Преподобная Варвара (Васса) Островская, схимонахиня

Преподобные Сергий и Варвара – праведные родители преподобного Александра Свирского, великого светильника Северной Руси – были жителями древней Обонежской пятины Новгородской земли. Эти места с давних пор населяли племена карел и веси (вепсов), которые еще в XI веке приняли православную веру. К ним по своему роду принадлежали и преподобный Александр, и его родители.

В миру преподобные звались Стефан и Васса. Жили они в селе Мандеры, которое располагалось на реке Ояти напротив древнего Введенского Островского монастыря. Надо полагать, что временем их рождения было начало XV века, скорее всего, не позднее 1420 года. Стефан был благочестивый и богобоязненный человек, делился своим имением с нищими и любил творить добрые дела. Его жена Васса в доброй жизни не отставала от своего мужа.

Супружество их сразу же было благословлено чадородием, но настало время, когда Бог по смотрению Своему долго не давал им радости рождения ребенка, хотя супруги и стремились к этому всею душой. Томясь от продолжительного бесплодия, оба супруга очень печалились и скорбели. Прося Бога о даровании сына, супруги возлагали на себя многие обеты, и еще более прилежали добрым делам. Как-то, встав в полночь на молитву, Васса стала с непреложной верой молить Бога о рождении сына. После этого супруги пошли в ближайшую от того места церковь в монастырь Пресвятой Богородицы честного Ее Введения, и пребывали в нем долгое время, молясь Пресвятой Богородице. Однажды ночью, когда оба они молились, и никого вокруг не было, услышали они голос: "Радуйтесь, доброе супружество! Вот даровал вам Бог отрока утешения тезоименитого, ибо в его рождении утешение Церквам своим подаст!" Заметив время видения, они возвратились в свой дом. Через некоторое время, узнав, что Васса зачала, супруги поняли, что явление было истинным. Исполнившись радости и благоговения, Стефан и Васса с тех пор решили между собой воздерживаться от супружеских отношений, что и сохраняли до конца своей жизни.

В день 15/28 июня 1448 года, когда Святая Церковь празднует память пророка Амоса, имя которого значит "утешение", родился долгожданный младенец. Он был назван в честь святого пророка Амосом, ибо и его рождение стало великим утешением, сперва для его родителей, а затем и для всех верных.

Просвещенный Божественным Крещением, Амос рос и укреплялся духом. Настало время учить его грамоте, и Амос был отдан в научение святым книгам. Сверстники его учились успешно, ему же знание никак не давалось, несмотря на то, что и наставник и ученик прилежно трудились над изучением грамоты. Имея с детства дар глубокой веры, Амос привык во всех своих затруднениях всегда обращаться к Божественной помощи и часто приходил в монастырь для молитвы. Однажды, придя в обитель, отрок стал молиться перед иконой Богородицы. И вот, во время молитвы в церкви он услышал голос, говоривший ему: "Восстань, не бойся, а что просил, то получишь!" С тех пор Амос уже преуспевал в учении. Стефан же и Васса, как повествует житие, так его любили, что не могли на него наглядеться. Но не только родители, а и все окружающие говорили, что отрок достигнет высот христианского совершенства. И, действительно, с детства стремясь к монашескому образу жизни, он уже в ранние годы приучил свое тело к суровости и самоограничению. Ел он только хлеб, и то не досыта, а спал очень немного, отдавая часы ночного отдыха молитве.

Прошло время, и Амос пришел в возраст, когда уже было принято вступать в брак. Родители хотели по обычаю найти ему невесту, чтобы сочетать его семейными узами с какой-нибудь хорошей девушкой. Но Амос мечтал только о монашеской жизни.

Однажды с поручением от своего игумена в соседнюю с Мандерами деревню пришли иноки Валаамского монастыря. От них Амос узнал о святой подвижнической обители, находящейся на отдаленном острове Ладожского озера.

В скором времени Амос попросил благословения родителей пойти в близлежащую деревню и просил не беспокоиться, если он задержится. Сам же отправился в Валаамский монастырь, не имея с собой ничего, кроме одежды и небольшого запаса хлеба. Боясь, чтобы родители его не настигли и не возвратили назад, юноша шел быстро и скоро переправился через реку Свирь у села Заостровье. Вдоль берега Ладожского озера он добрался до местечка Салми, а оттуда переплыл на Валаам. Путь до Салми составлял около 180 км по безлюдным местам. В дороге у Рощинского озера, где им позже будет основана знаменитая обитель, Амос удостоился Божественного откровения. Таинственный голос произнес ему во сне пророческие слова, предсказывающие основание на этом месте славной и спасительной для многих обители.

Придя на Валаам юноша просил принять его в братство и скоро был пострижен с именем Александр, что в переводе с греческого означает "защитник людей". В то время ему было от рождения двадцать шесть лет.

Стефан и Васса, не имея известий о сыне, долго его искали, и, не найдя, горько оплакивали его, как уже умершего. По всем окрестностям было объявлено, чтобы за вознаграждение сообщили о местопребывании юноши его отцу. Но прошло долгих три года, а никаких известий об Амосе не поступало. Праведные родители были неутешны в своем горе, в тайне души продолжая надеяться на его возвращение.

И вот однажды из Карелии пришли в Мандеры некие люди с известием, что Амоса видели в обители Святого Спаса на Валааме принявшим монашеский постриг. Не имея больше сил ждать, и не боясь дальности пути, престарелый Стефан отправился на Валаам искать своего сына. Придя к игумену монастыря и узнав, что сын его здесь, Стефан просил о встрече с ним. Александр опечалился и не хотел выходить, понимая, что отец будет просить его вернуться домой. Стефан же решил, что игумен прячет от него сына. Не терпя разлуки, он с гневом кричал игумену, чтобы показал ему сына, иначе он убьет себя прямо у ворот монастыря. Тогда Александр согласился на встречу с отцом.

Стефан, увидев сына изможденным от многого труда и воздержания, обнял его и горько плакал. Потом, немного успокоившись, стал уговаривать Александра вернуться домой. Преподобный, хоть и скорбел сильно за отцовское горе, однако видел, что любовь человеческая затмевает то, что необходимо и полезно для спасения души. Поэтому Александр отвечал отцу: "Одно тебе хочу сказать: пойди в дом свой с миром, и, придя в монастырь Пресвятой Богородицы в Остров, постригись там, и спасение души своей получишь. А если этого не сотворишь, истинно тебе говорю, больше лица моего не увидишь". И еще долго уговаривал Александр отца, но тот не хотел его слушать и с гневом ушел. Не могло родительское сердце от сильной любви к сыну и боли душевной принять эти слова.

Тогда преподобный Александр стал молиться, чтобы Господь умягчил отцовское сердце и помог в мире принять Божественную волю. Молитва праведника была скоро услышана: Стефан вернулся к сыну и сказал ему, что поступит по его совету. После разговора с сыном, Стефан ушел в свое селение.

Вернувшись в свой дом, он не стал откладывать исполнение своего намерения, но быстро устроив все домашние дел и передав хозяйство своим детям, удалился в Введенский Оятский монастырь. Здесь он был пострижен с именем Сергий, с принятием монашеского сана оставив и все заботы о житейском. Праведная Васса, мать преподобного Александра, привыкшая во всех добрых делах следовать своему мужу, постриглась в том же монастыре с именем Варвара.

Недолго прожили после этого преподобные иноки Сергий и Варвара. Принеся молитвенную мудрость последних лет своей старости в тихую обитель, они мирно скончались там, где столько благодеяний получили в своей жизни по молитвам к Богу.

Преподобный Александр никогда не забывал своих праведных родителей. Он, уже будучи игуменом основанного им монастыря, отправлял семерых из своих учеников в Введено-Оятский Островский монастырь для поддержания благоустройства в обители (Звали этих преподобных учеников великого чудотворца Александра Свирского Афанасий, Дионисий, Игнатий, Корнилий, Леонид, Феодор и Ферапонт). Преподобный Александр называл Островский монастырь "монастырь моих родителей". Интересно и то, что в монастыре до революции в местном ряду иконостаса Введенской церкви слева от Царских врат находилась икона Пресвятой Богородицы Одигитрии, перед которой по преданию молился святой Александр Свирский. Она всегда особо почиталась в монастыре.

Даже царственные богомольцы не забывали монастыря. В своей грамоте 1597 года царь Феодор Иоаннович жалует игумена и братию "Введенскаго монастыря, что на реке Ояте, где лежат родители чудотворца Александра Свирскаго".

До начала XVIII века гробницы преподобных находились в нижнем этаже Введенской церкви под приделом святых апостолов Петра и Павла. Лежали они под спудом, то есть, не доставаясь из-под земли. В 1721 году по указу Петра I мощи святых, сохранившиеся лишь в виде костей, были освидетельствованы архимандритом Свирского монастыря Кириллом. После этого для них были построены новые деревянные гробницы в Преображенском приделе Богоявленской церкви, в которых и положили с честью мощи святых, которых именуют в старинных описях "чудотворцами". Видимо, от мощей преподобных совершались какие-либо чудеса, известий о которых не оставили нам смутные времена истекших веков. Над гробницами стояли иконы с их изображением, а рядом хранились носившиеся ими при жизни вериги. Преподобный Сергий носил на себе железный параман весом около 3,5 кг, а преподобная Варвара изнуряла свою старческую плоть двумя крестами на цепях весом в 1 кг.

В описании монастыря 1873 г. отмечается: "Окрестные жители и посещающие монастырь богомольцы с древних времен глубоко чтят память родителей преподобного Александра Свирского, покоящихся во Введенском монастыре, и всегда с благоговением и усердием молятся во время панихид, отправляемых при тех гробницах". К началу ХХ века у Святых врат монастыря в огромных нишах колокольни были изображены преподобный Сергий Радонежский и святая великомученица Варвара, с именами которых приняли постриг родители святого. Тогда такие изображения самих преп. Сергия и Варвары еще не могли появиться – они не были канонизированы.

Чудотворцами преп. Сергия и Варвару называли уже в XVII в., видимо у их гробниц бывали случаи чудесной помощи с верой ее просящим. Но то время, видимо, в силу малочисленности братства и бедности, в монастыре не велось каких-либо систематических записей, поэтому более подробных сведений об этом не сохранилось. Среди замечательных вкладов в монастырь в XIX в. в его ризнице хранились серебряный вызолоченный напрестольный крест и большое напрестольное Евангелие середины XVIII в., украшенное сребропозлащенными накладками. Они были пожертвованы братьями: новгородских адмиралтейских дел комиссаром Феоктистом Абрамовичем и капитаном Лейб Гвардии Семеновского полка Дмитрием Абрамовичем Вындомскими, уроженцами этих мест. Дар был принесен в монастырь "к родителям Александра чудотворца Свирского" на помин души себя и своих родителей. Также и от Петербургского купца Даниила Кротова в 1843 г. была пожертвована икона Воскресения Христова с десятью угодниками, к которой был привешен серебряный вызолоченный крест с частицами мощей 14-ти святых. Даритель просил поставить икону в ту церковь, где почивают мощи Сергия и Варвары.

В 1838 году произошел случай, ясно показывающий, что преподобный Александр и по успении своем заботится о памяти своих праведных родителей и месте их упокоения. На праздник Святой Троицы в Александро-Свирский монастырь приехала из Санкт-Петербурга вдова Александра Александровна Михайлова. Она рассказала о себе, что целый год страдала сильным отеком всего тела. К февралю 1838 года болезнь ее усилилась настолько, что она была уже не в состоянии не только встать с постели, но даже и пошевелиться. Шесть приглашенных врачей сказали домашним, что около полуночи больная умрет. Ожидая неминуемой смерти, Александра Александровна около полуночи забылась сном, и вдруг увидела незнакомого Старца в священническом облачении возле своей постели. Седовласую голову Старца окружал сияющий радужный венец. Он спросил у больной: "Знаешь ли ты меня?" В простоте сердца бедная женщина отвечала ему: "Не знаю, и даже не видала тебя, Батюшко!" "Я со Свири!" – отвечал ей явившийся, но больная возражала: "Батюшко, я не знаю, что за Свирь!" "Я Александр Свирский! – продолжал говорить ей Старец. – Спроси, так тебе скажут. Обещайся ты ехать в мой монастырь, и Бог даст тебе исцеление. Когда же поедешь, то, не доезжая до моего монастыря, есть на пути монастырь же моих родителей, ты и туда заезжай!" После этого он накрыл ее своей епитрахилью и ризою, и исчез. После этого больная пришла в себя, и почувствовала, что отек на ее теле пропадает. К утру она уже смогла сама одеться и начала ходить, а через две недели стала совершенно здорова. С благодарностью отправилась она в обитель Чудотворца, и, узнав там священное облачение, в котором ей являлся преподобный, проливала радостные слезы благодарности у раки святого. Подлинность ее рассказа была засвидетельствована настоятелем, казначеем и духовником Свирского монастыря.

Другим убедительным свидетельством попечения преподобного Александра и его преподобных родителей о своей обители является то, что вплоть до советского времени, этот монастырь никогда не закрывался, как многие другие. И сейчас, после бедствий советского периода, святая обитель вновь встает помощью Божией и предстательством своих святых из руин. На заседании Священного Синода 19-20 апреля 2000 г. и сами преподобные Сергий и Варвара прославлены в Соборе Санкт-Петербургских святых, память которых совершается в 3-ю Неделю по Пятидесятнице. В 2003 г. там, где стоял величественный Богоявленский собор, разрушенный в годы безбожия, обретено место погребения преподобных родителей. На нем устроены гробницы с их изображением. А в 2006 г. на пожертвования почитателей святых Сергия и Варвары построена каменная часовня, внутри которой кроме образа самих преподобных находятся шесть клейм с фрагментами из их жития. С 2007 г. отдельное празднование преподобным Сергию и Варваре по благословению митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира установлено 15/28 июня.

К восстановленным гробницам преподобных Сергия и Варвары опять нескончаемым потоком притекают многочисленные паломники, благоговейно почитая память родителей одного из величайших русских святых.

Источник: сайт Введено-Оятского монастыря