Покровцы

Покрове́ц – мень­ший покров, кре­сто­об­раз­ный, кото­рым покры­ва­ется дискос или чаша.

В насто­я­щее время в Пра­во­слав­ной Церкви при совер­ше­нии литур­гии исполь­зу­ются три вида покро­вов на свя­щен­ные сосуды: это кре­ща­тый (кре­сто­об­раз­ный) покро­вец для потира, квад­рат­ный или кре­ща­тый покро­вец для дис­коса и пря­мо­уголь­ный плат, пред­на­зна­чен­ный для покры­тия обоих сосу­дов вместе — воздух. В совре­мен­ных рус­ских храмах име­ется, как пра­вило, по нескольку таких евха­ри­сти­че­ских ком­плек­тов раз­лич­ных цветов, в соот­вет­ствии со сло­жив­шейся цве­то­вой сим­во­ли­кой цер­ков­ных празд­ни­ков. Они шьются из шелка, бар­хата или парчи, могут быть укра­шены орна­мен­таль­ными вышив­ками или (сейчас доста­точно редко) лице­вым шитьем.

Покровцы

Про­ис­хож­де­ние

Покровцы имеют древ­нее про­ис­хож­де­ние. Тра­ди­ция покры­вать Святые Дары вос­хо­дит к первым векам хри­сти­ан­ства. Изна­чально при­ме­не­ние покров­цов было свя­зано с прак­ти­че­ской необ­хо­ди­мо­стью защиты Святых Даров от насе­ко­мых, кото­рые могли садиться на них. Одно из первых явных сви­де­тельств о покро­ве­нии свя­тыни тка­нями отно­сится ко второй поло­вине V в. и содер­жится в «Аре­о­паги­ти­ках»: «пред­ла­гался «покро­вен­ный боже­ствен­ный хлеб и чаша бла­го­сло­ве­ния». Древ­ней­шей формой покров­цов была квад­рат­ная, кре­сто­об­раз­ные покровцы, зна­чи­тельно более удоб­ные, стали исполь­зо­ваться позд­нее. Воздух, по све­де­ниям из «Пол­ного пра­во­слав­ного бого­слов­ского энцик­ло­пе­ди­че­ского сло­варя», издан­ного в С.-Петербурге в 1913 г., был введен в упо­треб­ле­ние на Ближ­нем востоке, пре­по­доб­ным Саввой Освя­щен­ным.

Покровцы на потир и дискос упо­ми­на­ются в древ­них описях (в част­но­сти, пред­ме­тов из мона­стыр­ских ризниц) парой, а воздух – отдельно от них. Памят­ники XIV–XVI вв. также сви­де­тель­ствуют о том, что вплоть до конца XVI в. покровцы и воз­духи не рас­смат­ри­ва­лись как единый ком­плект. Лишь с 1590‑х гг. в России наблю­да­ется рас­про­стра­не­ние литур­ги­че­ских ком­плек­тов, состо­я­щих из двух покров­цов и воз­духа, ико­но­гра­фия кото­рых была выра­бо­тана в мастер­ских царицы Ирины Году­но­вой и стала тра­ди­ци­он­ной для боль­шин­ства после­ду­ю­щих ана­ло­гич­ных памят­ни­ков.

Освя­ще­ние покров­цов

Изго­тов­ле­ние покров­цев, как и многих других пред­ме­тов, пред­на­зна­чен­ных для исполь­зо­ва­ния за бого­слу­же­нием, тра­ди­ци­онно пред­ва­ря­ется и сопро­вож­да­ется молит­вой. После изго­тов­ле­ния покров­цов и воз­духа совер­ша­ется их освя­ще­ние, для чего про­из­но­сится соот­вет­сву­ю­щая молитва из Треб­ника. В ней свя­щен­ник испра­ши­вает у Бога, покры­ва­ю­щего Собою весь твар­ный мир, Его небес­ное бла­го­сло­ве­ние на малый пред­мет, при­над­ле­жа­щий этому твар­ному миру, но покры­ва­ю­щий притом тело и кровь Хри­стовы: «Го́споди Бо́же вседержи́телю, одея́йся све́том я́ко ри́зою, облага́яй не́бо о́блаки, и покрыва́яй вода́ми превы́спренняя своя́, при́зри ны́не, смире́нно мо́лим тя́, на приле́жное моле́ние на́ше, и низ­посли́ небе́сное твое́ благослове́ние на покро́вцы сия́ [или́ на покро́вец се́й] и бла­го­слови́, очи́сти и освяти́ я́ [или́ его́] во е́же бы́ти и́м [или́ ему́] досто́йным [или́ досто́йну] к покрове́нию святы́х и Боже́ственных та́ин Те́ла и Кро́ве Христа́ твоего́, с ни́мже благослове́н еси́, с Пресвяты́м, и благи́м, и животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в». Затем свя­щен­ник трижды окроп­ляет покровцы освя­щен­ной водой, про­из­нося: «Освяща́ются покро́вцы сия́ [или́ освяща́ется покро́вец се́й] благода́тию Пресвята́го Ду́ха, окропле́нием воды́ сея́ свяще́нныя во и́мя Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ами́нь. Три́жды».

Исполь­зо­ва­ние при совер­ше­нии боже­ствен­ной литур­гии. Литур­ги­че­ский сим­во­лизм.

Совер­шив на про­ско­ми­дии ряд над­ле­жа­щих дей­ствий, свя­щен­ник постав­ляет на дискос, над св. хлебом (Агнцем) и части­цами, особый пред­мет – звез­дицу, а затем после­до­ва­тельно покры­вает под­го­тов­лен­ные к освя­ще­нию Святые Дары: дискос (со св. хлебом и звез­ди­цей), потир (св. чашу) и, нако­нец, и то и другое вместе.

При постав­ле­нии на дискос звез­дицы свя­щен­ник про­из­но­сит: «И при­шедши звезда ста верху, идеже бе Отроча» (Ср.: Мф.2:9)».

При покро­ве­нии дис­коса со св. хлебом и звез­ди­цей свя­щен­ник молится сле­ду­ю­щим обра­зом: «Гос­подь воца­рися, в лепоту обле­чеся: обле­чеся Гос­подь в силу и пре­по­я­сася, ибо утверди все­лен­ную, яже не подви­жится. Готов пре­стол Твой оттоле: от века Ты еси. Воз­дви­гоша реки, Гос­поди, воз­дви­гоша реки гласы своя. Возмут реки сотре­ния своя, от гласов вод многих. Дивны высоты мор­ския, дивен в высо­ких Гос­подь. Сви­де­ния Твоя уве­ри­шася зело, дому Твоему подо­бает свя­тыня, Гос­поди, в дол­готу дний» (Пс. 92:1-5).

При покро­ве­нии св. чаши свя­щен­ник молится: «Покры небеса доб­ро­де­тель Твоя, Христе, и хвалы Твоея исполнь земля». Эти слова взяты (с незна­чи­тель­ным изме­не­нием) из песни про­рока Авва­кума: «Го́споди, услы́шахъ слу́хъ тво́й и убоя́хся: Го́споди, разумѣ́хъ дѣла́ твоя́ и ужасо́хся: посредѣ́ двою́ живо́тну позна́нъ бу́деши: внегда́ прибли́житися лѣ́томъ, позна́ешися: внегда́ прiити́ вре́мени, яви́шися: внегда́ смути́тися души́ мое́й во гнѣ́вѣ, ми́лость [твою́] помяне́ши. Бо́гъ отъ ю́га прiи́детъ, и святы́й изъ горы́ приосѣне́нныя ча́щи: покры́ небеса́ добродѣ́тель его́, и хвале́нiя его́ испо́лнь земля́» (Авв.3:1-3).

При покро­ве­нии дис­коса и потира воз­ду­хом свя­щен­ник про­из­но­сит: «Покрый нас кровом крилу Твоею, отжени от нас вся­каго врага и супо­стата…».

Текст молитв, про­из­но­си­мых при покро­ве­нии Святых Даров, ука­зы­вает на опре­де­лен­ную связь между совер­ша­е­мыми при этом дей­стви­ями и обсто­я­тель­ствами Рож­де­ства Хри­стова. При этом про­сле­жи­ва­ется сле­ду­ю­щая логика:

1. Звез­дица, постав­ля­е­мая на дискос над святым хлебом (Агнцем), соот­не­сена в молитве с оста­но­вив­шейся над пеще­рой с Богом­ла­ден­цем Виф­ле­ем­ской звез­дой; соот­вет­ственно и Агнец (святой хлеб, под­го­тов­лен­ный на про­ско­ми­дии к Евха­ри­сти­че­ской жертве) сим­во­ли­зи­рует мла­денца Христа;
2. Покро­ве­ние Агнца в словах молитвы соот­не­сено с обле­че­нием Гос­пода в лЕпоту, то есть в кра­соту, в славу. Соот­вет­ственно, покро­вец над Агнцем соот­не­сен с вос­при­ня­той Гос­по­дом чело­ве­че­ской при­ро­дой «ризой (одеж­дой или заве­сой) чело­ве­че­ской плоти», в кото­рую обле­ка­ется Бог. По мысли св. прав. Нико­лая Кава­силы (см. его «Изъ­яс­не­ние Боже­ствен­ной Литур­гии»), покро­ве­ние Святых Даров, соеди­нен­ное с испо­ве­да­нием неиз­мен­ного вели­чия Божия («Гос­подь воца­рися…») зна­ме­нует сохра­ня­е­мую до вре­мени сокро­вен­ность боже­ства («силы вопло­щен­ного Бога») во мла­денце Христе: «Тогда тот, кто был так мудр, что мог гово­рить о Нем: «Гос­подь воца­рися, в лепоту обле­чеся», и при­ла­гать к Нему и все прочие изре­че­ния, при­лич­ные Богу, те узна­вали Его, чтили как Бога, и раз­ли­чали тот покров, кото­рый на Нем был». В таком кон­тек­сте воз­можно рас­смат­ри­вать покровцы как символ мла­ден­че­ских пелен Спа­си­теля, зна­ме­ну­ю­щих, в свою оче­редь, озна­чен­ный выше покров и вместе с тем оде­я­ние неиз­ре­чен­ной славы Божией, откры­ва­ю­щейся в высоте Его сми­ре­ния и доб­ро­воль­ного само­уни­чи­же­ния;
3. Покро­ве­ние святой чаши (потира) через стих из песни про­рока Авва­кума соот­не­сено с тем, как «доб­ро­де­тель» Хри­стова (Его бла­гость, милость, тво­ри­мое им благо) «покры­вает небеса», и как земля напол­ня­ется хвалой Ему. Соот­вет­ственно, покро­вец над святой чашей соот­не­сен с покро­вом бла­го­сти Божией, про­стер­тым над тво­ре­нием Его.

Далее Святые Дары пре­бы­вают покры­тыми на жерт­вен­нике вплоть до Вели­кого входа, во время кото­рого они, оста­ва­ясь покры­тыми малыми покров­цами, пере­но­сятся с жерт­вен­ника на пре­стол (воздух, во время совер­ше­ния входа, рас­по­ла­га­ется на плече диа­кона). Когда потир и дискос постав­ля­ются на пре­стол, малые покровцы сни­ма­ются с них, и они покры­ва­ются одним общим воз­ду­хом. Во время пения Сим­вола веры воздух сни­ма­ется, и свя­щен­ник колеб­лет (веет) им над Свя­тыми Дарами, после чего он скла­ды­ва­ется, и Святые Дары оста­ются непо­кры­тыми вплоть до окон­ча­ния при­ча­ще­ния свя­щен­но­слу­жи­те­лей. Перед выно­сом Чаши (потира) для при­ча­ще­ния мирян она покры­ва­ется малым покров­цем, кото­рый сни­ма­ется перед самым при­ча­ще­нием. После при­ча­ще­ния мирян Чаша зано­сится в алтарь и постав­ля­ется на пре­столе, в нее сразу же погру­жа­ются частицы с дис­коса со сло­вами: «Отмый, Гос­поди, грехи поми­нав­шихся зде Кровию Твоею Чест­ною, молит­вами святых Твоих». После этого Чаша вновь покры­ва­ется покров­цом и пере­но­сится на жерт­вен­ник, где оста­ется до потреб­ле­ния Святых Даров дья­ко­ном или свя­щен­ни­ком.

Все ука­зан­ные дей­ствия, наряду с прямым прак­ти­че­ским пред­на­зна­че­нием при совер­ше­нии литур­гии, пред­по­ла­гают воз­мож­ность сим­во­ли­че­ского истол­ко­ва­ния (вос­при­я­тия).

Так, сам текст молит­во­сло­вий, про­из­но­си­мых после Вели­кого входа, когда совер­шено пере­не­се­ние Святых Даров с жерт­вен­ника на пре­стол, пока­зы­вает, что в этот момент Цер­ковь «вспо­ми­нает снятие со Креста и поло­же­ние во гроб Тела Христа Спа­си­теля: “Бла­го­об­раз­ный Иосиф с древа снем Пре­чи­стое Тело Твое, пла­ща­ни­цею чистою обвив и бла­го­уха­ньми во гробе нове закрыв положи”» (Свя­щен­но­ис­по­вед­ник Сергий Прав­до­лю­бов «Объ­яс­не­ние Боже­ствен­ной литур­гии»). Соот­вет­ственно, покровцы в этот момент могут напо­ми­нать о погре­баль­ных пеле­нах Хри­сто­вых.

В покро­ве­нии чаши перед выно­сом ее для при­ча­ще­ния мирян и снятии покровца перед самым при­ча­ще­нием можно видеть символ того, что с Вос­кре­се­нием Спа­си­теля, после­до­вав­шим за Его смер­тью, Его Боже­ствен­ное досто­ин­ство стало явным для многих (до этого, как отме­чает ряд св. отцов Церкви, Боже­ство Христа «скры­ва­лось» «за заве­сой Его плоти»).

Пере­не­се­ние св. Чаши с пре­стола на жерт­вен­ник сим­во­ли­че­ски ука­зы­вает на Воз­не­се­ние Гос­пода Иисуса Христа. Это выте­кает из текста молитвы и дей­ствий свя­щен­ника в озна­чен­ный момент: после при­ча­ще­ния мирян и погру­же­ния в чашу частиц поется «Виде­хом свет истин­ный…», и свя­щен­ник трижды кадит св. чашу и про­из­но­сит тайно: «Воз­не­сися на Небеса, Боже, и по всей земли слава Твоя». Соот­вет­ственно, покро­вец в этот момент напо­ми­нает об облаке, скрыв­шем от глаз апо­сто­лов воз­но­ся­ще­гося Гос­пода (Деян.1:9). В этот момент жерт­вен­ник зна­ме­нует собой Небо. Веру­ю­щие выра­жают вели­кую радость песнью: «Да испол­нятся уста наша хва­ле­ния Твоего, Гос­поди».

Акцент на сим­во­ли­че­ском зна­че­нии свя­щен­но­дей­ствий и бого­слу­жеб­ных пред­ме­тов, осо­бенно рас­про­стра­нен­ный в Визан­тии, доста­точно часто встре­ча­ется и в наших тол­ко­ва­ниях Боже­ствен­ной литур­гии. При­ве­дем два при­мера сим­во­ли­че­ского тол­ко­ва­ния зна­че­ния покров­цов и воз­духа.

Согласно тол­ко­ва­ниям свт. Иоанна Пост­ника и пат­ри­арха Германа (VIII в.), «…покров (над чашей) есть образ убруса, лежав­шего на лице Хри­сто­вом и закры­вав­шего оное во гробе. Общий покров или воздух озна­чает и заме­няет камень, кото­рым Иосиф утвер­дил гроб и к кото­рому при­ло­жена была печать стражи». В позд­ней­шей редак­ции встав­лено: «…покров над дис­ко­сом соот­вет­ствует также пла­ща­нице, кото­рою покрыли тело Гос­пода». Отме­тим, что такое тол­ко­ва­ние зна­че­ния покрова на дискос не полу­чило рас­про­стра­не­ния в цер­ков­ной пись­мен­но­сти. Свт. Симеон Солун­ский (XV в.) дает несколько иное тол­ко­ва­ние: верх­ний боль­ший покров, накры­ва­ю­щий чашу и дискос, соот­вет­ствует пла­ща­нице, покровы на чашу и дискос озна­чают погре­баль­ные пелены, а илитон — сударь, кото­рым была повита глава Спа­си­теля» (Цит. по: Тро­иц­кий В. Исто­рия пла­ща­ницы // Бого­слов­ский вест­ник. 1912. № 2–3).

К насто­я­щему вре­мени, бла­го­даря дости­же­ниям совре­мен­ной литур­гики, можно про­сле­дить исто­рию фор­ми­ро­ва­ния сим­во­ли­че­ских тол­ко­ва­ний тех или иных аспек­тов бого­слу­жеб­ной тра­ди­ции Пра­во­слав­ной Церкви а также отме­тить, что такие тол­ко­ва­ния пред­став­ляют собой лишь опре­де­лен­ную грань объ­яс­не­ния смысла литур­ги­че­ских свя­щен­но­дей­ствий.

pokrovcy 1 - Покровцы

Доку­мен­таль­ные и иные сви­де­тель­ства о древ­них покров­цах. Древ­ней­шие сохра­нив­ши­еся памят­ники

По-види­мому, изна­чально покровы на литур­ги­че­ские сосуды пред­став­ляли собой пар­чо­вые или шел­ко­вые мате­рии, кото­рые могли быть укра­шены орна­мен­таль­ной вышив­кой. Со вре­ме­нем на воз­духе и покров­цах появи­лись укра­ша­ю­щие их изоб­ра­же­ния, но назвать точную дату их появ­ле­ния едва ли воз­можно. Пись­мен­ные сви­де­тель­ства о сюжет­ной вышивке на литур­ги­че­ских тканях ран­него пери­ода довольно скудны. Так, Н. П. Конда­ков, иссле­до­вав­ший визан­тий­ские описи пред­ме­тов, нахо­див­шихся в риз­ни­цах афон­ских мона­сты­рей XI–XII вв., упо­ми­нает «…воз­духи зла­то­тка­ные и покровы для потира и дис­коса, также укра­шен­ные шитьем» (Конда­ков Н. П. Памят­ники хри­сти­ан­ского искус­ства на Афоне. СПБ., 1902. Цит. по: «Убрус» № 3. С. 55). В рус­ских источ­ни­ках домон­голь­ского пери­ода упо­ми­на­ются «платцы окса­митны шиты золо­том и жен­чу­гом». Кроме того, во фрес­ко­вых и моза­ич­ных рос­пи­сях XII–XVI вв. встре­ча­ются изоб­ра­же­ния древ­них покро­вов на свя­щен­ные сосуды: напри­мер, в сцене Евха­ри­стии Михай­лов­ского Зла­то­вер­хого мона­стыря в Киеве (1108–1112 гг.) Спа­си­тель, при­ча­ща­ю­щий апо­стола Павла, держит в руках потир вместе с укра­шен­ным золо­тыми орна­мен­тами пур­пур­ным платом. На фрес­ках Гра­ча­ницы, выпол­нен­ных около 1320 г., изоб­ра­жена про­цес­сия анге­лов, во время Вели­кого Входа несу­щих св. сосуды, накры­тые покров­цами, укра­шен­ными орна­мен­таль­ной вышив­кой. Такую же про­цес­сию с покры­тыми сосу­дами можно видеть на фрес­ках 1360–1370 гг. в сцене Небес­ной литур­гии в храме Бого­ма­тери Перив­лепты в Мистре.

Что каса­ется мате­ри­аль­ных памят­ни­ков, то орна­мен­таль­ные покровцы древ­ней­шего пери­ода не сохра­ни­лись, а от XII–XIV вв. до нас дошли лишь еди­нич­ные экзем­пляры покро­вов, укра­шен­ных лице­вым шитьем. Самыми древними из сохра­нив­шихся явля­ются два парных покровца из риз­ницы собора в Аль­бер­штадте, дати­ро­ван­ные 1185–1195 гг. На каждом из них изоб­ра­жен пре­стол под киво­рием, за кото­рым стоит Хри­стос, при­ча­ща­ю­щий апо­сто­лов. Здесь, как и в хра­мо­вых рос­пи­сях, Евха­ри­стия раз­де­лена на две сцены. На дис­кос­ном покровце группу из шести апо­сто­лов воз­глав­ляет Петр, на покровце для потира Хри­стос при­ча­щает из чаши ап. Павла, за кото­рым стоят осталь­ные пять уче­ни­ков. Шитье было испол­нено золо­тыми нитями, столь же плохо сохра­нив­ши­мися, как и шел­ко­вая ткань фона. Суще­ственно, что на неши­ро­ких каймах име­ются гре­че­ские над­писи «При­и­мите, ядите» и «Пийте от нея вси…», причем рас­по­ло­жены они стол­би­ком, попе­рек вер­ти­каль­ных кайм. (См. Ката­со­нова Е.Ю. Мате­ри­алы к ико­но­гра­фии покров­цов в лице­вом шитье. Убрус, №5, 2006 г.). От XV в. оста­лось уже зна­чи­тель­ное коли­че­ство пред­ме­тов — и визан­тий­ских, и древ­не­рус­ских, немало сохра­ни­лось бал­кан­ских, мол­до­ва­лаш­ских и рус­ских про­из­ве­де­ний XVI в. Еще более обиль­ный мате­риал для иссле­до­ва­ния дает XVII в.

Отдель­ные осо­бен­но­сти укра­ше­ния покров­цов

Тра­ди­ци­онно покровцы укра­ша­ются спе­ци­ально подо­бран­ными и опре­де­лен­ным обра­зом рас­по­ло­жен­ными свя­щен­ными изоб­ра­же­ни­ями и тек­стами. Как пра­вило, встре­ча­ются кресты раз­лич­ной формы, изоб­ра­же­ния анге­лов и обра­зу­ю­щие фигур­ную кайму особые тексты, выпол­нен­ные вязью. Кайма вязью (особое деко­ра­тив­ное письмо) — излюб­лен­ный прием как в мону­мен­таль­ном искус­стве, так и в лице­вом шитье. Буквы при этом соеди­ня­ются в непре­рыв­ный орна­мент. Одним из глав­ных при­ё­мов в рус­ской вязи стала т. н. мач­то­вая лига­тура, когда две смеж­ные вер­ти­каль­ные линии соеди­ня­ются в одну. От коли­че­ства в алфа­вите букв с «мач­тами» зави­сит раз­но­об­ра­зие лига­тур. Так, из 24 букв гре­че­ского алфа­вита содер­жат «мачты» 12, а число воз­мож­ных сов­па­де­ний друг с другом двух подряд «мач­то­вых» букв равно 132; в рус­ском кирил­ли­че­ском алфа­вите – 26 из 36 букв с «мач­тами», а воз­мож­ных лига­тур – более 450. Столь бога­тыми воз­мож­но­стями и обу­слов­лена изыс­кан­ная про­ра­бо­тан­ность и рас­цвет вязи именно в памят­ни­ках кирил­ли­че­ского письма, в раз­лич­ных видах цер­ков­ного искус­ства. При этом при­нято выде­лять 3 стиля вязи – при­род­ный (с укра­ше­нием рас­ти­тель­ными эле­мен­тами), гео­мет­ри­че­ский (без тако­вых) и сме­шан­ный (пре­об­ла­дав­ший на Руси, напри­мер, в 15 веке). В памят­ни­ках лице­вого шитья осо­бен­но­сти вязи опре­де­ля­ются глав­ным обра­зом тех­ни­кой выпол­не­ния над­пи­сей (напри­мер, золо­тое шитье, жемчуг).

Каши­рина В.В. Вязь в литур­ги­че­ских ком­плек­тах лице­вого шитья XV–XVII веков: учебно-мето­ди­че­ское посо­бие. М., 2018. с. 3–4; О.В. Шапо­ва­лова, Е.П. Панова. Литур­ги­че­ский ком­плект для Евха­ри­стии. Тра­ди­ции и совре­мен­ность. Ученые записки Нов­го­род­ского госу­дар­ствен­ного уни­вер­си­тета имени Яро­слава Муд­рого. № 3 (28). 2020).

Комментировать

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки