Святой митрополит Иларион (1051–1054)
В 1042 году в Византии был венчан новый император, Константин IX Мономах (1042–1055), который сразу проявил свои антирусские интересы. Поэтому русский воинский отряд, находившийся в Византии, присоединился к восставшим против императора. Затем летом – ранней осенью 1042 года в Константинополе на рынке произошло столкновение, во время которого погиб знатный русский человек. «Столкновение с русскими в столице империи послужило... поводом к войне»421. В 1043 году русские дружины сделали последний в истории, причем неудачный, набег на Константинополь422. Однако конфликтная ситуация продолжалась недолго. «Конфликт с русскими был через три года урегулирован, дочь Константина Мономаха стала женой Всеволода Ярославича. Окончились миром и согласием и церковно-иерархические споры 1051 г[ода]. Русь стала снова дружественной страной, ее двор – родственным правящему императорскому дому»423. Историк В. Т. Пашуто пишет, что князь «Ярослав не отказался от мысли о полном подчинении Русской Церкви своей власти и в 1051 г[оду]. поставил митрополитом Илариона, который в свою очередь назначил русского епископа в Тьмутаракань»424.
Под 1051 годом читаем в Лаврентьевской летописи о поставлении первого митрополита из русских – Илариона425: «В лето 6559 постави Ярослав Лариона митрополитом русина в Святей Софьи собрав епископы»426. Далее летопись сообщает о начале Печерского монастыря, из которого мы узнаем: «Князю Ярославу любящю Берестовое и церковь ту сущюю святых Апостол и попы многы набдящю, в нихже бе презвутер именем Ларион муж благ, книжен и постник [и] хожаше с Берестоваго на Днепр на холм... ту молитву творяше, бе бо ту лес велик, ископа печерку малу двусажену и, приходя с Берестового отпеваше часы и моляшеся ту Богу втайне. Посем же Бог вложи в сердце и постави и митрополитом в Святей Софьи, а си печерка тако [о)]ста»427. Затем на Русь прибыл с Афона преподобный Антоний, который «поча ходити по дебрем и по гора[м], ища где бы ему Бог показал, и приде на холм, идеже бе Ларион ископал печерку и възлюби место се и вселися в не и нача молитися Богу со слезами, глаголя: Господи, утверди для в месте семь и да будет на месте семь благословенье Святыя Горы»428. В службе преподобному Антонию Печерскому († 1073; память 2 сентября) говорится: «Святителя Илариона пещеру яко обрет, трудолюбие в ней пожил еси, преподобие, в молитвах и пощениих, дóндеже иную пещеру себе соделал еси, в нейже сподобился еси горняго звания»429. Таким образом, данная пещера, как место подвигов, объединяет первого митрополита из русских и подвижника, положившего начало русскому монашеству.
На столпе в киевском Софийском соборе сохранилась такая надпись: «Месяца апреля в 9 день поставлен был владыка»430. Считается, что в ней говорится об интронизации первого Киевского Митрополита из русских. В конце исповедания веры Первосвятитель сообщил о себе: «Аз милостию Человеколюбиваго Бога мних и прозвитер Иларион изволением Его от богочестивыих епископ священ бых настолован в велицем и Богохранимем граде Кыеве, яко быти ми в нем Митрополиту, пастуху же и учителю. Быша же си в лето 6559 (1051), владычествующу благоверьному кагану Ярославу, сыну Владимирю. Аминь»431.
Можно предполагать, что будущий митрополит родился в начале XI века при князе Владимире, крестителе земли Русской. Его небесным покровителем мог быть преподобный Иларион Великий († 371–372; память 21 октября). Он, несомненно, общался с теми, кто помнил Крещение Руси, среди них могли быть его родители. Немецкий исследователь Г. Подскальски предполагает, что будущий митрополит «свою богословскую и ораторскую ученость приобрел, вероятно, в Византии (на Афоне или в Константинополе)»432. Другая точка зрения принадлежит отечественному исследователю: митрополит «Иларион получил образование дома, а не в Византии»433. Е. Е. Голубинский считает, что святитель Иларион был боярином и его обучал преподаватель соответствующего уровня434.
Перечисляя иерархов-постриженников Киево-Печерского монастыря, епископ Симон Владимирский (1215–1226) в послании иноку Поликарпу называет первого Ростовского святителя Леонтия и затем говорит: «Илариона же митрополита и сам чел еси в житии святого Антония, яко от того пострижен бысть и тако священьства сподоблен»435. Таким образом, постригал будущего митрополита преподобный Антоний.
Согласно 123-й и 137-й новеллам Византийского императора Юстиниана, содержавшимся в Номоканоне, который был известен в то время на Руси, «избрание епископа предоставлялось клиру и наиболее видным гражданам»436. Деяние князя Ярослава и иерархов «опиралось на первоначальную, санкционированную постановлениями Вселенских Соборов каноническую практику, живую еще в VI в[еке] и частично продолжавшуюся, быть может, до IX в[ека]»437. Тем не менее при такой практике сохранялось верховенство Константинопольского Патриарха, утверждение им рукополагаемого иерарха438. Поставление Киевского митрополита не имело автокефалистских устремлений на Руси. Об этом же говорит историк Церкви А. П. Доброклонский: «Но, избирая его без ведома Патриарха, ни Ярослав, ни епископы вовсе не хотели порвать связи с Константинопольской кафедрой и уничтожить существовавший прежде обычай поставления митрополитов. Поэтому-то мир между Константинополем и Киевом остался ненарушенным, Патриарх согласился дать свое благословение Илариону, любезно прислал к нам певчих для обучения русских стройному церковному пению, и русские по смерти Илариона без возражений приняли пришедшего из Константинополя митрополита Ефрема»439.
В древних Прологах 26 ноября указана память освящения храма мученика Георгия, «иже в Киеве пред враты Святыя Софья»440. Данная литургическая особенность характерна для богослужебного Устава Великой Константинопольской Церкви, которым руководствовалась Церковь Русская в то время. «В Византии было обыкновение, перешедшее и в нашу Церковь, праздновать ежегодно в качестве храмового праздника не день памяти святого или евангельского события, в честь которого посвящен храм, как это делается теперь, а в день освящения храма»441. Воздвигнув в честь своего небесного покровителя церковь, князь Ярослав «святи ю Ларионом митрополитом месяца ноября в 26 день, и створи в ней настолование новоставивым епископом. И заповеда по всей Руси творити праздник святаго Георгия месяца ноября в 26 день»442. Этот праздник сразу вносится в древние Месяцесловы и становится общерусским443. Служба празднику «в ее оригинальной части может служить образцом раннего творчества по поводу, связанному с историей Руси»444. Позднее этот день получил именование Юрьева дня445.
Князь Владимир, учреждая церковные структуры, даровал Церкви десятину на ее содержание, узаконив это юридическим документом. «В середине XI в[ека] появилась или, вероятнее, получили значительное развитие и были зафиксированы в форме Устава Ярослава другие разделы этой конституции – государственная юрисдикция митрополита и епископов над массой населения Руси»446. Юридическая мысль на Руси развивалась под влиянием византийских и древнерусских правовых норм. Все, «что в Уставе Ярослава является чуждым и противоречащим византийским церковным канонам, совпадает с нормами древнерусского права, зафиксированными в Русской Правде»447. Согласно Уставу князя Ярослава, вместо телесных наказаний взыскание предполагало наложение штрафов, характерное для византийской практики. Юридический памятник начинается словами: «А се аз, князь Великыи Ярослав, с(ы)н Володимеров, по данию о(т)ца своего сгадал448 есмь с митрополитом Киевскым и всея Руси Иларионом, сложихом греческыи Номоканон; еж(е) не подобает сих тяж судити кн(я)зю, ни бояром его, ни соуд(и)ям его, дал есмь Митрополиту и еп(и)с(ко)пом»449. Церковному суду подлежали вопросы семейного права и нравственности. В конце Устава говорится, что в церковные дела не вступается ни князь, ни волостель. «Аще кто Оустав мои и оуставление мое порушит(ь), или с(ы)н(о)ве мои, или внуци мои, или правнуци мои, или от рода моего кто, или от рода боярскаго бояр моих, а ступят в соуд Митрополии, что есмь дал Митрополиту ц(е)рк(о)вныи суды, еп(и)с(ку)пом, по правилом с(вя)тых о(те)ць, судивше, казнит(и) по закону»450. Устав князя Ярослава, появившийся при тесном сотрудничестве с митрополитом Иларионом, явился «в основном кодексом брачного и семейного права»451.
Как отмечает исследователь архимандрит Геннадий, «особую ценность представляют изданные Горским в 1844 году сочинения Митрополита Киевского Илариона (XI в.). Именно Александру Васильевичу принадлежит честь первой публикации „Слова о Законе и Благодати“ с „Похвалой кагану нашему Владимиру“. Кроме того, здесь помещены еще два слова митрополита Илариона»452. Опубликованное им Слово является сводным текстом из четырех рукописей453. Замечательное творение книжника-митрополита в последующее время неоднократно публиковалось454, его изучали ученые различных специальностей455. Полное название творения: «О Законе, Моисеом данеем, и о Благодати и истине, Исусом Христом бывший и како Закон отиде, благодать же и истина всю землю исполни, и вера в вся языкы простреся и до нашего языка рускаго, и похвала кагану нашему Влодимеру, от него же крещени быхом, и молитва к Богу от всеа земля нашеа»456.
Обратимся к содержанию знаменитого древнерусского памятника. Вначале автор выражает благодарность Богу, даровавшему людям первоначально Моисеев закон, а потом Евангелие для спасения рода человеческого. Затем повествуется о том, как, вочеловечившись, Иисус Христос спас живых и умерших Своим сошествием во ад. Закон был призван оградить человечество от идолослужения. «Закон бо предътеча бе и слуга благодети и истине, истина же и благодать слуга будущему веку, жизни нетленней»457. Проповедник торжественно говорит: «Ни к неведущим бо пишем, н преизлиха насыштыпемся сладости книжныа, не к врагом Божием иноверныим, не самем сыном Его, не к странныим, н к наследником Небеснаго Царьства» (с. 28). Символами Закона и Благодати являются ветхозаветные жены: рабыня Агарь и свободная Сара. Преклонному в годах Аврааму явилась Святая Троица у Мамврийского дуба, на конец веков Господь явился, вочеловечившись, от Девы Марии. Рождение праотца Исаака Сарою – это рождение сына, а не раба. С рождением Христа явилась благодать «в Иорданьстеи реце», что явилось торжеством небесного и земного, «съвокупив в едино ангелы и человеки» (с. 30). Как некогда Агарь была отвергнута, так и иудеи были расточены «по странам». «Отиде бо свет луны, солнцю въсиавшу», иудеи имеют оправдание, а христиане – спасение (с. 30). «Тако иудейство, аще прежде бе, не благодетию христиани больше Быша» (с. 30). Закон прекратил свое действие, а вера христианская воспринята многими народами. Раньше поклонялись Богу только в Иерусалиме, теперь – по всей земле, и люди стали сынами Божиими (с. 32). «Единосущный» Сын явился людям, «не отлучивъся Отца», показавший на земле «Божьская и человечьскаа» (с 34), «яко человек повиться в пелены, и яко Богь вълхвы звездою ведяше» (с 34). Автор приводит множество таких сравнений, показывающих одновременное действие человеческого и Божественного начала во Христе, а в конце говорит: «По истине, кто Бог велий, яко Бог наш! Ты есть Бог творяи чюдеса [Пс. 76:14–15]» (с. 36). Пришедший на землю Христос исполнил все ветхозаветные пророчества о Нем как о Мессии, совершил чудеса, но был распят. Поэтому автор говорит о судьбе жестоких виноградарей, которые затем сами были погублены. Христос прослезился о грядущей судьбе Иерусалима, что позднее сбылось в истории. «Пришедьше бо римляне, плениша Иерусалим и разбиша и до основания его» (с 38). Оратор подчеркивает происшедшее неприятие Христова учения, в связи с чем проповедь апостолов была направлена в научение всех языков. «Лепо бе благодати и истине на новы люди въсиати. Не въливают бо, по словеси Господню, вина новаго учениа благодеитна в мехы ветхы» (с 38).
Христова вера «по всей земли простреся и до нашего языка рускааго доиде», и русские люди уже не являются идолослужителями, но христианами, созидают храмы Христовы и вместо идоложертвенной крови вкушают «Христовы Пречистыа Крове» (с. 38). Так святитель перешел к теме Русской земли, восприявшей спасительную благодать веры Христовой. «И тако странни суще, людие Божии нарекохомся, и врази бывше, сынове Его прозвахомъся» (с. 40). Автор приводит множество примеров из Священного Писания, характеризующих Русскую землю, принявшую христианство: «По имени Твоему, Боже, тако и хвала Твоа на концих земля [Пс. 47:11]» (с. 42). Завершается данный перечень выписок из Священного Писания риторическим приемом, согласно которому Русская земля поставлена в одном ряду с другими странами, являющимися издревле христианскими: «Хвалить же похвальныими гласы Римьскаа страна Петра и Паула, имаже вероваша в Исуса Христа, Сына Божиа; Асиа и Ефес, и Патм Иоанна Богословьца, Индиа Фому, Египет Марка, Вся страны и гради, и людие суть и славять коегождо их учителя, иже научиша я православнеи вере. Похвалим же и мы, по силе нашей, малыими похвалами великаа и дивнаа сътворшааго нашего учителя и наставника, великааго кагана нашея земли Володимера» (с. 42)458. Указав его родословные связи, автор, как глубоко верующий человек и одновременно горячий патриот земли Русской, продолжает: «Не в худе бо и неведоме земли владычьствоваша, н в Руське, яже ведома и слышима есть всеми четырьми конци земли» (с. 42, 44). Как, несомненно, заставший время крестителя земли Русской, святитель Иларион показывает его добродетели: «И тако ему в дни свои живущю и землю свою пасущу правдою, мужьством же и съмыслом, приде на ны посещение Вышняго, призре на ны Всемилостивое око Благаго Бога, и въсиа разум в сердци его, яко разумети суету идольскыи льсти и възыскати Единаго Бога, сътворыпаго всю тварь видимую и невидимую» (с. 44). Прияв крещение сам, князь повелевает затем креститься всем в Русской земле: «Капища разрушаахуся, и церкви поставляахуся, идоли съкрушаахуся, и иконы святыих являахуся, беси пробегааху, крест грады свящаше» (с. 44). Иерархия начала приносить Бескровную Жертву, стали воздвигаться храмы и монастыри, «черноризьци явишася. Мужи и жены, и малии, и велиции, вси людие, исполнена святыя церкви, въславиша, глаголюще:„Един свят, един Господь, Исус Христос, в славу Богу отцу, аминь! Христос победи! Христос одоле! Христос въцарися! Христос прославися!“» (с. 46). Немецкий исследователь Л. Мюллер, хорошо знающий западную культурную традицию, определил, что фраза «Христос победи! Христос одоле! Христос въцарися! Христос прославися!» есть цитата из древней галликанской аккламации459. Исследователь полагает, что автор мог сопровождать княжну Анну Ярославну460, невесту короля Генриха I, из Киева в Париж, где мог быть на богослужении. Здесь он заинтересовался чином западной литургии. «Одной из самых примечательных ее особенностей по сравнению с восточнохристианским чином были Laudes regiae, самой выразительной частью которых являются формула-рефрен „Chistus vincit, Chistus regnat, Chistus imperat“. Было бы странно, если бы такой человек, как Иларион, не поинтересовался значением этой формулы, не залюбовался этим высказыванием и красотой его языкового обличья и не сделал ее собственным достоянием»461.
Проповедник прославляет в своем Слове князя Владимира, задавая различные вопросы: «Како разгореся в любовь Христову?», «Како въниде в тя страх Божии?». Князь противопоставляется видевшему Господа апостолу Фоме: «Ини, видевше Его, не вероваша; ты же, не видев Его, верова. Поистине бысть на тебе блаженьство Господа Исуса, реченое к Фоме: Блажени не видевший и веровавше [Ин. 20:29]» (с. 46). Зная и помня князя Владимира, автор прославляет его милосердие к нищим, подчеркивая: «Твоя бо щедроты и милостыня и ныне в человецех поминаемы суть, паче же пред Богом и Ангелом Его» (с. 48). Еще большей заслугой князя является, по мнению автора, приведение к Богу не одного человека, а целого народа, «всю область сию» (с. 48). Это дает автору основание для исторического сравнения: «Подобниче великаго Константина, равноумне, равнохристолюбче, равночестителю служителем его!» (с. 48). Он с Никейскими отцами «закон человеком полагаше», а князь Владимир с первыми русскими иерархами собирался, размышляя с ними, как у новопросвещенных людей «закон уставити» (с. 48). Император Константин «с материю своею Еленою крест от Иерусалима принесъша и по всему миру своему... веру утвердиста, ты же с бабою твоею Ольгою принесъша крест от новаго Иерусалима, Константина града, и сего по всей земли своей поставиша, утвердиста веру» (с. 48). Свидетелем благочестия князя Владимира является Десятинный храм, воздвигнутый им, в котором почивает его тело в ожидании архангельской трубы.
Далее святитель переходит к описанию деятельности князя Ярослава Мудрого, в крещении Георгия. Он продолжил дело князя Владимира, как Соломон продолжил служение царя Давида. Князь-сын воздвиг собор Премудрости Божией «на святость и освящение граду», который был также украшен «златом и сребром, и камением драгыим, и съсуды честныими» (с. 50). Расширив град Киев, он вручил его заступничеству Пресвятой Девы, посвятив навратный храм «в имя первааго Господьскааго праздника – святааго Благовещениа, да еже целование Архангел дасть Девице, будет и граду сему. К Оной бо: „Радуйся, обрадованаа! Господь с Тобою!“ к граду же: „Радуйся, благоверный граде! Господь с тобою!“» (с. 50). Идея устроения надвратного храма имеет глубокий смысл. «Над триумфальной аркой или другим архитектурно отмеченным входом возвышается православный храм, превращающий эту триумфальную арку или воротную башню в сооружение, передающее христианский смысл, транслирующее христианский смысл... торжественный въезд и вход в город... возвещает триумф христианства, свидетельствующий не только о земном величии, но и о величии небесном»462.
Проповедник, обращаясь к князю Владимиру, призывает его встать «от гроба», отряхнув сон, и посмотреть на сына Георгия, сноху Ирину, внуков и правнуков, славящих Христа «Виждь же и град, величьством сиающь, виждь церкви цветущи, виждь христианьство растущее, виждь, иконами святыих освещаемь и блистающеся, и тимианом обухаем, и хвалами Божественами и пении святыими оглашаемь. И си въся видев, возрадуйся и похвали Благааго Бога, всем сим Строителя!»463 (с. 50). И далее автор прославляет князя Владимира, воскресившего души подданных, умерших от недуга идолослужения, славословит его добродетели по отношению к русским людям. Автор просит князя помолиться, чтобы Господь сохранил землю Русскую в мире, чтобы сын Георгий, пройдя земной путь, смог «стати с тобою непостыдно пред Престолом Вседръжителя Бога... приати от Него венец славы нетленныа с всеми праведныими, трудившиимися Его ради» (с. 52).
«Похвала митрополита Илариона князю Владимиру» использовалась в последующее время русскими и сербскими авторами для прославления государей. «Так что подобно тому как, по мысли Илариона, Русь его времени была известна во всех концах света, так и его замечательная речь – несомненно, гениальное ораторское произведение – привлекала своей содержательной и художественной значительностью весьма широкий круг читателей Средневековья и на протяжении весьма длительного времени»464. Исследователями были выявлены различные источники, использованные митрополитом Иларионом при написании Слова, – это Слова преподобного Ефрема Сирина на Преображение, 4-е огласительное Слово святителя Кирилла Иерусалимского, Слова на праздник Воздвижения святителя Иоанна Златоустого, Толковая палея, Житие Константина Философа, Похвальное слово святым Константину и Мефодию, Большой апологетик Византийского Патриарха Никифора I Исповедника и др.465
После Слова следует молитва, в которой имеется обращение к Господу не отвергнуть «новокупленых» рабов и милостивно избавить от всякия напасти, «да не отпадут от веры нетвердии верою, мало показни, а много помилуи» (с. 56). В 1555 году; когда в Казань из Москвы направлялся первый Казанский святитель Гурий († 1563; память 5 декабря), то ему предписывалось творить по пути везде молебны, кропить все святой водой и молитву «глаголати творение митрополита Илариона Руского за царя и за все Православие»466. После молитвы следует Исповедание веры (с. 56–60) и ставленническая запись митрополита Илариона. «Памятник торжества посвящения Илариона есть превосходное Исповедание веры Илариона, читанное на Соборе пред поставлением, как первый опыт собственно русского догматического изложения веры»467. Символ веры митрополита Илариона близок к Символу веры Михаила Синкелла, встречающемуся в летописи, «как по структуре, так и по многим выражениям»468.
В надписании к Слову назван его автор – митрополит Иларион. Следовательно, время его произнесения – 1051–1054 годы, однако исследователи датируют его более ранним временем И. П. Ерёмин датирует Слово между 1037 (начало строительства Благовещенского храма) и 1050 (кончина супруги князя Ярослава–Ирины) годами469. Более тщательно этот вопрос изучил А. Н. Ужанков, который датирует произнесение Слова праздником Благовещения в 1038 году, накануне праздника Пасхи. Этим, по его мнению, объясняется благовещенско-пасхальная тематика Слова. К этому времени было завершено строительство крепостных стен вокруг Киева и надвратного Благовещенского храма в Киеве, что явилось поводом для произнесения Слова. Данное торжество, считает исследователь, усиливали юбилеи и важные события того времени: в 1038 году было 50-летие Крещения Руси, 50-летие великого князя Ярослава Мудрого, открытие им самостоятельной Митрополии в Киеве, 500-летие Софийского собора в Константинополе (537 500 = 1037!)470, которые, как видим, имеют достаточно надуманный характер471. Г. Подскальски датирует Слово 1049–1050 годами472. В таком случае становится понятной латинская вставка в Слове, появившаяся после путешествия автора во Францию, при сопровождении Анны Ярославны, невесты французского короля Генриха473. Имеющееся в Слове обращение к князю Владимиру позволяет говорить, что Слово было произнесено в Десятинном храме, где он был погребен, перед широкой аудиторией, а не в маленьком надвратном храме474.
Протоиерей Александр Горский издал также «Слово святого Илариона, Митрополита Киевского»475. В нем христианин призывается к стяжанию добродетельной жизни для восприятия вечной жизни. Данное поучение встречается уже в Прологе XIII века476. Митрополиту Илариону принадлежит «Послание к старейшему ми брату столпнику», в котором говорится о монашеской жизни, о взаимоотношении монахов и мира. Иноческое житие есть наиболее совершенное проявление христианской веры: «не участвовать в мирских трапезах, не стремиться к достижению монастырских должностей и церковных отличий, не искать милости от светских властей, питаться прежде всего делом рук своих, а не рассчитывать на милостыню от сильных мира сего и богомольцев»477. А. И. Сулакадзев, известный в XIX веке своими подделками древних рукописей, приписывал митрополиту Илариону «Вселетник»478.
20 февраля 1054 года в ночь с субботы на воскресенье (Неделя Православия) почил князь Ярослав Мудрый и был погребен в воздвигнутом им Софийском соборе479. При этом ничего не говорится об участии в его погребении Предстоятеля Русской Церкви. Поэтому можно предположить, что первый Киевский Митрополит из русских к этому времени отошел от кормила управления Русской Церковью480. В Житии преподобного Феодосия († 1073; память 3 мая) говорится о старце-книжнике Иларионе, который был «книгам хитр писати, и съей по вся дьни и нощи писаше книгы в келлии блаженнаго отца нашего Феодосия»481. Предполагается, что это был митрополит Иларион, который занялся здесь книжно-просветительской деятельностью. «Он был живым связующим звеном между книжниками Ярославовой библиотеки, переводившими довольно широкий по тематике круг произведений, и книжниками Киево-Печерского монастыря – первыми русскими историографами»482. Текстологическое изучение и сравнение «Слова о Законе и Благодати» с сообщением «Повести временных лет» о крещении Руси показывает их близость и, следовательно, участие святителя в начальном летописании на Руси483. Несколько иначе представляет ситуацию Л. Мюллер: он говорит, что летопись создавалась позднее и испытала влияние творения митрополита Илариона. Кроме того, у древней летописи и Слова есть общие источники484.
В одном агиографическом сборнике XVIII века говорится о первом митрополите из русских следующее: «Преставися в лето 6579 (1071) и положен бысть в Печерском монастыре, и крайния ради его добродетели бысть свят и чудотворец предивен. Сей святой Иларион митрополит первее начат копати пещеру»485. В службе Преподобных отец Печерских и всех святых, в Малой России просиявших, говорится: «Михаиле, Иларионе... Бога нам умилостивите»486. В службе Всем святым, в земле Российской просиявшим, в литийной молитве, называется имя «Илариона, Митрополита Киевскаго и всея Руси († ок. 1053)»487.
После удаления митрополита Илариона на покой восстановился прежний порядок посвящения Русских Предстоятелей Византийскими Патриархами в Константинополе. Он был избран Собором русских епископов в 1051 году и посвящен в Митрополиты Русской Церкви в киевском Софийском кафедральном соборе. Его поставление не было согласовано с Константинопольским Патриархом, и мы не знаем его реакцию на данное деяние, однако при этом не подвергалось сомнению каноническое подчинение Киевской Митрополии Константинопольской Церкви. Это был достойный Первосвятитель Русской Церкви, аскет-подвижник, знаток Священного Писания, блестящий богослов и проповедник. Его высокий духовный уровень нашел отражение в «Слове о Законе и Благодати», раннем памятнике богословской мысли на Руси, он был также в составе посольства к французскому королевскому двору, сопровождая около 1048 года дочь князя Ярослава, где имел возможность познакомиться также с Западной Европой. Историк Е. Е. Голубинский характеризует главное творение митрополита Илариона: «Слово Илариона есть самое блестящее ораторское произведение, самая знаменитая и безукоризненная речь»488. Приведем еще одну характеристику замечательного памятника древнерусской литературы: «Это выдающийся памятник искусства слова, свидетельствующий как о большом мастерстве его создателя, так и о высоком уровне речевой культуры Руси в ту эпоху, когда произведение было написано»489.
Ниже прилагается «Исповедание веры Митрополита Киевского Илариона».
Исповедание веры митрополита Киевского Илариона
Верую во Единаго Бога, славимаго в Троици, Отца нерождена, безначална, бесконечна, Сына же рождена, събезначална же и бесконечна, Духа Свята, исходяща из Отца и в Сыне являющася, събезначална же такожде и равна Отцу и Сыну, Троицу единосущну, лици же разделяющуся, Троицу имены, единаго же Бога. Не съливаю разделениа, ни съединениа разделяю. Съвокупляются несмесно и разделяются неразделне. Отец бо нарицается, понеже не рожден, Сын же рождения ради, Дух же Святыи исхода ради, н неотходен. Не бывает же Отец Сын, ни Сын Отец, ни Дух Святыи Сын, н комуждо Свое, несмесно суще разве Божества. Едино бо есть Божество в Троици, едино Господьство, едино Царство. Обще Трисвятое от Херувим, обещ поклон от Ангел и человек, едина слава и благодарение от всего мира.
Того единого Бога веде и Тому верую, в Негоже имя крестихъся, в имя Отца и Сына и Святаго Духа; и акоже приах от писания святыих отец, тако научихся.
И верую и исповедаю, яко Сын благоволением Отчем и Святаго Духа хотением съниде на землю спасти род человечьск, небес и Отца не отлучися и Святаго Духа осенениемь въселися в утробу Девице Марии и зачаться, якоже Сам Един весть, и родися бе[з] Семене мужеска, Матерь Девицею съхрань, якоже и лепо Богу, и в рожьство и прежде рожьства и по рожьстве сыновьства не отложь. На небеси бо безматерен, на земли же без отца въздоися, яко человек и въспитася, и быть человек истинен, не привидением, но истинно в нашей плоти исполнь Бог, исполнь человек, в две естьстве и хотении (и) воли, еже бе, не отложив, и еже не бе, възя. Пострада плотию, яко человек, мене ради и Божеством бе страсти, яко Бог, пребы. Умре Бесьмертныи, да мене мертва оживить; съниде к аду, да прадеда моего Адама въставить и обожить и диавола съвяжет. Въста, яко Бог, изиде из мертвыих, яко Победитель, Христос Царь мои тридневно и, явлеся мног краты учеником Своим, възиде на небеса к Отцю, Его же не отлучилъся бе, и седе одесную Его. Чаю же Его пакы придуща с небесе, но не отаи490, яко же прежде, н в славе Отчи с небесныими вой, Ему же мертви гласом архангелескъм противу изидут, и Т имать судити живым и метвыим и въздати комуждо по делом.
Верую же и в 7 Събор правоверныих святыих Отец, и егоже извергоша, и аз изметаю, и егоже проклята, и аз проклинаю, и яже писаниемь предаша нам, приимаю.
Святую и Преславную Девицу Марию Богородицу нарицаю, чту же и с верою поклоняюся Ей. И на святей иконе Ей Господа моего, яко Младеньца на лоне Ей, зрю и веселюся; распята И вижду и радуюся; въскресъша Его и на Небеса идуща смотря, въздею руце и покланяюся Ему.
Такоже и угодник Его святыих иконы видев, славлю Спасъшааго их. Мощи их с любовию и верою целую и чюдеса их проповедаю и исцелениа от них приимаю.
К кафоликии и апостольстеи Церкви притекаю, с верою въхожду, с верою молюся, с верою исхожду.
Тако верую и не постыжюся, и пред народы исповедаю, и исповеданиа ради и душю свою положю.
Слава же Богу о всем, строящему о мне выше силы моеа. И молите о мне, честней учителе и владыкы Рускы земля. Аминь.
(Риб. Т. 36. Ч. 2. Вып. 1. Пг., 1920. Стб. 102–103)
* * *
Примечания
Литаврин Г. Г. Псёлл о причинах последнего похода русских на Константинополь в 1043 г. // ВВ. Т. 27. М., 1967. С. 81
Неудачное сражение произошло 10, 17 или 24 июля 1043 г. (Литаврин Г. Г. Еще раз о походе русских на Византию в июле 1043 г. // ВВ. Т. 29. М., 1969. С 107).
Литаврин Г. Г. Псёлл о причинах последнего похода русских... С. 85. См. также: Левченко М. В. Очерки по истории русско-византийских отношений. М., 1956. С. 396–399; Мошин В. Русские на Афоне и русско-византийские отношения в XI–XII вв. // Byzantinoslavica. Prague, 1947. Т. 9. № 1. С. 74–75. От брака Всеволода Ярославича с дочерью Византийского императора Константина IX Мономаха, предположительно с Марией, родился князь Владимир Мономах († 1125) (Донской Д. В. Рюриковичи. Исторический словарь. М., 2008. С. 213).
Пашуто В. Т. Внешняя политика Древней Руси. М., 1980. С. 80.
См. о нем: Филарет (Гумилевский), архиеп. Обзор русской духовной литературы. 3-е изд. СПб., 1884. С. 9–10; Срезневский И. И. Древние памятники русского письма и языка (X–XIV веков). Общее повременное обозрение. СПб., 1882. Стб. 18–19; Українські письменники. Біо-бібліографічний словник. Т. 1: Давня українська література (XI–XVIII ст. ст.). Київ, 1960. С. 65–68; Бантыш-Каменский Д. Н. Словарь достопамятных людей Русской земли. СПб., 2009. Т. 2. С. 48–49; Имшенин П. Высшая церковная иерархия в Древней Руси // ЖМП. 1948. № 10. С. 68–69; Филарет (Гумилевский), архиеп. Историческое учение об отцах Церкви. М., 1996. С. 308–311; Давыдова С. А. Иларион // Литература Древней Руси. Биобиблиографический словарь. М., 1996. С. 80–82; Глухов А. Мудрые книжники Древней Руси. М., 1997. С. 44–54; Мильков В. В. Осмысление истории в Древней Руси. М., 1997. С. 99–116; Иоанн (Снычёв), митр. Пою Богу моему. Акафисты. Портреты русских архиереев. Дневниковые записи. СПб., 1998. С. 117–123; Кузьмин А. Г. Первый митрополит русин Иларион // Великие духовные пастыри России / Под ред. проф. А. Ф. Киселёва. М., 1999. С. 44–64; Пустарнаков В. Ф. Философская мысль в Древней Руси. М., 2005. С. 196–197; Громов Μ. Н. Образы философов в Древней Руси. М., 2010. С. 49–51.
ПСРЛ. Т. 1. М., 1997. Стб. 155; ПСРЛ. Т. 15. М., 2000. Стб. 17.
ПСРЛ. Т. 1. М., 1997. Стб. 155–156.
Там же. Стб. 156–157: Абрамович Д. Киево-Печерский Патерик. Киев, 1991. С. 17. В Степенной книге читаем об этом же: «По Феопенте же Митрополите бысть съветом самодръжца Ярослава епископи русьстии съшедшеся и разсудивше по священным правилом Божественых Апостол и святых отец, поставиша на Русьскую митрополию свята мужа Илариона, иже ископа себе пещеру, в ней же последи его вселися преподобный Антонии Печерьскии» (Степенная книга царского родословия по древнейшим спискам. М., 2007. Т. 1. С. 382–383).
3-й тропарь 7-й песни канона на утрени // Минея. Июль. Ч. 1. М., 2008. С. 535.
Высоцкий С. А. Древнерусские надписи Софии Киевской XI–XIV вв. Киев, 1966. Вып. 1. С. 37.
БЛДР. Т. 1: XI–XII века. СПб., 1997. С. 60; РИБ. Т. 36: Памятники древнерусского канонического права. Ч. 2. Вып. 1. Пг., 1920. Стб. 103.
Подскальски Г. Христианство и богословская литература в Киевской Руси (988–1237 гг.). 2-е изд. СПб., 1996. С. 148. См. также: Поппэ А. Митрополиты Киевские и всея Руси (988–1305 гг.) // Щапов Я. Н. Государство и Церковь Древней Руси, X–XIII вв. М., 1989. С. 193.
Овчинников Г. К Иларион-русин – выдающийся мыслитель Древней Руси. Очерк жизни и творчества. М., 2001. С. 61.
Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. 2-е изд. Т. 1. Ч. 1. М., 1901. С. 706.
Абрамович Д. Киево-Печерский Патерик. Киев, 1991. С. 102–103.
Поппэ А. Русско-византийские церковно-политические отношения в середине XI в. // История СССР. 1970. № 3. С. 110. См. также: Соколов П. Русский архиерей из Византии и право его назначения до начала XV века. Киев, 1913. С. 46–47, 49–50.
Поппэ А. Русско-византийские церковно-политические отношения... С. 113. Позднее исследователь отметил, что в Византии в это время усилилось «стремление ограничить права Патриарха, в частности вернуться к избранию митрополитов местными синодами. В империи ромеев такое намерение не было популярно, но нашло действенную поддержку митрополии Руси и ее властелина Ярослава Мудрого» (Поппэ А. Кто и когда строил каменную Софию в Киеве? // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. М., 2013. № 2(52). С. 19).
См.: Соколов И. И. Избрание архиереев в Византии IX–XV вв. // Избрание архиереев в Византии (Историко-правовой очерк). Избрание Патриархов Александрийской Церкви в XVIII и XIX столетиях. СПб., 2004. С. 20.
Доброклонский А. П. Руководство по истории Русской Церкви. М., 1999. С. 30–31 Трудно согласиться с утверждением историка: «Нельзя сомневаться, что вступление Илариона в управление Церковью Русской сопровождалось устранением многих клириков времени Феопемпта и привлечением новых клириков того духа и направления, что был сам Митрополит Иларион» (Присёлков М. Д. Очерки по церковно-политической истории Киевской Руси X–XII вв. СПб., 2003. С. 114).
Лосева О. В. Жития русских святых в составе древнерусских Прологов XII–первой трети XV веков. М., 2009. С. 325.
Лисицын М., прот. Первоначальный славяно-русский Типикон. Историко-археологическое исследование. СПб., 1911. С. 107.
Лосева О. В. Жития русских святых... С. 327; БЛДР. Т. 12: XVI век. СПб., 2003. С. 104; Хрущов И. П. О древнерусских исторических повестях и сказаниях. XI–XII столетие. Киев, 1878. С. 126–127. О храме мученика Георгия см.: Каргер М. К. Древний Киев. Очерки по истории материальной культуры древнерусского города. Т. 2: Памятники Киевского зодчества X–XIII вв. Μ.; Л., 1961. С. 232–234; Жуковская Л. П. Двести списков XIV–XVII вв. небольшой статьи как лингвистический и исторический источник (статья Пролога о построении церкви во имя Георгия Ярославом Мудрым) // Исторические традиции духовной культуры народов СССР и современность. Сб. науч. трудов. Киев, 1987. С. 40.
Лосева О. В. Русские Месяцесловы XI–XVI веков. М., 2001. С. 96.
Спасский Ф. Г. Русское литургическое творчество. М., 2008. С. 60.
Ко времени Юрьева дня на Руси заканчивались сельскохозяйственные работы, происходил расчет землевладельцев с крестьянами, после чего последние могли перейти к другому хозяину. О Юрьеве дне см. в законодательстве Московской Руси: Судебники XI–XVI веков. Μ.; Л., 1952. С. 27, 172.
Щапов Я. Н. Княжеские Уставы и Церковь в Древней Руси XI–XIV вв. М., 1972. С. 303.
Там же. С. 303.
«Сгадати» – сговориться, обдумать, осмыслить.
Древнерусские княжеские Уставы XI–XV вв. / Изд. подг. Я. Н. Щапов. М., 1976. С. 86; Бенешевич В. Н. Сборник памятников по истории церковного права, преимущественно Русской Церкви до эпохи Петра Великого. Пг., 1915. С. 78; Памятники русского права. Вып. 1: Памятники права Киевского государства X–XII вв. М., 1952, С. 259.
Древнерусские княжеские Уставы XI–XV в.в. С. 90.
Щапов Я. Н. Устав князя Ярослава и вопрос об отношении к византийскому наследию на Руси в середине XI в. // ВВ. Т. 31. М., 1971. С. 74. Подробнее об этом см.: Щапов Я. Н. Государство и Церковь Древней Руси, X–XIII вв. М., 1989. С. 107–113.
Геннадий (Гоголев), архим. Великан учености. Жизнь и труды протоиерея Александра Васильевича Горского (1812–1875). М., 2004. С. 70. См.: [Горский А., прот.] Памятники духовной литературы времен Великого князя Ярослава I // Прибавления к ТСО. М., 1844. Ч. 2. С. 204–292.
См.: Müller L. Neue Untersuchungen zum Text der Werke des Metropoliten Ilarion // Russia mediaevalis. München, 1975. T. 2. S. 3–4.
Поторжинский M., прот. История русской церковной проповеди в биографиях и образцах пастырей-проповедников с 1 / 2 IX–XIX вв. 2-е изд. Киев, 1891. С. 12–31; Памятники древнерусской церковно-учительной литературы / Под ред. А. И. Пономарёва. СПб., 1894. Вып. 1. С. 60–78; Слово о Законе, данном чрез Моисея, и о Благодати... // Православный благовестник. Орган православно-христианской миссии. М., 1915. Июль–август. С. 37–56; Elbe Н. Die Handschrift С der Werke des Metropoliten Ilarion / / Russia mediaevalis. München, 1975. T. 2. S. 120–161; Молдован A. M. «Слово о Законе и Благодати» Илариона. Киев, 1984; Красноречие Древней Руси (XI–XVII вв.). М., 1987. С. 42–57; Die Orthodoxe Kirche in Rubland. Dokumente ihrer Geschichte (860–1980). Gottingen, 1988. S. 82–91; Иларион, митр. Слово о Законе и Благодати // Альманах библиофила. Вып. 26: Тысячелетие русской письменной культуры (988–1988). М., 1989. С. 154–226; Иларион, митр. «Слово о Законе и Благодати...» // Прометей. Т. 16: Тысячелетию русской книжности посвящается. М., 1990. С. 176–187; Древнерусские повести. Пермь, 1991. С. 48–63; Златоструй. Древняя Русь X–XIII веков. М., 1990. С. 106–125; На заставе богатырской М., 1993. С. 57–104.
Катаев Н. Очерк истории русской церковной проповеди. Одесса, 1874. С. 18–27; Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. 2-е изд. Т. 1. Ч. 1. М., 1901. С. 841–846; Истрин В. М. Очерк истории древнерусской литературы домосковского периода (11–13 вв.). Пг., 1922. С. 127–135; Порфирьев И. История русской словесности. Ч. 1: Древний период. Устная народная и книжная словесность до Петра В. 5-е изд. Казань, 1891. С. 365–371; Розов Н. Н. Иларион // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1: (XI – первая половина XIV в.). Л., 1987. С. 198–204; Горский В. С. Философские идеи в культуре Киевской Руси XI – начала XII в. Киев, 1988. С. 140–147; Послания митрополита Никифора. М., 2000. С. 20–25; Вальденберг В. Древнерусские учения о пределах царской власти. М., 2006. С. 81–86; Литература Московской и домосковской Руси. Аналитическое пособие. М., 2008. С. 427–435.
БЛДР. Т. 1: XI–XII века. СПб., 1997. С. 26.
БЛДР. Т. 1. С. 26 (далее ссылки на цитаты из этого издания указаны в тексте).
Этот риторический прием использован, например, в службе святителю Макарию († 1563; 5 память 30 декабря), который был канонизован в 1988 г. (см.: Седален по 3-й песни канона на утрени // Минея дополнительная. М., 2008. Вып. 1. С. 153). «Известный еще с XI в. по „Слову о Законе и Благодати“ риторический прием, распространенный и в гимнографии, когда та или иная страна прославляет своего подвижника и просветителя, использован в седальне чудотворцу, где называются святые, подвизавшиеся в разных местах, но при этом как-то связанные со святителем Макарием. Завершается седален обращением к иерарху: „Ты же от всех сих вкупе славословие приемлеши, Макарие чуднее“» (Макарий (Веретенников), архим. О службе митрополиту Московскому Макарию // Гимнология. Материалы Междунар. науч. конф. «Памяти протоиерея Димитрия Разумовского» (к 130-летию Моск, консерватории) 3–8 сентября 1996. М., 2000. Кн. 1. С. 42).
Мюллер А. Понять Россию: историко-культурные исследования. М., 2000. С. 134.
См. о ней: Пушкарёва Н. Л. Женщины Древней Руси. М., 1989. С. 23–25; Кулинич Д. Д. Анна Ярославна, королева Франции // Вопросы истории. М., 1967. № 2. С. 217–218; Донской А. В. Рюриковичи. Исторический словарь. М., 2008. С. 59–60.
Мюллер Л. Понять Россию... С. 138.
Седов В. В. Новый Иерусалим в надвратных храмах Византии и Древней Руси // Новые Иерусалимы. Иеротопия и иконография сакральных пространств. М., 2009. С. 572·
Таким же образом святитель Платон (Лёвшин), произнося 29 августа 1770 г. проповедь в Петропавловском соборе по случаю победы русского флота на турецким в Чесменском бою, обратился к почившему императору Петру († 1725): «Восстань и насладись плодами трудов твоих. Флот, тобою устроенный, уже не на море Балтийском, не на море Чёрном, не на океане Северном. Но где? Он – на море Медитерранском, в странах восточных, близ стен Константинопольских» (Анисов А. Отец московского духовенства. Жизнеописание митрополита Московского и Коломенского Платона (Лёвшина). ТСЛ, 2009. С. 88).
Литература Московской и домосковской Руси. Аналитическое пособие. М., 2008. С. 43 5.
Молдован А. М., Юрченко А. И. «Слово о Законе и Благодати» Илариона и «Большой апологетик» Патриарха Никифора // Герменевтика древнерусской литературы XI–XVI века. М., 1989. С. 5–18. См. также: Розов Н. Н. Из истории русско-чешских литературных связей древнейшего периода // ТОДРЛ. Т. 23: Литературные связи древних славян. Л., 1968. С. 71–85.
ААЭ. СПб., 1836. Т. 1: 1294–1598. С. 258.
Малышевский И. Киевские церковные Соборы // ТКДА. 1884. № 12. С. 495. См. также: Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн. 2. С. 178.
Щапов Я. Н. «Написание о правой вере» Михаила Синкелла в Изборнике 1073 г. и древнеславянской Кормчей ефремовской редакции // Изборник Святослава 1073 г. Сб. статей. М., 1977. С. 333.
См.: Ерёмин И. П. Лекции и статьи по истории древней русской литературы. 2-е изд. Л., 1987. С. 81. См. также: Лихачёв Д. С. Великое наследие. Классические произведения литературы Древней Руси. М., 1980. С. 39.
См.: Ужанков А. Н. Когда и где было прочитано Иларионом «Слово о Законе и Благодати» // Герменевтика древнерусской литературы. М., 1994. Сб. 7. Ч. 1. С. 86. Позднее автор развил свои утверждения (Ужанков А. И. Проблемы историографии и текстологии древнерусских памятников XI–XIII веков. М., 2009. С. 11–94). См. также: Симонов Р. А. Математическая и календарно-астрономическая мысль Древней Руси (по данным средневековой книжной культуры). М., 2007. С. 196.
Крещение Руси традиционно связывается с 1 августа, позднее открытие византийской митрополии в Киеве произошло не в истории, а на страницах трудов М. Д. Присёлкова, 500-летие Софийского собора в Константинополе было годом раньше и, думается, прошло без особых торжеств в Киеве. О 60-летии князя Ярослава говорит исследователь, а не автор Слова.
См.: Подскальски Г. Христианство и богословская литература в Киевской Руси... С. 150. См. также: Турилов А. А., Э.П.Р. Иларион († ок. 1054/55?) // ПЭ. Т. 22. М., 2009. С. 123.
См.: Поппэ А. Митрополиты Киевские и всея Руси (988–1305 гг.) // Щапов Я. Н. Государство и Церковь Древней Руси, X–XIII вв. М., 1989. С. 193; Dӧpmann Н. Die Russische Orthodoxe Kirche in Geschichte und Gegenwart. Berlin, 1977. S. 16.
См.: Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн. 2. С. 75.
[Горский А., прот.]. Памятники духовной литературы времен Великого князя Ярослава I // Прибавления к ТСО. М., 1844. Ч. 2. С. 293–299. Е. Е. Голубинский сомневается в его принадлежности Митрополиту Илариону, поскольку «не дает видеть в своем авторе того блестящего оратора, каким был митр. Иларион» (Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. 2-е изд. Т. 1. Ч. 1.M., 1901. С. 821).
Турилов А. А., Э.П.Р. Иларион († ок. 1054/55?). С·125.
Там же. С. 125; Елесиевич С. Хиландарский список «Слова Митрополита Киевского Илариона к брату столпнику» // Афон и славянский мир. Сб. 1: Материалы междунар. науч. конф., посвящ. 1000-летию присутствия русских на Святой Горе. Белград, 16–18 мая 2013 г. Святая Гора Афон, 2014. С. 223–234.
См.: Сперанский Μ. Н. Русские подделки рукописей в начале XIX века // Проблемы источниковедения. М., 1956. Вып. 5. С. 72, 92.
См.: Рыбаков Б. А. Из истории культуры Древней Руси. Исследования и заметки. М., 1984. С. 49, 59–64; ПСРЛ. Т. 1. М., 1997. Стб. 161–162.
По мнению М. Д. Присёлкова, Митрополит Иларион, отойдя от митрополичьих обязанностей, принял схиму с именем Никон и подвизался затем в Печерском монастыре, «став опять пресвитером» (!) (Присёлков М. Д. Нестор летописец. СПб., 2009. С. 49. См. также: Он же. Очерки по церковно-политической истории Киевской Руси X–XII вв. СПб., 2003. С. 104–105), что, без сомнения, является недоразумением (см.: Поппэ А. Русско-византийские церковно-политические отношения... С. 122; Розов Н. Н. К вопросу об участии Илариона в начальном летописании // Летописи и хроники. Сб. статей 1973 г. Посвящен памяти Арсения Николаевича Насонова. М., 1974. С. 36).
Абрамович Д. Киево-Печерский Патерик. Киев, 1991. С. 49.
Розов Н. Н. К вопросу об участии ИларИона... С. 36.
См.: Там же. С. 34–35; Лихачёв Д. С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. Μ.; Л., 1947. С. 71–93.
См.: Мюллер А. Понять Россию... С. 148, 158.
Барсуков Н. Источники русской агиографии. СПб., 1882. Стб. 217. Святитель Филарет говорит, что Митрополит Иларион почил в 1067 г. (Филарет (Гумилевский), архиеп. Историческое учение об отцах Церкви. М., 1996. С. 309).
1-й тропарь 9-й песни канона на утрени // Минея. Февраль. М., 2007. С. 762.
Минея. Май. Ч. 3. М., 2008. С. 356.
Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. 2-е изд. Т. 1. Ч. 1. М., 1901. С. 706.
Мещерский Н. А. К изучению языка «Слова о Законе и Благодати» // ТОДРЛ. Т. 30: Историческое повествование Древней Руси. Л., 1976. С. 231.
«Отаи» – тайно.