Проповеди протоиерея Виктора Ильенко

Проповеди протоиерея Виктора Ильенко

СодержаниеПолный текст Пред. главаСлед. глава 

4. После Пятидесятницы

Неделя Всех Святых

«Кто не берет креста своего, и следует за Мною, тот не достоин Меня» (Мф.10:38).

Други-братия! Чтобы хорошо понять это Христово изречение, нужно вдуматься в одно слово «крест.» Это слово Господь не один раз употребил в Своих речах. «Если кто хочет идти за Мною, да отвергнется себя, возьмет крест свой и по Мне грядет.» Также и богатому юноше Господь сказал: «Пойди, все, что имеешь, продай и раздай нищим – и будешь иметь сокровище на небесах и приходи, последуй за Мною, взяв крест.»

Народ православный своим сердцем хорошо понял значение этого слова и крестом обозначает тяготы, беды, невзгоды, несчастья и скорби жизни.

Много их у нас, этих крестов; и у каждого человека – свой!

У одного жена больная – это крест. У другого – дитя калека; и это крест! У третьего дети здоровы, но не преуспевают в ученье – это тоже крест. Четвертый попал под машину и на всю жизнь стал калекой – и это крест. Пятого бросила жена – и это крест нелегкий!

Кроме этих личных крестов, есть еще у нас общий крест. Это наша оторванность от родины, наше скитальчество. И этот крест многими переживается острее и больнее всякого своего личного горя.

Одним словом, нет человека, которому бы Господь не положил на плечи креста. Причем каждому Господь дает крест по силам его. Если хороший хозяин не накладывает на лошадь больше, чем она может понести, то неужели же Господь, милосердный Отец всех, будет поступать иначе? И если иногда нам кажется, что наш крест слишком тяжел, что он выше наших сил, то это бывает от недоверия к Богу, от нашего маловерия.

И вот идут крестоносцы Христовы путем жизни: одни бодро, не сгибаясь под тяжестью креста, со словами благословения на устах, подобно Иову, который и лежа на гноище восклицал: «Да будет благословенно имя Господне»! Другие бредут, согбенные тяготою жизни; слова благословения, хвала Господу не звучит у них на устах, но не слышно и слов отчаяния, ропота; одно слышится: «Да будет воля Твоя!» Это люди великого терпения; они донесут свой крест до конца.

Вижу я и еще одну группу крестоносцев. Они уже не идут, они остановились, они очень устали; лица их полны страдания, глаза их полны слез, но и сквозь слезы еще светится вера и у каждого крест на плечах. Они не сбросят его, ибо видят впереди себя Христа Господа, некогда распятого на кресте, но победившаго крестом зло жизни, и самую смерть уязвившего смертельной раной.

И благословящие Господа в несчастьях, и молча предавшие свою жизнь в волю Божию, и, наконец, те, что потеряли все, кроме надежды донести свой крест до конца – все они достойны Господа, ибо не отказались от креста своего.

А сколько христиан, что идут другим путем, путем широким! Не видно крестов на плечах их. Это те, что говорят:» Господи-Господи!» но воли Его не исполняют, по заповедям Его жить не хотят; это те, что не охуждают Слова Божия, но о нем они заранее решили, что не для них оно написано. Наконец, это те, кто нося имя христианское, живет по язычески, угождая себе, а не Богу. Про таких Господь сказал, что они недостойны Его, ибо идут за Ним, не взяв креста своего.

Что же обещает Господь идущим за Ним с крестом на плечах? Неужели одне скорби, несчастья, страдания? Если бы в конечном итоге и любящих Бога ожидали только беды и напасти, то немного было бы сильных понести такой крест. Но Господь сказал: «Всякий, кто оставит дома, или братьев, или сестер, или отца, или матерь, или жену, или детей, или земли ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную.»

Вот награда несущим крест жизни! Ободритесь же все уставшие, укрепитесь ослабевшие! Если слова Христовы вас мало убеждают, вспомните, кого мы чествуем сегодня: всех святых, тех, кто подобно нам несли жизненный крест, донесли его безропотно до конца и наследовали жизнь вечную. Аминь.

Неделя Всех Святых (и «день матери»)

Есть глубокий смысл в том, что тотчас же за праздником сошествия Святого Духа на апостолов св. Церковь постановила совершать память всех святых. Сошествие Св. Духа – это дар Божий, которого люди удостоились не за свою праведность, не за свои добродетели, а единственно по милости Божией, по ходатайству Спасителя нашего. Господь полюбил нас, когда мы были еще грешниками, и сошел на землю, чтобы не праведников спасти, но грешников. Это уже великое снисхождение Божие!

И излияние Св. Духа совершилось не как награда, а как залог, как задаток, который дается в надежде, что получивший окажется достойным такого дара и на данный ему талант приобретет столько же.

Как царь, уходя далеко, разделил рабам своим имение, дав каждому талантов по силам его, так и Господь ниспослал Церкви Духа Своего с тем, чтобы Она при Его помощи привлекла к Богу души человеческие. И сегодняшним праздником Церковь отвечает на этот дар Божий и, подобно саду, хорошо возделанному, приносит своему Хозяину обильные плоды – бесчисленный сонм праведников.

Оправдано доверие Божие, не зарыт полученный талант. И как в ветхозаветные времена в начале жатвы и собирания плодов земли приносились Богу начатки всего родившегося, – так и Церковь святая «яко начатки естества» приносит Богу, Насадителю твари, своих святых, вспоминая и празднуя их память в один день.

Христос Спаситель принес на землю не только новое учение, но и новую жизнь. Не на каменных скрижалях и не на медных досках записано учение Христово: проповедью апостолов оно писалось в душах людских, на скрижалях сердца. С любовью оно принималось, с любовью хранилось, с любовью передавалось последующим поколениям. Вместе и одновременно с учением насаждалась и развивалась новая жизнь. Вместо себялюбия, разобщенности, жестокости, распущенности в жизнь вводилась Христова любовь друг ко другу и ко всем, милосердие, смирение, воздержание, общение имуществ. В тогдашних многолюдных городах и селах находились для начала небольшия группы людей, у которых хватало с одной стороны мужества, чтобы порвать с прежней жизнью, часто, очень часто – с родными и близкими, а с другой – много ревности и усердия, чтобы начать новую жизнь на совершенно противоположных началах. Никто не принуждал к этому; наоборот, естественнее и проще было жить по старому, по обычаям, принятым всеми. Но в том то и состояла сила апостольской проповеди, что лишь только она проникала в сердце, как побуждала и требовала коренного поворота, безжалостной ломки всей прежней жизни, чтобы дать место новой.

Церковь ублажает апостолов, мучеников, святителей, преподобных и всех святых за то, что они первые прошли путем новой жизни, не побоялись оставить дома, земли, родных, не устрашились претерпеть не только лишения, раны, узы, темницы, но и самую смерть. И когда кто говорит, что можно быть хорошим христианином и вести беспечальную жизнь во всяком довольстве, тот говорит несогласное с учением Христовым и учит не тому, чему научает нас Церковь сегодняшним праздником.

Не могу не прибавить, хотя бы несколько слов к детям. Вы знаете, что сегодня по всей Франции празднуется день матери. Повсюду видны афиши, газеты – журналы полны статьями, напоминающими каждому из нас, и большому и малому, о матери. Не о матери вообще, а о той, которая нас родила, вскормила своею грудью, поставила на ноги и, если она жива, то продолжает нас любить, думать, заботиться.

Материнский подвиг мало заметен, ибо он состоит в обыденных вещах, в денно-нощных думах и заботах о детях, о доме. И не только дети, даже мужья часто не замечают трудов матери, не ценят их и своею невнимательностью, как черной неблагодарностью, платят той, которой должны бы быть признательными каждый день своей жизни.

В душе матери живет неистребимая потребность пожертвовать собою для блага семьи. Эту жертву жена-мать приносит ежедневно, отдавая свои силы и свою любовь семье. Значит ли это, что дети могут пользоваться этой жертвенностью матери эгоистически, только себе на пользу? Не требует ли эта жертвенность взаимности, ответной любви? Без сомнения! Никогда в семье не будет Христова духа, если дети не будут отвечать взаимно на любовь матери. И это естественно, ибо это требуется и заповедью Божией: «Чти отца твоего и матерь твою, чтобы тебе было хорошо и чтобы ты долго жил на земле.» Дети легко эту заповедь забывают на огорчение родителям, на горе себе. И наш долг им о ней напоминать, звать к послушанию, к любви, к заботам, к посильному облегчению трудов матери. Тогда Господне благословение пребудет на таких детях, и они, ставши взрослыми, найдут утешение, как в воспоминании своей любви к родителям, так и в любви своих детей. Аминь.

Память всех Русских Святых

У каждого из нас есть своя нужда и свое горе. О нем человек говорит Господу в своей келейной молитве, в те минуты, когда хочется выплакать пред Богом всю свою скорбь. Но ведь такая же скорбь может быть и у соседа! И вот, чем шире у человека сердце, тем о большем количестве чужих скорбей он может помолиться.

Но есть у нас одна общая скорбь, о которой так хочется вспомнить и помолиться сегодня, в день нашего русского торжества. Помолиться не келейно, а всенародно, вот здесь, пред этой иконой – иконой нашей славы – всех русских святых. Наша нужда – наша бездомность. Каждый из нас – это сухой листок: оторвался от ветки родимой и вдаль укатился, жестокою бурей гонимый. Но листок сух и безжизнен, а мы – живые души – и так устали за эти бесконечные годы скитаний. Устали больше всего от осознания, что еще немного, несколько лет, может быть не больше десяти, – и мы растворимся в чужой среде, потеряем наше русское лицо, нашу православную душу… И нет никого, кто собрал бы нас всех, вдохнул бы в нас веру, убедил бы нас, что еще на наших глазах случится что-то хорошее, ободряющее, утешительное…

Совсем недавно было одно политическое собрание, говорились обычные речи, прозвучал даже Мининский призыв: «Заложим жен и детей для спасения России,» но не нашел отклика. Никто не заложил своей жены, ни один не продал своего ребенка… Мы еще не созрели до того, чтобы уметь приносить такия жертвы. Мы не совсем даже понимаем ужаса теперешнего разорения Русской земли. А тогда, в начале 17-го века, понимали: после долгих бесплодных попыток спасти Москву своими средствами, наконец, нашли лозунг, нашли заветное слово, которое говорило русскому сердцу: «Не в одной ли купели мы крещены? Не из одной ли чаши мы причащаемся?» Когда прозвучало это слово, народный силы стали кристаллизоваться, создалось ополчение, которое и спасло Москву и Русь от гибели.

Нужно, чтобы мы хорошо поняли, что спасение России может придти, когда мы объединимся в самом главном, хотя бы в общей молитве, хотя бы такой в такой день, как сегодня… В 1941 году, в этот день, 22-го июня – воскресенье и праздник всех русских святых – еще до начала литургии все знали о нападении немцев на Россию. О, с какой же верой мы тогда молились угодникам русским, чтобы не напрасно пролилась русская кровь, чтобы пришло, наконец, освобождение от безбожного ига!

Прошла война, и мучительно и больно вспоминать обо всем пережитом, о рухнувших надеждах, о новых потоках русских слез… Поддерживает одна лишь мысль: если нам здесь горько, то сколь же горше оставшимся там! Если страдаем мы, терпя недостатки, скорби и озлобления, то в несравненно большей мере страдают угодники Божии: их мощи осквернены, выставлены в обнаженном виде на позор рядом с препарированными трупами животных, чтобы все видели, что нет разницы между святым нетленным телом и падалью. Их иконы разбиты, разрублены, сожжены. Кто не видел этого своими глазами, тот не в состоянии понять всего ужаса издевательств над святынями. А ведь святые все это знают, все видят: они обижены не меньше нас.

А разрушение храмов! Для одних это только зрелище; как это храм, строившийся десятилетия, вдруг приподнимается весь целиком на какой-то метр и затем рушится в облаке пыли! А для верующих это все равно, что душу из человека вынимают…

Плачет Русская Земля о своем разорении; скорбят угодники Божии о погибели народа русского, сострадают нам и мучаются вместе с нами. И это дает нам надежду, что молитвы наши могут быть услышаны. И будут услышаны, лишь бы мы захотели того же самого для своей родины, чего они хотели: веры Православной, благочестия, того быта исконного, русского, которым была крепка Святая Русь.

Посмотрите на лежащую пред вами икону! На ней среди сотен святых ликов вы увидите до 10-ти икон Богоматери. Это все знаки любви Божией Матери к народу русскому! Это – благоуханные крины, которыми Она украсила Землю Русскую! Это точки, где раждалась нравственная энергия русского народа, делавшая его народом – богоносцем, несмотря на все его падения. Это все – наши сомолитвенники о спасении России. Поэтому не будем смущаться, что нас мало. Десять праведников могли бы спасти развращенные города Содом и Гоморру, и какая жалость, что их не нашлось! Несколько граммов дрожжей способны поднять не один фунт муки. Если вас смущает и отнимает надежду у молитвы только малое число молящихся, то вот слушайте, что говорит Господь устами пр. Исаии: «Когда в виноградной кисти есть вино, тогда говорят: не порти ее, ибо в ней благословение; так же поступлю и Я ради рабов Моих, чтобы не всех погубить.» Видите, ради нескольких капель вина сохраняется вся кисть; ради рабов Своих, т.е. соблюдающих заповеди Его, Господь милует всех.

Будем же терпеть в смирении и молиться с надеждой: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, по молитвам Пречистой Твоей Матери и святых угодников Твоих, в земле Русской просиявших, прости наши грехи и спаси многострадальный народ наш от мучительства безбожников, яко Ты един благ и человеколюбец.» Аминь.

4-я Неделя по Пятидесятнице

Когда мы слышим в Евангелии, что многие придут от востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в царстве небесном, а сыны царствия извержены будут во тьму кромешнюю, где будет плач и скрежет зубов, – то хотя быть ввержену во тьму кромешную – большое несчастье, но так как это сказано давно, то мы не пугаемся от этих слов. Как ни страшно лишиться небесного царствия, но почему то мы думаем, что эта угроза к нам не относится.

Всякому верующему человеку, молящемуся Богу, принимающему св. Тайны может казаться, что царства небесного он не лишится ни в коем случае. Но тогда как же понять слова Христовы, что сыны царствия извержены будут во тьму кромешнюю? Кто эти «сыны царствия,» которых постигнет такая горькая участь?

Чтобы нам стала понятнее мысль о сынах царствия, напомню вам из жития преп. Серафима Саровского такой рассказ.

Однажды он про двух игумений сказал, что они не монахини, а черные головешки и что они царства небесного не наследуют. Ему, как прозорливцу, было известно душевное устроение этих игумений и что они недостойны столь высокого сана, но он не сказал бы об этом никому, если бы от этого не было пользы. А теперь, благодаря этому живому примеру, мы начинаем лучше понимать Евангелие; нам становится ясно, что можно по внешности быть достойным уважения, а по внутреннему устроению – геенны огненной. Разве эти игумении сами себя сделали начальницами монастырей? Конечно, нет! Значит, те, кто их поставил, нашел их достойными высокого сана и всякой чести. Но они судили лишь по внешности.

Други мои! Не полагайтесь на внешность, не судите по тому, что вы видите и слышите! О самих себе не думайте, что если все внешнее у вас в исправности, то и дело спасения у вас в должном порядке! Бойтесь получить титул, «сынов царствия» лишь за внешний!

Внешней исправности, внешнему распорядку нашей жизни по заповедям Божиим, по уставам церковным должно соответствовать внутреннее расположение. А здесь главное – ревность об угождении Богу. «Духом горящие, Господу работающие» – вот как следует жить по христиански. Быть как бы объятым огнем любви к Богу и милосердия к ближнему, быть ревностным ко всякому доброму делу, быть изобретательным на добро, быть самоотверженным в делании добра, не жалеть себя!

И я знаю такого монаха, – и вы знаете его, – который себя забывает, служа ближнему. И я хотел бы видеть своими глазами, как этого монаха встречала его прежняя паства во время его случайного и кратковременного приезда в лагерь Фишбек. При первой вести, что приехал о. В., все бросились к воротам. Его не видели там почти год, – и что творилось, описать невозможно. Машина еле шла через толпу. Слезы, рыдания… люди совершенно потеряли голову… Пошли все в церковь, где о. В. кратко помолился и сказал несколько слов. Он был бледен и взволнован.

Вот так нам всем следовало бы служить ближнему! Со всею щедростью осыпать дарами нашей любви всякого, кто в ней нуждается. Горячим духом работать для Господа. Тогда мы были бы «сынами царствия,» достойными пребывать в нем вечно.

Но кто же те, кто с востока и запада приидут и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в царстве небесном, на месте изгоняемых сынов царствия? Если судить по сегодняшнему евангельскому рассказу, то это язычники, обращающиеся ко Господу с такой верой, какой Господь не нашел и в Израиле. Если судить по другим притчам Христовым, то это хромые, убогие, маломощные, которых собрали по путям и распутьям и которые возлегли на месте званных, но отказавшихся придти. Одним словом, это те, которые, если судить по внешности, недостойны ни милостей Божиих, ни возлежания на царском пиру, но которых Господь призвал к этой высокой чести, увидев внутреннюю их красоту.

И здесь, чтобы приблизить слово Евангельское к нашей жизни, скажу: «Будьте внимательны к окружающим вас и вы увидите много примеров того, как за неприглядной внешностью скрывается трогательная христианская душа.»

Три дня тому назад довелось мне причащать в тюремной больнице одного заключенного, приговоренного к 15-ти годам. Ему была сделана операция – и было плохо. В больничной палате было душ 8-10 других, уголовных. При входе моем все стихли. Во время чина причащения стояла поразившая меня тишина. Не слышно было ни одного звука или вздоха: все как бы замерли… А причастник, повторяя со мной слова пред-причастной молитвы, упреждал меня каждым словом: он знал ее наизусть. А потом в таких сердечных выражениях благодарил, что мне невольно подумалось: «Вот и тюрьма, место заключения виновных, а сколько и здесь живых душ, сколько духовной красоты!»

Или вот еще более трогательный случай. Вы знаете, что наше Сестричество посещает женский пересыльный лагерь в Скарбеке, что наше духовенство время от времени служит там, – и вот сестра, бывающая там чаще других, рассказала об одной молодой женщине, которая всегда держалась как-то в стороне, на богослужения не приходила, не брала ничего из привозимых вещей; оставляла впечатление, что она безбожница, но к которой наша сестра проявляла все время внимание. И что же? В последнюю минуту пред отездом, она раскрыла свою душу, она бросилась целовать нашу сестру, наговорила тысячу ласковых слов. Она, сирота с 13-ти лет, попросила: «Благословите меня! Меня никто никогда не благословлял.»

Естественная нежность христианской души проявилась в эту минуту, и стал виден человек во всей своей внутренней красоте.

Подлинно эти «пришедшие с востока» достойны возлечь в царстве небесном!

Итак, други мои, не судите о внешности ни других, ни себя самих. Но возбуждайте в себе огонь деятельной любви к Богу и ближнему, не жалейте себя, идите смело, быстро и решительно на всякое доброе дело! И тогда вы будете «сынами царствия,» вечно радующимися о Господе. Аминь.

9-я Неделя по Пятидесятнице

В сегодняшнем евангельском разсказе о хождении Господа нашего Иисуса Христа и апостола Петра по воде остановим наше внимание на колебании веры в душе апостола и причине этого колебания. Видя Господа, идущего по морю, ап. Петр тотчас поверил, что и он может ходить по воде. Поверил и пошел! Но видя сильный ветер, усомнился; место веры в душе его заступил испуг, страх смерти, и он начал тонуть. Утопая, апостол снова являет нам свою веру, ибо его крик: «Господи, спаси меня!» – это крик веры, крик твердой надежды на помощь Божию.

Чтобы лучше понять причину колебания веры апостола, обратим наше внимание на следующия слова Евангелия: «Ап. Петр пошел по воде, чтобы подойти к Иисусу.» Значит, когда ап. Петр вышел из лодки и пошел по воде, то его взор был обращен не на воду, по которой он шел, а на Господа Иисуса Христа. Апостол видел одного Господа! Все остальное: и ветер и волны и даже столь необычайное, как ступание по зыбкой влаге, было вне поля его зрения, он их не замечал. Оттого и вера его в этот момент была крепка, и он не боялся ни воды, ни ветра.

Испугался же ап. Петр, когда отвратил свои взоры от Господа. А как только отвратил, так тотчас же увидел разбушевавшуюся стихию, тотчас же и вера его стала умаляться, ослабела, заколебалась, ее сменил испуг, и апостол стал тонуть.

Когда же закричал: «Господи, спаси меня!» то, несомненно, снова взорами и всей душой обратился к Господу – был спасен.

Итак, колебание веры происходит в душе апостола, а внешним признаком и, даже можно сказать, причиной, рождающей маловерие, является то, что взоры апостола не всецело обращены на Господа: когда они обращены к Господу и видят Его одного, – в душе вера, и он ходит по воде. Когда же они смотрят на воду, то в душе – испуг, и он начинает тонуть.

Из этого рассказа можем вывести общий закон жизни христианской: когда взоры наши духовно-телесные всецело обращены к Господу, то вера растет и крепнет, и не страшны тогда никакия опасности. Наоборот, когда они редко встречаются с Господом, а больше обращены на мир и его стихии; когда кто редко в обычном течении жизни своей вспоминает о Боге, у того в минуту трудную, в часы опасности, особенно смертельной, в душе не бывает веры, а на устах – молитвы. Животный страх сковывает тогда всего человека, уста его не могут произнести имени своего Спасителя, рука не в состоянии изобразить спасительного креста. Человек гибнет.

Будем же помнить закон духовной жизни, что постоянная память о Боге и видение лика Его укрепляют веру и спасают в минуту опасности.

Я всегда радуюсь, видя вас в храме и зная, что в каждом доме у вас есть святые иконы. Только бы вы чаще на них взирали, только бы вы чаще пред ними молились! Икона – это благословение Божие, святыня, это – место встречи наших взоров и нашей души с Господом. Если таких встреч у нас будет много в течение жизни, то мы спасены. Аминь.

Неделя 21-я: Притча о Сеятеле

Ветхозаветный праведник, царь и пророк Давид, такими словами выражает свою скорбь о том, что мало людей благочестивых, мало ищущих Бога: «Господь с небес призрел на сынов человеческих, чтобы видеть, есть ли разумеющий, ищущий Бога.» И в следующем стихе с горечью свидетельствует: «Все уклонились, сделались равно непотребными; нет делающего добро, нет ни одного.»

Избранный народ Божий жил в Палестине, как островок среди моря язычников, у которых даже служение богам полно было мерзости. А в самом народе еврейском служение Богу было чисто внешним, приближались к Богу скорее устами, чем сердцем.

Соломон построил великолепный храм Богу, но уже при его преемнике Ровоаме царство разделилось, и большая часть его отпала от благочестия и стала кланяться идолам. А у тех, что еще кланялись истинному Богу, все благочестие стало выражаться лишь в жертвах и курениях, о которых пророк Исаия от лица Божия сказал: «Душа моя ненавидит ваши новомесячия и ваши праздники: они бремя для Меня, Мне тягостно нести. Не приносите больше лицемерных даров: курение мерзость предо Мною, новомесячия и субботы нестерпимы Мне.»

Спустя 1000 лет после Давида родился Христос Господь. И по тому, как люди поступили с Ним, распяв Его на кресте, видно, что и тогда мало было людей, всем сердцем ищущих Бога. Можно даже с точностью сказать, какой процент людей, приближавшихся к Спасителю, действительно был близок Ему. Из десяти прокаженных только один возвратился, чтобы воздать славу Богу, поблагодарить за исцеление. Остальные, позабыв о благодетеле своем, побежали домой, чтобы «со други своими возвеселиться,» отпраздновать счастливое событие.

И сегодняшняя притча о сеятеле указывает на то, что из слушающих Слово Божие (а сколько есть таких, что и слушать не хотят!) только четвертая часть хранит его в чистом и добром сердце и приносит плод в терпении. У одних его сразу же похищает диавол, у других оно не находит глубокой почвы – любви, чтобы укорениться, у третьих его заглушают всякия житейския пристрастия.

Почти две тысячи лет прошло с тех пор, как эта притча была сказана, и мы с грустью можем засвидетельствовать, что теперь в мире едва ли найдется и четверть таких христиан, которые бы хранили Слово Божие в чистом и добром сердце.

Разве не больно об этом думать? Разве легко примириться с мыслью, что царство Божие будет создано не дружными усилиями христиан, объединенных в любви, и не на этой земле, к которой мы так привыкли и радости которой нам так понятны, – но Самим Господом и на «новой земле,» после того, как эта земля и все, что на ней, разрушится и сгорит? Разве человеку, ищущему Бога, приятно чувствовать себя в одиночестве, быть маленьким островком среди безбрежного моря теплохладных христиан или открытых богоборцев?

Несомненно, тяжело и мучительно!

Но почему это так? Почему дело Христово не расширяется свободно? Почему Слово Божие не действует с победоносной силой, властно, покоряющей? Если благоразумный сеятель старается, чтобы семена его не падали ни на дорогу, ни на каменистую почву, ни среди сорных трав, то почему Господь не делает так же, но семя Его, Слово Божие, сеется повсюду, на всех почвах – сердцах людских и три четверти его остается бесплодным?

Если мы это поймем, то поймем тогда и то, почему Господь допустил грехопадение первых людей, почему не всемогущим актом Своей воли Он спас людей от греха, проклятия и смерти, а послал для этого Сына Своего; поймем и то, почему Спаситель пришел на землю не в блеске и славе царской, не в великолепии Своего могущества, а в смиренном виде человека и претерпел страдания и позорную смерть, вместо того, чтобы славно воцариться над всем миром. Станет понятна нам и проповедь апостольская, этот кроткий зов Христовых учеников «Примиритесь с Богом!» вместо властного приказа веровать и креститься.

Нужно помнить всегда, что дело Божие в мире – это дело любви и свободы, что все, что Бог ни делает, делает только по любви и только свободно. Как Бог свободно и с любовью сотворил мир, чтобы и тварь сделать причастною Своего блаженства, так точно Господь и человека не хочет ни к чему принуждать, даже к тому, что ему полезно и спасительно. Он мог бы сотворить человека-автомата, который беспрекословно исполнял бы волю Божию, но тогда человек оказался бы ниже животных. Но если мы ценим свободу и понимаем, что тем то и велик человек, что он свободно распоряжается собою, то нам легко понять и то, что Бог хотел видеть человека на земле только свободным.

Даже когда человек, благодаря своей свободе, согрешил и лишился рая, то Бог не отнял у него свободы, но измыслил способ свободно, без принуждения привлечь человека на путь спасения. Омыв грехи всего человечества Своею кровью, Христос Спаситель послал в мир с благовестием о спасении своих учеников. Устами апостолов, святителей и нас, недостойных иереев, Он сеет Слово Свое чудодейственное, могущее спасти человека. Человеку остается свободно принять его в свое сердце, проникнуться им и осветить свою жизнь светом Его.

Итак, Господь отдал в наши руки нашу судьбу: наше спасение или нашу погибель. Всем в душу сеется слово спасения. Примем же его с радостью, сохраним бережно, с любовью, понесем его чрез все невзгоды жизни, зная, что без него мы будем слепы и жалки. Аминь.

Пред. страница К оглавлениюСлед. страница

Другие проповеди

Комментировать

Пожертвовать