Блаженная Матрона

Био­гра­фия бла­жен­ной Мат­ро­ны об­рос­ла неве­ро­ят­ным ко­ли­че­ством на­род­ных до­мыс­лов. Встре­ча­лась ли она со Ста­ли­ным? Ви­де­ла ли бе­сов, вле­та­ю­щих через фор­точ­ку? За­ни­ма­лась ли она за­го­ва­ри­ва­ни­ем во­дич­ки и про­чи­ми кол­дов­ски­ми де­ла­ми?

«Я по­ни­маю тя­жесть по­дви­га юрод­ства, но на­род­ная ги­пер­тро­фи­за­ция опре­де­лен­ных свя­тых, фа­ми­льяр­ное их на­име­но­ва­ние – Ксе­ньюш­ка, Мат­ро­нуш­ка – мне непо­нят­ны… Эк­заль­та­ция пра­во­слав­ных при по­чи­та­нии бла­жен­ной Мат­ро­ны мне пред­став­ля­ет­ся чуж­дой пра­во­сла­вию и боль­ше свой­ствен­ной ка­то­ли­че­ской прак­ти­ке». Та­кое мне­ние мож­но встре­тить, и неред­ко. Неко­то­рые све­де­ния о бла­жен­ной Мат­роне Мос­ков­ской, «на­род­ные жи­тия», апо­кри­фы и ажи­о­таж во­круг мо­щей, на­хо­дя­щих­ся в По­кров­ском мо­на­сты­ре в Москве, дей­стви­тель­но за­ча­стую вы­гля­дят стран­ны­ми, а по­рой и от­тал­ки­ва­ю­щи­ми. Од­на­ко бла­жен­ная Мат­ро­на – это уди­ви­тель­ный че­ло­век, про­жив­ший жизнь ве­ры, и пло­ды этой жиз­ни оче­вид­ны для Церк­ви, про­сла­вив­шей ста­ри­цу в ли­ке свя­тых в 2004 го­ду.

Наш текст – по­пыт­ка пред­ста­вить ис­то­рию бла­жен­ной Мат­ро­ны без ми­фов и до­мыс­лов, ко­то­рые рас­про­стра­не­ны се­го­дня и, к со­жа­ле­нию, ино­гда со­зда­ют несов­ме­сти­мый с хри­сти­ан­ством об­раз свя­той. Итак, ка­кой же бы­ла по­чи­та­е­мая се­го­дня мил­ли­о­на­ми ста­ри­ца, чья жизнь при­шлась на тя­же­лые го­ды го­не­ний и вой­ны?

Неже­лан­ный ре­бе­нок

В пси­хо­ло­гии, по­пуляр­ной в на­ши дни как сре­ди свет­ских лю­дей, так и сре­ди ве­ру­ю­щих, небез­осно­ва­тель­но при­ня­то ис­кать кор­ни мно­гих жиз­нен­ных про­блем че­ло­ве­ка в его дет­стве и да­же во внут­ри­утроб­ном раз­ви­тии. Со­глас­но та­ко­му под­хо­ду, ма­лень­кая Мат­рю­ша долж­на бы­ла бы вы­рас­ти с се­рьез­ны­ми пре­тен­зи­я­ми и к жиз­ни, и к Бо­гу: ее рож­де­ния не хо­тел ни­кто. Мать Мат­ро­ны, На­та­лья Ни­ко­но­ва, за­бе­ре­ме­не­ла ею в зре­лом воз­расте. В бед­ной кре­стьян­ской се­мье уже бы­ло трое де­тей: доч­ка Ма­рия и два сы­на – Ми­ха­ил и Иван. Ни­ко­но­вы жи­ли в се­ле Се­би­но Туль­ской гу­бер­нии, неда­ле­ко от зна­ме­ни­то­го Ку­ли­ко­ва по­ля, а на неболь­шом уда­ле­нии от них мест­ный по­ме­щик, граф Юрий Алек­сан­дро­вич Ол­суф­ьев, ор­га­ни­зо­вал при­ют для си­рот на 40 мест. Ту­да и бы­ло ре­ше­но от­дать еще не ро­див­ше­го­ся чет­вер­то­го ре­бен­ка – из-за ба­наль­ной невоз­мож­но­сти про­кор­мить ма­лыш­ку…

Мат­ро­на ро­ди­лась в 1885 (по дру­гим дан­ным – в 1881) го­ду. Неза­дол­го до по­яв­ле­ния до­че­ри на свет На­та­лье Ни­ко­но­вой при­снил­ся сон: ей на пле­чо са­дит­ся бе­лая пти­ца с че­ло­ве­че­ским ли­цом и плот­но со­мкну­ты­ми ве­ка­ми. Жен­щи­на, вспом­нив этот сон, со­чла его за знак и пе­ре­ду­ма­ла от­да­вать ди­тя. И тем боль­ше утвер­ди­лась во мне­нии, что сон не пу­стой, ко­гда уви­де­ла но­во­рож­ден­ную дочь: де­воч­ка по­яви­лась на свет с по­ро­ком раз­ви­тия, ано­фталь­ми­ей: глаз­ные яб­ло­ки от­сут­ство­ва­ли или бы­ли крайне недо­раз­ви­ты, ве­ки – со­мкну­ты.

В жиз­ни мно­гое при­чуд­ли­во пе­ре­пле­те­но, и сто­ит упо­мя­нуть о при­юте, ко­то­рый чуть не стал бу­ду­щей бла­жен­ной до­мом. Этот при­ют ор­га­ни­зо­ва­ли граф Юрий Алек­сан­дро­вич Ол­суф­ьев и его же­на, Со­фья Вла­ди­ми­ров­на. Бо­го­бо­яз­нен­ный и де­я­тель­ный че­ло­век, чьим ду­хов­ни­ком был оп­тин­ский ста­рец Ана­то­лий (По­та­пов), Юрий Алек­сан­дро­вич ру­ко­во­дил и стро­и­тель­ством хра­ма-па­мят­ни­ка в честь Сер­гия Ра­до­неж­ско­го тут же, на Ку­ли­ко­вом по­ле, а в го­ды со­вет­ской вла­сти спа­сал от раз­граб­ле­ния Тро­и­це-Сер­ги­е­ву лав­ру. В 1938 го­ду его жизнь обо­рва­лась на рас­стрель­ном Бу­тов­ском по­ли­гоне, а же­на Юрия Алек­сан­дро­ви­ча, Со­фья Вла­ди­ми­ров­на, скон­ча­лась пя­тью го­да­ми позд­нее в за­клю­че­нии, в Сви­яж­ском мо­на­сты­ре…

Пер­вые чу­де­са

С ужа­са­ми со­вет­ской вла­сти Мат­ро­на столк­нет­ся поз­же, а сей­час она про­стая ма­лень­кая сле­пая де­воч­ка. Толь­ко во вре­мя со­вер­ше­ния над ней та­ин­ства Кре­ще­ния ста­ло яс­но, что все-та­ки – не про­стая. Вот как это вспо­ми­нал ста­ро­ста церк­ви Успе­ния, где кре­сти­ли бу­ду­щую бла­жен­ную, Па­вел Ива­но­вич Про­хо­ров: «За два дня до кре­стин в цер­ков­ную сто­рож­ку за­хо­дил свя­щен­ник о. Ва­си­лий из де­рев­ни Бо­ря­ти­но, что в 5 км от се­ла Се­би­но. Это бы­ло на­ка­нуне ка­ко­го-то празд­ни­ка. Этот-то свя­щен­ник и кре­стил Мат­рю­шень­ку. Ко­гда во вре­мя кре­ще­ния свя­щен­ник оку­нул ее в ку­пель, из ку­пе­ли до по­тол­ка под­нял­ся столб или па­ра, или лег­ко­го бла­го­уха­ю­ще­го ды­ма, я точ­но не пом­ню. Свя­щен­ник был крайне удив­лен, ска­зав при этом: “Я очень мно­го кре­стил мла­ден­цев, но та­кое ви­жу в пер­вый раз, и этот мла­де­нец бу­дет свят“».

Окру­жа­ю­щие все боль­ше за­ме­ча­ют, что под­рас­та­ю­щую де­воч­ку вы­де­ля­ет сре­ди сверст­ни­ков не толь­ко врож­ден­ное уве­чье, но ка­кая-то нездеш­няя муд­рость и… про­зор­ли­вость. Нет, это еще обыч­ный ре­бе­нок, ко­то­рый тя­нет­ся к иг­рам и с ра­до­стью бе­гал бы бо­си­ком по де­ре­вен­ским ули­цам. Но на этих ули­цах – дру­гие кре­стьян­ские де­тиш­ки с их дет­ской еще же­сто­ко­стью. Возь­мут кра­пи­ву, окру­жат Мат­ро­ну и бьют ее, об­жи­га­ют то с од­ной сто­ро­ны, то с дру­гой: от­га­дай, кто те­бя лу­па­нул, ну, от­га­дай, ты же осо­бен­ная! Од­на­жды де­ти по­са­ди­ли Мат­ро­ну в яму и по­те­ша­лись, на­блю­дая, как сле­пая де­воч­ка пы­та­ет­ся вы­брать­ся на ощупь.

Ви­дя пе­ре­жи­ва­ния сво­ей ма­лень­кой при­хо­жан­ки, отец Ва­си­лий уте­шал ее, го­во­ря: иг­ры не то, к че­му ты при­зва­на, у те­бя есть нечто боль­шее, чем у этих де­тей.

Так с ран­них лет незря­чая ушла ту­да, где не нуж­ны гла­за, – во внут­рен­нюю жизнь ду­ши. Са­ма до­би­ра­лась до хра­ма, где от­ста­и­ва­ла служ­бы в угол­ке. А но­чью еще в очень ма­лом воз­расте про­би­ра­лась в крас­ный угол, неиз­вест­но как, но сни­ма­ла ико­ны – и они бы­ли ее пер­вы­ми «иг­руш­ка­ми».

Бы­ло мно­же­ство слу­ча­ев, ко­то­рые не оста­ви­ли со­мне­ний в том, что де­воч­ке от­кры­то го­раз­до боль­ше, чем взрос­лым. Од­ним из них ста­ло пред­ска­за­ние смер­ти от­ца Ва­си­лия: од­на­жды но­чью Мат­ро­на пе­ре­бу­ди­ла всех, ска­зав, что ба­тюш­ка умер. Ки­ну­лись к нему в дом и дей­стви­тель­но на­шли свя­щен­ни­ка толь­ко что скон­чав­шим­ся. В дру­гой раз де­воч­ка пред­ска­за­ла по­жар, ко­то­рый про­изо­шел на сле­ду­ю­щую же ночь.

Род­ствен­ни­ца Ни­ко­но­вых рас­ска­за­ла и та­кой слу­чай: «Од­на­жды Мат­рю­шень­ка го­во­рит: “Ма­ма, схо­ди к ба­тюш­ке, у него в ар­хи­ве на та­ком-то ря­ду, от ни­зу чет­вер­тый, ле­жит кни­га, а в ней изо­бра­же­на ико­на Ца­ри­цы Небес­ной «Взыс­ка­ние по­гиб­ших». У нас в хра­ме нет та­кой ико­ны. Схо­ди и ска­жи ба­тюш­ке, чтобы он ее при­нес”. Кни­гу с изо­бра­же­ни­ем дей­стви­тель­но на­шли, ико­ну для хра­ма на­пи­са­ли, а спи­сок с нее Мат­ро­на впо­след­ствии вез­де во­зи­ла с со­бой, ко­гда на­ча­лись ее ски­та­ния.

Был и та­кой слу­чай. Од­на­жды отец Мат­ро­ны, Дмит­рий Ни­ко­нов, не за­хо­тел ид­ти в храм вмес­те с же­ной, и она по­шла од­на. Отец мо­лил­ся до­ма, чи­тал служ­бу, а мать, по-ви­ди­мо­му, боль­ше пе­ре­жи­ва­ла из-за му­жа и от­вле­ка­лась на свои мыс­ли, чем мо­ли­лась. Ко­гда она вер­ну­лась, Мат­рю­ша ска­за­ла: “Отец был в хра­ме, а те­бя там не бы­ло”. – “Как это? От­ку­да же я толь­ко сей­час вер­ну­лась?” А де­воч­ка го­во­ри­ла о вни­ма­тель­ной мо­лит­ве, а не о фак­ти­чес­ком при­сут­ствии в сте­нах церк­ви».

Узнав о необыч­ной ма­лень­кой кре­стьян­ке, в Се­би­но по­тя­ну­лись лю­ди. И про­си­ли: пусть по­мо­лит­ся. Так ре­бе­нок, ко­то­рый гро­зил стать «лиш­ним ртом» и обу­зой се­мье, стал ее кор­мить.

Пер­вое пу­те­ше­ствие и пе­ре­езд в Моск­ву

В 14 лет Мат­ро­на уеха­ла за пре­де­лы сво­ей де­рев­ни: в пер­вое и един­ствен­ное боль­шое пу­те­ше­ствие в жиз­ни ее взя­ла дочь по­ме­щи­ка, жив­шая по со­сед­ству, Ли­дия Янь­ко­ва. Па­лом­ни­цы по­бы­ва­ли в Ки­е­во-Пе­чер­ской лав­ре, в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ре и, по пре­да­нию, в Крон­штад­те, где ма­лень­ко­го сле­по­го под­рост­ка по­до­звал к се­бе сам пра­вед­ный Иоанн Крон­штадт­ский: «Иди, иди ко мне, Мат­ро­нуш­ка. Сме­на моя идет…».

А в 17 лет у де­воч­ки от­ня­лись но­ги. С этих пор бла­жен­ная при­ни­ма­ла лю­дей си­дя. И то­гда впер­вые ста­ла го­во­рить о гря­ду­щих страш­ных днях: «Бу­дут гра­бить, разо­рять хра­мы и всех под­ряд гнать»… Но, ка­за­лось, ни­кто не при­ни­мал ее сло­ва за близ­кое про­ро­че­ство: бу­дет, мо­жет, но – вряд ли с на­ми.

Для нее го­не­ния на­ча­лись с ее до­ма: оба бра­та, всту­пив­шие в пар­тию, не мог­ли тер­петь ря­дом с со­бой бла­жен­ную сест­ри­цу, к ко­то­рой ве­ре­ни­цей шли лю­ди. В 1925 го­ду Мат­ро­на пе­ре­бра­лась в Моск­ву и жи­ла там уже до кон­ца сво­их дней. «Жи­ла» не все­гда по­вер­нет­ся язык ска­зать – ски­та­лась по под­ва­лам, са­ра­ям, по квар­ти­рам, где нель­зя бы­ло дол­го за­дер­жи­вать­ся, чтобы не под­ста­вить хо­зя­ев. На Улья­нов­ской ули­це, на Пят­ниц­кой, в Со­коль­ни­ках, в Виш­ня­ков­ском пе­ре­ул­ке, у Ни­кит­ских во­рот, в Пет­ров­ско-Ра­з­умов­ском, в Ца­ри­цыне, на­ко­нец, в Ста­ро­ко­ню­шен­ном пе­ре­ул­ке. И еще не раз умуд­ря­лась воз­вра­щать­ся в род­ное се­ло, на­ве­щать сво­их пре­ста­ре­лых ро­ди­те­лей.

Мно­го раз чу­дом из­бе­га­ла аре­ста: уез­жа­ла за счи­тан­ные ми­ну­ты до при­ез­да ми­ли­ции. Од­на­жды «слу­жи­тель по­ряд­ка» все же вы­сле­дил сле­пую ста­ри­цу, по­бе­до­нос­но при­шел за­би­рать и услы­шал от нее: «Бе­ги ско­рей, у те­бя несча­стье в до­ме! А сле­пая от те­бя ни­ку­да не де­нет­ся, я си­жу на по­сте­ли, ни­ку­да не хо­жу». Он по­слу­шал­ся, уехал до­мой и об­на­ру­жил там об­го­рев­шую от по­лых­нув­ше­го ке­ро­га­за же­ну – успел от­вез­ти ее в боль­ни­цу, все за­кон­чи­лось бла­го­по­луч­но. Сле­пая дей­стви­тель­но ни­ку­да не де­лась, но на сле­ду­ю­щий день, при­дя на ра­бо­ту, ми­ли­ци­о­нер на­от­рез от­ка­зал­ся ее за­би­рать.

Как ре­бе­нок…

Го­ды идут, и пе­ред на­ми уже зре­лая жен­щи­на. Мы зна­ем ее по ред­ким фо­то­гра­фи­ям, на са­мой из­вест­ной из ко­то­рых Мат­ро­на си­дит на кро­ва­ти, по­ло­жив ма­лень­кие пух­лые руч­ки на ко­лен­ки, си­дит с со­вер­шен­но непод­дель­ной бес­хит­рост­ной улыб­кой на ли­це. Ка­кая она те­перь?

Есть один рас­сказ, ко­то­рый мо­жет это пе­ре­дать.

Из де­рев­ни Туль­ской об­ла­сти, со­сед­ней с Се­би­но, шли брат с сест­рой – про­да­вать ко­ро­ву в Жа­во­рон­ках, под Моск­вой. А по до­ро­ге по­те­ря­ли до­ку­мен­ты: и свои лич­ные, и на ко­ро­ву… Брат за­па­ни­ко­вал: «Най­дут без до­ку­мен­тов, по­ду­ма­ют, что ко­ро­ву укра­ли! Сей­час не за­ба­лу­ешь, кру­гом во­ору­жен­ный пат­руль. Всё, по­зо­ру не обе­решь­ся! Удав­люсь я! Удав­люсь!» – «Эх, ду­рак ты, ду­рак! Как те­бе не стыд­но та­кое го­во­рить! Да­вай про­сить Мат­ро­нуш­ку – авось по­мо­жет», – ска­за­ла сест­ра. «Да как по­мо­жет, ес­ли са­ма си­дит на кой­ке где-то в Москве, сле­пая от рож­де­ния?»

Но все-та­ки по­про­си­ли…

До Моск­вы до­би­ра­лись 10 дней и вез­де на­хо­ди­ли ноч­лег, хо­тя ко­му ин­те­рес­но в ли­хое вре­мя пус­кать до­мой чу­жих, да еще без до­ку­мен­тов, да еще с ко­ро­вой на при­вя­зи. Од­на­жды в из­бу, где брат с сест­рой оста­но­ви­лись, при­е­хал пат­руль. Но хо­зя­е­ва как-то неожи­дан­но ста­ли го­стей вы­го­ра­жи­вать: «У нас все свои». Те бла­го­по­луч­но до­бра­лись до ме­ста, про­да­ли ко­ро­ву и, воз­вра­ща­ясь, ре­ши­ли за­ехать к Мат­роне. Бла­жен­ная им пред­ста­ла та­кой: си­дит на вы­со­кой кро­ва­ти, в си­нем пла­тье, во­ло­сы рас­че­са­ны на две сто­ро­ны, нож­ки све­си­ла, как ма­лый ре­бе­нок, а са­ма сме­ет­ся. При­шед­шие и рта не успе­ли от­крыть, а она им:

– Ну и за­да­ли вы мне ра­бот­ку! Всю до­ро­гу ве­ла их ко­ро­ву за хвост! Вот, ве­ди им ко­ро­ву, а еще по­ка­зы­вай, где жи­вут хо­ро­шие лю­ди, где на ноч­лег пу­стят.
А ко­гда про­ща­лись, Мат­ро­на по­вер­ну­лась к бра­ту и са­ма ед­ва смех сдер­жи­ва­ет.
– Как так вы­шло, Ва­ня, что сест­ра, ко­то­рая те­бя мо­ло­же, обо­зва­ла те­бя ду­ра­ком? Ай-яй-яй! – И про­дол­жа­ла, по­ка бед­ный Ва­ня за­мер с от­кры­тым от удив­ле­ния ртом: – Пас­порт мож­но вы­пра­вить за де­сять руб­лей… «Удав­люсь! Удав­люсь!» – уже по-доб­ро­му пе­ре­драз­ни­ва­ет пар­ня. – Боль­ше та­ких глу­по­стей не го­во­ри! – И по­гро­зи­ла ма­лень­ким паль­чи­ком.

По­жа­луй, вот и порт­рет. По­жа­луй, по­то­му и «Мат­ро­нуш­ка»: ма­лень­кая жен­щи­на, с ма­лень­ки­ми пух­лы­ми руч­ка­ми, как у мла­ден­ца, и тро­га­тель­ной улыб­кой на ли­це – нет ни од­но­го фо­то, где бы она не улы­ба­лась.

Страш­ные го­ды

Жизнь Мат­ро­ны в Москве при­шлась на са­мое страш­ное вре­мя: ко­нец Граж­дан­ской вой­ны, ни­ще­та, го­лод, «ежов­щи­на» – страш­ные 1937-1938 го­ды, ко­гда про­па­да­ли лю­ди, по­всю­ду ца­ри­ла ат­мо­сфе­ра стра­ха и до­но­си­тель­ства, а по­том – при­шла вой­на. Огром­ное мо­ре че­ло­ве­че­ско­го го­ря. И лю­ди тя­ну­лись за уте­ше­ни­ем и на­деж­дой, за ис­це­ле­ни­ем ду­ши и те­ла. Сви­де­тель­ству­ют, что неред­ко Мат­роне Бог от­кры­вал судь­бы во­ю­ю­щих на фрон­те, по ее мо­лит­вам воз­вра­ща­лись те, ко­го счи­та­ли без ве­сти про­пав­ши­ми. Од­ной жен­щине, ко­то­рой три­жды при­хо­ди­ла «по­хо­рон­ка» на му­жа, бла­жен­ная ска­за­ла: «Жив, при­дет на Ка­зан­скую, по­сту­чит в окош­ко», и дей­стви­тель­но, муж вер­нул­ся в 1947 го­ду.

Она го­во­ри­ла лю­дям сло­ва, ни в ко­ей ме­ре не про­ти­во­ре­ча­щие хри­сти­ан­ству: верь­те, что Бог есть и Его си­лой все ула­дит­ся; но­си­те крест, мо­ли­тесь, ча­ще при­ча­щай­тесь, не верь­те снам, не те­ряй­те ни­ко­гда на­деж­ду, учи­тесь вла­деть со­бой. Она не учи­тель­ство­ва­ла, жа­ле­ла лю­дей, гла­ди­ла их по го­ло­ве, да­ва­ла кон­крет­ные со­ве­ты в кон­крет­ных си­ту­а­ци­ях, ча­сто – с юмо­ром, все­гда – с ра­до­стью. Бо­ле­ю­щим со­ве­то­ва­ла при­ча­щать­ся ча­ще, и бо­лезнь – да­же се­рьез­ная, будь то ту­бер­ку­лез или эпи­леп­сия – от­сту­па­ла. «На­до вла­деть со­бой, тер­петь»; «Гос­подь сам все упра­вит!»; «Мо­ли­тесь, про­си­те, кай­тесь! Гос­подь вас не оста­вит и со­хра­нит зем­лю на­шу».

И со­вер­ша­лись чу­дес­ные ве­щи – эти ис­то­рии мож­но рас­ска­зы­вать бес­ко­неч­но – а по­ток по­се­ти­те­лей не ис­ся­кал.

Со­хра­ни­лось мно­же­ство сви­де­тельств по­мо­щи свя­той, но о ней са­мой, о по­дроб­но­стях ее жиз­ни в сто­ли­це из­вест­но мень­ше, чем о ее де­лах. По су­ти вся ее жизнь сво­ди­лась к мо­лит­ве и по­мо­щи лю­дям. Знав­шие ее при жиз­ни вспо­ми­на­ли, что у Мат­ро­ны на лбу да­же об­ра­зо­ва­лась ям­ка от по­сто­ян­но­го крест­но­го зна­ме­ния: ста­ри­ца мо­ли­лась и но­ча­ми.

Бла­жен­ная про­жи­ла труд­ную жизнь и ти­хо скон­ча­лась 2 мая 1952 го­да. О гря­ду­щей смер­ти она зна­ла и пе­ре­жи­ва­ла: как пра­виль­но сло­жить руч­ки в гро­бу. Ко­гда при­шед­ший ис­по­ве­дать и при­ча­стить ее свя­щен­ник, уди­вив­шись это­му, спро­сил: «Неуже­ли и вы бо­и­тесь смер­ти?» – «Бо­юсь», – бес­хит­рост­но от­ве­ти­ла бла­жен­ная. И про­си­ла по­хо­ро­нить ее на Да­ни­лов­ском клад­би­ще, близ хра­ма – «чтоб слы­шать служ­бу». От­пе­вал ее в церк­ви По­ло­же­ния Ри­зы Гос­под­ней на Дон­ской ули­це свя­щен­ник Ни­ко­лай Го­луб­цов. 4 мая, на день Жен Ми­ро­но­сиц, при боль­шом сте­че­нии на­ро­да бла­жен­ная бы­ла по­хо­ро­не­на на Да­ни­лов­ском клад­би­ще, ря­дом с од­ним из не­мно­гих дей­ство­вав­ших то­гда хра­мов.

1 мая 1998 го­да, по бла­го­сло­ве­нию Пат­ри­ар­ха Алек­сия II, чест­ные остан­ки ста­ри­цы бы­ли пе­ре­не­се­ны в По­кров­ский став­ро­пи­ги­аль­ный жен­ский мо­на­стырь на Та­ган­ской ули­це, где они на­хо­дят­ся и по сей день. Бла­жен­ная Мат­ро­на бы­ла при­чис­ле­на к ли­ку мест­но­чти­мых, мос­ков­ских, свя­тых в 1999 го­ду, а пя­тью го­да­ми позд­нее со­сто­я­лась ее об­ще­цер­ков­ная ка­но­ни­за­ция. В 2013 го­ду Свя­щен­ный Си­нод уста­но­вил до­пол­ни­тель­ный (по­ми­мо 2 мая) день па­мя­ти бла­жен­ной, в па­мять об об­ре­те­нии ее чест­ных мо­щей – 8 мар­та (по н. ст.).

«Ба­бьи бас­ни»

К со­жа­ле­нию, в сло­жив­шем­ся по­чи­та­нии бла­жен­ной Мат­ро­ны есть ве­щи, ча­стич­но или пол­но­стью про­ти­во­ре­ча­щие пра­во­слав­но­му ми­ро­воз­зре­нию.

От­крыв пер­вое неофи­ци­аль­ное жи­тие Мат­ро­ны – «Ска­за­ние о Мат­роне» Зи­на­и­ды Жда­но­вой, – мы услы­шим ре­жу­щие слух хри­сти­а­ни­на ис­то­рии, на­при­мер, о ко­щун­ствен­ном со­ве­те, со­глас­но ко­то­ро­му рво­та по­сле При­ча­стия – это хо­ро­шо: бе­сы, де­скать, так вы­хо­дят, а «про­ни­ка­ют они в че­ло­ве­ка с воз­ду­хом при ды­ха­нии, жи­вут в кро­ви». О том, что на­род про­сил бла­жен­ную «по­чи­тать над ни­ми мо­лит­вы», «по­чи­тать над во­дой», что пе­ре­кли­ка­ет­ся с прак­ти­кой, ис­поль­зу­е­мой кол­ду­на­ми. О том, что бла­жен­ная яко­бы про­си­ла за­кры­вать ок­на и фор­точ­ки в дни де­мон­стра­ций, чтобы пол­чи­ща бе­сов не про­ни­ка­ли в ком­на­ту… На­ко­нец, о том, как воз­ве­ли­чи­ва­ла са­ма се­бя, яко­бы от­кры­вая Зи­на­и­де Жда­но­вой, ав­то­ру жи­тия, во сне, что име­ет ре­га­лии и на­гра­ды от Гос­по­да.

«Кни­га Жда­но­вой со­дер­жит слиш­ком мно­го оскор­би­тель­ных для хри­сти­ан­ско­го слу­ха вы­ска­зы­ва­ний, ко­то­рые зву­чат от име­ни Мат­ро­ны. И по­ка не до­ка­за­но, что са­ма Мат­ро­на этих слов не го­во­ри­ла, – я бу­ду про­хо­дить ми­мо ее икон…» – пи­шет участ­ник од­ной из ин­тернет-дис­кус­сий. И как его упрек­нуть? Как удив­лять­ся, что в на­род­ном со­зна­нии по­сле та­ких ис­то­рий имя бла­жен­ной Мат­ро­ны тес­но пе­ре­пле­те­но с име­нем бол­гар­ской кол­ду­ньи Ван­ги?

Во-пер­вых, кни­га Зи­на­и­ды Жда­но­вой – пер­вое неофи­ци­аль­ное жи­тие бла­жен­ной Мат­ро­ны, имев­шее в свое вре­мя ко­лос­саль­ный успех, – бы­ла рас­смот­ре­на Си­но­даль­ной ко­мис­си­ей по ка­но­ни­за­ции свя­тых и под­верг­ну­та жест­кой кри­ти­ке. Цер­ковь не ре­ко­мен­до­ва­ла ее как ис­точ­ник све­де­ний о свя­той Мат­роне, несмот­ря на то, что Жда­но­ва лич­но зна­ла ста­ри­цу. Впо­след­ствии и са­ма ав­тор при­зна­лась, что в этой кни­ге очень мно­го при­ду­ман­но­го ею…

Ко­мис­сия ори­ен­ти­ро­ва­лась на дру­гую вер­сию жи­тия – «Жи­тие пра­вед­ной Мат­ро­ны, бла­жен­ной Мос­ков­ской ста­ри­цы». И в част­но­сти, в этом тек­сте мож­но най­ти сле­ду­ю­щие сло­ва: «По­мощь, ко­то­рую по­да­ва­ла Мат­ро­на бо­ля­щим, не толь­ко не име­ла ни­че­го об­ще­го с за­го­во­ра­ми, во­рож­бой, так на­зы­ва­е­мым на­род­ным це­ли­тель­ством, экс­тра­сен­со­ри­кой, ма­ги­ей и про­чи­ми кол­дов­ски­ми дей­стви­я­ми, при со­вер­ше­нии ко­то­рых “це­ли­тель“ вхо­дит в связь с тем­ной си­лой, но име­ла прин­ци­пи­аль­но от­лич­ную, хри­сти­ан­скую при­ро­ду. Имен­но по­это­му пра­вед­ную Мат­ро­ну так нена­ви­де­ли кол­ду­ны и раз­лич­ные ок­куль­ти­сты (об этом сви­де­тель­ству­ют лю­ди, близ­ко знав­шие ее в мос­ков­ский пе­ри­од жиз­ни). Преж­де все­го, Мат­ро­на мо­ли­лась за лю­дей. Бу­дучи угод­ни­цей Бо­жи­ей, бо­га­то на­де­лен­ная свы­ше ду­хов­ны­ми да­ра­ми, она ис­пра­ши­ва­ла у Гос­по­да чу­дес­ную по­мощь неду­гу­ю­щим. Ис­то­рия Пра­во­слав­ной Церк­ви зна­ет мно­го та­ких при­ме­ров <…> Мат­ро­на чи­та­ла мо­лит­ву над во­дой <…> Со­дер­жа­ние этих мо­литв мы не зна­ем, но, ко­неч­но, тут не мог­ло быть и ре­чи об освя­ще­нии во­ды по уста­нов­лен­но­му Цер­ко­вью чи­ну, на что име­ют ка­но­ни­че­ское пра­во лишь свя­щен­но­слу­жи­те­ли. Но так­же из­вест­но, что бла­го­дат­ны­ми це­ли­тель­ны­ми свой­ства­ми об­ла­да­ет <…> во­да неко­то­рых во­до­е­мов, ис­точ­ни­ков, ко­лод­цев, озна­ме­но­ван­ных пре­бы­ва­ни­ем и мо­лит­вен­ной жиз­нью близ них свя­тых лю­дей».

Во-вто­рых, увы, нель­зя от­кре­стить­ся от вре­ме­ни, в ко­то­рое жи­ла бла­жен­ная. Ни для ко­го не сек­рет, что в де­рев­нях про­цве­та­ли и кол­дов­ство, и об­ря­до­ве­рие. Один по­жи­лой жи­тель Ижев­ска, пе­ре­брав­ший­ся в го­род из де­рев­ни, рас­ска­зы­вал, как не мог­ла уме­реть его род­ствен­ни­ца, ста­ру­ха-кол­ду­нья, чей ве­дов­ской «дар» не при­ня­ли ни дочь, ни внуч­ка – а, не пе­ре­дав свои зна­ния, со­глас­но на­род­но­му по­ве­рью, ведь­ма не мо­жет уме­реть. Как раз­би­ра­ли де­ре­вен­ские жи­те­ли кры­шу и со­вер­ша­ли дру­гие дей­ствия, чтобы ду­ша несчаст­ной ста­ру­хи мог­ла осво­бо­дить­ся от те­ла. Та­кие ис­то­рии – ка­за­лось бы, в ате­и­сти­че­ское вре­мя – бы­ли по­чти обы­ден­но­стью в де­рев­нях и вме­сте с жи­те­ля­ми пе­ре­ко­че­ва­ли в со­вет­ские го­ро­да. В со­зна­нии непро­све­щен­ных лю­дей до сих пор пе­ре­ме­ша­ны га­да­ния на свят­ки и свя­той празд­ник Рож­де­ства Хри­сто­ва, «Бит­ва экс­тра­сен­сов» и те­ле­транс­ля­ция пас­халь­но­го бо­го­слу­же­ния, мо­лит­вы и го­ро­ско­пы – все это так!

По­это­му неко­то­рые по­чти ок­культ­ные мо­мен­ты, ко­то­рые мож­но най­ти в пер­вом «жи­тии» Мат­ро­ны, до сих пор мно­ги­ми вос­при­ни­ма­ют­ся в по­ряд­ке ве­щей.

Так, без­услов­но, одоб­ре­ние рво­ты по­сле при­ча­ще­ния для хри­сти­а­ни­на немыс­ли­мо. Да­же ес­ли свя­щен­ник слу­чай­но про­льет При­ча­стие на пол, бо­го­слу­же­ние оста­нав­ли­ва­ет­ся, и это ме­сто в по­лу вы­жи­га­ет­ся ог­нем или вы­ру­ба­ет­ся – на­столь­ко се­рьез­но Цер­ковь от­но­сит­ся к пре­тво­рен­ным в Те­ло и Кровь Гос­под­ни хле­бу и ви­ну. Ко­гда оп­тин­ско­го стар­ца Иоси­фа (Ли­тов­ки­на) спра­ши­ва­ли, как по­сту­пать, ес­ли у боль­ной, при­ча­стив­шей­ся в 6 ча­сов ве­че­ра, по­сле по­лу­но­чи бы­ла рво­та, он от­ве­чал: «От При­ча­стия про­шло мно­го, и тут укор­но­го ни­че­го нет. А впро­чем, нелишне бы­ло бы со­рван­ное от­не­сти в про­точ­ную во­ду или там к сто­роне, где не бы­ло бы нечи­сто­ты». Это бла­го­го­вей­ное от­но­ше­ние, не в при­мер опи­сы­ва­е­мо­му З. Жда­но­вой.

Ци­та­ты о бе­сах – то­же ил­лю­стра­ция со­вер­шен­но нехри­сти­ан­ско­го от­но­ше­ния к тем­ным си­лам. Пре­по­доб­ный Ан­то­ний Ве­ли­кий го­во­рил о бе­сах: «Ес­ли бы де­мо­ны об­ло­же­ны бы­ли бы та­ки­ми же те­ла­ми, как и мы, то мог­ли бы они ска­зать: лю­дей укры­ва­ю­щих­ся мы, мол, не на­хо­дим, а най­ден­ным при­чи­ним вред. То­гда и мы мог­ли бы укрыть­ся и ута­ить­ся от них, за­пе­рев две­ри. Но они не та­ко­вы; мо­гут вхо­дить и в за­пер­тые две­ри».

При­пи­сан­ные бла­жен­ной Мат­роне сло­ва о на­гра­дах от Гос­по­да – еще од­но про­ти­во­ре­ча­щее ду­ху хри­сти­ан­ства сви­де­тель­ство. Оп­тин­ский ста­рец Ма­ка­рий пи­сал о по­доб­ном: «Из од­но­го это­го, что стран­ник го­во­рит вам <…>, что “весь град его мо­лит­ва­ми дер­жит­ся”, нель­зя по­ве­рить его свя­то­сти; ни­где не ви­дим в жи­ти­ях, чтобы свя­тые или пра­вед­ные са­ми о се­бе так про­по­ве­до­ва­ли, а на­про­тив, счи­та­ли се­бя прах и пе­пел и недо­стой­ны­ми, а бла­го­дать Бо­жия дей­ство­ва­ла чрез них».

Вот еще один не со­гла­су­ю­щий­ся с пра­во­слав­ным ми­ро­ви­де­ни­ем рас­сказ, яко­бы за­пи­сан­ный со слов бла­жен­ной Мат­ро­ны Зи­на­и­дой Жда­но­вой. Буд­то на­ка­нуне бло­ка­ды Ле­нин­гра­да сол­да­ты пы­та­лись вскрыть гроб­ни­цу свя­то­го пра­вед­но­го Иоан­на Крон­штадт­ско­го, за что он, вос­став, гро­зил «уто­пить в кро­ви и умо­рить го­ло­дом» Пе­тер­бург… «Рас­сказ об “утоп­ле­нии в кро­ви”, – пи­шет цер­ков­ный ис­то­рик Ан­дрей Зай­цев, – пол­но­стью про­ти­во­ре­чит как об­ра­зу по­чи­та­е­мо­го свя­то­го, так и всей хри­сти­ан­ской тра­ди­ции, за­то по­ра­зи­тель­но на­по­ми­на­ет апо­кри­фи­че­ские Еван­ге­лия (от­верг­ну­тые Цер­ко­вью и не во­шед­шие в но­во­за­вет­ный ка­нон). На­при­мер, в “Еван­ге­лии дет­ства Хри­ста” есть рас­сказ о том, как ма­лень­кий Иисус с по­мо­щью чу­да уби­ва­ет маль­чи­ка, на­сме­хав­ше­го­ся над ним». Без­услов­но, че­ло­век, хо­ро­шо зна­ко­мый с Еван­ге­ли­ем, спо­со­бен вы­чле­нить нечто несрод­ное ему из «на­род­ных жи­тий». Ес­ли же зна­ком­ство по­верх­ност­ное – воз­ни­ка­ют та­кие пе­чаль­ные за­блуж­де­ния и ми­фы. Как за­ме­тил воз­глав­ляв­ший с 1989 по 2011 год Ко­мис­сию по ка­но­ни­за­ции свя­тых мит­ро­по­лит Кру­тиц­кий и Ко­ло­мен­ский Юве­на­лий, «ка­но­ни­за­ция пра­вед­ни­ка не озна­ча­ет ка­но­ни­за­ции каж­дой строч­ки, им на­пи­сан­ной». Ес­ли та­ко­ва осто­рож­ность да­же к сло­вам са­мих свя­тых, то тем бо­лее – к сло­вам о них дру­гих лю­дей…

Оче­редь

Еще про­по­вед­ник XIII ве­ка епи­скоп Се­ра­пи­он Вла­ди­мир­ский об­ли­чал неко­то­рых ве­ру­ю­щих (или на­зы­ва­ю­щих се­бя та­ко­вы­ми) в том, что они стре­мят­ся боль­ше к чу­де­сам, кол­ду­нам и ис­це­ле­ни­ям с по­мо­щью «во­дич­ки», «зем­лич­ки», чем к При­ча­стию и мо­лит­ве… И совре­мен­ные свя­щен­ни­ки с бо­лью го­во­рят: «На Кре­ще­ние, на “ме­до­вый“ Спас, в Верб­ное вос­кре­се­нье – храм бит­ком, яб­ло­ку негде упасть. Лю­ди тол­ка­ют­ся, спе­шат освя­тить мёд, яб­ло­ки, вер­бы, на­брать по­боль­ше свя­той во­ды <…>, то­гда как Хри­стос пред­ла­га­ет каж­дый день на ли­тур­гии нечто несо­из­ме­ри­мо боль­шее – Са­мо­го Се­бя. А нам по­да­вай мёд и во­дич­ку!…»

По­то­му бы­ва­ет, что че­ло­ве­ку, под­ко­ван­но­му в во­про­сах цер­ков­но­го уче­ния, и нелег­ко да­ет­ся оче­редь в По­кров­ском мо­на­сты­ре, где столь­ко раз­го­во­ров мож­но услы­шать и о том, с ка­кой но­ги пра­виль­но к мо­щам бла­жен­ной под­сту­пать, и о сня­тии сгла­за при по­мо­щи ико­ны, и еще мно­го «уди­ви­тель­ных» ве­щей.

Но до­стой­но ли по­ри­цать лю­дей, ко­то­рые в лю­бое вре­мя го­да сто­ят здесь? Не бе­рут ли и они на се­бя ин­ту­и­тив­но по­двиг, без ко­то­ро­го труд­но по­мыс­лить хри­сти­ан­ство? Ма­лую леп­ту, оформ­лен­ную в труд, – при­е­хать сю­да, мерз­нуть в оче­ре­ди или, на­обо­рот, за­ды­хать­ся от жа­ры, ря­дом с те­ми, ко­го Бог по­шлет… Эта ве­ре­ни­ца, эта оче­редь че­ло­ве­че­ско­го го­ря тя­нет­ся ве­ка­ми, ты­ся­че­ле­ти­я­ми. И ка­ки­ми бы мы ни ка­за­лись се­бе про­све­щен­ны­ми, зна­ю­щи­ми, что хри­сти­ан­ство преж­де все­го – о Хри­сте, раз­ве впра­ве мы на­сме­хать­ся над те­ми, кто в от­ча­я­нии и ужа­се пе­ред уда­ра­ми жиз­ни сто­ит вот тут?

«Ле­дя­ной дождь, про­ни­зы­ва­ю­щий ве­тер, оче­редь лю­дей оги­ба­ет храм… Я оде­та в лег­кие де­ми­се­зон­ные туфли, на пле­чах пла­щик. И та­ких – раз­де­тых, как я – мно­го… Топ­чусь, мо­люсь, про­шу по­да­рить здо­ро­вье мо­ей ма­моч­ке. Про­шло два ча­са. От хо­ло­да с ко­лен по­шла жгу­чая боль по все­му те­лу. И тут я по­ни­маю, все… боль­ше не мо­гу. “Гос­по­ди, сми­ло­сти­вись, дай сил!“ Еще час про­шел, хо­лод ско­вал диа­фраг­му, чув­ство, что лег­кие пе­ре­ста­ют ды­шать. Зво­ню род­ной сест­ре, пла­чу, жа­лу­юсь, про­шу под­дер­жать ме­ня в ре­ше­нии уй­ти, сил боль­ше нет. Сест­ра слу­ша­ет, ей очень жал­ко лю­би­мую сест­рен­ку, всхли­пы­ва­ет вме­сте со мной, но мол­чит. Она по­ни­ма­ет, это ра­ди ма­мы… ра­ди ма­моч­ки…» Это рас­сказ Еле­ны Алек­сан­дро­вой (Еле­на Алек­сан­дро­ва. Ма­ма и ма­туш­ка. Сайт «Пра­во­сла­вие.ру»), од­ной из жен­щин в оче­ре­ди, од­ной из ты­сяч. И здо­ро­вье ма­мы, кста­ти, пошло на по­прав­ку…

Ка­ки­ми сло­ва­ми мож­но бы­ло бы опи­сать труд­ную и пра­вед­ную жизнь бла­жен­ной Мат­ро­ны, и эту оче­редь, и сот­ни и сот­ни рас­ска­зов-бла­го­дар­но­стей лю­дей за по­мощь, по­лу­чен­ную по мо­лит­вам свя­той? Быть мо­жет, эти­ми? При­ди­те ко Мне все труж­да­ю­щи­е­ся и обре­ме­нен­ные, и Я успо­кою вас (Мф.11:28).

Встре­ча бла­жен­ной Мат­ро­ны со Ста­ли­ным: бы­ло или нет?

Один из ми­фов гла­сит, что осе­нью 1941 го­да к бла­жен­ной Мат­роне тай­но при­ез­жал сам «отец на­ро­дов», Иосиф Ста­лин. Яко­бы бла­жен­ная пред­ска­за­ла ему по­бе­ду рус­ско­го на­ро­да в войне и ска­за­ла, что он один из все­го пра­ви­тель­ства не уедет из Моск­вы. Упо­ми­на­ние об этом мы на­хо­дим все в той же кни­ге З. В. Жда­но­вой, о до­сто­вер­но­сти све­де­ний в ко­то­рой уже нема­ло ска­за­но в на­шей ста­тье. Ис­то­ри­ки Мос­ков­ской ду­хов­ной ака­де­мии спе­ци­аль­но изу­ча­ли эту ги­по­те­зу и при­шли к од­но­знач­но­му вы­во­ду: та­ко­го со­бы­тия не бы­ло. К та­ко­му же за­клю­че­нию при­шла Си­но­даль­ная ко­мис­сия по ка­но­ни­за­ции свя­тых, под­черк­нув, что ни в од­ном ис­то­ри­че­ском до­ку­мен­те или сви­де­тель­стве нет да­же на­ме­ка на «встре­чу», и все это – не бо­лее чем вы­дум­ки.

Тем не ме­нее миф был под­хва­чен в опре­де­лен­ных кру­гах и до сих пор име­ет сво­их сто­рон­ни­ков. Так в 2008 го­ду в пе­тер­бург­ском хра­ме по­яви­лась ико­на ху­дож­ни­ка И. И. Пив­ни­ка «Бла­жен­ная Мат­ро­на бла­го­слов­ля­ет Иоси­фа Ста­ли­на», что вы­зва­ло, в ос­нов­ном, про­тест при­хо­жан: «ико­ну» по­тре­бо­ва­ли убрать из хра­ма. Так ком­мен­ти­ро­вал это со­бы­тие на пи­ке дис­кус­сии про­то­и­е­рей Вла­ди­мир Ви­ги­лян­ский: «Раз­го­во­ры о свя­то­сти Ста­ли­на – ко­щун­ство над па­мя­тью му­че­ни­ков, ко­то­рые по­гиб­ли во вре­мя ста­лин­ско­го ре­жи­ма, ведь при Ста­лине ни­кто так не по­стра­дал, как ду­хо­вен­ство, ко­то­рое бы­ло ис­треб­ле­но по­чти на сто про­цен­тов». Вот сло­ва на эту те­му ува­жа­е­мо­го пас­ты­ря и бо­го­сло­ва, на­сель­ни­ка Сре­тен­ско­го мо­на­сты­ря в Москве иеро­мо­на­ха Иова (Гу­ме­ро­ва): «Бы­ту­ет миф о том, что И. Ста­лин при­ез­жал к бла­жен­ной ста­ри­це Мат­роне. Это со­вер­шен­но невоз­мож­но пред­по­ло­жить из то­го, что мы зна­ем о жиз­ни этой див­ной угод­ни­цы Бо­жи­ей. В 1997 го­ду свя­щен­но­на­ча­лие по­ру­чи­ло мне под­го­то­вить ма­те­ри­а­лы к ка­но­ни­за­ции Мат­ро­ны Ни­ко­но­вой. При­хо­ди­лось по кру­пин­кам со­би­рать о ней све­де­ния. Нет ни­че­го, что мог­ло бы под­твер­дить при­езд к ней Ста­ли­на. Она бы­ла го­ни­мой. В лю­бой день бы­ла го­то­ва к аре­сту. Та­кое по­ло­же­ние со­хра­ни­лось до са­мой ее смер­ти 2 мая 1952 го­да. По­пыт­ка пред­ста­вить же­сто­ко­го го­ни­те­ля Церк­ви ве­ру­ю­щим хри­сти­а­ни­ном и бла­го­де­те­лем Церк­ви опас­на и мо­жет при­не­сти толь­ко ду­хов­ный вред. Так раз­мы­ва­ют­ся гра­ни­цы добра и зла».

Валерия Михайлова (Посашко)

Пра­во­слав­ный жур­нал «Фо­ма».

Случайный тест