божественным искусством и премудростию изложил всё то, что нужно для начала, возрастания и совершенства истинно Христианской жизни. Желательно, чтоб всякий тот, кому дорого спасение души своей, сколь можно чаще и внимательнее читал оную в назидание своего сердца.

Но не одно бесплодное слышание и чтение потребно к спасительному разумению небесных истин и словес единого наставника и учителя нашего Господа Иисуса. К сему потребно наипаче и более всего искреннее расположение и всеусердное тщание к исполнению святых заповедей Его. В словесах Господних сокрывается живоносная манна, единая могущая оживотворять, питать и укреплять души наши. Но мы не иначе можем вкушать и получать крепость от сей духовной пищи, как по мере исполнения нами заповедей Евангелия. Сам Спаситель говорит о сем в заключении Своей проповедиВсяк, иже слышит словеса Моя сия, и творит я, уподоблю его мужу мудру, иже созда храмину свою на камени: и сниде дождь, и приидоша реки, и возвеяша ветри, и нападоша на храмину ту: и не падеся, основана бо бе на камени. И напротив: всяк слышай словеса Моя сия, и не творя их, уподобится мужу уродиву, иже созда храмину свою на песце: и сниде дождь, и приидоша реки, и возвеяша ветри, и опрошася храмине той, и падеся: и бе разрушение ея велие(Мф.7:24–27).

Дабы и нам, братие, храмину спасения и блаженства нашего основать не на песке, но на твердом камени, поучимся свято в словесех Господних. Призвав Спасителя нашего в помощь, в простоте сердца, во святом Его присутствии, дадим Ему обет исполнять заповеди любви Его, да Он отверзет сердца наши к слышанию и спасительному разумению оных. Отложивши земные помышления, взыдем мысленно на гору ко Господу и Богу нашему Иисусу Христу, да семя слова Его падет на сердца наши яко на землю благу, и принесет плод истинного исправления жизни нашей по святым Его заповедям.

Какое начало проповеди Своей полагает небесный и всеведущий Учитель? Блажени нищии духом, яко тех есть царствие небесное (Мф. 5:3).

Небесного Учителя и учение есть небесное. На земном языке называютсяблаженными и счастливыми стяжавшие земное богатство, которые, живя в довольстве и изобилии, в роскоши и веселостях провождают дни свои; стяжавшие земную славу и честь, которые довольствуются и восхищаются похвалами людей; стяжавшие земную силу и могущество, которые находят пищу гордости своей в преобладании над другими; стяжавшие земную мудрость, которые гордятся остротою ума своего, своею ученостию и своим многознанием. Но не так говорит вечная и непреложная Истина, Иисус Христос. Он говорит: блажени нищии духом.

Кто же эти истинно блаженные? в чем состоит их блаженство? и почему Спаситель в основание оного полагает нищету духа?

Есть нищие, которые нуждаются в необходимых потребностях для жизни и, не имея дневного пропитания, испрашивают себе милостыни. Таковая нищета и бедность, хотя сама по себе не есть порок, если она не происходит от порочной жизни, но и не есть еще добродетель, составляющая блаженство человека. Почему и Спаситель не просто сказал: блажени нищии, но блажени нищии духом. То есть, как изъясняет Св. Златоуст, те смиренные и богобоязненные души, которые во глубине сердца своего чувствуют свою ничтожность пред Богом и, сознавая естественную бедность духа своего в потребностях для духовной, добродетельной и святой жизни, прибегают к Богу и у Него беспрерывно испрашивают даров благодати, так же как нищие милостыни. Сии нищие духом, ежели имеют какое земное стяжание, приобретенное честными трудами или полученное как достояние от предков своих, то не полагают в нем своей надежды и своего счастия, не обращают его в пищу своей гордости и похотей, а во смирении сердца, считая оное даром Всевышнего, с благоговейною осторожностию стараются употреблять оное по святым намерениям Бога, Который, рано или поздно, потребует отчета от каждого во вверенных ему дарах. Такие нищие духом, если бывают облечены властию над другими и отличены знаками чести, то не гордятся пред собратиями своими, и власть и честь употребляют в средство благотворить ближним своим, всегда нося в сердце своем заповедь Господа и Владыки всех Иисуса: иже хощет в вас быти болий, да будет вам слуга (Мк. 10:43) и елико велик еси, толико смиряйся (Сир. 3:18). Сии нищие духом, ежели имеют особенные естественные дарования, ежели стяжали великую ученость, то не превозносятся своим многознанием и больше смиряются, помня, что емуже дано будет много, мною и взыщется от него (Лк. 12:48). Они помнят, что истинное просвещение начинается от познания своего невежества и ничтожности всех человеческих познаний без света, сходящего свыше от Бога Отца светов; сии наконец нищие духом, хотя бы обогащены были всеми добродетелями, хотя бы исполнили всю волю Божию, то во смирении сердца своего считают себя рабами непотребными (Лк. 17:10). И вот те нищие духом, которых Иисус Христос называет блаженными.

Блаженство их состоит в том, что им принадлежит Царство небесное. Сие не то означает, чтоб истинно смиренные и Бога боящиеся Христиане, живя на земле, не имели еще в себе блаженства. Царствия небесного не в высотах видимого неба должно искать: видимое всё временно, и преходит, а вечное Царствие Божие внутрь нас есть (Лк. 17:21), как говорит Иисус Христос. Оно есть в сердцах истинно смиренных Христиан, которые, живя еще на земле в бренном теле, имеют небесное сокровище сие в скудельных сосудах (2 Кор. 4:7) своих, по выражению Св. апостола Павла. Оно есть в них сокровище истинной живой веры в Бога Отца и Сына и Святого Духа; сокровище твердой и несомненной надежды, что милосердый Отец небесный, ради возлюбленного Сына Своего, усыновит их Себе и соделает их наследниками всех благ вечного Царствия небесного. Сокровище чистой, святой и блаженнотворной любви к Богу и ближнему, излиянной в смиренные сердца их Духом Святым, которая есть в них источник всех добродетелей и которая исполнение Евангельских заповедей любви делает для них не только легким, но и неизреченною сладостию растворенным. Сокровище истинной свободы души от мучительного рабства греху и страстям, которую даровать один только может Сын Божий, Господь наш Иисус Христос (Ин. 8:36). Вот блаженство истинно смиренных и Бога боящихся душ еще в сей жизни! Будущая жизнь будет для них раскрытием того, что они имеют уже сокровенным в духе своем. И мы называем счастливым того сына, который имеет богатого и славного отца; хотя он не получил еще своего наследства, но, будучи совершенно уверен и обеспечен в получении его в свое время, он не менее счастлив. Как же не блаженны сыны Отца небесного, которым наследие царствия вечного уготовано Его любовью, утверждено заветом Божественной крови единородного Сына Его и в получении коего имеют они неложное свидетельство Духа Святого во глубине смиренного сердца своего? И что значат скорби и страдания их в нынешнем скоропреходящем веке в сравнении с вечною славою, несомненно имеющею открыться в них? (Рим. 8:13). Кто единожды предвкусил неведомое сынам суетного века сего блаженство любви Божией, тот конечно счастия своего не променяет на царство целого мира. Кая бо польза человеку, говорит Иисус Христосаще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит? (Мф. 16:26)

Но почему Спаситель паче прочих добродетелей нищету духа полагает в начало и основание истинного блаженства человеков? Известно, что начало всякого несчастия и всех бедствий, как временных, так и вечных, есть гордость. Ибо гордость была и есть начало греха, а грех причиною смерти (Рим. 5:2). Гордостию сатана из светлого и блаженного Ангела соделался духом злобы и князем тьмы и свержен с неба. За гордость прародители наши, потерявши невинность свою, изринуты из рая сладости. Сие змеиное семя и во всяком грешнике произращает всякое зло. Спаситель и Господь наш Иисус Христос для того и пришел на землю, чтобы разрушить дела диавола (1 Ин. 3:8) и, исторгнув из сердец наших ядовитые и смертоносные семена его злобы, посеять в нас живоносное семя слова Своего, да о Нем возрастем во спасение (1 Пет. 2:2). Потому в премудром порядке восстановления потерянного нами блаженства естественно в начало и основание его полагается смирение, или нищета духа. Для сего Он Сам показал образ глубочайшего смирения. Иже во образе Божии сый, не восхищением непщева быти равен Богу, но Себе умалил, зрак раба приим, в подобии человечестем быв, и образом обретеся, яко человек, смирил Себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя (Флп. 2:6–8). Иже богат сый, обнища нас ради, да мы нищетою Его обогатимся (2 Кор. 8:9). Для сего и Матерь Себе благоволил избрать смиреннейшую всех Ангелов и человеков, Преблагословенную и Пречистую Деву Марию. Для сего и первыми строителями таин царствия Своего соделал Апостолов, бедных и смиренных рыбарей. Смирение для входа в царствие Иисуса Христа так необходимо, что без него ни одного, так сказать, шагу не можно сделать. Одни только смиренные способны к истинной вере во Христа: ибо, сознавая естественную бедность ума человеческого и неспособность к понятию таин Божиих, они с младенческою простотою верят слову Божию, не постигая оных, и по вере их Бог им открывает тайны царствия Своего (Мф. 11:25). Одни только смиренные способны к принятию всех даров Духа Святого: ибо, чувствуя бедность свою, на подобие нищих, просят их у Отца небесного и неотступно толкут у дверей милосердия Его и Бог отверзает им сокровища любви и благости Своей. Подобно как вода естественно течет вниз по наклонности земли: так и живоносная вода благодати Духа Святого изливается на одних только смиренных, и чем более Христианин смиряется, тем изобильнее и скорее приемлет в сердце свое сокровища царствия небесного. Блажени убо нищии духом, яко тех есть царствие небесное (Мф. 5:3).

Смиримся убо, братие, под крепкую десницу Божию; да ны вознесет (1 Пет. 5:6).Гордым бо Бог противится, смиренным же дает благодать (1 Пет. 5:5). Аминь.

***

Беседа II

Блажени плачущии яко тии утешатся (Мф. 5:4).

Господь Иисус Христос в основание истинного блаженства человеков, которое пришел Он возвратить нам, полагает смирение, или нищету духовную, как слышали мы в прошедшей беседе. Но истинное смирение духа неразлучно есть с сокрушением сердца, и несомнительный знак нищеты духовной суть слезы, проливаемые пред Богом от сердца, проникнутого чувством греховности своей и чувством любви к Богу и ближнему. Потому Спаситель вторым источником блаженства нашего поставляет духовный плач. «Блажени плачущии, – говорит небесный Учитель, – яко тии утешатся».

Для тех, которые никогда еще надлежащим образом не входили в самих себя и не рассматривали внутреннего состояния души своей, конечно слова Спасителя покажутся странными. Привыкши жить во всегдашней рассеянноcти и удалении от себя и от Бога, они привыкли почитать блаженными тех, которым счастие во всём благоприятствует и которые, изобилуя земными благами мира сего, в веселии и забавах провождают дни свои, а плачущих обыкновенно называют несчастными. Но вечная Истина не может обмануться, истинное утешение и неотъемлемая радость принадлежит плачущим.

Но кто суть сии плачущии и в чем состоит их блаженство? Сетование и плач естественно происходит от чувствования потери любимых нами предметов. Кто любит богатство, тот сетует, когда теряет сокровища свои. Кто любит славу человеческую, тот сетует, когда не успевает получить оную. Кто любит забавы и утехи мира сего, тот сетует, когда они отъемлются у него. Словом, кто какую вещь любит, тот о потере ее и печалится. Спаситель говорит: идеже есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6:1).

Но кто прилепляется сердцем своим ко временным земным благам, тот не знает достоинства души своей бессмертной, созданной для вечного блаженства во святом соединении с Богом, Которого человек носит на себе образ, тот не знает истинного своего сокровища. А потому и печаль его о потере сих благ не только суетна и бесплодна, но может соделаться смертоносною для души его, ежели доводит сердце до уныния, которое Христианину совсем не свойственно ни в каких обстоятельствах жизни. Печаль бо мира сего смерть соделовает, – по выражению Святого Апостола Павла (2 Кор. 7:10).

Бог, по премудрой благости Своей, часто Сам отъемлет у нас любимые нами предметы, дабы сердце наше предохранить от излишней, а потому нечистой к ним привязанности, и всю нежность любви нашей обратить к Нему, единому достойному всей нашей любви. И счастлив тот, кто при таковых, особенно отеческих, посещениях Божиих входит во внутренность сердца своего, при светильнике закона Божия рассматривает свою совесть, и, находя себя грешником, с сердечным сокрушением оплакивает потерю невинности души своей, потерю всегда достойную слез, ибо с нею теряем мы единое и всё истинное блаженство наше – соединение с Богом, Коего святость не может иметь общения с грешником. Таковой плач есть святая печаль по Бозе, которая соделовает в нас покаяние во спасение, по словам Апостола Павла (2 Кор. 7:10). Сии-то плачущие суть блаженны; ибо плач их происходит от любви к Богу, Которого оскорбление грехами своими они живо чувствуют. Они блаженны: ибо слезами своими омывают скверны грехов своих, и вопль их, проникая небеса, от любообильного сердца Отца небесного низводит на них благодать Духа Святого, возвращающую душам их ту чистоту и невинность, в которой они вышли из купели крещения; а с возвращением невинности возвращается им всё истинное блаженство их.

Но истинная любовь к Богу всегда выражается в любовь к ближним. Истинно любящие ближних, видя их впадающих в грехи и теряющих сокровище вечной жизни и блаженства своего, не могут не скорбеть сердцем о всей достоплачевной их потере. Вот другой источник святого плача, ублажаемого Спасителем. Так скорбел Моисей, когда Израильтяне в пустыне отступили от Бога своего и поклонились тельцу златому; скорбел и изливал пред Богом душу свою в слезных к Нему молитвах о врученных ему людях. Молюся Ти, Господи, – глаголал он, – согрешиша людие сии грех велик: и сотвориша себе боги златы: и ныне, аще убо оставиши им грех их, остави. Аще же ни, изглади мя из книги Твоея, в нюже вписал еси (Исх. 32:31–32). Так скорбел о неверии во Христа Иудеев единоплеменников своих Св. Апостол Павел, который с клятвою о себе говорит: истину глаголю о Христе, не лгу, послушествующей ми совести моей Духом Святым: яко скорбь ми есть велия, и непрестающая болезнь сердцу моему: молилбыхся сам аз отлучен быти от Христа по братии моей, сродницех моих по плоти (Рим.  9:1–3). Сей святой плач, проистекавший из чистой и пламенной любви к ближнему, святые мужи почерпали из приснотекущего источника Божественного человеколюбия Господа нашего Иисуса Христа, Который, готовясь принести Себя в жертву за спасение рода человеческого, в молитвенном подвиге в саду Гефсиманском оросил землю слезами Своими. Иже во днех плоти Своея, моления же и молитвы, к могущему спасти Его от смерти, с воплем крепким и со слезами принес, и услышан быв от благоговеинства (Евр. 5:7).

Есть еще высокая степень святого плача и сердечного умиления, свойственная душам, уязвленным любовию к Богу и Христу, которые, от преизбытка желания соединиться с Ним на веки, сетуют о продолжении странствования своего на земле и воздыхают о небесном своем отечестве. Имже образом желает елень на источники водныя, вопиет к Богу Св. Давид, еще желает душа моя к Тебе, Боже! Возжада душа моя к Богу крепкому, живому: когда прииду и явлюся лицу Божию? Быша слезы моя мне хлеб день и нощь, внегда глаголатися мне на всяк день: где есть Бог твой (Пс. 41:2–4)? О сем воздыхаем, – говорит Св. Апостол Павел, – в жилище наше небесное облещися желающе (2 Кор. 5:2).Желание имам разрешитися от тела, и со Христом быти (Флп. 1:23). Вот кто суть те плачущие, которых Иисус Христос называет блаженными. Блаженство их состоит в том, что они верно утешатся по непреложному обещанию вечной Истины. Блажени плачущии, яко тии утешатся (Мф. 5:4). Они утешатся не только в будущей жизни славы, но и в настоящей жизни благодати. Нет ничего несправедливее, как то ложное мнение, будто бы жизнь истинных Христиан на земле есть тягостна и несносна, будто бы уделом их была одна беспрерывная печаль, уныние и сетование. Напротив, ежели есть на земле истинная радость, то она принадлежит сердцам умиленным и душам благоговейным и святым, радость, конено, скромная, но всегда твердая; ибо почерпается из чистого источника любви и благости Божией и утверждается на свидетельстве благой и непорочной их совести. Посему-то Св. Апостол Павел плодом духовной жизни поставляет любы, радость, мир (Гал. 5:22). Бог, вложивший в сердца родителей нежную любовь к чадам своим, конечно не уступит ни одному из отцов и матерей в нежнейшем попечении о тех, которых Он усыновляет Себе ради заслуг единородного Сына Своего Господа нашего Иисуса Христа, и которых детские сердца вопиют к Нему день и ночь, как Сам Он уверяет чрез Пророка Исаию: еда забудет жена отроча свое, еже не помиловати исчадия чрева своего? Аще же и забудет сих жена, но Аз не забуду тебе (Ис. 49:15). Отец небесный Сам утешает любимых на земли чад Своих, изливая в сердца их любовь Свою Духом Святым (Рим. 5:5), единым истинным Утешителем. А когда Бог утешает, то тысячи скорбей не могут отнять у них небесной радости духа. Он утешает их, даруя им несомненную надежду на стяжание вечной и никем неотъемлемой радости, когда Иисус Христос отъимет ее яко слезу от очию их (Откр. 21:4); когда отбежит болезнь, печаль и воздыхание; когда веселие и радость вечная почиет над главою их (Ис. 35:10). Блажени убо плачущии, яко тии утешатся! Сеющии бо слезами, радостию пожнут (Пс. 125:5).

Но горе вам, смеющимся ныне, – говорит Спаситель, – яко возрыдаете (Лк. 6:25). Сие не то означает, будто бы Иисус Христос запрещал всякое истинно невинное удовольствие последователям Своим. Он проклинает безумный смех грешников, которые тогда, как глас Божий, вопиющий в совести их, призывает их к покаянию, в безумии своем стараются заглушить сей спасительный глас шумными забавами и утехами мира сего. Проклинает тот диавольский смех нечестивых, которые, видя собратий своих, впадающих в грехи, вместо того, чтобы с братскою любовно обличить их и исправить и воздыхать к Богу об их обращении, издеваются над их слабостями. Проклинает, наконец, тот погибельный смех пришедших во глубину зол беззаконников, которые, не радя о спасении своем, в плотской беспечности, подобно Епикуреям, говорят в сердцах своих: да ямы и пием, утре бо умрем (Ис. 22:13). Таковым смеющимся Спаситель возвещает горе; ибо они рано или поздно возрыдают.

Часто Господь по премудрому строительству промысла Своего еще в сей жизни поражает противящихся Ему праведным судом Своим, так как и милует рабов Своих: звах вас, – говорит Он чрез Пророка Исаию, – и не послушасте, и сотвористе лукавое предо Мною, и яже не хотех, избрасте: сего ради се работающии Мне ясти будут, вы же взалчете; се работающии Мне пити будут, вы же возжаждете; се работающии Мне возвеселятся в веселии сердца, вы же возопиете в болезни сердца вашего и от сокрушения духа восплачетеся (Ис. 65:12–14). Но кто может изобразить ту отчаянную болезнь и сетование нераскаянных грешников, которая постигнет их, когда смерть разлучит их навсегда с мирскими предметами суетного и беззаконного веселия их? За пределами гроба один только есть вечный предмет радости всех святых Ангелов и человеков, единая утеха и радость наша – Господь и Бог наш Иисус Христос.

Обратимся убо, братие, всем сердцем нашим к Его благости и милосердию. Пусть любовь Его, врачуя души наши от недугов греховных, поражает нас скорбями во временной сей жизни. Скорби и спасительны и скоро, скоро прейдут. Только бы Он, Всеблагий, в нескончаемой вечности сподобил нас узреть Его во славе. Тогда возрадуется сердце наше и радости нашея никтоже возмет от нас (Ин. 16:22). Аминь.

***

Беседа III

Блажени кротцыи: яко тии наследят землю (Мф. 5:5).

Конечно, братие, добродетель кротости имеет в себе нечто особенно любезное Богу, что Он благоволительный взор Свой паче всех обращает на кроткого и смиренного сердцем, как Сам Он уверяет чрез Пророка Исаию: небо престол Мой, земля же подножие ног Моих: кий дом созиждете Ми, или кое место покоища Моего? Вся бо сия сотвори рука Моя, и сия суть вся Моя: и на кого воззрю? Токмо на кроткаго и молчаливого и трепещущаго словес Моих (Ис. 66:1–2). Причина столь особенного благоволения Божия к кротким заключается в Ангельских свойствах сей добродетели. Сущность ее в отношении к Богу состоит во всецелой и безусловной Ему преданности, по которой истинно кроткие души безмолвно верят Его слову, беспрекословно повинуются Его воле, с сыновним благоговением исполняют Его заповеди и с трепетом остерегаются, чтоб не оскорбить Его беспредельную любовь и благость каким-либо образом. Бог любовь есть (1 Ин. 4:8), по словам Св. Писания. Беспредельная Его любовь находит свою радость в сообщении тварям блаженства своего. Кроткие потому наипаче Ему любезны, что любовь Его не находит препятствия в излиянии в покорные сердца их даров Своей благости. Таковы суть благие Ангелы на небесах, которых всё блаженство зависит от свободной и совершенной их покорности воле Божией. Таков был умаленный малым чим от Ангел (Пс. 8:6) человек, вышедший из Творческих рук в состоянии своей невинности. Ненарушимое его и всех его потомков блаженство зависело от ненарушимой верности в исполнении воли Творца своего, в кротком последовании Божественному Его гласу. И ежели бы противление его заповеди Божией не положило преграды к излиянию на него даров благости Творца его, конечно бы жизнь его и всего его рода была беспрерывным возрастанием от блаженства к блаженству, от славы в славу. Но счастие разумной и свободной твари исчезает с той самой минуты, как она начинает нарушать повиновение Богу Создателю своему. Так возмутившийся ангел, сатана, в самом небе, где вечно царствует блаженство, изрыл себе бездну погибели. Так, принявший в сердце свое ядовитое семя непокорности Богу, человек, в самом раю сладости уготовал себе и всему потомству своему горечь смерти и злосчастия и лишился обетованнаго ему наследия – жизни вечной. Закон сей вечен и так неизменен, как непременен сам Бог.

Беспредельное человеколюбие Отца небесного открыло человекам грешникам возможность и верный способ снова возвратить потерянное противлением их блаженство и утвердить его на веки во Христе Господе и Спасителе нашем. Но блаженство сие возвращается не иначе, как совершенньм обращением кающегося грешника к кроткой покорности воле Божией. Отец небесный, ради Божественных страданий и крестной смерти воплощенного единородного Сына Своего, прощает нам грешникам грехи наши, в которых мы рождены – но тогда, когда мы безмолвно веруем и повинуемся Его слову, и веру свою доказываем добрыми делами, на которые мы призваны и возрождены в таинственной купели крещения (Еф. 4:5). Иисус Христос, в Котором Отец небесный положил все сокровища жизни, света и блаженства нашего, пролиявший на Кресте за спасение мира всю Божественную кровь Свою до последней капли, паче всего хощет изливать в сердца человеков дары благодати Духа Святого, дабы их освятить и соделать блаженными, но приемлют сии дары одни только те сердца, которые в кротости духа исполняют Заповеди любви Его. Тако возлюби Бог мир, яко и Сына Своего единороднаго дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный (Ин. 3:16). И что есть вера с вашей стороны, как не кроткая и безпрекословная покорность всего ума нашего Слову Божию? что есть жизнь на земле истинно верующих, сей начаток жизни Вечной, как не кроткое и постоянное повиновение всей воли нашей всесвятой воле Божией и Его заповедям? – Сих-то кротких, вечная Истина – Иисус Христос называет блаженными.

Но истинная кротость души верующего пред Богом всегда выражается кротким житием и обращением его с ближними. Души, всецело преданные Богу, во всех обстоятельствах жизни, в которые всеуправляющий Его промысл поставляет их, постоянно сохраняют сие Божественное правило, преподанное нам Спасителем: не воздавать злом за зло, но побеждать благим злое (Рим. 12:21). Истинно кроткий, имея власть и силу мстить за содеянные ему обиды, мыслит только о благе даже самых врагов своих, – и тако всемогущею силою любви Христовой побеждает благим злое. Посему-то самые величайшие служители в царстве Божием были самые кротчайшие из человеков. Моисею, вождю избраннаго народа Божия, сам Господь говорит: вем тя паче всех (Исх. 33:17), ибо Моисей был кроток зело (Чис. 22:3). Родоначальник царей Израилевых, Давид кротостию (Пс. 131:1) своею заслужил у Бога высочайшее преимущество – нарицаться отцом воплощенного от племени его превечного Сына Божия Иисуса Христа.

Но человеки, сколько бы ни были кротки, могут составить только слабую тень той Божественной кротости, которой всесовершенный образец показал вселенной единородный Сын Божий Господь и Бог наш Иисус Христос. Так о Нем говорит Отец небесный чрез Пророка Своего: се Отрок мой, егоже изволих: возлюбленный Мой, Нань же благоволи душа Моя: положу Дух Мой на Нем, и суд языком возвестит: не преречет, ни возопиет, ниже услышит кто на распутиях гласа Его. Трости сокрушенны не преломит, и лена внемшася не угасит: дондеже изведет в победу суд. И на имя Его языцы уповати имут (Ис. 42:1–4Мф. 12:17–21).

Как всё благоволение Отца небесного почивает на единородном Сыне Его, то и из человеков на тех только оно изливается, в которых Он усматривает любезные Ему черты кротости Его. Посему-то Иисус Христос, желая всех соделать участниками и наследниками благословения Отца небесного, говорит: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем; и обрящете покой душам вашим(Мф. 11:29).Блажени убо кротцыи, последующие гласу и примеру кротчайшего Спасителя своего, – Он им обещает и покой и наследие благих Своих на земле живых: яко тии наследят землю.

Но какая есть сия земля, которую Иисус Христос обещает кротким и послушным сынам Божиим, как некое драгоценное их наследие? – Конечно Бог, как един вечный Владыка неба и земли, и на сей земле пришельствия и странничества нашего, не оставляет верных и послушных рабов Своих. Кроткие, по самому свойству кротости, не жадничают приобретения земных царств, не грабят земных сокровищ, не ссорятся за земные богатства; – ибо стяжавшие твердый покой душ своих во Христе Иисусе, ищут и надеются получить небесные. Но за то еще в сей жизни получают от Бога велие приобретение, благочестие с довольством (1 Тим. 6:6), по словам Писания. И по здравому смыслу человеческому не тот богат, кто много имеет и еще большего желает: но кто и малым доволен. А слово Божие гласит: лучше малое праведнику, паче богатства грешных многа (Пс. 36:16). Это невозможно, чтобы Бог оставил без нужного для жизни тех, которые всем сердцем Ему преданы. Юнейший бых, говорит Св.Пророк Давид, и состарехся, и не видех праведника оставлена, ниже семене его просяща хлебы (Пс. 36:25). Истина сия подтверждается всегдашними опытами. Род правых и на сей земли всегда благословляется (Пс. 111:2), по непреложному слову Божию. Но сия земля есть место воспитания чад Божиих, а не наследия; следовательно не есть та, которую Иисус Христос обещает в наследие кротким. Сия обетованная Спасителем земля есть та, о которой говорит Пророк Давид: верую видети благая Господня на земли живых (Пс. 26:13). Есть та, о которой глаголет Апостол Петр: приидет день Господень яко тать в нощи, в оньже небеса убо с шумом мимо пойдут, стихии же сжигаемы разорятся, земля же, и яже на ней дела сгорят. Новаго же небесе и новой земли по обетованию Его чаем, в них же правда живет (2 Пет. 3:10, 13). Есть та, которую видел в откровении Господнем возлюбленный ученик Иисуса Христа, Иоанн Богослов: и видех небо ново и землю нову: первое бо небо и земля первая преидоша (Откр. 21:1). Есть та, которая, после разрушения сей земли, откроется в неизреченной красоте и великолепии; о которой не токмо мы верующие во Христа и ожидающие своего избавления, но и вся тварь воздыхает, чающе освобождения своего от рабства суете и тлению (Рим. 8:22), как говорит Св.Апостол Павел. Там-то истинное, вечное и неотъемлемое наследие наше, братие, которое уготовано нам верующим Отцем небесным, обещано непреложным словом Его, и истина сего обещания запечатлена Божественною кровию Господа нашего Иисуса Христа.

Как отцы земные обыкновенно кротких и послушных чад своих с радостию вводят в наследство имения своего, отлучая от оного строптивых и непокорных, так и Отец небесный, Отец щедрот и вместе Бог правды, уготовал наследие вечнаго блаженства на земли живых одним только кротким и послушным велениям Его чадам Своим. Из числа Израильтян, вышедших из Египта, те только достигли обетованной земли, которые со всею верою и послушанием последовали водительству слова Божия, а противльшихся кости падоша в пустыни (Евр. 3:17). Спаситель Христос, отличая истинных Христиан от ложных, говорит: овцы Моя гласа Моего слушают, и Аз дам им живот вечный (Ин.10:27, 28). И на последнем всемирном суде, по сему же отличительному качеству агнчей кротости, отличит Он истинных чад Божиих от чад гнева, и поставит овцы одесную Себе, а козлища ошуюю (Мф. 25:33). Кротких овец введет в наследие царства Отца Своего, а строптивых козлищ отлучит на веки.

В кротости убо приимем, братие, слово Божие (Иак. 1:21) в сердца наши, да о нем возрастем во спасение (1 Пет. 2:2). Да сподобимся и мы на последнем суде услышать от Спасителя нашего сей сладчайший глас: приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира (Мф. 25:34). Аминь.

***

Беседа IV

Блажени алчущии и жаждущии правды: яко тии насытятся (Мф. 5:6).

Есть в сердце человеческом глубоко впечатленное ненасытимое некое желание большего блага, нежели сколько каждый из нас имеет. Какого бы ни представили мы себе счастливца века сего, всё еще будет оставаться в душе его стремление к большему счастию. Сие стремление с одной стороны показывает, что ничто из тварей не может удовлетворить желаний бессмертной души нашей. А с другой, оно есть беспрерывное некое воздыхание естества человеческаго о потере того блаженства и величия, с которого род человеческий ниспал грехом.

Известно, что человек создан по образу и по подобию Божию к вечному в соединении с Богом блаженству. А по сему Божественному назначению в одном только Боге может он найти совершенное свое благо и счастие, а больше нигде. Прекрасно о сем сказал один учитель Церкви: Ты, Господи, так создал души наши, что они ни в чем, кроме Тебе единаго, не могут обрести своего успокоения. Но вот одна из самых смертельных болезней растленных грехом душ наших! Вместо того, чтоб всё желание сердца нашего обратить к Богу и в Нем едином как неизчерпаемом, приснотекущем источнике всех благ, искать истинного своего счастия, где оно есть; мы ищем его везде, кроме Бога, где его нет; а потому и не обретаем. Думаем насытить желания бессмертной души нашей временными, тленными, скоропреходящими, суетными благами и удовольствиями мира сего – но тщетно. Сии мнимые блага не питают душу, а напротив приводят ее в такое болезненное состояние, что она, пресытившись ими, теряет свои силы и желание единого, истинного, верховного блага, могущего насытить ее, подобно отчаянно больному, который от изнеможения и от накопления болезнетворного вещества теряет совсем позыв на здоровую пищу. Сию-то смертоносную болезнь сердца нашего, желая исцелить Спаситель Христос, единый истинный Врач душ наших говорит: блаженни алчущии и жаждущии правды: яко тии насытятся (Мф. 5:6). Алчба и жажда правды, ублажаемая Спасителем, по изъяснению Отцов Церкви, есть всегдашнее и сильное стремление души истинного Христианина к исполнению воли Божией и творению всех заповедей Евангелия, в которых заключается правда Божия. Сие изъяснение основано на словах Самого Спасителя, Который некогда ученикам Своим, просившим Его, чтобы Он вкусил от принесенной ими пищи, сказал: Мое брашно есть, да сотворю волю пославшаго Мя, и совершу дело Его (Ин. 4:34). И вися на кресте, не столько от смертельной телесной жажды, сколько от сожигавшего любообильное сердце Его беспредельного желания совершить дело спасения нашего, на которое Он послан от Отца небесного, произнес сие многозначительное слово: жажду (Ин. 19:28) ибо последующее за сим слово Его было: совершишася (Ин. 19:30).

Заметьте притом, братие, силу Евангельских слов. Спаситель не просто сказал: блажени творящии правду, но блажени алчущии и жаждущии правды. Сие для того, дабы показать, что для возвращения потерянного нами блаженства праведных потребно, чтоб мы к творению заповедей Божиих такое сильное имели желание, какое голодный имеет к пище и жаждущий к питию. Иисус Христос хощет, чтоб мы все желания души нашей соединили во едино святое желание, как угодить Богу, и во всех делах своих со всею любовию и охотою исполнять Его волю. – Он хощет, чтобы сия святая алчба и жажда правды Божией истребила во глубине сердец наших всякую другую греховную алчбу и жажду суетных благ и удовольствий мира сего, которые не питают душ наших.

Для души нашей также потребна свойственная ей духовная пища, как и для тела телесная. – Тело, благоразумно питаемое здоровою пищею, растет и укрепляется и получает силы на совершение свойственных ему дел: подобно и душа получает истинную свою жизнь приятием в себя верою животворного семени слова Божия, растет поучением в законе Господнем день и ночь, приходит от силы в силу постоянным исполнением и творением заповедей Евангелия, заключающих в себе правду Божию, украшается благочестием и всеми Христианскими добродетелями; – и тако, возвращая свойственное ей благородство и славу образа и подобия Божия, готовит себя в вечную достойную обитель Богу, по непреложному обещанию Иисуса Христа:– аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет, и Отец Мой возлюбит его, и к нему приидем, и обитель у него сотворим (Ин. 14:23). Признак здравия тела есть алчба, или позыв на пищу: подобно и признак возвращения душе нашей здравия и исцеления от недугов греховных есть алчба и жажда, или сильное стремление ее и любовь к творению заповедей Божиих. Сию-то святую алчбу и жажду имея в сердце своем Святый Псалмопевец, вопиет от души к Богу: на пути свидений Твоих насладихся, яко о всяком богатстве. Возлюби душа моя возжелати судьбы Твоя на всякое время. Благ мне закон уст Твоих, паче тысящ злата и сребра. Коль возлюбих закон Твой, Господи, весь день поучение мое есть. Коль сладка гортани моему словеса Твоя, паче меда устом моим (Пс. 118:14, 20, 72, 97, 103). Прочтите, братие, со вниманием весь стовосемнадцатый Псалом; и желательно, чтобы каждое утро читали мы его, дабы уразуметь блаженное свойство и святые чувства души алчущей и жаждущей правды Божией и сколь можно – подражать им. Сию-то блаженнотворную алчбу и жажду всеблагий Спаситель наш хощет возбудить в бедных душах наших, и истребить в них пагубную для нас алчбу богатства, смертоносную жажду забав мирских, и греховное стремление к славе человеческой.

Ненасытимая алчность злата и сребра так неприлична Христианину и даже человеку, что Ап. Павел сребролюбие называет коренем всех зол(1 Тим. 6:10), алихоиманиесчитаетидолослужением (Кол. 3:5). Бог не для того создал сребро и злато, чтоб мы алкали приобретать оное; но чтоб тогда, когда Он благословляет нам иметь оное, употребляли его по Святым Его намерениям на нужды наши и в славу Его. Посему-то Слово Божие заповедует: аще богатство течет, не прилагайте к нему сердца вашего (Пс. 61:11). Видите, братие, как Господь остерегает сердца наши от пристрастия к сему прелестному идолу, – и тогда даже, когда бы оно к нам текло без нашего искательства, мы должны очень остерегаться, чтоб сердце наше к нему не прилепилось, и с ним не погибла душа наша. – Вот что слово Божие, слово истины говорит к тем, которые в себя, а не в Бога богатеют: богатство ваше изгни, и ризы ваша молие поядоша: злато ваше и сребро изоржаве, и ржа их в послушество на вас будет. Возвеселистеся на земли и насладистеся, упитасте сердца ваша, аки в день заколения (Иак. 5:2–5), ныне же взалчете (Лк. 6:25).

Порочная жажда роскошных пиршеств, забав и утех мира сего отравляет сердце человеческое, и делает его неспособным на служение Богу и обществу. Бог, по преизбытку благости Своей, и на земле, в сей стране изгнания нашего из рая сладости – в стране пришелствия нашего разсыпал обильно предметы и утешения и радости и веселия для нас: однакож не для того, чтоб мы безрассудным к ним пристрастием утопили в них души наши; но чтоб на многотрудном пути, возвращения нас в небесное наше отечество, находили в них некую потребную отраду и прохлаждение, – и получив новую бодрость, неуклонно продолжали шествие наше к сокровищу всех благих – Богу. Позволительно путешественнику утешаться прекрасными видами, встречающимися на пути и пользоваться приятностями мест для своего отдохновения; но ежели он пленится сими прелестями и долго будет медлить, то потеряет время и не достигнет впору назначенного места. Для многих из нас, братие, путь к небесному отечеству может быть еще очень далек, – а время кратко: благоразумно ли в пустых забавах терять невозвратно то драгоценное время, от употребления котораго зависит целая наша вечность? – Ежели мы члены Иисуса Христа, как и должны быть по званию нашему: то прилично ли членам покоиться в неге и забавах, когда глава Спасителя нашего, для возвращения нам блаженства, уязвена и прободена была терновым венцом?

Греховное стремление к славе человеческой и к человекоугодию несовместно с истинною во Христа верою, как Сам Он говорит: како вы можете веровати, славу друга от друга приемлюще, и славы, яже от единаго Бога, не ищете (Ин. 5:44)? Бог вложил в сердце наше благородное стремление к славе, однакож не для того, чтоб мы жаждали приобресть славу человеческую; но чтобы творением добрых дел всемерно стремились возвратить себе потерянную грехом славу образа и подобия Божия. Ищи во всём и всегда славы Божией, благоугождая Ему, – и слава твоя неразлучно будет следовать за тобою и в сей и в будущей жизни, как тень следует за телом; а ежели станешь искать только славы человеческой, то славы Божией лишишься; и человеческую, ежели и найдешь, то скоро потеряешь. Ибо всяка плоть, яко трава, и всяка слава человеча, яко цвет травный: изсше трава, и цвет ея отпаде (1 Пет. 1:24). Преходит бо образ мира сего, а с ним и вся слава его, а творяй волю Божию, пребывает во веки (1 Ин. 2:17). Сей-то вечной и неувядаемой славы, сего-то неотъемлемого сокровища – блаженства нашего и наслаждения небесными нетленными благами желая нас сподобить Иисус Христос – Бог и Спаситель наш, говорит: блажени алчущии и жаждущии правды, яко тии насытятся. Они насытятся; ибо еще в сей жизни благодати, любящие всем сердцем правду Божию и ищущие оную всеми силами души своей, от любимого Господа своего получают в духе сладостное предвкушение небесных благ, яко залог вечного их блаженства. Но вполне насытятся и насладятся Богом своим, когда по разрешении от уз телесных откроются им те блага, ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человку не взыдоша, яже уготова Бог любящим Его (1 Кор. 2:9). Насыщуся, говорит Св. Псалмопевец, егда явится мне слава Твоя (Пс. 16:15). Юже да сподобит Отец небесный получить и нас грешных благодатию и человеколюбием Единородного Сына Своего, Ему же со Отцом и Святым Духом слава и держава во веки веков. Аминь.

***

Беседа V

Блажени милостивии: яко тии помиловани будут (Мф. 5:7).

В прошедшей беседе слышали мы, братие, как Господь Иисус Христос хощет, чтобы мы с таким же сильным желанием стремились к исполнению воли Божией и заповедей Его, с каким нетерпением алчущий ищет пищи, и жаждущий пития. Называя блаженными алчущих и жаждущих правды праведников, Спаситель обещает им вечное насыщение неизреченною Своею радостию и славою в обителях Отца небесного. Блажени алчущии и жаждущии правды, говорит вечная Истина, яко тии насытятся (Мф. 5:6).

Но что есть вся правда наша пред Богом? Муж по сердцу Божию Св. Давид из глубины сокрушенного сердца своего вопиет: не вниди в суд с рабом Твоим, Господи, яко не оправдится пред Тобою всяк живый (Пс. 142:2). Что скажем о себе мы, бедные грешники? Тебе, Господи, правда, нам же стыдение лица (Дан. 9:7),глаголет св. Пророк Даниил.

Так, братие, любообильный Спаситель и Ходатай наш пред престолом вечной правды Божией, зная всю ничтожность нашей правды и всё недостоинство наших добродетелей, хощет соделать нас достойными помилования Божия, хощет, чтоб мы, восчувствовав неизглаголанное милосердие Отца небесного к нам недостойным, и сами стяжали сердце милосердое к собратиям нашим, обещая милостивым несомненное помилование. Блажени милостивии, говорит Он, яко тии помилованы будут (Мф. 5:7).

Святый Псалмопевец, испытав на себе самом беспрерывные действия благости Божией, вопиет ко Господу: милость твоя, Господи, поженет мя вся дни живота моего (Пс. 22:6). Ежели бы каждый из нас, слушатели, был столько же внимателен к действиям милосердого о нас промысла Отца небесного, сколько Св. Давид, то конечно бы и мы во глубине сердец наших живо чувствовали ту беспредельную Его любовь и милость, которая преследует нас даже и тогда, когда лукавое сердце наше хощет от нее уклониться и убежать. Так Спаситель Христос, воплощенная любовь, Бог, открывает нам все источники блаженства нашего и дивные подает удобства ко спасению нашему. И конечно в день откровения всех тайных совести, в день суда Его не будет ни единого из человеков, который бы мог сказать, что ему не дано было достаточных средств к исполнению заповедей любви Божией. И что может быть удобоисполнимее заповеди милосердия Его? Есть добродетели особенные и дела великие, для которых потребны особенные силы благодати, и особенные случаи, которые большею частию бывают редки. Есть особенно важные служения в церкви Божией, к которым не всякий призван. Но нет человека, для которого бы было трудно быть милостивым к ближним своим, ежели он сам не ожесточил сердца своего; и нет времени, в которое бы не открывалось нам множества случаев к исполнению заповедей милосердия, ежели гордость и своекорыстие не ожесточило сердец наших.

Всеблагий Бог по непостижимо премудрому промыслу Своему, разделяя неравно дары милости Своей человекам, в необозримом различии состояний их, уравнивает их в том, что всем и каждому дает способы оказывать друг другу взаимную помощь по силе своей. Одного из среды многих облекает властию над собратиями своими и вверяет сердцу его залог милости и суда, дарует ему случаев и способы к защите невинности, к покровительству сирот и вдов, к помощи беспомощным. Конечно Господь сил может и без него и защитить невинность и дать покров сиротам; но благость Его сильным земли дает возможность творить милость собратии своей, дабы и их самих помиловать в вечности, когда упразднится всякое начальство, власть и сила (1 Кор. 15:24).

Другому Господь разумов от неистощимых сокровищ премудрости Своей уделяет особенный силы ум и промыслом Своим споспешествует к приобретению отличного просвещения. Сколько представляет ему случаев к руководству неопытной юности, к наставлению на путь истины заблуждающих, к подаянию благоразумных советов в жизни своим ближним! – Конечно Бог, Который просвещает всякаго человека грядущаго в мир (Ин. 1:9), и без него имеет бесчисленные орудия ко вразумлению человеков; но любовь Его хощет вразумлять их чрез человеков же, даруя им средства и случаи оказывать дела любви и милосердия собратии своей, дабы и их самих помиловать.

Иной изобилует богатством и благами земными, между тем как другие нуждаются в самых необходимых потребностях жизни. – Конечно не потому, чтобы всеблагий Создатель не мог всем даровать безнужное содержание; но премудрая благость его хощет, чтобы приявшие от десницы Его обильные дары Его милосердия, видя пред собою неимущих собратий, имели всегда случаи раздаянием их заслуживать себе милость у Господа. Милуяй бо нища, глаголет Писание, взаим дает Богу (Прит. 19:17), Который сторицею воздаст им во время их скудости – за пределами гроба, в котором всё земное погребается для нас невозвратно.

Но есть нищие, которые по-видимому лишены всех способов благотворить ближним своим. Они не имеют ни власти, ни отличных дарования ума, ни богатства; однакож у них есть сердце, способное любить собратий своих, желать им истинного блага, и молиться за них Господу. И может быть теплые и чистые молитвы их проникнут небеса и у престола благодати Божьей испросят от Господа такие небесные милости своим ближним, милости для грешных душ их, которых невозможно даровать ни властию, ни ученостью, ни богатством.

Таковы были весьма многие из Святых, по выражению Св. Апостола Павла: лишени, скорбяще, озлоблени, в пустынях скитающеся и в горах и в вертепах и в пропастех земных: но их не бе достоин весь мир (Евр. 11:37, 38). Может быть мир лукавый и грешный думал, что они из ненависти к человекам удалялись от него, между тем как чистые сердца их преисполнены были человеколюбия и милосердия, и проливаемые ими о собратиях своих молитвенные слезы любви тысячекратно угашали огнь гнева Божия, готовый излиться на беззаконных грешников. Бог смотрит не столько на множество даров, сколько на великость любви и чистоту намерения благодеющего. Он и чашу студеной воды (Мф. 10:42), поданной из чистой любви к Нему, не оставляет без воздаянья. И две лепты вдовицы приемлет паче богатых приношений (Лк. 21:2–4). Так-то, братие, добродетель милосердия для всех вообще человеков удобоисполнима, и во всякое время и везде удобообретаема.

Но при всём том и самые наши дела милосердия, по растлению сердец наших, очень легко могут быть осквернены своекорыстным самолюбием и тщеславием и лишиться милостивого воздаяния от Бога, если твориться будут по духу и обычаям мира, а не по духу и заповедям Евангелия. По сему-то Спаситель Христос, дав нам сию заповедь, показал и правило для исполнения ее, дабы наши дела милосердия не были суетны. Будите милосерди, говорит Он, якоже Отец ваш небесный милосерд есть (Лк. 6:36). Чтоб стяжать сердце истинно милосердое, надобно глубоко быть проникнутым чувством того беспредельного милосердия Отца небесного, которое простирается на всех вообще тварей, не исключая ни единой, ни самомалейшей из них, которое не прерывается ни временем, ни вечностию, ни неблагодарностию человеков, ни самою злобою их. А как Отец небесный всего Себя открывает нам в Единородном Сыне Своем Господе нашем Иисусе Христе: то мы нигде лучше не можем научиться истинному милосердию, как у подножия Креста Спасителя нашего. Один чистый и умиленный взор сердца на Распятого за нас любовию Своею всего более может научать нас.

Сын Божий, Господь и Царь славы с высоты престола Божественного величества Своего снисходит и смиряется до состояния последнего раба, дабы сотворить милость с нами погибшими грешниками. – После сего какая высота человеческая не снизойдет к низкой участи собратий своих? И найдется ли столь презренный из человеков, который бы не достоин был сострадания нашего? – Сын Божий, пришедший на землю, дабы пролить повсюду сокровища благословений Отца небесного, повсюду встречает одну неблагодарность и гонение от тех, которых Он пришел спасти, – но не престает благодетельствовать им. – После сего какая неблагодарность человеков может остановить действия благотворения в душе Христианина? Сын Божий, вися на Кресте в неизреченно болезненных скорбях, молится Отцу небесному о распинателях Своих. – После сего должно ли оставаться в сердце Христианина чувство неприязни ко врагам его, и можно ли прекратить любовь и милость к ним? Сын Божий проливает на крестном олтаре всю Божественную Кровь Свою и не щадит положить душу Свою за спасение всех грешников. – Пощадит ли после сего когда Христианин что-либо для помощи собратий своих?

Так, братие, истинное, чистое, на всех простирающееся, никогда и ничем непобеждаемое, но всё побеждающее милосердие почерпать мы можем только из милосердого сердца Спасителя нашего, отверстого для всех копием воинским. И блажени милостивии, у Него научающиеся сей добродетели! Они верно помиловани будут, по непреложному Его обещанию. Бог, Который есть весь любовь (1 Ин. 4:8), не может не изливать на них Своего милосердия. Божественный огнь любви Его, изливаемый Духом Святым в милосердые сердца их, потребит грехи их немощи, свойственной естеству человеческому. Как Сам Он уверяет чрез Пророка Исаию: раздробляй алчущим хлеб твой, и нищия бескровныя введи в дом твой: аще видиши нага, одей, и от свойственных племени твоему не презри. Тогда разверзется рано свет твой, и исцеления твоя скоро возсияют: и предъидет пред тобою правда твоя, и слава Божия объимет тя. Тогда воззовеши, и Бог услышит тя, и еще глаголющу ти, речет: се приидох (Ис. 58:7–9)! Всеблагий промысл Отца небесного защитит их и помилует во время бедствия, неразлучных с настоящею жизнию. Блажен разумеваяй на нища и убога, говорит Св. Пророк Давид, в день лют избавит его Господь: Господь да сохранит его, и живит его, и да ублажит его на земли, и да не предаст его в руки врагов его; Господь да поможет ему на одре болезни его (Пс. 40:2, 4). Но все сокровища благости и милости Божей пролиются на них в последний день суда всемирного, когда Спаситель и Судия Господь наш Иисус Христос речет к ним: приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира. Взалкахся бо и дасте Ми ясти: возжадахся, и напоисте Мя, странен бех, и введосте Мене. Наг, и одеясте Мя: болен, и посетисте Мене; в темнице бех, и приидосте ко Мне. Понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе (Мф. 25:34–36, 40).

Надлежало бы нам, Христиане, начертать на сердцах наших неизгладимыми буквами сии, решительные судьбы нашей на всю вечность, слова Судии и Спасителя нашего, и сколь можно чаще читать их. Особенно, когда мы готовим пиршество и зовем друзей и соседей богатых, надлежало бы первое помыслить, нет ли алчущих и истаевающих гладом братий наших, которых Иисус Христос не стыдится называть меньшею братиею Своею? – И тогда бы пиры наши конечно были бы умереннее и сопровождались благословением Божиим. Когда мы богато украшаемся одеждами, надлежало бы вспомнить, нет ли нагих, не имеющих чем защититься от холода, собратий наших? – И тогда бы наряды наши конечно были бы проще и мы были бы благоугоднее пред взорами Господа нашего. Когда мы собираемся на веселия и забавы, надлежало бы размыслить, нет ли плачущих безутешно от нищеты и убожества ближних наших? – И тогда бы конечно веселия наши растворялись скромною и искреннею радостию о Господе. Надлежало бы, братие, чтоб воспоминание распятого за нас милосердого Спасителя нашего столько же бы было часто у нас, как дыхание наше. – Но окаянное забвение его делает то, что владычество суетных и более вредных для спасения нашего обычаев мира сего сильнее над сердцами нашими действует, нежели глас Искупителя нашего – и мы остаемся неоплатными грешниками.

Господи! Любовь, распятая за нас на Кресте, Божественною силою любви Твоей растерзай греховные узы душ наших! Излей в сердца наши елей милосердия Своего! Да будем и мы милосерды, якоже Отец наш небесный милосерд есть, и обрящем благодать и милость на суде Твоем праведном. Аминь.

***

Беседа VI

Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф. 5:8).

Вот и еще, братие, источник блаженства нашего, открываемый нам Спасителем нашим! – Источник, который не далече от нас, для обретения коего нет нужды проходить море и сушу – источник самый близкий к нам – в сердце нашем; но при всей близости своей столь редкими между нами обретаемый по невниманию нашему и по растлению сердец наших! Кто бо чист будет от скверны? – Никтоже; аще и един день житие его на земли (Иов. 14:4–5), говорит праведный Иов. И видение Бога есть столь высокое преимущество, что оно собственно принадлежит единым чистейшим Ангелам, которые выну видят на небеси лице Отца небеснаго (Мф. 18:10), по словам Спасителя.

Святой Пророк Исаия, узрев только некоторый образ славы Божией, в трепете сердца своего возопил: о окаянный аз, ибо умилихся, то есть погиб я, яко человек сый, и нечисты устне имый, посреде людей нечистыя устне имущих аз живу: и Царя Господа Саваофа видех очима моима (Ис. 6:5). Что ж после сего скажем о себе мы, бедные грешники, которые пием неправды якоже питие (Иов. 15:16)? Дерзнем ли даже надеяться быть чистыми сердцем и узреть Бога, пред беспредельною чистотою Коего самое небо нечисто (Иов. 15:15), кольми паче человек гной, и сын человеческий червь (Иов. 25:6), по выражению Св. Писания?

Но в сем-то, братие, и открывается беспредельная сила искупления нас Кровию Единородного Сына Божия, что Искупитель Бог истинно верующих в Него из нечистых, в беззакониях зачинающихся и во гресех рождающихся (Пс. 50:7), грешников творит чистыми и святыми. В сем-то и состоит неприступное для мудрования ума человеческого, но весьма ясное для веры Христианина, таинство восстановления падшего грехом естества человеческого Крестом Иисуса Христа, что истинно возрожденные Духом Его Святым приводятся в такую же чистоту и непорочность сердца, с каковою первый человек вышел из Творческих рук, созданный по образу и по подобию Божию. В сем-то и заключается обетованное верующим блаженство, что в очищенных спасительными действиями благодати Божией сердцах их обновляются Богоподобные черты образа Божия, в котором они к неизреченной и вечно неотъемлемой радости своей узрят Бога: блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф. 5:8), говорит воплощенная Истина – Христос.

Заметим, слушатели, что для блаженного созерцания Бога необходимо требуется чистота и непорочность сердца, подобно как для узрения лица своего в зеркале, нужно, чтоб зеркало было чисто. В таковой чистоте непорочного сердца своего первый человек в состоянии невинности созерцал Бога в себе самом, доколе он верным блюдением заповеди Господа своего сохранял драгоценнейший залог образа Божия в правде и святости. Но своевольное уклонение от внимания спасительным глаголам Творца своего к пагубным внушениям сатаны обольстителя осквернило его сердце и лишило его, а с ним и нас всех, чистого орудия Богозрения. Дух злобы успел в самом корне – в сердце всего человеческого рода, вместо Божия светоносного образа истины, чистоты и святости, впечатлить свой темный образ лжи, беззакония и нечистоты. И кто не знает тех пагубных следствий, который проистекли из сего нечистого источника на все племена земли, того ослепления ума и омрачения сердца, в котором неведение истинного Бога до такой простерлось степени, что, по выражению Апостола, даже те, которые считались мудрыми, объюродиша; и измениша славу нетленнаго Бога в подобие образа тленна человека и птиц и четвероног и гад (Рим.1.22–23). Так человек, в создании своем умаленный малым чим от Ангел (Пс.8.6), в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным, и уподобися им (Пс.48.13).

Но при всём столь глубоком падении естества человеческого, человек всё еще остался предметом, ежели не благоволения, то беспредельнаго милосердия Божия. Единородный Сын Божий, по неизглаголанному человеколюбию Своему, Сам пришел, дабы разрушить дела диаволя (1 Ин. 3:8), и Божественною силою благодати Своей воссоздать верующих в прежнюю и уже во всю вечность неотъемлемую чистоту и святость сердца, чтоб соделать их способными к блаженнотворному зрению Бога. И чего не сделал для возстановления погибшего в нас образа Божия Божественный Искупитель и Спаситель наш?

Род человеческий, покрытый скверною грехов своих, не мог снести пришествия Сына Божия в Божественной славе естества Своего; явление славы Его потребило бы грешников. Для сего любовь Его сокрыла сияние Божества Своего под смиренным покровом бренной плоти нашей, дабы человеки могли узреть Его и слышать светоносные глаголы Его. И при самом первом явлении Его на земле людие, седящии во тьме видеша свет велий, и седящим в стране и сени смертней, свет возсия им (Мф.4.16). Человеки, по растлению естества своего, при самом изшествии на свет выносят с собою прирожденную нечистоту сердца: яко в беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя (Пс. 50:7), вопиет к Богу кающийся Царь и Пророк Давид. Для очищения от сей скверны, Сама воплощенная чистота и святость, Искупитель наш Иисус Христос благоволил погрузиться в водах Иордана и Собою освятил водное естество. И оттоле все крещаемые истинно верующие выходят из купели крещения с сердцем чистым и непорочным, в котором животворящая благодать Духа Святого насаждает семя истиннаго Богопознания. И не видим ли мы своими очами, что воспитываемый в законе и в страхе Господнем Христианский отрок несравненно чистейшие и высочайшие имеет о Боге понятия, нежели первый из мудрецов языческих?

Тот, Который в сердца родителей влиял нежнейшее попечение о сохранности телесной жизни детей своих, каких попечений не употребляет для сохранения духовной жизни возрожденных Им банею паки-бытия (Еф. 5:26Тит. 3:5) чад Своих, дабы соблюсти сердца их во всей чистоте и непорочности и дабы насажденное в них семя благодатной жизни и блаженства принесло плоды добродетели и святости? Для сего попечительная любовь Его начертала нам заповеди Евангельские, которых исполнение, ограждая нас от темных и смертоносных внушений духа злобы, просвещает сердца наши к живому и беспрерывно возрастающему в нас познанию Господа Бога нашего, если мы пребываем им верны. И сии светоносные заповеди, которые все до единой дышат беспредельным милосердием Искупителя нашего, для сердца Христианина тяжки не суть (1 Ин. 5:3), как говорит наперсный ученик Его Апостол Иоанн. Ибо, ежели по всеблагой премудрости Его и остаются немощи естества человеческаго в возрожденных и даже во Святых, то всемогущая сила Его всегда готова совершаться в немощах наших (2 Кор. 12:9), коль скоро мы с совершенною верою и надеждою прибегаем к Нему в сыновних молитвах наших, испрашивая у Него благовременной помощи. Любовь Его к нам до того простирается, что Он для укрепления немощных душ наших питает нас Своею животворящею плотию, и для очищения от всякой скверны сердец наших напояет нас Своею всеосвящающею кровию в ежедневно приносимой и совершаемой на святых олтарях сей умилостивительной о нас пред престолом вечной правды Божией жертве. Так Отец небесный соделал и делает для нас всё, дабы мы не согрешалиаще же кто и согрешит, глаголет Апостол Иоанн, Ходатая имамы ко Отцу Иисуса Христа, Праведника, – и Той очищение есть о гресех наших (1 Ин. 2:1–2). И Отец милосердия чего не даст нам ради ходатайства крови Единородного возлюбленного Сына Своего? Иже убо Своего Сына не пощаде, но за нас всех предал есть Его: како убо не и с Ним вся нам дарствует?говорит Св. Апостол Павел (Рим. 8:32).

Итак, братие святая, звания небеснаго причастницы (Евр. 3:1), видите, в какую чистоту и святость облечены мы благодатию Божественного крещения. По звавшему убо вы Святому и сами святи во всем житии будите. Зане писано есть: святи будите, яко же Аз Свят есмь, глаголет Господь (1 Пет. 1:15–16). Вы есте род избран, царское священие, язык свят, люди обновлеиия, яко да добродетели возвестите из тьмы вас призвавшаго в чудный Свой свет (1 Пет. 2:9), говорит первоверховный Апостол Петр.

К вам наипаче слово, отцы и матери и наставники юношества! Разумейте, какой драгоценный залог вверяет вам Господь и Церковь Его в отрожденных благодатию крещения чадах ваших. От благочестивых попечений ваших зависит сохранить юные сердца их так чистыми, как чистое зеркало, с которым они под покровом благодати Духа Святого будут преуспевать от силы в силу в истинном Боговедении к вечному и никем неотъемлемому от них блаженству, ежели будут воспитаны в светоносных заповедях Господних.

Весьма справедливо сказал один из святых Отцев, что Бог сокрыл Себя в заповедях Своих, и открывается сердцу нашему по мере исполнения нами оных; – другого пути к обретению и зрению Бога нет и быть не может. И вот причина, почему весьма часто случается, что многоученые и многоведущие, но необученные в хранении заповедей Господних, гораздо меньшее имеют познание о Боге, нежели простой Богобоязненный Христианин. Они не имеют и не пекутся иметь чистоту сердца, в которой единой созерцается Бог. По сему-то Святое Писание увещавает каждого из нас: всяким хранением блюди твое сердце: от сих бо исходища живота (Прит. 4:23). И блажен тот, кто убеленную кровию закланного за нас Агнца Иисуса Христа ризу чистоты и святости, получив в таинстве крещения, соблюл оную в непорочности сердца своего, не осквернив ее ни единым смертным грехом.

Но жизнь наша, слушатели, посреде обольстительного мира есть море, почти беспрестанно волнуемое то духом злобы, который всяким лукавым образом силится лишить нас драгоценного сокровища невинности, яко залога вечного блаженства; то собственными страстями нашими. И как редки те, которые не потерпели в сем море кораблекрушения и не погубили своего сокровища! –

Но никогда неиссякаемая любовь Отца небесного, ради ходатайства Искупителя нашего, и к погубившим благодать чистоты крещения грешникам простирает милосердую Свою руку, и дарует им покаяние, как доску некую, оставшуюся после кораблекрушения, на которой они могут достигнуть пристанища и паки возвратить потерянное, – не то хладное, наружное и бесплодное покаяние, после которого сердце грешника остается в прежней своей нечистоте, но покаяние внутреннее, истинное, – покаяние Святых, которые подобно Давиду с сокрушением духа вопияли и стенаниями испрашивали себе у Бога паки сердце чистое и дух правый (Пс. 50:12), и потекли с новою ревностию в путь заповедей Господних; которые, подобно Апостолу Петру, омыли нечистоту своего сердца слезами глубокого раскаяния и снова получили благодать непорочности и святости.

Так, братие, чистота сердца, и в нем живое зрение Бога принадлежит или тем, которые сохранили невинность крещения, или тем грешникам, которые возвратили оную чрез истинное покаяние. И сии-то чисти сердцем суть блажени. Они верно узрят Бога (Мф. 5:8) по непреложному обещанию Господа Иисуса, – узрят Его еще в сей жизни благодати – в сердце своем, любовию к Нему соблюдая заповеди Его, как Сам Он глаголет: аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет: и Отец Мой возлюбит его, и к нему приидем, и обитель у него сотворим (Ин. 14:23). Но ныне разумеем яко зерцалом в гадании, говорит Апостол Павел, тогда же лицем к лицу (1 Кор. 13:12). Возлюбленнии, глаголет Апостол Иоанн, ныне чада Божия есмы, и не у явися, что будем: вемы же, яко егда явится, подобни Ему будем, ибо узрим Его, якоже есть. И всяк имеяй надежду сию Нань, очищает себе, якоже Он чист есть (1 Ин. 3:2–3). Аминь.

***

Беседа VII

Блажени миротворцы: яко тии сынове Божии нарекутся (Мф. 5:9).

Конечно, братие, добродетель миротворения есть весьма велика пред очами Господа, что Спаситель Христос такое миротворцам дает обещание, которое все прочии обетования, данные истинно верующим, в себе заключает. Ибо называться и быть сынами Божиими есть столь великое преимущество, что для возвращения оного человекам надлежало, чтоб Сам Единородный Сын Божий, сый в лоне Отчем (Ин. 1:18), пришел на землю и искупил оное Своею Божественною кровию. Посему-то Св.Апостол Иоанн, излагая в послании своем чудное и беспредельного милосердия Божия исполненное строительство спасения нашего, говорит к верующим: видите, какову любовь дал есть Отец нам, да чада Божия наречемся, и будем (1 Ин. 3:1).

Все мы, братие, благодатию крещения призваны в наследие сего великого и драгоценного обетования Божия, ежели верным хранением заповедей Отца нашего небесного твердую и известную надежду получения оного до конца удержим (Евр. 3:6). Надлежит убо нам твердо разуметь, кто суть сии миротворцы, ублажаемые Иисусом Христом, да и мы, чада Божия наречемся, и будем.

И мир имеет своих миротворцев, которые возникающие или между целыми государствами брани или между частными людьми ссоры и неудовольствия оканчивают иногда взаимным примирением. Без сомнения и сии миротворцы оказывают человечеству довольно важные услуги и вообще от здравомыслящих почитаются за людей благодетельных. Но всякий мир земной, ежели не проистекает от Бога мира и любви, а основывается на одних земных видах, есть непрочен, и столько же часто и удобно разрушается, сколь легко возникают несогласия в сердцах людей, у которых не умерщвлены еще крестом Иисуса Христа страсти и похоти – сии всегдашние источники браней и раздоров. Откуду брани и свары в вас? говорит Св. Апостол Иаков, не отсюду ли, от сластей ваших воюющих во удех ваших? Желаете, и не имате: убиваете и завидите, и не можете улучити. Сваряетеся и берете, и не имате, ибо не просите: просите, и не приемлете, ибо зле просите, да в сластех ваших иждивете (Иак. 4:1–3). Посему-то Спаситель Христос, единый Источник и податель истинного мира, готовясь принести Себя в умиротворительную на кресте жертву, сказал ученикам: мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не якоже мир дает, Аз даю вам (Ин. 14:27).

Истинный, твердый и неотемлемый мир прямых Христиан основание свое имеет в святом и блаженнотворном их мире с Богом, от Которого проистекает глубокий мир в чистой их совести, и ненарушимый мир с своими ближними. Мир человеков с Богом, разрушенный грехами их, паки приобретен для всех крестной смертию воплощенного единородного Сына Божия Господа нашего Иисуса Христа. Той бо есть мир наш, говорит Св. Апостол Павел, средостение ограды разоривый, примирив нас Богови крестом, убив вражду на нем. Зане Бог бе во Христе мир примиряя Себе и не вменяя им согрешений их(Еф. 2:14; 2 Кор. 5:18, 19). И всяк верующий благодатию крещения приемлется в завет мира с Богом и ради Божественной крови и заслуг Иисуса Христа вступает в право чад Божиих (Ин. 1:12).

Но часто ли вы, слушатели, размышляете с достодолжным вниманием об условиях сего святого мира, который каждый из нас приемлет на себя исполнить со всею верностию, вступая в благодатный завет с Богом? Верное исполнение заповедей Евангельских, которые суть с нашей стороны условия сего завета, составляет ли действительно всю нашу жизнь, какова должна быть жизнь истинных чад Божиих? Бог со Своей стороны всегда верен в обещаниях Своих, верность коих запечатлена Божественною кровию Единородного Сына Его. Приемля нас в завет мира с Собою, он дарует нам новую жизнь на дела благая, да в них ходим (Ефес.2.10); дарует новые Божественныя силы к святой жизни и благочестию (2 Пет. 1:3). Сохраняем ли и мы взаимно с своей стороны верность свою к Нему хранением заповедей любви Его? Ежели так, то мир наш с Богом пребывает ненарушим. И блажени суть те миротворцы, которые, ходя верно пред очами Бога и Отца своего и преуспевая беспрерывно помощию благодати Его от силы в силу в добродетелях жизни Христианской, более и более утверждают мир свой с Богом. Отеческая любовь Его таковым верным сынам Своим изливает щедро духовные дары Своей благости, по мере их верности, и они, яко истинные наследники жизни вечной, наследуют вся в откровение славы чад Божиих (Рим. 8:19, 21).

Но мы обольщаем себя, ежели, работая греху и забывая условия благодатного завета с Богом, присваиваем себе право сынов Божиих, и из заслуг Христовых, которых бы всегдашнее воспоминание долженствовало утверждать сердца наши во всецелой и святой любви к Искупителю нашему, безсмысленно делаем себе возглавие плотской беспечности. Греховная жизнь разрушает мир наш с Богом, и из сынов любви Его, паки делает нас сынами Его гнева, сынами погибели. Земля бо, говорит Св. Апостол Павел, пившая сходящий на ню множицею дождь, и раждающая былия добрая оным, имиже и делаема бывает, приемлет благословение от Бога; а износящая терния и волчец, непотребна есть и клятвы близ, еяже кончина в пожжение» (Евр. 6:7–8). Посему-то сей Апостол, разумея всю важность благодатного примирения нашего с Богом кровию Иисуса Христа, дает нам Божественное наставление, чтобы мы сколь можно чаще и внимательнее испытывали самих себя, пребываем ли мы верны сему завету мира: себе искушайте, говорит Он, аще есте в вере, себе искушайте (2 Кор. 15:5).

Всякому из нас, братие, которому дорого спасение души своей, надлежало бы воспользоваться сим святым наставлением, и по прошествии каждого дня не прежде засыпать на одре своем, как тщательно испытавши пред очами Господа свою совесть, не оскорбили ли мы каким-либо грехом отеческую любовь Его, и не нарушили ли благодатный завет мира с Ним преступлением какой-либо заповеди Его? И находя себя грешниками, заглаждать свои проступки истинным покаянием; и снова, испрашивая себе у Его милосердия, помощи и сил, начинать ходить верно во свете заповедей Его. Таковым благоговейным и сыновним хождением пред очами Господа можем мы сохранять беспрерывно блаженный мир с Богом, как говорит св. Апостол Иоанн: аще во свете ходим, якоже Сам Той есть во свете, общение имамы к Богу, и кровь Иисуса Христа Сына Его очищает нас от всякаго греха (1 Ин. 1:7).

Верным сохранением мира с Богом истинные Христиане приобретают глубокий мир в самих себе, в чистой совести своей – когда Иисус Христос един царствует Духом Своим Святым в верных душах их; когда они весь свой ум, все свои склонности и желания и все свои действия покоряют Его святой воле; когда страсти, сии всегдашние нарушители мира, побеждены в них силою и действием крестной смерти Его: иже бо Христовы суть, говорит Св. Апостол Павел, плоть распяша со страстьми и похотьми (Гал. 5:24); когда, по словам того же Апостола, не царствует грех в мертвеннем их теле, во еже послушати его в похотех его, ниже представляют члены свои в орудия неправды греху: но представляют себе Богови, и члены свои в орудия правды, когда грех ими не обладает (Рим. 6:12–14). И блажени суть сии миротворцы, которые победою над грехом и страстями водворили в сердцах своих мир Божий, превосходящий всяк ум (Флп. 4:7), которые покоряются совершенно единому водительству Духа Божия во всех путях жизни своей. Они-то суть сынове Божии, как говорит Св. Апостол Павел: елицы Духом Божиим водятся, сии суть чада Божия (Рим. 8:14).

Стяжав в сердцах своих мир Божий, истинные сыны Божии сохраняют оный и с ревностию творят, в отношении к своим ближним. Нося в себе сие небесное сокровище, яко верный залог жизни вечной, они с некоторою особенною мудростью, свойственною им одним, во всех обстоятельствах жизни, в которые промысл их поставляет, умеют сохранить мир даже среди людей немирных и дажи среди сильных браней (Пс. 119:6). Духовная мудрость сия составляется из двух наипаче отличительных свойств истинных сынов Божиих. Первое их свойство – чистая и святая любовь к человекам, почерпаемая из недр Отца небесного и открытая вселенной Единородным Сыном Его Господом и Богом нашим Иисусом Христом. – Любовь, простирающаяся на всех, даже и на врагов наших, которая ненавидит грех, но любит грешника при всём его недостоинстве, – которая и во врагах видит и любит ближнего своего и с ревностию печется об истинной его пользе. Любы, по словам Апостола Павла, долготерпит, милосердствует, любы не завидит, любы не превозносится, не гордится, не безчинствует, не ищет своих си, не раздражается, не мыслит зла, не радуется о неправде, радуется же о истине: вся любит, всему веру емлет, вся уповает, вся терпит (1 Кор. 13:4–7). Сердце сынов Божиих, исполненное сею любовию, неприступно ни для какой вражды; а потому и всегда обладает неотемлемым миром со всеми созданиями Божиими. – Второе отличительное свойство чад Божиих есть пламенное их желание и стремление к благам небесным, стяжанным нам кровию Иисуса Христа, которое делает их очень равнодушными ко всему земному. Спаситель Христос сказал: идеже есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6:21). Сердце сынов Божиих есть на небесах, где их Отец, Которого они любят, и к Которому стремятся, – где их сокровище нетленное, неувядаемое, которое надеются получить от милосердой руки Его; – а на земли довольствуются они тем, что Господу угодно им даровать. А потому в глазах их сто́ит ли брение, сколько бы оно дорогим ни казалось в очах мира сего, чтобы для стяжания его нарушать свой мир с ближними и часто подвергать опасности спасение души своей?

Стяжем, братие, сию любовь и сей мир Божий в сердцах наших, да и мы воистинну чада Божия наречемся, и будем (1 Ин. 3:1). Аминь.

***

Беседа VIII

Блажени изгнани правды ради: яко тех есть царствие небесное (Мф. 5:10).

Единородный Сын Божий Господь наш Иисус Христос, пришедший в мир, дабы обновить растлевшее грехом естество человеческое, в сердцах грешников, заросших тернием нечестия и беззаконий, насадить семена истинного благочестия и добродетели, жалом греха умерщвленные души воскресить в новую, святую и Богоугодную жизнь и верующих, совершив в делах благих, соделать истинно причастниками царствия Божия, раскрыл все источники блаженства вечного, уготованного праведникам и святым.

В изложенных доселе семи блаженствах, братие, заключаются все те свойства и качества верующих и спасаемых, по которым, как по печатям, распознаются истинные Христиане от мнимых, и которым единым обещается единое блаженное Царствие небесное под разными именами. Так нищим духом, душам смиренным и Богобоязненным, возлюбившим нищету и уничижение Христово, Спаситель, Бог сый, смиривший Себя до состояния последнего раба, обещает Царствие небесное, в настоящей жизни благодати в сердцах их сокровенное, а в будущей имеющее открыться в вечной их славе. Так, плачущим, в сокрушении сердца изливающим святые слезы истинного покаяния, душам, уязвленным любовию к Богу и ближним, Спаситель, вкусивший из любви к нам неизреченные скорби креста, обещает истинное вечное утешение. Так кротким душам, всецело преданным всеблагой воле и промыслу Божию, в младенческой простоте и незлобии сердца своего внемлющим и хранящим словеса Божие, Спаситель, незлобивый и кротчайший Агнец Божий, вземляй грехи мира (Ин. 1:29), обещает наследие земли живых. Так алчущим и жаждущим правды, душам, с ненасытимым некиим желанием стремящимся к исполнению всех живоносных заповедей Евангелия, Иисус Христос, жаждущий спасения нашего, обещает насыщение неизглаголанною радостию Святых. Так милостивым к собратиям своим Спаситель, излиявший на нас все сокровища милосердия Отца небесного, обещает помилование. Так чистым сердцем, душам, всеусильным творением заповедей Божиих, с помощию благодати Духа Святого, очистившим себя не только от дел, но и от слов и помышлений лукавых, от всякой скверны плоти и духа, Иисус Христос – Источник, Податель и Любитель чистоты и святости, обещает блаженное зрение Бога. Так наконец миротворцам, совершенною верою и любовию стяжавшим в сердцах своих мир Божий, превосходящий всяк ум (Флп. 4:7), и приведшим себя во един дух с Господем (1 Кор. 6:17), Примиритель наш с Богом обещает всыновление Богу, а с ним наследие всех благословенных Отца небесного. Вот, братие, те неложные признаки, открытые нам самою вечною Истиною, по которым различаются истинные сыны царствия Божия от ложных.

Святая церковь, разумея всю важность сих блаженств, с премудрым намерением учредила читать их при каждом совершении Литургии, дабы каждый из верующих испытывал себя по ним тщательно, действительно ли он имеет сии качества истинных Христиан, чтоб иметь участие в блаженном Царствии Божием, которое открыл всем и стяжал для всех Иисус Христос кровию Своею. А без сего да не прельщает себя никто суетным упованием на заслуги Христовы. Спасение, приобретенное нам заслугами Христовыми, в том собственно и состоит, что истинно верующие, ради сих неоцененных заслуг, получая от Бога прощение грехов своих, получают вместе свыше новые духовные благодатные силы к истреблению из сердец своих греховных склонностей, и к насаждению в них добродетелей и благочестия, дабы из грешников соделаться святыми, которым единым принадлежит участие в Царствии Божием. В царствие Божие ничтоже внидет скверно (Откр. 21:27), по точным словам Писания. Безпечные о спасении своем грешники не имеют еще в себе и начала истинного спасения и жизни, хотя бы они и назывались Христианами. Вера без дел мертва есть (Иак. 2:20), глаголет Апостол; разумеется, что мертвец не имеет в себе никакого начала жизни.

Почему, ежели кто не стяжал еще открытых нам Спасителем блаженнотворных свойств сынов Божиих, да стучит неотступно с несомненною верою и упованием в двери милосердия Божия; и Отец небесный ради Божественной крови Единородного Сына Своего, вопиющей к Нему о помиловании нас грешников, отверзет ему, и от неистощимых сокровищ благости Своей излиет в сердце его благодатные силы Духа Святого к преодолению владычества греха, и к преуспеянию в святой и добродетельной жизни. Востани спяй, и воскресни от мертвых, и осветит тя Христос (Еф. 5:14), глаголет Св. Апостол Павел. А ежели кто, по благодати Божией, имеет уже сии качества сынов царствия небесного; то, для сохранения их и возрастания в духовной жизни, потребно еще постоянное и непоколебимое терпение всех находящих искушений. Посему-то Спаситель к седми блаженствам присовокупляет осьмое: Блажени изгнаны правды ради, говорит Он, яко тех есть Царствие небесное.

Иисус Христос, яко нелестный учитель, не скрывает от последователей Своих тех трудностей и скорбей, который должны они встретить на пути к Царствию небесному. Возлюбившим правду Божию Он предсказывает гонение ее ради, заключая в сем одном слове все беды и напасти, которыми обыкновенно ознаменовывается крестный путь к жизни вечной истинных праведников.

Здесь благовременно разрешить вопрос, обыкновенно предлагаемый слабыми Христианами: для чего Бог праведников, которых Он наиболее любит, как бы Сам подвергает наибольшим искушениям? Не имея намерения испытывать неизследимую глубину судеб Божиих, для назидания нашего извлечем разрешение сего вопроса из самой любви Господа к праведникам.

Самая высочайшая любовь Бога к человеку в состоянии его падения открывается в том, что Господь, находя его грешником, погибшим от своеволия, хощет спасти его, и действительно спасает средствами Божественной премудрости Своей, изводя его из состояния греха и смерти в состояние святости и жизни вечной. Представьте себе, слушатели, человека в болезненном состоянии, покрытого смертельными ранами, которого смерть неизбежна, ежели не поможет ему рука искусного врача средствами хотя мучительными, но могущими спасти его жизнь и возвратить здравие. Пусть у сего больного будет отец чадолюбивейший. – Самое сие чадолюбие не заставит ли его умолять врача, употребить над сыном своим действие врачевства, хотя болезненное на краткое время, но верное и действительное для спасения жизни болящего, драгоценной для отца.

Так Отец небесный, находя в смертельном состоянии греха души любимых Им человеков, из беспредельной к ним любви, подвергает их спасительным действиям креста, дабы соделать их праведниками и возвратить им вечно блаженную жизнь. Вот почему Апостол Павел говорит: егоже любит Господь, наказует: биет же всякаго сына, егоже приемлет. Аще наказание терпите, якоже сыновом обретается вам Бог: который бо есть сын, егоже не наказует отец? Аще же без наказания есте, ему же причастницы быша вси; убо прелюбодейчищи есте, а не сынове"(Евр. 12:6–8).

С другой стороны, наиболее любимые Господом праведники в духовном царстве благодати суть то же, что в царстве видимой природы сребро и злато и камения многоценныя, сокрытые в недрах земли. Сребро и злато не огнем ли очищается от примеси земли и получает свое достоинство? Драгоценные камни могут ли получить свой блеск и красоту, ежели действием очищающего их орудия не будет снята с них кора? Подобное действие очистительных страданий для праведников не есть ли действие премудрости и благости Божией для них?

Сверх того страдания праведников в деснице Господа и Бога любви не ограничиваются одним только собственным их очищением. Отец небесный в премудром и всеблагом строительстве спасения рода человеческого, изводя их в пример непоколебимой веры и добродетели для других слабейших, употребляет их орудиями для обращения, для наставления и для подкрепления многих. Они суть общники страданий Иисуса Христа и живые свидетели верности Его учения для всех времен Церкви. Так Апостол Павел говорит о себе, пиша к верующим: радуюсь во страданиих моих о вас, яко исполняю лишение скорбей Христовых во плоти моей за тело Его, еже есть Церковь» (Кол. 1:24). Так страдания бесчисленного множества Св. мучеников обращали и самых гонителей их к вере в гонимого по неведению Христа, –и кровь их, освященная кровию Христовою, имела чудесную силу в распространеннии веры Христианской по всей вселенной. И доселе Церковь верующих утверждается силою и примером их непоколебимаго терпения.

«Тем же убо и мы, братие, толик имуще облежащ нас облак свидетелей, гордость всякую отложше и удобь обстоятельный грех, терпением да течем на предлежащий нам подвиг: взирающе на Начальника веры и Совершителя Иисуса, Иже вместо предлежащия Ему радости, претерпе Крест, о срамоте нерадив, одесную же престола Божия седе»(Евр. 12:1–2). Время терпения нашего на крестном пути в блаженное Царствие небесное кратко. Оно скоро, скоро пройдет. И настанет светлый немерцающий день вечности, когда отъимет Господь всяку болезнь и печаль и воздыхание (Откр. 21:4) от душ праведников, и радость вечно неотемлемую излиет на главы всех возлюбивших Его всем сердцем и паче всех сокровищ ищущих царствия Божия и правды Его. Аминь.

***

Беседа IX

Блажени есте, егда поносят вам, и ижденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще, Мене ради. Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех (Мф. 5:11–12).

Спаситель Христос, в изложенных доселе восьми блаженствах показавши, какие должны иметь свойства верующие в Него, дабы истинно участвовать в Царствии небесном, обращает речь Свою особенно к Своим ученикам, которых Он избрал на важнейшее и многотрудное служение Апостольское. Как учение небесной истины, которое они должны были проповедывать миру, погруженному тогда в глубокой тьме неведения Бога и добродетели, по самому существу своему, естественно, противоборствовало заблудшей, но и в самом заблуждении своем гордой земной мудрости лжеименного ума человеческого, и вкоренившемуся владычеству нечестия, страстей и всякого рода беззаконий: то всеведущий Спаситель предсказывает им, что не токмо язычники, но и самые единоплеменники их – Иудеи, из ненависти к их Учителю, воздвигнут на них гонение, будут преследовать их презрением и поношением доброго их имени, будут осыпать их клеветами всякого рода, назовут их злодеями, недостойными жизни, и пронесут повсюду имя их, яко зло, Сына человеческаго ради.

Святой Златоуст, изъясняя сие место Евангелия, делает свое замечание, основанное на глубоком познании сердца человеческого. Презрение и поношение, говорит сей Отец, паче всего поражает сердце наше. В других страданиях есть многое, что облегчает труд и болезнь. Великодушное терпение всех других напастей и самой смерти, в глазах многих представляется делом славным и достойным похвал. Но в презрении и поношении страдалец лишается всякого земного утешения. Посему-то редкие из самых терпеливейших переносят их. Одна только вера и любовь к распеншемуся за нас Господу Иисусу может даровать сердцу Христианина силу к претерпению ради Его сего искушения. И сей-то жертвы Спаситель, из любви к роду человеческому пожертвовавший Своею Божественною славою, для возвращения человекам потерянной ими грехом славы Божией, требует от тех наипаче, которых Он избрал быть столпами Церкви верующих, подобно как Он древле потребовал Себе в жертву Исаака от Отца верующих (Быт. 22). Спаситель требует от них сей жертвы, и то самое, что сыны века сего считают величайшим для себя несчастием, силою Креста Своего обращает в источник истинного их блаженства: блажени есте, говорит Он, егда поносят вам, и ижденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще, Мене ради. То самое, что для сынов века сего бывает причиною несносной печали, для приобщившихся истинно спасительным страстям Христовым, есть источником радости и веселия: возрадуйтеся в той день, и взыграйте: се бо мзда ваша многа на небесех (Лк. 6:23). На земле нет для них ни награды, ни утешения; но за то преизобильная награда уготована им на небесах.

Но мы, братие, не должны думать, чтоб любообильный Спаситель любимых Им чад Своих, столь близких к сердцу Его, оставлял в сей жизни без всякого утешения, и отлагал всю награду за их подвиги до будущего века. Иначе бы не сказал Он: возрадуйтеся и взыграйте в той день, когда преследуют вас; ибо сие было бы не возможно. Царствиенебесное и радость небесная внутрь нас есть, по словам Спасителя (Лк. 17:21). К ищущим Его царствия Он глаголет: се, гряду скоро, и мзда Моя со Мною есть (Откр. 22:12). Коль скоро Он премилосердый благодатию Своею посетит сердце верующего, – тогда же исполняет оное радостию неизглаголанною и прославленною (1 Пет. 1:8), препобеждающею все скорби крестной жизни. В будущем веке только совершится небесная радость святых, и ныне сокровенная в сердцах их, – тогда откроется во всей полноте своей. Посему-то Апостол Павел говорит о себе: мы есмы яко скорбяще, присно же радующеся (2 Кор. 6:10). Посему-то Апостолы, когда призваны были в сонмище Иудейское, и Иудеи бивше их запретиша им не глаголати о имени Иисусове, идяху радующеся от лица собора, яко за имя Господа Иисуса сподобишася безчестие прияти (Деян. 5:40, 41).

Но как и самые Апостолы, до сошествия на них Духа Святого, были еще слабы в вере к радостному принятию словес Господа, предрекавшего им гонения и поношения: то Спаситель ободряет их примером предшествовавших им Проповедников истины в ветхозаветной церкви: Тако бо изгнаша Пророки, говорит Он, иже беша прежде вас (Мф. 5:12).

Свидетели и Проповедники истины от начала мира подвергались гонению от тех, которым они возвещали правду Божию. Что и не дивно; ибо они для того и посылаемы были от Бога правды и милосердия, чтоб безбоязненно обличать нечестие и пороки людей, и без всякого человекоугодия открывать гибельное состояние душ их, дабы сии, познав свои беззакония и гнев Божий, готовый поражать нераскаянных, обратились от путей лукавых на путь истины, и вместо гнева обрели милость Божию. Но как большая часть людей во времена превозмогающаго нечестия и разврата, вместо обращения к Богу, ненавидели истину; то гонение Проповедников ее так было неразлучно от них, что оно было признаком, по которому различались истинные Пророки от лжепророков. Посему-то Спаситель говорит ученикам Своим: горе вам, егда добре рекут вам вси человецы: по сим бо творяху лже-пророком отцы их (Лк. 6:26). Свойство лжепророков, не посланных от Бога, всегда было то, что они для собственной корысти ласкательствовали страстям человеков, и вместо того, чтоб возвещать им безбоязненно суд Божий на грешников для обращения и спасения их, старались снискивать суетную их благосклонность, скрывая от них правду Божию, на погибель себе и другим. От сего-то нечестивого свойства предохраняя учеников Своих, Иисус Христос говорит им далее:

Вы есте соль земли: аще же соль обуяет, чим осолится? Нивочтоже будет ктому, точию да изсыпана будет вон, и попираема человеки (Мф. 5:13).

Уподобление Апостолов соли земли, с одной стороны открывает чрезвычайную важность служения их в строительстве спасения человеческаго, – ибо они избраны быть проповедниками истины не в одной Иудейской стране, как древле Пророки, но во всех концах земли; а с другой показывает греховное состояние растленного естества человеческого, к которому в лице падшего Адама произнесено определение суда Божия: земля еси, и в землю отъидеши (Быт.3.19). Соль в природе есть вещь наиполезнейшая. Она необходима для жизни всякого животного и всякого растения. Без нее невкусны и нездоровы самые лучшие брашна. Но из многоразличных ее действий заметим здесь, по указанию Св. Златоуста, то наипаче ее действие, что она предохраняет жизненные существа от гнилости, и уже в состояние гнилости пришедшим возвращает паки жизнь. Таково есть греховное состояние естества человеческого, оставленного самому себе. – Оно гниет, – и смертоносные черви грехов причинили бы ему вечную смерть, ежели бы Сам податель жизни, Самое Превечное Слово Бога Отца, единородный Сын Божий Господь наш Иисус Христос не пришел и не осолил его живоносным словом Своим, и силою животворящей крестной смерти Своей. Апостолы, как служители Слова Божия, именуются солию земли;ибо им поручено проповедию истины Слова Божия осолять грешные души человеков, обращая их к истинной вере, и обращенных соблюдать в состоянии жизни духовной, предохраняя их от смертоносной гнилости грехов. Такова важность их служения! – И по мере сей важности Спаситель возлагает на них обязанность, первее самих себя блюсти в состоянии святой жизни и безбоязненного проповедания истины. Аще же соль обуяет, говорит Он, чим осолится? Нивочтоже будет ктому, точию да изсыпана будет вон, и попираема человеки (Мф. 14:34–35). Когда заблудит от пути истины и погрешит тот, который не поставлен на степень учителя, то еще имеет он наставника, который может обратить его и обратившемуся согрешение его простится. Но ежели сам учитель и проповедник истины дойдет до такого степени безумия, что или из боязни гонения от человеков, или из видов своекорыстия станет превращать истину глаголов Божиих, ласкательствуя страстям человеческим, то кто наставить его заблуждшего? и к чему он будет годен? Бог отвратит от него лице Свое и возмет от него дар благодати Своей, яко от неверного раба. И самые те, которым ласкательствовал он, станут попирать его достойным презрением, между тем как истинная и твердая добродетель, из сердец самых порочных людей и даже гонителей ее извлекает невольное к себе почтение.

«Вы есте свет мира, продолжает говорить Спаситель ученикам Своим, не может град укрытися верху горы стоя. Ниже вжигают светильника, и поставляют его под спудом, но на свещнице, и светит всем, иже в храмине суть. Тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела: и прославят Отца вашего, Иже на небесех»(Мф. 5:14–16).

Еще бо́льшая важность служения Апостолов открывается из сравнения их с светом мира. Первоначальный истинный свет мира есть Иисус Христос, Который пришествием Своим просветил сидевший во тени и сени смертней (Мф. 4:16) весь род человеческий! Но по преизбытку благости Своей, Он, избрав Апостолов служителями слова Своего и строителями таин Царствия Божия, излил в них Свой свет, яко в чистые и достойные к приятию его сосуды. Называя их светом мира, Он заповедует им, чтоб они первее всего сохраняли в самих себе сей свет святою и совершенно добродетельною жизнию; ибо, будучи поставлены на высокой степени Апостольства, подобно граду, стоящему на горе, они будут открыты взорам всех людей. А потому малейшее пятно в их жизни было бы пагубно, не токмо для них, но и для многих. Уподобляя их светильникам, которые Сам Он возжег светом Своим, заповедует им, чтобы они неумолкною проповедию слова Его светили всем живущим в обширной храмине целого мира; заповедует, чтоб свет добрых дел их светился и виден был всем человекам, не для того, чтоб они искали у человеков своей славы, но чтобы человеки, видя их добрые дела, и сами примером их обращались к вере и добродетели, и тем прославляли милосердие и благость Отца небесного.

Слова Иисуса Христа, произнесенные к Апостолам, преподают и нам, братие, весьма важное наставление в жизни. Они указуют нам, где мы должны искать света для просвещения душ наших, и животворной соли для сохранения их от гнилости греховной. Апостолы, вдохновенные Духом Святым, оставили миру слово Божие, в котором едином можем мы несомненно обресть и то и другое ко спасению нашему. Кто ищет себе света не в слове Божием, тот навсегда остается во тьме, хотя бы знал всю мудрость мира сего. Кто силится приобресть себе славу великих дел по правилам и духу века сего, тот может быть и найдет сию суетную славу, но никогда не приобретет небесного искусства победить свои страсти и очистить свою душу от грехов. И слава мира сего не освободит его душу от смертоносной гнилости греховной. Для сего-то верующим весьма необходимо ежедневно освещать свои души и обновлять их поучением в законе Господнем день и нощь, дабы и самих себя сохранять в состояния духовной, добродетельной и святой жизни, и других поощрять ко всякому делу благому. Апостол Павел, пиша к верующим, говорит: слово ваше да будет всегда во благодати, солию растворено, ведети, како подобает вам единому комуждо отвещавати (Кол. 4:6). Всяко же слово гнило да не исходит из уст ваших, но точию еже есть благо к созданию веры, да даст благодать слышащим (Еф. 4:29).

По беспредельному милосердию Отца небесного, будучи призваны из тьмы в чудный Его свет, да отложим навсегда все дела тьмы и облечемся в оружие света, да сынове света будем, и, совлекшись тления, наследим жизнь вечную. Аминь.

***

Беседа X

Не мните, яко приидох разорити закон, или Пророки: не приидох разорити, но исполнити. Аминь бо глаголю вам: дóндеже прейдет небо и земля, йота едина, или едина черта не прейдет от закона, дóндеже вся будут» (Мф. 5:17–18).

После того, как Спаситель Христос дал наставление ученикам Своим, чтобы они безбоязненно проповедали Его учение и заповеди, несмотря на все гонения со стороны Иудеев и язычников, и назвав их солью земли и светом мира, показал им чрезвычайную важность служения их, как слышали мы в прошедшей беседе, Он излагает им и всему множеству слушавших Его людей самые сии заповеди Евангелия, которые они и всех последующих времен, до кончины века сего, служители Слова Божия должны возвещать всей Церкви верующих, или паче всему миру, всем человекам для истинного их спасения. Но как словеса учения заповедей Иисуса Христа суть такие, каких еще ни один из древних Пророков не говорил до Его в Мир пришествия: то самая новость их могла подать им случай подумать, что Он учением Своим разрушает учение Пророков и закона, Богом данного чрез Моисея. Дабы предохранить их от сей ложной мысли, могущей возникнуть в сердцах их, сердцеведец Спаситель прежде изложения заповедей Своих говорит им: не думайте, что Я пришел разрушать словеса закона и Пророков. Я не для того пришел, чтобы разрушать, но чтобы исполнить. Ибо истинно говорю вам: скорее прейдет небо и земля, нежели йота едина, или едина черта закона останется без исполнения. Небо и земля действительно прейдут (Мк. 13:31), по непреложному глаголу Божию; но слова Пророков и закона, поелику суть слова Самого Бога, Который не яко человек изменяется, ниже яко сын человеч колеблется (Чис. 23:19), так тверды и непреложны, что самая малейшая черта их должна непременно исполниться. Удобее есть небу и земли прейти, нежели от закона единой черте погибнути (Лк. 16:17). По сему Божественному свойству неизменяемости слов закона и Пророков Господь наш Иисус Христос исполнил их во всей точности. Он исполнил слова Пророков: ибо всё, что Пророки, Духом Божим просвещенные, предвозвестили о Его в мире пришествии, о Его безсеменном от Пресвятой Девы воплощении и рождении, о всех Божественных делах и чудесах Его, о страдании и крестной Его смерти, о воскресении и вознесении на небо, и об излиянии на Апостолов Духа Святого – совершенно в Нем исполнилось. – Он исполнил закон. После падения Адама не было и не будет ни одного из человек, который бы мог исполнить все заповеди закона во всём их пространстве; ибо вси согрешиша (Рим. 3:23). Един только Богочеловек Иисус Христос всесвятою жизнию Своею исполнил весь закон. Иже греха не сотвори, ниже обретеся лесть во устех Его (1 Пет. 2:22), по словам Писания. Исполнил оный за нас, яко Ходатай и Искупитель наш, дабы всесовершенным исполнением воли Отца небесного удовлетворить вечно неизменяемой правде Божией, и заслужить оправдание верующим в Него. Да якоже ослушанием единаго человека грешни Быша мнози, сице и послушанием единаго праведни будут мнози (Рим. 5:19), как говорит Св. Апостол Павел. Без сего совершенного исполнения закона Ходатаем Бога и человеков ни един бы из человек не оправдался пред Богом.

Но истинно верующие, получая оправдание туне, благодатию Божиею, получают вместе от Бога и новые силы духовные к святой и добродетельной жизни, и приемлют на себя обязанность ходить непорочно во всех заповедях Евангелия, дабы и в нас верующих исполнился закон непременяемой правды Божией. Сие-то и есть чудное и Божественное действие искупления, что Искупитель не только Сам исполнил за нас весь закон, но и верующим в Него истинно даровал благодатные силы исполнять оный святостию жизни, покрывая милосердием Своим немощи естества человеческого, и прощая кающимся легкие и неизбежные погрешности. Немощное бо закона, в немже немоществоваше плотию, Бог Сына Своего посла в подобии плоти греха, и о гресе осуди грех во плоти, да оправдание закона исполнится в нас, не по плоти ходящих, но по духу (Рим. 8:3–4), по словам Апостола Павла. А беззаконник и нераскаянный грешник, живущий по плоти, в самом Христианстве не только не получает оправдания заслугами Христовыми, но подвергается вящшему осуждению, яко презритель велией и спасительной благодати Божией. О сем бо разумеем, яко познахом Иисуса Христа, говорит возлюбленный ученик Его, Апостол Иоанн, аще заповеди Его соблюдаем. Глаголяй, яко познах Его, и заповеди Его не соблюдает, ложь есть, и в сем истины несть (1 Ин. 2:3–4). Посему-то Спаситель, продолжая речь Свою, говорит:

И иже аще разорит едину заповедей сих малых, и научит тако человеки, мний наречется в Царствии небеснем: а иже сотворит и научит, сей велий наречется в царствии небеснем (Мф. 5:19).

Утвердивши непременяемость закона Божия Иисус Христос, яко Бог и вечный Законодатель, объявляет и непреложное наказание нарушителям Своих заповедей и несомненную награду верным исполнителям оных. Кто, говорит Он, единую из сих малых заповедей, которые Я теперь даю вам, нарушит сам и других научит также делать: тот хотя бы в глазах людей казался великим, но в день откровения Царствия небесного, пред очами Бога и Ангелов Его, явится последним, презренным, ничтожным, и по негодности своей не внидет в Царствие небесное (Смотр. св. Златоуста Беседы на Ев. Матфея), как сие явствует из последующих слов Спасителя. А кто сам прежде сотворит их, и примером своей жизни и проповедию слова Божия, исполненною Духа и силы, других научит так же творить, тот будет велик пред самою истиною в день явления Царствия небесного.

Заметьте, слушатели, что Спаситель Христос, как Сам прежде начал творить потом же учить (Деян. 1:1), по свидетельству Евангелиста Луки, так и ученикам Своим, и всех последующих времен учителям заповедует здесь прежде самим исполнять заповеди Евангелия и потом уже учить других. – Ибо ежели и в земных искусствах нельзя никому учить других с успехом, не усовершенствовавшись прежде собственным опытом; то кольми паче в небесном, высочайшем искусстве искусств руководствования душ к жизни духовной и святой не можно никому с плодом учить других, не искусившись прежде в исполнении заповедей Христовых.

С каким вниманием должны мы, братие, слушать заповеди Евангелия, и с каким благоговейным тщанием хранить их все до единой, научает нас Иисус Христос.

Глаголю бо вам: яко еще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидете в Царствие небесное (Мф. 5:20).

Книжники и фарисеи при всём своем мнимом искусстве в знании закона Моисеева и строгом, по-видимому, наблюдении его не разумели духа и силы его, и останавливаясь на одной наружности и, так сказать, коре оного, не проникали во внутренний смысл закона Божия. На сердцах их лежало покрывало, препятствовавшее им видеть в чтении Ветхаго Завета сокрытую в нем славу правды и славу милосердия Божия, явленную во Иисусе Христе; подобно как древле Израильтяне не могли смотреть на лице Моисея, прославленное от собеседовании с Богом на горе, с которой он принес им скрижали завета Божия (2 Кор. 3:6–13Исх. 34:29–35). Един Иисус Христос, Учредитель и Ходатай Нового Завета снял сие покрывало с сердец верующих в Него, и открыв им всю славу правды и милосердия Божия, всю волю Божию, самый внутренний смысл закона Его, даровал им и все благодатные силы к исполнению заповедей Евангелия правдою веры и святостью жизни. Святой Апостол Петр не обинуясь говорит: яко вся нам Божественныя силы Его, яже к животу и благочестию подана познанием призвавшаго нас славою и добродетелию: ими же честная нам и великая обетования даровашася, да сих ради будете Божественнаго причастницы естества, отбегше, яже в мире, похотныя тли (2 Пет. 1:3–4). И по сему-то преизбытку дарований и откровений, который Бог сообщил верующим Нового Завета, по всей справедливости требуется от них и большей праведности и большей святости жизни, нежели от верующих Ветхого Завета. Ему же дано будет много, много и взыщется от него, по словам Спасителя (Лк. 12:48). И вот почему Он говорит ко всем Христианам: ежели правда ваша не превзойдет правды книжников и фарисеев, то вы не внидете в Царствие небесное. Сию-то правду веры Христианской, как единственный путь ко спасению и Царствию небесному, Господь Иисус излагает в последующих заповедях Своих:

Слышасте, яко речено бысть древним: не убиеши: иже бо аще убиет, повинен есть суду. Аз же глаголю вам: яко всяк гневаяйся на брата своего всуе, повинен есть суду: иже бо аще речет брату своему, рака, повинет есть сонмищу: а иже речет, уроде, повинен есть геенне огненней (Мф. 5:21–22). Здесь первее всего должно заметить, что Спаситель как сею, так и последующими заповедями Своими не противоречит древнему закону, которого Он Сам есть Творец, но излагая внутренний смысл оного, восполняет то, чего, по премудрому строительству Божию, еще не было сказано Ветхозаветной Церкви верующих. Ибо они еще не способны были к такой чистоте сердца и святости жизни, к какой призваны Христиане. Сим-то Новый Закон превосходит Ветхий, не противореча ему, как явствует из самых слов Спасителя. Древний закон запрещает убийство и убийц подвергает суду: а Христос Спаситель Новым Законом не только убийство, но и несправедливый гнев на ближнего запрешает. Ибо говорит: всяк, кто гневается на брата своего всуе, то есть, без справедливой ко гневу причины, хотя бы он не открывал своего напрасного гнева ни делом, ни словом, повинен есть суду, в котором строго разбираются не только слова и дела, но и самые помышления злые. А иже речет брату своему, рака, повинен есть сонмищу; то есть, кто несправедливый гнев свой на ближнего выражает каким-нибудь гневным словом, каковое есть на Сирском языке слово, рака, тот подвергается верховному судилищу, в котором определяется соразмерное вине наказание нарушителю заповеди. А иже речет, уроде, повинен есть геенне огненней, то есть, кто в несправедливом гневе своем или из презрения, или из ненависти к ближнему своему назовет его безумным, тот, яко явный преступник заповеди, осуждается в геенну огненную.

Но где сей суд? где верховное судилище? кто осуждает в геенну преступников заповеди Христовой? Известно, что суд человеческий редко приемлет в уважение гневные и оскорбительные слова, на ближнего произнесенные, а гнев сокровенный в сердце совсем ему не подлежит. Но тем не менее, братие, есть суд невидимый, всегда верный, и всегда живой и действительный, которого мы, может быть, никогда не примечаем, но который всегда над нами совершается. Несправедливый на ближнего гнев, сокровенный в сердце, подлежит суду единого Сердцеведца Бога, Который презрение и ненависть к ближнему, как гнусное исчадие нашей гордости, наказывает отнятием от нас Своей благодати: гордым Бог противится (1 Пет. 5:5). Гневные и оскорбительные для чести ближнего слова слышат Ангелы Божии, везде и всегда невидимо нас окружаюшие, судят по закону Господа, и тогда же осуждают преступников в геенну огненную, которой мучительное действие еще в сей жизни дают чувствовать сердцам человеконенавистников, и ежели не покаются, то навсегда ввергнут их в сию геенну в последний день суда.

Ах, слушатели, ежели бы мы чаще размышляли пред очами Божиими о сем невидимом, но всегда действительном и нелицемерном суде, совершающемся над душами нашими, конечно бы с больши́м благоговением и страхом Божиим мы берегли тогда сердца свои от злых и гневных помышлений, и язык свой от праздных, оскорбительных для чести ближнего, и разрушаюших любовь Христианскую, слов.

С первого взгляда заповедь сия, может быть, покажется слишком строгою, и едва ли возможною к исполнению. Но любообильного Спасителя не все ли заповеди суть выражения Его безконечной к нам любви? И сия единая от малых Его заповедей не происходит ли от Его бесприкладной отеческой рачительности о спасении душ наших, по которой Он хощет исторгнуть из них самый корень гордости и ненависти к ближним, и насадить в них чистую, святую и постоянную любовь, дабы мы свободны были войти в Царствие небесное, которое есть царство единой непременяемой любви к Богу и ближним? – Не известно ли нам из опытов, что гнев на ближнего, закосневший в сердце, часто превращается в постоянную к нему ненависть, и что часто от одного оскорбительного для чести ближнего слова возгарается взаимная вражда, оканчивающаяся самыми гибельными и смертоносными последствиями, – подобно как от одной малой искры огня происходит пожар, превращающий в пепел целые домы и города? Тот, который, предвидя разрушительное действие сей искры, велит ее тушить в самом начале, есть ли слишком строг в своем повелении?

Впрочем не всякий вообще гнев запрещается сею заповедию, а только напрасный и несправедливый. Есть гнев весьма справедливый, происходящий от любви к Богу и ближним, или паче ревность к славе Божией и ко спасению ближних. – Так гневался Спаситель Христос на осквернителей храма Иерусалимского, и торговавших в нем скотом и птицами изгнал вон бичом (Ин. 2:14–15). – Так гневался Апостол Павел на Галатов, давших себя обольстить пагубным учением Иудеев, и называл их бессмысленными (Гал. 3:1). Кроме сей святой ревности к правде и славе Божией всякий другой гнев не должен иметь места в сердце Христианина, освященном для чистой небесной любви. Но всеведущий и милосердый Спаситель, зная немощи наши, и что не всякий из Христиан может во всех случаях сохранить сердце свое от минутного гнева на ближнего, и удержать язык свой от гневных слов, предлагает нам спасительную заповедь, как мы должны всегда возстановлять разрушаемый иногда взаимный союз братской любви.

Аще убо принесеши дар твой ко олтарю, говорит Он, и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя: остави ту дар твой пред олтарем, и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда пришед, принеси дар твой (Мф. 5:23–24).

Бог любви и мира не приемлет и приношений в честь Его от тех, которые чем-либо оскорбили ближнего своего, и не примирились с ним. А потому заповедует нам, чтобы мы, приступая к Нему в молитвах наших для испрошения у Него милосердия, прежде испытали свою совесть, нет ли оскорбленных нами, которые имеют справедливую причину к жалобе на нас Богу. И когда найдем себя виновными в каком-либо оскорблении, первее должны примириться с оскорбленным братом, и тогда уже приступать к молитве. Иначе мы не найдем в Нем милосердого к нам Отца, но строгого Судию.

Буди увещаваяся, то есть, мирись с соперником твоим скоро, дóндеже еси на пути с ним, говорит Спаситель, да не предаст тебя соперник судии, и судия тя предаст слузе, и в темницу ввержен будеши. Аминь глаголю тебе: не изыдеши оттуду, дóндеже воздаси последний кодрант (Мф. 5:25–26), или последнюю медницу, то есть, самую малую медную монету.

Скоро, без всякаго отлагательства заповедует нам Иисус Христос примиряться с оскорбленным нами ближним, доколе мы находимся с ним на пути временной жизни сей, доколе смерть не постигнет нас, и не лишит нас всякого способа примирения с ним. Ибо справедливый вопль обиженного нами проникнет небеса и дойдет до праведного Судии Бога, который по неизменяемой правде Своей предаст нас всей строгости суда Своего, – на котором изыскиваются все дела и слова и помышления наши с неумолимым правосудием; ибо после смерти нет места покаянию и милости, но суду. А как неизвестен нам час смерти нашей, то отлагательство покаяния и примирения может подвергнуть крайней опасности спасение душ наших. Посему св. Апостол Павел дает весьма назидательный верующим совет: солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4:26). Истинно Богобоязненный Христианин прежде наступления каждой ночи отлагает всякий гнев, могущий в течение дня коснуться души его, и возлегая на одре, сердце свое, исполненное святой ко всем любви, предает в руце Господу в такой чистоте и мире, как бы готов был возлещи на одре смертном, и востать в невечерний день царствия Божия. Аминь.

***

Беседа XI

Слышасте, яко речено бысть древним: не прелюбы сотвориши. Аз же глаголю вам: яко всяк, иже воззрит на жену, ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем (Мф. 5:27–28).

Две наипаче страсти, слушатели, по разсуждению Св. Отцов, свирепствуют в растленном грехами сердце человеческом, от которых, как от тлетворных источников, проистекают едва ли не все бедствия, угнетающие земнородных сынов падшего Адама: страсть гнева и страсть вожделения плоти. Первая, ежели не укрощена будет в начале, то в сердце человека, созданного для всегдашней любви к ближним, укореняет ненависть к ним, толико пагубную для рода человеческого. Вторая, ежели не будет угашаема при первом ее возгарании в сердце, то и самое сердце Христианина, очищенное водою крещенния, и освященное Духом Святым для чистой и святой любви к Богу и добродетели, превращает в жилище всяких нечистых похотей, растлевающих и погубляющих душу и тело. Посему-то Спаситель Христос, пришедший обновить растленные грехом души наши живоносными заповедями Своими, паче всего и первее всего повелевает нам блюсти сердце свое от сих смертоносных страстей. Заповедав воздерживать себя не только от дел, но и от слов и помышлений гневных, разрушающих союз любви к ближним, как слышали мы в прошедшей беседе, Он заповедует нам с таким же прещением хранить себя От самомалейших поползновений к любострастию, оскорбляющему святость любви нашей к Богу.

По Его Божественным словам одно похотливое воззрение на жену чуждую есть уже преступление, содеянное в сердце пред очами сердцеведца Бога. Преступление, хотя сокрытое от суда человеческого, но явное пред судом Бога, Который тогда же отвращает благоволительный взор Свой от преступника, и дотоле не обращает оного паки, доколе сей не загладит своей вины истинным покаянием. Ибо, по словам Пророка, очи Господни столь чисты, что Он не может смотреть без величайшего негодования на всякое зло (Авв. 1:13). Отвращение же лица Господня от сердца неверного есть наказание, хотя невидимое, но столь тяжкое, с которым, может быть, никакое видимое сравниться не может. Оно состоит в том, что Бог от сердца, закосневшего в неверности к Нему, отъемлет Свой свет и Свою благодать, и оставляет его собственной своей слабости, по праведному и всегда действующему суду Своему. Что ж может быть беднее человека, оставленного самому себе и естественному своему растленнию?

От сего-то невидимого, но никогда не избежного, суда правды Божией, желая предохранить нас, любообильный Спаситель наш говорит далее:

Аще же око твое десное соблажняет тя, изми е, и верзи от себе: уне бо ти есть, да погибнет един от уд твоих, а не все тело твое ввержено будет в геенну огненную. И аще десная твоя рука соблажняет тя, усецы ю, и верзи от себе: уне бо ти есть, да погибнет един от уд твоих, а не все тело твое ввержено будет в геенну» (Мф. 5:29–30).

То есть, ежели и правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, или ежели и правая рука твоя соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя. Ибо для тебя лучше потерять один из членов твоих, нежели всё тело твое ввергнуть в геенну огненную.

По изъяснению Св. Отцов церкви и по самой истине, словами сими Спаситель не то нам заповедует, чтоб мы, для избежания соблазна вырывали себе глаза, или отсекали руки, и тем обезобразили свое тело. Ибо и самое наше тело есть превосходнейшее рук Его дело, которое мы обязаны всячески беречь. Притом же и похотливое воззрение не от глаз, и беззаконное деяние не от рук происходит, а от души, приемлющей соблазн. Но Иисус Христос научает нас, чтоб мы, для сохранения чистоты и целомудрия ничего не щадили, сколько бы оно дорого и нужно для нас ни было. Ежели бы, например, кто-нибудь из человеков, друг ли то или родственник или благодетель какой, или кто бы он ни был, так тебе казался любезен, как правый глаз твой, и так нужен и полезен, как правая рука твоя, но он соблазняет сердце твое; то ты, для избежания соблазна, изгони его из сердца твоего и прекрати с ним связь, доколе он не исправится. Ибо для тебя лучше лишиться его и спасти свою душу, нежели, нарушив заповедь Спасителя и потеряв чистоту и целомудрие, ввержену быть в геенну вместе с соблазнителем своим. Разлучеваем от него, спасая себя, ты и его избавишь от греха, отняв у него случай соблазнять тебя.

Не дивитесь, братие, что милосердый Спаситель с такою строгостию и прещением геенны огненной заповедует нам блюсти свое сердце от самого малейшего пятна нечистой похоти плотской. Попечительное Его о спасении душ наших око предвидит все ужасные действия сей пагубной страсти, которая ежели не истреблена будет в начале, то отравляет смертоносным ядом всё существо наше, разрушает семейства, опустошает города, низвергает в погибель целые царства. Заповедь Его, при всей своей строгости, дышет не столько строгостию правды Божией, сколько премудрою и прозорливою Его любовию. Представьте себе, слушатели, корабль, плывущий по морю, нагруженный богатыми сокровищами. Когда искусный кормчий, при наступлении бури, предвидя неминуемую погибель всех находящихся на корабле, велит, для отвращения оной, бросить весь груз в море, находя сей един верный способ для спасения жизни плывущих: не спасительно ли и не человеколюбиво ли его поведение? и не лучше ли потерять сокровища, но спасти жизнь, нежели погубить и жизнь и сокровища? Так всепредвидящая любовь Спасителя нашего заповедует нам ничего не щадить для сохранения чистоты и целомудрия, сего неоцененного сокровища душ наших, сокровища, от которого проистекает истинная, добродетельная и Христианская жизнь, с потерею которого мы теряем всё; – потеря, едва возвратимая многими трудами, постом, молитвами, слезами, строгим покаянием, подобным Давидову, который в таковом случае едва-едва избавился от вечной смерти. Ибо, чтобы возвратить сию потерю, надобно, чтобы всемогущая сила благодати Божией создала в нас паки сердце чистое и обновила в нас дух правый, как кающийся Давид вопиял в слезных своих ко Господу молитвах: сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей (Пс. 50:12). А без сего обновления нечистой душе навсегда загражден вход в царствие Божие, в которое ничтоже внидет скверно по непреложным словам Писания (Откр. 21:27). А вне царствия Христова что остается грешнику, кроме геенны огненной? От которой, чтоб избавить нас, Спаситель Христос, заповедав нам вообще хранение чистоты и непорочности, заповедует далее хранение целомудрия супружеского.

Речено же бысть: яко иже аще пустит жену свою, да даст ей книгу распустную. Аз же глаголю вам: яко всяк отпущаяй жену свою, разве словесе любодейнаго, творит ю прелюбодействовати; и иже пущеницу поймет, прелюбодействует (Мф. 5:31–32).

Здесь наиболее открывается разность между Ветхим и Новым Законом. В Ветхом дозволялось мужу отпущать свою жену, когда она сделается ему ненавистною и давать ей разводное писание. В Новом, напротив, всякий развод запрещается, исключая дознанной неверности кого-либо из супругов. Причину сей разности изъясняет Сам Спаситель в ответе Своем на предложенный Ему от фарисеев о сем вопрос: по жестосердию вашему, отвечал Он им, повеле вам Моисей пустити жены ваша, от начала же создания не бысть тако: но мужа и жену сотворил я есть Бог. Сего ради оставит человек отца своего и матерь: и прилепится к жене своей, и да будет оба в плоть едину. Еже убо Бог сочета, человек да не разлучает (Мф. 19:8, 4–6). Из сих слов Спасителя видно, что Бог и в древнем Завете не благоволил на сей развод, а только терпел, дабы запрещением оного жестокосердым иудеям не подать случая к бо́льшим злодеяниям.

Иисус Христос, учредитель Нового Завета, пришедший возстановить Церковь Свою в прежнее состояние чистоты и невинности, потерянной Адамом, Христианский брак освятил и соделал его неразлучным. Как цель первоначального брака, установленного Богом еще в раю, в состоянии невинности прародителей наших, была рождение невинных чад: так и намерение Христианского брака есть рождение чад для Церкви Христовой, освящаемых благодатию таинства крещения. Посему-то Св. Апостол Павел брак Христианский называет великою тайною, во образ соединения Христа с Церковью, и заповедует мужам любить своих жен так, как Христос возлюбил Церковь, Себя предал в жертву за спасение ее, и никогда не разлучается с нею, снося с беспредельным милосердием все ее немощи. А женам повелевает повиноваться своим мужам так, как Церковь повинуется Христу, во всякой добродетели и святыни, дабы от сего взаимного и святого союза и чада раждались святые в наследие жизни вечной (Еф. 5:22–33).

Паки слышасте, яко речено бысть древним: не во лжу кленешися, воздаси же Господеви клятвы твоя, то есть, не нарушай клятвы, но исполняй, в чем клялся пред Господом. Аз же глаголю вам: не клятися всяко, ни небом, яко престол есть Божий: ни землею, яко подножие есть ногама Его: ни Иерусалимом, яко град есть великаго Царя: ниже главою твоею клянися, яко не можеши власа единаго бела или черна сотворити. Буди же слово ваше: ей, ей: ни, ни: лишше же сею от неприязни есть (Мф. 5:33–37).

Вот еще заповедь Евангелия, дарованная Спасителем для предохранения нас от лжи, к которой растленное грехом сердце человеческое наиболее склонно. И в древнем законе строго запрещалось нарушение клятвы, произнесенной пред Господом. Спаситель Христос, подтверждая сей закон, воспрещает и всякую клятву, собственно от нас зависящую.

Здесь должно заметить, что запрещение сие не относится к той клятве, к которой мы обязываемся гражданскими законом, когда клянемся хранить верность Государю или когда призываемся законом свидетельствовать истину клятвою. Ибо сие также основывается на Божественной заповеди повиновения предержащей власти. Но запрещаются клятвы произвольные без важной, а часто и без всякой причины произносимые. Запрещаются потому, что ими нарушается непреложная заповедь Божия: не приемли имени Господа Бога твоего всуе (Исх. 20:7). Таковые божбы и клятвы, ослабляя в сердце человека страх Божий, неприметным образом укореняют в нем навык ко лжи и располагают к неуважению и законных клятв, а часто и к ужасному нарушению оных. Посему-то Спаситель, желая исторгнуть самый корень зла сего из сердца нашего, заповедует не клясться не только именем Божиим святым и страшным, но даже небом: ибо оно есть престол Божий, ни землею: ибо она есть подножие ног Его, ни Иерусалимом, по обычаю Иудеев, для которых град сей, как град Царя Израилева, был священнейшим, ниже собственною своею главою, которая есть премудрое создание рук Божиих; мы-то сами по себе не только не можем сотворить ни единого волоса, но ниже пременить цвет его из белого в черный, или из черного в белый. А для утверждения истины во всех случаях Иисус Христос считает достаточными слова: ей, ей и ни, ни; всё же, что есть сверх сих слов, происходит от лукавого и непримиримого врага спасения нашего, духа злобы – диавола, который, как отец лжи, всячески ухищряется посеять и укоренить в сердце нашем ядовитые семена ее, дабы после мало по малу довесть их и до ужасного нарушения клятвы.

Самая опасная хитрость духа злобы есть та, что он воображению нашему представляет нарушение заповедей Иисуса Христа делом маловажным и угрожения нарушителям их слишком строгими, дабы сею уловкою изгнать из сердца нашего страх суда Божия, который поставлен от Господа стражем душ наших. Коль скоро успеет он удалить от души Христианина сего Божественного стража, то беспрепятственно входит в сердце его и как разбойник расхищает всё его сокровище благодати, душу его делает пленницею своею, а тело орудием своей злобы.

Подобает убо нам, братие, тщательно бодрствовать над сердцем своим, освященным в обитель Самого Бога, дабы и все чувства тела нашего были чистыми орудиями творения заповедей Его, по глаголу Премудрого: «сяцем хранением блюди сердце твое, от сих бо суть исходища живота (Прит. 4:23). Подобает всегда молить Господа и Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, да Он оградит сердца наши спасительным страхом суда Своего праведного; да уязвит их любовию Своею; да возлюбим Господа и Бога нашего всем сердцем нашим, всею душею, всею мыслию, всею крепостию и всем помышлением нашим (Мф. 22:37), да ходя непорочно во свете заповедей Его, сподобимся быть наследниками жизни вечной. Аминь.

***

Беседа XII

Слышасте, яко речено бысть: око за око, и зуб за зуб. Аз же глаголю вам не противитися злу: но аще кто тя ударит в десную твою ланиту, обрати ему и другую: и хотящему судитися с тобою, и ризу твою взяти, отпусти ему и срачицу: и аще кто тя поймет по силе поприще едино, иди с ним два (Мф. 5:38–41).

Можно видеть ясно, слушатели, что Спаситель Христос сими словами Евангелия хощет исторгнуть из сердец верующих в Него самый корень страсти мщения за причиняемые им от других обиды и насадить в них Свою Божественную кротость и терпение, происходящее из любви и милосердия к самым обижающим нас. Ежели бы Он, единородный Сын Божий, сама Божественная воплощенная любовь и милосердие, не показал Собою примера беспредельного долготерпения в крестной за нас недостойных грешников смерти Своей: то конечно сия заповедь терпения и любви, превозмогающей все вообще обиды, какие бы они ни были, – заповедь столь мало известная уму и сердцу человеческому, оставленному самому себе, и еще менее приемлемая сынами века сего, показалась бы совсем неудобоисполнимою. Посему-то Он, единый вечный Законодатель и Ветхого и Нового Завета, по всеобемлющей премудрости Своей не благоволил открыть сей небесной заповеди древним Израильтянам, которые еще неспособны были принять оную, но положил им закон, по которому обиженный требовал себе от суда отмщения равномерного причиненной ему обиде: око за око, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу, язву за язву, вред за вред (Исх. 21:24–25). Закон праведный, который с одной стороны удерживал склонность к нанесению другим обид страхом равного воздаяния обидящему, а с другой мщению обиженного полагал предел и границы, и руководствовал ко взаимному обоих примиренно, хотя несовершенному. Пришедши не разорить закон но исполнить и совершить (Мф. 5:17), Христос Спаситель новозаветного заповедию Своею не разрушает сего закона правды, но открывает верующим в Него высший Божественный закон беспредельной любви и милосердия, и дает им всемогущий способ терпением побеждать и наглость обижающих и страсть мщения обиженных, и хранить всегда ненарушимый мир в сердце своем: мир Божий, превосходяй всяк ум, по выражению Святого Апостола Павла (Флп. 4:7).

Древний закон равномерного воздаяния также есть правда, но правда книжников и фарисеев. От Христианина же требуется более по словам Спасителя: аще правда ваша не избудет паче книжник и фарисей, не внидете в Царствие небесное (Мф. 5:20). Посему-то к верующим говорит Христос: Аз же глаголю вам не противитися злу (Мф. 5:39), то есть, не воздавать злом за зло, но побеждать благими злое, как изъясняет сии слова Спасителя Св. Апостол Павел (Рим. 12:21). И притом так, что ежели бы кто тебя ударил в правую твою ланиту, ты не только не мсти ему и не прекращай к нему любви своей, но обрати ему и другую.

Ударение в ланиту всегда почиталось самою величайшею обидою. Оно поражает нашу честь. Что и справедливо; ибо лицо человека есть превосходнейшая часть его тела. Оно есть зеркало души, созданной по образу Божию. Посему-то Иисус Христос избрал сей случай обиды, как важнейшей, дабы показать, что никакая обида, сколь бы она велика ни была, не должна разрушать в сердце Христианина мира и любви к человекам, и располагать его к мщению.

Но почему Спаситель не просто сказал: аще кто тя ударит в ланиту но, аще кто тя ударит в десную твою ланиту? Что весьма не обыкновенно: ибо ударение обыкновенно наносится правою рукою ударяющего в левую щеку ударяемого. Здесь Отцы Церкви под символом десной ланиты разумеют то, что есть для человека драгоценнейшее – то есть, честь его. По сему разумению Спаситель Христос заповедует здесь всем Христианам, а особенно ученикам Своим, которых Он готовил на важное служение Апостольское, чтобы они для истинного блага человеков и для спасения душ их с любовию терпели от них всякого рода личные оскорбления и обиды, подобно как добрые врачи сносят оскорбления от больных одержимых горячкою, и из сострадания к ним не престают врачевать их. Он заповедует жертвовать даже и своею человеческою честию, ежели сего требует спасение многих, подражая Господу и Учителю своему, Который за спасение рода человеческого пожертвовал Своею Божественною славою, и не отвратил достопокланяемого лица Своего от поругания, и пресвятой ланиты Своей от ударения рукою презренного слуги нечестивого Каиафы. Таковая жертва в глазах мира сего представляется бесчестием, но пред очами Господа и Ангелов Его есть высочайшая честь, – жертва, которая вознаградится вечною славою на небесах.

Но Спаситель не останавливается на сей жертве; – Он говорит далее: ежели кто хощет судитися с тобою и ризу твою взяти, то есть, верхнюю одежду, отдай ему и срачицу, то есть нижнюю одежду (рубашку). Не только будь готов пожертвовать честью человеческою, но и всем твоим имуществом, ежели сие нужно для сохранения мира сердца твоего и для спасения ближнего твоего. – И в таком случае не прекращай к нему любви, подражая Господу и Искупителю твоему, Который богат сый, обнища нас ради, да мы нищетою его обогатимся (2 Кор. 8:9), Который допустил снять с Себя последние одежды воинам распинателям, и обнаженный распялся на Кресте. Но что еще более: и аще кто тя поймет по силе поприще едино, иди с ним два, то есть, ежели бы кто тебя силою принудил идти с ним одну версту, иди с ним две. – И после сих жертв к каким бы тяжким трудам ни был ты принужден для блага и спасения твоих ближних, не отрицайся от них, но будь готов усугублять твои труды, не щадя своих сил: подобно как Спаситель твой всего Себя предал, и душу Свою не пощадил положить за спасение рода человеческого. Такова Евангельская заповедь терпения и любви к человекам, не знающей пределов!

Апостолы, в которых Спаситель перелил, так сказать, Свою Божественную любовь и долготерпение, исполнили сию заповедь на самом деле. Так изображает их в лице своем Св. Павел: мню бо, яко Бог ны посланники последния яви яко насмертники: зане позор быхом миру и Ангелом и человеком. Мы убо буи Христа ради, вы же мудри о Христе: мы немощни, вы же крепцы: вы славни, мы же безчестни. До нынешняго часа и алчем, и жаждем, и наготуем, и страждем, и скитаемся, и труждаемся, делающе своими руками: укоряеми, благословляем: гоними, терпим: хулими, утешаемся: якоже отреби миру быхом, всем попрание доселе (1 Кор. 4:9–13). И таковым долготерпением и любовию они едва не всю землю обратили ко Христу. Сонмы мучеников из любви ко Господу и ревности ко спасению человеков не щадили жизни, и потоками крови их напоенная земля произрастила бесчисленное множество верующих из самых гонителей их. Сим же духом терпения и любви воодушевленная Святая Соборная и Апостольская Церковь Христова всегда побеждала и всегда будет побеждать все нападения неверующих.

Впрочем здесь должно заметить, что Евангельскою заповедию прощения всех обид нимало не ослабляется сила и строгость гражданских и Церковных законов. Ибо блюстители правосудия на основании того же слова Божия приемлют на себя обязанность и труд защищать невинных и наказанием преступников сохранять общественное благочиние и безопасность. Не нарушается также сею заповедию обязанность Государей объявлять брань и мечом защищать благоденствие вверенных им народов от врагов Отечества. Ибо народоправителей Сам Бог облекает сею властию, и поручает им служение сохранять порученные им страны, а иногда и разрушать другия нечестивые царства мечем и огнем, коих мера беззаконий исполняется пред очами Господа. Даже и в личных оскорблениях частному человеку не запрещается судом наказывать оскорбителя, не из ненависти к нему и мщения, но для исправления его и других, ежели снисхождение и ненаказанность сделали бы ему самому больший вред, утвердив его в своей злости. Но в таковом случае потребно строгое безпристрастие и осмотрительность, дабы к огню не придать огня, и не маслом гасить его, а водою: Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь (Рим. 12:19). Спаситель хощет, чтобы сердце наше всегда и во всех случаях отверсто было к благотворению ближнему, потому и говорит далее:

Просящему у тебе, дай, и хотящаго от тебе заяти, не отврати (Мф. 5:42).

Чье сердце так всегда расположено, что он готов и себя самого не щадить для блага ближнего своего, по заповеди Христовой: тот конечно не откажет ему помочь в нужде или невоззратным, или взаимообразным подаянием.

Слышасте, яко речено есть: возлюбиши искренняго твоего, и возненавидиши врага твоего. Аз же глаголю вам: любите враги ваша, благословите кленущия вы, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть, и изгонящия вы: яко да будете сынове Отца вашего, Иже есть на небесех: яко солнце Свое сияет на злыя и благия, и дождит на праведыя и на неправедныя. Аще бо любите любящих вас, кую мзду имате? не и мытари ли тожде творят? и аще целуете други ваша токмо, что лишше творите? не и язычницы ли такожде творят? Будите убо вы совершени, якоже Отец ваш небесный совершен есть (Мф. 5:43–48).

Вот венец добродетелей и доказательство истинной, чистой и бескорыстной любви к человекам, свойственной одним только истинным Христианам! Спаситель заповедует здесь не только терпеть случайные обиды, но любить постоянно сердцем своим испытанных врагов своих, и в доказательство своей любви, благословлять клянущих и поношающих нас, добро делать ненавидящим нас и молиться искренно пред очами сердцеведца Бога за обижающих и гонящих нас.

Господь Иисус Христос к сему совершенству добродетели любви, прежде крестной смерти Своей, возбуждал учеников Своих и всех слушавших Его проповедь указанием на беспредельное человеколюбие Отца небесного, Который повелевает каждый день восходить солнцу Своему, светить над злыми и благими, и облакам благовременно дождить на праведных и неправедных, и каждый день дает уроки сей любви чадам Своим. А после страдания Иисуса Христа, кроме сего, всем Христианам всегда вопиют велегласно о сей любви ко врагам нашим спасительные язвы Его. Какое каменное сердце не сокрушит в себе духа ненависти к ближнему своему, хотя врагу, если будет часто и истинно взирать на распятого Спасителя и Бога своего, Который, вися на Кресте, в беспредельных болезнях вопиял ко Отцу небесному о спасении распинателей Своих: Отче, остави им грех сей, не ведят бо, что творят (Лк. 23:34).

Так, братие, добродетель любви ко врагам при всей своей высокости и редкости столько должна быть существенна Христианину, что без нее любовь его есть не более как мытаря и язычника, по словам Спасителя; ибо и они также друзей своих и любящих их взаимно любят и благотворят им. И действительно всякая любовь к ближним без любви ко врагам есть несовершенна. Она есть не что иное, как тонкое самолюбие; ибо без ней мы в друзьях и благодетелях своих любим самих себя, любим их потому, что видим из сего для себя пользу и взаимное утешение. Но Спаситель хощет от нас любви чистой, без всякой примеси самолюбия и своекорыстия, – хощет такой любви, какой пример показал собою Св. Апостол Павел, который хотел и молил Господа, чтоб сам он отлучен был от наследия со Христом, только бы иудеи, гонители его, уверовали во Христа и спаслися (Рим. 9:3), хощет любви совершенной так, как Отец небесный совершен есть, Иже тако возлюби враждебный Ему мир, яко и Сына Своего Единороднаго дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный (Ин. 3:16). Аминь.

***

Глава 6

Беседа XIII

Внемлите милостыни вашея не творити пред человеки, да видими будете ими: аще ли же ни, мзды не имате от Отца вашего, Иже есть на небесех (Мф. 6:1).

После того, как Спаситель Христос в проповеди Своей изложил все Евангельские добродетели, какие должны иметь верующие в Него, дабы истинно стяжать в себе Царствие Божие, как слышали мы в прошедших беседах, Он, яко всеведущий Учитель истины, открывает далее верные средства к преуспеянию в сих добродетелях, каковы суть: милостыня, молитва и пост. Средства, сами по себе действительные и святые, которые всё Писание Ветхого и Нового Завета представляет нам как спасительные врачевства для растленных грехом душ наших. Но есть в растленном сердце человеческом одна из опаснейших страстей, которая и самые спасительные врачевства сии лишает своего действия. Это есть страсть тщеславия – сие злое изчадие развращенного самолюбия нашего. Страсть тем опаснейшая, что, скрываясь под личиною добродетелей, и самые добродетели заражает своею тлетворностью и делает их бесплодными, подобно как некий червь, внедрившись в корень самого доброго и плодоносного древа, повреждает его, засушает и делает неспособным к плодоприношению. От сей-то страсти, как от некоей заразы, истинный Врач душ наших, предохраняя верующих, говорит: внемлите, то есть, берегитесь раздавать милостыню вашу пред людьми с тем намерением, чтобы они видели вас; иначе не будет вам награды от Отца вашего небесного.

Слова сии Спасителя не то означают, чтоб Богу неприятна была всякая явная милостыня; ибо бывают случаи, где не можно скрыть от других своей милостыни, когда ближний наш требует скорой от нас помощи. Бывают также и такие случаи, где не должно скрывать своих благотворений, когда сие нужно для возбуждения других к сей добродетели. Но Спаситель предостерегает здесь сердце наше от того, чтобы мы не творили милостыни с намерением показаться милостивыми пред очами людей и снискать у них похвалу милосердия нашего. Сие-то тщеславное намерение лишает милостыню нашу всякой награды от Отца небесного. Ибо Бог смотрит на сердце наше и в нем хощет насадить и вкоренить истинное милосердие. А потому и обращает благоволительный взор Свой на ту единственно милостыню, которая подается из сердечного сострадания к ближнему и из желания исполнить заповедь Господню. Таковая милостыня, хотя бы она была и явная, но святое и Богоугодное намерение ее всегда остается тайным, известным единому Сердцеведцу, Который и награждает дела милосердия, смотря по тому, с каким намерением оные совершаются. Посему-то из побуждений тщеславия, всегда Богу неприятного, раздаваемые милостыни никакой от Него не заслуживают награды, как говорит далее Спаситель:

Егда убо твориши милостыню, не воструби пред собою, якоже лицемери творят в сонмищах и в стогнах, яко да прославятся от человек: аминь глаголю вам, восприемлют мзду свою (Мф. 6:2).

Свойство лицемеров есть то, что они, не будучи в самой вещи добродетельны, приемлют на себя личину добродетели, дабы восхитить у людей принадлежащую ей славу. Лицемерные милостыни раздаятели суть те, которые, имея сердце совсем не милосердое, хотят казаться другим милостивыми; а посему и раздают милостыню не из сердечного сострадания к ближним и не из желания исполнить заповедь Господню, но да прославятся от человек. И для достижения сей тщетной славы обыкновенно возглашают всем, подобно трубе, свою щедрость, и для раздачи милостыни избирают такие места, где бы большее число было зрителей. Спаситель, укоряя сей нечестивый обычай лицемеров, произносит на них праведный суд Свой: аминь глаголю вам, восприемлют мзду свою. Они в раздаянии милостыни ищут единственно славы от человеков и получают оную. Чего ж еще более ожидать им от Отца небесного, о благоугождении Которому делами милосердия они совсем и не мыслят? и скрывая от взоров человеческих жестокость и развратность сердца своего под личиною милосердия, думают скрыть оную и от всепроницающих очей Господа, а тем еще более оскорбляют Его. Так-то страсть тщеславия и самое святое дело милостыни превращает в орудие лицемерия, от которого желая предостеречь верующих, Спаситель излагает далее свойство истинного милосердия:

Тебе же, говорит, творящему милостыню, да не увесть шуйца твоя, что творит десница твоя» (Мф. 6:3). То есть, ты раздавай милостыню в такой тайне, чтоб даже левая рука твоя не знала, что творит правая.

Но что означают сии слова Спасителя? не всё ли равно раздавать милостыню правою рукою как и левою? и левая рука не столь же ли близка к нам, как и правая? Видите, что не о руках здесь говорит Иисус Христос, но о расположении сердца, и заповедует, чтобы мы творимые нами дела милосердия скрывали не только от людей, вопреки обычаю лицемеров, но и от самих себя, как изъясняет сие место Евангелия Св. Златоуст. Предосторожность весьма необходимая для сохранения сердца нашего в чистоте любви к Богу и ближнему от всякой зловредной примеси прирожденнаго растленной грехом душе нашей самолюбия, которое так хитро внедривается в самые дела милосердия, что ежели нет посторонних зрителей оных, то оно само провозглашает об них сердцу нашему, и заставляет нас самих себя хвалить и любоваться ими. И действительно есть люди, которые из гордости презирают славу человеческую, но тем не менее присваивают славу добродетелей самим себе, а не Богу, Которому единому она принадлежит.

Но как возможно, скажут, может быть некоторые, не видеть нам самим собственных своих добрых дел?– Не только сие возможно, но и самая истина сего требует; ибо ежели мы основательно и здраво рассмотрим самих себя, то верно найдем, что у нас нет ничего собственного, кроме одного ничтожества, и что еще хуже ничтожества, – кроме греха. Вот наша собственность; всё прочее, что мы имеем, есть дар Господа Творца, Промыслителя и Искупителя нашего. И так, ежели благость Его дарует нам способ помогать чем-либо ближнему, можем ли мы без нарушения справедливости присвоить сие самим себе? Самая добрая мысль в душе нашей о помощи ближнему первоначально происходит от благодати и милосердия Божия, а мы не довольны есмы и помыслити что-либо доброе от себе, яко от себе, но довольство наше всё от Бога (2 Кор. 3:5), как говорит Св. Апостол Павел. После сего не приличнее ли и не справедливее ли будет вопросить, как можем мы видеть что-либо доброе в своем ничтожестве и своей греховности? Посему-то Спаситель Христос заповедал ученикам своим: аще и вся повеленная вам сотворите, глаголите, яко раби непотребни есмы (Лк. 17:10). На основании сих слов самой вечной Истины, раздавая и многие милостыни, говорите всегда в смирении сердца своего, что вы еще ничего не сделали для Бога; разделяя ближним дары Его милосердия, приучите себя постоянно и глубоко чувствовать свое ничтожество и величие Божией к вам благости, дарующей вам способы помогать братии своей. Тогда исполните заповедь Иисуса Христа, повелевающего творить милостыню так, да не увесть шуйца твоя, то есть, самолюбие твое, «что творит десница твоя», то есть, чистая твоя любовь к Богу и ближнему; тогда милостыня твоя будет истинная, творимая не пред очами человеческими, но пред очами Божиими, такая, о которой далее говорит Спаситель:

Яко да будет милостыня твоя в тайне, и Отец твой видяй в тайне, Той воздаст тебе яве (Мф. 6:4).

Да будет милостыня твоя, в тайне сокровенная и от тебя самого во глубине смирения твоего и всегдашнего чувствования своей ничтожности и своей греховности, – и Отец небесный, Который всегда с особенным благоволением взирает на смиреннаго и молчаливаго, и трепещущаго словесЕго (Ис. 66:2) и видит всё тайное, воздаст тебе явно. С таковым святым расположением сердца своего милуяй нища взаим дает Богу(Прит. 19:17), по словам Писания, Который часто еще в сей жизни воздает милующим сторицею, осыпая их и домы их видимыми благословениями Своими. Но совершенное воздаяние милосердия их откроется тогда, когда Спаситель и Судия пред всеми Ангелами и Святыми речет им в день судный: приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира. Взалкахся бо, и дасте Ми ясти, возжадахся, и напоисте Мя, странен бех, и введосте Мене: наг и одеясте Мя, болен, и посетисте Мене: в темнице бех, и приидосте ко Мне. Понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе (Мф. 25:34–36, 40).

И егда молишися, не буди якоже лицемери, яко любят в сонмищах и в стогнах путий стояще молитися, яко да явятся человеком: аминь глаголю вам, яко восприемлют мзду свою(Мф. 6:5).

Лицемеры в раздаянии милостыни суть таковы и в молитве. Они совсем не молятся Богу, но приемлют на себя лице молящихся с тщеславным намерением, да явятся людям набожными. И для достижения сей суетной цели избирают места для молитвы, открытые взорам большого числа людей. Посему Спаситель и таковой же праведный суд произносит на них: аминь глаголю вам, яко восприемлют мзду свою. Суетная их молитва и награждается суетною от людей славою. А от Отца небесного, к Которому они в лицемерных молитвах своих совсем не обращают своего сердца, какой ожидать им награды? Молитва есть для нас самое действительнейшее и, можно сказать, единственное орудие для принятия всех даров от Бога, от которого единого происходит «всякое даяние благо и всяк дар совершен (Иак. 1:17), но тогда, когда она есть истинная, которую здесь излагает Иисус Христос:

Ты же, егда молишися, вниди в клеть твою, и затворив двери твоя, помолися Отцу твоему, Иже в тайне: и Отец твой видяй в тайне, воздаст тебе яве (Мф. 6:6).

Так посему не должно молиться в церкви при собрании народа, может быть, скажут некоторые? – Весьма должно, и ежели где, то наипаче в церкви, которую сам Бог называет домом Своим, домом молитвы: дом Мой, дом молитвы наречется (Лк. 19:46), глаголет Господь. Уединенное место действительно способствует к молитве, но еще не составляет ее сущности. Ибо с сердцем рассеянным и наедине творимая молитва так же есть ничтожна, как и в собрании людей. Посему Спаситель, заповедуя нам для молитвы входить в клеть свою и затворять двери свои, разумеет не столько вещественную клеть домов наших, сколько невещественную внутреннюю клеть сердец наших. И так когда ты приступаешь к молитве в церкви ли, в доме ли своем, или где бы то ни было, выйди из состояния рассеянности души твоей по предметам мира сего, и соберись весь во внутренность сердца твоего, затвори вход в оное всем посторонним помышлениям, – из тайной и единому Богу видимой глубины души твоей взывай к милосердому Отцу твоему не столько гласом уст твоих, сколько гласом сердца твоего. И Отец твой, пред Которым открыто всякое движение мыслей твоих, видяй вся тайная, услышит молитву твою, и воздаст тебе явно, – воздаст исполнением на самом деле прошения твоего, ежели оно истинно и для тебя полезно. А наибольший дар Своей благости, – ниспослет тебе самый дар истинной молитвы. Ты сам восчувствуешь сладость ее, и предпочтешь оную всем другим занятиям и удовольствиям. Всякое время молитвы покажется для тебя кратким. И ты приобретешь заповеданную Евангелием непрестанную молитву (Лк. 18:1), обращая сердце твое к Богу и любообильному Спасителю своему среди занятий службы и домостроительства и даже среди невинных удовольствий. В молитве не будешь уже находить скуку и тягость, но самый приятнейший отдых от трудов, какой обыкновенно находят любимые дети в собеседовании с любящим их отцем. Вот верный признак и вместе плод истинной молитвы! Отец небесный, даяй молитву молящимся (1 Цар. 2:9), да даст и нам грешным истинную и всегда плодоносную молитву, благостию и человеколюбием Единородного Сына Своего Господа нашего Иисуса Христа и благодатию Духа Своего Святого! Аминь.

***

Беседа XIV

Моляшеся же не лишше глаголите, якоже язычницы: мнят бо яко во многоглаголании своем услышани будут. Не подобитеся убо им: весть бо Отец ваш, ихже требуете, прежде прошения вашего (Мф. 6:7–8).

Еще о молитве, братие, которой хощет нас научить всеблагий Спаситель наш, как такому святому деланию, которое Богомудрые Отцы Церкви весьма справедливо называют Матерью всех добродетелей Христианских, без которой не можно получить ни единого дара от Отца небесного, не можно совершить ни единого истинно доброго дела. Одни только злые и суетные дела производятся без молитвы, без которой не можно сделать ни одного шагу в истинной Христианской и Богоугодной жизни, – а с приобретением молитвы мы приобретаем всё, приобретая себе премилосердого Отца небесного, всегда готового изливать благословения Свои сердцу истинно молящегося Ему.

В прошедшей беседе слышали мы, как попечительнейший о спасении нашем Господь Иисус, остерегая нас от лицемерной и бесплодной молитвы иудеев, заповедует нам молиться, входя во внутреннюю клеть сердца нашего, и, затворив в него вход всем помышлениям мира и плоти из сокровенной глубины души взывать к ведущему всё тайное Отцу нашему небесному. Продолжая учение о молитве, Он дает нам заповедь не говорить лишнего в молитве, остерегая от суетного обычая язычников, которые думают, что во многоглаголании своем услышаны будут. Многоглаголание, охуждаемое здесь Спасителем, не то означает, когда кто много и долго молится; ибо нам заповедует Евангелие не только долго и часто, но непрестанно молиться (Лк. 18:11 Сол. 5:17).

Истинный Учитель молитвы запрещает многоглаголание язычников, которые, не зная единого Всемогущего Творца и Всеведущего Промыслителя Бога, наделали себе многих ложных богов по множеству страстей и суетных желаний своих. Они, призывая ложных богов своих, думали вразумить их о своих нуждах многими словами, и преклонить ко услышанию молитв своих или красноречивыми выражениями, или громкими и продолжительными воплями. Пример таковаго бесплодного многоглаголания видим мы в Св. Писании во дни Илии пророка, когда жрецы Вааловы, ристая около жертвенника, просили его послать огонь с неба, и от утра до вечера кричали: послушай нас, Ваале, послушай нас; но не бе гласа, ни послушания (3 Цар. 18:26). От сего-то суетного многоглаголания, как совсем несвойственного верующим во единого истинного Бога, знающего всё, остерегает нас Спаситель, и хощет, чтобы души наши и всегда, а наипаче во время молитвы, не рассеявались в выражениях многоразличных желаний временных и земных благ, часто для нас бесполезных, а иногда и вредных; и чтоб мы молились не столько гласом уст, сколько гласом сердца. Ибо истинные нужды наши Отец небесный знает и прежде прошения нашего.

Но ежели сие так, то для чего ж и молиться, может быть, скажут некоторые? Не для того мы должны молиться, чтобы открыть Богу наши нужды, который Ему известны, но чтоб открыть для Него наше сердце. Сердце наше, доколе мы не обращаемся к Богу в истинной молитве, есть открыто для всех похотей мира и плоти и для пагубных внушений врага спасения нашего духа злобы; но закрыто для спасительных в нем действий благодати Духа Святого. – Подобно как, когда мы не обращаем телесных очей к солнцу и закрываем их от входа в них лучей его, тогда и при полном сиянии солнца остаемся во тьме и мраке. Точно так, доколе мы не обращаемся сердцем нашим к Богу в молитве, дотоле душа наша остается в глубокой тьме неведения самой себя и Бога, при всегдашнем сиянии истинного духовного Его света. У нас нет ни животворного света сего, ни сил к творению истинно добрых дел. – Они у Бога, Источника жизни и света, от Которого единого Отца светов снисходят всяко даяние благо и всяк дар совершен (Иак. 1:17); но снисходят тогда, когда мы их искренно желаем, и испрашиваем у Него молитвенным к Нему обращением сердца нашего. Посему-то Иисус Христос говорит негде: просите, и дастся вам: ищите, и обрящете: толцыте, и отверзется вам. Всяк бо просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзается (Мф. 7:7–8).

Но о чем просить нам Отца небесного, чего искать в щедродаровитом Его сердце, о чем толкать у дверей беспредельного милосердия Его? Все истинные прошения наши Спаситель заключает в краткой, но преисполненной духа и силы молитве, которую Он преподал ученикам Своим для научения всех верующих, как и о чем они должны молиться. В сей молитве Господней содержатся, как в семени, все прочии молитвы Церкви Христовой. И ежели бы мы так же рано начали произносить сию молитву сердцем и делами, как рано научаемся произносить оную своими устами, конечно мы бы очень скоро соделались истинными молитвенниками.

Сице убо молитеся вы, говорит Спаситель: Отче наш, Иже еси на небесех (Мф. 6:9).

Самое начало молитвы Господней внушает нам, что мы должны приступать к Богу с глубоким смирением, с несомненною во Иисуса Христа верою, с искреннею любовию к братии нашей, и с сердцем, обращенным от земных желаний и попечений к небесному отечеству нашему. Ибо кто мы? и кого дерзаем называть Отцем нашим? Зачатые в беззакониях и во грехах рожденные (Пс. 50:7), естеством суще чада гнева (Еф. 52:3), какое бы имели мы право называться чадами Божиими, ежели бы Единородный Сын Божий, Господь наш Иисус Христос, не принес Себя в жертву о гресех наших, и не возвратил нам верующим драгоценнейшего права всыновления Отцу небесному (Гал. 4:5). И как Он, Сама Божественная воплощенная Любовь, по беспредельному человеколюбию Своему положил за всех душу Свою, то и заповедал верующим молитву не особенную для каждого, но общую для всех, дабы мы, моляся о себе, молились купно и за всех, и объемля всех человеков любовию сердца своего, возносили оное к Богу любви – Отцу всех человеков, живущему на небесах, где Он наиболее являет славу Божества Своего в сонмах Ангелов и Святых, – и где есть наследие наше нетленное, неувядаемое, вечное (1 Пет. 1:4). С таковым благоприятным Ему расположением сердца нашего да произносим, братие, начало молитвы Господней:

Отче наш, Иже еси на небесех. Да святится имя Твое.

Вот первое прошение наше! Имя Божие само в себе вечно есть святейшее. Оно есть самая святость и приснотекущий источник святости. Спаситель заповедует нам первее всего просить Бога Отца нашего небесного, да вечно святое само в себе имя Его, святится и в нас и во всех человеках. Оно святится в нашем сердце, когда мы, всегда с благоговейным трепетом воспоминая оное, страшимся оскорбить Его беспредельное величество каким-либо и самым малым, сокровенным от людей, но явным пред Его всевидящими очами грехом. Святится в наших помышлениях, когда мы, поставляя себя всегда и везде во святом присутствия Божием, всячески остерегаемся какою нибудь порочною мыслию осквернить душу нашу, которая во святом крещении освящена в чистый храм Господу. Святится в наших словах, когда мы, удерживая язык свой от всякаго празднословия, злоречия, лжи, клеветы, употребляем его в орудие славословия и хвалы Господу и в назидание ближних наших. Святится в наших делах, когда мы, умерщвляя страсти бесчестные, святостию жизни и благочестием своим всемирно стараемся оправдать самым делом святость веры нашей Христианской, да тако просветится свет наш пред человеки, яко да видят добрая дела наша и прославят Отца нашего, Иже есть на небесех (Мф. 5:16). Сего-то священия имени Божия первее в нас самих да возжелаем, братие, искренно всею душею нашею, когда произносим пред Отцем нашим небесным прошение наше: да святится имя Твое. Да возжелаем, чтобы оно святилось и во всех человеках святостию веры и жизни их, да и неведущие Бога и Христа Его обратятся в Его единую святую Церковь, да все, искупленные кровию единородного Сына Божия, и сердцем, и устнами, и делами прославят святость Триипостасного единого Бога совокупно с сонмами Ангелов, на небеси непрестанно воспевающих хвалебную имени Его песнь: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф, исполнь небо и земля славы Твоея (Ис. 6:3).

Да приидет царствие Твое (Мф. 6:10).

Царствие Отца небесного, о пришествии которого заповедует нам Спаситель молить Его милосердие, есть Царство благодати Его в настоящей жизни внутри сердец, оправданных верою во Иисуса Христа и освященных в таинстве крещения силою и действием Духа Святого, и Царство славы, обетованное верующим в грядущем, нескончаемом веке. Произнося сие прошение, истинные сыны Царствия небесного все желания свои совокупляют во едино святое желание сердца своего, да не царствует грех в мертвенной плоти нашей, во еже послушати его в похотех его (Рим. 6:12), да сокрушится вконец темное царство князя века сего – духа злобы, и да воздвигнется и утвердится в сердцах всех человеков благодатное Царство света истинной веры и любви. И да приидет обетованное Отцом небесным избавление всей твари от рабства тления в свободу славы чад Божиих, да приидет сие вожделенное Царство славы, о пришествии которого вся тварь суете покоренная грехами нашими, с нами совоздыхает и сболезнует даже до ныне (Рим. 8:21–22), по словам Апостола Павла, который, излагая сие желание сердца своего, говорит: и мы сами начаток духа имуще, воздыхаем в себе, всыновления чающе избавления телу нашему(Рим. 8:23). Вот желание истинных сынов Отца небесного, которые, имея у Него всё сокровище свое и к Нему единому обращая всё сердце свое, молят Его благость: да приидет царствие Твое.

Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли (Мф. 6:10).

Небо суть Ангелы, земля человеки. Спаситель сим прошением заповедует нам умолять Отца небесного о даровании нам и всем братиям нашим сил, чтоб мы с такою же верностию исполняли всю святую волю Его, начертанную в заповедях Евангелия, с какою точностию и скоростию исполняют повеления Его Ангелы, окружающие престол вечного Царствия Его, силнии крепостию, творящии слово Его (Пс. 102:20). Произнося сие прошение, истинные сыны Отца небесного с глубоким уничижением признают свою немощь в совершении добродетелей; но вместе имеют несомненное упование, что Он, ради ходатайства возлюбленного единородного Сына Своего, Господа нашего Иисуса Христа, даст им потребные для сего силы благодати Духа Святого. Они паче всего желают, чтобы во всём и всегда и везде по всей земли исполнялась не их, и не чья-либо человеческая воля греховная и развращенная, но воля Его святая и благая и совершенная, – как Его единаго воля исполняется на небесах, и исполнение ее составляет блаженство небожителей.

"Хлеб наш насущный даждь нам днесь» (Мф. 6:11).

Насущный хлеб наш есть то, что необходимо нужно для поддержания нашей телесной и духовной жизни. Как и того и другого мы сами в себе не имеем, то Спаситель заповедует нам ежедневно испрашивать сего хлеба у Отца небесного. Сим прошением все желания наши для телесной нашей жизни ограничивает Он дневным пропитанием. Милосердое Его о нас промышление хощет избавить нас от суетного попечения на неизвестное нам будущее время, и от излишеств прихотливой роскоши. Но для жизни души нашей столько же нужен духовный хлеб, сколько для жизни тела телесный. Сей духовный небесный хлеб есть животворное слово Божие, и таинственный хлеб пречистого и животворящего тела и Божественной крови Господа нашего Иисуса Христа, без Которого душа наша так же умирает для добродетели, как без хлеба видимого умирает тело. Не о хлебе бо едином жив будет человек, но о всяком глаголе, исходящем их уст Божиих» (Мф. 4:4). И аще не снесте плоти Сына человеческаго, ни пиете крове Его, живота не имате в себе. ядый Мою плоть, и пияй Мою кровь, имать живот вечный (Ин. 6:53–54), глаголет Иисус Христос. Итак истинные сыны Отца небесного, порождени не от семени тленнаго, но неистленна, Словом живаго Бога (1 Пет. 1:23), испрашивая у Его благости хлеба дневного для сохранения телесной жизни, умоляют купно Его милосердие, да питает всегда их души животворным словом Своим, и да сподобляет их благовременно достойно причащатися небесного хлеба – пресвятого тела и крови Сына Своего для преуспеяния в жизни духовной – вечной.

И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим (Мф. 6:12).

Так обязанные Отцу небесному, что от Него получаем и бытие и жизнь, и силы и пищу, и одежду и спасение и обетование вечной славы и блаженства без всяких наших заслуг, мы всегда остаемся пред Ним неоплатными должниками. При всемерном и всеусильном старании нашем исполнить волю и заповеди Его, будучи обложены немощию плоти, мы еще не можем быть совершенно святыми и чистыми от всякого грехопадения. Почему Спаситель заповедует нам признавать свои грехи пред Отцем небесным и в истинном покаянии просить у Него оставления сих долгов наших.

Кающимся нам обещает несомненное прощение; но с таким условием, когда и мы оставляем должникам нашим, то есть, тем, которые нас оскорбили, и пред нами согрешили. »Аще бо отпущаете, говорит Он, человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш небесный: аше ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших (Мф. 6:14–15). С таким незлобием сердца должны мы, братие, произносить молитву Господню, ежели хощем, чтобы она была услышана.

И не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго (Мф. 6:13).

Бесполезно для нас и прощение грехов, ежели мы опять возвращаемся к ним с прежнею слабостью. Почему Спаситель заповедует нам молить Отца небесного, да сохранит Он нас невидимою силою благодати Своей от искушений ко греху собственной плоти нашей, от обольщений мира, во зле лежащего, и от ухищрений злобного врага спасении нашего – сего лукавого искусителя, который яко лев, рыкая, ходит, иский кого поглотити (1 Пет. 5:8). Но при всей своей ярости и лукавстве он есть раб и злой подданный в едином всемирном царстве Бога Творца и Промыслителя всех, и не более над нами может действовать, как сколько мы сами уступаем ему, и сколько попущает по премудрой правде Своей Отец небесный. Почему сыны Его, надеясь на Его вседействующий промысл, заключают свою молитву сими утешительными словами:

Яко Твое есть царство и сила и слава во веки, аминь (Мф. 6:13).

Вот, братие, великая молитва, из которой почерпнуты все прочие молитвы святой Церкви! Молитва, происшедшая из медоточных уст самого Господа нашего Иисуса Христа. Когда мы с благоговением и с искренним желанием сердца нашего произносим оную пред Отцом небесным, – Он узнаёт в ней слова единородного возлюбленного Сына Своего, и ради Его вечного ходатайства услышит нас, и от неистощимых сокровищ милосердия Своего излиет на нас небесные благословения Свои во спасение наше и во славу Своего пресвятого имени. Аминь.

***

Беседа XV

Егда же поститеся, не будите, якоже лицемери сетующе: помрачают бо лица своя, яко да явятся человеком постящеся: аминь глаголю вам, яко восприемлют мзду свою (Мф. 6:16).

Молитва и пост, по словам святых Отцов, самым опытом познавших путь спасения, суть два крыла, которыми души наши возносятся от земли на небо к Богу. Как птице без крыл не можно подняться от земли на воздух: так и душе нашей без молитвы и поста нельзя перейти из жизни плотской, земной, греховной, в жизнь духовную, небесную, святую. Одно крыло птице недостаточно для свободного летания по тверди небесной: так ни молитва без поста, ни пост без молитвы недостаточны Христианину для жития по духу Евангелия. Посему-то Спаситель Христос, после учения о истинной молитве, тотчас излагает учение о истинном посте. Когда поститесь, говорит Он, не будьте унылы, как лицемеры: ибо они принимают на себя мрачные лица, чтоб показаться людям постящимися (Мф. 6:16).

Уныние в посте есть чувство сластолюбцев и плотоугодников, которые сретают оный как неприятеля своего сластолюбия, и спасительное время поста считают для себя самым скучным. Лицемерные постники, имея сердце сластолюбивое, и питая в душе своей ненависть к посту, под личиною оного стараются скрыть сие злое чувство. И ежели постятся, то не для того, чтоб очистить душу и тело свое от страстей, а для того только, чтоб пред взорами людей показаться постниками и восхитить у них славу поста. Спаситель на таковых лицемерных постников произносит праведный суд Свой: аминь глаголю вам, яко восприемлют мзду свою (Мф. 6:16). Они получают то, чего желали – удовлетворяют своему тщеславию. Но сердце их и после поста остается таким же, каким было прежде – нечистым вертепом страстей и грехов.

«Ты же, постяся, говорит Иисус Христос, помажи главу твою, и лице твое умый: яко да не явишися человеком постяся, но Отцу твоему, Иже во тайне: и Отец твой видяй в тайне, воздаст тебе яве (Мф. 6:17–18). Древние жители востока имели обычай во дни радости и веселия помазывать главы свои благовонными веществами, и с особенным тщанием умывать лица свои, а во дни печали и сетования посыпали главы свои пеплом и лиц не умывали. Спаситель не то нам заповедует здесь, чтоб мы во время пощения в самом деле умащали главы свои благовонием и заботились о умовении лиц своих. Излишние попечения о украшении тела и всегда неприличны Христианину, тем паче во время поста. Но Он хощет, чтоб мы сие время, как вожделенные дни очищения и спасения душ наших, сретали с радостным сердцем, и вступали в поприще поста не с унылым, но с бодрым духом; подобно как мужественный воин вступает в подвиг брани с душею твердою. Хощет, чтобы пост наш был истинный, которого отличительное свойство состоит в том, что он и начинается и продолжается пред очами Отца небесного. Истинный постник начинает пост свой строгим воздержанием от всякого излишества в пище и питии для того, чтобы всею душею своею обратиться ко Господу. Ибо когда тело с насыщением упитано, тогда душа не способна заниматься Богомыслием. Но воздержание тела от брашен останется бесплодным, ежели не будет при посте воздержания ума от суетных мирских помышлений и воздержания сердца от греховных пожеланий и похотей. Очи Господа видят всё тайное сердец наших. Он не благоволит к воздержанию тела от брашен, когда душа, открытая пред взорами Его, не воздерживается от злых деяний. А для сего внутреннего поста души самые действительнейшие средства, по наставлению святых Отцов, суть беспрестанная сердечная ко Господу молитва, которая всегда есть неразлучная спутница истинного поста, любовное ко всем ближним нашим расположение и посильное им благотворение, а наипаче милостыня. Посему-то Богомудрые Отцы под символом помазания при посте глав наших и умовения лиц разумеют умащение душ наших благими делами любви и милосердия и омовение сердец наших молитвенными слезами.

Кто с таким Евангельским расположением начинает и продолжает пост свой пред очами Господа, тому Отец небесный, видяй в тайне, воздаст явно (Мф. 6:18). Он на самом деле даст сердцу постящегося вкусить плод истинного поста: в начале горький, но впоследствии сладостию своею превосходящий все сладости мира. В темную храмину сердца кающегося грешника пошлет свыше животворный луч света Своего. Грешник с сокрушением сердечным узрит всю свою греховность и бедность, узрит душу свою, исполненную сквернами страстей и грехов, содержимую узами духа злобы. Слезы раскаяния в оскорблении Господа Бога любви и милосердия истекут от сокрушенного его сердца. Повергающийся пред Отцом небесным и пред распятым за нас Спасителем своим, при свидетельстве служителя Олтаря Господня, уже не станет скрывать в сердце своем греховных своих деяний, подобно как хозяин дома при свете лучей солнца, проникающих сквозь окна, увидев в нем сор и грязь, старается выбрасывать вон всю без остатка. И с какою после радостию ощутит он в сердце своем спасительную перемену, которую Отец небесный даст ему ощутить ясно, что все грехи его отпущены? Самый верный знак, по которому всякий кающийся грешник может узнавать, действительно ли грехи его прощены от Бога, есть тот, по замечанию Богомудрых Отцов, когда мы чувствуем в себе такую ненависть и отвращение от всех грехов, что лучше согласимся умереть, нежели произвольно согрешить пред Господом. И сие есть весьма естественное чувство всех от всего сердца обратившихся к Богу, и истинно возлюбивших Господа, что они из любви к Нему паче всего страшатся оскорбить Его Божественную любовь каким-либо грехом.

Ежели кто из грешников ни в посте, ни в покаянии еще не ощущал в сердце своем сей святой перемены – это есть верный знак, что он еще никогда истинно не постился и пост его еще не благоприятен пред Отцом небесным; грехи его еще не очищены истинным покаянием. А всякий неочищенный грех тяжестию своею обыкновенно вовлекает душу в другие многие пороки и слабости.

Заметьте при сем, братие, сколь необходимо для уврачевания грешных душ наших спасительное врачевство поста. Господь Иисус Христос, Начальник и Совершитель веры нашей, так считал его для нас необходимым, что не только заповедал оный в Евангелии, но и благоволил освятить его Своим Божественным примером, постився дний четыредесять в пустыне (Мф. 4:2), и постом победив все искушения врага спасения нашего. Конечно не для Себя постился Господь и Бог во плоти. Безгрешный не имел нужды в посте, яко в орудии против греха. Источник и Податель чистоты не требовал очищения Себя постом. Всемогущий мог и без поста победить искусителя; но Он для нас благоволил принять на Себя сорокодневное пощение, дабы загладить невоздержание Праотцев наших в раю сладости, вовлекшее их в преступление заповеди Божией. Постился для нас, дабы Собою освятить наш бедный и недостойный пост, и соделать его очистительным для грешных душ наших врачевством. Для нас победил искусителя постом, дабы нашему бессильному посту сообщить Свою Божественную силу и соделать его сильным оружием противу искушений греха и духа злобы, – дабы нас слабых Своим примером ободрить к побеждению постом врагов спасения нашего. Когда Началовождь наш постом начал совершать дело спасения рода человеческого, кто ж из верных Ему возмечтает, что и без поста можно обойтись в деле спасения своего? Воин без орудия есть неприятелю добыча: так и Христианин без поста есть пленник страстей и греха. Посему-то нет ни одного праведника, который бы приобрел и сохранил свою праведность без сего спасительного оружия. И все грешники, обратившиеся ко Господу истинным покаянием и после грехов просиявшие святостию жизни, начинали обращение свое постом. После сего отвергать пост, яко вещь маловажную в деле спасения нашего, значит или не почитать себя грешником вопреки всякой справедливости,– ибо аще речем яко греха не имамы, себе прельщаем, и истины несть в нас (1 Ин. 1:8), по словам Писания, – или вовсе утопать во грехах, не чая себе избавления от их мучительного рабства, вопреки неложному обетованию Божию, запечатленному Божественною кровию Господа нашего Иисуса Христа. – Явися бо благодать Божия, спасительная всем человеком, наказующи нас, да отвергшеся нечестия и мирских похотей, целомудренно, и праведно, и благочестно поживем в нынешнем веце, ждуще блаженнаго упования и явления славы великаго Бога и Спаса нашего Иисуса Христа: Иже дал есть Себе за ны, да избавит ны от всякаго беззакония, и очистит Себе люди избранны, ревнители добрым делом (Тит. 2:11–14). Святая Церковь Иисуса Христа, яко попечительная о спасении нашем Матерь и ревностная блюстительница заповедей Господа своего, предлагает нам пост не для того, чтобы отяготить чад своих, но чтобы уврачевать греховные их язвы, и преподать им спасительный способ очистить и приготовить сердце свое к достойному причащению пресвятого и животворящего тела и Божественной крови Господа и Бога нашего Иисуса Христа, да достойне причащаяся сих Божественных Таин, соделаемся участниками и наследниками жизни вечной. Аминь.

***

Беседа XVI

Не скрывайте себе сокровищ на земли, идеже червь и тля тлит, и идеже татие подкопывают и крадут: скрывайте же себе сокровище на небеси, идеже ни червь, ни тля тлит, и идеже татие не подкопывают, ни крадут (Мф. 6:19–20).

Ежели бы, братие, и не было дано нам от Господа сей простой и для всякого здравомыслящего Христианина удобопонятной заповеди, то самая тленность, скоротечность и ненадежность земных сокровищ, очевидная для всех, долженствовала бы истребить из сердец наших страсть любостяжания их, от которой Спаситель хощет предохранить души наши. Ибо кому неизвестно, что великолепные убранства и драгоценные одежды, коими мы украшаем тленное тело наше, моль растлевает, и злато и сребро ржа снедает, и всякое земное богатство воры подкапывают и крадут? Но ежели бы бдительная предосторожность наша и могла сохранить тленные сокровища наши на продолжительное время и от моли и от ржавчины и от воров: то смерть – сей всемирный вор, от которого никакая сила и предусмотрительность человеческая не может защитить нас, и который приходит к нам в день, в оньже не знаем, и в час, в оньже не чаем – не исхитит ли из рук наших всё земное стяжание наше? И нас самих из великолепных чертогов, равно как и из бедных хижин не преселит ли в мрачный гроб? И самое тело наше, которое мы с такою заботливостию питаем, нежим, украшаем, не предаст ли в пищу тлению, доколе соделает его прахом? Упоминаемый в Евангелии богач по человеческим расчетам конечно имел причину сказать душе своей: душе! имаши многа блага, лежаща на лета многа, почивай, яждь, пий, веселися. Но что глаголет ему БогБезумне, в сию нощь душу твою истяжут от тебе: а яже уготова еси, кому будут? Тако собирая себе, а не в Бога богатея (Лк. 12:19–21).

Но не таково есть сокровище небесное, которого Спаситель заповедует нам желать, искать, хранить, как единственную драгоценность нашу – сокровище жизни вечной, стяжанное для нас ценою Божественной крови Его – истинное наше сокровище, коего ни разрушительная сила тления истребить, ни хитрость воров подкопать, ни самая смерть, ни ад, ничто лишить нас не может.

Откуда ж, Христиане, закрадается в сердца наши страсть любостяжания земных сокровищ, когда тленность и непрочность их так очевидна? Откуда такая холодность и равнодушие к приобретению сокровища небесного, по уверению самой Истины, нетленного, некрадомого, неотъемлемого, вечного? Конечно от того, что мы еще не имеем живой и твердой веры в обещание Господа нашего Иисуса Христа, хотящего нам даровать невидимое, духовное сокровище вечных благ, а видимыми и тленными обольщаемся. Обольщаемся до того, что забываем достоинство и благородство бессмертной души нашей, которая по самому превосходству существа своего ни в чем, кроме единого Бога, никогда не найдет истинной своей радости, своего покоя, своего блаженства. Забываем до того, что вместо желания и искания сокровища небесных благ, жажду душ наших, созданных и кровию Христовою искупленных для вечной жизни, бессмысленно хощем утолить из скудных и мутных источников земных благ. Так-то страсть любостяжания, овладев нашим сердцем, ослепляет ум и порабощает себе всю душу!

Любовь Спасителя, для того и пришедшего на землю, дабы возвратить нам небесное наше сокровище, потерянное грехом, и снова приобретаемое истинною в Него верою и добродетельною и святою жизнию, желая предохранить верующих от сей страсти, показав суетность и тленность земных сокровищ, открывает далее опасные и смертоносные для душ наших ее действия.

И, во-первых, страсть любостяжания отдаляет сердце наше от Бога Отца нашего небесного и прилепляет его к земле.

Идеже бо есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6:21).

Истина сия, произнесенная устами Иисуса Христа, оправдывается всегдашним опытом. Истинный Христианин слову Спасителя, обещающего нам сокровище небесное, твердо верует, и веруя несомненно, надеется от Его милосердия и человеколюбия получить оное; надеясь, всею любовию сердца своего прилепляется к единому Богу Отцу небесному. По сей любви всеми силами своими старается благоугождать пред Ним верным исполнением спасительных заповедей Его, и всё попечение обращает на то, дабы не прогневать любообильного Господа своего каким-нибудь грехом, и не лишиться обетованного ему сокровища небесных благ; – дабы какая-нибудь страсть не вкралась в его сердце и не отлучила оное от любимого им Господа Иисуса, в Котором он полагает всё свое сокровище; – а потому там всегда его и сердце, где его сокровище; не на земле – в месте кратковременного странствования, и пришельствия, но в вечном небесном Отечестве. Наше житие на небесех есть, говорит Св. Апостол Павел, отонудуже и Спасителя ждем (Флп. 3:20).

Но посмотрите на человека, одержимого страстию любостяжания – где его бедное сердце, когда он дни и ночи думает только о том, как бы приумножить свое богатство? Когда он во множестве попечений и забот о стяжании земных и тленных вещей, в целый день не находит и часа единого на молитву, на покаяние, на испрошение себе от Господа небесных благ, – когда он вместо того, чтоб поучаться в законе Господнем день и нощь (Пс. 1:2), не имеет ни времени, ни охоты, ни склонности к чтению и слышанию слова Божия, разверзающего нам сокровища жизни вечной? Где его бедное сердце? – Конечно не на небесах, не в Боге, но там, где он полагает свое сокровище. Погрузившись в болото земных помышлений, обольщенное суетным упованием на богатство земное, связанное крепкими узами сребролюбия, сердце любостяжателя может ли когда воспарить на небо и прилепиться к единому Богу живою верою, сыновнею надеждою и всецелою любовию? – Так-то верно слово Господне: – идеже есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше.

Но заметьте, братие, что слова сии Спасителя, по изъяснению одного учителя Церкви, относятся не к одной страсти любостяжания, но ко всем угашающим в сердце нашем любовь к Богу. Ежели душею нашею не обладает страсть любостяжания, но преобладает страсть или тщеславия или роскоши или плотских похотей или рассеянности: то сердце наше всё еще пресмыкается по земле и на земле полагает свое сокровище.

Во-вторых, страсть любостяжания помрачает и ослепляет ум Христианина, лишая его света истины к беспреткновенному шествию по пути заповедей Господних, к истинному своему блаженству. Спаситель сие пагубное ее действие для удобнейшего понятия нашего представляет под видимым образом тела человеческого.

Светильник телу есть око: аще убо будет око твое просто, все тело твое светло будет: аще ли око твое лукаво будет, все тело твое темно будет. Аще убо свет, иже в тебе, тьма есть, то тьма кольми? (Мф. 6:22–23)

Что для тела нашего есть глаз, то для нашей души есть ум. В премудром создании тела человеческого глаз устроен быть его светильником, дабы все члены при свете его правильное имели движение. Когда глаз чист и здоров, тогда все члены тела нашего, руки, ноги и другие части действуют в порядке. Но при помрачении глаза всё тело объемлет тьма, а во тьме слепой к чему способен? Следствия слепоты телесной так плачевны, что конечно нет человека, который бы пощадил что-нибудь из своего имущества для возвращения себе зрения. Так точно и душе Бог даровал ум, как некий светильник, дабы при свете его все способности ее действовали правильно. Когда ум Христианина, будучи очищен от прирожденного ему мрака водою крещения и уяснен истинною во Христа верою, сохраняет свою чистоту крепким блюдением заповедей Господних, тогда все способности души его, склонности, желания, действия направляются к истинному его благу. Но когда страсти, и особенно страсть любостяжания, помрачают и ослепляют ум наш, тогда вся душа наша погружается во тьму. А во тьме что может она производить, кроме дел тьмы грехов и беззакония всякого рода? Следствия слепоты внутренней, душевной, без сомнения суть гибельнее для нас, нежели слепоты телесной; ибо они продолжатся на всю вечность, ежели мы всем сердцем не обратимся в покаянии к Источнику и Отцу светов, Богу Отцу нашему небесному. Жалкое состояние таковых духовных слепцов Спаситель выражает словами: аще убо свет, иже в тебе, тьма есть, то тьма кольми? то есть, ежели ум, данный тебе благодатию Божиею для того, чтоб он был светом в душе твоей, действием страстей омрачится и соделается тьмою: то какой ужасный беспорядок произведут в тебе темные страсти! И не оправдываются ли слова сии Спасителя самым опытом? не от сего ли помрачения ума происходит, что человек, одержимый страстию любостяжания, вещи тленные и скорогиблющие предпочитает нетленному сокровищу вечной жизни? не отсюду ли в темной душе любостяжателя неправды, обманы, лихоимство и другое беззаконные способы к обогащению становятся позволительными? И как между страстями находится некая родственная связь, и от одной рождаются другие, то во тьме душевной все они, выходя из своих пределов, попеременно терзают бедную душу человека подобно хищным зверям, при наступлении нощи выходящим из своих логовищ и ищущим своей добычи.

Наконец страсть любостяжания порабощает душу богатству, отъемля у ней свободу и радость работать Господу Богу.

Никтоже может двема господинома работати: либо – единаго возлюбит, а другого возненавидит: или единаго держится, о друзем же нерадити начнет; не можете Богу работати и мамоне (Мф.6.24).

Мамона, по изъяснению Отцов Церкви, означает богатство земное. Спаситель решительно говорит, что не возможно есть работать вместе Богу и мамоне, так точно, как невозможно работать двум господам противных свойств. Сие одно долженствовало бы заставить всякого Христианина бегать от страсти любостяжания, как от величайшего несчастия. Ибо какого доброго и щедродаровитого Господина теряет он в Боге – Отце щедрот и всякия утехи (2 Кор. 1:3)? и какому злому мучителю порабощается, соделавшись рабом мамоне? »Служить Богу всем сердцем, есть царствовать«, говорит один учитель Церкви. – Всё блаженство небожителей проистекает из того, что они свободно и беспрепятственно исполняют всю волю Отца небесного. Но работать земному богатству есть быть самым бедным рабом бесчисленных забот, превратностей, грехов. И за какую же награду? – Чтобы после кратковременных удовольствий плоти, всегда почти растворяемых горестию, по смерти остаться в совершенной наготе, и с сокровищами земными лишиться вместе и небесного.

Но разве нельзя, скажут некоторые, иметь богатство и работать Богу? Иметь богатство и работать богатству, суть две вещи весьма различные. Имел богатство и отец верующих, Авраам; но был ли его рабом, когда из любви к Богу не пощадил принесть Ему в жертву единородного сына своего, Исаака? После сей жертвы пощадил ли бы он сокровища свои для служения Господу, Которому принадлежало всё его сердце? Богат был зело Иов; но был ли рабом богатства своего, когда он пред самим Господом мог поведать свои благотворения? Спасох убогаго от руки сильнаго, и сирот, емуже не бе помощника, помогох: благословение погибающаго на мя да приидет; уста же вдовича благословиша мя (Иов. 29:5, 12, 15). Был ли рабом богатству, когда он, при внезапном лишении всего своего имущества, без смущения и ропота мог сказать: сам наг изыдох от чрева матере моея, наг и отъиду тамо: Господь даде: Господь отъят, яко Господеви изволися, тако и бысть: Буди имя Господне благословено во веки (Иов. 1:21). И земные сокровища суть также дары благости Божией. Когда Господь хощет так щедро даровать нам сокровища небесные, откажет ли милосердие Его в земных, ежели они нам на пользу души? Вся ваша суть, говорит Св. Апостол Павел, или мир, или настоящая, или будущая (1 Кор. 3:22), только бы сердце наше всё принадлежало Христу. Отец небесный благословляет честное трудолюбие в приобретении сокровищ земных; но тогда, когда мы первее всего и паче всего, стараемся о спасении души своей. – Благословляет искусство и промышленность; но тогда, когда мы удалены от хитрости и обманов. Благословляет бережливость в домостроительстве; но тогда, когда мы не затворяем сердца своего для помощи собратий наших. Отеческое милосердие Его благословляет даже невинные наслаждения наши; но тогда, когда они происходят во славу Божию, без роскоши и плотоугодия. Благословляет житницы и сокровищницы наши; но тогда, когда не к ним, а к Богу прилеплено всё сердце наше. Посему-то Дух Святый устами Царя-Пророка Давида дает нам весьма спасительное наставление: Аще богатство течет, не прилагайте сердца (Пс. 61:11).

Сердце наше, братие, да будет всегда там, где истинное сокровище наше, – сокровище жизни, славы и радости вечной, сокровенное со Христом в Боге (Кол. 3:3). Аминь.

***

Беседа XVII

Сего ради глаголю вам: не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете: ни телом вашим, во что облечетеся (Мф. 6:25).

После того, как Спаситель показал суетность земных сокровищ и открыл опасные для души нашей следствия страсти любостяжания их, как слышали мы в прошедшей беседе, любовь Его хощет истребить из сердец наших самый корень сей страсти, которая раждается от того маловерия и малодушия, с каковым самая бо́льшая часть людей с утра до ночи о том только и пекутся, что есть и пить, и чем и как одеваться. Пекутся с такою суетливою заботливостью, что оставляют важнейшие и свойственные Христианину попечения о спасении души своей. Сия многопопечительная заботливость тем для нас опаснее, что представляется совершенно необходимою, ибо в самом деле без пищи и одежды нельзя жить. Но необходимость в простой пище и одежде, свойственная всем человекам, не исключая и самых величайших Святых, в сердце маловерном людей плотских так легко перерождается во многое множество поддельных нужд в излишних яствах и питиях и суетных украшениях тленного тела нашего! Как часто сии не естественные, но прихотями человеческими изобретенные нужды до того обременяют душу неосторожного, что он принужден бывает на удовлетворение их посвящать всё свое время; а нередко при недостатке честных способов удовлетворить сим мнимым нуждам, решается жертвовать чистотою и правотою своей совести! Давно замечено любомудрыми, что природа наша малым довольствуется, а для удовлетворения прихотей наших не достало бы сокровищей целого мира. Не многой требуется прозорливости на то, дабы видеть, коликое множество слабых Христиан, уловлены будучи обольстительными обычаями мира сего, делаются рабами как своих, так и его прихотей; – и чувствуют свои оковы, но не имеют силы расторгнуть их. Милосердый Господь Иисус, для избавления нас от сих тяжких оков, желая исторгнуть из сердец наших прихотливую привязанность и страсть к столь тленным вещам в самом ее корне, дает нам спасительную сию заповедь: не пецытеся душею вашею, что есте, или что пиете, ни телом вашим, во что облечетеся (Мф. 6:25).

Не сказал Господь, не трудитеся снискивать себе пищу и одежду; ибо с тех пор, как правда Божия произнесла суд на прародителя нашего, преступившего заповедь Его: – в поте лица твоего снеси хлеб твой (Быт. 3:19), труд сей для всех сынов Адама соделался необходимым. Апостол Павел, который добровольно своими руками трудился в снискании себе пропитания, с таким убеждением предлагает верующим сей труд, что даже лишает права на пищу тех, которые не хотят трудиться: аще кто не хощет делати, ниже да яст (2 Сол. 3:10).

Единородный Сын Божий, искупивший нас кровию Своею от клятвы закона, оставил естество наше при своих нуждах и немощах, и не восхотел освободить нас от труда удовлетворять им; но, открыв нам неистощимое сокровище любви и милосердия Отца небесного, хощет, чтоб сердце наше, утвердившись несомненною верою и упованием на Его щедродаровитый промысл, и в самом труде о удовлетворении нужд наших, не разсеевалось суетливою и безвременною об них заботливостию. Любовь Его хощет избавить нас от малодушной попечительности не только об излишестве в пище и одежде, но и о самом необходимом, не для того, чтоб мы не трудились; но чтобы, трудясь, сохраняли внутреннее безмолвие и покой сердца, толико нужный для всегдашнего обращения его к Богу, и толико свойственный верным сынам Отца небесного, всегда готового даровать им нужное.

Не душа ли более есть пищи, и тело одежды? (Мф. 6:25) – продолжает Спаситель.

Ежели Отец небесный даровал нам душу и тело, которые несравненно превосходнее пищи и одежды, то не даст ли нам Он, Всеблагий, того, что нужно для сохранения жизни нашей? откажет ли Его беспредельное милосердие в таких дарах, которые в неистощимых сокровищах благости Его занимают самое последнее место, и которые Он с такою щедростию и Отеческим промыслом изливает не только на человеков, но и на бессловесных животных? Всех их питает, греет, одевает, веселит, не забывая ни самомалейшей из них; ибо

Воззрите на птицы небесныя, яко ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец ваш небесный питает их: не вы ли паче лучше их есте (Мф. 6:26)?

Спаситель, указуя на птиц, летающих по тверди неба, которых Отец небесный питает без труда их, хощет, чтобы мы, взирая на сей всегда пред глазами нашими обращающийся пример Его всеблагого о тварях Своих промысла, не прилепляли сердца нашего к земле земными попечениями, но, возносясь духом в Отечество наше небесное, преуспевали беспрерывно в вере и уповании на Господа. Ежели Он питает таких малых и ничтожных тварей Своих, то оставит ли без пищи верных Своих, которых Он создал по образу и по подобию Своему, которых искупил Божественною кровию единородного Сына Своего, и которым с такою благостию уготовал небесные сокровища вечных благ? Да и что мы успеем сделать своими бесплодными попечениями?

Кто же от вас пекийся может приложити возрасту своему локоть един? (Мф. 6:27).

Можем ли мы ускорить возраст тела своего суетливыми попечениями нашими о его питании? можем ли прибавить к естественному росту нашему хотя один вершок? по крайней мере укрепляют ли силы, умножают ли здоровье тела нашего, продолжают ли жизнь нашу прихотливые яства и пития, и роскошные столы, стоющие толиких забот, и похищающее у нас столь много драгоценного времени? Напротив сии-то многопопечительные прихоти, убивая наше время, ослабляют силы не только души, но и тела, и часто сокращают нашу жизнь и без того очень краткую.

И о одежди что печетесь? Смотрите крин сельных, како растут: не труждаются, ни прядут. Глаголю же вам, яко ни Соломон во всей славе своей облечеся, яко един от сих. Аще же сено сельное днесь суще, и утре в пещь вметаемо, Бог тако одевает, не много ли паче вас маловери (Мф. 6:28–30)?

Сколько бесплодны заботы наши о пище, столько же суетны попечения наши об одежде. Спаситель, обличая маловерие наше, от которого они происходят, указует нам на полевые цветы, вещи столь малые и ничтожные, каково есть сено, по негодности своей к употреблению в печь бросаемое, но которое Бог так прекрасно одевает, как и Соломон, великолепием своим превосходивший всех царей земных, никогда не облачался. Ежели же такия ничтожные вещи Творец так одевает; то откажет ли благость Его в нужной одежде верным Своим, для облечения которых в одежду чистоты, нетления, бессмертия и вечной славы Сам единородный Сын Божий отложил Божественную славу Свою, и благоволил облечься в мертвенную плоть нашу? Так суетливые попечения наши и о нужном одеянии суть уже знак маловерия нашего, по словам самой Истины. Что ж сказать о тех излишествах и переменах в уборах и украшениях тленного тела, который у многих, поглощая большую часть времени, занимают большую половину самаго сердца их, – сердца, которое у Христианина должно быть всё наполнено попечением о благоугождении Господу и Спасителю своему? Сия безрассудная заботливость об украшения бренной плоти, между тем, как бессмертная душа остается в плачевной наготе и лишении Христианских добродетелей, не обличает ли нас в неверии, свойственном язычникам? Не от наших уст слышите сие обличение, но от уст Самого Спасителя, Который говорит далее:

Не пецытеся убо, глаюлюще: что ямы, или что пием, или чем одеждемся? Всех бо сих язы́цы ищут: весть бо Отец ваш небесный, яко требуете сих всех (Мф. 6:31–32).

Язычники пекутся о пище потому, что не знают Отца небесного, и для взора их закрыта беспредельная любовь и благость Его к человекам, явленная в единородном Сыне Божием, Господе нашем Иисусе Христе. Пекутся об одежде и превозносятся великолепием ее потому, что им неизвестно истинное украшение верных, – украшение не в одеждах многоценных, которые при всём своем блеске и великолепии ни что иное суть, как печальное следствие грехопадения прародителей наших, в состоянии невинности не имевших нужды ни в каком одеянии; но в облечении в образ святейшей жизни Иисуса Христа, в самую истинную, совершенную и вечную красоту: елицы бо во Христа крестистеся, во Христа облекостеся (Гал. 3:27), говорит Св. Апостол Павел. Вот истинное украшение наше, братие, члены Иисуса Христа, о котором надлежит нам пещись, дабы не явиться пред лицем Его в греховной наготе нашей в вечный позор пред Ангелами и человеками. Что ж касается до пищи для продолжения временной жизни нашей, и одежды, для сохранения тела нашего от разрушительного действия стихий, для приличия, занимаемого каждым из нас в обществе звания, и даже для украшения в известных случаях, соединенного с Христианскою скромностию; то Отец наш небесный знает, что мы имеем в сем нужду, и зная, промыслом Своим подаст нам без многопопечительного нашего искательства.

Ищите же прежде Царствие Божия и правды его, и сия вся приложатся вам (Мф. 6:33).

Какою Божественною любовию дышит сия заповедь Спасителя, которую Он хощет, чтоб каждый из нас глубоко впечатлел в сердце своем, как важнейшее для жизни Христианской наставление! Не видим ли мы здесь чадолюбивого Отца, уготовавшего детям Своим сокровище вечных благ, и научающего их, где и как его сыскать? Истинное сокровище наше, братие, есть Царствие Божие, стяжанное нам ценою Божественной крови Иисуса Христа. Где оно сокровенно? – Недалече, но в сердце каждого из нас. Царствие бо Божье внутрь вас есть (Лк. 17:21), говорит негде Спаситель. – Так оно есть во внутренних души нашей. Но маловерием нашим и рождающимися от сего суетными земными попечениями, но страстями нашими, но грехами нашими так глубоко закопано, что, конечно, потребен не малый труд и время, чтоб откопать и найти оное. Спаситель говорит: – ищите царствия Божия и правды его (Мф. 6:33); ибо Царствие Божие в сердцах истинно верующих есть светлое царство правды и всех добродетелей Христианских, воздвигаемое в них вместо темного царства неправды, злых страстей и беззаконий в сердцах неверных и нераскаянных грешников.

Ищите же сего святого и блаженного Царствия Божия в вас прежде всего и паче всего. – Ищите, выбрасывая из сердец ваших все суетные и бесплодные попечения земные, как ищущие в земле сокровищ выбрасывают глыбы земные (пустую породу). – Ищите, исторгая из сердец ваших все плевелы страстей и очищая душу и тело от всякой скверны греха. Господь, всегда призирающий милосердым оком на труд ваш, пошлет вам силы Духа Своего Святого, и, в очищенное действием благодати Его сердце ваше приидет и принесет с собою светлое царствие правды и всех добродетелей Христианских, един соделается Царем всего вашего сердца. И в такой близости к Царю царей и всех благ Подателю, всё нужное вам для временной жизни вашей само собою с преизбытком приложится вам. А чтоб облегчить труд наш в искании Царствия Божия, любовь Спасителя дает нам еще одно отеческое наставление.

Не пецытеся убо на утрей, утрений бо собою печется: довлеет бо дневи злоба его (Мф. 6:34).

В страннической на земле жизни нашей всякий день приносит с собою много необходимых забот и неприятностей. – На что ж нам умножать их безвременными попечениями о будущем дне, который не в наших, но в Божиих руках? Не безрассуден ли тот странник, который, вместо того, чтобы облегчать шествие свое в отечество, навьючивает себя разными безделицами и тем затрудняет себе путь? Так маловерие наше, обременяя нас многим множеством бесплодных забот и попечений, отвращает взор сердца нашего от постоянного и беспреткновенного шествия нашего в Отечество небесное. Только те Израильтяне, вышедшие из Египта, вошли в покой и наследие обетованной земли, которые с полною верою следовали Господу, Водителю своему; а неверных, которым больше нравились котлы, наполненные снедями Египта, нежели манна, на един день посылаемая от Бога, кости пали в пустыне (Евр. 3:17).

Да не кто и от нас, братие, впадет в сию притчу противления (Евр. 4:11), утвердившись верою, ищите прежде Царствия Божия и правды его. – Ищите без отлагательства до заутра; ибо чем далее откладывается искание, тем труднее делается обретение его, и тем большей подвергаетесь опасности потерять истинное сокровище ваше на веки. Ищите убо, и обрящете (Мф. 7:7). Аминь.

***

Глава 7

Беседа XVIII

Не судите, да не судими будете. Имже бо судом судите, судят вам: и в нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7:1–2).

Не о том суде, братие, говорит здесь Спаситель, который обязаны законом Божиим производить поставленные предержащею властию судии народа. Сих блюстителей общественного правосудия Сам Бог облекает правом и властию суда, без которого не может быть благоустроенное общество. Производимый ими праведный суд есть важнейшее и святое служение Богу, Государю и Отечеству. Но есть в растленном грехами сердце человеческом самая порочная склонность судить и осуждать поступки других без всякого на сие права; – осуждать не с тем намерением, чтоб исправить погрешность ближнего; но чтоб очернить его имя или издеваться над его слабостями, и своего собрата, о котором надлежало бы жалеть, сделать предметом осмеяния и злоречия. Сие беззаконное осуждение тем для нас опаснее, что представляется делом весьма маловажным; потому что оно весьма обыкновенно в мире между сынами века сего. Ибо не бо́льшую ли часть мирских бесед составляют пересуды поступков других? И не часто ли бывает, что тот, кто с большею остротою умеет издеваться над погрешностями ближнего, считается душею собрания?

И без упрека своей совести даже любуется сим сатанинским искусством. Но маловажно ли то, что имеет важные следствия? Не сия ли склонность к осуждению других разрушает взаимную между Христианами любовь, вместо искренности, толико свойственной их званию, поселяет недоверчивость и хитрость и, отравляя ядом своим приятность общежития, искренние, назидательные и истиннно Христианские собеседования сгоняет с лица земли? Сию-то злую склонность, как порождение духа злобы, которому свойственно издеваться над слабостями человеков по его к нам ненависти, Иисус Христос, желая истребить из сердец верующих, дает нам спасительную о неосуждении ближних заповедь, и произносит непреложный суд Божий на нарушителей ее. Не судите, говорит Он, да не судими будете. Имже бо судом судите, судят вам: и в нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7:1–2).

Ежели вы хощете, чтоб Бог с вами поступил не по строгости Своего суда, но по великости Своего милосердия, то не осуждайте ближних своих. Осуждая их, вы у самого милосердия Божия отъемлете средство помиловать вас. Как вы можете молиться: не вниди в суд с рабом Твоим, Господи (Пс. 142:2), когда произносите суд свой на ближних без всякого снисхождения к их немощи? – Тем самым судом и Бог вас будет судить, каковым вы судите ближних своих; тою же мерою суда и вам воздаст, каковою вы воздаете собратиям своим.

Видите, братие, что грех осуждения ближних, кажущийся столь малым и столь обыкновенным во очах мира, весьма велик пред очами Бога. Велик уже и потому, что осуждающие других без всякого на сие права святотатственною рукою похищают у Бога, Ему единому вечно принадлежащее право суда над человеками; – так велик, что несчастная к оному привычка может нас лишить всякого милосердия Божия и спасение наше подвергнуть величайшей опасности.

Что же видиши сучец, иже во оце брата твоего, бервна же, еже есть во оце твоем не чуеши? –или како речеши брату твоему, остави, да изму сучец из очесе твоего: и се бервно во оце твоем? (Мф. 7:3–4)

Сею притчею Спаситель обнаруживает всю порочность сердца безрассудных осуждателей ближних своих. Таковые люди вместо того, чтоб обращать всегда внимательный взор свой на состояние собственного сердца и, примечая кроющиеся в нем пороки, исправлять их, смотрят только на погрешности других. От сего происходит великое для них самих зло. От несмотрения за своим сердцем собственные грехи их беспрерывно возрастают и укореняются; подобно как дерево от малейшего ростка, ежели он не будет из земли исторгнут, возрастает в величину бревна. Греховное бревно сие величиною своею закрывает от их взора собственные их пороки, а своею тяжестию подавляет чувство любви и сострадания к ближним. Естественное следствие таковой внутренней порчи есть то, что сии люди, сами будучи злы, и в других хотят видеть одни только пороки. А потому с какою-то сатанинскою жадностию ловят всякий случай, что бы заметить самые малые, подобные маленькому древесному ростку, погрешности ближних своих, и злоречием своим передать их в уши других. С таким ослепляющим прямое зрение и подавляющими чувство любви греховным бревном в сердце могут ли они с успехом исправлять погрешности других? Како речеши брату твоему, остави, да изму сучец из очесе твоего: и се бревно во оце твоем? Не подобны ли они тому злотворному врачу, который, сам будучи заражен смертоносною язвою, захотел бы врачевать других от легких недугов? – Вместо уврачевания он распространил бы между больными кроющуюся в нем язву одним прикосновением своим.

Лукавые сердца безрассудных порицателей погрешностей других так гнусны пред очами истины, что сама Божественная кротость, Спаситель Сердцеведец, подвигнулся на гнев, обличая их лукавство.

Лицемере, говорит Он к таковым, изми первее бревно из очесе твоего: и тогда узриши изъяти сучец из очесе брата твоего (Мф. 7:5).

Видящий всю глубину сердца человеческого Спаситель как истинно назвал лицемерами лукавых порицателей поступков ближних своих! Осуждая погрешности других, они приемлют на себя личину ревности к истине и любви к добродетели; но в самом деле осуждение их есть действие их гордости, зависти и злобы. Ибо ежели бы они в самой вещи имели сию святую ревность; то конечно бы обратили оную прежде всего на исправление самих себя от великих пороков. Посему-то Спаситель говорит: изми первее бревно из очесе твоего. Вот что, братие, заповедует нам грешным Иисус Христос! И ежели бы мы по слову Его истинно вошли в состояние собственного своего сердца, и надлежащим образом занялись исправлением его: то без сомнения не достало бы нам времени смотреть за проступками других, спасительный труд над исправлением своего сердца принес бы нам истинную пользу. Исправляя себя с ревностью, мы бы самым опытом приобрели искусство исправлять других, когда бы сего требовало от нас или наше звание, или истинная братская любовь. Тогда узриши изъяти сучец из очесе брата твоего (Мф. 7:5). Собственный опыт научил бы нас смотреть с истинной точки зрения и на немощь человеческую и на проступки собратий наших. С сердцем очищенным от страстей греховных мы бы ясно видели, с каким благоразумием, терпением и любовию надлежит вынимать сучец из очесе брата своего, чтобы не повредить его ока.

Из сего открывается, что Спаситель не запрещает обличать грехи человеков, но дает наставление, кому и как обличать их с пользою. Он и Сам обличал книжников и фарисеев и нечестивый народ Иудейский. По Его внушению обличали мир, во зле лежащий (1 Ин. 5:19), Пророки и Апостолы. И ныне и всегда обличение грехов в обществе Христианском для служителей Слова Божия есть столько же необходимая и святая обязанность, сколько праведный суд в обществе гражданском есть необходимый долг для судей народа. Проповедуй слово, пишет Св. Апостол Павел к служителю Христовой Церкви, настой благовременне и безвременне, обличи, запрети, умоли, со всяким долготерпением, и учением (2 Тим. 4:2). Но обязанность сия так важна, что и призванный на сие служение прежде должен очистить свое сердце от страстей и скверн греховных, и омыть его слезами братской любви пред очами Господа, чтоб обличение его было спасительно для других. Так велика сия обязанность, что Спаситель между многими заповедями Своими почел за нужное дать особенное ученикам Своим наставление, с какою осторожностию и благоразумием надлежит им сообщать тайны Царствия Божия и излагать истины Евангелия сынам века сего в обличение их заблуждений и грехов.

Не дадите святая псом, говорит Он, ни пометайте бисер ваших пред свиниями: да не поперут их ногами своими, и вращшеся расторгнут вы (Мф. 7:6).

Под именем псов разумеются здесь те злобные враги веры и истины, которые, слыша святейшие тайны Царствия Божия, не приемлют их с кротостию агнцев и не обращают во спасение души своей; но с дерзостию псов лают на проповедников истины и при всяком случае готовы угрызать их. Под именем свиней разумеются те погрязшие в нечистых похотях грешники, которые, слыша слово Божие, но не имея зрения для распознания драгоценности сего небесного бисера, с свинским невежеством пренебрегают сие сокровище жизни вечной, предпочитая оному скотскую жизнь в нечистых похотях своих. В отношении к тем и другим Спаситель заповедует служителям слова Божия, наблюдать святую некую и рассмотрительную бережливость в сообщении им тайн Царствия Божия, дабы с одной стороны сохранить важность, свойственную сим небесным тайнам, и святость их предохранить от попрания нечистыми ногами грешников; – а с другой остеречь и самых проповедников Евангелия, которых ревность в обличении злых людей могла бы подвергнуть их растерзанию от их злобы. А сверх того, дабы и самым беззаконникам не подать случая еще к бо́льшим беззакониям и погибели, которой они подвергают себя попранием небесных бисеров святейших тайн Царствия Божия.

Заметьте здесь, братие, сколь велик гнев Божий на таковых грешников, подобных псам и свиниям, что сама вечная и неизменяемая Божественная любовь, Иисус Христос, как бы принужден сокрывать от них дары благости Своей, которые Он с таким беспредельным желанием хощет изливать на всех человеков!

Но – и пси ядят от крупиц падающих от трапезы господей своих (Мф. 15:27). И блудный сын, восчувствовавший гнусность свинской жизни и твердо решившийся возвратиться к Отцу своему, с радостию приемлется в объятия Его и осыпается всеми дарами благости Его (Лк. 15:11–32). Милосердое сердце Отца небесного закрыто для одних только нераскаянных грешников, но всегда отверсто для истинно кающихся, сколько бы грехи их велики ни были. Посему-то любообильный Спаситель, жаждущий всех спасения, заповедует всем без исключения просить у Отца небесного сокровища вечных благ, искать его, толкать об нем у дверей милосердия Его, – и обещает, что истинное прошение и искание наше не останется тщетным.

Просите, говорит Он, и дастся вам: ищите, и обрящете: толцыте, и отверзется вам: всяк бо просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзется (Мф. 7:7–8).

Боже Спасителю наш! обетования Твои даровать нам бедным грешникам все сокровища вечно блаженного Царствия Твоего, столь велики, что превосходят чаяние наше. Для стяжания обетованного нам блаженства заповеди Твои требуют от нас Ангельской чистоты и святости сердца и совершенства добродетелей Евангельских. Но силы растленного грехом естества нашего так слабы и ничтожны, что мы сами собою ни одного шагу не можем сделать к истинно святой и добродетельной жизни! Сие недоумение обращающихся к Богу в покаянии грешников разрешается словами Иисуса Христа. Нет у вас сил исполнить со всею верностию заповеди Евангелия, просите их у Всемогущаго Господа сил, – и Он даст вам силы благодати Духа Святого. Небесное сокровище Дарения Божия закрыто от вас грехами вашими, ищите его прилежно со светильником слова Божия, и вы верно обрящете оное внутрь сердца своего. Чувствование греховности и недостоинства вашего лишает вас дерзновения приближаться к Отцу небесному и внити пред лице Его, толцыте у дверей милосердого Его сердца, и оно отверзется вам. Всякий (какой бы он ни был грешник) истинно просящий, – приемлет, искренно и со всем усилием ищущий обретает и неотступно толкущему отверзется. После сего непреложного обетования самой вечной Истины какой нераскаянный грешник отчается в милосердии Божием и вознерадит о спасении своем? А дабы еще более утвердить верующих во всегдашней готовности Отца небесного слышать мольбы наши и изливать нам дары благости Своей, Спаситель приводит в пример любовь отцов земных к своим детям:

Или кто есть от вас человек, егоже аще воспросит сын его хлеба, еда камень подаст ему? или аще рыбы просит, еда змию подаст ему? аще убо вы лукавы суще, умеете даяния блага даяти чадом вашим, кольми паче Отец ваш небесный даст благ просящим у Него (Мф. 7:9–11)?

Любовь Отца небесного к человекам так беспредельно велика, что самая величайшая любовь отцов земных к детям своим в сравнении с оною гораздо менее, нежели капля в сравнении с целым океаном вод. Ежели же по действию сей толико малой любви отцы земные не дают детям своим камня, когда они просят у них хлеба, – не дают змии, когда они просят у них рыбы, то возможно ли, чтоб Отец небесный отказал чадам Своим в истинно полезном для них прошении? Тогда только Он отказывает, когда мы или не истинно просим, или просим того, что всеведущая Его премудрость находит для нас вредным. Следственно и самый отказ Его происходит от Отеческой Его к нам любви. Сию-то чистую, святую и премудрую любовь Отца небесного Спаситель, желая перелить в сердца верующих, присоединяет следующее весьма важное и всеобщее правило любви к ближним:

Вся убо, елико аще хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им: се бо есть закон и Пророцы (Мф. 7:12).

Чего себе не хочешь, того другому не делай. Сие простое и естественное правило нравственности каждому внушает собственная совесть. Сию первоначальную обязанность любви к ближним излагал древле закон и Пророки. Спаситель Христос сие же правило любви, освятив Своими словами, заповедует верующим во всяком случае и всеми силами содействовать истинному благополучно других, так как мы хочем, чтоб и они содействовали нашему.

О, когда бы мы, братие, стяжали в душе нашей сию чистую, святую и премудрую любовь к ближним нашим! И Отец небесный излиял бы в сердца наши Свою Божественную любовь Духом Своим Святым. Тогда всякая молитва наша проникала бы в Его сердце, всегда готовое даровать всем нам уготованныя благостию Его сокровища жизни вечной! Аминь.

***

Беседа XIX

Внидите узкими враты: яко пространная врата и ширкий путь, вводяй в пагубу, и мнози суть входящии им. Что узкая врата и тесный путь вводяй в живот, и мало их есть, иже обретают его (Мф. 7:13–14).

Отверсты были некогда врата Царствия небесного земным жителям, доколе они, ходя во свете заповедей Господних в раю сладости, сохраняли на земле Ангельскую чистоту и невинность. Никто бы не мог затворить им оные, ежели бы они пребывали верны Господу своему, и не отверзали сердца своего лукавым внушениям сатаны искусителя, врага их и нашего блаженства. Но с тех пор, как грех, ими содеянный, лишил их общения с Духом Святым Божиим, и в самый корень рода человеческого внес яд смерти и погибели, врата Царствия небесного, врата жизни вечной, по непреложному закону правды Божией, затворены для них и для всех их потомков. Кто мог отверзсть их снова, ежели бы не сам Господь неба и земли, Владыка и Податель жизни и света, Единородный Сын Божий Господь и Бог наш Иисус Христос явился во плоти, и смертию Своею не стер жало смерти греха, и Божественною силою воскресения Своего не сокрушил врата адовы? Он един Божественною кровию Своею, очистив сердца верующих от скверн греха, и Себя Самого принесши в умилостивительную о гресех всего рода человеческого жертву, яко вечный Ходатай и Первосвященник, вшел в самое небо, да явится лицу Божию о нас (Евр. 9:24). Врата Царствия небесного отверз для всех и Сам примером святейшей жизни Своей показал всем путь, ведущий в жизнь вечную. Отверз – и уже никакая сила ада не может их затворить для нас, ежели мы пребудем верны заповедям Его, и решимся неуклонно шествовать путем святых (Евр. 9:8) по гласу Его единого вечного Пастыреначальника нашего.

Врата сии, чрез которые милосердый глас Господа Иисуса призывает нас, братие, внити в жизнь вечную, суть узкия. Как желающий войти сквозь какое-либо узкое отверстие по необходимости должен совлещись излишней одежды и употребить нужное для сего усилие: подобно и нам, дабы внити в Царствие небесное, по необходимости надлежит совлещись всего ветхаго греховного человека (Еф. 4:22) с порочными деяниями его; и для сего потребен беспрерывный подвиг в побеждении страстей и злых склонностей растленного грехом естества нашего. Подвизайтеся внити сквозь узкие врата (Лк. 13:24), говорит Спаситель. Отложение греховной жизни и подвиг в жизни святой, благочестивой и добродетельной по заповедям Евангелия так необходимы суть для спасаемых, что и самое спасение, стяжанное нам кровию Иисуса Христа, в том и состоит, что Он Всемогущий по беспредельному человеколюбию Своему открыл нам всю возможность, показал дивные удобства, и даровал все потребные силы благодати Своей, из грешников соделаться святыми и тако наследовать Царствие небесное. Явися бо благодать Божия, говорит Св. Апостол Павел, спасительная всем человеком, наказующи нас, да отвергшеся нечестия и мирских похотей, целомудренно и праведно и благочестно поживем в нынешнем веце, ждуще блаженнаго упования и явления славы великаго Бога и Спаса нашего Иисуса Христа: Иже дал есть Себе за ны, да избавит ны от всякаго беззакония, и очистит Себе люди избранны, ревнители добрым делом (Тит. 2:11–14). Яко вся нам Божественныя силы Его, яже к животу и благочестию, подана познанием призвавшаго нас славою и добродетелию. Ими же честная нам и великая обетования даровашася: яко да сих ради будете причастницы Божественнаго естества, отбегше, яже в мире, похотныя тли (2 Пет. 1:3–4), говорит Св. Апостол Петр. В Царствие небесное ничтоже внидет скверно (Откр. 21:27), по непреложному глаголу Господа. Оно принадлежит или тем, которые верным блюдением заповедей Господних сохранили чистоту и невинность, даруемую всякому Христианину благодатью крещения; или тем, которые, погубивши сие неоцененное сокровище благодати грехами своими, возвратили оное истинным покаянием и совершенным исправлением своего сердца и жизни по заповедям Господним многими подвигами. Других врат и другого пути в жизнь вечную нет и быть не может: и сам Господь Иисус Началовождь наш в Царствие небесное, проложил нам Собою путь смирения, трудов, терпения, словом, путь креста – единый путь святых (Евр. 9:8), вводящий в жизнь вечную. Внидите убо узкими враты: ибо пространная врата и широкий путь, вводяй в пагубу, и мнози суть входящии им. Что узкая врата, и тесный путь, вводяй в живот, и мало их есть, иже обретают его (Мф. 7:13–14)!

Пространная врата и широкий путь означают жизнь грешников не по духу и заповедям Евангелия, но по влечению растленной грехом природы нашей, по духу мира сего, во зле лежащаго (1 Ин. 5:19), и по внушению обольстителя душ наших и врага спасения нашего. Врата сии пространны: ибо входящие ими не приемлют на себя труда побеждать свои страсти и очищать свою душу от всякого греха постом, молитвою, покаянием и подвижным хождением во всех заповедях Господних; но предаются беспечно влечении своих похотей. Путь сей широк: ибо шествующие по нему живут в неге, в роскоши, в рассеянности, в забавах, в плотских удовольствиях, не заботясь о спасении души своей. Обольститель употребляет всю свою хитрость, чтоб удержать их на сем пути, представляя им разнообразные предметы похоти плотской, похоти очес, и гордости житейской (1 Ин. 2:16). Но сии пространные врата и сей широкий путь вводят в неизбежную погибель, по глаголу самой вечной Истины.

С каким Божественным жалением Спаситель видит многих идущих по широкому пути погибели, и малое число обретающих тесный путь спасения и жизни! Видит, и с беспредельным долготерпением, ожидая их обращения, верным Своим объявляет в предосторожность, чтобы они не следовали примеру сынов погибельных, хотя бы их было величайшее множество. Предосторожность весьма необходимая: ибо ничто так сильно не действует на сердца людей, даже имеющих добрые склонности и благое расположение к Христианской жизни, но еще не утвержденных самим опытом в непоколебимой во Христа вере, как соблазнительный пример множества. Обольстителю посредством сего примера как часто удается поколебать решимость нашу к обращению к Богу и к начатию благочестивой жизни! Он лукавый, указуя нам на множество шествующих широким путем погибели, силится представить сердцу нашему тесный путь спасения, открытый Иисусом Христом, совсем для нас непроходимым, и жизнь истинно благочестивых и добродетельных Христиан, исполненною одними только скорбями, унынием, безотрадною печалью и беспрерывным бедствием. Напротив, ежели есть на земли прочное благополучие и истинная радость, то она принадлежит добродетельным и святым, подвизающимся в хранении заповедей Господних. Спаситель говорит: приидите ко Мне вси труждающиея и обремененнии, и Аз упокою вы. Возмите иго Мое на себе, и научитеся от Мене, ято кроток есмь и смирен сердцем: и обрящете покой душам вашим. Иго бо Мое благо, и бремя Мое легко есть (Мф. 11:28–30).

Слышите, братие, милосердый глас беспредельной любви, по которой Искупитель наш Сам на Себя принял Божественный подвиг спасения нашего, дабы труды наши в добродетельной и благочестивой жизни соделать нам приятными. Сам на Себя принял бремя грехов наших, дабы святое бремя спасительных заповедей Его соделать для нас легким. Да и могут ли от Его беспредельно милосердого сердца происходить тяжкие заповеди? Заповеди Его тяжки не суть (1 Ин. 5:3), говорит возлюбленный ученик Его Иоанн. От чего же они многим из нас представляются тяжкими? От того, что мы не хочем у Него единого научиться кротости и смирению. От того, что чувствуя бремя грехов наших, не прибегаем к Нему с сокрушенным сердцем, дабы у подножия креста Его свергнуть с себя тяжкое греховное иго. Словом, от того, что мы не любим Его так, как должны любить, ежели хощем обрести у Него спасение и жизнь. Ежели мы возлюбим Его всем сердцем нашим, то и труд наш в последовании Ему облегчится, и скорби крестного пути обратятся нам в сладость. Да и что значат кратковременные скорби и труды в сравнении с наградою вечного блаженства и славы, столь верно обещанной нам Подвигоположником и Господом Иисусом? Свойственно ли воину Царя земного останавливаться трудностями сражения, когда венец победы несомнителен? Ах, братие, воины Христовы! лучше умереть среди подвига на пути к вечной жизни и славе, нежели жить в нерадении и беспечности о спасении души своей, на пути вводящем в пагубу.

Внемлите же от лживых пророк, иже приходят к вам в одеждах овчих, внутрь же суть волцы хищницы (Мф. 7:15).

Вот еще предосторожность, показанная нам Спасителем к неуклонному шествию по единому пути, ведущему в жизнь вечную. Души, искупленные кровию Христовою от рабства греховного и в купели крещения Духом Святым приявшие обручение жизни вечной, призванные ходити во свете заповедей Господних, во всякой добродетели и святыни! Берегитесь от тех проповедников лжи, которые приходят к вам или словом, или писаниями сами по себе, не будучи посланы ни Богом, ни Церковию Его святою. Приходят в одежде овчей. Под видом кротости и любви к вам ласкательствуют страстям вашим – узкие врата и тесный путь в Царствие небесное хотят расширить, поблажая законопреступным слабостям и грехам вашим. Проповедуют какое-то мечтательное милосердие Божие без правды Его, скрывая от вас непреложный суд Его на беззаконников, и погибель их в геенне огненной; – и тем отъемлют у сердец ваших спасительный страх Божий, начало истиннойпремудрости (Прит. 1:7); и усыпляют совесть вашу в плотской беспечности и отлагательстве покаяния до старости или до самого гроба. Под сею одеждою овчею, под сим покровом любви скрываются хищные волки, которые хотят восхитить вашу доверенность к ним, и на вашем заблуждении построить себе храм суетного счастья и славы человеческой. Берегитесь от тех хищных волков, которые из корыстолюбиваго человекоугодничества хотят освободить вас от исполнения обязанностей, заповеданных Евангелием, и вводят в постыдное и мучительное рабство страстям и греху. Берегитесь в самом обыкновенном и домашнем обращении и беседах ваших тех подстрекателей к похотям, которые под видом приязни обольстительными словами своими ослабляют твердость вашей веры и строгость вашего благочестия. Тлят бо обычаи благи беседы злыя (1 Кор. 15:33), говорит Писание.

А чтобы мы знали, как различить проповедников истины, от лжеучителей, Спаситель, указует нам для сего такой верный признак, по которому всякий может распознавать их.

От плод их познаете их, говорит Он, еда объемлют от терния грозды, или от репия смоквы? Тако всяко древо доброе плоды добры творит: а злое древо плоды злы творит. Не может древо доброе плоды злы творити, ни древо злое плоды добры творити. Всяко убо древо, еже не творит плода добра, посекают е, и во огнь вметают. Тем же убо от плод их познаете их (Мф. 7:16–19).

Не по остроте ума, не по красноглаголанию, не по наружному виду кротости и смирения надлежит нам узнавать учителей истины; но по святости их жизни и по делам их, сообразным с заповедями Евангелия. Подобно как доброта древа познается не по листвиям и коре, но по плодам. Каково древо, таковы и плоды его. От терновника не собирают винограда, и от репейника не срывают смокв. Истинный проповедник не может не быть человек благочестивый и добродетельный. Ибо благий человек от благого сокровища сердца своего износит благое и в делах и словах: подобно как древо доброе и плоды приносит добрые. А злый человек от злаго сокровища сердца своего износит и дела злые (Лк. 6:45) и слова опасные, хотя бы он был красноречивейший из всех людей: подобно как древо злое и плоды приносит злые. Таковые лжеучители, хотя бы писаниями своими успели восхитить от великого множества людей славу земной мудрости и зловредной философии по стихиям мира, а не по Христе (Кол. 2:8); но рано или поздно постигает их суд, произнесенный Господом и единым вечным Судиею неба и земли: всяко древо, еже не творит плода добра, посекают е, и во огнь вметают. Кто ж будет столько безсмыслен, чтоб последовать их лжи, дабы разделить с ними столь плачевную участь в нескончаемой вечности?

Братие святая, звания небеснаго причастницы (Евр. 3:1)! Все мы по неизреченному милосердию Отца небесного в купели крещения привиты, яко ветвия к живоносной лозе, Единородному Сыну Его, Господу и Искупителю нашему Иисусу Христу. Тогда только можем мы приносить благие плоды во спасение, когда крепко прилепляемся к Нему верным хранением заповедей Его. Никто и ничто не может нас отторгнуть от сей живоносной лозы, ежели мы твердо держимся на ней истинною верою, надеждою и любовию. Скорби и труды, какие Отец небесный пошлет нам на крестном пути в жизнь вечную, суть Отеческие попечения Его благости для очищения от грехов душ наших: подобно как попечительный вертоградарь очищает виноградные ветви от излишних наростов, дабы они принесли больший плод (Ин. 15:1–2, 4). Всею верою, всею надеждою, всею любовию и всем сердцем нашим до конца жизни нашей прилепимся к Господу и Спасителю нашему Иисусу Христу, да принесем плод благих дел в жизнь вечную. Аминь.

***

Беседа XX

Не всяк глаголяй ми, Господи, Господи, внидет в Царствие небесное: но творяй волю Отца Моего, Иже есть на небесех (Мф. 7:21).

К нам наипаче, братие, произносит слова сии Господь и Бог и Спаситель наш Иисус Христос. К нам, которые рождены в недрах святой православной Церкви Его, и в купели крещения возрождены в жизнь вечную. К нам, которые еще в младенчестве научаемся глаголати Иисусу Христу:Господи, Господи, и приемлем в сердца свои от Духа Святого живоносное семя истинной веры. К нам, которые слышим и читаем в слове Божием волю Отца небесного, и знаем, что исполняющим оную отверсты врата Царствия небесного. – Кто ж после сего может их затворить для нас, когда отверзает нам вход в Царствие небесное сам Царь неба и земли, Господь наш Иисус Христос? Никто, братие, никто, кроме нас самих. Мы сами затворяем себе вход в Царствие небесное, когда слышим и знаем волю Божию, но живем не по Его святым и спасительным для нас заповедям, а по своей порочной и погибельной для нас воле. Не всяк глаголяй Ми, Господи, Господи, внидет в Царствие небесное: но творяй волю Отца Моего, Иже есть на небесех, говорит Иисус Христос; – и сколь истинен, сколь праведен глагол Его! Хотеть наследовать Царствие небесное, а не творить воли Отца небесного, значит хотеть невозможного для самого Бога. В Царствии небесном всё блаженство и Ангелов и человеков от того и происходит, что они творят волю Божию. Неповиновение воле Божией и ангелов света свергло с неба, и блаженных человеков низринуло из рая сладости. Беспредельная благость и человеколюбие Божие изобрело для человеков дивное удобство к стяжанию Царствия небесного, но не иначе, как возвращением их паки к творению воли Божией. Посему-то и Единородный Сын Божий, пришедший искупить нас от рабства греху, и призвавый нас из области тьмы и смерти в Царство света и жизни, Сам первый показал пример совершенного повиновения Отцу небесному. Иже во образе Божии сый, не восхищением непщева быти равен Богу, но Себе умалил, зрак раба приим, в подобие человечестем быв, и образом обретеся якоже человек, смирил Себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя (Флп. 2:6–8). Вот, братие, сколь необходимо нам для входа в Царствие небесное исполнение воли Божией!

Что мы сподобились еще в младенчестве благодати крещения, сие есть величайший дар милосердия Божия к нам. Но сей дар должны мы хранить яко драгоценное сокровище святости жизни нашей, дабы всеянное в сердца наши Духом Святым семя истинной веры, возрасло в древо добродетелей, и принесло нам плод жизни вечной. – Сей дар благости Божией мы можем погубить грехами нашими и подвергнуть себя большему осуждению. Что мы принадлежим к Церкви верующих на земле и содержим и исповедуем с нею все догматы православной веры – сие есть драгоценное наследие наше, полученное нами от отцев наших – но вера без дел мертва есть, говорит святое Писание (Иак. 2:20), подобно как тело без души. Истинная спасительная вера, вводящая нас в Царствие небесное, есть всегда живая и плодоносная. Она не может быть без исполнения заповедей Евангелия, в котором открыта вся воля Отца нашего небесного. Ежели нет еще в сердце нашем той живой и господствующей над нами любви к Богу и Спасителю нашему, которая в истинно верующих управляет всеми их помышлениями, желаниями и делами, по заповедям Евангелия: то еще суетна вера наша, тщетно упование наше; нам надлежит дотоле не преставать просить благость Отца небесного и толкать у дверей Его милосердия об излиянии в сердца наша сей любви к Нему, доколе она не соделается душею души нашей.

Известно, что мы по немощам плоти нашей часто подвергаемся многообразным искушениям нарушать святость воли Божией: но и то известно, что сила Божия в немощах наших совершается (2 Кор. 12:9), ежели мы пребываем верны Господу нашему, и при ощущении немощей своих, и даже при падениях наших искренно прибегаем к молитве и ко врачевству покаяния. Иисус Христос, более всех нас зная немощи наши, даровал нам спасительные Свои заповеди, исполнение которых из чистой любви к Богу так необходимо для входа в Царствие небесное, что без сего даже дары пророчества и чудес на последнем суде окажутся ничтожными, по словам Евангелия.

Мнози рекут Мне во онь день: Господи, Господи, не в Твое ли имя пророчествовахом, и Твоим именем бесы изгонихом, и Твоим именем силы многи сотворихом? И тогда исповем им, яко николиже знах вас: отъидите от Мене делающии беззаконие (Мф. 7:22–23).

Дары пророчества и чудес без сомнения суть одни из великих даров благодати Божией: но они даются не столько для спасения приемлющих оные, сколько для утверждения в вере и спасения других. Приемлющие их принимают вместе и обязанность сохранять их в чистоте сердца и употреблять единственно для славы Божией и для душевной пользы других. Они могут обратить их в пищу гордости своей и в погибель душе своей, ежели вознерадят о исполнении заповедей Евангелия и о преуспеянии в чистой любви к Богу: ибо чем драгоценнее дары Божии, тем опаснее и гибельнее злоупотребление их. Посему-то Св. Апостол Павел говорит: аще языки человеческими глаголю и Ангельскими, любве же не имам, бых яко медь звенящи, или кимвал звяцаяй: и аще имам пророчество, и вем тайны вся и весь разум, и аще имам всю веру: яко и горы преставляти, любве же не имам, ничтоже есмь (1 Кор. 13:1–2). К сей-то святой и чистой любви к Богу и ближнему, и к хранению по духу ее заповедей Евангелия, Спаситель, возбуждая всех и каждого, заключает Божественную проповедь Свою, говоренную Им на горе ученикам Своим и множеству собравшегося народа, сими весьма важными и достойными всего внимания нашего словами:

Всяк, убо иже слышит словеса Моя сия, и творит я, уподоблю его мужу мудру, иже созда храмину свою на камени: и сниде дождь, и приидоша реки, и возвеяша ветри, и нападоша на храмину ту, и не падеся: основана бо бе на камени. И всяк слышай словеса Моя сия, и не творя их, уподобится мужу уродиву, иже созда храмину свою на песце: и сниде дождь, и приидоша реки, и возвеяша ветри, и опрошася храмине той, и падеся: и бе разрушение ея велие (Мф. 7:24–27).

И тот и другой слышат словеса Господа Иисуса, единого истинного Учителя и Наставника, в Нем же суть вся сокровища премудрости и разума сокровенна (Кол. 2:3): но один уподобляется человеку мудрому и благоразумному, а другой глупому и безрассудному. И тот и другой строят себе храм счастия и благополучия; но слышащий словеса истины, верным исполнением заповедей ее углубляет основание своей храмины, и потому строит на твердом камени. А другой, слыша и не заботясь об исполнении советов премудрости, строит храмину свою на песке, сообразно своему легкомыслию. И на ту и на другую храмину приходят ветры искушений и бури бед. Но истинно благочестивого и добродетельного Христианина счастие не колеблется никакими бедствиями: ибо оно основано на непоколебимой его вере и надежде и любви ко Христу – Который есть един твердый Камень (Деян. 4:11) Церкви Своей и воинствующей на земле и торжествующей на небесах. А слабого и нерадящего о благочестии и добродетели человека храмина счастия при первом нападени искушений и бед – разрушается – и разрушается совершенно, не имея твердого основания ни в сей временной, ни в будущей вечной жизни.

Слыша словеса сии проповеди Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, изложенные вашему благочестию моим недостоинством, положите, братие, твердо на сердцах ваших сию вечную и непреложную истину: что единое есть прочное и незыблемое основание благоденствия земных царств, городов, поселений, семейств и благополучия каждого из нас, как временного, так и вечного – святая вера и благочестивое и ревностное исполнение заповедей Господа нашего Иисуса Христа. Ему же, Спасителю нашему, купно со Отцем и Духом Святым слава и держава во веки веков. Аминь.

***

Беседа XXI

И бысть егда сконча Иисус словеса сия, дивляхуся народи о учении Его: бе бо уча их яко власть имея, и не яко книжницы и фарисеи (Мф. 7:28–29).

Слова, исходившие из медоточных уст Иисуса Христа, Бога во плоти, в самом глубоком Его смирении, облечены были Божественною силою. Спасительное действие их наиболее открывалось в сердцах людей простых, не зараженных гордостию земной мудрости и многоведения, и самонадеянностию на свои ложные и лицемерные добродетели. Посему-то Евангелист замечает, что народ, выслушав проповедь Иисуса Христа, говоренную им на горе, в которой изложены высочайшие и дотоле не слышанные на земле правила святой и Ангелоподобной жизни, пришел в благоговейное удивление, и тотчас приметил различие между Его учением, с Божественною властию предлагаемым, исполненным духа и силы, и между учением тогдашних книжников и фарисеев, ложными толками своими затемнявших чистоту и ясность закона Божия, и потому бесплодным. Слово Божие, написанное нам, братие, чрез Апостолов Иисуса Христа Духом Святым, есть то же самое слово, которое исходило из Божественных уст Его. Оно всегда имеет в себе ту же Божественную силу и действие над обращением сердец человеческих к Богу, когда читается со смирением, произносится с верностию и слушается с благоговением. Живо бо слово Божие, говорит св. Апостол Павел, и действенно, и острейше паче всякаго меча обоюду остра, и проходящее даже до разделения души же и духа, членов же и мозгов, и судительно помышлением и мыслям сердечным (Евр. 4:12).

Ежели оно ныне во многих из нас, Христиане, не производит того же спасительного действия, какое произвело в народе, слушавшем Иисуса Христа; то сему причиною не слово Божие, но неготовность сердец наших к принятию оного. В одной из притчей Евангельских излагается нам и беспредельная щедродательность Иисуса Христа, неутомимого Сеятеля слова жизни и спасения и неизменная доброта семени сего слова, и причины того, что весьма многие семена не приносят ожидаемого плода. Как Отец небесный, по беспредельному милосердию своему, сияет солнце свое на злые и благие, и дождит на праведные и неправедные: так и Единородный Сын Божий, Господь наш Иисус Христос, по преизбытку своего человеколюбия, спасительное семя слова своего сеет на всякой земле сердец человеческих – ибо всем человекам хощет спастися и в разум истины приити (1 Тим. 2:4). Так слово ли Божие причиною, что многие из слышащих оное столь мало заботятся о своем спасении, что и не хотят употребить труда и внимания для уразумения сего спасительного слова; – а между тем враг спасения, который не дремлет для погибели нашей, воспользовавшись леностью и беспечностию их, приходит и восхищает слово от сердца их, да не веровавше спасутся, подобно как семя само в себе доброе, но падшее при пути, попирается, и птицы небесные поядают оное? Слово ли Божие причиною, что многие, слыша обетованное верующим царствие небесное, преисполненное вечных и неотъемлемых благ, с радостию желают наследовать оное, – но когда слышат, что для сего необходимо нужно мужественно противостоять всем искушениям плоти и мира, и с постоянным терпением исполнять заповеди Евангелия, дабы царствие Божие стяжать во внутренней глубине сокрушенного покаянием, очищенного от грехов сердца своего; тогда отрекаются последовать гласу зовущего их во спасение, и слово Божие в сердцах их остается бесплодным; подобно как семя, падшее на каменистой земле, хотя скоро произрастает, но не могши хорошо вкорениться, при наступлении зноя, засыхает и не приносит плода? Слово ли Божие причиною, что многие из слышащих оное, вместо того, чтоб первее всего и более всего искать царствия Божия и правды его, все силы души своей рассевают в бесконечных заботах о стяжании богатства и суетных честей, утопают в пагубных сластях роскоши и плотоугодия; и слово Божие в душах их остается бесплодным, подобно как семя доброе, но подавленное множеством терния, не приносит плода? Между тем одно и то же, когда пало на землю добрую, – на сердца благие, которые и радостно слушают слово Божие, и трудолюбне разумевают оное; то принесло великий плод благих дел.

Хотите ли, слушатели, чтоб сие всегда живое и действенное слово Божие и в ваших душах было плодотворно? Читая или слушая оное, заставьте молчать всякое собственное земное мудрование ваше; – ибо когда глаголет Бог, тогда всякая тварь должна умолчать. Слушая слово самого Господа Бога, старайтесь исполнять оное самым делом – верным хранением заповедей Его; и оно само наставит вас на всякую истину. Тот никогда не уразумеет силы слова Божия, и не возрастет им во спасение, кто слышит и не творит, читает и не покаряет Ему всего сердца своего. О таковых говорит св. Апостол Павел: имущии образ благочестия, силы же его отвергшиися; всегда учащеся, и николиже в разум истины приити могущие (2 Тим. 3:5, 7). Истинный слушатель слова Божия, предавши себя единожды навсегда водительству его, не обращается уже вспять, в след мудрования мира и плоти, но следует верно его спасительному наставлению; подобно как народ, слушавший на горе Иисуса Христа, последовал за Ним и по окончании слова.

Сшедшу же Ему с горы, в след Его идяху народи мнози, повествует Евангелист, и се прокажен пришед кланяшеся Ему, глаголя: Господи, аще хощеши, можеши мя очистити! И простер руку Иисус, коснуся ему глаголя: хощу, очистися! и абие очистися ему проказа (Мф. 8:1–3).

Из множества последовавших за Иисусом в одном наипаче прокаженном открывается нам, братие, чудесное действие слов Христовых над его сердцем. От одного слышания Божественной проповеди Спасителя, как скоро душа сего Израильтянина озаряется светом истинной в Него веры! Такой веры, что Евангелие представляет оную в пример всем будущим родам! При свете сей веры, он тотчас видит в смиренном Иисусе всемогущего Господа неба и земли, воздает ему боголепное поклонение и исповедует всенародно, что для очищения его от неисцельной проказы довольно одного только хотения его. – И пришед, пад ниц, кланяшеся Ему, глаголя: Господи, аще хощеши, можеши мя очистити! Вот, братие, истинная молитва веры, которая в глубоком смирении излагает Господу свои прошения, и предает спокойно исполнение оных Его всемогущей и всесвятой воле! – Всеблагий Иисус, коего любообильное сердце всегда отверсто для молитвы веры, ответствует на оную своим милосердием и всемогуществом. Для доказательства, что и пречистой плоти Его сообщена Божественная сила, простирает свою всемогущую руку, прикасается болящему, – и в одно мгновение тело его чудесным образом очищается от проказы. Иисус же милосердовав, простер руку, коснуся ему, глаголя: хощу, очистися! и абие очистися ему проказа. Мгновенное исцеление от неудобоизлечимых болезней возможно только единой всемогущей силе Божией.

И глаголаше ему Иисус: виждь никому же повеждь: но шед, покажися Иерееви, и принеси дар, его же повеле в законе Моисей, во свидетельство им (Мф. 8:4).

Всеведущий Спаситель конечно знал, что исцеленный от проказы от избытка благодарного сердца своего даже не возможет скрыть от других столь великого и чудесного благодеяния Его и возвестит оное повсюду, как он сделал, по свидетельству св. Евангелиста Марка: Он же изшед, начат проповедати много и проносити слово (Мк. 1:45). Но Господь Иисус для того запретил ему никому о том не поведать, чтоб верным своим Собою дать наставление, по содеянии добра, всячески убегать славы человеческой, дабы они не впали в страсть тщеславия. Как совершенный исполнитель закона Божия, Он повелевает исцеленному показаться священнику для получения от него свидетельства о очищении проказы, без которого не можно было ему явиться в церковь, и возвратиться в свое жилище. В знак благодарности своей за исцеление, Спаситель заповедует ему принесть дар Богу по закону Моисееву.

Как сие, так и другие подобные чудеса Иисуса Христа, мы не должны, братие, рассматривать по одной только их наружности, но проникать во внутрений их смысл. Чудо исцеления прокаженного, при всей своей великости, было бы еще не так велико, ежели бы с очищением тела его не соединено было очищение его души от проказы греховной, что и было великою целию Божественных действий Иисуса Христа.

Из всех болезней, которые суть следствия греха, проказа, свирепствовавшая во Иудеи и в окрестных ее странах, наиболее изображает смертоносные действия его над душею. Потому-то в Ветхом Завете народу Израильскому дан был особенный для предохранения от сей болезни закон Божий. Проказа, начинаясь в одной части тела, будучи оставлена без уврачевания, распространялась по всему телу. Подобно и грех, когда оставляется без врачевства покаяния, увеличивается и объемлет всю душу. Болезнь проказы, как заразительная, от прикосновения сообщалась и другим. Потому закон Божий повелевал священникам отлучать прокаженных от сожительства с народом Божиим и запрещал им вход в церковь, яко нечистым, доколе они не очистятся от проказы. Грех также есть язва, невидимо распространяющаяся посредством сообщения от одного к другим. И нераскаянный грешник, хотя не всегда отлучается по суду служителей слова Божия от видимой церкви Божией: но по суду всевидящего Бога, в каждое мгновение совершающемуся над человеками, всегда отлучается от невидимой церкви святых, доколе не очистит грехов своих покаянием. Пораженные проказою редко, и может быть, никогда не исцелялись без особенного действия силы Божией: а от смертоносных действий греха един только Бог может исцелить души наши.

Единородный Сын Божий, Господь и Бог наш Иисус Христос, пришел на землю и всего более хощет грешников спасти. И кто из нас, братие, не грешник? и как удобно получить нам врачевание душевных язв наших от столь милосердого и всесильного Врача! Что может быть легче, как восчувствовать свою греховность, повергнуться во смирении у подножия креста Его и с верою прокаженного молить Его всемогущее милосердие об очищении от грехов сердца нашего? Аще исповедуем грехи наша, говорит Св. Апостол Иоанн, верен есть Господь и праведен, да оставит нам грехи наша, и очистит нас от всякия неправды (1 Ин. 1:9). Так – не столько греховность наша, с которою мы рождаемся, но от которой омываемся во святой купели крещения, сколько гордость, неверие и какая-то непонятная беспечность о спасении своем, оставляют еще в душах Христиан язву греховную, и дают ей силу распространяться. Или о богатстве благости Божией и кротости и долготерпении нерадиши, говорит св. Апостол Павел к нераскаянному грешнику, не ведый, яко благость Божия на покаяние тя ведет? по жестокости же твоей и непокаянному сердцу собираеши себе гнев в день гнева и откровения праведнаго суда Божия (Рим. 2:4–5). Воистинну благость Божия не оставляет ни одного из грешников без того, чтоб не действовать над обращением сердца его к покаянию. Глас Господа, хотящего всем человекам спастися и в разум истины приити, беспрерывно вопиет ко всем и каждому – то в милостях Божиих, являющихся в благословениях временным благоденствием; то в суде Его, открывающемся в болезнях и бедствиях общественных, семейственных и частных для каждого. Всё в природе и гражданских обществах течет под перстом всемогущества, премудрости и благости Божией, и всё зовет нас к Господу. В те минуты, когда кто из вас, братие, сильнее начинает чувствовать бедность и греховность души своей, – знайте, что это есть милосердый глас Господа, возбуждающий нас от сна греховного. Не преставайте тогда вопиять к Нему: Господи, аще хощеши, можеши и меня очистити! Не преставайте взывать к Нему о помощи, когда чувствуете безсилие свое противостоять силе привычки ко греху и действию вкоренившихся страстей. Даже тогда, когда как бы насильственно и против воли своей повергаетесь в самую глубину греха, не преставайте вопиять из самой глубины греха к Его всемогущему милосердию. И ежели молитва веры вашей будет истинная, то рано или поздно Он всеблагий верно приидет к вам на помощь, всесильною десницею своею коснется болезнующей души вашей, очистит сердце ваше от скверн греховных и сообщит вам силы благодати своей ходити непреткновенно во свете заповедей Его, и иметь общение со Святыми в нынешнем и грядущем веке. Ибо Его есть милосердое слово: не требуют здравии врача, но болящии: не приидох бо призвати праведники, но грешники на покаяние (Мф. 9:12–13).

Заметьте, братие, еще два обстоятельства при исцелении прокаженного. Иисус Христос повелевает ему показаться священнику, дабы он был свидетелем его очищения и потом принесть в жертву Богу, по закону Моисееву, агнца единолетного, непорочного, закалаемого на месте святе и всесожигаемого на алтаре храма Господня. Первое есть образ Христианского таинства покаяния, когда раскаивающйся грешник, во смирении и сокрушении сердца своего, с молитвою веры, повергаясь пред Господом, при свидетельстве служителя Его, излагает Сердцеведцу свои душевные болезни и посредством Священника получает уверение в очищении грехов своих силою благодати Иисуса Христа. Второе прообразовало величайшее новозаветной Церкви таинство пресвятого и животворящего тела и крови самого Господа и Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, Агнца Божия, вземлющего грехи мира, закланного на кресте, и приносимого на алтарях, коего причащением, после истинного покаяния, совершается исцеление грешника, освящение его и соединение со Святыми. Святой Златоуст, излагая спасительные действия в сердцах верующих таинства причащения тела и крови Христовой, говорит, что душа Христианина с истинною верою и любовию, достойно причастившаяся сего пресвятого таинства, бывает столь чиста и свята, что ежели бы, по воле Божией, тогда же разлучилась она от тела своего: то без всякого препятствия возлетела бы на крылах Ангелов в рай, в царствие Отца небесного.

Благость Спасителя нашего столь беспредельно велика к нам грешникам, что Он, и вознесшись на небо, оставил нам слово свое, всегда живое и действенное, и врачевство покаяния, никогда неоскудеваемое, и сокровище освящения негибнущее, и источник жизни приснотекущий. Нам, братие, остается отверзать сердца свои для принятия света слова Его, в немощех наших прибегать ко Врачу душ и телес наших, и со всем желанием и верою в чистоте совести и святыни соединяться с самым Господом и Богом и Искупителем нашим Иисусом Христом в наследие жизни вечной, столь верно обетованной всем истинно любящим Его. Аминь.

***

Глава 8

Беседа XXII

Вшедшу же Ему в Капернаум, приступи к Нему сотник, моля Его, и глаголя: Господи, отрок мой лежит в дому, разслаблен люте стражда. И глагола ему Иисус: Аз пришед исцелю его (Мф. 8:5–7).

Великое чудо всемогущества и милосердия своего показал Иисус Христос над прокаженным Иудеянином, исцелив в одно мгновение и тело его от проказы, и душу его от грехов, как слышали мы в прошедшей беседе. В след за сим Евангелие представляет нам пример еще более чудесного действия и силы словес Спасителя над душою язычника, и над разслабленным телом слуги его. Римский сотник сам не слушал проповеди Иисуса Христа, и не был очевидцем чудес Его, а только узнал об них по слуху от Иудеев; – и сей один слух уже расположил сердце его к вере. Без сомнения и самая болезнь любимого ему слуги, по-видимому случайная, в порядке всеобъемлющего промысла Божия, служила приготовлением к обращению его на путь истины и спасения. Он приходит ко Иисусу Христу, и не имея еще полной веры и надежды на Его всемогущество, не смеет и просить Его об исцелении своего отрока, а только излагает смертельную его болезнь. Приступи к Нему сотник, моля его и глаголя: Господи, отрок мой лежит в дому разслаблен, люте стражда. Но пришедший спасти всех человеков, видящий все движения сердец наших, и неотвергающий самых слабых начатков веры, простирает к нему милосердый глас свой, и объявляет свою готовность идти в дом его для исцеления умирающего больного. И глагола ему Иисус: Аз пришед, исцелю его. Так благость Спасителя нашего часто даже и предваряет прошения наши; часто дарует более, нежели сколько мы просим. Сотник, по смирению своему, не смеет прямо просить об исцелении отрока своего; а Спаситель изъявляет свою готовность не только исцелить больного, но и посетить дом его. Но сколько плодотворно было краткое слово Иисуса Христа в душе язычника! – Божественный взор Сына Божия, животворное слово Его, столь милосердое и неожиданное обещание поражают и проникают всю его душу. Он тотчас видит в кротчайшем Иисусе всемогущего Господа неба и земли, унижается пред Его величеством, и показывает такую совершенную веру, которой сам Господь удивился.

И отвещав сотник рече Ему: Господи несмь достоин, да под кров мой внидеши; но только рцы слово, и исцелеет отрок мой. Ибо аз человек есмь под властию, имый под собою воины, и глаголю сему: иди, и идет: и другому: прииди, и приидет. И рабу моему: сотвори сие, и сотворит (5:8–9).

Столь глубокое смирение в душе Римского военачальника, тогда как Рим был повелителем мира, действительно есть чудно. Но оно-то и есть святой плод истинной веры во Христа, и корень и основание всякой добродетели Христианской. Оно-то и обращает на человека благоволительный взор Господа Бога, как сам Он говорит чрез Пророка: на кого воззрю, токмо на кроткаго, и молчаливаго, и трепещущаго словес моих (Ис. 66:2)? Гордые неспособны ни к истинной вере, ни к истинным добродетелям. Доколе в сердце человека гнездится змииное семя гордости, дотоле и самое семя слова Божия не приносит в нем никакого плода. Гордым бо Бог противится, смиренным же дает благодать (1Пет. 5:5), говорит Писание. Видите, братие, как скоро благодать смирения возносит язычника на высоту веры Христианской! – Тогда, как Иудейские книжники и фарисеи, гордившиеся знанием Закона и Пророков, видя многие чудеса Иисуса Христа, видели в Нем только человека, и не познали обетованного им Мессии, – смиренный сотник от одного слышания нескольких слов Его, видит в Нем Бога, которого слову повинуется всё. Господи, говорит от глубины смиренного сердца, несмь достоин да под кров мой внидеши: но токмо рцы слово, и исцелеет отрок мой. Богодухновенный Псалмопевец, излагая творческое всемогущество Бога, возвещает, что для произведения из ничтожества в бытие неба и земли и всей вселенной довольно было сказать Ему одно слово: Той peчe, и Быша; – повеле, и создашася. (Пс. 148:5). Точно в таком же духе веры исповедует сотник всемогущество и власть Иисуса Христа над жизнию и смертию человеков: рцы слово, и исцелеет отрок мой. Ежели я, – говорит он далее, – будучи человек подвластный, имею подчиненных мне воинов и рабов, которые, по слову моему, безпрекословно исполняют повеления мои; то не паче ли Тебе, Господу сил и всей твари Владыке и Царю, стоит сказать одно слово, и по твоему глаголу возвратится жизнь и здравие умирающему слуге моему?

Слышав же Иисус, удивися, и peчe грядущим по Нем: Аминь глаголю вам: ни во Израили толики веры обретох! (ст. 10).

Конечно, братие, вера новообращенного язычника была велика, что могла привесть в удивление самого Господа Иисуса, который по безпредельному величию своему, ничему не удивляется. Всеведущий видел сию веру в сердце сотника прежде, нежели он пришел к Нему; а потому она и не могла быть для Него собственно удивительною. Но Спаситель благоволил изъявить свое удивление вере его, как вещи действительно необычайной тогда, как и в самых Израильтянах, ожидавших пришествия Его, не нашел Он подобной готовности к принятию Его слова. Удивлением своим столь скорой и столь совершенной вере язычника Иисус Христос благоволил представить оную в пример, как тогдашним Иудеям, так и всем будущим родам, и показать, что не одному Израильскому народу открыт вход в царствие Божие, но всем племенам и народам, всем, – которые обратятся к Нему с подобною верою.

Глаголю же вам: яко мнози от восток и запад приидут, и возлягут со Авраамом и Исааком и Иаковом во царствии небесном. Сынове же царствия изгнани будут во тму кромешнюю: ту будет плач и скрежет зубом (ст. 11, 12).

Всевидящее око Спасителя в первом из язычников, обратившемся к истинной в Него вере, Римском сотнике, видит благословенное начало обращения безчисленного множества оных, и приобщения их к Церкви Божией воинствующей на земли. От востока и запада, проповедию слова Его язычники в величайшем множестве соберутся во единство истинной веры к отцам верующих: Аврааму, Исааку и Иакову, и яко подражатели вере их на земли, насладятся с ними всех благ царствия небесного, в церкви Божией торжествующей на небесах, в обителях жизни вечной и радостотворного света невечернего. – Сыны же царствия, то есть, Иудеи, которым, яко потомкам по плоти верных Патриархов, обещано было наследие с ними царствия небесного, за ожесточенное неверие свое Спасителю мира, изгнаны будут вон как из Церкви верующих на земле, так и из Церкви торжествующей на небесах, и останутся навеки вне обителей жизни и света – во тме, где будет безотрадный плач и несказанно мучительная болезнь.

Сие Божественное предсказание Иисуса Христа так верно и очевидно исполнилось доселе, что теперь только одни слепые могут не видеть события оного. Ибо Иудеи, за неверие Сыну Божию Спасителю мира, отвержены от единой святой, соборной и Апостольской Церкви Божией; храм их разрушен, град святой Иерусалим предан попранию языков; и священство и царство от них отнято. Лишенные отечества, они разсеяны по лицу земли, блуждая во тме неведения истины, носят на себе печать отвержения от Бога и доколе не обратятся к единому Спасителю мира Господу нашему Иисусу Христу, дотоле свет правды не озарит душ их, и сердца их не вкусят чистой радости. Напротив язычники, по непреложному предсказанию Иисуса Христа, еще во времена Апостолов, силою проповеди слова Божия в безчисленном множестве обратились ко Господу, и во всех странах мира, вместо идольских жертвенников, воздвигнуты Алтари единому истинному Богу, в святой Троице покланяемому. Целые царства приложились к единой святой Церкви Иисуса Христа. И сколь безчисленное, единому Богу ведомое, множество душ святых, ходивших по стопам истинной веры Патриархов, уже прешли от смерти в живот, и улучили блаженный покой и радость в царствии небесном! – Сие предсказание Иисуса Христа, как во все времена новозаветной Церкви исполнялось, так и ныне исполняется, и будет исполняться до кончины века сего, когда по непреложному глаголу Его, проповестся Евангелие всем языкам. После сего какой невер усумнится, что сие предсказание Спасителя непременно получит совершенное событие свое тогда, когда Он во славе своей приидет судить живых и мертвых, и разлучит навеки сынов света от сынов тмы, изрекши к сущим одесную себе: приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира – а к сущим ошуюю: идите от Мене проклятии во огнь вечный уготованный диаволу и ангелом его (Мф. 25:34, 41).

Но у Господа Бога нет лицеприятия, нет различия Иудееви и Еллину. Св. Апостол Павел, излагая тайну отвержения Иудеев от Церкви Божией и принятия в оную язычников, дает всем Христианам весьма важное и спасительное наставление, дабы они, чувствуя всегда сию безпредельную благость и милосердие Божие к ним, стояли твердо в истинной вере, соединенной со святою, добродетельною жизнию, по духу и заповедям Евангелия. А иначе и они так же отвержены будут. За неверие отломились Иудеи от корня, говорит учитель языков, ты же верою стоиши. Не высокомудрствуй, но бойся. Аще бо Бог естественных ветвей не пощаде, да не како и тебе не пощадит. Виждь убо благость и непощадение Божие: – на отпадших убо непощадение, а на тебе благость Божия, аще пребудеши в благости, аще ли же ни, то и ты отсечен будеши. И они же, аще не пребудут в неверствии, прицепятся: силен бо есть Бог паки прицепити их (Рим. 11:20–23). Так милосердый Спаситель всех человеков, и милостию и судом призывая всех в царствие небесное, всегда готов принять каждого обращающегося грешника; готов и силен спасти всякого, в ком обретает веру, подобную вере упоминаемого во Евангелии сотника.

И рече Иисус сотнику: иди, и яка же веровал еси, буди тебе! И исцеле отрок его в той час (ст. 14).

Видите, братие, всемогущую силу словес Иисуса Христа, мгновенно исцелившую умирающего больного и в отсутствии находившегося. Но сам всемогущий приписывает сие чудо силе и великости веры смиренного сотника. Иди, и якоже веровал еси, буди тебе. Истинная вера, приемля от Господа силу и крепость, облекает самую немощь верующих Божественною силою.

Когда и мы, Христиане, чувствуем немощь и разслабление душевных сил к безпреткновенному хождению по пути заповедей Евангелия: да приходим ко всемогущему Спасителю с твердою верою и упованием, и не отступным молением во глубине смиренного сердца! Он всесильный и над нами сотворит чудо милосердия и благости своей. По мере веры нашей, и нам даст силы из грешников соделаться святыми, и тако получить наследие царствия небесного со всеми благоугодившими Ему праведниками. Аминь.

***

Беседа XXIII

И пришед Иисус в дом Петров, виде тещу его лежащу, и огнем жегому; и прикоснуся руце ея, и остави ю огнь: и воста, и служаще Ему (Мф. 8:14–15).

Каждый шаг Спасителя и Господа нашего ознаменован был сколько благодеяниями страждущим, столько же назиданием для верующих. Он, Господь славы, нас ради обнищавший, после трудов, подъемлемых Им для спасения рода человеческого, приходит для принятия дневной пищи в бедную хижину рыбаря Петра. Здесь Он не находит, кто бы послужил Ему при трапезе, и видит одну тещу Петрову, лежавшую в смертельной горячке. Премилосердый, предваряя даже прошение ученика своего, божественным прикосновением своим, мгновенно исцеляет болящую и сия раба Божия, получив от Господа дар здравия, тотчас посвящает оный на служение Ему, Спасителю своему. Так самые телесные болезни, почти неразлучные спутники нашей жизни, могут быть спасительным врачевством для душ наших, ежели мы, по примеру сей исцеленной, возвращаемое нам здравие и силы не будем иждивать на суету, но употреблять на истинное служение Господу нашему делами благочестия и чистой любви к ближнему.

Позде же бывшу, приведоша к Нему бесны многи, и изгна духи словом, и вся болящия исцели: да сбудется реченное Исаием Пророком, глаголющим: той недуги наша прият, и болезни понесе (Мф. 8:16, 17).

И в самый глубокий вечер Спаситель не оставляет совершать дело спасения нашего. Всемогущим словом своим Он изгоняет нечистых духов из множества приведенных к Нему бесноватых, и всех болящих исцеляет, не лишая ни единого из них спасительной помощи. Но для всемогущей благости Его было бы весьма мало исцелять одни болезни телесные, ежели бы целию сих чудес не было исцеление, или лучше, оживотворение умерщвленных грехом душ наших. Посему-то Евангелист, по случаю дарованного Христом исцеления многим страждущим телесными болезнями, приводит слова Исаии Пророка, относящиеся к исцелению болезней душевных. Пророк, указуя на грядущего Избавителя мира говорит: Сей грехи наша носит, и о нас болезнует (Ис. 53:4). А Евангелист, показывая событие сего пророчества в пришедшем Спасителе и Господе нашем Иисусе Христе, вещает: Той недуги наша прият, и болезни понесе. По-видимому, находится разность между словами Пророка и Евангелиста. Но единого Святого Духа, глаголавшаго устами обоих, един есть смысл. Ибо корень и первоначальная причина всех болезней телесных есть грех, – сей недуг душевный и жало смерти. Врачи телесные, врачуя одно тело, на время только могут отдалить болезни и смерть; ибо корень их остается внутрь нас. Но когда врачует Бог Спаситель, всемогущий Врач душ и телес наших; тогда исторгает самый корень болезней и смерти, исцеляя нас от смертоносной язвы греха. В Его всемогущей деснице и самые болезни превращаются во врачевство, и самая смерть в начало жизни. Ибо болезни и страдания истинно верующих служат им предохранением от язвы греховной, и содействуют к большему очищению их душ. А смерть для них есть переход к вечной, безболезненной и блаженной жизни. Но как Спаситель врачует душевные недуги наши? По безпредельному человеколюбию своему Он приемлет их на себя. Сам болезнует в неизреченных скорбях креста и внутреннего и наружного, для истребления корня болезней наших. Сам подъемлет поносную и мучительную смерть, для дарования нам вечной жизни. Иже грехи наша сам вознесе на теле своем на древо, говорит Апостол Петр, да от грехов избывше, правдою поживем: Его же язвою исцелесте (1Пет. 2:24). После сего, какой ожесточенный грешник не прибегнет с верою и смирением к сему божественному Врачу, коего прободенное копием сердце всегда отверсто для принятия истинно кающихся?

Видев же Иисус многи народы окрест себе, повеле учеником ити на он пол (Мф. 8:18).

Стечение народа ко Иисусу Христу с особенною точностию замечают Евангелисты. Оно было так велико, что Спаситель не редко принужден был уклоняться от множества приходящих к Нему. Слава Его чудес, небесное Его учение, исполненное духа и силы, самое лицо Его, и в глубоком смирении имевшее черты божественного величия, привлекали к Нему всех слышавших о Нем. Почему богодухновенный Псалмопевец, еще издалеча видя Его, в пророческом духе говорит: красен добротою naчe сынов человеческих (Пс. 44:5). Может быть, слушатели, и из нас некоторым приходит иногда мысль, что ежели бы в наше время явился Он на земле, мы бы всегда жаждали зреть и слушать Его, и неотступно следовали бы за Ним. Но хотите ли вы, – говорит святой Златоуст,– зреть лице Спасителя своего? храните верно заповеди Его; и вы узрите Его во всей божественной славе, когда в воскресение мертвых со всеми святыми восхищени будете на облацех, в сретение Господне на воздусе (1Сол. 4 :17). Иисус Христос вчера и днесь, той же и во веки (Евр. 15:8). Слово Его всегда живо и действенно в сердцах, приемлющих оное с верою и смирением. А ежели мы не следуем ныне словесам Евангелия, со всею ревностию нашею; то наверное, и во время явления Его на земле, так же бы отказались за Ним следовать, как отказался один из книжников, о котором повествует Евангелист:

И приступл един книжник, рече Ему: учителю, иду по Тебе, аможе аще идеши. Глагола ему Иисус: лиси язвины имут, и птицы небесныя гнезда: Сын же человеческий не имать где главы подклонити (Мф. 8:19–20) .

С каким намерением хотел следовать за Иисусом сей книжник, видно из слов, сказанных ему Спасителем. Сердцеведец видел, что в душе его возродилось желание следовать за Ним не от истинной к Нему веры и любви, но от славы Его чудес. Гордый и вместе корыстолюбивый книжник не с тем хотел присоединиться к числу последователей Иисуса Христа, чтоб слушать и исполнять словеса Его и участвовать с Ним в подвигах Евангелия, но чтоб разделять с Ним славу, которую воздавал Ему народ, и последуя Ему, обогатиться. Посему-то он тотчас оставил Иисуса Христа, когда Господь изобразил ему совершенную нищету и нестяжание ничего земного, даже хижины, где бы можно было успокоиться от трудов. Лиси язвины имут, и птицы небесныя гнезда: Сын же человеческий не имать где главы подклонити.

Но не часто ли бывает сие и между нами, слушатели? Когда слово Божие описывает нам неизреченную и вечную славу и блаженство царствия небесного: тогда, конечно, возраждается в нас желание следовать за Господом Иисусом, который един вводит истинно верующих в обители Отца небесного. Ибо кто не желает вечно блаженствовать? – Но когда то же слово Божите объявляет нам, что истинный последователь Иисуса Христа должен покорить заповедям Его всю свою волю, и быть всегда готовым следовать за Ним неуклонно, как в обилии так и в нищете, как в славе, так и в поношениях, как в благоприятстве людей, так и в гонениях от них, – словом, следовать за Ним тесным, и единым, вводящим в жизнь, путем креста Его до самой смерти; тогда не часто ли и наше сердце говорит: имей мя отреченна (Лк. 14:19)? Но, что еще горше, – не часто ли бывает, что и в наших грешных душах Иисус Христос не имать где главы подклонити?...

Для спасения нашего смиривший себя до состояния раба Господь Иисус не имеет где главы подклонити в душах тех надменных книжников наших времен, которые, гордясь своим многоведением, никак не хотят земных мудрований плоти и мира покорить духу Евангелия единой истинной мудрости. Обнищавший нас ради Господь Иисус не имеет где главы подклонити в душах, порабощенных земному богатству и суетной славе человеческой, – в тех, по словам Апостола, которые и в самом лицемерном благочестии своем ищут своих только выгод (1Тим. 6:5), и любят величаться похвалами народа; а от нищеты Иисуса Христа и креста Его сердце их отвращается. Иисус Христос, все дни святейшей жизни своей на земле посвящавший на служение спасению нашему, и целые ночи часто провождавший в молитвенных о нас подвигах, не имеет где главы подклонити в душах преданных роскоши, забавам и разсеянности, которые из целой греховной жизни своей не хотят употребить на дело спасения своего и самых святых дней, отделенных Богом и Церковию на служение Господу; для которых и самое краткое время богослужения и молитвы становится тягостным. Кто ж тогда в грешных сердцах наших, когда Иисус Христос не имеет в них места? – Враг спасения нашего действует тогда в них по своей воле, безпрепятственно. – Господи! Умилосердись над бедными душами нашими, и не остави их в конец; ибо без Тебя, единого источника света, жизни и блаженства, они погибнут во веки!

Другий же от ученик Его peчe Ему: Господи, повели ми прежде ити, и погребсти Отца моего. Иисус же рече ему: гряди по Мне, и остави мертвых погребсти своя мертвецы (Мф. 8:21–22).

Не с гордым и корыстолюбивым намерением книжника, но с чистым расположением сердца хотел прилепиться ко Иисусу Христу ученик сей. А посему Спаситель принял его в число не отлучных своих последователей. Смирение, послушание и любовь ко Христу ученика сего так были велики, что он без повеления Его не смел от Него отлучиться даже и для погребения отца своего. Когда же Спасителю не угодно было позволить ему идти в родственный дом, он безпрекословно остался при Нем. Может быть, подумают некоторые, что ученику сему, по самой заповеди Божией, надлежало отдать последний долг сыновнего почтения и любви умершему отцу своему; но положивший непреложный закон детям чтить отцов и матерей своих, Господь Иисус мог ли быть нарушителем оного? – Не для того запретил Он ученику отлучиться для погребения отца, чтобы внушить ему непочтение к своему родителю; но дабы показать, как ему, так и всем верующим, что служение Богу, так как и любовь к Богу есть обязанность наша, высшая всех других обязанностей. Притом же, как замечает святой Златоуст, Спаситель предвидел, что отлучка ученика его, для погребения отца, могла бы охладить родившуюся веру в нем и любовь к Господу. Ибо, после погребения, может быть, он занялся бы разделом наследства, и другими житейскими попечениями; а потому сердце его подвергалось опасности уклониться на долго, а может быть и навсегда, от Иисуса Христа. Не сама ли убо божественная любовь и премудрость Спасителя повелела ученику оставить такое дело, которое и без него могло быть исполнено? И не сохранил ли вполне верный ученик сей и заповедь почтения к отцу своему, изъявлением своего желания идти для погребения его, и заповедь любви к Богу, – безпрекословным послушанием Господу своему?

Но что означают слова Иисуса Христа: остави мертвыя погребсти своя мертвецы? как мертвые могут погребать мертвецов? – Кроме телесной смерти есть смерть душевная: – это есть жизнь во грехах, умерщвляющих человека и делающих его живым мертвецом. Очевидно, что умерший отец ученика сего умер в неверии, и сродники его, оставшиеся в живых, были неверные, а потому мертвые духом. Ибо без истинной и живой веры во Иисуса Христа человек мертв, и столько же мало способен к творению добрых дел, сколько мертвец не способен ни к какому движению. Един бо источник истинной жизни есть единородный Сын Божий, Господь наш Иисус Христос; и те только истинно живут, которые прилеплены к Нему всем сердцем и навсегда истинною к Нему верою и любовию, не тою верою мертвою, без добрых дел, которую могут иметь и нечестивые, но верою живою, всегда плодоносною, исполненною святых дел любви к Богу и ближнему. Спаситель Христос излагает сие подобием виноградной лозы и ветвей, которые тогда только могут приносить плод, когда пребывают на лозе; а когда отсекаются от ней, тогда засыхают и остаются без плода. Аз есмь лоза истинная, говорит Он, и Отец Мой делатель есть. Всяку розгу о Мне не творящую плода, измет ю: и всяку творящую плод, отребит ю, да множайший плод принесет. Яко же розга не может творити плода о себе, аще не будет на лозе; тако и вы, аще во Мне не прибудите (Ин. 15:1, 2, 4). Все мы, братие, по неизреченному милосердию Отца небесного, во святой купели крещения, привиты к сей живоносной лозе, – Спасителю и Господу и Богу нашему Иисусу Христу, да приносим плоды благих дел. Держимся убо крепко истинною в Него верою и любовию, сохраняя в чистоте совести нашей святые и светоносные заповеди Его, да сподобимся наследовать жизнь вечную в блаженных обителях Отца небесного. Аминь.

***

Беседа XXIV

И влезшу Ему в корабль, по Нем идоша ученицы Его. И се трус велик бысть в мори, якоже кораблю покрыватися волнами: Той же спаше. (Мф. 8:23–24).

Для чего бы, кажется, слушатели, милосердому Спасителю подвергать жизнь любимых учеников своих такой опасности волнения морского, в котором они столь

близки были к потоплению? Не лучше ли было подождать, пока пройдет буря, которую без сомнения Он, всеведущий, предвидел? Так разсуждает часто слабая мудрость человеческая, дерзающая прорекать судьбам Промысла Всевышнего.

Но иначе разполагает Иисус Христос, Божия сила, и Божия премудрость (1Кор. 1:24). Кто мог так любить кого-либо, как любил учеников своих Спаситель, до конца возлюбивший своих, сущих в мире? И по сей-то божественной любви и отеческому об них попечению, Он повелел им войти в корабль вместе с собою, именно в то время, когда буря уже готова была взволновать море, оставив стекшийся к Нему народ в покое и безопасности на берегу (Мф. 8:18). И что еще более, – при наступлении бури, как бы ни мало не заботясь об участи учеников своих, Господь благоволил уснуть, между тем как корабль готов уже был потонуть в волнах морских. Что за намерение божественной премудрости и любви Спасителя в таком чудном Его деле? По изъяснению богомудрых Отцов Церкви, Иисус Христос хотел показать ученикам всемогущую власть свою, яко Творца всех, коего мановению и ветры и море повинуются, и утвердить слабую еще тогда веру в Него. Сверх того, Спаситель, избравши учеников своих на весьма важное и многотрудное служение Апостольства и проповеди Евангелия, хотел заблаговременно приучить их к перенесению всех, имевших сретиться с ними искушений и опасностей, и вооружить их терпением и твердым на Него упованием. Посему-то Он, по всеобъемлющей премудрости своей, подвергнул их опасности кораблекрушения, и уснул плотию, но видя всё духом, попустил волнам морским свирепствовать и угрожать им погибелию, дабы они возчувствовали свое безсилие, и прибегли к Его помощи, от коей единой зависит спасение наше, и которую Он тогда наипаче являет, когда отъемлется у нас всякая другая человеческая помощь. Сила бо Его в немощи совершается, по словам Писания (2Кор. 12:9).

И пришедше ученицы Его возбудиша Его, глаголющее: Господи, спаси ны, погибаем. И глагола им: что страшливи есте, маловери? Тогда востав запрети ветром и морю, и бысть тишина велия. Человецы же чудишася, глаголюще: кто есть сей, яко и ветри и море послушают Его (Мф. 8:25, 26, 27).

Сколько всегда готов Господь на помощь всем призывающим Его во истине, один сей пример может служить совершенным в том убеждением. Очевидно, что ученики Иисуса Христа, по маловерию своему, не знали еще, кто с ними был в корабле. Они еще не знали, что уснувший на корме на возглавнице (Мк. 4:38) есть всемогущий правитель неба и земли и морей, и что вечная и недремлющая премудрость Его, в самом Его сне, управляла их кораблем. Ибо зная сие, конечно, не устрашились бы никаких волн, и не почли бы за нужное пробуждать Его от сна для своего спасения, и объявлять Ему о своей опасности. Спаситель, по своей божественной премудрости, воспитывая постепенно учеников своих в познании тайн царствия Божия, не вдруг открывал им Божество свое, сокровенное под смиренною одеждою плоти человеческой. Но вера их в Него, и тогда уже при всей своей малости, была искренняя, и хотя еще младенческая, но не лицемерная. Потому-то они, находясь в крайней опасности потопления в волнах морских, не возроптали на Него, и не стали изыскивать других отчаянных средств к своему спасению: но в простоте и незлобии сердца к Нему единому прибегнули: Господи, спаси ны, погибаем. Подобным образом младенец, увидев что-нибудь для себя страшное, бежит в объятия матери своей, надеясь обрести в них свою безопасность.

Спаситель, коего безпредельно нежная любовь к верующим превосходит всякую материнскую любовь, который с благоволением взирает и на самые малые начатки

истинной в Него веры, не отринул моления учеников своих. Снисходя их детской немощи, Он востает, с божественною властию зепрещает дуновению ветра, глаголет морю: молчи, престани (Мк. 4:39). Тотчас, по слову Его всемогущества, ветр прекращает свое действие в волнующемся море, мгновенно делается тишина велия. По естественным законам движения, в волнующемся море не вдруг, но постепенно укрощаются волны, даже и тогда когда ветр утихает. И так здесь, после ужасной бури и волн, в одно мгновение наставшая тишина моря есть величайшее чудо Творческого всемогущества Господа Иисуса; чудо, которое учеников и всех бывших в корабле привело еще в больший страх, нежели самые волны, – но в страх

благоговейный и спасительный, послуживший им к утверждению веры их. И убояшася, страхом велиим, повествует Евангелист Марк, и глаголаху друг ко другу: кто убо есть сей, яко и ветр и море послушают Его (Мк. 4:41)?

Не для одних учеников, братие, бывших в корабле, сотворил сие чудо Иисус Христос, но для всей Церкви Божией; и не тогда только сотворил сие, но творит безпрерывно в невидимом правлении церковию своею, воинствующею на земле. Корабль, на котором Иисус Христос спокойно спал на корме на возглавнице, и в котором находились ученики Его, есть истинное изображение единой, святой, соборной и Апостольской Церкви всех времен. Волнующееся море есть мир сей, в котором Церковь Иисуса Христа почти непрерывно обуревается то гонениями, то соблазнами, то ересями и расколами обуревается, но находясь под премудрым и всемогущим правлением Царя царствующих Господа Иисуса, никогда не погружается. Ученики, находившиеся в корабле представляют собою истинно верующих всех мест и всех времен. При всех бурях и волнениях, воздвигаемых на них врагами Церкви Христовой, едино у них крепкое прибежище, – молитва ко Господу Иисусу, невидимому, но всесильному и Недремлющему ее Царю и Правителю. И кто не знает, колико крат Иисус Христос творил чудесное спасение Церкви своей от потопления в волнах гонений и соблазнов, и после бурь возвращал ей тишину велию? Покой Его на корме корабля, при Его обуревании в волнах морских, весьма выразительно изображаетЕго кроткое, твердое и небоязненное правление Церковию своею, и то божественное долготерпение Его, с которым Он ожидает покаяния всех, даже и врагов ее, не хотя,да кто погибнет (2Пет. 3:9). Он не скор к отмщению; ибо знает тяжесть руки своей. Нечестивцы, из самого долготерпения Его, дерзают часто заключать в лукавых сердцах своих, якобы Он не смотрит, и оставляет бразды правления своего; но Он возстанет на конец веков в день праведного суда своего, вооружит твари свои в месть врагам, и потопит их в волнах огненных. Церковь же избранных своих, искупленную кровию Его, сквозь огнь и воду проведет безопасно к пристанищу вечного покоя, в блаженные обители Отца небесного.

Ковчег Ноев, управляемый всемогущею рукою Господа, и при всемирном потопе, спас в себе остатки сынов Божиих, составлявших тогда истинную Церковь Божию. Погибли те, которые нечестивою жизнию своею и нераскаянностию во грехах, отторгли себя от Церкви Божией, и обрелись вне ее матерних недр. Так и всегда те только погибают в волнах страстей и грехов и бед, которые неверием и нечестием своим изгоняют из сердец своих Господа Иисуса, единого премудрого Кормчего и Правителя жизни нашей;– погибают те, которые, самовольно уклоняясь от единого истинного пути спасения, проложенного Иисусом Христом в Евангельских заповедях Его, заблуждают яко овцы, не имущие пастыря.

Имуще убо, братие, Архиерея велика, прошедшаго небеса, Иисуса Сына Божия, да держимся исповедания. Не имамы бо архиерея не могуща cnocmpaдamu немощем нашим, но искушена по всяческим по подобию, кроме греха. Да приступаим убо с дерзновением к престолу Благодати, да приимем милость, и благодатъ обрящем, во благавременну помощь (Евр. 4:14–16); да под знаменем креста Христова воинствуя верно на земле, сподобимся внити в покой, мир и радость вечно торжествующей на небесах Церкви Его. Аминь.

***

Беседа XXV

И пришедшу Ему на он пол в страну Гергесинскую, сретоста Его два бесна, от гроб исходяща, люта зело, яко немощи никому минути путем тем. И се возописта, глаголюща: чmo нам и Тебе, Иисусе Сыне Божий? пришел еси семо прежде времене мучити нас. (Мф. 8:28–29).

Укрощение волнующегося моря единым всемощным словом Иисуса Христа, хотя в великое привело удивление находящихся с Ним в корабле, но не произвело в сердцах их полной веры в Его Божество. В ужасе и недоумении они вопрошали: кто есть Сей, яко и ветри и море послушают Его (Мф. 8:27)? Спасителю Христу угодно было разрешить сие недоумение людей следующим за тем, еще более чудесным, действием своего всемогущества, в котором совершенно открывается божественная власть Его над всеми тварями, как видимыми, так и не видимыми. Коль скоро вышел Он из корабля на берег, сретают Его два человека, одержимые бесами, над которыми они употребляли всю свою адскую лютость. Евангелисты, особенно одного из сих несчастных, описывают в самых ужасных чертах. Духи злобы изгоняли его от общества людей. Жилище его было в гробницах умерших. Никто не мог связать его. Многократно вязали его железными узами, но узы тотчас расторгались, силою бесовскою. Никто из людей не мог проходить мимо жилища сих бесноватых, боясь быть растерзанным от их лютости. Но от одного присутствия Богочеловека, Господа нашего Иисуса Христа, лютость бесов укрощается, сила их изчезает. Связанные божественною силою, подобно пойманным преступникам, они даже не могут и бежать и, что еще более, против воли своей исповедуют Его Божество. Что нам и Тебе, Иисусе Сыне Божий? пришел еси семо прежде времени мучити нас. Исповедание, конечно, не вольное, а потому и безполезное для нераскаянных духов злобы; но тем не менее оно открывает Божественную власть Иисуса Христа, коего безпредельной премудрости свойственно и самых непримиримых врагов истины часто употреблять для утверждения оной. И так, верно Апостольское слово: и беси веруют и трепещут (Иак. 2:19). Не безумнее ли же бесов те нечестивцы, которых лукавое сердце исполнено ядом неверия?...

Бяше же далече от нею стадо свиний много пасомо. Беси же моляху Его, глаголющее: аще изгониши ны, повели нам ити в стадо свиное. И рече им: идите. Они же изшедше идоша в стадо свиное: и се абие устремися стадо все по брегу в море и утопоша в водах (Мф. 8:50, 51, 52).

Вот еще новое доказательство всемогущества Иисуса Христа, без попущения коего духи злобы не имеют власти даже и над свиниями. Спаситель, изгнав их из человеков, попущает войти им в нечистых животных, как для того, чтобы чудо исцеления бесноватых сделалось более известным по всей стране той, так и для того, дабы показать, какое им приличествует место. А человек, созданный по образу и по подобию Божию, был бы вовсе неприступен для них, ежели бы он сохранял всегда сердце свое чистым от всякой скверны греха. Но произвольно оскверняя себя грехами, он часто унижает себя до того, что прилагается скотом несмысленным, и уподобляется им (Пс. 48:15), по словам Писания. Благоразумный Христианин, конечно, извлечет из сего то для себя наставление, с каким неусыпным тщанием надлежитъ ему хранить даруемую благодатию крещения чистоту сердца от всякого греха, дабы оно всегда было жилищем Иисуса Христа, святого и во святых почивающего. Чадца, говорит Апостол Иоанн, ни кто же да льстит вас: творяй правду, праведник естъ. Творяй грех, от диавола есть: яко исперва диавол согрешает. Сего ради явися Сын Божий, да разрушит дела диаволя. Всяк рожденный от Бога, греха не творит, яко семя Его в нем пребывает, и не может согрешати, яко от Бога рожден есть. Сего ради явлена суть чада Божия и чaдa диаволя (1Ин. 3:7–10). В чьем сердце еще живет и владычествует грех, тот еще не освободился от власти духа злобы, тайно совершающего в душе его пагубные свои действия. Посему-то Апостол Петр завещает верующим: трезвитеся, бодрствуйте, зане супостат ваш диавол, яко лев рыкая ходит, иский кого поглотити (1Пет. 5:8);– и поглощает тех несчастных, которые нечистою жизнию своею удаляют от себя Христа Спасителя своего.

Пасущии же бежаша, и шедше во град возвестиша вся, и о бесною. И се весь град изыде в сретение Иисусови: и видевше Его, молиша, яко дабы прешел от предел их. И влез в корабль, прейде, и прииде во свой град (Мф. 8:33—34—9:1).

Иисус Христос, показав Божественную свою власть над духами злобы, и свое милосердие над несчастными бесноватыми, по свойственной всеведению Его премудрости, не остался долее в стране Гергесинской. Ибо видел, что жители ее, огорчившись потерею свиных стад, и боясь, чтоб присутствие Его не причинило еще большего какого-либо ущерба их имуществу, просили Его удалиться от них. Люди такого свойства, которые столь презренные вещи предпочли самому Господу и Спасителю своему, конечно, не способны были слушать от Него проповедь царствия небесного. А потому Спаситель, с Божественною кротостию и снисхождением, оставив им проповедниками о себе исцеленных от беснования, сам благоволил возвратиться на том же корабле во свой град Капернаум, где ожидал Его другой страждущий неисцельною болезнию.

И се принесоша Ему раслаблена жилами, на одре лежаща: и видев Иисус веру их, рече разслабленному: дерзай, чадо, отпущаются mu греси твои (Мф. 9:2).

И между земными врачами искуснейшим почитается тот, кто при самом начале врачевания больного узнаёт причину его болезни. Но взор земных врачей не проникает далее тела, одержимого недугом. А всевидящее око небесного Врача Господа Иисуса, тотчас проникает в самый корень болезни разслабленного, сокрытый в душе его, и как бы оставляя без внимания его тело, врачует прежде его сердце от грехов, которые были причиною его разслабления. Со властию, единому Богу свойственною, Иисус Христос простирает к нему милосердый глас свой: дерзай, чадо, отпущаются ти греси твои. Конечно, милосердое око Спасителя видело глубокое сокрушение сердца сего разслабленного о грехах своих, которого он не мог выразить языком своим; видело тот трепет души его, свойственный кающемуся грешнику, в котором он находился, колеблясь между страхом быть отверженным от Господа за грехи свои, и между надеждою получить исцеление от болезни своей. Посему-то Спаситель, тронутый и внутренним и внешним его страданием, творческим гласом своим ободряет его, и сперва возставляет разслабленную грехами и печалию душу его: дерзай, чадо, отпущаются ти грехи твои.

Что может сравниться с тем милосердием Спасителя, которое подвигло Его, при виде долговременной и отчаянной болезни разслабленного, тотчас приступить к врачеванию души его, исторгая самый корень его болезни? но лукавое мудрование книжников и из сего действия благости извлекло для себя повод к порицанию Спасителя, и к обвинению Его в хуле на Бога.

И се нецыи от книжник реша в себе; сей хулит. (Мф. 9:3). Кто может оставляти грехи, токмо един Бог (Мк. 2:7)?

Очевидно, что сии книжники не по ревности к славе Божией, a по зависти к Спасителю произнесли в тайне сердец своих сей неправедный на него суд. Но Спаситель и самое лукавство их обращает в случай к открытию пред всеми своего всеведения.

И видев Иисус помышления их, рече: вскую вы мыслите лукавая в сердцах своих? Что бо есть удобее рещи, отпущаются ти греси: или рещи, востани и ходи? Но да увесте, яко власть имать Сын человеческий на земли отпущати грехи: (тогда глагола разслабленному:) востани, возми твой одр, и иди в дом твой. И востав, взем одр свой, и иде в дом свой (Мф. 9:5, 6, 7).

Видеть помышления сердечные свойственно единому токмо Богу. Глубоко сердце человеку паче всех, говорит Пророк, и человек есть, и кто познает его? Аз Господъ, испытуяй сердца, и искушаяй утробы, еже воздати комуждо по пути его, и по плодом изобретений его (Иер. 17:9, 10). И потому, ежели бы сердца книжников не были ослеплены завистию и заражены лукавством, конечно, из слов Спасителя, тотчас открывшего сокровенные мысли их, могли бы узнать, Кто Он, и что Ему, яко Сердцеведцу, существенно принадлежит власть отпущать грехи человекам. Но чтобы, самым делом, еще более открыть им свойственную Ему власть сию, Спаситель такое являет доказательство Божества своего, сокрытого под покровом человеческого естества, которому они никак не могли противоречить. Он говорит им: что легче сказать: отпущаются тебе грехи? или сказать: востани и ходи? Но дабы вы знали, что Сын человеческий, Бог во плоти, имеет власть на земле отпущать грехи, обратившись к разслабленному, сказал: востани, возми твой одр, и иди в дом твой; и по глаголу Его всемогущества разслабленный, не имевший дотоле почти никакого движения, которого четыре человека на одре принесли к Спасителю, сам собою востает, сам берет свой одр, и без помощи других возвращается в дом свой, нося в душе своей радость об исцелении души и тела своего, и залог вечной жизни.

Видевше же народи, чудишася, и прославиша Бога, давшаго власть таковую человеком (Мф. 9:8).

Ослепленные завистию книжники, и после таковых действий всеведения и всемогущества Иисуса Христа, не хотели видеть в Нем Спасителя своего; но простой народ, хотя еще не мог видеть сокрытого в Нем Божества, по крайней мере в простоте сердца удивлялся и прославлял Бога, которому единому свойственно творить таковые чудеса.

Мы же, братие, верующие в Господа и Бога нашего Иисуса Христа, не будем останавливаться на одном хладном и безплодном удивлении чудесам Его, свойственном тогдашним Иудеям, но извлечем из сего наставление для душ наших. Разслабленный, не могший сам собою двигаться с места, но лежавший на одре полумертвым, есть точное изображение души грешника, который хотя имеет жизнь плотскую, но для жизни духовной, для истинного благочестия, для добродетели и святости, свойственных Христианину, не имеет ни сил, ни бодрости. Смертоносная сила страстей и грехов подавляет в нем семя истинной жизни, всеянное в сердце его благодатию Святого Духа в купели крещения. Подобно разслабленному, он лежит на одре безпечности о своем спасении, и бывает тем еще несчастнее, что часто не чувствует опасности низвергнуться в бездну вечной, духовной смерти. Разслабленный, конечно, с одра болезненного переселился бы во гроб, нося в душе своей смерть духовную, если бы промысл Отца небесного не послал ему на помощь четырех сострадательных людей, которые принесли его к милосердому Врачу душ и телес наших, Господу Иисусу. Равным образом безпредельное милосердие Божие печется и о спасении всякого грешника, не хотя да кто погибнет, но да вси в покаяние приидут (2Пет. 3:9). Для обращения грешников, Господь иногда посылает служителей слова Божия, иногда посещает бедами и болезнями телесными, и другие безчисленные подает средства единой премудрости Его известные. И счастлив тот грешник, который обратившись, прибегнет с верою к Господу Иисусу в молитве покаяния, и приидет в умиление и сокрушение о грехах своих, подобно разслабленному! Всемогущий и всеблагий Врач душ и телес тотчас произнесет к нему милосердый глас свой: дерзай, чадо, оптущаются ти греси твои. Востани спяй, и воскресни от мертвых (Еф. 5:14).

Раслабленный, в доказательство отпущения грехов и исцеления души и тела своего, по глаголу Господа, тотчас встал, взял свой одр, и возвратился в дом свой. То же самое совершается и в душе грешника, после истинного его покаяния. Несомнительный знак отпущения грехов его есть тот, когда он действительно ощущает в душе своей перемену, и из состояния слабости духовной переходит в состояние силы и крепости ходить непреткновенно путем заповедей Евангельских; когда душа его, дотоле обладаемая плотию, и порабощаемая страстями, с помощию благодати Божией, побеждает страсти и господствует над плотию; когда он, из состояния разсеянности по суетам мира сего, возвращается во внутренность сердца своего, и всячески блюдет оное от прежних греховных скверн, дабы оно было чистым и Святым храмом Господу Иисусу.

Тщательно примечайте братие, сии признаки истинного покаяния, когда вы приносите его Богу, при свидетельстве и содействии служителей Его. Если после покаяния не обращаемся мы к прежней разсеянности сердец наших: то мы истинно покаялись. Но если, и после покаяния мы остаемся такими же, какими были прежде: то это верный знак, что мы еще никогда истинно не каялись, еще лежим на одре безпечности о спасении душ наших.

Боже, Спасителю наш! все мы пред Тобою грешники; обрати и на нас милосердое око Твое. Даруй сердцам нашим умиление и сокрушение о грехах наших. Возглаголи к слабым душам нашим твое всемогущее: востани! да ходим непреткновенно во свете заповедей Твоих, и сподобимся все внити в вечные обители жизни, блаженства и славы Отца небесного, уготованные Тобою всем, возлюбившим явление Твое. Аминь.

***

Глава 9

Беседа XXVI

И преходя Иисус оттуду, виде человека седяща на мытнице, Матфея глаголема, и глагола ему: по Мне гряди, и востав, по Нем иде (Мф. 9:9).

Кто есть, братие, сей человек, называемый Матфей, которого Иисус Христос, узревши сидящего у сбора пошлин, из мытаря сотворил Апостолом своим? Это есть тот самый святой Евангелист, которого богодухновенные слова мы слышим. Не есть ли сие величайшее чудо всемогущества Спасителя, который единым всевидящим взором своим проникнул в самую глубину сердца сего мытаря, и единым словом своим произвел в нем столь скорую и столь чудную перемену? Удивительно, и единой Творческой силе свойственно есть и то, что Иисус Христос первейших из Апостолов своих призвал из состояния простых рыбарей. Но рыбарский промысл, хотя был бедный, однако же честный; – а промысел мытарей, которые от сбора излишних пошлин наживали себе состояние, и в тогдашнее время почитался неправедным. Но Спаситель благоволил и из среды мытарей избрать себе Апостола, дабы тем яснее показать всем будущим родам, что Он никем не гнушается, и что благодать Его всегда сильна из грешника сотворить праведника, только бы грешник не оказывал противления действию Его милосердия, и готов был всегда с верностию и повиновением следовать Его гласу, – подобно как Матфей, услышав слова Господа Иисуса: гряди по Мне, тотчас встал с мытницы, оставил всё, пошел вслед за Иисусом, и такою крепкою прилепился к Нему любовию, что уже ничто и никогда не могло его разлучитъ от призвавшего Его Господа.

И бысть возлежащу Ему в дому, и се мнози мытари и грешницы пришедше возлежаху со Иисусом и со ученики Его (ст. 10).

Когда человек предает всё сердце свое Господу, тогда Господь такие изливает на него милости, которых он совсем не чаял. Матфей, сидя на мытнице, мог ли себе воображать, что чрез несколько времени удостоится он в доме своем принять самого Господа и Спасителя, и предложить Ему трапезу? Но когда он по гласу Господа, оставив прежнее свое занятие, всем сердцем своим обратился к Нему единому, тогда Господь до того простер свою благость и милосердие, что благоволил разделить с ним трапезу; и не только с ним, но и со многими мытарями и явными грешниками. Мытари и грешники, толико презираемые фарисеями и книжниками, и обличаемые обремененною грехами совестию своею, конечно дотоле не смели приблизиться к Господу Иисусу. Но когда увидели безпримерное Его снисхождение, по которому Он благоволил возлежать на трапезе в дому подобного им грешника: тогда осмелились, по приглашению собрата своего, приити и возлежать со Иисусом и со учениками Его. И какое, братие, удивительное не только для человеческих, но и для Ангельских очей зрелище, видеть Господа славы, святого святых, вечеряющего с мытарями и грешниками! –

И видевше фарисее, глаголаху учеником Его: noчmo с мытари и грешники Учитель ваш яст и пиет? (ст. 11).

Не дивно, что зрелище сие соблазнило фарисеев. Ибо сердца их ослеплены были гордостию и завистию. Гордость препятствовала им видеть собственные их грехи, а в мытарях и грешниках – собратов своих. А зависть не допущала их узреть в таком обращении с ними Иисуса Христа свойственного Ему, Спасителю мира, божественного безпредельного милосердия. Потому они с злым намерением вопрошали учеников Его, стараясь очернить в глазах их премудрый и преблагий поступок Учителя их. Но что отвечает на сие самая божественная премудрость и благость?

Иисус же слышав, рече им: не требуют здравии врача, но болящии. Шедше же научитеся, что есть: милости хощу, а не жертвы. Не приидох бо призвати праведники, но грешники на покаяние (ст. 12, 15). Самые лукавые фарисеи не могли не признать истинными слов Иисуса Христа, что не здоровые имеют нужду во враче, а больные. И кто бы не отдал справедливости тому человеколюбивому врачу, который видя одержимых смертельными болезнями без всякой мзды, и даже без приглашения со стороны больных, по единому чувству сострадания, сам приходит к ним? Для удобнейшего уврачевания болезней их, обращается с ними, снося смрад, происходящий от ран их? Находя их совершенно бедными, употребляет собственные для уврачевания их лекарства, и избавляет их от неминуемой смерти? Таковому благодетельному врачу уподобляет себя премилосердый Врач душ наших, Господь Иисус Христос. Движим будучи единым милосердием своим, видя души человеков грешников покрытые смертельными ранами беззаконий, сам приходит с неба для уврачевания их. Приняв на себя плоть человеческую, кроме греха, не гнушается обращаться с грешниками, дабы сообщить им силу, исцеляющую их от греховных язв их. И тако избавляет их от вечной смерти своею божественною, неоцененною кровию. Воистинну Той недуги наша прият, и болезни наши понесе (Мф. 8:17). Но сего-то прямо божественного милосердия Его в обращении с мытарями и грешниками не могли видеть ослепленные фарисеи: – почему Иисус Христос обличая их в неведении Бога и Спасителя мира, отсылает их научиться, что значат слова Писания, сказанные Богом чрез Пророка Осию: милости хощу, а не жертвы (Ос. 6:6).

Фарисеи поставляли всю праведность свою в одних только наружных жертвоприношениях, и ими одними думали благоугождать Богу, имея сердце немилосердое к собратии своей. А сим самым показывали, что они не знают Бога, ни силы закона Его; не знают того, что Бог любовь есть, и что елико есть величество Его, толика и милость Его и по сему свойству любви и милости требует и от человеков милосердия к собратии своей, паче всех жертв. Милости хощу, а не жертвы, глаголет Господь. По сему же свойству божественного милосердия и единородный Сын Божий, Господь и Спаситель наш, говорит о себе, что Он пришел на землю не праведников, но грешников призвать на покаяние.

Сколь утешительны, братие, для всех нас грешников сии премплосердые слова Спасителя нашего! Но заметим тщательно, что Он призывает грешников не для того, чтобы они оставались таковыми же грешниками, но чтоб из грешников соделались праведниками; ибо призывает на покаяние. А существо истинного покаяния состоит в действительном пременении сердца, оскверненного беззакониями, на сердце чистое и святое, какового просил у Господа истинно кающийся Давид: сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей! (Пс. 50:12). Не призва бо нас Бог на нечистоту, но на святыню (1Сол. 4:8), говорит Ап. Павел. И святость для Христианина столь существенна и необходима, что без нее никто же узрит Бога (Евр. 12:14), по словам Писания. Да и самое спасение наше, стяжанное нам кровию единородного Сына Божия состоит в избавлении нас от тлетворной силы и действий греха в душах наших, в совлечении ветхого, греховного человека, и в облечении в нового, святого, созданного по образу Божию, в правде и преподобии истины. Сии суть истинные плоды покаяния, на которое призывает грешников Иисус Христос!

Тогда приступиша к Нему ученицы Иоанновы, глаголюще: почто мы и фарисее постимся много, ученицы же Твои не постятся? (ст. 14).

Фарисеи, будучи посрамлены ответом Иисуса Христа, изобретают новую хитрость для порицания Его, в лице учеников Его, якобы Он не имел о воспитании их должного попечения. Дабы придать бо́льшую важность своему вопросу, они присоединили к себе учеников Иоанна Крестителя, коего строгость и святость жизни в народе Иудейском была в великой славе. Для чего, вопрошают они Господа, ученики Иоанновы и Фарисейские постятся часто, а Твои ученики не постятся, но ядят и пиют?

И рече им Иисус: еда могут сынове брачнии плакати, елико время с ними есть жених? приидут же дние, егда отымется от них жених, и тогда постятся (ст. 15).

Ответ сей Иисуса Христа преисполнен утешения для Церкви всех верующих в Него. Спаситель уподобляет себя жениху, по теснейшему и на всю вечность неразлучному соединению своего божественнаго естества с естеством человеческим во едино Лицо Богочеловека; явление свое на земле уподобляет началу брака; а учеников своих гостям, призванным на брак. Как не уместно сетовать гостям брачным в присутствии жениха: так не время было ученикам Его поститься, доколе Он обращался с ними на земле. Но божественному жениху Иисусу Христу надлежало искупить и освятить Церковь верующих кровию и смертию своею, и потому разлучиться с нею на время, дабы паки соединиться на всю вечность. И вот то время, которое Спаситель назначает ученикам своим, а в лице их всем верующим, для поста. Приидут дни, когда отъимется от них жених, и тогда будут поститься. А дотоле Иисус Христос, как нежный отец и премудрый наставник учеников своих, не хотел обременять их строгостию постов, к которой они еще не были приготовлены, дабы не наложить им бремени не по силам их. – Это самое показывает Он в следующей притче:

Никто не приставляет заплаты из новаго, еще не выбеленнаго полотна, к одежде ветхой: иначе приставление новое отторгнется от ветхаго и большая дира будет. Ниже вливают вина нова в мехи ветхи. Аще ли же ни: то просадятся меси, и вино пролиется, и меси погибнут. Но вливают вино ново в мехи новы, и обое соблюдется (ст. 16, 17).

Милосердый Спаситель учеников своих, которые в начале призвания их в Апостольство, были еще слабы, уподобляет ветхой одежде и ветхим мехам. Надлежало их обновить и даровать им новые силы для подъятия тех необычайных трудов и подвигов, которые им предлежали. А потому Он, с божественною премудростию и снисхождением к их слабостям, руководствовал их постепенно, и яко младенцев воспитывал первее млеком, а потом уже твердою пищею. И действительно, до сошествия на них Духа Святого, в истории Евангельской представляются они яко младенцы робкие и слабые. – Но после того, как Апостолы, излиянием на них даров благодати свыше, обновлены и облечены божественною силою, является в них мужество, непобедимое никакими трудами и подвигами. Всегдашний пост, бдение, непрестанная молитва, – толико трудные для слабых душ, – суть уже для них обыкновенная, приятная и твердая пища.

Видите братие, с какою благостию и кротостию любвеобильный Спаситель призвал к себе учеников своих и призывает всех верующих в царствие небесное. Все заповеди Его дышат единою отеческою божественною любовию. И могут ли быть тяжки заповеди безпредельной любви и милосердия для тех которые любят Его? Сия бо есть любовь Божия, говорит Ап. Иоанн, да заповеди Его соблюдаем и заповеди Его тяжки не суть (Ин. 5:5). Они не для того нам даны, чтоб обременять нас, но чтоб исполнением их освободить нас от тяжкого и несносного бремени страстей и грехов, как и сам Он Спаситель наш, говорит: приидите ко Мне все труждающиися и обременении, и Аз упокою вы: возмите иго Мое на себе, и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим: иго бо Мое благо, и бремя Мое легко есть (Мф. 11:28, 29, 30).

С подобною любовию и нежностию и матерь наша православная Церковь, святая невеста Жениха своего Господа Иисуса Христа, благовременно установила посты для чад своих. Не для того чтоб обременить их, но чтоб доставить им спасительное пособие к свержению с себя тяжкого греховного бремени, к очищению душ и телес своих от страстей, и к преуспеянию в святости жизни, свойственной Христианам. Церковь, воинствуя на земле под знамением креста Христова, из любви к Жениху своему не может не воздыхать о Нем, доколе не соединится с Ним, вместе с Церковию торжествующею на небесах. А потому, яко попечительная матерь, хощет, чтоб и верные чада ее известные времена года, и даже известные дни каждой седмицы, особенно освящали постом и воспоминанием страданий и смерти Спасителя своего, – дни в которые отъят от ней божественный Жених; – хощет, чтобы все чада ее, в пришествие Его во славе, явились лицу Его облеченные в брачную одежду чистоты и святости, и сподобились внити в вечную радость Господа своего. Аминь.

***

Беседа XXVII

Сия же Ему глаголющу к ним, се князь некий пришед кланяшеся Ему, глаголя, яко дщи моя ныне умре: но пришед возложи на ню руку твою, и оживет. И востав Иисус по нем иде и ученицы Его (Мф. 9:18–19).

Какими чудными судьбами Господь Бог часто обращает к себе человеков, в которых не погасло еще чувство добра, – примером сему может служить упоминаемый во Евангелии один из начальников Синагоги Иудейской именем Иаир, о коем предлежит нам слово. Может быть сей законоучитель Иудейский никогда бы не пришел к Господу Иисусу с таким смирением и верою, ежели бы единородной двенадцатилетней дщери его не случилась смертельная болезнь. Но любовь его к дщери своей, которая во цвете юности своей, находилась при последнем издыхании, и страх смерти ее внушили ему решимость прибегнуть ко всемогущему Врачу и Господу и умолять Его о помощи. И как скор Господь на помощь всем призывающим Его во истине! Видя хотя еще слабую, но искреннюю веру пораженного скорбию отца, Он тотчас востает, и идет в дом его, дабы возвратить дщери его жизнь, а его самого совершенно утвердить в спасительной вере. Так часто несчастные приключения производят в сердцах наших счастливейшую перемену! –

И се жена кровоточива дванадесяте лет, приступивши созади, прикоснуся воскрилию ризы Его. Глаголаше бо в себе: аще токмо прикоснусь ризе Его, спасена буду. И абие изсякну источник крове ея и ощути телом, яко исцеле от раны (Мф. 9:20, 21; Мк. 5:29).

И на пути, как бы мимоходом, милосердый Спаситель тотчас исцеляет другую болящую, притекшую к Нему с бо́льшим смирением и с большею верою, нежели законоучитель Иудейский! Во множестве народа, шедшего за Иисусом, в чаянии видеть чудесное исцеление дщери Иаировой, и угнетавшего Его, прибегнула к Нему некая жена, двенадцать лет страдавшая течением крови. У многих врачей искала она помощи, и всё свое имение истощила на лечение болезни своей: однакоже не только не получила никакой пользы, но болезнь ее еще увеличилась. Слух о Иисусе, Всемогущею силою уврачевавшем многих больных, возродил в ней веру в Него, и надежду получить от Него исцеление. Но стыд, свойственный ее полу, удерживал ее исповедать Ему свою болезнь. Почему в тайне сердца своего положила она такую смиренную надежду на Господа, что ежели сподобится прикоснуться созади к краю одежды Его, то получит себе исцеление, и надежда веры ее не осталась тщетною. От одного прикосновения к ризе Его долговременная болезнь ее тотчас уничтожилась, и она ощутила свое здравие. Но от Сердцеведца не скрылась ни ее болезнь, ни ее вера. Ему угодно было открыть для будущих родов, сколь спасительно было одно с верою прикосновение к краю ризы, покрывавшей Божественную плоть Его. Открытие сего чудесного произшествия три Евангелиста описывают с особенною подробностию.

И абие Иисус разуме в себе силу, изшедшую от Него, и обращcя в народ, глаголаше: кто прикоснуси ризам Моим? отметающимся же всем, рече Петр: Наставниче! видиши, яко народи одержат Тя и гнетут, и глаголеши: кто есть прикоснувыйся Мне? Иисус же рече: прикоснуся Мне некто: Аз бо ощутил силу изшедшую из Мене, и обглядаше видети сотворшую сие. Жена же видящи, еже бысть ей, и видевши яко не утаися, трепещущи прииде, и падши пред Ним поведа Ему всю истину, пред всеми людьми; и яко исцеле абие. Он же рече ей: дерзай дщи, вера твоя спасе тя: иди в мире. И спасена бысть жена от часа того (Мк. 5:30; Лк. 8:45–48; Мф. 9:22).

Из сего описания открывается нам, братие, велия благочестия тайна! Бог явися в плоти (1Тим. 3:16). В пречистой и пресвятой плоти Господа нашего Иисуса Христа и в состоянии уничижения Его обитало Божество, и в такой полноте сообщало оной животворящую силу свою, что даже от риз Его, по одному к ним прикосновению, изливалась жизнь и исцеление. Яко в том живет всяко исполнение Божества телесне – (Кол. 2:9), говорит св. Ап. Павел. Но прикасались к Иисусу многие из народа, и не только прикасались, но и угнетали Его: почему ж из многих одна кровоточивая жена получила себе исцеление? Ответ на сие извлекается из самых слов Спасителя, сказанных к ней: дерзай дщи, вера твоя спасе тя: иди в мире. поелику она единая прикоснулась к ризам Его с истинною верою, то не только получила здравие тела, но и спасение души своей. Так истинная вера во Иисуса Христа есть со стороны нашей первоначальное средство, чрез которое делаемся мы причастниками истинной жизни и спасения.

Иисус Христос, вгера и днесь той же и во веки (Евр. 13:8). По выражению Писания. Обещавшийся пребывать с Церковию верующих во вся дни до скончания века (Мф. 28:20). Он, любообильный Спаситель наш, и всегда и ныне дарует нам многие способы, хотя невидимо, но так же действенно прикасаться к Нему, и получать от Него жизнь, и силы, и исцеление недугующим грехами душам нашим.

И, во-первых, Спаситель Христос даровал нам свое живоносное слово, которое проповедуется повсюду, дабы сообщать свет и жизнь душам. Живо бо слово Божие, говорит Ап. Павел, и действенно, и острейше паче всякаго меча обоюду остра, и проходящее даже до разделения души же и духа, членов же и мозгов, и судительно помышлением и мыслем сердечным (Евр. 4:12). Но и сие само в себе живое и действенное слово остается бездейственным в душах тех, которые или не хотят слышать и читать оное, или слышат, но со всем тщанием и верностию не исполняют заповедей Его, – а потому и остаются без духа и жизни Христовой. Души их, не ощущая сладости словес Божиих, и не питая себя сим хлебом жизни, пребывают неисцельными от греховных язв, и умирают от глада. Святой Царь и Пророк Давид, вкусивший сладость словес Божиих, в восторге сердца своего говорит: Коль сладка гортани моему словеса твои Господи; naчe меда устом моим (Пс. 118:103). Ах, слушатели! Ежели бы и мы так же видели сию сладость словес Христовых, превосходящую всякую мирскую и земную сладость, мы бы так возлюбили питаться сим хлебом жизни, как младенец любит питаться млеком матерним. И питаясь им по все дни, мы бы на самом деле с возрастом телесной жизни, ощущали в себе по все дни обновление и возрастание в жизни благочестивой, добродетельной, святой, прямо Христианской. – Посему-то св. Ап. Петр говорит верующим: Отложше всяку злобу и всяку лесть и лицемерие и зависть и вся клеветы, яко новорождени младенцы, словесное и не лестное млеко возлюбите, яко да о нем возрастете во спасение, понеже вкусисте, яко благ Господь (1Пет. 2:1, 2, 3).

Во-вторых Спаситель Христос открыл нам самый легчайший способ получать от Него жизнь и силы и здравие душ наших посредством молитвы. Он един кровию и крестною смертию своею исходатайствовал нам у Отца небесного неоцененное право беседовать с Богом, как дети беседуют с отцом, и открывать Ему все наши немощи и все наши нужды. Благость и милосердие Его удостоверяют нас, что молитва веры нашей никогда не останется тщетною, только бы она была истинная. Просите, говорит Он, и дастся вам, ищите и обрящете, толцыте и отверзется вам. Всяк бо просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзается (Мф. 7:7, 8). Так, братие, и всегда и на всяком месте, а особенно стоя в священном храме Господнем при совершении Божественных Таин, истинно молящиеся Христиане так бывают близки к Господу, и Господь близок к ним, что они соединяются с небожителями, с Ангелами выну видящими лицо Отца небесного: – в храме стояще славы твоея Господи, на небеси стояти мним, – воспевает Церковь. И находясь в такой близости, чего не могут испроситъ у Господа, коего любообильное сердце всегда отверсто для излияния на нас сокровищей жизни и света, только бы мы готовы были принять их с чистыми сердцами! –

Но милосердие к нам Спасителя нашего простирается до безконечности: – оно до того простирается, что Он хощет всего себя даровать нам, и дарует истинно верующим и любящим Его, в таинстве Причащения самого пречистого и животворящего Тела своего, и самой божественной пресвятой Крови своей. С истинною верою и любовию приемля божественное таинство, мы недостойные и грешные внутрь сердца своего приемлем самого Иисуса Христа, и Им питаемся, очищаемся, освящаемся и обожаемся. – Ежели жена кровоточивая от одного прикосновения к краю ризы, покрывавшей божественную плоть Иисуса Христа, получила себе исцеление тела и души: – то каких неизреченных благ жизни вечной делает Он нас причастниками, сподобляя души наши питаться самою пречистою и божественною плотию и кровию своею? – И какого неоскудевающего сокровища жизни и света лишают себя те бедные души, которые или под предлогом недосугов или под предлогом недостоинства своего, а в самом деле по недостатку веры и любви к Спасителю своему, удаляют себя от соединения с Ним в сем божественном таинстве! – Это такой дар безконечной любви к нам Спасителя нашего, которого более не могло изобресть самое божественное Его милосердие. Так, братие, сокровища истинной жизни, источники воды живые, текущие в живот вечный, милосердием Божиим, всегда для нас отверсты – и мы останемся безответны на суде самой милосердой правды Его, ежели оставя их, драгоценные дни жизни нашей будем употреблять на ископание для себя кладенцев сокровищей и удовольствий земных, не имеющих в себе воды живой, для утоления жажды безсмертных душ наших. – Но обратимся к повествованию Евангелиста, дабы увидеть, как Господь силен не только врачевать болящих душею и телом, но и воскрешать уже умерших.

Еще ему глаголющу, се приидоша от Архисинагога, глаголюще, яко дщи твоя умре: что еще движеши Учителя? Иисус же абие, слышав слово глаголемое, глагола Архисинагогови: не бойся: токмо веруй, и спасена будет (Мк. 5:35–36; Лк. 8:50).

Не без премудрого намерения Спаситель умедлил шествием своим в дом начальника синагоги для исцеления умирающей дщери его. Он хотел и веру отца ее утвердить, сделав его очевидцем исцеления кровоточивой, и дать время, чтоб дщерь его умерла, дабы воскрешением ее из мертвых более открыть Божество свое. И между тем, как отец, услышав о смерти любимой дщери своей, начинал уже терять последний луч надежды видеть ее в живых, милосердый Спаситель ободряет его своим утешительным гласом: не бойся: токмо веруй, и спасена будет.

И пришед Иисус в дом княж, и видев сопцы и народ молвящ, глагола им: отъидите: не умре бо девица но спит, и ругахуся ему. Егда же изгнан бысть народ, вшед ят ю за руку: и воста девица. И изыде весть сия по всей земли той (Мф. 9:23–26).

Именно в то время пришел Иисус в дом Архисинагога, когда дщерь его уже умерла, и когда домашние пригласили свирельщиков для оплакивания умершей, по обычаю Иудеев, и стекшийся народ был в смятении. Но смерть, толико страшная в глазах человеческих, пред очами Богочеловека Иисуса есть не что иное, как временный сон. Почто вы смущаетеся и плачете, сказал Он народу, – не умре девица, но спит. И Его всемогуществу стоило только умершую взять за руку и возбудить, подобно уснувшей, своим гласом: девице, востани. И возвратися дух ея, и воскресе (Лк. 8:55). И как здоровой, Он повелел ей дать пищу.

Сколь утешительно для нас, братие, что Господь Иисус смерть телесную именовал сном! Для истинно верующих она в самом деле есть упокоение после многотрудной жизни в мертвенной плоти: блажени мертвии, умирающии о Господе: ей, глаголет Дух, да почиют от трудов своих (Апок. 14:15). Но блаженная кончина есть награда благочестивой и добродетельной жизни, – надобно еще здесь, в мертвенной плоти, из греховной жизни, от дел мертвых воскреснуть духом в жизнь святую на дела благие: – И тогда смерть телесная соделается для нас истинным покоем и прехождением в вечно блаженную жизнь. Аминь.

***

Беседа ХХVIII

И преходящу оттуду Иисусови, по Нем идоша два слепца, зовуща и глаголюща: помилуй ныИисусе сыне Давидов (Мф. 9:27).

Счастливы сии слепцы, что при лишении зрения телесными очами, не лишены были способности зреть очами душевными. Они конечно более видели истину от одного слуха о Иисусе Христе, едином свете истинном, просвещающем всякаго человека грядущаго в мир, нежели фарисеи, гордившиеся знанием закона, и быв зрителями толь многих творческих чудес Его. Как сердца слепцов сих не были заражены и омрачены ни гордостию, ни завистию, то и один слух о дивных делах Спасителя произвел в них начаток истинной в Него веры, с которою вопияли они к Нему: Помилуй нас, Иисусе сыне Давидов! – Между тем как гордые фарисеи, самовольно сомкнув очи свои непроницаемою слепотою, не хотели видеть во Иисусе Христе обетованного Избавителя Израилю, имеющего родиться по плоти от племени Давидова, – смиренные слепцы узрели в Нем Спасителя своего. – Так гордым Бог противится, смиренным же дает благодать (1Пет. 5:5)! Так Господь умудряет слепцов, и посрамляет премудрость мира сего.

Пришедшу же ему в дом, приступиста к нему слепцы, и глагола им Иисус: веруете ли яко могу сие сотворити? Глаголаста Ему: ей Господи! – Тогда прикоснуся очию их, глаголя: по вере ваю буди вама. И отверзостася очи има (ст. 28, 29, 30).

Не вдруг Господь отверз очи слепцам сим, но как бы не внимая их воплю, и не отвечая на их молебный глас, оставил их вопиять к Нему во всё то время, пока Он возвратился в дом свой. В самом молчании Спасителя и в отлагательстве своей помощи сим бедным скрывается, братие, премудрость Его и для нас назидание. Что скоро и легко получается, то обыкновенно не так дорого ценится и не так тщательно бережется. – Таково сердце человеческое. Сердцеведец, конечно, видел в слепцах сих одно только желание получить от Него прозрение телесными очами, которое они могли во зло употребить без внутреннего прозрения истинною верою. Почему премудро отлагает Он исполнение их желания, дабы с прозрением очами телесными даровать им прозрение очами душевными, – а нам, верующим, подает наставление с терпением пребывать в молитве, и неотступно просить даров Его благости, хотя бы Он, по недоведомым нам, но всегда благим и святым намерениям своим, и не скоро исполнял наши прошения. Ибо Он знает, когда и какой дар нам сообщить на пользу нашу. Так, когда слепые не преставали вопиять к Нему на пути, и с молебным гласом приступили к Нему и в доме, милосердый Спаситель простирает к ним свое слово: веруете ли, что Я могу вам даровать прозрение? Живоносные слова Иисуса Христа, когда падали на добрую землю, всегда приносили спасительные плоды. И смотрите, сколь они были плодоносны на сердцах сих двух слепцов! – Один вопрос Его сколь много просветил внутреннее их око? Они уже не сыном Давидовым Его нарицают; но всемогущим Господом. Ей Господи! отвечают Ему из глубины верующих сердец. – И тогда-то Господь, сообщив им внутренний свет веры, прикасается очам их, и говорит им: по втере вашей буди вам. И очи их тотчас отверзаются – так-то, братие, истинно молящиеся верные всегда получают от Господа более, нежели желают. Слепцы хотели только видеть очами телесными, с которыми они могли погибнуть во тьме неверия: – а Господь дарует им и внутренние очи истинной веры, во спасение душ их.

Заметьте притом, братие, тщательно слова Иисуса Христа: по вере вашей буди вам. Из них открывается та важнейшая для жизни нашей истина, что и всякое даяние благо, и всяк дар совершен свыше сходяй от Отца светов (Иак. 1:17), приемлется нами по мере веры нашей. Бог, по преизбытку благости своей, конечно, всегда хощет изливать на нас дары свои, – ибо Он есть любовъ, (1Ин. 4:16), но – любовь премудрая. И по сей премудрости не изливает Он даров своих безвременно и без разбору, дабы мы не расточили их безсмысленно, и не соделались пред Ним более виновными. – Он хощет, чтоб мы паче всего прилепились к Нему единому верою и любовию, и по мере веры нашей и преуспеяния в любви к Нему сообщает нам свои дары, по своему премудрому благоволению, к истинному нашему благу. Воззрите на отца верующих Авраама: когда Господь Бог излил на главу его все благословения свои? Тогда, когда вера его, после многократных и долговременных искушений, соделалась столь великою, что он не поколебался в любви и верности своей к Господу, получив от Него повеление принесть в жертву единородного, возлюбленного сына своего Исаака, в котором едином была вся его надежда. – Тогда-то Господъ запечатлел клятвою все свои обетования, и произнес ему свое благословение: Мною самем кляхся, Егο же ради сотворил еси глагол сей, и не пощадил еси сына своего возлюбленнаго Мене ради: воистину благословя благословлю тя, и умножая умножу семя твое, яко звезды небесныя, и яко песок вскрай моря, и наследит семя твое грады супостатов: и благословятся о семени твоем вси язы́цы земнии, яко послушал еси гласа Моего (Быт. 22:16, 17, 18). В сем благословении отца верующих участвуем и мы, братие, верующие во Иисуса Христа, когда ходим по стопам веры его. И всегда мера веры нашей есть мера излияния на нас даров Божиих. И сие совершается самым делом не только в отношении к дарованиям духовным, и к благам небесным, но и в отношении к благословениям земным. Дух святой говорит устами премудрого: верному весь мир богатство, а неверному ниже пенязь.

По-видимому не всегда исполняется сие слово писания. Ибо сколько есть в мире живущих без веры и благочестия, но богатых? Между тем как многие верные и благочестивые не имеют у себя богатства. Но дух Божий не солжет. Сердца не верные наслаждаются ли истинно богатством своим? И богатство земное, тленное, скоропреходящее может ли доставить чистую и прочную радость для души безсмертной, которой желания столько же не ограничены, сколько безконечно ее бытие? – Ежели бы таковые сердца, в упоении чувств своих, и наслаждались благами мира, то надолго ли сие наслаждение? При потере богатства, столь часто случающейся, не бывают ли они беднее и безотраднее самого последнего нищего, не имея у себя истинного и не отъемлемого сокровища веры и благочестия? А гроб не лишает ли их на веки всего земного? И остается ли у них хотя един пенязь от всего стяжания их? Так-то всякое богатство без веры и благочестия есть один обманчивый призрак, а не истинное сокровище души нашей. Но какая разность истинно верующего и благочестивого человека! – И не имея у себя богатства с чистым сердцем наслаждается он всеми теми благами земли, которые Господь изобильно изливает на все твари свои, – в чаянии, по вере своей, насладиться вечными благами на небесах, уготованными любящим Господа. Вся ваша суть, говорит св. Ап. к верующим, или мир, или настоящая, или будущая, вся ваша суть, вы же Христовы, Христос же Божий. (1Кор. 3:22). А когда Господь честные труды его благословляет богатством, он приемлет сие от руки промысла, как залог благости Божией, и употребляет, как вверенное ему средство благотворить ближним своим; – а таковое верное употребление благословений Божиих всякой раз доставляет сердцу его истинную радость. При таковом употреблении самая смерть не лишает его богатства; ибо благотворения его переходят за пределы гроба, и получают от Господа награду в вечной жизни. Вот истинная наука наслаждаться жизнию! – И блажен тот, кто стяжал себе сокровище веры и благочестия. – Оно-то и есть собственное наше неотъемлемое сокровище, которое имея, имеем мы всё, хотя бы лишены были всего в мире сем: – ибо имеем Христа в сердце своем, в котором Отец небесный положил все сокровища жизни и блаженства нашего. Но обратимся к повествованию Евангелиста.

И запрети има Иисус, глаголя: блюдите, да ни кто же увесть. Она же изшедша прослависта его по всей Земли той (ст. 50, 51).

Для чего Спаситель заповедует прозревшим слепцам с такою осторожностию хранить в тайне оказанную им милость, когда Он знал, что они не могли и не должны были скрывать сего благодеяния Божия? Для того, слушатели, чтоб верующим показать собою пример той скромности, с какою должны мы делать добро другим, дабы избежать тщеславия, которое растлевает и самые добродетели наши. Нам надлежит прославлять единого Господа, подателя всех благ, подобно как прозревшие Его силою, прославили Его по всей земли той.

Тема же исходящема, се приведоша к Нему человека нема беснуема. И изгнану бесу, проглагола, немый: и дивишася народи глаголюще, яко николиже явися тако во Израили. Фарисее же глаголаху: о князе бесовстем изгонит бесы (ст. 32–34).

Едва успели выйти из дома получившие прозрение от Господа, представляется милосердому взору Его такой страдалец, который совсем не имел слуха, чтоб услышав о чудесах Его, уверовать в Него, – не имел дара слова, чтобы проситъ Его о помиловании. Враг спасения человеческого, отнял у него и слух и язык. Но всеблагий Господь, сжалившись над бедностию его, по одной вере приведших к Нему сего страдальца, тотчас изгоняет из него беса, и возвращает ему слух и дар слова. Простой народ в справедливом удивлении исповедует, что никогда еще никакой Пророк во Израиле не творил таких чудес. Но между тем, как слепые видят свет Иисуса Христа, глухие слышат спасительную проповедь Его, немые глаголют чудеса Его, – одни завистливые и злобные фарисеи слепотствуют, и в слепоте своей до такого доходят безумия, что самые божественные дела Его приписывают силе князя бесовского. Но кротчайший Иисус, с божественным незлобием не спешит мстить им за сие поношение и хулу на Духа св., а продолжает с неусыпным попечением совершать дело спасения рода человеческого.

И прехождаше Иисус грады вся и веси, уча на сонмищах их, и проповедуя Евангелие царствия, исцеляя всяк недуг и всяку язву в людех (ст. 55).

Не только грады, но и все веси Господь Иисус благоволил проходить Божественными стопами своими, дабы повсюду разлить свет Евангелия своего, повсюду оставить следы милосердия своего, всем доставить способ веровать в Него, и всех истинно верующих соделать причастниками царствия Божия. И не тогда только, во дни явления своего на земле во плоти, но и всегда и ныне до скончания века светоносное слово Его проходит повсюду, дабы сообщить истинное просвещение всякому верующему сердцу. Без Его света нет другого для душ наших истинного света. – Как очи телесные без солнечного света ничего не могут видеть; – так и души наши во тьме плоти и мира пребывают, доколе Он, вечное солнце правды, не возсияет в сердцах наших верою и любовию к Нему, источнику жизни нашей. По непреложному Его глаголу, Отец небесный доселе делает, и Он, Искупитель наш, делает спасение наше. – Но Бог не спасает нас без нас. Будем же и мы соделовать спасение наше верным хранением Его заповедей, да сподобимся быть участниками всех благословений жизни вечной, уготованных любящим Его – Аминь.

***

Беседа XXIX

Видев же народы, милосердова о нux, яко бяху смятени и отвержени, яко овцы неимущия Пастыря. Тогда глагола учеником своим: жатва убо многа, делателей же мало: молитеся убо Господину жатвы, яко да изведет делатели на жатву свою (Мф. 9:36–38).

Еще задолго до пришествия на землю Иисуса Христа, единого вечного Пастыреначальника, Дух святой предвозвестил чрез Пророка Иезекииля жалостное состояние народа Израильского, в каковом имел найти его Спаситель мира: Оле пастыри Израилевы, глаголет Господь! еда пасут пастыри самих себе? Не овец ли пасут пастыри? – Се млеко ядите, и волною одеваетеся, и тучное закалаете, а овец моих не пасете. Изнемогшаго не подъясте, и болящаго неуврачевасте, и сокрушеннаго необязасте, и заблуждающаго необратисте, и погибающаго не взыскасте – и разсыпашася овцы моя, понеже неимеяху пастырей, и Быша на изъядение всем зверем сельным. (Иез. 34:3–5). Точно в таком состоянии, народ Израильский представился милосердому взору Спасителя, когда проходил Он своими стопами грады и веси страны Иудейской. Видев же народы милосердова о них, яко бяху смятени и отвержени, яко овцы неимущия пастыря. Правители народа, вместо того, чтоб пещись о благе его, искали только собственных выгод. Законоучители и Священники, вместо того, чтоб проповедать истину, и обличая пороки народа, возбуждать его к покаянию, и наставлять на путь спасения, сокрывали от очей его истину в неправде, ласкательствовали его страстям из видов корыстолюбия, и всеми силами старались отдалять его от слышания проповеди Спасителя. И таким образом нива Господня, возделанная и насеянная трудами многих Пророков, и приспевшая уже к жатве, по недостатку делателей, готова была погибнуть под серпом вечной смерти, ежели бы не поспешил прийти премудрый и премилосердый Господин жатвы, Спаситель мира Иисус Христос. Одно только божественное Его милосердие могло спасти погибающих. А премудрость Его извела таких делателей на жатву свою, которые быв ничтожными и презренными в глазах мира, удивили мир обращением его ко свету истины из глубокой тьмы неведения Бога и пути спасения. Как Спаситель избрал и посвятил Апостолов в великое сие служение? какими снабдил их оружиями для побеждения мира? какие дал им наставления? Сие достойно всего нашего внимания.

Святой Евангелист Лука повествует, что Иисус Христос пред посвящением в Апостольское звание учеников своих, целую ночь проводил в молитве Божией, дабы испросить у Отца небесного благословение им на сей важнейший подвиг. Сим ходатайственным действием своим научает Он нас, сколь необходима молитва пред начатием всякого важного дела, и сколь могущественна ее сила к благоуспешному дела окончанию.

И призва обанадесять ученики своя, даде им власть на духов нечистых, яко да изгонят их, и целити всяк недуг и всяку болезнь (10:1).

После божественной молитвы Иисус Христос сообщает Апостолам чудодейственную силу одним Его именем изгонять из человеков духов нечистых – ибо Он пришел разрушить царство диавола, как говорит св. Ап. Иоанн: Сего ради явися Сын Божий да разрушит дела диавола (1Ин. 3:8). Дает им силу исцелять все недуги и болезни: – ибо Он пришел уврачевать естество человеческое от смертоносной язвы греха, который есть первоначальный источник всех болезней и всех недугов. Избрав Апостолов быть столпами Церкви своей, Он дает им сию чудодейственную силу, как некоторый начаток несравненно

бо́льших даров Духа Святого, имевших излиться на них в свое время. Снабжает их сими, еще так сказать малыми, оружиями, как некиих младых еще воинов, для обучения их важнейшим подвигам в духовной брани. Но кто суть сии столпы Церкви Божией, которых Спаситель и Царь неба и земли поставил первейшими своими служителями? – Дванадесятих же Апостол имена, суть сия: первый Симон, иже нарицается Петр, и Андрей брат его: Иаков Зеведеев, и Иоанн брат его: Филипп и Варфоломей: Фома и Матфей мытарь: Иаков Алфеев, и Леввий, нареченный Фаддей. Симон Кананит, и Иуда Искариотский, иже и предаде Его (ст. 2, 3, 4).

Между сими двенадцатью учениками Иисуса Христа нет ни одного, который бы имел отличие, уважаемое в мире, или знатность породы, или богатство, или земную мудрость, – но иные были бедные рыбари, иные презренные мытари, и все вообще нищие духом и совсем неприметные в глазах мира.– Так человек зрит на лице, Бог же зрит на сердце. – И в Божественных руках Иисуса Христа несведущие рыбари делаются мудрейшими всех мудрецов мира, и грешные, но кающиеся мытари творятся примером святости для всех праведников, и нищие исполняются сокровищами небесных даров, для обогащения множества верующих. Один только сын погибели, попустивший произвольно ослепить себя страстию сребролюбия, сего корня всех зол, удавляющих души человеческие, погиб в глазах самого Спасителя мира.

Сия обанадесять посла Иисус, заповеда им глаголя: на путь язык не идите, и во град Самарийский не внидите. Идите же naчe ко овцам погибшим дому Израилева (ст. 5, 6). Заповедь сия не то означает, чтобы Спаситель предпочитал Иудею прочим странам мира: – ибо Он пришел спасти весь мир – и у Него нет лицеприятия. Но подобно как птицы, еще несовершенно оперившихся птенцов своих выпущая из гнезда, не попущают им летать далече, дабы они не пали на землю: – так и Спаситель для первых опытов проповеди Евангельской премудро и чадолюбиво назначает ученикам своим одну Иудейскую страну, щадя их духовную немощь, дабы после вознесения своего на небо, окрылив Духом Святым, сих светоносных орлов послать во всю вселенную, пронести повсюду Евангелия царствия Божия.

Ходяще же проповедуйте глаголюще: яко приближися царствие небесное. Болящыя исцеляйте, прокаженныя очищайте, мертвыя воскрешайте, бесы изгоняйте (ст. 7, 8). Всё содержание проповеди Апостольской Спаситель заключает в кратких словах, что они должны возвещать Иудеям приближившееся царствие небесное, т.е. что обещанный отцам их чрез Пророков Избавитель мира, Христос Сын Божий, для возстановления на земле небесного царства в сердцах верующих, уже пришел на землю, – и в доказательство своего пришествия Он повелевает ученикам своим с Божественною властию, именем Его

исцелять больных, очищать прокаженных, воскрешать мертвых, изгонять бесов.

Туне приясте, туне дадите. Не стяжите злата, ни сребра, ни меди при поясех ваших, ни пиры в путь, ни двою ризу, ни сапог, ни жезла: достоин бо есть делатель мзды своея (ст. 8, 9, 10) .

Достойно замечания, с каким особенным вниманием Спаситель остерегает Апостолов своих от страсти любостяжания, толико свойственной растленному грехом сердцу человеческому, и от заботливости о содержании себя пищею и одеждою. Он повелевает без всякой мзды сообщать другим те дары, которые они получили от Господа даром. Туне приясте, туне дадите, дабы сердца их сохранить во всей чистоте, какая требуется для принятия от Бога небесных даров. Запрещает совершенно иметь злато, и сребро, и медь и две одежды, и даже те вещи, которые необходимы в пути, – а заповедует питаться и одеваться тем, что Господь пошлет им руками верующих, – дабы всё внимание их обращено было на единую проповедь Евангелия. Сия ревность Спасителя к отрешению учеников своих от всего земного показывает свойство сынов царствия небесного, совершенно противоположное духу и правилам сынов века сего, у которых злато и сребро суть идол, коему они приносят в жертву свое сердце, а суетная заботливость о питании и украшении тела поглощает всё их время и все их силы. Спаситель, поставив Апостолов светилами в Церкви своей, хощет, чтоб истинно верующие в Него, взирая на сии светила, ежели не могут подражать им в совершенной нестяжательности, по крайней мере ограничивали бы свои попечения о временных благах стяжанием нужного для жизни, и ограждали сердце свое от пагубной страсти сребролюбия, ежели хотят иметь с ними участие в царствии небесном.

В оньже аще [колиждо] град или весь внидите, испытайте, кто в нем достоин есть и ту пребудите, дóндеже изыдите (ст. 11).

Спаситель заповедует ученикам своим не без разбору входить во всякий дом града или веси, но прежде испытать, кто в нем достоин принять их. Избрание сие делать конечно не по тому, кто в городе богатее, и чей дом великолепнее, но кто благочестивее, и более готов принять проповедь Евангелия, и получить от Господа воздаяние за принятие и упокоение служителей Его.

Входяще же в дом, целуйте его, глаголюще: мир дому сему. И аще убо будет дом достоин, приидет мир ваш нань: аще ли же не будет достоин, мир ваш к вам возвратится (ст. 12, 13) .

Как царствие небесное есть царство мира с Богом, с своею совестию и с ближними, которым еще в сей жизни наслаждаются истинно верующие: потому и приветствие от проповедников Евангелия есть приветствие мира. Приветствие сие, изходя из уст Апостольских, не в одних словах заключалось, но сообщало действительно мир Божий тем, которые искренно были расположены к принятию оного верою. Но без сердечного расположения слушающих, и самая Апостольская проповедь оставалась безплодною. – Мир их к ним возвращался, а домы и сердца неверующих оставались в прежнем смятении страстей и грехов, нося на себе сугубое осуждение за отвержение Спасительной проповеди Евангелия.

И иже аще не приимет вас, ниже послушает словес ваших, исходяще из дому, или из града того, отрясите прах от ног ваших. Аминь глаголю вам: отраднее будет земли Содомстей и Гоморстей в день судный, нежели граду тому (ст. 14, 15).

Отрясение праха от ног Апостольских означало то, что служители Иисуса Христа ничего не имеют общего, даже до праха, с домами и градами людей, ожесточившихся в неверии и нераскаянности. Страшное сие действие гнева Божия было знамением того, что сии несчастные совершенно лишались благословений и даров царствия небесного, стяжанных кровию и смертию Сына Божия. И участь их в День суда, конечно, тягчае и безотраднее Содома и Гоморра; которые не слышав проповеди Евангелия погибли в своих беззакониях. Апостолы, подражая кротости и долготерпению Спасителя, очень редко и нескоро употребляли сие ужасное проклятие. – Но когда Иудеи презрели все способы к обращению их: тогда проповедники Евангелия исполнили над ними сию казнь Божию, которая и доныне лежит на сем несчастном народе.

Господь Иисус Христос как тогда, так и во всякое время с такою же кротостию и долготерпением действует в обращении души каждого грешника на путь спасения.– И ныне слово Его проповедуется, хотя без чудес и знамений, но то же слово, и толико же сильное и действенное, и ежели сердца наши не отвергают оное, возращает в них плод в жизнь вечную; – а не приемлющие оставляются действию своих страстей и подвергаются вечному осуждению, ежели пребудут в нераскаянности своей. –

Окончим беседу нашу прекрасными на сие словами св. Златоустого. «Разсуждая о том, что не чудес от нас Бог требует, а добродетелей, он говорит: чудеса, конечно, многим обращались в пользу, но тем, которые их творили, часто обращались во вред, соделавшись пищею их гордости и тщеславия. Но добродетель всегда полезна, как для других, так наипаче для творящих оную. Может и должен всякой верующий производить чудеса над своим сердцем. Ежели ты из скупаго сделался щедрым, то исцелил свою сухую руку. –Ежели, оставив театральныя игры и зрелища, пришел в церковь, то уврачевал свою хромую ногу.– Ежели взор свой отвратил от прелестей любострастия; то излечил слепое свое око. Ежели, оставив диавольския песни, изучился псалмопению и молитве, то исцелил свою немоту. Сии суть великия чудеса, сии суть преславныя знамения, которыми мы и других можем исправлять, и сами улучить вечно блаженную жизнь, –ея же да сподобимся быть участниками благодатию и милосердием Господа нашего Иисуса Христа, Ему же слава и держава во веки веков. Аминь».

***

Глава 10

Беседа XXX

Ce аз посылаю вас яко овцы посреде волков: будите убо мудри яко змия, и цели, яко голубие ( Мф. 10:16).

Единой только Божественной премудрости и силе Господа нашего Иисуса Христа свойственно такое странное и необычайное посольство. По разчетам человеческой мудрости послать двенадцать овец в средину безчисленного множества волков, не значит ли безразсудно и безжалостно предать сии невинные жертвы на растерзание хищным зверям? Но Господь восхотел явить великое чудо своей силы и своей премудрости, избрав такие слабые орудия для произведения величайшего дела спасения рода человеческого, дабы показать, что сила Его в немощах совершается (2Кор. 12:9). Как Господь сил, конечно, Он мог бы сообщить Апостолам свою Божественную силу, и соделать их страшными для человеков, и неприступными для их зверской злобы: – но как Он сам для спасения мира явился в виде кротчайшего Агнца; то и учеников своих посылает возвещать Евангелие царствия Божия в том же виде овец, дабы они не силою, но кротостию своею побеждали зверские свойства человеков, и жестокость их пременяли в кротость и послушание слову Божию. Се аз посылаю вас, яко овцы посреде волков. Успех сего посольства оправдал Его божественную премудрость. Ибо кроткие посланники Иисуса Христа тысящи тысящей волков пременили в кротких агнцев, обратив в церковь Его безчисленное множество Иудеев и язычников.

Конечно Апостолы не своею собственною силою творили сие чудное обращение, но силою благодати пославшего их Иисуса Христа: – однакож и от них требовалось благоразумие в сем деле как и постоянное содействие благодати Божией. Почему Спаситель, посылая их на столь великое дело, дает им наставление, как им обращаться с людьми: будите убо мудри яко змия, и цели яко голубие.

Испытатели природы замечают в змие ту особенную ее осторожность, что при нападении на нее, более всего бережет она свою голову: ибо по естественному некоему

чувству знает, что вся жизнь ее заключается в голове, которая, когда остается целою, то прочие части тела, хотя бы соверщенно были отрублены, опятъ выростут; а когда голова ее сокрушена будет, тогда она умирает. Спаситель заповедует ученикам своим во всех случаях с такою же осторожностию хранить истинную в Него веру и верность. Ибо вера во Иисуса Христа есть корень, от Которого происходит истинная наша жизнь; а посему, хотя бы всё прочее у нас было отнято: имущество, друзья, сродники, покой, здравие, честь и даже самая телесная жизнь, – но ежели мы соблюдем веру во Иисуса Христа, – то всё возвратится нам сторицею. А когда теряем веру, тогда душа наша умирает вечною смертию. Потому-то Апостолы, при всех на них нападениях от человеков, не щадили ничего до последней капли крови своей, только бы сохранить в себе и сообщить другим истинную веру во Иисуса Христа. Но с сею Христианскою мудростию заповедано им соединять незлобие голубей. Из всех животных голубь наиболее отличается простотою, незлобием, и нежностию любви. Спаситель потому требует от посланников своих сих свойств, чтобъ мудрость их совершенно удалена была от всякого лукавства и змииной зловредной хитрости сынов века сего, и чтоб они при всех на них нападениях со стороны людей были незлобивы и питали нежнейшую любовь. – С какою точностию служители Иисуса Христа исполнили сию заповедь, дела их весьма ясно показывают. Быв вооружены непоколебимою во Иисуса Христа верою, и воспламенены небесным огнем любви к Богу и к человекам, пламенно желая спасения их, всякий тягостный труд они считали для себя легким, всякое страдание терпели с радостию, и всегда готовы были умирать, только бы спасти погибающих. Ап. Павел до невероятной степени простер свое незлобие и любовь к Иудеям, ненавидевшим и гнавшим его паче других Апостолов. Иудеи многократно покушались растерзать его, а он

свидетельствуется самим Богом, что желал бы даже отлучен быть от Христа, в котором едином заключалось всё его блаженство, только бы сии погибающие чада Авраамовы обратились ко Христу и получили спасение. В наши последние времена, в которые, по предсказанию Иисуса Христа, за умножение беззаконий почти изсякла чистая любовь к Богу и к человекам, сия Апостольская любовь показалась бы невозможною. Однакож всегда то останется верно, что те только сердца могут быть храмом Божиим, которые храня веру во Иисуса Христа, паче своей жизни, соблюдают Евангельскую простоту, незлобие и любовь – сии боголюбезные свойства голубя, в виде коего Дух св. благоволил явиться на Иордане. Он и почивает только в верных, простых и незлобивых сердцах. –

Внемлите же от человек, продолжает Спаситель, предадят бо вы на сонмы, и на соборищах их биют вас; и пред владыки же и цари ведени будете Мене ради, во свидетельство им и языком (ст. 17, 18).

Иисус Христос заповедав ученикам своим быть незлобивыми ко всем оскорбляющим их, повелевает им остерегаться людей, – но не того остерегаться, чтобы они не предавали их на судилища и не били и немучили их: ибо сие было для них неизбежно. Всеведущий предсказал им, что их поведут за Него пред царей и владык, для свидетельства истины пред Иудеями и язычниками. Но Спаситель остерегает их от малодушия, и внушает, чтоб они была готовы небоязненно говорить истину пред всеми сильными земли. Услышав от уст Христовых такое великое посольство некнижные ученики Его, естественно, почувствовали в сердцах своих, как им, незнающим ничего, кроме рыбарских мрежей, явиться пред царями и владыками, и что говорить? Сердцеведец, видя сокровенные их помышления, разрешает их недоумение:

Егда же предают вы, не пецытеся, како или что возглаголете; дастбося вам в той час, что возглаголете: не вы бо будете глаголющии, но Дух Отца вашего, глаголяй в вас (ст. 19, 20) .

Конечно слова Иисуса Христа имели над сердцами учеников Божественную силу, что они без всякого пререкания приняли на себя столь трудное для них посольство. Когда Бог, явившийся Моисею в купине, посылал его к одному только Фараону, извести Израиля из работы Египетской: то он, будучи воспитан при царском дворе, и научен всей человеческой премудрости, троекратно отрицался от возлагаемого на него посольства своим безсилием и косноязычием. Но в учениках Христовых, посылаемых к царям всей вселенной, для изведения рода человеческого из области тьмы во свет веры истинной, достойна удивления младенческая их преданность своему Учителю. Господь обнадеживает их, что они не должны заботиться о том, как и что им говорить пред царями и владыками: ибо в тот самый час Он даст им уста и премудрость, которой никто не может противиться, поелику они не сами от себя будут говорить, но св. Дух научит их, что им надобно говорить. – Обещание сие Спаситель исполнил, излив на них Духа Св. после вознесения своего на небо, а нам верующим преподал весьма важное наставление, что слова Апостолов, написанные в Евангелии и в их Посланиях, мы должны принимать не яко слова человеческие, но яко глаголы Духа Божия, могущие нас умудрить во спасение. – И казалось, что глаголы Духа Божия, глаголы жизни вечной все люди примут с радостию, и богодухновенных проповедников будут почитать и любить яко своих благодетелей: но Спаситель предсказывает совсем тому противное.

Предаст же брат брата на смерть, и отец чадо: и востанут чада на родители, и убиют их, и будете ненавидими всеми, имене Моего ради: претерпевый же до конца, той спасен будет (ст. 21, 22).

Иисус Христос в нощной беседе своей с Никодимом ясно изложил причину, почему люди, для спасения которых Он пришел на землю, вместо того, чтоб возлюбить Его, яко своего Спасителя, возненавидят Его. Свет прииде в мир, и возлюбиша человецы naчe тьму неже свет: Быша бо дела их зла. Всяк бо, делаяй злая, ненавидит света, и не приходит к свету, да не обличатся дела его, яко лукава суть (Ин. 5:19, 20). Сия ненависть ко свету истины в людях, привыкших к злу, и ослепленных страстями своими, до такой степени укоренилась, что братья, забывши родственную любовь, предавали на смерть братьев своих, уверовавших во Христа; отцы оставляли естественную нежность к детям своим, обратившимся ко Христу; дети простирали убивственные руки свои на родителей за веру их во Христа. – Но вся злоба и ненависть людей, ожесточенных в неверии, обращались на посланников Иисуса Христа, которых они считали своими злодеями. И какой предлежал подвиг терпения Апостолам, которые не на короткое время, но безпрестанно и во всю жизнь должны были страдать за имя Иисуса Христа, как Он предсказал им: претерпевый до конца той спасен будет!

Жизнь Апостолов действительно была безпрерывным продолжением страданий, доколе все почти оную окончили мученическою за Христа смертию. Св. Павел необинуяся глаголет: по вся дни умираю (1Кор. 15:51). Для нас слабых Христиан кажется непостижимым, как Спаситель Христос самых любезнейших друзей своих предал, так сказать, такой безотрадной участи. И как доставало им терпения переносить такие

подвиги и страдания? Но таков путь к жизни вечной, путь креста освященный самим Начальником и совершителем веры нашей Иисусом: и такова есть сила Божественной

любви Его! Кому Спаситель Христос по особенной своей милости благоволил сообщить хотя малую искру небесного огня любви своей, для того страдания за имя Его делаются несравненно вожделеннее и сладостнее всех сокровищ и всех утех мира сего. – Люди, истинно богобоязненные, размышляя о том, что претерпел для спасения нашего Иисус Христос, и что пострадали Апостилы, Мученики, Преподобные, и все святые, приходили всегда в трепет о том, какая горькая участь после сей жизни ожидает нераскаянных грешников, утопающих в неге, в роскоши, в забавах. – И размышление сие раждало в них истинное покаяние, и деятельное обращение от сует и соблазнов мира сего к Богу, к прилежному хранению всех Его заповедей, и терпению в подвигах благочестивой и добродетельной Христианской жизни. В самом деле, ежели Христиане суть члены Иисус Христа; то свойственно ли членам провождать жизнь в безпечности, в неге и роскоши, когда глава Спасителя их увенчана и вся прободена терновым венцом?...

Но в мире господствует пагубное заблуждение, будто бы можно быть Христианином и стяжать царствие небесное, не победив своих страстей, и не трудившись до конца жизни в подвигах благочестия и творения заповедей Евангельских. – Нет, братие, нет. Царствие небесное дорогою ценою куплено нам Спасителем Христом и дорогою ценою трудов наших приобретается.–

Почему, возлюбленные в Господе, когда пробуждается у вас совесть или от размышления о страстях Христовых, или от некоего, внутреннего побуждения, и раждается желание соделаться истинными рабами Иисуса Христа: – примите сие

святое чувство, как посланника Христова, как отеческий глас Его; – шествуйте по гласу сему с терпением. – Вас сретят многие искушения и со стороны собственных ваших слабостей и привычек, и со стороны соблазнов ближних ваших: – страшитесь предпочитать лукавые советы ложных друзей ваших, привлекающих вас к мирской, плотской, разсеянной жизни, – сему гласу Иисуса Христа, зовущему вас к молитве, к поучению в слове Божием и к благоговейной Христианской жизни. Сие пагубное предпочтение обнаружило бы вашу неверность к Спасителю вашему, и презрение к тайным посланникам Его. Путь креста сначала покажется всем скучным и тягостным;– но любовь Иисуса Христа, любящего нас весьма нежно, соделает скоро иго Его сладким, и бремя Его легким.– Претерпевый до конца той спасен будет. Аминь.

***

Беседа XXXI

Егда же гонят вы во граде сем, бегайте в другий. Аминь бо глаголю вам, не имате скончamu грады Израилевы, дóндеже приидет Сын человеческий (Мф. 10:23).

Заповеди Иисуса Христа, данные Апостолам, дышат всею нежностию чадолюбивого Отца. Предсказав им труды и страдания, которые должны они были подъять в проповеди Евангелия, Он не скрывает от них, что повсюду сретят их гонения за имя Его. Но как жизнь их была очень драгоценна для спасения рода человеческого, то Он повелевает им беречь оную, и без крайней нужды не подвергать себя опасности лишиться ее. Когда их будут гнать в одном граде, Он заповедует им бегать в другой, не по малодушной боязни, но с великодушным намерением и в других городах сеять спасительное семя слова Божия. Ибо такое множество городов Израилевых ожидали проповеди Евангельской, что всем проповедникам достанет их до самого второго на землю пришествия Иисуса Христа. Аминь бо глаголю вам, не имате скончати грады Израилевы, дóндеже приидет Сын человеческий. Как Иудея была слишком мала для проповедиЕвангельской, и Апостолы очень скоро всю ее прошли: то здесь под именем градов Израилевых, по изъяснению Отцов Церкви, разумеются все те грады всей вселенной, без всякого различия племен и народов, где найдутся верующие во Иисуса Христа, которые в духовном смысле суть чада Авраамовы и овцы дома Израплева; как Спаситель в другом месте Евангелия сказал о обращении язычников в Церковь свою: И ины овцы имам, яже не суть от двора сего: и тыя Ми подобает привести, и глас мой услышат: и будет едино стадо и един Пастырь (Ин. 10:16). Так Иисус Христос и самые гонения воздвигаемые на Церковь Его Иудеями и язычниками обращал к распространению Евангелия по всей вселенной. И посланники Его самым бегством своим одерживали преславные победы, и приобретали великое множество верующих от всех племен и языков. История Церкви представляет множество примеров, что самые великие и неустрашимые ревнители истины часто укрывались от ярости гонителей, и бегая из одного места в другое, всю вселенную засеяли семенем слова Божия. И тогда только предавали себя на смерть, когда или по откровению Божию, или по другим несомнительным признакам извещались, что они должны были пожертвовать своею жизнию для славы имени Христова и для пользы Церкви Его. Но Апостолы не каменное имели сердце. Слыша от уст Спасителя предсказания повсеместных на них гонений, страданий, поношений, мученической смерти, они не могли быть нечувствительны. Иисус Христос, видевший все движения сердец их, ободряет их такими Божественными словами, которые, как Апостолам при всех воздвигаемых на них бурях искушений всегда внушали непоколебимую твердость, так и всем истинно верующим, в подобных случаях, могут служить крепким ограждением их веры и добродетели.

Несть ученик над учителя своего, ниже раб над господина своего. Довлеет ученику, да будет яко учитель его, и раб, яко Господь его. Аще Господина дому Веельзевула нарекоша, кольми паче домашния его? (ст. 24, 25).

Для человеческого сердца может быть нет ничего несноснее, как терпеть презрение и поношение. Искушение сего рода так велико, что очень многие лучше соглашаются умереть, нежели сносить оное. Спаситель Христос, не истребляя сего чувства чести свойственного человеку, но возвышая оное превыше мнений человеческих, самого себя представляет в пример терпения поношений всякого рода. Он говорит Апостолам: ученик не выше учителя, и раб не выше господина своего. Довольно для ученика и для раба, чтоб они были так как учитель и господин их. И ежели Его, Господа и Царя славы, Иудеи называли Веельзевулом, именем самым поноснейшим, приличным князю бесовскому: то кольми паче учеников Его будут осыпать всеми возможными поношениями. Ежели Он, безгрешный и Святой святых, сносил все поношения, и для возвращения человекам потерянной грехами их истинной вечной славы, пожертвовал своею Божественною славою: то велико ли есть грешникам за имя Его пожертвовать своим честолюбием? Апостолы, взирая на Начальника и Совершителя веры Иисуса, который вместо предлежащей Ему радости претерпел крест (Евр. 12:2) и поноснейшую смерть, не только без всякой скорби сносили всякого рода поношения, но принимали оные с великою радостию. Так, когда начальники Иудейские выгнали их с биением из своего сонмища, – они идяху радующеся от лица собора, яко за имя Господа Иисуса сподобишася безчестие прияти (Деян. 5:41). И для всякого истинного Христианина нет большей чести, как за имя Господа Иисуса терпеть безчестие.

Не убойтеся убо их, продолжает Спаситель: ни что же бо есть покровено, еже не открыется, и тайно, еже не уведено будет. Еже глаголю вам во тме, рците во свете: и еже во уши слышите, проповедите на кровях (ст. 26, 27).

После явных гонений и поношений со стороны Иудеев и язычников Апостолам предлежал подвиг сражаться с тайными ухищрениями злобы неверующих, которыми они силились затмить истину всякою ложью и клеветою на проповедников ее. Спаситель Христос ободряет учеников своих тем Божественным уверением, что нет ничего сокровенного, что бы не открылось, и тайного, что бы не было узнано; что истина и добродетель их рано или поздно восторжествует и прославится повсюду; а ложь, клевета

и беззаконие, под какою бы личиною ни скрывались, будут открыты и преданы вечному посрамлению; а потому и повелевает Он служителям слова своего, проповедать везде торжественно и всенародно то, что Он говорил им наедине, и как бы на ухо. Вот величественная черта истины, не имеющей надобности скрывать себя, противоположная гнусному характеру лжи и неправды, которая всегда ищет мрака, – ибо боится света, да не обличится ее гнусность и лукавство. И как верно события оправдали истину слов Спасителя! – Смиренные посланники Иисуса Христа и все поборники веры и благочестия, кровию своею запечатлевшие истину исповедания своего, толико презираемые и уничижаемые от сильных земли, так прославлены еще Церковию воинствующею на земле, что и самые венценосные главы благочестно покланяются праху их. Между тем гордые и лукавые гонители их, при маловременной земной их жизни толико возвышаемые ласкательством, по смерти их преданы посрамлению.

И не убойтеся от убивающих тело, души же не могущих убиmu: убойтеся же naчe могущаго душу и тело погубити в геенне (ст. 28). Страх смерти, и особенно насильственной свойствен естеству человеческому. Но сей страх смерти временной Спаситель прогоняет страхом смерти вечной. Он заповедует Апостолам не бояться тех людей, которые могут только убить тело, но не могут убить души, – но бояться Бога, который за неверность и беззакония осудит и душу и тело на вечную погибель в геенне, не отнимая бытия у беззаконников, но лишая их жизни святых, оставляя душам их вечную смерть в безсмертном сосуде. Ибо смерть души состоит в отлучении от Бога, так как и жизнь ее –- в соединении с Богом. И поелику временное разлучение душ святых с телом не только не разлучает их от Бога, но паче способствует к вечному их с Ним соединению: – то и временная

смерть праведников не есть собственно смерть, но начало лучшей, блаженной, вечной жизни со Христом в Боге. И посему-то Ап. Павел говорит: Мне еже жити, Христос, а еже умрети приобретение (Флп. 1:21). И все истинно возлюбившие Иисуса Христа, не только не боялись жертвовать из любви к Нему временною своею жизнию: но сподобиться умереть за Христа, считали для себя особенною Его к ним милостию. Так безчисленные сонмы мучеников на самую мучительную смерть шли как на торжество их веры; и желали разлучения с телом как конца своих бедствий и печалей и начала вечного блаженства и вечной радости. Совершенная любовь их к Богу изгоняла из сердец их страх и временной и вечной смерти. Но заметьте, братия, что в такое совершенство любви к Богу не можно достигнуть без страха Божия. Слово Божие говорит: Начало премудрости есть страх Господень (Пс. 110:10). Он так нужен для всякого спасаемого, что Спаситель почел за необходимое глубоко насадить его в сердцах самых Апостолов своих, дабы он был всегдашним стражем их верности к Богу. Без него так же нельзя совершиться в любви к Богу, как нельзя быть плодам на древе без корня. Почему обольщает себя всякой тот, кто думает иметь любовь к Богу, не совершившись прежде в страхе Божием. А совершенство страха Божия в том состоит, когда истинный Христианин так боится нарушить и едину заповедь Божию, что считает себя погибшим для жизни вечной в случае нарушения ее, – а потому паче всего сердце свое бережет не только от дел, но от слов, и самых мыслей Богопротивных, и дотоле не успокоивается, доколе не загладит и самых малых грехов своих истинным покаянием. Сим-то благоговейным страхом Божиим святые, очистивши себя от всякого греха, переходили в такое состояние любви к Богу, что небоязненно и с радостию предавали себя мучителям на смерть, желая разрешиться от уз плоти и жить со Христом.

Впрочем, хотя мучители, по-видимому, имели всю власть над жизнию посланников Иисуса Христа, и поборников веры умерщвляли по своему произволению, но так думали они, ослепленные неверием и гордостию своею, – а в самом существе невидимый промысл Отца небесного столь бдительно хранил их жизнь, что без воли Его и влас главы их не мог погибнуть, как Спаситель уверяет учеников своих:

Не две ли птицы ценятся единым Ассарием? И ни едина от них падет на земли без Отца вашего: вам же и власи главнии вси изочтени суть. Не убойтеся, убо: мнозех птиц лучши есте вы (Мф. 10:29, 30, 31).

Утешительные слова сии Спасителя разкрывают нам глубину милосердого промысла Отца небесного, и той безпредельной Его благости, которая отеческие попечения свои простирает не только на судьбу человеков, но и на самомалейшие Его твари. Что дешевле тех малых и ничтожных птиц, из которых две покупаются за самую малейшую монету? Но из них ни единая не падает на земле без Отца небесного, ни единая несть забвена у Него, но всех их Он сохраняет, питает, греет. А посланники Иисуса Христа, яко ближайшие служители в деле спасения рода человеческого, так близки к сердцу Отца небесного, что все волосы на главах их сочтены суть пред очами Его. А потому и жизнь их, и все дела их, и все слова и намерения их, и смерть их, под распоряжением особенного об них промысла Отца небесного, обращалась в пользу и спасение рода человеческого и во славу Божию.

Конечно, братие, и всякий человек, яко созданный по образу Божию, по сотворению своему назначен быть столь же близким к сердцу Отца небесного. – И он всегда был к нему так близок. – Но грехи наши такое делают разлучение между Богом и нами, что грешники, по праведному суду Его, лишаются особенного об них промысла Божия. – Ибо как они, не соблюдая заповеди Божией, обращаются с Богом лукаво, то и Бог праведно предает их собственным страстям. Но Господь, по преизбытку милосердия своего, не только любит праведников, но и грешников милует, – доколе они не совсем еще развратились. Милует не тогда только, когда посылает нам благословения неба и земли и попущает провождать жизнь в изобилии и счастии, но тогда наипаче, когда отеческая десница Его наказывает нас для спасения душ наших, – и призывает нас к покаяниию, дабы мы нераскаянностию не лишились вечной жизни. Когда по неисповедимым, но всегда праведным, судьбам своим попущает такие бедственные произшествия, в которых тысячи лишаются и имущества и жизни, – как истинный Христианин должен с благоговением смотреть на такие произшествия и пользоваться ими во спасение души своей, – Спаситель не оставил нас без наставления. – Некогда пришли к нему, и возвестили о Галилеянах, которых кровь Пилат смесил с жертвами их. – И отвещав Иисус рече им: мните ли яко Галилеяне сии грешнейши naчe всех Галилеян бяху, яко тако пострaдaшa? Ни, глаголю вам: но аще не покаетесь, вси такожде погибнете. Или они осьмнадесяте, на них же паде столп Силоамский, и поби их, мните ли яко тии должейши бяху паче всех живущих во Иерусалиме? – Ни, глаголю вам: но аще не покаетеся, вси такожде погибнете (Лк. 13:2–5). Всякое нещастное произшествие есть глас Господа зовущего нас к покаянию, да обратившись к Нему всем сердцем, сподобимся обресть у Него милость, и стяжать жизнь вечную во Иисусе Христе, Ему же со Отцом и святым Духом слава и держава во веки веков. Аминь.

***

Беседа ХХХІI

Всяк убо, иже исповесть Мя пред человеки, исповем его и Аз пред Отцем Моим, иже на небесех. А иже отвержется Мене пред человеки, отвергуся его и Аз пред Отцем Моим, иже на небесех (Мф. 10:32–33).

Ежели бы, братие, и не обещана была награда нам за исповедание Господа нашего Иисуса Христа пред человеками: но одно чувство любви и благодарности к Нему, Искупителю и Спасителю нашему, долженствовало бы всегда нас к сему побуждать. Ибо что значит исповедать Его пред человеками? Значит, не токмо веровать всем сердцем, что Он, единородный Сын Божий, по безприкладному милосердию своему, пришел в мир грешников спасти, и содержать верно всё учение Его до последнего издыхания нашего: но и устами и делами своими исповедывать оное везде и всегда пред людьми для их спасения, которое без веры в Него, единого Спасителя рода человеческого, невозможно. Сердцем бо вруется в правду, усты же исповедуется во спасение (Рим. 10:10), говорит святой Апостол Павел.

Для сердца истинно любящего Бога и ближних нет ничего сладостнее сего исповедания безконечной любви и милосердия Господа Иисуса к роду человеческому. Но видно подвиг исповедания Его пред человеками есть нечто великое пред очами Божиими, что Спаситель благоволил ободрить таковых исповедников обещанием толь великого воздаяния – исповедать и прославить их пред самим Отцом небесным.

Веровать в Господа Иисуса Христа в тайне сердца своего, но не исповедывать веры своей, явно, есть не всем, но половиною только сердца веровать в Него: – в таком двоедушном сердце недостает любви к Господу Иисусу. Ибо от избытка сердца и уста глаголют (Мф. 12:54), по словам Писания. Исповедать Иисуса Христа пред человеками тогда, когда они за сие воздают похвалами, а молчать и скрывать веру в Него при опасности гонения от них, есть недостойное Христианина предательство истины, – есть себя проповедывать, – а не Иисуса Христа распятого.

Исповедывать Его устами, а жизнию и делами своими не сообразоваться Его учению и заповедям, есть гнусное пред очами Божими лицемерие. Истинный исповедник

Иисуса Христа есть тот, который везде во всех обстоятельствах жизни и устами и делами исповедует Его небоязненно пред всеми людьми, и всегда готов за истину учения Его пожертвовать не только всеми земными благами, но и самою жизнию своею, когда Богу угодно будет потребовать от него сей жертвы.

Сей-то великий подвиг исповедничества предлежит, во-первых, Апостолам Иисуса Христа, которым надлежало проповедать Евангелие царствия Божия Иудеям и язычникам,

между тем, как те и другие воздвигали на них жестокие гонения всякого рода и преследовали их до самой мученической кончины. Обращенные проповедию их Христиане первенствующей Церкви среди гонений, среди ужасных мучений, какие только дух злобы мог изобресть, среди смертей исповедали Господа Иисуса Христа пред человеками, и безчисленные сонмы святых Мучеников, кровию своею запечатлев истину исповедания своего, оставили примеры непоколебимой твердости в вере и любви ко Господу

Христианам всех последующих времен. Ибо хотя явные гонения на Церковь престали, но тем не менее всякий истинный Христианин имеет долг и всегдашние случаи исповедать Господа Иисуса Христа пред человеками чистотою и твердостию веры и святостию жизни, как говорит Спаситель: тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят добрая дела ваша, и прославят Отца вашего иже есть на небесех (Мф. 5:16).

И как во времена гонений были несчастные, которые или из страха

мучений и смерти, или из пристрастия к земным благам мира сего отвергались Иисуса Христа пред мучителями: так и без наружных гонений есть своего рода отвергающиеся Господа. Это суть те лицемерные Христиане, которые хотя устами исповедуют Иисуса Христа, но беззаконною жизнию отвергаются Его учения. Это суть те, о которых

говорит Апостол Павел: яко в последния дни настанут времена люта: будут бо человецы самолюбцы, горды, хулницы, родителям противящиися, неблагодарны, неправедни, нелюбовни, непримирителни, клеветницы, предателе, нагли, напыщени, сластолюбцы паче, нежели боголюбцы: имущии образ благочестия, силы же его отвергшиися (2Тим. 3:1–5).

Господь, верный в обещаниях своих, прославил уже и в воинствующей на земле Церкви исповедников своих Апостолов, Мучеников, Преподобных и Праведных; но неизреченною славою прославит их пред Отцом небесным и пред всеми святыми Ангелами в Церкви торжествующей на небесах, когда приидет судить живых и мертвых. Тогда, по праведному и нелицеприятному суду своему, отвержется Он тех, пред Отцом небесным и пред всею вселенною, которые отверглись Его пред человеками; – тогда речет им: не вем вас, отъидите от Мене вси делающие беззаконие (Мф. 7:23). Тем же, братие моя возлюбленная, хотите ли и вы иметь участие в наследии жизни вечной со всеми исповедниками Господа Иисуса Христа? Тверди бывайте в вере и любви, непоступни, избыточествующе в деле Господни всегда, ведяще, яко труд ваш несть тощ пред Господем (1Кор. 15:58).

Не мните, яко приидох воврещи мир на землю, продолжает Спаситель, не приидох воврещи мир, но меч. Приидох бо разлучити человека на отца своего, и дщерь на матерь свою, и невесту на свекровь свою: и врази человеку домашнии его (34–36).

Слова сии не то означают, чтобы Спаситель хотел разрушить мир между человеками, и семейственное согласие между родными, которых самое естество так тесно соединяет. Ибо как может хотеть разрушить мир Тот, который пришел примирить человеков с Богом, и при самом рождении которого, Ангели воспели: Слава в вышних Богу и на земли мир? (Лк. 2:14). Но до пришествия Его было на земле вместо истинного мира, единомыслие лукавства между всеми человеками, отступившими от Бога. И сие-то пагубное единомыслие, которое составляло совокупную вражду на Бога, пришел Иисус Христос разсечь мечем слова своего, дабы водворить между верующими истинный мир с Богом и с ближними. И как Он всеведущий предвидел, что в одном семействе будут верные и неверные, и от сего естественно последует разделение между отцом и сыном, между материю и дщерию, и между невесткою и свекровию: то верующим заповедует, чтобы они, для сохранения верности к Нему, разлучались и от родных своих, ежели не могут иначе соблюсти в целости своей веры. Ибо в таком случае мир с родными был бы пагубною для спасения душ наших изменою Господу Иисусу Христу. Не всегда согласие есть добро; и не всегда разделение есть зло. Добро есть согласие в истине и добродетели. А единомыслие с нечестивыми всегда есть пагубно. И они-то суть враги душ наших, хотя бы были домашние наши, и самые близкие к нам по плоти и крови. Разделение с таковыми часто бывает полезно для обращения их на путь истины, и всегда спасительно для нас. Ибо предохраняет нас от нарушения самой первой и главной заповеди – любить Господа Бога паче всего, которую внушает Спаситель.

Иже любит отца или матеръ паче Мене, несть Мене достоин: ииже любит сына или дщерь паче Мене, несть Мене достоин (ст. 37).

Иисус Христос пришел возжечь угасший в сердцах человеков огнь любви к Богу, не для того, чтоб истребить в сердцах детей любовь к родителям, и любовь родителей к детям, которая весьма естественна, и заповедана словом Божиим; но для того дабы любовь сию соделать чистою и святою. Любовь родителей и детей тогда только есть свята, когда они любят Господа Бога, паче всякой твари, какая бы она ни была. А всякая любовь, которая заставляет любить тварь паче Творца, есть беззаконная и пагубная как для любящих, так и для любимых. И сию-то нечистую любовь Спаситель осуждая, хощет насадить в сердцах верующих взаимную любовь такую, которая бы основана была на любви к Нему – Богу и Спасителю нашему. Для того хощет, что от сей только любви проистекает истинное наше блаженство и спасение душ. Потому и заповедует, для сохранения сей любви, жертвовать всем, даже и самою жизнию нашею.

И иже не приимет креста своего, и в след Мене грядет, несть Мене достоин. Обретый душу свою погубит ю: а иже погубит душу свою Мене ради, обрящет ю (ст. 38, 39).

Как сам Он пожертвовал своею жизнию, и для спасения нашего положил душу свою, претерпев крестную смерть: то справедливость требует, и нам для Него жертвовать всем, и следовать за Ним, нося такой крест, какой угодно будет Его благости возложить на нас, хотя бы сие стоило нам жизни нашей. В таком случае, кто отвергается Его, дабы спасти свою жизнь, тот погубляет свою душу – а кто для Него жертвует всем, не щадя и жизни своей, тот спасает свою душу: Обретый душу свою погубит ю, а иже погубит душу свою Мене ради, обрящет ю.

Вот верх и совершенство любви истинно верующих Господу Иисусу Христу, которую Он заповедая оканчивает наставления свои Апостолам. Но как они тогда были еще слабы, и не могли не смущаться слыша предвещания толиких подвигов, скорбей и крестной жизни и смерти: то Спаситель ободряет их тем, что между множеством неверных найдутся многие такие, которые будут принимать их как благодетелей своих, и в утешение их обещает приемлющих их соделать участниками в должном им воздаянии.

Приемляй вас Мене приемлет, а иже приемлет Мене, приемлет пославшаго Мя. Приемляй Пророка, во имя пророче, мзду пророчу приемлет: и приемляй Праведника во имя праведниче, мзду праведницу приемлет: и иже аще напоит единаго от малых сих чашею студены воды, токмо во имя ученика, аминь глаголю вам, не погубит мзды своея (ст. 40–42).

Во времена Апостолов принятие их верующими было очень важно: ибо приемлющие их разделяли с ними все опасности верования в Господа Иисуса. А потому и награда сего принятия так велика, что Спаситель приемлющих Апостолов почитает, как бы они Его самого принимали. Но что означает принимать Апостола во имя ученика, Пророка во имя пророче, и Праведника во имя праведниче? Различные суть причины, по которым мы взаимно друг друга принимаем: иного принимаем по родству, иного по дружбе; иного по уважению к земным достоинствам. Все сии виды принятия сами в себе хороши; но не об них говорит здесь Спаситель. Важную и великую награду заслуживало принимать Апостолов потому только, что они ученики Христовы, не смотря на их бедность и незнатность, и на то, что мир их гнал. В сем только отношении Спаситель принятие их обещает наградить так щедро, что и чаша студеной воды, поданная им, не останется без сторичного воздаяния. Так же велико есть пред очами Божиими принимать Пророка, потому только что он Пророк Божий, и Праведника, потому только что он Праведник, хотя бы они были беднейшие и самые презренные в очах мира.

В наше время и мы можем и должны принимать Апостолов, последуя их учению со всею верностию, принимать Пророков веруя их предсказаниям, принимать Праведников, подражая их жизни, принимать самого Господа нашего Иисуca Христа в лице нищих и бедных, которых Он не стыдится нарицать меньшею братиею своею, – и к милующим бедных речет на последнем суде: Приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира: Взалкахся бо, и дасте Ми ясти: возжадахся, и напоисте Мя: странен бех, и введосте Мене: наг, и одеясте Мене: болен, и посетисте Мене, в темнице бех, и приидосте ко Мне. Понеже сотвористе единому сих братий Моих менших, Мне сотвористе (Мф. 25:34–40). Аминь.

***

Глава 11

БеседаХХХIII

И бысть, егда соверши Иисцс заповедая обеманадесяте ученикома своима, прейде оттуду yчumu и проповедати во градех их (Мф. 11:1).

Господь Иисус Христос, дав наставления ученикам своим, и сообщив им силу именем Его творить чудеса, для первых опытов проповеди Евангелия послал их пред собою в окрестные веси, как повествует святой Евангелист Марк: Они же изшедше проповедаху, да покаются: и бесы многи изгоняху; и мазаху маслом многи недужныя и исцеливаху (Мк. 6:12). А между тем сам Он божественными стопами своими проходил грады Иудейские, повсюду разливая свет небесного учения своего, и благодетельствуя людям.

Иоанн же слышав во узилищи дела Хpucmoвa, посла два от ученик своих, рече Ему: ты ли еси грядый, или иного чаем? (ст. 2–3).

Как в премудром устроении видимого мира, по прошествии ночи, утром прежде является на небе денница, возвещающая скорое восхождение солнца, а по восхождении

солнца денница скрывается от очей наших: – так и в премудрейшем строительстве спасения рода человеческого, после глубокой и продолжительной ветхозаветных времен нощи, освещаемой звездами Пророческого учения, – послан от Бога Иоанн возвестить миру скорое явление Господа Иисуса Христа, как денница самого солнца правды. – Предтеча Господень проповедывал крещение покаяния и оставления грехов, во имя грядущего Спасителя мира, – гласом крепким вопиял в пустыне ко всем: покайтеся приближибося царствие небесное (Мф. 3:2). Но когда слава проповеди и чудес Спасителя прошла во все пределы страны Иудейской, тогда Иоанн, совершив важнейшее служение Предтечи Господня, подобно деннице, после восхождения солнца сокрылся в темницу, в которую он ввержен Иродом за обличение беззакония его. Но сей верный служитель Божий, и находясь в темнице, не преставал свидетельствовать о свете истинном, Господе Иисусе Христе до самой мученической кончины своей. Из темницы посылает он двух избраннейших учеников ко Иисусу вопросить Его, Он ли есть обещанный Богом Избавитель и Спаситель мира, которого пришествие возвещали Пророки от начала мира, или другого должно нам ожидать? Но что за причина сего столь странного посольства и вопрошения? Неужели Иоанн дотоле не был еще убежден в том, что Иисус Христос есть обетованный Спаситель мира? Неужели мог сомневаться в сем тот, который еще во чреве матернем, при недостатке слова, проповедывал пришествие Его игранием радости; который при крещении Его с благоговейным трепетом говорил Ему: Аз требую тобою креститися, и Ты ли грядеши ко мне? (Мф. 3:14); который по крещении Его видел отверстые небеса, слышал глас Отца небесного: Сей есть Сын мой возлюбленный о Нем же благоволих (3:17); видел Духа Святого в виде голубя сшедшего и почившего на Нем? который несколько раз перстом указуя на Него, свидетельствовал всем велегласно: се Агнец Божий, вземляй грехи мира? (Ин. 1:36).

Итак очевидно, что не для своего убеждения, но для уверения учеников своих Иоанн послал их ко Иисусу Христу с сим вопрошением.

Из повествования Евангелия известно, что ученики Иоанновы, пленившись Ангелоподобною святостию жизни его, и Божественною силою его учения, так к нему прилепились, что никак не хотели отстать от него и тогда, когда уже Спаситель Христос проповедию и чудесами своими привлекал к себе всех. Даже известно, что они имели слабость, свойственную человекам, еще несовершившимся в благочестии, завидовать славе Иисуса Христа, пред которою, по мнению их, начинала умаляться слава их учителя. Ибо они еще не знали, кто есть Иисус Христос, а потому учителя своего, по необычайной строгости и по старейшинству, ставили высшим Его. При жизни своей Иоанн, как верный служитель Божий, всячески старался истребить в учениках своих сию, хотя искреннюю, но неуместную их к нему ревность, и привесть их к вере во Иисуса Христа. Так, когда они после спора о сем с Иудеями пришли к нему и выразили сию ревность говоря: равви, Иже бе с тобою обонпол Иордана, Ему же ты свидетельствовал еси, се сей крещает, и вси грядут к Нему. Он им отвечал: вы сами мне свидетельствуете, яко рех: несмь аз Христос, но яко послан есмь пред Ним. Оному подобает расти, мне же малитися (Ин. 5:26, 28, 30). Но ученики его, приписывая сии слова глубокому его смирению, оставались при своем мнении. Находясь в темнице, и по откровению Божию предвидя близкую свою кончину, Предтеча Господень, заботясь о спасении учеников своих, изобретает премудрое средство к совершенному истреблению в умах их излишней к нему привязанности, дабы они после смерти его, желая прославить учителя своего, не отделились от учеников Иисуса Христа. Будучи уверен, что Господь Иисус Христос божественною премудростию своею исправит погрешительное их мнение, он, разделяя с ними немощи их, под покровом собственного недоумения, посылает двух из них с сим вопросом: ты ли еси грядый, или иного чаем? Вот совершенный образец истинных служителей слова Божия, которые не только не ищут славы своей, но боятся оной, и паче всего заботятся о том, чтоб вся слава служения их принадлежала единому Богу.

И отвещав Иисус рече им: шедше возвестите Иоаннови, яже слышите, и видите. Слепии прозирают, и хромии ходят, прокаженнии очищаются,и глусии слышат, мертвии востают, и нищии благовествуют, и блажен есть, uжe аще не соблазнится о Мне (ст. 46).

Всеведущий Господь Иисус, разумея мысли своего Предтечи, на необычайный его вопрос, необычайный дает ответ. Отвечает не словами, что Он естъ Спаситель мира, обетованный Отцом, – ибо сие соблазнило бы Иудеев, которые и без того говорили Ему: Ты сам о себе свидетельствуеши (Ин. 8:15). Но такими делами, из которых ученики Иоанновы должны были совершенно в том увериться. Святой Евангелист Лука повествует, что Спаситель в тот же час, вместо ответа посланным, исцелил многих от недугов и ран и духов злых, и многим слепым даровал прозрение. И после уже сих благодетельных чудес, которых ученики Иоанновы были очевидцами, дает им ответ: идите возвестите Иоанну что слышите, и видите. Слепые прозирают, хромые ходят, прокаженные очищаются, глухие слышат, мертвые воскресают, и нищим благовествуется. Сии чудные и благотворительные роду человеческому дела, свойственные единому Богу, как несомнительные признаки обетованного Спасителя мира, возвещены об Нем чрез Пророка Исаию: Укрепитеся руце ослабленныя; и колена разслабленная, утешитеся малодушнии умом, укрепитеся, не бойтеся. Се Бог наш суд создает, и воздаст, той приидет и спасет нас. Тогда отверзутся ока слепых, и уши глухих услышат. Тогда скочит хромый яко елень, и ясен будет язык гугнивых (Ис. 35:3–6). Дух Господень на Мне, егоже ради помаза Мя , благовестити нищим посла Мя, исцелити сокрушенныя сердцем, проповедати пленником отпущение, и слепым прозрение (Ис. 61:1). Иисус Христос словами своими, указуя ученикам Иоанновым на сии пророчества, разрешает их об нем сомнение. А дабы совершенно истребить в душах их погрешительное их об Нем мнение, Он им показывает, что от божественного Его всеведения, не могут скрыться тайные помышления их сердца. Глубокое смирение и уничижение Спасителя, под которым сокрывалась слава Божества Его, соблазняла как их, так и прочих Иудеев, по ложному понятию мира и плоти, ожидавших явления Мессии во всём блеске и славе видимого царского величия. Потому Он и заключил ответ свой сими словами: Блажен есть иже аще не соблазнится о Мне; то есть, блажен всякий тот, кому глубокое смирение и уничижение Иисуса Христа во время жизни Его на земле и крестная Его смерть не воспрепятствуют веровать в Его божество. Спасительное действие сего ответа в сердцах учеников Иоанновых произвело то, что они возвратились к своему учителю с верою во Иисуса Христа Господа нашего, и по кончине Предтечи присоединились к ученикам Его.

Блажени убо и мы, братие, что по неизреченному милосердию Отца небесного, с самого младенчества нашего принадлежим к святой и православной Церкви верующих в Господа и Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Но блаженство сие, к вящшему нашему несчастию, мы можем потерять, и лишиться наследия жизни вечной, стяжанной нам божественною кровию Искупителя нашего, ежели не удержим до конца исповедания нашего не только словами, но паче делами, по заповедям Евангелия Его и святостию жизни нашей. – Святой Апостол Павел увещавает верующих: Мир имейте и святыню, без которой никтоже узрит Господа (Евр. 12:14). Тот еще слеп и не прозрел умными очами, чье сердце обольщено и прилеплено или к богатству земному, или к славе мирской, или к роскоши и суетным наслаждениям века сего, – а не полагает всего сокровища своего на небесах: ибо идеже, есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6:21), говорит Спаситель. Тот еще хром, кто не старается всеми силами своими ходить непреткновенно по пути заповедей Евангелия Господа Иисуса, а творит волю похотей плоти и мира. Тот еще прокажен, в чьем сердце гнездится владычество грехов со всеми сквернами плоти и духа. Тот еще глух к

слышанию словес Божиих, кто в законе Господни не поучается день и нощь, а повинуется пагубным внушениям похоти очес, похоти плотской и гордости житейской. – Тот еще мертв, кто не умер греху, и кто еще себе живет, а не умершему и воскресшему за нас Господу и Богу и Спасителю нашему Иисусу Христу.

Востанем убо спящии, и воскреснем от мертвых, и осветит нас Христос, и пойдем во смирении сердца по гласу Господа нашего. Бог же мира возведый из мертвых Пастыря овцам великаго кровию завета вернаго, Господа Нашего Иисуса Христа да совершит вы во всяком деле блазе, сотворити волю Его, творя в вас благоугодное пред Ним Иисус Христом Ему же слава во веки веков (Евр. 13:20, 21). Аминь.

***

БеседаXXXIV

Отшедшема же ученикома Иоанновыма, нaчaт Иисус народам глаголати о Иоанне: чeco изыдосте в пустыню видети? Трость ли ветром колеблему? Но чeco изыдосте видети? Человека ли в мягки ризы облеченна? Се иже мягкая носящии в домех царских суть. Но чеco изыдосте видети? Пророка ли? Ей глаголю вам, и лишше Пророка (Мф. 11:7–9).

Недоумение учеников Иоанновых о безконечном преимуществе Иисуса Христа пред учителем их с такою премудростию Спаситель разрешил делами и словами своими, что

они, в безмолвном к Нему благоговении, возвратились к пославшему их с верою в пришедшего Избавителя мира, как слышали мы в прошедшей беседе. Но народ, слышавший предложенный от лица Иоаннова вопрос Иисусу Христу: ты ли еси гряднй, или иного чаем? – не проникая намерение Предтечи Господня, мог подумать, что он, будучи устрашен гонением Ирода и всажден в темницу, поколебался в твердости исповедания своего и сам сомневается о пришествии в мир Сына Божия Иисус Христа. Сердцеведец Иисус, видя все движения мыслей народа, дабы истребить в нем сие подозрение и непоколебимую верность исповедания Предтечи своего запечатлеть своим божественным свидетельством, тотчас по отшествии учеников Иоанновых начал говорить об нем в слух всего народа: чесо изыдосте в пустыню видети? Трость ли ветром колеблемую? Смысл слов сих есть сей: Иоанн не из числа тех низких и обыкновенных людей, которые, живя по духу мира сего, всегда непостоянного, по образу его всегда переменяют образ мыслей своих, подобно слабой трости, колеблемой во все стороны ветром. Иначе для чего бы вам, оставив грады и веси, с таким тщанием стремиться в пустыню, дабы видеть сего столь необыкновенного человека, посланного от Бога? Но чесо изыдосте видети? Человека ли в мягки ризы облеченна? Се иже мягкая носящии в домех царских суть. Быть непостоянным, переменять образ мыслей своих свойственно людям, преданным или корысти, или честолюбию, или роскоши и неге, каковыми наполнены домы царей земных. Но в Иоанне вы видели совсем противное. – Жилище его – пустыня, одежда его – волосяная, пища его, по бедности своей, едва достаточная для сохранения жизни человеческой; – вышед из пустыни и пользуясь уважением народа и самого царя Ирода, он мог бы быть в числе первых его царедворцев, ежели бы умолчал истину. – Но как верный проповедник правды, он предпочел темницу царским чертогам. Нo чесо изыдосте видети? Пророка ли? Ей глаголю вам, и лишше Пророка.

Все Иудеи, не исключая и законоучителей их, почитали Иоанна Пророком Божиим, по чрезвычайной святости его жизни и нелицеприятной правде его учения.– Спаситель, подтверждая сие мнение народа, свидетельствует, что он более всех предшествовавших ему Пророков.

Сей бо есть, о нем же есть писано: Се Аз посылаю Ангела Моего пред лицем Твоим, иже уготовит путь Твой пред Тобою (ст. 10).

Все Пророки возвещали пришествие на земле Сына Божия Господа нашего Иисуса Христа, – а потому все они могут назваться Ангелами, – т.е. вестниками, – но вестниками отдаленными. Один Иоанн по преимуществу называется Ангелом посланным от Бога, как самый ближайший вестник уже пришедшего на землю Спасителя мира, как самый приближенный к Нему служитель Его, или паче искреннейший друг Его, как он сам себя называет: Имеяй невесту жених есть, а друг женихов, стоя и послушая его, радостию радуется за глас жениха: сия убо радость моя исполнися (Ин. 3:29).

И вот почему он есть больший всех Пророков. Но Спаситель не останавливается на сем; – Он его называет бо́льшим всех рожденных женами.

Аминь глаголю вам, не воста в рожденных женами болий Иоанна Крестителя: мний же во царствии небесном, болий его есть (ст. 11).

Сие преимущество Иоанна пред всеми вообще человеками, засвидетельствованное самою вечною истиною, происходит сколько от величайшей важности единственного

служения его, яко Крестителя Господня, столько от необыкновенной святости его жизни, ему единому свойственной. Зачатие его от неплодных родителей возвещено Ангелом; он преисполнен Духа святого еще во чреве матернем; – в младенчестве возведен Духом Божиим в пустыню, дабы оградить его от всякого сообщения с миром. – Не имея обращения ни с кем из человеков, воспитан и наполнен премудростию самим Богом. – Вся жизнь его не земная но небесная; – всё время свое проводил он в священных песнях, в молитвах, в беседовании с Богом и Ангелами Его. По глаголу Божию явился он народу Израильскому, как бы сошедший с неба. – Все слова его исполнены были такою Божественною силою, что все сословия Иудеев обратились к слышанию оных. – И вот почему Спаситель сказал о нем: Не воста в рожденных женами болий Иоанна Крестителя.

Но дабы после сего свидетельства о таком чрезвычайном преимуществе Иоанна, не почли его бо́льшим самого воплощенного Сына Божия, Господа нашего Иисуса Христа,

Спаситель присовокупляет: Мний же во царствии небесном болий его есть.

Меньшим в царствии небесном называет себя Иисус Христос по глубочайшему, Ему единому свойственному, смирению, и так сказать, Божественному уничижению. Ибо никто ни из Ангелов ни из человеков никогда не может так смириться, – как смирил себя Он, Господь славы, Единородный Сын Божий и Бог наш, для заглаждения и истребления корня всех грехов – гордости человеческой. – Смирение Его было сообразно Божественному Его величию: иже во образе Божии сый, не восхищением непщева быти равен Богу: но себе умалил, зрак раба приим, в подобии человечестем быв, и образом обретеся яко же человек, смирил себе, послушлив был даже до смерти, смерти же крестныя (Флп. 2:6–8). – Аз есмь червь а не человек, поношение человеков, и уничижение людей (Пс. 21:7), говорит об Нем св. Пророк Давид. После сего как может бедный и ничтожный грешник, кто бы он ни был, чем-нибудь гордиться, когда сам Бог так смирил себя для спасения нашего? И может ли гордый найти себе место в царствии небесном, когда сам Царь сего царства до такой степени себя умалил, дабы верующим в Него показать собою пример глубочайшего смирения, которое есть основание всех Христианских добродетелей? –

От дней же Иоанна Крестителя доселе царствие Божие нудится, и нуждницы восхищают е. Вси бо Пророцы и закон до Иоанна прорекоша. И аще хощете прияти, сей

есть Илия хотяй приити, – имеяй уши слышати да слышит (ст. 12, 14).

Все Пророки и закон до Иоанна прорекали о царствии небесном, но прорекали сокровенно, в гаданиях и образах. – Ибо пришествие Иисуса Христа, и с Ним явление на земле царствия небесного было отдаленное. Иоанн первый возвестил миру явившееся уже царствие небесное на земле, и указанием своим на Иисуса Христа, виновника сего царствия,

положил печать всем пророчествам. Почему Спаситель и говорит, что от дней Его царствие небесное благовествуется всем так ясно и открыто, что можно его восхитить, и восхищают оное те, которые со всеусильным стремлением обращаются к истинному покаянию и вере во Иисуса Христа. Царствие небесное нудится, т.е. с усилием и понуждением себя приобретается; – и нуждницы восхищают е, т.е, те, которые, не смотря ни на какие препятствия, скоро и не уклонно всеми силами к нему стремятся, и восхищают оное к вечному своему блаженству. – Так восхитили царствие небесное Апостолы, по гласу Спасителя оставив всё, и последуя всюду за Иисусом Христом. Так восхитили царствие небесное многие мытари и грешники, в сокрушении и смирении сердца обратившиеся к истинному покаянию. Так восхитил царствие небесное упомянутый в нынешнем Евангелии старейшина мытарей Закхей, с таким сильным желанием искавший видетьИисуса Христа, с таким покаянием и верою принявший Его в дом свой. – Так восхитил царствие небесное разбойник, исповеданием своим Божества Иисус Христова, вися с Ним на кресте. – И аще хощете прияти, сей есть Илия хотяй приити, имеяй уши слышати да слышит.

Все пророческие книги ветхого завета заключаются сими словами последнего Пророка Малахии. Се Аз послю вам Илию Фесвитянина, прежде пришествия дне Господня великаго, и просвещеннаго: иже устроит сердце отца к сыну, и сердце человека ко искреннему его, да не пришед поражу землю в конец (Мал. 4:5, 6). Спаситель показывает Иудеям начало исполнения сего пророчества в лице Иоанна, который исполнен был духом, и силою Илии, – и также был предтечею первого на землю пришествия Иисуса Христа, как Илия веруется быть предтечею будущего второго Его пришествия. – Потому и говорит Он: имеяй уши слышати да слышит (ст. 15). Слова сии, что Иоанн есть Илия, требуют глубокого внимания и духовного разсуждения.

Кому же уподоблю род сей? подобен есть детям седящим на торжищах, и возглашающим другом своим, и глаголющим: пискахом вам, и не плясасте: плакахом вам и не рыдасте. Прииде бо Иоанн ни ядый, ни пия, и глаголют: беса имат. Прииде Сын человеческий ядый, и пияй, и глаголют: се человек ядца и винопийца, мытарем друг и грешником. И оправдися премудрость от чад своих (ст. 16–19).

Иисус Христос, принеся с собою с неба на землю царствие небесное, с сильным желанием Божественного человеколюбия своего хощет, чтобы все человеки старались восхитить его себе. – Но видя в Иудеях безпечность, холодность и даже противление распространению на земле царствия небесного, с жалостию отеческого сердца своего уподобляет их безмысленным детям, которые самые важнейшие для вечного спасения их истины и всеблагое промышление Отца небесного обращают в детскую игрушку; которых ни пример строгости жизни Иоанна Предтечи Господня, ни снисходительное обращение с грешниками самого Иисуса Христа, не обращают к покаянию и вере в Него, – а издеваясь над тем и другим, сами себе готовят вечную и неизбежную погибель. Но во множестве безсмысленно погибающих, всевидящее око Спасителя видит многих истинных сынов царствия небесного, которые, как ученики и сыны истинной премудрости, разумеют сию премудрость Божию в строительстве спасения человеческого, и воздают ей справедливость. – И оправдися премудрость от чад своих.

Приложим, братие, притчу сию Иисуса Христа к нам самим. Не подобны ли и мы несмысленным детям Иудейским? Когда слово Божие, разверзая нам все сокровища любви и благости Отца небесного, явленные в единородном Сыне Его Господе нашем Иисусе Христе, обещает нам верующим вечные, неизреченные блага царствия небесного, стяжанные кровию Его; стремимся ли мы со всем усилием путем заповедей Его, к получению и восхищению их? Не часто ли слушаем сие, как вещь маловажную для нас? Не часто ли спасению душ наших, и благам царствия небесного предпочитаем суетные и ничтожные предметы корысти, честолюбия, роскоши и неги, как будто бы есть для нас что-либо важнее спасения душ наших? Когда слово Божие угрожает грешникам вечными мучениями и погибелью: сокрушаем ли мы сердца свои глубоким раскаянием о грехах наших, дабы умилостивить обращением своим и слезами нелицеприятного Судию, и во смирении сердца начать жизнь добродетельную и святую, и соделаться наследниками царствия небесного?

Не часто ли лукавое сердце наше шепчет нам: Милость Господня многа, не помянет беззаконий моих, – и из самого милосердия Божия, которое проповедуется для спасения нашего, делает себе возглавие безпечности, и обращает его к погибели нашей? – Не для того возвещается милосердие Божие, чтоб мы прилагали грехи ко грехам, – но для того, чтоб мы не отчаявались во грехах наших, и творили покаяние и дела достойные оного. Или о богатстве благости Его и кротости и долготерпении не радиши, говорит Апостол, не ведый яко благость Божия на покаяние тя ведет? По жестокости же твоей и непокаянному сердцу собираеши себе гнев в день гнева, и откровения праведнаго суда Божия (Рим. 2:4, 5). Не одно милосердие Божие возвещает нам слово Его, но равно возвещает и вечную правду Его: – Иже воздаст комуждо по делом Его (2:6).

Будем убо, Братие, отселе сынами истинной премудрости Божией, и не именем токмо и словами, но делами своими покажем себя сынами царствия небесного, достойными наследниками жизни вечной, стяжанной нам кровию Господа нашего Иисуса Христа, Ему же со Отцом и Святым Духом слава и держава во веки веков. Аминь.

***

Беседа XXXV

Тогда начат Иисус поношати градовом, в них же Быша множайшия силы Его, зане не покаяшася. Горе тебе Хоразине, горе тебе Вифсаидо. Яко аще в Тире и Сидоне Быша силы были бывшии в вас, древле убо во вретищи и пепеле покаялися Быша. Обаче глаголю вам: Яко Тиру и Сидону отраднее будет в день судный, неже вам, и ты Капернауме, иже до небес вознесыйся, до ада снидеши: зане аще в Содомех Быша силы были бывшия в тебе, пребыли убо Быша до днешняго дне. Обаче глаголю вам, яко земли Содомстей отраднее будет в день судный, неже тебе (Мф. 11:24).

Кто бы кажется, слушатели, не обратился в покаянии на путь истины и спасения, видя самого Бога во плоти, Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, творящего чудеса

для обращения сердец человеческих к вере в Него, слыша от самых медоточных уст Его глаголы живота вечного, и имея пред очами своими совершеннейший образец добродетели, пример Святейшей жизни Его? За всем тем однакож те самые города, в которых чаще обращался Спаситель, проповедуя Евангелие, и более творил чудес, пребыли в нераскаянии. Капернаум, город приморский, процветавший тогда торговлею и богатством, пред всеми прочими почтен был тем наипаче преимуществом, что Иисус Христос имел в нем постоянное свое жилище. Сей град имея в себе небесного Учителя, сею почестию превознесен был до небес, но за неверие свое низведен до ада. Хоразин и Вифсаида, находясь весьма не в дальнем разстоянии от первого, также занимались промышленностию. Жители сих городов столь многие и столь великие видели чудеса, совершаемые Спасителем, что, по словам Его, могли бы они обратить к покаянию самые развращеннейшие в древности города, каковы были Тир и Сидон, Содома и Гоморра. Что бы за причина была такой ожесточенной нераскаянности, которою сам Спаситель оплакивает? Очевидно, что жители Капернаума и сопредельных ему градов, предавшись страсти любостяжания, упоенные роскошию и изобилием, нивочто вменяли спасительные слова проповеди Евангелия, и презирали самого Господа славы, явившегося в виде кроткого и смиренного Агнца. – Так-то, Братие, когда страсти, и особенно страсть любостяжания и гордости, возобладают сердцем человека, тогда и сильные чудеса, и советы Божественной премудрости к обращению его остаются тщетными. Спаситель нераскаянным градам, над обращением которых Он столь много, но безуспешно, трудился, по праведному суду своему, возвещает злосчастную участь в вечности, горшую той, каковой за беззакония свои, подверглись Тир

и Сидон, Содома и Гоморра. – Извлечем, Братие, из сего спасительное для себя наставление, с каким вниманием, тщанием и страхом должны мы, верующие, соделовать спасение наше, дабы за безпечность и нерадение наше не подвергнуться большему осуждению нежели неверные. Ибо ему же дано много, много и взыщется от него; а нам верующим, по словам св. Апос. Петра, вся Божественныя силы Господа нашего Иисуса Христа, яже к животу и благочестию подана познанием призвавшаго нас славою и добродителию: Имиже честная нам и великая обетования даровашася, да сих ради будем Божественнаго причастницы естества, отбегше, яже в мире, похотныя тли (2Пет. 1:3, 4). В то время отвещав Иисус рече: исповедаютися Отче, Господи небесе и земли, яко утаил еси сия от премудрых и разумных, и открыл еси та младенцем. Ей Отче, яко тако бысть благоволение пред Тобою (Мф. 11:25) .

Любообильное сердце Иисуса Христа исполнено было великою скорбию, когда Он возвещал погибель тем неразкаянным, над обращением которых трудился безуспешно. –Ибо огнь Божественной любви Его, пламенно желавшей спасения всех, снедал всеблагое сердце Его при виде погибающих. Сия скорбь Спасителя тогда только облегчилась, когда Он увидел учеников своих, возвратившихся из посольства на проповедь с некоторым успехом; как повествует Св. Евангелист Лука: Возвратишася же седмдесять с радостию, глаголюще: Господи, и беси повинуются нам о имени Твоем. В той час возрасовася духом Иисус, и рече: исповедаютися Отче, Господи небесе и земли, яко утаил еси сия от премудрых и разумных, и открыл еси та младенцем. Ей Отче, яко тако бысть благоволение пред Тобою (Лк. 10:17–21).

Под именем премудрых разумеются здесь те напитанные земною мудростию души, которые, гордясь своим многознанием, не ищут просвещения от Бога Отца светов, и

не просят у Него во смирении мудрости небесной, – а потому и остаются в ослеплении своей гордости, каковы были тогдашние книжники и фарисеи, отвергавшие учение Иисуса

Христа. – Под словом разумных означаются те, которые весь свой ум и всю свою хитрость употребляют на изобретение способов к стяжанию земных благ, совсем не заботясь о стяжании небесных, а потому очень разумны в неправедном приобретении себе богатства земного, – но глупы и безсмысленны к Спасительному разумению тайн царствия небесного, – каковы были жители Капернаума. Под именем младенцев Иисус Христос разумеет тех смиренных и незлобивых сердцем, которые, сознавая ничтожество ума человеческого к разумению тайн спасения, со смирением просят себе откровения их у Отца небесного и с младенческою простотою и доверенностию приемлют и соблюдают слово Божие, – каковы были Апостолы, ученики и многие последователи Иисуса Христа из простого Иудейского народа. Сим младенцам Отец небесный, по благоволению своему, открывает тайны царствия Божия, и умудряет их во спасение – между тем как по праведному суду своему утаевает их от премудрых и разумных века сего. Не потому утаевает, чтоб не хотел открыть им входа в царствие небесное: ибо Он хощет всем спастися, и в разум истины приити (1Тим. 2:4); но потому что они, самовольно предавшись страстям гордости и любостяжания, сами удаляются от света истины, сами хотят доставить себе просвещение и составить свое счастие, – не хотят разуметь, что всякое истинное просвещение и истинное блаженство есть у Бога, как говорит далее Спаситель.

Вся Мне предана суть Отцем Моим; и никто же знает Сына токмо Отец. Ни Отца кто знает токмо Сын, и ему же аще волит Сын открыти (Мф. 11:27).

Тайны царствия Божия и строительства спасения рода человеческого сокрыты были от вечности в совете Пресвятой Троицы Отца и Сына и святого Духа. Никакой ум сотворенный, не токмо человеков, но ниже Ангелов, сам собою не может иметь истинного познания о Единородном и единосущном Отцу Сыне Божием Господе нашем Иисусе Христе, воплотившемся ради спасения нашего – равно никто не может человекам открыть безпредельной любви Отца небесного, по которой Он тако возлюби мир, яко и Сына своего Единороднаго дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный (Ин. 3:16). Един Господъ наш Иисус Христос, Единородный Сын Отца небесного, по неизреченному человеколюбию своему, открывает верующим в Него непостижимую любовь Духом святым. – И как Отец небесный, который есть весь любовь, в единородном Сыне своем положил все сокровища жизни, света и блаженства нашего, для разлияния оных всему роду человеческому: то Он, Спаситель наш, с каким сильным желанием безпредельной любви своей призывает к себе всех вообще человеков, не изключая никого, дабы всем верующим даровать спасение и жизнь вечную!

Приидите ко Мне, вопиет Он, вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы. Возмите иго Мое на себе, и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем:

и обрящете покой душам вашим. Иго бо Мое благо, и бремя Мое легко есть (ст. 28–30).

Всепроникающее око Спасителя видит всех человеков оставленных самим себе, утружденных несносною работою суете мира сего лукавого и прелюбодейного, преданных разрушительным страстям плоти, и пагубным внушениям духа злобы – и видя, с отеческим сердоболием и милосердием всех призывает, да обратятся к Нему, Избавителю от всех забот, в котором Едином бедные души могут обресть себе истинный покой. – Ибо души наши так сотворены, что нигде, кроме Его, не могут обрести ни истинного покоя, ни истинной радости. – Без Него, Спасителя нашего для души нашей всё прочее труд и болезнь, суета, печаль, и несносное бремя.– Приидите, говорит Он, ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы, – вместо тяжкого и несносного бремени греха, возмите иго Мое на себе, – начните ходить в свете заповедей Евангелия, которые не отягощают душ ваших, но дают вам жизнь и силы, и избавляют от тяжкого бремени греха, подобно как птицу перья не обременяют, но воскрыляют и доставляют ей удобность свободно летать по тверди небесной. – А дабы вам заповеди Моего Евангелия соделались легкими и приятными, научитесь от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем. –

Кротость и смирение сердца суть такие добродетели, которым верующие первее всего и более всего должны научаться из примера кротчайшего и смиреннейшего паче всех Спасителя своего. – Ибо в чьем сердце возродится кротость и смирение Его: тот все заповеди Евангелия найдет для себя не только легкими, но преисполненными утешения, любви и сладости Божественной, – и в них обрящет истинный покой души своей. – Иго бо Спасителя благо, и бремя Его легко есть для кротких и смиренных

сердцем. – Коль сладка гортани моему словеса Твоя Господи, паче меда устом моим (Пс. 118:103), говорит кроткий Давид. – Оно представляется тяжким для гордых:– ибо гордым Бог противится;– Оно тяжким кажется для сердец, преданных страстям плотским мира: – ибо сии страсти несовместны с святостию жизни истинно верующих. – Но Спаситель и самым грешникам отверзает дверь покаяния, которое, ежели будет истинное, то и для них иго заповедей Евангелия тотчас превратится в благое и легкое. – Иисус Христос показывает сие весьма ясно в нынешней Евангельской притче.– Хотя и всё Евангелие возвещает нам, братие, безпредельное милосердие Отца небесного к кающимся грешникам; но может быть нет другого места, в котором бы сие утешительное для нас свойство Божие открыто было в столь ясных и разительных чертах, как в притче блудного сына. Единородный Сын Божий, пришедый в мир грешных спасти, под образом человека, имевшего двух сынов, представляя Бога, любящего праведников, и грешников милующего, разкрывает в ней, так сказать, всю глубину неизмеримой Его благости. Здесь виден грешник, своевольным удалением от Отца небесного, безконечно оскорбивший Его благость, грешник, презревший все отеческие об нем попечения Творца и Промыслителя своего, беззаконною и преступною жизнию своею разточивший все дары благодеяния и милосердия Божия, словом: грешник, пришедший во глубину зол. Но неистощимое милосердие Божие, силою благодати своей, и сего грешника извлекло из самой бездны погибели. Истинное покаяние и сему оскорбителю величества Божия возвратило любовь и всю нежность Отца небесного. – И сей, погибший уже, сын очень скоро, и сверх всякого чаяния своего, получил от Отца всё то, или еще более, нежели сколько разточил своею порочною жизнию.

Святая Церковь для того и положила чтение сей Евангельской притчи ныне, когда всех чад своих матерним гласом заблаговременно призывает на подвиги покаяния и поста, дабы никто из грешников, сколь бы многи и велики ни были грехи его, не только не отчаевался, но ниже усумнился в милосердии Божием, и дабы каждый тем с большею бодростию и ревностию вступил в сей спасительный подвиг. И кто ж из нас, братие, не грешник? Кому недорого спасение от грехов души нашей? Кому не желательно, не только возвратить сердцу своему истинный покой и истинную радость, но и сотворить собою радость Ангелам на небесах, какова бывает там о каждом кающемся грешнике, по слову Господа и Спасителя нашего. Но надобно, чтоб покаяние наше было истинное. – Должно в себя прийти, – обратиться из разсеянности чувств, страстей и тлетворных обычаев мира сего лукавого и грешного. Уединиться в клеть сердца своего, при светильнике закона Божия разсмотреть тщательно бедное состояние оного, в смирении духа глубоко чувствовать всю греховность свою, и то оскорбление, которое мы многократно делаем величеству Божию, при свидетельстве зрящих на нас небожителей святых Ангелов хранителей наших, с верою во Христа твердою востать от мрачного сна греховного, и подобно блудному сыну неуклонно идти к Отцу небесному, не взирая ни на какие узы греха, привязывающие нас к плотской и мирской жизни, и содержащие души в стране темной и удаленной от света Божия. И тогда воистину милосердый Отец небесный, еще далече сущим нам, и видя покрытых рубищами грехов, вовсе отчужденных от жизни праведных и святых, еще слабых в хождении по пути заповедей Его, узрит нас чадолюбивым оком своим, возвратит нам потерянное грехами нашими право на имя сынов Его. Облечет нас ризою светлою оправдания заслугами Христовыми, ризою чистоты и непорочности, очищенною кровию Христовою; даст сердцу нашему перстень обручения в залог жизни вечной, сокровенной со Христом в Боге; послет нам Духа своего святого; излиет в души наши любовь свою; силою благодати своей

утвердит слабые стопы наши в безтрепетном хождении во свете заповедей Его святых; приобщит нас к радостотворной трапезе закланного на кресте за грехи мира Агнца, Единородного Сына Божия Господа нашего Иисуса Христа, и сотворит радость велию Ангелам на небесах. Еже буди всем нам получити благодатию и щедротами Господа нашего Иисуса Христа, ему же со Отцом и святым Духом слава и держава во веки веков.Аминь.

Комментарии для сайта Cackle