Митрополит Никита (1122–1126)

На следующий год после кончины святителя Никифора на Русь прибыл его преемник по кафедре. Новый Киевский Митрополит был рукоположен Византийским Патриархом Иоанном IX Агапитом (1111–1134). В летописи читаем: «В лето 6630... приде Митрополит из Царяграда в Святую Софью именем Никита, и Амфилофии преставися епископ Володимеьскыи»⁸⁵⁸. В Ипатьевской летописи указана также кончина епископа Даниила Юрьевского⁸⁵⁹. Есть возможность уточнить начало первосвятительства нового Митрополита – 15 октября, как это явствует из граффити Софийского собора⁸⁶⁰.

В это время интересы Византии и Древней Руси из-за торговых путей соприкасались на Дунае, куда князь Владимир Мономах ранее посылал русские дружины⁸⁶¹. После кончины Митрополита Никифора дружеские отношения с Византией восстанавливаются, внучка Киевского князя Ирина-Добронега вступает в брак с Андроником Комнином. Прибывший на Русь Митрополит Никита доставил величайшую святыню – «перст Иоанна Крестителя»⁸⁶². В проложном Сказании о принесении святыни на Русь в названной в нем дате отсутствуют цифры десятков и единиц, но правящим князем в Киеве назван Владимир Мономах⁸⁶³, и поэтому принесение частицы мощей связано с именем Митрополита Никиты. Литургическое празднование данной святыни на Руси было приурочено «к 7 января – Собору св[ятого] Иоанна Предтечи и дню перенесения его десницы из Антиохии в Константинополь в 956 году»⁸⁶⁴.

В 1123 году «преставися Сильвестр епископ Переяславскыи месяца апреля в 12 день в Великыи четверг». И ниже в летописи продолжается данная тематика: «В то же лето поствиша епископом Семеона Володимерю и Феоктист преставися, епископ Черниговскыи месяца августа в 6 день»⁸⁶⁵. Поскольку хиротония нового Переяславского владыки последовала позднее, то историк А. Поппэ пишет о святителе Никите: «Переяславская кафедра в течение двух с половиной лет пустовала... вследствие отказа Митрополита пойти навстречу Владимиру Мономоху, желавшему учредить в Смоленске, в котором сидел его внук Ростислав и который относился тогда к Переяславской епархии, самостоятельную кафедру»⁸⁶⁶. Но эта точка зрения была убедительно оспорена А. В. Назаренко, который объяснил открытие Смоленской епархии в свое время другими назревшими обстоятельствами⁸⁶⁷.

Никоновская летопись XVI века под 1123 годом сообщает о каких-то еретических проблемах того времени: «Тогоже лета Пресвященный Никита Митрополит Киевский и всея Руси в своем граде в Синелице затвори в темнице злаго еретика Дмитра»⁸⁶⁸. Историк митрополит Макарий полагает, что он прибыл на Русь из Болгарии и «принадлежал к секте богомилов, господствовавшей тогда в Болгарии»⁸⁶⁹.

На следующий год киевляне пережили сильный пожар. «Бысть пожар велик Кыеве городе, яко погоревшю ему мало не всему по два дни по Подолью и по Горе, яко церкви единех изгоре близ 6 сот. Се же бысть месяца июня в 23 день и в 24 на Рождество Иоанна Предтечи»⁸⁷⁰. Благодаря описанию этого бедствия становится известным, что в стольном граде были сотни храмов и, можно предполагать, частые диаконские и иерейские хиротонии, совершавшиеся на митрополичьих богослужениях.

В 1125 году почил Киевский князь Владимир Всеволодович Мономах. Смерть наступила под Смоленском на реке «Лте оу милое церкве, юже созда потщаньем многым»⁸⁷¹ во имя святых Бориса и Глеба. Погребен почивший князь был в Киеве в Софийском соборе «оу отца своего»⁸⁷². Погребал князя, очевидно, Митрополит Никита. Историк Н. Костомаров говорит о нем: «Эпоха Владимира Мономаха была временем расцвета состояния художественной и литературной деятельности на Руси»⁸⁷³.

На Киевском престоле воссел сын скончавшегося правителя – Мстислав Владимирович Великий († 1132), «последний Киевский князь, старейшинство которого признавалось всеми прочими князьями»⁸⁷⁴. На следующий год почил Митрополит Никита. Под 1126 годом читаем: «Вето 6634 постави князь Ярополк игумена Марка святаго Иоанна, его же постави Никита Митрополит епископом Переяславлю месяца октября в день»⁸⁷⁵. И ниже говорится о кончине Предстоятеля Русской Церкви во время Великого поста 1126 года, в летописи читаем об этом: «В то же лето преставися Митрополит Никита месяца марта в 9 день»⁸⁷⁶. Тверская летопись, сообщив о кончине Митрополита Никиты, добавляет: «...быв на митрополии 4 лета»⁸⁷⁷. Практически все летописные сведения о Митрополите Никите сводятся к описанию поставлений им иерархов Русской Церкви.

На митрополичьей печати изображен образ Богоматери Знамение и на другой стороне греческая надпись – «Печать Никиты, епископа России»⁸⁷⁸.

Ниже прилагается Сказание Митрополита Никиты.

Проложное сказание о принесении перста Иоанна Предтечи из Византии на Русь

В тъи ж день [7 января] пренесение мощей честныа руки пръста Иоанна Крестителя десныя роуки в Русь от Цариграда.

Господу Богу нашему Иисусу Христоу не токмь Греческую страну просветившу Крещениемь и Свое имя прославившоу святыя Своя оугодникы, иж и Русскую землю просветившу святым Крещениемь и от идольскиа лести обратившу и в всей вселеннеи прослави святыя Своя оугодникы, славяща Его, иже многым трудом и тръпениемь Небесное Царство получиша и по смерти, аки живи соущи славими от нас, сего бо Иоанна Предтечю Иродиада оусече. Славимо же есть тело его в граде Севасте, глава же его и рука славима и чтима в Цариграде, в Руси же славим честный его пръст оу граде Киеве, всегда же имя его славимо есть.

Оуже бо Господеви Богоу нашему просветившему новаго Своего винограда земъли Рускиа, иже насади десница Его (ср.: Пс. 79:16), Своим изволением даст приити честныя роуки Предтечевы с пръстю от Царяграда в Роусь, иже пренесень бысть в град великый Киев при князи Владымери Маномасе в лето 6 тысящное и 6 сотное и положен бысть в церкви святаго Иоанна Сетомли оу Кукиш монастыря. Славим же и благодарим от въсех благоверных князей и от въсех христолюбивых роускых сыновь.

Сего же Иоанна Предтечю, яко болша сущи всех пророк, чтим и славим честный его праздник, яко то[й] сподобися приати за връх пречистый Агньця Божиа, въземлющего грехи всего мира (ср.: Ин. 1:29), Емоу же слава и дръжава с Безначалным Отцем и Пресвятым Духом аминь.

(Лосева О. В. Жития русских святых в составе древнерусских Прологов XII – первой трети XV веков. М., 2009. С. 340–341)