архимандрит Порфирий (Виноградов)

II. Гробницы Святительские98

1-я гробница, в которой погребен епископ Ростовский, Суздальский и Владимирский Лука

Идя на запад от гробницы Константина Всеволодовича, мы прежде подходим к двум, рядом стоящим, святительским гробницам. Одна из них – под сенью комары, другая – рядом с ней, лишь крышкой возвышающаяся над полом храма. Следуя хронологическому порядку погребенных здесь Святителей, рассмотрим сначала гробницы, находящиеся в комарах.

Над первой святительской гробницей в глубине комары читаем надпись: «мощи святаго Епископа Луки Владимирскаго, положен на сем месте лета 6697 месяца ноемврия 10 дня».

Епископ Лука был Святителем всей земли Ростовской, Суздальской и Владимирской в славное княжение Всеволода Великого. Он был преемником Ростовских и Суздальских Святителей, бывших в земле Ростово-Суздальской со времен самого св. равноапостольного князя Владимира; но он первый из епископов, как кажется, имел свое местопребывание во Владимире, в то время – новой столице России, и был этому городу истинным духовным светильником по высоте своей жизни. Занял он кафедру земли Ростовской после печального для этой кафедры времени недостойных пастырей и сиротства паствы99.

До поставления своего во епископа, Лука был игуменом в церкви Спаса на Берестове близ Киева – церкви, которая построена была еще св. равноапостольным Владимиром, и в которой был священником св. Иларион, первый потом Киевский митрополит Русского происхождения.

Около 1185 года, в правление великого князя Всеволода Георгиевича, митрополит Киевский Никифор поставил во епископа Ростовского «Николу Гречина» (т.е. Николая, родом грека). Но Всеволод Георгиевич не захотел принять в Ростов того епископа, поставленного без его согласия. Он послал в Киев к князю Святославу Всеволодовичу и митрополиту Никифору посольство, прося поставить в епископа земли Ростовской, Суздальской и Владимирской Луку, «смиреннаго духом, кроткаго игумена Спаса на Берестове». И вот 11-го марта 1185 года митрополит Никифор рукоположил игумена Луку во епископа.

Немного служб пришлось совершить вновь посвященному епископу в знаменитейшем храме своей епархии – златоверхом Владимирском соборе, т.к. в середине апреля 1185 года случился во Владимире большой пожар, от которого много пострадал и златоверхий храм. После сего Всеволод Георгиевич начал производить обновление и распространение храма, – и Святитель Лука, несомненно, разделял с великим князем попечения об этом благоустроении собора. Во время работ во Владимирском соборном храме Святитель озаботился украсить живописью и другой свой кафедральный храм – в Ростове.

14-го августа 1189 года епископ Лука освятил обновленный и распространенный златоверхий храм; но недолго пришлось ему и теперь совершать служение в этом храме: 10-го ноября того же года Святитель скончался и 11-го ноября был похоронен во Владимирском соборе.

Летописец так восхваляет Святителя Луку, сказав о поставлении его в сан епископа: «Был он муж молчаливый, милостивый к убогим и вдовицам, ласковый ко всякому богатому и убогому, смиренный и кроткий, словами и делом утешавший печальных, поистине добрый пастырь, который пасет словесных овец нелицемерно, с кротостию и рассмотрением, соблюдая их и бодрствуя за них день и ночь, – последовавший обычаю Святых, переходивший от дела в дело высшее, обычныя мольбы возносивший к Богу, в обоняние благоухания приносивший кадило молитвенное, фимиам благовонный, – победивший мирскую похоть и миродержца князя века сего, сопротивника, поправший диавола и его козни; он явился победителем (направленных) против него стрел, противостав гордым помыслам, укрепившись оружием крестным, нося на себе поношение Христово». Далее летописец, обращаясь уже к самому Святителю, продолжает: «Ибо не имеешь ты здесь града, но изыскиваешь будущаго непобедимой верой и с Божией помощью. Молись за порученное тебе стадо, за людей христианских, за Князя и за землю Ростовскую, которые, взирая на твое воздержание, прославляют Бога ныне и присно и в бесконечные веки».

Братие христиане! Так ясно изображает преподобный летописец свет добродетелей святителя Луки и так внушительно возбуждает к молитве святителю и к подражанию его добродетелям. Из сего летописного сказания открывается, что святитель Лука стяжал смирением высокая, ибо, будучи прежде всего смиренным, кротким, молчаливым, он достиг совершенства и в прочих добродетелях: милосердии, чистоте сердца, мудрости в пасении своей паствы, учительности. Так, братие, смирение есть основание добродетелей, смирение есть первая ступень лестницы, приводящей к Богу, ибо кто не сознает своего ничтожества перед Богом, своей немощи, своей греховности и не смирится в душе своей, тот как возжелает духовного совершенства? Еще и в ветхом завете премудрый царь Соломон сказал: Бог гордым противится, смиренным же дает благодать (Притч. 3. 34). В новом завете Господь Иисус Христос предложил девять заповедей блаженств для указания пути к совершенству и царствию небесному, и первой заповедью блаженства он поставляет нищету духовную, т.е. смирение. Блажени, говорит он, нищии духом, яко тех есть царство небесное (Матф. 5) и еще так говорил Господь о необходимости смирения: всяк возносяйся смирится, смиряяй же себе вознесети (Лук. 18, 14). Смирение, по сему, является дверью к прочим добродетелям. Преподобный Ефрем Сирин называет смирение небесной дверью и оружием Господа Иисуса Христа. Вспомним, братие, еще слова самого Господа: научитеся от Мене, яко кроток есть и мирен сердцем, и обрящете покой душам вашим (Матф. 11, 29).

2-я гробница, в которой погребен епископ Владимирский Симон100

Следующая далее к западу гробница под сводом комары обозначается в глубине комары надписью: «Мощи Преосвященнаго Епископа Симона Владимирскаго, преставися в лето 6735 месяца маия 22 дня». Некоторые думают, что надпись эта в настоящее время не говорит истины, – что мощи Святителя Симона, вскоре по его преставлении, были перенесены в Киев, где ныне почивают в нетлении открыто. Но летописи, точно засвидетельствовав о погребении Святителя Симона во Владимире, ничего не говорят о перенесении мощей его в Киев; в указе царя Иоанна Грозного о поминовении почивающих во Владимирском соборе упоминается епископ Симон; в рукописных святцах конца 16 и начала 17 века он означен в числе святых града Владимира, без всякого упоминания, что мощи его почивают в Киеве101; в Сборнике Троице-Сергиевой лавры 17 века Святитель Симон означен почивающим на южной стороне Владимирского собора; наконец, во время реставрации (1882–84 г.) через поврежденное место в крышке гробницы видны были останки Святителя102. Должно думать, что в Киевских пещерах почивает в нетлении другой Святитель Симон, – и есть некоторые основания полагать, что этот почивающий в пещерах Святитель принадлежит к числу неизвестных по летописям епископов Ростовско-Суздальского края, более древних, чем погребенный во Владимире Святитель Симон103.

Святитель Симон был первым епископом Владимирским в том смысле, что со времени его святительства началось разделение епископии Ростовско-Суздальской на собственно Ростовскую и Владимиро-Суздальскую: в 1214 году в Ростов, по воле княжившего там Константина Всеволодовича, поставлен был во епископа Пахомий; около того же времени во Владимир и Суздаль, по воле св. великого князя Георгия Всеволодовича, был поставлен в епископа Симон. Между святительством Луки и святительством Симона Ростовскую и Владимирскую кафедру 24 года занимал епископ Иоанн, живший более во Владимире и около 1214 года удалившийся на покой104.

Святитель Симон управлял Владимирской и Суздальской паствой около 12 лет в последовательное управление великих князей: св. Георгия Всеволодовича, Константина Всеволодовича и во вторичное княжение св. Георгия. По свидетельству летописи, он был пастырем «блаженным (благочестивым), милостивым и учительным». Памятником его учительности сохранилось доныне его «послание Поликарпу», в котором (послании) заключается начальная часть печерского Патерика. Из этого сочинения Святителя, написанного им, как думают, в конце его жизни105, открывается его духовная мудрость и благочестие. Из некоторых слов сочинения видно и то, в каких близких отношениях – духовного отца и мудрого советника – находился Святитель к великокняжескому семейству (к великому князю Георгию и его сестре Верхуславе).

До своего святительства Симон был иноком в Киево-Печерской лавре, как это видно из его послания к Поликарпу; затем, в последние годы княжения Всеволода Георгиевича и в начале княжения св. Георгия Всеволодовича он был игуменом Рождественского монастыря во Владимире. В одной летописи (Троицкой), при описании погребения супруги Всеволода Георгиевича Марии (1205), игумен Симон назван духовным отцом почившей великой княгини.

Для посвящения в сан епископа игумен Симон должен был отправиться в Киев к митрополиту Матфею106.

В 1216 году, когда, после междоусобия великий князь Георгий Всеволодович должен был удалиться из Владимира в Радилов Городец на Волге, преданный ему Святитель Симон последовал за ним в это изгнание. В том же году он, однако, ездил в Ростов на погребение епископа Ростовского Пахомия.

В 1217 году, когда Георгий Всеволодович получил Суздаль, и Святитель Симон прибыл в Суздаль, где была по праву принадлежавшая ему кафедра. Есть некоторое основание думать, что он был участником торжественного сретения во Владимире святынь, принесенных великому князю Константину Всеволодовичу Полоцким епископом107.

По кончине великого князя Константина Всеволодовича (2-го февраля 1219), когда великокняжеский престол занял вновь св. Георгий Всеволодович, Святитель Симон снова водворился во Владимире. В 1219 году он освятил во Владимире Рождественскую монастырскую церковь, после ее обновления. В 1222 году, в Суздале, на месте построенной еще Владимиром Мономахом соборной церкви, павшей от ветхости, он заложил соборный храм, а 8-го сентября 1225 года освятил его. Существует мнение, что именно Святитель Симон подал великому князю Георгию Всеволодовичу мудрый совет – основать, при впадении Оки в Волгу, Нижний Новгород, как оплот против болгар и мордвы (основан в 1221 году108).

Святитель Симон скончался в 1226 году 22-го мая, почти за 12 лет до татарского погрома. «Преставился, говорит летопись, блаженный и милостивый и учительный Симон, Епископ Суздальский и Владимирский, постригшись в схиму; и положено было честное тело его в церкви Святой Богородицы во Владимире».

Не собственное, бр., назидание присоединим к описанию жития мудрого и знаменитого в истории отечественной Святителя Симона, а предложим собственные слова его в наше назидание из его послания к Поликарпу. Добавим от себя разве некоторые приложения слов Святителя к нам и нашему времени. Так начинается упомянутое послание Святителя Симона к Поликарпу: «Брат, сядь в безмолвии, собери ум свой и скажи себе: о убогий иноче! Не оставил ли ты мира и по плоти родителей ради Господа? Если же и пришедши сюда (т.е. в монастырь) для спасения, ты не духовное творишь, то для чего облекся в иночество? Не избавят от муки черныя ризы, если живешь не по-чернечески!». Сии слова Святителя прежде всего, конечно, должны касаться сердца каждого инока, но и все мы, бр., приложим их к себе и размыслим, достойно ли мы ходим своего звания христианского (Ефес. 4,1), не оказываемся ли мы иногда только по имени христианами, обнаруживая скудость в делах достойных христианина?

А вот как поучает Святитель о важности молитвы в храме Божием: «Как дождь растит семя, так и церковь влечет душу на добрые дела. Что ни делаешь в келии, не имеет такой силы, как совершаемое в церкви. Читаешь ли псалтирь, или поешь 12 псалмов, – это не сравняется с одним соборным пением: Господи помилуй. Вспомяни, брат, что и верховный Апостол Петр, сам церковь Бога жива (см. 2Кор. 6, 16 1Кор. 3, 16, 6, 19), когда был взят и посажен в темницу, не молитвами ли церковными избавился от руки Ирода (Деян. 12, 5 и дал.). И Давид молитвенно говорит: едино просих от Господа, то взыщу, еже жити ми в дому Господни во вся дни живота моего и зрити ми красоту господню и посещати храм святый его (Псал. 26, 4). Да и сам Господь сказал: храм Мой храм молитвы наречется (Матф. 21, 31); иди-же-бо еста два или трие собрани во имя Мое, ту есть посреди их (Матф. 18, 20). А когда собирается такой собор…более ста человек братии: тем более веруй, что посреде их Господь Бог наш.» – Да устыдятся сих слов Святителя раскольники, старообрядцы, кои не имеют храмов Божиих, а имеют только молельни, не освященные для совершения в них Божественных Тайн! Да устыдятся сих слов сектанты (молокане и Штундисты), кои говорят, что будто и вовсе не надо храмов Божиих строить! Да устыдятся сих слов и те из именующих себя православными христианами, кои небрегут о посещении храмов Божиих!

Приведем теперь такие слова Святителя, в коих он поучает переносить обиды: «Терпи, брат, и досаждени: претерпивый до конца, той спасется (Матф. 24, 13). Если и случится тебе быть оскорбленным, и кто-нибудь придет к тебе и скажет тебе: такой-то очень нехорошо говорил о тебе, – скажи вестнику: хотя он и укорил меня, но он мой брат; я достоин этого, и он не сам собою делает, но враг его подучил, чтобы рассердить нас между собою. Господь да поразит лукавого, а брата да помилует. Скажешь он в лице, оскорбил меня пред всеми? Не смущайся, чадо, и не предавайся сильно гневу, но пади до земли, поклонись брату до земли и скажи ему: прости меня. Исправь в себе прегрешение и победишь всю силу вражию. Если на поношение будешь отвечать грубостью, то вдвойне досадишь себе. Разве ты более царя Давида, которого Семей поносил в лице? А он намеревавшемуся отмстить за него слуге своему сказал: не делай сего, да видит Господь смирение мое и воздаст ми благая, клятвы его ради (2Цар. 16, 11 и 12). Вспомни, чадо, и большее, как Господь смирил Себя, быв послушлив до смерти (Филипп. 2, 8) Отцу Своему: стражда не прещание (1Петр. 2, 23), слыша хулы: биса имаши, по лицу биеный, заушаемый, оплеваемый, не гневался, но и за распинавших молился, и тебя научил молиться за врагов: любите, сказал Он, враги ваша, добро творите ненавидящим вас, благословите клянущия вы, молитеся за творящия вам напасть (Матф. 5, 44). Примем, братия, к сердцу и мы сии слова Богопросвещенного Святителя.

3-я гробница, в которой погребен епископ Владимирский Митрофан

Следующая, крайняя к западу, гробница под сенью комары имеет в углублении стены надпись: «Мощи Епископа Митрофана Владимирскаго, преставися лета 6745 месяца февруария 7 дни».

Почивающий здесь Святитель Митрофан – тот самый, который, во время взятия Владимира татарами, приуготовил к смерти пострижением в схиму и приобщением св. Тайн семейство св. великого князя Георгия и других, собравшихся в златоверхом храме, – который благословил их на мученическую кончину и сам вместе с ними принял мученическую смерть, скончавшихся от знойного дыма «на всходных палатах» храма.

На настоящем месте останки Святителя положены были великим князем Ярославом Всеволодовичем, по удалении татар из пределов Владимирских.

Уже самая кончина Святителя Митрофана ясно свидетельствует о величии его духа. В летописях он называется благоверным, боголюбивым и преподобным.

Святитель Митрофан был преемником Святителя Симона, и до своего епископства был, подобно Симону, игуменом Рождественского монастыря. Как игумен сего монастыря, он упоминается в летописи под 1219 годом.

Посвящение Митрофана в епископа замечательно тем, что оно было совершено во Владимирском соборном храме. Его рукополагали митрополит Киевский и всея России Кирилл I и другие 4 епископа 14-го марта 1227 года, в крестопоклонное воскресенье. В храме присутствовали: великий князь Георгий, дети его, братья его Святослав и Иоанн, бояре и множество народа. Между присутствовавшими был и сам летописец. «Приключилось, говорит он, и мне грешному тут быть и видеть дивное и преславное, и прославили (присутствовавшие) Всемилостиваго Бога и великаго князя Георгия».

В 1230 году совершилось несколько примечательных событий, имевших отношение к жизни Святителя. Так, 9 марта этого года во Владимир были принесены честные мощи св. мученика Аврамия, пострадавшего в предшествующем году от своих соотечественников – Камских болгар в столице Болгарии. Великий князь Георгий со своим семейством, Святитель с духовенством и все граждане, со свечами, встретили св. мощи Страстотерпца за версту от города, и они с честью положены были в Успенском храме женского монастыря, где и ныне почивают. По свидетельству рукописного жития св. Георгия, от св. мощей «были тогда (может быть, в самый день сретения их) многие исцеления: слепые прозревали, хромые начанали ходить и немощные освобождались от недугов». – В том же году Святитель должен был расстаться с достойным своим преемником по управлению Рождественским монастырем, архимандритом Кириллом, который был испрошен у великого князя Георгия и у Святителя Митрофана Ростовскими князьями, сыновьями Константина Всеволодовича, для занятия епископской кафедры в Ростове109. 3-го мая того же года, в день памяти св. Феодосия Печерского, во время литургии, когда читали Евангелие, внезапно произошло землетрясение: храм потрясся, иконы на стенах и свечи на паникадилах поколебались, и народ весь пришел в страх. в южной Руси землетрясение было сильнее: храм Киево-Печерской лавры, в котором служил сам митрополит, расселся на четыре части, хотя и не обрушился, а в Переяславле Южном расселась на двое церковь св. Михаила. Это было одно из тех грозных знамений, которые в княжение Георгия Всеволодовича начали предвещать великое бедствие для России110. Ввиду этого, по свидетельству рукописного жития св. Георгия, «великий князь Георгий с блаженным епископом Митрофаном, в соборной церкви приносили непрестанное моление Господу Богу и Пречистой Его Матери». – в том же году Святитель начал благоукрашать живописью соборный храм в Суздале, построенный в епископство Святителя Симона; храм затем был мощен красным мрамором, и работы по благоукрашению его кончены были только в 1233 году.

В 1237 году Святитель Митрофан поставил в златоверхом храме над престолом «кивот»111, украшенный золотом и серебром, и украсил живописью притвор этого храма, вероятно – пристройку Всеволода Георгиевича.

Зимой 1237–38 года, при вестях о татарском нашествии, по свидетельству рукописного жития св. Георгия, Святитель с великим князем слезно молился в златоверхом храме, а вскоре в сем храме он почил смертью мученика и возлег навеки в расписанном им притворе.

Одна из летописей (Ипатьевская) передает, что когда татары, обступив столицу, стали увещевать граждан добровольно сдаться, услышавший о том епископ Митрофан начал со слезами говорить Владимирцам: «чада, не убоимся искушения от нечестивых, не будем помышлять о тленном сем и скороминующем житии, но попечемся о том нескороминующем, – житии с Ангелами. Если град наш и возьмут оружием и предадут нас смерти, – я, чада, поручитель за то, что вы приимете от Христа Бога нетленные венцы».

В рукописном житии св. Георгия говорится о Святителе Митрофане: «Сей же блаженный епископ Митрофан был истинный пастыреначальник, избранник Божий, пас стадо Христово и беспрестанно воссылал молитвы к Богу».

Братие, христиане! Святитель Митрофан увенчался мученическим венцом: он есть священномученик. Таковые угодники Божии преимущественно уподобляются Господу Иисусу Христу, ибо как сам Господь Иисус Христос был добрым пастырем, положившим душу свою за овцы, то есть, за весь род человеческий (Иоан. 10, 11, 15), так и священномученики принимали мучения за имя Христово и вместе за овец своих, то есть, за врученных их попечению людей. И все св. Апостолы Христовы были священномучениками. Только св. Апостол Иоанн, в знак особого к нему благоволения Господа Иисуса Христа сохранен был от мученической кончины (ср. Иоан. 21, 20–24), но и он перенес многие болезни и труды во благовестии Христовом. И все пастыри духовные, кои усердно исполняют свои обязанности, много страждут за духовных овец своих, и, можно сказать, полагают за них душу свою, если не на смерть, то на разные труды, лишения и страдания. Нелегко, братие, пастырское служение. Много попечений о пастве лежит на душе духовного пастыря, и знает он, что даст Богу ответ за овец своих. Добрый пастырь болезнует о каждом члене своей паствы, подобно святому Апостолу, который о себе свидетельствует: кто изнемогает, и не изнемогаю, кто соблазняется, и аз не разжизаюся (2Кор. 11, 29). А какие казни стремится враг спасения устроить самому пастырю духовному? Вот даже св. Апостол Павел свидетельствует Селунским христианам: хотехом приити к вам, аз убо Павел единою и дважды, и возбрани нам сатана (1Сол. 2, 18. Ср. 2Кор. 12, 9). Почитайте же, братие, духовный сан, и берегитесь осуждать духовных пастырей, если и немощи какие видите в них. Ведайте, что враг спасения может нападать на них с особой силой. Памятуйте слова св. Апостола: молим вы, братия, знайте труждающихся у вас и настоятелей ваших о Господе и наказующих вы, и имейте их по преизлиху в любви за дело их (1Сол. 5, 12, 13) и еще другие слова: повинуйтеся наставникам вашим и покаряйтися, тии бо бдят о душах ваших, яко слово воздати хотяще, да с радостию сие творят, а не воздыхающе, несть бо полезно вам сие (Евр. 13, 17).

4-я гробница, в которой погребен епископ Владимирский Серапион

Обозрев гробницы Святителей, находящиеся в комарах, возвратимся к гробнице, едва возвышающейся над полом возле первой святительской гробницы112. На этой последней, на восточной части ее крышки, сделана надпись: «Мощи Преосвященнаго Епископа Серапиона Владимирскаго, преставися лета 6783, месяца июниа 12».

Эта гробница принадлежит к числу особенно почитаемых. Перед ней богомольцы служат панихиды по Святителе Серапионе и молятся о болящих детях. В недавнее время несколько лет над этой гробницей стоял посребренный саркофаг; но во время реставрации 1882–84 года он снят, и усердные богомольцы преклоняются к самой гробнице Святителя.

Святитель Серапион был поставлен пастырем «Владимиру, Суздалю и Нижнему Новгороду» во время тяжелое для России, – время монгольского ига, когда, после кончины св. Александра Невского (1236), между великими князьями долгое время не было сильных защитников отечества, подобных Ярославу Всеволодовичу и св. Александру Невскому. В эти тяжелые времена пастыри отечественной Церкви оказывали России великую услугу: охраняя и воспитывая веру и добрые нравы в Русском народе, они сберегали залоги будущего могущества России. Между пастырями, (деятельность которых особенно имела такое значение) можно на первом месте поставить как митрополита Киевского Кирилла II, который рукоположил Серапиона во епископа Владимирского, так и самого Святителя Серапиона.

Святитель Серапион был первым преемником Святителя Митрофана на Владимирской кафедре; но он занял эту кафедру только через 36 лет после кончины последнего, в княжение Василия Ярославича, младшего сына Ярослава Всеволодовича. В промежуток же времени от кончины Святителя Митрофана до поставления Серапиона в сан епископа делами Владимирской епископии заведывал Ростовский епископ Кирилл II, а затем и сам митрополит Киевский Кирилл II, который с 1250 года, в правление Андрея Ярославича и св. Александра Невского, стал часто бывать во Владимире.

До своего святительского служения Серапион был архимандритом славного Киево-Печерского монастыря – матери монастырей Русских. В 1274 году митрополит Кирилл взял архимандрита Серапиона с собой во Владимир, а здесь, в соборном храме подобно Святителю Митрофану, Серапион хиротонисан был во епископа Владимирского. Для его посвящения прибыли во Владимир с севера епископы: Далмат Новгородский и св. Игнатий Ростовский, и с юга Феогност Переяславский и Симеон Полоцкий. Митрополит воспользовался собранием этих епископов и, вместе с ними и новопосвященным епископом Серапионом, составил во Владимире собор, на котором утверждено было 12 правил относительно церковного благочиния, вошедших в наши русские кормчие. Святитель Кирилл заключил этот собор возвышенной и трогательной речью, в коей увещевал пастырей Церкви достойно проходить свое служение113.

При таких-то примечательных обстоятельствах поставлен был во епископа Владимирского Серапион. Но весьма недолго, только около года, был он пастырем во Владимире: 12 июня 1275 года он скончался.

Однако, не без причины память его особенно чтится гражданами Владимира. Он, несомненно, был пастырем весьма высокой жизни, ибо не напрасно до своего епископства занимал место архимандрита в обители св. Антония и Феодосия. Кроме того, по свидетельству летописи, он был «весьма учителен в Божественном Писании», и от него до нашего времени сохранилось 7 поучений, о которых преосвященный Филарет Черниговский говорит, что в них «искренняя беседа пастырскаго сердца с паствою, сердца сокрушающагося о бедствиях времени и еще более о пороках времени; в них говорит красноречие сердца; виден и дар слова, видно и знание слова Божия»114. – Трогательно изображая в своих поучениях ужасы татарского нашествия и указывая в этом нашествии кару Божию за грехи Русского народа, Святитель призывает народ к покаянию, то устрашая своих слушателей, то с отеческой нежностью увещевая их и ободряя надеждой на милость Божию к Русской земле в случае их исправления. Между грехами народными он весьма сильно обличает суеверие, из чего видна просвещенность Святителя115.

И после сообщений сведений о сем Святителе мы извлечем себе назидание из собственных речений его.

Так изображает Святитель те бедствия народные, кои были еще только предвестием ига монгольского. «Вы слышали, говорит он, слова Самого Господа в Евангелии: и в последняя лета будут знамения в солнци, и луни, и звиздах, и труси по мистом и глади (Лук. 21,25. Матф. 24,7). Это предсказание Господа не сбылось ли явно перед нами? Сколько раз мы видели солнце затмившимся, луну померкнувшею, а недавно даже собственными глазами видели землетрясение. Что это значит? Отчего эти знамения? – Земля наша движется по повелению Божию, ради грехов наших не может выносить наших беззаконий. Мы не послушали Евангелия, не послушали Апостолов, не послушали Пророков. Всячески наказав нас, Бог не отучил нас от злых привычек и потому ныне потрясает и колеблет землю, хочет стрясти с земли беззакония, как листья с дерева. Бывали землетрясения – это правда. Но что потом было у нас? Не голод ли? Не мор ли неоднократный? Не частые ли войны? Однако же мы не покаялись, пока пришел на нас народ не милостивый, опустошил нашу землю, пленил города наши, разорил святыя церкви, избил отец и братий наших, надругались над нашими матерями и сестрами… Убоимся сего страшнаго прещения и припадем с исповеданием к Господу своему, дабы не подпасть нам большему гневу Господню… Ежели отстанем от дел сатанинских, то верно должны знать, что мы сподобимся благ не только в веке сем, но и в будущем». – Как приложимы, бр. христиане, сии слова Святителя и к нашему времени, ибо вот вести о страшных землетрясениях донеслись до нас, одно из них было притом в пределах нашего Отечества (в Шемахе – за Кавказом). И голода нередко бывали, и холера уносила жизнь людей. Далее Святитель призывает к покаянию, указывает на часто повторяющиеся случаи внезапной смерти! Но такие случаи еще чаще, по грехам нашим, в наше время. А следовательно и к нам весьма может относиться призыв Святителя к покаянию. Так заканчивает Святитель то слово (первое), из коего мы привели его речение: «Я, грешный пастырь ваш, исполнил заповеданное Господом, передал Его слово. Вы сами знаете, каким образом приумножить стяжание Господне. Когда приидет Он судить вселенную и воздать каждому по делам его, то востребует от вас хотя одного таланта и прославит вас в славе Отца Своего со Пресвятым Духом, ныне и всегда и во веки».

Второе слово Святителя начинается так: «Дети! Я чувствую в сердце своем великую скорбь о вас: ибо вовсе не вижу вашего обращения от дел беззаконных. Не так скорбит мать, видя детей своих больными, как скорблю я, грешный отец ваш, видя вас болящих делами беззаконными».

Так изображает Святитель в третьем своем слове бедствия ига монгольского и грехи народные, продолжающиеся, несмотря на наказание Божие: «Рузрушены церкви Божии, осквернены освященные сосуды, попрана святыня, Святители сделались добычею меча, тела преподобных иноков бросали в пищу птицам, кровь отцев и братьев наших, аки вода многа, напоила землю. Изчезла крепость наших князей, военочальников, храбрые наши бежали, исполненные страха, а еще более братьев и чад наших отведено в плен. Поля наши порасли травою, и величие наше смирилось, красота наша погибла, богатство наше досталось в удел другим, труды наши достались неверным… Но мы не обратились к Господу – не отступили от худых обычаев, не очистились от скверны греховной. Мы забыли страшныя наказания, постигшия всю землю нашу… Как звери алчут насытиться плотию, так и мы алчем и не перестаем желать, как бы всех погубить, и горькое, и кровию облитое их имущество захватить. Звери едят и насыщаются, а мы не можем насытиться. Что сказал Бог Моисею? Аще злобою озлобите вдову и сироту и вопиют ко Мни, слухом услышу глас их, прогниваюся яростию и побию вы мечем (Исх.22, 23–24). И сказанное ныне исполнилось над нами. Не падали ли мы от меча и не однажды и не дважды?»

В четвертом и пятом слове Святитель изобличает суеверия народа. Суеверия эти приводили иногда к прямым преступлениям, – к человекоубийству, ибо люди сжигали тех людей, коих они почитали за колдунов. Послушаем изобличения Святителем народного суеверия; сии обличения могут быть полезны и для изобличения во множестве существующих в народе еще и ныне суеверий. «Из каких книг, говорит Святитель, или из какого писания узнали вы, что от волхвования бывает голод на земле, и опять волхованием умножается хлеб? Ежели сему верите, то почему сожигаете волхвов? Вы молитесь им и почитаете их, приносите им дары, ежели они благоустрояют мир, напускают дождь, наводят теплую погоду, повелевают земле приносить плоды!..» Так изобличает Святитель суеверный обычай узнавать колдунов через воду: «Божественныя правила, говорит он, повелевают осуждать человека на смерть, по свидетельству многих. А вы поставляете в свидетели воду и говорите: ежели станет тонуть, то невинна, а если отплывет, то волшебница. Не может ли диавол, видя ваше маловерие, поддержать человека на воле, чтобы он не потонул, и тем вовлечь вас в душегубство!»116. В 5-м слове так изобличает Святитель суеверный обычай во время мора или голода выгребать из земли удавленников и утопленников. – «О безумие! О маловерие! О люди! Это ли ваше покаяние! Этим ли вы Бога умолите, что выгребете утопленника или удавленника? Сим ли Божию казнь отвратите? Я, грешный, всегда учу вас, дети, повелеваю вам принести покаяние, но вы не отступаете от злых дел. Но когда какая-либо казнь вас постигает от Бога, то мы Его еще более прогневляем, говоря: ради этого было ведро; ради этого дождь, ради этого жито не родится; распоряжаетесь творением Божиим, а не скорбите о своем безумном поведении!».

Приведем несколько увещеваний Святителя к добродетельной жизни и из шестого его поучения. «Когда мы впадем, говорит он, в руки разбойников, то рады отдать все имущество, лишь бы только нам пощадили жизнь. Вот ради временной жизни готовы мы пожертвовать своим имуществом, а ради душевной пользы не хотим делиться с неимущими!.. Заботьтесь, брат., о спасении душ своих, ибо страшен судия не стяжавшим добрых дел… И здесь, когда бывает буря и гром, мы не переносим того; а там куда денемся, когда будет страшный Суд, если ныне не приготовимся!».

В заключение приведем из второго поучения Святителя его слова, исполненные надежды на милосердие Божие к Русской земле: «Прибегните к покаянию. Гнев Божий прекратится, и милость Господня излиется на нас. Мы в радости будем жить на земле нашей, а по отшествии из сего мира придем с радостью к Богу Своему, как дети к Отцу, и наследуем царство небесное, для котораго Господом мы созданы».

Место погребения епископа Владимирского Феодора и сведения о нем самом

Гробница Святителя Феодора не могла быть восстановлена реставрацией 1882–84 г., но и о месте погребения его свидетельствует открытая тогда надпись: «Мощи святаго епископа Феодора Владимирскаго, положен на сем месте лета 6794 году». По указанию этой надписи, гробница Святителя Феодора должна была стоять возле южной стены храма, западнее гробниц Святителей Луки и Серапиона. Надписи, означающей место погребения Святителя Феодора, однако, теперь не видно: она закрыта висящей на стене большой иконой.

Святитель Феодор был преемником Серапиона и занимал Владимирскую кафедру во время особенно тяжелое, как и для его паствы, так и для всей России117.

Он был поставлен во епископа «Владимиру и Суздалю», вероятно, в Киеве от митрополита Кирилла II, в 1276 году, в последний год княжения Василия Ярославича, и около 10 лет проходил святительское служение в княжение Димитрия Александровича (второго сына св. Александра Невского). Только первые года четыре этого княжения были мирны118, а затем оно было особенно неспокойно и полно междоусобий. В святительство Феодора брат великого князя Андрей Александрович три раза (в 1281,1282 и 1285 годах) приводил против своего брата, великого князя Димитрия Александровича, даже татарские войска, которые в первый раз опустошили Муром и окрестности Владимира, Юрьева, Переяславля, Ростова, Торжка и Твери; во второй раз также «много зла сделали в Суздальской земле», да и в третий раз зло, причиненное ими, вероятно распространялось главным образом, на Суздальскую область119. А в 1284 году оба брата: Димитрий и Андрей пошли с русскими и татарскими войсками против Новгорода и «сделали много зла и пожгли области».

В 1280 году епископ Феодор, вместе с Новгородским епископом Климентом и епископом Ростовским – св. Игнатием, в Переяславле Залесском отпевали честное тело скончавшегося там блаженного и мудрого митрополита всей Руси Кирилла II, и после отпевания отпустили гроб Святителя в Киев.

Святитель Феодор скончался в 1286 году, может быть, 26 ноября, т.к. в этот день в указе Царя Иоанна Васильевича повелено петь по нем панихиду.

Братие, христиане! Святитель Феодор стоял у кормила церковного в многоскорбное для Руси время, во время бурное. Посему будем вспоминать слова св. Апостола, что многими скорбми подобает нам внити в царствие Божие (Деян. 14, 22), что всегда мы можем ожидать волнений житейского моря, и должны быть добрыми кормчими, если не других людей, что свойственно лицам начальствующим, то самих себя, своей души, своих помыслов, чувств, желаний и деяний, чтобы управлять всеми ими и не погибнуть во время бурь житейского моря, а, уповая на помощь Божию и трезвяся в житии своем и молитве, достигнуть немятежной пристани – Царства небесного.

5-я гробница, в которой погребен митрополит всея Руси Максим

Святитель Максим был погребен, по свидетельству Воскресенской летописи и Степенной книги, во Владимирском соборе, в приделе св. Пантелеймона. Неизвестно, был ли придел св. Пантелеймона во Владимирском соборе уже в то время, когда погребен был митрополит Максим, или древние писатели упоминанием об этом приделе хотели обозначить только место погребения Святителя, т.к. этот придел существовал в их время; но, во всяком случае, они допускают, по-видимому, неточность в обозначении места погребения Святителя. Придел св. Пантелеймона был на южной стороне храма, во Всеволодовой пристройке, начинаясь от гробниц Святителей Луки и Серапиона (которые были в алтаре этого придела) и кончаясь у западной стены, отделяясь от всего храма столпами и сделанной между ними кирпичной прокладкой; по крайней мере, в таком виде он существовал в позднейшее время (до 1860 г.), когда представлял из себя теплую церковь. Между тем, гробница Святителя Максима в настоящее время находится у юго-западного столпа храма, с северной стороны этого столпа; а северная сторона этого столпа выходила уже не в придел св. Пантелеймона, а в главный храм.

Над гробницей митрополита Максима находится чудотворная икона Богоматери, написанная по видению этому Святителю и по его распоряжению. Против иконы, на противоположном столпе храма, находится изображение самого Святителя во весь рост. Во время реставрации 1882–84 года, под чудотворной иконой Богоматери, в киоте, в которой она находится, и которая довольно много выдается от столпа, над гробницей Святителя устроено было деревянное подобие комары. Под сенью этого подобия комары обычная надпись: «Мощи Преосвященнаго митрополита Максима; преставися лета 6813 месяца декемврия 6 дня. Положен на сем месте».

Митрополит Максим переселился из Киева во Владимир, и, хотя он и его преемники продолжали именоваться митрополитами Киевскими, но на деле Святитель Максим перенес митрополию из Киева во Владимир, откуда она затем перенесена была в Москву. Его прибытие во Владимир благословила сама Богоматерь, явившись ему в сновидении и вручивши ему омофор, который и по пробуждении остался в руках Святителя. Неудивительно, что Святителя Максима, утвердившего свою первосвятительскую кафедру во Владимире и удостоенного такой чудесной милости Богоматери, доныне усердно почитают Владимирцы, тем более что он единственный из всероссийских митрополитов погребенный в древнем Владимирском храме.

Святитель Максим, по словам Степенной книги, был украшением первосвятительского всероссийского престола120. Он был достойным преемником мудрого и ревностного митрополита Кирилла II; его двадцатидвухлетняя ревностная деятельность имела великое и благотворное влияние на состояние Русской Церкви, в тяжелые для нашего отечества времена, именно в страшные по своим междоусобиям года правления великого князя Димитрия Александровича – от 1283 до 1293121 , в правление великого князя Андрея Александровича (1293–1304), когда князья мало воевали друг с другом, но часто ссорились, и в начале правления великого князя Михаила Ярославича (от 1204 до декабря 1205), против которого враждовал Юрий Московский122.

Святитель Максим был родом Грек и поставлен был первосвятителем Руси в 1283 году (года через два с лишком), по кончине своего предшественника Святителя Кирилла123.

Вскоре по приезде в Киев, Святитель Максим отправился к татарскому хану в Орду, чтобы изъявлением ему покорности обезопасить Русскую землю и Русскую Церковь от суровости татар. Затем в следующем году он созывал Русских епископов к себе в Киев, для совещания с ними о ревностном действовании во благо Русской Церкви при ее тяжелых обстоятельствах124. Потом он сам стал посещать Русские области, повсюду уча народ и преимущественно самих пастырей. Из Киева (до переселения во Владимир) он два раза приезжал в Суздальскую область (в 1285 и в 1295 год.) и один раз в Новгородскую и Псковскую (в 1285). В Киеве он рукоположил епископов: во Владимире Иакова (1288 года, на место скончавшегося в 1286 г. Феодора), в Ростов Тарасия (1289 г. на место скончавшегося в сем году св. Игнатия); во время же посещения в 1295 году Суздальской земли он посвятил здесь во епископа Владимирского Симеона.

В 1299 г., при великом князе Андрее Александровиче, на 16-м или 17-м году своего святительства в России, митрополит Максим сам занял кафедру Владимирскую, а епископа Симеона перевел в Ростов. Он оставил Киев по причине того, что там гораздо сильнее, чем в средней России, было угнетение от татар. Летопись говорит, что он удалился из Киева, «не терпя насилия татарскаго» и добавляет, что тогда разбежался весь Киев. Мы упоминали уже, что прибытие Святителя во Владимир благословила сама Богоматерь. Об этом так свидетельствует надпись, находящаяся под чудотворной иконой Богоматери над гробницей Святителя:

«Сей святый и чудотворный образ Пресвятыя Богородицы написан бысть в лето 6807 по видению Максима митрополита Владимирскаго и всея России чудотворца, гречанина родом, егда ему, пришедшему от Киева во Владимир от изгнания татарскаго и во Владимире от путнаго шествия в келлии своей мало уснув, абие видит, яко наяве, свет велик и необычен, и в том свете явися ему Пречистая Дева Богородица, держаща на руку Превечнаго Младенца, и глаголя: рабе мой Максиме! Добре пришел еси семо посетити град мой; и подаде ему омофор, глаголя: приими сей омофор и паси во граде моем словесныя овцы; он же, прием, возбудися от сна и в келлии никого же виде, а омофор обретеся в руце его; он же страхом объят бысть на мног час, и абие поведа великому князю Андрею, и построиша ковчег злат и положиша в него той омофор, и прославися чудо сие во всей Русской земле и в Палестине, и повелеша написати сей святый образ тем подобием, яко же виде Максим святый, а омофор святый во время безбожнаго царевича Талыча, егда плени град сей и разори, где скончася, неведомо».

По переселении во Владимир Святитель совершил также некоторые путешествия по России. В 1300 году он, вместе с епископами Ростовским и Тверским, ходил в Новгород для рукоположения во архиепископа Новгородского Феоктиста. В 1301 году Святитель путешествовал в Царьград на собор и во время этого путешествия посетил Волынь. Здесь игумен Русского монастыря Петр (впоследствии преемник Святителя Максима, чудотворец всей Руси) поднес митрополиту Максиму своего письма икону Богоматери125. Об этом свидании Святителя Максима с будущим своим преемником так повествует Степенная книга: «тогда приключилось Святителю Максиму, который в те годы украшал престол всей Русской земли, проходить ту землю, поучая людей Божиих по преданному уставу. Пришел же и Божий человек Петр с своею братиею приять от Святителя благословение, и принес ему образ Пречистыя Владычицы нашей Богородицы, который написал сам. Святитель же Божий благословил его с братиею, образ же Пречистой принял с великою радостью и веселием и, украсив златом и камением, имел у себя, и в нощи, и во дни молился Ей непрестанно о сохранении и соблюдении Русской земли» (стр. 413).

По смерти великого князя Андрея Александровича (27 июля 1304) у нового великого князя Михаила Ярославича захотел отбивать престол Юрий, князь Московский, и, с целью выпросить себе у хана великокняжеское достоинство, стал собираться в Орду. Когда, по словам летописи, «он (Юрий) был во Владимире, блаженный приснопамятный митрополит Киевский и всея Руси Максим со многою мольбою возбранял ему идти в Орду»126. Юрий обещал Святителю не искать в Орде великого княжения, но не сдержал этого обещания. Святитель видел разве только начало споров из их великокняжеского престола между Михаилом Ярославичем и Юрием. Декабря 6-го дня 1306 г. он скончался, прожив во Владимире 6 лет.

Вот, братие христиане, какой великий святитель почивает во Владимирском Успенском соборе. Велик он и по сану своему, ибо митрополитами называются епископы знатнейших городов, а митрополит Русский в то время был начальником над всеми российскими епископами. Кроме высокого своего сана святитель Максим замечателен и своим благочестием, ибо удостоился он явления ему Богоматери, даровавшей ему священный омофор. Есть предание, что некогда Царица Небесная, во время своей земной жизни вручила вышитый ею омофор другу Божию Лазарю, воскрешенному Господом и бывшему, по вознесении Господнем, епископом на острове Кипре. И так, вот кому приравнен милостью Богоматери святитель Максим – тому, чье воскресение было уверением в общем воскресении. Братие! Поминая о священном величии святителя Максима, вспомним еще одну подробность из сказаний о нем. Царица Небесная, явившись ему, сказала: «Хорошо ты сделал, что пришел посетить град мой». Итак, град Владимир Богоматерь удостоила назвать своим градом. О, радость, о веселие жителям града Владимира! Да пребудет же всегда в сердцах наших эта радость о присущей нам небесной Покровительнице, да преисполняемся благодарением нашей усердной Заступнице, и будем присно озабочены, за великую любовь Ее к нам, вести жизнь благочестивую, благоприятную Пречистой Деве Богородице.

После древних Святителей, погребенных во Владимирском соборном храме, уместно здесь хотя кратко упомянуть о Святителях более позднего времени, которые также покоятся под сенью этого храма, – покоятся уже не в белокаменных, видимых всеми, гробницах, а в могилах под полом храма.

Это следующие Святители прошлого века:

Платон Петрункевич, епископ Владимирский и Яропольский, с 20-го марта 1748 года до дня кончины своей – 16-го апреля 1754 года, основатель Владимирской Семинарии. Погребен под аркой того же столпа, возле которого находится гробница Святителя Максима, с восточной стороны этого столпа, против гробницы Святителя Симона.

Павел, епископ Владимирский и Муромский, с 1763 г. до дня кончины – 9-го августа 1769 года, принимавший в соборном храме 13-го июня 1763 г. Екатерину II, начавший по распоряжению сей Государыни благоукрашение собора. Погребен в правом отделении главного Успенского алтаря, вблизи южной алтарной двери.

Иероним Фармаковский, епископ Владимирский и Муромский, с 25-го декабря 1770 года до кончины – 3-го августа 1783 года, кончивший благоукрашение собора, начатое его предшественником. Место погребения его находится в недалеком расстоянии (почти рядом) от гробницы великого князя Константина Всеволодовича127.

Упомянем и о Святителе новейшего времени, погребенном в новой (1860 года) пристройке к соборному храму – Георгиевском соборе. Это епископ Муромский Андрей Поспилов, первый викарий Владимирской епархии, хиротонисан во епископа Муромского 7 апреля 1868 года и скончался менее чем через 2 месяца – 30-го мая 1868 года.

В заключение нашего обзора скажем несколько слов о поминовении погребенных в соборе.

Царь Иоанн Васильевич Грозный, вскоре после посещения Владимира, в 1553 году, – на обратном пути из Казани, после взятия ее, издал указ, которым повелел петь соборные панихиды по Князьям и Святителям, погребенным в соборном храме Владимирском, по каждому в день его кончины, а по некоторым Князьям и по Святителе Максиме, – установил петь даже два раза в год, – еще в день их тезоименитства128.

Когда (в 1871 году), по усердию главным образом двух благочестивых жен – Евдокии Мироновны Платоновой (покойной первоначальной основательницы странноприимного дома при соборе) и Феодосии Яковлевны Беляевой, предпринято было построение нового помещения для странноприимного дома: то последняя из названных благотворительниц «испросила благословение Владимирскаго Архипастыря (Антония) новому странноприимному дому быть не только приютом для успокоения труждающихся ради Господа бедных братий наших, но и местом повседневнаго моления о упокоении всех великих Князей и Княгинь, почивающих в соборном храме, и всех Святителей, которые осеняли храм сей своими молениями»129. И вот, во вновь устроенном здании странноприимного дома, примыкающем к самой соборной ограде, вдоль ее, стало совершаться и доныне совершается неумолкающее ни днем, ни ночью чтение псалтиря и, вместе, поминовение почивающих в соборе Князей и Святителей.

В 1884 году, после внутренней реставрации кафедрального собора, происходило торжество обновления сего храма. При этом 3-го ноября, перед всенощной, было совершено перенесение св. мощей Владимирских Чудотворцев из Георгиевского собора, где они находились во время реставрации, в древний реставрированный храм. На другой день, в воскресенье, Высокопреосвященнейшим Феогностом была совершена в этом храме торжественно воскресная литургия, а 5-го числа им была совершена здесь торжественная заупокойная литургия по почивающим в храме Князьям и Святителям.

В 1888 году в самом соборе, во время богослужений, введено чтение синодиков, а в этих синодиках первее всего – имена Князей и Святителей, почивающих в соборе. Их имена произносятся нередко и священником на возгласе заупокойной эктении за литургией.

О, поистине достойны вечного поминовения почивающие во Владимирском кафедральном соборе благоверные державные Князья и блаженные Святители! Молитвенно воспоминая их и благоговейно преклоняясь перед их священными гробницами, достойно озаботиться нам и о подражании их крепкой вере и высоким добродетелям!..

* * *

98

Очерки из жизни Святителей составлены по летописям, по «Истории Русской Церкви» Преосвященного Макария и по другим источникам.

99

После Святителя Ростовского Нестора (ок. 1156–1158 г.) Ростовскую кафедру занимали недостойные пастыри: Леон (1158–1162) и Феодор (Феодорец, 1169–1171). От 1171 года до 1185 (года поставления Луки во епископа Ростовской земли) Ростовская кафедра сиротствовала. Ист. Рус. Ц. Макария, т. 3 примеч. 37 – по 2 изданию.

100

О Святителе Симоне есть подробное исследование профессора семинарии свящ. Михаила Хераскова под заглавием: «святый Симон первый Епископ Владимирский и Суздальский», во Влад. Епарх. Ведомостях за 1866 (№22) и 1867 г. (№№3, 5, 7, 13).

101

Здесь он называется архиепископом и говорится, что он преставился «в лето шесть тысящь». Название «архиепископ» ошибка; число 6000 слишком круглая цифра, но такие слишком круглые цифры часто употребляет составитель святцев, может быть, за неимением точных сведений.

102

См. статью: «Влад. Усп. Собор и открытые в нем фрески» в №4 Влад. Епарх. Ведомостей за 1884 год.

103

За все время от св. равноапостольного Владимира до св. Андрея Боголюбского мало известно из летописей имен Ростовско-Суздальских Святителей; поэтому неудивительно, что в позднейших перечнях тех Святителей (напр. в «Истории Русской Церкви» преосв. Макария, том 2, прим. 38 по 2 изд. – в труде Амвросия, впоследствии епископа Пенз. и Сарат., «История Российской иерархии», Москва 1822 г. стр. 114–115, – в труде П. Строева: «Списки иерархов и настоятелей монастырей Русской Церкви» С. – П. – Б. 1877 г. стр. 328) за указанный период некоторых имен не оказывается. Впрочем, Амвросий, после исчисления Ростовско-Суздальских епископов до 1392 года, делает добавление: «по помяннику и в росписи значатся без лет Ростовские Епископы,» – и далее называет 10 имен, из которых вторым является имя Симона (118 стр.). А местный, Суздальский историк прошлого века, ключарь Суздальского собора Анания Федоров, в своем сочинении: «Историч. собрание о богоспасаемом граде Суждале», написанном около 1754 года, между древнейшими Ростовско-Суздальскими Святителями прямо называет Симона, говоря о нем именно следующее: «Святитель Симон, епископ Владимирский, бе в лета 6600, преставися же, и положен бысть по желанию своему Киево-Печерском монастыре; сей Святитель написа часть Патерика Печерскаго». Название здесь Симона епископом Владимирским неточное, как ошибочно и утверждение о написании им, Симоном, части Патерика – труда Симона позднейшего, погребенного во Владимире. Но ключарь Анания отнюдь не смешивает древнейшего Симона с позднейшим, о котором он передает далее точные летописные известия. Древнейшего же Симона он ясно отождествляет с почивающим в Киевских пещерах, и говоря о его преставлении и погребении в Киеве, и ссылаясь далее на число 10 мая в печатной Четьи-Минеи и на Патерик. Он приводит затем такие свидетельства о святом Симоне, которые достаточно убеждают, что Симон, почивающий в Киевских пещерах, принадлежит по пастырской деятельности своей Суздалю, а не Владимиру: историк именно указывает на то, что по свидетельству расходных книг Суздальского архиерейского дома за 1672 год память Святителя Симона торжественно отправлялась в Суздальском соборе 10-го мая, – что епископ Варлаам, бывший архипастырем Суздальским в 1719 году, повелел Святителя Симона поминать в церковных молитвословах вместе с Суздальскими Чудотворцами, – что митрополит Суздальский и Юрьевский Сильвестр в 1756 году благословил поставить в Суздальском соборе икону Святителя Симона с прочими Суздальскими Чудотворцами. Между тем, не видно, чтобы во Владимире торжественно отправлялась память святого Симона, чтимого Церковью 10-го мая. Правда, и Святитель Симон Владимирский имел значение для Суздаля, как создатель Суздальского соборного храма; но едва ли это одно обстоятельство было бы достаточно для объяснения разницы в почитании памяти Святителя в Суздале и Владимире. Затем есть и еще основания различать древнейшего Святителя Симона – Суздальского, почивающего в Киеве, от позднейшего – Владимирского, погребенного во Владимирском соборе: 1) В рукописных святцах конца 16 и начала 17 века Святитель Симон, почивающий в Киеве, называется Суздальским, а не Владимирским; при исчислении же Святых града Владимира, как нам уже известно, упоминается «святый Симон архиепископ», без указания на тожество его с почивающим в Киевских пещерах (см. в издании М. В. Толстого стр. 12 и 225). 2) Память св. Симона, почивающего в Киевских пещерах, чтится в Киеве и чтилась в Суздале 10-го мая, тогда как Святитель Симон Владимирский, по согласному свидетельству летописей, а также – надписи над его гробницей во Владимирском соборе, преставился 22-го мая. Царь Иоанн Грозный в известном нам указе повелел петь панихиды при его гробе 28-го мая; но здесь число 28, вместо 22, могло явиться по легко объяснимой ошибке.

104

По Лаврентьевской летописи, епископ Иоанн оставил епископию и постригся (в схиму?) в монастыре Боголюбове в 1214 г., по Воскресенской – он удалился в Суздаль, в монастырь св. Космы и Дамиана, в 1213 году. По «Историч. собр. о богоспас. граде Суждале» ключаря Анании Федорова, еп. Иоанн удалился в Суздальский монастырь св. Космы и Дамиана, там преставился и погребен в 1213 году. При сообщении об этом ключарь Анания замечает: «а в котором месте был помяненный святых Бессребренник монастырь, ныне уже и известия не имеется, и где гроб онаго святителя Иоанна, весьма место незнаемо»

105

См. «Историю Русской Церкви» Преосвященнаго Макария, том 3, примеч. 252 (по 2 изданию).

106

По Лаврентьевской летописи, Святитель Симон хиротонисан в 1214 г., а по Воскресенской – в 1213.

107

В Степенной книге сказано, что великий князь Константин Всеволодович встретил святыню «со епископы» (стр. 326). См. Влад. Еп. Вед. За 1867 г. стр. 120 (№3).

108

См. Влад. Епарх. Ведом. За 1867 г., №3, стр. 123 и 124. Здесь же указывается, что в Нижегородских Епархиальных Ведомостях за 1864 год, №18, подробно и обстоятельно излагается мнение о создании Нижнего Новгорода по идее Святителя Симона.

109

Это был тот самый епископ Ростовский Кирилл, который принес с поля брани в Ростов честные мощи св. великого князя Георгия и который затем, при великом князе Ярославе Всеволодовиче встречал сии св. мощи во Владимире. Он был более 30 лет Святителем Ростовским, но управлял с 1238 года паствой и Владимирской, т.к. тогда во Владимире не было епископа. Таким образом, и по епископству он может считаться преемником Святителя Митрофана. Он погребен в Ростовском соборе, и память его местно чтится в Ростове (См. «Жизнеописания угодников Божиих, живших в пределах нынешней Ярославской епархии». Сост. гр. М. В. Толстой. Ярославль 1887, стр. 39). Блаж. Кирилл был первым архимандритом Рождественского монастыря; до него там были игумены.

110

В том же мае 10-го числа было солнечное затмение, а 14–16 солнце необыкновенным образом было помраченным 3 дня; в Киеве в это время, кроме того, на небе были видимы цветные столбы и какой-то огонь пронесся через весь город, не причинив, впрочем, вреда. В августе 1236 года солнце также было помраченным (было как луна) 4 дня.

111

Или ковчег для хранения святых даров, или киворий, т.е. сень над престолом.

112

См. первая святит. гробница.

113

О Владим. Соборе 1274 года есть подробная статья во Влад. Епарх. Вед. За 1868 г. №№10 и 11. Прекрасную заключительную речь Святителя Кирилла можно читать в «Ист. Вл. Каф. Усп. Соб.» стр. 66–69.

114

«История Русской Церкви. Период вторый». Москва, 1848 года, стр. 55, 56.

115

Во Влад. Епар. Вед. За 1867 г., №10, помещена статья П.Ц. о словах Святителя Серапиона с многими выдержками из его слов.

116

Так обличал суеверие пастырь Православной церкви в России в 12 веке в то время, как на западе латинское (католическое) духовенство само производило розыски мнимых колдунов и волшебниц и, по испытанию их водой и другими способами, предавало смерти. Так православие заключает в себе полный свет, а уклонение от правой веры производит и множество других заблуждений.

117

Воскр. лет. дает указание, что Феодор был поставлен в епископа из игуменов монастыря св. Константина и Елены. Но, на основании исследований Строева, здесь нельзя разуметь Константино-Еленинского монастыря, находившегося в 5 верстах от Владимира (где ныне Доброе село с древней Константино-Еленинской церковью), т.к. этот монастырь построен позднее времен Святителя Феодора, – св. митрополитом Алексием в 1362 году. По мнению Строева, в названии монастыря в летописи могла быть даже ошибка («Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви». Стр. 670).

118

Степ. кн. говорит: «В та времена Русская земля не вредна бяша, и не ратуема от безбожных татар, но тишина бысть и ослаба христианству». (390 стр.)

119

Андрей Александрович приводил еще татарское войско против брата и в 4-й раз, только по смерти епископа Феодора, в 1293 г.; тогда татары взяли и разграбили 14 городов, в том числе Владимир. Карамзин говорит, что они тогда разграбили соборный храм Владимирский, и выломали даже прекрасный медный пол его. («Ист. Гос. Рос.» т. 4 стр. 159, по С.-Пет. Изд. 1830 г.). Россия, после кончины св. Александра Невского, победителя шведов, немцев и литвы, терпела много и от этих народов. От них великим защитником был теперь только св. Довмонт, князь Псковский. Юго-западная Россия вела войны с поляками и терпела зло от татар.

120

Стр. 413. См. несколько ниже приведенную выдержку из Степенной книги.

121

См. выше о Святителе Феодоре.

122

См. выше о Борисе Данииловиче

123

Промедление в поставлении Святителю Кириллу преемника, по предположению нашего историка, произошло от того, что в Греции в то время патриархом был Иоанн Векк, принявший латинскую унию (Лионскую), и духовенство Русское не хотело принять митрополита от патриарха – изменника православию. Только когда на кафедру константинопольскую возвращен был претерпевший ранее низвержение с этой кафедры за твердость в православии старец патриарх Иосиф, от него приняла Русь поставленного им митрополита Киевского Максима. См. «Историю Гос. Росс.» Карамзина т. 4 стр. 172 и 173 (по С.-Пет. изд. 1830 г.)

124

Преосвящен. Макарий говорит: «являться к митрополиту было в обыкновении у наших святителей и прежде; но теперь побуждением к собору, могли послужить еще потребности бедствующей Церкви» (Ист. Русск. Церкви т. 4, стр. 13 – по первому изданию).

125

Точный список с Владимирской иконы Божией Матери, который, после перенесения подлинной иконы Владимирской в Москву (1395), занял ее место во Владимирском соборе и прославился чудесами. См. «Истор. Владимирск. Каф. Успенск. соб.» стр. 81.

126

См. находящееся в Воскресенской летописи житие св. Михаила Ярославича Тверского. Полн. собр. Русск. Летоп. т. 7, стр. 188.

127

«История Влад. каф. Усп. соб.» стр. 101. Из этой книги заимствовали мы и другие сведения об этих трех епископах, а также из трудов о русской иерархии Амвросия и Строева.

128

См. «История Влад. Каф. Усп. соб.» стр. 87–90.

129

См. во Влад. Еп. Вед. за 1882 г., №2, статью прот. А. Виноградова: «Странноприимный дом при Владимирском кафедральном Успенском соборе и первоначальная основательница его».


Источник: Порфирий (архимандрит). Древние гробницы во Владимирском кафедральном Успенском соборе и Успенском Княгинином девическом монастыре и погребенные в них князья, княгини и святители: с изображением одной гробницы и с приложением статьи «Обновление Владимирского кафедрального Успенского собора» / [соч.] Архим. Порфирия. – Изд. 2-е доп. – Владимир: Тип. губерн. правления, 1903. – 132 с.

Комментарии для сайта Cackle