Кондак

Конда́к. Само слово кондак (греч. κοντάκιον) про­ис­хо­дит от κόνταξ или κοντός — «палочка», на кото­рую нама­ты­вался свиток пер­га­мента. Назва­ние свя­зано с тем, что древ­ний кондак пред­став­лял собой целый ком­плекс пес­но­пе­ний, кото­рые состав­ляли своего рода бого­слов­скую поэму и хра­ни­лись в виде отдель­ного свитка. Однако тер­ми­ном «кондак» пес­но­пе­ния дан­ного жанра стали назы­вать очень поздно – только в X веке; до этого сами авторы их назы­вали «гимн», «песнь», «хва­ле­ние» и даже «псалом».

Тро­парь и кондак

Тро­парь празд­ника рас­кры­вает его сущ­ность и вос­пе­вает его. Тро­парь, посвя­щен­ный свя­тому, рас­кры­вает осо­бен­но­сти подвига свя­того, про­слав­ляет его житие и свя­тость. Кондак, вос­пе­вая то же собы­тие или то же свя­щен­ное лицо, допол­няет, раз­ви­вает основ­ную тему тро­паря.

Это можно наглядно уви­деть, срав­ни­вая тро­парь и кондак кон­крет­ного празд­ника. При­ве­дём пример тро­паря и кондака Пасхи:

Тро­парь: Хри­стос воскре́се из мерт­вых, смер­тию смерть поправ, и сущим во гробех живот даро­вав.

Кондак: Аще и во гроб снизше́л еси, Без­смертне, но адову разруши́л еси силу, и воскре́сл еси яко Побе­ди­тель, Христе Боже, жена́м миро­но­си­цам веща́вый: Радуй­теся!, и Твоим апо­сто­лом мир да́руяй, падшим подая́й вос­кре­се­ние.

Исто­рия кондака

Кондак возник в Кон­стан­ти­но­поле как мно­го­строф­ное про­из­ве­де­ние и был отли­чи­тель­ной осо­бен­но­стью визан­тий­ского город­ского бого­слу­же­ния до VIII века. Первые кондаки появи­лись уже в V веке, а рас­цвет конда­ков связан с твор­че­ской дея­тель­но­стью пре­по­доб­ного Романа Слад­ко­певца, (1‑я поло­вина VI века). Древ­ний кондак в его клас­си­че­ском облике — мно­го­строф­ный гимн, состо­яв­ший из одного или несколь­ких ввод­ных пес­но­пе­ний, кото­рое назы­ва­лось «про­и­мий» (вступ­ле­ние») или «куку­лион» (букв. «капю­шон»), и боль­шого коли­че­ства икосов, завер­шав­шихся общим рефре­ном, кото­рый также был заклю­чи­тель­ной фразой про­и­мия. Икосы были боль­шими по объему и оди­на­ко­выми друг с другом по раз­меру. Коли­че­ство икосов могло быть раз­лич­ным: неким стан­дар­том счи­та­ется нали­чие 24 икосов (на Рож­де­ство Хри­стово), также часто встре­ча­ются кондаки из 18 икосов (Бого­яв­ле­ние). Среди конда­ков пре­по­доб­ного Романа коли­че­ство икосов варьи­ру­ется от 11 (на Рож­де­ство Бого­ро­дицы, архи­диак. Сте­фану) до 30 (на празд­ник трех отро­ков, 17 декабря). В про­и­мии тема кондака была отме­чена кратко, тогда как в икосах она посте­пенно рас­кры­ва­лась. Доста­точно часто икосы объ­еди­ня­лись акро­сти­хом, кото­рый был смыс­ло­вым (напри­мер, на Бого­яв­ле­ние акро­стих «сми­рен­ного Романа»), но мог быть и алфа­вит­ным (пример – ака­фист Бого­ро­дице, кото­рый тоже изна­чально был конда­ком). Древ­ние кондаки были эсте­ти­че­ски кра­си­выми и глу­боко содер­жа­тель­ными, поис­тине шедев­рами цер­ков­ной гим­но­гра­фии.

В про­цессе исто­рии посте­пенно оста­лись только «кукуль» и 1‑й икос, все осталь­ные икосы были опу­щены. Этот про­цесс начался сна­чала на пери­фе­рии, а в XI веке захва­тил и Визан­тию и был обу­слов­лен пере­хо­дом на пале­стин­ский тип утрени, в кото­ром глав­ное место зани­мал канон. Мона­стыр­ские уставы стали отда­вать пред­по­чте­ние кано­нам перед конда­ками и вклю­чали кондаки в чин утрени только в сокра­щен­ном виде. В итоге кондак в полной форме встре­ча­ется только в древ­ней­шей редак­ции Миней (до XII века), тогда как в позд­ней­ших вер­сиях он уже пред­став­лен только в фор­мате про­и­мия и 1‑го икоса. И если в древ­но­сти были спе­ци­аль­ные сбор­ники – Конда­кари (в кото­рых кондаки были пред­став­лены в полной форме), то после XIII века и они исче­зают из обра­ще­ния.

Кондаки позд­ней­ших служб сразу стали появ­ляться в сокра­щен­ном фор­мате; так, кондаки и икосы вос­крес­ные появи­лись только в XI веке и они сразу состо­яли только из одного кондака и икоса.

Кондак в совре­мен­ном бого­слу­же­нии

После опу­ще­ния почти всех икосов началь­ная строфа (про­и­мий или «кукуль») полу­чила наиме­но­ва­ние «кондак». В итоге кондак стал свого рода «собра­том» тро­паря и в рус­ской прак­тике кондаки даже поются тем же рас­пе­вом, что и тро­пари.

Кондаки поме­ща­ются в службе празд­ника или свя­того (в Минее или Триоди) после 6‑й или после 3‑й песни канона. Также все кондаки вместе с тро­па­рями можно найти во II части Псал­тири Сле­до­ван­ной. Кроме утрени, кондак чита­ется на часах, поется на литур­гии, а в празд­ники с вели­ким сла­во­сло­вием и поли­е­леем — на пове­че­рии.

Совре­мен­ное нам бого­слу­же­ние сохра­нило пол­но­стью весь кондак только в чине отпе­ва­ния свя­щен­ни­ков (при том что отдель­ный чин отпе­ва­ния свя­щен­ни­ков появился только в XV веке). Обыч­ный кондак (кукуль) «Со свя­тыми упокой…» здесь сопро­вож­да­ется не одним только икосом «Сам Един еси без­смерт­ный…», но всеми 24. Кроме того, кондак с четырьмя неболь­шими ико­сами при­сут­ствует в Триоди Пост­ной в неделю сыро­пуст­ную.

***

архи­манд­рит Киприан Керн

«Кондак, в его тепе­реш­нем облике и объеме – неболь­шое пес­но­пе­ние в одну-две строфы, очень похо­жее на тро­парь и даже у рус­ских поемое по тро­пар­ной мело­дии и поме­ща­е­мое после 6‑ой или после 3‑ей песни канона. Оно повто­ря­ется и на литур­гии, и на пове­че­рии. Совсем иное пред­став­лял собою кондак по своему про­ис­хож­де­нию и древ­нему упо­треб­ле­нию. Исто­рия его поучи­тельна, хотя и не вполне еще изу­чена.

Самое слово «кондак» – κόντάκιον неко­то­рые про­из­во­дят от κόνταζ (как его умень­ши­тель­ное) – «копье»; но веро­ят­нее про­из­во­дить его от κοντός – палочка, на кото­рую нама­ты­вался свиток пер­га­мента, назы­вав­шийся ίλητάριον. Сбор­ники та­ких «конда­ков» назы­ва­ются конда­ка­ри­ями.

Но если в наших совре­мен­ных бого­слу­жеб­ных книгах это пес­но­пе­ние зани­мает самое скром­ное место и теря­ется в обшир­ных песнях канона, то в древ­но­сти, до появ­ле­ния кано­нов, кондак зани­мал совер­шенно исклю­чи­тель­ное место в суточ­ном и годич­ном бого­слу­же­нии. Он вовсе не огра­ни­чи­вался одной стро­фой, а пред­став­лял собою само­сто­я­тель­ное и боль­шое поэ­ти­че­ское про­из­ве­де­ние, так сказ., целую бого­слов­скую поэму. Древ­ний кондак в его клас­си­че­ском облике – это цепь из 20–30 строф, посте­пенно раз­ви­ва­ю­щих одну общую тему. В этой поэме надо раз­ли­чать сле­ду­ю­щие состав­ные части: началь­ная строфа, κουκούλιον, напи­сан­ная одним, необыч­ным для всего про­из­ве­де­ния, раз­ме­ром; икосы, числом чаще всего 24, напи­сан­ные одним общим для всех их раз­ме­ром; припев, έφύμνιον, или άκροτελεύτιον, или άνακλώμενον в один-два стиха. Припев этот явля­ется послед­ней фразой всту­пи­тель­ной строфы, «кукуля». Ини­ци­алы всех строк, как икосов, так и кукуля, дают акро­стих, «крае­гра­не­сио». Икос, οίκος, по-гре­че­ски значит «дом». Как пока­зало науч­ное иссле­до­ва­ние, кондаки пер­во­на­чально про­ис­хож­де­ния сирий­ского; а по-сирий­ски «Deth» – дом – может озна­чать и строфа; точно также, как по-ита­льян­ски «Stanza» значит и строфа и ком­ната. Таким обра­зом, весь кондак фигу­рально упо­доб­ля­ется боль­шой постройке, чер­тогу, постро­ен­ному по осо­бому плану с мно­же­ством отдель­ных комнат.

Пре­да­ние свя­зы­вает про­ис­хож­де­ние конда­ков с именем преп. Романа Слад­ко­певца, совре­мен­ника импер. Ана­ста­сия I (491–518). Этот поэт был, пови­ди­мому, про­ис­хож­де­ния сирий­ского, родом из Верита (Бей­рута). Кондаки его пред­став­ляют сложно постро­ен­ную бого­слов­скую поэму. И дей­стви­тельно, кондаки Романа Слад­ко­певца во многом схожи с про­по­ве­дями. Так как их содер­жа­ние не было свя­зано ни с какой зара­нее данной темой, как это потом слу­чи­лось с кано­нами, при­вя­зан­ными по содер­жа­нию своих песен биб­лей­ским, то кондаки поз­во­ляли их автору сво­бодно раз­ви­вать свою тему. Твор­че­ское даро­ва­ние поэта сво­бодно созда­вало образы, раз­ви­вало основ­ную мысль празд­ника или жития дан­ного свя­того, бого­слов­ство­вало в стихах.

Со вре­ме­нем, под вли­я­нием вхо­див­шего в обиход канона, тоже литур­ги­че­ской поэмы, но уже с зара­нее дан­ными рам­ками для каждой песни, при­уро­чен­ными к песням биб­лей­ским, кондак посте­пенно стал усту­пать место новому облику цер­ков­ного пес­но­твор­че­ства и был им почти совер­шенно вытес­нен».

Наш тепе­реш­ний кондак, как уже ска­зано, мало чем отли­ча­ется от тро­паря. Дей­стви­тельно, при беглом на него взгляде, он, также как и тро­парь, гово­рит о данном празд­нике или святом. Это и неуди­ви­тельно, так как перед нами теперь только первая строфа, «кукуль», кото­рая дает только основ­ную тему, а все ее раз­ви­тие, весь бого­слов­ский и поэ­ти­че­ский узор исчез из вни­ма­ния совре­мен­ных бого­моль­цев. Но все же при более вни­ма­тель­ном срав­не­нии можно заме­тить и неко­то­рое раз­ли­чие. Как ука­зы­вает Ска­бал­ла­но­вич, кондак дает обычно другую сто­рону празд­ну­е­мого собы­тия, чем тро­парь: если тро­парь дает кар­тину внеш­ней сто­роны собы­тия, то кондак – внут­рен­ней или наобо­рот; кроме того, кондак это собы­тие изоб­ра­жает полнее. При­ме­ром могут послу­жить кондаки и тро­пари Рож­де­ства Хри­стова, Кре­ще­ния, Воз­не­се­ния, Пре­об­ра­же­ния.

Самые позд­ние по про­ис­хож­де­нию кондаки, это – кондаки и икосы вос­крес­ные. О них упо­ми­на­ется только в руко­пи­сях XI в., а нынеш­него своего места они не имеют в неко­то­рых руко­пи­сях и XVI в., как гово­рит Ска­бал­ла­но­вич. Этих вос­крес­ных конда­ков нет еще в Евер­ге­ти­дском уставе и в Сту­дий­ском. Их заме­нял тогда или кондак свя­того минеи, или седа­лен».

Литур­гика. Гим­но­гра­фия и эор­то­ло­гия.

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки