Как готовиться к исповеди

иеро­мо­нах Агапий (Голуб)

Испо­ведь — это таин­ство при­ми­ре­ния Бога и чело­века, совер­ша­е­мое в Церкви.

Через грех чело­век пере­стает быть при­част­ным явля­е­мого в таин­ствах Церкви Хри­стова Цар­ства. Бла­го­даря пока­я­нию, кото­рое пере­рож­дает чело­века, он вновь воз­вра­ща­ется в эту мисти­че­скую жизнь Церкви. Свя­щен­ник, при­ни­мая пока­я­ние, явля­ется сви­де­те­лем от лица Церкви и одно­вре­менно — сви­де­те­лем и пору­чи­те­лем перед Цер­ко­вью, что этот чело­век — был мертв и ожил, про­па­дал и нашелся (Лк.15:32). Вместе с тем свя­щен­ник хода­тай­ствует перед Богом о при­ми­ре­нии и соеди­не­нии каю­ще­гося с Цер­ко­вью. Как печать, завер­ше­ние пока­я­ния — свя­щен­ник в конце испо­веди читает так назы­ва­е­мую раз­ре­ши­тель­ную молитву1, в кото­рой просит Бога соеди­нить каю­ще­гося с Цер­ко­вью — подобно тому, как отло­ман­ная ветвь при­ви­ва­ется к дереву и вновь полу­чает воз­мож­ность жить и пло­до­но­сить.

Пер­во­на­чально, когда хри­сти­ан­ская жизнь стро­и­лась не на инди­ви­ду­аль­ном уровне, а в гра­ни­цах живой общины, люди испо­ве­до­ва­лись перед самой общи­ной, «потому что согре­ше­нием одного чело­века раз­би­ва­ется цель­ность всего тела, вся община забо­ле­вает…»2 Со вре­ме­нем, когда пере­жи­ва­ние внут­рен­него един­ства зна­чи­тельно ослабло, и община стала пере­рож­даться в «приход», такая испо­ведь стала затруд­ни­тель­ной — часто мы не готовы при­нять с состра­да­нием и молит­вой чело­века, когда он обна­жает свое внут­рен­нее состо­я­ние перед нами. Тем более что в храме нередко при­сут­ствуют лица, довольно дале­кие от реаль­ной цер­ков­ной жизни. В резуль­тате и «была вве­дена та форма испо­веди, кото­рую мы теперь знаем: чело­век при­хо­дит и свя­щен­нику гово­рит то, о чем надо было бы ска­зать всей общине, чтобы полу­чить ее молитву, ее под­держку, ее любовь и вновь вклю­читься в нее пол­но­прав­ным членом. Свя­щен­ник пред­став­ляет ту иде­аль­ную общину, кото­рая уже не суще­ствует; и та част­ная испо­ведь, кото­рую мы знаем, нам дает ложное пред­став­ле­ние об испо­веди как о част­ном таин­стве, как о чем-то, что про­ис­хо­дит между Богом и мной или, может быть, даже чаще — между мной и свя­щен­ни­ком, тогда как… это исце­ле­ние одного из боль­ных членов Церкви, для того чтобы и этот член ожил, и все тело было исце­лено. Очень важно пом­нить: испо­ведь явля­ется не част­ным таин­ством, а все­цер­ков­ным дей­ствием. Когда ты пада­ешь, ты ранишь тело Хри­стово, когда ты вос­ста­ешь, ты вос­ста­нав­ли­ва­ешь тело Хри­стово»3.

Нужно ли гово­рить, что на такой испо­веди перед общи­ной не заост­ря­лось вни­ма­ние на так назы­ва­е­мых повсе­днев­ных погреш­но­стях — «раз­дра­же­нием, зло­стью, празд­но­сло­вием, чре­во­уго­дием»? Для этого суще­ствует личное пока­я­ние и борьба с собой. И если чело­век искренне борется с этими гре­хов­ными наклон­но­стями, сами Тело и Кровь Христа-Спа­си­теля, пре­по­да­ва­е­мые в Чаше Евха­ри­стии, очи­щают его.

Совре­мен­ная же прак­тика испо­ве­да­ния этих «быто­вых» грехов в таин­стве Испо­веди — резуль­тат вли­я­ния мона­ше­ской тра­ди­ции так назы­ва­е­мого «откро­ве­ния помыс­лов», то есть регу­ляр­ной испо­веди у своего старца с целью более высо­кого нрав­ствен­ного совер­шен­ство­ва­ния и полу­че­ния живого опыта работы над собой. Но испо­ведь общими фра­зами («оби­дами, само­жа­ле­нием»), без кон­крет­ного напол­не­ния, да еще, может, у разных свя­щен­ни­ков вызы­вает сомне­ния в ее пло­до­твор­но­сти. На мой взгляд, для работы над собой по обре­те­нию целост­но­сти, для осво­бож­де­ния от «рас­пы­лен­но­сти» во мно­же­стве этих еже­днев­ных про­ступ­ков и грехов тре­бу­ется кон­крет­ная про­грамма с кон­крет­ными шагами. К при­меру, это еже­днев­ный (или хотя бы еже­не­дель­ный) анализ себя с исполь­зо­ва­нием днев­ника. Обще­ние с пас­ты­рем вне бого­слу­же­ния (груп­по­вые и инди­ви­ду­аль­ные беседы). В иде­аль­ном вари­анте — под­держка и обмен опытом в собра­нии живой общины (Итак испо­ве­дайте друг другу грехи и моли­тесь друг за друга, чтобы быть исце­лен­ными (Иак. 5:16), в пере­воде епи­скопа Кас­си­ана (Без­об­ра­зова)). Боль­шой опыт работы над эмо­ци­ями и чув­ствами име­ется в совре­мен­ной пси­хо­ло­гии и исполь­зу­ется мно­гими пра­во­слав­ными пси­хо­ло­гами. Смысл инсти­тута крест­ных роди­те­лей, или вос­при­ем­ни­ков также состоит в пере­даче опыта и под­держке в духов­ной жизни. Без­условно, очень полез­ным и доступ­ным явля­ется изу­че­ние соот­вет­ству­ю­щей лите­ра­туры. Напри­мер, «Пра­во­слав­ная аске­тика, изло­жен­ная для мирян» свя­щен­ника Павла Гуме­рова или «Духов­ные беседы» старца Паисия Свя­то­горца.

При таком под­ходе испо­ведь и При­ча­стие вновь ста­но­вятся не свя­зан­ными жестко между собой таин­ствами. При­ча­стие — чаще (может, даже еже­не­дельно). Испо­ведь как таин­ство — реже (к при­меру, 4 раза в год). Но бла­го­даря вни­ма­тель­ной к себе жизни эта испо­ведь ста­но­вится более глу­бо­кой и пло­до­твор­ной.

Лично мне такая прак­тика ближе. Если бы уда­лось к ней вер­нуться, меньше было бы нездо­ро­вых момен­тов: длин­ных оче­ре­дей к испо­веди; потери, в ожи­да­нии своей оче­реди на испо­ведь, собор­ной молитвы; испо­ве­дей «делом-словом-помыш­ле­нием»; испо­ве­дей «кон­вей­е­ром», когда свя­щен­ник ско­ро­го­вор­кой читает раз­ре­ши­тель­ную молитву, даже не дав толком испо­ве­до­вать грехи. Испо­ведь пере­ста­нет вос­при­ни­маться как «билет» ко При­ча­стию или сред­ство «усып­ле­ния» сове­сти, а также в каче­стве сеанса «изли­я­ния» чувств. У свя­щен­ни­ков появи­лось бы больше вре­мени и сил на про­по­ведь, пас­тыр­ские беседы, на бла­го­го­вей­ное совер­ше­ние литур­гии без отрыва на испо­ведь (нельзя назвать нор­маль­ным, когда более поло­вины литур­гии, при собор­ном слу­же­нии, часть духо­вен­ства вместо сто­я­ния у пре­стола про­во­дит на испо­веди, порой до самого при­ча­стия свя­щен­ни­ков). 

Но такая прак­тика под­ра­зу­ме­вает нали­чие пас­тыря, кото­рый наблю­дает за духов­ной жизнью дан­ного хри­сти­а­нина, и то, что этот хри­сти­а­нин по-насто­я­щему учится жить Еван­ге­лием.    

Обсу­дить, насколько частой должна быть испо­ведь, лучше всего со своим при­ход­ским свя­щен­ни­ком. Такой свя­щен­ник служит в церкви, куда Вы регу­лярно ходите, поэтому именно он должен знать Вашу духов­ную жизнь лучше осталь­ных свя­щен­ни­ков.  

В любом случае испо­ведь от случая к случаю, без регу­ляр­ного ана­лиза себя в свете Нового Завета не может быть полной. Чем менее мы к себе вни­ма­тельны, тем хуже осо­знаем грехи. 

Общие реко­мен­да­ции по под­го­товке и про­хож­де­нию таин­ства Испо­веди могут быть сле­ду­ю­щими:

  1. Должно быть испо­ве­дано все, в чем мы согре­шили. Для этого нужно все обду­мать и вспом­нить зара­нее. Новички могут взять в помощь посо­бия, напри­мер, «Опыт постро­е­ния испо­веди» архи­манд­рита Иоанна (Кре­стьян­кина). Это нужно не для фор­маль­ной пере­писки грехов. Посо­бие к испо­веди помо­гает уви­деть и осо­знать то, что мы забыли или не счи­тали грехом.
  2. Испо­ведь под­ра­зу­ме­вает про­го­ва­ри­ва­ние кон­крет­ных грехов. Само слово «испо­ведь» — от гла­гола «пове­дать», выра­зить вер­бально. То, что не про­го­во­рено, то не исце­лено. Это про­го­ва­ри­ва­ние начи­на­ется еще до испо­веди, он состоит во внут­рен­нем диа­логе с сове­стью в свете Еван­ге­лия — и в молит­вен­ном обра­ще­нии с пока­я­нием к Богу. Такое про­го­ва­ри­ва­ние — это про­жи­ва­ние совер­шен­ных грехов заново, но не тогдаш­ним, а тепе­реш­ним «я», став­шим другим в пока­я­нии. «Да, это сделал я, но я хочу быть другим. Я пре­дельно рас­кры­ваю себя, какой я есть, как перед врачом, чтобы полу­чить исце­ле­ние и больше не воз­вра­щаться к греху, больше ни изме­нять Богу. Гос­поди, ней­тра­ли­зуй то зло, кото­рое я принес в этот мир, и дай мне силы быть другим», — навер­ное, такими сло­вами можно пере­дать то «посла­ние», кото­рое звучит при под­лин­ной испо­веди.
    Испо­ведь же сло­вами «грешен, как все» начи­нают обычно те, кто не гото­вился к таин­ству. Она гово­рит об отсут­ствии созна­ния грехов своей жизни. Поэтому свя­щен­ник будет, скорее всего, прав, если пред­ло­жит испо­ведь отло­жить, пока она не станет плодом серьез­ной работы над собой. Хотя хорошо, если при этом он пред­ло­жит свою помощь в под­го­товке к испо­веди.
    Другой вопрос — чело­век узнаёт, что что-то в его жизни явля­ется грехом, но сам еще не сознает ненор­маль­но­сти дан­ного дей­ствия и не видит смысла испо­ве­до­вать, потому что слово «каюсь» будет ложью. Сокры­тие — не выход. Пра­вильно будет про­го­во­рить эту тему со свя­щен­ни­ком: «Я узнал, что с хри­сти­ан­ских пози­ций данный посту­пок — грех, но сам до искрен­него созна­ния этого не дошел». И тогда свя­щен­ник может помочь сде­лать какие-то шаги, спо­соб­ные осво­бо­дить от нечув­ствия греха. Воз­можно, он сочтет воз­мож­ным при­нять испо­ведь как есть и допу­стить до При­ча­стия, чтобы душа «согре­лась» таин­ствами и, при встрече со Хри­стом — Солн­цем Правды, сама уви­дела свои пятна в Его свете.  
  3. Лучше испо­ве­до­ваться у своего мест­ного свя­щен­ника, осо­бенно если это не «теку­щая» еже­ме­сяч­ная испо­ведь в повсе­днев­ных погреш­но­стях, а гене­раль­ная, первая в жизни или за несколько лет. Легче при­не­сти испо­ведь незна­ко­мому свя­щен­нику в дале­ком мона­стыре — ведь, воз­можно, больше с ним и не дове­дется встре­чаться. Рас­крыть же себя перед свя­щен­ни­ком мест­ного храма— значит, пре­одо­леть стыд и боль, снять «защит­ные пан­цири». Это ровно про­ти­во­по­ложно тому, что пытался сде­лать неко­гда Адам. Только когда дела­ется этот шаг пре­дель­ного откры­тия себя, и без «мягких вари­ан­тов» — начи­на­ется про­цесс выздо­ров­ле­ния. Свя­щен­ник же явля­ется пас­ты­рем, ответ­ствен­ным за духовно-нрав­ствен­ную жизнь вве­рен­ного ему при­хода. Пове­дать перед ним — значит вру­чить себя ему. И, имея опре­де­лен­ный опыт, он может, соот­вет­ственно зна­чи­мо­сти греха, пред­ло­жить лекар­ство — епи­ти­мию — и помочь дальше в духов­ном раз­ви­тии. Епи­ти­мия — упраж­не­ние, кото­рое нала­гает иерей на каю­ще­гося, чтобы помочь ему пре­одо­леть инер­цию греха, оста­ю­щу­юся и после испо­веди. Через испол­не­ние епи­ти­мии под наблю­де­нием духов­ника воля вос­пи­ты­ва­ется в испол­не­нии хри­сти­ан­ских доб­ро­де­те­лей. Это может быть пост, поклоны, допол­ни­тель­ные молитвы для домаш­него испол­не­ния в тече­ние неко­то­рого пери­ода, дела, про­ти­во­по­лож­ные греху, и т. д.
  4. На испо­веди ста­раться избе­гать общих фраз типа «согрешил(а) осуж­де­нием, нера­де­нием, ложью»— слова слиш­ком общие, за кото­рыми можно пря­тать что угодно. Напри­мер, «согре­шил воров­ством». Но для сотруд­ника дет­сада «воров­ство» — остатки хлеба, несъе­ден­ные детьми. У других — актив­ное воров­ство строй­ма­те­ри­а­лов на про­из­вод­стве, и не от голода. Или — «осуж­де­нием». Один под осуж­де­нием имеет в виду мимо­лет­ные помыслы, другой засы­пает и про­сы­па­ется с осуж­де­нием своего кол­леги или началь­ника и сам муча­ется от этой навяз­чи­во­сти. Раз­ница, навер­ное, все же есть.
    Правда, стоит сде­лать ого­ворку. У чело­века может ока­заться за пле­чами мно­же­ство тяже­лых, но одно­тип­ных грехов. Тогда, навер­ное, можно так и про­го­во­рить — есть такой-то тяже­лый грех, совер­шен­ный неод­но­кратно. Напри­мер, у нар­ко­мана не раз были драки и паде­ние в блуд, совер­ше­ние краж. Конечно, не нужно на испо­веди подробно пере­чис­лять, сколько, когда и что. Важно выра­зить суть. Но и среди этих одно­тип­ных пре­ступ­ле­ний могут быть настолько боль­ные исто­рии, что пре­вос­хо­дят тяже­стью осталь­ные. Напри­мер — впа­де­ние в блуд под воз­дей­ствием алко­голя с дво­ю­род­ной сест­рой или кража обру­чаль­ных колец роди­те­лей с целью «загнать» и купить «дозу». Тогда стоит рас­крыть и эти кон­крет­ные эпи­зоды. Иногда эти муча­ю­щие созна­ние случаи всплы­вают уже после испо­веди. За общим «изоби­лием» они были «затерты». А по мере очи­ще­ния — вспо­ми­на­ются. Нужно ли их испо­ве­до­вать, если сама суть греха уже была с пока­я­нием рас­крыта на испо­веди? Навер­ное, одно­знач­ного ответа быть не может. Но если духов­ник готов при­ни­мать, то, на мой взгляд, лучше, по мере вспо­ми­на­ния, тоже испо­ве­до­вать.
  5. Лучшая под­го­товка к испо­веди, чтобы она при­об­рела харак­тер кон­крет­но­сти, — регу­ляр­ный само­ана­лиз. В молит­вах «на сон гря­ду­щий», кото­рые пуб­ли­ку­ются в молит­во­слове, есть обра­зец повсе­днев­ной домаш­ней испо­веди. Когда хри­сти­а­нин при­учает себя, по воз­мож­но­сти еже­дневно, хоть немного, уде­лять вни­ма­ние ана­лизу про­шед­шего дня с духов­ных пози­ций, испо­ведь обре­тет пол­но­цен­ный харак­тер.
  6. При отсут­ствии опыта первые испо­веди можно про­пи­сы­вать. «Кон­спек­ти­ро­ва­ние» своей испо­веди полезно тем, что при записи будет меньше лишних слов и ненуж­ных подроб­но­стей. При этом лучше вклю­ча­ется память, идет осмыс­ле­ние жизни. Кроме того, запи­сан­ная испо­ведь помо­жет от вол­не­ния не поте­ряться и не забыть то, что хотели испо­ве­до­вать. Впо­след­ствии необ­хо­ди­мость в пред­ва­ри­тель­ной записи своей испо­веди, как пра­вило, умень­ша­ется.
  7. Сна­чала о том, о чем тяже­лее всего гово­рить. Дума­ется, понятно, что прямое сокры­тие грехов на испо­веди при­но­сит вред душе. Но бывает сокры­тие и кос­вен­ным — чело­век испо­ве­дует тяже­лый грех общими сло­вами, находя наи­бо­лее мягкие сино­нимы («встре­чался с жен­щи­ной» — вместо пря­мого при­зна­ния блуда), или «прячет» его между «песком». К при­меру: «Согре­шил зло­сло­вием, раз­дра­жи­тель­но­стью… пре­лю­бо­дей­ством, чре­во­уго­дием…» Один из наи­бо­лее раз­ру­ши­тель­ных грехов ста­вится в один ряд с теми, кото­рые свя­щен­ник порой вни­ма­тельно и не слу­шает. На что, навер­ное, и рас­счи­ты­вает испо­ве­ду­ю­щийся. Но это — лукав­ство, вырас­та­ю­щее из надежды, что таин­ство «сра­бо­тает авто­ма­ти­че­ски». Не при­дется крас­неть, не будет епи­ти­мии, свя­щен­ник не будет своими рас­спро­сами искать корни и тре­бо­вать без­ого­во­роч­ного осуж­де­ния греха. Но после такой испо­веди совесть не исце­лится. В лучшем случае она будет «давить» и пону­дит, в конце концов, прийти уже с под­лин­ным пока­я­нием. В худшем — чело­век «усыпит» свою совесть. Это — насто­я­щая смерть души.
    К сожа­ле­нию, нередко на испо­ведь при­хо­дят именно с такой целью — успо­ко­ить совесть. Осво­бо­диться от ее вопро­сов к нам. И чтобы это про­изо­шло как можно легче, без труда. Только моя задача на испо­веди — не «усып­лять» совесть, а будить. Я иногда отсы­лаю таких людей, снаб­див мате­ри­а­лом для под­го­товки, пора­бо­тать над собой. И отве­тить самим себе — а хотят ли они учиться жить со Хри­стом, по Еван­ге­лию.
  8. Не оправ­ды­вать себя. Напри­мер, испо­ве­дуя агрес­сию в адрес членов семьи, не нужно при этом гово­рить, что это они спро­во­ци­ро­вали ее своим пове­де­нием. Мои чув­ства — это мои чув­ства, и я отве­чаю за обу­че­ние здо­ро­вому эмо­ци­о­наль­ному и пове­ден­че­скому реа­ги­ро­ва­нию на ситу­а­ции. От меня зави­сит, как реа­ги­ро­вать на то или иное собы­тие в жизни.
  9. Испо­ведь под­ра­зу­ме­вает готов­ность к пока­ян­ному труду. Грехи, осо­бенно тяже­лые, и из-за кото­рых посеян соблазн, так просто в про­шлое не уйдут. И, думаю, это ошибка, если свя­щен­ник при­ни­мает испо­ведь, где при­сут­ствуют смерт­ные грехи, слиш­ком легко. Часто слу­ча­ется, к при­меру, сле­ду­ю­щее. Жен­щина испо­ве­до­вала грех аборта, но не полу­чила епи­ти­мии. И вскоре совесть с новой силой начи­нает ее «давить». Она вновь и вновь повто­ряет этот грех на после­ду­ю­щих испо­ве­дях, не обре­тая мира. Почему? Смерт­ные грехи — это «онко­ло­гия», тре­бу­ю­щая «химио­те­ра­пии». Для под­лин­ного исце­ле­ния нужно потру­диться. Обычно я в подоб­ной ситу­а­ции пред­ла­гаю читать неболь­шую пока­ян­ную молитву за совер­шен­ные аборты, парал­лельно — в тече­ние какого-то коли­че­ства дней — совер­шать еже­дневно поклоны с молит­вой о поми­ло­ва­нии себя и второй поло­вины, от кото­рой был ребе­нок (чтобы Гос­подь и его привел к пока­я­нию), и о упо­ко­е­нии нерож­ден­ных детей. А еще, может, — пойти в кли­нику и там поде­жу­рить волон­те­ром, чтобы помочь кому-то избе­жать этого жут­кого шага. Можно рас­про­стра­нять фильмы против абор­тов, лите­ра­туру. Можно просто ходить по вече­рам в дет­ский хоспис и читать детям на ночь сказки. И вот тогда, в такой работе и обре­тется под­лин­ное исце­ле­ние и осво­бож­де­ние. Кстати, эта работа как раз и будет сви­де­тель­ством искрен­но­сти рас­ка­я­ния.
  10. На испо­веди не реша­ются жиз­нен­ные вопросы. Испо­ведь — таин­ство при­ми­ре­ния с Богом, а не настав­ле­ния. Вообще, свя­щен­ник не должен вме­ши­ваться в жизнь чело­века, пока речь идет о вещах, не отно­ся­щихся к кате­го­рии греха и доб­ро­де­тели — поку­пать ли машину, как делить наслед­ство с род­ствен­ни­ками. Его задача как пас­тыря — помочь хри­сти­а­нину научиться обсто­я­тель­ства жизни согла­со­вы­вать с Еван­ге­лием.
    Конечно, не воз­бра­ня­ется и посо­ве­то­ваться. Но эта беседа должна стро­иться за рам­ками испо­веди.
    И еще нема­ло­важ­ный момент: когда свя­щен­ник дает «духов­ные» или «житей­ские» советы, это не озна­чает, что их нужно выпол­нять бес­пре­ко­словно. Не зная всех обсто­я­тельств и внут­рен­него устрой­ства обра­тив­ше­гося лица, он может и оши­биться. Он сове­тует, реко­мен­дует — но при­ня­тие или непри­ня­тие ска­зан­ного оста­ется на ответ­ствен­но­сти самого чело­века.
  11. Не нужно на испо­веди гово­рить о тре­тьих лицах. Иногда испо­ве­ду­ю­щи­еся, рас­кры­вая обсто­я­тель­ства греха, фак­ти­че­ски пере­хо­дят в пере­суды других. Но это уже паро­дия на испо­ведь. В конце концов, не «меня оби­жают», а «я оби­жа­юсь», не «меня раз­дра­жают», а «я раз­дра­жа­юсь». Кроме того, внеш­ние обсто­я­тель­ства не столько про­во­ци­руют, сколько помо­гают про­явиться моим стра­стям — и бла­го­даря этому я могу их уви­деть и бороться с ними. Иначе бы они «спали», и я бы их не заме­чал. А на Суде перед Богом увижу, что в моей душе, ока­зы­ва­ется, как в тихом омуте, ведомо кто водится. Но уже поздно. Время иско­ре­не­ния упу­щено.
  12. Грех — это болезнь, выздо­ров­ле­ние от кото­рой явля­ется про­цес­сом всей жизни. Нет таких слу­чаев, когда невоз­можно пока­яться. Бывает, правда, состо­я­ние «омерт­ве­ния» души. Для ее про­буж­де­ния и суще­ствует дис­ци­пли­нар­ная система постов, домаш­них молитв и других цер­ков­ных уста­нов­ле­ний. Известны случаи, когда чело­век сна­чала испо­ве­ду­ется и при­ча­ща­ется «без чувств». Но посте­пенно душа согре­ва­ется Божией бла­го­да­тью — и рож­да­ется под­лин­ное пока­я­ние.
    Путь к Богу открыт. И нет такого греха, кото­рый нельзя про­стить и от кото­рого нельзя исце­литься. Иисус Хри­стос вчера и сего­дня и во веки Тот же (Евр. 13:8).

26.06.2017


При­ме­ча­ния:

1. Вошед­ший в рус­ский язык из цер­ков­но­сла­вян­ского термин «раз­ре­ше­ние» озна­чает «раз­вя­зы­ва­ние, осво­бож­де­ние». Выте­кает из пони­ма­ния греха как насиль­ствен­ного начала, дела­ю­щего чело­века своим плен­ни­ком, свя­зы­ва­ю­щего его, пора­бо­ща­ю­щего волю. В таин­стве Испо­веди чело­век полу­чает «раз­ре­ше­ние грехов», т. е. сво­боду от греха.
2. Митр. Анто­ний Сурож­ский. Пас­тыр­ство. – Мн.: Изд. Бело­рус­ского Экзар­хата, 2005.
3. Митр. Анто­ний Сурож­ский. Пас­тыр­ство. – Мн.: Изд. Бело­рус­ского Экзар­хата, 2005.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки