епископ Парфений

епископ Парфений
 
Ангелы и демоны

Общее понятие о мире ангельском. Рассказы о явлениях добрых ангелов. В каком виде являлись добрые ангелы? Признаки, по которым можно распознавать присутствие добрых и злых ангелов. Злые ангелы – демоны. Несомненность их существования. Падение, нравственное состояние злых духов и их отношение к человеку. О явлении злых духов и об образе их явления. Христиане могут побеждать диавола. Власть его весьма ограниченна. Средства борьбы с демонами. Нужно ли верить знахарям и волшебникам? Что такое «кликуши?»

Таинственный мир духов: ангелы и демоны.

Кроме мира видимого, вещественного, есть мир невидимый, мир бесплотных духов, мир ангельский.

Что же такое ангелы? Ангел, слово не русское, а греческое; по-русски ангел значит вестник. А вестниками они называются потому, что Бог посылает их возвещать волю Свою.

Когда же сотворены ангелы? В библейской книге Иова сказано: «Егда сотворены быша звезды, восхвалиша мя гласом велиим вси ангели мои» (Иов.38:7). Из этого видно, что ангелы сотворены прежде всех тварей видимых.

Что же за существа ангелы по своей природе? По своей природе ангелы суть бесплотные духи, одаренные разумом и волею гораздо совершеннейшими, нежели какие имеет человек. Их ум гораздо светлее, их познания совершеннее, обширнее и яснее, чем наши; но и от них многое скрыто. Один только Бог всеведущ. Ангелы бесплотны и бессмертны, а потому не имеют нужды ни в пище, ни в одежде. Ангелы в одно мгновенье могут сходить с неба на землю, однако же не могут в одно и то же время быть там и здесь. Они могут проходить сквозь затворенные двери. По причине этой величайшей их быстроты, ангелов обыкновенно и изображают с крыльями, в которых они, как духи, на самом деле не имеют никакой нужды.

Для чего же сотворены ангелы? Для того же, для чего сотворен и человек, т.е. чтобы прославлять Бога, любить Его и исполнять Его волю. Так, Бог посылал архангела Гавриила предвозвестить Пресвятой Деве Марии зачатие Спасителя. Ангела же послал удержать руку Авраама, который уже поднял нож, чтобы из послушания Богу заколоть своего сына Исаака. Посылаются ангелы и ныне в служение всем благочестивым и ищущим спасения людям для путеводительства их к царству небесному.

Но между этими святыми ангелами есть такие, которые очень близки к нам, которые от колыбели до гроба пребывают с нами неразлучно и берегут человека. Эти ангелы называются ангелами-хранителями. Но у каждого ли из нас есть такой ангел-хранитель? Есть, непременно есть, и сомневаться в этом никак нельзя. Ибо об этом говорит Сам Господь Иисус Христос: «Блюдите, да не презрите единаго от малых сих: глаголю бо вам, яко ангели их на небесех выну видят лице Отца моего небеснаго» (Мф.18:10), т.е. берегитесь делать зло малым детям, ибо у них есть ангелы-хранители, которые на небесах всегда предстоят Отцу Моему небесному. Они Ему пожалуются, буде что худого вы делаете детям. Что сказано о детях, то разумей, православный христианин, и о всех людях без различия. Ибо всякий христианин равно Богу любезен, – младенец ли он или старец, муж или жена, богатый или бедный: все сотворены Богом, все почтены образом и подобием Божиим, все предназначены Богом к вечному блаженству, хотя не все живут так, чтобы удостоиться этого царствия Божия. Господь всех нас одинаково любит и всем равно хощет спастися. И Святая Церковь наша каждый день испрашивает у Господа Бога всем чадам своим ангела-хранителя. «Подай, Господи,– вопиет, – ангела мирна, хранителя душ и телес наших». Сама молится и нам заповедует молиться ангелу-хранителю каждый вечер, когда ложимся спать, и каждое утро, когда встанем, чтобы он, хранитель и покровитель нашей души, простил нам все, чем мы его оскорбили во все дни жизни нашей.

Но все ли ангелы, т.е. бесплотные духи, заботятся о нашем спасении, все ли они добры и святы? Нет не все. Есть и злые ангелы. Есть диавол и его ангелы. И они сотворены были Богом добрыми, но потом сделались злыми. Диавол хотел быть равным Богу. Вместе с другими ангелами, которых он успел заразить этой безумной мыслью, восстал против Бога и не захотел повиноваться Ему. За то изгнан из жилища светлых духов. Но, не имея возможности вредить Творцу, диавол всеми силами старается вредить человеку. Впрочем, надобно заметить, что он ничего не может сделать человеку, если Сам Бог не попустит. Без воли Божией он даже и в стадо свиней гергесинских не мог войти. Он «...яко лев, рыкая, ходит, иский кого поглотити» (1Пет.5:8). Берегись же, православный христиан, берегись, чтобы не попасть к этому страшному врагу. Совершенно от тебя зависит быть в сонме ангелов Божиих или в скопище духов отверженных.

После этих общих понятий о мире ангельском предложим здесь рассказы о явлениях ангелов, о которых говорят священные библейские книги, как Ветхого, так и Нового Завета.

Книги Ветхого Завета передают нам много случаев явления добрых ангелов. Перед входом в земной рай поставлены были херувимы (Быт.3:24); ангелы являлись Аврааму и предвозвестили ему рождение сына (Быт.18:1–10); являлись Лоту и предсказали ему погибель Содома и других нечестивых городов (Быт.19); ангел говорил с Агарью в пустыне (Быт.21:17); Иаков на пути в Месопотамию видел во сне ангелов, восходивших и нисходивших по таинственной лестнице (Быт.28:12); ангел же открыл Иакову тайну, как достигнуть того, чтобы овцы рождались пестрые (Быт.31:10–12), и боролся с ним на обратном пути его из Месопотамии (Быт.32). Все эти были добрые, благотворные ангелы света. Равным образом, и тот ангел, который говорил с Моисеем на Хориве из горящего тернового куста (Исх.3:6–7) и вручил ему на горе Синае скрижали закона, и которому обыкновенно усвояется имя Божие, потому что он действовал по поручению и уполномочию Божию (Исх.3:2); – ангел, который днем в виде темного, а ночью светлого облака вел евреев по пустыне; ангел, говоривший с Валаамом и грозивший умертвить у него ослицу (Числ.22:23), – все эти, без сомнения, были также добрые ангелы.

То же нужно сказать и о том ангеле, который с обнаженным мечом в руке являлся Иисусу Навину в равнине Иерихонской, назвав себя при этом архистратигом небесных сил (Нав.5:13–15). Справедливо полагают, что это был самый архангел Михаил, который по свидетельству апостола Иуды (Иуд.1:9), спорил с сатаной о теле Моисеевом. Ангел являлся жене Маноя и потом самому Маною и возвестил ему рождение Сампсона (Суд.13:3–5). Ангел возвестил Гедеону, что он освободит израильтян от рабства моавитян (Суд.6:12–14). Архангел Гавриил являлся Даниилу в Вавилоне (Дан.8:15–17, 9:21). Рафаил сопровождал молодого Товию в Мидию (Тов.5:4–5, 12:15). Пророк Захария в своей книге упоминает о явлении ему ангела (Зах.1:9, 10, 11). В книгах Ветхого Завета самый престол Саваофа изображается в таких чертах: Господь восседает на херувимах (Пс.79:2), перед Его престолом предстоят семь высших духов, всегда готовых исполнять Его волю (3Цар.22:19–20); четыре херувима вечно воспевают Ему хвалу и с молитвой повергаются ниц перед Его высочайшею святостью.

В священном Писании Нового Завета передается также множество случаев явления добрых ангелов. Архангел Гавриил является Захарии, отцу святого Иоанна Крестителя, и возвещает ему рождение сына, имевшего быть предтечей Мессии (Лк.1:11–20). Тот же самый архангел Гавриил предвозвестил Пресвятой Деве Марии рождение от Нее Сына Божия (Лк.1:26–38).

Когда Господь Иисус родился в Вифлееме, ангел Господень ночью явился пастырям (Лк.2:9–12) и благовествовал им о рождении в Вифлееме Спасителя. Далее, можно признать за несомненное, что звезда, которая являлась приходившим для поклонения младенцу Иисусу волхвам и привела их прямым путем к Иерусалиму и оттуда в Вифлеем, была управляема добрым ангелом (Мф.2:2, 7, 9, 10). Праведный Иосиф, по требованию небесного вестника, вместе с младенцем Иисусом и Его Матерью бежал в Египет для того, чтобы, таким образом, избавить Святого Младенца от рук жестокого Ирода. Этот же ангел сообщил Иосифу о смерти Ирода и повелел ему теперь возвратиться в свою отечественную землю (Мф.2:13–23).

После искушения Иисуса Христа в пустыне, приступили к Нему ангелы и служили Ему (Мф.4:11). Искуситель говорит Иисусу Христу: «Бог заповедает ангелам Своим хранить Тебя, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею» (Мф.4:6). Слова эти заимствованы из девятидесятого псалма Давидова (Пс.90:11–12) и доказывают веру иудеев в бытие ангелов-хранителей. Спаситель подтверждает истину существования таких ангелов, когда говорит, что ангелы детей постоянно созерцают лицо Его небесного Отца (Мф.18:10).

На последнем суде добрые ангелы отделят праведных от грешников (Мф.13:49) и ввергнут грешников в вечный огонь (Мф.13:50).

Во время душевной борьбы Иисуса Христа в Гефсиманском саду перед Его страданиями укреплял Его ангел, сошедший с неба (Лк.22:43). После Его воскресения, ангелы являлись святым женам, которые пришли ко гробу Спасителя за тем, чтобы помазать Его тело. По свидетельству книги Деяний апостольских, ангелы являлись апостолам непосредственно по вознесении Господа нашего Иисуса Христа на небо (Деян.1:10–11).

Святой апостол Петр, будучи заключен в темницу, освобождается из нее ангелом (Деян.12:7–9), который потом проходит с ним одну улицу и скрывается. Когда Петр постучался в двери дома, в котором тогда находились верные, то никто из них и верить не хотел, чтобы это был сам Петр: все подумали, что стучится и говорит его ангел.

Из жизни апостола Павла точно также можно видеть действительность бытия ангелов. Когда этот апостол рассказывал собравшемуся около него народу, как он на пути в Дамаск повергнут был на землю, фарисеи, присутствовавшие при этом, заметили тем, которые вопили против Павла: «если дух, или ангел говорил ему, нам не должно противиться Богу» (Деян.23:9). Святой евангелист Лука говорит, что в Троаде Павлу было ночью видение, что ему именно явился македонянин (вероятно ангел-хранитель Македонии) и просил его прийти в Македонию для проповедания Евангелия (Деян.16:9).

Святой Иоанн Богослов в Апокалипсисе говорит о семи ангелах, которым вверен надзор над семью малоазийскими церквами. Известно, что именем ангелов называются здесь у Иоанна епископы этих церквей. Но, по церковному преданию, каждая церковь имеет и своего ангела-хранителя. В Апокалипсисе вообще представляется много различных видений и явлений ангелов. Святой Иоанн Богослов, например, говорит: «И ... видел я четырех Ангелов, стоящих на четырех углах земли, ...чтобы не дул ветер ни на землю, ни на море, ни на какое дерево. И видел я иного ангела, восходящего от востока солнца и имеющего печать Бога живого. И воскликнул он громким голосом к четырем ангелам, которым дано вредить земле и морю, говоря: не делайте вреда ни земле, ни морю, ни деревам, доколе не положим печати на челах рабов Бога нашего» (Откр.7:1–3).

Теперь передадим рассказы об охранении людей ангелами, взятые нами из церковной истории. Эти рассказы подтверждают, что

а) Ангелы охраняют людей от разных опасностей, грозящих их жизни.

Когда преподобный Кирилл строил белозерский монастырь, все соседние жители, удивляясь успеху постройки, считали Кирилла великим богачом. При такой молве один корыстолюбивый помещик собрал всех своих слуг и отправился в ночь ограбить Кирилла и монастырь. Подойдя к ограде, злоумышленники видят, что около монастыря ходит несметное множество воинов с обнаженными саблями. Разбойники до самого утра ждали, что воины эти уснут, но не дождались, так и отправились домой. На вторую ночь злоумышленники заметили еще более воинов, – опять без успеха возвратились. Когда наступило утро, помещик послал слугу в монастырь узнать, какой полк стоит в монастыре, и долго ли пробудет он здесь. Посланный, возвратясь, донес, что больше недели ни одного и богомольца не было в монастыре, не только войска. Тогда помещик понял, что монастырь охраняют ангелы Божии и раскаялся в своем намерении.

Благочестивый подвижник, авва Исидор, возвел однажды на высокое место другого подвижника, изнемогавшего в борьбе с помыслами – авву Моисея, и говорит ему: «Смотри на запад». Моисей взглянул и увидел там бесчисленное множество драконов; они были в смятении и с шумом стремились на брань. Авва Исидор опять говорит ему: «Посмотри и на восток». Авва Моисей взглянул и увидел бесчисленное множество святых ангелов, облеченных славою. Затем сказал ему авва Исидор: «Вот те, которых посылает Господь на помощь святым; а те, которые на западе, воздвигают брань противу нас. Но помощников наших гораздо больше». Видение ободрило и успокоило боримого помыслами старца.

Блаженный Феодор, епископ эдесский, спросил одного прозорливого столпника, каким образом он узнает и различает праведных и грешных. Столпник отвечал: «Если мимо столпа моего проходит муж праведный и боящийся Бога, то я вижу благодать Божию, и светлые ангелы шествуют с ним по обе стороны, а бесы идут издалека, не смея приблизиться к нему; если же проходит человек грешный, то вижу вокруг него полчище торжествующих бесов, а ангел-хранитель следует за ним в отдалении, сетуя и сокрушаясь о погибели грешника. Но когда бесы хотят окончательно погубить этого человека, тогда является ангел с огненным оружием и прогоняет их». Так святые ангелы хранят нас от поглощения вражеского.

Они наблюдают за людьми не только в бодрственном состоянии их, но и во время сна. К преподобному Паисию пришел некоторый инок, имея нужду побеседовать с ним. Нашедши его спящим, он увидел стоящего перед ним святого ангела-хранителя в образе прекрасного юноши, и с удивлением сказал: «Поистине Бог хранит любящих Его». Он не осмелился приступить к спящему старцу ради присутствия ангельского и, воздав благодарение Богу, удалился. Подобным образом видимы были ангелы Божии, с веерами в руках, над почившим Петром, епископом севастийским, братом Василия Великого.

Эти посланники небесные имеют попечение не только о душевном спасении, но и о телесном здравии людей. Так, в Патерике упоминается, что один пустынник, страдавший от сильной боли в желудке, исцелен был ангелом. Пришедши к больному и узнав причину его страдания, ангел-хранитель перстом своим, как бы ножом, разрезал болезненное место, очистил накопившийся там гной, потом рукою загладил рану и этим действием исцелил пустынника и возвратил ему телесное здравие. Но самый разительный пример, несомненно доказывающий попечительность святых ангелов о людях, вверенных хранению их, представляется в истории юного Товии, составляющей главное содержание священной книги Товита.

Несколько лет был омрачен ересью Феодотиона один муж, прежде проводивший благочестивую жизнь. Однажды во время самого глубокого сна его, вдруг является ангел и ударами напоминает о том, что он неправо изменил первоначальной вере. Пробужденный таким чудным явлением, а больше всего болью ударов, старец послал за собором епископов и, рассказав им сонное видение, смиренно просил принять его в число православных христиан, истинных сынов церкви.

Когда преподобный Онуфрий Великий (живший в IV в.), возлюбив пустынническую жизнь, оставил монастырь в Фиваиде и отправился в пустыню, при входе в нее ему показался луч света, и Онуфрий испугался, так что хотел было бежать снова в монастырь. Но луч света приблизился к нему, и послышался голос: «Не бойся, потому что я ангел твой, с самого дня рождения твоего я поставлен от Бога хранить тебя, постоянно хожу с тобою, а ныне, по повелению Господа, веду тебя в эту пустыню. Будь совершен и смирен сердцем пред Господом, служи Ему с радостью, и я не отступлю от тебя».

б) Ангелы являлись св. мученикам при страданиях их и укрепляли их в этом подвиге.

Ангелы, явившись святому мученику Акакию, омыли раны его теплою водою и уврачевали их. Когда святой мученик заключен был в темницу и обложен железными узами, ангелы снова явились ему и разрешили его от уз.

Святым мученикам Евстафию и Анатолию, заключенным в темницу и осужденным на голодную смерть, явился ангел, разрешил их от уз, сделал их здравыми и, подав им манну в пищу, сказал: «Во всех страданиях ваших буду с вами, ибо послан от Христа Господа хранить вас».

Когда Феодор Тирон в темнице, крепко затворенной и запечатанной, молился, то к молитве его присоединились ангелы. Караулившие сперва услышали громкое пение, а потом через окно увидели множество с Феодором юношей, которые были одеты в белую одежду и вместе с ним пели; сам правитель пришел к темнице и услышал многие поющие голоса, между тем как великомученик был заключен один.

в) Ангелы принимают особенное участие в спасении души человека.

Святой Давид долгое время был разбойником, но после покаялся и, поступивши в монастырь, начал вести строгую подвижническую жизнь. Архангел Гавриил явился ему в келье и сказал: «Давиде! Господь простил тебе грехи, и отныне ты будешь творить чудеса».

Архангел Михаил, явившись святой Евдокии говорил: «Я князь ангелов Божиих; мне дано служение принимать грешников кающихся и вводить их в блаженную жизнь. Многая бывает радость на небеси небесным ликам, если грешник приносит покаяние; ибо Бог, Отец всех, не хочет погибели души человека, созданной по образу Его. Все ангелы радуются, когда видят душу человеческую украшенную правдой; они приветствуют ее, как сестру свою».

Ангел, явившийся святому Григорию Двоеслову, говорил: «Господь послал меня к тебе, чтобы я был с тобою в продолжение твоей жизни и возносил твои молитвы к Богу, чтобы все, о чем ты просишь с верою, получил».

Преподобный Нифонт видел однажды при вратах дома одной блудницы в образе юноши ангела плачущим и спросил его о причине плача. Ангел отвечал: «В этом доме с блудницею пребывает человек, на хранение которого я дан от Бога. Не могу видеть того беззакония, которое он творит. Как мне не плакать, когда образ Божий пал в такую тьму?»

Святой Павел Препростый имел тот же дар прозрения в мир духовный. Однажды за вечерним пением он наблюдал, кто с каким расположением входил в церковь. Тот, у кого душа была чиста, имел светлое лицо, и ангел хранитель с радостью входил с ним в церковь; но один грешный брат входил в церковь, окружаемый бесами, и ангел-хранитель издали следовал за ним и плакал.

г) Ангелы соблюдают уповающих на Господа невредимыми от зла, когда оно или только ожидает их, или уже постигло их.

Как ангелы поступают в первом случае? Псалом отвечает: на руках возмут тя, да не преткнеши о камень ногу твою, т.е. как мать, когда дитя учится ходить, наблюдает за каждым его шагом, и если видит, что оно может споткнуться обо что-нибудь, тотчас берет его на руки: подобно этому поступают ангелы с людьми, которые, имея детскую преданность воле Божией, вверены их надзору. Ангелы с материнской заботливостью охраняют их от преткновения о камень, т.е. не допускают их до искушения и соблазна греховного. Иосиф, обручник Пресвятой Девы, впав в сомнение о Ее девственной чистоте, возымел намерение тайно прекратить условие обручения с Нею, но удержан был от этой несправедливости ангелом и, таким образом, не преткнулся о камень соблазна. Охраняя чистоту душ наших, ангелы оберегают и телесную нашу безопасность от врагов видимых и невидимых, от опасностей явных и тайных. Некогда многочисленный отряд войска, посланный царем сирийским схватить пророка Елисея, обступил город, где находил убежище пророк. При виде угрожавшей опасности, ученик его приведен был в великий страх, но был успокоен пророком, по молитве которого отверзлись очи ученику его, и он увидел сонмы ангелов, ополчившихся вокруг пророка для защиты его (4Цар.6:17).

Подобную защиту от искушений греховных и бед получают от ангелов и все. В этой утешительной истине может удостоверить каждого из нас собственный опыт. Нередко и нам случается избегать опасностей, о которых узнаем уже по миновании их. Кто как не ангелы отвращают эти опасности, для нас незримые, а для их прозорливости очевидные? Чьи как не их тайные внушения удаляют с дороги, на которой мы непременно преткнулись бы о пагубный для нас камень?

д) Ангелы принимают участие в человеке в час смерти его. Не оставляют нас святые ангелы-хранители и при нашем переходе из жизни временной в вечную. «Всегда содержи в уме своем мысль о смерти, – говорит святой Феодор Студит, – размышляй о самом разлучении души от тела – разлучении, которое будет под начальственным смотрением твоего ангела». Потому и Святая Церковь заповедует нам обращаться к ангелу-хранителю с такою молитвою: «Прежде оного (страшного) суда не забуди раба твоего, руководителю мой... покрый мя исходяща от тела, еже не видети мерзкие лица демонские» (Кан. анг.-хран.). Мы веруем, что присутствие ангела-хранителя и его светлый радостный взор облегчает тяжелый минуты разлучения души с телом и успокоит доброго христианина, не лишившего себя этой последней на земле небесной помощи.

Верует святая церковь и в то, что ангел-хранитель бывает покровителем христианской души и по разлучении ее от тела, во время прохождения ею мытарств. Потому и молится всякий из нас, христиан, ангелу-хранителю: «Буди ми защититель и поборник непоборим, егда прехожду мытарства лютого миродержца» (Кан. анг.– хран.).

То же свидетельствуют и святые отцы церкви. Например, святой Кирилл александрийский в слове на исход души говорит: «Душа поддерживается святыми ангелами в шествии по воздуху и, возвышаясь, встречает мытарства, которые стерегут восход, удерживают и останавливают души восходящие». В чем именно и как может выражаться заступничество ангела-хранителя во время мытарств, наглядные свидетельства тому мы находим в житии преподобного Нифонта, епископа кипрского. Молясь некогда в церкви и возведши очи на небо, преп. Нифонт увидел отверстые небеса и множество ангелов, из которых одни на землю нисходили, а другие на небо восходили, вознося туда человеческие души. Два ангела несли в высоту какую-то душу. Когда они приблизились к блудному мытарству, оттуда вышли бесы, с гневом говоря: «Это наша душа; как вы дерзаете нести ее мимо, когда она наша?»  Ангелы отвечали: «Какое знамение на ней имеете, называя ее своею?» Бесы отвечали: «Она до смерти грешила, осквернила себя, осуждая ближнего и, что еще хуже, умерла без покаяния, а вы что скажете на это?» Ангелы отвечали: «По истине, ни вам, ни отцу вашему, диаволу, не верим, пока не расспросим ангела души сей хранителя». Ангел-хранитель сказал: «Правда, много согрешила душа эта, но с того часа, с какого разболелась, она стала плакать и грехи свои исповедовать Богу. Если Бог ее простил, то Он знает почему, Он имеет власть. Того праведному суду слава». Тогда ангелы, посмеявшись бесам, вошли с душой в небесные врата.

Верующая христианская душа ждет от своего ангела-хранителя утешения и помощи и в тот страшный «день, егда поставятся престоли, книги разгнутся, и Ветхий денми сядет, и судятся человецы, и ангелы предстанут, и земля восколеблется, и вся ужаснутся и вострепещут; тогда, – молит христианин, – твое человеколюбие на мне покажи, и избави геенны, Христа умоляяй... Егда трубный страшный глас мя от земли воскресит на суд, близ меня стани тогда тих и радостен, надеждою спасения отъемляй мой страх» (Кан. анг.-хран.).

Но, конечно, ангел-хранитель «тих и радостен» станет близ того только человека, который в здешней жизни, по слову апостола, подвигом добрым подвизался и веру соблюл.

Напротив, далек он будет от такой души, которая здесь, на земле, затворила для себя врата царствия небесного. Преподобный Нифонт видел и такую душу, влекомую бесами во ад. Это была душа некоторого раба, которого господин морил голодом и ранами. Он же, не терпя мучения, будучи научен бесами, взял вервь и удавился. Ангел этой души, идя издали, горько плакал, а бесы веселились. Так тяжек грех самоубийства!

Слово Божие учит, что не только каждый верующий, но и каждое человеческое общество, каждый народ, каждое государство, каждая церковь – имеют своих ангелов-хранителей.

Так, евангелист Матфей передает нам, как мы говорили об этом в начале нашей беседы, что Иисус Христос, убеждая уважать каждого верующего, сколько бы ни казался он малым и слабым, сказал апостолам: «Блюдите, да не презрите единого от малых сих: глаголю бо вам, яко ангели их на небесех выну видят лице Отца моего небеснаго» (Мф.18:10). Апостол Павел говорил: «Не вси ли суть служебнии дуси, во служение посылаеми, за хотящих наследовати спасение?» (Евр.1:14). В обоих местах, очевидно, утверждается бытие ангелов-хранителей. В книгах Ветхого Завета передается много таких событий, в которых нельзя не видеть действий свойственных ангелам-хранителям. Таковы, например, следующие события: ангел был видимым спутником Товии в город Раги, избавил его от опасности при реке Тигре, давал благотворные советы, располагал все ко благу и, что всего более послужило к счастью благочестивого семейства, устроил исцеление Товита (главы 5; 6; 9; 11). В книгах Царств говорится, что пророк Илия в своем дивном служении неоднократно получал и пособие, и наставления, и руководство от ангела (3Цар.19:2–19). Авраам, посылая раба своего для снискания жены сыну своему, говорил ему между прочим: «Господь Бог... послет ангела Своего пред тобою, и поймеши жену сыну моему Исааку оттуду» (Быт.24:7). Есть места в Ветхом Завете, которые по единогласному пониманию отцов Церкви заключают учение об ангелах-хранителях. Таковы, главным образом, следующие места: «Ополчится ангел Господень (с подлинника еврейского: ополчатся ангелы Господни) окрест боящихся Его и избавит их» (Пс.33:8), – и другое следующее место, – «Не приидет к тебе зло и рана не приближится телеси твоему. Яко ангелом своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путех твоих» (Пс.90:10,11). Достаточно ясные указания представляет Священное Писание и в пользу той мысли, что и каждое человеческое общество, каждый народ и каждая церковь имеют своих особых ангелов-хранителей. Так, пророк Даниил говорит о молитвенном предстательстве перед Богом двух ангелов народоблюстителей, ангела народоблюстителя, или князя персидского царства и ангела народоблюстителя народа израильского. Первый ангел молил Бога об удержании народа израильского под владычеством персидского царства, другой, напротив, молил об освобождении этого народа от ига персидского. Даниил говорит также, что вместе с этими двумя ангелами обращался с молитвою к Богу ангел – князь эллинского царства (Дан.10:20). Если же не только народ израильский, но также и народы персидский и эллинский имели своих особых ангелов покровителей, то отсюда можно с правом заключить, что и каждый другой народ имеет своего ангела-хранителя. Евангелист Иоанн в первой главе Апокалипсиса передает слово Господа о семи ангелах семи церквей малоазийских. (Откр.1:20). Правда, под именем ангелов здесь должно разуметь епископов этих церквей, но в то же время, по учению отцов церкви, здесь должно видеть и выражение той истины, что каждая церковь имеет своего ангела-хранителя. «Я уверен, – говорит, например, Григорий Богослов, – что особенный ангел покровительствует каждую церковь, как научает меня Иоанн в Откровении».

Эта истина всегда ясно признавалась православною церковью. Святой Василий Великий писал пресвитерам никопольским: «Вас печалит, что извергнуты вы из ограды стен: но вы водворяетесь в крове Бога небесного и с вами ангел-хранитель церкви». Григорий Богослов, прощаясь с кафедрою константинопольскою, восклицал: «Простите ангелы, назиратели сея церкви».

Зная, что ангелы-хранители постоянно пребывают с нами, и что они ближайшие и всегдашние свидетели нашей жизни, мы должны соблюдать осторожность, чтобы не только в действиях, но и в словах и в мыслях не оскорбить их и чрез то не удалить их от себя. В случае же грехопадения поспешим скорым и искренним покаянием привлечь к себе небесных хранителей наших и помощников, чтобы обрадовать не только их, но и всех прочих ангелов на небеси, радующихся о едином грешнике кающемся (Лк.15:10).

Теперь решим вопрос: в каком виде являлись добрые ангелы.

Более обыкновенный вид, в котором, по сказаниям Ветхого и Нового Заветов, являлись добрые ангелы, – был человеческий: в таком являлись они Аврааму, Лоту, Иакову, Моисею, Иисусу Навину, Маною – отцу Сампсона, Давиду, Товии, пророкам. Ангел, явившийся Иисусу Навину, в равнине иерихонской, имел вид воина, так что Иисус должен был спросить его: «Наш ли ecu, или от сопостат наших?» (Нав.5:13). В человеческом же образе являлись ангелы святым женам, по воскресении Спасителя.

Но иногда ангелы являлись и не в человеческом, а в каких-нибудь других образах: так, например, Моисею явился ангел в горящей купине (Исх.3:3,4) и путеводил израильтян по пустыне в виде столпа, – днем облачного, а ночью огненного (Исх.13:21,22). Псалмопевец говорит, что Бог для приведения в исполнение Своей воли, творит «ангелы своя духи, и слуги своя пламень огненный» (Пс.103:4). У пророка Иезекииля херувимы представляются в виде полулюдей и полуживотных с человеческими туловищами, с орлиными крыльями и воловьими ногами; головы у них различны: или человеческие, или воловьи, или львиные или орлиные; два крыла у них распростерты, а двумя другими прикрывают они все свое тело; они сияют, как раскаленные уголья, как горящие лампады, как освещенное молнией небо. Это поистине грозное зрелище.

Ангел, явившийся Даниилу (Дан.10:5,6), имел человеческий образ, был одет в льняную одежду и чресла его были опоясаны уфазским поясом; тело его, как хризолит, лицо, как молния, очи его, как горящие лампады, руки и ноги его, как блестящая медь полированная, и звук слов его, как голос шума.

Святой Иоанн Богослов, видел вокруг престола Всесвятейшего четырех животных (которые, без сомнения, были четырьмя ангелами), у которых было множество очей спереди и сзади. «И первое животное подобно льву, второе животное подобно тельцу, третье животное подобно орлу летящему. И каждое из четырех животных имело по шести вокруг крыл; ни днем, ни ночью они не имеют покоя, говоря: свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и будет» (Откр.4:6–8).

Ангел, поставленный перед входом в земной рай, был вооружен пламенным мечом (Быт.3:24). Ангел, явившийся Валааму и грозивший умертвить у него ослицу (Числ.22:22,23), ангел, явившийся Иисусу Навину в равнине иерихонской (Нав.5:13), и ангел-каратель, явившийся Давиду (1Пар.21:15,16), были также вооружены мечами. Ангел Рафаил, сопровождавший молодого Товию в Мидию, имел вид путешественника (Тов.5:5,6). Лицо ангела, виденного святыми женами при гробе Спасителя, который отвалил от этого гроба огромный камень и сидел на нем, было светло как молния, и одежда его была бела, как снег (Мф.28:3).

Ангел, который, по сказанию книги Деяний апостольских (Деян.5:18–20), освободил апостолов из темницы и заповедал им безбоязненно свидетельствовать о Христе во храме, являлся также в человеческом образе. В высшей степени замечателен способ, как этот ангел освободил апостолов из темницы: слуги, посланные первосвященником в темницу за тем, чтобы взять оттуда апостолов и привести их на судилище, нашли темницу запертой и стражей стоящими у дверей ее; но отворив ее, они не нашли в ней никого (Деян.5:23). Каким образом ангел мог вывести апостолов из темницы, не повредив дверей при этом, когда кроме их, конечно, не было никакого другого выхода, и вывести так, что этого не заметили ни стражи, ни другие заключенные, это превышает наше разумение. Но это так же точно было возможно, как возможно было то, что Спаситель телесным образом восстал из гроба, не раскрыв его при этом и даже не повредив приложенной к нему печати, что Он прошел сквозь затворенные двери в комнату, в которой собраны были апостолы (Ин.20:19–26), говорил со Своими учениками, шедшими в Еммаус, будучи неузнан ими, потом открыл им глаза и стал для них невидим (Лк.24:1–31), как возможно было то, что Он в продолжение сорока дней по Своем воскресении являлся Своим ученикам, ел, пил и беседовал с ними; но при всем этом был видим только для тех, кому по предопределению небесного Отца, суждено было свидетельствовать о Его воскресении.

Иногда ангелы, равно как и сам Бог, являлись без всякого видимого для глаз образа, а давали знать о своем присутствии громким голосом, посредством нравственных внушений, посредством поразительных явлений природы, посредством снов, откровений неизвестного будущего или прошедшего; иногда они наводили на людей помрачение, ослепление, оцепенение, давая, таким образом, им чувствовать гнев Божий к ним. Так, когда Бог говорил с Моисеем на Хориве и сообщал ему закон (Втор.4:12–15), израильтяне не видели при этом никакого подобия Божия; когда архангел Гавриил сообщал Даниилу о судьбах великих царств, имевших существовать одно после другого, то он был видим только для одного Даниила, а другие мужи, которые при этом были, не видели явления, но ужас великий напал на них, и они убежали в страхе (Дан.10:7).

Когда Господь в первый раз беседовал с Самуилом и известил его о несчастье, которым Он определил наказать дом первосвященника Илия, то отрок Самуил не видал при этом никакого образа, а слышал только один голос, который сначала принял он за голос первосвященника Илия. Содомляне сначала видели пришедших в дом Лота ангелов, но потом, когда они вознамерились силою ворваться в дом Лотов, то теми же самыми ангелами были ослеплены и не могли найти дверей дома.

Святой Киприан рассказывает, что во время гонения христиан в Африке заболел один епископ и в продолжение своей болезни постоянно и неотступно просил, чтобы его напутствовали Святыми Тайнами, – и вот, однажды он увидел перед собой юношу величественного вида и со светлыми проницательными глазами. Грозно и с гневом обратился к нему ангел с такими словами: «Ты боишься страданий, ты умираешь неохотно; чего же ты хочешь от меня?» Когда епископ узнал, что этот упрек относился и ко всем верным, он собрался с последними силами и сделал увещание всем к мужеству в наступающих страданиях; после этого он приобщился Святых Тайн и скончался в мире. Церковная история представляет множество подобных явлений ангелов в человеческом образе.

После этого постараемся указать признаки, по которым можно распознавать присутствие злых и добрых ангелов.

«Видение святых ангелов, – говорит святой Антоний, – бывает невозмутительно. Являются они, обыкновенно, безмолвно и кротко; почему и в душе немедленно рождается радость, веселие и дерзновение: душевные помыслы пребывают невозмутимыми, душа исполняется желанием будущих благ и общения со святыми. Если же иные и приходят в страх от внезапного явления к ним добрых ангелов, то явившиеся в то же мгновение уничтожают этот страх своей любовью, как поступили Гавриил с Захарией и ангел, явившийся женам на гробе Господнем, и еще ангел, сказавший пастырям вифлеемским: «Не бойтесь!». И ощущается страх в таком случае не от душевной боязни, но от сознания присутствия высших сил. Таково видение святых... Нашествие же и видение злых духов бывает возмутительно, с шумом, гласами и воплями, подобно нашествию разбойников. От сего в душе происходят боязнь, смятение, беспорядок помыслов, уныние, печаль, страх смертный и, наконец, худое пожелание, нерадение о добродетели и нравственное расстройство. Поэтому если, увидев явившегося, приходите в страх, но страх ваш немедленно уничтожен, и вместо его в душе вашей появилась неизглаголанная радость, благодушие, дерзновение, воодушевление, невозмутимость помыслов, любовь к Богу, то не теряйте упования и молитесь, а если чье явление сопровождают смятение, внешний шум, мирская пышность и угроза смертью и тому подобное, то знайте, что это – нашествие злых ангелов».

Как мы сказали выше, кроме ангелов добрых, есть ангелы злые, называемые диаволами, демонами, бесами. И существование злых духов вне всякого сомнения.

Предание сохранило во всех народах понятие о злых духах. Таково, например, учение персидской религии о злом начале – Аримане и злых духах – яцатах; таково учение греческой религии о фуриях. Египтяне верили, что при рождении каждому человеку дается демон-хранитель; признают злых духов и китайцы буддисты; по их учению есть две области духов: чистых – эригонов Негри и нечистых Ассуров.

Само собой разумеется, что все эти верования, как не освященные божественным Откровением, искажены; но уже одно существование этих верований у народов показывает, что бытие злых духов не противоречит началам здравого разума, как и существование добрых. В самом деле, во-первых, если в видимом мире есть много разнообразных предметов, то почему бы не допустить, что разумно-нравственные существа не ограничиваются одним родом человеческим? Во-вторых, если мы замечаем постепенность в созданиях, идущую от низших форм к высшим, то предполагается подобная постепенность и в созданиях нравственных – в отношении к Богу. Потому-то и Платон философ учил, что «есть духи средние между человеком и Богом, которые удаляются от злых людей и помогают добрым; они не могут быть зримы, хотя присутствуют при нас». Действия духов возможны сами по себе подобно тому, как существуют действия одного человека на другого, действия души человека на его тело. Поэтому только люди испорченные отрицают добрых духов, потому что далеко от них находятся, и злых – так как, сами того не замечая, состоят их рабами.

Живую уверенность древнего мира в бытии злых духов подтверждает и тот факт, что древняя философия часто соединялась с магией (Исх.7:11), как видим на мудрецах фараона, противодействовавших Моисею, на Киприане – впоследствии мученике и епископе антиохийском.

Для получения точного понятия о духах злобы у нас есть одно средство – христианское учение, содержащееся в св. писании, раскрытом и утвержденном творениями святых отцов и учителей церкви. Что такое диавол, каковы его действия, узнаем из св. писания, которое указывает нам и средства для борьбы с диаволом; а как применять эти средства на деле, – узнаем из творений святых отцов и жизни святых подвижников, всю жизнь посвятивших на борьбу с духом злобы. Познание духов злобы святыми подвижниками есть особый дар Божий; оно – разсуждение духовом (1Кор.12:10); с ним сопряжена победа над греховными помыслами, мечтаниями и ощущениями. Правда, вследствие плотского состояния своего, мы не способны зреть духов, но мы «имамы известное пророческое слово: емуже внимающе якоже светилу сияющу в темном месте» (2Петр.1:19), можем познать своих врагов настолько, чтобы быть в состоянии противостоять им.

По мнению мудрых века сего, диавол – это олицетворение злого начала, присущего нам и действующего в мире, а подчиненные духи – дальнейшее развитие этого олицетворения. Но слово Божие открывает нам, что пространство между небом и землей, вся видимая нами лазуревая бездна, служит жилищем для падших ангелов, низвергнутых с неба (Еф.6:12; Откр.12:7).

С учением о диаволе, как о действительно существующем, личном, живом и злом духе, мы встречаемся на первых страницах Библии. По свидетельству книги Бытия, диавол, вошедши в змия, обольстил наших прародителей и склонил их к преступлению заповеди Божией (Быт.3:1–19). Что диавол был виновником греха, который в Адаме погубил весь род человеческий, свидетельствует премудрый Соломон: «Яко Бог созда человека в неистление и во образ подобия своего сотвори его: завистию же диаволею смерть вниде в мир: вкушают же ю, иже от ея части суть» (Прем.2:23,24). По этой причине диавол называется человекоубийцею от начала (Ин.8:44).

О том, что и Моисею существование злых духов было известно, свидетельствует книга Второзакония. Перечисляя беззакония иудеев, Моисей говорит, что они «приносили жертвы бесам, а не Богу» (Втор.32:17), т.е., как поясняет святой Иоанн Златоуст, приносили жертвы идолам, в которых сидят бесы. Каким изображается злой дух в книге Бытия, таким он описывается в книге Иова, т.е. клеветником. Там он клевещет на Бога, а здесь на Его праведника, которого «поразил гноем лютым от ног и до головы». Он поразил бы ненавистного ему праведника и смертию, если бы это не было запрещено ему Богом (Иов.1:6–22; 2:1–7). Диавол попустил Давида, «да сочислит народ израильский (1Пар.21:1; 2Цар.24:1). Демон Асмодей убил семь мужей, за которых по очереди была выдаваема Сарра, дочь Рагуила, (Тов.3:8); злой дух овладевал Саулом (1Цар.16:1–15).

Святой Иоанн Богослов истину бытия злых духов тесно связывает с истиною пришествия в мир Сына Божия: «Творяй грех от диавола есть, яко исперва диавол согрешает. Сего ради явися Сын Божий да разрушит дела диавола» (1Ин.3:8). Из этих слов следует, что не зная кто такой диавол, мы не можем знать, что сделал для нас Иисус Христос, и отрицание злых духов ведет к отрицанию тайны падения, а, следовательно, и тайны искупления. В самом деле, для чего Христу нужно было приходить на землю, когда диавола нет? А отрицание искупления необходимо должно привести к отрицанию всего христианства.

Что Иисус Христос приходил для того, чтобы разрушить дела диавола, об этом свидетельствует вся евангельская история. «Ваш отец диавол, – говорит Иисус Христос иудеям, – и вы хотите исполнить похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи» (Ин.8:44).

Затем Иисус Христос и в положительном учении, и в притчах, – в объяснительной их части, часто упоминает о диаволе и о ангелах его, и везде учит о них, как о злых духах, старающихся вредить людям, губить их, и блюдомых для вечного огня. Изображая последний страшный суд, Христос говорит: «Сын человеческий скажет тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и аггелам его» (Мф.25:41). Осуждение Свое Господь изрекает грешникам – существам действительным; не ясно ли из этого, что диавол и ангелы его также существа действительные, ибо для них прежде всех уготован огонь вечный, ожидающий и их последователей – грешников?

По утверждению Христа Спасителя, сатана в течение 18 лет мучил несчастную скорченную женщину (Лк.13:11–16); он же просил Господа сеять апостолов, как пшеницу (Лк.22:31).

В других местах святого Евангелия приводятся слова Иисуса Христа, о том, что существует целое царство злых духов, что диавол – злобный князь сего царства, имеет слуг своих и называется поэтому князем бесовским (Мф.12:25–27; Лк.11:17–20), что диавол – князь бесовский – есть «князь мира сего» (Ин.12:31), что диавол и ангелы его действуют совместно, не препятствуя, а поддерживая друг друга ко вреду людей (Мф.12:25–27; Мк.3:23–24; Лк.11:17–20).

Не сомневались в бытии диавола и святые апостолы. Подобно Иисусу Христу, они учили о душевредной деятельности злых духов, о пагубном влиянии их на род человеческий. Говоря о Христе, что Он исцелял всех, одержимых диаволом (Деян.10:38), апостолы и сами, по примеру своего Божественного Учителя, исцеляли бесноватых (Деян.5:15,16) и, проповедуя людям Христа, смотрели на переход из язычества в христианство, как на переход от власти сатаны к Богу (Деян.26:18). По учению апостолов, Христос воспринял нашу плоть и кровь для того, чтобы Своею смертью лишить власти имеющего державу смерти, т.е. диавола (Евр.2:14). Диавол есть действительное лицо, иначе апостол Иуда не стал бы его изображать спорящим о теле Моисея с архангелом Михаилом (Иуд.1:9). Апостолы учили, что демоны духи разумные (Иак.3:15), но злые (Деян.19:13). Будучи многочисленны (Откр.12:4), они образуют свое царство, во главе которого стоит сатана.

Из этих мест писаний апостольских ясно, что диавол есть лицо действительно существующее. Так эти места и поняли святые отцы Церкви. Святой Игнатий Богоносец неоднократно в своих посланиях увещевает избегать коварства и ухищрения князя века сего и укрепляться против диавольских козней кротостью, верой и любовью. Ангел, который по своему первородству был мудрее прочих, за свое преступление и ослушание стал демоном, а вместе с ним, и те, которые подражали ему и увлекались его мечтами, составили полк демонов. Диавол, по учению святого Иринея Лионского , есть творение Божие, как и прочие ангелы. Он сам был причиной своего отступничества. По убеждению Тертуллиана, все, что оскорбляет Бога, должно быть приписано демонам и нечистым духам.

Признают бытие злых духов и все другие отцы и учители Церкви. В своих творениях они рассуждают о природе злых духов, их первом грехе, их кознях против людей и прочее. Особенно убедительно доказывается бытие злых духов историей святых подвижников, как это мы можем усматривать из их назидательных писаний. Всю свою жизнь подвижники вели жестокую брань с духами злобы. Нередко случалось, что демоны являлись им в чувственном виде. Отвоевываясь от демонов своею высокою нравственною жизнью, святые подвижники изгоняли бесов из других людей, на что смело указывали язычникам в доказательство истины христианской веры. Во второй апологии Иустина мученика читаем: «Иисус сделался человеком и родился, по воле Бога и Отца, ради верующих в Него людей и сокрушения демонов. Это и теперь мы можем узнать из того, что происходит перед нашими глазами, ибо многие из христиан исцеляли и ныне еще исцеляют множество одержимых демонами, заклиная именем Иисуса Христа, распятого при Понтии Пилате, – между тем как они не были исцелены остальными заклинателями». «Большая часть из вас знает, – говорит Минуций Феликс, – что сами демоны приходят в сильный трепет от наших заклинательных слов именем единого истинного Бога и или тотчас оставляют тела одержимых ими, или постепенно удаляются, смотря по вере страждущего или по желанию исцеляющего». Тертуллиан пишет: «Что касается демонов, то мы не только не отвергаем их, но сражаемся с ними, преследуем их, изгоняем из тела человеческого, как это всякому известно. Приведите в судилище человека, о котором известно, что он одержим демоном, и пусть христианин, какой бы он ни был, прикажет демону говорить. Демон сознается, что он действительно демон, и что в иных случаях ложно выдает себя за Бога».

Верование святой Церкви в бытие злых духов и их пагубное влияние на человека самым убедительным образом выразилось в ее молитвах и молебных чинах. В своих молитвах святая Церковь настойчиво поучает верующих просить Бога об избавлении и от злых демонов, лукавых бесов, врагов бесплотных. «Избави мя, Господи, настоящего обстояния бесовского... Изми мя от уст пагубного змия, зияющего пожрети мя и свести во ад жива» (Мол. на сон гряд. 8). «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его... Да погибнут беси от лица любящих Бога и знаменующихся крестным знамением...», «Избави мя, Господи, диавольского поспешения». «Спаси мя, яко Бог мой еси и Создатель... Да не убо похитит мя сатана и похвалится, Слове, еже отторгнути мя от Твоея руки и ограды... Сподоби мя, Боже, поработати Тебе без лености, якоже поработах прежде сатане льстивому» (Мол. св. Макария).

Наставляет святая Церковь прибегать к Пресвятой Богородице с такой молитвой: «Избави мя от огня вечнующего и червия же злаго и тартара; да мя не явиши бесам радование, иже многим грехам повинника». Научает молиться и ангелу-хранителю, дабы он не дал «места лукавому демону обладати насильством смертнаго сего телесе» (Кан. анг.-хран. п. 6), дабы возбранял демонам мучить нас.

В чине святого крещения, употребляющемся в Церкви и до ныне, требуется от восприемников, чтобы они за крещаемого отреклись «от диавола и всех дел его, и всея гордыни его». Возможность же существования бесноватых, как действительно одержимых злыми духами, Церковь признает тем, что имеет особый чин «о избавлении от духов нечистых». Это последование вместе с тем открывает нам и несомненную веру Церкви в силу имени Христа и данную Им пастырям Церкви «власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их (Мф.10:1).

Итак, все убеждает нас в бытии злых духов: и предания народов, и здравый разум, освещаемый светом Божественного Откровения, и опыт святых подвижников, и, наконец, верование Церкви. Поэтому, как говорит о. Иоанн Кронштадтский: «Упорное неверие в бытие злых духов есть настоящее беснование, ибо идет наперекор истине – наперекор Божественному Откровению», человек, отрицающий злого духа, уже поглощен диаволом (1Пет.5:8) и, сидя во тьме и сени смертней, не в состоянии зреть Солнце правды.

Установив факт существования злых духов вне всякого сомнения, мы теперь скажем более подробно об их природе.

Откуда взялись злые духи? Бог, учит святой Антоний Великий, не сотворил никакого зла; не от Его воли и не от естества своего демоны получили начало злобы, но от своего изволения. Они созданы были сперва добрыми, потому что созданы были от благого Бога; но за свою гордость были низвержены с неба на землю. Злой ангел, говорили святые мученики Евстратий, Мардарий и друг., имевший власть в ряду прочих ангелов, своим изволением отступил от Сотворившего его и, возгордившись, отпал от своего чина и от Бога, и Бог лишил его ангельской славы.

Библия говорит нам, что Бог даже и в ангелах Своих усматривает недостатки (Иов.4:18). Это показывает, что бесплотные духи пока еще не достигли той, возможной для них, высокой степени нравственного совершенства, которой они непременно должны достигнуть по творческой мысли о них; а отсюда необходимо следует думать, что творческое мановение божественной воли осуществило их в бытии не в состоянии законченного совершенства, а лишь в состоянии нравственной чистоты и духовной силы к действительному осуществлению божественной идеи духовного бытия. Поэтому жизнь бесплотных духов несомненно должна подчиняться закону развития, и в силу свободного творчества жизни среди них естественно должно существовать как разнообразие духовных служений, так и различие степеней духовного совершенства. Смотря по господствующему содержанию своих впечатлений, одни из бесплотных духов, например, могут более всего поражаться Божиим всемогуществом, и потому в созерцании Божия творения они естественно будут стремиться к благоговейному созерцанию божественной силы Всемогущего; другие, созерцая премудрое устройство вселенной, могут более всего стремиться к разумению сокрытых в Божием уме конечных начал бытия; третьи, в сознании своего бытия, как святого Божия дара, могут иметь центральным предметом своего мышления признание Божией власти над ними и над всем бытием вообще; иные, по силе созерцания нравственных совершенств божественной природы, преимущественно могут служить благоговейными исповедниками Божия господства над всеми возможными ступенями тварного совершенства; иные, в созерцании полноты божественных совершенств, могут более всего поражаться царственным величием Бога и потому естественно могут желать, чтобы каждая вещь в мире и, прежде всего, сами они были достойными престолами Божией славы. Словом, вселенная может вызывать много различных впечатлений и чувств, и каждое чувство может определять собою сообразный с ним вид духовного служения Богу....

По мимоходному библейскому указанию (1Тим.3:6), первый виновник падения возгордился высотою своего положения и возымел желание подчинить себе мир, чтобы заменить собою для него Бога. С точки зрения психологического анализа (изучения), не может быть никакого сомнения в том, что в положении падшего духа были достаточно веские основания для безмерного проявления его гордости. Если у него появилось желание сделаться богом для мира, то, значит, по степени своего развития он превосходил всех своих братий и пользовался у них авторитетом наиболее совершенной личности во всем Божием мире. Иначе его греховное помышление о себе несомненно бы оказалось гораздо более скромным. Т.е., если бы он был только одним из многих равных духов и являлся руководителем лишь некоторой части духовного мира, то в этом случае, он, конечно, мог бы возгордиться своим начальственным положением и мог бы желать расширения своей власти, но только не на счет власти Бога, а непременно на счет власти равных ему других духов. Это потому бы непременно вышло так, что самое существование многих и равных духов слишком бы ясно говорило первому виновнику падения о явном безумии его желания сделаться богом, когда на самом деле он не имеет никакого преимущества перед многими другими вождями духовного мира и в действительности является только одним из многих. При таком условии, его преступная гордость несомненно толкнула бы его на другой путь. В качестве грубого эгоиста он мог, конечно, нисколько не бояться Бога, но как один из многих равных вождей, он не мог не опасаться своих товарищей и не мог не видеть в них своих непримиримых врагов.

Ведь не имея божеской славы и чести и однако болезненно раздражая себя мыслью об их приобретении, он обязательно должен был думать, что как только его товарищи узнают об его помышлении, так и явятся претендентами (соискателями) на чарующее его благо, потому что право на это благо у всех одинаково, точнее – при одинаковом неимении здесь какого бы то ни было права, все одинаково могут присвоить его себе. Поэтому, как чудовищный вор в своей мысли, первый виновник падения обязательно должен был подозревать своих товарищей, что и они также способны на воровство, и вследствие этого он обязательно должен был думать, что если они вздумают добиваться божеского достоинства, то ему неизбежно придется бороться с ними и, может быть, вместо божеской славы, придется покрыть себя срамом позора. В силу же неизбежной необходимости этого подозрения и соображения, основная задача преступной деятельности гордого духа, очевидно, могла выражаться только в форме злого желания его, во что бы то ни стало, погубить своих великих товарищей, чтобы не иметь себе в них возможных соперников. Следовательно, сжигая себя мыслью о божеской чести, он, при указанных обстоятельствах, все-таки мог стремиться не к тому, чтобы заменить собою Бога для мира, а лишь к тому, чтобы ему пользоваться божеской честью в мире, и притом пользоваться этой честью только ему одному. Поэтому если он поставил своей задачей не подрыв нравственного авторитета своих товарищей с целью считаться высшим из Божиих творений, а устранение мира от Самого Бога, с целью занять в нем положение Бога, и если, значит, он начал свою преступную борьбу не с товарищами своими, а именно с Богом, то ясное дело, что его положение в мире было положением исключительным.

Погибавший великий дух, несомненно, был выше всех и во всем Божием творении не имел себе равного, так что в сфере (области) духовного мира он пользовался огромным и общепризнанным авторитетом, и ему в сущности не доставало только одного, чтобы его считали и почитали за Бога... Поэтому в виду охватившего его чудовищного эгоизма, он естественно должен был почувствовать тайную зависть к Богу, и в силу этой зависти у него естественно должно было появиться такое желание, что для него было бы весьма хорошо, если бы Бога совсем не было. Но он достоверно знал, и не мог не знать, что Бог существует, потому что, претендуя на божеское достоинство, он все-таки положительно знал, что он – вовсе не Бог, что своим ограниченным бытием он в действительности обязан лишь творческой силе истинного, самосущего Бога. И так как об этом не менее его достоверно знали и все другие бесплотные духи, то существование Бога естественно оказалось для него непреодолимым препятствием к достижению его гордой мечты. А между тем эта мечта успела завладеть всем его существом, и он жил только этой мечтой, и не думал отказываться от нее. Поэтому, видя в Боге препятствие к ее осуществлению, он уже естественно стал думать не о бесконечной благости Бога и не о всемогущей силе Его, а исключительно только о том, что Его существование является для него единственным препятствием, из-за которого он не может достигнуть божеской чести. И вот, он увидел в Боге своего врага и воспылал к Нему чувством непримиримой ненависти.

Под влиянием этого чувства, если только о характере падшего духа можно судить по всем дальнейшим действиям его в человеческой истории, он вероятно разразился дерзкой хулой на Бога, вероятно именно – постарался приписать Богу все те нравственные недостатки, которые выросли из его собственной гордости и исказили в нем его богосозданную природу. По крайней мере, иначе совершенно невозможно объяснить хотя бы только и относительный успех его замыслов. По косвенным библейским указаниям (например Еф.6:12), он несомненно увлек за собою не малое число бесплотных духов. А ведь для того, чтобы чистые духи при положительном знании о своем существовании, как о свободном даре Божией благости, могли все-таки пристать к явному врагу Бога, для этого необходимо, чтобы в них самих возбудилось враждебное чувство к Богу. Стало быть, виновник их падения успел возбудить в них это чувство, и в таком случае не может подлежать никакому сомнению, что он шел к своей цели путем клеветы. Если мы поставим вопросы, как в самом деле добрые духи могли вдруг оказаться неблагодарными в отношении Творца своей жизни? – то психологически здесь возможен только один ответ: они могли оказаться неблагодарными по отношению к Богу лишь в одном и единственном случае, если именно каким-нибудь образом им пришло на мысль, и они уверились в том, что будто Бог создал их только ради Себя Самого, чтобы было над кем Ему властвовать и было бы кому славословить Его... А если мы поставим вопросы, каким образом добрые духи могли вдруг оказаться враждебными Богу? – то психологически и здесь также возможен только один ответ: они могли сделаться врагами Бога лишь в том единственном случае, если им пришло на мысль, и они себя уверили в том, что будто в пределах своей природы и сил они могли бы достигнуть гораздо более высокого положения, чем какое они занимают в действительности, если бы только Богу угодно было поставить их в наиболее благоприятные условия жизни, но что Ему будто бы не угодно этого сделать из опасения потерять в них Своих покорных рабов. Такое представление о Боге естественно, конечно, могло определять собою только враждебное чувство к Нему, потому что, выставляя Бога таким Существом, Которое по нежеланию добра Своим разумным созданиям намеренно препятствует им в достижении их насущных целей, оно тем самым, конечно, выставляет Бога явным врагом Своих созданий, и вследствие этого оно уж естественно должно вызывать собою такое именно отношение к Богу, какое возможно только в рассуждении личного врага. Следовательно, имея в виду те необходимые условия, при которых действительно могло совершиться падение духов, и соображая возможную наличность этих условий с точки зрения того преступного настроения, которым был охвачен первый виновник падения, нам кажется, мы имеем достаточно веские основания, чтобы определить, по крайней мере, психологически вероятный процесс древней небесной катастрофы.

Эта катастрофа, вероятно, совершилась таким образом, что первый ненавистник божественного миропорядка, прикрываясь мнимой любовью к своим собратьям и будто бы ратуя за их интересы, искусно забросил в них ложную мысль о действительных основаниях божественного творчества, что будто Бог создал мир только в удовлетворение Своему эгоизму; и затем, он вероятно, забросил в них другую ложную мысль, что будто, при других условиях существования, они могли бы достигнуть такой высокой степени совершенства, что были бы достойными божеской славы; и наконец еще он забросил в них третью ложную мысль, что будто насущные интересы их жизни, как жизни свободно разумных существ, не только чужды, но и совершенно противны Божиим намерениям, так что в Боге они будто бы имеют лишь своего бессердечного повелителя и потому в сущности оказываются лишь роковыми жертвами Его мнимой тирании. Первая из этих мыслей, разумеется, достаточно сильна, чтобы в принявшем ее духе она могла подорвать собою веру в безусловную святость Бога и, в силу этого, поколебать в нем чувство благоговейного поклонения Богу; и вторая мысль, конечно, также достаточно сильна, чтобы в принявшем ее духе она могла возбудить чувство самолюбия и могла бы направить его мысль к мятежным мечтам о новых условиях жизни; и, наконец, третья мысль также достаточно сильна, чтобы возбудить в принявшем ее духе чувство протеста против несообразного с его природой мнимого гнета и, таким образом, вызвать в духе чувство вражды к Богу.

Нравственное состояние злых духов самое мрачное, а деятельность их в отношении к человеку самая вредоносная и пагубная и направлена к тому, чтобы совращать его с пути добродетели.

«Велика сила Христова, помогающая вам, – говорил диавол св. Пахомию, – но я не перестану бороться с вами и буду делать свое дело». «Различна и многообразна злоба бесов, – наставляет преп. Антоний, – они устрояют брань против всякой добродетели. Люта их ненависть ко всем христианам, особенно же к инокам и Христовым девам: пути их запинают мрежами, сердца их стараются наполнить богомерзкими, нечистыми помыслами. Если и перестают обольщать их, то на малое время: посрамленные они нападают с большей силою».

Злые духи действуют на душу и тело человека христианина, возбуждая в душе нечистые и богохульные помыслы, а тело поражая болезнями. Преподобному Нифонту бес постепенно влагал в мысль: «Нет Бога, где Бог? И Христа нет! Я один все содержу и над всем царствую». Никите, затворнику печерскому, бес, явившийся в образе ангела, не велел молиться Богу, а только читать книги, да подаст полезное слово приходящим к нему, и обещался сам молиться о спасении его. Тело св. Симеона Столпника диавол поразил столь лютою язвою, что оно начало гнить, и из язв его исходил гной с червями. Св. Иоанникия диавол уязвил в ребра такой болезнью, что он был безгласен семь дней. Для обольщения и соблазна свв. подвижников злые духи преображались в различные образы и употребляли для того обольщения всякие средства – и великие, и малые, и даже ничтожные. Бес в светлости приходил к Пахомию и говорил: «Радуйся, Пахомие! Я Христос и пришел к тебе как к другу».

Для обольщения св. Симеона Столпника, диавол преобразился в ангела светла и сошел к нему с неба на огненной колеснице. На соблазн св. Илариона диавол полагал на его постели бесстыдных жен нагих, во время ощущения голода и жажды представлял ему сладкие снеди и пития. Св. Пахомий видел беса в образе прекрасной жены, идущей в обитель со множеством слуг. Преп. Феодоре вдове бес являлся в образе мужа ее.

Преп. Феодор был исцелен от недуга сребролюбия преп. Василием. Бес, приняв образ Василия, явился к Феодору и говорил: «Феодоре! Как успеваешь? Перестала ли у тебя брань бесовская, или бес все еще беспокоит тебя, приводя на память розданное нищим имение?» Феодор сказал, что он молитвами его (Василия) успевает, и при этом обещался и впредь исполнять все, что он ни прикажет. Бес велел ему просить у Бога множество золота, чтобы иметь покой и воздаяние за розданное имение и иметь возможность раздавать нищим. Феодор стал молиться об этом, а диавол указал ему в одной пещере множество золота. Когда Феодор получил золото, демон советовал ему выйти из монастыря в другую страну и там купить поместья, чтобы опять не потерпеть искушения скорби о богатстве. Феодор было и склонился на то, но Бог послал к нему преп. Василия, который разоблачил прельщения диавола и спас душу его.

Св. Феодору Сикеоту диавол явился в образе юноши, друга Геронтия, который вместе с ним учился в училище. Гуляя с Феодором, он поставил его на высочайший холм над пропастью и предлагал ему показать свое мужество и соскочить вниз.«Боюсь, – отвечал Феодор, – очень высоко». «В училище ты был мужественнее всех нас, – стыдил его диавол, – а теперь робеешь, вот я не боюсь, если и соскочу». Феодор уговаривал его, опасаясь, как бы не разбился он. «Никакой беды не будет, не бойся». – «Если ты первый бросишься, и я увижу тебя целым, тогда и я сделаю то же». Диавол бросился вниз, встал прямо и звал к себе Феодора. Пока еще Феодор стоял в изумлении от подвигов Геронтия, явился к нему св. великомученик Георгий и, взявши его за руку, сказал ему: «Иди отсюда: это не Геронтий, но враг рода нашего».

Иногда бесы для прельщения свв. подвижников являлись в образе благочестивого человека. Преп. Авраамию затворнику, во время его молитвы, бес поставил светильник и пел псалмы. Множество бесов однажды пришло ночью к преп. Макарию Египетскому и говорили ему: «Вставай, Макарие, и пой с нами, зачем спишь?» Преподобный, познав бесовскую прелесть, вопиял: «Христе Боже! Помози ми и избави мя от обошедших мя», – и бесы с шумом исчезли.

Принимали бесы и образы различных животных. Во время молитвы святого Илариона, диавол появлялся то волком воющим, то лисицей скачущей. Преподобного Сергия бесы устрашали, преобразуясь в зверей и змей. Святому Трифону диавол явился в образе большого пса. Даже люди, имеющие общение с бесами, могут производить бесовские мечтания, например, переменять воздух, производить ветры, гром и дождь, возмущать морские волны, наносить вред в садах и полях. Киприан волхв на юношу, уязвившегося нечистою похотью к святой Иустине, возложил птичий образ со способностью летать по воздуху. Для обольщения людей бесы иногда предсказывают будущее; это будущее они знают не потому, что обладают даром пророчества; но предсказывают то, что они или сами сделали, или сами же научили чему злых людей, например, убить или украсть. Так, когда к Никите затворнику приходили желающие слышать от него слово утешения, тогда бес в образе ангела возвещал ему все случившееся с ними и предсказывал будущее. И сбывалось так. Могут они знать будущее, как духи бесплотные, на основании долговременного опыта и наблюдения над вещами и делами человеческими; но также часто лгут и обманывают. «Знаешь ли ты, – спрашивал святой Пахомий явившегося к нему беса, – что по кончине нашей братия не так усердно будет служить Господу, как теперь?» – «Знаю верно», – отвечал бес. «Лжешь ты на свою скверную голову: знать будущее принадлежит одному Богу, а ты одна ложь». – «Во мне нет предведения, – сознавался бес, – и я сам по себе ничего не знаю, знаю, что случится в будущем, посредством знания прошедших и настоящих вещей».

Нападая и злодействуя человеку во время его земной жизни, злые духи не оставляют его и по кончине. С особенною силою они нападают на человека в час смерти, чтобы возмутить спокойствие души его. «Когда настал час разлучения моего от тела, – сказывала святая Феодора, – увидела я много эфиопов, стоявших около одра моего; лица их были как сажа, глаза как огненные угли. Все они грозно смотрели на меня, скрежетали зубами, готовили и развивали свитки, в которых записаны были худые дела мои. Я отвращала свои глаза, чтобы не видеть тех страшных лиц, но повсюду видела их, и душа моя была в великом страхе и трепете». «Господи Боже мой! – молился святой Иосиф песнописец в час смерти своей. – Ты хранил меня во все дни живота моего, и ныне до конца соблюди дух мой и помоги мне избегнуть князя тьмы и воздушных страшилищ, да не когда порадуется о мне враг мой».

Так мрачно нравственное состояние злых духов и так пагубны и злы их действия на человека! Некоторые из этих действий и средств представляются ничтожными, даже смешными, и как бы не соответствующими природе бесплотных духов. Но здесь важна цель, с которою употребляются эти средства и действия, а не самые средства и действия. Вселукавый, лживый, скверный дух доволен бывает, если его ничтожные, по-видимому, и смешные средства и действия достигают своей злой и скверной цели – соблазнить святого подвижника, осмеять его, унизить, посмеяться над его святыми подвигами и вовлечь его во грех. Пакостник плоти может творить все пакости для обольщения благочестивых людей.

Мрачное и пагубное нравственное состояние злых духов становится тем еще безотраднее, что они не могут выйти из него, не могут т.е. принести покаяния. Однажды бес в образе человека грешника пришел к св. Антонию Великому и, сравнивая себя с злым духом, спрашивал: может ли Бог принять покаяние от бесов, если бы кто из них покаялся? Святой Антоний стал на молитву и просил у Господа разрешения этого вопроса. Ангел, посланный от Бога, открыл ему, что древнее зло не может быть новым добром, что бывший начальник зла не может начать добрые дела, навыкнувший гордости не может смириться в покаяние и обресть милость от Бога. А чтобы Антоний сам убедился в том, ангел повелел ему заставить беса выполнить следующее: чтобы бес в течение трех лет на одном месте день и ночь взывал: «Боже, помилуй мя, древнюю злобу! Боже, спаси мя, помраченную прелесть! Боже, помилуй мя, мерзость запустения!» На другой день, когда бес пришел, преподобный предложил ему эти условия. «Нет, старче, – отвечал бес, – как мне назвать себя древним злом, когда я теперь так славен и столько народу повинуется мне? Как мне назвать себя мерзостью запустения и помраченною прелестью, когда все грешники любят меня и творят то, что мне угодно? Нет, да не будет того, чтобы через покаяние сделаться мне непотребным и смиренным и из великой чести принять себе такое бесчестие». Так сам злой дух засвидетельствовал, что покаяние для злых духов невозможно, и это зависит не от Бога, но от их свободы, направленной к одному злу, и от чрезмерной гордости, исключающей всякое смирение.

Приведем теперь несколько случаев явления злых духов и скажем несколько слов об образе их явления.

Книги Ветхого и Нового Заветов и церковная история передают много случаев явления злых духов.

Известнейшее и самое пагубное для человека явление диавола, – это то, когда он под видом змея явился к Еве и искусил ее (Быт.3:1–23). С тех пор образ змея – самый употребительный чувственный образ диавола. В священном писании диавол часто называется древним змеем (Откр.12:9), – говорится, что адский дракон будет сражаться с женою, под видом которой представляется Церковь, и что он будет поражен архангелом Михаилом и свержется им с высоты небесной (Откр.12:7–9). Из книг Ветхого Завета известно, что в этом образе он был почитаем язычниками. В Вавилоне, например, воздавали божеское поклонение живому дракону, которого Даниил умертвил, дав ему проглотить состав из разных ядовитых веществ (Дан.14:23–27). У язычников был род гаданий посредством змей, который назывался у них офиомантией.

Египтяне, греки и римляне почитали змей и смотрели на них, как на что-то божественное, воздавали гадам божеское почитание.

Блаженный Августин замечает, что ни одно животное не употреблялось так часто при волхвованиях, как змея, как бы в наказание за то, что она соблазнила первого человека. Впрочем, более обыкновенный вид, в каком демон являлся людям и искушал их, – это образ человеческий: вероятно, в таком виде явился он Иисусу Христу в пустыне (Мф.4) и искушал Его. Почти во всех тех явлениях диавола, которые в таком бесчисленном множестве передаются нам житиями святых, он имел человеческий образ. Для того, чтобы представить доказательства действительности явлений диавола и несколько примеров того, в каком именно виде и зачем являлся он, предложим несколько случаев его явления, заимствованных из жизнеописаний святых.

Не задолго до нашествия персов на греческую империю, во второй киликийской епархии, в городе Аданне, с экономом соборной церкви этого города, Феофилом, случилось такое происшествие.

Феофил отличался безукоризненно честным и в высшей степени тщательным выполнением своих обязанностей по должности и своими христианскими добродетелями. Он был глазом и десницею своего епископа. Он был отцом для сирот, питателем для вдов, щедрым подателем для нищих, заступником за обижаемых, помощником для беспомощных, и потому пользовался всеобщею любовью и уважением. И когда епископ Аданны умер, то все единодушно желали, чтобы епископом был сделан Феофил, и обратились об этом с просьбою к киликийскому первопрестольному архиерею. Архиерей разделил общее желание. Но Феофил, по чувству христианского смирения и по слишком высокому уважению к епископскому сану, решительно отказался от принятия на себя этого сана. Напрасны были все просьбы к нему об этом со стороны всего народа, клира и первопрестольного архиерея. Феофил остался при своем решении. Принуждены были сделать епископом другого, а Феофил остался при прежней экономской должности. Несмотря на безукоризненно честную жизнь Феофила, нашлись люди, которые, по внушению духа злобы и зависти, начали клеветать на Феофила перед епископом и обвинять его в самых непотребных вещах. Епископ, сам хорошо зная Феофила, как человека в высшей степени благочестивого и добродетельного, сначала долго не давал никакой веры этим клеветам и обвинениям. Но так как они не прекращались, и все более и более усиливались, то епископ мало-помалу стал верить им и решился, наконец, удалить Феофила от экономской должности под тем предлогом, чтобы дать ему покой от продолжительных тяжелых трудов. Феофил беспрекословно повиновался. Теперь зависть и злоба демона приняли другое направление. Прежде он действовал чрез других людей, теперь он начал всеми силами действовать на душу самого Феофила. Демон стал возбуждать и развивать в нем такую мысль, что он подвержен от епископа совершенно несправедливому унижению, что за его труды и добродетели ему заплатили оскорблением и пренебрежением. Мало-помалу эта мысль развилась в Феофиле до такой степени, что он, наконец, вообразил, что он всеми в высшей степени унижен, оскорблен, поруган, и в связи с этим скоро его душою овладело непреодолимое желание как можно более возвыситься между людьми. Он сильно возжелал теперь на первых порах, по крайней мере, получить свою прежнюю должность. Властолюбие до того овладело Феофилом, что он решился, наконец, для выполнения своих честолюбивых желаний, искать помощи у волшебства и бесовской силы. И вот, он отправляется к известнейшему в то время волхву и чародею, открывает ему свои желания и со слезами просит у него помощи, обещая должное вознаграждение. Волхв с радостью соглашается помочь несчастному и, обнадежив его, велит ему прийти к себе в следующую ночь. Феофил ушел обрадованный, и в следующую полночь опять является к чародею. Волхв ведет его на ипподром (т.е. на место конских ристалищ), и говорит ему: «Если ты увидишь какое-нибудь видение, или услышишь какой-нибудь голос, не пугайся и не совершай крестного знамения». Феофил соглашался на все, и тотчас перед их глазами возникло такое привидение: они увидели множество странных лиц, разодетых в разные светлые платья и со свечами в руках. Это был сонм демонов; они славословили своего князя – сатану, который с гордостью и надменностью восседал среди них. Волхв взял Феофила за руку, ввел его в сборище и предстал с ним перед князем демонов. Сатана спросил волхва: «Зачем ты привел к нам этого человека?» Волхв отвечал: «Я привел к тебе его, господин мой, потому что он очень много обижен своим епископом и просит твоей помощи». Сатана сказал на это: «Как я помогу человеку, который есть раб своего Бога? Если же он согласен сделаться моим рабом и поступить в число моих слуг, в таком случае я ему так помогу, что он получит власть большую той, какую он имел прежде, и даже той, какую имеет епископ». – «Слышишь, что говорит князь?» – сказал волхв Феофилу. «Слышу, – отвечал Феофил, – и сделаю все, что только прикажет он мне», – и с этими словами он повергся к ногам бесовского князя и начал лобызать его ноги. Тогда диавол сказал, обращаясь к Феофилу: «Пусть этот человек отречется от Сына Марии и от Нее Самой, потому что я Их глубоко ненавижу. И пусть это отречение он напишет своею собственной рукой и отдаст эту рукопись мне, и тогда пусть требует от меня всего, чего ему угодно; я все исполню». – «Я согласен сделать все, что бы ты ни повелел, – сказал Феофил, – лишь бы получить то, что я желаю». Услышав это, сатана простер свои бесовские руки и начал обнимать и лобызать Феофила, говоря при этом: «Радуйся, мой искренний и верный друг!» Потом Феофил произнес отречение от Христа и Его Пречистой Матери, написал это отречение на заранее приготовленной для этого волхвом бумаге, запечатал ее и отдал князю тьмы. И, дружески обнявшись и облобызавшись, новые друзья расстались. Сатана с своею свитой сделался невидимым, а Феофил и волхв с радостью отправились домой.

На другой день после этого происшествия, епископ, нужно полагать, по внушению от Бога, а не от диавола, раскаялся в том, что он отставил от экономской должности Феофила, призвал его к себе, снова возвел на эту должность и при этом вручил ему власть во всех церковных делах вдвое большую той, какою он владел прежде. Епископ потом даже публично перед целым клиром и народом просил у Феофила прощения за сделанное ему оскорбление. И весь почет и уважение от всех, какими пользовался Феофил прежде, не только опять возвратились к нему, но сделались еще несравненно больше прежнего. Честолюбие Феофила было удовлетворено; он был успокоен. Но не долго продолжалось это гибельное спокойствие. Милосердный Господь не дал погибнуть грешнику до конца. Скоро Он возбудил в его сердце раскаяние. Скоро Феофил ясно сознал и глубоко почувствовал все несчастье своего положения. Раскаяние его было слишком глубоко и искренне; день и ночь проводил он в слезах о своем беспредельном оскорблении Господа и Пречистой Его Матери, о своем глубочайшем падении. И как ни велика была его виновность перед Богом, мысль о беспредельном милосердии Божием, не хотящем, да кто погибнет, но да вси в покаяние приидут, – внушала ему надежду на помилование и дерзновение обратиться к Премилосердному с молитвою о прощении и спасении. И вот, Феофил оставляет все свои занятия по службе и решается все свои силы и все время употребить на исходатайствование себе прощения у Господа; для этой цели он заключается в одной церкви Божией Матери и здесь, перед иконою Пресвятой Девы, целых сорок дней и сорок ночей проводит в постоянном глубоком сокрушении о своей греховности, в строжайшем посте и постоянной слезной молитве о своем помиловании. Наконец, по прошествии сорока дней, в полночь, является к нему Божия Матерь и говорит ему: «Зачем же ты так бесстыдно обращаешься, взываешь и молишься ко Мне, чтобы Я помогла тебе? Ведь ты же отрекся от Сына Моего и от Меня. Как же Я стану молиться за тебя к Сыну и Богу Моему, когда ты отдался диаволу и дал ему в этом рукописание, – когда ты раб диавола? И Я Сама не могу терпеть оскорблений Сыну Моему и Богу. Я могу простить тебя в том, в чем ты согрешил против Меня, – но озлоблений и оскорблений, которые вы делаете Сыну Моему, вторично распиная Его таким образом, Я не могу видеть и слышать. От совершивших такие озлобления и оскорбления потребны многие подвиги и глубокое сердечное сокрушение для того, чтобы они были помилованы Господом, поелику Он, хотя премилосерд, но вместе есть и Судия праведный, воздающий каждому по делам его». Феофил, ободренный явлением Богоматери, выразил перед Ней все свое глубочайшее сокрушение, все свое искреннейшее раскаяние, и принес к Ней пламенную, слезную молитву о заступлении за него перед Господом и исходатайствовании и ему помилования. Увидев искреннее и глубокое раскаяние Феофила, Матерь Божия повелела ему произнести православное исповедание веры. Феофил с искренним чувством исполнил это повеление. После этого Богородица обещала ему помолиться за него перед Господом и скрылась. Феофил по-прежнему продолжал непрестанно сокрушаться и молиться. Чрез три дня опять является к нему Матерь Божия с радостным лицом и светлыми очами – и возвещает ему, что его раскаяние благоугодно Господу, что молитва его услышана, и что ему даруется Богом помилование, под тем только условием, чтобы он впредь до конца своей жизни оставался верным Богу. Феофил высказал искреннейшее благодарение к Премилосердному Господу и к Его Пречистой Матери и искреннейшее желание и готовность во все дни живота своего быть преданным Господу, и молил Матерь Божию о том, чтобы ему было возвращено данное им демону рукописание. Богородица сделалась невидима. Чрез три дня, в продолжение которых Феофил по-прежнему пребывал в посте и непрестанной молитве, когда он, наконец, уже слишком удрученный подвигом покаяния, уснул, он в сонном видении увидел, что Матерь Божия несет к нему это рукописание. От радости он проснулся и, действительно, увидел, что рукописание это лежало на его груди. После этого Феофил частью от перенесенных им духовных трудов, частью от необыкновенной радости впал в какое-то полумертвое состояние. Пришедши в сознание, он принес достодолжное благодарение Богу и премилосердной Заступнице рода христианского, и потом, для большего очищения себя, пожелал совершить публичную исповедь. Для этой цели он во время богослужения явился к архиерею, рассказал ему всю историю своего падения и спасения и просил его огласить эту историю во всеуслышание, для общего назидания. Просьба его была исполнена. Вся история была оглашена перед всем народом, и епископ потом произнес приличную случаю речь. В продолжение этого Феофил лежал у ног епископа и плакал. Потом Феофил был приобщен Святых Тайн, и весь народ принес хвалу и благодарение Господу Богу. Остальное краткое время своей жизни Феофил провел в подвигах молитвы и воздержания.

Святой священномученик Киприан, который до своего обращения в христианство был волшебником и имел непосредственные сношения с демонами, сам рассказывает о себе следующее: «Поверьте мне, – говорит он, – я видел самого диавола, свидания с ним я вымолил у него многими жертвоприношениями; встретившись с ним, я обнимал и лобызал его и наслаждался беседами его и почетнейших его служителей».

В «Лавсаике» рассказывается, что один подвижник, по имени Валент, долго живя в пустыне, много изнурял плоть свою и по жизни был великим подвижником, но потом, обольщенный духом самомнения и гордости, впал в крайнее высокомерие, так что сделался игралищем бесов. Надмившись пагубной страстью самомнения, он стал мечтать, наконец, в самообольщении, что с ним беседуют ангелы и при всяком деле служат ему. Диавол, уверившись, что Валент совершенно предался обману его, принимает на себя вид Спасителя и ночью приходит к нему, окруженный сонмом демонов в образе ангелов, с зажженными светильниками. И вот, является огненный круг, и в средине его Валент видит как бы Спасителя. Один из демонов, в образе ангела, подходит к нему и говорит: «Ты благоугодил Христу своими подвигами и святостью жизни, и Он пришел посетить тебя. Итак, ничего другого не делай, а только, ставши вдали, и увидев Его, стоящего среди всего сонма, пади и поклонись Ему, потом иди в свою келью». Валент вышел и, увидев множество духов со светильниками, пал и поклонился антихристу. Обольщенный до того простер свое безумие, что, пришедши на другой день в церковь, сказал при всей братии: «Я не имею нужды в приобщении: сегодня я видел Христа». Тогда свв. отцы, видя, что он впал в умоисступление, связали его цепями и в течение года вполне уврачевали его, истребив гордость его молитвами, разнообразным унижением и суровой жизнью, как говорится, врачуя противное противным.

Один из фиваидских старцев рассказывал о себе, что он – сын жреца идольского, что, быв дитятею, он сиживал в храме и видел отца своего, приносящего жертвы идолам. Однажды, после того как отец вышел из храма, сын вошел тайно в храм и увидел там сатану. Сатана сидел на троне; многочисленное воинство предстояло ему. И вот, приходит один из князей его и поклоняется ему. Сатана спросил его: «Откуда ты?» Князь отвечал: «Я был в такой-то стране, возбудил там войну и большое смятение, произвел кровопролитие, и пришел возвестить тебе». Сатана спросил: «Во сколько времени сделал ты это?» Он отвечал: «В тридцать дней». Сатана велел бить его бичами, сказав: «Столько-то сделал ты в такое продолжительное время!» И вот, другой пришел и поклонился ему. Сатана спросил: «Откуда ты?» Демон отвечал: «Я был в море, воздвиг бурю, потопил корабли, умертвил множество людей и пришел возвестить тебе». Сатана спросил: «Во сколько времени сделал ты это?» Он отвечал: «В двадцать дней». Сатана повелел и этого бить бичами, сказав: «Почему ты в столько дней сделал так мало?» И третий пришел и поклонился ему. И этому он сказал: «Ты откуда?» Демон отвечал: «Я был в таком-то городе, там праздновалась свадьба; я возбудил ссоры и произвел большое кровопролитие; сверх того убил самого жениха и пришел возвестить тебе». Сатана спросил: «Во сколько дней ты сделал это?» Демон отвечал: «В десять». Сатана повелел и этого, как действовавшего не ревностно, бить бичами. И еще один демон пришел поклониться ему. Сатана спросил: «Откуда?» Демон отвечал: «Из пустыни: исполнилось сорок лет, как там борюсь с одним из монахов, и едва одержал над ним победу, вверг его этою ночью в любодеяние». Сатана, услышав это, встал с трона, начал целовать демона, – сняв царский венец, который был на главе его, возложил на голову демона и посадил его возле себя на престоле, сказал: «Ты совершил великое и славное дело». Увидев и услышав это, сын жреца сказал сам себе: «Чин иноческий, должно быть, много значит у Бога». Он принял христианство и вступил в монашество.

Однажды преп. Нифонт видел, что диавол подошел к человеку, который в поле занимался работой, пошептал ему что-то на ухо, чего рабочий совсем не заметил, и отошел прочь; потом подошел к другому, невдалеке работающему, человеку, и этому сказал что-то на ухо; оба эти работника, оставя работу, сошлись вместе и разговорились; прежде говорили спокойно и ласково, потом забранились и, наконец, жестоко поссорились.

Св. Никита, епископ Новгородский, был родом киевлянин и с юных лет вступил в печерскую обитель. Стремясь к высшим подвигам, он вскоре решился сделаться затворником, не смотря на все внушения настоятеля о преждевременности такого многотрудного дела для молодого инока, и действительно, подвергся в затворе горькому искушению. По внушению от диавола, явившегося ему в образе ангела светла, Никита совершенно перестал молиться Богу, весь предался чтению книг ветхозаветных, начал принимать к себе приходящих, давать им советы, изрекать предсказания, и чрез то приобретать себе суетную славу. Никто не был в состоянии состязаться с ним в знании книг Ветхого Завета, а Евангелия и прочих книг новозаветных он не только не читал, но никогда не хотел ни видеть, ни слышать. Совокупные молитвы отцов печерских, между которыми находились игумен Никон, Матфей прозорливец, Исаакий святой, Григорий чудотворец, Пимен постник и летописец Нестор, освободили несчастного инока от обаяний искусителя, – и Никита, покинув затвор и внезапно лишившись всех знаний, которыми тщеславился, начал снова учиться в обители грамоте и иноческой жизни. На этот раз он пошел путем истинного смирения, воздержания и послушания, и мало-помалу достиг того, что превзошел всех своею добродетелью. За высокую добродетель подвижник возведен был в сан епископа новгородского (в 1096 г.), и в течении 11 лет не переставал служить образцом благочестия для своей паствы. Господь удостоил Своего угодника еще при жизни дара чудотворений: двукратно он спасал Новгород от бедствий, – однажды своей молитвой свел дождь с неба во время продолжительной засухи; в другой раз молитвой же остановил страшный пожар, истреблявший город...

В образе не только ангела, но даже и Самого Иисуса Христа, диавол искусил однажды преподобного Исаакия печерского, дивного подвижника, семь лет подвизавшегося в уединенном затворе и пребывавшего в непрестанной молитве. Одна просфора и немного воды были дневным его пропитанием. Этот дивный подвижник никогда не ложился спать, но сидя отдыхал. И вот, однажды, когда он, при наступлении ночи, утрудившись от пения псалтири, погасил свечу и сидел на своем месте, видит он в пещере необычайный свет, и ему предстали два беса в образе светолепных юношей, сказав: «Мы ангелы, и се грядет к тебе Сам Христос». Преподобный не остерегся от искусительного горделивого помысла видеть Христа, не победил этого помысла смиренною мыслью о своем недостоинстве и не оградил себя крестным знамением, но легкомысленно пал и поклонился сатане в образе Христа. Как только это совершилось, бесы радостно воскликнули: «Наш Исаакий!» Тотчас окружив преподобного с тимпанами, свирелями и гуслями, они схватили его, начали с ним скакать и до того измучили его, что он поутру найден был в беспамятстве и после этого несколько лет оставался в расслаблении душевном и телесном.

К явлениям злого духа между людьми, справедливо причисляется так называемое беснование. Бесноватые или одержимые злым духом, бывают двух родов: на одних из них злой дух влияет только извне, другими же он владеет внутренним образом, владеет всем их существом, заставляет их изрыгать богохульства, говорить на языках, которым они совершенно не учились, открывает им разные сокровенные вещи, знакомит их с разными темными предметами философии и т. п.

Возможность и действительность беснования не подлежит никакому сомнению. Это ясно утверждается как Св. Писанием,так и учением Церкви. Св. Писание, с одной стороны, сообщает нам много случаев беснования, с другой – передает, что Сам Иисус Христос и Его апостолы признавали бесноватых действительно одержимыми злыми духами. Саул был одержим злым духом (1Цар.16:14–15); злой дух от времени до времени возбуждал в нем тоску, гнев и зависть в отношении к Давиду; или даже, если Саул приходил в гнев по каким-нибудь естественным причинам, демон овладевал им и приводил его в ярость. Бесноватые, о которых говорится в Евангелии (Мф.8:29; Мк.1:24), что они громко кричали, что Иисус есть Христос, что Он прежде времени пришел их мучить, что Он Сын Божий, – представляют, очевидно, несомненный пример одержимых злым духом.

Спаситель, в доказательство Своего небесного посланничества, указывает на исцеление Им бесноватых. Он опровергает фарисеев, которые говорили, будто Он изгоняет бесов силой веельзевуловой; Он доказывает, что изгоняет их силой Божией (Мф.12:24–29). Он говорил с демонами, жившими в бесноватых, угрожал им, повелевал им молчать. Все это очевидно доказывает, что Иисус Христос смотрел на бесноватых, как на действительно одержимых злыми духами. Подобно своему Божественному Учителю, апостолы и первенствующие христиане также смотрели на них, как на одержимых злыми духами.

Когда семьдесят учеников Христовых, возвратившись с своей апостольской деятельности, отдавали Иисусу Христу отчет в своих трудах, они, между прочим, сказали Ему, что и самые бесы им повинуются (Лк.10:17). По воскресении Своем Иисус Христос обещал Своим ученикам, что они во имя Его будут творить чудеса, изгонять бесов и получать дар пророчества (Мк.16:17). Все это исполнилось буквально. Сами враги христиан, иудеи и язычники, так как они сами были очевидцами чудесных изгнаний демонов из бесноватых, совершаемых Иисусом Христом, Его апостолами и вообще христианами, не отвергали действительности этих изгнаний, а только объясняли их по-своему: одни приписывали их силе князя бесовского, другие силе магии, силе известных трав и пр.

Свв. отцы Церкви первых веков, святой Иустин, Тертуллиан, Лактанций, святой Киприан и другие говорят об изгнании христианами демонов из бесноватых с такою уверенностью и положительностью, что не остается никакого места для сомнения в действительности того, о чем они говорят.

Арновий говорит: «Был ли когда-нибудь смертный подобный Иисусу? Нужно только произнесть Его имя, и злые духи бегут, прорицатели замолкают, пророки жрецы немеют, и все искусство хитрых магов посрамляется». Лактанций говорит: «Ученики Иисуса именем Его и св. знамением Его страданий изгоняют нечистых духов. Это доказывается тем, что в присутствии христиан магические жертвоприношения остаются без всякого действия и даже самые знаменитые оракулы не дают никаких ответов». Св. Киприан писал к римскому градоначальнику Димитрию: «Приидите, посмотрите и послушайте, что такое делается в нашем присутствии с богами, которых вы чтите. Заклинаемые и изгоняемые силою Божественного слова, они принуждены бывают оставлять одержимых ими людей. Поражаемые божественой силой, с жалобными воплями, человеческим голосом возвещают они истину будущего суда, о котором учит наша вера. Приидите и убедитесь сами в справедливости наших слов; вы увидите, что духи, которым вы так рабски удивляетесь, которых вы так рабски чтите, – дрожащие, пленные, скованные лежать у ног наших. Особенно ясно вы увидите ваше заблуждение, когда увидите, как ваши боги, изгоняемые силою нашего повеления, в вашем собственном присутствии, против своей собственной воли, будут сознаваться в своем собственном обмане и лжи». «Приведите, – говорит Тертуллиан в одном сочинении против язычников, – приведите на судилище какого-нибудь действительно одержимого злым духом, и демон, по требованию всякого христианина, так же публично сознается, что он злой дух, как прежде публично выдал себя за Бога; или приведите на судилище кого-нибудь из тех ваших людей, которые говорят, будто они действуют только одной божественной силой, которые под влиянием смрадных жертвоприношений приходят в экстаз (сильно возбужденное состояние) и от времени до времени слышать слова, которые они во все горло провозглашают, как оракульские изречения... и если демон, который действует в этих людях, в присутствии христиан не сознается, что он есть действительно злой дух, и не будет таким образом посрамлен, тогда пролейте кровь этих христиан. Возможны ли еще более ясные доказательства, более твердые доводы?»

Сколько уверенности, сколько убежденности в этой торжественной речи! Как многочисленны и общеизвестны должны были быть случаи, когда христиане, являясь публично перед чтителями той силы, которая производила языческие чудеса, вынуждали ее к сознанию в своем ничтожестве. Какую, таким образом, победу над древней магией одерживали христиане еще прежде, чем своей собственной смертью доказывали, что имя их Бога побеждает все волшебные силы ада.

«Нет, почти ни одного отца Церкви, – говорит один ученый писатель, – который бы не усваивал христианам силы во имя Христово изгонять бесов. Все верующие первых веков были убеждены в действительности этой силы; ни одна истина не была у них ясней и несомненней и не пользовалась большей известностью. И нельзя указать ни одного язычника, даже из тех, которые по преимуществу враждовали против религии христианской, который, – не говорю, не был бы вполне убежден в том, что христиане действительно изгоняли бесов, как они об этом говорили в своих сочинениях, но – который бы заподозревал христиан в обмане и совершенно отвергал бы действительность фактов (случаев) этого изгнания».

Всегдашнее существование в Церкви заклинательных молитв против бесноватых составляет новое доказательство действительного существования бесноватых; оно доказывает, что Церковь и ее служители всегда признавали действительность бесноватости, так как они всегда употребляли против нее эти молитвы. Даже иудейские заклинатели злых духов именем Христовым исцеляли бесноватых (Мк.9:38); они верили также, что Иисус Христос может давать это исцеление. Они также произносили иногда имя Соломона и употребляли заклинания, установленные будто бы этим царем, равно как разные коренья и травы; но все это производило только нечто подобное тому, что совершает искусный врач, вылечивая ипохондриков (т. е. постоянно мрачно настроенных людей), помешанных и людей воображающих, что они одержимы злым духом, – или что совершает духовный отец, успокаивая и приводя в нормальное (обыкновенное) состояние терзаемые совестью, глубоко потрясенные сознанием своей греховности и мучимые страхом адских мучений, души.

Бесноватые же, которые были исцеляемы Иисусом Христом и христианами, были действительно одержимы злым духом и могли быть исцеляемы только силою божественной, именем Иисуса Христа, силою заклинаний. Сын одного иудейского священника Скевы (Деян.19:14–16) захотел изгнать демона из одного бесноватого именем Иисуса Христа, проповеданного Павлом; бесноватый бросился на него, говоря, что он знает Христа и Павла, а его не боится, и иудей едва не был задушен злым духом. Нужно строго отличать действительных бесноватых от мнимых, равно как и действительных врачей бесноватости от обманщиков. Возможны бывают и такие бесноватые, которые только притворяются бесноватыми для того, чтобы, таким образом, возбуждать к себе сострадание и получать подаяния.

Таким образом, из приведенных рассказов видно, что злые духи могут вмешиваться в жизнь человека. Но власть их весьма ограничена. Вот несколько рассказов о победе христиан над демонами.

Один из святых подвижников говорит: «Между отшельниками был один почтенный старец. Скорбя от искушений демонских, я однажды пришел к нему за советом. Он был болен и лежал: я, после приветствия, сел подле него и сказал ему: «Помолись за меня, отче; меня весьма мучат демонские искушения». Он открыл глаза свои, посмотрел на меня пристально и сказал: «Сын мой, ты молод; Бог не пошлет на тебя искушений». Я сказал ему: «Так, я молод, но несу такие искушения, какие несут возмужалые». Он сказал на это: «Так Бог хочет умудрить тебя». Я сказал: «Как Он умудрит меня? Я каждый день вкушаю смерть». Он сказал: «Молчи, Бог любит тебя, Он дает тебе благодать Свою». Потом прибавил: «Знай, сын мой, что я тридцать лет боролся с демонами и в течение двадцати лет совершенно был без помощи; но, когда после того миновало пять лет, начал я обретать покой; с течением времени он увеличивался; по прошествии семи и с наступлением восьмого года, еще более увеличился. Когда же проходил тридцатый и уже приблизился к концу, покой усилился так, что я не знаю ему и меры». И присовокупил: «Когда я желаю встать на службу, то могу только славословить. Впрочем, если и три дня стою, то бываю в таком восторге с Богом, что ни мало не чувствую усталости"».

«Вот что со мною было однажды, – говорит преп. Феодосий печерский, – я стоял в келье на молитве и пел обычные псалмы. Вдруг предо мною стал черный пес, так что не мог я поклониться. Так как он долго стоял предо мною и мешал мне, то я хотел ударить его, и он стал невидим. Тогда объял меня страх и трепет, так что я хотел бежать с того места. Но Господь помог мне; опомнившись от ужаса, я начал прилежно молиться Богу, делать частые земные поклоны и преклонять колена. Тогда страх оставил меня, и с того времени я уже не боялся того, что являлось пред глазами моими».

Однажды в образе не только ангела светла, но даже в образе Самого Иисуса Христа, явился диавол преп. Пахомию Великому и сказал: «Радуйся, старец, столько мне угодивший. Я – Христос и пришел к тебе, как к другу своему». Изумился преп. Пахомий и, робко смотря на привидение, начал рассуждать: Христово пришествие к человеку сопровождается радостью; сердце не чувствует никакого страха, все помышления тотчас исчезают: ум делается очами серафимскими и весь вперяется в зрение славы Господней; душа забывает время; человек делается тогда бесплотным, а я теперь смущаюсь, боюсь... Нет, это не Христос». Потом, оградивши себя крестным знамением, с дерзновением сказал: «Отойди от меня, дух злобы! Будь проклято лукавство всех твоих начинаний». Мгновенно призрак исчез, а храмина исполнилась смрада, по воздуху шумел ветер.

Эти рассказы приводят нас к той утешительной мысли, что христианин может побеждать диавола. Какие же в христианстве есть средства борьбы с демонами и победы над ними?

Первое средство есть призывание имени Божия. «Именем Моим бесы ижденут» (Мк.16:17), – сказал Господь. «От имени Иисусова трясется ад, колеблется преисподняя, тьмы князь исчезает. Сие имя есть сильное орудие на супостаты» – говорит св. Иоанн Лествичник. «Всегда именем Иисусовым бий ратники, крепчае бо сего орудия не обрящеши ни на небеси, ни на земли». «Доныне еще трепещут демоны при имени Христовом; сила сего имени не ослаблена и нашими пороками» – говорит св. Григорий Богослов.

Авва Илия передает следующий рассказ: «Один старец жил в идольском капище. Однажды приходят к нему демоны и говорят: «выйди из нашего места». Старец не хотел выйти. Демон, схватив его за руку, повлек насильно из капища. Когда же старец, приблизившись к дверям, ухватился за них и воскликнул: «Иисусе, помоги!» – демон тотчас исчез».

Второе средство – животворящий крест Христов. «Оружие на диавола крест Твой, Господи, дал еси нам! – воспевает св. Церковь. – Трепещет бо и трясется, не терпя взирати на силу его». Даже сами демоны поневоле сознаются, что крестное знамение «связывает, палит их, как огонь, и далеко прогоняет». К преп. Симеону столпнику явился однажды диавол на великолепной колеснице, во образе светлого ангела и сказал, что это Бог послал его взять Симеона на небо. Симеон уже хотел правой ногой ступить на эту мнимую колесницу, но прежде сотворил крестное знамение, и диавол во мгновение ока исчез с колесницею. Преп. Феодора и другие святые крестным знамением тоже прогоняли бесов. Но чтобы эта непобедимая, непостижимая, божественная сила честного и животворящего креста не оставляла нас грешных, для этого нужно употреблять крестное знамение не просто по обыкновению, по привычке, не с небрежением, как это часто мы делаем, и потому лишаемся силы крестной, но с полным сознанием силы и важности святого креста, со страхом и благоговением, с сердечною и твердою верою в крестные заслуги Христовы и с воспоминанием страстей Христовых. «Должно изображать крест не просто, одними перстами, – говорит св. Иоанн Златоуст, – но прежде начертать его в мысли, со всею верою... с воспоминанием всей силы креста, всего крестного дела».

Третье оружие против демонов – молитва и пост.

Христос Спаситель сказал: «Нечистый дух не может выйти иначе, как от молитвы и поста» (Мк.9:29). «Кто молится с постом, – учит св. Златоуст, – то имеет два крыла легчайшие самого ветра; он быстрее огня и выше земли; потому-то таковой особенно является врагом и ратоборцем против демонов, так как нет сильнее человека, искренно молящегося и постящегося». Святой Василий Великий о силе поста учит: «Пост – надежное ограждение души, оружие воюющим, он прогоняет искушения». На св. мученицу Иустину диавол делал частые нападения, но не мог победить праведницы. Однажды она стояла на молитве и во время молитвы почувствовала в сердце своем наплыв нечистых беззаконных пожеланий; удивлялась праведница такому в себе греховному движению и стыдилась такой нечистоты; но мудрая Иустина скоро поняла, что это искушение ей приходит от диавола: она начала поститься и молиться Господу Богу – и своими молитвами и постом посрамила и победила врага.

Четвертое средство – возможно частое приобщение святых Христовых Тайн.

В жизнеописаниях святых Божиих находим, что самое сильное средство к отгнанию бесов есть как возможно частое, от чистого сердца и усердия, приобщение св. и животворящих тайн Христовых. О преп. Иоанне Вострском повествуется, что этот св. муж спросил однажды бесов, мучивших отроковиц: «Из-за чего они боятся христиан?» Бесы отвечали: «У вас есть три великие вещи, коих мы боимся: одну вы носите у себя на шее (св. крест), другою вы омываетесь (св. крещение); третье вкушаете в церкви (св. причащение)». «Из сих трех которая для вас страшнее?» – спросил преп. Иоанн. Они отвечали: «Если бы вы, христиане, хорошо умели хранить то, чего причащаетесь, то никто из нас не посмел бы подойти к вам».

Пятое средство борьбы и победы над диаволом есть смирение. Сам диавол некогда признался св. Антонию, что он одним смирением побеждает его. Когда св. Антоний, увидев распростертыми все сети диавола, – пишет св. Дорофей, – вздохнул и вопросил Бога: «Кто же избегнет их»? тогда получил ответ: «Смирение избегает их». Однажды диавол явился некоторому пустыннику в образе светлого ангела и сказал ему: «Я Гавриил и послан к тебе от Бога». Пустынник возразил ему: «Смотри, не к другому ли ты послан; я недостоин видеть ангелов, как человек грешный». Диавол при этих словах исчез. Смирение ненавистно для диавола, потому что оно поставляет христианина на тот самый путь, которым шел Сам совершитель нашего спасения, Сын Божий, Господь наш Иисус Христос.

Шестое средство против демонов – стяжание дара разсуждения духовом (различения духов, 1Кор.12:10). Без него воздействие диавола легко можно принять за доброе внушение от ангела или от Бога, как это и случалось со многими подвижниками. Некто, старец Ирон, подвизавшийся пятьдесят лет в пустыне, получил повеление от духа злобы, преобразившегося в светлого ангела, броситься в глубочайший ров, дабы опытом удостовериться, что он уже не подвержен никакой напасти по великим своим богоугодным добродетелям и трудам. Не различив в уме своем того, кто советовал это, он в полночь бросился в ров. На третий день по извлечении его изо рва он умер. Некто, также принимая демона за ангела, получил от него повеление принести Богу в жертву сына своего, по примеру Авраама. И совершил бы он это богопротивное повеление врага, если бы сын его не спасся бегством. Подобных примеров было не мало. Этот дар различения духов подается Духом Святым (1Кор.12:11) и приобретается чрез смирение. Но, прежде нежели удостоится кто-либо дара различения, он не должен доверять своим помыслам, или внушениям своего собственного сердца и разума, но все предлагать на суд руководителям, опытным в духовной жизни.

Седьмое могущественное средство в борьбе с демонами – препоясание чресл наших истиною, – т.е., так сказать, обложение себя кругом истинами христианского вероучения. Христианин, зная и содержа их в уме постоянно, пресечет врагу, нередко действующему чрез лжеучителей, самый доступ к себе, ибо он есть ложь и отец лжи и не может показываться там, где истина; христианину нужно облечься в броня (латы) правды (праведности или всяких правых, добрых и святых расположений сердца и самых дел); а в облеченного в нее, хотя и прокрадется какой-либо злой помысел вражеский, но худого воздействия не произведет в сердце; ему нужно обуть нозе в уготование благовествования мира, – т.е. быть готовым к жизни по Евангелию, готовым на всякие жертвы и самую смерть из-за него, или быть в готовности благовествовать мир, или иначе истины евангельские; над всеми же, т.е. поверх всех этих трех нужно надложить новый ряд орудий, поверх каждого особое: во-первых, восприять щит веры, иметь твердое и непоколебимое убеждение в святости, истинности и непреложности всего открытого нам Богом, – или детскую уверенность в Боге, столь тесно с Ним соединяющуюся, что она не разделяет себя от Него и Его от себя, отчего она и всесильна, ибо в ней действующим является Сам Бог, Который и дает ее – щит в немже (которым) возможем вся стрелы лукавого разжженные (внутренние и внешние искушения, сильные и решительные, как бы последние усилия врага) угасити; во-вторых,– восприять и шлем (крепчайший покров головы со всех сторон) спасения, т.е. сочетания с Господом Спасителем в таинствах, и именно чрез частую исповедь и причащение, которого больше всего страшатся демоны, или научиться искусству во спасение, иметь мудрую и строжайшую осмотрительность и постоянное преуспевание в христианской жизни, и в-третьих, меч духовный, иже есть глагол Божий (Еф.6:11,14–17), т.е. богооткровенное слово. «Восприять такой меч, значит, знать на память божественные изречения, и во время благопотребное износить их из сердца, наперекор внушениям диавольским (еп. Феофан), читать вслух изречения слова Божия против всякой страсти». Особенно слова 67 псалма «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его», как показывают опыты духовной жизни, оказывают поразительно быстро действие на врагов нашего спасения, которые с быстротою молнии исчезали от христиан, с верою и благоговением произносивших эти слова. Св. Василий Великий говорит, что, когда св. мужи спрашивали являвшегося к ним диавола, какой молитвы особенно боятся демоны, диавол отвечал им: «нет столько страшного и прогоняющего нас слова, как начало псалма Давида шестьдесят седьмого». И действительно, как только произносили св. мужи начальные слова этого псалма: «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его!» – диавол сию же минуту исчезал от них с воплем.

Восьмое могущественное оружие против демонов – помощь святых. Когда св. Андрей вступил на подвиг юродства, тогда сатана с такою силою напал на него с подвластными ему бесами, что Андрей думал, что для него настал последний час. И вот, находясь в отчаянном положении, он воскликнул: «Святой апостоле, Иоанне Богослове, помоги мне!» После этих слов, ударил гром и послышался голос многих людей. И явился старец с грозными очами, лицо которого было почти так же светло, как солнце, явилось и множество людей с ним, одетых в ризы белые. И сказал старец с гневом к бывшим с ним: «Затворите врата, чтобы из бесов никто не мог убежать отсюда». И воля старца была исполнена. Затем, послышался голос бесовский: Горе нам в час сей, в который мы так обманулись. Грозен Иоанн и жестоко хочет нас мучить». А за этими словами послышались уже и вопли бесовские «помилуй мя» и «помилуй нас». Потом, скрылись люди, одетые в белые ризы, исчезли также и демоны. Явившийся старец сказал Андрею: «Видишь, как я скоро пришел к тебе на помощь, и знай, что я весьма забочусь о тебе. Сам Бог повелел мне вести тебя ко спасению и пещись о тебе. Будь же терпелив и терпи без ропота все. Уже недалеко то время, когда получишь полную свободу и будешь ходить по своей воле везде, где тебе будет угодно». Андрей спросил: «Господин мой, скажи кто ты?» Явившийся отвечал: «Я тот, который возлежал на честных персях Господа». И, сказавши это, скрылся от очей Андрея, который затем прославил явленную ему великую милость Божию.

Наконец, заклинательные молитвы Церкви – последнее могущественное средство против демонов. «Более 30 лет находясь в сане священническом, – рассказывает один пастырь, – и обращаясь в кругу с людьми разного состояния, я не раз слыхал от некоторых, будто бы злые духи не существуют, и что так называемые бесноватые суть или больные естественными недугами, или притворяются, чтобы избежать трудов, либо снискать сострадание к себе в людях богатых, но суеверных».

Не буду входить в какие-нибудь соображения о бытии духов: для православного христианина эта истина выше всякого сомнения. Укажу только на виденные мною примеры таких недугов, которых невозможно изъяснить ни естественными причинами, ни притворством: они были действительно жестоки, а уступали единственно силе заклинательных молитв, положенных церковью на изгнание злых духов.

1856 года, 12 августа, был я с моею женою по хозяйственной надобности в губернском городе Орле. Без нас дети, которых у меня восьмеро, особенно малолетние, гуляли, резвились, шутили. Более всех их отличался десятилетний сын мой Орест. Над ним домашние и соседи много смеялись и дивились разным его выдумкам. Чрез два дня, к вечеру мы возвратились домой и всех детей, слава Богу, нашли здоровыми. В сумерки работник, по сельскому быту, отправился на ночь в поле с лошадьми, а я пошел в огород свой с двумя детьми, Орестом и другим, девятилетним сыном Аркадием, чтобы там караулить овощи от бродящей ночью скотины. Не знаю, сыновья мои, ложась со мною спать, молились ли Богу или нет, только скоро заснули, а я долго не спал. Около полуночи вдруг Орест мой поспешно вскочил, начал бегать около одонков и будто что-то ловил. Видя это, я сказал ему: «Орест, зачем ты встал и что делаешь?» А он мне на это: «Разбуди, пожалуйста, Аркашу: вот мы эту кошку поймаем, да и убьем; она с одонка бросилась ко мне на грудь, разбудила и больно зашибла».

Говоря так, он, между тем, не переставал что-то ловить. Разбудил я Аркашу, приказал ему пособить Оресту поймать, что он ловит. Аркадий, проснувшись, подумал, что брат его ловит какую-нибудь птицу, побежал к нему и спросил: «Где она?» – «Вот, вот, лови ее». – «Да тут ничего нет». – «Ты сам как слепой кот; видишь, кошка бегает». Так все это представилось Оресту.

Не допуская детей до ссоры, я приказал им опять лечь на постель. Аркадий скоро заснул, а Орест охал да кряхтел. С рассветом он пошел домой, но от боли груди едва-едва дошел до двери. Кроме того, у него под коленями начало сводить жилы: заболела спина, появилась нестерпимая боль в голове, а скоро затем открылись и страшные корчи; дыхание у него сделалось тяжелое, глаза налились кровью. Он не мог ни пить, ни есть и из красивого и стройного ребенка сделался уродом.

Чрез неделю повезли мы его в г. Орел к известному там доктору Дашкевичу. Я рассказал ему о времени и причинах болезни моего сына. Доктор удивлялся моим рассказам и велел мне везти его в больницу, куда и сам скоро прибыл. Здесь приказал он служителю снести больного в залу больницы; фельдшерам велел его раздеть, растянуть у больного ноги и выправлять туловище. Больной кричал изо всей силы. После осмотра врач, обратившись ко мне, с насмешкой сказал: «Что вы привезли урода, испытывать что-ли мое знание? Я вижу, он родился уродом, и его лечить нельзя». – «Помилуйте, доктор, – заметили ему я и моя жена, – испытывать вас мы не имеем надобности, потому что считаем за лучшего доктора, оттого и обратились к вам с покорнейшею просьбою помочь нам в нашем горе. Он не таким родился, а таким сделался только за одну неделю назад». Тогда врач сказал: «Ну, это нашей науки не касается, а везите его к русским бабкам, да про запас купите трескового жиру, мажьте им его и давайте по столовой ложке пить утром и на ночь, да сделайте ванну из сенной трухи, чтобы он распарился и вспотел; белье переменяйте чаще. Вот что я, с своей стороны, могу вам посоветовать». Сказав это, он ушел. Купив трескового жиру, мы привезли больного домой и сделали все, что предписал доктор; но больному сделалось хуже: дыхание у него стало порывисто; появился бред; ребенок стал близок к смерти, чего и сам желал от нестерпимой боли. Все мы скорбели о нем, а особенно мать. Она пошла к соседям и сказала им, что доктор отказался лечить, а велел свезти больного к какой-либо русской бабке, не знает ли кто такой? Тут старушка соседка, вдова духовного звания, выслушав рассказ жены моей про болезнь сына, сказала ей: «Не возите его, матушка, к бабкам, а отслужите молебен Божией Матери Троеручице, да на волю Божию и отдайте его».

Жена рассказала мне про совет соседки старушки; это было вечером. С рассветом я и все дети взяли на руки больного, понесли в церковь и положили его перед св. иконою. Отслужил я молебен с акафистом Божией Матери и с водосвятием, окропил его св. водою и прочитал над ним Евангелие, а потом дал ему выпить св. воды. После этого он хотя с поддержкою и трудом, мог уже из церкви дойти до дому, где и положили его на постель, и он скоро заснул.

Во время сна больной то охал, то вздыхал, то потягивался и зевал, и целые сутки спал почти подряд. С рассветом на другой день, прямо с постели он быстро подбежал к матери и с радостью сказал ей: «Маменька! Полно плакать о мне, я теперь уже совсем здоров». И действительно, с этих пор он выздоровел и теперь учится в Орловском уездном училище.

Другой случай 1858 года, 23 июня, под 24 число, в селе прихода моего крестьянская жена, лет 40, по имени Вера, нрава угрюмого и сварливого, крепко и горячо бранилась с соседними детьми за какую-то ничтожную, причиненную ей обиду. Я это слышал, так как она жила подле моего дома, но не хотел остановить ее, отложив до завтра сделать ей выговор. В ту же ночь, очень поздно, муж ее Василий пришел ко мне под окно и стучится. Я спросил: «Кто там?» – «Я, батюшка, – отвечал он, – пожалуйте к больной». – «Кто же у тебя болен?» – «Да жена умирает, – был ответ, – я вчера не был дома, а на барщине; пришел домой поздно, и вот с нею сделалось что-то очень дурно». Я взял церковные ключи и хотел идти с ним за дароносицей в Церковь, но он сказал мне, что св. даров брать не нужно, а чтоб взял я ту книгу, по которой читал над своим сыном Орестом во время его болезни. Потом прибавил: «Жена моя так взбесилась, что страшно к ней и приступиться».

Тогда я пошел прямо в их дом с требником и епитрахилью. Там была толпа народа, а бесноватая в одной рубашке, с растрепанными волосами, сидела на печи, зверски глядела на меня и стала плевать, потом горько заплакала, приговаривая: «Головушка моя бедная, зачем он пришел?» – «Что ты, Вера, плачешь?» – спросил я ее, не подходя близко к ней. Она, выругав меня по площадному, сказала: «Я не Вера, а Иванушка молодчик, а ты-то зачем пришел?» – и пустила с печи в меня поленом, которое пролетело мимо моей головы и попало в притолку дверей. Тут я сказал находившимся: «Возьмите ее и приведите ко мне». Четверо сильных мужиков едва стащили ее с печи, а подвести ко мне помогли им другие. Она, между тем, всячески ругала меня и плакала. Несмотря на это, я, накрыв ее епитрахилью, стал читать молитвы над нею об изгнании бесов и на каждой молитве спрашивал: «Выйдешь ли ты?» – «Нет, не выйду, – отвечал он, – мне и тут хорошо». – «Но убойся Бога, выйди». А он в ответ то «выйду», то «нет». Наконец пришло время идти мне к утрени, и я велел нести ее за собою в Церковь. Принесли.

Когда народ собрался, я просил всех стать на колени и усердно молиться Богу об избавлении Веры от беса, а сам опять начал читать молитвы и Евангелие. Тогда бес голосом Веры громко закричал: «Ох, ох, ох, тошно, тошно мне». Заплакала Вера голосом нечеловеческим, приговаривая: «Боюсь, боюсь, боюсь, тошно, тошно мне, выйду, выйду, не мучь меня!» Во все это время я не переставал читать. Потом Вера зарыдала и упала в обморок на пол и стала как мертвая. Так прошло с четверть часа. Я окропил ее святою водою, и она пришла в чувство, потом дал ей воды проглотить, и она сотворила молитву, перекрестилась, встала и попросила отслужить молебен св. Иоанну Предтече.

Третий случай. В приходе моем есть деревня Зайцево; в ней живут крестьяне, принадлежащие к ведомству министерства государственных имуществ, люди достаточные и православные. Но всех достаточнее живут два родные брата в особых домах, оба женатые и имеют детей, только жены их часто ссорятся. Однажды жене меньшого брата в хорошую погоду вздумалось пересушить приданое свое имущество, и она развесила его на изгороди своей усадьбы. Часа через два после этого, собирая развешанное платье, вдруг видит она на меткалевой своей рубашке вырезанное на груди, против самого сердца, пятно, величиною в медный пятачок, и подумала на старшую свою сноху, с которою часто ссорилась; тогда же почувствовала она нестерпимую боль в груди и лом в костях. С этого времени целую ночь не было от нее покою ни мужу, ни детям; все кричала она, бесилась и требовала ножа или веревки погубить себя и других. Ей не представлялось уже ничего родного, ничего святого; не было ни скромности, ни прежнего благоразумия. Муж ее должен был объявить соседям о ее поступках. Собрались соседи, посмотрели на нее, и все единогласно порешили: «Это порча, надобно везти ее к знахарю деду для отговора». Но одна старушка сказала: «Нет, не грешите, не возите ее, а ступай-ка ты к батюшке, пусть он посмотрит на нее». Приехали за мной. В это время больная начала беситься еще сильнее. Лишь только появился я с крестом и требником в горницу, она вся затряслась и, бледная как снег, смотрела на меня исподлобья, будто зверь. «Что с тобой, Авдотья? – спросил я. «А тебе что за дело, – отвечала она, – ничего». Я велел подвести ее ко мне. Подвели. Когда стал я читать молитвы и Евангелие и при этом осенил ее крестом во время чтения, она то тряслась, то плакала, то икала, то была холодна, как лед, то делалась черною и краснела. По окончании чтения молитв, я окропил ее святою водою, заставил перекреститься, дал ей напиться святой воды и спросил: легче ли тебе? Она поклонилась мне в ноги и сказала: «Спасибо вам, батюшка, я теперь здорова, только кости болят». Теперь она совсем здорова.

Владея столь великими средствами борьбы с демонами, христианин не устрашится борьбы с ними, когда она предстоит ему.

К несчастью, не все прибегают к этим средствам, или по неведению, или по неверию своему, или вследствие преувеличенного представления о силе злых духов. Многие забывают, что власть злых духов весьма ограничена.

Как ни велико владычество злых духов и как ни сильно их могущество, и как ни многообразны злые их действия на человека, однако сила и власть их так ограничены крестной смертью Господа нашего Иисуса Христа, что святые угодники Христовы, равно как и все благочестивые христиане, могут не только противиться внушениям злых духов, но и побеждать их. Добродетели христианские, особенно соединяемые с призыванием имени Иисуса Христа и крестным знамением, суть стрелы, уязвляющие диавола, посрамляющие и отгоняющие его. Имя Иисуса Христа, не только произносимое устами, но и написанное угодниками в письме, имело силу изгонять бесов. Святой евангелист Иоанн Богослов послал с учеником своим Прохором письмо одержимому злым духом. В письме было написано: «Иоанн, апостол Иисуса Христа Сына Божия, пытливому духу повелеваю: о имени Отца, и Сына, и Святого Духа изыди от создания Божия и не входи в него никогда, но будь вне острова, в местах безводных, а не в людях». Когда Прохор пришел с этим письмом, бес вышел из человека.

В жизнеописаниях святых есть много свидетельств на то, как бесы сами сознавали свою немощь и свое бессилие со времени пришествия Господа на землю и особенно после крестной смерти Его. «С тех пор, как распят Иисус, – свидетельствовал бес преподобному Нифонту, – я слаб сделался». Сатана говорил преподобному Антонию: «Вот, я не имею ни одного места, не обладаю ни одним городом, нет у меня оружия; во всех городах и странах прославляется имя Христово; пустыни наполнились иноками». «Увы мне! – вопил бес, когда святой Потит крестным знамением изгнал его из одной бесноватой девицы, – увы мне, отрок побеждает меня. Где теперь мне успокоиться, на кого устремить свои стрелы?» Диавол, явившийся святому Пахомию, говорил: «Никто никогда так не унижал меня, как ты: не только низлагаешь меня под ноги старых, но и юных научаешь попирать меня, и такое множество подвижников собрал против нас, оградив их страхом Божиим, что нельзя моим слугам и приблизиться к ним. Сия сила и власть надо мною начались со времени воплощения Бога Слова, давшего вам власть наступать на всю силу нашу».

Враждебны, злобны и гибельны действия злых духов на человека; но нельзя не видеть в них и благой цели божественного Промысла о человеке. Борьба человека с злыми духами охраняет его от беспечности и нерадения в подвигах спасения, побуждает к непрестанному духовному бодрствованию над собою и дает случай развить и укрепить ту добродетель, на которую нападают бесы; их разнообразные искушения научают человека, даже совершенного в добродетели, смирению, побуждая его не полагаться на свои силы, а обращаться за помощью к победителю ада и всей силы вражией, Господу Иисусу Христу; победа над искушениями диавола увеличивает силу и славу имени Христова. «Егда борю вас, – говорил бес преподобному Пахомию, – бываю вам пользы паче, неже тщеты виновен».

Иные христиане вместо того, чтобы обращаться к действительным средствам против демонских козней, – средствам, которыми располагает только святая православная Церковь, обращаются к мнимым и ложным – разным знахарям и волшебникам. Они ложно думают, что, как волшебники могут «испортить», так они же в состоянии и прогнать злую силу. Но можно ли верить, что волшебники могут портить людей, т.е. поселять в них беса?

«Порченых», – т.е. испорченных волшебниками или колдунами, никогда не было и теперь не существует. Суеверные волшебники или колдуны вредны лишь одним самим себе, а не другим людям; они только обманывают себя и других, – просто самообольщенные обманщики. Диавол ни в чем не может помочь суеверному волшебнику, потому что сам ничего не может сделать без соизволения Божия: без попущения Божия диавол не может даже приблизиться к человеку, как это видно из примера праведного Иова; равным образом диавол не может ослушаться повеления Божия, как это видно из многих примеров описанных в Евангелии. Святой Иоанн Дамаскин говорит: «Диаволы не имеют ни власти, ни силы против кого-нибудь, разве когда будет сие попущено по смотрению Божию, как случилось с Иовом, и как написано в Евангелии о свиньях гадаринских. Но при Божьем попущении они сильны, принимают и переменяют, какой хотят мечтательный образ». Поэтому народное поверье, будто волшебники, или, так называемые, колдуны «портят» людей, т.е. поселяют диаволов в каких им угодно людей, нелепое, и совершенно неосновательное. Не следует, потому, приписывать им особенной силы и страшиться их. Диавол поселяется в людей по попущению Божию, стало быть, сам по себе, никакой посторонний человек волшебник, или колдун, не может иметь в этом бедствии никакого участия или посредства. Поселяется диавол в бесноватых людей потому, что эти люди сами привлекли к себе злых духов; они сами приготовили в себе жилище для диаволов выметенное и убранное нераскаянными грехами, не занятое Богом и благодатью Божией, подготовленное греховною жизнью для вместилища диавола. Бесноватые люди нераскаянными грехами своими вместо жилища Божия делаются вместилищем духа нечистого. Об этом так говорит Спаситель наш: «Когда дух нечистый выйдет из человека (изгнанный при крещении нашем), то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит. Тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И вот он идет. И если пришедши, находит его не занятым (Богом, когда кто лишится Святого Духа за свою нераскаянную жизнь), тогда идет нечистый дух и берет с собою семь других духов (как семь духовных даров, так, в противоположность сему семь духов злобы, или семь смертных грехов и страстей; семь можно понимать и как обозначение множества вообще, а не в строгом смысле), – злейших себя, и вошедши, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого (Мф.12:42–45; Лк.11:24–26). Таким образом, люди, одержимые злыми духами, которых привлекли в себя своими нераскаянными грехами, должны жаловаться в своих временных и вечных мучениях не на волшебников или колдунов, а единственно на одних самих себя.

В жизнеописаниях святых мы имеем много примеров того, что нераскаянные грешники наказываются иногда беснованием. К преподобному Аммону привели одного бесноватого отрока для уврачевания, но он сказал: «Украденного у вдовицы вола и вами съеденного отдайте, и отрок выздоровеет». Так и случилось. Еще пример: святой Пахомий помазанием святым елеем исцелил от беса одну девицу после того, как она созналась отцу в своем грехе и обещалась более не грешить, а прежде того не хотел исцелять ее, как оскверненную блудом. В угодных же Богу людей бесы не могут войти: бес, изгнанный преподобным Парфением из одного человека, просил указать ему другого, в которого бы он вошел, и когда святой Парфений, отверзая уста свои, предлагал войти в него, диавол, сказав: «Как я могу войти в дом Божий», – исчез.

И не для чего иного Бог допускает диаволу поселиться в человека, как для того, чтобы человек в нераскаянных грехах своих не погиб на всю вечность, но чтобы, мучимый бесом, он раскаялся и обратился к Богу. Таким образом диавол делается невольным орудием спасения того человека, которого замыслил погубить. В этом именно диавол сознавался преподобному Пахомию: «Крепость ваша возросла на меня вочеловечением Бога Слова, давшего власть наступать на всю силу нашу, поэтому я не могу к вам приблизиться, и когда побораю вас, то бываю виновником пользы вашей».

Итак, «порча» есть пустое, вздорное и нелепое поверье: волшебники не могут ни поселить в бесноватых людях злых духов, ни изгнать их. Нечего бояться и страшиться их. Без воли Божией и волос с головы нашей не падает, а тем более не может совершиться без воли Божией что-либо, выходящее из круга событий обыкновенных. Все совершается под непосредственным распоряжением Божиим.

Иные христиане считают бесноватыми разных «кликуш». Но эти «кликуши», большей частью женщины, – люди почти всегда нервно больные, заболевшие или от женских болезней, или от жестоких притеснений мужа и семейных, или от непосильных работ и недостатка отдыха и сна. Не сделав никаких выдающихся злых дел, которыми они могли бы привлечь к себе злого духа, эти женщины просто несчастные истеричные больные. Их нужно лечить и любовно с ними обходиться. Говорить им, что они бесноватые, крайне опасно и грешно. Это значит навязывать им, внушать им вредные мысли, под влиянием которых они действительно могут вообразить, что они бесноваты. Итак, не отвергая беснования и считая его крайне редким несчастьем, допущенным Промыслом Божиим для исправления человека, мы советуем не считать всякую непонятную болезнь явно нервного происхождения за беснование. Конечно, мы не отвергаем и того, что среди так называемых кликуш могут в крайне редких случаях быть люди, одержимые беснованием в собственном смысле этого ужасного слова. Но опыт и наблюдение показывают, что в огромном большинстве случаев после надлежащего медицинского (нередко оперативного) лечения кликуши выздоравливают. Ясно, что в этих случаях они не были одержимы демонами.

Есть и такие христиане, которые добровольно ждут помощи от темных сил, забывая, что от врага спасения, кроме вреда, ничего ждать нельзя. Так многие прибегают к ворожбе, гаданиям и заговорам.

Господь заповедал Моисею: «... Не ворожите и не гадайте (Лев.19:26)... Не обращайтесь к вызывающим мертвых и к волшебникам не ходите, и не доводите себя до осквернения от них» (Лев.19:31). За ворожбы и гадания Церковь назначает шестилетнее покаяние, с отлучением от святого причащения.

Значит, грех не мал. А между тем, сколько найдется между нами лиц, повинных этому греху. Одних легкомыслие и шалость располагают прибегать к гаданиям, как к безвинному, по их мнению, средству позабавиться и убить время, которому не знают цены; других недовольство настоящим, нетерпение и недоверчивость к Промыслу заставляют вопрошать неведомое будущее, часто с боязнью и с сомнением, реже с твердою верою в возможность посредством гаданий и ворожбы выведать у судьбы то, что она так тщательно скрывает: т.е. что ожидает их в близком будущем, счастье или скорби, подвенечное ли платье, или саван гробовой?

Первым скажем, что для христианина и для христианки есть много занятий и благороднее, и безвиннее, чем гадание, и человек разумный, понимающий свои обязанности и отношения к Богу и ближним, не захочет злоупотреблять легкомысленно временем, не захочет и других соблазнять дурными примерами. Вторым можно с искренним участием к их состоянию присоветовать: не прибегая к непозволенным средствам пытать сокровенное от нас будущее, со смирением предаться руководству всеблагого и премудрого Промысла, обратиться сердцем и душой к Отцу небесному и от Его благости с верою ожидать направления своих дел к наилучшему концу.

Бессмысленное желание узнать свое будущее заставляет их прибегать к средствам жалким, бестолковым, беззаконным, а часто и опасным. Ибо что такое гадание, ворожба, как не безумное и беззаконное покушение проникнуть в тайны, которые Господь сокрыл от людей, и которых, конечно, не разоблачить нам никакими путями? Кого вы вопрошаете? От кого доискиваетесь раскрытия вашей будущности? Зеркало, олово, воск и другие бездушные вещи, согласитесь, не могут ничего сказать вам; слушанье под замками, под окнами, на перекрестках и прочее – явная нелепость; итак, что же такое ваше гадание, ваши ворожбы, как не чистое безумие? Остается один лукавый клеветник и исконный душегубец, диавол, всегда готовый к подобным услугам. Многие гадатели и ворожеи, действительно, его и имеют в виду при своих преступных действиях. Иначе, почему же при некоторых гаданиях не дозволяется употреблять крестного знамения или иметь на себе креста? Видно, гадатели опасаются крестным знамением разрушить обаятельную силу диавола или прогнать его от себя и, таким образом, ничего не сделать, ничего не узнать. Но и диавол что вам скажет? Он во истине не стоит, всегда лжет, как ложь, по самой падшей своей природе, и отец и изобретатель всякой лжи, обмана, коварства (Ин.8:44). Истина жжет и палит его более адского огня; и от него ли искать чего-либо дельного, правдивого, даже сколько-нибудь путного? И чего хочет он, вводя вас в заблуждение и научая вас прибегать к действиям беззаконным, богопротивным? – вашей погибели; и бойтесь, чтобы Господь Бог не попустил ему погубить вас в конец.

Всякой ворожбы и всякого заговора надо бояться, как дела бесовского. Христиане должны веровать в Бога, а не в сатану. Наш Бог Всемогущий, перед Ним и диавол трепещет, а потому, во всех бедах, болезнях и несчастьях к Нему необходимо обращаться через служителей Его, а в болезнях и ко врачу, но не к заговорщикам.

Во всех несчастных случаях христиане должны обращаться к Богу, и через служителей Его они всегда получат средства ко спасению, потому что святая Церковь на всякий случай жизни положила особые молитвы, и через них от Господа сообщает особую благодать; кроме этого, святая Церковь имеет много других благодатных средств: таинства покаяния, причащения и елеосвящения, всеосвящающий животворящий крест Господень, святые иконы, мощи угодников Божиих, освященный елей и прочее.

О, не приведи нам, Господи, иметь общение со врагом спасения!


Источник: Ангелы и демоны / [епископ Парфений] - М. : Моск. синод. тип., 1906. - 112 с.

Комментарии для сайта Cackle