архиепископ Алексий (Лавров-Платонов)

Письма к прот. А. В. Горскому

Письма профессора А.Ф. Лаврова-Платонова (впоследствии Алексия, архиепископа Литовского) к протоиерею А.В. Горскому.

Содержание

Часть 1 Письмо 1. Письмо 2. Письмо 3. Письмо 4. Письмо 5. Письмо 6. Часть 2 Письмо 7. Письмо 8. Письмо 9. Письмо 10. Письмо 11. Письмо 12. Письмо 13. Письмо 14. Письмо 15. Часть 3 Письмо 16. Письмо 17. Письмо 18. Письмо 19. Письмо 20. Письмо 21. Письмо 22. Письмо 23. Письмо 24. Часть 4 Письмо 25. Письмо 26. Письмо 27. Письмо 28. Письмо 29. Письмо 30. Письмо 31. Письмо 32. Письмо 33. Письмо 34. Письмо 35. Письмо 36.  

 

Александр Феодорович Лавров-Платонов, впоследствии преосвящ. Алексий, архиепископ Литовский, был воспитанником XIX курса Московской Духовной Академии. По окончании курса, в 1854 г., он был оставлен при Академии бакалавром по кафедре церковного законоведения и церковной словесности (а некоторое время еще и греческого языка); кроме того, с 1862-го по 1870-й год он занимал должность библиотекаря Академии. Когда, в начале семидесятых годов, был возбужден вопрос о преобразовании духовно-судебной части – применительно к духу новых судебных уставов (1864 г.) – и для этого преобразования был учрежден в Петербурге комитет, А.Ф. был назначен членом этого комитета и был вызван в Петербург, где большею частию и жил, начиная с 26‑го апреля 1870 по 12 декабря 1872. Основная мысль предполагавшейся реформы – отнятие у архиереев судебной власти и оставление в их руках почти только одной административной – не нашла сочувствия в А.Ф.: мало того, он пришел к убеждению, что она прямо противоречит духу церковных канонов. Будучи, при крайнем смирении и скромности, в то же время человеком в высшей степени стойким в своих убеждениях, А.Ф. тотчас же и смело возвысил голос против предполагавшейся реформы и в этом смысле напечатал ряд статей: «Новый вопрос в православной русской церкви», «Вторая апология по новому вопросу», «Третья апология по новому вопросу» и несколько после – «Предполагаемая реформа церковного суда», в двух выпусках (СПБ., 1873). Несмотря на нападки, между прочим и в печати, так как некоторая часть ее защищала предполагавшуюся реформу, А.Ф. не ослаблял протеста и имел утешение видеть торжество своего дела: предполагавшаяся реформа осуществлена не была. – Несколько раньше этого, в 1865 – 1867 годах, А.Ф. проводил летние каникулы в Петербурге ради своих учебных занятий. Во все эти годы, живя вдали от своей родной Академии, А.Ф. поддерживал в нею живые сношения и находился в постоянной переписке с о. ректором, прот. А.В. Горским, которого глубоко уважал и сам пользовался искренним его расположением.

В 1878 году, после кончины своей супруги, А.Ф. принял монашество с именем Алексия, был возведен в сан архимандрита и назначен настоятелем Саввина Сторожевского монастыря, а немного спустя, в том же 1878 году, был хиротонисан во епископа Можайского, второго викария Московской митрополии. В 1883 году преосвященный Алексий был назначен первым викарием той же митрополии, а в 1885 году получил самостоятельную Литовскую кафедру, на которой, уже в сане архиепископа, и скончался 10-ого ноября 1890 года.

Сохранившиеся в бумагах прот. А.В. Горского петербургские письма к нему проф. А.Ф. Лаврова и предлагаются теперь вниманию читателей «Богословского вестника».

Часть 1

Письмо 1.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший Отец Ректор!

Воспользовавшись милостивым соизволением Вашим на мой отпуск, я благополучно прибыл в Петербург 29 числа вечером и имею честь представить краткий отчет о начале моей деятельности в Петербурге. – Доступ к делам Архива Св. Синода я получил на другой же день по приезде без затруднения по одному словесному разрешению управляющего Канцеляриею В.И. Авчинникова. Но заниматься теперь менее удобно, чем как было прежде. И летом и осенью прошедшего года ключ от Архива, по уходе чиновников, оставался у сторожа, и доступ в Архив мне разрешен был во всякое время, даже и без чиновников. Ныне нет этого удобства. Я должен взять у архивных чиновников нужные мне дела под расписку и препроводить их наверх в канцелярию, где и должен заниматься. По уходе чиновников, Архив запирается и ключ отдается дежурному чиновнику, не имеющему права пускать туда никого. Это изменение прежнего порядка вызвано было безымянным доносом на сторожа, в котором неизвестный обвинял сторожа в продаже раскольнических книг. Виноват или не виноват сторож – Бог знает; только вследствие этого доноса он удален, и Архив содержится с указанною мною строгостию. – Комиссия о лучшем устройстве Синодального Архива1 действует по обычаю прочих комиссий и комитетов: доселе, в продолжении почти полугода со дня открытия, комиссия рассмотрела почти все дела за 1721 год – первый, с которого начинаются архивные дела, и по объему меньший, чем каждый из последующих годов. Если дела комиссии будут идти так же, как доселе, то лет через 75 можно надеяться на окончание ее работ. Между тем ассигнованные на комиссию деньги уже выходят, и скоро потребуется новая ассигновка. – Помещаюсь я пока еще в гостинице, но, может, перейду в Лавру и буду жить с отцом инспектором.

Кроме этих, непосредственно меня касающихся, известий, позвольте предложить Вашему вниманию и некоторые другие, слышанные мною от разных лиц. Говорят о следующих передвижениях преосвященных, состявшихся будто бы окончательно: во Владимир, на место увольняемого преосв. Феофана2, перемещается Волынский3, на Волынь Вятский4, в Вятку Вологодский5, в Вологду назначается ректор Вятский Павел6. На днях имеет быть наречение Новгородского ректора Макария7 во епископа, викария Новгородского. Оно будет немедленно после того, как преосв. митрополит8 возвратится из Новгорода. – И от Св. Синода будет циркуляр по поводу Высоч. Рескрипта 13 мая9. Проект циркуляра написан обер-секретарем Ненарокомовым и послан к обер-прокурору. – В чиновниках синодских также немало перемен: уволен вице-директор Дух.-Уч. Управления Домонтович с чином тайного советника и с пенсионом по чину с дополнением из сумм Синодальной типографии по 1500 р. На его место назначен обер-секретарь Синода Терсинский, из магистров Петерб. Академии 1843 года. – И.И. Полнер10 на днях оставляет синодскую службу и поступает в члены Петербургской судебной палаты. Этот переход соединен для него со значительными материальными пожертвованиями. – Дело о растрате 75 тысяч11 будет решено в Сенате, говорят, в сентябре. И.С. Гаевского будет защищать коронный адвокат. – Правила о соборах российских архиереев12 будут составлены на основании замечаний, представленных нашим Владыкою13, а не на основании проекта, составленного синодскими обер-секретарями под председательством Полнера. Граф14 прислал из Москвы приказ об этом и составление правил возложил на Терсинского. – Об ἐξαδέλφη15 еще не переданы в синодскую канцелярию наши замечания из Дух.-Учебного Управления. Вероятно, еще не из всех Академий они доставлены. При суждениях в Св. Синоде об этом деле высказана была мысль – спросить об этом восточных патриархов – как у них ныне понимается это слово в 54 правиле Трулльского собора; но протопресвитер духовник16 заметил, что ответ патриархов может стеснить Св. Синод, и предложил потребовать мнений от академических конференций.

Заседание комитета о духовно-учебных заведениях17 будет в понедельник 4 числа. По приезде о. инспектора18 еще не было ни одного заседания. Отец инспектор говорит, что будет писать Вашему Высокопреподобию уже после заседания. Между прочим он говорит, что председателя и членов комитета, которых видел, нашел весьма любезными по отношению к нему.

Письмо мое должно быть в посаде в день нашего праздника19. Поэтому покорно прошу принять мое почтительнейшее поздравление с праздником. Постараюсь быть в этот день на Троицком подворье.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с глубокою преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия всепокорнейшим слугою

экстра-орд. профессор Александр Лавров.

Петербург

3 июля 1866 г.

Письмо 2.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший Отец Ректор!

Прибыв благополучно в Петербург, долгом поставляю благодарить Вас за данное мне дозволение отправиться сюда. Поместился я, как и предполагал, в Академии, в квартире П.Ф. Комарова20, который еще прежде моего приезда отправился на родину. Занятия начал только еще в Архиве Св. Синода, двери которого для меня всегда и самым любезным образом открыты. В Академии обещают скоро выдать мне каталоги, находящиеся теперь у обозревавшего Академию Преосвященного Палладия21. – Немногих еще видел я и потому не многое узнал о здешних делах; надеюсь, что Вы извините меня за скудость моих известий.

О Владычнем юбилее22 был первый вопрос мне со стороны здешних академических о. ректора23 и инспектора24. Со стороны Петербургской Академии готовится, как мне говорил о. инспектор, адрес, который будет представлен самим о. ректором. Что имеет быть от Св. Синода, еще не знаю, потому что не видал И.А. Ненарокомова, а от других не мог добиться никакого толку. – В члены Учебного Комитета, по словам о. инспектора, назначены доселе – он о. Хрисанф, протоиерей Горного Корпуса Рудаков (Петерб. Акад., 1849 г.), протоиерей Самуил Михайловский (кажется, зять Мих. Изм. Богословского), Чистович25, профессор Университета Благовещенский26 и инспектор Мариинского Института Кедров27. Последние двое – как специалисты по латинскому и греческому языкам. Странствующий член28 доселе еще один – И.А. Ненарокомов29. Говорят о Шаврове30, но, кажется, это еще не решено. Прочие ревизоры desiderantur. Предлагали было эту честь здешнему профессору Л., но он выставил такие условия, на которые не согласились, именно, он желал, чтобы к ревизорскому жалованью присоединена была еще академическая пенсия (а служит только еще 20 лет). Председатель комитета еще не приехал. Он получит квартиру Сухотина в доме Духовного ведомства. Но ни о каких других должностях его не говорят. Штат комитета в Государственном Совете еще не утвержден – по причине позднего внесения, пред каникулами Совета. Будет рассматриваться в сентябре. – Петербургская Академия действительно представила проект, по которому предполагается в Академиях оставить одни богословские науки и языки греческий и еврейский31. Профессоры светских наук не согласились с этим, но об их протесте только упомянуто. По словам о.Хрисанфа, обер-прокурор ухватился за эту мысль. Извлечение из представленных Академиями проектов скоро имеет явиться в Северной Почте32. Комитет, имеющий преобразовывать Академии, будет, по слухам, тот же, может быть, без М.И. Богословского33, но с присовокуплением ректора Академии. – Обер-прокурор скоро уезжает: сначала в Варшаву, потом в Киевский и Петербургский учебный огруги. – Описание дел Синодального архива за 1721 г. печатается; первые 14 листов, может быть, скоро я буду иметь возможность прислать Вам вместе с книгою Boissard’а “L’ Église de Russie”, 1867 г., которую я мельком видел у Вольфа и которой, кажется, еще нет у нас. Кроме этого Описания, составлено комиссиею Собрание всех постановлений по церковным делам34, вышедших в 1721 г. Постановлений собрано более 200, тогда как в Полном Собрании законов только 35. Рукопись преставляется обер-прокурору. Печатных будет, вероятно, листов 30. Теперь описывается 1722 год. – Судебный комитет35 окончил свои занятия и скоро вносит свой труд в Св.  Синод. Здесь есть по три особых мнения о некоторых пунктах. – ξαδέλφη также скоро будет представлена Синоду. Мнения прочих Академий согласны с нашим. Но другие Академии не усиливались доказывать, как мы, Петербургская, например, решила вопрос на одной странице, Казанская страницах на трех и весьма легко. Киевская представила побольше, но все-таки не с наше. – В здешней Академии получено разрешение Св. Синода, данное Духовным Академиям – выписывать из-за границы книги без цензуры36. Кажется, к нам не пришло еще это разрешение. – Спрашивал я одного секретаря об указе касательно вдов и сирот духовного звания37 и вот что успел узнать: дело возникло вследствие просьбы одной вдовы о зачислении места за ее дочерью, поданной в то время, когда обер-прокурорскую должность исправлял Лавров38. Карандашом он написал на просьбе: «таких просьб совсем не следует принимать». Затем просьба эта с отметкою попала в руки товарища, который горячо взялся за дело и такой же жар сообщил и самому обер-прокурору. Обер-секретарь, которому поручено было это дело, Павловский (магистр Киевский), возражал, но «плетью обуха не перешибешь», заметил мне рассказывавший дело секретарь. Митрополит, подписав протокол, привез его с собою в Синод и сказал: «Все, что написано в этом протоколе, истинно, но чем же мы будем содержать наших бедных?» Но протокол был уже подписан и дело, таким образом, кончено. – Сейчас, во время писания письма, получил литографированный «Проект Устава Православных Духовных Академий», представленный Петербургскою Академиею. Обещат дать экземпляр в собственность; тогда немедленно пришлю Вам.

Покорнейше прошу Ваше Высокопреподобие передать мое почтение отцу инспектору, отцу Филарету39 и прочей братии нашей.

При сем случае прошу принять мое поздравление с праздником Преподобного Сергия.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с истинным почитанием и совершенною преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

преданнейший слуга

Э.-о. проф. Александр Лавров.

2 июля 1867.

Петербург.

Поручение Вашего Высокопреподобия к моему хозяину исполнено чрез письмо.

Письмо 3.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший Отец Ректор!

Исполняя приказание Вашего Высокопреподобия, имею честь при сем сообщить точную копию предложения обер-прокурора от 29 июня40. – Из членов Синода, как сказывал мне Иван Ал. Ненарокомов, отправится для принесения приветствия41 архиепископ Василий42. – Книгу Boissard’а приобрел у Вольфа за 4 р. 20 коп. и отправил к Вам. – Владыка Митрополит здешний в настоящее время живет на даче Ильина по Петергофской дороге и, говорят, не совсем здоров. – Мои занятия идут обычным порядком – с 9 до 4-х часов в Архиве, вечер дома. Ныне получил я, наконец, каталоги рукописей и книг здешней библиотеки. Для меня всегда было всего затруднительнее получение чего бы то ни было мне нужного в Академии. И в настоящий приезд повторилось то же, что испытано и прежде. Не напрасно здешний отец ректор хочет выписать на должность библиотекаря датчанина, знающего и русский язык.

Простите меня за скудость моего писания. Сила не в нем, а в сообщаемом при сем предложении обер-прокурора.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с истинным почитанием и преданностию имею честь быть Вашего Высокопреподобия

преданннейшим слугою э.-о. пр.

Александр Лавров.

5 июля 1867.

Петербург.

Письмо 4.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший Отец Ректор!

В письме моем к Вам от 5 июля сообщил предложение по поводу совершения пятидесятилетия святительсва Высокопреосвященнейшего Владыки. Ныне, отыскав в Синодальном Архиве другое предложение, относящееся к началу сего святительства, имею честь представить оное Вам в точной копии. Быть может, оно неизвестно Вам в его точном виде.

«Протокол ст. 63. 1817 г. Июля 26 дня, по Имянному Его Императорского Величества Высочайшему Указу, данному Св. Синоду в 23 день сего месяца за собственноручным Его Величества подписанием, в котором изображено: «На основании мнения Митрополита Новгородского и С.-Петербургского, повелеваю: Московского первоклассного, Новоспасского монастыря архимандрита Филарета посвятить в сан епископа, викария С.-Петербургской епархии, с наименованием епископа Ревельского, оставляя его, впрочем, при С.-Петербургской духовной Академии ректором по-прежнему, и под его управлением Новоспасский монастырь. Должость викария исполнять ему по тем правилам, какие существуют для викарных архиереев; следующее по сему званию жалованье производить из сумм вообще на духовный департамент именуемых; вместо же 60-ти десятин земли, рыбных ловель, мельницы и 12 человек служителей, викариям положеных, выдавать из тех же сумм по две тысячи рублей в год. Услугою духовных во время священнослужения, также ризницею, довольствоваться ему из Александроневской Лавры. Святейший Синод не оставит учинить по сему надлежащего распоряжения». – Св. Правит. Синод Приказали: 1) О сем Высочайшем Его Императорского Величества повелении означенному архимандриту Филарету объявить указом, с тем, что распоряжение о наречении и посвящении его во епископа будет сделано впредь; 2) Г. Тайному Советн. Синода Обер-Прокурору кн. А.Н. Голицыну предоставить: а) доложить Государю Императору и испросить Высоч. соизволение касательно назначения времени и места наречения и посвящения архимандрита Филарета во епископа и б) о производстве по силе помянутого Высочайшего указа викарному С.-Петербургской Епархии епископу следующего по сему званию жалованья и еще 2000 руб. в год, из сумм на духовный департамент ассигнуемых, снестись с Г. Министром Финансов, чего ради с определения сего дать копию к обер-прокурорским делам. – 3) Синодальному Члену преосвященному Амвросию, Митрополиту Новгородскому и С.‑Петербургскому для должного исполнения в свое время по означенному Высоч. повелению, а для сведения об оном в Московскую и Грузино-Имеретинскую Св. Синода конторы и к прочим синодальным членам и епархиальным архиереям, также в ставропигиальные лавры и монастыри, Главного Его Величества Штаба обер-священнику и в Московскую типографскую контору послать указы, а Правительствующему Сенату сообщить ведение, в комиссию же Духовных училищ препроводить выписку из сего определения.

Амвросий М. Новгородский.

Михаил А. Черниговский.

Серафим А. Тверской.

Духовник Павел Криницкий.

Обер-священник Иоанн Державин.»

Подписано 27 июля.

Письмо Вашего Высокопреподобия от 5-ого июля я получил 7-ого.

В дополнение к вышеписанному неизлишним почитаю присовокупить и следующее из журналов Св. Синода:

Авг. 4-ого 1817 г. «Во исполнение объявленного в 3-ий день сего месяца Г. Тайн. Сов. Синод. Обер-Прокурором кн. А.Н. Голицыным Высочайш. повеления происходило в сей 4-ый день наречение СПБ. Д. Ак. Ректору Новоспас. монастыря Архимандриту Филарету, нареченному в викарного СПБ. епархии епископа Ревельского, след. обр.: по приказанию Св. Синода впущены были пред собрание архимандриты и прочее духовенство, также прибывшие для сего случая чиновники и другого звания посетители. После сего здешние протоиереи Андреевского собора Петр Песоцкий, и Благовещенской церкви Алексей Миношский, приняв благословение Св. Синода, ввели в членскую палату, где объявили ему, архимандриту, всемилостивейший Его Императ. Величества указ черз синод. Обер-секретаря Свешникова, а им, архимандритом, сказан ответ, по образцам для сего установленным. За сим следовало и наречение его во епископа Ревельского по чиноположению. Протодиакон возгласил, а певчие пели многолетие, в начале Его Императ. Величеству и Их Императ. Величествам, также Их Императ. Высочествам, а напоследок Св. Синоду и новоназначенному во епископа архимандриту Филарету. После чего, по окроплении нареченного св. водою, как он, так и духовенство, так и прочие чины, из собрания выступили. Приказали: о сем записать в журнал и дать к делу копию.

Амвросий, М.Н.

Михаил, А.Ч.

Серафим, А.Т.

Обер-свящ. Державин.»

Журнал Авг. 8 1817 г. ст. 40. Синодальные члены и кавалеры словесно объявили, что во исполнение Высоч. указов 23 июля и 3 авг. Московск. Новоспасского монастыря архимандрит и здешней Академии Ректор Филарет 5-ого числа сего месяца Синод. Членами – Амвросием Митроп. Новгородским и СПБ., Михаилом Архиеписк. Черниговским и Серафимом Архиеписк. Тверским во епископа Ревельского, викарного СПБ. Епархии, по церковному чиноположению, в церкви Живоначальныя Троицы, что в Александровской Лавре, хиротонисан, при чем и учененная им архиерейская присяга за подписанием хиротонисавших и его, епископа, представлена. Приказали: 1) Преосвященного Филарета, епископа Ревельского, снабдить от Св. Синода на сей сан грамотою, которую по напечатании в здешней Синод. Типографии предложить Св. Синоду к подписанию. 2) Распоряжение относительно воспоминания имени его, епископа, в церковнослужениях, где следует, и ввдение его в исправление должности викария по тем правилам, какие существуют по званию сему для викарных архиереев, предоставить преосв. Амвросию Митрополиту Новгород. и С.-Петербургскому. 3) О сказанном посвящении и об исполнении в прочем последовавшего о сем Высочайш. повеления поднесть Государю Императору всеподдааннейший рапорт. 4) Означенную присягу хранить с прочими в регистратуре, а для напечатания грамоты дать копию с сего журнала к типографским делам.

Подписали: Михаил, А.Ч.

Серафим, А.Т.

Об.-свящ. Державин.

Новостей здешних не слышу и немногое могу сообщить Вам. – На днях прибыл в Петербург председатель Духовно-Учебного Комитета. Немедленно по приезде его обер-прокурор намерен был сделать собрание членов комитета. – И.А. Ненарокомов совсем уже утвержден членом комитета. Первый поезд ревизоров предполагается нынешнею зимою в те Семинарии, где будет вводиться преобразование в будущем году.– Бывший директор Духовно-Учебного Управления Сухотин причислен к Министерству Внутренних Дел и, говорят, будет Тверским вице-губернатором. – Начальником канцелярии Комитета будет, говорят, Томновид, бывший начальником отд. в Дух.-Уч. Управлении. – Наконец, в прошедшую середу докончено и дело об εξαδέλφη. Определенно – экстракт из дела и мнений раздать всем наличным членам Синода для обсуждения. – На месте Васильева в Париже будто бы будет Прилежаев из Ниццы, а в Ницце будущий второй зять Васильева, ныне окончивший петербургский студент Левицкий43. – Александр Львович44 будто бы будет переведен в здешнюю Академию – на вторую кафедру Догматики, теперь вакантную. – О статейке, напечатанной об наших студентах, здесь никто не знает, по крайней мере никто со мной не заговаривал: должно быть, газета читается только на задних дворах. Три архимандрита, с которыми я имел случай видеться (Хрисанф, Андрей и Ефрем) трунили только над нашим пожалованием Владыки в почетные блюстители. – По предмету пользования правом бесцензурного выписывания книг я еще не мог собрать справок, потому что в Публичной Библиотеке июль месяц вакантный. – К академическим рукописям, наконец, я получил доступ, благодаря беспримерной обязательности отца Ректора, который сам водит меня в библиотеку. В Синоде занимаюсь с 9 до 4.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершенным почтением и глубочайшею преданностию имею честь быть

Э. о. проф. Александр Лавров.

16 июля 1867 г.

Петербург.

Письмо 5.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший Отец Ректор!

После последнего письма моего (от 16 июля) к Вам здесь произошло нечто новое и между прочим касающееся лично меня, о чем и имею честь Вам представить, прося Вашего благорассуждения и совета. 20 числа получил я обычною запискою приказание явиться на следующий день в 2 часа к г. обер-прокурору. Когда в назначенное время я явился, то после общих вопросов – давно ли я в Петербурге и чем занимаюсь – обер-прокурор предложил мне – не хочу ли я занять одно из двух еще не занятых мест ревизора в Духовно-Учебном Комитете? Я отвечал, что не могу дать ответа вдруг, и просил времени, чтобы я мог размыслить и посоветоваться. Поторговавшись со мною, граф, наконец, согласился ждать от меня ответа до 4-ого или 5-ого августа. Говоря о сущности этой предлагаемой мне должности, обер-прокурор заметил, что принявшие на себя эту обязанность должны будут производить действительные и серьезные ревизии, а не фиктивные, какие были академические ревизии, по которым оказывалось все хорошо и ладно и которые будто бы иногда брал на себя кстати какой-нибудь профессор, отправляющийся на родину. Около полугода ревизоры должны будут проводить в разъездах, остальное время участвовать в заседаниях и делах комитета в Петербурге. Объяснив мне сущность ревизорских обязанностей и положенное за них жалованье (2000 р.), обер-прокурор присовокупил: «впрочем, если не сочувствуете этому делу, то лучше не браться, ибо тогда дурно будете исполнять». На мое опасение, что эти новые обязанности отвлекут меня от дела, которым я давно занимаюсь, обер-прокурор заметил, что это опасение напрасно, потому что времени будет еще оставаться, и указал на самого себя. Спросив о числе детей моих, он отпустил меня, согласившись ждать от меня ответа через письмо в Москве или в Лавре, «так как, прибавил он, я не знаю еще, где будет праздноваться юбилей»45. – Меня предупреждал Н.А.Ненарокомов о намерении здешних властей сделать мне это предложение, и я уже размышлял сам с собою: а) о моей неспособности к этому поистине труднейшему делу (быть вечным странствующим ревизором – для этого нужно иметь способность и расположение, каких у меня не имеется), б) о малом соответствии предлагаемой должности с прежними и настоящими моими занятиями, которые мне нравятся и которые я должен буду бросить, и в) наконец, о незначительности материальных выгод, соединенных с предлагаемой должностию: за труд новый, за труд серьезный и громадный, я буду получать 2000 р., из которых должен буду нанимать квартиру в Петербурге, где и квартиры дороги и прочее содержание дороже посадского, тогда как теперь за труд мне сподручный и знакомый я получаю 1200 р. с очень хорошею квартирою и отоплением. Эти мысли не переменились во мне и после того, как я получил предложение от обер-прокурора. Теперь прошу Вашего совета и вразумления, так ли я смотрю на это предложение или должен изменить мои воззрения. За узнанием Вашего мнения о сем я явлюсь к Вашему Высокопреподобию 4 августа, а 5-ого дам ответ Его Сиятельству. – Но довольно обо мне. Время обратиться и к общим делам.

Первое заседание Учебного комитета в полном составе, исключая двух неназначенных ревизоров, было у обер-прокурора в четверг 20 числа в два часа и продолжалось около двух с половиною часов. Оно все занято было речью обер-прокурора, который изложил в довольно подробном очерке историю вопроса о последнем преобразовании духовных учебных заведений, говорил о трудностях, с какими сопряжено было это дело, в особенности в соблюдении канонических прав архиереев и сомостоятельности учебных заведений, указывал на неудовлетворительность прежних ревизий, производившихся Академиями, на неудовлетворительность рассмотрения академическими конференциями поручаемых им рукописей и книг, которые будто бы были передаваемы наставниками, получившими их для рассмотрения от конференции, на обсуждение студентам, читал выдержки из донесений Николая Александровича46, из Рязани и Костромы. По словам о.Хрисанфа, он имеет какие-то странные предубеждения против прежнего порядка и против Академий. – Обыкновенные заседания Комитета откроются с будущего вторника и будут происходить еженедельно в этот день, в прежнем помещении Духовно-Учебного Управления. Председатель здесь один, без семьи, живет у о. ректора Академии.

Представление о перемещении Александра Львовича на Догматику в Петербургскую Академию от Академии уже сделано, утверждение последует, вероятно, вскоре и прежде отъезда обер-прокурора из Петербурга, назначенного на 26 число.

Ректор Киевской Академии47 телеграммою спрашивал здешнего о. ректора – что имеет быть от Петербургской Академии по случаю юбилея нашего Владыки, и получил ответ, что будет представлен от Наставников Академии адрес, представлять же будет сам ректор. – Об этом сообщено и в Казань, находящимся здесь наставником Казанской Академии. Может быть, все академические ректоры соберутся к юбилею.

Владыка Митрополит здешний имеет формальный отпуск с Высочайшего разрешения на все каникулярное в Синоде время, т.е. на Июнь и Июль. Живет и теперь на даче Ильина по Петергофской дороге.

Мои занятия продолжаются неизменным обычным образом; успех какой будет, не знаю. Впрочем, во всяком деле – наш труд, а успех зависит от Воли Божией.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершенным почитанием и глубокою преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

всеусерднейший слуга

Э.-о. проф. Александр Лавров.

23 июля 1867

Петербург.

Письмо 6.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший Отец Ректор!

Письмо Вашего Высокопреподобия я получил 25 числа. Хотя в прежнем письме моем к Вам от 23 июля я и простился с Вами до личного свидания в Лавре, но, поелику здешняя земля обильнее новостями, чем наша Троицкая, то и поставляю себе обязанностию сообщить Вам некоторые из таковых новостей. И прежде всего имею честь представить Вашему вниманию приветственную грамоту Св. Синода Владыке48. Вот текст ее: «Св. Синод, братолюбно приветствуя старейшего Члена своего с окончанием пятидесятилетия архипастырского служения, возносит усердное благодарение Верховному Пастыреначальнику, явившему великое знамение благопромышления о святой церкви в долготе дней служения Вашего, в широте поприща многоплодной деятельности, в высоте подвигов веры и любви христианской и глубине мудрости Богопросвещенной; вместе с тем молит Подателя жизни и света да приложит Вам дни на дни, чтобы на свещник церкви и отечества нашего долго еще пребывал Светильник горяй и светяй.» Грамота писана Иван.Вас. Рождественским49. – Число архиереев, имеющих быть на юбилее, вероятно, увеличится еще. Преосвящ. Савва50 испросил себе отпуск на 28 дней в Москву. – Отсюда, кроме академического отца ректора, поедет и семинарский51.

Из других здешних новостей могу сообщить еще следующие: на днях получено в Синоде известие об ударе, приключившемся с Преосвящ. Орловским52. – Рязанский Преосвященный53, говорят, прислал прошение об увольнении на покой.

Овербек54 издает или будет издавать в Лондоне журнал Orthodox Russian Review. В субсидию на это издание назначено от Св. Синода 1500 р.

Классные оклады55 в тех семинариях, где введено или будет введено преобразование, положено не выдавать.

Поелику студены Петербургской Академии, ныне окончившие, по новому положению, не получают назначения, то Духовно-Учебный комитет хочет принять для этого какие-то меры56.

Вы спрашиваете, Ваше Высокопреподобие, о моих приобретениях. Не знаю, как определительно ответить на Ваш вопрос. Одно могу сказать утвердительно, что стараюсь по возможности не терять времени и доселе не воспользовался ни одним приглашением провести вечер на даче. Тружусь иногда с довольным успехом, иногда же с малым. Впрочем, от меня зависит только желание трудиться, успех же от Воли Божией. В академической библиотеке, наконец, взял много книг, которые и просматриваю теперь.

Для преемства Александру Львовичу хвалят здесь очень ныне окончившего студента Андрея Волкова57. Он сын протоиерея Владимирской епархии из Иванова или из Шуи. Говорят, человек очень дельный и весьма скромный, не заготовивший себе даже места прежде окончания – по здешнему обычаю, но намеревающийся поступить туда, куда назначат. Если это правда, то таков нам подобаше. Отец ректор Академии, когда будет в Лавре, сообщит Вам точные и верные сведения о сем; за несомненность моих сведений я не могу поручиться.

Прося себе благословения Вашего, с истинным почитанием и глубочайшею преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

преданнейшим слугою

Э.-о. профессор Александр Лавров.

30 июля 1867

Петербург.

Часть 2

Отселе начинаются письма А.Ф. Лаврова уже как члена комитета для преобразования духовно-судебной части. Так как все последующие письма А.Ф. к А.В. Горскому касаются преимущественно работ этого комитета, то необходимо сказать несколько слов об обстоятельствах, вызвавших мысль о духовно-судебной реформе, и о составе комитета.

Во всеподданнейшем отчете по ведомству православного исповедания за 1870 г. обер-прокурор Св. Синода гр. Д.А. Толстой между прочим писал: «Духовный суд в епархиальном ведомстве производится порядком, определенным в уставе духовных консисторий, Высочайше утвержденном 27 марта 1841 г. и составленном соответственно правилам судопроизводства по гражданскому ведомству, содержавшимся в своде законов издания 1832 г. С течением времени свод сей подвергался различным изменениям, а с изданием Высочайше утвержденных 20 ноября 1864 г. судебных уставов, все судопроизводство и самое судоустройство по гражданскому ведомству получили коренное преобразование, на совершенно иных началах, которые оказались вполне соответствующими целям правосудия... устав же духовных консисторий, по отношению к порядку суда, до настоящего времени существует в первоначальном его виде, без всякого изменения, и церковный суд доселе остается с прежними формами, при прежнем порядке производства. Между тем... некоторые из начал нового судопроизводства имели место в древней православной Церкви и отчасти в древней русской; таковы, например, устность и гласность судебного процесса, преобладание обвинительного начала над следственным. Ввиду сего Св. Синод пришел к убеждению в необходимости преобразования судебной части по духовному ведомству, сообразно тем началам, на основании которых совершено преобразование судоустройства и судопроизводства по гражданскому, военному и морскому ведомствам, насколько эти начала окажутся применимыми к свойству, целям и потребностям суда духовного.

Для обсуждения столь важного дела и для составления основных положений преобразования духовно-судебной части, из которых затем должны быть развиты подробные уставы, с Высочайшего соизволения, последовавшего 12 января 1870 г., учрежден особый комитет под председательством присутствующего в Св. Синоде архиепископа Литовского Макария (Булгакова, впоследствии (с 1879 г.) митрополита Московского, † в 1882 г.), из духовных и светских лиц, близко знакомых с теоретическою или практическою частью судоустройства и судопроизводства церковного или светского». (Извлечение из отчета, СПБ., 1871, стр. 262 – 264).

Комитет состоял из следующих лиц: От духовного ведомства: главный священник армии и флотов прот. Богословский, члены духовных консисторий: Петербургской – прот. Содальский, Московской – прот. Рождественский, Киевской – прот. Лебединцев, проф. Киевского университета прот. Фаворов; профессора церковного законоведения: Моск. Дух. Академии Лавров и С.-Петербургской Барсов и юрисконсульт при обер-прокуроре Св. Синода Степанов. От II Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии: старший чиновник Отделения Маркус и состоящий при нем действ. стат. сов. Любимов. От Министерства Юстиции: правитель канцелярии Министерства Бурлаков, прокурор С.-Петербургского окружного суда Баженов, товарищ председателя того же суда Сабуров и председатель С.-Петербургского столичного съезда мировых судей Неклюдов. От Министерства Народного Просвещения: профессора С.-Петербургского университета – гражданского права Пахман и уголовного права Чебышев-Дмитриев. Делопроизводителями комитета были назначены: состоящий при департаменте Министерства Юстиции Матвеев и секретарь С.-Петербургской духовной кансистории Камчатов.

Комитет начал свои заседания с 30 апреля 1870 г. и имел в течение этого года 23 заседания.

Письмо 7.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший

Отец Ректор!

Напутствуемый благословением и благожеланием Вашего Высокопреподобия, благополучно прибыл я в Петербург в 5 часов вечера в воскресенье 25 апреля и, поклонившись общему покровителю нашему Св. Благоверному князю Александру, отправился на Троицкое Подворье ко Владыке58. Принят милостиво и узнал от Владыки, что Иван Николаевич59 прибыл в субботу утром и в воскресенье уже служил со Владыкою на подворье, и что мы не опоздали, и даже можно было бы требовать нас не столь экстренно и поспешно. Комитет о цензуре60 еще не кончил своих дел, и преосвящ. Макарий мог открыть наш комитет только 30 апреля. На подворье узнал я, что Владыка получил Высочайшее разрешение отправиться в епархию с 15 мая.

В понедельник явился я к председателю, преосвящ. Макарию, и узнал от него утешительную весть, что и он получил Высочайшее разрешение отправиться в епархию с 1 июня и что, следовательно, нас продержат в Петербурге теперь только один месяц.

Во вторник, в 12-м часу, представлялись мы вместе с отцом протоиереем обер-прокурору. Говорил о судном Комитете и о том, что нужно бы как-нибудь отделить в консисториях судную власть от административной. Меня спрашивал – делаются ли у нас в Академии приготовления к предстоящему преобразованию61. Беседовал с нами минут пять. – От него отправились мы к преосвящ. Митрополиту Исидору, который в беседе с нами, продолжавшейся более получаса, говорил между прочим о нужде соединения Вифанской семинарии с Московскою. На замечание отца протоиерея, что при осуществлении этой мысли может оказаться недостаток при замещении мест, митрополит сказал, что тогда можно будет приглашать излишних из других епархий, напр., из Новгородской; на мое – что Вифанская семинария есть благотворительная, для бедных необходимая – возразил, что тогда суммы, ассигнуемые для бедных Вифанских, будут переведены в Москву.

Отправившись затем в канцелярию обер-прокурора, я исполнил поручение Вашего Высокопреподобия о сочинении Кудрявцева62. Сочинение потеряно в канцелярии; ищут, но Бог весть, найдут ли. Как быть с этим?

В синодской канцелярии наводил я справку об отпуске отца Михаила63. Отпуск, по свидетельству секретаря, разрешен, и пособие назначено в размере 800 р. Исполнение последует, когда будет подписан журнал.

Во вторник на следующей неделе будет последнее заседание в комитете о духовной цензуре. Я уверен, что никто у нас в Академии не угадает, к чему пришел комитет. Ни более, ни менее как к тому, чтобы передать духовную цензуру в светское ведомство и соединить ее со светскою, с тем, чтобы в составе светского цензурного управления были члены, получившие академическое образование и назначаемые не без ведома духовного правительства. Пришедши к такому заключению, комитет не составил никакого проекта, а только одну записку, которую, по одобрении Св. Синода, передал в Урусовскую комиссию о цензуре. Осуществится все это не скоро. Член Урусовской комиссии И.И.Полнер говорил мне на мой вопрос о ходе дела в их комиссии, что чем далее продолжается работа их комиссии, тем лучше, чтобы все это улеглось. Члены той косиссии обязаны честным словом соблюдать строжайшую тайну и благодарят и литературу, что она молчит, следуя их внушениям. Одно он сказал мне – что не будет хуже.

Вчера – в четверг – было первое заседание нашего комитета, продолжавшееся с 7 с половиной часов до 10. Особенно важного не было заявлено ничего. Светские показывали, что они умеют говорить, а не учились нашей логике и философии. Из всех разговоров в конце оказалось одно – что в следующее заседание будем читать основные положения нового судоустройства по порядку и рассуждать, какое применимо к духовному суду, какое нет. Заседания будут по одному разу в неделю, следовательно, всего четыре. Все кричат, что они завалены делом по горло, разумеется кроме нас, вызванных. Говорили больше светские, но и наши не все молчали, говорили из наших, кроме председателя, наш московский член консистории и Лебединцев Киевский. Фаворов еще не приехал. Всех было в заседании, считая и двух делопроизводителей, 17 человек.

Хотелось бы нам с отцом протоиереем где-нибудь вместе, но не удалось, он остановился у сына, университетского студента, на Васильевском Острове, но находит квартиру неудобною и не может отыскать поблизости другой квартиры. Не дождавшись его и не желая забиваться на Васильевский, я нашел себе квартиру на Невском проспекте против Николаевской улицы в доме № 98, Лопатиных, квартир. № 25. И вот мой адрес, если Вашему Высокопреподобию угодно будет сделать мне какое-нибудь поручение.

За сим прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершенным почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

покорнейшим слугою

э. о. профессор Александр Лавров

1 мая 1870 г.

С.-Петербург

Письмо 8.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Не тотчас отвечал я на письмо Вашего Высокопреподобия от 9 мая, потому что изчезоша в суете яко дым дние наши. Простите.

Душевное благодарение приношу Вашему Высокопреподобию за призывание Божией помощи на дело наше. Она нужна, крайне необходима нам теперь. Дух мира сего, сильный и всегда, теперь, как мне кажется, действует с особенною силою и даже не в одних сынах противления, но, к глубочайшему прискорбию, и в тех, которые ex officio должны были бы быть и действовать яко сыны благодати. Москва64 однако же не с ними. И я, Ваш всеусерднейший слуга, за записку, читанную мною во втором заседании, уже имею прозвище обскурантиссимуса, которого и председатель либеральнее. Силы наши весьма слабы со внешней стороны, хоть истина и на нашей стороне. Только одно заседание у нас будет еще до отъезда председателя. Затем он высказал мысль, что по отъезде своем учредит маленький комитет для продолжения дела. Молимся и ваших молитв просим, чтобы нас не оставили в этом комитетике. Отрясши от ног прах сего, хоть и царствующего града, на крилах яко голубиных поскорее хотелось бы полететь в весь некую65.

На вопросы Вашего Высокопреподобия, по наведении справок, вот какие имею честь дать ответы: 1. Директор Канцелярии Обер-Прокурора не знает ничего о представлении к наградам, сделанном нашею Академиею; говорит, что при нем не было, и высказывает предположение, не лежит ли еще у Владыки нашего это представление. 2. О перемещении нашей Академии в Москву66 в официальных сферах никто не говорит, и никакой об этом мысли нет. Все, к кому я мог обращаться с этим вопросом, только смеются. «Кто вам сказал?» – Да в газетах пишут. – «Мало ли что в газетах мелют. Ведь у вас денег на это нет, а у нас и подавно не бывало». Была речь, но только речь, в Св. Синоде о другом перемещении – именно о перемещении Казанской Академии в Вильну67. Дорогостоимость Академии г. Обер-Прокурору сильно не нравится, и он высказывал мысль, что можно бы соединить по две в одну. Тогда 200 000 было бы экономии. Но прибавил: пусть не при мне это будет. – 3. О высылке программ семинарских в Академию директор обер-прокурорской канцелярии обещал не забыть и принять меры, чтобы они были высланы.

О Преосвященном Иоанне68 в виде слуха напечатано уже в «Голосе» 19 мая и в «Биржевых ведомостях» 20 мая. Кафедра будет в Сан-Франциско; а пока там устроена будет церковь и все, епископ будет жить в Нью-Йорке. Именование, если не ошибаюсь, Курильский и Алеутский. Пишут в «Голос», что Биеринг69, недавно присоединившийся к православной Церкви и теперь уже имеющий сан священства (хотя будто бы и имеет женою вдову) будет в свите преосвященного Американского.

Преосвященный Рязанский70 поручил мне передать, что он посылает Вашему Высокопреподобию и Академии благословение и почитание. Он на лето остается в Петербурге, а из этого заключает, что и зиму продержат.

Обер-прокурор уезжает в имение 2 июня.

Кудрявцеву посланы уже замечания с откровенным признанием, что рассуждение потеряно, и с подписанием, чтобы он исправлял по черновой.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия и молитв, с совершеннейшим почтением и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

всепокорнейшим слугою

экстр.-орд. профессор Александр Лавров.

21 мая 1870 г.

С.-Петербург.

Письмо 9.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший Отец Ректор!

Напутствуемый благословением Вашего Высокопреподобия, я благополучно совершил путешествие до Петербурга. В Москве принимал благословение Владыки по возвращении его из Никитского монастыря, часу в третьем, и после сего отправился в Петербург один. Иван же Николаевич остался в Москве еще дня на два дожидаться Киевских71, с которыми и поедет в Петербург.

Одно поручение Вашего Высокопреподобия я исполнил и сообщаю сущность полученных мною справок. Представление о новой кафедре72 утверждено Св. Синодом, но в виде довольно искалеченном, согласно мнению Духовно-Учебного Комитета, писанному Чистовичем. Чистович критикует обе части академического представления – и о сущности и о служебных правах преподавателя. О сущности замечает что-то вроде того, что у нас нет Гумбольдтов, которые могли бы построить картину в роде Космоса и что без этого преподавание будет частичное, не цельное, и проч. О служебных правах преподавателя замечает, что несправедливо ординарного производить в экстра-ординарного и для всех и будущих преподавателей предмета создавать одно положение; будущие могут быть и доценты и ординарные. Впрочем, ухищрения сего чиновного мужа, вероятно, будут выписаны в бумаге, которая будет послана в Академию. Теперь протокол находится в подписании у членов Синода. Заключение Учебного Комитета, с которым согласился и Синод, вкратце следующее: «По сим (Чистовичевским) соображениям Учебный Комитет не находит справедливым удовлетворить ходатайство Московской Академии. Но из благодарности к дару Высокопреосвященного Иннокентия и имея в виду § Устава, допускающий введение новых предметов, можно разрешить преподавание этого предмета приватным образом и поручить оное бывшему профессору Голубинскому с вознаграждением, назначенным Высокопреосвященным Иннокентием».

Я для своего дела приехал еще рано: никаках и приготовлений к началу заседания нет. Председатель назначает первое заседание в следующий четверг, и заседания имеют быть только один раз в неделю. Председатель находит, что все главное нами уже сделано. В продолжение вакации, впрочем, никто не делал ничего.

Обер-прокурор возвратится к 19 октября. Теперь в Харьков, где пробудет недели две.

В Вильне в ректора избран наш Н.И. Дмитревский73. Но там – семинария и монастырь, и все ученики живут в монастыре. Св. Синоду предложить теперь разрешение вопроса – как поступать в подобных случаях избрания – допускать ли жить таковым вне заведения, или же их не утверждать и назначать монашествующих.

Поместился я пока у старой хозяйки, но только на время. Нужно искать новую квартиру. С приездом Ивана Николаевича нужно будет заняться и этим.

Иван Александрович Ненарокомов свидетельствует Вашему Высокопреподобию почитание.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с душевным почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

всепокорнейшим слугою

эк.-орд. профессор Александр Лавров.

18 сент. 1870.

СПБ.

Письмо 10.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Настоящее письмо мое будет получено Вами близ нашего Академического праздника, а может быть и самый праздник. Покорнейше прошу Вас, Ваше Высокопреподобие, принять мое искреннейшее поздравление с нашим радостным праздником, радостным тем более, что он в первый раз празднуется в нашей Покровской Церкви74. Да хранит Матерь Божия труждающихся под ее благодатным осенением!

Начались и наши занятия. В четверг 24-ого было первое заседание, утешившее меня. Здесь прошел вопрос об устройстве церковного суда в епархиях непременно с участием архиерея. Противники (Киевские и юрисконсульт) победоносно отражены и разбиты, как Швед под Полтавой или как Наполеон под Седаном, благодаря энергичному настоянию председателя и Богословского. Принято, впрочем, не мое предположение, развитое в записке, а другое, предложенное одним из светских. Архиерей будет не председателем суда, непосредственно и лично в нем участвующим, как я предполагал, а он будет 1) предавать суду и 2) утверждать решение суда и, в случае несогласия с решением суда, преповождать дело с своим мнением в Синод. Это по образцу полковых судов, и деятельность архиерея по этому предположению точь-в-точь такая же, как деятельность полкового командира. Признаюсь, мне более нравится мое предложение, потому что при нем суд церковный наиболее сближался бы с общим, а не с исключительным судом, и потому, что при нем сохранялась бы та черта древнего и нынешнего церковно-судного устройства, по которой архиерей есть προκα θ ήμενος τῆς κρίσειος. Но что делать? Хорошо, что и в таком виде власть архиерея в суде останется. – Заседание будет по одному разу в неделю: светские решительно отказываются собираться чаще.

Преосвященнейший Алексий75 на мое замечание о том, что предположение Академии о новой кафедре утверждено в изуродованном виде, заметил: после можно будет все исправить, а теперь Слава Богу и за это.

Поместился я и на постоянной квартире – на Большой Морской, дом № 27 Лауферта кв. №3. Иван Николаевич жил в моей квартире четверо суток, а теперь поместился в доме Сазикова рядом с тем, в котором я живу. Видимся часто, может быть, даже вместе будем и обедать. Это – очень близко от Исакиевского Собора и памятника Императору Николаю; близко и к Синоду. Но сильно дороги квартиры. За 20 р. я имею две маленькие комнаты без всяких удобств. А Иван Николаевич платит 47 рублей за одну комнату.

На нынешнем диспуте Чельцова76 я не был, хотя и хотелось. Мучусь от зубной боли и бессонницы, и должен держаться дома. К довершению скуки, при этих болезнях и не делается дело.

Преосвященнейший Макарий, когда я к нему являлся, говорил с сожалением о Преосвящ. Иоанне – особенно с той стороны, что ему скуден назначен оклад. Он говорит, будто и церковь, которою его снабдили, он оставил в Англии, потому что денег на перевозку не ассигновано, а даром англичане не везут77. Катакази же будто бы пишет, что без великолепия и пышности православному архиерею незачем и являться в Америку.

Прося себе благословения и молитв Вашего Высокопреподобия с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

всеусерднейшим слугою

э.-о. профессор Александр Лавров.

27 сентября 1870.

С.-Петербург.

Письмо 11.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Письмо Вашего Высокопреподобия от 3 октября я имел честь получить и по предметам поручений Вашего Высокопреподобия произвел некоторые исполнения.

Ваше Высокопреподобие изволите спрашивать о правилах, какими в Петербургской Академии положено руководствоваться при возведении в степень Доктора и при защищении диссертаций. Я обращался с этим вопросом к Барсову, нашему сочлену, и он принес мне июльскую книжку Христианского Чтения за нынешний год, в которой на стран. 33–34 (Журнал. Совета Академии) напечатаны правила на производство во все ученые степени – и в докторскую. Другого, кроме сего, ничего у них нет.

За экземплярами Академического Устава обращался я в Духовно-Учебный Комитет, и там, при содействии и совете любезного Кокшарова78, сделал заявление на бумаге в Хозяйственное Управление, что Московская Академия имеет нужду в 20 экземплярах Академического Устава и просит их выслать в Правление Академии. Обещали наблюсти, чтобы Хозяйственное Управление не слишком медлило исполнением этой просьбы. Кстати попросил уже и семинарских программ для Академии пять экземпляров. Это обещали из Комитета доставить мне прямо, когда дело пройдет все мытарства, ибо и об этом нужно докладывать обер-прокурору. Жаловался им на это, и сами они говорят, что нелепо это делается; но виновато в этом главным образом Хозяйственное (Управление), а отчасти и мы многогрешные, не просящие, ибо только просящим дается. Просила Петербургская Академия, и дали ей пять экз. программ. Выпросил кстати пять брошюр ревизорских отчетов79 для Академии и препровожу Вам для любопытства.

Радуюсь издали успешному ходу дела по наполнению Академии преподавателями80. В М...ове81 Академия сделает, кажется, важное приобретение. Молодые пойдут нашим путем и трудолюбивые принесут пользу во время свое.

Nos festinamus lente. По одному разу в неделю только заседаем. Светские решительно не хотят собираться чаще. Дела идут так себе, иногда согласно с мыслями Вашего покорнейшего послушника, иногда немножко и против. Участие архиерея в суде – допущено, гласность принята, низшая инстанция суда – единоличная с наименованием духовный судия – также признана необходимою. Пока и только еще. Впереди много дела. Для ускорения мы духовнии, с ведома председателя, будем частным образом собираться у Петербургского члена, протоиерея Содальского, для подготовки и спевки между собою. Последнее, впрочем, очень сомнительно. Попытка спевки Москвы с Киевом была сделана, но решательно не удалась из-за архиерея. Что-то будет дальше? – Я теперь печатаю мою вторую записку – о предметах церковного суда. Да на меня же возложил председатель составление журналов заседаний, так как работы делопроизводителя ему не понравились. Понравятся ли мои – не знаю. А мне не очень нравится превращение из члена в писаря, да и делу моему может помешать. Впрочем, делать нечего и исполнять нужно. Три журнала уже составил, и дальше после каждого заседания составлять будет легче, – если оставят при этой работе.

Нового в нашем здешнем царствующем граде мало слышу, проводя жизнь исключительно домашнюю и почти никого из своих знакомых не видя. – Обер-прокурор возвратится 19 октября. – В начале сего месяца назначен, наконец, протоиерей Исакиевского Собора – бывший прежде протоиерей Вознесенской церкви Петр Лебедев, до служения у Вознесения служивший лет тридцать в Горном, или инженерном, или одном из тысячи здешних корпусов.

К утешению Димитрия Феодоровича82 покорно прошу Ваше Высокопреподобие, если возможно, довести до его сведения, что состоявшееся в Учебном Комитете и Св. Синоде решение по его делу не есть следствие каких-либо частных и случайных причин и соображений, а есть следствие общих начал, которых держится Комитет и которые, как мне объяснял Кокшаров83, состоят в том, чтобы тип Академии, созданный новым Уставом, поддерживать в чистом виде и свободным от всяких наростов. Вследствие сего и ходатайство Казанской Академии о своих миссионерских кафедрах84 разрешено в таком же смысле, как и наше.

Погода здесь стоит такая, какая может быть только в самую дурную осень. Для геморроидальных людей это очень худо.

Решение по делу отца Михаила85, вероятно, уже пришло в Академию. – Если бы возможно было Вашему Высокопреподобию при удобном случае показывать ему мои письма к Вам и принять на себя труд свидетельствовать ему мои поклоны, то я осмеливался бы просить об этом Ваше Высокопреподобие.

Прося себе благословения и молитв Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и глубокою преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

покорнейшим слугою

эк.-орд. профессор Александр Лавров.

12 октября 1870.

СПБ.

Письмо 12.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Исполнил я и два другие поручения, возложенные на меня Вашим Высокопреподобием – справлялся в Комитете о судьбе представления Академии о новых доцентах и был на докторском диспуте в Академии 25 октября.

Представление Академии о доцентах86 еще в канцелярии Духовно-Учебного Комитета и Присутствию доложено не было. Но канцелярия уверяет, что никаких препятствий к удовлетворению ходатайств Академии не будет. Только просит канцелярия выставлять числа месяца на баллотировочных листах, чего на этих листах вовсе нет. Предупреждает еще канцелярия на будущее время, чтобы при представлениях о возведении в магистерскую степень все данные возводимого лица были приведены в должную струну, т.е. вероятно, так, как прежде чистил Егор Васильевич87 данные в приемных списках, представляемых в Духовно-Учебное Управление. Указали и пример Киевской Академии. Оттуда представили одного к возведению на степень магистра и даже избрали его уже в доценты, между тем как в отметках его – по Догматическому Богословию 61/2, по литургике, в доценты которой и избран – только 6 (от 10 начиная). Говорят, что они должны загубить сию душу и ни доцентом ни магистром не сделают по причине такой неочищенности данных.

Был я и на диспуте Нильского88 25 октября. ...

Посетителей было множество всевозможных родов, от звезд до чуек. Мы с Иваном Николаевичем пришли до начала ... за полчаса, но места все уже были заняты и едва можно было протесниться в зале. После образовалась даже давка, как бывает в Троицком Соборе в праздники. ...

Митрополит явился минут через 7 после часу. Довольно подробное и верное описание диспута помещено в № «Голоса» за 27 октября, который и препровождаю вместе с сим Вашему Высокопреподобию. Прибавлю к печатному мои личные замечания: Докторант сказал свою речь твердо, без запинки. Но самая речь заключала в себе немало околичностей: тут и Польский вопрос, и слова, сказанные Государем Императором раскольникам, и иное многое, что, по моему мнению, должно бы быть опущено. Защищался он ловко и ответы его былы большею частию удовлетворительны. Чельцова возражения мне показались особенно серьезными и высказаны были дельно и живо. Коялович89 возражал также бойко и дельно, но мне показалось, что он не чужд был желания подкупить своих слушателей фразой: народ, народные бедствия от крепостного права, тягости ревизии для народа и проч. и проч. в том же роде о народе. И действительно он схватил несколько рукоплесканий.

Рукоплесканий более получил докторант; несколько Коялович. Чельцов – ничего не получил, должно быть по серьезности своих возражений.

По окончании диспута Митрополит сказал, что защиту признает вполне удовлетворительною и с удовольствием будет ходатайствовать пред Св. Синодом об утверждении докторанта в степени доктора; подзывал к себе Чельцова и благодарил за серьезность возражений.

Неоднократно в продолжение диспута было докторантом указано с похвалою на статью, напечатанную в «Прибавлениях к Творениям св. отцев»90 о браке против новоженов; это он делал в ответ на возражения, почему он не полемизирует против раскольнических мнений о браке.

Наши комитетские дела медленно идут. Впрочем, обер-прокурор, приехавши, объявил юрисконсульту, что он очень интересуется этим делом, и спрашивал, скоро ли может быть окончено это дело. Юрисконсульт отвечал, что он надеется окончить это дело в три месяца. О если бы его устами да мед пить! – При сем имею честь препроводить Вашему Высокопреподобию мое мнение о предметах церковного суда, недавно отпечатанное, дабы Вашему Высокопреподобию известно было, что делегат Академии, Вами управляемой, не все спит (было бы, впрочем, правильнее сказать: почти вовсе не спит вследствие бессонницы). Кроме сего, составил, по приказанию председателя, журналы пяти заседаний комитета осенних, которые также будут отпечатаны и Вашему Высокопреподобию доставлены. – Кроме мнения, при сем препровождаю Вашему Высокопреподобию отчеты ревизоров о семинариях. Экземпляры Устава и программы должны быть уже высланы в Академию. Так меня уверили. – Если возможно, то я осмелился бы просить Вас, Ваше Высокопреподобие, сообщить мое письмо и мнение отцу Михаилу, при моем поклонении.

Погода здесь почти постоянно – отвратительная.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

покорнейшим слугою

э.-орд. профессор Александр Лавров.

28 октября 1870.

СПБ.

Так как Владыка91 приказал мне представить ему первую мою записку, то я осмелился, уже и без приказания, послать ему и другую. Хорошо ли я это сделал?

Письмо 13.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреосвященнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Исполнил я поручение Вашего Высокопреподобия, возложенное на меня в письме от 29 октября. В канцелярии Духовно-Учебного Комитета о послужных списках мне объяснили, что из семинарий присылаются в Св. Синод только списки ректоров и инспекторов, как лиц Св. Синодом утверждаемых, что применительно к сему должно бы рассуждать и об Академиях, которым следовало бы высылать только списки ректоров и инспекторов, что вопрос сей в применении собственно к Академиям возбуждаем не был, и что Академии Петербургская и Киевская никаких списков не представляли. Вот в каком положении находится этот вопрос по настоящее время.

Сергей Константинович92 утвержден Св. Синодом, как сказывал мне преосвященный председатель нашего комитета.

Перевод Свящ. Писания Св. Синодом93 продолжается. Сему труду посвящается одно из заседаний Св. Синода, собственно понедельничное, когда члены собираются к первоприсутствующему, на библейное заседание, как выражаются синодские сторожа.

По исполнении Ваших поручений, позвольте, Ваше Высокопреподобие, обратиться к Вам с следующею просьбою: во время представления мною одного комитетского журнала преосвящ. председатель выразил желание, что он очень желал бы и ему весьма нужно бы познакомиться с находящимися в нашей Академической библиотеке Волоколамскими рукописями94, и спрашивал – не может ли быть выслано ему описание сих рукописей95 не на долгое время.

При сем прилагаю тезисы Нильского.

Наши комитетские дела движутся медленно. Самый краткий срок для окончания наших дел, указанный обер-прокурору юрисконсультом, три месяца. И дай Бог, чтобы это оправдалось. – Журналы наших заседаний печатаются, и редакция, которую я даю комитетским рассуждениям, председателем и некоторыми членами не осуждается.

В Казанской Академии помощником ректора по Богословскому отделению сделан сам ректор96.

Во исполнение указа о неподавших курсовые рассуждения97, Киевский Митрополит представил, что таковых из Киевских воспитанников – 15 человек, которые и должны будут низойти до училищ.

Душевную благодарность приношу Вашему Высокопреподобию за благожелание и призывание Божьей помощи на делание мое и усердно прошу преподать мне Ваше благословение и напутствовать благожеланиями и на будущее время.

С совершеннейшим почтением и душевною преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

всепокорнейшим слугою

э.-о. профессор Александр Лавров.

5 ноября 1870.

С.-Петербург.

Письмо 14.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Ныне утром послал я письмо Вашему Высокопреподобию. А вечером ныне же открылась нужда вновь писать Вам. Пред заседанием комитета преосвящ. председатель наш обратился ко мне с вопросом: не может ли быть ему выслана находящаяся в нашей Академической библиотеке рукопись: «Сборник Митрополита Даниила» 98 на некоторое время? и поручил мне обратиться с сим вопросом к Вашему Высокопреподобию. Если бы такая высылка не оказалась невозможною, и желание преосвященнейшего Макария подлежащим удовлетворению, то не признаете ли, Ваше Высокопреподобие, возможным приказать выслать рукописи, о чем я писал в предшествующем моем письме, прямо на имя преосвящ. Макария, живущего на Васильевском Острове в 15 линии, на Псковском Подворье. Если же его просьба не подлежала бы удовлетворению, то я всеусерднейше просил бы Ваше Высокопреподобие известить о сем меня, дабы я довел до его сведения, что удовлетворение его желания невозможно.

Прилагаю при сем тезисы Чельцова, ныне мне доставленные Барсовым.

С совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

всепокорнейшим слугою

э.-о. профессор Александр Лавров.

5 ноября 1870.

С.-Петербург.

Письмо 15.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Душевную и глубочайшую приношу Вашему Высокопреподобию благодарность за сочувственные и одобрительные о моих трудах слова, начертанные в письме от 14 ноября. Вы воззрели не на достоинство моих трудов, которого они сами в себе не имеют, а на намерение, с каким они предприемлются, и, как Оный Любочестивый Владыка, похвалили сие намерение в соответствующем делании. Здесь, подобное Вашему, сочувственное и ободрительное к моим трудам отношение я встречаю только в одном земляке моем Иване Николаевиче. Прочая наша братия, слава Богу, если относится равнодушно; светская же сторона положительно враждебно и недоверчиво встречает и мои печатные записки и заявляемые мнения. Поднята была буря даже против редакции журналов, которую теперь держу я. Иногда смущаюсь этим, иногда отношусь равнодушно, успокаивая себя тем, что делаю дело по совести и крайнему разумению. В милости Божией и помощи имею нужду, а все прочее пусть идет, как Богу угодно. – Преосвящ. председатель ко мне довольно милостив.

Обещанные мною журналы наших заседаний, которых доселе напечатано 8, не посылаю Вашему Высокопреподобию, а привезу все вместе на празднике, так как нас к тому времени обещают распустить не совсем, конечно, а только на праздники. Дела еще очень много у нас. Для ускорения в прошедшем заседании председатель предложил собираться по дважды в неделю: по вторникам и четвергам. Для меня лично это будет значить, что вместо одной лекции в неделю я должен буду написать и прочитать две. Составление каждого журнала стоит лекции, так как иной журнал занимает страниц 17 печатных формата моей записки. Затем нужно прочитать его в комиссии, состоящей, кроме меня, еще из двух членов. После сего он поступает к председателю и потом печатается.

О рукописях преосвящ. Макарий хотел отнестись письмом к Вашему Высокопреподобию. Не знаю, исполнил ли он свое намерение.

Душевно обрадован я восстановлением нашего журнала99. Желаю сему важному делу полного успеха.

Из новостей здешних мало знаю, сидя более дома. – Учреждено два викариатства – в Кавказской-Ставропольской епархии и в Тобольской. Кто кандидаты, еще не известно. – Адрес Московской Думы100, о содержании которого Вы, конечно, изволили слышать, говорят, смутил Государя и произвел тяжелое впечатление: в особенности вследствие неблаговременности сделанных в нем заявлений. – В Петербургских газетах было напечатано в виде слуха, что Полисадов101 оставляет свою кафедру в Университете. На мои расспросы о причинах мне объяснили, что это вследствие неосторожного выражения его на кафедре о тараканах. В один из морозных дней он говорил с кафедры, как благодетелен может быть теперь мороз для того, чтобы приморозить тараканов, обложивших Париж102. Это дошло будто бы до Государя, и не понравилось. – Составлены и едва не прошли уже в Синоде правила о том, чтобы окончившие курс в духовных Академиях студенты были строже обязываемы к выполнению обязательной за воспитание службы103. Чуть ли не предположено вносить это в дипломы. Но за сим неудобство нового порядка назначения104 в семинарии чувствуется и здесь, и, кажется, предполагают его отменить, предоставив право назначения Академиям по-прежнему. Директор канцелярии обер-прокурора105 говорит, что по этому предмету бывает бумаг более 1000 №№, и ему хочется свалить с себя эту обузу. – Отец ректор здешней Академии очень доволен новыми порядками, введенными новым Уставом. Так ли это и у нас?

Измаил Иванович Срезневский106 поручил мне передать Вашему Высокопреподобию его почитание.

Обер Секретарь Мордвинов именуется Владимир Павлович.

Прося себе благословения и молитв Вашего Высокопреподобия, с глубочайшим почитанием и совершенною преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

всепокорнейший слуга

э.-о. профессор Александр Лавров.

Отцу Михаилу при удобном случае прошу передать мое почитание.

1 декабря 1870.

С.-Петербург.

Часть 3

Письмо 16.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Напутствованный благословением и благожеланиями Вашего Высокопреподобия, я благополучно и без путевых промедлений прибыл в царствующий град Св. Петра107 во время, назначенное железнодорожным расписанием. У богослужений был в Исакиевском соборе. После обедни ходил на Неву ко Дворцу, но по близорукости, без очков, мало видел; видел много митр, еще большее число камилавок, усмотрел Государя и затем множество лент разных цветов. Погода была хорошая, 70/0. Но развода в тот день не было, а был 7 числа. Наш Владыка не был в процессии и, хотя здравствует, но служил у себя на подворье. К нему являлся я 7 числа. И Владыко и все подворские здравствуют.

Поручение Вашего Высокопреподобия я исполнил. Н.А. Елеонский, А.П. Лебедев, А.П. Смирнов и особо от них, по другому докладу, П.И. Цветков108 утверждены исправляющими должность штатных доцентов, а И.Д. Петропавловский109 – на правах приват-доцента. Бумага об этом или уже послана в Академию или скорл будет послана. Но и прежде получения бумаги, по изъяснению директора канцелярии Обер-Прокурора, Академия может не иметь сомнений в расчете жалованьем двоих допущенных к чтению лекций как штатных доцентов и одного как приват-доцента.

Представление Академии о физическом кабинете110 будет утверждено во всей силе. Вчера (8-ого числа) получено в Синодской канцелярии от Хозяйственного Управления для доклада Св. Синоду предложение Обер-Прокурора об этом предмете, которое заключается тем, что Обер-Прокурор, во внимание к ходатайству Митрополита и к пожертвованию его111, признает справедливым удовлетворить ходатайство Академического Совета. Вероятно, пройдет еще недели две или три прежде, чем бумага придет в Академию.

При свидании я докладывал Вашему Высокопреподобию, что есть возможность Академии получить из здешней Синодальной библиотеки дублеты старопечатных и других (сие на всякий случай) книг112. Кроме книг, в Синодальной Библиотеке хранятся и старинные иконы, которые также предположено раздать учреждениям, которые будут о том просить. О книгах было уже докладывано и Св. Синоду в том смысле, чтобы их разослать в библиотеки академий и семинарий. Я спрашивал Афанасия Феодоровича113, как это сделать, и он мне сказал, что сделать это должно чрез письмо Вашего Высокопреподобия к Обер-Прокурору. Не благоволите ли Ваше Высокопреподобие ускорить этим делом. Начальник Архива и Библиотеки Григорович говорил мне, что нужно спешить этим делом: едет или скоро приедет Филимонов за иконами. Иконы, может быть, были бы неизлишни для предполагаемого Церковно-Исторического при Академии музея.

Мне сказывали, что отрицательно отвечено отсюда на ходатайство о кандидате для кафедры Славянских наречий114. Кроме причин, изложенных в отношении к Вашему Высокопреподобию, к такому ответу были другие, сообщенные о. Протоиереем Раевским115.

В нашем комитете было уже заседание 7-ого числа. Далее заседание будет по одному разу в неделю: говорят, что все заняты. Конечно, мне при этом полегче116. Но дело, вероятно, будет тянуться. Для ускорения назначены из членов комитета комиссии, которые будут предварительно обсуждать и подготовлять вопросы. Ни в одну из сих комиссий я не назначен.

Адрес мой теперешний: На углу Гороховой и Малой Морской Д. № 9 – 12 Татищевой, кв. № 30.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

всепокорнейшим слугою

экстр.-орд. профессор Александр Лавров.

9 янв. 1871.

С.-Петербург.

Письмо 17.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Исполнив приказание Вашего Высокопреподобия, имею честь представить прочитанные мною рассуждения студентов Менагиаса и Ивана Никольского с моим мнением о каждом из сих сочинений. При сем Вашему Высокопреподобию имею честь изъяснить, что руководствуясь указом Св. Синода о чтении курсовых рассуждений, о котором я слышал бывши в Академии, я не дозволял себе делать никаких отметок на рассуждениях и мнения мои представляю в запечатанных конвертах.

В моей здешней жизни, после письма моего к Вашему Высокопреподобию от 9 января, ничего особенного не произошло. Комитет собирается по одному разу в неделю, и дела идут довольно медленно. – Когда придет делу конец – совершенно не видно.

Рассуждения с мнениями об них препровождаю по почте, в посылке.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

покорнейшим слугою

э.-о. профессор Александр Лавров.

19 янв. 1871.

С.-Петербург, Гороховая, д.9 Татищевой, кв.30.

Письмо 18.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Письмо Вашего Высокопреподобия от 21 числа я имел честь получить 24.

Ходатайство Вашего Высокопреподобия об отпуске для Академии книг и икон удовлетворено вполне, и мне дозволено отбирать и книги и иконы117. Начал я с икон и, не будучи сам знатоком этой части, по совету бывшего здесь и отбиравшего уже иконы для Общества любителей духовного просвещения Д.М. Струкова, обратился за помощью к киевскому иеродиакону Алипию, хорошему живописцу, который с любезною готовностию и отбирал со мною иконы вчера (20 числа), и ныне опять согласились мы заняться тем же делом от часу до 4-х. Наотбирал он мне вчера до 30 икон. Для общества любителей Д.М. Струков отобрал 134 иконы и говорит, что частью этих икон – даже до 60 – Общество может поделиться с Академиею. Выбор делается более чем из 1000 икон. Но мы все – и Струков, и я с Алипием – только отбираем иконы. Окончательное же разрешение об отпуске оных последует, когда все претенденты сделают выбор. Одного из претендентов – Филимонова – поджидают и в гневном расположении духа: они с Дашковым первые заявили претензию, а отбирать придется им последним. – Отобравши иконы, приступлю к отобранию книг. Говорят – более сотни названий может быть предоставлено нам. Любезнейшие мои – Григоворич (начальник Архива) и Барсуков (библиотекарь)118 до того обязательны и предупредительны, что мне даже стыдно: они ухаживают за мной как за родным: я могу у них заниматься и отбирать книги и иконы не тогда, когда им удобно, но когда я захочу. В пользу ученого учреждения они готовы сделать все. Впрочем, и то нужно сказать, что они ученики доброго учителя в сем деле А.Ф. Бычкова и служат вместе с ним в Археографической Комиссии.

Представление о награждении храмоздателя нашего Алексея Васильевича119 дня три тому назад поступило к Обер-Прокурору, но еще не доложено ему директором. Письмо Вашего Высокопреподобия к графу Димитрию Андреевичу120 было бы теперь весьма благовременно. Говорит Иван Александрович121, что графом Государю это дело может быть должено или вскоре, так как он вскоре должен иметь доклад у Государя, или же пред Пасхою.

Представление о награждении наших академических наставников, не имеющих духовного сана, получено в Канцелярии Обер-Прокурора и будет подлежать рассмотрению в Великий пост с тем, чтобы быть внесенным или в пасхальный список, или же направленным по обычному пути в Комитет Министров. О лицах священного сана представление, говорит Иван Александрович, доолжно пойти мимо его Канцелярии прямо в Синод. Рассмотрение и там бывает в Великий же пост.

Слух о ревизии Академий, по собранным мною сведениям, совершенно не имеет основания. И.А. говорит, что никаких ревизий Академий быть не может, как нет никаких ревизий Университетов.

Наши дела идут обычным, медленным путем, и конца еще не видно.

Дело о цензуре122 на днях доложено в Синод и прошло. Синод согласился с выводами, с мотивами же, помещенными в начале, не согласился. Я не имел этого доклада. Вашему же Высокопреподобию, без сомнения, ясно и известно – в чем состоят выводы и мотивы. Препровождают во II-е Отделение и командируют туда Ивана Александровича для объяснений. Конец и этого дела, вероятно, еще далек. – Говорят, при рассуждениях в Синоде была речь и о том, чтобы наши цензора, сколько их будет состоять при общей светской цензуре, были рясоносцы.

Если бы не пришлось мне писать Вашему Высокопреподобию на сырной неделе – земное поклонение творю Вашему Высокопреподобию и со слезами прошу простити ми вся, елика согреших пред Вами словом, делом, помышлением и всеми моими чувствы.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

всепокорнейшим слугою

э.-о. профессор Александр Лавров.

27 января 1871.

С.-Петербург. Гороховая Д.9, кв.30.

Послал я Вашему Высокопреподобию рассуждения Менагиаса и Ивана Никольского 19 числа.

Прилагаю вырезку из 27 № «Голоса» со сведениями о Преосвящ. Иоанне123.

Письмо 19.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Имею счастие принести Вашему Высокопреподобию мое душевное приветствие с светлым и радостным праздником, яко воистину воскресе Христос. Воскресый из мертвых Спаситель да озарит Вас светом и радостию Своего воскресения!

Не пришлось мне нынешний праздник лицезреть Вас, Ваше Высокопреподобие. Это случилось главным образом оттого, что после каждого нашего сезона на каникулярное время остаются хвостики дел; и в настоящий раз остались таковые хвостики, с которыми и нужно покончить в каникулярное время, имеющее продолжаться у нас до 8-го апреля. Слава Богу, председатель наш выразил желание окончить дело к июню и, кажется, довольно твердо. Но исполнится ли это – Бог весть, ибо человек предполагает, а Бог располагает. Некоторые скептические члены Комитета не верят этому и угрожают нам еще осенним сидением, чего не дай Боже. Собственно дело наше иногда движется, иногда стоит, иногда пятится назад. При редких заседаниях наших мы нередко уклоняемся в стороны и время теряем понапрасну. Когда-нибудь дело наше должно будет явиться на суд, и тогда всем видно будет – что и как мы сделали.

Делу о книгах и иконах для нашей Академии доселе еще не дано никакого движения.

На шестой неделе получено известие о кончине Кишеневского Архиепископа Антония124.

Здесь новые доктора произникают. 7-го марта был докторский диспут Горчакова125, на котором и я был. ... Тезисы его при сем прилагаю. – В мироносичное воскресение будет диспут Чистовича.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

преданнейшим слугою

Э.-о. профессор Александр Лавров.

25 марта 1871 г.

С.-Петербург. Гороховая. Д.9, кв.30.

Письмо 20.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Письмо Вашего Высокопреподобия от 31 марта я имел честь получить 1 апреля.

Желаемые Вашим Высокопреподобием сведения о деле касательно награждения Алексея Васильевича я получил от директора канцелярии Обер-Прокурора. Дело по-прежнему в неопределенном и нерешительном положении. Письмо Вашего Высокопреподобия с ходатайством о награждении доложено Обер-Прокурору; но движения этому делу не дано за краткостию протекшего со времени получения А.В.-чем последней награды срока. Спрашивал я г. директора – каким бы образом этому делу дать дальнейшее движение к благоприятному концу. Он отвечал, что можно бы повторить частное от лица Вашего Высокопреподобия ходатайство с указанием на продолжаемые храмоздателем новые пожертвования (я говорил г. директору о пожертвованных в церковь занавесах).

По делу о книгих и иконах также еще нет движения, или по крайней мере оно не дошло до низших сфер, имеющих непосредственно исполнять это дело. Сомнений же в исполнении ходатайства Академии по этому предмету, говорят, не должно быть никаких.

Наши работы после праздника возобновились, и в четверг уже было первое заседание: ход дел – обычный. С следующей недели будем иметь по два заседания, и между прочим в первое заседание будет подвергнута рассмотрению моя записка о предметах церковного суда. Устоит ли это дело, Бог весть. Со всех сторон нападения – и в комитете и в литературе. Православное Обозрение в мартовской книжке доказывает, что судная власть архиерея не основана ни на Свящ. Писании, ни на церковных правилах, и что люди, утверждающие противное, действуют так или по невежеству, или даже по неблагонамеренности126... До чего мы дожили! Нужно сознаваться или в невежестве, или в неблагонамеренности... Но это еще не главное. Важнее действие, какое могут оказывать подобные статьи на ход самого дела. Наши оппоненты и из нашего лагеря и из противного еще с большею храбростию будут говорить, что судная власть архиереев – не догмат, и что, следовательно, суд духовный без архиерея устроить возможно, и будут указывать на напечатанное в наших же духовных органах.

Здесь говорят о предпринимаемом, под редакциею Ректора здешней Академии, издании духовной газеты «Церковный Вестник»127. Газету эту хотят сделать официальным органом Св. Синода и обязательною для всех Церквей.

В воскресенье 11 апреля имеет быть третий диспут в здешней Академии128. Тезисы при сем прилагаю.

В настоящее время в Государственном Совете идет самая оживленная борьба между классиками и реалистами. В первом бывшем по этому предмету заседании Министр Просвещения129 говорил три часа. Но защитников классицизма в составе этого комитета – меньшинство – Министр, Строганов, Титов и частию князь Урусов. На противной стороне шесть членов и между ними Государь Наследник. Сам глава классицизма Катков130 здесь. Газеты также не бездействуют.

О наградах нашим высшим духовным лицам доселе не напечатано в газетах. Главные награды: Алмазные знаки св. Александра Невского – Литовскому131 и Херсонскому132, Владимира 2-й ст. – Волынскому133 и Полтавскому134, Анны 1-й ст. – Орловскому135, Олонецкому136, Уфимскому137, Ладожскому138, и ректору здешней Академии139.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

Э.-о. профессор Александр Лавров.

Известно ли Вашему Высокопреподобию о кончине Александра Матвеевича Бухарева, последовавшей 2 апреля в Переяславле140.

11 апреля 1871 г.

С.-Петербург. Гороховая 9, 30.

Письмо 21.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

В настоящий раз осмеливаюсь беспокоить моим писанием Ваше Высокопреподобие вследствие поручения Преосвященного Макария, который возложил на меня обязанность передать Вашему Высокопреподобию его просьбу – приказать канцелярии дать ему сведение о том – получена ли в Академии возвращенная им рукопись «Сборник Митрополита Даниила». Он полагает, что секретарь его забыл присовокупить в отношении просьбу об уведомлении и что по этой причине, а не вследствие неполучения в Академии рукописи, нет к нему уведомления о получении рукописи.

Дела наши идут медленно. Собираемся теперь по два раза в неделю, но стоим доселе еще на первом пункте пересматриваемых положений о том – в каких случаях духовные лица должны подлежать духовному суду. Спорам и препирательствам не предвидится конца. К лету, кажется, никаким образом не кончить нам нашего дела.

Об иконах и книгах доселе нет еще решения. Уверяют меня, что решение будет вполне удовлетворительное для нас.

Говорят о назначении в Кишинев старшего здешнего викария, Преосвящ. Павла141.

Церковный Вестник разрешено издавать Академии. Цена его – 2 руб. Объем – лист в неделю. Обязателен будет он для всех Церквей епархий, не имеющих епархиальных ведомостей, и, кажется, для благочинных всех епархий. Рассчитывают на 10 – 15 тысяч подписчиков.

При двух заседаниях дела у меня значительно прибавилось, и почти безвыходно должно сидеть дома. Поэтому и очень скуден мой запас сведений о делах в мире Божием и церковном. Из мира Божия доносится слух, что военная реформа142 не быстро пойдет, так как оказывается нужным на казармы 225 миллионов.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

22 апреля 1871.

С.-Петербург. Гороховая, Д. 9, кв. 30.

Письмо 22.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Письмо Вашего Высокопреподобия, 40 рублей и реестр143 я имел честь получить 28 октября. Благодарность, выражаемую Вашим Высокопреподобием мне, я принимаю как один из многочисленных знаков всегда и безмерно милостивого расположения Вашего Высокопреподобия ко мне, а не как что-либо мною заслуженное. Если я и делал тут что-нибудь, то только что сделал бы и всякий другой, принадлежащий к Академии и благо ее не считающий чуждым для себя. – Душевную благодарность приношу Вашему Высокопреподобию за реестр. Копию с него я представлю к синодскому делу, как принявший книги и иконы для доставления в Академию, и он будет точно соответствовать тому, который будет прислан в Синодальную Канцелярию от получившей Академии.

Исполнил я поручение Вашего Высокопреподобия о сроке для представления докторских диссертаций144 служащими в нашей Академии. По точному смыслу указа Св. Синода о введении нового Академического Устава, как Вашему Высокопреподобию известно, срок этот начинается для всех Академий с 30 мая 1869 года. Но председатель Учебного Комитета145, к которому я обращался с этим вопросом, и некоторые члены Уч.Комитета, при том бывшие, лично от себя рассуждают, что едва ли справедливо тот же срок почитать обязательным и для Академий Московской и Казанской146 и что едва ли не справедливее было бы для этих Академий начальным сроком действия этого указа почитать введение в этих Академиях Устава. При этом председатель от себя, в виде своего личного мнения, изъяснил, что если бы Академия нашла нужным от себя возбудить этот вопрос, то мнение Учебного Комитета было бы именно такое, что для Академий Московской и Казанской действие этого указа должно начинаться со введения в них нового Академического Устава. В числе мотивов к такому именно изъяснению указа в представлении от Академии, если бы таковое признано было нужным сделать, могли бы, по мнению председателя, быть помещены следующие: 1) что до введения нового Устава некоторые наставники преподавали не по одному предмету и, кроме преподавания, несли другие должности, напр. Секретаря, библиотекаря и проч., 2) что возвышенные оклады жалованья получаются только со введения нового Устава и т.д.

Наши дела идут так себе, иногда медленно, а иной раз и с некоторым поспешением. Может быть, при Божией помощи, к новому году и освободимся от этой варварской блокады.

О вызове в Св. Синод нашего Владыки и Митрополита Киевского147 готов уже всеподданнейший доклад, с которым на сих днях Обер-Прокурор поедет к Государю, и от него будет зависеть утверждение или неутверждение доклада.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и глубочайшею преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

2 ноября 1871.

С.Петербург, Новый Переулок, Д. 3, кв. 3.

Письмо 23.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший отец Ректор!

Письмо Вашего Высокопреподобия от 19 ноября я имел честь получить 22-го. Ныне (23) навел требуемые Вашим Высокопреподобием справки и об оказавшемся по справкам имею честь довести до Вашего сведения.

О размере вспоможения Евгению Евстигнеевичу148 в путешествии говорят (И.А. Ненарокомов) лучше всего руководиться бывшим уже в нынешнем году примером отправления за границу Каринского149. Ему Академия просила 2000, а Синод дал 1500. На эту сумму можно надеяться и Евгению Евстигнеевичу с сохранением, разумеется, и жалованья. Бумаги об отправлении Каринского напечатаны в журналах Петерб. Академии в Христианском Чтении.

О возобновлении ходатайства о наградах директор сказал, что возобновить это ходатайство можно, но в успехе он уверить с несомненностью не может. – Пасха покажет, что будет.

Приехал новый Главный Священник, вытребованный по телеграфу. В понедельник принимал присягу, а теперь, кажется, принимает уже и дела. – Причины столь ужасной катастрофы с прежним доселе не выяснились. Предлогов рассказывают много и, смотря по лагерям, одни обвиняют его, другие учинивших с ним такое дело. В начале декабря он отправляется в Москву к своему новому месту. При проводах готовятся ему большие овации. Из правоведов большая часть ему преданы искренно; и это сенаторы и другие важные чины.

Наши дела тянутся. Но когда придет бедам конец! При суждении М. Измаиловича150 в вышних чиновничьих сферах было сказано, что без него одним тормозом в Комитете будет меньше и дело пойдет быстрее. Этот тормоз был во многих случаях с нами; и в нем лишаемся значительной для себя поддержки.

В «Петербургских Ведомостях» было (числа 14 – 17) бранная статья на нашу Академию. Я не читал этой статьи. Но сказывал об ней нам председатель пред прошедшим заседанием. Он думает, что нужно отвтечать и разъяснить заключающуюся в статье ложь.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

23 ноября 1891.

С. Петербург, Новый Переулок, Д. 3, кв. 3.

П.Ф. Комарову151 мнение Вашего Высокопреподобия я сообщил.

Письмо 24.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Телеграфическое извещение Вашего Высокопреподобия о присуждении мне награды в Бозе почившего Святителя Филарета152 я имел честь получит в двенадцатом часу 1-го декабря. – Душевную благодарность приношу Вашему Высокопреподобию за всегдашнее, неизменно-милостивое ко мне расположение. Прошу прощения, что умедлил ответом и выражением благодарности. Это произошло оттого, что всю прошедшую неделю меня мучила страшная зубная боль, препятствовавшая мне и заниматься и выходить из дому; а мне хотелось между тем побывать у какого-нибудь источника здешних новостей, дабы сообщить Вашему Высокопреподобию. В прошедшем заседании мне случилось узнать только об одном касающемся наших мест обстоятельстве. Делопроизводитель Комитета секретарь здешней консистории Камчатов сказывал, что на череду на будущий год вызываются отец Ректор Вифанский и Ректор Симбирский Афанасий.

Петр Фед. Комаров был у меня и говорит, что он избирает темою рассуждения: «Гавриил Митрополит Новгородский и С.-Петербургский», имея в виду некоторые неизданные материалы, хранящиеся у них в библиотеке, а также архивы синодский и консисторские, где надеется найти многое любопытное. Вскоре об этом он будет писать Вашему Высокопреподобию.

Поздравляю Ваше Высокопреподобие с первым Академическим торжеством153. Душевно желаю, чтобы торжество сие было благоуспешно и для Академии плодотворно.

Евгений Евстигнеевич вчера благополучно прибыл в Петербург.

С совершеннейшим почитанием и глубочайшею преданностию и благодарностию, прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, имею счастие быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

6 дек. 1871.

С.-Петербург, Новый Переулок, Д. 3, кв. 3.

Часть 4

Письмо 25.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Умедлил я извещением Вас, Ваше Высокопреподобие, о себе. Прошу милостивого прощения. Хотелось привести к концу пересмотр апологии154, а только ныне удалось это сделать и отдать на почту. Не осмеливаюсь утруждать Ваше Высокопреподобие просьбою не умедлить напечатанием ее, хотя, мне кажется, прочитав мою отповедь, комитетские друзья мои, может быть, и не стали бы слишком высоко возносить свои рога. А то Лебединцев в последнем заседании на основании статьи Прав. Обозр.155 кричит, что благочинный ныне запрещает священнослужение священнику. На основании мнения о первой апологии, высказанного нашим председателем, который прямо в заседании сказал юрисконсульту Степанову, хлопотавшему об учреждении прокуратуры: «после его (т.е. моей) статьи нельзя этого допустить», т.е. совсем устранить архиерея от суда, мне, конечно, по авторскому самолюбию, мечтается, что, может быть, и из второй апологии он почерпнул бы что-нибудь в пользу дела Церкви, если бы она поскорее попала ему в руки. Впрочем, доселе в прежних своих мнениях, т.е. о не учреждении прокуратуры и окружных судов, он тверд. И за это, кажется, должно сказать спасибо И.А. Ненарокомову, который на праздник утвердил его в той мысли, что это не есть желание Обер-Прокурора, вообще, по его замечанию, не особенно этим делом интересующегося. Когда он чем интересуется, то обыкновенно бредит этим и во сне и на яву: и при докладах каждому чиновнику о классицизме, и при всяком удобном и неудобном случае против реализма. О духовном же суде – нет ни с кем речей. Что то будет дальше? – Если бы не оказалось никакого препятствия, то я осмелился бы просить Ваше Высокопреподобие приказать сделать до 200 отдельных оттисков этой статейки и, когда будут готовы, выслать мне сюда.

Дела нашего Комитета, кажется, теперь пойдут быстрее. Председатель назначит теперь по два заседания в неделю и объявил, что к Пасхе ему хочется непременно окончить дело.

Обер-Прокурор возвратился 16-го числа и прямо уже в новый церковный дом. Этот дом принадлежал некогда графу Гурьеву – министру финансов; в нем для министра более 40 комнат, в числе которых есть громадные, например, зала с хорами, в которой более 40 дюжин стульев. За прежний дом предлагают 175 т. Для чиновников, лишающихся теперь квартир, будет выстроен новый огромный дом на Синодальном Подворье в Семеновском полку, где живал преосвящ. Нектарий156. До этого времени Синод будет нанимать им квартиры. Такая участь ожидает и нашего Ивана Александровича, который с мая должен оставить теперешнюю прекрасную квартиру.

Владыка наш, по словам отца Гавриила, был принят в новый год Государем весьма милостиво. Государь спросил его о здоровье, и когда Владыка отвечал, что зрение его в том же положении, как было в августе, то Государь сказал: сожалею об этом, но надеюсь, что здоровье Ваше поправится, и желаю, чтобы оно скорее восстановилось. Весьма милостиво говорила со Владыкою и Государыня. В крещенье Владыка во дворце не был. Визиты в праздники делал. – Статья «Совр. Извест.» Владыке очень понравилась, как изъяснял он это Ивану Николаевичу.

Преосвященный Макарий говорил, что он получил от Совета нашего бумагу, но диплома157 еще не получал. Впрочем, это говорил он нам тотчас после нашего приезда, 13 числа.

Отец Михаил в степени доктора158 утвержден Св. Синодом. Синодский указ и докторский крест скоро должны быть посланы в Совет.

Измаилу Ивановичу159 адрес я передал.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и глубочайшею преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

покорнейший слуга

Э.-о. профессор Александр Лавров.

23 января 1872 г.

С.-Петербург Новый Переулок д.3, кв. 3.

Письмо 26.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Письмо Вашего Высокопреподобия от 28 числа я имел честь получить 30.

Глубочайшую приношу Вашему Высокопреподобию благодарность за исправление погрешностей в моей статейке160. – При предъявлении требования я действительно имел в виду только открывающуюся мне с точки зрения «Прав. Обозр.» возможность требовать восстановления. Поэтому, кажется, дело исправилось бы, если бы вместо слов: мы требуем, поставлены были слова: мы могли бы требовать, или же, как выражено в письме Вашего Высокопреподобия: этим оружием и нам можно было бы воспользоваться. – Покорнейше прошу Вас, Ваше Высокопреподобие, исправить сие по Вашему усмотрению.

За: храбрый и храбрейший и проч. не стою и душевно благодарю Вас за очищение: при чтении полемических любезностей, прямо в лицо направленных, трудно удержаться от некоторого раздражения. Отсюда разные эпитеты вроде храброго и пр. При спокойном рассмотрении дела иначе представляются вещи и является сожаление о выпущенных снарядах.

Покорнейше благодарю и за исправление слов: нельзя же не отдать былому пресвитерству, действительно могущих подать случай к глумлению.

Усерднейше прошу Вас, Ваше Высокопреподобие, принять на себя труд исправить и другие погрешности и места, могущие подавать повод к перетолкованиям.

О ходе дела касательно отсрочки представления докторских диссертаций161 я буду справляться и доносить Вашему Высокопреподобию, а равно наведу справку и о дипломе преосвящ. Макарию.

В Св. Синоде в среду 26 января был назначен к служению доклад об Овербековой литургии162; но Обер-Прокурор случайно был позван к Великому Князю Константину Николаевичу и опоздал в заседание. Поэтому в среду не было этого доклада. – Чем то разрешится дело?

Мы окончили уже пересмотр положений судоустройства и судопроизводства, которые теперь уже печатаются. Пересматриваем в третий раз редакцию положений о предметах церк. суда и на этом, вероятно, немало провозимся. Между тем наши окружники 163 подвизаются в газетах и чрез них стараются вынудить нас епархиальников к принятию их нелепого проекта. Deus meliora ! – часто говорил митр. Платон при виде подобных деяний. И нам остается только одно это воззвание. – Собираемся по дважды в неделю, исключая нынешней, по случаю Сретения.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с покорнейшим почитанием и глубочайшею преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

покорнейший слуга

Э.-о. профессор Александр Лавров.

31 января 1872.

С.-Петербург. Новый Переулок, Д. 3, кв. 3.

Письмо 27.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

В дополнение ко вчерашнему письму моему имею честь известить Вас, Ваше Высокопреподобие, что представление об отсрочке докторских диссертаций вчера (31 янв.) было слушано в Духовно-Учебном Комитете и большинством членов оного принято благоприятно. При обсуждении Чистович164 заметил: «за что же наказывать ординарных профессоров, получивших это звание по прежнему порядку?» – Один из духовных членов (не сказали мне, кто именно) выразил мысль, что в таком случае и «нас, получивших магистерство по прежнему порядку, можно заставлять приобресть его еще по новому порядку». – Мнение Комитета в благоприятном для представления смысле будет формулировано к следующей середе (9 февр.); тогда же будет и подписано членами Комитета, затем в четверг (10 февр.) будет доложено Обер-Прокурору и после сего поступит в канцелярию Св. Синода для доклада Синоду. – Мнения Комитета большею частию утверждаются Синодом без изменения. Дай Бог, чтобы и на этот раз было так же, как и в большей части случаев.

Дело об Овербековой литургии, долженствующее быть доложено не без Обер-Прокурора, который бывает в Синоде только по середам, будет доложено не ранее 9-го февраля: ибо 2-е середа – праздник Сретения.

С совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

покорнейший слуга

э.-о. профессор Александр Лавров.

1 февраля 1872.

С.-Петербург. Новый переулок д. 3, кв. 3.

Письмо 28.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Приближается время поста и покаяния, и, вступая в сии святые дни, должно испросить прощение во всех прегрешениях. – Припадая к стопам Вашего Высокопреподобия, смиренно прошу прощения во всем, елика согреших пред Вами делом, словом, помышлением и всеми моими чувствы.

Дело о продлении срока представления докторских диссертаций, благосклонно принятое Комитетом и мотивированное теми же самыми мотивами, как и в Совете, уже прошло чрез руки Обер-Прокурора и пропущено им без возражений. 18 февраля оно передано из Учебного Комитета в канцелярию Св. Синода. Это был последний пред масляницею присутственный в Синоде день; и дело Синоду не доложено еще. Смысл комитетского мнения тот, чтобы считать трехлетний срок, начиная со дня введения в действие нового Устава в нашей Академии, т.е. с 15 августа 1870 г. – Во время хождения по этому делу я узнал, что мысль о придании этому закону обратной силы, т.е. о требовании докторства и от существующих уже ординарных профессоров, а не только от будущих, принадлежит Н.А. Сергиевскому и получила действие именно по его настояниям. Были другие голоса, утверждавшие, что неправильно новому закону делать обратную силу, и с этими голосами соглашался Обер-Прокурор; но затем настояния Н.А-ча Сергиевского превозмогли: твердил все: они будут получать 3000; их нужно поприжать.

Овербекова литургия еще не доложена Св. Синоду: реализм препятствует. В рассмотрении законодательным порядком находится теперь дело о реальных училищах165, и Обер-Прокурор, сказываясь больным, в Синод не ездит. А докладывать Синоду это дело находят нужным не иначе, как в его присутствии.

Наши дела двигаться стали опять помедленнее. Последние заседания светские очень мало посещали. Всем надоело, и нужно бы поскорее кончать.

Иван Николаевич166 пред масляницею уехал в Москву. И без него здешние друзья мои еще с большею дерзостию стали яриться на меня. Без него и душу отвести – потолковать о их деяниях и словах не с кем. Народ есть такой у нас, что придет даже на квартиру, побранит и уйдет.

Не дают отдыху мне и московские благоприятели. На январскую критику «Прав. Обозр.»167 я написал ответ и послал к Ивану Николаевичу, который обещал напечатать в каком-нибудь Московском издании – в Ведомостях или в Чтениях168.

Прося себе прощения и благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почтением и глубочайшею преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

Пущен был здесь слух об открытии Таганрогской Епархии и о том, что это касается одного из преосвящ. викариев московских. Но слух оказался не имеющим никакого основания.

Здесь весна и ездят на колесах.

25 февраля 1872.

С.-Петербург. Новый переулок, д. 3, кв. 3.

Письмо 29.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Письмо Вашего Высокопреподобия от 29 февраля и тюк с оттисками моей статьи169 я имел честь получить и не нахожу слов для выражения моей благодарности за труды и попечения Вашего Высокопреподобия о напечатании статьи. Мне приводилось держать корректуру, и я знаю, как это утомительно. – Полученные экземпляры я начал уже раздавать, начав с земляка – о. Ректора Вифанского. Властям еще не представлял: начну со второй недели. – Присланных мне экземпляров мне здесь вполне достаточно, а затем оставшиеся у Вас представляю и покорнейше прошу принять в полное Ваше распоряжение и раздавать по Вашему усмотрению – кому за нужно и за благо признаете. – Душевную приношу Вашему Высокопреподобию благодарность за благословение и благожелания Ваши делу, которому служит наша апология. Дай Бог, чтобы могущие действовать обратили внимание на этот предмет. – Смиренно благодарю Ваше Высокопреподобие и за попечения о моем здоровье. Кроме мучащей меня бессонницы, я вообще не могу считать себя нездоровым. Захотелось мне во время одной перемежки в делах обратиться к одному доктору нервных болезней – не полечит ли он меня и от бессонницы. И вот этот доктор – Штейн – послал меня в гимнастическое заведение, в которое я и хожу теперь каждое утро. В отношении к сну большого улучшения не чувствую, но в некоторых других отношениях занятия гимнастикой благодетельны: ноги, прежде у меня постоянно холодные, теперь теплы, к простуде восприимчивости менее. Каждый день вижу прыгающими в заведении некоторых почтеннейших сенаторов. Сказывали мне тут и показывали одного молодого слабогрудого ученого, у которого за одну зиму грудь расширилась на четыре дюйма.

О судьбе, ожидающей ныне представление о наградах170, справлялся у Ивана Александровича. Представление доложено графу171, который сказал при докладе: отложить до Пасхи. Иван Александрович, поручивший мне свидетельствовать Вашему Высокопреподобию его почитание, уверяет, что ходатайство о блюстителе172 по всей вероятности будет удовлетворено, а ходатайство о Петре Симоновиче173 и Сергее Константиновиче174без малейшего сомнения, так как миновала главная препятствовавшая прежде причина – непреобразованность. Не указал он, чтобы была нужда в употреблении еще каких-либо мер по этому делу.

О болезни отца Наместника175 я узнал в прощальное воскресенье на Подворье, где был у обедни. Сохрани и исцели его Господи!

Владыка наш служил в прощальное воскресенье на Подворье; первую неделю намеревался говеть и в Православие176 был на этом торжестве в Исакиевском соборе со всем Св. Синодом. Бодренько Владыка совершает все, и слабость зрения для сторонних совершенно не заметна.

В утешительном письме Вашего Высокопреподобия я всего более утешен последнею его страницею. Итак, мы имеем и Собрание законов все и военные узаконения! Величайшее благодарение Вашему Высокопреподобию и князю177. Состоит ли князь членом нашей Академии? Душевно бы я желал, чтобы сей истинный сын Церкви и радетель ее блага по нашим старым московским Филаретовским принципам был в числе наших членов, т.е. академических. На него, как на Председателя Департамента Законов в Государственном Совете, есть некоторый расчет и надежда и у нас с Иваном Николаевичем по нашему комитетскому делу. Я, кажется, докладывал Вашему Высокопреподобию, что Митрополит Киевский178 приезжал благодарить Князя Сергея Николаевича по делу о сложении сана, которое Синодом предположено было облегчить, а II отделением – оставить на нынешнем основании. – Не признаете ли, Ваше Высокопреподобие, возможным послать ему мою брошюру? Первую он читал по изложению Моск. Епарх. Ведомостей и говорил Ивану Николаевичу, что твердо стоит на церковной почве автор брошюры

В делах наших – без перемен.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия и молитв, с совершеннейшим почтением и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

5 марта 1872.

С.-Петербург. Новый переулок, д. 3, кв. 3.

Письмо 30.

Представлял я рукописание грех моих179 Властям нашим и неожиданно необыкновенно милостиво был принят всеми. Наш Владыка необыкновенно был милостив, также Петербургский, Литовский. А Киевский Владыка благословил образом и приказал мне написать к нему письмо, в котором обозначить брошюрке хотя какую-нибудь маленькую цену. Я возразил было, что для продажи нет этих брошюр. Но он заметил: «ничего, можно будет напечатать. Нужно это как можно больше распространить. На письме я сделаю резолюцию и сдам в консисторию». Я исполнил волю Владыки и в письме к нему назначил цену брошюры 30 коп. и с пересылкою (пересылка под бандер. 8 коп.), а местом откуда требовать – редакцию Твор. Св. Отцев. – Простите, если я что-нибудь погрешил при исполнении этого приказания. – Некоторым преосвященным – напр., бывшим моим ректорам семинарским и академическим я послал брошюру – без писем и без обозначения от кого. Так посоветовал мне Иван Николаевич.

Письмо 31.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

С сердечным сокрушением услышал я о постигшей Вас скорби180. Казалось, крепость сил обещала еще немалые годы приснопамятной матушке Вашей. Но Божии призвания от мира сего в новый совершаются и в крепости сил и во всех возрастах, ежеминутно напоминая нам, что и мы живущие оставшии во время потребно восхищени будем. Но будем ли всегда с Господом, о чем молимся для отшедших присных наших? Да упокоит Господь Бог душу усопшия новопреставленныя рабы Своея Ольги!

В нашей юдоли плача, из которой восхищаются наши присныя, – многое плачевное и немногое соответствующее нашим желаниям.

Соответственно нашим желаниям разрешен Св. Синодом вопрос об отсрочке представления нашею Академиею докторских диссертаций. Доклад был в четверг (16-го) и возражений со стороны членов Св. Синода не было: срок продолжен еще на год. – Дело о Евгении Евстигнеевиче181 будет доложено в следующий четверг.

Владыка наш письмом просил Обер-Прокурора испросить ему отпуск из Петербурга к Пасхе. Доклад Государю от Обер-Прокурора был в прошедшее воскресенье; но я никого из знающих это дело не видал и не знаю, какая последовала Высочайшая резолюция. Если Государь согласится, то Владыка выедет в четверг на шестой неделе.

На днях в Синоде докладывалось интересное дело следующее: Игнатьев182 извещал Обер-Прокурора, что болгары сильно встревожены и негодуют по поводу распространившегося известия, что Иосиф Сокольский Униатский епископ ездил по поручению Св. Синода в Польшу для рукоположения униатских священников. – Св. Синод положил отвечать, что действительно епископ Сокольский ездил в Польшу и рукоположил многих униатских священников. Но Св. Синод не принимал в этом никакого участия; а сделано это по распоряжению Министерства Народного Просвещения.

Наши дела – как сажа бела. В прошедшую середу приступили было к началу конца, т.е. к рассмотрению составленного мною проекта объяснительной записки. Но еще не выслушавши ни одного слова, мои друзья подняли шум. ... Один из светских (Любимов) предложил, что неудобно и невозможно рассматривать записки полным Комитетом и нигде этого не делается. Положили выбрать для рассмотрения четверых (Любимов, Неклюдов, Барсов и я) так, чтобы принятое четверыми было обязательно для всех, а разногласия их решаемы были лично председателем. – Что из этого выйдет – Бог весть. – Общих заседаний поэтому не назначено во всю 4-ю неделю. – Deus meliora! – как часто восклицал Митр. Платон.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия и молитв, с глубочайшим почитанием и совершеннейшею преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

19 марта 1872.

С.-Петербург. Новый Переулок, д. 3, кв. 3.

Письмо 32.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Воистину воскресе Христос!

Имею честь поздравить Вас с светлым праздником. Воскресый из мертвых да ущедрит Вас своими милостями!

Письмо Вашего Высокопреподобия чрез отца Германа я имел честь получить и зависевшее от меня по его делу исполнил. В независевшем же от меня, кажется, не все для него исполняется сообразно первоначальным предположениям и ожиданиям. И прежде всего – поместиться на Подворье не удалось. Не удалось поместиться и в Лавре здешней, жалуют высшие начальники, но не жалуют низшие. Он поместился теперь у Архимандрита Греческой Церкви. У меня поместиться не захотел. – По главному предмету – Преосвященный Макарий принял его весьма мислостиво, но содействие на издание обещал только краткой его Догматики, а не пространной.

Душевную приношу Вашему Высокопреподобию благодарность за сообщение мнения братий 183 наших о моей воинственной деятельности. Чувствую, что, может быть, тут есть пересол, который будет на моей спине. Но полагаю (может быть, и ошибочно), что иной образ ведения обороны для меня лично, т.е. для моего самолюбия был бы выгоднее: не стали бы меня обвинять в задоре и раздражительности; а для дела обороняемого был бы менее выгоден: не стали бы читать, а противники обнесли бы это как слабость и бессилие и приписали бы это не мне лично, а обратили бы во вред делу; сказали бы, что оно не может быть защищаемо с энергиею. – Порицающие братия еще более поводов к порицанию найдут в 3-ей моей апологии (50 экземпляров которой я послал Вашему Высокопреподобию на 6-й неделе). Но если бы кто-либо из братий видел и слышал, что делают здесь со мною г.г. Л.Б., то, наверное, не обвинил бы меня. Видевший и знающий многое, но не все, Иван Николаевич пишет мне об этом: по делу вору и мука. – Впрочем, и то сказать – ведь уж я оглашен как человек раздражительный; следовательно, и взыскивать с меня нечего, когда я действую по второму правилу мудрого: но отвещай безумному по безумию его, а не по первому: не отвещай безумному по безумию его.

Дела наши – в конце. Пересмотр самых положений окончен по 6-й неделе; идет только рассмотрение объяснительной записки четырьмя членами. Преосвященный Председатель полагает, что его отпустят в епархию даже ранее 30 мая; следовательно, и Комитет будет закрыт. Но совсем ли – Бог весть. – Раскольники наши184 представляют особый проект с прокурорами и окружными судами. Царство раздельшееся на ея не станет. Да, по моему задушевному мнению, хорошо было если бы и не стало: оба проекта с важными противоречиями канонам.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

14 апреля 1872.

С.-Петербург. Новый Переулок. Д. 3, кв. 3.

Письмо 33.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Телеграммою, посланною утром в первый день праздника, я имел честь поздравить Вас, Ваше Высокопреподобие, с Монаршею Милостию185. – Повторяя мое сердечное поздравление, вмести с сим осмеливаюсь выразить мое искреннейшее желание, да с милостями Царя земнаго приумножаются к Вам и преизливаются на Вас милости Царя Небеснаго.

Сергей Константинович, Петр Симонович, Димитрий Феодорович186 и Алексей Васильевич Толоконников удостоены наград, к которым были представлены, т.е. первые двое – Анны 2-й с короною, Д.Ф. – Анны 2-й, а Ал. В-ч – Владимира 4-й.

Награды в высших наших сферах ныне щедрые: Петербургский и Киевский получили алмазные знаки на Андреевский орден, первый в 6250 р., второй – в 6025 р., наш Владыка – Андреевский орден, Симбирский – Владимира 2-й ст., Можайский, Вятский, Вологодский, Аккерманский и Ваше Высокопреподобие – Анны 1-й; Выборгский, Ректор Петерб. Семинарии и И.А. Ненарокомов – Владимира 3-й ст. – В Москве: Отец Никодим, Иван Николаевич Рождественский, Иван Федорович Загорский и Александр Ильич Воскресенский – Владимира 4-й ст. (нововведение). Тот же орден и той же степени – ректор Казанской Дух. Академии.

Митрополиты Петербургский и Киевский испрашивают у Государя повеления, когда ему благоугодно будет принять их для представления ему их личной благодарности за Монаршую милость.

Иван Александрович Ненарокомов, ныне за обедом у него сообщивший мне эти подробности, поручил мне просить Ваше Высокопреподобие принять и от него поздравление с Монаршею милостию.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почтением и глубочайшею преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

17 апреля 1872.

С.-Петербург. Новый Переулок. Д. 3, кв. 3.

На покой уволен – Тобольский архиепископ Варлаам187.

Письмо 34.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший о. Ректор!

Письмо Вашего Высокопреподобия от 27 апреля я имел честь получить 29-го.

Глубочайшую приношу Вашему Высокопреподобию благодарность за милостивые и исполненные не начальнической, а отеческой любви слова, обращенные ко мне, ничтоже кроме повеленнаго сотворшему.

Царские грамоты188 духовным лицам напечатаны в Правительственном Вестнике 30 апреля, и я, бывши у Ивана Александровича, читал грамоты Москве. У него же и по его благосклонности читал я собственною Его Императорского Величества рукою написанную карандашом резолюцию на всеподданнейшем докладе 29 апр. по делу Евгения Евстигнеевича: согласен, но с тем, чтобы он не вмешивался в политические дела. – Евгений Евстигнеевич командируется на полтора года с прибавкою к получаемому содержанию по 1000 р. в год и с дозволением, в случае усмотренной им нужды приобретения какого-либо предмета (рукописи, книги и пр.), имеющего значительную ценность, обращаться чрез Обер-Прокурора к Св. Синоду за средствами на сие. Вероятно, недели через две бумага будет в Академии189.

О пособии Филарету Александровичу190 Иван Александрович преподал совет не медлить представлением, так как дело и здесь пройти должно немало мытарств, и в особенности будет немало истязано и обрезано главным мытником – В.А. Лавровым191. О размере пособия он говорит, что запрос в карман не лезет, можно и позапросить; но он полагает, что для того, чтобы не устрашать, лучше бы запросить рублей 700, 600; дадут же, вероятно, 500. Этой суммы он с своей стороны почитает вполне достаточным на заграничное путешествие и лечение. Он сам в 1870 году ездил за границу, где лечилась его жена; проезд взад и вперед ему стоил 104 рубля. За воды и с доктором платился в сезон 25 – 30 рублей.

Наши дела близятся к концу. Положения окончательно редижированы. Теперь идет рассмотрение маленькою комиссиею проекта объяснительной записки – собственно тех частей, которые я составлял. Председатель в субботу посылал меня к светским членам, рассматривающим записку с просьбою ускорить дело: они обещали окончить к концу мая. Председатель и мы московские принадлежим к той половине, которая принимает суды епархиальные, а не окружные, и без особых прокуроров.

Председатель уволен в епархию с конца мая, Киевский Владыка – с половины.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с глубочайшим почитанием и совершеннейшею преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

Величайшее несчастие с Вас. Петр. Полисадовым192. По прошению вследствие болезни он уволен в заштат на место родины – в Костромскую губернию.

1 мая 1872.

С.-Петербург Новый Переулок. Д. 3, кв. 3.

Письмо 35.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший о. Ректор!

С благословением Вашего Высокопреподобия благополучно прибыл я в Петербург193. В Москве прямо отправился на Подворье, но Владыки дома не было, он служил в Данилове Монастыре, и мне сказали, что он возвратится не ранее трех часов. Поэтому и письмо Вашего Высокопреподобия и записку я отдал подворскому отцу эконому с просьбою представить Владыке.

В Петербурге в текущую неделю я сделан корректором наших особых мнений; с будущей недели к этой обязанности присоединится и другая: начнем рассмотрение другой половины объяснительной записки. Пойдем, вероятно, с обычною медленностию.

Преосвящ. Макарий вызывается к 15 сентября. Доклад об этом отправлен в Ливадию 1 числа.

Рассказывают здесь наши благоприятели, что Обер-Прокурор не соглашается с проектом, представляемым от Комитета, и более соглашается с проектом Лебединцева и К., хотя и с этим не вполне. Он, будто бы, совсем не находит возможным, чтобы суд был в каждой епархии, т.е. имеет в виду совершенное отнятие судебной власти у епарх. архиерея. Я осмелился бы покорнейше просить Ваше Высокопреподобие изъяснить Владыке нелепость и противоцерковность проекта Лебединцева и К. Впрочем, прибавляют благоприятели, Обер-Прокурор еще не имеет непременного убеждения; а хочет все напечатать в Правительственном Вестнике и разослать к архиереям и «тогда, говорит, посмотрим, что будет».

О. Ректор здешней Академии уехал за границу для съезда194; возвратится к 25 сентября.

Студентов держало экзамен в здешней Академии – 40; принято 30. Экзамены окончились 28 августа.

Сказывал мне Вифанский отец Ректор, что Каптерев195 поступил в здешнюю Семинарию, а Назаревский196 не поступил.

Прося себе благословения Вашего высокопреподобия, с совершеннейшим почтением и глубокою преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. Проф. Александр Лавров.

6 сентября 1872.

С.-Петербург. Новый Переулок. Д. 3, кв. 3.

Письмо 36.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтенейший Отец Ректор!

Имею честь поздравить Ваше Высокопреподобие с праздником Академии197. Матерь Божия, честным своим покровом покрывающая Академию, да покрыет и Вас и приосенит своим ходатайством и заступлением.

Во исполнение приказания Вашего Высокопреподобия, имею честь представить на благорассмотрение Вашего Высокопреподобия следующие темы для кандидатских рассуждений:

1) Критическое обозрение свидетельств о церковном суде, содержащихся в Священном Писании Нового Завета, в церковных правилах и практике и в законах греко-римских императоров до Юстиниана включительно. (Задача – а) привести подлинный текст источника, б) объяснить его и в) извлечь содержащиеся в нем канонические положения. С Г.Толгским я говорил об этом предмете).

2) Понятие о терпимости, индифферентизме и фанатизме на основании церк. правил и государств. законов. (Митрополит Исидор, когда мы были у него с Иваном Николаевичем 26 сент., говорил, что ему очень хотелось бы разъяснения этих понятий. – Указать путь и пособия для этого дела, если бы кто взялся за него, я покорнейше прошу Ваше Высокопреподобие. Писал об этом блаженной памяти Иван Николаевич Доброумов. Курсовое рассуждение Евгения Евстигнеевича также подходит сюда. Покойного Преосвящ. Иоанна198 статьи о свободе совести также имеют сюда отношение).

Кроме этих тем, ничего пока не приходит в голову. Постараюсь на днях измыслить еще что-нибудь и представить на благорассмотрение Вашего Высокопреподобия.

В делах наших произошла неожиданная катастрофа. Преосвящ. Председатель предложил Комитету следующее мнение.

1) Епарх. архиерей сам не производит суда в своей епархии и непосредственно в нем не участвует, но производит суд чрез своих уполномоченных, которым предоставляет свою судебную власть: – маловажные дела по епархии он судит чрез дух. судей, которые избираются духовенством епархии и утверждаются архиереем и после этого утверждения действуют совершенно от архиерея независимо; более важные дела архиерей судит чрез уполномоченных от него членов окружного духовного суда, избираемых духовенством и утверждаемых архиереем, которые потом действуют совершенно самостоятельно и независимо от архиерея при решении дел.

2) Дух.-окружной суд учреждается на три, четыре и более соседних епархий. Он состоит из членов (уполномоч. от архиереев) и председателя – архиерея викарного, или другого.

3) При окружном суде – прокурор.

Такой благодати не ожидали и не требовали даже наши либералы – киевские. Принята эта благодать, разумеется, с радостию. Прежние работы брошены. Для приготовления нового проекта – особая комиссия из сочувствующих делу светских и духовных лиц.

Таковы наши дела. Мы с Иваном Николаевичем доселе не можем опомниться.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия и молитв, с совершеннейшим почитанием и преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. профессор Александр Лавров.

29 сентября 1872.

С.-Петербург. Новый переулок. Д. 3, кв. 3.

О.Ректор здешней Академии представил диссертацию в Совет рукописную для разрешения о напечатании. Предмет: учение прав. Церкви о совести, свободе и законе (если не ошибаюсь)199. Представил Ловягин200. Представит Коялович (Унию – за новое время201).

37.

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший и Достопочтеннейший Отец Ректор!

Прошу прощения Вашего Высокопреподобия, что так умедлил исполнением Вашего приказания и моего обещания – указать еще темы для кандидатских рассуждений. Некоторые будущие кандидаты на этих днях обращались ко мне с понуждением и с указанием тем, на которые они желали бы писать. Следующие темы, по моему мнению, могут быть предметом кандидатских рассуждений:

1) О способах содержания русского белого духовенства до Петра В. (Пособия: Знаменского – Приходское духовенство на Руси, в Прав. Обозрении 1869 – 70 г.г.; статьи в Прав. Собеседнике; книга Любимова о содержании Русского духовенства; Макарий, Филарет).

2) Об отношении духовенства к светскому суду по Суд. Уставам 1864 г. и последующим узаконениям и толкованиям кассац. Департ. Сената. (Требуется: Изложить сначала отношение духовенства к светскому суду по Своду 1857, затем показать, что введено нового Суд. Уст. 1864 и последующими узаконениями и произнести суждение – к пользе ли духовенства введено то или другое изменение. Пособия: А. Богословского Указатель статей Суд. Уст., относящихся к духовенству; Судебные Уставы, изд. Государств. Канцелярии и Анисимовское, циркулярные указы Св. Синода, печатанные в Епарх. Вед.).

3) Обозрение церковного законодательства в царствование Имп. Николая I. (Тема эта обширна, и едва ли успеет тот, кто возьмется. Кажется, можно ограничиться половиною. Собрание законов. Отчеты Обер-Прокурора).

Этих трех тем, вместе с прежними двумя, мне кажется, довольно, так как можно писать, по прежним примерам, двоим и даже троим на одну тему. Если же это оказалось бы неудобным, то покорнейше прошу Вас, Ваше Высокопреподобие, назначить вместо меня, что признаете удобным.

Комитетские дела двигаются медленно, и ранее Святок меня никак отсюда не отпустят.

Обер-Прокурор возвратится в начале ноября.

Прося себе благословения Вашего Высокопреподобия, с совершеннейшим почитанием и глубочайшею преданностию имею честь быть

Вашего Высокопреподобия

смиренный послушник

э.-о. проф. Александр Лавров202.

16 октября 1872.

С.-Петербург. Новый Переулок Д. 3, кв. 3.

* * *

1

Разумеется комиссия по приведению в порядок и описанию документов и дел архива Св. Синода. Архив Св. Синода представляет собою громадное и драгоценнейшее собрание материалов и главный источник для истории русской Церкви и русского церковного законодательства в синодальный период. Общее количество хранящихся в нем актов доходит до 300 000. Но до образования комиссии архив был мало доступен для ученых исследователей и мало известен. Комиссия возникла по мысли обер-прокурора Св. Синода графа Д.А. Толстого, который испросил на учреждение ее Высочайшее соизволение, последовавшее 6-ого декабря 1865 г., а 14-ого января 1866 г. комиссия уже имела свое первое заседание. При учреждении своем она состояла из девяти членов, под председательством А.Ф. Бычкова. Одновременно с рассмотрением дел, комиссия начала их описание и печатание. Описание это, весьма подробное и полное (некоторые более важные и любопытные документы приведены в приложении в полном виде), принадлежит к лучшим и дает обстоятельное представление о деятельности Св. Синода. В первом томе, вышедшем в 1868 г., описаны: 1) небольшое количество хранящихся в архиве документов XVI, XVII и начала XVIII столетий и 2) дела, начатые производством в Св. Синоде в течении 1721 года. До настоящего времени вышло семь томов Описания (1542 – 1728 г.г.; СПБ., 1868 – 1891) – собственно восемь, но пятый том (1825-й год) не был издан. Описание составляется в хронологическом порядке документов.

2

Говорова, сконч. затворником в Вышинской пустыни Тамбовской еп. в 1894 г.

3

Архиеп. Антоний Павлинский, сконч. в сане архиепископа Владимирского в 1878 г.

4

Епископ Агафангел Соловьев, сконч. в сане архиепископа Волынского в 1876 г.

5

Епископ Христофор Эммаусский, сконч. на покое в 1872 г.

6

Архим. Павел Доброхотов, ныне епископ Олонецкий и Петрозаводский.

7

Миролюбова, впоследствии Донского и Новочеркасского, ныне наход. на покое.

8

С.-Петербургский – высокопреосвящ. Исидор Никольский, сконч. в 1892 г.

9

Рескрипт на имя председателя комитета министров князя Гагарина – о главных началах, которыми должны руководиться министры и главноуправляющие отдельными частями при управлении вверенными им ведомствами. По поводу этого рескрипта Св. Синод издал от 15 июля того же 1866 г. епархиальным преосвященным циркулярный указ, в котором поставил на вид духовенству, что оно в особенности должно послужить осуществлению священной воли Государя Императора. Духовенству в этом указе дается целый ряд предписаний относительно твердого и неуклонного исполнения своих обязанностей и охранения во всей чистоте христианского учения и утверждения его в умах юношей, а епархиальным преосвященным поручается в особеннности наблюдение за воспитанием и образованием духовного юношества и охранение его от духа вольномыслия и от ненадежных воспитателей.

10

И.И., юрисконсульт при обер-прокуроре Св. Синода, впоследствии сенатор.

11

Кончилось ссылкою обвиняемого, чиновника духовного ведомства И.С. Гаевского, в Сибирь, где он и умер.

12

Правила эти не были введены в действие.

13

Московским – Высокопреосвященным Филаретом (Дроздовым), сконч. в 1867 г.

14

Д.А. Толстой, обер-прокурор Св. Синода с 1865 по 1880 г., впоследствии министр внутренних дел, сконч. в 1889 г.

15

Высокопреосвященный Филарет, митрополит Московский, в доношении своем Св. Синоду от 18 сентября 1865 г., указывал, что в Книге Правил св. Апостол, св. Соборов и св. Отец, изданной от Св. Синода в 1839 г., греческое слово εξαδέλφη, помещенное в 54 правиле VI Вселенского (Трулльского) собора, неправильно переведено словами: дщерь брата своего, тогда как оно должно быть переведено словами: двоюродная сестра (Душеполезное Чтение 1884 г., т.III, стр.120-я). По этому поводу из духовно-учебного управления при Св. Синоде последовало в начале 1866 г. за подписью и.д. товарища обер-прокурора Св. Синода Ю.В. Толстого конференциям Духовных Академий предложение: представить свои заключения – как правильнее перевести по-русски упомянутое слово: племянница или двоюродная сестра? Конференция Московской Духовной Академии поручила представить заключение по этому вопросу А.Ф. Лаврову, как профессору церковного права. А.Ф. не далее, как через 10 дней, представил в конференцию обширную и обстоятельную ученую записку, в которой, на основании юридических и канонических греческих памятников VIII – XIV в.в. и многих других источников, доказывал, что ἐξαδέλφη должно быть переведено словами «двоюродная сестра». Конференция Академии, рассмотрев записку А.Ф. и согласившись с выраженным им мнением, представила эту записку со своим заключением Высокопреосвященному Филарету, который точно так же вполне согласился с мнением А.Ф., а затем представила все это дело обер-прокурору Св. Синода гр. Д.А. Толстому. Следствием же всего этого было изменение, начиная с 1866 г., в Книге Правил текста перевода 54 правила VI Вселенского собора, и слова «с дщерию брата своего» были заменены выражением «со своею двоюродною сестрою». (См. сообщение И.Н. Корсунского: «Одно из неизданных исследований в Бозе почившего архиепископа Алексия в области церковного права» в «Прибавлении к Творениям св. Отец» 1891 г. ч. 47 и отдельно).

16

Их Величеств – В.Б. Бажанов, сконч. в 1883 г.

17

Так как преосвященный Алексий в своих письмах к А.В. Горскому неоднократно упоминает о комитетах по преобразованию духовно-учебных заведений в 1867 – 1869 г.г., то будет не лишним сказать здесь несколько слов об обстоятельствах этого преобразования. Еще в 1860 г. был образован в Петербурге комитет по преобразованию духовных семинарий, под председательством преосвященного Димитрия, архиепископа Херсонского. Когда (в 1862 г.) комитет этот окончил свои занятия и труды его были отпечатаны, Св. Синод поручил епархиальным преосвященным рассмотреть составленные комитетом положения – лично и через комитеты из известных им своею педагогическою опытностью лиц, между прочим и начальников и наставников духовно-учебных заведений, с правом представления отдельных мнений. В марте 1866 г., вследствие всеподданнейшего доклада нового обер-прокурора Св. Синода гр. Д.А. Толстого 1) о настоятельной необходимости увеличения крайне скудных окладов жалованья лицам, служащим при духовно-учебных заведениях, до сравнения их со светскими, и недостаточности суммы на содержание воспитанников и 2) о крайне неудовлетворительном состоянии духовно-учебных заведений и о необходимости составить комитет для преобразования их, последовали Высочайшие повеления: 1) о назначении духовно-учебным заведениям ежегодного пособия из государственного казначейства в размере 1 500 000 рублей и 2) об учреждении, под председательством Высокопреосвященного митрополита Киевского Арсения, комитета для составления проекта преобразования духовно-учебных заведений, причем для руководства комитету был составлен и напечатан подробный свод мнений епархиальных комитетов. Вскоре, за отбытием Высокопреосвященного Арсения в епархию, председательство в комитете было поручено Нектарию, епископу Нижегородскому. К концу 1866 г., как и предполагалось при учреждении комитета, проект уставов духовных семинарий и училищ был составлен комитетом, представлен на рассмотрение Св. Синода и им одобрен, а 14 мая 1867 г. удостоился и Высочайшего утверждения. По распоряжению Св. Синода от 27 мая, постепенное преобразование духовных семинарий и училищ по новым уставам и штатам началось с августа того же 1867 г. Так как новым уставом давалось более самостоятельности учебно-педагогической деятельности семинарий под ведением местных преосвященных и значение Академий по отношению к семинариям ослаблялось, то очевидна была необходимость какого-либо нового особого учреждения, которое ведало бы важнейшими учебно-педагогическими вопросами. Таким учреждением и явился духовно-учебный комитет при Св. Синоде, открытый тем же Высочайшим указом 14 мая 1867 г., взамен существовавшего ранее (с 1839 г.) духовно-учебного управления. Первым председателем учебного комитета был прот. И.В. Васильев, ранее бывший настоятелем русской церкви в Париже, а открытие комитета совершилось 20 июля того же 1867 г. В том же 1867 г. начались рабоаты и по пересмотру уставов Духовных Академий. 24 января этого года обер-прокурор Св. Синода гр. Д.А. Толстой предложил конференциям Духовных Академий представить свои соображения по этому предмету. Соображения эти были представлены Д.А. Толстому Академиями в марте, апреле и мае. В январе 1868 г., с Высочайшего соизволения, был учрежден, под председательством присутствовавшего в Св. Синоде архиепископа Нектария, комитет для пересмотра по этим представлениям устава Духовных Академий. К Пасхе комитет закончил свои занятия, в мае 1869 г. проект устава рассмотрен был Св. Синодом, а 30 мая того же 1869 г. последовало и Высочайшее его утверждение.

18

Московской Духовной Академии – архим. Михаила Лузина (впоследствии епископа Курского), члена комитета 1866 г. по преобразованию духовно-учебных заведений.

19

Т.е. Обретение мощей Преп. Сергия Радонежского – 5 июля.

20

П.Ф. Комаров – кандидат Московской Духовной Академии 25-го курса (1866 г.); был бакалавром С.‑Петербургской Духовной Академии по нравственному и пастырскому Богословию, вышел в отставку при введении нового устава в 1869 г., потом был библиотекарем С.‑Петербургской Академии.

21

Раева, епископа Ладожского (ныне Высокопреосвящ. митрополит С.‑Петербургский), ревизовавшего С.‑Петербургскую Духовную Академию в 1867 г.

22

Разумеется пятидесятилетний в архиерейском сане юбилей Высокопреосвященного Филарета, Митрополита Московского – 5 августа 1867 г.

23

Прот. И.Л. Янышева – ныне протопресвитера и духовника Их Величеств.

24

Архим. Хрисанфа Ретивцева (магистр 20-ого курса (1856 г.) Московской Духовной Академии), впоследствии епископ Нижегородский, сконч. в 1883 г.

25

И.А., проф. С.‑Петербургской Духовной Академии, впоследствии управляющий контролем при Св. Синоде, сконч. в 1893 г.

26

Н.М., проф. римской словесности в С.‑Петербургском Университете, впоследствии ректор Варшавского Университета, сконч. в 1892 г.

27

К.В., ныне директор С.-Петербургского Филологического Института. Членом Учебного Комитета при Св. Синоде К.В. состоит и доселе.

28

Т.е. член-ревизор духовно-учебных заведений.

29

Обер-секретарь Св. Синода, магистр 20 курса (1856 г.) Московской Духовной Академии, впоследствии директор канцелярии обер-прокурора Св. Синода; сконч. в 1889 г.

30

Е.Н., кандид. 11-ого курса (1838 г. М.Д.А.), впоследствии инспектор Московского Коммерческого училища.

31

Об этом – у Чистовича: «С.-Петербургская Духовная Академия за последние 30 лет (1858 – 1888 г.г.)», С‑Пб., 1889, стр.110–111.

32

Где они действительно и напечатаны – в №№ 143 – 146 за 1867 г. Кроме того, соображения всех четырех конференций напечатаны сполна в «Христианском Чтении» за 1867 г. ч. II.

33

Главного священника армии и флотов, впоследствии протопресвитера Московского Успенского собора, сконч. в 1884 г.

34

Комиссия по приведению в порядок Синодального Архива, кроме «Описания» Архива, тогда же занялась выбором из описываемых дел материалов для другого издания – «Полного собрания постановлений и распоряжений по Ведомству Православного Исповедания в России», куда вошли акты и документы и из некоторых других архивов. Издание это стало выходить в свет одновременно с «Описанием». До настоящего времени его вышло семь томов – с 1721 по 1732 г. (С-Пб., 1868 – 1890).

35

В С.-Петербурге при Св. Синоде в 1866 г. был учрежден, под председательством преосвящ. Филофея (Успенского), архиепископа Тверского (впоследствии митрополита Киевского, сконч. в 1882 г.), временный комитет для применения судебных уставов 20 ноября 1864 г. к церковному управлению и суду. Подробнее об этом – ниже.

36

14 мая 1867 г., по представлению обер-прокурора Св. Синода (гр. Д.А. Толстого), Высочайше предоставлено Духовным Академиям право выписывать из-за границы книги и периодические издания ученого содержания без предварительного цензурного решения – на тех же основаниях, на которых это право даровано Академиям Наук и университетам.

37

Разумеется отмена Высочайше утвержденного положения 12 августа 1823 г., которым дозволялось: а) на места престарелых или умерших священно-церковнослужителей определять, преимущественно пред другими, детей их или родственников, а также и посторонних, с обязательством содержать уволенных за штат или вдов и сирот; б) зачислять за сиротами духовных лиц места, оставляемые, за несовершеннолетием их, на некоторое время не замещенными, и в) служащим причтам обязательно выделять часть из доходов и церковной земли на содержание состоящих при церквах вдов и сирот. Так как меры эти в течение сорока трех лет своего существования породили много весьма важных неудобств и существенных затруднений и возбуждали, кроме того, постоянные пререкания и тяжбы между призреваемыми и церковными причтами, а с другой стороны – в последнее время духовенству были назначены пенсии и пособия, то, по представлению Св. Синода, Государственный Совет мнением положил отменить это положение, оставив в силе только принятие сирот на казенное содержание в училищах и определение вдов и сирот женского пола в просвирни при церквах. Это мнение Государственного Совета было Высочайше утверждено 22 мая 1867 г.

38

В.А. – директор Хозяйственного Управления при Св. Синоде, сконч. в 1875 г.

39

Прот. Ф.А. Сергиевскому, ординарному профессору Московской Духовной Академии по нравственному и пастырскому богословию, впоследствии прот. Московского Архангельского собора, сконч. в 1884 г.

40

Предложение это касалось празднования пятидесятилетнего юбилея Высокопреосвященного Филарета, митрополита Московского.

41

Митрополиту Филарету.

42

Лужинский (из униатов), бывший Полоцкий и Витебский. С 1866 г. он находился на покое и был членом Св. Синода. Сконч. в 1879 г.

43

В.И., магистр С.-Петербургской Духовной Академии вып. 1867 г. (27-го курса), впоследствии протоиерей, настоятель русской церкви во Флоренции.

44

Катанский, магистр вып. 1863 г. (25-го курса) С.-Петербургской Духовной Академии, сначала (с 1863 до 1867 г.) бакалавр Московской Духовной Академии, а потом С.-Петербургской, ныне ординарный профессор последней по кафедре Догматического Богословия.

45

Митрополита Филарета.

46

Сергиевского. Н.А. Сергиевский, магистр 20-ого курса (1856 г.) Московской Духовной Академии и первоначально бакалавр ее по библейской истории и греческому языку, был в этом время (в 1867 г.) директором канцелярии обер-прокурора Св. Синода и членом Комитета для составления проекта устава духовно-учебных заведений. Ныне он попечитель Виленского Учебного Округа. В работах упомянутого комитета он принимал деятельное участие и был даже командирован за границу для обозрения тамошних духовно-учебных заведений. Поэтому хотя духовно-учебный комитет и был уже в это время сформирован (впрочем, еще не окончательно), ему поручалась ревизия духовно-учебных заведений и между прочим (в 1867 г.) в Рязанской и Костромской епархиях.

47

Архим. Филарет Филаретов, сконч. в сане епископа Рижского в 1882 г.

48

Митрополиту Филарету – в день пятидесятилетнего юбилей его служения в святительском сане, 5-ого августа 1867 г.

49

Бывший придворный протоиерей, член Св. Синода, сконч. в 1882 г.

50

Тихомиров, в то время епископ Полоцкий, ныне архиепископ Тверской и Кашинский.

51

Архим. Павел Лебедев, сконч. в сане архиепископа Казанского в 1892 г.

52

Поликарпом Радкевичем, который и скончался 29 августа того же года.

53

Иринарх Попов, сконч. в 1877 г.

54

Овербек, английский богослов, доктор богословия и философии, автор известного сочинения «Свет с Востока», присоединился к православию в 1871 г.

55

3 июля 1867 г. Высочайше утверждено определение Св. Синода, которым постановлено: «за увеличением, по Высочайше утвержденым 14 мая штатам духовных семинарий и училищ, содержания служащим при сих заведениях лицам, прекратить производство классных по ученым степеням окладов как вновь поступающим на службу лицам, так и состоящим на оной в духовно-учебных заведениях тех епархий, где содержание будет производиться по упомянутым новым штатам. Правило сие распространить и на наставников, имеющих сан священнослужительский». Классные оклады былы введены Высочайше утвержденным 28 апреля 1814 г. положением Комиссии духовных училищ, которым были присвоены оклады: докторам Богословия по 500 руб., магистрам по 350 р. и кандидатам по 250 р. ассинг., с посвящением их в священнослужительский сан; служащим же в духовно-учебных заведениях преподавателям дозволено было выдать эти оклады и прежде посвящения, если они объявят непременное желание вступить в духовное звание.

56

Об этих мерах – в «Православном Обозрении» 1867 г., Известия и заметки, стр. 136 – 138.

57

А.К., магистра 27 курса (1867 г.) С.-Петербургской Духовной Академии, ныне профессор Казанской Духовной Академии.

58

Московскому, Высокопреосвящ. Иннокентию Вениаминову († 1879 г.), находившемуся в то время в Петербурге, для присутствования в Св. Синоде.

59

Рождественский, протоиерей и член Московской духовной консистории († 1894 г.), бывший также, как уже и упомянуто, членом комитета для преобразования духовно-судебной части. Он держался одинаковых с А.Ф. Лавровым взглядов на предполагавшуюся церковно-судебную реформу. А.Ф. постоянно упоминает о нем в своих письмах к А.В. Горскому, называя его то Иваном Николаевичем, то отцом протоиереем.

60

Шестидесятые годы были вообще временем усиленных реформ и преобразований. Отголоски этих реформ не могли не доходить и до духовного ведомства и здесь производили соответствующую реакцию. Так явились: духовно-учебная реформа и проекты реформ духовно-судебной и духовно-цензурной. 6 апреля 1865 г. последовал указ, которым значительно ослаблялись строгость действовавших дотоле цензурных постановлений и устанавливались для печати довольно большие облегчения (главным образом отмена в большинстве случаев предварительной цензуры). Цензурное управление сосредоточивалось в учрежденном при министерстве Внутренних Дел Главном Управлении по делам печати. Следствием этой реформы явилась мысль об облегчении строгости и духовной цензуры. Обер-прокурор Св. Синода гр. Д.А. Толстой во всеподданнейшем отчете по ведомству православного исповедания за 1870 г. весьма определенно развивал мысль, что духовная цензура не может и не должна оставаться в прежнем положении и что устав о духовной цензуре, изданный еще в 1828 г., «во многом требует соответствующих времени и обстоятельствам изменений»; тем более, что по новому (30 ноября 1869 г.) академическому уставу цензура духовных книг, прежде принадлежавшая Академиям, «изъята из ведения высших духовно-учебных установлений как предмет сторонний для их ученой и учебной деятельности». (Извлечение из отчета, СПБ, 1871, стр. 264 – 272). Поэтому и ввиду того, что по Высочайшему повелению 2 ноября 1869 г. была учреждена, под председательством статс-секретаря князя Урусова, новая комиссия для пересмотра действующих постановлений о цензуре и печати, Св. Синод признал «необходимым и благовременным» подвергнуть пересмотру устав духовной цензуры, для чего в январе 1870 г. была составлена особая комиссия из 2-х духовных и 4-х светских лиц духовного ведомства, под председательством архиепископа Литовского Макария, которой поручено было представить Св. Синоду соображения о необходимых изменениях и улучшениях по духовно-цензурной части. Комиссия, рассмотрев все законоположения и распоряжения по духовной цензуре с 1720 г. и сделав обстоятельный разбор устава 1828 г. с указанием его главных недостатков, выработала ряд законоположений, сущность которых сводилась к тому, что «духовная цензура должна основываться на тех же началах, на каких существует или будет существовать цензура светская», а главные пункты состояли в следующем: Освободить от предварительной цензуры, оставив для них только цензуру наблюдательную: а) в обеих столицах: 1) все духовные периодические издания, если издатели сами того пожелают, и 2) за некоторыми исключениями, все духовные сочинения оригинальные, объемом не менее 10 печатных листов, и переводные не менее 20 листов; б) повсеместно: 1) все издания Св. Синода и епархиальных начальств, а также, за некоторыми исключениями, все вообще сочинения священнослужителей духовно-нравственного содержания; 2) все издания духовных Академий и духовных учебных обществ; 3) все издания духовного содержания на древних классических языках и переводы с сих языков, т.е. все вообще творения св. отцев и учителей Церкви и все другие произведения древней богословской литературы. Предварительная цензура оставалась главным образом для сочинений и переводов учительно-руководственного, догматического и литургического характера, а равно и переводов Свящ. Писания на русский язык и толкований на него. Затем, комиссия проектировала уничтожение духовной цензуры как отдельного учреждения и соединение духовной и светской цензуры в одну общую, с тем, чтобы в составе не только цензурных комитетов, но и Главного Управления по делам печати находились лица с высшим богословским образованием, избираемые и утверждаемые с согласия Св. Синода. Занятия комиссии были окончены в мае 1870 г., и выработанные ею предложения были рассмотрены и одобрены Св. Синодом, а затем, по Высочайшему повелению 21 декабря того же года, переданы на рассмотрение комиссии кн. Урусова, с назначением в эту комиссию члена от Св. Синода. Но духовно-цензурная реформа, как и духовно-судебная, осуществлена не была.

61

Новый устав введен был в Петербургской и Киевской Академиях в 1869 г., а в Московской и Казанской в 1870 г.

62

Здесь разумеется А.Н. Кудрявцев, магистр ХХV курса (вып. 1866 г.) Московской Духовной Академии, в то время диакон посольской церкви в Вене, а впоследствии (с 1873 г.) профессор Богословия в Новороссийском Университете и протоиерей († в 1888 г.). По состоявшемуся в 1863 г. распоряжению Св. Синода курсовые (магистерские или кандидатские) сочинения студентов Академий, по прочтении их наставниками предметов, по которым писались сочинения, пересматривались после этого еще двумя членами конференции и, кроме того, в общем собрании конференции под председательством епархиального архиерея, после чего присуждалась студенту ученая степень. Затем все дело, с отзывами о сочинении, но без приложения самого сочинения, посылалось на окончательное утверждение в Св. Синод. При рассмотрении сочинения Кудрявцева («Рассмотрение Евангелия от Иоанна может ли подтвердить свидетельство древности, что Иоанн писал свое Евангелие, уже имея в виду другие Евангелия?») вышло разногласие в оценке сочинения между рецензентами, именно: между первоначально читавшим сочинение архим. Михаилом и прот. Ф.А. Сергиевским, причем А.В. Горский защищал Кудрявцева. Вследствие этого разногласия, Св. Синод от 31 января 1869 г. вытребовал из конференции и самое сочинение Кудрявцева, а присуждение ему ученой степени (магистра) было отложено до рассмотрения сочинения Учебным Комитетом. Учебный Комитет, рассмотрев сочинение Кудрявцева, нашел его недостаточным для получения ученой степени и потребовал исправления сочинения. Кудрявцев впоследствии исправил сочинение и был удостоен степени магистра Богословия.

63

Лузина, инспектора Академии, в южные губернии России для лечения, до 9-ого сентября 1870 г.

64

Т.е. московские члены комитета: А.Ф. Лавров и прот. И.Н. Рождественский.

65

Т.е. в Сергиев Посад.

66

Введение нового устава (30 ноября 1869 г.) значительно оживило академическую жизнь и вызвало немало вопросов, чаяний и ожиданий, к числу которых относится в Московской Духовной Академии и вопрос о перемещении ее из Сергиева посада в Москву. Еще в 1867 г., когда конференция М.Д.Академии вырабатывала по предложению обер-прокурора Св. Синода свои соображения по поводу введения нового устава, одним из членов ее было представлено особое мнение о переводе Академии в Москву, но мнение это, как касавшееся только одной Академии, было тогда оставлено без внимания. В 1869 г. вопрос этот оживился и вызвал некоторый обмен мнений и даже полемику и породил немало ожиданий, которым, однако, не суждено было сбыться. Некоторые профессора Академии писали в защиту перенесения Академии в Москву весьма интересные статьи в «Православном Обозрении» 1869 г. и некоторых газетах. Но вопросу этому, как и некоторым другим вопросам, поднимавшимся в то время, не суждено было получить разрешения.

67

Проект об учреждении православной Духовной Академии в Вильне действительно был. В 1864 г. гр. Муравьев представил всеподданнейшую записку об учреждении в Вильне высшего духовного училища, в виде добавочных классов к семинариям, с допущением в него светских учеников. Обер-Прокурор А.П. Ахматов препроводил эту записку вместе с постановлением Западного Комитета митрополиту Московскому Филарету, который, рассмотрев проект, отнесся к нему отрицательно. (См. Собрание мнений и отзывов митр. Филарета по ученым и церковно-государственным вопросам, т. V, ч. 2-я, № 763, стр. 613 – 614).

68

Высочайше утвержденным 10 (22 июня) 1870 г. докладом Св. Синода в бывших российских владениях в Северной Америке, в Сан-Франциско, учреждена самостоятельная архиерейская кафедра, взамен существовавшего при Камчатской епархии викариатства для управления православными церквами и миссиями в Новоархангельске, Кадьяке, на Аляске и на островах Алеутских, и с наименованием епископа этой кафедры Алеутским и Аляскинским. Первым епископом новоучрежденной кафедры был назначен исправлявший (за болезнью архим. Михаила) должность инспектора Московской Духовной Академии профессор ее архим. Иоанн Митропольский, ныне епископ Аксайский, викарий Донской епархии.

69

Беринг, профессор римско-католической семинарии в Балтиморе, в Северо-Американских Штатах, во время Ватиканского собора 1870 г., провозгласившего непогрешимость папы, отрекся от католицизма, адресовав папе Пию IX письмо с изложением причин своего отречения, и присоединился со всем своим семейством к православной Церкви – 3 мая 1870 г. Согласно выраженному им желанию, он был рукоположен во священника во вновь устроенной в Нью-Йорке православной русской церкви.

70

Архиепископ Алексий Ржаницын, впоследствии – Тверской, † в 1877 году.

71

Членов комитета – протоиереев Лебединцева и Фаворова.

72

Здесь разумеется кафедра естественно-научной апологетики в Московской Духовной Академии, занимаемая до настоящего времени профессором Д.Ф. Голубинским. Уставом 1869 г. кафедры физико-математических наук, занимаемые в Московской Духовной Академии до введения устава ордин. проф. Д.Ф. Голубинским и бакалавром свящ. Н.Фортинским, исключены из числа академических. Но Д.Ф. Голубинский заявил желание все-таки преподавать какой-либо предмет, более или менее близкий к кругу наук естественных и в то же время имеющий близкое отношение к наукам богословским. Совет Академии, сочувствуя этому заявлению и принимая во внимание, что высшею целью образования всех воспитанников духовных Академий должна быть проповедь и защита христианского учения, и что в настоящее время главным источником, из которого возникают возражения против христианского учения, служит превратное разумение фактов, открываемых естественными науками, пришел к заключению, что для воспитанников Академий, ввиду высшей цели их образования, есть настоятельная нужда в таком знакомстве с естественными науками, которое давало бы им возможность успешно пользоваться естественнонаучными открытиями как для утверждения истин христианской религии, так и для опровержения всяких ложных и вредных учений, ищущих себе опоры в тех открытиях... Поэтому Совет Академии постановил ходатайствовать пред Св. Синодом: ввести в круг предметов академического преподавания естественно-научную апологетику, предоставив изучение этого предмета свободному избранию студентов всех отделений и назначив для преподавания его часы, свободные от обязательных уроков; наставнику этого предмета дать содержание и права экстра-ординарного профессора, а для содержания наставника просить Высокопреосвящ. Иннокентия об ассигновании из сбережений Московской кафедры по две тысячи рублей ежегодно; наставником же этой науки, с правами экстра-ордин. профессора Академии, утвердить ординарн. профессора физико-математич. наук Д.Ф. Голубинского. Высокопреосвященный Иннокентий утвердил это представление и согласился давать на содержание наставника вновь вводимой науки по две тысячи рублей ежегодно, но Учебный Комитет при Св. Синоде в своем заключении подверг критике академическое представление. «Предполагаемая наука», говорилось между прочим в заключении, «будет заимствовать содержание для себя из всех естественных наук, как то: физики, антропологии, физиологии, химии, астрономии, естественной истории, палеонтологии и прочих, избирая из них только те пункты, которые имеют какое-либо отношение к христианству; причем главная задача ее будет состоять не в научном исследовании или научной передаче этого содержания, а в критической проверке его относительно христианства, иными словами говоря – в направлении приемов и выводов естествознания сообразно с христианскою истиною. Рассматривая предполагаемую науку в такой ее постановке, нельзя иначе представить ее, как космосом, т.е. совокуплением всех естественных наук в одну, построяемую в интересах христианства. Научный «Космос» Гумбольдта показал, что по крайней мере возможно основательное, в полной мере научное, совокупление общих выводов естествознания в одну науку, в одно построение или в одну картину. Но это возможно только при специальном знакомстве с каждою естественною наукою в отдельности и со всеми в совокупности. Есть ли для этого достаточные силы в данном случае, в этом можно сомневаться, так как Совет Академии, ввиду трудности вообще иметь когда-нибудь такого многоученого преподавателя ... заявляет очень скромные требования, говоря, что «для этого совершенно достаточно опытного наставника, хотя и не специалиста в этих науках, но непременно специалиста в математике». Математика все-таки есть математика, формальная наука, и не есть ни физика, ни антропология, ни астрономия или какая другая естественная наука, и знание ее, хотя бы самое глубокое, еще не дает магического ключа ко всей широкой области естествознания». – В частности, относительно Д.Ф. Голубинского было замечено, что для него было бы обидным низведение из ординарного в экстраординарные профессоры. Поэтому только из уважения к дару Высокопреосвященного Иннокентия и имея в виду 115 параграф академического устава, по которому, с разрешения Св. Синода, по усмотрению нужды, могут быть вводимы новые предметы сверх поименованных, а также вообще делаемые изменения в учебной части Академии – Учебный Комитет полагал бы возможным разрешить Совету Московской Академии допущение приватным образом, для желающих студентов, чтений или бесед по естественно-научной апологетике, с предоставлением их профессору Голубинскому и с вознаграждением его за эти чтения из епархиальных сумм. Св. Синод утвердил заключение Учебного Комитета. (Подробнее об этом – в Журналах Совета Московской Духовной Академии 21 июня и 30 октября 1870 г.).

73

Магистр XXIV курса (вып. 1864 г.), в то время законоучитель Виленского Девичьего Института. Ректором Литовской (Виленской) духовной семинарии был сделан все-таки не он, а доцент Киевской Духовной Академии, архим. Августин Гуляницкий, автор учебника по Основному Богословию, † в сане епископа Екатеринославского в 1892 г.

74

Покровская Академическая церковь была устроена в 1869 г. и освящена в начале 1870 г.

75

Ржаницын, архиепископ Рязанский.

76

И.В., профессора С.-Петербургской Духовной Академии, защищавшего 27 сентября 1870 г. свою диссертацию на степень доктора Богословия «О древних символах православной церкви», † в 1878 г.

77

По желанию Преосвященного Иоанна, епископа Аксайского (бывшего Алеутского и Аляскинского), редакция считает долгом сделать поправку к известию, сообщаемому в письме А.Ф. Лаврова от 27 сентября 1870 г. В письме говорится, будто церковь, которую снабдили Преосв. Иоанна, он оставил в Англии, потому что денег на перевозку не ассигновано, а даром англичане не везут. Преосвященный теперь заявляет: «это неправда: церковь была привезена мною в Нью-Йорк в исправности; недостатка в деньгах на ее перевозку не было.» – Ред.

78

П.В., магистра XXI курса (вып. 1858 г.) Московской Духовной Академии, в то время чиновника канцелярии обер-прокурора Св. Синода, впоследствии начальника отделения канцелярии.

79

В прежнее время отчеты ревизоров духовно-учебных заведений издавались отдельными книжками, иногда довольно толстыми, и рассылались по семинариям. В последнее время, после введения новейшего (20 апреля 1884 г.) академического устава, печатание ревизорских отчетов отдельными книжками прекратилось; вместо этого издаются циркуляры по духовно-учебному ведомству, где указываются, без поименования заведений, важнейшие недостатки и похвальные стороны, замеченные ревизорами в духовно-учебных заведениях.

80

Новым уставом учреждены были в Академиях новые кафедры. К 9-му сентября 1870 г. в Московской Духовной Академии были четыре свободных кафедры: по Свящ.Писанию, по Основному Богословию, по древней церковной истории и по библейской истории.

81

Такого преподавателя в Московской Духовной Академии никогда не было. Вероятно, здесь говорится о каком-либо кандидате на какую-нибудь из вакантных преподавательских кафедр в Академии.

82

Голубинского. См. предыдущ. письмо.

83

См. примеч. 78.

84

Миссионерское отделение при Казанской Духовной Академии имеет свою историю. Еще в 1842 г. указом Св. Синода было постановлено преподавать в Академии, сверх общих предметов академического образования, еще предметы миссионерские, а в 1854 г., по мысли и настоянию преосвящ. Григория, изучение миссионерских предметов было выделено в особое миссионерское отделение. Так продолжалось до введения нового устава 1869 г., в котором не было упомянуто о существовании миссионерского отделения при Казанской Академии. Только вследствие усиленного ходатайства Академии и преосвящ. Антония, Св. Синод в 1870 г. допустил преподавание миссионерских предметов в Академии приватным образом. Зато новейшим академическим уставом 1884 г. существование миссионерского отделения при Академии окончательно упрочено, и отделение разделено на два отдела – татарский и монгольский; а в 1889 г., по ходатайству преосвящ. Павла, при отделении открыты и миссионерские курсы.

85

Лузина, инспектора Академии – относительно его отказа по болезни от должности инспектора.

86

Именно: Н.А. Елеонском – на Свящ. Писание, И.Д. Петропавловском – на Основное Богословие, А.П. Лебедеве – на древнюю церковную историю и А.П. Смирнове – на библейскую историю.

87

Амфитеатров, ординарный профессор Академии по кафедре всеобщей словесности († в 1888 г.), с 1842 г. и до введения нового (1869 г.) академического устава состоявший секретарем Академии.

88

И.Ф., профессора С.-Петербургской Академии по кафедре истории и обличения раскола († в 1894 г.), защищавшего 25 октября 1870 г. свою диссертацию на степень доктора Богословия «Семейная жизнь в расколе – очерк раскольнического учения о браке».

89

М.О., профессор по кафедре гражданской русской истории в С.-Петербургской Академии, † в 1891 г.

90

«О церковном благословении и венчании брака (против новоженов)», в «Прибавлениях к Творениям св. отцев» за 1858 г. ч. XVII. Статья эта принадлежит С.К. Смирнову.

91

Высокопреосвящ. Иннокентий, митрополит Московский.

92

Смирнов, в то время ординарный профессор Академии по греческому языку (впоследствии ректор ее, † в 1889 г.), избранный Советом Академии в инспекторы Академии, на место архим. Михаила, отказавшегося от этой должности по болезни.

93

Здесь идет речь о возобновлении перевода Свящ. Писания на русский язык, предпринятом по мысли и усилиями Московского Митрополита Филарета. 5 мая 1858 г. последовало Высочайшее соизволение на определение Св. Синода от 20 марта 1858 г. приступить к новому переводу на русский язык книг Священного Писания. 19 мая того же года Св. Синод постановил немедленно приступить к делу перевода, начиная с книг Нового Завета. Труд перевода распределен был между всеми четырьмя Духовными Академиями под наблюдением митрополитов С.-Петербургского, Московского и Киевского и архиепископа Казанского. По мере представления перевода в Св. Синод, он рассматривался членами Св. Синода – сначала каждым отдельно, на дому, а затем в общем собрании Св. Синода, еженедельно, в один из трех присутственных дней, который посвящался исключительно этому одному делу. При жизни митрополита Филарета перевод после этого был посылаем к нему в Москву, и его замечания снова обсуждались в Св. Синоде. В 1862 г. перевод книг Нового Завета был окончен. Еще ранее этого (в 1860 г.) С.-Петербургская Духовная Академия предприняла перевод на русский язык книг Ветхого Завета, для чего при Академии был учрежден комитет, в котором главным деятелем был профессор еврейского языка в Университете и Академии Д.А. Хвольсон. Перевод производился с еврейского языка с помощью греческого текста и печатался в «Христианском чтении» с 1861 по 1869 г. Независимо от этого, переводы отдельных книг Ветхого Завета печатались и в других духовных журналах: в «Трудах Киевской Духовной Академии» (перевод Гуляева), в «Православном Обозрении» (перевод архим. Макария) и в «Духе Христианина» (перевод Павского); кроме того в Вятке в 1860 г. появилась отдельным изданием Книга Иова с обширными примечаниями, а в Петербурге в 1859 г. Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова с краткими примечаниями. Но все эти переводы имели все-таки частный характер. В 1867 г. приступил к изданию Библии на русском языке Св. Синод. В основание перевода положен был перевод С.-Петербургской Академии, напечатанный в «Христианском Чтении» и пресмотренный прочими Академиями. Продолжение перевода поручено было прежнему С.-Петербургскому академическому комитету с преимущественным участием Д.А. Хвольсона, под редакцией и с наблюдением за печатанием члена Св. Синода протопресвитера В.Б. Бажанова. Перевод рассматривался Св. Синодом под председательством С.-Петербургского митрополита Исидора. Первая часть русской Библии – Пятикнижие Моисея – появилась в свет в 1868 г., за нею следовали одна за другою остальные три части, и в 1875 г. печатание Библии было окончено. В 1876 г. появилась, наконец, полная русская Библия в одном томе, изданная «по благословению Св. Синода».

94

Рукописи эти, в количестве 236, принадлежали прежде Иосифо-Волоколамскому монастырю и были переданы в библиотеку Московской Духовной Академии в 1859 г., по представлению А.В. Горского, тогда еще профессора и библиотекаря Академии, и с разрешения митрополита Филарета.

95

Рукописное. Печатное Описание этих рукописей, составленное иеромонахом Иосифом, издано в свет уже в 1881 г.

96

Архим. Никанор Бровкович, скончавшийся в сане архиепископа Херсонского в 1890 г.

97

Относительно студентов, которые, сдав устный экзамен по предметам академического учения, не представляли курсовых сочинений и которых ко времени введения в действие нового устава оставалось очень много, Св. Синод указом от 6 октября 1869 г. постановил, что Академические Советы должны выдавать таковым студентам, при выпуске их из Академии, удостоверительные свидетельства о выслушании ими предметов академического учения и поведении их, с тем, чтобы в таковых свидетельствах было обозначаемо, что по успехам в науках и поведению предъявителей не встречается препятствий к допущению их на наставнические должности на предписанных для сего основаниях, и что предъявители не могли быть удостоены ученой академической степени по непредставлению курсовых сочинений; аттестаты же с обозначением успехов в науках и поведения, на точном основании Высочайше утвержденного 30 августа 1814 г. устава Духовных Академий, выдавать таковым воспитанникам, подобно прочим, только по утверждении их в учебных степенях. В то же время, чтобы побудить таковых лиц к скорейшему исполнению этой их обязанности, Св. Синод указом от 13 октября того же года поручил епархиальным начальствам объявить таковым, что не исполнившие этого до 15 августа 1870 г. должны подлежать перемещению из семинарий на учительские места в духовные училища для выслуги обязательного 4-летнего срока за воспитание в Академии. Епархиальным преосвященным поручено было, по истечении означенного времени, озаботиться непременным приведением такой меры в безотлагательное исполнение.

98

Рукопись Волоколамской библиотеки № 490-й (135-й по Описанию иером. Иосифа) – сборник из трех рукописей XVI в., в лист, на 421 лист.

99

Издававшийся Московской Духовной Академией журнал «Прибавления к Творениям св. отцев», основанный в 1843 г., прекращался два раза: с 1865 до 1870 г. и с 1873 до 1879 г.; окончательно прекратился в 1891 году и заменен издающимся теперь «Богословским Вестником».

100

Об этом адресе А.В. Никитенко в своем дневнике под 4-м декабря 1870 г. записал: «Что это за адрес? Москва или Московская Дума просит в нем о свободе печати, свободе совести и церкви». (Никитенко. Записки и Дневник, т. 3-й (СПБ., 1893), стр. 252-я.

101

В.П., магистр XIII курса (вып. 1842 г.) Московской Духовной Академии, ранее посольский священник в Париже и Берлине, а в то время протоиерей, профессор Богословия в Петербургском Университете и настоятель Петропавловского собора. В 1871 г. он оставил службу при Университете и соборе и служил в Исакиевском соборе до 1874 г., в котором по болезни оставил службу. Скончался в 1878 г. Славился как знаменитый проповедник-импровизатор.

102

Здесь, очевидно, была допущена игра слов, так как речь шла об осаде Парижа пруссаками.

103

Правила эти («меры к замещению наставнических должностей в семинарии воспитанниками духовных академий») – в «Извлечении из всеподданнейшего отчета обер-прокурора Св. Синода гр. Д.А. Толстого по ведомству православного исповедания за 1871 г.» (СПБ., 1872), стр. 130 – 131.

104

Введение нового устава (1869 г.) перестраивало академическую жизнь снизу доверху, и применение устава на практике порождало немало вопросов и недоумений. К числу наиболее сложных вопросов относился и вопрос о назначении на службу воспитанников Духовных Академий, вызывавший неоднократные указы и разъяснения Св. Синода. По уставу семинарий 1867 г. определение преподавателей предоставлено было епархиальным преосвященным, по представлениям правлений, основанным на предварительном испытании ищущего преподавательской должности посредством трех пробных уроков; а при неимении правлением в виду лиц, желающих занять кафедру – по сношению с академическими конференциями. В августе того же года правлениям семинарий поставлено было в обязанность доставлять не позже 15 мая в одну из Академий по своему усмотрению сведения о вакантных наставнических местах, на которые они не имеют собственных кандидатов и предоставляют испытание и назначение их конференции Академии. Определенных таким порядком преосвященные и правления должны были принимать без повторения испытаний.

105

И.А. Ненарокомов.

106

Ординарный академик Академии Наук, знаменитый славист и палеограф, † в 1880 г.

107

После Рождественских каникул, на которые А.Ф. уезжал в Сергиевский посад.

108

Ныне ординарный профессор Академии по кафедре латинского языка.

109

См. примечание к письму 12-му. И.Д. Петропавловский был сделан только приват-доцентом потому, что его магистерское сочинение еще не было окончено. Н.А. Елеонский ныне состоит профессором Богословия в Московском Университете, И.Д. Петропавловский протоиереем в Москве. А.И. Лебедев и А.П. Смирнов занимают те же кафедры, на которые и были избраны – первый в звании ординарного, второй экстраординарного профессора.

110

Так как новым (1869 г.) академическим уставом преподавание математических наук в академиях уничтожалось и существовавший при Московской Духовной Академии физический кабинет должен был таким образом остаться без употребления, то Св. Синод постановил было передать этот кабинет в Московскую духовную семинарию, из которой как раз в это время поступило в Св. Синод представление о пополнении имеющегося в ней физического кабинета. Но так как Советом Московской Духовной Академии в это время уже было возбуждено пред Св. Синодом ходатайство об открытии в ней кафедры естественно-научной апологетики, при преподавании которой, конечно, оказывался нужным и физический кабинет, то Совет Академии решил помедлить передачею кабинета в семинарию до тех пор, пока не сделается известным результат ходатайства об открытии новой кафедры. И так как результат этот оказался все-таки благоприятным для Академии и ходатайство Совета об открытии в ней новой кафедры было, хотя и в измененном виде, утверждено, то и физический кабинет остался, с разрешения Св. Синода, при Академии, и только часть инструментов была из него передана в Московскую и Вифанскую семинарии. Подробнее об этом – в Протоколах Совета Академии 1870 г. стр. 45, 143 – 144, 180 – 183; 1871 г. стр. 46 – 47, 213 – 214.

111

Т.е. пожертвованию высокопреосвященным митрополитом Московским Иннокентием из средств Московской кафедры 2000 р. ежегодно, на жалованье преподавателю естественно-научной апологетики. См. примечание к письму 9-му.

112

При канцелярии Св. Синода имелось большое собрание древних икон (более тысячи) и старопечатных богослужебных книг, большею частью отобранных у раскольников и предназначенных для раздачи тем учреждениям, которые о том будут просить. А.Ф., узнав об этом в Петербурге еще в 1870 г., сообщил об этом во время рождественских каникул А.В. Горскому, который и решил ходатайствовать об уступке части этих икон и книг для учреждаемого тогда при Академии, по мысли того же А.В. Горского, церковно-археологического музея и для академической библиотеки. Получив на это согласие обер-прокурора гр. Д.А. Толстого, А.В. поручил сделать выбор икон и книг А.Ф. Лаврову. А.Ф., по совету художника Д.М. Струкова, отбиравшего из этого же собрания иконы для Московского Общества любителей духовного просвещения, обратился за помощью к киевскому иеродиакону Алипию, «хорошему живописцу», и, при его содействии, отобрал для академического музея 70 икон, а также 196 №№ старопечатных книг для библиотеки. Списки тех и других А.Ф. тотчас же отослал А.В. Горскому, который, после тщательного их рассмотрения, 11-го марта 1871 года представил их на благоусмотрение обер-прокурора Д.А. Толстого с ходатайством об отпуске поименованных в этих списках икон и книг в собственность Академии. И это ходатайство было уважено, хотя из 196 №№ старопечатных книг, отобранных для академической библиотеки А.Ф. Лавровым, было отпущено для Академии только 153. Совет Академии, приняв с глубочайшею признательностью этот дар Св. Синода, поручил тому же А.Ф. Лаврову принять из синодальной канцелярии означенные иконы и книги и переслать их в Академию. В середине октября 1871 г. иконы и книги были уже получены в Академии. Книги были сданы в академическую библиотеку, где и хранятся доселе под названием «Дублетов библиотеки Св. Синода»; туда же поступили и иконы, так как церковно-археологический музей Московской Духовной Академии до последнего времени не имел особого помещения и находился в академической библиотеке. Только в 1892 году, когда для этого музея было отведено особое помещение, были перенесены туда и иконы. Подробнее об этом – в ст. А.П. Голубцова: «Церковно-археологический музей при Московской Духовной Академии» («Богословский Вестник» 1895 г., апрель, стр. 124 – 128) и в Протоколах Совета Акад. 1871 г. стр. 150 – 151 и 210.

113

Бычкова, ныне директора Императорской Публичной Библиотеки и ординарного академика Академии Наук.

114

Уставом 1869 г. постановлено было ввести в число преподаваемых в академиях предметов русский язык и славянские наречия. Так как академии не могли иметь своих кандидатов на эти кафедры, то естественно было ожидать, что замещение их на первых порах встретит затруднения. Так действительно и было в Московской Духовной Академии. К началу 1870/71 учебного года никто не заявил желания занять в ней эту кафедру, да и сама Академия не имела в виду никого достойного занять ее. Поэтому в заседании Совета 9‑го сентября 1870-го года было постановлено объявить конкурс по программе следующего содержания: «желающий занять кафедру русского языка и славянских наречий в Академии обязан представить в Совет к 1-му ноября сего года, кроме диплома на степень доктора или магистра филологических наук по уставу русских университетов, печатное или письменное свое сочинение по предмету, относящемуся к вакантной кафедре, и подробную программу преподавания русского языка и славянских наречий и, сверх того, если не будет известен Совету своими преподавательскими способностями, то, на основании 50 параграфа Устава Духовных Академий, прочесть публично, в присутствии комиссии из профессоров и доцентов церковно-практического отделения, две пробные лекции – одну на тему по собственному избранию, а другую по назначению комиссии». Кроме публичного приглашения чрез газеты, путем напечатания в них условий этого конкурса, Совет, «озабочиваясь приобретением для сей кафедры, новой в духовных академиях, наставника, как по своим познаниям, так и по сообщению их вполне способного поставить преподавание этого предмета надлежащим образом», обращался с предложением этой кафедры чрез А.В. Горского и к некоторым известным ему лицам отдельно. Так А.В. Горский обратился с этим предложением к магистру Ап.Ал.Майкову (ныне гофмейстер Двора), автору обширного исследования: «История сербского языка по памятникам, писанным кириллицею, в связи с историею народа», Москва, 1857, но он отказался. [О нем именно и упоминает А.Ф. Лавров в одном из предыдущих своих писем к А.В. Горскому (примечание к Письму 11-му, см. «Богословский Вестник», июнь). В письме была обозначена полностью и фамилия Майкова, но настолько неразборчиво, что, верно, прочитать ее не представлялось возможности, восстанавливать же ее по догадкам составитель примечаний не счел удобным, вследствие чего фамилия эта была напечатана под точками. Теперь выяснилось, что А.Ф. говорил именно об Ап.Ал. Майкове.] Потом открылась возможность пригласить на эту кафедру профессора этих наречий в Пештском Университете Ференса (о нем именно говорит в настоящем письме А.Ф.), но на предварительное ходатайство об этом А.В. Горского пред обер-прокурором Св. Синода гр. Д.А. Толстым, этот последний письмом от 31 декабря 1870 г. (архив А.В. Горского, отд. I № 3-й, письма гр. Д.А. Толстого) уведомил А.В., что Ференс, как не имеющий степени доктора русского Университета или Духовной Академии, не может быть, по смыслу академического устава, сделан ординарным профессором последней (как просил А.В. Горский). Столь же неудачным было и приглашение на эту кафедру и кандидата Московского Университета М. Дринова (как не имеющий еще степени магистра, он должен был довольствоваться окладом жалованья приват-доцента, но не согласился на это). Таким образом и к концу 1870–1871 учебного года Совет Московской Духовной Академии по-прежнему не имел кандидата на кафедру русского языка и славянских наречий. В виду этого А.В. Горский в заседании Совета 25 июля 1871 г., изложив историю неудачных попыток своих отыскать преподавателя этих наук на стороне, предложил Совету предназначить на эту кафедру перешедшего с отличным успехом на IV курс и состоявшего на учрежденной при Академии ломоносовской стипендии воспитанника Академии Воскресенского (Г.А., занимавшего потом эту кафедру до введения новейшего (1884 года) академического устава (в настоящее время экстра-ординарного профессора Академии по кафедре русского и церковно-славянского языка с палеографией и истории русской литературы), на следующих условиях: освободить Воскресенского от дальнейших занятий в Академии в продолжение IV года академического курса, с тем, чтобы этот год он посвятил специальному изучению славянских наречий в каком-либо из русских университетов, под частным руководством кого-либо из известных ученых преподавателей этих наречий в означенных университетах, и следующие за тем два года посвятил заграничному путешествию для ознакомления с славянскими наречиями из уст самых народов, ими говорящих, с их литературою, учеными преподавателями и их методами. Совет, согласившись с предложением А.В. Горского, постановил ходатайствовать об этом, чрез Высокопреосвященнейшего Иннокентия пред Св. Синодом. Св. Синод, найдя это ходатайство «вполне основательным», утвердил его, с тем лишь изменением, предложенным Учебным Комитетом при Св. Синоде, что для лучшего теоретического изучения славянских наречий (при котором практическое изучение их дается гораздо скорее и легче, тогда как недостаточное теоретическое их изучение не может быть ни заменено ни восполнено практическими занятиями во время путешествия) Воскресенскому удобнее провести два первых года в изучении славянских наречий в одном из русских университетов и лишь один последний год посвятить заграничному путешествию. Г.А. Воскресенский в 1871–72 и 1872–73 учебных годах слушал лекции по славянским наречиям в С.‑Петербургском Университете (с содержанием от Св. Синода по 600 р. в год), а в октябре 1873 г., с Высочайшего соизволения, был командирован для практического изучения славянских наречий за границу, в славянские земли, на полтора года (с содержанием по 1500 р. в год) и уже после этого занял кафедру славянских наречий в Московской Духовной Академии.

115

М.Ф., протоиерей русской посольской церкви в Вене, † в 1884 г., один из видных русских деятелей за границей и посредник в литературных сношениях между русскими и славянскими учеными и писателями.

116

На А.Ф. Лаврова было возложено составление журналов собраний комитета.

117

Для церковно-археологического музея и библиотеки Московской Духовной Академии. См. письмо 16-е, примечания.

118

Ник. Платон., потом помощник начальника архива Св. Синода, ныне заведующий архивом Министерства Народного Просвещения, автор многих исследований по русской истории и истории русской литературы и письменности, между прочим «Жизни и трудов П.М. Строева», «Жизни и трудов М.П. Погодина» (до настоящего времени вышло девять книг, но труд далеко еще не окончен), «Источников русской агиографии» и др. В литературе известны еще и два брата Н.П.: Алекс. Плат., автор «Рода Шереметевых» (доселе вышло шесть томов) и др. исследований и Ив.Плат., автор монографии о митрополите Московском Иннокентии и графе Н.Н. Муравьеве-Амурском. Все трое здравствуют доселе.

119

Толоконникова, почетного блюстителя Академии – орденом Св. Владимира 4-й степени.

120

Толстому.

121

Ненарокомов. См. письмо 2-е, примечания.

122

Т.е. о преобразовании духовной цензуры. См. письмо 7-е, примечания.

123

Митропольском, епископе Алеутском. См. письмо 8-е, примечания.

124

Шокотова, управлявшего Кишеневскою (Бессарабскою) епархиею с 1858 года.

125

М.И., священника и доцента (ныне протоиерея и заслуженного ординарного профессора) С.‑Петербургского Университета по кафедре канонического права, защищавшего 7 марта 1871 года в С.‑Петербургском Университете диссертацию «О земельных владениях всероссийских митрополитов, патриархов и Св. Синода», представленную им для получения степени доктора государственного права.

126

Здесь разумеется статья Н.К. Соколова: «Основные начала судебной реформы в применении их к ведомству духовного суда». Собственно выражений о невежестве и неблагонамеренности в ней нет, и самая статья написана не в полемическом, а в положительном тоне, но смысл ее вообще почти тот, какой придает ей А.Ф.

127

«Церковный Вестник» с приложением «Христианского Чтения» начал издаваться лишь с 1875 года. Первоначально предполагалось дать обоим отделам журнала, еженедельному и ежемесячному, одно общее название: «Христианское Чтение», но Св. Синод нашел такое название не вполне соответствующим своему официальному органу; поэтому еженедельному отделу журнала дано было название «Церковного Вестника». С 1888 года Св. Синод издает свой особый официальный журнал: «Церковные Ведомости».

128

И.А. Чистовича, ординарного профессора С.-Петербургской Духовной Академии по кафедре истории философии и члена Ученого Комитета при Св. Синоде, защищавшего 11 апреля 1871 года диссертацию на степень доктора Богословия: «Древнегреческий мир и христианство по отношению к вопросу о бессмертии и будущей жизни».

129

Граф Д.А. Толстой, обер-прокурор Св. Синода , бывший с 1866 г. также министром народного просвещения.

130

М.Н., редактор-издатель «Московских Ведомостей», известный пулицист и защитник классицизма, † в 1887 г.

131

Архиеп. Макарию Булгакову, впоследствии митрополиту Московскому, † в 1882 г.

132

Архиеп. Димитрию Муретову, † в 1883 г.

133

Архиеп. Агафангелу Соловьеву, † в 1876 г.

134

Епископу Иоанну Петину, † в 1889 г.

135

Еписк. Макарию Миролюбову, † в 1894 г.

136

Еписк. Ионафану Рудневу, ныне архиеписк. Ростовско-Ярославскому.

137

Еписк. Петру Екатериновскому, † в 1889 г.

138

Еписк. Павлу Лебедеву, † в 1892 г.

139

Прот. И.Л. Янышеву.

140

А.М. Бухарев, иначе – архим. Феодор, известный духовный писатель, был магистр XV курса (1846 г.) Московской Духовной Академии. Приняв в 1846 г., пред окончанием курса в Академии, монашество с именем Феодора, он затем последовательно занимал должности бакалавра и экстраординарного профессора по разным предметам в Московской Духовной Академии, где был возведен и в сан архимандрита, а с 1854 г. – ординарного профессора и затем инспектора в Казанской. В 1858 г. он был уволен от академической службы и назначен членом С.-Петербургского комитета для цензуры духовных книг, а в 1861 г. уволен от службы совсем и помещен в число братства Никитского монастыря в гор. Переяславле Владимирской г. Он был человек благочестивый и бескорыстный, но горячий и упорный, склонный притом же к мистицизму. Причины, по которым он решился снять с себя монашеский сан, не вполне выяснены, но поводом к такому поступку послужило для него, как видно из письма его к А.В. Горскому («История Московской Дух. Академии до ее преобразования» С.К. Смирнова, стр. 623 – 631), запрещение печатать писанное им в течение десяти лет толкование на Апокалипсис, наполненное многими странностями. Решившись снять с себя монашеский сан, он, несмотря на убеждения многих, в том числе митрополита Филарета и А.В. Горского, которого глубоко уважал, привел в исполнение свое намерение в 1863 году и сделался мирянином, получив при этом свое мирское имя Александра Матвеевича. В том же 1863 году он женился в Переяславле. Остаток своей жизни он провел в лишениях, но жизнь вел строго-благочестивую и до смерти на оставлял занятий духовно-литературным трудом. О нем между прочим – в «Истории Московской Духовной Академии до ее преобразования» С.К. Смирнова, стр. 463 – 465 и 628 – 632.

141

Епископа Павла Лебедева, скончавшегося в сане архиепископа Казанского в 1892 г.

142

Т.е. всеобщая (всесословная) воинская повинность, введенная у нас в России в 1874 году.

143

Книг и икон, отобранных А.Ф. из собрания Св. Синода, посланный им А.В. Горскому для просмотра.

144

Указом Св. Синода от 13 июня 1869 г. предложено было ординарным профессорам духовных академий, не имеющим степени доктора Богословия, дать подписку в том, что они обязуются в течение трех лет по утверждении нового устава и штата академий непременно представить диссертации или, вместо диссертаций, ученые сочинения по принадлежащим к их науке предметам, для получения степени доктора.

145

Прот. И.В. Васильев, † в 1881 г.

146

В которых новый устав был введен лишь в 1870 году, годом позже, чем в академиях С.-Петербургской и Киевской.

148

Голубинскому, тогда экстраординарному профессору по кафедре русской церковной истории, для заграничной командировки с ученою целью в Грецию и православные славянские земли, на полтора года. Командировка эта была дана ему в мае 1872 года. Подробнее об этом – ниже.

149

М.И., магистра XXIII курса (1862 г.) Московской Духовной Академии, впоследствии, до 1894 года, экстраординарного профессора С.-Петербургской Духовной Академии по кафедре истории философии. Заграничная командировка с ученою целью дана была ему в 1873 году.

150

Богословского, Главного священника армии и флотов (бывшего прежде, до 1865 г., законоучителем в Училище Правоведения), переведенного в Москву, кафедральным протоиереем Архангельского собора, а потом, с 1879 г., протопресвитера Московского Успенского собора, автора известной Священной Истории Ветхого и Нового Завета (за Свящ. Историю Нового Завета он был удостоен степени доктора Богословия), «Курса общего церковного права» и др. сочинений. Скончался в 1884 г.

151

О нем см. письмо 2-е, примечания.

152

Высокопреосвященный Филарет, Митрополит Московский, по случаю совершившегося в 1864 году пятидесятилетия существования Московской Духовной Академии, пожертвовал капитал в 12500 рублей, с тем, чтобы проценты с этого капитала (в размере 640 рублей) ежегодно присуждаемы были как пособие и поощрение одному из наставников Академии и чтобы основанием такого присуждения были преимущественно полезное и нравственное влияние на наставляемых и некратковременная служба («старшинство по полезной и усердной службе»), а также чтобы наставник, получивши однажды эту награду, мог быть удостоен ее снова не ранее, как через шесть лет после получения первой награды. Премия эта существует в Академии и доселе и ежегодно выдается одному из наставников. В заседании Совета Академии 28 ноября 1871 года премия эта была присуждена А.Ф. Лаврову. Подробнее об этом в Протоколах Совета Академии за 1871 год, стр. 228 – 230.

153

Т.е. с первым в Московской Духовной Академии докторским диспутом, происходившим 9-го декабря 1871 года. На этом диспуте ординарный профессор Академии архим. Михаил защищал свое сочинение «О евангелиях и евангельской истории» (по поводу книги Ренана «Жизнь Иисуса», издан. 2-е, Москва, 1870 г.). Диспут почтили своим присутствием митрополиты – Московский Иннокентий и Киевский Арсений и оба московские викария. Официальными оппонентами были А.В. Горский и В.Д. Кудрявцев, из посторонних лиц возражали Н.И. Аксаков и Гиляров-Платонов. Перед началом диспута А.В. Горский произнес речь, в которой сказал о первоначальном происхождении звания учителей в древней церкви, объяснил последующее видоизменение этого звания в ученую степень доктора на западе, напомнил об основателях Московской (славяногреколатинской) Академии братьях Лихудах, первых докторах в России, получивших эту степень за границей, и указал обстоятельства учреждения степени доктора в наших духовных академиях.

154

Здесь разумеется «Вторая апология по новому вопросу» А.Ф. Лаврова, напечатанная в 4-й книге «Прибавлений к творениям св. отцев» за 1871 год и отдельно.

155

Здесь, по всей вероятности, разумеется статья Н.К. Соколова: «О разделении суда и администрации в епархиальном ведомстве», написанная по поводу ст. А.Ф. Лаврова: «Новый вопрос в православной русской церкви» и напечатанная во втором томе «Православного Обозрения» за 1871 год, стр. 186 и 680.

156

Надеждин, † в сане архиепископа Харьковского в 1874 году, бывший в 1866 году председателем комитета для составления проекта преобразования духовно-учебных заведений. См. «Богословский Вестник» 1895 г. т. I, стр. 118, примеч.

157

На звание почетного члена Московской Духовной Академии, в которое преосвящ. Макарий был избран Советом Академии в предыдущем году.

158

См. письмо 24-е, примечания.

159

Срезневскому.

160

Т.е. «Второй Апологии».

161

См. письмо 22-е, примечания.

162

Овербек, известный английский богослов, присоединившийся к православию в 1871 году, и ревнитель восстановления православной церкви на западе, в начале этого года издал на латинском языке Воззвание «к римско-католикам – клиру и мирянам, желающим видеть восстановление древней западно-кафолической церкви в первобытной чистоте и славе» и вместе с тем представил Св. Синоду Опыт пересмотра чинопоследований западной церкви: «Liturgia Missae Orthodoxo-Catholicae Occidentalis».

163

Т.е. члены духовно-судебного комитета, которые стояли за учреждение окружных, независимых или почти независимых от епархиальных архиереев, духовных судов, в противоположность А.Ф. Лаврову и некоторым другим членам комитета, отстаивавшим судебную власть епархиальных архиереев.

164

О нем – письмо 2-е, примечания.

165

Реальная система среднего образования, построенная на изучении физико-математических и естественных наук и новых языков, в противоположность классической, построенной на изучении древних языков, появилась в Европе, вместе с развитием естественных наук, еще в XVIII столетии. У нас в России несколько реальных гимназий с семилетним курсом, наподобие немецких Realschulen, были учреждены лишь в 1864 году. В шестидесятых годах у нас происходила борьба между классицизмом и реализмом в среднем образовании, окончившаяся в 1872 году победой классицизма. В этом году реальные гимназии были преобразованы в шестиклассные реальные училища (седьмой класс был оставлен при некоторых училищах лишь в виде дополнительного).

166

Рождественский. О нем – письмо 7-е, примечания.

167

Здесь разумеется статья Л.Б.: «К вопросу о духовно-судебной реформе», написанная по поводу статьи А.Ф.: «Новый вопрос в православной русской церкви».

168

Именно: «Третью апологию по новому вопросу», напечатанную в «Московских епархиальных Ведомостях» за 1872 г.

169

«Второй Апологии».

170

Профессорам и служащим Академии.

171

Д.А. Толстому.

172

А.В. Толоконникове. См. письмо 18-е, примечания.

173

Казанском.

174

Смирнове.

175

Троице-Сергиевой Лавры, Архим. Антония, † в 1877 г.

176

Т.е. в неделю Православия.

177

Сергею Николаевичу Урусову. Кн. С.Н. Урусов был прежде директором духовно-учебного управления, потом товарищем обер-прокурора Св. Синода, и в описываемое время и до самой кончины (13 января 1883 г.) состоял в звании главноуправляющего Вторым отделением собственной Его Императорского Величества Канцелярии. По ходатайству его Государь Император соизволил на отпуск на счет казны для Московской Духовной Академии из типографии Второго отделения экземпляра второго Полного собрания законов, начиная с 1840 года, с продолжениями (каковые высылаются в Академию и доселе). Сразу было прислано в Академию из типографии Второго отделения 28 томов второго Полного собрания законов, с XV по XLII последнеизданный включительно, в количестве 64 книг. – Одновременно с этим, вследствие сношения кн. С.Н. Урусова с военным министром, был выслан в Академию экземпляр свода военных постановлений.

178

Высокопреосвящ. Арсений (Москвин), † в 1876 г.

179

Речь идет о какой-нибудь из брошюр А.Ф., вероятно, Второй Апологии.

180

Т.е. о кончине матери А.В. Горского – Ольги Козминичны.

181

Голубинском – о командировке его за границу. Подробнее об этом – ниже.

182

Граф Ник.Павл. Игнатьев, известный государственный деятель и дипломат, ныне состоит председателем Славянского Благотворительного Общества. Н.П.Игнатьев и ранее принимал близкое участие в славянском вопросе. Его стараниями были пред русско-турецкой войной 1877–1878 г.г. сделаны европейскими державами представления Порте об облегчении участи подвластных Турции славян, он же был главным деятелем Сан-Стефанского договора – 19 февраля 1878 г. В частности в греко-болгарском споре он, тогда русский посол в Константинополе, стал на сторону болгар, и под его главным образом влиянием состоялся фирман 18 февраля 1879 г. – об учреждении болгарского экзархата.

183

Т.е. академической профессорской корпорации.

184

Т.е. члены комитета, стоявшие за ограничение судебной власти епархиальных архиереев.

185

С орденом св. Анны первой степени.

186

Голубинский.

187

Успенский, † в 1876 году.

188

О наградах.

189

Указом Св. Синода от 23 мая 2872 года Е.Е. Голубинский был командирован в Грецию и в славянские православные земли для ознакомления с современным церковным бытом греков и славян и для обозрения памятников церковной древности на полтора года, с конца мая 1872 г. 1000 рублей в год, а в полтора года 1500 рублей было прибавлено ему к жалованью экстраординарного профессора, так что во время командировки он получал жалованье ординарного профессора. Подлинная резолюция Государя Императора на всеподданнейшем докладе обер-прокурора Св. Синода о командировке Е.Е. была сильнее: «Согласен, но с тем, чтобы он отнюдь не вмешивался в политические дела». Такая осторожность объясняется тогдашними церковными смутами на Балканском полуострове вследствие греко-болгарского церковного спора. Командировка Е.Е. за границу состоялась главным образом вследствие участия в этом деле обер-прокурора Св. Синода гр. Д.А. Толстого.

190

Сергиевскому, ординарному профессору Академии, для заграничного лечения.

191

Директором Хозяйственного Управления при Св. Синоде, † в 1875 г.

192

О нем – письмо 15-е, примечания.

193

После летних каникул, на которые А.Ф. уезжал в Сергиев посад.

194

Старокатоликов. Здесь идет речь о кельнском конгрессе старокатоликов – 20 – 22 сентября 1872 г., на котором присутствовал и И.Л. Янышев, в качестве делегата от С.-Петербургского Отдела Общества любителей духовного просвещения. Старокатолики – католики, отделившиеся от римской церкви после провозглашения на Ватиканском соборе 1870 г. догмата о непогрешимости папы. Отцом старокатолического движения был известный историк и ученый, профессор Мюнхенского университета Дёллингер. Отвергнув учение о непогрешимости папы, старокатолики, в силу последовательности, отвергли и догмат о главенстве папы в церкви, а затем и все остальные нововведения римской церкви, и в настоящее время в весома значительной степени приблизились к православию. Старокатолическое движение в первые годы своего существования привлекло к себе значительное внимание и сочувствие у нас в России, и наши духовные журналы начала семидесятых годов были полны известий о старокатоликах. Потом это внимание, к сожалению, ослабло, но в настоящее время как будто возрождается вновь. С 1893 года, с целью лучшего ознакомления и сближения старокатоликов с православными, издается в Берне (Швейцария), под редакцией проф. Мишо, на трех языках – немецком, французском и английском – международный старокатолический богословский журнал «Revue intérnationale de Théologie» («Международное Богословское Обозрение»). Главные деятели по сношению со старокатоликами у нас в России: протопресвитер И.Л. Янышев, генерал А.А. Киреев и покойный профессор С.-Петербургской Духовной Академии И.Т. Осинин. В последнее время у нас появилось и целое исследование о старокатолицизме: ему посвящена вышедшая в прошлом году под этим заглавием в Казани магистерская диссертация г. Керенского. Рецензия на эту книгу была помещена в Богословском Вестнике, январь 1895 г. Старокатолические общины, с епископами, существуют теперь почти во всех государствах Западной Европы и в Америке. Положение их, прежде в значительной степени стесненное, в последнее время несколько улучшилось.

195

Петр Фед., воспитанник Московской Духовной Академии XXVIII курса (1872 г.), ныне чиновник в Ведомстве Учреждений Императрицы Марии, известный педагогический писатель.

196

С.В., магистр XVII курса (1870 г.), впоследствии чиновник особых поручений при Главном Управлении по делам печати.

197

Покрова Пресв. Богородицы (1-го октября), в честь которого устроена академическая церковь.

198

Соколова, † в сане епископа Смоленского в 1869 г., автора «Опыта курса церковного законоведения». Статьи «О свободе совести» напечатаны в «Христианском Чтении» с сентября по декабрь 1864 г. и февраль 1865 г.

199

Докторская диссертация И.Л. Янышева «Состояние учения о совести, свободе и благодати в православном систематическом богословии и попытка к разъяснению этого учения». Сочинение это, по рассмотрении его в Академии, представлено было в Св. Синод.

200

И.Е. Ловягин, ординарный профессор С.-Петербургской Духовной Академии по кафедре греческого языка, защищал свою докторскую диссертацию: «Об отношении писателей классических к библейским по воззрению христианских апологетов» (СПБ., 1872 г.) 5-го ноября 1872 г.

201

М.О. Коялович, тогда экстра-ординарный профессор СПБ. Духовн. Академии по кафедре русской гражданской истории († в 1891 г.), защищал в 1873 году свою докторскую диссертацию: «История воссоединения западно-русских униатов старых времен до настоящего столетия».

202

Этим письмом заканчиваются письма А.Ф. к А.В. Горскому из Петербурга. Вскоре он вернулся в Сергиев посад. Занятия комитета, как уже было сказано, окончились ничем. К письму 18-му («Богословский Вестник» сентябрь). В письме 18-м А.Ф., по поводу слуха о ревизии Академий, выражает, со слов И.А. Ненарокомова, уверенность в том, что «никаких ревизий академий быть не может, как нет никаких ревизий университетов». Уверенность эта оказалась, однако, преждевременною. В 1874 году, несколько спустя после того, как новый академический устав окончательно вошел в действие, Св. Синод признал благовременным проверить действие нового устава и поручил присутствовавшему в Синоде архиепископу Литовскому Макарию (впоследствии Митрополиту Московскому) произвести ревизию всех четырех академий. Преосвященный Макарий в том же 1874 году обозрел академии Киевскую и Казанскую, а в 1875 г. – С.-Петербургскую и Московскую. Обозрение это дало весьма утешительные результаты и удостоверило, что академии вполне соответствуют своему назначению. Подробнее об этом – в книге покойного И.А. Чистовича: «С.-Петербургская Духовная Академия за последние 30 лет (1858 – 1888 г.г.», СПБ., 1889, стр. 123 – 125.


Источник: Лавров-Платонов А.Ф. Письма проф А.Ф. Лаврова-Платонова (впоследствии высокопр. Алексия, архиепископа Литовского) к прот. А.В. Горскому // Богословский вестник. 1895. Т. 1. № 1. С. 112-134; Т. 2. № 6. С. 405-433; Т. 3. № 9. С. 365-385; Т. 4. № 12. С. 355-378.

Комментарии для сайта Cackle