Воскресение Иисуса – факт или миф?

Гари Хабер­мас

Оглав­ле­ние


Часть 1

Вопрос Вос­кре­се­ния Иисуса Христа явля­ется, конечно, весьма мно­го­гран­ным. Мало какая из тем Нового Завета вклю­чает в себя больше дета­лей и подроб­но­стей или рас­смат­ри­ва­ется так серьезно совре­мен­ными кри­ти­че­скими иссле­до­ва­те­лями. Из-за сотен науч­ных работ по этой теме эта глава должна быть пред­став­лена в обоб­ща­ю­щем фор­мате, просто пере­чис­ляя те выводы и заклю­че­ния, кото­рые появи­лись в совре­мен­ном иссле­до­ва­нии этого вопроса.

В общем и целом, мы будем цити­ро­вать и опи­раться только на те данные, кото­рые при­ни­ма­ются боль­шин­ством совре­мен­ных иссле­до­ва­те­лей, вне зави­си­мо­сти от их кон­фес­си­о­наль­ной при­над­леж­но­сти или бого­слов­ских пози­ций. Еще более важно то, что эти данные при­ни­ма­ются кри­ти­че­скими иссле­до­ва­те­лями именно потому, что имеют хорошо обос­но­ван­ную фак­ти­че­скую базу, и часто по многим при­чи­нам. Я уже пред­став­лял детали своих выво­дов в других рабо­тах, точно так же как это делали и другие иссле­до­ва­тели. Так что источ­ники, ука­зан­ные в снос­ках снаб­дят чита­теля допол­ни­тель­ной инфор­ма­цией, аргу­мен­та­цией и дру­гими подроб­но­стями тех, кто заин­те­ре­су­ется темой и захо­чет обра­титься к этим источ­ни­кам. Я исполь­зую резуль­таты иссле­до­ва­ний, пред­став­лен­ные в 1400 источ­ни­ках по этой теме, издан­ных с 1975 года на англий­ском, немец­ком и фран­цуз­ском языках.

В допол­не­ние к пред­став­ле­нию неко­то­рых из этих общих выво­дов, в этой главе я оста­нов­люсь на двух основ­ных темах, кото­рые редко обсуж­да­ются детально. Обе – чрез­вы­чайно важны для исто­ри­че­ского рас­смот­ре­ния Вос­кре­се­ния Иисуса Христа.

Во-первых, по разным при­чи­нам, совре­мен­ные иссле­до­ва­тели прак­ти­че­ски еди­но­душно при­хо­дят к выводу, что первые уче­ники и после­до­ва­тели Иисуса, по край­ней мере, думали, что они видели явле­ния Вос­крес­шего Христа после Его смерти. Но суще­ствует вопрос: как перейти от нашей уве­рен­но­сти в том, что они верили в то, что они это видели, к тому, что они дей­стви­тельно видели? Дру­гими сло­вами, как от их уве­рен­но­сти и убеж­ден­но­сти в этом, мы можем перейти к самому Вос­кре­се­нию в исто­ри­че­ском аспекте? На мой взгляд, это наи­бо­лее важный аспект в аргу­мен­та­ции в пользу исто­рич­но­сти явле­ний Вос­крес­шего Иисуса.

Во-вторых, рели­ги­оз­ные и поли­ти­че­ские транс­фор­ма­ции вполне обычны и для нашей совре­мен­но­сти послед­них деся­ти­ле­тий. Если кто-то зани­ма­ется изу­че­нием исто­рии ком­му­низма, ислам­ских смерт­ни­ков, мис­си­о­нер­ской актив­но­сти или кон­крет­ными собы­ти­ями, про­изо­шед­шими, напри­мер, в Джо­у­н­ста­уне, с груп­пой Девида Кореша или груп­пой “Ворота небес”, то в этом случае ста­но­вится вполне оче­видно, что многие инди­виды, как хри­сти­ане, так и нет, вполне доб­ро­вольно готовы отдать свою жизнь за свои убеж­де­ния. Так что же делает, ту пере­мену (пусть даже и весьма ради­каль­ную, вплоть до того момента, когда за свои убеж­де­ния надо пла­тить жизнью), кото­рая про­изо­шла с уче­ни­ками Иисуса, уни­каль­ной среди прочих слу­чаев? Как может этот аспект ран­него хри­сти­ан­ства быть осно­вой аргу­мен­та­ции в пользу Вос­кре­се­ния, если он в исто­рии совер­шенно не еди­ни­чен?

Пере­жи­ва­ние уче­ни­ками явле­ний Вос­крес­шего Иисуса

В совре­мен­ном науч­ном мире, зани­ма­ю­щимся исто­ри­че­ским Иису­сом, по неко­то­рым пунк­там име­ется довольно широ­кий кон­сен­сус. То, что про­воз­гла­ше­ние Иису­сом Цар­ствия Божия было цен­траль­ной темой Его про­по­веди, и то, что Он был распят и умер на кресте, явля­ются двумя фак­тами из Его жизни, с кото­рыми готово согла­ситься прак­ти­че­ски все иссле­до­ва­тели. Рядом с этими двумя пунк­тами нахо­дится еще один прак­ти­че­ски еди­но­душ­ный вывод совре­мен­ных кри­ти­че­ских иссле­до­ва­те­лей, а именно, что первые уче­ники Иисуса, по край­ней мере, думали, что они видели Вос­крес­шего Христа. Извест­ный исто­рик Е.П. Сан­дерс, кото­рый сам себя назы­вает либе­раль­ным ученым (E. P. Sanders, Jesus and Judaism (Philadelphia: Fortress, 1985), p. 324.), гово­рит о согла­сии в науч­ном мире по этому вопросу. Он под­чер­ки­вает, что в число “наи­бо­лее надеж­ных фактов” входит и тот, что уче­ники Иисуса “видели его (в каком смысле неясно) после его смерти… После чего, его видели другие его после­до­ва­тели” (E. P. Sanders, The Historical Figure of Jesus (London: Penguin, 1993), pp. 11, 13.).

Аргу­менты в под­держку этих пере­жи­ва­ний Вос­кре­се­ния уче­ни­ков

Весьма при­ме­ча­тель­ным явля­ется тот факт, что подав­ля­ю­щее боль­шин­ство совре­мен­ных иссле­до­ва­те­лей, пред­став­ля­ю­щих совер­шенно разные точки зрения, и в осталь­ных обла­стях ново­за­вет­ных иссле­до­ва­ний име­ю­щих друг с другом зна­чи­тель­ные раз­но­гла­сия, тем не менее, при­знают, что у уче­ни­ков дей­стви­тельно был какой-то реаль­ный опыт. Так же оче­видно, что это при­зна­ние стало воз­мож­ным бла­го­даря нали­чию довольно серьез­ной аргу­мен­та­ци­он­ной базы для подоб­ного вывода. Даже крат­кий обзор этой аргу­мен­та­ции может быть очень пока­за­тель­ным.

1. В совре­мен­ных кри­ти­че­ских иссле­до­ва­ниях, апо­стол Павел прак­ти­че­ски всегда счи­та­ется лучшим сви­де­те­лем для исто­ри­че­ской рекон­струк­ции среди всех ново­за­вет­ных авто­ров. Бывший про­тив­ник хри­сти­ан­ской про­по­веди, Павел совер­шенно оче­видно ука­зы­вает на то, что Вос­крес­ший Иисус явился лично ему. Павел под­чер­ки­вает это несколько раз (напр. 1Кор. 9:1; 15:8; Гал. 1:16). Мы так же имеем под­твер­жде­ние сви­де­тель­ства Павла у дру­гого ново­за­вет­ного автора, кото­рый воз­вра­ща­ется к этой исто­рии три раза (Деян. 9:1–8; 22:3–11; 26:9–18).

Данные, под­твер­жда­ю­щие факт обра­ще­ния Павла, быв­шего врагом Церкви, при­зна­ются всеми. Но, оче­видно, что должна быть и реаль­ная при­чина, по кото­рой этот бле­стя­щий моло­дой знаток (еврей­ского Писа­ния) отка­зался от своих преж­них убеж­де­ний и пре­сле­до­ва­ния хри­стиан, как он сам и сви­де­тель­ствует (1Кор. 15:9; Гал. 1:13–14; Фил. 3:4–7). Для Павла эта при­чина вполне оче­видна: он был убеж­ден, что видел Вос­крес­шего Гос­пода. Так что, Павел явля­ется оче­вид­цем, по край­ней мере, своего соб­ствен­ного опыта. Науч­ный кон­сен­сус в этом вопросе засви­де­тель­ство­ван ате­и­сти­че­ским фило­со­фом Май­к­лом Мар­ти­ном, кото­рый гово­рит: “Мы имеем только одно совре­мен­ное собы­тию сви­де­тель­ство о явле­ниях вос­крес­шего Иисуса, а именно сви­де­тель­ство Павла” (Michael Martin, The Case Against Christianity (Philadelphia: Temple University Press), p. 81.).

2. Кроме соб­ствен­ного опыта Павел пред­став­ляет боль­шое коли­че­ство допол­ни­тель­ных сви­де­тельств, под­твер­жда­ю­щих, что Иисус являлся своим уче­ни­кам. Почти все кри­ти­че­ские иссле­до­ва­тели согласны в том, что в Первом посла­нии к Корин­фя­нам в 15 главе (стихи3–8) Павел делает запись при­ми­тив­ной устной тра­ди­ции, кото­рая сум­ми­рует содер­жа­ние ранней хри­сти­ан­ской про­по­веди: Иисус Хри­стос умер за грехи чело­века, был похо­ро­нен и вос­крес из мерт­вых, после этого являлся как отдель­ным людям, так и груп­пам сви­де­те­лей. Запи­сы­вая это сви­де­тель­ство, Павел дает понять, что это не его соб­ствен­ное испо­ве­да­ние, но что он пере­дал корин­фя­нам ранее (стихи 1–2) то, что и сам полу­чил от других в каче­стве самой цен­траль­ной части бла­го­ве­стия. Если бы Павел писал сего­дня, он просто был обязан дать ссылку на источ­ник. Таким обра­зом, речь идет о сви­де­тель­стве, кото­рое появи­лось зна­чи­тельно раньше, чем само первое посла­ние к Корин­фя­нам. Реджи­нальд Фуллер ука­зы­вает, что и по этому вопросу в науч­ном мире суще­ствует кон­сен­сус: ”Прак­ти­че­ски уни­вер­сально при­знано сего­дня, что Павел в этом месте цити­рует более древ­нюю тра­ди­цию” (Reginald Fuller, The Formation of the Resurrection Narratives (New York: Macmillan, 1980), p. 10.).

Так Павел дает непо­сред­ствен­ное ука­за­ние на то, что сооб­щает своим адре­са­там то, что и сам “принял” от других (стих 3), что явля­ется экви­ва­лен­том тех­ни­че­скому тер­мину, для обо­зна­че­ние пере­дачи рав­ви­ни­сти­че­ской тра­ди­ции. Помимо этой ясной декла­ра­ции, есть много других при­зна­ков в самом тексте для такого вывода. Сама струк­тура пред­ло­же­ния, дикция, вер­баль­ный парал­ле­лизм, трех­крат­ная после­до­ва­тель­ность “и что..”, при­сут­ствие в отрывке ряда не вхо­дя­щих в обыч­ный сло­вар­ный запас Павла слов и выра­же­ний, исполь­зо­ва­ние ори­ги­наль­ных соб­ствен­ных имен Кифы и Иакова, а так же при­знаки того, что в основе этого отрывка воз­можно лежит ара­мей­ский ори­ги­нал – все это сви­де­тель­ствует в пользу того – что тра­ди­ция явно до-Пав­лова. Все кри­тики согла­ша­ются с тем, что к Павлу она пришла от других (из мно­же­ства ака­де­ми­че­ских пуб­ли­ка­ций по этому вопросу осо­бенно полез­ными могут быть сле­ду­ю­щие источ­ники Fuller, Tloe Formation of’the Resurrection Narratives, pp. 10–11; Pinchas Lapide, The Resurrection of Jesus-. A Jewish Perspective (Minneapolis: Augsberg, 1983), pp. 97–99; John Kloppenborg, «An Analysis of the Pre-Pauline Formula in 1Corinthians 15:3b‑5 in Light of Some Recent Literature,» Catholic Biblical Quarterly 40 (1978), pp. 351, 360; John P. Meier, A Marginaljew, vol. 2, Mentor, Message and Miracle (New York: Doubleday, 1994), p.139; Sand¬ers, Historical Figure of Jesus, p. 277.).

Наи­бо­лее попу­ляр­ная точка зрения среди спе­ци­а­ли­стов состоит в том, что Павел полу­чил этот ранний мате­риал во время посе­ще­ния Иеру­са­лима, спустя три года после его обра­ще­ния. Он был у Петра и Иакова, брата Гос­пода (Гал. 1:18–19), кото­рые оба есть в списке, как видев­шие Вос­крес­шего Иисуса (1Кор. 15:5,7).

Силь­ное сви­де­тель­ство в пользу такого вывода нахо­дится в исполь­зо­ва­нии Павлом гла­гола “historesai” (инф. historeo) в Посла­нии к Гала­там (1 глава стих 18), кото­рый обычно не очень удачно пере­во­дят на англий­ский язык. Этот гре­че­ский термин озна­чает, что Павел посе­тил Петра с целью выяс­не­ния каких-то кон­крет­ных вещей. Непо­сред­ствен­ный кон­текст поз­во­ляет понять, о чем идет речь: темой для обсуж­де­ния стало содер­жа­ние еван­гель­ской про­по­веди (Гал. 1:11–2:10). И Вос­кре­се­ние Иисуса нахо­ди­лось в центре этой еван­гель­ской про­по­веди (1Кор. 15:3–4, Гал. 1:11,16), без кото­рого вера – тщетна (1Кор. 15:14,17).

Итак, кри­тики обычно согласны с тем, что речь идет о до-Пав­ло­вой тра­ди­ции, отно­ся­щейся к очень ранней дате. Для Уль­риха Уил­кенса содер­жа­ние этого отрывка “несо­мненно отно­сится к самой ранней стадии в исто­рии пер­во­на­чаль­ного хри­сти­ан­ства” (Ulrich Wilckens, Resurrection: Biblical Testimony to the Resurrection: An Historical Examination and Explanation (Edinburgh: St. Andrew Press, 1977), p. 2.). Валь­тер Каспер даже думает, что этот “древ­ний текст” воз­можно “был в упо­треб­ле­нии к концу 30 года AD” (Walter Kaspar, Jesus the Christ, trans. V. Green (Mahwah, N.J.: Paulist, 1976), p. 125.).

Воз­можно, кому-то это пока­жется уди­ви­тель­ным, но даже боль­шие скеп­тики согласны с такой дати­ров­кой. Атеист-скеп­тик Герд Люде­манн утвер­ждает, что “эле­менты этой тра­ди­ции должны быть дати­ро­ваны двумя годами после рас­пя­тия Иисуса… По край­ней мере, не позд­нее трех лет после распятия…Формирование тра­ди­ции упо­мя­ну­той в 1Кор. 15:3–8 при­хо­дится на про­ме­жу­ток между 30–33 годами” (Gerd Ludemann, The Resurrection of Jesus, trans. John Bowden (Minneapolis: Fortress, 1994), p. 38). Фило­соф Томас Шиан думает, что эта до-Пав­лова керигма “веро­ятно отно­сится к 32–34 годам, то есть в пре­де­лах от двух до четы­рех лет после рас­пя­тия” (Thomas Sheehan, The First Coming: How the Kingdom of God Became Christianity (New York: Random, 1986), p. 118; cf. pp. 110–11.). Майкл Гоул­дер счи­тает, что это сооб­ще­ние о Вос­кре­се­нии “отно­сится к тому пери­оду, когда Павел про­хо­дил инструк­таж после своего обра­ще­ния через пару лет после рас­пя­тия” (Michael Goulder, «The Baseless Fabric of a Vision,» in Resurrection Reconsidered, ed. Gavin D’Costa (Oxford: Oneworld, 1996), p. 48.).

И другие скеп­тики совер­шенно не стес­ня­ются выра­зить их согла­сие по этому вопросу (Вот еще только несколько при­ме­ров Robert Funk, Roy W. Hoover and the Jesus Seminar, The Five Gospels (New York: Macmillan, 1993), p. 24; Jack Kent, The Psychological Origins of the Resurrection Myth (London: Open Gate, 1999), pp. 16–17; A. J. M. Wedderburn, Beyond Resurrection (Peabody, Mass.: Hendrickson, 1999), p. 274 n. 265; G. A. Wells, Did Jesus Exist? (London: Pemberton, 1986), p. 30.). Фак­ти­че­ски, боль­шин­ство кри­ти­че­ских ученых, кто спе­ци­ально зани­мался дати­ров­кой этого отрывка при­хо­дят к выводу, что Павел полу­чил этот мате­риал через несколько лет после смерти Иисуса в начале или сере­дине 30 годов (здесь можно назвать и других спе­ци­а­ли­стов, кото­рые согласны с этим выво­дом Fuller, Formation of the Resurrection Narratives, pp. 10, 14, 48; Raymond Brown, The Virginal Conception and Bodily Resurrection of Jesus (New York: Paulist, 1973), p. 81; J. A. Fitzmyer, «The Resurrection of Jesus Christ According to the New Testament,» ne Month, SNS, 20 (1987), p. 409; J. D. G. Dunn, The Evidence for Jesus (Louisville, Ky.: Westminster, 1985), p. 70; C. E. B. Cranfield, «The Resurrection of Jesus Christ,» Expositor Times 101 (1990), p. 169; Peter Stuhlmacher, Jesus of Nazareth— Christ of Faith, trans. Siegfried S. Shatzmann (Peabody, Mass.: Hendrickson, 1993), p. 8; Leander E. Keck, Who Is Jesus? History in Perfect Tense (Columbia: University of South Carolina, 2000), p. 139; Meier, A Marginal Jew, vol. 2, Mentor, Message and Miracle, p. 139.)). Мы еще увидим, как само суще­ство­ва­ние этого отрывка и обсто­я­тельств ранней даты при­во­дят нас к другим сви­де­те­лям помимо Павла.

3. Павел всегда чрез­вы­чайно вни­ма­те­лен в тех вопро­сах, когда идет речь об опре­де­ле­нии содер­жа­ния еван­гель­ской вести, кото­рая своим цен­тром имеет Вос­кре­се­ние. Для этого он спе­ци­ально совер­шает второе путе­ше­ствие в Иеру­са­лим с целью све­рить свою про­по­ведь с про­по­ве­дью других апо­сто­лов (Гал. 2:1–10). Уди­ви­тельно, но он сам выра­жает опа­се­ние, что воз­можно его про­по­ведь была неверна (Гал. 2:2). Неко­то­рые думают, что отры­вок из Деяний (15:1–35) опи­сы­вает третье путе­ше­ствие с той же целью (другие иссле­до­ва­тели при­дер­жи­ва­ются точки зрения, что отры­вок из Деяний опи­сы­вает то же самое путе­ше­ствие, что и Павел во второй главе Посла­ния к гала­там). Оче­видно, Павел хотел быть абсо­лютно уве­рен­ным отно­си­тельно содер­жа­ния и истины бла­го­ве­стия. Кроме того, Павел был доста­точно преду­смот­ри­те­лен и све­рялся с теми, кто пред­став­лял самый боль­шой авто­ри­тет – вер­хов­ными апо­сто­лами. Во время своего пер­вого путе­ше­ствия он встре­чался с Петром и Иако­вом (Гал. 1:18–20). Во втором случае он встре­чался с теми же самыми людьми плюс с апо­сто­лом Иоан­ном (Гал. 2:9). Мартин Хен­гель ука­зы­вает, что “оче­видно, что тра­ди­ция сто­я­щая за отрыв­ком 1Кор. 15:3 была под­верг­нута многим испы­та­ниям” самим Павлом (Martin Hengel, The Atonement: The Origins of the Doctrine in the New Testament, trans. John Bowden (Philadelphia: Fortress, 1981), p. 38.)..

Легко упу­стить из виду зна­че­ние этих встреч, – чет­веро людей, встре­тив­ши­еся в послед­нем случае, без­условно, были глав­ными апо­сто­лами в ранней Церкви, и каждый из них был сви­де­те­лем явле­ний Вос­крес­шего Христа (1Кор. 15:5–7). Таким обра­зом, когда Павел полу­чил под­твер­жде­ние, что его про­по­ведь верна (Гал. 2:9, Деян. 15:23–35), мы имеем своего рода гаран­тию того, что про­по­ведь Павла о явле­ниях Вос­крес­шего Христа нахо­дится в согла­сии с их соб­ствен­ным личным опытом. Есте­ственно, если бы они думали, что Павел заблуж­да­ется по этому цен­траль­ному пункту бла­го­ве­стия это бы создало серьез­ные про­блемы, осо­бенно если учи­ты­вать апо­столь­скую заботу по поводу сохра­не­ния док­три­наль­ной истины в ранней Церкви.

Так что, Павел предо­став­ляет нам не только соб­ствен­ное сви­де­тель­ство оче­видца, о чем мы уже гово­рили в первом пункте. Во время его поез­док, пред­при­ня­тых с целью рас­спроса вер­хов­ных апо­сто­лов, Павел дает нам, таким обра­зом, и их оценку содер­жа­ния цен­траль­ной части его про­по­веди. Их под­держка про­по­веди Павла под­ра­зу­ме­вает и их соб­ствен­ное сви­де­тель­ство о явле­ниях Вос­крес­шего Христа. В этом вопросе мы всего на один шаг отстаем от допол­ни­тель­ных сви­де­тельств оче­вид­цев.

4. Мало того, что другие апо­столы под­твер­ждают, таким обра­зом, сви­де­тель­ство Павла, но мы еще имеем и обрат­ное под­твер­жде­ние. После сооб­ще­ния списка, в кото­ром ука­зы­ва­лись явле­ния Вос­крес­шего Христа, Павел ука­зы­вает на то, что он знает, что другие апо­столы про­по­ве­до­вали по этому поводу, и что это была та же самая про­по­ведь, что и самого Павла (1Кор. 15:11). Все вместе они про­воз­гла­шали Вос­крес­шего Христа (1Кор. 15:12,15). Таким обра­зом, мы имеем как ранее, более опо­сре­до­ван­ное, сви­де­тель­ство апо­столь­ского согал­сия с Пав­ло­вым бла­го­ве­стием, под­твер­жден­ное авто­ри­те­том вер­хо­вых апо­сто­лов, так и Пав­лово непо­сред­ствен­ное сви­де­тель­ство о под­держке и согла­сии с их про­по­ве­дью о Вос­кре­се­нии.

5. Пони­ма­ние самой ранней про­по­веди о Вос­кре­се­нии можно вос­ста­но­вить не только из 15 главы пер­вого Посла­ния Павла к корин­фя­нам. Другие тексты керигм (ранних веро­оп­ре­де­ле­ний) так же можно найти в Новом Завете, кото­рые тоже про­ли­вают свет на апо­столь­ское сви­де­тель­ство явле­ний Вос­крес­шего Христа. Боль­шое коли­че­ство таких керигм можно встре­тить в книге Деяний, кото­рые часто рас­по­ло­жены в текстах про­по­ве­дей, пред­став­лен­ных в этой ново­за­вет­ной книге (эти сжатые веро­учи­тель­ные фор­мулы най­дены в ряде мест Книги Деяний – Деян. 1:21–22; 2:22–36; 3:13–16; 4:8–10; 5:29–32; 10:39–43; 13:28–31; 17:1–3; 17:30–31, ср. с Лк. 24:34). Хотя не так еди­но­душно как дело обстоит с кериг­мой из 15 главы пер­вого Посла­ния к корин­фя­нам, тем не менее, боль­шин­ство кри­ти­че­ских ученых счи­тают, что, по край­ней мере, в неко­то­рых из этих мест мы имеем дело с самой ранней формой хри­сти­ан­ской про­по­веди (вот только неболь­шая выборка работ ученых, при­дер­жи­ва­ю­щихся такой точки зрения Gerd Ludemann, Early Christianity According to the Traditions in Acts: A Commentary, trans. John Bowden (Minneapolis: Fortress, 1989), pp. 47–49, 112–15; Hengel, ne Atonement, p. 34; Pheme Perkins, Resurrection: New Testament Witness and Contemporary Reflection (Garden City, N.Y.: Doubleday, 1984), pp. 90, 228–31; Raymond E. Brown, An Introduction to New Testament Christology (Mahwah, N.J.: Paulist, 1994), pp. 112–13, 164; Fuller, ne Formation of the Resurrection Narratives, pp. 44–45; Kloppenborg, p. 361; Johnson, Living Jesus: Learning the Heart of the Gospel (San Francisco: Harper Collins, 1999), p. 34; although older, two of the better studies are C. H. Dodd, The Apostolic Preaching and Its Developments (reprint, Grand Rapids, Mich.: Baker, 1980), pp. 17–31, and Max Wilcox, The Semitisms of Acts (Oxford: Clarendon, 1965), esp. pp. 79–80, 164–65.). Как и все осталь­ные ранние веро­оп­ре­де­ле­ния, они харак­те­ри­зу­ются крат­ко­стью, отсут­ствием тео­ло­ги­че­ской слож­но­сти, особой струк­ту­рой, стилем, что сви­де­тель­ствует о другом линг­ви­сти­че­ском про­ис­хож­де­нии, отлич­ном от языка самого автора. Для нашей цели весьма важным явля­ется тот факт, что цен­тром всех этих отрыв­ков явля­ется Вос­крес­ший Иисус.

Эти керигмы из книги Деяний обес­пе­чи­вают нам воз­мож­ность взгля­нуть на древ­ний мир апо­столь­ской про­по­веди в то время, когда не была напи­сана еще ни одна из ново­за­вет­ных книг. Джон Дрейн думает, что эти про­по­веди в книге Деяний явля­ются нашими “самыми ран­ними сви­де­тель­ствами” о Вос­кре­се­нии Иисуса, и что мате­риал, содер­жа­щийся в них “прак­ти­че­ски точно отно­сится к пери­оду, когда пред­по­ла­га­е­мое собы­тие Вос­кре­се­ния имело место… В любом случае не может быть ника­ких сомне­ний отно­си­тельно того, что в несколь­ких первых главах книги Деяний автор сохра­нил мате­риал из очень ранних источ­ни­ков” (John Drane, Introducing the New Testament (San Francisco: Harper and Row, 1986), p. 99.).

Дже­ральд О’Коллинз закан­чи­вает свой вывод еще боле опре­де­ленно, чтокнига Деяний “заклю­чает в себе фор­му­ли­ровки о Вос­кре­се­нии, кото­рые имеют про­ис­хож­де­ние в 30 годах” (Gerald O’Collins, Interpreting Jesus (London: Geoffrey Chapman, 1983), pp. 109–10.).

6. Мы обсу­дили самые ранние апо­столь­ские сви­де­тель­ства явле­ний Вос­крес­шего Христа. Кри­ти­че­ские ученые также редко ставят под сомне­ние тот факт, что Иаков, брат Гос­пода, был скеп­ти­че­ски настроен к про­по­веди Иисуса, во время Его обще­ствен­ного слу­же­ния (Марк. 3:21–35, Ин. 7:5). После этого, бук­вально через несколько лет, мы уже встре­чаем Иакова во главе Церкви в Иеру­са­лиме, где Павел и нахо­дит его во время своих визи­тов (Гал. 1:18–19, 2:1–10, Деян. 15:13–21). Между этими двумя зафик­си­ро­ван­ными сви­де­тель­ствами, как утвер­ждает ранняя до-Пав­лова керигма из 15 главы Пер­вого Посла­ния к корин­фя­нам, Иаков встре­тил Вос­крес­шего Иисуса. Мы можем только пред­по­ла­гать о содер­жа­нии этой встречи.

Хотя тек­сту­аль­ная база, на кото­рой осно­вы­ва­ется точка зрения о пер­во­на­чаль­ном неве­рии Иакова, – не очень боль­шая, кри­ти­че­ские иссле­до­ва­тели, тем не менее, выде­ляют три основ­ных аргу­мента в ее пользу. Вот как вполне убе­ди­тельно обос­но­вы­вает это Джон Мейер. Неве­рие Иакова под­твер­ждено несколь­кими неза­ви­си­мыми друг от друга источ­ни­ками (Участ­ники Семи­нара по Иисусу даже думают, что эти два неза­ви­си­мых источ­ника ука­зы­вают на то, что это пред­став­ле­ние о неве­рии Иакова появи­лось раньше, чем это было зафик­си­ро­вано в пись­мен­ном источ­нике – Funk, Hoover and the Jesus Seminar, The Five Gospels, p. 26.). Кроме того, вполне соблю­да­ется и другой кри­ти­че­ский метод вери­фи­ка­ции, а именно – “кри­те­рий после­до­ва­тель­но­сти”, так как дей­стви­тельно Иисус посто­янно тре­бо­вал от своих уче­ни­ков остав­лять семей­ную жизнь и сле­до­вать за Ним, даже если это порож­дало недо­воль­ство внутри семьи, как это было и в случае самого Иисуса. Ну и, нако­нец, наи­бо­лее силь­ные осно­ва­ния для такой точки зрения в этом случае появ­ля­ются, если мы исполь­зуем “кри­те­рий затруд­не­ния для ранней Церкви”, так как крайне неве­ро­ятно, что бы ранняя Цер­ковь без исто­ри­че­ского осно­ва­ния допу­стила бы нали­чия в ново­за­вет­ных текстах довольно сму­ща­ю­щих заме­ча­ний о своем ува­жа­е­мом лидере и брате Гос­пода(Meier, A Marginal Jew, vol. 2, Mentor, Message and Miracle, pp. 68–71.).

Фуллер делает вывод, что даже если бы до-Пав­лова фор­мула из 15 главы Пер­вого посла­ния к Корин­фя­нам нико­гда не была бы запи­сана, “нам при­шлось бы самим изоб­ре­сти” явле­ние Иакову, для того, что бы адек­ватно объ­яс­нить его обра­ще­ние и лидер­ство в Иеру­са­лим­ской Церкви, самой круп­ной из ранних церк­вей! (Fuller, The Formation of the Resurrection Narratives, p. 37.).

Боль­шин­ство иссле­до­ва­те­лей, вклю­чая боль­шое коли­че­ство скеп­ти­ков, согласны с тем, что Иаков был “обра­щен” явле­нием Вос­крес­шего Иисуса(напри­мер, Ludemann, The Resurrection of Jesus, p. 109; Helmut Koester, History & Literature of Early Christianity, vol. 2 of Introduction to the New Testament (Philadelphia): p. 84; John Shelby Spong, The Easter Moment (San Francisco: Harper and Row, 1987), p. 68; Wedderburn, Beyond Resurrection, p. 116; Funk, Honest to Jesus (San Francisco: Harper Collins, 1996), p. 33; Meier, A Marginal Jew, vol. 2, Mentor, Message and Miracle, pp. 70–71; Peter Stuhlmacher, «The Resurrection of Jesus and the Resurrection of the Dead,» trans. Jonathan M. Whitlock, Ex Auditu 9 (1993), p. 49; E. P. Sanders, «But Did It Happen?» The Spectator 216 (1996), p. 17.).

7. То, что место захо­ро­не­ния Иисуса было най­дено пустым, само по себе не дока­зы­вает про­изо­шед­шего Вос­кре­се­ния. Однако, это добав­ляет дове­рия сви­де­тель­ствам уче­ни­ков о явле­ниях вос­крес­шего Иисуса, так как серьезно затруд­няет поиск нату­ра­ли­сти­че­ских гипо­тез объ­яс­не­ния Вос­кре­се­ния, и ука­зы­вает на то, что бы там не про­изо­шло, – это было свя­зано с телом Иисуса. Суще­ствует более десятка аргу­мен­тов в пользу исто­рич­но­сти сооб­ще­ния о пустом месте захо­ро­не­ния Иисуса. Мы упо­мя­нем лишь неко­то­рые из них. Еван­ге­лия едины в сооб­ще­нии о том, что пер­выми в обна­ру­же­ние пустого места захо­ро­не­ния были вовле­чены жен­щины. Это весьма при­ме­ча­тель­ное сви­де­тель­ство, так как еврей­ский суд того вре­мени не при­ни­мал сви­де­тель­ство женщин для выне­се­ния окон­ча­тель­ного вер­дикта по серьез­ному вопросу. И, таким обра­зом, сфаб­ри­ко­вать исто­рию с жен­щи­нами в каче­стве сви­де­те­лей, – зна­чило бы зара­нее спо­соб­ство­вать недо­ве­рию к этой исто­рии. Этот рас­сказ имеет смысл только в том случае, если сооб­ще­ния отра­жают то, что про­изо­шло на самом деле. Сам Иеру­са­лим был бы послед­ним горо­дом на земле, где было бы воз­можно про­по­ве­до­вать о Вос­крес­шем Иисусе, если бы место его захо­ро­не­ния не было пустым. Любой мог просто с иро­нией ука­зать на место погре­бе­ния, что бы раз и навсе­гда пре­кра­тить сума­сброд­ные заяв­ле­ния уче­ни­ков.

Сооб­ще­ния о пустом месте захо­ро­не­ния зафик­си­ро­ваны несколь­кими источ­ни­ками, кото­рые можно обна­ру­жить в прак­ти­че­ски каждом еван­гель­ском рас­сказе. Исто­рик антич­но­сти Пол Майер заме­чает: ”боль­шое коли­че­ство фактов антич­ной исто­рии под­твер­ждено одним источ­ни­ком, и согла­сие двух или трех источ­ни­ков делают этот факт без­упреч­ным” (Paul Maier, In the Fullness of Time: A Historian Looks at Christmas, Easter and the Early Church (San Francisco: Harper Collins, 1991), p. 197.).

Раннее до-Пав­лово веро­оп­ре­де­ле­ние из 15 главы Пер­вого посла­ния к Корин­фя­нам по мень­шей мере под­ра­зу­ме­вает нали­чие пустого место захо­ро­не­ния. То, что сооб­ща­ется при помощи тро­ич­ной после­до­ва­тель­но­сти и соеди­нено с помо­щью “и что…” – в еврей­ской тра­ди­ции не может озна­чать иное, как то, что Иисус умер, был похо­ро­нен, вос­крес и являлся. То (тело), что было живым – умерло – было пре­дано захо­ро­не­нию – позже явля­лось. В этом случае есте­ственно, что место захо­ро­не­ния было пустым. То, что веро­ятно явля­ется другой ранней кериг­мой (а именно Деян. 13:29–31, 36–37), еще более ясно ука­зы­вает, что Иисус был похо­ро­нен, вос­крес и являлся.

Еврей­ские ста­рей­шины не только не оспа­ри­вали нали­чия пустого места захо­ро­не­ния, но и их зафик­си­ро­ван­ный ответ даже под­ра­зу­ме­вает это (Мф. 28:11–15). В этом случае мы имеем под­твер­жде­ние факта со сто­роны оппо­нен­тов.

Хотя пустое место захо­ро­не­ния Иисуса не так еди­но­душно при­ни­ма­ется всеми иссле­до­ва­те­лями, как те факты, о кото­рых мы гово­рили выше, боль­шин­ство кри­ти­че­ских иссле­до­ва­те­лей уве­рены, что место, где был похо­ро­нен Иисус, позже было обна­ру­жено пустым (мое изу­че­ние сотен ака­де­ми­че­ских трудов по про­бле­ма­тике Вос­кре­се­ния сви­де­тель­ствует о том, что есть более два­дцати аргу­мен­тов в пользу исто­рич­но­сти сооб­ще­ния о пустом месте захо­ро­не­ния Иисуса и при­бли­зи­тельно 75 про­цен­тов всех иссле­до­ва­те­лей убеж­дены в силе того или иного аргу­мента).

Джеймс Данн уве­ренно заяв­ляет: ”Я должен ска­зать настой­чиво: весьма веро­ятно, что могила была пустой. В исто­ри­че­ской рекон­струк­ции собы­тий сово­куп­ность всех аргу­мен­тов четко под­во­дит нас к этому выводу”. Все аль­тер­на­тив­ные объ­яс­не­ния намного хуже (Dunn, The Evidence for Jesus, p. 68). Исто­рик Майкл Грант объ­яс­няет: ”исто­рик… не может вполне обос­но­ванно отри­цать нали­чие пустого места захо­ро­не­ния”, так как тра­ди­ци­он­ные исто­ри­че­ские кри­те­рии под­твер­ждают : ”что сви­де­тель­ство об этом явля­ется хорошо под­твер­жден­ным и в доста­точ­ной мере веро­ят­ным, чтобы мы, даже с неко­то­рой необ­хо­ди­мо­стью, пришли к выводу о том, что место захо­ро­не­ния дей­стви­тельно было пустым” (Michael Grant, Jesus: An Historian’s Review of the Gospels (New York: Collier, 1992), p. 176. Пре­вос­ход­ный анализ допол­ни­тель­ных аргу­мен­тов можно найти здесь «William Lane Craig, «The Historicity of the Empty Tomb of Jesus,» New Testament Studies 31 (1985): 39–67.).

8. Нако­нец, нет ника­ких сомне­ний в том, что вера уче­ни­ков в то, что они видели Вос­крес­шего Иисуса, при­вело к ради­каль­ней­шей пере­мене в их жизни, даже до того, что они были готовы отдать свои жизни за свою веру в эти собы­тия. Но, поскольку вопрос о сте­пени уни­каль­но­сти такой готов­но­сти мы подробно раз­би­раем во второй части этой главы, подробно на этом пункте здесь мы оста­нав­ли­ваться не будем.

Мы ука­зали восемь раз­лич­ных причин, что бы пока­зать, почему совре­мен­ные иссле­до­ва­тели прак­ти­че­ски без исклю­че­ния при­хо­дят к выводу, что уче­ники на самом деле думали, что видели Вос­крес­шего Христа, после того, как он умер на кресте. Соб­ствен­ное сви­де­тель­ство Павла, необык­но­венно ранняя дата, когда он зна­ко­мится с кериг­мой, зафик­си­ро­ван­ной позже в 15 главе Пер­вого посла­ния к Корин­фя­нам, неод­но­крат­ная сверка свое про­по­веди с про­по­ве­дью других апо­сто­лов, кото­рые так же были сви­де­те­лями явле­ний Вос­крес­шего Христа и его знание о их сви­де­тель­стве об этих явле­ниях пред­став­ляют просто уни­каль­ное, не пре­рван­ное сви­де­тель­ство о собы­тии, что фак­ти­че­ски не имеет ана­ло­гов в антич­ных источ­ни­ках. Выда­ю­щийся ученый Говард Ки делает пора­зи­тель­ный ком­мен­та­рий отно­си­тельно того, что иссле­до­ва­ния Павла по этому вопросу “могут быть кри­ти­че­ски про­ана­ли­зи­ро­ваны и све­рены со сви­де­тель­ствами других источ­ни­ков и оче­вид­цев, ровно в такой же сте­пени, как оце­ни­ва­ются сви­де­тель­ства в совре­мен­ной юрис­пру­ден­ции или на ака­де­ми­че­ском уровне” (Howard Clark Kee, What Can We Know about Jesus? (Cambridge: Cambridge University Press, 1990), pp. 1–2.).

Более того, другие тек­сту­аль­ные сви­де­тель­ства, такие как, напри­мер, ранние керигмы из книги Деяний, обра­ще­ние Иакова, нали­чие пустого места погре­бе­ния Иисуса и транс­фор­ма­ция уче­ни­ков дают нам допол­ни­тель­ную аргу­мен­та­цию в пользу того, что уче­ники были совер­шенно уве­рены, что видели Вос­крес­шего Иисуса. Еще можно упо­мя­нуть о неко­то­рых допол­ни­тель­ных фак­то­рах. Напри­мер, Вос­кре­се­ние зани­мает цен­траль­ное место в про­по­веди всей ранней Церкви, что ста­но­вится ката­ли­за­то­ром готов­но­сти членов Церкви уме­реть за свою веру, посто­янно о ней сви­де­тель­ство­вать и не отка­зы­ваться и не отре­каться от нее, насколько нам это известно. Кроме того, еврей­ские лидеры имели одно­вре­менно и мотив, и воз­мож­но­сти про­ти­во­сто­ять этой про­по­веди, кото­рая угро­жала самому их суще­ство­ва­нию, однако не смогли ничего сде­лать для пре­кра­ще­ния ее рас­про­стра­не­ния (более деталь­ное рас­смот­ре­ние этих двух аспек­тов, а также допол­ни­тель­ную инфор­ма­цию о согла­сии в совре­мен­ном науч­ном мире отно­си­тельно пере­чис­лен­ных выше аргу­мен­тов см. Gary R. Habermas, The Risen Jesus and Future Hope (Lanham, Met: Rowman and Littlefield, 2003), chap. 1.).

Ника­кая другая гипо­теза не пред­став­ляет сколь-либо жиз­не­спо­соб­ной кон­ку­рен­ции точке зрения о том, что первые уче­ники Христа, по край­ней мере, думали, что были сви­де­те­лями Его явле­ний после рас­пя­тия. Но можем ли мы как-то про­дви­нуться от уста­нов­ле­ния этого исто­ри­че­ского факта к тому, что они на самом деле видели Вос­крес­шего Христа? Такой пере­ход являлся бы самым важным аспек­том исто­ри­че­ской аргу­мен­та­ции в пользу этих явле­ний.

Часть 2. От убеж­ден­но­сти к собы­тию

Каждый из восьми пере­чис­лен­ных выше пунк­тов ука­зы­вает на веру, что Иисуса видели снова после Его смерти. Дру­гими сло­вами, при­тя­за­ние, нали­чие кото­рого при­ни­мают все кри­ти­че­ские иссле­до­ва­тели, явля­ется визу­аль­ным при­тя­за­нием. Уче­ники были уве­рены, что никто другой как сам Иисус после Его рас­пя­тия появ­лялся в их визу­аль­ном поле. Это то, что утвер­ждал Павел, с чем был согла­сен Петр, а так же Иаков. Кроме того, место захо­ро­не­ния Иисуса было пустым… В итоге, это навсе­гда изме­нило их жизни. С этим согласны все совре­мен­ные скеп­ти­че­ски настро­ен­ные ученые. Кестер заяв­ляет, что ”мы на доста­точно твер­дой почве, когда речь идет о явле­ниях Вос­крес­шего Иисуса и их послед­ствиях”. Эти явле­ния “не могут быть аргу­мен­ти­ро­вано оспо­рены” (Koester, History and Literature, p. 84.).

Барт Эрман утвер­ждает, что “мы можем ска­зать с полной уве­рен­но­стью, что неко­то­рые из его уче­ни­ков позд­нее упорно утвер­ждали, что он им вскоре явился… Исто­рики, конечно, не имеют ника­ких затруд­не­ний и могут гово­рить о вере в вос­кре­се­ние Иисуса, так как это каса­ется реаль­ного пуб­лич­ного испо­ве­да­ния” (Bart Ehrman, Jesus: Apocalyptic Prophet of the Neiv Millennium (New York: Oxford University Press, 1999), pp. 230–31.).

Тро­готт Хольц делает вывод, что “пере­жи­ва­ние уче­ни­ками Вос­кре­се­ния… это на самом деле бес­спор­ное исто­ри­че­ское собы­тие” (Traugott Holtz, «Kenntnis von Jesus und Kenntnis Jesu,» Teologische Literaturzeitung 104 (1979), p. 10.).

Люде­манн даже напо­ми­нает нам, что язык, исполь­зу­е­мый Павлом для опи­са­ния Вос­кре­се­ния, – это язык реаль­ного виде­ния: “актив­ное чув­ствен­ное вос­при­я­тие… Павел пре­тен­дует именно на визу­аль­ный аспект явле­ний” (Ltidemann, The Resurrection of Jesus, p. 50; cf. p. 37). Более того, Павел учил, что Иисус являлся в “духовно пре­об­ра­зо­ван­ной Вос­кре­се­нием телес­но­сти” (Gerd Ludemann, What Really Happened to Jesus: A Historical Approach to the Resurrection, with Alf Ozen, trans. John Bowden (Louisville, Ky.: Westminster John Knox, 1995), p. 103.).

В этом случае кажется вполне ясным, что уче­ники Иисуса были пол­но­стью убеж­дены, что Он являлся им, после смерти. Это явля­ется бес­спор­ным для всех кри­ти­че­ских иссле­до­ва­те­лей, так как фак­то­ло­ги­че­ская база в этом случае явля­ется чрез­вы­чайно силь­ной. Но, опять-таки, как мы можем перейти от их уве­рен­но­сти к самому собы­тию Вос­кре­се­ния, а именно, к реаль­ным явле­ниям Иисуса? С одной сто­роны, такой вывод напра­ши­ва­ется как-бы сам собой, однако этот путь может быть и доста­точно скольз­ким. Веру­ю­щий чело­век, веро­ятно, посчи­тал бы вполне оправ­дан­ным сразу делать такой вывод, учи­ты­вая силу изло­жен­ной выше аргу­мен­та­ции. В конце концов, каждый из аргу­мен­тов ука­зы­вает на кон­крет­ное визу­аль­ное собы­тие, кото­рое изме­нило жизни уче­ни­ков, пол­но­стью убеж­ден­ных, что это собы­тие было явле­нием их близ­кого друга и учи­теля.

Однако, скеп­тик, скорее всего, отка­жется про­во­дить такую связь между тем, что думали уче­ники, и тем, что же на самом деле слу­чи­лось. Для этого выби­ра­ется два разных направ­ле­ния, для того, что бы прямо или кос­венно оспо­рить пред­став­лен­ное выше умо­за­клю­че­ние. Пер­во­на­чально, скеп­тик пыта­ется про­из­ве­сти кос­вен­ный маневр, выдви­гая раз­лич­ные апри­ор­ные воз­ра­же­ния, а именно, что, несмотря на всю аргу­мен­та­цию, Иисус просто не мог вос­крес­нуть. Такого рода чудес­ные собы­тия не про­ис­хо­дят в нашем мире. Эти по пре­иму­ще­ству фило­соф­ские рас­суж­де­ния могут легко нас увести в сферу довольно дале­кую от про­бле­ма­тики Вос­кре­се­ния, осо­бенно если учесть, что они сами по себе напря­мую не свя­заны с этим собы­тием. В этом случае обычно дела­ется анализ извест­ных нам науч­ных знаний или вообще содер­жа­ния аргу­мен­та­ции и дока­за­тельств, что выхо­дит за рамки соб­ственно про­бле­ма­тики Вос­кре­се­ния (о раз­гра­ни­че­нии раз­лич­ного рода апри­ор­ных аргу­мен­тов, а также деталь­ный ответ на неко­то­рые из них см. Gary R. Habermas and Michael Licona, The Case for the Resurrection of Jesus (Grand Rapids, Midi.: Kregel, 2004), chap. 9., более тех­ни­че­ское обсуж­де­ние про­блемы см. Habermas, The Risen Jesus and Future Hope, esp. chap. 2.).

Другой кос­вен­ный ответ содер­жится в агно­сти­че­ском тезисе, что мы просто не знаем, что же про­изо­шло на самом деле. Уче­ники дей­стви­тельно пола­гали, что видели Вос­крес­шего Иисуса, но мы не в состо­я­нии опре­де­лить при­чину такой уве­рен­но­сти.

Однако, под­дер­жи­вать такую дву­смыс­лен­ную пози­цию (и нашим, и вашим) очень непро­сто, так как в этом случае просто при­хо­дится избе­гать вполне кон­крет­ного ана­лиза фактов, каждый из кото­рых может стать кри­ти­че­ским для самого утвер­жда­е­мого тезиса. Вот только несколько про­блем, обойти кото­рые в этом случае не уда­ется:

А) агно­сти­че­ская пози­ция утвер­жда­ется в отри­ца­нии воз­мож­но­сти Вос­кре­се­ния еще до того, как рас­смот­рена аргу­мен­та­ция “за и против” нали­чия такой воз­мож­но­сти и даже в отри­ца­нии того, что сама подоб­ная дис­кус­сия может каким-то обра­зом сви­де­тель­ство­вать об истин­но­сти хри­сти­ан­ства (более детально о том, как Вос­кре­се­ние и свя­зан­ные с ним вопросы ведут к центру хри­сти­ан­ства см. Habermas, The Risen Jesus and Future Hope, chaps. 1–6., в более попу­ляр­ной форме обсуж­де­ние вопроса можно посмот­реть здесь Gary R. Habermas, «Evidential Apologetics,» in Five Views on Apologetics, ed. Stephen B. Cowan (Grand Rapids, Mich.: Zondervan, 2000).

Б) Утвер­жде­ние, что мы НЕ МОЖЕМ, обна­ру­жить при­чину веры уче­ни­ков само должно нести бремя дока­за­тельств для воз­мож­но­сти такого пози­тив­ного утвер­жде­ния. На каком соб­ственно осно­ва­нии дела­ется это утвер­жде­ние, что НЕ МОЖЕМ?

В) У нас вполне доста­точ­ная аргу­мен­та­ци­он­ная база для того, что бы делать выводы по про­бле­ма­тике, осо­бенно если учесть, что к рас­смот­ре­нию при­ни­ма­ются только те факты, с кото­рыми согласны все иссле­до­ва­тели. Поэтому кри­тики не должны зара­нее откло­нять или исклю­чать те резуль­таты, путь к кото­рым обо­зна­чен и наме­чен в их соб­ствен­ных иссле­до­ва­ниях (допол­ни­тель­ные ком­мен­та­рии о том, как мето­до­ло­гия, исполь­зу­е­мая кри­ти­ками для рас­смот­ре­ния вопроса о Вос­кре­се­нии, при­во­дит к уста­нов­ле­нию исто­рич­но­сти этого собы­тия см. Habermas, The Risen Jesus and Future Hope, chap. 1.).

Г) Воз­ра­же­ния общего харак­тера не могут быть при­знаны доста­точ­ными против вполне кон­крет­ных выво­дов по про­бле­ма­тике Вос­кре­се­ния, поэтому веру­ю­щий чело­век имеет более чем доста­точно осно­ва­ний для своей точки зрения, учи­ты­вая серьез­ную аргу­мен­та­ци­он­ную базу по этому вопросу.

Та же мето­до­ло­гия, кото­рая исполь­зу­ется нами, при­ме­нима и с точки зрения агно­сти­че­ской пози­ции. Везде мы исполь­зо­вали данные, при­знан­ные прак­ти­че­ски всеми уче­ными. Эта самая группа “мини­маль­ного коли­че­ства” исто­ри­че­ских фактов, нали­чие кото­рых при­зна­ется даже агно­сти­ками, совер­шенно четко ука­зы­вает, что с уче­ни­ками про­изо­шло что-то выхо­дя­щее за рамки про­стого ука­за­ния на то, что про­изо­шло “нечто неопре­де­лен­ное”. Мы пока­зали выше, что все сви­де­тель­ства гово­рят о визу­аль­ном харак­тере про­изо­шед­шего – уче­ники думали, что видели Иисуса после Его смерти. Не при­да­вая боль­шой зна­чи­мо­сти тем самым фактам (с кото­рыми они сами вполне согласны), агно­стики упус­кают из виду и саму при­чину опыт­ного пере­жи­ва­ния уче­ни­ками явле­ний Вос­крес­шего Иисуса. Но было бы недо­ста­точно просто оста­но­виться здесь и отка­заться от даль­ней­шего иссле­до­ва­ния и ана­лиза. То, что они не в состо­я­нии объ­яс­нить в своих аль­тер­на­тив­ных попыт­ках, так это как раз те самые данные, кото­рые делают реаль­ные явле­ния Иисуса наи­бо­лее веро­ят­ной из всех воз­мож­ных гипо­тез, что и будет пока­зано ниже. Как утвер­ждает Фуллер, то, что мы знаем “тре­бует от нас, что бы исто­рик пред­ста­вил и другое собы­тие” кроме про­стой кон­ста­та­ции веры уче­ни­ков. Мы должны уста­но­вить “при­чину пас­халь­ной веры… кото­рая нахо­дится вне самой веры” (Fuller, The Formation of the Resurrection Narratives, pp. 169, 181.).

Именно для того, чтобы как-то объ­яс­нить эти факты, в тече­ние послед­них сто­ле­тий появился и более попу­ляр­ный подход, а именно пред­став­ле­ние нату­ра­ли­сти­че­ских теорий, каса­ю­щихся про­бле­ма­тики Вос­кре­се­ния. Это свя­зано с попыт­ками уйти от Вос­кре­се­ния, в сто­рону более “есте­ствен­ных” объ­яс­не­ний про­изо­шед­шего. В этом случае пред­ла­га­ется аль­тер­на­тив­ный сце­на­рий: “Иисус не вос­кре­сал из мерт­вых. А про­изо­шло вот что…” (и далее про­ис­хо­дит запол­не­ние этого фор­му­ляра в соот­вет­ствии с соб­ствен­ными пред­став­ле­ни­ями автора). Однако, это, веро­ятно, наи­бо­лее слож­ное зада­ние из всех воз­мож­ных. Именно поэтому подав­ля­ю­щее боль­шин­ство кри­ти­ков, столк­нув­шись с необ­хо­ди­мо­стью выбора между этими аль­тер­на­тив­ными гипо­те­зами, отка­зы­ва­ются от окон­ча­тель­ного суж­де­ния. Они часто очень хорошо знают, что, как только выбрана кон­крет­ная аль­тер­на­тив­ная Вос­кре­се­нию гипо­теза, сразу же вся сово­куп­ность извест­ных исто­ри­че­ских фактов раз­ру­шает их гипо­тезу до осно­ва­ния. На самом деле, они настолько хорошо знают это, что только немно­гие пред­при­ни­мают такие попытки. Среди ученых обычно при­зна­ется, что ни одна из этих аль­тер­на­тив­ных гипо­тез не рабо­тает. Напри­мер, Рей­монд Браун назы­вает такие гипо­тезы “gratuitous charges” (Brown, An Introduction to New Testament Christology, p. 163; cf. pp. 163–67.). Данн при­хо­дит к выводу, что “аль­тер­на­тив­ная интер­пре­та­ция данных не спо­собна дать более удо­вле­тво­ри­тель­ное объ­яс­не­ние”, чем Вос­кре­се­ние (Dunn, Tl.ie Evidence for Jesus, p. 76. Другое более недав­нее и похо­жее сви­де­тель­ство N. T. Wright, «Christian Origins and the Resurrection of Jesus: The Resurrection of Jesus as a Historical Problem,» Sewanee Theological Review 41 (1998): 118–22.). Дейвис гово­рит: “Все аль­тер­на­тив­ные гипо­тезы, с кото­рыми я знаком, весьма слабы с точки зрения исто­рии, неко­то­рые так слабы, что падают от своего соб­ствен­ного веса… Аль­тер­на­тив­ные теории не просто слабее, а гораздо слабее, когда речь идет об объ­яс­не­нии извест­ных нам исто­ри­че­ских сви­де­тельств”(Stephen T. Davis, «Is Belief in the Resurrection Rational?» Philo 2 (1999): 57–58.).

Робин­сон заме­чает: ”Дей­стви­тельно очень трудно откло­нить (явле­ния Иисуса) и все-таки найти достой­ное объ­яс­не­ние” (J. A. T. Robinson, Can We Trust the New Testament? (Grand Rapids, Mich.: Eerdmans, 1977), p. 124.).

Учи­ты­вая, что скеп­тики должны при­ни­мать во вни­ма­ние тот факт, что уче­ники были уве­рены в том, что видели Вос­крес­шего Иисуса, наи­бо­лее попу­ляр­ной нату­ра­ли­сти­че­ской гипо­те­зой (хотя так же выдви­га­е­мой лишь мень­шин­ством) явля­ется пред­по­ло­же­ние, что они видели гал­лю­ци­на­цию. Деталь­ный обзор этой гипо­тезы сде­лать в этой главе не удастся, однако мы можем просто ука­зать на те бес­чис­лен­ные про­блемы, кото­рые воз­ни­кают с таким пред­по­ло­же­нием (обзор послед­них тен­ден­ций, а также кри­ти­че­ский анализ этой гипо­тезы см. Gary R. Habermas, «Explaining Away Jesus» Resurrection: The Recent Revival of Hallucination Theories,» Christian Research Journal 23 (2001), pp. 26–31, 47–49.).

Напри­мер, (1) гал­лю­ци­на­ции явля­ются част­ным опытом отдель­ных лич­но­стей, однако мы имеем серьез­ные осно­ва­ния пред­по­ла­гать, что группы людей пре­тен­до­вали на то, что видели Вос­крес­шего Иисуса. (2) отча­я­ние уче­ни­ков после рас­пя­тия Иисуса ука­зы­вает на то, что они не были в над­ле­жа­щем пси­хо­ло­ги­че­ском состо­я­нии, чтобы видеть гал­лю­ци­на­ции. (3) Воз­можно самой серьезно про­бле­мой явля­ется то, что явле­ния про­ис­хо­дили с раз­ными людьми, в разных гео­гра­фи­че­ских пунк­тах в разное время. Верить в то, что отдель­ные оди­на­ко­вые гал­лю­ци­на­ции про­ис­хо­дили с этими раз­ными людьми и в этих раз­лич­ных обсто­я­тель­ствах зна­чило бы выхо­дить за рамки веро­ят­ного. (4) Кроме того, если при­нять эту точку зрения, то тело Иисуса все еще про­дол­жало бы нахо­диться в гроб­нице. (5) Гал­лю­ци­на­ции очень редко изме­няют после­ду­ю­щую жизнь людей, у нас же нет ника­ких сви­де­тельств, что бы кто-нибудь из оче­вид­цев явле­ний Иисуса отрекся бы от этого своего убеж­де­ния. Две огром­ные про­блемы пред­став­ляют как обра­ще­ние Павла (6), так и обра­ще­ние Иакова (7), ни у кого из них не было пси­хо­ло­ги­че­ского жела­ния видеть Иисуса после рас­пя­тия. Вот только несколько серьез­ных вопро­сов воз­ни­ка­ю­щих с этой гипо­те­зой. Все другие пред­ло­жен­ные нату­ра­ли­сти­че­ские гипо­тезы также были опро­верг­нуты (в работе «Explaining Away Jesus» Resurrection» я пере­чис­лил 19 раз­лич­ных про­блем, воз­ни­ка­ю­щих с раз­ными аспек­тами теории гал­лю­ци­на­ций. Доступ­ный анализ других потен­ци­аль­ных нату­ра­ли­сти­че­ских пред­по­ло­же­ний, данный на более чем ста стра­ни­цах по этой теме можно посмот­реть в работе Habermas and Licona, The Case for the Resurrection of Jesus, осо­бенно главы 7–9).

Теперь мы готовы утвер­дить основ­ной прин­цип пере­хода от убеж­ден­но­сти уче­ни­ков к исто­ри­че­ским явле­ниям Вос­крес­шего Иисуса. Серьез­ные осно­ва­ния в под­держку пере­жи­ва­ния уче­ни­ками явле­ний Вос­крес­шего Иисуса в сово­куп­но­сти с про­ва­лом аль­тер­на­тив­ных тези­сов, даже по кри­ти­че­ским стан­дар­там, ука­зы­вают на то, что наи­бо­лее веро­ят­ный сце­на­рий про­изо­шед­шего тот, что уче­ники ДЕЙ­СТВИ­ТЕЛЬНО видели Вос­крес­шего Иисуса. Кроме того, чем больше про­блем воз­ни­кает с нату­ра­ли­сти­че­скими гипо­те­зами, тем более веро­ят­ными ста­но­вятся исто­ри­че­ские явле­ния Вос­крес­шего Иисуса. Кратко этот прин­цип можно сфор­му­ли­ро­вать как мате­ма­ти­че­ское урав­не­ние – учи­ты­вая необ­хо­ди­мость раци­о­наль­ного объ­яс­не­ния, опыт уче­ни­ков плюс провал аль­тер­на­тив рав­ня­ется исто­ри­че­ским явле­ниям Вос­крес­шего Иисуса. Такой вывод ста­но­вится воз­мож­ным, потому что из-за про­вала аль­тер­на­тив­ных гипо­тез, вну­ши­тель­ные сви­де­тель­ства в пользу пере­жи­ва­ний уче­ни­ками явле­ний Вос­крес­шего Иисуса, под­твер­жден­ные как ничто другое в Новом Завете, ста­но­вятся также впе­чат­ля­ю­щими сви­де­тель­ствами в пользу самих исто­ри­че­ских явле­ний. Говоря короче, пере­жи­ва­ния уче­ни­ками явле­ний должны быть при­знаны тем, чем были на самом деле – а именно самими явле­ни­ями Вос­крес­шего Иисуса.

Уни­каль­ность транс­фор­ма­ции уче­ни­ков Иисуса

Сего­дня многие готовы уме­реть за свои рели­ги­оз­ные и даже поли­ти­че­ские убеж­де­ния – от ком­му­ни­стов до мусуль­ман и хри­стиан, при­меры нам хорошо известны. Однако, в тече­ние исто­рии, многие про­па­ган­ди­ро­вали и ложные убеж­де­ния. Что же отли­чает в таком случае уче­ни­ков Иисуса? Явля­ется ли их пере­мена в любом случае уни­каль­ной? Фак­ти­че­ски никто не оспа­ри­вает ради­каль­ную пере­мену уче­ни­ков. Перед тем, как Иисус умер, Его поки­нули уче­ники и даже отрек­лись от Него (несколько при­ме­ров можно найти в Мф.26:56, 69–74, Мк.14:50,66–72, Лк.22:55–72, Ин.18:25–27). Напро­тив, после Вос­кре­се­ния оста­ток их жизни бес­спорно и ради­кально изме­нился. Они были готовы уме­реть за свою веру, и многие закон­чили жизнь муче­ни­че­ски (см. Деян. 2:41–47; 4:1–4, 8–21, 29–31; 5:17–32, 40–42., готов­ность уме­реть Ин.21:18–19, Деян.7:57–60; 12:1–3; 21:13; 25:11; Рим.14:8, 1Кор.15:30–32, 2Кор.4:7–14; 11:23–32; Филп.1:20–24, ср. 2Пет.1:13–15. У нас есть ранние сви­де­тель­ства о муче­ни­че­стве Петра и Павла в Посла­нии Кле­мента Рим­ского к Корин­фя­нам (95 г.), гл. 5 и два сви­де­тель­ства о муче­ни­че­стве Иакова, брата Гос­подня – Иосиф Флафий, Древ­но­сти 20:9:1, Гег­сипп у Евсе­вия Кес­са­рий­ского в Цер­ков­ной исто­рии 2:23, еще Евсе­вий сооб­щает, что Иаков, брат Иоанна, Петр и Павел умерли за свою веру, Цер­ков­ная исто­рия 2:9, 25).

Мета­мор­фоза, про­изо­шед­шая с уче­ни­ками оче­видна и из этики, орга­ни­за­ции про­по­веди, других аспек­тов учения, что отра­жено повсюду в Новом Завете. Вне-биб­лей­ские источ­ники, как свет­ские, так и хри­сти­ан­ские, так же под­твер­ждают эту пере­мену (см. Тацит, Анналы 15.44, спор­ный отры­вок из Иосифа, Древ­но­сти 18.3.3, письмо Мары Бар-Сера­пи­она его сыну (нахо­дится в Бри­тан­ском музее), Сви­де­тель­ство хри­стиан зафик­си­ро­вано Кле­мен­том Рим­ским (Корин­фя­нам 42), Игна­тием Антио­хий­ским (Смир­ний­цам 3), Вар­на­вой (5)).

Что же явля­ется при­чи­ной такой пере­мены уче­ни­ков? Новый Завет совер­шенно явно сви­де­тель­ствует, что явле­ния Вос­крес­шего Иисуса стали тем самым опре­де­ля­ю­щим собы­тием, тем ката­ли­за­то­ром, кото­рый привел уче­ни­ков от сму­ще­ния к экзаль­та­ции. Все кри­ти­че­ские ученые пол­но­стью согласны с этим. Бен Майер заяв­ляет совер­шенно опре­де­ленно: ”То, что Пас­халь­ные собы­тия опре­де­лили транс­фор­ма­цию уче­ни­ков, не имеет разум­ных осно­ва­ний для сомне­ния” (Ben Meyer, The Aims of Jesus (London: SCM, 1979), p. 60.). Хьюго Сто­дин­гер согла­ша­ется: ”Только явле­ния Иисуса вызвали в них пере­мену настро­е­ния” (Hugo Staudinger, «The Resurrection of Jesus Christ as Saving Event and as «Object» of Historical Research,» Scottish Journal of neology 36 (1983), p. 321.). Н.Т.Райт заяв­ляет: ”Первое поко­ле­ние хри­стиан … объ­яв­ляло и празд­но­вало победу Иисуса над злом…Это было осно­ва­нием их заме­ча­тель­ной радо­сти” (N. T. Wright, Jesus and the Victory of God, vol. 2 of Christian Origins and the Question of God (Minneapolis: Fortress, 1997), p. 659.).

По общему при­зна­нию, пре­об­ра­зо­ва­ния в жизни могут про­ис­хо­дить и по ложным при­чи­нам. Но я бы утвер­ждал, что есть каче­ствен­ная раз­ница между тем, что про­изо­шло с уче­ни­ками и тем, что мы видим сего­дня. Счи­та­ется при­знан­ным, что те, кто готов уме­реть за свои убеж­де­ния, искренне верят в них. Уче­ники стра­дали из-за их веры в свои убеж­де­ния, как и все осталь­ные. Но на этом сов­па­де­ния между уче­ни­ками и осталь­ными закан­чи­ва­ются. В отли­чие от других слу­чаев, как мы видели в этой главе, уче­ники умерли за нечто боль­шее, чем просто за свою веру в какие-то убеж­де­ния. Они доб­ро­вольно отда­вали свои жизни именно потому, что были пол­но­стью убеж­дены в том, что сами видели Вос­крес­шего Иисуса. Говоря кратко, их транс­фор­ма­ция не была вызвана их идео­ло­гией, как в других слу­чаях, но их новая жиз­нен­ная пози­ция явно осно­вана на личном опыте – их глу­бо­ком убеж­де­нии, что они дей­стви­тельно видели Вос­крес­шего Иисуса.

Без их опыта Вос­кре­се­ния, не было бы ника­кой транс­фор­ма­ции, потому что без этого собы­тия их вера была бы тщетна (1Кор.15:14,17). Как наста­и­вает Павел, они на самом деле видели Иисуса (1Кор.15:1–11) и это как раз то самое собы­тие, кото­рое под­твер­дило их вечную жизнь, потому что если Иисус вос­крес, то и они вос­крес­нут (1Кор.15:17–20). Смерть больше не имеет своего жала для них (1Кор.15:53–55). Подобно этому Петр доста­точно уди­ви­тельно объ­яв­ляет, что, поскольку по при­чине Вос­кре­се­ния небеса стали для нас доступны, то даже серьез­ные жиз­нен­ные про­блемы должны при­ни­маться с радо­стью (1Пет.1:3–7).

Об этом стоит заду­маться. Если веч­ность зави­сит от того, вос­крес ли Иисус из мерт­вых, то, что лежит в осно­ва­нии надежды – просто силь­ная уве­рен­ность в этом, или уве­рен­ность в этом сильна именно потому, что вы на самом деле видели Вос­крес­шего Иисуса? Дру­гими сло­вами, вопрос в том, какие обсто­я­тель­ства обла­дают боль­шей убе­ди­тель­но­стью: одно дело, когда вы при­хо­дите к убеж­де­нию сто­ле­ти­ями позже или вынуж­дены сле­до­вать чьей-то док­трине, и совсем другое дело, что вы дей­стви­тельно были с тем самым Иису­сом вчера вече­ром, невзи­рая на все необыч­ные част­но­сти. Вы можете пред­ста­вить, какую же радость испы­тали уче­ники, встре­тив­шись с живым Иису­сом, смот­ря­щим им прямо в глаза? В тот самый момент, когда они Его уви­дели снова, небеса для них сходят на землю и пред ними пред­стает веч­ность. В конце концов, что же такое явле­ния Вос­крес­шего Иисуса? Когда уче­ники видели Вос­крес­шего Иисуса они видели как ходит и гово­рит Вечная жизнь. Неуди­ви­тельно, что у них появи­лась уве­рен­ность. В этом – глав­ное отли­чие между уче­ни­ками Иисуса и всеми дру­гими, при­дер­жи­ва­ю­щи­мися рели­ги­оз­ных убеж­де­ний. В допол­не­ние к их твер­дой убеж­ден­но­сти, уче­ники имели оче­вид­ный личный опыт, кото­рого не было не до них, ни после них (Gary R. Habermas, «Resurrection Claims in Non-Christian Religions», Religious Studies 25 (1989): 167–77). Они видели небо в лич­но­сти Иисуса Христа. И хотя, те, кто верит сего­дня, сами этого не видели, у нас есть очень серьез­ные сви­де­тель­ства в пользу того, что уче­ники были оче­вид­цами этого.

Заклю­че­ние

Я утвер­ждаю, что наи­бо­лее важный аспект поле­мики по вопро­сам исто­рич­но­сти Вос­кре­се­ния заклю­ча­ется в полной убеж­ден­но­сти уче­ни­ков в том, что они видели Вос­крес­шего Иисуса. Сооб­ще­ство кри­ти­че­ских ученых, счи­тает этот опыт пол­но­стью исто­ри­че­ским. Те же самые ученые прак­ти­че­ски всегда при­знают, что нату­ра­ли­сти­че­ские аль­тер­на­тивы не объ­яс­няют всю сово­куп­ность, име­ю­щихся у нас данных. Поэтому впе­чат­ля­ю­щие сви­де­тель­ства, кото­рые помо­гают нам уста­но­вить опыт Вос­кре­се­ния уче­ни­ков, осо­бенно учи­ты­вая недее­спо­соб­ность аль­тер­на­тив­ных гипо­тез, ста­но­вятся впе­чат­ля­ю­щими сви­де­тель­ствами в пользу самих явле­ний Вос­крес­шего Иисуса.

Кроме того, эти явле­ния стали при­чи­ной пере­мены, про­изо­шед­шей с уче­ни­ками, что отли­чает их от других транс­фор­ма­ций по рели­ги­оз­ным или поли­ти­че­ским моти­вам.

Для даль­ней­шего чтения

  1. Craig, William Lane, and John Dominic Crossan. Will the Real Jesus Please Stand Up? Edited by Paul Copan. Grand Rapids, Midi.: Baker, 1998.
  2. Craig, William Lane, and Gerd Ludemann. Jesus» Resurrection: Fact or Figment? Edited by Paul Copan and Ronald Tacelli. Downers Grove, 111.: InterVarsity Press, 2000.
  3. Habermas, Gary R. The Risen Jesus and Future Hope. Lanham, Md.: Rowman & Littlefield, 2003.
  4. The Historical Jesus: Ancient Evidence for the Life of Christ. Rev. ed. Joplin, Mo.: College Press, 1996.
  5. Habermas, Gary R., and Michael Licona. The Case for the Resurrection of Jesus. Grand Rapids, Midi.: Kregel, 2004.
  6. Wright, N. T. The Resurrection of the Son of God. Vol. 3 of Christian Origins and the Question of God. Minneapolis: Fortress, 2003.

Объ­яс­няя Вос­кре­се­ние Иисуса. Новое воз­рож­де­ние теории гал­лю­ци­на­ций

После почти сто­лет­ней вир­ту­аль­ной дре­моты, целый ряд аль­тер­на­тив­ных нату­ра­ли­сти­че­ских гипо­тез, каса­ю­щихся Вос­кре­се­ния Иисуса, появ­ля­ется в совре­мен­ных пуб­ли­ка­циях. Ситу­а­ция ста­но­вится похожа на конец 19 века, когда теория гал­лю­ци­на­ций и другие “субъ­ек­тив­ные” гипо­тезы снова ста­но­вятся попу­ляр­ными среди кри­ти­ков. Мы рас­смот­рим несколько их этих недав­них попы­ток. Потом мы пред­ло­жим кри­ти­че­ский анализ как “субъ­ек­тив­ных” гипо­тез в целом, а так же несколько воз­ни­ка­ю­щих с ними про­блем. Мы обос­нуем, что эти аль­тер­на­тив­ные стра­те­гии не в состо­я­нии объ­яс­нить исто­рич­ность явле­ний Вос­крес­шего Иисуса по целому ряду пара­мет­ров, даже когда оце­ни­ва­ются по стан­дар­там, при­ня­тыми кри­ти­ками.

Попытки нату­ра­ли­сти­че­ски объ­яс­нить Вос­кре­се­ние Иисуса суще­ствуют, веро­ятно, ровно столько же вре­мени, сколько и сама весть о Вос­кре­се­нии. Несколько таких аль­тер­на­тив­ных под­хо­дов мы уже нахо­дим в самих Еван­ге­лиях. Кажется, что кри­тики, зная, что Вос­кре­се­ние Иисуса нахо­дится в самом центре хри­сти­ан­ства, выде­лили эту тему для спе­ци­аль­ной атаки.

Мы начнем с пред­став­ле­ния исто­ри­че­ской пер­спек­тивы по этому вопросу, делая крат­кие ком­мен­та­рии отно­си­тельно рас­цвета нату­ра­ли­сти­че­ских гипо­тез в тео­ло­гии 19 века. Как раз почти сто лет назад воз­никла подоб­ная ситу­а­ция, когда теория гал­лю­ци­на­ций была так же наи­бо­лее попу­ляр­ной нату­ра­ли­сти­че­ской гипо­те­зой, пока не вышла из моды в науч­ном мире. После этого, осно­вы­ва­ясь на моем ана­лизе более пяти­сот пуб­ли­ка­ций по вопросу Вос­кре­се­ния Иисуса, появив­шихся между 1975 годом и сего­дняш­ним днем, мы доку­мен­тально обос­нуем воз­рос­шую попу­ляр­ность этой гипо­тезы в насто­я­щее время, в основ­ном в иссле­до­ва­ниях двух послед­них деся­ти­ле­тий. Нако­нец, мы пред­ста­вим раз­но­сто­рон­нюю кри­тику такой пози­ции, исполь­зуя только те данные, кото­рые могут быть уста­нов­лены кри­ти­че­ским спо­со­бом, и поэтому при­ни­ма­ются боль­шин­ством ученых (это то, что я назы­ваю мето­дом “мини­маль­ного коли­че­ства фактов”, кото­рый осно­вы­ва­ется на данных, под­твер­жден­ных на очень силь­ных осно­ва­ниях как инди­ви­ду­ально, так и в несколь­ких источ­ни­ках, и, сле­до­ва­тельно, при­ни­ма­е­мых почти всеми уче­ными, иссле­ду­ю­щими этот пред­мет. Подроб­нее об этом методе см. Gary R. Habermas, «Evidential Apologetics» in Five Views on Apologetics, Steven Cowan, ed. (Grand Rapids: Zondervan, 2000), 99–120, 186–190).

Обзор: нату­ра­ли­сти­че­ские под­ходы с 19 века

Пуб­ли­ка­ции, появив­ши­еся с конца 18 века, и осо­бенно в тече­ние всего 19 века пред­став­ляют мно­го­чис­лен­ные при­меры нату­ра­ли­сти­че­ских гипо­тез, пыта­ю­щихся объ­яс­нить Вос­кре­се­ние Иисуса. В своей клас­си­че­ской работе, доку­мен­ти­ру­ю­щей совре­мен­ное ему состо­я­ние иссле­до­ва­ний по исто­ри­че­скому Иисусу, Аль­берт Швей­цер при­во­дит многие из этих теорий. Напри­мер, раннюю попытку Хер­манна Рей­ма­руса, обви­ня­ю­щего уче­ни­ков Иисуса в краже Его тела (Albert Schweitzer, The Quest of the Historical Jesus: A Critical Study of Its Progress from Reimarus to Wrede, W. Montgomery, trans. (New York: Macmillan, 1906, 1968), 21–22; допол­ни­тель­ные при­меры на стра­ни­цах 21–22, 43, 47, 53–55, 60, 83, 162–167, 170, 187, 210–214.).

Фри­дрих Шлей­ер­ма­хер пред­по­чи­тал теорию “обмо­рока”, при­ни­мая точку зрения, что Иисус не умер на кресте (Schweitzer, p. 64; cf. Friedrich Schleiermacher, The Christian Faith, H.R. Mackintosh and J. S. Stewart, trans. (New York: Harper and Row, 1963), 417–421.). Давид Штраус стал попу­ля­ри­за­то­ром теории “гал­лю­ци­на­ций” (David Strauss, A New Life of Jesus, no trans., second edition, two vols. (Edinburgh: Williams and Norgate, 1879), vol. I, 412–440.), и другие, как, напри­мер, Эрнест Ренан после­до­вали за ним (Ernest Renan, Vie de Jesus (Paris: Calmann-Levy, 1861), 355–356.). Отто Пфляй­де­рер и другие думали, что многое может объ­яс­нить теория “фор­ми­ро­ва­ния легенды” (Otto Pfleiderer, Early Christian Conception of Christ: Its Significance and Value in the History of Religion (London: Williams and Norgate, 1905), Chapter IV.)

Пара­док­саль­ность ситу­а­ции была в том, что боль­шин­ство самих этих либе­раль­ных ученых обес­пе­чили опро­вер­же­ние других нату­ра­ли­сти­че­ских гипо­тез. Шлей­ер­ма­хер и Паулус ата­ко­вали раз­лич­ные “визи­о­нер­ские” теории (Schleiermacher, 420; Schweitzer, 53–55.). Обычно счи­та­ется, что именно Штраус сокру­шил своим тща­тель­ным ана­ли­зом теорию “обмо­рока” (Strauss, 408–412.), так что только несколько ученых с тех пор реши­лись под­дер­жать эту гипо­тезу (Швей­цер не при­во­дит ни одного убеж­ден­ного сто­рон­ника теории “обмо­рока” с 1838 года, спустя три года после пуб­ли­ка­ции кри­тики Штра­уса). Хотя сам Пфляй­де­рер при­дер­жи­вался теории “фор­ми­ро­ва­ния легенды”, он сам при­зна­вал, что эта гипо­теза не могла пол­но­стью объ­яс­нить всю сово­куп­ность данных (Pfleiderer, 157–158.).

20 век

В тече­ние почти всего два­дца­того века, однако, был срав­ни­тельно неболь­шой инте­рес к нату­ра­ли­сти­че­ским тео­риям, про­ти­во­по­став­ля­е­мым Вос­кре­се­нию. Те, кто отри­цал исто­рич­ность этого собы­тия, редко ссы­ла­лись на аль­тер­на­тив­ные гипо­тезы. После упо­ми­на­ния длин­ного списка кри­ти­че­ских теорий, Рай­монд Браун ука­зы­вал в работе, напи­сан­ной несколько деся­ти­ле­тий назад: “кри­тика сего­дня не сле­дует путями кри­тики про­шлого. Не поль­зу­ются ува­же­нием грубые теории… так попу­ляр­ные в про­шлом веке… Серьез­ные ученые мало обра­щают вни­ма­ния на эти вымыш­лен­ные рекон­струк­ции” (Raymond Brown, «The Resurrection and Biblical Criticism,» Commonweal, Vol. 87; No. 8 (Nov. 24, 1967), 233.).

Это зати­шье со сто­роны кри­ти­ков было вызвано несколь­кими при­чи­нами. Не явля­ется просто сов­па­де­нием то, что за это время зна­чи­тельно вырос инте­рес ко многим вопро­сам, каса­ю­щимся “исто­ри­че­ского Иисуса”. Но основ­ной при­чи­ной должна была быть неспо­соб­ность нату­ра­ли­сти­че­ских гипо­тез объ­яс­нить всю сово­куп­ность, име­ю­щихся данных. Дру­гими сло­вами, основ­ной при­чи­ной отказа от этих гипо­тез стало то, что каждая из них опро­вер­га­лась фак­тами. После рас­смот­ре­ния несколь­ких из этих гипо­тез, Джеймс Данн при­хо­дит к выводу: ”аль­тер­на­тив­ная интер­пре­та­ция данных не спо­собна дать более удо­вле­тво­ри­тель­ное объ­яс­не­ние” (James Dunn, The Evidence for Jesus (Louisville: Westminster, 1985), 76.).

Фило­соф Стивен Дейвис согла­ша­ется, что кри­тики: “неспо­собны при­ду­мать после­до­ва­тель­ную и веро­ят­ную исто­рию, кото­рая бы объ­яс­няла все име­ю­щи­еся сви­де­тель­ства. Все аль­тер­на­тив­ные гипо­тезы, с кото­рыми я знаком, слабы с исто­ри­че­ской точки зрения, неко­то­рые из них так слабы, что раз­ру­ша­ются под своим соб­ствен­ным весом… пред­ла­га­е­мые аль­тер­на­тив­ные гипо­тезы не просто слабее, но намного слабее в объ­яс­не­нии доступ­ных нам исто­ри­че­ских сви­де­тельств” (Stephen Davis, «Is Belief in the Resurrection Rational?: A Response to Michael Martin,» Philo, Vol. 2; No. 1 (Spring-Summer, 1999), 57–58.).

Несмотря на эту дина­мику, в насто­я­щее время про­яв­ля­ется огра­ни­чен­ная тен­ден­ция воз­вра­ще­ния к неко­то­рым из этих старых попы­ток объ­яс­нить собы­тие Вос­кре­се­ния на нату­ра­ли­сти­че­ских осно­ва­ниях. Наи­бо­лее попу­ляр­ной сего­дня явля­ется версия о том, что опыт первых хри­стиан можно объ­яс­нить гал­лю­ци­на­ци­ями и дру­гими субъ­ек­тив­ными пере­жи­ва­ни­ями.

Совре­мен­ное воз­вра­ще­ние гипо­тезы “гал­лю­ци­на­ций”

В моем обзоре сотен кри­ти­че­ских пуб­ли­ка­ций по про­бле­ма­тике Вос­кре­се­ния, для меня стало оче­вид­ным, что все больше ученых, ста­ра­ются при­дер­жи­ваться нату­ра­ли­сти­че­ских гипо­тез в послед­ние деся­ти­ле­тия. Этот фено­мен про­ис­хо­дит совсем не из-за изме­не­ний в исто­ри­че­ских иссле­до­ва­ниях. Скорее, это подобно ста­рому выска­зы­ва­нию – все, что идет по кругу, воз­вра­ща­ется к началу – как-будто неко­то­рые иссле­до­ва­тели пред­по­ла­гают, что просто настало время для пере­мен. Однако из тех, кто отдает пред­по­чте­ние гипо­тезе “гал­лю­ци­на­ций”, только немно­гие пред­ста­вили свой подход в дета­лях. Мы рас­смот­рим неко­то­рые из этих попы­ток, в то время как неко­то­рые другие иссле­до­ва­тели просто упо­мя­нули о воз­мож­но­сти или о пред­по­чте­нии этой гипо­тезы (Вот неко­то­рые из них Dan Cohn-Sherbok, «The Resurrection of Jesus: A Jewish View» in Resurrection Reconsidered, Gavin D’Costa, ed. (Oxford: Oneworld, 1996), 197; John Barclay, «The Resurrection in Contemporary New Testament Scholarship,» in D’Costa, 25–26; Michael Grant, Saint Paul: The Man (Glasgow: William Collins Sons, 1976), 108; M. Lloyd Davies and T.A. Lloyd Davies, «Resurrection or Resuscitation?» Journal of the Royal College of Physicians of London, Vol. 25; No. 2 (April 1991), 168; Antony Flew, in Gary R. Habermas and Antony Flew, Did Jesus Rise from the Dead? The Resurrection Debate, Terry Miethe, ed. (San Francisco: Harper and Row, 1987), 50–59; John Hick, The Center of Christianity (San Francisco: Harper and Row, 1978), 25. Although Peter Carnley thinks that Jesus» resurrection actually occurred, he states that the subjective vision supposition is very difficult to disprove (The Structure of Resurrection Belief [Oxford: Clarendon, 1987], 64, 244–245; cf. 69–72, 79, 82).).

Герд Люде­манн в недав­них рабо­тах пред­ста­вил пози­цию, кото­рая очень напо­ми­нает попытки 19 века, при­дер­жи­ва­ясь точки зрения, что эта гипо­теза может быть при­ме­нима ко всем глав­ным участ­ни­кам собы­тия в ранней Церкви – уче­ни­кам, Павлу, 500 (упо­мя­ну­тым в 15 главе Пер­вого посла­ния Павла к Корин­фя­нам) и Иакову, брату Гос­пода (Самые извест­ные работы Люде­манна – The Resurrection of Jesus: History, Experience, Theology, John Bowden, trans. (Minneapolis: Fortress, 1994); более попу­ляр­ная работа напи­сана в соав­тор­стве с Альфом Озеном, What Really Happened to Jesus: A Historical Approach to the Resurrection, John Bowden, trans. (Louisville: Westminster John Knox, 1995).).

Люде­манн счи­тает, что это видно из языка, исполь­зу­е­мого Павлом, когда глагол “ophthe” в Первом посла­нии к корин­фя­нам 15:3 ff, озна­чает, что он гово­рит о фак­ти­че­ском виде­нии, о его “соб­ствен­ном актив­ном чув­ствен­ном вос­при­я­тии…”, точно так же как и о тако­вом же у других апо­сто­лов. Таким обра­зом, Павел “должен был ожи­дать, что корин­фяне поймут этот термин исто­ри­че­ски” (Ludemann, The Resurrection of Jesus, 50, 37; cf. What Really Happened to Jesus, 103.).

Люде­манн заклю­чает, что для объ­яс­не­ния необ­хо­димы гал­лю­ци­на­тор­ные виде­ния, кото­рые наряду со “слу­хо­выми осо­бен­но­стями” про­из­вели “сти­му­ли­ро­ва­ние”, “энту­зи­азм”, “рели­ги­оз­ное опья­не­ние” и “’экстаз” у Петра. Это рас­про­стра­ни­лось на осталь­ных уче­ни­ков посред­ством “непе­ре­да­ва­е­мой цепной реак­ции”. Павел, другие апо­столы, 500 и Иаков так же испы­тали эти субъ­ек­тив­ные виде­ния. Эти явле­ния были кол­лек­тив­ными, и под­ни­ма­лись к “мас­со­вому экс­тазу” (Ludemann, The Resurrection of Jesus, 106–107, 174–175.).

Хотя подход Джека Кента в неко­то­рых пунк­тах отли­чен, он так же думает, что гал­лю­ци­на­ции могут объ­яс­нить при­тя­за­ния уче­ни­ков, Павла и Иакова (Jack Kent, The Psychological Origins of the Resurrection Myth (London: Open Gate, 1999).). Кент объ­еди­няет две нату­ра­ли­сти­че­ские гипо­тезы для объ­яс­не­ния явле­ний Вос­крес­шего Иисуса. Уче­ники и жен­щины испы­тали “обыч­ные, свя­зан­ные с печа­лью гал­лю­ци­на­ции”. Павел, с другой сто­роны, испы­тал внут­рен­ний кон­фликт и смя­те­ние из-за своего уча­стия в смерти Сте­фана и пре­сле­до­ва­нии хри­стиан. В резуль­тате он под­вергся “бес­по­ря­доч­ному обра­ще­нию”, при­знан­ной пси­хи­ат­ри­че­ской болезни, кото­рая объ­яс­няет его обра­ще­ние на пути в Дамаск, вклю­чая в част­но­сти его низ­вер­же­ние на землю и ослеп­ле­ние (Kent, 6–11, 49–61, 85–90.). В отли­чие от Люде­мана, Кент хочет избе­жать “кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций” (Ibid., 89–90.).

Близ­кий в своих постро­е­ниях к Кенту, Майкл Гоул­дер при­ме­няет похо­жее объ­яс­не­ние к опыту Петра, Павла и неко­то­рых других (Michael Goulder, «The Baseless Fabric of a Vision,» 48–61; a briefer version was published as part of a debate with James Dunn in Resurrection, G. N. Stanton and S. Barton, eds. (London: SPCK, 1994), 58–68.). Гоул­дер думает, что Петр и Павел испы­тали, как он их назы­вает “кон­вер­си­он­ные виде­ния”, – гал­лю­ци­на­ции раз­ного типа, кото­рые про­ис­хо­дят во время боль­шого стресса, вины или сомне­ния. В резуль­тате, эти апо­столы, один из кото­рых отрекся от Гос­пода, а другой пре­сле­до­вал хри­стиан, полу­чили новые жиз­нен­ные ори­ен­тиры – транс­фор­ма­цию, кото­рая повлекла “после­ду­ю­щий геро­изм и муче­ни­че­ство” (Goulder, «The Baseless Fabric of a Vision,» 48–52. Кстати, Гоул­дер утвер­ждает, что уче­ники, осо­бенно когда речь идет о кол­лек­тив­ных виде­ниях, испы­тали “кол­лек­тив­ное заблуж­де­ние”, что зна­чи­тельно отли­ча­ется от субъ­ек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций в том, что они свя­заны с мисин­тер­пре­та­цией реаль­ных, физи­че­ских объ­ек­тов).

Еще один подход, кото­рый я бы оха­рак­те­ри­зо­вал как теорию “иллю­ми­на­ций”, должен быть так же кратко упо­мя­нут. Несколько иссле­до­ва­те­лей пред­по­чи­тают объ­яс­не­ние, кото­рое хотя и близко к гипо­тезе “гал­лю­ци­на­ций”, однако пол­но­стью несво­димо к ней. В общем, идея состоит в том, что Петр был первым, кто испы­тал субъ­ек­тив­ные пере­жи­ва­ния или убеж­де­ние, что Иисус жив. Позже это пере­да­лось другим после­до­ва­те­лям Иисуса, кото­рые пришли к заклю­че­нию, что Иисус вос­крес. Эти иссле­до­ва­тели счи­тают, что мы не можем гово­рить об исто­ри­че­ской при­роде этого собы­тия. То, что на самом деле важно – так это вера первых уче­ни­ков, а не при­рода самих явле­ний (Похо­жей точки зрения при­дер­жи­ва­ются Willi Marxsen, Jesus and Easter: Did God Raise the Historical Jesus from the Dead? (Nashville: Abingdon, 1990), 65–74; Willi Marxsen, The Resurrection of Jesus of Nazareth, Margaret Kohl, trans. (Philadelphia: Fortress, 1968), esp. Chapters III-IV; Don Cupitt, Christ and the Hiddenness of God (Philadelphia: Westminster, 1971), 143, 165–167; Thomas Sheehan, The First Coming: How the Kingdom of God became Christianity (New York: Random House, 1986), 95–118; John Shelby Spong, Resurrection: Myth or Reality? (San Francisco: Harper San Francisco, 1994), 255–260; John Shelby Spong, The Easter Moment (San Francisco: Harper and Row, 1987), esp. 39–68.). В этом случае часто отме­ча­ется, что эти пере­жи­ва­ния не были гал­лю­ци­на­ци­ями (Spong, The Easter Moment, 196; Sheehan, 262–263, endnote 38; cf. Marxsen, Jesus and Easter, 71–74.), но многие из наших кри­ти­че­ских заме­ча­ний ниже будут касаться и этого тезиса.

Кри­тика гипо­тезы гал­лю­ци­на­ций

Хотя новый виток гипо­тезы гал­лю­ци­на­ций содер­жит в себе раз­ли­чие в неко­то­рых нюан­сах, тем не менее, есть здесь и много общего. Мы должны рас­смот­реть гипо­тезу в целом. Но начнем мы с оценки двух важных пери­фе­рий­ных про­блем: воз­мож­но­сти груп­по­вых гал­лю­ци­на­ций и ста­туса тезиса о “бес­по­ря­доч­ном обра­ще­нии”, пред­ло­жен­ном Кентом и Гоул­де­ром.

Кол­лек­тив­ные гал­лю­ци­на­ции

Один из важ­ней­ших вопро­сов всей дис­кус­сии заклю­ча­ется в том, может ли группа людей уви­деть одну и туже гал­лю­ци­на­цию. Боль­шин­ство пси­хо­ло­гов оспа­ри­вают реаль­ность такого явле­ния. Редкая попытка пред­по­ло­жить, что кол­лек­тив­ные гал­лю­ци­на­ции воз­можны, без вся­кого упо­ми­на­ния Вос­кре­се­ния Иисуса, была сде­лана Лео­нар­дом Зусне и Уор­ре­ном Джон­сом. Они ука­зы­вают на фено­мены явле­ний Девы Марии и сопут­ству­ю­щих собы­тий, ука­за­ния на кото­рые дела­ются груп­пами людей. В этих слу­чаях “ожи­да­ния” и “’эмо­ци­о­наль­ное вол­не­ние” явля­ются “пред­по­сыл­ками для кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций”. У этих групп они видят “эмо­ци­о­наль­ное зара­же­ние, кото­рое так часто можно наблю­дать в скоп­ле­ниях людей, дви­га­е­мых силь­ными эмо­ци­ями…” (Leonard Zusne and Warren Jones, Anomalistic Psychology: A Study of Extraordinary Phenomena of Behavior and Experience (Hillsdale: Lawrence Erlbaum, 1982), 135–136.).

Однако по целому ряду причин чрез­вы­чайно про­бле­ма­тично при­знать воз­мож­ность кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций.

(1) Во-первых, основ­ным при­ме­ром воз­мож­но­сти “кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций” Зусне и Джонс выбрали рели­ги­оз­ные пере­жи­ва­ния явле­ний Марии. Однако сам этот пример тре­бует выяс­не­ния того, может ли подоб­ный опыт дей­стви­тельно быть объ­ек­тив­ным, или даже сверхъ­есте­ствен­ным, по край­ней мере, в каком-то смысле, или не может. Дру­гими сло­вами, на каких осно­ва­ниях нату­ра­ли­сти­че­ское, субъ­ек­тив­ное объ­яс­не­ние должно быть при­нято в этих слу­чаях в каче­стве акси­омы? В данном случае эти сви­де­тель­ства просто исклю­ча­ются апри­орно, прежде рас­смот­ре­ния всех име­ю­щихся данных.

(2) Кроме того, гипо­теза кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций не явля­ется фаль­си­фи­ци­ру­е­мой. Это объ­яс­не­ние может быть при­ме­нимо и к чисто есте­ствен­ным груп­по­вым виде­ниям. У тезиса о “кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­циях” отсут­ствуют важные эпи­сте­мо­ло­ги­че­ские кри­те­рии. Как мы можем отде­лить обыч­ные явле­ния от “груп­по­вых гал­лю­ци­на­ций”?

(3) Даже в том случае, если бы могло быть уста­нов­лено фак­ти­че­ски, что группы людей могут испы­ты­вать гал­лю­ци­на­ции, то важно отме­тить, что из этого никак не сле­дует, что эти пере­жи­ва­ния были кол­лек­тив­ными. Если, как утвер­ждает боль­шин­ство пси­хо­ло­гов, гал­лю­ци­на­ции явля­ются част­ными, инди­ви­ду­аль­ными собы­ти­ями, как может группа людей испы­тать одно и тоже субъ­ек­тив­ное визу­аль­ное вос­при­я­тие? Скорее, гораздо более веро­ят­нее, что рас­смат­ри­ва­е­мые явле­ния будут: или иллю­зи­ями – невер­ными интер­пре­та­ци­ями фак­ти­че­ской реаль­но­сти (Зусне и Джонс посто­янно апел­ли­руют к груп­по­вым гал­лю­ци­на­циям, даже при том, что сами делают заклю­че­ние о том, что, наобо­рот, эти группы могли видеть реаль­ные фено­мены, так что “окон­ча­тель­ный ответ на эти вопросы еще не полу­чен” (135–136)) – или инди­ви­ду­аль­ными гал­лю­ци­на­ци­ями.

Кроме того, наи­боль­шее коли­че­ство про­блем воз­ни­кает при срав­не­нии гипо­тезы “груп­по­вых гал­лю­ци­на­ций” с ново­за­вет­ными сви­де­тель­ствами явле­ний Вос­крес­шего Иисуса. В этом случае объ­яс­ни­тель­ная спо­соб­ность этой гипо­тезы серьезно оспа­ри­ва­ется, так как име­ю­щи­еся у нас данные не только отли­ча­ются, но и про­ти­во­ре­чат нали­чию необ­хо­ди­мых усло­вий для “кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций”. Один из аспек­тов этой про­блемы будет рас­смот­рен здесь, другие ниже.

(4) Напри­мер, Зусне и Джонс обос­но­вы­вают, что “ожи­да­ния” и “эмо­ци­о­наль­ное вооду­шев­ле­ние” явля­ются “пред­по­сыл­ками” для воз­ник­но­ве­ния груп­по­вых гал­лю­ци­на­ций. Фак­ти­че­ски, ожи­да­ние “играет коор­ди­ни­ру­ю­щую роль” (Ibid., 135.) . Но такой сце­на­рий раз­ви­тия собы­тий про­ти­во­ре­чит эмо­ци­о­наль­ному состо­я­нию первых сви­де­те­лей явле­ний Вос­крес­шего Иисуса. Даже в пси­хо­ло­ги­че­ском отно­ше­нии, уче­ники столк­ну­лись с печаль­ным реа­лиз­мом про­изо­шед­шего, когда их друг и учи­тель неожи­данно погиб, в то время как они ожи­дали, что он-то и явля­ется Спа­си­те­лем Изра­иля. Вихрь недав­них собы­тий, кото­рые вклю­чали в себя физи­че­ские истя­за­ния, рас­пя­тие не кресте, отре­че­ние уче­ни­ков, должен был при­ве­сти к про­ти­во­по­лож­ной реак­ции, а именно к страху, разо­ча­ро­ва­нию и депрес­сии. Пред­по­ла­гать, что эти уче­ники были спо­собны на “ожи­да­ния” и “эмо­ци­о­наль­ное вооду­шев­ле­ние” с учетом всех про­изо­шед­ших собы­тий, зна­чило бы тре­бо­вать от них реак­ции, вряд ли умест­ной на похо­ро­нах. Есть все ука­за­ния на то, что уче­ники Иисуса испы­ты­вали пря­мо­про­ти­во­по­лож­ную реак­цию той, кото­рую Зусне и Джонс счи­тают необ­хо­ди­мым усло­вием для кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций.

Напри­мер, опыт уче­ни­ков ради­кально отли­ча­ется от всех осталь­ных слу­чаев, когда пили­гримы спе­ци­ально пре­одо­ле­вали боль­шие рас­сто­я­ния и соби­ра­лись в боль­ших коли­че­ствах с явным жела­нием уви­деть нечто особое. Здесь очень зыбкое осно­ва­ние для срав­не­ния с уче­ни­ками Иисуса (В каче­стве воз­ра­же­ния можно выдви­нуть пред­по­ло­же­ние, что несколько лиц испы­тало инди­ви­ду­аль­ные гал­лю­ци­на­ции, и их вол­не­ние пере­да­лось другим, под­го­тав­ли­вая, таким обра­зом, почву для даль­ней­ших гал­лю­ци­на­ций. На это можно было бы дать весьма мно­го­сто­рон­ний ответ, состо­я­щий из аргу­мен­та­ции, при­ве­ден­ной в пунк­тах 4–5 в сле­ду­ю­щем раз­деле и пунк­тах 2–8 в раз­деле “Допол­ни­тель­ные вопросы”).

Многие другие важные вопросы явля­ются кри­ти­че­скими для гипо­тезы “груп­по­вых гал­лю­ци­на­ций”, и на неко­то­рых мы еще ниже оста­но­вимся. Но здесь хоте­лось бы еще раз повто­рить, что Зусне и Джонс нико­гда и не пыта­лись при­ме­нить свой анализ к про­бле­ма­тике Вос­кре­се­ния. Более того, в конце своего ана­лиза они отме­чают, что у “кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций” сомни­тель­ный статус, так как не пред­став­ля­ется воз­мож­ным уста­но­вить, идет ли вообще речь о гал­лю­ци­на­циях в этих слу­чаях (там же., 136; cf. 134–135. Допол­ни­тель­ная аргу­мен­та­ция против кол­лек­тив­ных гал­лю­ци­на­ций, Phillip Wiebe, Visions of Jesus: Direct Encounters from the New Testament to Today (New York: Oxford, 1997), 210; J.P. Brady, «The Veridicality of Hypnotic, Visual Hallucinations,» in Origins and Mechanisms of Hallucinations, Wolfram Keup, ed. (New York: Plenum, 1970), 181; Weston La Barre, «Anthropological Perspectives on Hallucinations and Hallucinogens,» in R. K. Siegel and L. J. West, eds., Hallucinations: Behavior, Experience and Theory (New York: John Wiley and Sons, 1975), 9–10.).

Бес­по­ря­доч­ное обра­ще­ние

Кент пред­по­ла­гает, что Павел под­вергся “бес­по­ря­доч­ному обра­ще­нию” (Conversion disorder http://en.wikipedia.org/wiki/Conversion_Disorder), пси­хо­ло­ги­че­ской осо­бен­но­сти, харак­те­ри­зу­ю­щейся такими симп­то­мами как ослеп­ле­ние или пара­лич в отсут­ствии спе­ци­фи­че­ских нев­ро­ло­ги­че­ских или меди­цин­ских причин. Это было вызвано его внут­рен­ним кон­флик­том, сомне­нием и виной. Гоул­дер согла­ша­ется с таким выво­дом и добав­ляет, что Петр и другие, напри­мер, Иаков, стра­дали от того же самого.

Но снова, мы должны све­рять гипо­тезы с фак­тами и такая интер­пре­та­ция также стал­ки­ва­ется с целым рядом про­блем.

(1) Сна­чала необ­хо­димо отме­тить, что только у Павла про­яв­ля­лись подоб­ные симп­томы, так что добав­ле­ние Гоул­де­ром сюда и других лиц не имеет фак­ти­че­ского осно­ва­ния.

(2) Огром­ная про­блема состоит в том, что все, что мы знаем о Павле и Иакове, не дает нам ника­ких осно­ва­ний для воз­мож­но­сти такого “обра­ще­ния”. У нас нет ни малей­ших ука­за­ний на то, что у них были хоть какие-то внут­рен­ние кон­фликты, сомне­ния или вина отно­си­тельно их ран­него отвер­же­ния про­по­веди Иисуса. Кри­тики согла­ша­ются с тем, что Иаков не был после­до­ва­те­лем Иисуса, во время Его зем­ного слу­же­ния (Ин.7:5, Мк.3:21).

Скеп­ти­цизм Павла изве­стен еще больше, так как он являлся пре­сле­до­ва­те­лем первых хри­стиан (1Кор.15:9, Гал.1:13, 23). Но нам ничего не известно о каком-то чув­стве вины со сто­роны Павла, так как он сам рас­смат­ри­вал свои дей­ствия рели­ги­озно усерд­ными и без­упреч­ными (Филипп.3:4–6). Короче говоря, нет ника­ких ука­за­ний на какое-либо жела­ние “обра­ще­ния” ни у одного из них. Пред­по­ла­гать обрат­ное – просто бес­поч­венно. Эти люди исклю­чи­тельно плохие кан­ди­даты для “бес­по­ря­доч­ного обра­ще­ния”.

(3) Кроме того, по пси­хо­ло­ги­че­скому про­филю ни один из этих трех апо­сто­лов не под­хо­дит под опи­са­ние этого “бес­по­ря­доч­ного обра­ще­ния”, кото­рое наи­бо­лее часто про­ис­хо­дит с жен­щи­нами (чаще в пять раз, чем с муж­чи­нами), под­рост­ками и юно­шами, мало­об­ра­зо­ван­ными людьми с низким пока­за­те­лем интел­лекта, людьми низ­кого соци­ально- эко­но­ми­че­ского ста­туса или воен­ными (Harold Kaplan, Benjamin Sadock, and Jack Grebb, Synopsis of Psychiatry, Seventh ed. (Baltimore: Williams and Wilkins, 1994), 621.). Ни одна из этих харак­те­ри­стик не может быть при­ме­нима к Петру, Павлу или Иакову.

(4–5) Еще необ­хо­димо отме­тить, что, учи­ты­вая тот факт, что жертвы “бес­по­ря­доч­ного обра­ще­ния” явля­ются под­хо­дя­щими кан­ди­да­тами для визи­о­нер­ских и аудио-гал­лю­ци­на­ций, про­блема несколько рас­ши­ря­ется. Харак­те­ри­стики, при­ве­ден­ные в абзаце выше, явля­ются весьма спе­ци­фич­ными (Cf. Ibid., 621–622. Я так же бла­го­да­рен пси­хи­а­т­ору Gary Sibcy, Ph.D., за эти два аргу­мента). Так что эти апо­столы плохие кан­ди­даты не только для “бес­по­ря­доч­ного обра­ще­ния”, но они так же не рас­по­ло­жены к каким-либо видам гал­лю­ци­на­ций вообще. И здесь мы можем при­ве­сти два отдель­ных аргу­мента, при­ни­мая во вни­ма­ние раз­ли­чие обсто­я­тельств. Нет ника­ких ука­за­ний в част­но­сти, что Иаков или Павел жаж­дали уви­деть Иисуса. Их неве­рие весьма плохая база для воз­ник­но­ве­ния гал­лю­ци­на­ций. Иаков-скеп­тик и Павел-пре­сле­до­ва­тель явля­ются чрез­вы­чайно труд­ным пре­пят­ствием для гипо­тезы гал­лю­ци­на­ций. Повторю еще раз, утвер­ждать обрат­ное зна­чило бы осно­вы­ваться на догад­ках, а не на исто­ри­че­ских данных.

(6) Так же эта гипо­теза не объ­яс­няет то, что в другом случае рас­смат­ри­ва­лось бы как “заблуж­де­ние вели­чия” – в нашем случае вера апо­сто­лов в то, что Бог пере­дал им спе­ци­аль­ное посла­ние для всего мира, кото­рое должны при­нять все осталь­ные. Но явля­ется весьма неве­ро­ят­ным, что бы одно­вре­менно, прак­ти­че­ски в одно и то же время, вместе с “бес­по­ря­доч­ным обра­ще­нием” про­изо­шли и другие пси­хи­че­ские откло­не­ния, так что гипо­теза ста­но­вится еще более сомни­тель­ной.

В итоге, обви­не­ния в том, что эти апо­столы стали жерт­вами “бес­по­ря­доч­ного обра­ще­ния” просто не соот­вет­ствуют фактам. Совер­шенно оче­видно, что мы имеем дело с боль­шим дове­рием к своим гипо­те­зам, не осно­ван­ным, однако, на данных, – тео­рией, не име­ю­щей почвы в реаль­но­сти. Явля­ется слиш­ком неве­ро­ят­ным, что бы одно­вре­менно про­яви­лись все раз­лич­ные фак­торы. И подобно тезису о воз­мож­но­сти мас­со­вых гал­лю­ци­на­ций, здесь есть еще много допол­ни­тель­ных про­блем.

Допол­ни­тель­ные про­блемы. Оста­ется еще много нере­шен­ных вопро­сов, каса­ю­щихся гипо­тезы “гал­лю­ци­на­ций”.

(1) Сомни­тельно даже нали­чие инди­ви­ду­аль­ных гал­лю­ци­на­ций у тех самых людей, кото­рые только недавно испы­тали отча­я­ние из-за неожи­дан­ной смерти Иисуса. Были раз­биты их надежды и мечты. Нор­маль­ной реак­цией в этом случае явля­ется глу­бо­кая печаль, а отнюдь не воз­буж­де­ние.

(2) Раз­но­об­ра­зие вре­мен­ных отрез­ков и гео­гра­фи­че­ских мест явле­ний Иисуса, в сово­куп­но­сти с раз­лич­ными пси­хо­ло­ги­че­скими осо­бен­но­стями сви­де­те­лей, явля­ются просто огром­ным пре­пят­ствием для гипо­тезы “гал­лю­ци­на­ций”. Муж­чины и жен­щины, как упер­тые, так и мяг­ко­сер­деч­ные, верив­шие в то, что видели самого Иисуса, как на откры­том про­стран­стве, так и в поме­ще­ниях, пред­став­ляют непре­одо­ли­мое пре­пят­ствие для “гал­лю­ци­на­ций”. Шансы на то, что каждый из сви­де­те­лей нахо­дился в необ­хо­ди­мом для воз­ник­но­ве­ния гал­лю­ци­на­ций состо­я­нии, равны прак­ти­че­ски нулю (S. J. Segal, «Imagery and Reality: Can they be Distinguished?» in Keup, 103–113.).

(3) Гал­лю­ци­на­ции обычно не явля­ются сти­му­лом для изме­не­ния жизни. Иссле­до­ва­ния пока­зы­вают, что даже те, кто скло­нен к гал­лю­ци­на­циям, не при­ни­мают их за реаль­ность, если при­сут­ство­вав­шие при этом другие люди не видели то же самое (Segal, 103; unpublished study of hallucinations by Shea Lambert, «Hallucinations and the Post Death Appearances of Jesus,» 20 September, 2000, 2–5, 8–9.). Кри­тики согласны, что уче­ники Иисуса пре­тер­пели такую транс­фор­ма­цию, что быи готовы отдать за свои убеж­де­ния жизнь. Нет ни одного сви­де­тель­ства, что кто-то из них отрекся от этой веры. Весьма про­бле­ма­тично верить в то, что такое их убеж­де­ние было вызвано ложным сен­сор­ным вос­при­я­тием.

(4) Есте­ственно, если явле­ния были гал­лю­ци­на­ци­ями, то тело Иисуса про­дол­жало бла­го­по­лучно нахо­диться в месте захо­ро­не­ния сразу рядом с Иеру­са­ли­мом. Само нали­чие тела в месте захо­ро­не­ния стало бы реша­ю­щим фак­то­ром в пре­се­че­нии попы­ток уче­ни­ков выдать свои гал­лю­ци­на­ции за Вос­крес­шего Иисуса. Но теория “гал­лю­ци­на­ций” никак не объ­яс­няет это, поэтому одно­вре­менно тре­бу­ется нали­чие еще другой нату­ра­ли­сти­че­ской гипо­тезы для объ­яс­не­ния пустого места захо­ро­не­ния.

Воз­ни­кают и другие про­блемы с гипо­те­зой. Они, воз­можно, не такие кри­ти­че­ские, как ука­зан­ные выше, но и они должны учи­ты­ваться.

(5) Почему гал­лю­ци­на­ции вне­запно пре­кра­ти­лись через 40 дней? Почему они не про­дол­жили рас­про­стра­нятся тем же самым спо­со­бом, как якобы было до этого?

(6) Вос­кре­се­ние было цен­тром хри­сти­ан­ской про­по­веди, а люди склонны про­яв­лять особую заботу по отно­ше­нию к тому, что для них важнее всего. Это стало при­чи­ной того, что Павел, по мень­шей мере, дважды све­рялся с дру­гими апо­сто­лами, что бы быть уве­рен­ным в истин­но­сти своей про­по­веди (Гал.1:18–19; 2:1–10). Он мог убе­дится, что и они гово­рили о явле­ниях им Иисуса (1Кор.15:11).

(7) А что насчет есте­ствен­ной чело­ве­че­ской потреб­но­сти кос­нуться? Неужели во всех этих слу­чаях не нашлось никого, кто бы хотел убе­диться, что нахо­дя­щийся рядом с ними учи­тель был на самом деле там?

(8) Отдель­ное Вос­кре­се­ние кого бы то не было про­ти­во­ре­чит иудей­скому бого­сло­вию пер­вого века, в кото­ром Вос­кре­се­ние было все­об­щим эсха­то­ло­ги­че­ским собы­тием. Так что, Вос­кре­се­ние Иисуса никак не укла­ды­ва­ется в рамки обыч­ных иудей­ских пред­став­ле­ний.

(9) Нако­нец, для гипо­тезы необ­хо­димо нали­чие про­дол­жи­тель­ных гал­лю­ци­на­ций, кото­рые явля­ются чрез­вы­чайно редким фено­ме­ном, в основ­ной воз­ни­ка­ю­щим в очень спе­ци­фи­че­ских обсто­я­тель­ствах, что так же пре­пят­ствует при­ме­не­нию гипо­тезы к уче­ни­кам Иисуса (детально об этом Wiebe, 199–200, 207–211.).

Заклю­че­ние

После паузы про­дол­жи­тель­но­стью в сто­ле­тие, в послед­нее время появи­лась неболь­шая тен­ден­ция к воз­вра­ще­нию нату­ра­ли­сти­че­ского под­хода к про­бле­ма­тике Вос­кре­се­ния Иисуса. В этом случае теория “гал­лю­ци­на­ций” и другие “субъ­ек­тив­ные” гипо­тезы снова ста­но­вятся наи­бо­лее попу­ляр­ными, как это и было в конце 19 века. Но мы пыта­лись обос­но­вать, что эти гипо­тезы не спо­собны объ­яс­нить всю сово­куп­ность извест­ных, кри­ти­че­ски уста­нов­лен­ных данных сразу по несколь­ким направ­ле­ниям. Есть почти два­дцать осно­ва­ний, на осно­ва­нии кото­рых мы пришли к выводу, что эти гипо­тезы не могут пред­ста­вить аль­тер­на­тивы ново­за­вет­ному сви­де­тель­ству. Пси­хи­атр Гарри Кол­линз поды­то­жи­вает: Гал­лю­ци­на­ции инди­ви­ду­альны. По самой при­роде их воз­ник­но­ве­ния, только один чело­век спо­со­бен видеть некую кон­крет­ную гал­лю­ци­на­цию в опре­де­лен­ный про­ме­жу­ток вре­мени. Они не явля­ются чем-то, что могут видеть группы людей. Так как гал­лю­ци­на­ция суще­ствует только в каче­стве пер­со­наль­ного субъ­ек­тив­ного вос­при­я­тия, совер­шенно есте­ственно, что другие ее видеть не могут (Gary Collins, personal communication, 21 February, 1977.).

На самом деле про­блемы с гипо­те­зой гал­лю­ци­на­ций такие серьез­ные, что кри­ти­кам, (выби­ра­ю­щим эту гипо­тезу) “при­хо­дится про­ти­во­сто­ять совре­мен­ным данным пси­хи­ат­рии и пси­хо­ло­гии о при­роде гал­лю­ци­на­ций” (Ibid.).

Мы делаем вывод, что при­ме­не­ние гипо­тезы гал­лю­ци­на­ций и других “субъ­ек­тив­ных” гипо­тез, направ­лен­ных на объ­яс­не­ние явле­ний Вос­крес­шего Иисуса, явля­ется оши­боч­ным в раз­резе несколь­ких науч­ных дис­ци­плин и сразу по многим пара­мет­рам.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки