За 7 вселенских соборов было много обличено ересей. Но мне вот интересно.
Как вообще христиане до вселенских соборов могли быть единодушными в тех или иных догмата веры, если они не были сформулированы? А если и не были, то можно ли им вменить те или иные ереси и грех за них?
Ну то есть навыдумывали себе ересей, приняли их за истину и, не дожив до обличающего их собора, умерли. Можно ли сказать, что они еретики? Или пока ересь не осуждена, то за это наказание христианин не несет?
4 Ответа
До официального соборного осуждения искреннее заблуждение не является ересью, а конечная участь человека зависит от чистоты его намерений, а не от знания будущих формулировок.
Ошибка ума — это блуждание в тумане, а ересь — упорный и сознательный отказ от света. Догматы не изобретались на соборах, они лишь обретали там точные словесные границы.
Представьте, Дмитрий, полноводную реку — живая вода текла в ней всегда, но соборный разум выстроил гранитные набережные, чтобы русло не размывалось. Ранние христиане жили единым духом. Если человек искал Истину, но запутался в сложных понятиях до их прояснения Церковью, эта неточность не становится грехом противления.
Еретик рождается не в момент совершения ошибки, а в момент горделивого противопоставления себя соборному единству. Окончательный итог земного пути подводится по закону, написанному в человеческих сердцах (Рим.2:15).
Ересь предполагает не просто богословскую ошибку, но противление учению Церкви. Т.е. нужно, чтобы какой-то церковный учитель обличил христианина в ошибке, а тот отказался исправиться и ради этого ушел из Церкви или создал параллельную структуру. Примеров такого рода - великое множество и до Вселенских Соборов, почитайте у свв. Иринея Лионского, Ипполита Римского и Епифания Кипрского.
В III в. появились и раскольники, которые уходили из Церкви без изменения вероучения, но все-таки уходили. Бывали и локальные соборы на еретиков, например Александрийский собор 262 г. против Савеллия или антиохийские соборы 260-х гг. против Павла Самосатского. Предшественник Савеллия Ноэт Римский был отлучен в Риме от Церкви собором пресвитеров.
Таким образом, еретик в любую эпоху должен был быть отлучен от Церкви или сам из нее уйти. Если же человек заблуждался в своем учении, но умер в мире с Церковью, он может быть осужден по смерти лишь соборно, как V Вселенский Собор осудил Феодора Мопсуэстийского. Без этого еретиком считать его нельзя, а значит, нельзя безоговорочно полагать его участью вечную муку в аду.
Как вообще христиане до вселенских соборов могли быть единодушными в тех или иных догматах веры, если они не были сформулированы?
Проблема была во многом в отсутствии единых богословских формулировок, отчего одни и те же истины разные богословы пытались выразить по разному, что нередко приводило к ересям.
А если и не были, то можно ли им вменить те или иные ереси и грех за них?
Нет, нельзя считать это грехом, пока человек не противится сознательно учению Церкви, имея возможность его знать. Другое дело, что в истории были такие очевидные ереси, которые ниспровергали самую суть христианства, они осуждаются уже в текстах Нового Завета без всяких соборов (2Ин.1:7; 2Пет.2:1-2). То же самое касается тех, кто создавал секты, отделяясь от общения с законными епископами.
Можно ли сказать, что они еретики?
В строгом смысле, они не были еретиками, хотя и держались того, что было признано впоследствии как ересь. То есть не повинны в смертном грехе ереси. Осуждение за ереси не происходит автоматически, без сознательного выбора человека.