В данном случае вопрос про стандартную ситуацию когда женщина по своему желанию без веских причин (угроза жизни, неверие мужа) развелась с мужем.
Слова Иисуса однозначны: кто женится на разведенной, тот прелюбодействует. Я понимаю, что есть икономия, однако ключевой вопрос в следующем: делает ли икономия прелюбодеяние НЕ прелюбодеянием? Или просто делает его менее прелюбодеянием?
А самый страшный момент - это то, что эти люди причащаются без покаяния, в ПОСТОЯННОМ грехе прелюбодеяния. И их допускают батюшки. Это как?
Разве это не ужасный пример недостойного причащения? То есть открытые нераскаянные прелюбодеи становится одним со Христом?
Я никого не хотел обидеть своим вопросом, просто хочу знать истину.
3 Ответа
Господь Иисус Христос действительно установил высокий идеал брака – его нерасторжимость: «что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф.19:6). Он также прямо говорит: «кто женится на разведенной, тот прелюбодействует» (Лк.16:18). Эти слова – безусловная истина.
Однако Церковь живет в реальном мире, где люди грешат и ошибаются. Руководствуясь любовью и милосердием, по примеру Самого Христа, Который не осудил женщину, взятую в прелюбодеянии (Ин.8:11), Церковь применяет принцип «икономии» (домостроительства спасения) или пастырского снисхождения.
Икономия не отменяет грех. Прелюбодеяние остается прелюбодеянием. Она не делает его «менее прелюбодеянием». Икономия – это пастырский инструмент, который позволяет Церкви, не изменяя вероучения, проявить снисхождение к человеческой немощи, чтобы помочь человеку не отпасть окончательно от Бога и Церкви, а прийти к покаянию и спасению.
Разрешение на второй брак (в определенных, канонически оговоренных случаях, часто для невинной стороны) – это именно такое снисхождение, а не одобрение развода. Оно дается, чтобы предотвратить большее зло – жизнь в блуде вне церковного благословения.
Что касается Причастия, то допуск к нему – это вопрос пастырской ответственности священника. Если человек состоит во втором браке, благословленном Церковью по икономии, регулярно исповедуется (в том числе в обстоятельствах, приведших к распаду первого брака) и стремится жить по-христиански, священник, видя его покаянный настрой, может допустить его к Святым Дарам. Это не означает причащение «в постоянном грехе без покаяния», но причащение человека, который кается в прошлых грехах и живет в той реальности, которую Церковь пастырски допустила ради его спасения.
Церковь всегда держит перед глазами идеал, но по любви протягивает руку и тем, кто упал, помогая им подняться и идти дальше ко Христу. Не забывайте о важности регулярной исповеди и Причастия для укрепления в духовной жизни.
Принцип нерасторжимости брака в равной степени относится и к мужчинам, и к женщинам. Мое мнение по Вашему вопросу состоит в том, что путь либерализации разводов (с возможностью заключения в церкви повторных браков), по которым пошли православные епископы в XX веке был серьезной ошибкой, приведшей к нынешней катастрофической ситуации. В конце XIX века о последствиях этих уступок предупреждал, например, Н. Страхов (собственно, то, чего он опасается здесь, уже сбылось):
Странно было бы думать, что нравственные требования христианства относительно брачного состояния имеют какое-то иное назначение, а не то, что они должны служить положительными заповедями для обязательного исполнения в жизни. Что они по сравнению с действительным состоянием человеческой жизни являются слишком высокими, что действительное состояние брачной жизни далеко не отвечает им, это нимало не может отнимать у них силу обязательности. Если отвергнуть на этом основании значение их, как положительных и обязательных заповедей, и смотреть на них только как на идеальные принципы, которые должны иметься только в виду, если на практике обратиться к пресловутой системе приспособления (или усмотрения), которую рекомендуют теперь многие и которая допускает, в виду различных возникающих условий и обстоятельств жизни, толковать всякий закон в таком духе и применять его в таком виде, как это подскажут и потребуют данные обстоятельства: то ясно, что жизнь тогда беспрепятственно может устроиться совершенно вопреки требованиям нравственного закона, потому что тогда руководящее значение получат самые условия и изменяющиеся обстоятельства жизни, а не какое-либо положительное нравственное начало. Значит, и всякие возникающие в жизни ненормальные явления могут требовать тогда своего признания и могут получить свою санкцию. По крайней мере – по сущности своей названная система приспособления нисколько не исключает такой возможности; раз допустивши уклонение от действующего закона по требованию тех или других обстоятельств жизни, эта система, в виду постоянно изменяющихся условий жизни, должна была бы переходить все к новым и новым уступкам; остановиться в этих уступках на какой-нибудь границе она не могла бы – по самой сущности своей, потому что в самом принципе она не заключает такой возможности. Отсюда конечным результатом применения её могло бы быть отвержение в жизни всякого положительного закона, уничтожение в ней всякого различия между нравственным и безнравственным.
Многие священники и миряне сейчас считают, что вместо того, чтобы призвать человека к покаянию, к отказу от греха, нужно войти в его положение и дать ему возможность вступить в новый брак, как говорят, во избежание блуда. Хотя в действительности это означает как раз одобрение греха прелюбодеяния. Я лично слышал от одного преподавателя канонического права признание, что было бы неправильно и неуместно отказать людям в благословении брака, если они уже пришли к священнику с новым штампом в паспорте и поставили его перед фактом. Типа, так всю паству растеряем. Вот такая беда в головах. Я могу только посоветовать мирянам и священникам самим не совершать смертного греха, помня о своей ответственности перед Богом.
«В самом деле, что скажем мы тогда имеющему судить нас, когда, представив закон и прочитав, Он скажет: Я повелел не брать отпущенной жены, сказав, что это дело – прелюбодеяние; как же ты осмелился вступить в запрещенный брак? Что мы скажем, и что будем отвечать? Там уже нельзя сослаться на светские законы, но необходимо в молчании и связанными идти в геенский огонь вместе с прелюбодеями и осквернившими чужие браки, потому что и отвергнувший жену без причины, состоящей в прелюбодеянии, и женившийся на отвергнутой при жизни мужа, наказываются одинаково вместе с отвергнутой. Поэтому увещеваю, прошу и умоляю, мужей – не отвергать жен, и жен – не оставлять мужей, но слушать Павла, который говорит: «Жена связана законом, доколе жив муж ее; если же муж ее умрет, свободна выйти, за кого хочет, только в Господе» (1Кор.7:39)"
Святитель Иоанн Златоуст