профессор Петр Симонович Казанский

Преподобный Иосиф Волоколамский

Содержание

Преподобный Иосиф Волоколамский Писания преподобного Иосифа Волоколамского 1. Об источниках христианского учения 2. О Святой Троице 3. О воплощении Сына Божия 4. О почитании св. храмов и икон 5. О монашестве 6. Об общественной молитве 7. Краткое изложение обязанностей христианина  

 

Преподобный Иосиф Волоколамский1

Преподобный Иосиф Волоколамский родился 1440 г., ноября 12-го, в селе Язвище, близ города Волоколамска. Испрошенный у Бога молитвами своих благочестивых родителей, Иоанна и Марины,2 он при рождении назван был Иоанном. Семи лет отдан был Иоанн учиться грамоте в Волоколамский Крестовоздвиженский монастырь старцу Арсению. Пример иноков, самое место жительства и особенно благодать Божия возбудили в юной душе Иоанна сильное стремление к благочестивой и добродетельной жизни. В часы церковного богослужения, он с любовью и усердием посещал храм Божий; дома не занимался детскими играми, но большую часть времени проводил в молитве и чтении священных книг. С юности возлюбил он пост, и, почувствовав суетность мирских удовольствий, обратил свою мысль и сердце к вечному.

Из Крестовоздвиженского монастыря Иоанн перешел в монастырь Пресвятой Богородицы на Возьмище. Здесь он жил в особой кельи, приготовляясь молитвою и безмолвием к иноческой жизни, любовь к коей уже созрела в душе его. Сходство мыслей и единство желания сблизили его с другим юношей знатного рода Борисом Кутузовым.3 Вместе они начали трудиться на поприще благочестия, намереваясь принять сан иноческий. Так жил Иоанн до двадцатого года своего возраста. Желание принять иноческий сан укрепилось; но, опасаясь вступить на это поприще без руководителя, он молил Бога указать ему мудрого наставника.

Тогда славился своею добродетельною жизнью и духовною мудростью священноинок Варсонофий, живший в пустыне близ Саввина Тверского монастыря.4 Слух о его подвигах достиг до Иоанна. Положив обет – беспрекословно исполнять повеления старца, он тайно ушел в Обитель Саввы, чтобы удобнее пользоваться наставлениями Варсонофия. Игумен пригласил его с прочими посетителями Обители в трапезу. Здесь Иоанн услышал нескромные разговоры; с юности ненавидя сквернословие, он выбежал из трапезы и спешил к старцу Варсонофию. Открыв ему и свое желание иноческой жизни, и свой обет – беспрекословного повиновения, он просил у Варсонофия наставления для последующей жизни. Старец предложил ему идти к преподобному Пафнутию в Боровский монастырь. Иоанн повиновался, и с благословением старца и надеждою на Бога отправился в указанный ему путь.

Прошло уже шестнадцать лет,5 как препод. Пафнутий основал свой монастырь. Святость его жизни и мудрость управления привлекли к нему многих учеников. Устройство монастыря Пафнутьева было общежительное. Преп. Пафнутий, не смотря на преклонные лета (ему было 65 л.), разделял все труды с своими иноками. Когда Иоанн (1460 г. февр. 13 д.) пришел в монастырь, Пафнутий с братией таскал и обтесывал бревна, и прямо от работы, при первом звуке вечернего колокола, спешил в храм: это был первый урок для Иоанна! Падши к ногам старца, он умолял его именем Божиим причислить его, заблудшее овча, к своему стаду. Узнав намерение Иоанна и по дару благодати провидя душевную чистоту и свободное произволение отрока, Пафнутий в тот же день облек его в иноческий образ, нарекши Иосифом.

Иосиф отдан был под надзор одного благочестивого инока, и проходил послушание сначала в поварне, потом в хлебопекарне; после сего поручено было ему смотрение за болящей братией. С непоколебимым терпением и усердием Иосиф прислуживал им, исполняя желание каждого – питая и напояя, поднимая и постели устрояя, прохлаждая и всячески утешая, яко сам боля, и чисте всем работая, яко Христови самому служа.6 Когда число болящих братий уменьшилось, тогда Пафнутий принял Иосифа, как испытанного в различных послушаниях, в свою келью, и сделал его екклисиархом. С сего времени Иосиф находился под непосредственным руководством Пафнутия; пример преп. Пафнутия, наставления и дар проницания, без сомнения, много имели влияния на образование нравственного характера его ученика. Как строго должен был Иосиф бдеть над своими помыслами и хранить чистоту сердца, находясь при прозорливом старце! Преп. Пафнутий сам говорил, что может по лицу узнавать, если кто питает в душе какую-нибудь страсть, – и его прозорливость оправдывалась делами. Так, когда один новоначальный инок, согрешивший любострастным воззрением, и в душе уже раскаявшийся в своем поступке, пришел после сего к Пафнутию, – старец отвернулся от него. Огорченный инок рассказал Иосифу и свое падение и гнев старца; – Иосиф советовал ему покаяться во всем пред преподобным Пафнутием. – В другой раз один житель Волоколамска желал видеть Иосифа. Пафнутий приказал ему, накормив пришедшего, скорее отпустить его, потому что он злой человек, и после сказал удивленному ученику, что этот человек в молодости совершил убийство. – Пример преподобного Пафнутия внушал также Иосифу и твердую веру и упование на Бога,7 милосердие к нуждающимся, отвращение от всякой праздной беседы,8 любовь к чтению священных книг и усердие к внешним трудам. Преподобный Пафнутий не скрывал от него и таинственных осияний благодати, озарявшей его самого, и таким образом постепенно возводил своего послушного ученика до меры совершенства духовного. – Иногда старец давал поручения Иосифу и по внешним делам Обители.9

Во время пребывания в монастыре св. Пафнутия Иосиф призвал к иноческой жизни и своих родителей. Много молился он, чтоб внушил им Бог желание принять ангельский образ; потом открыл мысль свою Пафнутию, и с его благословения написал к своим родителям послание, в котором убеждал их к иноческой жизни. Они последовали его призыву. Отец Иосифа постригся в Пафнутиевом монастыре, и поселился в одной кельи с Иосифом. Около пятнадцати лет покорный сын служил своему отцу во всех душевных и телесных нуждах, подкреплял его советами и утешениями в скорбях, и прислуживал ему во время болезни. «И бысть, говорит жизнеописатель Иосифа, по Бозе отцу своему наставник и учитель и служитель присный во всем; молитвами помогая, и духовне утешая, и словеса Божественная прочитая, и на раму своею служа и нося со усердием, яко Богу, а не человеку». Равно и мать Иосифа Марина постриглась в женском монастыре святого Власия в городе Волоколамске, и тридцать лет провела в строгом посте и воздержании, – вкушая только хлеб и воду, и раздавая милостыню бедным. Вероятно, вместе с родителем вступили в Пафнутиев монастырь и братья Иосифа Вассиан и Акакий.

Преподобный Иосиф провел семнадцать лет в Обители преп. Пафнутия. Сей блаженный старец, провидя близкое отшествие свое к Богу, созвал братию и поручил ей избрать преемника ему в игуменстве. Братия предоставила дело сие его воле. Тогда Пафнутий предложил игуменство Иосифу. Долго отрицался смиренный Иосиф: «прости меня, отче святый, говорил он, яко выше силы моея, возлагаеши бремя неудобоносимо». Наконец после многих убеждений, не желая оказаться непокорным отцу своему духовному, Иосиф согласился на предложение Пафнутия. И по кончине преподобного (1477 г. мая 1-го), с согласия Великого Князя Иоанна Васильевича, был посвящен Митрополитом Геронтием в пресвитера и поставлен в игумена Пафнутьева Боровского монастыря.

Образ жизни иноков Пафнутьева монастыря не совсем соответствовал желаниям Иосифа; потому что устав общежительный не был соблюдаем ими во всей строгости. Иосифу хотелось, чтоб, по примеру древних общежительных монастырей, братия не имели совершенно никакой собственности, тем более, что это находил он согласным и с последним завещанием преп. Пафнутия, который заповедал ему улучшить некоторые обычаи в его Обители. Не зная еще, согласятся ли братия на его желание, он изведал прежде мысли семерых старейших иноков, и когда они были согласны с его намерением, предложил и прочим. Но прочие иноки с неудовольствием приняли такое предложение и отвергли его, как нововведение. Посему, желая удалиться от ропота и вместе изучить иноческую жизнь в других монастырях русских,10 Иосиф решился оставить на время свой монастырь и лично обозреть устройство других Обителей. Спутником себе избрал он инока своего монастыря – Герасима Черного. Скрывая свой сан, назвался его учеником, облекся в худые, нищенские одежды, и тайно вышел из монастыря.

Посетив разные Обители, Иосиф прибыл в Кириллов Белоозерский монастырь.11 Здесь общежительный устав, начертанный препод. Кириллом, сохранялся во всей строгости. У братии все было общее, и пища и одежда; собственности у них никакой не было: послушание было совершенное, так что без благословения старца не делалось ни малейшего дела; во храме иноки вели себя благоговейно, каждый стоял на своем месте погруженный в молитву, за трапезою безмолвно внимали чтению душеспасительных книг. Прибыв в сей монастырь, Иосиф дал вид, что хочет поступить в него, как новоотрекшийся от мира, принял на себя послушание в хлебопекарне монастырской: между тем старался точнее узнать устав св. Кирилла, и беседовал со старцами, более прочих знакомыми с его преданиями. В монастыре Кирилла Преподобный нашел тот порядок, который желал он учредить в своей Обители,12 и пробыл здесь довольно времени, пока случайно не был открыт его сан.13 Избегая почтения от иноков и жалея об утрате неизвестности, Иосиф оставил Обитель Кирилла и отправился в Саввин Тверской монастырь. Здесь уже не застал он в живых Савву и Варсонофия; но устав их еще сохранялся.14 Впрочем Иосиф не долго остался здесь. Когда игумен, узнав искусство Иосифа в чтении, хотел оставить его у себя, он скрылся оттуда.15 Иосиф был также в Савватиевой пустыни, где жил дивный инок Евфросин.16 Он видел и преподобного Макария Колязинского, у которого в новооснованном монастыре житие было столь совершенно, что старец Митрофан, проведший девять лет на Афоне, называл иноков Макария равными по жизни инокам афонским. Но из всех монастырей Иосифу более нравился, по своему уставу и жизни братии, монастырь Кириллов.

По обозрении монастырей, Иосиф возвратился в свой Пафнутиев монастырь, где братия, соскучившись его продолжительным отсутствием, просили уже себе у Великого Князя другого настоятеля. Не желая возбуждать в них неудовольствия введением правил общежительных во всей их строгости, Иосиф решился оставить навсегда Пафнутиев монастырь, и основать свою Обитель, устроив её по своему желанию. Для сего с семью преданными ему иноками он удалился в знакомые ему леса волоколамские.

Князь Волоколамский Борис Васильевич, давно слышавший о добродетелях Преподобного, узнав о прибытии его в пределы волоколамские, отдал в полную его волю выбрать место для Обители.17 Место, избранное Иосифом по некоторым знамениям свыше, представляло все выгоды для уединенной Обители. Здесь протекала небольшая речка Струга, вливающаяся в Сестрь. Кругом стоял сосновый лес. На избранном месте Иосиф с братией поставил св. крест и образ Пресвятой Богородицы Одигитрии, и начал рубить лес для построения церкви и келий.18 Чрез князя Бориса, он выпросил у архиепископа новгородского благословение на построение церкви, и 6 июня 1479 г. заложена была церковь. Князь сам вместе с Иосифом положил первое бревно в её основание, и 15 августа был освящен храм в честь Успения Богоматери.

Между тем Иосиф с братией не переставал трудиться, строил кельи, службы, трапезу, поварню и хлебню. По благословению Божию число братий постоянно умножалось; частью приходили к Иосифу иноки из Пафнутьева монастыря, частью вновь постригались люди всякого звания. Вступая под руководство Иосифа, они жертвовали своим имением на устроение Обители. Много благодетельствовал монастырю и князь Борис Васильевич; он наделил Обитель Иосифову селами, землями и различными угодьями.19 Равно и другие князья, бояре и купцы присылали свои вспоможения новоустрояемому монастырю. При помощи сих благотворений, Иосиф в 1485 г. выстроил каменный храм в честь Успения Богоматери, который и был расписан лучшими живописцами.20 В 1504 г. заложил он теплую трапезную церковь во имя Богоявления Господня, потом воздвиг колокольню, и под нею устроил храм во имя Пресвятой Богородицы Одигитрии.

Вместе с улучшением внешнего вида Обители приходило в лучший порядок и внутреннее устройство монастыря. Иосиф для того оставил Пафнутиев монастырь, и переселился в пределы Волоколамска, чтоб устроить общее житие в древнем его виде. Но при самом основании своего монастыря он не мог сделать сего: «Поелику, – говорит он в своей духовной грамоте, – тогда было еще начало; не было ни старейшей, ни меньшей братии; не кому было давать приказания, не кому и принимать. Притом была и скудость многая в пище и питии, одежде и обуви и самых кельях, где должно жить, а работы были непрестанные и труды всяческие: мы желали только одного, чтобы число братии умножалось и снисходили по премногу немощам их».21 Но когда число братии возросло уже до ста человек, и удовлетворение внешних нужд обеспечено было обильными вкладами, тогда Иосиф учредил порядок общежительных монастырей, имея образцом для себя преимущественно устав Кириллова Белоезерского монастыря.

По правилу преп. Иосифа у братии должно быть все общее: одежда, обувь, пища, питие; никто из братии без благословения настоятеля не мог взять в келью ни малейшей вещи; не должен был ничего есть и пить особенно; хмельные напитки не только не позволялось держать в монастыре, но запрещалось привозить приезжающим и на гостиницу. К Божественной службе должно было являться по первому благовесту, и занимать в храме определенное для каждого место; переходить с места на место или разговаривать во время службы запрещалось. После литургии все должны были идти в трапезу, вкушать пищу безмолвно и внимать чтению.22 В свободное от службы время братия должны были или участвовать в общих работах, или, сидя по кельям, заниматься рукодельем. После повечерия не позволялось останавливаться на монастыре, или сходиться, по каждый должен был идти в свою келью, и потом, по окончании дня, исповедоваться отцу своему духовному, в чем кто согрешил в течение дня. Женщинам и детям запрещен был вход в монастырь, а братии – всякая беседа с ними. Без благословения никто не мог выходить за ворота. Для управления монастырем учрежден был совет из старцев.

Под руководством препод. Иосифа братия подвизались усердно на поприще иноческой жизни. Все время было посвящено молитве или трудам телесным. Пища была самая простая; все носили худые одежды, обувь из лык, переносили и зной и хлад с благодушием; не было между ними смеха и празднословия, но видны были постоянные слезы и сокрушения. В кельях своих братия ничего не имели, кроме икон, книг божественных и худых риз, а потому у дверей келий и не было запоров. Кроме исправления обыкновенного правила монашеского, иной полагал еще по тысяче, другой по две и по три тысячи поклонов в день. Для большего самоумерщвления иной носил железную броню, другой – тяжелые вериги, третий – острую власяницу. Большая часть ночи проходила в молитве. Сну предавались на короткое время, иной сидя, иной стоя. И все такие подвиги предпринимались не самовольно, но с благословения препод. Иосифа. Таким образом послушание освящало их и любовь увенчивала. Каждый готов был помочь телесным и душевным нуждам своего брата.23 Знаменитость происхождения, мирская слава и богатства за вратами Обители были забываемы. Приходил ли в монастырь нищий или богач, раб или вельможа, – они равны были; на каждого возлагались одинакие труды, и почесть отдаваема была только тем, которые более подвизались и преуспевали на поприще иноческих подвигов.

Некоторые, не вынося строгости такой жизни оставляли монастырь. Но много в Обители Иосифа образовалось великих подвижников, и некоторые из пустыни Иосифа перешли потом на святительские кафедры Русской Церкви. Митрополит Московский Даниил, Ростовский Архиепископ Вассиан 1І-й, брат Иосифа; Епископы: Смоленский Савва Слепушкин, Коломенский Вассиан Топорков, Тверской Акакий, Крутицкие Савва Черный, Нифонт и другие, были постриженики Иосифа.24

Из простых иноков замечательны по своей жизни Герасим Черный и Кассиан Босой, пришедшие с Иосифом из Пафнутьева монастыря. Герасим Черный, строгий постник, жил в последствии вне Обители, в затворе, занимаясь молитвою и рукоделием. Одним из главных его занятий было списывание книг.25 Кассиан Босой ни летом, ни зимой не носил обуви, не знал меховой одежды; он так изнурял себя постом, что препод. Иосиф находил нужным умерять его подвиг. Отличаясь особенно любовью и опытностью в рассмотрении духовных состояний, он был отцом для братии. Великий Князь Василий Иоаннович так уважал сего старца, что избрал его в восприемники своего сына Иоанна от купели.26

Между пострижениками Иосифа известен также по жизни добродетельной – Иона Голова, в мире бывший приставником у детей князя Бориса. В одно время он не досмотрел за князем Феодором, который упал и повредил себе язык. Избегая гнева князя, он удалился, как в тихое пристанище, в Обитель Иосифа, постригся в монашество и проходил самые тяжелые послушания, непрестанно пребывая в трудах и молитве. Непрестанное сокрушение и смирение наделили его обильным даром слез, а любовь и святость жизни привлекали к нему всех. Проходящие мимо Обители воины брали хлеб, который он пек, на благословение, а больные – для исцеления. – Ему отдался в послушание племянник его, юный Епифаний, оставивший двор князя Бориса, и убежавший от похвалы человеческой, чтоб удостоиться благословения Божия. Шесть лет провел он в беспрекословном повиновении своему духовному отцу, подвизаясь в молитве; никакое обидное слово не могло вызвать с его стороны гнева и ропота. Чрез 14 лет по кончине Епифания, тело его найдено было нетленным. – Славился также своим благочестием Дионисий, из рода князей Звенигородских; он исправлял послушание в хлебопекарне за двоих братий, и каждый день прочитывал по 77 псалмов и полагал по 3000 поклонов. Но любя уединение, он выпросил себе у Иосифа позволение идти на Белоозеро к Нилу Сорскому.27 С ним удалился туда и другой знаменитый инок Иосифова монастыря – Нил Полев.28 Руководству Иосифа предался и один из рода князей Ростовских Андрей Голенин. Еще будучи мирянином, он душевно был привязан к Иосифу, любил слушать его наставления, и по оным устроял свою жизнь. В одно время, отправившись на охоту, он заехал в монастырь Иосифа, взошел в церковь, где совершалась Божественная служба, и, пав к ногам Иосифа, умолял его немедленно постричь в монашество, повторяя, что он не выйдет из храма, пока не исполнится его желание. И тут же, свергнув с себя драгоценную одежду, облекся в грубую власяницу инока, и получил при пострижении имя Арсения. Свое имение он отдал монастырю, слуг отпустил на свободу. Отданный в послушание Ионе Голове, он разделял с братией все труды, держал чреду в поварне и хлебопекарне, ходил за больными; никогда не видали его праздным; одежду носил он одинакую с братией, и питался тою же пищею.29

Сам Иосиф во всем был примером для братии. Прежде всех приходил он в храм Божий, пел и читал на клиросе, говорил поучения, и после всех выходил из храма. Была ли общая работа для братии, он спешил и здесь предварить всех; трудился, как последний из братии; носил такую убогую одежду, что часто его не узнавали; изнурял себя постом и бдением; вкушая пищу большею частью только через день, и проводя ночи в молитве. Но не видали его никогда дряхлым, или изнемогающим; всегда лицо его было светло, отражая душевную его чистоту. С любовью помогал он братии во всех их нуждах; особенное внимание обращал на их душевное состояние, подавал мудрые советы, и силу слова подкреплял усердною молитвою к Богу о спасении ему вверенных. Когда кто из братии боялся, или стыдился открывать ему свои помыслы, Иосиф, провидя внутренние помышления, сам заводил беседу о них, и подавал нужные советы. Ночью тайно обходил он кельи, чтобы видеть, чем кто занимается, и если слышал где разговор после повечерия, то ударял в окно, показывая свой надзор. Во время одного из таких обозрений заметил он, что кто-то крадет жито из монастырской житницы. Увидя Иосифа, тать хотел бежать, но Иосиф остановил его, сам насыпал ему мешок жита и отпустил с миром, обещаясь вперед снабжать его хлебом.30

Благодетельное влияние Иосифа не ограничивалось одним монастырем, но распространялось на всю Волокскую область. Слава добродетельной жизни Иосифа, мудрость его наставлений, подкрепляемых свидетельствами Писания и Отцов Церкви, сила слова его привлекали к нему многих. Князь Волоколамский Борис часто посещал его, открывал ему свою душу, и руководствовался в жизни его благочестивыми советами. Сын его Иоанн был крестник и духовный сын Иосифа. Вельможи и высшие сановники считали для себя за счастье удостоиться беседы с Иосифом, избирали его себе в духовного отца,31 с любовью исполняли его советы и исправляли жизнь свою по его указанию. Женщины, не имея возможности лично пользоваться наставлениями Иосифа,32 спрашивали его советов письменно, или чрез своих духовников.

От внимания препод. Иосифа не укрывалось жестокое обращение господ со своими слугами. Всею силою христианских убеждений он старался внушить господам любовь и сострадание. «Доходит до меня слух, – писал он к одному вельможе, – будто ты весьма не милосерд и не жалостлив к своим слугам, будто они терпят великую нужду и скудость в телесных потребностях, страдают от голода и наготы. Поэтому я грешный, вспомнив твою веру к Пречистой и великие милости и любовь о Христе к нам нищим, осмелился напомнить тебе от Божественного Писания, как должно господину обращаться со своими рабами. – Св. Писание учит, – писал препод. Иосиф, – миловать их как братию, питать и одевать, заботиться о спасении душ их и наставлять их во всех благих делах. А горькая бедность доводит их до преступлений. Слово Божие страшным судом грозит тем жестокосердым, которые не заботятся о призрении и спасении подчиненных, и забывают, что все – создание Господне, все – плоть едина, все помазаны одним миром, и все в руке Господней, что Господь делает бедным, кого хочет, что все предстанем пред одним грозным Царем на нелицеприятном Его судилище, где жестокие будут осуждены на вечное мучение. Евангелие говорит: елика хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им (Мф. 7:12). Тебя Великий Князь пожаловал: нужно и тебе быть милостиву к твоей братии, за это получишь от Господа награду, уготованную милостивым».33

Убеждения Иосифа не оставались бесплодными. «Вся страна Волоцкая, говорит один из древних жизнеописателей препод. Иосифа34 к доброй жизни прелагашеся, тишины же и покоя наслаждашеся. И Иосифово имя, яко священие некое, во устех всех обношашеся». Иосиф помогал крестьянам не одними словами, но и делами. Имел ли кто из поселян нужду в семенах для посева, или лишался домашнего скота и земледельческих орудий, приходили к Иосифу, и он снабжал всем нужным. В один год, в Волоколамской области был голод. Не имея насущного пропитания, поселяне стеклись к Обители Иосифа, прося хлеба. В продолжение всего этого несчастного времени, Иосиф питал около семисот человек, кроме детей. Чтобы дать приют некоторым из них, и особенно детям, Иосиф построил подле монастыря странноприимницу и при ней церковь в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы, велел покоить болящих и страждущих, кормить всех бедных, поставил здесь особого строителя, и эта странноприимница получила название Богарадного монастыря. Когда истощились собственные средства монастыря; Иосиф, не смотря на ропот братии, делал займы и кормил бедных. В то же время убеждал и владетельных князей употребить свои меры для вспомоществования страждущим от голода.35 По устроению Промысла Божия, пожертвования препод. Иосифа в пользу бедных не остались без вознаграждения, для новых раздаяний бедным. Великий Князь Василий Иоаннович, лично удостоверившись в оскудении Обители, обильными дарами спешил вознаградить издержки. Братья Великого Князя: Симеон, Дмитрий и Юрий, также присылали от себя пожертвования в Обитель Иосифа.

Из сих князей особенно расположен был к препод. Иосифу Юрий Дмитровский, почитавший его, как духовного отца. Однажды Юрий Иванович36 оклеветан был пред своим братом в измене и намерении перейти в Литву. Уже грозила ему опала от Великого Князя. Припав к ногам старца Иосифа, Юрий умолял его дать совет, как поступить ему. Иосиф советовал искать примирения. Князь Юрий возложил на него ходатайство пред братом; потому что, по причине болезни, не мог сам ехать в Москву; и Иосиф отправил от лица своего ходатаями двух старцев: Кассиана и Иону, а в Обители велел молиться об успехе их ходатайства. Просьба иноков была принята с благодарностью; и Великий Князь с любовью встретил своего брата, явившегося к нему с изъявлением полной покорности.

Благодать Божия, почивавшая в сем угоднике, нередко видимым образом обнаруживала свое присутствие в чудотворениях и даре пророчества. Духовный сын Иосифа, князь Волокский Иван Борисович, сделавшись болен, велел себя везти в Обитель Иосифа. Жестокая болезнь быстро приближала его к смерти. Не напутствованный святыми Таинствами, он впал в смертный недуг; все оплакивали его, как умершего. Пламенная молитва Иосифа дала ему силу встать с одра смертного, принести покаяние и причаститься Святых Таин. После сего он сделал распоряжение касательно своего имущества, – и тогда уже скончался. – В другой раз, увидев одного бесноватого, пр. Иосиф велел привести его в церковь, поставить подле своего места, заставил его творить молитву Иисусову, и, присоединив к тому свою усердную молитву, изгнал из него нечистого духа. Некогда сидел он в своей кельи, и вдруг сказал брату, который у него прислуживал: «ныне, брат, за грехи наши под Оршею побито много православных». Это было в самый день оршанской битвы (8 сент. 1514 г.).

Преподобный Иосиф прославился не одними подвигами иноческими, но и ревностью о защите православия. В 1470 г. открылась в Новгороде, ересь жидовствующих, откуда она перешла в Москву и распространилась между духовными и светскими лицами. Иосиф явился самым ревностным противником и искоренителем сей пагубной ереси.

До нас дошло два изложения еретического учения жидовствующих. Одно, вероятно, современное37 первому Собору (1490 г.) на сих еретиков: другое – в книге препод. Иосифа, именуемой: Просветитель. Оба изложения согласны в том, что еретики отвергали Божество Господа нашего Иисуса Христа, называя Его простым человеком. Поэтому не уважали Таинств и постановлений христианской Церкви, отвергали почитание Святых, поклонение иконам, не соблюдали постов, осуждали монашество. Что касается до сходства с иудейскими мнениями, то в первом изложении замечено только, что еретики более держались Ветхого Завета и праздновали иудейскую пасху; а у преподоб. Иосифа прямо говорится, что они ожидали пришествия Мессии и потому учили, что нужно следовать закону Моисееву.38

Иосиф выступил на защиту православия уже тогда, как ересь была обличена Новгородским Архиепископом Геннадием, и осуждена сперва Митрополитом Геронтием, потом и Митрополитом Зосимою, (1490 г. 7 окт.). Не смотря на то, она имела еще многих приверженцев. Подозревали самого Зосиму в покровительстве еретикам. Дерзость их особенно усилилась после того, как народные ожидания, с 1492 годом, кончины мира рассеялись, и чрез это, как утверждали жидовствующие, Церковь будто бы теряла одно из оснований веры в Господа Иисуса, как в Мессию.39

Преподобный Иосиф вызван был на борьбу с еретиками Архиепископом Новгородским Геннадием. Геннадий давно находился с ним в частой переписке, и в знак своего доверия поручил ему заведование делами церковными и сбором церковных доходов с Волоколамской области, уделяя часть их Иосифову монастырю. Стесненный в своих действиях против еретиков покровительством ереси со стороны Митрополита Зосимы,40 Геннадий не мог выбрать себе лучшего помощника, как Иосифа, по его знанию Св. Писания и писаний Отеческих, по уважению, каким он пользовался везде за свою жизнь, и по его пламенной ревности к благочестию. Препод. Иосиф ревностно принялся за сие дело. Почитая еретиков за Иудеев, он издал несколько Слов, в которых доказывал, что обещанный миру Мессия явился в лице Иисуса Христа и есть Сын Божий по естеству, что воплощение Сына Божия для нашего спасения ничего не заключает в себе недостойного Бога и что, так как пришел Мессия, закон Моисеев должен быть отменен. Он также защищал почитание святых икон, достоинство Писания и важность писаний св. Отцов Церкви, на которые нападали еретики.

Приготовляя это оружие против еретиков, Иосиф прежде всего считал нужным позаботиться об удалении покровителя еретиков, Зосимы. С этою целью писал он к Нифонту, Епископу Суздальскому, другу своей юности, пользовавшемуся тогда всеобщим уважением.41 Указав на гибельное состояние Церкви, Иосиф умолял Нифонта стать крепко за Христа, Его Пречистую Матерь и все православное христианство, дабы своим примером возбудить ревность и в других. Представляя блаженную участь исповедников веры Христовой, убеждал его стоять за истину до крови. «С того времени, писал он, как воссияло солнце православия в земле нашей, у нас никогда не бывало такой ереси. Ныне и в домах, и на дорогах, и на рынке все – иноки и миряне с сомнением рассуждают о вере, основываясь не на учении Пророков, Апостолов и св. Отцов, а на словах еретиков отступников христианства; с ними дружатся, учатся от них жидовству. А от Митрополита еретики не выходят из дому, даже спят у него». Посему Иосиф убеждал пресечь всякое общение с лжепастырем, внушать и другим, чтоб они не приходили к нему и не принимали от него благословения. В заключение опровергал ложную мысль, что еретиков осуждать не должно. – Нам неизвестно, действовал ли Нифонт по совету препод. Иосифа, или нет: но мы знаем, что в 1494 г., мая 17 д., Зосима как бы добровольно оставил престол митрополии и удалился в Троицкий Сергиев монастырь.42

Но и по удалении Зосимы оставались покровители ереси. Между ними замечателен был великокняжеский дьяк Феодор Курицын. По его просьбе послан был в Новгородский Юрьев монастырь архимандритом некто Кассиан, державшийся того же учения жидовствующих. В нем новгородские еретики нашли себе сильную опору, завели у него тайные собрания, в которых ругались над святынею христианскою. Ревностный Геннадий издал в это время несколько сочинений в опровержение иудейства,43 и не без успеха употреблял свои средства против еретиков. Стесненные им еретики бежали в Литву и Германию.

Пр. Иосиф также писал к В. Князю против некоторых еретиков44 и лично просил Государя45 принять против них меры. Великий Князь обещался, – не скрывал, что знает о существовании ереси, – раскаивался в том, что прежде так слабо поступил с еретиками; говорил, что Митрополит и Епископы уже простили его в том; просил прощения у преподобного Иосифа. Иосиф отвечал, что ревностью в настоящем случае отчасти он может загладить прежние опущения. Но прошел целый год после этого разговора, а Великий Князь не принимал никаких мер против еретиков. Иосиф решился действовать на него чрез его духовника, архимандрита Андроникова монастыря, Митрофана, – писал к нему, чтобы он убедил Государя принять немедленно меры к искоренению ереси.46

Наконец Государь согласился на представления духовенства. По его повелению, в декабре 1504 г. открыт был в Москве второй Собор на жидовствующих. На сем Собор присутствовал по временам сам Государь, а более сын его Василий Иоаннович. Иосиф был также приглашен на этот Собор, и сильно обличал еретиков, дерзнувших пред Собором защищать свое лжеучение. По повелению В. Князя, главные начальники ереси были преданы смертной казни; другие, с отсечением языка, сосланы в заточение; иные просто разосланы по разным местам.47 Некоторые еретики, подвергавшиеся смертной казни, хотели избежать её раскаянием. Но пр. Иосиф, конечно, провидя, что прощением они воспользовались бы только для распространения зла, – представлял, что раскаяние, вынужденное страхом, не есть искреннее и правительство такого раскаяния не приняло.

После окончательного суда над жидовствующими, секта их постоянно ослабевала, хотя не вдруг еще истребилась. Долго не мог умолкнуть оказавшийся на самом Соборе ропот на определение смертной казни некоторым из еретиков,48 и ревнитель православия вновь должен был защищать свое мнение.49 Его настойчивость оправдывалась не прекращающимися усилиями оставшихся еретиков снова буйствовать по-прежнему. Вероятно, вследствие подобных покушений, чрез семь лет после Собора пр. Иосиф еще раз писал к В. Князю, чтобы он не дал погибнуть православному христианству от еретиков, и царским судом своим искоренил в конец злой плевел еретический.50 Этим заключаются действия пр. Иосифа против ереси новгородской, в которых он показал себя ревностным поборником православия.

Пр. Иосиф принимал участие и в других делах церковных своего времени. Так в 1500 г. он был на Соборе, рассуждавшем о том, позволительно ли монастырям владеть недвижимою собственностью. В решении сего вопроса он вместе с Серапионом, игуменом Троицким, старался согласить пользы Церкви и Государства.51 В 1503 г. он присутствовал на Соборе, рассуждавшем о том, какие меры принять к прекращению беспорядков, усматриваемых между вдовыми священниками и диаконами. Так как многие были недовольны определением Собора, по которому вдовым священнослужителям не позволялось священнодействовать, если не хотят постричься в монашество; то Иосиф доказывал, что прибавление сего нового определения к прежним правилам не есть нарушение церковного порядка, что и в древние времена Соборы по временам дополняли и исправляли прежние церковные определения.52

Не успел еще пр. Иосиф утешиться водворением мира в Церкви, для которого он так усердно трудился, как подвергся новым огорчениям в собственном своем монастыре. Главною причиною сих беспокойств был князь волоколамский Феодор Борисович. Он начал делать различные притеснения Иосифову монастырю. Во время приезда в монастырь требовал от игумена угощения, пиров и богатых подарков, брал под видом займа деньги, и не отдавал, собирал в свою пользу доходы с монастырских имений, грозил сечь кнутом монахов, когда они приходили к нему просить о возврате взятых у монастыря денег. Избегая неприятностей, пр. Иосиф хотел было совсем оставить свой монастырь и идти в другое место; но просьбы иноков и долг совести защищать свою Обитель от всяких обид заставили сердобольного настоятеля остаться в монастыре и просить заступления у Великого Князя Василия Иоанновича. Когда же и это не имело успеха, – князь Феодор не уважил и ходатайства великокняжеского; тогда Иосиф, по примеру некоторых других монастырей,53 решился перейти со своим монастырем под непосредственное покровительство Великого Князя.

Так как монастырь Волоколамский, по епархиальному управлению, был подчинен новгородскому архиепископу, то пр. Иосиф послал двух старцев просить на это дело благословения у архиепископа. Архиепископом в Новгород был тогда Серапион, незадолго пред тем возведенный в этот сан из игуменов Троицкого Сергиева монастыря (1506 г.). В Новгороде в то время свирепствовала язва.54 По повелению Государя, на время прекращено было всякое сообщение с этим городом, потому и посланные Иосифа должны были возвратиться назад, не видавшись с архиепископом. Тогда Иосиф решился исполнить свое намерение и без благословения архиепископа. Неоднократно он писал о своих делах к Митрополиту Московскому Симону и, потом прибыв сам в Москву, грамотой, писанною в виде духовного завещания, отдавал свой монастырь под покровительство Великого Князя.55 Василий Иоаннович, по соборному приговору, принял монастырь в свое заведование и дал ему несудимую грамоту.56

Переходом под покровительство Великого Князя пр. Иосиф освободил свой монастырь от притеснений князя волоколамского. Два года протекло в мире. Но недоброжелатели пр. Иосифа воспользовались сим случаем, чтоб восставить против него новгородского архиепископа. Серапион, недовольный тем, что Иосиф перешел из его епархии в другую, не получив на сие его благословения, еще более раздражаем был внушениями друзей князя волоколамского, которые представляли, что Великий Князь, приняв Иосифов монастырь в свое заведование, нарушил тем права архиепископа новогородского.57 Поэтому, когда пр. Иосиф, по прекращении язвы, послал к архиепископу с извинением в своем поступке, Серапион не принял посланных, и сам послал отлучительную грамоту на Иосифа. Преподобный был тяжко болен, когда пришла эта грамота. Но уважая власть своего прежнего архипастыря, не смотря на опасную болезнь, не дерзнул приступить к приобщению Св. Таин, дал знать об отлучении, на него наложенном от архиепископа новгородского, Митрополиту, Великому Князю и некоторым своим доброжелателям из вельмож. Великий Князь спрашивал Иосифа, как он думает поступить в этом случае для примирения с Серапионом? Получив от пр. Иосифа ответ, в котором он во всем полагался на волю Великого Князя,58 Василий Иоаннович тогда же отрешил святителя Серапиона от архиепископии, вызвал в Москву и заключил его в Андрониеве монастыре.59

В июле 1509 г. созван был Собор для рассмотрения сего дела, на который призван был и Серапион. Иосифа не было. Сначала прочтена была отлучительная грамота Серапиона на Иосифа, потом потребовали от него ответа: почему он отлучил Иосифа? Серапион указал на то, что Иосиф без его благословения перешел к Вел. Князю, и потому самовольно лишил князя Феодора монастыря, принадлежавшего к его владениям, и вместо того, чтобы терпеть, как прилично иноку, обиды от князя, который волен в своем монастыре, хочет грабит, хочет жалует, Иосиф искал покровительства у мирской власти. Серапиона спросили: почему он сделал это, не объяснившись с Митрополитом и Вел. Князем? Архиепископ отвечал, что он волен в своем чернице. Но это объяснение показалось недостаточным, и когда доказано было, что Серапион действовал по внушениям друзей князя волоколамского, то Иосифу дали разрешительную грамоту,60 а на Серапиона положили отлучение и приговором Собора объявили его лишенным престола архиепископии новгородской.

Спор сей между игуменом и архиепископом не мало причинил смущения между современниками. Пр. Иосиф сам писал о святителе Серапионе: «всем людям жаль его», и, извиняя его поступок наветами друзей князя волоколамского и неосмотрительностью, был уверен, что ему и на мысли того не бывало (то есть, чтобы подвергнуть Иосифа отлучению). Поэтому пр. Иосиф просил друзей своих, чтобы они позаботились объяснить законность его действования архиепископу, к которому он всегда питал уважение преимущественно пред всеми. И старанием обоюдных доброжелателей св. Серапион и пр. Иосиф примирились.61 Сам князь Феодор Борисович раскаялся в своем обращении с Иосифом и, когда умер, был положен в Иосифовом монастыре, отказав ему в духовном завещании одну из лучших своих волостей.62

Пользуясь расположением Великого Князя, пр. Иосиф последние годы своей жизни провел в мире. Но он подвергался тяжким и частым недугам. Пред концом жизни у него так ослабело зрение, что он с трудом видел, не мог ничего читать, едва мог ходить и в церковь, водимый и поддерживаемый братией. Чувствуя свою немощь и приближение к смерти, он вновь просил Вел. Князя охранять своим покровительством монастырь, насажденный его потом и трудами, и возращенный молитвами и слезами. «Божия, Государь, воля сталася надо мною грешным, – писал он к Вел. Князю, – послал Господь Бог немощь; уже, Государь, с одра не могу встать, а братии, Государь, ни духовно, ни телесно, ни монастырских дел не могу управить». Изобразив такое состояние своего здоровья, Преподобный просил избрать на его место иного настоятеля, но не из других монастырей, а одобрял для сего Вел. Князю старцев своей Обители. Не задолго пред кончиною, вероятно, в следствие соизволения Вел. Князя, он поручил братии избрать из среды себя преемника ему. Выбор пал на Даниила, старца, любившего нищету, пребывавшего в трудах, посте и молитвах. Пр. Иосиф утвердил сие избрание и после того часто беседовал со своим преемником об обязанностях его звания, завещавал ему поступать во всем по духовной грамоте, самим Преподобным написанной, а братии внушал иметь любовь и почтение к новому игумену.

В последние дни своей жизни пр. Иосиф принял великую схиму, и в совершенном уединении пребывал постоянно в молитвенной беседе с Богом. Во время церковного богослужения братия выносили его в храм; там, в уединенном мест, невидимый другими, он слушал церковную службу. 8-го сентября 1515 г., приобщившись Св. Таин, он созвал всех братий, преподал им мир и благословение и, при последнем прощании, изрек им утешительное обетование: «вот вам знамение, – сказал он, – если я получу некое дерзновение и милость у Господа, – место сие святое не оскудеет, и Обитель распространится». На следующий день, который был воскресение, братия отпели у него в последний раз утреню. В церкви богослужение еще продолжалось, и в то время как там начали петь: Святый Боже, пр. Иосиф, оградив себя крестным знамением, предал дух свой Богу, 75 лет от рождения.

Чтя великие подвиги преподобного Иосифа в жизни иноческой и в защищении православия, и последуя указаниям Божественным в чудесах, чрез него при жизни и по смерти явленных, Московский Собор в 1578 г. декабря 20, причислил Пр. Иосифа к лику святых, и повелел в монастыре совершать ему службу. На Соборе же 1591 г. июля 1-го, служба, составленная пр. Иосифу, была свидетельствована Патриархом Иовом, внесена в Минеи, и велено праздновать повсюду его память.63 Мощи преподобного Иосифа почивают под спудом в соборной церкви Иосифова Волоколамского монастыря.

Писания преподобного Иосифа Волоколамского

Писания преподобного Иосифа, по большой части, тесно связаны с обстоятельствами его жизни, и в них отражается тот же дух, какой и в его жизни. Та же ревность о славе Божией и вечном благе своих братий, которая одушевляла его во всех делах, открывается и в его писаниях. Одни из них касаются его иноческой деятельности, другие – его борьбы с жидовствующими еретиками; прочие писаны по частным обстоятельствам его жизни, и по сношениям с различными лицами.

Как наставник иноков в подвигах благочестия, пр. Иосиф написал устав для своего монастыря, известный под именем Духовной Грамоты.64 Большая часть правил в сем уставе заимствована из древних установлений, касающихся иноческой жизни, но подкрепляется у пр. Иосифа благочестивыми размышлениями и примерами из жизни древних и новых подвижников. Сюда же относятся: 2, Наказ пр. Иосифа одному старцу об уставе монастырском, и 3, Наказ старцам монастырским не держать хмельных напитков на гостинице;65 4, Послание к некоему вельможе, возбраняющему раб своих пострищи в чернцы; 5, Послание к архимандриту Макарию и другим о чернце разстригшемся; 6, Послание к некоему о Христе брату, еже сохранити вся заповеди царствия ради небесного.66

Несравненно важнее в догматическом отношении сочинения пр. Иосифа, писанные по поводу появления ереси жидовствующих. Он написал против сих еретиков XVI слов, которым, обыкновенно, дается общее именование: Просветитель. В сих словах пр. Иосиф является богословом, основательно защищающим коренные догматы и постановления христианской Церкви местами Св. Писания и свидетельствами Отцов Церкви, а иногда объясняющим и своими умозаключениями. В предисловии к сей книге, изложив начало новгородской ереси, пр. Иосиф говорит о Соборе, бывшем против еретиков при Зосиме, и о нечестивых мнениях самого Зосимы. После сего, прерывая повествование, он занимается опровержением еретических мнений. В первом слове говорит о Св. Троице. Сначала приводит места Св. Писания Ветхого Завета, указывающие вообще на таинство Св. Троицы, потом собирает свидетельства, доказывающие Божество Сына Божия и Духа Святого. Во втором слове пр. Иосиф доказывает пророчеством Иакова (Быт. 49:10) и Даниила (9 гл.), что Мессия уже пришел; приводит предсказания Пророков о распятии, воскресении и вознесении Господа Иисуса Христа, и указывает исполнение их. В третьем слове доказывает отменение закона Моисеева сначала соборным определением Апостолов (Деян. 15 гл.), потом предсказаниями Пророков об отменении древнего закона и об установлении нового, под которым должно разуметь закон христианский. В четвертом слове доказывает, что воплощение Бога Слова и возможно, и необходимо, и не заключает в себе ничего недостойного Бога. В пятом слове доказывается, что нужно изображать на иконах Св. Троицу; ибо Аврааму действительно явилась Св. Троица. В шестом и седьмом слове говорится об основании и образе почитания св. икон и другой святыни. В осмом и девятом слове пр. Иосиф говорит о втором пришествии Христовом. Здесь раскрывает ту мысль, что время пришествия Господня есть тайна; а если у кого из древних писателей церковных и встречается предположение об определенном времени пришествия Христова то это – человеческое самоизмышление, а не учение Церкви. В десятом слове защищается важность писаний Отцов Церкви, и особенно св. Ефрема. В одиннадцатом слове доказывается достоинство монашества, и в 4-х главах разрешаются возражения еретиков против монашества. В двенадцатом слове свидетельствами Отцов Церкви и примерами из церковной истории доказывается, что проклятие еретическое не действительно.67 В тринадцатом слове доказывается, что еретиков должно не только подвергать суду церковному, но и проклятию, а власть гражданская обязана подвергать их и наказаниям, когда они наносят вред Христовой Церкви. Примерами древних иноков пр. Иосиф доказывает, что и инокам должно стараться об истреблении ереси. В четырнадцатом слове говорится об обязанности всех православных объявлять правительству о еретиках, чтобы не сделаться их сообщниками. В пятнадцатом слове Иосиф доказывает, что не всякого еретика, тотчас же после покаяния, можно допускать к общению с Церковью, но нужно различать свойство и тяжесть ереси и отступления от веры. Рассматривая действия новгородских еретиков после Собора, бывшего на них при Зосиме, до второго Собора, доказывает, что с сими еретиками нельзя поступать снисходительно. В шестнадцатом слове Иосиф старается доказать, что покаяние, вынужденное страхом наказания, не освобождает кающегося от наказания.

Во время борьбы Иосифа с жидовствующими писаны им Послания 1, к архимандриту Вассиану о Св. Троице;68 2, к Нифонту En. Суздальскому; 3, к Митрофану архимандриту Андрониковскому;69 4, к инокам о повиновении соборному определению;70 5, к Великому Князю Ивану Васильевичу на еретика Кленова;71 6 и 7 два послания к Великому Князю Василью Ивановичу против еретиков.72

Пр. Иосиф писал несколько Посланий по поводу спора со св. Серапионом: 1, к Великому Князю Василию Ивановичу;73 2, к Митрополиту Симону;74 3, к Василию Андреичу Челяднину;75 4, к Борису Васильевичу Кутузову;76 5, к Ивану Ивановичу Третьякову.77 По частным сношениям с разными лицами писал он 1, два послания к Юрию Ивановичу Князю Дмитровскому;78 2, к некоему вельможе о помиловании рабов;79 3, три послания к вельможам, детям духовным о епитимьях;80 4, послание к некоей княгине вдове; 5, послание о вельможах; 6, послание к иноку, иконописцу, с приложением трех слов об иконах.81

Во всех писаниях Иосифа видно знание Св. Писания и обширная начитанность в писаниях Отцов и учителей Церкви, известных тогда в переводе на славянском языке.82

Чтобы ближе познакомиться с писаниями пр. Иосифа, извлечем из них некоторые мысли его о предметах догматических и нравственных, на которые он более обращал внимания в своих сочинениях. Для вразумительности, передадим слова его в русском переводе; представим же здесь учение пр. Иосифа: 1, об источниках христианского учения; 2, о Святой Троице; 3, о воплощении Сына Божия; 4, о почитании св. икон и храмов; 5, о монашестве; 6, об общественной молитве и 7, вообще об обязанностях христианина.

1. Об источниках христианского учения

Как святые пророки уставили ветхий Закон, по повелению Бога Отца Вседержителя, и Единородного Сына Его, Господа нашего Иисуса Христа и Святого и Животворящего и Всесильного Духа, так и Божественные Апостолы уставили новый Закон, по повелению того же Бога Отца и Сына и Св. Духа. И то, что в Ветхом Завете было недостаточно, Божественные Апостолы дополнили в новом Законе святым Евангелием. Подобно сему преподобные Отцы наши оставили нам многие писания и Божественные предания, споспешествуя Евангельскому и Апостольскому писанию. Ибо не многие по числу, божественные Апостолы, поставленные учителями всему миру, заняты были Божественною проповедью, и предали и написали только не многое и самое нужное. Прочее же все написали и предали преемники святых Апостолов Святители и преподобные Отцы и Учители. Их писания не содержат ничего чуждого, или противного Пророческому, Евангельскому и Апостольскому учению. Как от Пророков и Апостолов, так и от преподобных и богоносных Отцов наших равно мы приняли все благое. Как у всех в виду была одна слава Святой Троицы, так и одна мысль о добродетели у святых Пророков и Апостолов, и у преподобных Отцов наших; один подвиг – укрепить колеблющееся и утвердить благочестие; одно непрестанное дело – спасение душ. Все они возвеличили Бога на земле; утвердили и слово истины. Все подъяли подвиги и труды, борясь на Востоке и Западе; и мы все прияли пользу как от Пророческих, Евангельских и Апостольских писаний, так и от писаний преподобных Отцов наших, которые уяснили веру и отогнали зловерие, которые, как воины небесного Царя, души свои положили о пастве, пролив кровь свою за веру.83

2. О Святой Троице

Всякий христианин должен веровать, как он крестился, – во имя Отца и Сына и Св. Духа, во едино существо и естество, и Божество, и едино царство, начало и крепость, и три Ипостаси,84 т. е. Лица, которые называют и Образами и Собствами. Ибо иное есть ипостась, иное – существо. Существом называется то, что обще трем Ипостасям; ибо три Лица Божества имеют одно существо и естество. А Ипостасью называется естество с личными свойствами. Ибо иное Отец, иное Сын, иное Дух Святой: – это Ипостаси, а не естества. Ибо и Отец и Сын и Дух Святой – одного и того же естества и существа. Но Отец не рожден, Сын есть рождение Отца, как свет от солнца, как слово от ума. Дух Святой есть исхождение Отчее. Свойство Отца есть нерождение и именование Отцом; свойство Сына – именование Сыном и рождение от Отца; свойство Духа Святого есть именование Духом и исхождение от Отца. Все Лица имеют одно хотение, одно действие, одну благодать, одну силу, один свет. Потому мы исповедуем одного Бога, а не трех – Отец, Сын и Святой Дух не слитно и не раздельно друг в друзе пребывают; но каждое Лицо сохраняет Свое свойство, Одно – отечество, Другое – сыновство, Третье – исхождение. Если кто спросит, что есть Отец? мы отвечаем: (по естеству) то же, что Сын и Дух Святой, но (лично) пребывая Отцом. Если спросят: что есть Сын? скажем ему; то же, что Отец и Дух Святой, но пребывая Сыном. И Дух Святой есть то же, что Отец и Сын, но пребывая Духом Святым.85

В Божественной Троице ни одно Лице не прежде и не после другого. Первый великий свет есть Отец, Бог не рожденный... Свет есть и Сын, как Сам глаголал: Аз есмь свет миру. Свет и Дух Св., истинный и животворящий, Бог совершенный, единосущный Отцу и Сыну. Хотя же Отец и Сын и Дух Святой равны между Собою во всем; однако же начало и вина Сына и Духа Святого есть Отец, а не Сын начало и вина Отца, и не Дух Святой начало и вина Сына, ниже Сын начало и вина Духа Святого.86

Так как преподобный Иосиф раскрывал учение о Святой Троице в споре с еретиками жидовствующими, то свидетельства Св. Писания о троичности Лиц в Божестве заимствует он единственно из Ветхого Завета. Впрочем замечает, что сие учение в Ветхом Завете изложено не ясно и в гадании; потому что Иудеи склонны были к многобожию. И потому нужно было их приучить прежде к вере в единого Бога, чтобы отсюда возвести к вере в Триипостасное Существо. Потому же Моисей не говорил и о сотворении Ангелов, чтобы Иудеи не обоготворили их.

Указание на таинство Святой Троицы преподобный Иосиф находит в следующих местах Ветхого Завета: Быт. 1:26, 11:7, 18:22, 19:24, Исх. 33:19; 34:5 и 6, Ис. 6:3. Так объясняет преподобн. Иосиф Быт. 1:26. «Когда Бог восхотел сотворить Адама, Он сказал: сотворим человека по образу Нашему и по подобию. Почему не сказал: сотворю, а – сотворим? Сим показывает, что Божество имеет три Лица, а не одно; а словами: по образу, а не по образам, показывает единое существо Св. Троицы. Сотворим, сказал, человека. Кому же Он говорит? Не другому кому, как Единородному Сыну и Святому Духу».

Еретики возражают: «нет! – Бог Сам Себе сказал; другого никого при Нем тогда не было». – Что безумнее сего? отвечает преподобный Иосиф. Какой зодчий или древоделатель или кожевник, трудясь один над сосудом, или над каким-нибудь делом, когда никто не помогает ему, говорит сам себе: сотворим себе сосуд или сделаем себе орало, или устроим обувь; не станет ли он скорее молча делать свое дело? Это ложь, а не истина; так делают безумные, а не мудрые. Почему Бог не сказал: сотворим небо, сотворим море? Но что говорит? Да будет небо, – и явилось небо. – Так и все творение совершил Он одним словом. С человеком же было не так; сотворим, сказал, человека. – Ясно, что Бог говорит другому Лицу, и беседует с Ним, как с советником. А кто советник Богу? На это ответ дадут Пророки. Исаия говорит, что советник есть Иисус Христос, Сын Божий по существу, а не по благодати. Ибо Исаия сказал: Отроча родися нам, Сын и дадеся нам; и нарицается имя Его: велика совета Ангел, Бог крепок, Владыка, Князь миру, Отец будущаго века (Ис. 9:6). – Опять Иудей бесстудствуя утверждает, что Бог говорил это к Ангелам. Но если бы говорил к Ангелам; то не было бы написано: сотвори Бог человека, по образу и по подобию Божию сотвори его (Быт. 1:27); человек был бы сотворен по подобию и по образу Ангельскому. Когда Бог сотворил тьмы тем Ангелов, и тысячи тысяч Архангелов, не потребовал советника; ужели, желая сотворить одного человека немощного и малого, потребовал в советники Ангела? Ангелы, как творение, не действовали с Богом.87

Так же подробно преподобный Иосиф доказывает, что Аврааму в виде трех странников явилась Святая Троица. «Всякий, пишет он, кто читает Св. Писание, знает, что много раз Бог являлся Святым: но когда является Бог один, тогда так и Писание повествует; а когда является с Ангелами, то и Писание говорит об этом. Ною явился Бог один, Аврааму много раз являлся Бог один, равно и Моисею. Но когда явился Иакову на Лествице с Ангелами, и Исаии сидящим на престоле и окруженный предстоящими Ему Серафимами, и Даниилу как Ветхий деньми, Которому тьмы тем предстояли, то так и свидетельствует Писание. Но здесь Писание не говорит, чтобы Бог явился Аврааму с двумя Ангелами. Что же говорит? Явися же Аврааму Бог. Воззрев очима своима, виде, и се трие мужи стояху над ним: и притече в сретение им, и поклонися до земли, и рече: Господи, аще обретох пред Тобою благодать, не мини раба Твоего, и проч. и предложи Им, и ядоша, сам же стояше пред Ними (Быт. 18:1–8). Сидели Трое на одном месте, равные славою, равные честью, и ни один из Них не был ни больше ни меньше другого; равное послужение и поклонение Они приняли от Авраама». Что действительно Святая Троица явилась Аврааму в виде трех мужей, преподобный Иосиф доказывает еще тем, что Авраам говорит с посетителями то как с тремя, то как с одним. Так: Господи, аще обрел есмь благодать пред Тобою, говорит к одному; а говоря: да омыются нозе ваша, говорит к трем. Так говорит Авраам не просто; но видя трех, а именуя одним Господом, показывает единство Божества; говоря же к трем, показывает, что Божество имеет три Ипостаси, три Лица. И как Аврааму не признать Бога в трех явившихся мужах, когда Явившийся повторил ему от Своего Лица обетование, которое прежде дал сам Бог, и назвал Авраама рабом Своим? Какой простой странник мог бы назвать рабом Авраама, у которого было много рабов и богатства? – Если два мужа, которые были с Богом, впоследствии называются Ангелами, то это потому, что о Сыне и Святом Духе говорится в Св. Писании, что Они посылаются от Отца. Как Бог Отец, творя человека, советовался с Сыном и Духом Святым, и по совету с Ними смешал языки после столпотворения; так, и желая разрушить Содом и спасти праведника от смерти, послал Сына и Святого Духа, показывая тем единую власть и единое хотение Святой Троицы.88

Представив в Ветхом Завете указания на таинство Святой Троицы, пр. Иосиф после сего доказывает личность и божественность Сына Божия местами Ветхого Завета Чис. 24:17, Втор. 18:18, 19; Пс. 2:7, 8; 44:7, 8; 71:6–8; 101:26–28; 109:1, 3, 4; 117:26; Ис. 7:14; 11:12; 28:16; Иер. 30:9; Дан. 9:24; Мих. 5:2; Зах. 9:9, 10. – Представим объяснение некоторых из сих пророчеств, какое находится у преподобного Иосифа. В псалме 44-м сказано (ст. 8): престол Твой, Боже, в век века, и проч. ст. 7 и 8. Что слова: престол Твой, Боже, в век века, относятся не к Отцу, а к Сыну – это видно, говорит пр. Иосиф, из последующих слов: сего ради помаза Тя, Боже, Бог Твой елеем радости паче причастник Твоих. Негде не пишется, чтобы Отец помазан был, но Единородный Сын Божий помазан был по человечеству. Давид говорит о Нем: Ты ecu Иерей во век по чину Мелхиседекову (Пс. 109:4); если Он был Иерей, то и помазан. И как Мельхиседек был священником не по закону Моисееву; так и Владыка Христос. Ап. Павел говорит о Нем: Христос пришед Архиерей грядущих благ, большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, сиречь, не сея твари, ни кровию козлею, ниже телчею, но Своею кровию, вниде единою во Святая, вечное искупление обретый (Евр. 9:11, 12). О Нем-то и говорит Пророк: сего ради помаза Тя, Боже, Бог Твой. Помазалась Господня плоть пришествием Святого Духа; – это и есть елей радости. А под словами: паче причастник Твоих, разумеются все человеки: ибо всем людям дается отчасти некое общение Духа; на Сына же сошел Дух Святой, и пребысть на Нем, как и Сын всегда неразлучен с Духом, по единосущию с Ним. – Скажут, что слова: помаза Тя, Боже, Бог Твой относятся к царю или первосвященнику ветхозаветному, потому что и они называются богами. Но если бы это было сказано о царе, или первосвященнике, то не было бы прибавлено: престол Твой, Боже, в век века; ибо их престол был не вечен, но погиб вместе с царством. Один только Единородный Сын Божий и Господь наш Иисус Христос имеет престол в век века, и к Нему сказано: престол Твой, Боже, в век века.

Подобно сему говорит тот же Пророк: рече Господь Господеви моему: седи одесную Мене, Дóндеже положу враги Твоя подножие ногама Твоима (Пс. 109:1) Дондеже не означает здесь предела времени, но это есть обыкновенное выражение Св. Писания. Так Бог чрез Пророка сказал: Аз есмь, Дóндеже состареетеся, Аз есмь (Ис. 46:4.). Очевидно, что здесь бытие Божие не ограничивается старостью человеческою. – Поелику слова: седи одесную Мене, относятся к Богу, а не к простому человеку, и означают не временное, а вечное сидение; то прибавлено: из чрева прежде денницы родах Тя. Выражение: прежде денницы, означает то, что Он был прежде век и прежде лет; а слова: из чрева, показывают единство существа и естества, т. е. не отъинуду, но от Моего естества Он родился.89

Давид же пророчествовал о Мессии: снидет яко дождь на руно (Пс. 71:6, 7). Иудеи говорят, что это сказано о Соломоне. Но слова Давидовы не могут идти к Соломону. Соломон сошел не как дождь на руно, но так же как говорит Давид отец его о себе: се бо в беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя (Пс. 50:7). Если Давид зачат в беззакониях, то тем паче Соломон, как рожденный от жены, впадшей в прелюбодеяние. И не во веки имя его благословенно, и не с луною отъимется, и не поклонишася ему ecu царие земстии, и не поработают ему ecu язы́цы, но он согрешил пред Господом, отступил от Него, и поклонился идолу моавскому и Астарте, идолу сидонскому.90

В доказательство личности и Божественности Святого Духа преподобный Иосиф приводит следующие места Ветхого Завета: Быт. 1:2; Иов. 33:4; Пс. 32:6; 50:13; Ис. 11:2, 3; 48:16; 61:1, 10; 4Цар. 2:9; Чис. 11:25; Иоил. 2:28, 29; Зах. 1:6; 4:6; Дан. 4:5, 6. – Собрав свидетельства в подтверждение Божественной личности Духа Святого, Иосиф говорит в заключении: Если Дух Святой Елиссею даровал силу творить чудеса, Иезекиилю показал восстание мертвых, Иисуса Навина исполнил премудрости, Веселиила исполнил разума и художества, сошел на 70 старцев и дал им дар пророчества, Моисея соделал законодателем и, по Иоилеву пророчеству, излился в последние дни, Даниила соделал премудрым, Исаию освятил, Иеремию избрал от чрева матернего; – то как Он может быть духом, разливающимся в воздухе?91

Что Дух Святой исходит от единого Отца, а не вместе и от Сына, об этом свидетельствует, говорит пр. Иосиф, сама Истина – Господь наш Иисус Христос. Егда же, сказал Он, приидет Утешитель, егоже Аз послю вам от Отца, Дух истины, Иже от Отца исходит (Ин. 15:26). – Смотри: Он не сказал: от Меня исходит. И в другом мест говорит: аще любите Мя, заповеди Моя соблюдите, и Аз умолю Отца, и иного Утешителя даст вам, да будет с вами в век, Дух истины (Ин. 14:15, 16); и еще: сия глаголах вам в вас сый. Утешитель же Дух Святый, егоже послет Отец во имя Мое, – Той вы научит всему (ст. 25). Спаситель нигде не говорит: Дух Святой исходит от Отца и от Меня.

Еретики говорят, что Иисус Христос не приписывал Себе исхождения Святого Духа по смирению, как человек. Но Иисус Христос, обещая послать Духа Св., говорил не как человек, но как Бог; ибо человек не может послать Бога – Духа Святого. – Говорят еще, что, когда Иисус Христос, дунув на учеников Своих, сказал: приимите Дух Свят (Ин. 20:22); то этим показал, что Дух Святой исходит и от Сына. В опровержение сего возражения пр. Иосиф вместе со св. Афанасием Великим замечает, что, когда Иисус Христос дунув сказал ученикам: приимите Дух Свят, то дал не существо Святого Духа, но дарование духовное. Ибо, сказав: приимите Дух Свят, прибавил: имже отпустите грехи, отпустятся им, и имже держите, держатся. Ясно, что дуновение было дарование власти вязать и решить, а не ипостась и существо Духа Святого. Св. Писание не редко называет Святым Духом и дары духовные. Так Исаия пишет о Христе: и почиет на Нем Дух Божий, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия, и исполнит Его дух страха Божия (11:2, 3). Но здесь разумеются не семь духов, но семь даров Духа. Ибо Духовное естество само не разделяется, но разделяет дарования. – В заключение пр. Иосиф подтверждает исхождение Духа Святого от одного Отца всеобщею верою Церкви, и приводит слова Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоустого, Григория Нисского, Григория Двоеслова, Иоанна Дамаскина, Дионисия Ареопагита, Епифания Кипрского, Григория Чудотворца, Дамаса Папы Римского, Преподобного Фалассия, Кирилла Александрийского, Кесария брата Григория Богослова, и Германа Патриарха Константинопольского (XIII столетия).92

3. О воплощении Сына Божия

Говоря о таинстве воплощения Сына Божия, преподобный Иосиф имел в виду еретиков, которые утверждали, что воплощение Сына Божия не нужно и не достойно Божества. – Не мог ли Бог, говорили еретики, избавить человека от власти диавола Своим всемогуществом? – Преподобный Иосиф отвечает, что все возможно для Бога, и Божественной Его воле ничто не может противиться; но правда Божия и бедственное состояние падшего человека требовали, чтобы Сам Бог сошел на землю и воплотился. – Бог сотворил человека правым; но человек пал. Беззаконие наполнило землю; последовало наказание: потоп поглотил род человеческий, исключая Ноя с семейством. Люди снова отступили от Бога. Бог дал им закон, посылал Пророков, но и «они не могли помочь, ибо были люди и подлежали греху, а избавителю нужно быть безгрешному». Итак что же? – «Скорбел Бог, создавший человека, но не хотел исторгнуть его силою из власти диавола. Поелику Бог праведен, и Сам полагает законом правду; то не хочет и самому диаволу сделать насилия; ибо, если бы победил диавола Божественною силою, как мог, то диавол стал бы творить изветы. Смотри же, что Он делает? Сам Бог, Божие Слово, Предвечный, Невидимый, Необъятный, Бестелесный, от Начала Начало, от Света Свет, Источник жизни и бессмертия, Образ Первообразного, от Живота Живот, ради нас человеков облекся плотью и соединился с разумной душой, да освятит Своею душой наши души, и Своею пречистою плотью исцелит нашу плоть падшую и оскверненную; соделался совершенным человеком, кроме греха, родился от чистой Девы и от Святого Духа, очистив прежде душу и плоть Девы Духом Святым».

Чтобы объяснить, как Божество чрез воплощение не причастилось человеческой немощи, Иосиф сравнивает воплотившееся Божество с огнем в раскаленном железе, и с солнцем, освещающим и осушающим места гнилые и нечистые. «Как огонь не принимает свойства железа, которое черно и холодно; но железо, будучи раскалено, принимает вид огня, делается светлым, а не омрачает огонь, само раскаляется, а не охлаждает пламя: так и человеческая плоть Господа причастилась Божества, но не передала Ему своей немощи. Не видишь ли, что солнце проникает и в нечистые места, освещает скверное, но не принимает зловония, а напротив иссушает гниющее и очищает скверну? Что же ты боишься, что бесстрастное и нетленное Естество приимет от нас какую либо скверну?»

Как и каким образом вочеловечился Бог-Слово – это тайна, повторяет пр. Иосиф с древними Отцами, – тайна непостижимая для самой Рождшей Господа, и для высших небесных существ, и для первого по Первом. Как же пытаться постигнуть эту тайну человеку, который и того не знает, как бывает человек?

По двоякому рождению своему, первому предвечному, безлетному и бесплотному от Отца, и второму бессеменному от Девы и от Святого Духа, Иисус Христос имеет два естества, – Божеское и человеческое, имея одно лицо (состав). Он один есть Сын Божий и Сын Девы, Бог и человек в двух естествах; единосущен Отцу по Божеству, и единосущен Матери по человечеству; имеет два действия – Божеское и человеческое, и две воли, т. е. хотения, Божеское и человеческое. Как Бог, творил Он дела Божественные, – воскрешая мертвых, просвещая слепых и творя иные многие неизреченные чудеса и знамения. Но имел и человеческую волю; ибо принял человеческую душу, и душевные действия и страсти в удостоверение истинного, а не привидением бывшего вочеловечения, будучи свободен от злых страстей, которые сквернят нашу жизнь, как недостойных пречистого Божества Его. Пострадал, будучи в двух естествах. Плотью висел на кресте, плотью страдал, плотью умер, а Божество Его оставалось не причастно страданиям. Хотя Бессмертный и умер плотью, и Божественная душа отделилась от пречистого тела Его, но Божество не разлучалось от плоти. Сам, всемощный Бог, был со Отцом на престоле, и с телом во гробе, и с душей сошел во ад, проповедал всем душам, находящимся во аде, путь ведущий к вечной жизни, и веровавших в Отца, Сына и Святого Духа возвел с Собою, а не веровавших оставил в аде, как сделал Он на земле, – веровавших спас, а не веровавших осудил. И ученикам явился плотью нетленною и уже обоженной по воскресении, вознесся с плотью на небеса, и сел одесную Отца с обоженной плотью. Святым Своим ученикам и Апостолам послал Духа Святого, а они весь мир просветили и привели к богоразумию, и так спаслись все (истинно верующие), и доныне спасаются учением их от востока солнца до запада, благодатью, вочеловечением и неизреченною премудростью Спасителя нашего.93

4. О почитании св. храмов и икон

Преподобный Иосиф, говоря о почитании св. икон, прежде всего отклоняет то возражение, что в Ветхом Завете запрещены были иконы. – Бог, сказав: да не сотворите себе всякого подобия, запрещал сим, говорит пр. Иосиф, делать такие подобия, какие делали язычники. Они творили кумиры волхвам, прелюбодеям, гадам, называли их богами и покланялись им, и говорили: вот боги наши, и нет Бога, кроме их. А если сотворишь достойное подобие в честь и славу Божества, то не погрешишь. Сам Бог повелел Моисею сотворить многие подобия. Сначала велел ему сделать скинию во образ небесного, Херувимов из золота, ковчег из негниющих древ, две скрижали каменные, сосуд с манною и жезл Ааронов, а потом и по стенам и по запонам велел нашить Херувимов из золота. Этим изображениям покланялись сам великий пророк и законодавец Моисей, богоотец царь и пророк Давид, потом Иона, Даниил и Ездра. Писание свидетельствует, что Моисей и все люди, видя, что столп облачный стоит пред дверьми скинии, поклонились (Исx. 33:10). Потому поклонились, что Бог, невидимый по естеству, ради нашей немощи облачался в столп огненный и приходил в этом свете в скинию, – вместо ризы имея свет облачный, как говорит Пророк: одеяйся светом яко ризою (Пс. 103:2), а вместо селения небесного имея скинию. Неужели не мог Бог беседовать с людьми и вне скинии? Но Он хотел с самого начала показать честь и славу Божественной Церкви, и научить нас, что где Церковь Господа Бога Вседержителя, там и Он присутствует. Кто же не поклонится месту, где присутствует Бог? И Евреи, видя столп облачный над скинией, покланялись. – Так и Давид говорит к Богу Вседержителю: и поклонюся ко храму святому Твоему (Пс. 137:2). Винду в дом Твой, и поклонюся ко храму святому Твоему во страсе Твоем (Пс. 5:8). Возносите Господа Бога нашего, и покланяйтеся подножию ногу Его, яко свято есть (Пс. 98:5). Подножие здесь названа Церковь, высшая всякого создания и дыхания земного, так именуемая и пророком Иеремиею: како омрачи во гневе Своем Господь дщерь Сионю, и сверже с небесе на землю славу Израилеву, и не помяне подножию ногу Своею в день гнева и ярости Своея (Плач. 2:1)? Если Моисей и Давид покланялись Церкви, то очевидно, что и все люди покланялись с ними, видя, что законодавец и пророк и царь, посланные от Бога, покланялись Церкви. Когда Соломон создал храм и внес в него все божественные и священные вещи, то есть, кивот, скрижали, стамну и пр.: тогда исполнился славы храм Господень; и священники не могли стоять на службе. А народ со всех сторон собирался покланяться Церкви. Писание говорит и о Данииле пророке, что он в Вавилоне в три времена дне бяше преклоняя колена своя противу Иерусалима, моляся и исповедаяся пред Богом своим (Дан. 6:10). Неужели Пророк покланялся камням и стенам городским? Ясно, что он покланялся божественному храму, несомненно зная, что где Церковь Бога Вседержителя, там и место Его селения, как Господь сказал к Соломону: освятих храм сей, егоже создал ecu, еже положити имя Мое ту и сердце Мое во вся дни (3Цар. 9:3). А если известно, что Бог во храме, то как не покланяться храму? Поэтому тот, кто покланяется храму Божию, покланяется самому Господу Богу.

Мы почитаем иконы и другие священные вещи потому, что благодать Божия благоволила сообщаться чрез них. Как при Ное Бог мог без ковчега спасти Ноя, – но устроил ему спасение бездушной и рукотворенной вещью; Бог мог спасти Евреев от угрызения змеиного без медного змия, но воздвиг змия: так и нас спасает ради видимых и святых икон и других божественных вещей. Делая иконы, мы не идолов творим, и не говорим святым иконам: вот боги наши! и не делаем Бога серебряного или золотого, но сооружая из золота, серебра или другого вещества святой и животворящий крест, или божественные иконы, называем их святыми и честными в честь и славу Божию и святых Его. Как Иаков поклонился не жезлу Иосифову, но отдал почтение держащему жезл Иосифу, и как Иудеи, почитая две скрижали каменные и двух Херувимов золотых и другие вещи храма, воздавали почтение не камню, золоту или дереву, но Богу устроившему сие: так и мы, покланяясь честному кресту, божественным иконам и прочим священным вещам, сотворенным в честь и славу Божию, покланяемся не золоту и дереву, но Христу и святым Его. Многим предметам мы покланяемся, но не называем их Богом. Покланяемся царям и князьям, но не называем их богами; покланяемся и друг другу, не называя богами. И если в Ветхом Завете покланялись Церкви, сделанной руками человеческими, и другим божественным вещам, которые Бог повелел сотворить во славу Свою; то тем более ныне, во времена новой благодати, должно покланяться Церкви, сделанной руками человеческими, и образу Господа нашего Иисуса Христа и святых Его.

Показав основание почитания Церкви и св. икон, преподобный Иосиф излагает причины, в особенности побуждающие нас покланяться иконе Святой Троицы, Спасителя, Божией Матери, святых мужей и св. мощам. Образ Святой Троицы, прибавляет он, должно изображать потому, что Пресвятая Троица благоволила явиться Аврааму в виде трех странников. Должно изображать Господа нашего Иисуса Христа, потому что Он Сам на память о Себе оставил верным образ Свой, посланный Им к Авгарю, много лет лежавшему на одре болезни и исцелившему от одного прикосновения к сему образу. Сей образ видели божественные ученики и Апостолы Его, и как видели, так и написали Его, и последующим христианам заповедали писать, и почитать Его, и покланяться ему. Много было не изреченных знамений и чудес от пречистого Его образа, и даже до ныне бывает, потому что с образом Его неразлучна сила Божества Его. – Святой Апостол и Евангелист Лука написал иконы Господа нашего Иисуса Христа и Пречистой Его Матери. Последуя сему, мы пишем и почитаем изображения Господа нашего Иисуса Христа и Пречистой Его Матери, равно и образы святых и богоносных мужей, которые были честны и возлюбленны Богу, как древние праведники, пророки и патриархи, которые воскрешали многих мертвых, просвещали очи слепых, изгоняли бесов и творили многие чудеса о Боге. И Давид говорит о них: мне зело честни быша друзи Твои, Боже (Пс. 138:17); и еще: честна пред Господем смерть преподобных Его (Пс. 115:6); и: дивен Бог во святых Своих (Пс. 77:36). А Соломон говорит: праведницы во веки живут (Прем. 5:1). И Господь наш Иисус Христос говорит о них: вы друзи Мои есте (Ин. 15:14.); приемляй вас Мене приемлет (Мф. 10:10.); и также: слушаяй вас, Мене слушает (Лк. 10:16.). Поэтому, если увидим храм какого либо святого, или часть от ризы, в которой подвизался святый угодник, или кость от тела его, или персть от гроба его; то все сие почитаем как святое, с любовью целуем и со страхом покланяемся сему, потому что и это все священно и исполнено божественной благодати Святого Духа. И ради сих божественных вещей воздаем мы почесть Богу. Изображая святых на иконе, мы не вещь чтим, но от видимого образа ум наш божественным желанием и любовью возносится к тем, ради которых благодать Божия совершает неизреченные чудеса и знамения. Телеса праведных суть храм Святого Духа; персть их и кости полны Божественной благодати, и как при жизни праведники имели от Владыки духовное дарование творить силы и чудеса, так не лишились этой силы и по разлучении души с телом. Потому и не называем их мертвыми.94

5. О монашестве

Начатки иноческой жизни преп. Иосиф находит еще в Ветхом Завете. Он пишет, что прежде Закона и в Законе и в благодати Господа нашего Иисуса Христа была иноческая жизнь, и удостоена почести, как высший род жизни. Прежде закона Моисеева был девственник чудный Мелхиседек. Во время Закона были девственниками великий в пророках Илия и его ученик Елиссей, которые жили иночески в пустыне. Пророки Иеремия и Даниил и три отрока были также девственники, и жили в посте и воздержании. – Потом препод. Иосиф, на основании свидетельства Иосифа Флавия, указывает на Ессеев, удалявшихся брачного союза и проводивших жизнь в посте и молитвах. – На пределах Ветхого и Нового Завета находится великий Пророк Предтеча Иоанн, представивший начало и образ иноческого жития в Новом Завет. Сам Иисус Христос, родившись от Девы, отдал сим предпочтение девству. Сам не имея где главы приклонить (Мф. 8:20), заповедал последователям Своим отречься от себя для Него (Мф. 16:24), искать прежде всего царствия небесного (Мф. 6:33), не стяжать ни сребра, ни двух риз (Лк. 9:31), и для приобретения высшего совершенства раздать имение свое нищим (Мф. 19:21). Он же говорил, что суть скопцы, иже скопишася царствия ради небеснаго (Мф. 19:14). Апостолы Иоанн Богослов, Иаков, Павел, Филипп, и Андрей Первозванный были девственники. Апостол Павел прямо говорил: хощу, да ecu человецы будут, якоже и аз (1Кор. 7:7); не оженивыйся печется о Господних, како угодити Господеви, а оженивыйся печется, како угодити жене (1Кор. 7:32, 33). Вдаяй браку дщерь свою добре творит, а не вдаяй лучше творит (– 7:38). А что Апостол Павел говорит: еда не имамы власти сестру жену водити? (1Кор. 9:5), то разумеет сие о верующих женах, которые последовали Апостолам, и служили им в проповеди Евангельской, как служили некоторые жены прежде и Христу, потому Апостол и называет их сестрами. – Основываясь на церковном предании, препод. Иосиф доказывает, что еще во времена Апостолов было иночество, в которое вступающие постригались и облекались в черную одежду. Апостол Петр, говорит он, обратив в христианскую веру в Риме Софию и с нею три тысячи человек, желающим из них высшего совершенства предложил проводить целомудренную жизнь, и сто шестьдесят новообращенных христиан постриглись и проводили уединенную жизнь. Также Марк ученик Петров, по свидетельству Евсевия, устроил в Египте много монастырей и предал иноческое житие. Еще пр. Иосиф приводит свидетельства Дионисия Ареопагита, Евсевия, Афанасия Великого и Василия Великого, что в Церкви Христовой всегда было два рода жизни – супружеская и девственная; ссылается на жития мученицы Евдокии, мученика Сампсона, Игнатия Богоносца, Елевферия и матери его Анфии, Галактиона, Епистимии, Ориосилы, Евгении, Февронии, где упоминается о жизни иноческой. И великий Антоний, когда захотел проводить иноческую жизнь, нашел подвижников, уже состарившихся в посте, у них учился и подражал их житию. У одного учился постничеству, у другого молчанию и терпению. Сам Антоний имел спостниками Аммона Нитрийского, Феодора и Паламона, наставника великого Пахомия. – Не напрасно, говорит Иосиф в заключение, собираем мы эти свидетельства Божественного Писания, но хотим ясно показать всем, что и в начале святые Апостолы предали иноческую жизнь, пострижение в святых храмах с молитвами, священнословием, отречением от мира и обещанием иноческой жизни; от них ведут начало и учреждение монастырей, и одежда иноческая.

От чего же Апостолы не были иноками? От того, отвечает Иосиф, что святые божественные Апостолы, по вознесении Господа нашего Иисуса Христа и по сошествии на них Святого и Животворящего и Всесильного Духа, приняли власть от Имущего всяку власть на небеси и на земли, пришли в меру возраста Христова, были свет миру и подобны самому Христу, и сподобились такой благодати, какой никто не имел от начала мира и доселе. Ибо Господь сказал к ним: егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея, сядете и вы на двоюнадесяте престолу, судяще обеманадесяте коленома Израилевома (Мф. 19:28). И кто их более? Или кто равен им? Они по Боге боги, по Господе господие и судии вселенной. Они потому не имели иноческого образа, что имели иной образ, и иной сан, то есть сан Апостольский.

В ответ еретикам, которые слова Апостола Павла о возбраняющих женитися (1Тим. 4:3) толковали об иноках; а слова Исаии: блажен, иже имеет племя в Сионе, и южики во Иерусалиме (Ис. 31:9), относили к мирянам, – Иосиф говорит, что слова Апостола Павла относятся к тем еретикам, которые считали брак прелюбодеянием, а брашна скверною, каковы в последствии были Манихеи, Маркиониты, Мессалиане. Но иноки предпочитают только девство браку, а не отвергают брак, и воздерживаются от пищи, а не называют пищу скверною. Кроме того, это сказано в Ветхом Завете, а в Новом не имеет места, так как и многое другое из Ветхого Завета упразднено в Новом. Слова Исаии должно разуметь не о чувственном семени, и не о плотских сродниках, но о семени духовном, раздающем дух спасения, и о сродниках духовных, рождаемых Духом спасения.

6. Об общественной молитве

Как скоро ударят в колокол, – писал Иосиф к инокам, – оставив все, что у нас в руках, с великим тщанием и усердием потечем к божественному красному пристанищу церковному, как Петр и Иоанн ко гробу Господню, и не будем ждать конца благовеста, или начала церковного пения, в той мысли, что, если ранее пойдем, то должны будем много ждать и без пользы сидеть. Кто прежде придет, тот прежде и милости сподобится от Господа Бога. Как тот, кто прежде приходит к царю земному, и сидя или стоя у дворца, ждет выхода царского, бывает любим царем, а кто нерадит и приходит после всех, тот изгоняется от лица царского: так и мы, если будем нерадеть о соборном правиле, приходя после всех и уходя ранее, то как ленивые будем отвержены от Бога. Если сладкое брашно поставлено на трапезе, или золото повержено на распутии, кто прежде придет, тот прежде насытится и обогатится. А в божественной церкви Божественные словеса слаще меда и сота, и лучше тысяч злата и сребра, по словам Давида. Итак кто прежде придет, тот прежде насладится благодати, а ленивый и небрежный бывает чужд её. При звуке воинской трубы, призывающей на брань, никто не медлит, но спешит скорее предстать пред царем, и кто прежде приходит, тот прежде получает почесть; а здесь звучит труба Царя Небесного, и созывает к божественному и красному пристанищу церковному: поэтому не будем коснеть, но потщимся с радостью и потечем с любовью, друг друга предваряя и друг друга возбуждая на славословие Спаса нашего Иисуса Христа.

Пришедши во святую церковь и стоя в ней, как на самом небе, с вышними Силами, не только тело свое держи благообразно, но собери весь ум и сердечные чувства, не занимаясь шептанием, смехом или суетными разговорами; сложи свои руки, соедини ноги, сложи очи, мысль и сердце свое устреми на небо, и таким образом со слезами и стенанием испрашивай милости у Бога. Ибо Господь любит тихость и кротость: на кого бо, сказал Он, воззрю, токмо на кроткого и молчаливого и трепещущего словес Моих? Кто беседует и с земным царем, тот всячески старается выказать к нему благоговение, и говорит только о том, о чем угодно царю, а если осмелится завести речь о чем-нибудь другом, то получит жестокое наказание. А ты, предстоя Царю Небесному, пред Которым с трепетом предстоят Ангелы, оставив беседу с Ним, говоришь о суетном. Какому суду подвергнешься за оскорбление? И как не боишься, не трепещешь, окаянный? Разве не знаешь, что здесь невидимо предстоит Сам Царь неба и земли, и испытует помыслы каждого, и истязует совесть? Неужели не боишься слышанное на торжище говорить в церкви, и в страшное сие время говорить не полезное и помышлять о суетном? Поступая так и не боясь страшного прещения Божия и праведного гнева, нельзя нам, братия, спастись. Страшно бо есть, еже впасти в руце Бога жива (Евр. 10:31); Сей бо есть испытаяй сердца и утробы (Апок. 2:23). Поэтому Пророк со страхом вопиет: из глубины воззвах к Тебе Господи (Пс. 129:1). Видишь, как он говорит и молится из глубины сердечной, с прилежанием, с болезненною душою и с сокрушенною мыслью. Ибо такая только молитва восходит к небу. Как воды, пока текут по ровной земле, не поднимаются вверх, а когда встретят себе преграду, быстрее всякой стрелы поднимаются на высоту: так и человеческая мысль, пока находится в небрежении о себе, разливается и рассеивается; но когда стеснится скорбью и печалью, тогда воссылает чистые и благомощные молитвы к высоте. И Пророк говорит: внегда скорбети ми, призвах Господа, и услыша мя (Пс. 17:1). Поэтому сокрушим и мы душу свою памятованием о смерти, об ответе за согрешения, памятью страшного суда без милости, Судии без прощения, огня темного, бездны, непроходимой пропасти, подземного пламени, также памятью о Боге, о царстве небесном, о святых Ангелах. Ибо ничто не прогоняет так леность и невнимание, как подобные мысли. Отгнав от себя всякий земной помысел, перенесемся к небесному, как стоящие близ престола славы. Помыслим, с кем хотим призывать Бога! Мы предстоим с Херувимами, возлетаем мыслью с Серафимами, и плотяные вместе с бесплотными предстоим Творцу. Сими размышлениями приведем душу свою в умиление, возбудим в ней скорбь и сокрушение. Скорбящий таким образом всегда может привлечь в душу свою божественную сладость слез. Как скопление облаков помрачает воздух, а когда выпадет из них дождь, – везде становится тихо и светло: так и печаль, пока находится внутри нас, помрачает наш помысел, а когда обнаружится молитвенными глаголами и слезами, вселяет в душу великую светлость; Божественная помощь, как некий светоч, посылается в душу. И если приучишься молиться Богу со страхом и вниманием, то не будешь иметь нужды в учителе, подобном тебе; Сам Бог будет озарять твою мысль.

Если такую силу имеет молитва одного человека, то тем более она имеет силу, когда возносится в собрании верующих. Ибо что холоднее камня? Но если будем ударять камень о камень, то посыплются искры. Тем паче, когда наши души совокупятся в молитве, она будет сильна и пламенна. Можно молиться дома, но нельзя так молиться, как в церкви, где воссылается к Богу единодушное пение, где единомыслие, согласие, союз любви. В это время, возлюбленный, не только человеки вопиют страшный оный вопль, но и Ангелы припадают к Владыке, и Архангелы молятся. Как люди, взяв масличные ветви, приходят к царям, ветвями напоминая им о милости и человеколюбии, так и Ангелы, вместо ветвей масличных предлагая тогда самое тело Владыки, молят Владыку. Здесь воссылаются и молитвы священников. Для того и предстоят священники, чтобы немощные молитвы народа, как бы придерживаясь за их сильнейшие, вместе с ними взошли на небо. Церковь паче небесе укоренена, и скорее солнце угаснет, нежели погибнет Церковь. Горе славословят воинства Ангельская, а долу в церкви ликовствуют человеки; горе Серафимы вопиют Трисвятую песнь, а долу ту же песнь воссылает собор человеков. Общее торжество небесных и земных, одно благодарение, одно радование, одно веселие.

Но если не можешь почему либо молиться в церкви, это да не удерживает тебя от молитвы. Кто с чистым сердцем, и творя праведные дела, призывает Бога, того молитвы будут услышаны на всяком месте. Не столько место доставляет силу молитве, сколько образ молитвы. Иеремия был в пропасти, три отрока в пещи, Даниил во рве львином, – и Бог внял их молитве. Моисей был услышан при море, – разбойник на кресте. И ты, возлюбленный, где бы ни был, на море, или в пути, или дома, ходишь ли, сидишь ли, спишь ли, – на всяком месте непрестанно молись с чистою совестью, говоря: Господи Иисусе Христа, Сыне Божий, помилуй мя! И Бог услышит тебя; ибо Его земля и все пределы её. Хорошо и полезно молиться Богу на всяком месте. Повредило ли молитве Корнилия то, что она совершалась дома? Напротив, какую пользу принесла молитва Фарисею в церкви, когда она была соединена с гордостью и презорством? Плодотворна молитва, совершаемая со смирением, сокрушением и благодарностью.

Если молитва твоя и не будет услышана, благодари, и молись опять, пока не будет услышана. Полезно и то, когда получишь просимое, и то, когда не получишь. Иногда полезнее бывает и не получить просимого; ибо Бог не исполняет прошений наших не потому, что не любит нас, но для того, чтобы мы постоянно прибегали к Нему. Так поступают и чадолюбивые отцы: видя, что кто-нибудь из детей нерадив, они не вдруг исполняют его прошения, не потому, что его ненавидят, но для того, чтобы получив не впал опять в нерадение. Посему нам нужно часто и прилежно молиться со слезами и воздыханием, пока не будет услышана молитва наша.95

7. Краткое изложение обязанностей христианина

Прежде всего сохрани чистою и непорочною веру, которую ты обещался хранить при крещении, и со страхом и любовью исполняй дела, какие Христу обещался ты творить. Какие же это дела? Прежде всего возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всем умом твоим, и крепостью, и мыслью, чтобы от любви к Нему ничто не могло отдалить тебя, ни живот, ни смерть, ни настоящее, ни грядущее, чтобы все твои привычки, правила и дела были угодны Ему. – Богат ли ты, беден ли – за все благодари; ибо все устрояется Божиим Промыслом и не усыпающее око Божие видит все. – Почитай праздники Божии и святых Его, не сам упиваясь, но кормя алчущих и напояя жаждущих. – Не стыдись преклонять голову пред всяким созданным по образу Божию. Не ленись почитать старейшего годами, и старайся покоить старость его. К начальствующим имей повиновение, к равным и низшим нелицемерную любовь. Алчущего накорми, жаждущего напой, как повелел Сам Господь, нагого одень, странного введи к себе в дом, больного посети, дойди до темницы и посмотри на скорби заключенных там, и если в чем имеют они нужду, подай им, поскорби, воздохни и прослезись с ними; вспомни, что многие из них терпят зло за одно какое-нибудь преступление, а мы, непрестанно согрешая, проводим жизнь в довольстве и благополучии. Поэтому скорби о грехах своих, воздыхай о соблазнах, болезнуй о падениях. Утешай печальных; будь щедр и милостив. – Имей тихое пристанище в монастырях и домах святых, прибегай к ним и помогай им в нищете их. Если имеешь что либо в доме своем потребное для них, отнеси к ним; ибо все это ты отдаешь в руки Божии. И чего требует небесный Царь от Своего создания? Не малой ли и легко подаваемой милостыни? Давай малое, чтобы получить вечное, дай единое и приимешь сторицею. Ибо милуяй нищаго взаим дает Богу. Поэтому отдавай десятую часть имения своего Богу, Который дал тебе здесь жизнь, и по смерти обещал вечную жизнь. Пусть дом твой будет известен не для богатых и славных, но для убогих и нищих, для сирот и вдовиц, не имеющих где подклонить свою голову. Будь братолюбив, имей мир с единоверными, а еретиков отвращайся. В городе, где ты живешь, и во окрестных местах поищи человека боящегося Бога и служащего Ему всеми силами, и прилепись к нему душою и телом. Если ты нашел такого человека, то уже не скорби; ибо нашел ключ к царству небесному. Последуй ему во всем, внимай словам его, и делай угодное ему; но удаляйся от злых и плотских человеков.

Будь праведен, истинен, целомудрен, кроток, неславолюбив, не лицемерен. Блюди сердце свое от лукавых помыслов; не подражай образу жизни ленивых, но ревнуй житию святых. Радуйся о живущих добродетельно, а не завидуй им; плачь о согрешающих, а не осуждай их; ибо они имеют своего Судию, Который воздаст каждому по делам его. Не поноси обращающихся от греха, и никогда не оправдывай себя, а признавай грешным пред Богом и людьми. Не говори с лестью, и не клевещи ни на кого, даже не слушай клеветы с удовольствием. Не гневайся на ближнего без причины, не старайся мстить кому либо и не воздавай злом за зло. Если тебя укоряют, не укоряй; если бьют, не бей; терпи обиды, а не обижай. Со смирением переноси скорби; не унывай, но жди мзды и похвалы от Бога, и желай вечной жизни. – Не позволяй похоти обладать тобою, а паче всего удерживайся от беседы с женщинами и от вина: ибо вино и женщины совратили многих разумных и добродетельных. Когда нужно, смотри; когда нужно, говори; когда спрашивают, отвечай; когда не спрашивают, молчи, чтобы язык твой, побуждаемый дерзостью, не оскорбил кого-нибудь. Прежде всего да исходит из уст твоих слово утешительное, которое могло бы приобресть тебе любовь ближнего. Будь ласков в ответах, чтобы весело было говорящему с тобою. Говоря с нищим, не оскорбляй его; ибо бесчестящий нищего оскорбляет Сотворшего его. При старших молчи, мудрейших слушай. Имей уши отверстыми к слушанию мудрейших, а руки готовыми к исполнению слышанного от них. Желай благ небесных, а земных не домогайся; ибо над последними простерта сеть, в которой можешь увязнуть как птица. Откажись и от мудрости мирской, а умудрись Христу; ибо иная мудрость Христова, иная мудрость мира, распявшего Господа славы. Пусть слушание не полезных повестей будет для тебя горьким, а чтение святых повестей и божественных Писаний – сладким как сот меда; предписанные книги читай, а запрещенные отнюдь не читай. – Не будь златолюбив, не заботься много о пище и одежде. Нужное для нынешнего дня храни, а что остается для завтрашнего, то отдавай Богу. Он, сотворивший день, может дать и нужное для этого дня. Оставь земное, чтобы получить небесное. Пребудь на земле в нищете, чтобы обогатиться на небесах; пребудь на земле в алчбе и жажде, чтобы на небе насытиться вечной радости. Поработи тело, и освободи душу; откажись от малого, чтобы получить великое. Скрывайся здесь, чтобы прославиться там; молчи здесь, чтобы там с дерзновением говорить к Отцу. Будь сыном воскресения и жизни вечной, и как чадо света и дня, ищи своего отечества, и не останавливай здесь своего течения, но стремись вперед, пока не достигнешь до врат вечного града. Не почивай прежде вечного покоя; пока в сей плоти, не преставай подвизаться; каждый день заботься о своем спасении, не отлагай до другого времени; потому что пред смертью не придет к тебе вестник, и не скажет, что смерть близко. Постоянно стремись к высшим добродетелям, но не оставляй без внимания и низших. Не пренебрегай своими проступками, хотя они и малы, но спеши исправить их покаянием. Будь верною сокровищницею добродетелей; ключом её да будет страх Божий; он да отверзает уста твои, он и да затворяет их. Помысли, что, может быть, завтра ты увидишь отверстыми небеса, узришь Ангелов и станешь пред страшным судилищем, чтобы дать ответ за жизнь свою, за дела и помышления свои. Посему попекись о себе, вспомни свои грехи, свое осуждение; вспомни, что ты человек немощный, не могущий понести ни одного дня труда, ни одной ночи бдения, а между тем день и ночь должен бороться со львом и змием: вспомни, сколько ты согрешил пред Богом от юности твоей. Подумай, сколько раз делами плоти своей возмущали мы море житейское! Сколько бурь, сколько смятений, сколько грехов, сколько слез во всех домах, городах и на торжищах! И что хорошего, и что необманчивого в мире? Все исполнено страха и болезни; и рождение наше страстно, и смерть наша страшна, и то, что будет по смерти, неисповедимо. И сон и бодрствование наше равно печальны. Плоть наша ничем не умиряется: здоровая воюет, больная наносит печаль; если не подкрепим её пищею, изнемогает. И кто в этой жизни пребывает без скорбей? Кто не вкусил сланых вод горького сего моря, и не обуревался его волнами? Кто не стенал на нем? Сколь многих прельстила и совратила с настоящего пути привязанность к временной жизни! Помысли, что всякое веселие сего света кончается печалью. Ныне празднуют брак, завтра оплакивают мертвеца; ныне растем, завтра гнием; ныне рождаем, завтра погребаем; ныне радуемся, завтра плачем; ныне богаты, завтра нищи; ныне славны, завтра делаемся снедью червей. Поэтому убоимся и вострепещем, ибо не знаем, что будет с нами. Поспешим покаяться ныне, ибо там нет покаяния; что сделали мы здесь, то найдем там; что сеяли здесь, то пожнем там. Ибо придет наш день и час, братия, придет непременно, и не минет; придет Божий меч на нас, и ни чьего лица не постыдится, и не возмет никакой замены, – тот час, когда человек, оставив все, отыдет один нищ и наг, без помощи, без заступления, без дерзновения, неготовый, плача и сетуя, трепеща, терзая власы, скрежеща зубами, желая бежать – и не имея сил, желая получить помощь – и не получая. Тогда настанет одна ночь глубокая и темная, страшная и болезненная, и ты, как осужденный пойдешь туда, куда поведут тебя, в места страшные, где нет смеха, но где плач, где великий страх и трепет грешникам, великая беда и неизреченные слезы, неисповедимое сетование и не умолкающее воздыхание, неугасимый огонь, не усыпающий червь, тьма без света, неподкупный страшный Судья. Сколько и теперь уже под землею душ, не сохранивших страха Божия! Они просят малой отрады, и не получают, но в преисподнейших частях земли оплакивают свои грехи, свою леность, чревоугодие и лукавство. Посему, отвергшись мира и его удовольствий, будем внимать себе; покаемся всем сердцем и скажем Богу: вот мы оставили все, и в след Тебя пошли; вот мы отверглись всего из страха к Тебе! – Покаяние наше да дойдет до облак, стенание наше да приблизится к небесам, милостыня да приидет пред Бога! Послужим Ему со страхом и трепетом, и будем терпеть все скорбное и печальное, чтобы насладиться благ, которые обещал Бог любящим Его.

Сии заповеди Божии суть свет и живот, и от тебя зависит творить их, или пренебречь их. Если желаешь вечной жизни, непрестанно поучайся в них, и в них пребывай; напиши это малое слово на сердце твоем, и обяжи на выи твоей. Оно введет в жизнь вечную ходящих путем святым и достожелаемым, которым ходили все святые Ветхого и Нового Завета в подвиге, скорбях и нуждах великих; они угодили Христу постничеством и мученичеством, и за служение Христу в жизни сей, по восстании из мертвых, будут вечно ликовать с Ангелами.96

* * *

1

Главными источниками при составлении сего жизнеописания были три рукописные жизнеописания преп. Иосифа: 1, написанное Досифеем Топорковым, учеником и сродником преп. Иосифа. Оно называется надгробным словом, и начинается так: «елма убо всякаго словеснаго естества сый во окружении». Видно, что сие надгробное слово писано вскоре после кончины Преподобного: потому что в предисловии выражается одно чувство скорби о кончине Иосифа и о лишении его наставлений. Писатель говорит о рождении Иосифа: «во дни наша произъиде»; 2, писанное учеником Преподобного Саввою Черным, в последствии Епископом Крутицким. Оно подробнее, чем Досифеево. Начало сего жития: «и весь бе не от славных, в пределех и во уезде града Волока-ламскаго»; 3, житие, писанное не очевидцем, но очень хорошо знавшим жизнь Иосифа и его учеников; оно составлено вскоре после преставления Преподобного, и хотя короче первых двух, но более знакомит с духом Иосифа и его иноческими подвигами. Оно найдено между рукописями Волоколамского монастыря без начала. Рассказ о жизни препод. Иосифа начинается так: «темже судихом о сем нашим письменем вспоминати житие и сего черноризца, Иосифа глаголю, иже в пределех града Волоко-ламскаго». Прочие источники сведений о Пр. Иосифе указываются при самом жизнеописании.

2

Родители пр. Иосифа были происхождения благородного и вели род свой из Литвы. Прадед его Александр Саня перешел оттуда в Россию, и получил от Вел. Князя в вотчину село Язвище-Покровское. Дед Иосифа Григорий Санин, отличавшийся благочестием, постригся в монахи и назван Герасимом. Известны трое братьев Иосифа: Вассиан Епископ Ростовский, Акакий и Елеазар.

3

Борис Кутузов, кажется, не вступил в иноческое звание. Он упоминается как светский помещик (Собр. Госуд. Гр. т. 1. стр. 341, 368, 384). Имея сан окольничего, он в 1493 г. был отправляем послом в Литву (Истор. Г. Российск. изд. Эйнерлинга VI. 159). Но во всю жизнь он сохранял к Иосифу дружеское расположение. Из описи книг Иосифо-Волоколамского монастыря 1573 г. видно, что Борис Кутузов много благодетельствовал Обители Иосифа.

4

Тверской Саввин монастырь находился не далеко от Твери на реке Тме, близ дороги из Твери в Торжок. Сей монастырь основан Саввою, вероятно, еще в конце XIV в.; потому что в начале XV в. здесь уже был пострижен преподобный Савва Вишерский, основавший в 1417 г. свой монастырь близ Новгорода. Обитель Саввина во время его пребывания была уже устроена по правилам общежительных монастырей (см. житие препод. Саввы Вишерского, писанное Пахомием). Когда Савва удалился в Святую Гору, игуменом после себя он оставил Варсонофия (Неумоя). Из описания рк. Гр. Толстого (Отд. II. № 174) видно, что Варсонофий был игуменом в 1416 г. После пятилетнего управления монастырем, Варсонофий передал оное брату своему Савве, а сам удалился в пустыню не в дальнем расстоянии от монастыря. Там он проводил время в чтении Отеческих, книг и молитве, сохраняя совершенное нестяжание. Слава о его добродетельной жизни и духовной мудрости привлекала к нему многих: иноки и миряне, вельможи и простолюдины стекались к нему за советами. Сам Митрополит Фотий неоднократно письменно испрашивал у него разрешения в некоторых недоумениях. По свидетельству преп. Иосифа, Варсонофий имел и дар чудотворений. Под конец своей жизни, Варсонофий перешел в монастырь, которым брат его Савва со строгостью и мудростью управлял более пятидесяти лет. Иосиф называет сего Савву великим и святым (Дух. грам. Иосифа г. 10). К сему Варсонофию пришел Иосиф в то время как он жил уже в пустыне. – Теперь на месте Саввина монастыря находится село Саввино, с древнею церковью. В храме есть очень древняя икона, на которой изображены преп. Савва и преп. Варсонофий. – В Истории Росс. Иерархии и в Словаре духовных писателей Саввин Тверской монастырь смешивается с Саввиным Звенигородским.

5

Преподобный Пафнутий двадцати лет пострижен был в монашество, двадцать девять с половиною лет жил в Боровском Покровском монастыре, и тридцать три года в монастыре, им самим основанном; скончался он 1477 г. осьмидесяти двух лет с половиною от рождения (см. житие препод. Пафнутия, писанное Вассианом).

6

Слова списателя жизни Иосифа (№ 3-й).

7

Так сам Иосиф говорит о препод. Пафнутии: «Видехом его труды же и злострадания, подвиги же и посты, и худость ризную, твердую к Богу веру и любовь, и еже к Пречистой Богородице известную надежду, Еяже и всегда имеяше во уме упование, и во устех языку пищу. Сего ради и благодати Божия сподобися, еже хотящая быти прозирати и сердечные тайные помыслы братий поведати, еще же и болезни исцеляти, и вся убо, елика прошаше у Господа Бога и Пречистыя Богородицы, приимаше. Бяше же щедр и милостив, егда подобает; жесток же и напрасен, егда потреба» (Дух. Грам. гл. 10).

8

Архиепископ Ростовский Вассиан, жизнеописатель Пафнутия, говорит, что, если кто из посторонних заводил разговор не о предметах душеспасительных, Пафнутий тотчас же приказывал удаляться.

9

Так в жизни препод. Пафнутия говорится, что он посылал Иосифа по монастырским делам в город Воротынск к князю.

10

В 10 гл. Духовного Правила Иосиф оставил чрезвычайно любопытное описание иноческой жизни в разных русских монастырях, составленное по его личным наблюдениям во время путешествия и по слухам от других.

11

В это время игуменом Кириллова монастыря был Нифонт (1470–1480) Акт. Юрид. пр. 1.

12

Жизнеописатель Иосифа (№ 3) говорит – « Беяше добрыми обычаи украшени они монастыри, иже великий Сергий вдрузи, ово же собою, ово же своими ученики. И Пафнутий учися у Никиты, иже бысть ученик того Сергия. Но по отце Сергии леты по малу общество мних к лаврску обычаю нача клонитися. Един же Кириллов монастырь общества уставы соблюдати неврежени мняшеся, еже Иосифови зело возлюбися». Св. Кирилл был также наставляем в иноческой жизни учеником препод. Сергия Феодором в Симоновом монастыре. О ревностном хранении иноками Кириллова монастыря устава сего Преподобного Иосиф рассказывает довольно подробно в 10 гл. своей Духовной Грамоты.

13

В жизнеописании Иосифа, принадлежащем неизвестному сочинителю, говорится, что он пробыл здесь до 17 месяцев. Но этого нельзя допустить потому, что от смерти Пафнутия до основания Иосифом своего монастыря прошло только два года. Случай к открытию Препод. Иосифа был следующий. Раз Иосиф, удалившись в особое место, совершал свое правило, поя псалмы. Брат, разделявший с ним послушание в хлебне, хотел позвать его на работу. Подошедши к месту, где был Иосиф, стал смотреть в скважину, и увидев, что Иосиф совершает монашеское правило, и читает дневной Апостол и Евангелие без книг, тотчас рассказал это братии: тогда заставили Иосифа открыть свой сан и стали оказывать ему почтение.

14

Иосиф говорит об уставе Саввина монастыря так: «бяше предание их (Саввы и Варсонофия) таково, что никакоже николиже ясти, кроме трапезы, ниже вне монастыря исходити, кроме благословения, ниже отрочатем жити по келлиям, ниже на дворех, ниже женскому входу быти на монастырь, но вся бываху по свидетельству общежительных преданий» (Дух. грам. гл. 10). Саввин Тверской монастырь имел свой письменный устав. В описи книг Иосифова монастыря в 1573 г. упоминается список с устава Саввина Монастыря, что в Твери.

15

Иосиф стоял заутреню вместе с Герасимом. Во время кафизм, клиросные братия вышли из церкви, «якоже обычай имяху прохладитися мало», между тем настало время чтения, а чтеца не было. Игумен, увидев пришедших старцев, просил их почитать. Герасим велел читать Иосифу. Иосиф, после неоднократного отказа, из послушания начал читать. Жизнеописатель Савва говорит об Иосифе: «бяше у Иосифа в языце чистота, и во очесех быстрость, и во гласе сладость, и во чтении умиление, достойно удивлению великому, никтоже в та времена, нигде же таков явися».

16

Савватиева пустынь находится в 15-ти верстах от Твери. Евфросин, по словам Преп. Иосифа, был из роду князей Тепринских, и 60 лет провел безвыходно в пустыне. Но частые посещения наскучили ему, и он удалился на один остров Ладожского озера. Здесь начали приходить к нему миряне с женами и детьми; и он опять удалился в Савватиеву пустынь. Он исцелил от смертной болезни дочь тверского князя Бориса Александровича, бывшую потом супругою великого князя Ивана Васильевича.

17

Князь Борис дал Иосифу зверолова, хорошо знающего лес, для избрания места. Ловец пошел впереди, и вдруг поднялась буря и начала ломать деревья. По пути, проложенному бурею, зверолов пришел на то место, где ныне монастырь, и здесь осиял его необыкновенный свет. В страхе он остановился. Когда Иосиф достиг сего места, полюбил его, и решился основать здесь монастырь. Также один старожил крестьянин рассказывал ученикам Иосифа уже после его смерти: Когда был молод, мне случалось с отцом ходить там, где ныне Обитель Иосифова. Много раз слышали мы звон на этом месте, иногда вечером, как будто к вечерни, иногда утром, будто к утрени, иногда около времени обедни. Когда мы спрашивали об этом соседей, то и они отвечали, что слышали тоже, но не знают откуда. Наконец мы послали на то место, где слышался звон, но ничего не нашли.

18

В жизни Иосифа, писанной Досифеем, говорится при рассказе об одном чуде (1585 г.), что в Иосифовой Обители июня 1 память бывает чудотворцу Иосифу, яко прииде в той день на святое место сие.

19

Князь Борис Васильевич дал село Отчищено. Другие пожертвования перечисляет сам Иосиф: «А княгиня князя Борисова Ульяна дала на церковное строение рублей с пятьдесят, а после князя Бориса Васильевича княгиня Ульяна дала монастырю село Успенское, да к нему двадцать деревень, а князь Иван Борисович дал монастырю по себе святое Евангелие Сергиева письма доброписцева, обложенное серебром, да золочено, да село Спасское, да к нему сорок деревень, да три; а великая княгиня Марфа дала Пречистыя монастырю с триста рублев по себе и по своих родителех. А князь великий Иван дал монастырю с полтораста рублев, а Микита Тараканов дал с двести рублев; а Григорий Сабакин дал с полтретья ста рублев, а Владыка Новогородский Геннадий всего дал более дву сот рублев, а князь Семен Иванович Бельский дал с триста рублев. Да как начали стричися в чернцы добрые люди от князей и бояр и детей боярских и от торговых людей, и они давали много, рублев по десяти и по двадцати, а иные по тридцати, а иные рублев по пятидесят, а иные по сту, а иные по двести, а только того считати, ино не на одну тысячу рублев дали, да тем всем монастырь Пречистыя состроили. Церковь Пречистыя с подписью, и с иконами, и с книгами, и с ризами, и сосуды более тысячу рублев стала, а на монастырской обиход расходит триста рублев, опричь хлеба на год, а то все Господь да Пречистая посылала, а своего ничего не было, коли сем пришли на се место (Посл. к Бор. Вас. Древ. Вивл. XIV. 179, 180). Некоторые вклады в Обитель Иосифа упомянуты в Собр. Госуд. Грам. T. I. стр.341, 342, 406 и в Акт. Археогр. 1, 103.

20

Храм был расписан старцем, Паисием и Дионисием и его детьми Феодосием и Владимиром и двумя братаничами Иосифа: Досифеем и Вассианом, который впоследствии был епископом коломенским.

21

Духов. Грам. гл. 12.

22

Более трех яств у них не бывало за трапезою; но многие, по завещанию препод. Иосифа, не употребляли всех трех яств. Иосиф говаривал: «достоит иноку в общежитии едино брашно оставляти, и глаголати: се часть Христова». (Рк. Мон. Вол, в 4 д. № 92), т. е. брашно сие назначалось для бедных и неимущих.

23

Милостыня общеживущих, говорил Иосиф, есть, еже спострадати друг другу и претерпети смутившемуся нань брату и не воздати злом за зло (Рк. Иос. М. в 4 дол № 92).

24

Дополн. к Акт. Истор. т. I. № 216.

25

В Описи книг Иосифова монастыри 1573 г. упоминается 16 книг письма Герасима Черного.

26

Когда скончался Кассиан, Князь Василий Иоаннович Игумена Нифонта просил сообщить ему подробности о кончине сего старца. Дополн. к Акт. Истор. т. I. № 218.

27

Дионисий Звенигородский из Ниловой пустыни перешел опять в Иосифов монастырь. Издатели Исторических Актов несправедливо отнесли послание Митрополита Даниила, писанное к нему в Иосифов монастырь, к Игумену Звенигородскому Дионисию. В числе иноков Иосифова монастыри упоминается ученик Дионисия Звенигородского.

28

Полевы происходят из рода Князей Смоленских. См. Род. кн. 11. 365. В Волоколамском монастыре есть два послания Нила Полева.

29

Арсений (в мире Андрей Андреевич Голенин), по кончине Иосифа, скорбя о лишении его, часто ходил на его гроб, и со слезами умолял его, чтобы, если он обрел благодать у Бога, то взял его к себе. В одну ночь Иосиф явился ему во сне и сказал: «знай, что я получит благодать у Бога, и ты скоро перейдешь в другую жизнь». Действительно, Арсений вскоре сделался болен и, приняв схиму, скончался. Не много спустя по смерти его, один из иноков Иосифова монастыря Виссарион (по простоте названный Селифонтом) в ночном видении узрел светлую обитель, где за прекрасною трапезою сидели только Иосиф и Арсений. «Брат Селифонт, сказал Иосиф, не видишь ли, что Арсений худым купил лучшее?» Сам Виссарион, происходивший из простых поселян, после долгой добродетельной жизни, предузнав свою кончину, велел приготовить камень на свою могилу и написать на нем назначенный им день кончины. В этот день он действительно и преставился.

30

В числе келейных занятий Иосифе было и списывание книг. В Описи книг Иосифова монастыря, составленной в 1573 г., упоминаются следующие книги письма Иосифова: два Евангелия, Апостол, Псалтирь, Лествичник, Соборник из отеческих книг, Григорий Богослов, Богородичник, канонник, служебник; еще пополам с Герасимом Черным написано им Евангелие и Триодь Соборная; известна также его письма Триодь Постная (см. Словарь о писател. дух. чин. ч. 1. стр. 311.). Почерк Иосифа очень мелкий.

31

В послании к Ивану Васильевичу Третьякову, Иосиф пишет: «многим князем и бояром и простым людем отец есмь духовный». Между рукописями Гр. Толст. есть четыре послания препод. Иосифа: «о епитимиях к неким вельможам, в мире живущим, детям его духовным» (Опис. рк. Гр. Толст. отдел. II. № 68).

32

Препод. Иосиф, строго запрещая вход женщинам в его монастырь, отказался видеться даже с престарелою своею матерью инокинью, когда она у стен монастыря просила свидания с ним.

33

Дополн. к Акт. Истор. т. 1. № 213.

34

№ 3

35

Сохранились послание Иосифа к Юрию Ивановичу, Князю Дмитровскому, с котором он убеждает сего князя пропитывать народ во время голода, уставить цену на хлеб и наказывать тех, которые дорого продают (Допол. к Акт. Ист. 1. № 216).

36

Знакомство Юрия Ивановича с Иосифом началось еще при жизни В. Князя Иоанна Васильевича. В Иосифовом монастыре есть послание преп. Иосифа к Юрию Ивановичу, относящееся к тому времени. Пр. Иосиф писал о призрении бедных и удержании от блуда (Рк. в 12 д № 118).

37

Соф. Врем. ч. II. 345. Современность сего изложения Собору подтверждается тем, что Зосима называется в нем «святейшим митрополитом», и вставленное в летопись изложение заключается словом: аминь.

38

Нельзя не заметить существенного различия между изложением учения жидовствующих, по сказанию препод. Иосифа, и по другим сказаниям, современным первому Собору. Не было ли разномыслия между самими еретиками? Такому предположению дают вероятность: 1) слова Великого Князя в беседе с Иосифом. Великий Князь Иоанн Васильевич говорил Преподобному, что знает, которую ересь держал Алексей Протопоп, и которую держал Федор Курицын; 2) неодинаковая тяжесть наказания еретиков. Почитать всех жидовствующих отпадшими от христианства к лжеверию иудейскому не позволяют многие обстоятельства: 1) Ересь принята была многими лицами духовного звания, даже значительными, каковы были Митрополит Зосима (по мнению пр. Иосифа), некоторые архимандриты и два первые протопопа в России. Одно это обстоятельство заставляет предполагать более тонкий обман в лжеучении, нежели какой может скрываться в иудействе. 2) Непонятно, как Великий Князь, столь строго вступившийся за стеснение свободы вероисповедания дочери своей Елены в Литве, долгое время позволял расти в недрах своего государства и своей столицы лжеучению, явно разрушающему все христианство. 3) Сам преп. Иосиф в сочинении против жидовствующих главные усилия направляет не столько к опровержению тех пунктов их лжеучения, которые исключительно свойственны жидовству, сколько против таких, которые могли быть ему общи с некоторыми ересями, выходившими из христианства. Между тем учение, в котором отвергается Божество Сына Божия, и которое внесено было в недра Православной Церкви жидами, вводило свое счисление времени близкое к иудейскому, такое учение легко могло казаться жидовским. К такому объяснению подает повод и Геннадий Архиепископ Новгородский, от которого, вероятно, Иосиф и получил сведения о еретиках. К Иоасафу, бывшему ростовскому архиепископу в 1489 г., он писал, что, занимаясь опровержением еретиков, он нашел в Шестокрыле (хронологических таблицах) еретиков, что они от Адама до сего времени считают 276 девятнадесятиц, что составит 5228 л., и прибавляет: «и потому ино у них еще пришествия Христова несть, ино то они ждут антихриста; ино прелесть великая». (Рк. Лавр. Библ. Завет Сынов Иаковлевых). Сила такого заключения, по-видимому, основывалась на том, что полагали пришествие Иисуса Христа необходимо по истечении пяти тысячелетий с половиною, летосчисление же жидовствующих было близко к иудейскому, по которому полагается от начала мира до начала христианства 3,760 лет. – Чего недоставало в ереси новгородской до полного сходства с жидовством, то могли приписывать скрытности, на которую действительно указывают православные. Геннадий в послании к Иоасафу называет их Мессалиянами именно потому, что они скрывают свое учение. Прочие обвинительные пункты у Геннадия в сем послании встречаются следующие: 1) Попы еретиков служат обедни после употребления пищи, отпускают тяжкие грехи, вопреки правилам церковным. 2) Издеваются над иконами Господа нашего Иисуса Христа и Его Пречистой Матери. 3) Исказили Псалмы Давида и Пророчества, последуя преданию еретиков: Акилы, Симмаха и Феодотиона. 4) Прельщают людей жидовским десятословием.

39

Геннадий, сам не чуждый веры в то, что с концом седьмого тысячелетия (в 1492 г.) настанет кончина мира, предчувствовал опасность, которая угрожала Церкви от еретиков, если всеобщее чаяние не исполнится. Его страшила уверенность еретиков, что с окончанием седьмой тысячи лет не будет кончины мира. «Прейдут, писал он к Иоасафу, – три лета, кончится седьмая тысяча. Ино и аз слыхал у Алексея (протопопа, приверженца жидовствующих), и мы-де тогда будем надобны. Ино еретицы себе надежно чинят. Ино надобно подвиг велик о том держати: егда скончаются лета, и животом еще пробавит Бог миру, – ино то еретиком, жидовская мудрствующим, будет дерзость, а христианству спона велика».

40

Когда требовали от Зосимы более строгих мер; он отвечал, что не должно осуждать никого, ни еретика, ни отступника. Другие слышали из уст его даже хулы на христианство. Кто смел обличать его, тех он отлучал от Приобщения, духовных лишал сана, мирян подвергал наказаниям от В. Князя (Посл. Иосифа к Нифонту).

41

Иосиф писал к Нифонту: «глава еси всем, и к тебе вси зрим».

42

Истинная причина его удаления неизвестна. Епископы, извещая об избрании нового митрополита, писали в своих грамотах, что Зосима Митрополит, своея ради немощи, оставил стол русския митрополии (см. Пocл. Геннад. к Еписк. Допол. к Акт. Ист. T. I, стр. 16). Зосима не удостоен был блаженного поминовения – вместе с прочими иерархами московскими в неделю Православия. В некоторых рукописных синодиках он даже упоминается в числе подлежащих проклятию, вместе с другими еретиками новгородскими (Рук. Лавр. Библиот. Требник).

43

Тогда переведены (в 1501 г.) сочинение на иудейское безверие, вероятно, Николая de Lyra: contra perfidiam Iudæorum, – и (в 1503 г.) Самуила учителя обличение на иудеев (Указат. Матер. Русск. Ист. в Жур. Мин. Нар. Просв. 1834 г. ч. I. Отдел. 2. стр. 164).

44

Между рк. Гр. Толстого отд. II. № 68 упоминается послание Иосифа к Ивану Васильевичу против еретика Кленова. Имя Кленова в древнем списке стоит наряду с прочими новгородскими еретиками: «А от купцов Семен Кленов».

45

Об этом пр. Иосиф упоминает в письме к Митрофану, архимандриту Андроникова монастыря. Разговор Иосифа с В. Князем и письмо к Митрофану относятся а) не ко времени Митрополита Геронтия. Это видно из следующих слов Иосифа: «и аз ему (В. Князю) молвил: Государь! Только ся подвигнешь на нынешних еретиков, ино и в прежних тебе Бог простит», б) и не ко времени Зосимы; ибо Государь говорил Иосифу: «Митрополит и Владыки простили меня». Если б это было при Зосиме, то Иосиф объяснил бы В. Князю, как должно смотреть на Митрополита в сем случае. Притом В. Князь, как видно из письма Иосифа, говорил ему, что он знал, какую ересь держал протопоп Алексей, какую держал Федор Курицын. По образу выражения видно, что этих людей уже не было в живых. Алексей умер еще до низведения Зосимы, а Курицын упоминается в актах 1497 г. И так как он не подвергся казни вместе с своим братом после Собора 1504 г., то надобно думать, что он умер между 1497 и 1504 годами. К сему же времени должно относиться и письмо пр. Иосифа к Митрофану.

46

Письмо пр. Иосифа к Митрофану в Рк. Моск. Д. Академии, под № 171.

47

В этом случае правительство действовало на основании законов Греческой Империи против совратителей и отступников от веры. См. в Кормчей Закона Градского грань 39. гл. 30–33. 1810 г. ч. II. л. 113.

48

Ко времени самого Собора относится послание пр. Иосифа к инокам, писавшим против его мнения, где он оправдывает строгие меры против еретиков, присовокупляя, что должно покориться суду соборному и начальному святителю. Рк. М. Д. Ак. л. 250. № 171.

49

См. Письмо пр. Иосифа к Великому Князю Василию Иоанновичу, и ответ на него белоозерских старцев (Древ. Вивл. XVI, 423). В оправдание строгих мер против еретиков Иосиф написал Слова 15 и 16 против Жидовствующих, составляющие заключение его книги: Просветитель. В 16 слове он уже упоминает о соборном определении против еретиков в 1504 г.

50

Рук. Саввина Звенигор. монастыря в 4 д. № 84. Год послания определяется следующими словами: «егда же враг человеческаго спасения диавол приведе скверныя Евреи в великий Новгород, отселе за четыредесять лет». Приход Схарии в Новгород Иосиф полагает в 6979 г.

51

В житии Пр. Иосифа (№ 3) сказано: «в сих совопрошениих Троицкой Сергиева Монастыря Игумен Серапион да Иосиф, разумне и добре расчиняя лучшая к лучшим, смотря обоюду пользующая».

52

Стогл. Соб. гл. 79, где помещено мнение пр. Иосифа, поданное на Соборе.

53

Иосиф оправдывал свой поступок, между прочим, примерами монастырей: Троицкого Сергиева, Толгского и Каменного, которые, по причине притеснений от удельных князей, перешли под покровительство Велик. Князя.

54

Язва началась в 1507 г. и окончилась в 1509 г. Она была так сильна, что в одну осень в Новгороде было погребено до 15,000 человек (Ист. Гос. Росс. T. VII, 117).

55

Ист. Акт. T. I, стр. 524. Грамота писана, как видно из подписи, на Москве в лето 7015, то есть 1506–7.

56

Ист. Росс. Иер. 111, 607.

57

Сам пр. Иосиф писал к Борису Васильевичу Кутузову: Накупил на меня князь Феодор с своим архимандритом (Алексием Пильемовым) Кривоборского (вероятно, дьяка архиепископского), а Кривоборский – архиепископа Серапиона уласкал и обманул с своими поборники. Князь Феодор почал думать с архимандритом Алексием, да с Болотом, да с Коптем, как доставати монастыря. Да вздумали так, что ничем так монастыря достати, как архиепископом новгородским. Да и велел князь Феодор Борисович своему архимандриту посылати чернцов, да с ними грамоты свои к архиепископу к Серапиону, чтоб на меня положил отлучение и неблагословение. А Кривоборскому велел грамоты слати, чтобы печаловался архиепископу о том же. Да почали говорить, как бы то дело утаить от Великого Князя, – что князь Феодор архиепископа навел на то своим архимандритом. Да вздумали так: взяти у архиепископа грамоту, одна на Иосифа, а другая на архимандрита. Ино будет на архимандрита неприметно людем: чают кои, таков же бранен на архимандрита архиепископ, как и на Иосифа. Да и послали двух чернцов с грамотами к Кривоборскому, будто соли, да рыбы купити, а в грамотах писали, только архиепископ Серапион учинит так, о чем ему бьет челом князь, и он будет вторый Златоуст. А Кривоборский только на то наведет архиепископа; и князь хочет с ним животы делити».

58

Послание Иосифа к Вел. Князю Василию Иоанновичу в Рк. Иосиф. Волокол. Мн. в 8 д. № 22.

59

Отлучительная грамота Серапиона пришла к Иосифу, как пишет он, в Великий пост; на третьей недели после Пасхи (Пасха в 1509 г. была 7 апр.) Серапион был лишен епархии новгородской и вызван в Москву (Полн. Собр. Русс. Лет. T. III, 137). След. это было прежде рассмотрения соборного дела Серапионова. Посему не напрасно св. Серапион в послании к Митрополиту Симону жаловался, что его прежде суда подвергли наказанию. В строгом суде над Серапионом, кажется, можно видеть вмешательство политических видов, именно: стремление Вел. Князя унизить удельного. Великому Князю особенно не поправились в отлучительной грамоте Серапиона на Иосифа слова: «Почему ты отдал в великое государство свой монастырь? Ты отступил от небесного и прошел к земному». Понимая слишком буквально эти слова, Вел. Князь говорил Серапиону: «Ты назвал князя Феодора небесным, а меня земным. Что я точно земной, это я знаю, но скажи нам, почему князя Феодора назвал небесным»?

60

Ист. Акт. I, 529. Грамота дана была 1509 г. июля 8. Подробности спора Иосифа с Серапионом изложены в послании первого к Борису Васильевичу Кутузову и Ивану Ивановичу Третьякову.

61

В житии пр. Иосифа, пис. Досифеем, сказано: «паки мало прейде, архиепископ Серапион со игуменом Иосифом межи себя общее прощение получиша». В другом житии (№ 3): «тогда же Иосиф извествовася к Серапиону и, познавше ся на истине, смирение умножиста себе преподобника и любовь множае первыя утвердиста».

62

Собр. Госуд. грам. 418, 419. Феодор Борисович отказал Иосифову монастырю сто рублей и волость Буй-город. Но эту волость взял Великий Князь себе, а за неё внес деньги в монастырь.

63

Рк. Иосиф. Волокол. монаст. № 191 в 4 д. и № 92.

64

Духовная Грамота пр. Иосифа состоит из 13 глав. В предисловии он говорит, что, предчувствуя близость кончины, решился он написать свой устав, чтоб братия знали, в чем состоят их обязанности. В 1-й гл. говорится о церковном благочинии, во 2-й о трапезном, в 3-й об одежде и обуви иноков; в 4 и 5-й о келейном благочинии; в 6-й о соборных службах; в 7-й о недержании хмельных напитков в монастыре, в 8 и 9-й о запрещении ходить в монастырь женщинам и малым детям; в 10-й о ревностном хранении древними св. иноками устава монастырского; в 11, 12 и 13-й главах об обязанностях настоятеля и начальствующей братии (Ркп. Москов. Дух. Акад. № 171).

65

Дополн. к Акт. Истор. № 211, 212.

66

Ркп. Гр. Толст. Отд. II. № 68 и 269. Ркп. Иосиф. Волок. монаст. в 4 д. № 212 и 316.

67

Слово 12 встречается в редких списках Просветителя Иосифова. Из четырех списков, принадлежащих М. Д. Академии, оно находится только в одном.

68

Др. Росс. Вивл. T. XIV.

69

Встречаются во многих рук., напр. М. Д. А. р. № 171.

70

Рк. М. Д. Ак. № 171.

71

Рк. Гр. Толс. Отд. II; № 68.

72

Одно послание напечатано в Древ. Росс. Вивл. T. XVI; другое – в рк. Саввина Звенигор. монаст. в 4 д. № 84. ст. 35–40.

73

Рк. Иосиф. Вол. Мон. № 22 в 8 д. Рк. Гр. Толст. От. II. № 68.

74

Там же.

75

В Рк. Новг. Соб. Вивл; Рк. Гр. Толст. Отд. II. № 68.

76

Др. Рос. Вивл. T. XIV.

77

Рк. Иос. Вол. Мон. № 22 в 8 д. Рк. Гр. Толст. От. II. № 68.

78

Первое послание встречается в Рк. Иос. Вол. Мон. в 12 д. л. № 118. второе в Дополн. к Акт. Истор. T. 1. № 216.

79

Доп. к Акт. Ист. Т. 1. № 213.

80

Рк. Гр. Толст. Отд. II. № 68.

81

Рк. М. Д. Ак. № 171. л. 27.

82

В писаниях пр. Иосифа делаются указания и выписки из жития св. Апостолов, Игнатия Богоносца, Мученицы Евдокии, Мученика Симеона, Елевферия и матери его Анфии, Галактиона, Епистимии, Ориосилы, Февронии, Пахомия, Антония Великого, Харитона, Николая Чудотворца, Евфимия Великого, Василия Амасийского, Григория Богослова, Василия Великого, Иоанна Златоуста, Порфирия Газского, Льва Катанского, Епифания Кипрского, Льва Папы Римского, Александра Патриарха Константинопольского, Флавиана Патриарха Антиохийского, Архелая Месопотамского, Пр. Даниила Столпника, Авксентия, Иоанникия, Исаакия Далматского, мученицы девицы Феодосии, Феодора Едесского, Иоанна и Симеона Христа ради юродивых, Саввы Освященного, Стефана нового Исповедника, Макрины сестры Василия В., Стефана Сербского. Берутся свидетельства из Патерика Скитского, Старчества, Отечества, Патерика Печерского. Из писаний Отеческих приводятся слова Священномученика Ипполита, Дионисия Ареопагита, Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоустого, Афанасия Вел., Ефрема Сирина, Макария Великого, Григория Папы Римского, Кирилла Патриарха Иерусалимского (о Манихеях) Мефодия Патарского (об Оригенской ереси), Иоанна Архиепископа Никейского (об Армянской ереси ), Иоанна Дамаскина, Варсонофия, Аввы Дорофея, Иоанна Лествичника, Феодора Студийского, св. Мефодия Исповедника (послание к студийским монахам), Максима Исповедника (о любви), Симеона Метафраста. Приводятся правила и постановления соборные по Кормчей. Говоря о начале монашества, Иосиф приводит свидетельства Филона, Иосифа Флавия, Евсевия Памфилийского. При объяснении седмин Данииловых, кроме Иосифа Флавия и Евсевия, Пр. Иосиф указывает на Никифора Патриарха Цареградского и Хронограф Георгия Амартола, и по нему расчисляет седмины. Доказывая исхождение Духа Св. от единого Отца, Пр. Иосиф приводит свидетельства Григория Чудотворца, Дамаса Папы Римского, Фалассия, Кесария брата Григория Богослова, Германа Патриарха Константинопольского. Часто приводятся правила Никона Черногорца и упоминается «Зерцало» Филиппа.

83

Из Слова 11-го.

84

У Преподобного Иосифа ипостась называется составом.

85

Слово 1-е на новгородских еретиков.

86

Слово 7-е.

87

Слово 1.

88

Слово 5.

89

Слово 5.

90

Слово 1.

91

Слово 1.

92

Слово 7.

93

Слово 4 и 7.

94

Слово 5, 6 и 7.

95

Духовн. Грам. гл. 1-я и Слово 7-е.

96

Из Слова 7 против жидовствующих.


Источник: Преподобный Иосиф Волоколамский [Текст] / [проф. П. Казанский]. - Москва : Тип. Семена, 1847. - 92 с.; 23 см. (Из прибавлений к изданию Творений св. отцев в русском переводе. Ч. V. 1847 г.)

Комментарии для сайта Cackle