О проведении Великого поста

про­то­и­е­рей А. Мень

Оглав­ле­ние


Время вели­кого поста – время обнов­ле­ния, очи­ще­ния и, самое глав­ное, время под­го­товки к при­ня­тию Боже­ствен­ной исце­ля­ю­щей Бла­го­дати.

Но глав­ное Гос­подь гово­рит нам, что Он есть един­ствен­ные врата в цар­ство чистоты и света. Только обра­тив­шись к Нему, только в молитве найдя силу Его Бла­го­дати, мы можем с вами ожить, пре­об­ра­зиться, стать иными.

О про­ве­де­нии Вели­кого поста

Время Вели­кого поста спе­ци­ально дается Цер­ко­вью, чтобы мы могли собраться, сосре­до­то­читься и под­го­то­виться к встрече пас­халь­ных дней.

Вели­ким постом нужно поста­раться навер­стать упу­щен­ное, запол­нить про­белы в нашей духов­ной жизни, кото­рая так постра­дала от жиз­нен­ных неуря­диц, рас­се­ян­но­сти, лено­сти и про­чего.

Общие пра­вила

  1. Воз­дер­жа­ние от мясной пищи обя­за­тельно. Отно­си­тельно всего про­чего сле­дует уточ­нить с духов­ни­ком. Кроме того, хорошо избрать какую-нибудь житей­скую вещь и отка­заться от нее на эти дни, сохра­няя воз­дер­жа­ние до Пасхи.
  2. За время поста нужно про­честь все четыре Еван­ге­лия.
  3. Необ­хо­димо отка­заться от всех лишних встреч, дел — всего, что рас­се­и­вает. Отдых, разу­ме­ется, не отме­ня­ется, но виды его нужно избрать такие, кото­рые не нару­шали бы мир души (напри­мер, про­гулки, поездки за город и т.д.).
  4. Еже­дневно надо читать молитву св. Ефрема Сирина, жела­тельно меди­та­тивно, т.е. сосре­до­то­чи­ва­ясь мыслью на словах. Раз­мыш­лять нужно пре­иму­ще­ственно над одной частью (напри­мер, фраза «Гос­поди, Вла­дыко живота моего»; тема: Хри­стос как альфа и омега моей жизни, ее смысл, любовь и цель. Ощу­тить это хотя бы на корот­кое мгно­ве­ние).
  5. Кроме чтения молитвы св. Ефрема Сирина необ­хо­димо посвя­щать еже­дневно 10 минут (это мини­мум, а вообще-то жела­тельно пол­часа) — 5 минут утром и 5 минут вече­ром — молит­вен­ным раз­мыш­ле­ниям. Глав­ное — не про­пу­стить ни одного дня в тече­ние Вели­кого поста.
    Реко­мен­ду­ется во время молитвы выби­рать удоб­ное место, удоб­ное поло­же­ние тела, но при невоз­мож­но­сти этого отсту­пать не сле­дует. Раз­мыш­лять можно и на ходу, и на работе, и вече­ром, когда все уснут, и утром — одним словом, при­но­рав­ли­ва­ясь к обсто­я­тель­ствам. Весьма важно, чтобы ничто не «насе­дало», не вол­но­вала необ­хо­ди­мость срочно что-то сде­лать, не угне­тала слиш­ком силь­ная уста­лость. Перед нача­лом молит­вен­ного раз­мыш­ле­ния нужно пере­кре­ститься (если это про­ис­хо­дит дома) или мыс­ленно при­звать имя Божие; пону­дить себя отре­шиться от забот (это самое труд­ное), уси­лием воли поста­вить себя перед лицом Божиим; осо­знать, что, где бы мы ни были, мы всегда с Ним и перед Его лицом. После этого обра­щаем взгляд к иконе или к кресту (если мы не дома, полу­за­кры­ваем глаза и вызы­ваем образ креста). Нужно, чтобы все тело пришло в состо­я­ние покоя, дыха­ние не было уча­щен­ным, дви­же­ний не нужно (кроме крест­ного зна­ме­ния). После этого мыс­ленно про­из­но­сим фразу из молитвы или Еван­ге­лия (можно из лита­нии, ака­фи­ста, литур­гии — по выбору) и ста­ра­емся как можно дольше удер­жать ее в созна­нии, обду­мы­вая ее, погру­жа­ясь в глу­бину, ощущая ее мно­го­гран­ную связь со своей жизнью. Сна­чала это будет полу­чаться с трудом. Воз­можно, только на тре­тьей неделе дело пойдет лучше. Глав­ное — не надо отсту­пать. И так каждый день весь пост, по пять минут утром и пять — вече­ром. В край­нем случае время можно менять, но лучше избрать одно и то же. Не нужно удив­ляться и огор­чаться, ловя себя на рас­се­ян­но­сти, на неуме­нии сосре­до­то­читься: полезно счи­тать себя уче­ни­ком ново­на­чаль­ным, впер­вые при­сту­па­ю­щим к таким раз­мыш­ле­ниям. Список молит­вен­ных рече­ний для них хорошо соста­вить зара­нее на неделю. Надо ста­раться на про­тя­же­нии дня в сво­бод­ные от работы мгно­ве­ния воз­вра­щаться мыс­ленно к теме раз­мыш­ле­ний, как бы гото­вясь к встрече. Основ­ное усло­вие успеха — уста­нов­ле­ние внут­рен­ней тишины; это самое труд­ное в наш шумный век.
  6. После пяти­ми­нут­ного раз­мыш­ле­ния необ­хо­димо поси­деть или просто посто­ять молча и сосре­до­то­ченно, как бы при­слу­ши­ва­ясь к тишине, и потом с этой тиши­ной в сердце при­сту­пать к делам, ста­ра­ясь сохра­нить ее «звук» как можно дольше.
  7. Все вос­крес­ные дни во время Вели­кого поста обя­за­тельно посе­щать литур­гию, не опаз­ды­вая к службе. Перед служ­бой во время «часов» хорошо про­честь молитву:
    Верую, Гос­поди, но Ты утверди веру мою.
    Уповаю, Гос­поди,

    но Ты укрепи надежду мою.
    Я воз­лю­бил Тебя, Гос­поди,
    но Ты очисти любовь мою
    и вос­пла­мени ее.
    Сокру­ша­юсь, Гос­поди, но Ты сделай,
    да при­умножу пока­я­ние мое.
    Чту, Гос­поди, Тебя, Творца моего,
    воз­ды­хаю о Тебе, при­зы­ваю Тебя.
    Ты же направь меня муд­ро­стью Твоею,
    защити и укрепи.
    Предаю Тебе, Боже мой, помыш­ле­ния мои,
    да исхо­дят они от Тебя.
    Дела мои да будут во имя Твое,
    и жела­ния мои да будут в воле Твоей.
    Освети ум мой, укрепи волю,
    очисти тело, освяти душу.
    Да узрю мои пре­гре­ше­ния,
    да не пре­льщусь гор­до­стью,
    помоги мне побеж­дать иску­ше­ния.
    Да славлю Тебя во все дни жизни,
    кото­рую Ты даро­вал мне.
    Аминь.
    Частота при­ча­ще­ния уста­нав­ли­ва­ется вместе с духов­ни­ком, но зара­нее нужно гото­виться к общему при­ча­ще­нию в Вели­кий чет­верг, день Тайной Вечери.
  8. В дни поста осо­бенно важно уси­лить молитву за других. Не про­пус­кая ни одного случая, когда кто-то болен, нахо­дится в унынии, испы­ты­вает труд­но­сти, надо немед­ленно за него помо­литься, сколько хва­тает сил и вре­мени.
  9. Нужно соста­вить список особо чтимых святых и в тече­ние поста чаще обра­щаться к ним, как к живым, как к помощ­ни­кам и дру­зьям, ста­вить им свечи, молиться перед их ико­нами.
  10. Надо осте­ре­гаться нерав­но­мер­но­сти: взле­тов и срывов. Именно от этого будут предо­хра­нять спо­кой­ные и систе­ма­ти­че­ские молит­вен­ные раз­мыш­ле­ния. Сле­дует одер­ги­вать себя при про­яв­ле­ниях излиш­него духов­ного вос­торга, помня, как часто в нем участ­вует не дух, а страсть. Это помо­гает убе­речься и от про­ва­лов.

Недели поста

ПЕРВАЯ СЕД­МИЦА (НЕДЕЛЯ)

Про­во­дим сле­ду­ю­щий цикл молит­вен­ных раз­мыш­ле­ний:

1‑й день. День Еккле­си­а­ста

Раз­мыш­ле­ние о тщете всего зем­ного: чело­век на вер­шине славы, мно­гого добился, а умрет, как все, порой — тяже­лее. К чему все это было? Одни шли по трупам, другие уби­вали свою душу, а в итоге — ничто. Про­чтем: «Кая житей­ская сла­дость…» (в чине отпе­ва­ния). Почет, любовь, слава, здо­ро­вье — как все это (без духов­ной жизни) ничтожно и пусто! Все нис­па­дает, как водо­пад, в смерть. На всем печать несо­вер­шен­ства. Все, за чем мы бежим, за что мы цеп­ля­емся — дым и пыль. Все — бес­смыс­лица, и бес­смыс­лица страш­ная, зло­ве­щая (Камю, Кафка).

2‑й день. «Из глу­бины воз­звах»: Пс 130 (129)

Как много я послу­жил разным идолам, как много иллю­зий и сует­но­сти в моей жизни. Как страстно я при­ла­гаю сердце к вещам, кото­рые не могу удер­жать. Я не отда­вал себе отчета в своем често­лю­бии, тще­сла­вии, сует­но­сти, а теперь вижу, какие низкие мотивы дви­гали мной, как глу­боко я погру­зился в яму. Я бес­си­лен что-либо с собой сде­лать. Я обре­чен уже при жизни быть в аду — в аду несбыв­шихся жела­ний, в раб­стве стихии плоти и греха гор­дыни. Я — полное ничто­же­ство. И это не «уни­чи­же­ние паче гор­до­сти», а чест­ный взгляд на себя. Вспом­ним наши сны, гово­ря­щие нередко о тая­щихся в нас диких жела­ниях, на кото­рые мы закры­ваем глаза. При­знаем, что мы не можем управ­лять соб­ствен­ной сти­хией.

3‑й день. Благая Весть

Но выход есть и спа­се­ние есть, оно открыто для меня, если я еще раз совершу обра­ще­ние ко Христу… Хри­стос есть наша Благая Весть, Он родился для меня, чтобы я мог ожить и исце­литься. Он учил меня, Он открыл в Себе Бога для меня, Бога Спа­си­теля. Только с Его помо­щью я могу под­няться на ноги.

4‑й день. Исце­ле­ние

Хри­стос дает мне исце­ле­ние Своей смер­тью. Его Крест и Кровь были для меня, для всех нас, кто не в силах выйти на верный путь, хотя видит его. Он указал нам Путь (Нагор­ная про­по­ведь), Истину (Бог идет навстречу нам) и Жизнь (жизнь с Ним).

5‑й день. Бла­го­да­ре­ние

Я посте­пенно оживаю. Я бес­ко­нечно бла­го­дарю Его за то, что Он про­тя­ги­вает мне руку. И теперь нет конца моему бла­го­да­ре­нию за все: за жизнь, за спа­се­ние, за радость, за испы­та­ния, за людей, за мир, за каждую мелочь — все от Бога. Я откры­ваю двери дома, ожидая, что Он войдет под кров моей души…

6‑й день. Про­верка сове­сти

Но я должен под­го­то­вить свой дом, осмот­реть его, ожидая при­хода Гостя. Я беру в руки све­тиль­ник Его запо­ве­дей и осве­щаю темные углы. Всюду пыль, грязь, хлам — чем больше осве­щаю, тем мрач­нее кар­тина. Но не буду отча­и­ваться, начну тер­пе­ли­вую уборку. Про­верю совесть по Десяти Запо­ве­дям, по Нагор­ной про­по­веди, после­до­ва­тельно и не торо­пясь. Это моя под­го­товка к испо­веди. В вос­кре­се­нье много народу в храме, поэтому испо­ведь будет общей. Надо, сле­до­ва­тельно, обду­мать все зара­нее, чтобы в Церкви при­не­сти лишь общее пока­я­ние.

7‑й день. При­ча­ще­ние

День сугу­бого бла­го­да­ре­ния. При­но­сим Богу обет испол­нить нечто во имя Его, в знак нашей бла­го­дар­но­сти.

ВТОРАЯ СЕД­МИЦА

Неделя Тор­же­ства Пра­во­сла­вия

В эту неделю кроме общих духов­ных упраж­не­ний обя­зу­юсь сде­лать что-нибудь для церкви (уборка, пение, свечи, дело духов­ного про­све­ще­ния или что-нибудь другое).

ТРЕТЬЯ СЕД­МИЦА

Неделя св. Гри­го­рия Паламы

Эта неделя посвя­ща­ется свя­тому-исих­асту (мол­чаль­нику). Даю обе­ща­ние в эту неделю не про­из­но­сить ни одного лиш­него слова. В хри­сти­ан­ских семьях здесь должен быть уговор. Кто одинок — пусть поста­ра­ется осу­ще­ствить это как может. Ника­ких бесед, даже хоро­ших, не говоря о ненуж­ных. Только то, что необ­хо­димо в быту. Гово­рят, что, когда насту­пает минута мол­ча­ния, то «про­ле­тает ангел». Так вот, наша задача — не отпус­кать его в эту неделю. Неко­то­рым мол­ча­ние будет трудно, но это пре­иму­ще­ственно оттого, что мы все слиш­ком говор­ливы. Кому очень тяжко будет, пусть примет его как крест и епи­ти­мью.

ЧЕТ­ВЕР­ТАЯ СЕД­МИЦА

Неделя Кре­сто­по­клон­ная

Посвя­ща­ется раз­мыш­ле­ниям о Кресте и зна­че­нии нашего кре­сто­но­ше­ния. Всякая тягота, если она встре­чает с нашей сто­роны отча­ян­ный про­тест, не явля­ется кре­стом. Кре­стом она ста­но­вится тогда, когда мы ста­ра­емся нести ее «с согла­сием», если не доб­ро­вольно.

ПЯТАЯ СЕД­МИЦА

Неделя св. Иоанна Лествич­ника

На духов­ной лест­нице самое опас­ное — это огля­ды­ваться и про­ве­рять, далеко ли под­нялся. Ника­кое «под­ве­де­ние итогов» здесь недо­пу­стимо. Ибо, если пре­успел, то немед­ленно появ­ля­ется само­до­воль­ство, кото­рое тут же сводит на нет все усилия. Надо счи­тать себя всегда на первой сту­пени: Бог в любой момент может пере­не­сти на деся­тую. Симп­то­мами полной неудачи явля­ются посто­янно подав­лен­ное настро­е­ние или резкие коле­ба­ния от экс­та­зов к упадку.

ШЕСТАЯ СЕД­МИЦА

Неделя св. Марии Еги­пет­ской

Св. Мария Еги­пет­ская являет нам образ пока­я­ния. Поста­ра­емся собраться и напи­сать пока­я­ние за всю жизнь. Будем строги к себе, ничего не про­пу­стим, загля­нем повсюду. Лаза­реву суб­боту хорошо посвя­тить раз­мыш­ле­нию о смерти.

«ДА ИСПРА­ВИТСЯ МОЛИТВА МОЯ…» (из про­по­ве­дей)

Пока­я­ние

Об избав­ле­нии от грехов

Во имя Отца и Сына и Свя­того Духа!

Вот снова запели всеми нами люби­мое пес­но­пе­ние, кото­рое начи­на­ется сло­вами: «Пока­я­ния отверзи ми двери, Жиз­но­да­вче», — при­бли­жа­ется время Вели­кого поста. Как после долгой дороги путник чув­ствует бли­зость воды, ощу­щает све­жесть реки, так и мы с вами при­бли­жа­емся к вели­кому очи­сти­тель­ному вре­мени. И каждый пост мы должны встре­чать так, как будто он послед­ний в нашей жизни.

Но что же может сде­лать чело­век? Какие усилия воли, какие ста­ра­ния могут изба­вить нас от гре­хов­но­сти? Мы с вами уже не дети и хорошо пони­маем, что они чаще всего бывают бес­по­лезны. Мы обычно воз­вра­ща­емся все к тем же мелким, нудным, повсе­днев­ным грехам, и все так же нас пожи­рают раз­дра­жи­тель­ность, уныние, мрач­ность, зависть, сует­ность, озлоб­лен­ность. Кто же нас выве­дет из тупика, выта­щит из болота, в кото­ром душа наша погря­зает и поги­бает? Нет у нас иной помощи и иного спа­се­ния, кроме Гос­пода Иисуса Христа, кроме Его любви — второй любви. Потому что первая нас создала, первая дала нам жизнь и мир; а вторая любовь Его, видя, что мы не спо­собны этими дарами вос­поль­зо­ваться, что мы все доброе обра­щаем во зло и живем во зле, вторая Его любовь нам про­тя­ги­вает руку и гово­рит: «Встань, спящий, про­бу­дись, про­бу­дись! Я, Гос­подь, к тебе пришел. Я умер, хотя бес­смер­тен, Я все испы­тал твое, кроме греха, чтобы быть с тобой рядом и тебя очи­стить и ожи­во­тво­рить. Вот перед твоими гла­зами Мой Крест, на кото­ром Я при­ни­маю твои стра­да­ния и твои грехи, чтобы ты очи­стился Моею бла­го­да­тью».

Кто верует Христу — тот спасен, кто при­зы­вает имя Иису­сово — тот спасен, кто идет за Гос­по­дом — тот спасен. Но для этого надо пойти за Ним, а для того, чтобы пойти, надо уви­деть, что мы недо­стойны, что мы не можем сами себя спасти — а для этого надо постичь пока­я­ние, то есть уви­деть себя прав­диво и честно. Поэтому мы молимся этой молит­вой — «Пока­я­ния отверзи ми двери, Жиз­но­да­вче», — ибо мы уже при­выкли ко всему, и двери пока­я­ния для нас закрыты. Нам кажется, что мы живем обычно, как и все, иногда, подобно фари­сею из притчи [см. Лк.18:9—14], гор­димся перед дру­гими и пре­воз­но­симся — но чем мы гор­димся? И сего­дня через еван­гель­скую притчу Цер­ковь при­зы­вает нас: «Встань, как мытарь, не думай о своих заслу­гах, о своей силе, о своих доб­ро­де­те­лях, а только встань, как он, и повтори: “Боже, мило­стив буди мне, греш­ному”».

из про­по­веди «Пока­я­ния отверзи ми двери, Жиз­но­да­вче».


Об иису­со­вой молитве

Между Твор­цом и тварью лежит бездна — как между абсо­лют­ным и услов­ным; ее нельзя пере­прыг­нуть ни логи­че­ски, ни бытий­ственно.

Но есть мост, кото­рый пере­ки­нут над этой без­дной. И почув­ство­вал этот мост Павел. Потому что он увидел Христа и внут­ренне с Ним соеди­нился, бес­ко­неч­ной любо­вью был к Нему при­ко­ван — так, что ему каза­лось, что он носит раны Хри­стовы на себе, что он с Ним вместе на кресте умирал и с Ним вос­крес. Он так и гово­рит: «Уже не я живу, но живет во мне Хри­стос… Вместе с Ним я умер и вместе с Ним я вос­стаю к жизни» [см. Гал.2:20; Рим.6:8]. Если с Богом нельзя слиться, то с Бого­че­ло­ве­ком можно, ибо Он при­над­ле­жит одно­вре­менно двум мирам: нашему и запре­дель­ному.

И на этом построен весь путь хри­сти­ан­ских мисти­ков, от Павла до сего­дняш­него дня.

Путь к Отцу — только через Сына.

«Аз есмь дверь», — гово­рит Хри­стос [ср. Ин.10:9]. Я есть дверь, врата в небо.

Повто­ряя раз­лич­ные молитвы, хри­сти­ан­ские подвиж­ники могут быть упо­доб­лены восточ­ным, индий­ским, кото­рые повто­ряют разные мантры. Здесь есть сход­ство и парал­лель. Но одна из глав­ных молитв хри­сти­ан­ского подвиж­ни­че­ства назы­ва­ется «Иису­со­вой молит­вой», где повто­ря­ется посто­янно имя Родив­ше­гося, Жив­шего на земле, Рас­пя­того и Вос­крес­шего.

И вот эта хри­сто­цен­трич­ность глав­ной хри­сти­ан­ской молитвы ради­кально отли­чает ее от всех осталь­ных меди­та­ций и мантр, потому что здесь про­ис­хо­дит встреча: не просто кон­цен­тра­ция мысли, не просто сосре­до­то­че­ние, не просто погру­же­ние в некий океан или бездну-духов­ность, а встреча лич­но­сти с Иису­сом Хри­стом, Кото­рый стоит над миром и в мире.

Мне вспо­ми­на­ется сти­хо­тво­ре­ние в прозе, напи­сан­ное Тур­ге­не­вым, — когда он стоял в дере­вен­ском храме и вдруг почув­ство­вал, что Хри­стос стоит рядом. Повер­нув­шись, он увидел обыч­ного чело­века. И потом, когда отвер­нулся, он опять почув­ство­вал, что Он здесь.

Это правда, оно так и есть. И Цер­ковь Хри­стова потому и суще­ствует и раз­ви­ва­ется, что Он стоит внутри нее.

из лекции «Хри­сти­ан­ство», про­чи­тан­ной 8 сен­тября 1990 г. в мос­ков­ском Доме тех­ники


О про­ще­нии ближ­них

Сего­дня нам напо­ми­нают о паде­нии Ада­мо­вом, о нашей общей гре­хов­но­сти, ибо Адам — это есть все мы с вами. Все мы отпали от Бога, все мы пошли своими путями. Все мы нахо­димся в непо­слу­ша­нии, в само­воль­ном блуж­да­нии, и все мы стоим перед Лицом Боже­ствен­ного мило­сер­дия. Как бы ни был грешен и слаб чело­век, если он захо­чет изме­нить свою жизнь, Гос­подь пошлет ему для этого силы.

Наша под­го­товка — в наших руках. Гос­подь Иисус гово­рит: «Если вы хотите, чтобы вас про­стил Отец Небес­ный, то и вы должны про­щать тем, кто вино­ват перед вами» [ср. Мф.6:14]. В самом деле, как это понятно, как это просто и логично! Можем ли мы гово­рить: «Гос­поди, забудь, изгладь, вычеркни», когда у нас в сердце сидит злоба, обе­ре­га­ется и охра­ня­ется зло­па­мят­ство? Нет, конечно. Поэтому сего­дня Цер­ковь при­зы­вает нас к про­ще­нию. Мы не можем жить друг с другом без про­ще­ния, ибо каждый чело­век всегда вино­ват перед дру­гими: муж перед женой, дети перед роди­те­лями, роди­тели перед детьми, соседи перед сосе­дями. Мы люди, живые люди, и если бы не умели про­щать друг друга, то весь мир пре­вра­тился бы в ад, хаос злобы.

И давайте начнем сего­дня. Давайте вспом­ним все то злое, что есть в нашей жизни, и оста­вим это за поро­гом Вели­кого поста. Я, конечно, знаю, что это трудно, но ведь это дело Божие, это призыв Хри­стов, ради этого стоит посту­питься собой. «Се время бла­го­при­ят­ное», — гово­рит нам Цер­ковь [ср. Пс.32(31), 5—6], а мы взы­ваем устами Псал­мо­певца: «Пока­я­ния отверзи ми двери, Жиз­но­да­вче». И научи меня каяться, научи меня видеть свои грехи, и не оставь меня тогда, когда я в отча­я­нии увижу, как велик их сонм, как велика их сила, как неодо­лима сила греха. Чтобы в тот момент, когда я скажу себе, что нет мне спа­се­ния, нет мне про­ще­ния, нет мне исце­ле­ния, — я узнал, что оно есть. Оно есть и дару­ется нам Духом Хри­сто­вым, Хри­стом Спа­си­те­лем, неви­димо при­сут­ству­ю­щим здесь, живу­щим среди нас, при­шед­шим в этот мир, чтобы ни один чело­век не погиб, но имел жизнь вечную [см. Ин.3:15].

из про­по­веди на Про­ще­ное вос­кре­се­нье


О молитве св. Ефрема Сирина

Каждый день Вели­кого поста, кроме суб­боты и вос­кре­се­нья, чита­ется молитва: «Гос­поди и Вла­дыко живота моего». Молитва эта напи­сана, по пре­да­нию, в IV веке в Сирии подвиж­ни­ком Мар-Афре­мом, или, как мы при­выкли его назы­вать, Ефре­мом Сири­ном — сири­а­ни­ном. Это был монах, поэт, бого­слов, один из слав­ных сынов сирий­ской Церкви, вошед­ший в миро­вую лите­ра­туру как зна­ме­ни­тый писа­тель.

Слова молитвы, довольно точно пере­дан­ные сти­хами Алек­сандра Сер­ге­е­вича [Пуш­кина], в пере­воде с сирий­ского звучат так на цер­ковно-сла­вян­ском: «Гос­поди и Вла­дыко живота моего», то есть: Вла­сте­лин моей жизни, Тот, Кто дал мне жизнь, Тот, Кто явля­ется цен­тром и сре­до­то­чием моей жизни. «Не дай мне духа празд­но­сти», то есть лено­сти, кото­рая, по ста­рин­ной посло­вице, — мать всех поро­ков. Невин­ная вроде вещь — леность, но она порож­дает очень много тем­ного, чер­ного.

«Уныние»… Хри­сти­ан­ство — радост­ное учение, и тот, кто уны­вает, — тот от него отхо­дит. Пре­по­доб­ный Сера­фим Саров­ский, вели­кий рус­ский святой начала XIX века, гово­рил: «Нет нам дороги уны­вать, ибо Хри­стос всех спас».

«Любо­на­ча­лие» — это значит вла­сто­лю­бие. Это есть у каж­дого; не думайте, что такие вещи, как культ лич­но­сти, — это только в поли­тике: это может быть и в семье, и в любом малом сооб­ще­стве. Каждый чело­век несет в себе зерна вот этих стрем­ле­ний: пода­вить волю дру­гого, заду­шить ее, под­чи­нить себе.

«Празд­но­сло­вие»… Я исклю­чаю детей: дети имеют право бол­тать, но до 15—16 лет. Когда дети бол­тают, они учатся обще­нию, они упраж­няют свой язык; но когда этим «детям» уже больше два­дцати, а иногда — больше сорока… Это значит: быть бес­по­щад­ным к своей жизни. Поду­майте (давайте будем чест­ными перед собой): сколько нам оста­лось жить всем? Совсем немного. Поэтому, я повто­ряю, мы должны ценить жизнь, любить тот дар, кото­рый Бог дал нам, и пом­нить, что в веч­ность мы унесем только то, что у нас будет в сердце. А празд­но­сло­вие, бол­товня — это страш­ное слово, это значит уби­вать время.

Далее в молитве ска­зано: «Дух же цело­муд­рия… тер­пе­ния и любви даруй мне, рабу Твоему». Цело­муд­рие — это чистота отно­ше­ний к миру и людям, цель­ность души, без раз­дво­ен­но­сти, без того, чтобы стра­сти тобою овла­дели.

«Сми­рен­но­муд­рие» — это значит муд­рость здра­вого чело­века. Сми­ре­ние здесь, в данном случае — это знать, чего ты сто́ишь на фоне веч­но­сти. Не раз­ду­вать себя, как лягушка в басне Кры­лова, — она же лоп­нула. Не надо раз­ду­вать, а надо знать свою цену. Муд­рость скром­но­сти — она необы­чайна, она пре­красна. Муд­рость скром­но­сти — это не уни­чи­же­ние паче гор­до­сти, а это здра­вость души. Вот вам пример. Когда чело­век начи­нает вооб­ра­жать о себе то, чего в нем нет, несколько дви­же­ний вперед — и уже мания вели­чия. Мания вели­чия — это пато­ло­ги­че­ское состо­я­ние, гор­дыня. Как только кто-нибудь заявит, что он пред­се­да­тель Совета мини­стров или Напо­леон, то его кладут в пси­хи­ат­ри­че­скую боль­ницу, а тот кто так не заяв­ляет, он не в боль­нице, но в душе-то думает, что он выше всех.

«Тер­пе­ние и любовь». Что такое тер­пе­ние? Фор­му­ли­рую кратко, чтобы вы запом­нили. Тер­пе­ние — это вовсе не состо­я­ние скота, кото­рый все терпит. Это не уни­же­ние чело­века — совсем нет. Это не ком­про­мисс со злом — ни в коем случае. Тер­пе­ние — это есть умение сохра­нять невоз­му­ти­мость духа в тех обсто­я­тель­ствах, кото­рые этой невоз­му­ти­мо­сти пре­пят­ствуют. Тер­пе­ние — это есть умение идти к цели, когда встре­ча­ются на пути раз­лич­ные пре­грады. Тер­пе­ние — это умение сохра­нять радост­ный дух, когда слиш­ком много печали. Тер­пе­ние есть победа и пре­одо­ле­ние, тер­пе­ние есть форма муже­ства — вот что такое насто­я­щее тер­пе­ние.

И нако­нец «любовь». Любовь — это высшее сча­стье чело­века, это спо­соб­ность нашей души быть откры­той, имма­нент­ной, как гово­рят фило­софы, внут­ренне откры­той для дру­гого чело­века. Когда вы едете в метро на эска­ла­торе, про­верьте себя, спо­собны вы любить или нет. Когда вы смот­рите на тех, кто едет по другую сто­рону, и вам про­тивно смот­реть на эти физио­но­мии — значит, все поры вашей души забиты и чув­ство любви у вас нахо­дится в эмбри­о­наль­ном состо­я­нии.

Но сила бла­го­дати Хри­сто­вой спо­собна чело­века пере­стра­и­вать таким обра­зом, чтобы он видел людей совер­шенно иначе, чтобы у него первой реак­цией была доб­ро­же­ла­тель­ность, чтобы он сразу видел кра­си­вое — в кра­си­вой жен­щине или муж­чине, оду­хо­тво­рен­ное — даже там, где другие не заме­чают; чтобы, видя стра­да­ю­щее лицо, он чув­ство­вал состра­да­ние, чтобы он был открыт. Вот такой чело­век счаст­лив всегда, потому что он в един­стве с людьми, он живет любо­вью.

И в конце молитвы ска­зано: «Ей, Гос­поди Царю (в пере­воде: Да, Гос­подь мой и Царь), даруй ми зрети моя пре­гре­ше­ния и не осуж­дати брата моего». Это вам понятно. Вели­кое исце­ле­ние от осуж­де­ния — это уметь кри­ти­ко­вать самого себя. Мы часто исклю­чи­тельно вни­ма­тельны, я бы сказал, наблю­да­тельны, и я бы еще сказал — пси­хо­ло­ги­че­ски изощ­ренны, когда речь идет о грехах соседа, о грехах дру­гого чело­века. Здесь мы про­яв­ляем мак­си­маль­ное знание всех мораль­ных запо­ве­дей и всех тон­ко­стей. Но мы высту­паем здесь в виде стро­гого судьи, не имея на то права, ибо то, в чем мы других людей осуж­даем, — в том вино­ваты и мы.

Вы меня спро­сите: а может, в этом есть при­ми­рен­че­ство, ком­про­мисс со злом? Ни в коем случае, нико­гда. Мы всегда должны назы­вать зло своим именем. Но чело­веку, впав­шему в этот грех, мы должны состра­дать.

Вот суть этой молитвы, кото­рая чита­ется каж­до­дневно Вели­ким постом с зем­ными покло­нами.

из лекции «Вели­кий Пост», про­чи­тан­ной 1 апреля 1989 г. в клубе «Крас­ная Пресня»


Бла­го­да­ре­ние

Об утрен­ней молитве

Утром, найдя хотя бы одну минуту среди обыч­ных, повсе­днев­ных дел и встав перед Его Ликом, ты почув­ству­ешь, как Он на тебя взи­рает с любо­вью и при­зы­вает тебя к труду. Бла­го­сло­ве­ние Божие с тобой в труде, каждую минуту жизни. Цар­ство Божие, кото­рое при­хо­дит в силе, водво­ря­ется в сердце, ибо Хри­стос сказал: «Цар­ство Божие внутри нас есть — возьми, пойди и пей живую воду Цар­ства Божия» [ср. Лк.17:21; Ин.4:10—14]. А мы стоим, как древ­ние изра­иль­тяне, у этого источ­ника, и вода нам кажется горь­кой, ибо нет у нас силы веры, кото­рая бы пре­вра­тила эту воду из горь­кой в живую. Горь­кая вода унылой, одно­об­раз­ной, полной моно­тон­ных трудов жизни течет и уходит в песок, и нет надежды, и нет про­блеска, и нет спа­се­ния — уныние, болезни, немощи, огор­че­ния, оже­сто­че­ние, холод­ность сердца, бес­смыс­лен­ность жизни — мерра (евр.), горь­кая вода нашего бытия без Креста Хри­стова.

Но если есть у нас Крест и если есть у нас вера, тогда все меня­ется, тогда каждый миг мы перед Лицом Его, и Он каса­ется нашего сердца. Только тогда зазву­чит молитва, без­молв­ная или сло­вес­ная — любая; она рвется из сердца бла­го­да­ре­нием, вос­хи­ще­нием любо­вью Божией, потому что с нами Гос­подь. Он к нам пришел и нас напол­нил Своею бла­го­да­тью — нас, непри­год­ных, немощ­ных и недо­стой­ных, посе­тил.

Живая вода Слова Божия, Креста Хри­стова течет к нам, чтобы нас вос­ста­но­вить, нас ожи­во­тво­рить и дать нам силы идти в даль­ней­ший путь.

из про­по­веди на Кре­сто­по­клон­ную неделю.


О Евха­ри­стии

Мы назы­ваем глав­ное наше бого­слу­же­ние Евха­ри­стией, бла­го­да­ре­нием. Бла­го­да­ре­ние — святое слово. И каждый чело­век с бла­го­род­ной душой не может не чув­ство­вать этого. Один фран­цуз­ский писа­тель, атеист, неза­долго до смерти гово­рил: «Я прожил пре­крас­ную жизнь, я не знаю, кого бла­го­да­рить, но я бла­го­дарю от всей души».

Для нас, хри­стиан, это есть бла­го­да­ре­ние Богу. Это самая бла­го­род­ная, самая воз­вы­шен­ная молитва, когда чело­век испол­нен высо­ких чувств и пони­мает, насколько неза­слу­женно он полу­чил уди­ви­тель­ный дар жизни, любви, дружбы, кра­соты, труда, разума — всего того, что делает жизнь насы­щен­ной и вели­ко­леп­ной. Даже (дар) испы­та­ний, даже труд­но­стей, кото­рые есть в жизни, потому что они зака­ляют под­линно креп­кую душу. Помните, у Пуш­кина: «Так тяжкий млат, дробя стекло, кует булат»? Так вот, бла­го­да­ре­ние — за все, а прежде всего — за то, что вечное, непо­сти­жи­мое, без­мер­ное вошло в нашу жизнь.

из лекции «Хра­мо­вое дей­ство как синтез искусств», про­чи­тан­ной 19 декабря 1989 г. в клубе «Крас­ная Пресня»


О бес­ко­рыст­ной молитве

Каждый из вас знает, что, когда у нас нет особой нужды, когда у нас все спо­койно, молитва наша начи­нает охла­де­вать, она еле теп­лится, нам надо понуж­дать себя встать на молитву. И наобо­рот: в отча­ян­ных обсто­я­тель­ствах, в болез­нях, в труд­но­стях, в испы­та­ниях — вот тут-то, когда гром грянул, мужик и пере­кре­стится. Значит, нас только нужда, как ока­зы­ва­ется, побуж­дает к молитве. Значит, если бы у нас было все бла­го­по­лучно, если бы Гос­подь дал нам все дары, о кото­рых обычно меч­тают люди: здо­ро­вье, успех, бла­го­по­лу­чие в семей­ной жизни, в работе — мы, может быть, тогда и молиться бы не стали? Мы бы, побла­го­да­рив Его холодно, рас­се­янно, быстро бы забыли об этом? Да, так бывает, и все мы знаем это по своему горь­кому опыту. Так бывает…

Но вот в псалме 26‑м, кото­рый часто повто­ряем — «Гос­подь про­све­ще­ние и Спа­си­тель мой: кого убоюсь я?» [ср. Пс.27 (26), 1] — ска­зано о людях, кото­рые искали Самого Гос­пода, потому что им уже ничего не нужно на земле. Вот самое глав­ное — воз­лю­бить Гос­пода Бога всем серд­цем своим, всем помыш­ле­нием своим, всею кре­по­стию своею. «Взы­щите Лица Моего», — гово­рит Гос­подь через Псал­мо­певца [ср. Пс.27 (26), 8]. Значит, «взы­щите не только даров Моих, кото­рые Я даю вам, а взы­щите Самого Меня». Любовь ко Христу есть основа нашей духов­ной жизни. Если этого не будет, мы будем, как языч­ники, кото­рые при­хо­дят полу­чить у своих богов то, что им сего­дня нужно.

Наша молитва должна очи­ститься от коры­сти. То, что мы просим, как дитя просит у матери, — так и нужно делать, но ведь дитя любит свою мать. Оно же не только тянется к руке, кото­рая дает пода­рок или что-нибудь нужное. Дитя тянется к самой матери, потому что она любит его и потому что у него есть любовь к той, кото­рая его родила и носила на руках.

И наша молитва должна быть именно такой! Не только дающую руку Гос­подню видеть и тянуться к ней, но и Самого Гос­пода видеть, Кото­рый всегда должен быть перед нами, — как бы рас­пя­тый перед нашим лицом.

из про­по­веди на неделю пре­по­доб­ной Марии Еги­пет­ской.


Про­ше­ние

О внут­рен­ней тишине

Второе вос­кре­се­нье Вели­кого поста Цер­ковь посвя­щает памяти свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы, покро­ви­теля хри­сти­ан­ских мол­чаль­ни­ков и молит­вен­ни­ков, кото­рых назы­вали в ста­рину без­молв­ни­ками, подвиж­ни­ками. Они ста­ра­лись сохра­нять тишину в сердце, скры­ва­ясь в дале­ких оби­те­лях на горе Афон, отре­зан­ные от всего мира морем, ска­лами. В пеще­рах, где они жили, многие живут и до сих пор. Почему же именно этого свя­того, покро­ви­теля мол­чаль­ни­ков, мы про­слав­ляем во дни Вели­кого поста? Потому, что именно в это время нам важно узнать и напом­нить себе о мол­ча­нии и без­мол­вии.

Какова наша жизнь? Она про­хо­дит в бес­ко­неч­ном шуме и суете. Весь быт совре­мен­ного чело­века сопро­вож­да­ется массой звуков окру­жа­ю­щей жизни. Чело­век, осо­бенно живу­щий в городе, посто­янно слышит шум: ревут авто­мо­били, идут толпы… Врачи гово­рят, что это раз­ру­шает здо­ро­вье. Но мы с вами будем гово­рить о другом. Это прежде всего рас­се­и­вает наше душев­ное сосре­до­то­че­ние. Многие из нас, ока­зав­шись на мгно­ве­ние в тишине, уже чув­ствуют себя неловко и неспо­койно: мы уже отвыкли от тишины, и вместе мы не можем спо­койно помол­чать. А сколько лишних слов!.. И вся эта сумя­тица и суета, пожи­ра­ю­щая нашу жизнь, не дает чело­веку обра­титься к себе, вспом­нить самое глав­ное. И это про­дол­жа­ется до послед­него нашего изды­ха­ния…

Иногда, когда болезнь жестко оста­но­вит наш бег, при­кует к постели и мы вдруг ока­жемся ото­рван­ными от все­об­щего бега, нам уда­ется побыть наедине с собой. В такие минуты мы начи­наем думать: «А для чего же мы жили? Куда бежали, чего ради торо­пи­лись?»

Голос Божий звучит всегда в тишине. Если вы хотите его услы­шать, поста­рай­тесь вырвать из суток хотя бы несколько мгно­ве­ний. Для этого нам Цер­ковь дает пра­вило: несколько минут почи­тать молитвы, прийти в себя и поду­мать, каков был мой про­шед­ший день, каков будет мой сле­ду­ю­щий день. Это важно, так важно…

Кто хочет узнать волю Божию, ищите тишины. Кто хочет собрать свои мысли и чув­ства, ищите тишины, потому что наши мысли и чув­ства раз­бе­га­ются, не под­чи­ня­ются нам. Мы живем всегда в рас­се­ян­но­сти, но истин­ная духов­ная жизнь чело­века про­ис­хо­дит только в собран­но­сти, внут­рен­нем уеди­не­нии. Надо собрать свои мысли и чув­ства в тихий очаг в глу­бине сердца, чтобы там насту­пило мол­ча­ние, в кото­ром Бог про­из­но­сит Свое слово, обра­щен­ное к тебе. Если мы не будем застав­лять, при­нуж­дать себя к мол­ча­нию, если мы оста­немся под­власт­ными житей­скому шуму, бес­ко­неч­ному бегу, то у нас вся жизнь прой­дет на поверх­но­сти, без глу­бины, без духов­но­сти, без насто­я­щей встречи с Гос­по­дом.

Вот для чего нам сего­дня напо­ми­нают о мол­чаль­ни­ках, вот почему сего­дня Цер­ковь при­зы­вает нас бороться с пусто­сло­вием, празд­но­сло­вием, напрас­ной бол­тов­ней, упо­треб­ле­нием дара языка во зло себе. «Положи, Гос­поди, хра­не­ние устам моим, и дверь ограж­де­ния о устах моих», — гово­рит нам Свя­щен­ное Писа­ние [ср. Пс.141(140), 3]. Вот об этом мы молимся, мы просим Гос­пода, а Он ждет от нас, чтобы и мы поучаст­во­вали, чтобы захо­тели этого, чтобы мы полу­чили дар Божий — мол­ча­ние в тишине Его бла­го­сло­ве­ния.

bз про­по­веди на неделю свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы.


О нис­по­сла­нии Свя­того Духа

«Вос­стань, спящий, и вос­кресни из мерт­вых, и вос­кре­сит тебя Хри­стос!» [ср. Еф.5:14]. Так пели хри­сти­ане с первых дней суще­ство­ва­ния Церкви. Этот призыв обра­щен и к нам, потому что душа наша спит глу­бо­ким тяжким сном: сном лено­сти, кос­но­сти, греха. И гово­рит нам Цер­ковь: «Да вос­кре­сит тебя Хри­стос!» Значит, не своей силой встань, а силой Хри­сто­вой.

Вели­кий пост есть то самое время, когда нужно услы­шать это слово, проснуться нако­нец. Может быть, целый год мы спали — день за днем идут так быстро, и мы не заме­чаем про­хо­дя­щего вре­мени. Почему не заме­чаем? Потому что дрем­лем, плывем по тече­нию, потому что мы осла­бели. Но Цер­ковь гово­рит нам: «Вос­стань, спящий, и вос­кресни из мерт­вых!» И душа наша, изъ­еден­ная гре­хами, мерт­вая, должна вос­крес­нуть.

Бывает, идешь по полю, видишь — стоит чело­век и машет руками. Под­хо­дишь ближе — а это, ока­зы­ва­ется, пугало: его поста­вили, чтобы отго­нять птиц от посева. Мерт­вая вещь — шапка, рубаха и палка. Вот и наша душа, кажется, вроде живет, а при­смот­ришься поближе — жизни нет: ни мыслей ясных, ни веры живой, ни чувств добрых — все оце­пе­нело, все покры­лось льдом. Чудесно, что Вели­кий пост сов­па­дает со вре­ме­нем весны, когда как бы мерт­вые дере­вья начи­нают ожи­вать, земля, покры­тая снегом, вот-вот откро­ется, и слово Церкви звучит нам: «Встань, спящий, и вос­кресни из мерт­вых, и вос­кре­сит тебя Хри­стос».

И вот тут-то мы пости­гаем самое глав­ное о вере нашей. Я спро­сил как-то одну жен­щину: «Ты веру­ю­щая? Пра­во­слав­ная?» «Да, — она гово­рит, — я хожу поми­нать своих покой­ни­ков». Так разве в этом наша вера? Конечно, надо поми­нать усоп­ших. Но ведь их поми­нают и языч­ники, и даже совсем неве­ру­ю­щие люди. Когда насту­пает вос­крес­ный или суб­бот­ний день, часто на клад­бище при­хо­дят толпы. Но все ли они пришли туда помо­литься? Значит, не это глав­ное в нашей вере. А что же глав­ное? У кого спро­сить? Кто даст нам ответ? А ответ ясный, един­ствен­ный, исхо­дя­щий из уст Хри­сто­вых, дру­гого ответа нет, все осталь­ное — ложь, чело­ве­че­ские заблуж­де­ния, чело­ве­че­ские пре­да­ния. Что же гово­рит нам Гос­подь? В чем суть веры нашей, кото­рая может нас под­нять, про­бу­дить и вос­кре­сить?

Когда книж­ник по имени Нико­дим захо­тел узнать, в чем суть веры Хри­сто­вой, он пришел к Самому Гос­поду. Нико­дим стес­нялся това­ри­щей, боялся люд­ских пере­су­дов и потому пришел к Нему ночью и спро­сил: «Как же жить?» И Гос­подь ему отве­тил: «Чтобы войти в Цар­ство Божие, надо родиться свыше — вновь родиться». Нико­дим сказал: «Как же я могу родиться? Я старый чело­век». Тогда Гос­подь ему отве­тил, что родиться нужно от воды и Духа. Вода — это кре­ще­ние, вступ­ле­ние в Цер­ковь, а Дух — это вера наша, кото­рая при­ни­мает силу Гос­пода [см. Ин.3:3–8].

Каждый из нас должен молиться о том, чтобы Гос­подь дал нам этот Дух, чтобы дал нам это рож­де­ние. «Кто не родится свыше, — гово­рит Гос­подь, — тот не войдет в Цар­ство Божие» [ср. Ин.3:3]. Кто не почув­ствует на себе Его руку, так и будет мерт­вым стоять в храме до конца своих дней и не услы­шит голоса Божия: «Встань, про­бу­дись, вос­стань, спящий!» Значит, дать нам жизнь может только один наш Гос­подь Спа­си­тель — силой Своего Духа. Но кому же Он эту силу пошлет? Тем, кто хочет, тем, кто просит, тем, кто молится, тем, кто взы­вает. Поэтому всех вас Цер­ковь при­зы­вает: «Моли­тесь, про­сите» [см. Мф.7:7; Мк.11:24; Лк.11:13; Ин.15:7; 1Ин.5:15].

Мы повто­ряем каждый день: «Прииди и все­лися в ны, и очисти ны от всякия скверны». Это мы просим, чтобы Гос­подь к нам пришел, и в нас вошел, и очи­стил нас от зла. Вот это и есть жизнь хри­сти­ан­ская, о кото­рой гово­рит пре­по­доб­ный Сера­фим: «Цель нашей жизни — обре­сти силу Духа Божия в сердце». Мы слабые? Да. Плохие? Да. Немощ­ные? Да. Косные, спящие, мерт­вые? Да! Но придет Гос­подь, про­бу­дит спя­щего и вос­кре­сит умер­шего.

из про­по­веди «Вос­стань, спящий…».


О ближ­них

Еже­днев­ная молитва друг за друга не должна быть просто пере­чис­ле­нием имен — это мы в церкви пере­чис­ляем имена ваши, мы ведь не знаем, за кого вы здесь моли­тесь. А когда вы моли­тесь сами за своих близ­ких, друзей, родных, за тех, кто нуж­да­ется, — моли­тесь по-насто­я­щему, с такой же настой­чи­во­стью, с какой стре­ми­лись вот те род­ствен­ники или друзья рас­слаб­лен­ного попасть в дом к Гос­поду [см. Мк.2:3–5; Лк.5:18–20].

Только стрем­ле­ние к Гос­поду, жела­ние при­кос­нуться к исце­ли­телю Христу может побе­дить. Вот сейчас пост, мы ста­ра­емся больше молиться, больше воз­дер­жи­ваться. Малое воз­дер­жа­ние в пище — это кро­шеч­ная, мик­ро­ско­пи­че­ская жертва Богу. Поста­ра­емся собраться с духом и при­не­сти Гос­поду молитву, на сей раз — друг за друга: не о себе, не о своем здо­ро­вье, успехе, бла­го­по­лу­чии, спа­се­нии, а о своих сест­рах и бра­тьях, о тех, кто дорог вашему сердцу, — о них сего­дня при­не­сите Гос­поду молитву, как учит нас Еван­ге­лие. О них помо­ли­тесь, чтобы их путь был бла­го­сло­вен, чтобы Гос­подь их под­дер­жал и встре­тил, — и тогда все мы, как бы дер­жась за руки этой молит­вой и любо­вью, будем под­ни­маться все выше и выше к Гос­поду. Вот глав­ное (а все осталь­ное при­ло­жится), вот самое суще­ствен­ное в нашей жизни. И тогда Иисус, видя веру нашу, скажет нам всем — и тем, за кото­рых мы моли­лись, и нам, за кото­рых они моли­лись, — скажет нам всем: «Чадо, про­бу­дись от своего сна и болезни, от рас­слаб­лен­но­сти, от духов­ного пара­лича, встань, тебе про­ща­ются твои грехи».

из про­по­веди на неделю свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы.


О нерав­но­ду­шии

Гос­подь гово­рит нам: «Мало про­из­но­сить слова “любовь”, “доб­рота”, “доб­ро­же­ла­тель­ство”. Любовь должна быть дей­ствен­ной, в чем-то про­яв­ляться в жизни». Так и апо­стол Павел гово­рит, что самое глав­ное в нашей жизни — это вера, дви­жи­мая любо­вью [см. Гал.5:6], вера дей­ству­ю­щая, неспя­щая, нерав­но­душ­ная. Навер­ное, тот свя­щен­ник и тот левит, цер­ков­но­слу­жи­тель, кото­рые в притче о добром Сама­ря­нине шли по дороге и видели лежа­щего ране­ного, счи­тали, что верят в Бога, но они были черст­выми и неми­ло­серд­ными: посмот­рели на чело­века, кото­рый взывал о помощи, и, не повер­нув­шись к нему, прошли мимо [см. Лк.10:31–32]. И это рав­но­ду­шие Гос­подь сурово осуж­дает. А бла­го­слов­ляет Он отзыв­чи­вость сердца — вот и весь закон Еван­ге­лия.

Поэтому будем про­сить у Гос­пода, чтобы Он дал нам сил, чтобы Он дал нам Свою печать Боже­ствен­ную в сердце, чтобы мы не оста­ва­лись рав­но­душ­ными, как вода, как камень, чтобы мы были живыми людьми, отзы­ва­ю­щи­мися на стра­да­ния и на нужду тех, кто нас окру­жает. И еще одно. В притче люди делятся на «черных» и «белых», а чаще всего бывает так, что в нас живет и «черный», и «белый», и рав­но­душ­ный, и отзыв­чи­вый, поэтому иногда раз­де­ле­ние и борьба про­ис­хо­дят в одном сердце чело­ве­че­ском. Так пусть же побе­дит в нас вот это «белое», свет­лое, доброе, любов­ное начало, чтобы мы услы­шали глас нашего Гос­пода: «При­и­дите, бла­го­сло­вен­ные Отца Моего, насле­дуйте Цар­ство, уго­то­ван­ное вам от созда­ния мира» [Мф.25:34].

из про­по­веди о Страш­ном суде.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки