Бог после всемирного потопа сказал Ною следующее: Я взыщу и вашу кровь, в которой жизнь ваша, взыщу ее от всякого зверя, взыщу также душу человека от руки человека, от руки брата его.
Это означает то, что Бог дозволил в наше Новозаветное время Христианам убивать Христанам, чтобы Он взыскал кровь убийцы или убивать вообще Богом запрещено, даже тех, кто убил?
2 Ответа
Евангельское учение исключает убийство как способ возмездия, утверждая святость жизни и указывая, что грех несет наказание в самом себе через утрату внутреннего мира.
Александр, слова, обращенные к Ною, служили не оправданием жестокости, а напоминанием о ценности каждой человеческой души. Ветхозаветная строгость сдерживала хаос, однако Новый Завет призывает Вас подняться над логикой крови.
Убийство становится для человека духовной катастрофой, когда свет и радость покидают сердце. Даже Каина оберегал особый знак, запрещающий людям вершить над ним самосуд (Быт.4:15). Попытка оправдать гнев верой противоречит духу Христа, Который побеждает зло любовью. Всякий меч, поднятый ради мести, лишь множит тьму, тогда как покаяние и милосердие способны разорвать цепи взаимного уничтожения.
Апостол говорит о гражданском порядке как о средстве удержания мира от хаоса, где меч символизирует силу закона, а не право на лишение жизни вопреки евангельскому духу.
Александр, образ меча описывает горькое устройство мира, в котором власть призвана сдерживать внешнее проявление зла (Рим.13:4). Этот символ указывает на суровую обязанность государства защищать порядок, а не на разрешение преступать заповедь. Закон подобен плотине, мешающей обществу захлебнуться в ярости, но он не делает воду чистой. Христианство признает необходимость земного правосудия, однако напоминает, что никакая казнь не способна исцелить человеческое сердце. Меч в руках правителя отсекает лишь внешние ростки греха, тогда как корень вырывается только прощением. Суд человеческий — это всего лишь гипс на сломанной кости общества, который удерживает её в покое, но не дает жизни.
Тогда канон 55 канон святого Василия Великого сообщает то, что всякий взявший меч даже при самощащите тоже погибнет мечем так же? Тоесть применяющий насилие человек при самозащите тоже погибнет?
В этом каноне речь идёт о том, что такой человек, убивая противника, тоже грешит и подлежит отлучению от причастия.
Если человек убивает при самозащите разбойника, который захотел его убить, то за убийство попадёт ли самозащищающийся в Царствие Небесное, если убивать грех?
За убийство нет, а если принесет покаяние, то может войти в Царство Божие.
А как же попадет в Царствие Небесное Божий слуга из следующего стиха, если такой предполагает, что убивать разрешено?
«Ибо начальник есть Божий слуга тебе на добро: «Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое»
А где написано, что он попадет в Царство Божие? Апостол Павел пишет здесь о языческих начальниках, к которым неприложимы христианские требования. О христианах он пишет в 12 главе совсем другое, посмотрите.
Но как тогда относиться к следующему стиху из Евангелия, если смертная казнь не разрешена? «Ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое».
Какую же заповедь исполняет начальник, если он «отмститель в наказание делающему злое», но при этом казнь преступников не является Евангельским учением?