Симеон Полоцкий

Вертоград многоцветный. Том 1

Том 2Том 3

Содержание

Acknowledgements Д.С.Лихачев, Предисловие Л.И.Сазонова. «Вертоград многоцветный» Симеона Полоцкого: история создания, поэтика, жанр Список условных сокращений Anthony Hippisley, Note on Sources Anthony Hippisley, Lydia Sazonova, Editors» Editors’ Note Вертоград многоцветный ползы ради душевныя православных христиан, Божиим наставлением и пособием, а трудоположением многогрешнаго во иероманасех Симеона Полоцкаго утяжанный и насажденный в лето от создания мира 7186, а от Рождества еже по плоти Бога Слова 1678 совершися месяца августа в день Предисловие ко благочестивому читателю А Аарон Авва отче Авель Авесолом Авимелех Авраам Агарь Агарь душу знаменает Аггел Аггел от зла отводит Аггели срящут святых душы Аггелов не искупи Господь, человеки же искупи, чесо ради Аггелы чтити Агнец Ад в мысли имети Адам Адомим Академия Александр Алкион Аман Аминадав Анафема Антихрист Апостоли Ариан Архиерей Август Б Бдение Безбедство Бездна Безказние Безместие Безумие Беседа Бисери сокрушеннии быша исцеленнии Благая мира прелщают Благо Благо истинное Благоговеинство Благодарствие Благодать Благодать Божия Благодать чрез тайны Благодать есть живот Благодать добродетелей виновна Во благодати человеческой не уповати Благоденствие Благородие Благость Божия Благость общится Благотворение Благотворение Божие Благо творити Благоумие Блаженство Блаженство грешных Блаженство мира Близость Блуд Блуд со сыном сотворшая мати Блуд со сродником Блуд восприемника со дщерию Блуда бегство Блудник Блудница Бог Бог везде Бог возлюби мир Бог казнит нудим нами Бог необьемлем Бог с нами Бог, яко хощет, творит Бог что есть Бог всевидец Бог в коих сердцах Бог неизменен Бога не знающий Богоподобие Бога славити о всех Богатии неудобь входят в небо Богатство Богатство благих Богатство Бог отьемлет Богатство безгрешное Богатства чуждая Богатство и нищета Богатству сердца не прилагати Богатый Богатых обычай Болезнь Болезни врачевство Болшему уступити Боязнь Брань Брань молитвою крепка Брань душы с плотию Братство Бремя Будете, яко бози Буйство Буйство грешных Бытия степени Бегание из церкве Бегати Бегати злых Бедство Бедство в пути Беды нудят ко Богу Беды добрых В Варавва Вдовство Велий кто Веление противное Вервь Божия Вервь демонская Веселие духовное Веселие есть истинное, еже о Бозе Веселие есть истинное Христос Веселие мира есть суета Ветхий человек Вечеря небесная Взаим даяние Видение Видение Бога Вина Вино Вино новое Власть Внушение Возвращение чуждых Воздаяние Воздаяние злое Воздержание Вознесеся Христос Вознесение Христово Воин Воля Воля свободная Волк мысленный Волсви трие Волхв Воплощение Христово Востание Восток Христос Восхищение Павла Враг Врагом добротворение Врази в пути Врази три Вран Ноев Врата в небо Врачь Врачь Христос Врачевание Врачевство на грехи Время Время златое Ведение Веждество Век сокращенный Век Венец Вено Вера Вера христианская Вера и дела Вера щит Верение Веры соблюдения средства Веры смерть Веры уподобление Г Гавриил Гадание Глава Глава медная глаголавшая Глад Глас Божий страх Глас народа Гнев Гнев Божий Год века образ Голубь евхаристический Голубь небесный Голубь и вран Гонение Гонят благих злии Гордость Гордость и смирение Гордым Бог противится Горе имеим сердца Горе воздыхати Господь с тобою Гость Гражданство Гроб Христов Греси противу Духу Святому Греси ума Греси святых Греси, вопиющии в небо Греси тайнии Грех Грех тма Грех первородный Грех содомский Грех простимый Грех смертный Грех братний покрити Грех смертный и простимый Грех бывает различно Грех оставляется Грех паче скорбей Греха степени Грехи чуждыя извиняти Грешен кийждо Грешныя Бог оставляет Грешныя прародители Христос име Д Дар Дары умилостивляют Дароимство Даяние Даяти блаженней, нежели взимати Двоедушие Демон Демон служаше Демон изочает Демон, яко пес прицепленный Демон ловит Демон исповеди пакость Демон в образе аггела служаше Демон в аггела светла претворися День и нощь 1. Денница 2. Полудень 3. Вечер 4. Нощь День смерти Дни злии и добрии Десница и шуйца Десятина Диавол Диадима Диоген Добро Добро за зло Добродетель Добродетели и злобы Седми добродетелей богословских и главных начертания, прехитростно изображенная, историами святыми освященная, полезная благоговейных употреблению. и образы медяными изваанная. Добродетели аще не к Богу возносятся, преступление есть. Августин, в книзе о Граде Божий. Воздержание Любы Правда Надежда Разум Крепость Вера Добронравие Доброта по гресех приятна Доволство Долг чад Долгорук Должник безпечалный Дом добродетелей Дом плача и дом пира Досада Достоинство Древо Друг Друг друга снедает. Дуга Дух Святый Дух во огня виде Дух Святый деет Дух Святый ограждает Духа Святаго дари Духа Святаго жилище Духа Святаго благодати знамение Духи искушати Душа Душу питати Душу питати прежде Души цена Душы питати, тело смиряти Дева Дева-инок, оклеветанная блудом Девства не сохраншей обличение и наказание Девство Девство растленное Дела Дела благая Дела нощи Делати Детствование Детем благословение Anthony Hippisley, Commentary  

 

«Аарон» «Детем благословение»

Acknowledgements

In connection with the present critical edition of Simeon Polockij's Vertograd mnogocvеtnyj I owe a debt of gratitude to the following persons and institutions: to the State Historical Museum in Moscow and the Library of the Academy of Sciences of the USSR in Leningrad for providing me in 1966 with microfilms of the three manuscripts of the Vertograd, to Professor Hans Rothe for his unstinting support of this project, demonstrated principally by agreeing to publish the edition in the series of which he is the general editor; to the British Academy for funding a visit to the USSR in spring 1991 during which collaboration with Soviet colleagues was negotiated; to Academician Dmitrij LichaCev for his willingness to endorse the project, and to Professor Lidija Sazonova for agreeing to contribute her years of experience of Polockij to the project and become co-editor of the critical edition; to the School of Modem Languages at the University of St Andrews for providing the Macintosh computer on which the text has been produced; to the Committee on Research in Arts and Divinity at the University of St Andrews for funding research trips and small purchases in connection with the project; to the University Library at the University of Aberdeen for granting me an extended loan of their copy of Matthias Faber, Concionum opus tripartitum, without which the Commentary to the Vertograd would have been impoverished; to the Bodleian Library at Oxford University for providing me with microfilms of their copies of Hortulus Reginae sive Sermones Meffreth and Jacobus Marchantius, Hortus pastorum, which were also crucial to the Commentary; and to Alison Aiton of the Department of Russian at St Andrews University for her constant help in solving the many wordprocessing problems that have arisen.

Anthony Hippisley

Д.С.Лихачев, Предисловие

Переход от средневековой культуры к культуре Нового времени вопреки распространенному мнению – процесс длительный и сложный, вовсе не сосредоточившийся на одних катаклизмах Петровского времени. Велик соблазн отнести этот переход к нескольким годам конца XVII века и начала ХѴПІ. На самом деле многосторонний процесс изменений начался в Смутное время и продолжался весь XVIII век, то есть охватил не менее, чем два века.

Он начался сверху, ибо верхи общества имели наиболее подвижный образ жизни.

События, связанные с польской интервенцией, народными движениями, затем присоединение Левобережной Украины, войны на юге и на западе передвигали из страны в страну духовенство и военные слои. В самой Москве обосновалось Немецкая слобода; иностранцев в Москве оказалось больше, чем в последующие века. Естественно, что уже в XVII веке появились общие с Украиной и Белоруссией культурные проблемы и культурные движения. Одним из таких движений явилось барокко – в зодчестве, в изобразительном и прикладном искусствах, а также в литературе: в поэзии и на театре.

Барокко не было просто «модой» – оно было необходимостью. Барокко – это новый культурный язык, зная который можно было общаться с Европой. Новые символы, эмблемы, понятия, темы, новая мифологическая система образов – все это двинулось на Русь, не сметая старую систему, которая оставалась, но замкнулась главным образом в пределах церкви и в значительной мере была той же, что и на Западе, но дополняя ее преимущественно тем, что принадлежало на Западе к светской цивилизации. Оно было органически связано с бытом, с внешней стороной светской культуры общества.

Искусство барокко было «ученым» искусством. Роль учебников, справочников, словарей, энциклопедий для освоения нового общеевропейского культурного языка стала играть поэзия барокко.

Естественно, что все новое подавалось в привлекательном виде, декларировалось как вечное благополучие. Новый культурный язык явился в форме виршей, объявленных новым Раем – «Вертоградом». У врат этого «рая» стоял его привратник – белорус по происхождению, украинец по образованию и москвич по месту своей деятельности – Симеон Полоцкий. Он явился истолкователем всего многообразия мира, представленного в ограде этого Рая отдельными фрагментами.

Конечно, Симеон Полоцкий не одним своим «Вертоградом» истолковывал мир и сообщал о нем сведения. Ему принадлежали и другие стихотворные книги. Он же действовал как учитель царских детей при дворе царя Алексея Михайловича, чей младший сын Петр стал отцом сокрушительных реформ России – Петром Великим.

Весь мир подлежал перетолкованию на западный манер, и тут нужен был не только учитель, но и воспитатель, который бы не только научил языку, но и внушил бы новые понятия о хорошем и плохом, принятом и непринятом, переодел бы мир в новые одежды понятий и образов.

Реформы зародились сначала в самих представлениях людей. Лед двинулся, и в конце концов на Русь пришла не только западная духовная культура, но и внешняя западная цивилизация, отчасти сниженная в своей глубине.

Московский «Вертоград» Симеона Полоцкого обернулся в Петербурге Петровским ассамблейным Летним садом.

Полное и научное издание «Вертограда многоцветного» никогда ранее не предпринималось. Лучшие знатоки творчества Симеона Полоцкого – Антони Хипписли (университет Сент-Эндрю, Шотландия) и Лидия И. Сазонова (Институт мировой литературы Российской Академии наук, Москва) предприняли изучение истории текста этого произведения, состоящего из множества отдельных стихотворений, подчиненных единой задаче и единому (не изменявшемуся) авторскому плану. Их издание «Вертограда» по праву может считаться образцовым, а если принять во внимание и трудности научного издания текстов, и их подготовки к печати, то и научным подвигом.

Остальное будет объяснено ниже во вступительной статье и комментариях А. Хипписли и Л. И. Сазоновой, которых мы можем уверенно поблагодарить за весомый вклад в изучение русской средневековой литературы.

Академик Д. С. Лихачев

Л.И.Сазонова. «Вертоград многоцветный» Симеона Полоцкого: история создания, поэтика, жанр

Творчество Симеона Полоцкого, крупнейшего русского поэта XVII в., сформировавшегося в атмосфере культурного пограничья, на рубежах православия и католицизма, синтезирует литературные традиции Запада и Востока Европы и вводит русскую литературу в русло общеевропейского художественного процесса эпохи барокко.

Белорус по рождению Самуил Гаврилович Петровский-Ситняно´вич (Полоцк, 1629 – Москва. 25.ѴІІІ.1680) получил образование в высших учебных заведениях Речи Посполитой: в «восточнославянских Афинах» – православной Киево-Могилянской коллегии и, по некоторым предположениям, в Виленской иезуитской академии. По окончании курса наук принял в 1656 г. в Полоцком Богоявленском монастыре монашество с именем Симеона, к которому добавилось впоследствии в Москве, где и развернулась его м ногогранная творческая деятельность, определительное прозвище «Полоцкий» – по месту рождения. В научной литературе встречаются разночтения, касающиеся как отчества писателя (Емельянович или Гаврилович). так и его фамилии (Петровский/Пиотровский – Ситнианович/Ситнянович). По-видимому, «двойным» отчеством и двойной фамилией Симеон обязан отцу, которого звали Гавриил Ситнянович, и отчиму – Емельяну Петровскому1.

Провинциальная жизнь Симеона – молодого учителя («дидаскала») «братской» школы при Полоцком Богоявленском монастыре, заполнявшего свой неторопливый досуг сочинением виршей для мелкой разноплеменной шляхты на польском, латинском, белорусском языках, вдруг кардинально переменилась после встречи в 1656 г. с русским царем Алексеем Михайловичем. Вместе со своими учениками («отроками») Симеон приветствовал стихотворными «метрами» царя, прибывшего в Витебск, затем в Полоцк в связи с началом русско-шведской войны. Царю-западнику, полюбившему новые, модные виды искусства, стихи поэта, его ровесника, пришлись по вкусу. В 1660 г. Симеон с «отроками» впервые побывали в русской столице и выступили перед Алексеем Михайловичем с чтением декламаций в Кремле. После возвращения Полоцка Польше Симеон, скомпрометировавший себя пророссийскими симпатиями, вынужден был эмигрировать в Россию, и в 1664 г. он навсегда перебрался в Москву, где получил покровительство самого царя, и поставил отныне свое перо на службу царского двора и русской культуры. Впоследствии он вспоминал, обращаясь к царю Федору Алексеевичу: «Оставих аз Отчество, сродных удалихся, / Вашей царской милости волею вручихся»2.

Благодаря незаурядному таланту, прекрасной для восточных славян образованности и огромному трудолюбию Симеон Полоцкий стал первым московским просветителем европейского типа. Он принес в русскую культуру многие небывалые в ней ранее явления и по сути, и по форме, и по масштабу. Идеологические и художественные новации, введенные им. а также другими выходцами из бывших окраин Речи Посполитой – представителям и украинской и белорусской интеллигенции, устремившимися в середине века в свою новую столицу, можно определить как вторжение в национально замкнутую жизнь русского общества европейской постренессансной культуры.

Симеон привез с собой плоды европейской учености – прекрасное знание языков латинского, польского, белорусского, украинского, а также схоластических наук (грамматика, риторика, диалектика, гомилетика и др.), которые в целом были связаны с миросозерцанием и культурой барокко в его православном украинско-белорусском варианте. Обладая многосторонними знаниями и интересами, он являл собою тип универсального просветителя, всеобъемлющего деятеля – поэт и драматург, богослов и проповедник, переводчик и лексикограф, редактор и издатель, педагог и автор учебных книг, создатель первого проекта высшей школы. Симеон принимал участие в делах государственной важности, в частности, в работе церковного собора 1666–1667 г., осудившего как расколоучителей, так и патриарха Никона; на основе материалов и постановлений собора составил книгу «Жезл правления» (М., 1667). Он занимался воспитанием и образованием царских детей – будущего царя Федора и будущей царевны-правительницы Софьи, привил им вкус к стихотворству. Когда же предстояло выбрать наставника для юного царевича Петра Алексеевича, будущего Петра Великого, то Симеону было поручено проэкзаменовать на эту роль дьяка Никиту Зотова. Он возглавил созданную при Приказе Тайных дел первую в России школу нового типа, где обучал государственых чиновников – будущих дипломатов латинскому языку, необходимому для общения с Европой. Им разработан проект организации в Москве высшей школы («академии») по типу польских и западноевропейских университетов, положенный его учеником и другом, поэтом Сильвестром Медведевым в основу «Привилея» Славяно-греко-латинской академии (1682–1685). В обход патриарха, под началом которого находилась государственная типография – Печатный двор. Симеон завел в Кремле, или как тогда говорили «в Верху», собственную типографию, свободную от церковной цензуры, где издавал свои сочинения и других авторов, привлекая к оформлению книг придворного художника Симона Ушакова и гравера Афанасия Трухменского. Здесь была напечатана, в частности. «Псалтирь рифмотворная» – первое в России стихотворное переложение одной из библейских книг, выполненное Симеоном Полоцким по примеру польского поэта эпохи Возрождения Яна Кохановского. «Вратами учености» назвал Ломоносов эту книгу, заложившую основы его гуманитарной образованности и сообщившую ему первые представления о поэтическом искусстве.

При дворе царя Алексея Михайловича Симеон Полоцкий получил признание как мудрейший «философ», «вития» и «пиит». Фигура в контексте русской культурной жизни необычная и примечательная, он привлекал к себе внимание европейских интеллектуалов. Дворянин из Курляндии Яков Рейтенфельс в своей книге о «Московии», предназначенной для тосканского герцога Козьмы, поведал среди впечатлений и о своем знакомстве с Симеоном Полоцким, отметив те черты его духовного облика, которые он, как европеец, не мог не оценить в жителе русской столицы: «(...) монах Базилианского ордена, по имени Симеон, в высшей степени преисполнен латинской учености»3. Это первое в зарубежной литературе упоминание русского поэта было опубликовано вначале на латинском языке в Италии (Падуя. 1680). а затем на немецком – в Германии (Нюрнберг. 1687). Как поэта, богослова и издателя упоминает Симеона оксфордский профессор-лингвист, голландец по происхождению Г.-В.Лудольф в предисловии к своему труду – первой в Западной Европе ’’Русской грамматике’’ (1696): «Не так давно некий монах Симеон Полоцкий перевел славянскими стихами Псалмы Давида и издал их, как и многие другие еще богословские книги, именно Духовный обед, Духовный вечер, Многоцветный вертоград4.

Симеон Полоцкий оставил огромное литературное наследие, значительная часть которого представлена в авторских рукописях и писцовых списках. В сущности за 16 лет его труда русская литература обогатилась новыми видами творчества (силлабическая поэзия и драматургия), идеями, жанрами, средствами художественной изобразительности. В русской поэзии XVII в. он занял положение бесспорного лидера и мэтра и стал основателем поэтической школы. Симеон принес в Россию воспринятую им из европейской эстетики барочную концепцию поэтического творчества, согласно которой поэт есть «переводчик слов и помыслов Бога»5. В студенческих записях Симеона присутствует следующее определение поэзии: «...nostra poetica nil aliud est nisi poema aut eloquium Dei ipsius est» («...наше поэтическое искусство есть ничто иное, как поэзия, или красноречие самого Бога»)6 – положение, прямо соотносящееся с тем. что писали европейские теоретики XVII в. Писательство осознается как высший вид духовной деятельности, «как личный нравственный подвиг»7. С этим связана беспримерная плодовитость Симеона, его ревностное, подвижническое служение словесной культуре. Жизненное кредо Симеона – «Да не празден жизни моея иждиву время прилагая» (предисловие к «Вертограду многоцветному»). Его ученик, друг и помощник в литературных делах Сильвестр Медведев, живший в соседней с ним келье, свидетельствует: «На всякий же день име залог писати в полдесть (в четверку – Л.С.) по полутетрати, а писание его бе зело мелко и уписисто»8 (что равно восьми страницам обычного формата).

Свои творческие усилия и каждодневную литературную работу Симеон направил на строительство русской стихотворной культуры, ибо, сетует он. обращаясь к царю Федору Алексеевичу: «Мало словенских стих доселе бяше, / поне да явит тыя время ваше»9. Поэт доказывает пользу «краесогласия»: « (...) ибо услаждает рифм слух и сердце чести понуждает»10. «Пиитическое рифмотворение», привлекательное «равномерием слогов», – достойный способ приобщить к чтению. Эстетическое подчинено этическому. В поэзии ценятся и другие достоинства, благодаря которым содержание стихов удерживается сознанием читателя: «И яко в немнозе пространстве многшая заключающеся удобнее памятию содержатися могут. И на память изученная внегда провещаются, временно благосладящая суть слухи и сердца слышащих». Того ради, заключает Симеон, «да рифмотворное писание распространяется в нашем славенстем книжном языце» (предисловие к «Вертограду многоцветному»).

Силлабическое стихотворство получило статус регулярной книжной поэзии и вошло в быт царского двора и столицы как явление новой, европейской культуры. Впервые в русской культуре возникла ситуация поэт и царь, поэт и власть, воспроизводившаяся с присущим ей драматизмом впоследствии неоднократно. Уже на судьбах первых придворных поэтов можно видеть, что близость ко двору и к царю или давала свободу, хотя и она имела известные пределы, или вела на плаху. Жизнь Симеона – иллюстрация первой возможности, а судьба его ученика – Сильвестра Медведева – второй. Благодаря покровительству царей – сначала Алексея Михайловича, а затем Федора Алексеевича Симеону удалось сделать для русской культуры необычайно много. Это же покровительство спасало его от гнева высших иерархов церкви, ревниво относившихся к стремительному возвышению явившегося из безвестности «иеромонаха», который занял не по чину высокое положение при дворе, нарушив сложившиеся традиции. Свести счеты с ним было трудно, хотя такие попытки предпринимались: при загадочных обстоятельствах был убит в монастыре его родной брат – иеромонах Исакия11. Сполна же церковные власти попытались отомстить Симеону уже после его смерти. Патриарх Иоаким запретил под страхом наказания читать его сочинения: «(...) запрещаем всем православным сыновом (...) никако же дерзати народно и в церквех прочитати, под церковною казнию, священным – под извержением священства, людином же – под отлучением»12.

Новый тип культурного деятеля, который являл собою Симеон, остро воспринимался представителями традиционного культурного сознания как чужеродный и отождествлялся с неправославием. Яростный протест церковных властей вызывало «новое мышление» заезжего иностранца, о чем можно судить по характеристике, данной Симеону после его смерти патриархом Иоакимом: «(...) по пленении Полскаго государства пришел из Полотска града в царствующий град Москву некто иеромонах у езуитов учивыйся по латине именем Симеон, прозванием Полотский, сказа себе восточнаго благочестия последователя быти (...). Он же, Симеон, аще бяше человек учен и добронравен, обаче предувещан от иезуитов, папежников сущих, и прелщен бысть от них. к тому и книги их латинския чтяше, греческих же книг чтению не бяше искусен, того ради мудрствоваше латинская нововы мышления права быти. У изуитов бо кому учившуся, наипаче токмо латински, без греческаго, не можно быти православному веема восточныя церкве искреннему сыну»13.

Впервые в русской культуре имел место арест рукописей по идеологическим причинам. Хранившиеся у Сильвестра Медведева рукописи Симеона были изъяты и скрыты от посторонних глаз в патриаршей ризнице в сундуке, содержимое которого открылось миру спустя почти два столетия после смерти автора. Тем самым его сочинения, остававшиеся в рукописях, из литературного обращения фактически были исключены. И получилось так, что Пушкину имя крупнейшего русского поэта XVII в. было известно только по поздней легенде всего лишь как автора стихотворного астрологического предсказания о рождении и великой будущности царя Петра I14.

Литературное наследие Симеона Полоцкого введено в научный оборот далеко не полностью. Не были ранее опубликованы целиком грандиозные рукописные книги поэта «Рифмологион» и «Вертоград многоцветный», насчитывающие не одну тысячу стихов. Они производят, по словам И.П.Еремина, «впечатление своеобразного музея, на витринах которого расставлены в определенном порядке («художественне и по благочинию») самые разнообразные вещи, часто редкие и очень древние (...) именно тут выставлено для обозрения все основное, что успел Симеон, библиофил и начетчик, любитель разных «раритетов» и «курьезов» собрать в течение своей жизни у себя в памяти»15.

И все же Симеон Полоцкий отчетливо осознавал основные, ведущие линии своего поэтического творчества и пошел не по пути их объединения, что привело бы к жанровой форме флорилегия («цветника»), а. напротив, развел эти тенденции и воплотил их в отдельных книгах: в «Рифмологионе» объединены стихотворные жанры придворноцеремониальной поэзии. «Вертоград» же, охватывающий сферу просветительско-нравоучительной проблематики и моральной философии, предстает как христианско-дидактическая система.

Сложна, интересна и не вполне обычна история создания «Вертограда многоцветного», в результате чего в русской литературе появился новый жанр стихотворной книги. «Вертоград» известен в трех рукописях, позволяющих проследить движение текста от его первоначального варианта в авторской рукописи через промежуточный писцовый список к окончательной редакции, представленной в великолепно оформленной парадной рукописи, хранящейся в БАН, шифр: Петровское собр. А 54 (прежний: 31.7.3). По этой рукописи, обозначенной здесь как список С, текст «Вертограда» публикуется в настоящем издании. Первые впечатления о парадном экземпляре передал поэт, филолог, реформатор русского стиха XVIII века В.К.Тредиаковский, выразивший восхищенное удивление большим объемом произведения и красотой каллиграфического письма: «Вертоград многоцветный (...) превеликая рукописная книга, хранящаяся в императорской Академической библиотеке (...) Сия книга писана толь чистым и преизрядным письмом, что уже ныне таких рук у наших писцов не видно.»16.

Список С был изготовлен на основе беловой писцовой рукописи, хранящейся в ГИМ, Син. 288 и обозначенной в настоящем издании как список В. В поле зрения ученых эта рукопись попала только в середине XIX в17. После речи патриарха Иоакима, в которой под страхом наказания запрещалось читать сочинения Симеона, список С вместе с другими рукописями писателя был помещен в патриаршую ризницу18 и таким образом оказался практически изъят из обращения.

Характерной особенностью текста ’’Вертограда» в писцовых рукописях В и С является то. что в них приведен в исполнение авторский замысел, в соответствии с которым стихи расположены в алфавитном порядке их названий.

Имеется также авторская рукопись «Вертограда», сохранившая произведение в его первоначальном виде; она находится, как и список В, в ГИМ, Син. 65919 и обозначена в настоящем издании как рукопись А. О ее существовании известно уже от архимандрита Саввы, с легкой руки которого автограф традиционно характеризуется как черновик: «Список черновой, автограф; в нем стихотворения еще не приведены в алфавитный порядок»20. А.И.Белецкий в самой ранней своей статье о Симеоне Полоцком высказывал намерение сопоставить тексты «Вертограда» по трем известным рукописям: «Изучение этих списков. – писал он. – показало мне. что различие между ними заключается преимущественно в порядке расположения стихотворений и в общем составе сборников; что касается текста отдельных стихотворений, то варианты не настолько значительны, чтобы было необходимо приводить их в данной статье. Разночтения ограничиваются отдельными словами, порядком слов, различна и орфография. Вопросу о текстах «Вертограда» посвящена мною другая работа, приготовляемая мною к печати»21. Впоследствии вышли еще три статьи А.И.Белецкого о творчестве Симеона Полоцкого, но среди них не оказалось работы на задуманную тему. В «Автобиографии» (1945) он писал, что готовил труд о Симеоне-стихотворце, но черновые наброски вместе с собранными материалами пропали во время войны22. А.И.Белецкий характеризует автограф одной фразой: «(...) автограф Симеона Полоцкого (б. Синод. Библ.. № 659. 547 лл.), где стихотворения еще не расположены в азбучном порядке»23. И.П.Еремин также только констатирует: «Первый список – черновой автограф Симеона Полоцкого; здесь стихотворения еще не расположены в алфавитном порядке заглавий»24.

Обращаясь к авторской рукописи, ученые фиксировали свое внимание на ее внешнем отличии в организации текста от списков В и С. Автограф остался недооценен наукой в силу традиционно сложившегося взгляда на него всего лишь как на «черновик», не представляющий особого научного интереса при наличии окончательной редакции произведения. Опыт изучения творческой истории произведения убеждает в том. что авторская рукопись заслуживает того, чтобы специально подчеркнуть ее значимость для установления генезиса текста, истоков и источников, концептуального содержания и формы поэтического свода «Вертограда»25. Существующее в науке представление о произведении оформилось на основании писцовых рукописей В и С. Списком В пользовались авторы первых исследований о Симеоне26. Публикации же избранных стихотворений из «Вертограда» осуществлялись – за немногими исключениями – по списку С27, о котором утвердилось мнение как о наиболее авторитетном, поскольку в содержащемся здесь тексте выразилась последняя авторская воля.

В стихотворной книге царит поразительное жанровое и тематическое многообразие, что давало исследователям основание видеть в ней флорилегий – «пеструю смесь бесчисленного множества самых разнообразных стихотворений», которой «Симеон придал и вполне соответствующее широковещательное заглавие»28. Привычными стали такие определения произведения, как «поэтическая кунсткамера»29, «стихотворная энциклопедия»30, «смешанный феномен»31. Они отражают лишь одну из действительно мощных, насквозь пронизывающих «Вертоград» тенденций – стремление к разнообразию. Поэт сам указал в предисловии, что объединил в своем стихотворном саду многоцветие тем и жанровых форм: «(...)» ин род суть подобия, ин род образы, ин присловия, ин толкования, ин епитафия, ин образов подписания, ин повести, ин летописная, ин молитвы, ин увещания, ин обличения». Тенденция к разнообразию проявляет себя в апелляции к читателям разного возраста и разного социального положения: «благородному» и «богатому». «худородному» и «нищему», «клеветнику» и «гневливцу», «ленивцу» и «глупцу», «невежде» и « скверословцу» , « блуднику» и «пьянице».

Охватываемый автором круг источников также отличается широтой и пестротой. На страницах «Вертограда» беспрепятственно объединяются свидетельства писателей языческой античности и авторитетов христианской литературы – византиийско-греческой и западноевропейской латинской. Здесь присутствуют ссылки на Гомера, Аристотеля, Вергилия, Плиния Старшего, Иосифа Флавия, Плутарха, Солина, Григория Назианзина, Иоанна Златоуста, Августина Блаженного. Иеронима Ансельмского, Оригена, Амвросия Медиоланского, Цезаря Барония, Вицента из Бовэ, Якова Ворагинского, Юлия Цезаря Скалигера, Кедрена, Науклера, Фабера и др. Демонстрируемая Симеоном ученость заметно превосходит круг чтения древнерусского книжника. Многочисленными и пестрыми ссылками поэт обязан скорее всего разнообразным «компендиумам», «суммам», литературным сборникам, таким, как «Великое зерцало». « Римские деяния», «Апофегмата», запаноевропейским проповедникам-полигисторам.

Мысль Симеона не стоит на месте, она захватывает все новые и новые темы, обрабатывает их, снабжает соответствующими морализирующими выводами. И тем не менее «Вертоград многоцветный» не является простым собранием стихов поэта, сборником типа «цветника» или «silva rerum».

При внешней разнородности произведение обладает внутренней целеустремленностью, обусловленной цельностью авторского замысла, единством нравственно-философской концепции. Перед нами не сборник в привычном понимании. Разнообразные по жанрам, темам и источникам стихи сведены в единство высшего порядка. Поэта-проповедника волновала мысль о нравственном несовершенстве человека. В своем богословском труде «Венец веры» (1670) Симеон с сожалением заметил: «(...)» мнози именем токмо суть христиане, житием паки хуждшии язычников»32. В понимании Симеона-проповедника долг поэта – возвысить человека, приблизить его к постижению духовных и моральных истин. Поэт – это великий моралист. Просвещая и воспитывая людей, он «апостольствует».

Книга-"верт» писалась, как сказано в предисловии к ней, «во ползу душевную всех благочестно жити тщащихся, непрелестну имея надежду, яко всяк, хотяи душевнаго услаждения и ея здравия желаяи известнаго доволны себе обрящет зде цветы во ползу». Поэт открывает свой сад перед грешными душами, чтобы те просветились и очистились, освободились от пороков, стали добродетельными и наслаждались знанием, которое дает духовный вертоград. В книге преподносится универсальная мораль: религиозно-философская, общественносоциальная, бытовая, практическая. Заметно стремление автора исчислить полностью перечень тех духовных благ, которые обещает читателю знакомство с произведением. У Симеона как преставителя поэтики барокко очень отчетливо разработан принцип антитезы, который он упорно и настоятельно подчеркивает синтаксическим параллелизмом: юный обретет силы для укрощения ярости и похоти, старый – наставление к духовному подвигу, «благородный и богатый» найдут «врачевства недугом своим: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие. Обрящет худородный и нищий своим недугом целебная: роптанию – терпение, татбе – трудолюбие, зависти – тленных презрение. Обрящет неправду творящий (...) правды творение, гневливец – кротость и прощение удобное, ленивец – бодрость, глупец – мудрость, невежда – разум, усумлящийся в вере – утвержение, отчаянник – надежду, ненавистник – любовь, продерзивый – страх, сквернословец – языка обуздание, блудник – чистоту и плоти умерщвление, пьяница – воздержание».

Для Симеона, его «сад», таким образом, не просто собрание разных тем и форм, но «сад» «мысленный», духовный, приносящий плоды мудрости и знания. Совокупность стихотворений в «Вертограде», каждое из которых обладает не только собственным, внутренним значением, но и тем общим смыслом, благодаря которому стихи сливаются в единство высшего порядка, предстает как целостный текст. Из разнородных, разножанровых стихотворений составлено в характерной для искусства барокко манере панорамное повествование, включающее в себя модель мира, состоящую из бытия разной степени совершенства. Наряду с Троицей здесь присутствуют люди в многообразии их деятельности и социальных характеристик: императоры, короли, епископы, судьи, купцы и ростовщики, отцы и дети, грешники и праведники. В произведении объединились разные исторические эпохи, народы, культуры. События, идущие от античности и раннего христианства до современных автору, происходят на широкой сцене – от Лонгобардии и Наварры до родного ему города Полоцка. Древность включается на равных правах с современностью. Противоположение мифологического (библейского) и исторического времени отсутствует. История воспринимается как набор фактов и имен. «Вертоград» вбирает все аспекты бытия человека, все его связи с миром, который представляется построенным по вертикали: небо – земля.

В идейной основе «Вертограда» – поэтическая концепция стройного миропорядка. Она охватывает весь космос – мир невидимый (небеснобожественный) и мир видимый (земной). Люди находятся у основания иерархической пирамиды, на вершине которой, устремленной ввысь. – вездесущий и вселюбящий Бог. Точка авторского зрения постоянно меняется: она то взлетает вверх, то опускается вниз; то Бог обращает свои взоры на человека, то человек взывает к нему. Но поскольку христианская доктрина основные требования предъявляет к человеку, то именно человек и его бытие – физическое и духовное – оказываются в центре внимания Симеона. Поэт проповедует на основе христианской этики, популяризирует христианскую мораль, нормы отношений к Богу и обществу. Земная иерархия является продолжением небесной. Власти светской принадлежит роль, подчиненная церковной. Человек и человечество – «овчее стадо», пасомое Христом. Обозначив место каждого на иерархической лестнице. Симеон подробно осветил, что принадлежит церковной власти, что – власти государства. Проповедническая поэзия «Вертограда» охватывает всю совокупность людских отношений и проблем – философско-религиозных, нравственно этических, государственно-идеологических. Над размышлениями поэта о богатстве и счастье, достоинстве и чести доминирует главный вопрос – о смысле и ценности человеческой жизни.

Сугубая структурность мировосприятия Симеона, обулсловленная его пристальным вниманием к проблематике Бог-мир-человек, связывает стихи в цельный художественный контекст. Все. что в прошлом и настоящем приобщено к сфере сакрального, все. что может излучать свет духовной и нравственной истины, вовлекается в «Вертоград», раздвигая его пространство до космических размеров. Местом действия становится вселенная, прошлое и настоящее предстает как временное единство.

В универсальной системе поэтического свода основное место занимает изложение нравственной антропологии. Тема человека – это тема безграничного совершенствования. В книге ощутимо высокое учительство. Монологический, проповедующий голос возвещает, разъясняет, убеждает. С нравственно-назидательной установкой «Вертограда» связано обращение поэта к жанрам философской дидактики. В произведении щедро рассыпаны моральные сентенции, исторические аналогии, примеры, увещевания, притчи. Все поступки и события в жизни человека и в истории человечества рассматриваются в категориях нравоучительной философии. Описание деяний, дурных или хороших, давних или только что случившихся, превращается в раскрытие смысла жизни. Поведение людей прямо соотносится с перспективой либо абсолютного спасения, либо абсолютной гибели. Различие между прошлым и настоящим снято, и благодаря этому все приосходившее и происходящее получает функцию аллегории. Персонажи, принадлежащие к определенным историческим эпохам, культурам, странам, фигурируют как знаки нравственных понятий. Король Наварры Карл Злой интересует поэта как типаж блудника, рассказ о нем призван удостоверить мысль о пагубности страстей («Блудник»). Во многих стихах книги момент моральной философии выступает на передний план. В таком контексте функцию поучения обретают даже такие, казалось бы, свободные от прямого назидания жанры, как эпитафии, подписи к иконам, циклы эпиграмм «Царие, или кесари Рима ветхаго». «Царие Рима новаго». В универсальной системе определено место для многочисленных явлений живой и неживой природы. Онагр и крокодил, лев и слон, голубь и ворон, ехидна и скорпион, орел и сокол, пчела и муха, козел и овцы, волк и заяц, змий и жаба, сапфир и адамант, железо и магнит и др. – все они бытуют здесь метафорически, как образы, направленные к постижению внутренней сущности человеческих поступков и взаимоотношений.

Создавая в стихах своего рода кодекс нравственных предписаний, автор не только рисует желанный идеал, но и отклонения от него, поскольку этот идеал никогда не находит абсолютного воплощения в жизни: совершаются преступления против Бога – люди богохульствуют («Мария Дева»), формально исполняются обряды («Отче наш»), нарушаются государственные законы («Начальник»), творится неправосудие («Суд»). Симеон не щадит не царей, ни пастырей церкви. Многие из тех. кому надлежало являть образцы поведения, оказались развратниками, чревоугодниками, гордецами, стяжателями. Обнажаются пороки сильных мира сего: гордость, спесь («Торжество»), развращенность («Блудник»), своеволие, насилие («Казнь»), склонность внимать льстецам («Нищета царей»). Многое Симеону не нравилось и в практике церкви: нередко священники – невежи, не знают даже Писания («Иерейство»). Грозные филиппики он обрушивает на монахов, грешащих блудом («Блуд», ИУкрашение») и чревоугодием («Инок-мясоедец»). В стихотворении «Правды безместие» поэт резко критикует тех, кто не любит правды и гонит ее из мира: среди них «господа великие», которые ввергли правду в темницу; дворяне, купцы, ополчившиеся на правду с «ложью»; судьи, взятками заградившие ей путь; «духовные», молчанием покрывающие «злобы» вместо того, чтобы «остро обличати». Показываютсся пороки, мешающие благочестивому образу жизни: зависть, скупость, ложь, лень, сквернословие, пьянство и другие пагубные страсти. Поэт постоянно оперирует эмоциональными и моральными категориями: гнев, страх, гордость, клевета, неблагодарность, тщеславие, жестокость, ярость.

Жесткая критика, направленная на обычаи и нравы людей, сопровождается мажорным возвеличиванием истины. Семи смертным грехам (гордость, зависть, скупость, блуд, объядение, гнев, уныние) противопоставлены семь добродетелей – воздержание, любовь, правда, надежда, разум, крепость, вера. Настойчиво функционируют призывы к умеренности, благочестию, терпению, смирению. Они предполагают поиски высшего жизненного идеала – «духовного веселия». В качестве важнейшей жизненной ценности поэт провозглашает труд и знание. Рассуждая о средствах, способных врачевать души и нравы. Симеон прославляет философию за способность просветлять и возвышать ум и душу. Знаменательно, что философии посвящены последние предсмертные стихи Симеона – своеобразное духовное завещание поэта. Высшее назначение человека – в том, чтобы воспитывать и совершенствовать свою душу.

Позиция Симеона как воспитателя общества, ставящего себе цель поучения и просвещения как основную, повлияла на поэтику «Вертограда». Стихи сближает с проповедью ситуация ораторского обращения. Поэт вступает в прямой контакт с читателем, об этом свидетельствуют постоянно вклинивающиеся в текст риторические фигуры апострофа (обращения). Формы второго лица, выявляющие в тексте говорящего и слушающего, воссоздают коммуникативную ситуацию. Прямая авторская речь появляется, как правило, в концовках, в которых содержится оценочный комментарий или обобщение повествования. Обращения к читателю имеют часто императивную форму: «Отложите дела тмы, во свете ходите»; «Оле злобы пиянства! Того вси гонзайте, / правды слово любите, не месть содевайте»33.

Мир в сознании писателя барокко предстает как единая «великая цепь бытия», в котором все связано отношениями взаимоотражения. В поэзии «Вертограда», выявляющей в себе принцип вертикального мировосприятия, все земные явления проступают как сущности духовные. Каждая вещь значит и обозначает, указывает на Создателя. За каждым описанным случаем, всеми предметами внешнего мира поэт пытается угадать их внутренний идейно-значительный смысл. Приобретает значение все, что приобщено к подлинной сущности, к Абсолюту. Энциклопедическая «пестрота» соотнесена с целым, с духовным единством книги. Разнообразие обладает умопостигательной сущностью, подводящей к осознанию того, что в недрах реального мира кроется истина идеального устремления.

Отсюда два плана в композиции многих стихов «Вертограда»: первый – сюжетно-повествовательный, где мысли придан пластически выразительный облик, второй – морализирующий. Частное происшествие и общий вывод, конкретный факт и «всеобщая правда» соединяются в двучленной конструкции дидактических стихотворений при помощи выражений «подобие», «точне», «тако же». Наррация выполняет служебную функцию, предоставляя материал для обоснования и обобщения морали, в которой и заключен основной смысл стихотворения.

Отсюда же и напряженный метафоризм, соединяющий все в грандиозно-космическом мире «Вертограда» символическими связями и значениями. Как художественный принцип конструирования внутреннего мира произведения, приводящий во взаимосвязь все его явления, выступает барочное остроумие (acumen)34, широко оперирующее фигурами мысли, аллегорико-символическими построениями, жанрами параболы, консептизированной притчи, сближением несоизмеримых и далеко отстоящих друг от друга вещей и понятий. «Игра ума» пораждает причудливую символическую образность – консептизм. Автор, не зная препятствия, легко соединяет то. что кажется несоединимым, например яд в слюне хамелеона и молитву, иерея с желудком и зеркалом. В неожиданную гармонию сводятся «падший зверь» и смирившийся грешник, скрипящее колесо и «ропотный» человек; женщина – моль, рождающаяся в ризах; семь грехов – семь худых коров; язык – необузданный конь, волны шумящего моря, лютый зверь, злой огонь, меч. стрела, неизлечимая рана; похоть – пес; ехидна – зависть и т.п. Эта консептическая аллегоричность выглядела бы загадочной, если бы поэт не давал логической интерпретации образов и сюжетов, обретающих подчас эмблематическую знаковость: крокодил символизирует лицемерную печаль, павлин – смирение, крот – людей, ослепленных страстью к обогащению, трудолюбивая пчелка являет поучительный пример людям, а пчелиный рой – образец общественного устройства и т.д.

Свойственный поэтике барокко культ символической метафоры проявился в «Вертограде» в цепочках метафорических переосмыслений. Книга есть «мир сей», «закон Моисея», «Христос», «Дева Мария», «совесть», «божественные тайны» («Книга»); этими емкими метафорами заменено описание мирового целого. Дух Святой – «светлое солнце», «райский источник», освежающий «аер», «сердце», «учитель», «зодчий», «путеводитель» и «кормщик» («Дух Святой»). Все в «Вертограде» так или иначе связано, соотносимо, параллельно, выводимо одно из другого. Стихи построены как сложная сеть уподоблений. Путем сопоставления, замещения, отож дествления, метафорического преображения «многоцветие» явлений приводится в универсальную связь. «Вертоград» – это многообразие в единстве, это мир, рассмотренный по частям. Здесь действует характерная для искусства барокко тенденция к разъятию мирового целого и одновременно его всеобъемлющего обзора.

Истоки универсального подхода к вещам – в глубинах творческого мышления барокко: «Наиболее характерной чертой литературы и идеологии барокко является универсализм», « стремление ко всеобъемлющим картинам, к изображению мира во всей его полноте»35. Руководимые идеалом всеохватывающего единства писатели барокко создают сложные циклы стихов и прозы, огромные сборники эпиграмм. Тенденция к универсализму сближает «Вертоград» Симеона с собраниями стихов немецких поэтов Ангела Силезского и Фридриха фон Логау, словака Йована Байзы, стихотворными книгами «садами» поляков Веспасиана Коховского и Вацлава Потоцкого. Во всех них поставлен «вопрос о мире в целом», усилия авторов направлены на то. чтобы «охватить бесконечное разнообразие мира или определенной проблематики (например, вопросов морали)»36. Вместе с тем «универсализм всеобъемлющий» сочетается в поэзии барокко с «детальной разработкой частностей и мелочей»37, его обратной стороной является риторический рационализм – стремление к рассечению всеобъемлющей картины. В эпиграмматических сборниках действует мощная каталогизирующая тенденция: все назвать, ничего не забыть, исчислить все свойства предмета, все частные случаи, стихи превращаются подчас в длинные «цепочки перечней», «пестрые каталоги».

Неослабевающая энергия перечисления, непосредственно зависящая от риторики, чувствуется и в детальных классификациях в «Вертограде». Поэт стремится изобразить, упомянуть, перебрать все разновидности грехов, добродетелей, наказаний. Он каталогизирует человеческие занятия, страсти, жизненные ситуации, духовные ценности, способы достижения нравственного совершенствования, проявления внешней благодати и т.д. Счету подвергаются соблазны мира («Врази три». «Вервь демонская»), христианские праздники («Радость о кающихся») и даже «разум» – тот « четверогубый сенс» (смысл), которое согласно риторической традиции имеет слово: «письменный», «аллегорический», «нравом учащий», «анагогичсекий» («Писание»). О классифицирующей сущности стихов можно догадаться по названиям типа: «Смерть трегуба». «Таин седмь». «Пути два» и т.д. Тенденция исчерпывающе интерпретировать тему, сюжет, образ, отвечающая задачам дидактического внушения, выразилась в рубрицированной композиции стихов, когда описываемое явление расслаивается на последовательность составляющих его элементов, которые перечисляются по пунктам «первое». « второе», «третье» и т.д. Иногда классификация и дифференциация не знают предела, и поэт признается в бессилии продолжать риторическое препарирование: «Оле благодатей, оле щедрот Бога, / паче песка морска там нам суть премнога!» («Благодарение Божие»).

Подход с позиций риторического рационализма и риторического универсализма предопределяет то. что каждая тема становилась почти неисчерпаемой. Поэт вынужден вновь и вновь возвращаться к. казалось бы, уже сказанному. Одна и та же тема бесконечно варьировалась, представала в разнообразных словесных формулировках. Мозаичным методом Симеон Полоцкий создал картину мира, охватывающую вопросы мироздания, вероучения, догматики, морали. Все это направлено к тому, чтобы научить человека «заповеди тощно соблюдати» (« Апостоли», «Апостоли и пророци») и «стяжать страну невечерня света». «Вертоград многоцветный» – это крупная форма христианско-дидактической поэзии.

Концепция вырастает по мере чтения произведения подряд, в его полном объеме. Становится очевидно, что «есть целое, причем целое, раскрывающееся в огромный мир по содержанию и открытое по форме, и вот с этим целым (...) сопрягается в первую очередь каждое стихотворение»38. Но в окончательной редакции текста принадлежность стихов к целому не столь очевидна, она скрыта за внешней формой: стихи, расположенные в алфавите их названий, производят впечатление поэтической россыпи, и всякое отдельное стихотворение «переводится в совсем иной план, ставится на почву иных основополагающих аксиом»39.

Прихотливая организация книги затрудняет восприятие ее как целостности. И. П. Еремин писал: «Этот беспримерный – в русской поэзии – стихотворный музей Симеона Полоцкого так велик и экспонаты его так моногообразны, что нельзя не пожалеть об отсутствии путеводителя по нему, каталога»40. Теперь можно с уверенностью утверждать, что такой «путеводитель» есть, и автор его – сам Симеон. Для реконструкции поэтической логики и внутреннего духовного единства «Вертограда» первостепенное значение имеет остававшийся совершенно неизученным первоначальный вариант произведения, сохранившийся в авторской рукописи.

Благодаря тому, что данная рукопись «Вертограда» является первым авторским опытом, открывается редкая возможность проникнуть в творческую «лабораторию» поэта XVII в. – случай почти исключительный, с которым может быть сопоставлено только изучение знаменитого «Жития» Аввакума по двум автографам-вариантам. В рукописи А перед нами впервые раскрывается последовательность работы над произведением: проясняется, что к писанию «Вертограда» поэт приступил как к созданию новой книги, которую с самого начала воспринимал как целое, расширяя впоследствии основной корпус старыми, ранее написанными стихами. Здесь же Симеон решается на кардинальное изменение первого типа текста и реорганизацию его в соответствии с новым принципом, которая и осуществилась по воле автора в писцовых списках.

Последовательно изучая текст автографа, мы как бы вметс с автором проделываем тот путь, который привел его к формированию этого беспрецедентного в русской литературе жанра-феномена, какой являет «Вертоград» в своем окончательном виде. Кроме того, автограф содержит обширную правку, обильные вставки на полях, и поэтому исследование его позволяет во всем объеме представить работу Симеона над текстами стихов: и авторедактирование, и сотрудничество поэта с его учеником и душеприказчиком, поэтом Сильвестром Медведевым.

Самое важное состоит в том, что в автографе более явственно проступает суть поэтической логики и системы произведения. «Вертоград» по автографу не тождествен «Вертограду» окончательного вида. Изучение авторской рукописи позволяет понять художественный мир книги как внутреннее духовное единство. Здесь открывается особая многомерность поэзии «Вертограда» благодаря тому, что гораздо более очевидна соотнесенность каждого отдельного стихотворения с целым, а часто и между собой. В автографе стихи читаются иначе, чем в алфавитной композиции окончательного текста, где на первый план выдвигается самостоятельность, суверенность, а вместе с тем и самоценность каждого отдельного воспринимаемого стихотворения. Из авторской рукописи отчетливо видно, что Симеон писал не сборник стихов, а единую книгу. Читая здесь стихи по порядку, мы убеждаемся в существовании созданного поэтом, а затем им же перестроенного на новых основаниях большого художественного контекста. Именно автограф открыл перспективы для установления генезиса текста и более полного выявления использованных поэтом источников (см. исследование и комментарий А.Хипписли в настоящем издании). Изучение художественного контекста автографа приобретает поэтому решающее значение как для реконструкции концептуального содержания произведения, так и для понимания творчества Симеона и его мировоззрения вообще.

Когда Симеон приступал к работе над «Вертоградом», он не собирался располагать стихи в последовательности алфавита, начав хотя бы со стихотворения «Адам». Он не писал азбуковника, «толкового словаря», «энциклопедического справочника» и не сочинял стихов на буквы алфавита подобно тому, как это сделал (в весьма скромных масштабах) Карион Истомин в своих «Букварях» (1692, 1694). Но позже, в процессе работы Симеон поместил несколько стихов в алфавитном порядке. В автографе можно точно определить границу, когда он решил перевести стихи на алфавит.

В начале же Симеон опирался не на формальную, а на смысловую структуру. Понимая свою деятельность как повседневную работу просветителя в широком смысле, он и к писанию «Вертограда» в целом относился как к жизненно важному делу. Поэтому в самое начало книги поэт поместил программное стихотворение «Вера и дела», в котором объявил свое кредо:

Мертва есть вера без дел и дела без веры,

мертвым же страны живых заключенны двери.

Живот веры – делеса Богу угодная,

душа делес есть вера в Бога праведная (4)41

Далее поэт перешел к созданию картины мира, всего сущего в нем, разумеется, в христианском смысле. Поэтому главными в картине являются темы и предметы духовные и соотносимые с ними моральноэтические категории. Этот творческий принцип способствовал образованию мировоззренческого единства «Вертограда», служил выражению определенной идейно-художественной концепции и позволял автору в известной мере преодолеть жанровую и тематическую разнородность поэтического свода. На первый план при такой структуре «Вертограда» выдвигается цельность авторского замысла, а не самоценность отдельных стихов. Об этом замысле, как теперь становится ясно, поведал сам поэт в предисловии к «Псалтири рифмотворной», творческая история которой тесно переплетается с работой над «Вертоградом». Симеон назвал там произведения, которые он написал к 1678 г., «жительствуя» в Москве («Венец веры», две книги проповедей «Обед душевный» и «Вечеря душевная», «четвертое – Верт многоцветный»), и подчеркнул, что их появление проникнуто общностью замысла. Смысл сочинений состоит «(...) во взыскании божественных писаний глубочайшаго разума и в них умных сокровищ, тайно положенных. – не еже теми мысленными богатствы единому ми красоватися и богатети, но да и церкви православно-кафоличестей изнесу от них полезная»42.

В автографе можно обнаружить крупные идейно-тематические и структурные единства, в пределах каждого из которых взаимодействуют несколько стихотворений – от двух-трех до десятка и более. Они образуют стихотворное повествование, в котором объединяются разнородные и разножанровые тексты. Такие идейно-тематические единства никак специально не обозначены в автографе и выделяются на основе внутренних ассоциативно-контекстуальных представлений. Наблюдаемые в авторской рукописи контекстуальные связи являются по преимуществу, как установил А.Хипписли, воспроизведением соответствующих контекстов из трудов западноевропейских авторов и прежде всего иезуитского проповедника XVII в. Матфея Фабера43. Внутреннее течение между стихами иногда настолько сильное, что можно указать строку в предыдущем стихотворении, которая послужила поводом, стимулом для последующего. К примеру, в стихотворении «Корень грехов» проповедь добродетельного образа жизни заканчивается дидактическим призывом: «Да корени злыя сечем, аки секирми» (74 об.). Следующее за ним стихотворение так и называется «Секира». Одна тема плавно переходит, как бы переливается в другую. Стихи переступают свои границы, образуя общий поэтический поток. Временами внутреннее течение ослабляется, связи между стихотворениями становятся зыбкими, относительными, не поддаются точной констатации, что естественно, так как «Вертоград» – произведение объемное, создававшееся постепенно, не на одном поэтическом порыве.

Разрывы в смысловых цепочках могли быть результатом воздействий на поэта самого разного порядка. Эстетически не безразличны для «Вертограда» могли оказаться темы и произведения, над которыми Симеон работал параллельно с его написанием: это и «Псалтирь рифмотворная», и «Рифмологион», и сборник его полемических, направленных против протестантов бесед и переводов (1677–1679)44. От них также могли исходить импульсы, воздействовавшие на происхождение стихотворного материала и на его соотнесенность.

Последовательность изложения концепции автора явственно обнаруживается в стихах начального цикла, которые читаются подряд как связный текст, почти как строфы одной поэмы. Они представляют собой, как установил А.Хипписли, парафраз проповедей Фабера, посвященных празднику Сошествия Святого Духа. В стихах повторяется традиционный сюжет. Бог, проявляя к людям любовь, посылает к ним своего единородного Сына («Бог возлюби мир». 4). который должен, воплотившись в Божественное Слово, совершить дело спасения. В огне божественной любви приходит на землю Спаситель, чтобы испалить в сердцах земные мысли и обратить помыслы к горнему миру («Огнь», 4 об.). Божественная любовь вызывает в людях ответное чувство, которое они проявляют, даже подвергаясь преследованиям («Гонение», 4 об.). Дух Святой нисходит на апостолов в «языцех огненных», знаменуя тем самым, что их миссия – очистить мир «от греховнаго мрака» и согреть его («Язици огненнии», 4 об.). Апостолы и святые, на которых снизошел Святой Дух, должны горячо проповедовать вероучение, ибо им дан «язык огненный», «чтоб огнем любве слышащых палити»: «(...)» Инако тщетно глагол учитель вещает, / Аще пламене любве в сердцах не вжигает» (4 об.).

Последовательное развертывание цикла продолжается в стихах о Святом Духе, который явился в образе голубя, когда «во водах Иисус крестися» («Дух Святый», 5), и о семи его дарах, принесенных людям, чтобы отвлечь их от «злого» и направить на добрые дела («Духа Святаго дари», 5 об.). Как в догмате о Троице нераздельны Бог-Отец, Христос и Дух Святой, так и в поэтическом мышлении Симеона они существуют слитно: развивается тема Христа («Иисус Христос», 6), его искупительной жертвы («Любовь», 6 об.), закона, данного людям («Закон». 6 об.), воплощения Слова Божия, в результате которого «скотонравие», бытовавшее до того среди людей, исчезло – «нрав зверский в человеческ паки преложися» («Скотонравие», 7 об.), и т.п.

Изложение основных догматических положений в этих стихах ведется далеко не прямолинейно, как и в источнике поэта – у Фабера. Стихотворную катехизацию Симеон сопровождает проповедью, которую сочетает с реминисценциями из истории утверждения христианства: в стихотворении «Гонение» (4 об.) упоминается о преследованиях приверженцев новой веры, что только усилило у них «огнь любве» к Богу. Афоризмы о мудрости «земной и небесной» вторгаются в связи с апостольской темой и рассуждениями о семи дарах Святого Духа, в числе которых – мудрость, разум, совет, знание («Мудр кто», «Конца зрети», «Мудрость», « Веждество», «Мудрость и веждество», «Беседа», 5–6). Риторическое, ассоциативно-поэтическое мышление Симеона выводит его за пределы христианско-догматической материи, заставляя обратить внимание и на другие явления жизни. Так, говоря о любви в многочисленных ее «разновидностях», он признает, кроме любви божественной, «любовь граждан ко Отечеству» («Любовь». 6 об.), любовь и преданность «раба» своему господину («Раб верный», 7). Симеон вспоминает и библейского царя Давида, явившего пример «царской любви» к людям, заступившись за них перед Богом («Любовь». 7 о6.–8). Круг стихотворных медитаций замыкается: Бог одаряет мир любовью, и сам взыскует взаимности. Поэтому дальнейшие рассуждения Симеона приобретают отчетливо выраженное дидактическое направление.

В воспитании христианских чувств известная роль отводится церкви и ее служителям: «Тело мысленное», «Бог везде», «Церковь», «Благодать чрез тайны» (8–9). Возникает тема поведения христианина: «Благодарствие», « Милость Божия», « Пастырь», « Риза духовная», «Священство» (11–11 об.. 12 об., 13 об.). Система моральных ценностей «Вертограда» предписывает каждому изучать, исполнять «закон», соблюдать обряды, питать чувства почтительности, благодарности, любви, послушания и служения Всевышнему. Симеон критикует паству за внешнее соблюдение культовых предписаний и отсутствие внутренних убеждений, используя стихотворную форму, бывшую в употреблении у поэтов эпохи барокко и примененную, в частности, примерно тогда же чехом Вацлавом Коцманеком, – парафраз молитвы «Отче наш». Последовательные фрагменты ее текста Симеон сопровождает осудительно-наставительным комментарием; слова молитвы подчеркнуты в автографе чернилами (12). в списках В и С выделены киноварью.

На соблюдение всех христианских правил Симеон наставляет в первую очередь клир («Священство», 13 об.), предостерегая его от развращенности нравов, которая грозит миру гибелью от «проказы грехов». Упоминание о грехах заставляет поэта углубиться в эту тему в стихотворении «Вервь демонская» (14). На несоблюдающих заповеди демон набрасывает трехпетельную «вервь»: первая уготована жаждущим богатства, вторая – для тех, кто не справился с похотью, третья – для гордых. Рекомендуются средства: чтобы истребить в себе «похоть очес», надо раздать богатство на милостыни, похоть плоти – сокрушить постом, гордость – изжить молитвой. К этому стихотворению стягиваются другие. В стихотворении «Чадом богатств не отдаяти» (14–15 об.), конкретизирующем авторскую мысль, как следует раздавать богатство, рассказывается ов отце, который неправильно поступил, отдав дочерям свое состояние. Вывод этой стихотворной новеллы: жадность – причина зла в мире. Обсуждение разных аспектов темы о богатстве и благе продолжается в стихах «Славы моея никому не дам», «Лакомство» (15 об.–16). Второй грех, названный в «Верви демонской», осуждается в стихотворении «Блудник» (16–16 об.): король Наварры Карл Злой, руководимый позывами похоти, утратил природное тепло; для спасения своего господина слуга запеленал его в сукно, смоченное водкой, и зашил; под рукой не оказалось ножа, чтобы обрезать нить, и раб поднес к ней горящую свечу; этот жест оказался роковым, и король «згоре огнем, яко похотми горяше». Подобные анекдоты и историйки новеллистического типа выполняли ту же роль, что и «приклады» в проповедях. Они были призваны удостоверить назидание (в данном случае – авторскую мысль о пагубности страстей) и придать ему занимательность. В «Верви демонской» Симеон указал, что путь к нравственному совершенствованию лежит через покорение гордости. К добродетели человека продвигают «бичи скорби» и молитвы («Скорбь». «Отче наш», 16 об.–17). На этом цикл стихов, тяготеющих к «Верви демонской», завершается, и Симеон возвращается к прежним рассуждениям о церкви и важности молитвенного настроения.

После стихов, посвященных небесной иерархии, Симеон последовательно помещает следующий цикл стихов о земной иерархии, то есть о происхождении светской власти, о царях, правителях, «начальниках». Развитие темы начинается со стихотворения «Триумф, или Торжество победное» (18 об.–19 об.), в котором описаны церемониальные въезды победителей в Рим. В концовке его заключена мораль: в сражениях побеждает тот. кто умно правит. Далее возникает популярное в литературе XVII в. сопоставление Рима языческого и Рима христианского. Средневековая история, как и во всей западноевропейской традиции, предстает в виде прямого продолжения римской. В стихотворении «Веры собллюдения средство» (20–20 об.), которое следует за «Тримуфом», Симеон выстраивает метафорический ряд: вождь – Христос – вера. При исходе израильтян из Египта им «во вожда места» служил огненный столп, волхвам в поисках вождя-Христа светила звезда, для христианина светильником является вера. Ее проповедник – иерей, поэтому далее разбираются необходимые качества священнослужителя («Иерейство», 20 об.–21 об.). Светская тема возобновляется, когда рассуждения Симеона получают новый поворот в связи с трактовкой политических и социальных вопросов, она предстает как развитие христианских взглядов автора на мироустройство. В пределах данного идейно-тематического единства намечается как бы градация смыслов: от правителей церковных к правителям светским. Обсуждение проблем гражданской власти начинается в стихотворении «Гражданство» (22). где трактуется о благе государства, искусстве общественного управления. Далее описывается, какими качествами должен обладать начальник, какие отношения должны соединять его с подданными («Начальник». «Непокорство», «Суд»; 22 об.–26) и какие требования к себе он должен предъявлять сам («Правитель», 26–26 об.). Качества подданных разбираются в стихотворении «Овцы» (27–27 об.). Даются разные советы относительно жизни в обществе. Рекомендуется избегать «ласкателей», которые подобны хамелеону, и любить своих обличителей, как некогда делал царь Давид по отношению к Нафану («Ласкатель», «Обличение»; 28). Не нужно внимать лести и иметь «лжедрузей» («Ублажение», «Друг»; 28). Настоящие друзья – те, кто делит с нами трапезу и осуждает злонравие («Друг трапезы», «Друг»; 28–28 об.) и т.д.

В художественной системе автографа решающая роль в образовании идейно-тематических единств принадлежит риторическому принципу разработки тем. Каждое понятие, тема, идея, составляющие предмет описания, соотносится с другими понятиями, темами и идеями на основе так называемых «общих риторических мест», зафиксированных в кодифицированной риторике: «род и вид», «целое и части», «причина», «признаки», «подобия», «противные и несходные вещи» и др. риторически организованный текст представляет собой своего рода «морфологию идей» (выражение В.В.Виноградова). Мысль автора, направляемая по заданным логическим путям, захватывала все новые и новые темы и устанавливала между ними определенные соотношения. На основе риторического принципа в «Вертограде» происходят переходы от стиха к стиху и осуществляются разные типы связей. «Поэтика сцеплений» держится на присоединении стихов, посвященных общей теме, на стремлении автора возможно полнее провести ее через риторическую парадигму и найти разные смысловые грани и способы варьирования текста.

Большой цикл стихов о непорочном зачатии Девы Марии включает в себя комплекс представлений, связанных с темой девства: «Господь с тобою», «Мария безгрешна», «Затвор», «Жен близость», «Плод безмужний», «Зачатие Христово». « Мария Дева», «Иисус», « Образ» (256–260). Стихотворная интерпретация догматического положения соединяется с проповедью чистоты девства и монашеского идеала – «с полом противным не жити» («Жен близость»), с мыслью о благотворном воздействии на грешников изображений Богородицы («Образ»). Проповедь пользы молчания включает в себя совет сдерживаться в словах, ибо вылетевшие слова нельзя вернуть назад: особенно пагубно сквернословие, так как рождает «скверные делеса»; царям же вред приносят льстивые слова («Молчание». «Языка укрощение». «Слово». «Сквернословие», «Нищета царей»; 36 об.–37 об.). В рамках другого идейно-смыслового единства тема эта получает раскрытие – от исходного момента о пагубных свойствах слова человеческого до противопоставления благотворной силы слова Божьего («Роптание», «Обличение», «Клевета». « Зависть». « Слово Божие» – несколько стихотворений подряд, «Язык», «Слова не слушающий», «Апостоли»; 205 об.–211).

Развитие одной и той же темы, мысли приводит к тому, что основой для группировки стихов в идейные единства становится также принцип нанизывания однородных, близких или взаимоопределяющих понятий. За стихотворением «Хула» следует «Мысль злая» (125 об.–126). К стиху «Грешныя Бог оставляет» присоединяется «Непокорныя Бог оставляет» (119 об.–120). Для такого рода риторических сцеплений характерно пребывание в контексте слов одного семантического поля, что прослеживается уже по заглавиям стихотворений: «Смирение». «Терпение» (272 об.); или: «Сребролюбие», «Злато и сребро», «Богатии», «Скупость», «Злато» (90 об.–94); или: «Пианство», «Вино», «Пити нудящым ответ», «Пища и питие», «Пирове смертный» (95–96).

Симеону как проповеднику и морализатору свойственно, развивая тему, трактовать ее на положительных примерах, достойных внимания и подражания, и отрицательных, которые должны быть осуждены и изжиты. Упоминаие о грехе почти автоматически вызывает рассуждение о добродетели, точно так, как рекомендовалось в риториках. По тем же риторическим законам построены и те западноевропейские источники, в частности, проповеди Фабера, которые, как показал А.Хипписли, Симеон активно использовал при работе над «Вертоградом». Поэт рассказывает в стихах о соблюдении заповедей и отходе от них, о последствиях искренней веры и проявлении неверия, которое влечет за собой или наказание, или раскаяние. Поэтому для поэтики «Вертограда» чрезвычайно характерен антитетический динамизм, свойственный поэтике барокко. В интенсивные смысловые взаимодействия вступают между собой идеи добра и зла, любви и ненависти («Любы», «Ненависть»; 389). Если говорится о друге, то непременно рядом – о враге («Друг», «Враг»; 43 об.). «Плоть покоряти» определяет появление стихотворения «Душу питати» (200). К незнанию дается антитеза о знании («Незнание», «Знание»; 46). Праздности противопоставляется труд («Праздность», ’’Труд и молитва»; 54), огню похоти – огнь Божественной любви («Огнь похоти», «Огнь любве»; 195), сладострасти греховной – сладость небесная («Грех», «Сладость небесная»; 344 об.–345), пьянству – трезвость («Пианство», «Трезвение»; 350) и т.п. Прием контраста применяется в цикле, стихи которого связаны мыслью о благотворной силе благодарности: «Благодарствие», «Волхв», «Неблагодарствие», «Язык», «Имск», «Честь родителем и учителем», «Лев благодарный», «Спаси. Бог», «Неудобная и неподобная» (31–34). Антитетизм в развитии данной темы сохраняется и в дальнейшем в автографе: «Благодарствие», «Неблагодарствие» (437–437 об.).

В другом цикле сцепление стихов зиждется на антитезе мир – брань. Вначале она присутствует внутри стихотворения «Мир»: «Блаженство бо велие совершен имети / мир отвсюду и браней никоих терпети» (365). Затем, выходя за пределы этого стихотворения, антитеза охватывает соседние – «Мир», «Брань» (365 об.). При переходе же далее к стихотворению «Брань души с плотию» (365 об.) обнаруживается еще один тип контекстуальных связей – на основе метафоры. Если в двух предшествующих стихотворениях под общим заглавием «Брань» слово это употреблено в его прямом значении – битва, война, то здесь «брань» функционирует уже как метафорический образ постоянного противоборства духа и плоти. Таким образом, для поэтики сцеплений стихов в автографе характерно также метафорическое преображение контекста.

Из потребности к универсальному охвату действительности вырастала циклизация стихов. К обширным перечням грехов и правил благочестиядобавлялись стихи с новыми примерами и рассуждениями. Поэт неустанно возвращается к мотивам суеты сует, переменчивости счастья. Темы многократно обыгрываются с помощью разнообразных приемов варьирования текста. О тенденции к вариативности свидетельствуют длинные цепочки стихотворений (иногда более 15-ти) с сопутствующими пометами: «На тужде», «О том же», «Тож» и даже просто «T». Стремление поэзии к пределу вариативности поддерживалось барочной эстетикой, одним из принципов которой был идеал словесного изобилия.

Поскольку в автографе стихи соотносятся не только с целым, но и связаны между собой, смысл и художественная функция каждого отдельного стихотворения окончательно проясняется в целостном восприятии тематической группы стихотворений. В этих единствах соседние стихотворения воздействуют друг на друга, на каждое из них ложится отсвет, явственный отпечаток других. В научной литературе о творчестве Симеона стихотворения «Вертограда» (например, «Царство», «Купецтво», «Достоинство» и др.) принято рассматривать имманентно. Такой подход оправдан алфавитной композицией списков В и С, но при этом утрачивается тот семантический ореол, которым окружены стихи в автографе. Так. в главной идее стихотворения «Царство» (363–363 об.) о «суетности земного величия и славы» видели поучительный пример, который Симеон приготовил для своих «царственных учеников и учениц, их родителей и близких людей»45. Стихотворение запечталело типично барочную рефлексию, связанную с переживанием бренности жизни. История великих царств и их правителей предстает как убедительный довод призрачности бытия – «sic transit gloria mundi». Изучение стихотворения в контексте автографа проясняет, что мысль о неустойчивости земных царств интересовала поэта для более широких построений. Непосредственным стимулом к размышлениям о гибели великих империй мира послужило предшествующее «Царству» стихотворение «Добро» с христианской символикой: «небесное добро» – это Троица, «жизнь, свет, блаженство», сладость, вечность, мудрость, красота и «присная радость» (363). Поэт выстраивает антитезу: «царство мирское» – «царство небесное». Если первое преходяще, то второе постоянно, неизменно, «не пленимо», его ценности не поддаются тлению и правит миром «Вечный Царь». Антитеза обращена к читателю моралистической стороной. Ее назначение – отвратить от «тленных благ» и привлечь на путь соблюдения заповедей. Стихи «Добро» и «Царство» соединяет и стилистическая близость строк, в которых говорится о «небесном царстве». Та же система христианской поэтической символики заключена и в стихотворениях, которые следуют за «Царством», что подтверждает и усиливает смысл антитезы («Живот», «Царство небесное»; 363 0б.–364 об.).

Из всех стихотворений «Вертограда» больше других внимание исследователей привлекало «Купецтво», которое характеризуется обычно как образец сатиры в творчестве Симеона. И.П.Еремин писал, например, что это стихотворение «замечательно своим не лишенным колоритности сатирическим очерком старинных русских торговых обычаев с обстоятельным перечислением всех тех мошеннических способов, к которым прибегают купцы, когда хотят обмануть покупателя»46. Этот конкретный смысл, извлекаемый ис стиха, оказывается в автографе только частью смыслового единства, созданного взаимосвязью стихотворений на тему богатства и его развращающего влияния на людей. Объединяющим стихи началом является осуждение богатства и пороков, с ним связанных: обмана, скупости, алчности, жадности, стяжательства, ростовщичества («лихоимства»). Если в «Купецтве» жажда наживы толкает купцов на хитрости и обман (329 об.), то в следующем за ним стихотворении «Лихва» показаны последствия алчности (329 об.–330 об.). Поэт апеллирует к образам алчного стяжания и в стихотворении «Златом напоенный» (329). Со стихотворением «Риза» в цикл входит мысль, что в обществе, к сожалению, богатство и «красная риза» ценятся дороже ума; философ, будучи в «худых ризах», не был допущен на царский двор (329). Богатству и порокам, им вызываемым. Симеон противопоставил положительный идеал, воплощением которого является мудрость, добродетели, чистота («Философия», «Чистота»; 328–329). Симеон не раз обращается к этой неисчерпаемой для морализации теме и всегда трактует ее с тех же позиций.

Таким образом, изучение каждого стихотворения в автографе как части контекстуального единства позволяет заметить переход от частного, конкретного, собственного смысла стиха к его более общему символическому значеию.

Стремление поэта соотнести основы христианства с представлениями о жизни привело его к созданию открытой художественной системы, какой является «Вертоград многоцветный». Каждую тему, казалось бы, уже изложенную, Симеон расширял, вновь и вновь добавляя стихи с примерами и рассуждениями. При свойственном ему изобретательном подходе каждая тема становилась почти неисчерпаемой. Она приобретала у Симеона – эрудита и начетчика – ореол семантических значений и ассоциаций, а понятия, которыми он оперировал, обладали взаимопроникающими смыслами. Любовь трактуется то как чувство, сопряженное с отношением Бога к человеку («Любы Божая к нам», 9 об.; «Огнь любве», 195), то как форма взаимоотношений правителя с подданными («Любовь». 7 об.–8). Она характеризуется и как «огнь похоти» («Огнь похоти», 195), и предстает как основа нравственного возрождения («Любы». 29 об.). Рассуждения о любви влекут за собой тему об исполнении закона («Закон», 6 об.), мысль о врачующей силе которого приводит к высказыванию о добродетелях («Добродетели», 8 об.). Источником последних является благодать («Благодать добродетелей виновна», 120), которая помимо моралистического плана трактуется также в догматическом и соотносится с «тайнами» («Благодать чрез тайны», 9). Эсхатологическая тема Страшного Суда в одном случае получает свое истолкование в контексте стихов о Христе («Суда поминание», «Суд», «Страх на Суде», «Судиа жестокий»; 214 об.–215 об.), в другом она вызвана рассуждениями о смерти («Знамения прежде Суда», «Огнь пред Судом»; 394–394 об.).

Мышление Симеона вращалось в замкнутом кругу понятий и тем, и. когда один виток рассуждений завершался, начинался другой. Так несомненный аналог стихам в первой части автографа можно наблюдать, начиная с листа 172, когда повторилась не только тематика, но и схема. Стихотворение «Вера» (172), как и в начале книги, повлекло за собой мысль о Божественной любви – «Благотворение Божие» (172–172 об.), затем «Архиереи» (173) и только потом – стихи о царях и об их отношении к подданным: «Разнствие», «Любы к подданным», «Любы к воем», «Любовь к воем», «Любы к людем», «Началник» (173 об.–174 об.). Предметом поэтического осмысления снова становятся вопросы философскодогматического порядка. Таковы крупные циклы стихов о Христе (212– 215), о Деве Марии (256 об.–260).

Обращают на себя внимание большие смысловые комплексы, образованные многозначностью вечных тем. Например, цикл о смерти составляют следующие один за другим стихи «Смерть», «Жизни время», «Час смерти», «Грех смертный», «Смерть», «Смерти время», «Конец живыи», «Земля есмы», «Земля будем», «Смерти память», «Смерти забвение», «Имение», «Человек» (391 об.–393 об.). Подряд несколько стихов Симеон пишет о старости: «Старость честная», «Старость», «Старым увещание», «Седина», «Старым увещание» (266–267). Результатом неоднократного воспроизведения схемы теософской концепции Симеона, повторения тем. мотивов, образов является образование как бы нескольких «слоев» текста из набора одних и тех же компонентов.

Многообразные внутренние связи, которые устанавливаются между стихотворениями «Вертограда», вряд ли могут быть прослежены и исчерпаны до конца. Однако приведенных примеров циклизации стихов47 уже достаточно, чтобы понять принципиальную важность контекстуальных связей в автографе «Вертограда», изучение которых подводит к раскрытию внутреннего смысла и целевого назначения произведения, позволяет обнаружить иерархическую зависимость тем и идей, их соотношение в поэтическом мышлении Симеона. «Вертоград» нельзя понять вне автографа, вне его идейно-тематических циклов, сливающихся в конечном счете в единый контекст Бог – мир – человек. Первоначальный вариант произведения предстает в виде более целостной книги, чем «Вертоград» писцовых списков. Алфавитная композиция и формализованная структура окончательной редакции приводят к дорблению образов и смыслов, когда преимущественное внимание начинает вызывать к себе всякая экзотика, а поэтический свод приобретает вид своеобразного каталога-перечня достопримечательных вещей.

Работа с автографом позволила твердо установить, как формировалась окончательная редакция «Вертограда». Принятое поэтом решение о придании книге композиционной завершенности и стройности позволяло использовать для расширения произведения любое количество стихов, и поэтому он вставил в авторскую рукопись хранившиеся у него отдельные листочки разного формата со стихотворениями (277 – в восьмую долю листа, подклеен снизу полоской бумаги, 278 – в двойку, внизу по линии сгиба надорван, 487 – в четверку, вклеен) и даже целую тетрадку в восьмушку (248–255 об.), что сразу обращает на себя внимание несовпадением формата с рукописью автографа (в четверку). Эта тетрадь разбила смысловое единство цикла, посвященного теме «закона», оказавшись в окружении стихов «Закон благодати» (247 об.) и «Закон» (256). На определенном этапе создания книги, когда основной корпус стихов достиг внушительных размеров, поэт решил найти в нем место и для ранее написанных стихотворений48. В авторской рукописи присутствуют «Стихи краесогласнии», произнесенные «отроками» училища Богоявленского монастыря (где в свое время преподавал Симеон) 1-го апреля 1659 г. на церемонии встречи иконы Богородицы, возвращенной из Москвы в Полоцк (449–451 об.); «Молитва плачевная» (1663), сложенная по случаю захвата поляками Полоцка и перенесения той же иконы вновь в Москву (414 об.–415)49; «эпиптафионы» Георгию Пласковицкому (424)50 и лицам, с которыми Симеона связывали дружеские отношения. – Епифанию Славинецкому, Павлу, митрополиту Сарскому и Подонскому (1675; 280– 280 об.); цикл иконологических эпиграмм («подписания») «Вивлиа» с указанием автора на год написания – «1676» (281–302). Наращивая материал поэтического свода. Симеон включил в него отдельные стихотворения, к примеру. «Око», «Язык», «День и нощь»51, а также циклы стихов о правителях древности «Царие, или кесари Рима ветхаго» (431–434 об.) и «Царие Рима новаго» (435–443 об.).

Книга все более превращалась в поэтическую антологию. Объем, которое принимало произведение, при отсутствии композиционной строгости, грозил скрыть богатство его содержания. Как просветитиель Симеон видел в книге большие возможности воздействия на людей, поэтому особенно важной становилась задача выявить все определения и смыслы, которыми он наделил свои стихи при неоднократном повторении тем. В этих целях поэт задумал придать своему поэтическому труду новый вид и вручить читателю «ключ» к своему духовному «саду». Стоявшему перед ним проблему он решил в эстетике «внешнего» порядка.

К стихам автографа был составлен «Реестр» – указатель стихотворений. Отметим, что алфавитным «индексом» снабдил также книгу стихов «Саrtlic zа čas кгаtini» («Садик, чтоб минутку скоротать», 1670) хорватский поэт Франьо Крсто Франкопан. Но в отличие от последнего Симеон в своем стремлении привести материал книги в систему довел дело до логического конца, когда, составив «Реестр», решил расположить в соответствии с ним стихи в алфавитном порядке названий. Указатель задал таким образом структуру для распределения стихов по алфавитному принципу, и в окончательной редакции произошло превращение «Реестра» в «Оглавление», а самому произведению придан вид «симфонии разума».

Составление «Реестра» потребовало необходимой подготовительной работы: во-первых, постраничной нумерации рукописи, и. во-вторых, упорядочения названий стихов. Авторская рукопись, имевшая первоначально счет по тетрадям52, была заново пронумерована постранично: в верхних углах листов Сильвестром Медведевым сделаны разметки буквенной цифирью вплоть до указателя (969 страниц). Указатель же постраничной пагинации не имеет, в соответствии с позднее сделанной полистной нумерацией он занимает лл. 488–499 об. После ’’Реестра» до последнего листа рукописи (547) опять следуют стихи.

В автографе заглавия написаны в строке или на боковых полях. Названия для поэта очевидные и касающиеся главным образом основополагающих понятий (Бог, добродетель, благодать, молитва и др.) или подсказанные текстом, послужившим Симеону источником, писались в строке непосредственно в процессе создания стихов. То же относится и к ранее написанным произведениям, вносившимся в автограф. Заглавия же на полях появлялись, возможно, уже после того, как текст стихотворения записан в рукописи. Более позднее их происхождение особенно очевидно в тех случаях, когда стихи подвергались большой авторской правке. Изза обширных вставок, которые вносил Симеон, названия вписывались вертикально (46), либо по слогам в оставшееся свободное место (см.: 331 об.. 378 об., 483 об.), иногда на уровне последней строки предыдущего стихотворения («Адам», 43), либо по черте, отделяющей стихи друг от друга (43). Не исключено, что часть заглавий на боковых полях рукописи появилась именно во время работы над «Реестром». Полностью на строчное написание заглавий Симеон перешел в трех последних тетрадях автографа, где стихи следуют в порядке алфавита названий, поскольку они предназначались для включения в произведение на этапе, когда была уже начата его перестройка.

В процессе работы над указателем поэт редактировал названия, добиваясь их краткости. Некоторые из строчных заглавий имели развернутый вид и занимали три строчки, например: «Началник к подначалным, какови дол ж ни быти и взаим» после редактуры осталось: «Началник» (22 об.). Было: «Началнык, должныя добродетели»; стало: «Началник» (25); «Правитель, кождо самаго себе да правит» – «Правитель» (26). При унификации название получало иногда противоположный смысл. Было: «Друг лживии»; стало: «Друг» (28). Пометы на боковых полях автографа «На тужде», «О том же», «Тож» и даже просто «Т» обозначают, что стихи, к которым они относятся, имеют те же самые заглавия, что и предшествующие им. В «Реестре» рядом с названием указаны страницы, на которых находятся одноименные стихи, и если на одной странице их помещено несколько, то обозначается также их количество, к примеру: «Пианство» – 151 (2), 184 (3), 185 (3), 186, 283, 284, 393, 663, 664, 700 (в «Реестре» цифирь буквенная). В работе над составлением указателя стихотворений Симеону помогал Сильвестр Медведев, сохранились листы, где его рукой написаны названия стихов, сопровождаемые отсылками к страницам автографа53.

Указателем учтен не весь текст автографа, а только до цикла «Царие Рима новаго» включительно (435–443 об.). Следующие за ним стихотворения «Фарисеи», «Правда началная», «Освящение» (444–445 об.) зафиксированы уже в «Оглавлении» писцового списка В. причем первые два стихотворения помещены здесь вне основного алфавитного корпуса в разделе дополнений (597, 599), и только третье, начинающееся буквой омега, встало на свое место, поскольку в рукописи имелось свободное пространство. Следовательно, между циклом «Царие Рима новаго» и следующими далее в авторской рукописи стихами пролегает граница, обозначающая момент начала работы Симеона над «Реестром». Тут же в автографе обнаруживается еще одно тому подтверждение. На лл. 446–446 об. (с. 885, 886) появляются стихи, начинающиеся буквой аз, в которых выдержан даже внутренний алфавит: «Аарон», «Авель», «Авесалом», «Агнец», «Аггел», «Адам», «Александр». Это первый случай, когда Симеон написал специально на букву азбуки. В «Реестре» уже имелись стихи под такими же названиями, но рядом с ними не проставлены страницы, на которых находятся перечисленные стихотворения (с. 885 и 886). Минуя указатель, они сразу попали в список В на соответствующие места (исключение составляет лишь короткое стихотворение «Агнец», пропущенное в основном алфавите списка В и внесенное в дополнения – л. 567). Очевидно, что названные стихи появились в авторской рукописи уже после того, как «Реестр» был составлен, и началась работа над писцовым списком В. Эти стихи были использованы Симеоном как пример в разъяснениях, которые давались переписчикам относительно правил перенесения стихов из автографа в писцовую рукопись.

О том. что «Реестр» не фиксирует всех стихов автографа, Симеон предупредил, написав на верхнем поле первого листа указателя: «Теп Registr nie pehiy, bo wiele dopisano po nim» (л. 488). И тем не менее кирилловская азбука представлена здесь почти полностью – 32 буквы и один диграф от: а, б, в, г, д, е, ж, з, s, и, і, к, л, м, н. о. п. р, с, т, оу, ф, х, от, ц, ч, щ, ю, ω, ю, я, ψ, θ. Под каждой из этих букв помещены перечни названий стихов. В алфавитной схеме отсустствуют лишь ш, ƺ, е, ѵ. Юсом большим и юсом малым Симеон не пользовался. Нет, естественно, стихов и на те буквы алфавита, с которых слова не начинались: ъ, ы, ь. Первоначальная алфавитная схема будет присутствовать без каких-либо изменений и дополнений и в окончательной редакции «Вертограда». Лишь в списках В и С орфография архаизирована: стихи на букву я переведены на написание через юс малый (Ѧ). Следовательно, в истории создания произведения не возникало таких ситуаций, когда бы поэту пришлось дописывать новые стихи на недостающие буквы алфавита, как это принято было считать по традиции54. После того, как алфавит станет композиционной основой книги, поэт, продолжая дополнять ее. применит метод писания стихов в алфавитной последовательности их заглавий. Именно так расположены в трех последних тетрадях авторской рукописи 29 стихотворений, но они повторяют уже имевшуюся алфавитную схему, причем не в полном ее виде, охватывая стихи от буквы аз до ферта (524–547).

Не оправдывается и существовавшее ранее мнение о том, что писание стихов на буквы алфавита было основным методом работы Симеона при создании «Вертограда». Такое мнение укрепляли алфавитная композиция списков В и С. а также высказывание самого Симеона в предисловии к ’’Псалтири рифмотворной»: «(...) написах (...) Верт многоцветный, сей убо рифмически, по чину алфавита славенскаго диалекта. И внегда ми достигнути писмене ψ, впаде во ум псалмы покаянныя преложити стихотворне»55. Фраза эта давала повод исследователям реконструировать метод работы Симеона следующим образом. И.Татарский, например, писал, что «составляя Вертоград многоцветный по чину алфавита славенскаго диалекта, он (Симеон – Л.С.) подошел последовательно к букве ψ и написал несколько мелких стихотворений под названием Псалом. При этом ему пришло на ум переложить стихотворным размером покаянные псалмы’’56. В результате изучения творческой истории «Вертограда» и первоначального варианта в авторской рукописи приведенное высказывание Симеона приобретает совершенно иной смысл. Фраза «И внегда ми достигнути писмене ψ ...» отражает определенный этап в работе над «Вертоградом», а именно: замысел «Псалтири рифмотворной» относится к моменту, когда в систематизации стихов при помощи указателя Симеон достиг буквы ψ. При этом он не писал «мелких стихотворений под названием Псалом» (как это представляется И.Татарскому), а просто внес в указатель стихи «Псалмопение» и «Псалом» (370–370 об.) с обозначением их страниц (с. 740, 741). Ψ – предпоследняя буква в алфавитной схеме Симеона и, таким образом, из высказывания поэта в предисловии к «Псалтири» следует также, что ко времени начала работы над ней (4 февраля 1678) авторская работа над «Вертоградом» на данном этапе в целом была завершена: написан большой корпус стихотворений, дополненный классифицирующим аппаратом. Поэтому Симеон так легко перешел к новой теме – стихотворному переложению псалмов, поручив писцам переписать стихи «Вертограда» «по чину алфавита славенскаго диалекта» в соответствии с «Реестром».

Перед тем. как отдать свою рукопись переписчикам, автор, редактируя текст, оставил для них на полях письменные распоряжения. Рядом с выведенным им вязью заглавием «Прилог к преподобной матери Евфросинии» стоит помета «Пиши и сие» (415). Перед началом цикла «Царие, или кесари Рима ветхаго» на верхнем поле читаем «Спросити» (431) – наказ писцам обратиться за разъяснениями к автору, когда дело дойдет до переписки, чтобы соответствующим образом распределить текст, включающий в себя кроме стихотворений исторические справки о времени правления римских императоров. «Обрати (здесь: переверни страницу, – Л.С.) и пиши» (423) – замечание, которое должно было направить внимание писцов на то. что стихи в жанре «подписания», начатые на данной странице, переходят на следующую. Одно из стихотворений («На Рождество Христово») Симеон решил перенести в «Рифмологион», о чем на правом поле есть помета: «Сия особно в приветства отнести» (148).

Поэт доверил переписчикам трудное и очень ответственное дело – создание по существу оригинала нового варианта «Вертограда», а не копии автографа. Руководствуясь «Реестром», писцы собирали из разных мест авторской рукописи одноименные стихи и располагали их под общим названием, отделяя одно от другого киноварной буквенной цифирью. Под каждым названием выстраивались цепочки из нескольких, совершенно самостоятельных стихотворений, которые располагались в порядке той последовательности, в какой находились в авторской рукописи. В ’’Реестре» под буквенной цифирью, обвозначающей страницы, на которых помещено то или иное стихотворение в автографа, видны киноварные точки. Они ставились писцами, видимо, для памяти по мере перенесения стихов в список В. Рядом же со стихотворениями, которые указателем не учтены, на полях автографа имеется маргинальная помета: буква «п» – знак того, что данное стихотворение также переписано писцами. После того, как стихи вносились в список В, на полях «Реестра» появлялось указание на соответствующие страницы рукописи В. о чем Симеон также оставил помету на нижнем поле первого листа указателя: «Число, еже на брезех (на полях – Л.С.), знаменует листы в книзе чистой» (488). Изготовление списка В происходило под его наблюдением. Просматривая рукопись. Симеон вносил правку в текст стихов (135, 155 об.. 585 об.), дополнял «Оглавление», следил за составом книги (618 об.).

В отличие от автографа в списке В имеется титульный лист (1), на котором Сильвестр Медведев написал полное название произведения. Указанная здесь дата – август 1678 – относится, по-видимому, к моменту, когда писцы выполнили поручение Симеона, переписав стихи из автографа, учтенные «Реестром». История создания «Вертограда» показывает, однако, что окончательно точка в работе над произведением еще не была поставлена. Последние три коротких стихотворения под общим заглавием «Философиа», пополнившие «Вертоград многоцветный», написаны автором за полтора дня до своей кончины, о чем сохранилось драгоценное свидетельство Сильвестра Медведева, помещенное в автографа вслед за текстом стихов: «Сии последний верши пречестный господин отец Симеон писал за пол два дни до своея смерти из утра» (547).

Для стихотворной книги, которая обрела в списке В новую форму. Симеон написал предисловие «К благочестивому читателю» (2–4 об.), содержащее рассуждение об алфавитной композиции. Черновик этого текста присоединен к рукописи автографа (1–3 нн. об.). Предисловие в списке В не только переписано Сильвестром Медведевым, но и подписано им от лица Симеон Полоцкого. Вопреки утвердившемуся мнению57 не сам поэт, а Сильвестр Медведев подписал предисловие и в парадном списке С.

Вслед за предисловием в списке В помещено «Оглавление вещей, в книзе сей содержимых. Первое число знаменует лист, второе – статей число тоя вещи» (7–15 об.), т.е., как и в «Реестре» автографа, в «Оглавлеии» рядом с названием стихотворения указываются соответствующая страница и количество одноименных стихов, для чего отведены две колонки справа от заглавий. Вставки в «Оглавлении», сделанные с применением корректорских знаков, подтверждают, что пока писцы трудились над изготовлением списка В. Симеон после написания «Псалтири рифмотворной» вернулся к работе над «Вертоградом», продолжая дополнять его стихами. Так, если в «Реестре» автографа значатся 1035 названий, то в «Оглавлении» писцовой рукописи В их уже 1152, причем здесь зафиксированы не все стихи, находящиеся в рукописи. Специально для того, чтобы сохранялась возможность включить новое стихотворение или случайно пропущенное при переписке, в рукописи В оставлены между стихами свободные места или даже чистые листы.

В основном алфавитном корпусе этого списка (18–557) расположены стихи, зафиксированные «Реестром» автографа. Кроме того, внутри того же блока были также распределены, но явно позднее, стихотворения из трех последних тетрадей автографа (524–546 об.), не учтенные «Реестром» и не отмеченные в «Оглавлении» списка В. Часть из них заняла соответстующее место в общем алфавите, если для этого имелось свободное пространство; другие же были написаны на отдельных листах, вклеенных в рукопись, что нарушило постраничную нумерацию; перебои в пагинации устранялись введением дополнительных обозначений типа: с. 262 а (л. 158), с. 263 в (л. 159) и т.д.

Кроме стихотвотрного блока с полной алфавитной схемой, в списке В есть также три группы стихотворений с неполным алфавитом – это стихи, внесенные в «Вертоград» после составления «Реестра». Имея дело с отдельными, еще не сброшюрованными тетрадями, переписчики систематизировали в первом из дополнительных алфавитов (594–615) стихи из тетрадей, прилегающих в автографе к «Реестру», но им не зафиксированные (470–486 об.). Во втором неполном алфавите (620–644 об.) размещены стихотворения из второй и третьей тетрадей автографа, находящихся после «Реестра» (508–523 об.). И, наконец, третий дополнительный алфавит (651–658 об.) образован стихами из тетради, следующей непосредственно за «Реестром» (500–507 об.).

В последней части списка В стихотворения находятся вне алфавитной последовательности (559 об.–593 об., 615–619 об.). Часть из них соответствует автографу (446 об.–465 об.), другие введены, минуя последний. Отчетливо проявилась наметившаяся ранее тенденция к включению в «Вертоград» произведений, написанных ранее. Среди них в списке В – цикл надписей «Трон истинный» и двустишные подписания к иконам с изображениями патронов царской семьи (563 об.–564), созданные еже до начала работы над «Вертоградом» (между 1669–1671). «Стиси на некия образы», «Подписания икон италианских» и некоторые другие переписаны, по-видимому, из тетради-автографа Симеона, которая, как свидетельствует Сильвестр Медведев, «обретена после собрания книги»58.

Для того, чтобы привести многоступенчатую алфавитную структуру и россыпь стихов в единую систему, в списке В делались пометы «Зри на листе (...)», отсылающие к одноименным стихам, добавленным позднее. Если писец ошибался и дважды вносил в текст одно и то же стихотворение, появлялась помета «Писан выше, на листе (...)».

Только список С довел формальный принцип до абсолюта, сведя практически все стихи в единый алфавит, за исключением отдельно вынесенных циклов «Вивлиа», «Подписания», а также четырех стихотворений «Глас Божий», «Молния», «Подражание Христа», «Страх Божий», которые были пропущены писцами, они помещены в конце рукописи с пометой «Лишенная в книзе» (588).

Сильвестр Медведев, помогая Симеону Полоцкому, осуществлял общую редакторскую работу на всех этапах создания произведения. Он же наблюдал за упорядочением стихов в последовательности алфавита их названий. Им внесены добавления в «Реестр» автографа и в «Оглавления» списков В и С, в ряде случаев маргинальные пометы с указанием источников. С.Медведев правил стихи своего учителя. По нашим наблюдениям, в авторской рукописи им отредактировано более ста стихотворений. Редакторская правка учитывала языковой, стилистический, смысловой и формально-стиховой аспекты. Половину ее составляет усовершенствование стихотворной формы. Симеон, работая ежедневно очень много и быстро, в ряде случаев допускал отклонения от изосиллабизма. Сильвестр же стремился малейшее его отступление от слоговой протяженности стиха восстановить, стараясь вместе с тем максимально сохранить авторский текст. Достичь цели наиболее экономными средствами позволяло риторическое учение о «поэтических вольностях», которое представляет собой систему версификационных вариантов, основанных на «грамматических видах» изменений слова. С.Медведев использовал так называемые «окказиональные», формальнограмматические, грамматические и фонематические варианты. С его правкой стихи вошли в окончательную редакцию59.

Работа над списком С была завершена уже после смерти Симеона Полоцкого, т.к. в алфавитной системе нашли свое место предсмертные стихи поэта «Философиа», которые попали сюда прямо из авторской рукописи, минуя промежуточный список В. В списке С нет ни подписиавтографа. ни правки Симеона, зато в конце рукописи помещен посвященный ему «Епитафион», написанный С.Медведевым по заказу царя Федора Алексеевича, также ученика Симеона (619), и текст надгробной плиты («Надписание на камени», 621 об.).

В списке С «Вертоград многоцветный» предстает уже как готовая книга. Предназначенная для поднесения высокому адресату – царю Федору Алексеевичу она имеет вид роскошного кодекса и оформлена в стиле, столь характерном для рукописей, изготовлявшихся для обихода царского двора в Посольском приказе и Оружейной палате. Темнозеленый кожаный переплет с золотым тиснением, золотой обрез, титульный лист с живописным изображением фантастического сада, заставки в красках и с обилием золота, киноварь в заглавиях стихов и другие внетекстовые элементы, обозначающие соподчинение разделов внутри книги, – все это богатство и разнообразие приемов и элементов книжного убранства придают стихотворному саду парадное великолепие. После смерти царя Федора Алексеевича этот экземпляр «в зеленом паргамине» доставили в хоромы царевны-правительницы Софьи (30 ноября 1682)60. Затем рукопись по указанию царя Петра Алексеевича была перевезена из Кремлевской царской библиотеки в Петербург и оказалась в числе книг, составивших основу рукописного собрания Библиотеки имп. Академии наук.

Распределив стихи по буквам алфавита, Симеон придал своему произведению вид азбуковника, словаря-справочника. Стихи, бытовавшие ранее в идейно-значительном контексте, предстают в окончательной редакции «Вертограда» как поэтическая россыпь. Стихотворение «Вера и дела», которым открывается текст в авторской рукописи, имевшее программное значение как выражение кредо поэта, становится просто одним из стихотворений на букву В. Осмысление мирового устройства в порядке значимости явлений мира утрачивает свои зримые очертания. Стихотворение из начального цикла «Язици огненнии», одно из первых по написанию, перемещается в самый конец на Я (Ѧ). Изъятые из контекста притчи, истории, сценки, эпизоды расположились формально по алфавиту вне связи со своим идейным ядром. Так, например, в автографе есть идейно-тематический цикл, состоящий из стихотворений «Кресты три», «Аман», «Десница и шуйца» (485 об.–486). Первое трактует символику трех крестов: на одном распят Христос, на других – два разбойника, благородный и «ума лишенный». Стихотворение «Аман» развивает историческую аналогию к теме распятия Христа: как некогда сорвался замысел Амана погубить Мардохея (вместо него Аман «умертвися» сам), так же и виновникам смерти Христа не удалось истребить его «живот и память», напротив, через распятие Христос прославился, а «враг победися». Мораль – неправым уготовано возмездие – переходит в следующее стихотворение «Десница и шуйца». Как и в стихотворении «Кресты три», речь идет здесь о разбойниках, висевших на крестах справа и слева от Христа. Распятый одесную вещал слова, угодные Христу, и за то получил от него прощение; тот же, который находился на кресте слева, творил в жизни «шуия» и был осужден на вечную гибель. Три стихотворения – три сценки, объединенные общей символикой креста и моралью, распались в окончательном варианте текста. Первое теперь поставлено на букву К, второе стало стихом «на персону» и попало в букву А, третье помещено на букву Д.

Смысловые цепочки, возникавшие на основе риторического принципа развертывания темы и ассоциативно-контекстуальных связей, предопределенных в значительной мере использованными Симеоном источниками, рассыпались, подрывая пробивающееся временами повествовательное начало, объединяющее стихи в идейно-тематические единства, нарушая преемственность тем, образов, мотивов. И все же даже в перестроенной книге сохраняется сопряженность между самыми отдаленными стихами благодаря тому, что каждое стихотворение обладает не только своим собственным, отдельным значением, в каждом есть однако и общее. Все в поэтическом своде «Вертограда» соотносится с целым, основанным на вертикальном мировосприятии. И как целое «Вертоград» несравненно больше, чем простая совокупность стихотворений. Целое «Вертограда» вбирает в себя всеохватывающую связанность всего бытия, воспроизводит все пронизывающее собой единство мира, хотя единство это и выступает в новом варианте произведения менее явно.

Перестроив текст автографа по формальной логике «Реестра», Симеон создал другое произведение с принципиально иной организацией и иной поэтикой. Картина мира, созданная мозаичным методом, членилась на отдельные красочные детали. Получилось тоже умно и занимательно. Но внутренние ассоциативно-контекстуальные связи, которые были смысловой доминантой в автографе, определяя динамизм взаимодействия стихов и развития авторской концепции, утратились в результате подчинения текста исключительно формальному принципу, при котором возобладала самозначимость отдельного стихотворения и статичность. Зато при помощи алфавитной модели произведению была придана внешняя стройность и законченность, с одной стороны, а с другой, сохранялась возможность бесконечного наращивания материала, обогащения содержания, включения все новых и новых элементов в картину мира, созданную автором. По мере появления новых стихов они вводились в произведение, не нарушая его композиционной цельности.

Природному естеству, при котором всякие «былия» и травы «смешенно» рождаются и оттого бывают трудно обретаемы. Симеон противопоставил «хитрость художника» и, подобно «искусному цветовертнику», устроил «Вертоград» в границах порядка как сад регулярный: «(...) во моем сем верте многоцветном художественне и по благочинию вся устроишася, ибо по алфавитному славенскаго диалекта сочинению». По признанию автора, такое построение осуществлено «удобнейшаго ради обретения» интересующих читателя тем и призвано служить читательской пользе, помогая ориентироваться в «верте многоцветном».

Алфавитная модель превращает книгу в обнаженную, легко просматриваемую конструкцию, которая делает обозримым все богатство, всю многомерность созданного. Как следует из объяснений Симеона, буквы азбуки – это «споды» (грядки). Их 33. и на них произрастает столько родов растений, сколько разделов внутреннего алфавита, столько видов цветов, сколько названий; буквицы, разделяющие стихи в пределах одной стихотворной группы, обозначают число стихотворений, относящихся к одному названию или принадлежащих к разным жанрам. Положив алфавит в основу композиции, автор получил способ укрепить внутреннюю организацию произведения. Избранная форма была призвана, таким образом, удовлетворять идейным и эстетическим задачам труда, а также творческим принципам работы поэта, стремившегося к систематизации разраставшегося поэтического наследия.

Переводя стихи на алфавит. Симеон действовал в русле сложившейся литературной традиции. Как наиболее простая, цельная и емкая форма алфавитная модель свободно прилагалась к разным жанрам – к молитве, церковным песнопениям, стихам на случай, но преимущественно сферой ее примемения была учительная литература61. Для примера можно указать на «Алфавитарь» Григория Назианзина (IV в.), «Алфавит о дурных священниках» и «Алфавит о хороших священниках» (IX в.). «Алфавит морали» Симеона Метафраста (X в.), «Алфавит о тщетности жизни» (XIV в.) и др. Для удобства пользования в алфавитном порядке располагались материалы в трудах западноевропейских проповедников (например, у Бонавентуры), в сборниках легенд, изречений, примеров, во множестве бытовавших в Европе, начиная со средневековья, и носящих названия «Flores» («Цветы»), «Speculum» («Зерцало»); в них материал, как правило, также организован по алфавитному принципу. Принцип этот использовали писатели, занятые поисками формально унифицирующих приемов. Я. А. Коменский составлял к своим дневникам и выпискам «дигесты» и «пандекты» – алфавитные указатели для скорейшего отыскания записанного. Как формообразующее начало азбука выступает в произведениях украинских авторов: в «Алфавите еретиков» Иоанникия Галятовского (1681), в книге Иоанна Максимовича «Алфавит собранный, рифмами сложенный» (1705), в сборнике пословиц Климентия Зиновиева (1700–1709). В порядке латинского алфавита следуют главы сочинения Лазаря Барановича «W wieniec Воżеу Маtkі ss. оусόw кwіаtkі» («Венец Божьей Матери». 1680).

Уже издревле алфавиту придавался некоторый мистический смысл, в философском плане он понимался как модель мира, как универсум. Эпохам средневековья, Возрождения и барокко известно преклонение перед алфавитом как перед тем, из чего слагается тело божественной истины. В Книге Откровения Бог, или скорее Христос говорит Иоанну: «Я есмь Альфа и Омега, начало и конец» (1:8). Символическое значение букв альфа и омега, появившихся в раннехристианксих базиликах на перекладине креста-распятия, в течение долгих веков оставалось абсолютно прозрачным. У Симеона Полоцкого читаем: «В начале Слово бе у Бога-Отца, / иже не имать начала и конца. / Алфа Омега сам ся нарицает, / ибо вся начат и вся он кончает»62. Та же символика в другом месте отнесена к Христу: «Алфа ми есть Иисус. Христос ми есть Омега»63 Представление об Альфе и Омеге как традиционном символе Христа присутствует также у современников Симеона – у Николая Спафария, Лазаря Барановича, Кариона Истомина. С алфавитом, как символом всеобъемлющего целого, связано весьма характерное для средневековья и ренессансного мировосприятия уподобление мира книге, унаследованное и литературой барокко64. Мир есть книга – распространенный топос, где превалировала идея каталогизации – основа парадигматического строения барочного текста. Известное стихотворение Симеона Полоцкого из «Вертограда» так и называется «Мир есть книга»; философский диалог Г.С.Сковороды – «Разговор, называемый Алфавит, или Букварь мира». Поэтому можно думать, что значение алфавитной композиции «Вертограда» не ограничивалось только практическими задачами. Энциклопедическиалфавитный тип построения книги, безусловно, был рассчитан на определенный мыслительный и художественный эффект. «Вертоград» насквозь символичен. Символична и приданная ему алфавитной композицией форма, находившаяся в полной гармонии с энциклопедической всеохватностью содержания и богатством смысла созданного. «Вертоград», как христианско-дидактическая система, укоренен в представлении о Христе как начале и конце всего сущего. Самим способом расположения стихов читателю внушалась мысль, что произведение в целом есть образ мира, понимаемого как христианский универсум. Как модель мира алфавит соответствует основополагающей тенденции книги – универсализму, обозначение буквами стихотворных разделов – принципу риторического рационализма. Поэту удалось найти форму абсолютного идеала, обладавшую содержательной значимостью: внешнее выражает идею внутреннего всеохватывающего единства «Вертограда» и его жанрово-тематического «многоцветия».

Стихотворная книга «Вертоград многоцветный», созданная с типично барочным размахом и самая монументальная в истории русской поэзии вообще, по форме и масштабности единственная в своем роде, не имеет аналогов в национальном опыте литературы и как бы «выламывается» из ее традиции. Автор, сославшись в предисловии на свое знакомство с иностранными книгами-"садами», пишет, что он, «сподобивыйся странных идиомат пребогатоцветныя вертограды видети», решил пересадить их «корни» и «семена» на русскую почву – «в домашний ми язык славенский». Симеон Полоцкий перенес в Россию традицию, в которых был воспитан и сформировался как писатель и на их основе создал новое в русской литературе жанровое образование. Поэтому для отыскания возможных прототипов «Вертограда», его источников и углубленного постижения жанровой природы необходимо изучить произведение в европейском контексте.

Избрав для своей книги идейно-значимое название-символ, автор указал на ее соотнесенность с определенным типом литературы, трактующей проблемы этики, морали, знания. Вынесенный в заглавие мотив сада принадлежит топике культуры. Он так же универсален, как свет и тьма. Бог – создатель света сам есть свет, он же мудрый садовник. Из райского сада Эдема ведет начало история человечества. Сад изначально мифологичен, поскольку включен в мифопоэтическую картину мира, космологический смысл которого раскрывается в таких понятиях, как Вселенная, первозданная гармония божественного и человеческого миров. Как образ мифологический сад оказывается символом со многими равноправными, отражающимися друг в друге, легко сцепляющимися между собой значениями, в каждом из которых преломляется то, что приобщено к всеобщей, универсальной истине.

Восходящая к Библии и Гомеру символика сада превратилась в поэтический топос, выражающий несколько основных значений. В литературе и искусстве средневековья и барокко символ сада имел идеологическую значимость и эстетическую ценность. За ним стояли центральные идеи христианской культуры, универсальные и трансцендентные понятия. В среневековье на основе метафорических толкований Песни Песней, Книги пророка Исайи, евангельской притчи о «делателях винограда» сложился топос hortus conclusus – «сад заключенный». Он понимался как средоточие духовных и моральных ценностей христианства. Метафорическими синонинами «едем мысленный», «рай духовный», «вертоград небесный» стали обозначать церковь. Алан Лилльский в словаре библейских понятий («Словоразличия», XII в.) отметил несколько значений образа: сад – Церковь, Писание, Святой Дух, вода, все, что дает жизнь65. Приближаясь в значении к раю, сад выступал как locus amoenus66. Восприятие сада как рая нашло яркое выражение в немецкой поэзии ІХ–ХІІ вв.67. В позднее среневековье сад стал традиционным символом для прославления Богородицы68. Уподобление ее девственного чрева «замкнутому саду» восходит к Песни Песней (4:12). Для христианских писателей сад был также местом пасхальной мистерии69. Очень значительным оказалось еще одно направление, по которому шло использование образа сада: он стал символом добродетелей, мудрости, высокой духовности, нравственного совершенства и души праведника. Такие значения представлены в 15-й гомилии Григория Нисского70. Бурное цветение садово-флористической символики в литературе и живописи барокко объясняется тем, что насыщенный богатой ассоциативностью, раскрывающийся в многообразии значений космологический мотив сада отвечал основополагающей тенденции этого искусства смотреть на мир через символическую метафору и аллегорию. Многозначную семантику образа сада суммирует труд Филиппо Пичинелли, где систематизирована эмблематическая символика барокко. Здесь учтены новые, накопленные культурной традицией значения: сад – благодать, чистота Марии, душа, слезы. Сад связан с темой божественного заступничества и страстей. Он – символ красоты и разнообразия. Показательно, что на первом месте в ряду значений в эпоху барокко находится сад, как символ добродетели: «Hortus est symbolum virtutis»71.

В регионе римско-католического культурного влияния садовофлористическая символика нашла более широкое применение, чем в византийско-славянском мире, где она была лишь прямым отголоском библейской образности. В русской литературе ХІ–ХѴІ вв. символические уподобления, опирающиеся на образ сада, были сравнительно редки, однотипны и ограничены главным образом панегирическими функциями72. Символика сада прививается в творчестве восточнославянских писателей XVII в. вместе с литературным стилем барокко. Для Симеона Полоцкого и украинских проповедников характерен обостренный интерес к евангельской притче о «делателях винограда», которой они придали ярко выраженный дидактический смысл. Парафразы ее включены в сборники проповедей «Меч духовный» Лазаря Барановича, «Обед душевный» Симеона Полоцкого, «Венец Христов» Антония Радивиловского. В соответствии с традицией аллегорического экзегезиса притча толкуется в нескольких аспектах: «письменном» (буквальном), «духовном» (иносказательном) и «нравоучительном». Главное внимание уделено в проповедях «моральному сенсу» притчи. Согласно ему «виноград» – кождоединаго от нас душа есть»73; ограда – «уставы», которые «в добродетельном делании подобает не приступать»74. Жизненное призвание человека в том. чтобы возделывать сад души: «осажать виноград свой – душу, мовлю. розными добродетелями украшать»75. Проповедническую целеустремленность приобрел у восточнославянских писателей XVII в. и топос hortus conclusus, как символ Богородицы. Показательно заглавие книги проповедей Антония Радивиловского «Огородок Марии Богородицы», в которой обсуждаются нравственно-философские и морально-учительные вопросы.

Богатый материал для реконструкции внутреннего значения символа «мысленного сада» содержит творчество Симеона Полоцкого. Сад для него – этически замкнутое пространство. Вне сада человек лишен благодатной почвы для совершенствования: живущий в миру, как дерево, растущее «при пути», терзаемое от «мимоходящих», ему трудно сохранить праведность поведения. В ухоженном, возделанном саду деревья – праведники, цветы – добродетели. Ограда, защищающая сад, – заповеди, предохраняющие от грехов. В саду – добро, вне его – зло и пороки. Представление о замкнутости пространства сада передали и художники. Оформляя титульные листы «Вертограда многоцветного» и «Огородка Марии», они изобразили ограду и на калитке – маленький замок. У Симеона Полоцкого, как и у других восточнославяских и европейских авторов, образ сада охватывает основные духовные и нравственные ценности. Значения символического мотива устанавливаются в конкретных связях контекста. Переходя из произведения в произведение, он образует семантические сцепления: сад – церковь, Богородица, сад – душа человека, святость и праведность поведения, сад – страдание и милодердие, сад – плоды благочестия, добродетели, мудрости и знания, сад – человеческая жизнь, человечество, весь мир. Изобильные тропы, опирающиеся на образ сада, – ряд прозрачных символов, отражающихся друг в друге и стягивающихся в конечном счете к единому смысловому центру.

Символический мотив соответствовал природе искусства барокко, как способа постижения мира в его единстве и разнообразии. Он удовлетворял также стремлению этого искусства, как стиля и формы к принципиальной многозначности и пафосу изобилия. Раскрывающий свое содержание в цепи иносказательных переосмыслений мотив этот открывал перед писателем возможность строить литературный сад как реализацию одного из значений топоса, чаще – как воплощение комплекса, целого семантического поля пересекающихся, накладывающихся, сцепляющихся друг с другом значений.

Не случайно Симеон решил вынести ключевой образ в заглавие поэтической книги. Свой «Вертоград» он ставит как символ в духовную связь с идеалами христианской церкви, которую называет «едемом мысленным», «раем», «небесным вертоградом», а свою миссию проповедника и поэта соотносит с апостольской: «Потщахся убо дому Божию, святей церкви восточней, яко едему мысленному, раю духовному, вертограду небесному присовокупити сей мой верт многоцветный во славу всяческих Содетеля и во ползу душевную всех благочестно жити тщащихся (...)». В Европе традиция литературных садов прослеживается, начиная от средневековья до конца риторической эпохи. Название «Hortus» («Hortulus»), «Viridarium» (лат.), «Giardino» (итал.), «Vrt» («Vrtal», «Vrtic»), «Сапііс» (южнослав.), «Оgród», «Wirydarz» (польск.) имели произведения разных жанров: книги стихов, сборники проповедей и литургических текстов, курсы риторик и поэтик. Аксиологическая топика не только указывала на идейно-эстетическую ценность произведения, но и обладала также композиционно-содержательной, организующей значимостью. В понятие сада входит прежде всего принадлежность его к сфере культуры. Сад противостоит природе как «праформе и хаосу», с ним соединяется представление об идеальном пейзаже. Сад – культурно освоенная и упорядоченная среда. Литературное произведение, называемое «садом», стремилось уподобиться своему реальному прототипу по форме, что достигалось определенными правилами композиции. В искусстве барокко для этого имелись дополнительные стимулы. Жанровые системы эпох исторически обусловлены. В период зрелого барокко наблюдается ситуация, несколько отличная от средневековья. Жанровые формы разбухают, назревают, готовятся к перестройке. Возникают суперформы: художественные произведения стремятся стать энциклопедическими сводами исторического и морально-поэтического знания. Пафосу изобилия, иррациональному началу, тенденции к накоплению на одном полюсе соответствует на другом рационалистическая попытка систематизации, классификации, унификации необычайно разросшегося знания. Книга-сад, предрасполагая к определенной пространственной организации материала, готова была предстать как нечто строгое в своей композиции, упорядоченное при помощи тематической или иной классификации, формальных приемов и придания разнородному материалу внешнего единообразия. Нередко литературный вертоград напоминает своей планомерностью сад регулярный, подчиненный геометрическому плану и расчету.

Если жанр понимать как соединение топики, предустановленной темы со своим кругом ценнотсей и определенным типом композиции, то в европейских литературах можно выделить жанровую разновидность книг – «садов добродетелей», имеющих ярко выраженную дидактическую установку и посвященных пропаганде моральных истин. В ХIII–ХV вв., в связи с интенсивным развитием в западной философии теории человеческой души, заметно усиливается интерес к такого рода литературным садам. Появляется множество моралистических сборников «Садов» в итальянской литературе76. Переводчик книги Якопо да Беневенто «Vігіdагіum соnsalationis» («Сад утешения», XIV в.) с латинского языка на итальянский объяснял в предисловии: «Книга эта названа Садом утешения подобно тому, как мы тешимся, входя в сад, и находя там много фруктов и цветов, тешится благосклонный читатель, взяв в руки эту книгу, где собрано много прекрасных речений, назначение которых – услаждать и тешить душу благочестивого читателя. Эта прекрасная книга (...) посвящена описанию пороков и добродетелей»77. Образ райского сада введен в книгу Альберта Великого (ум. 1280) «Рагаdisus апішае» («Рай души», Кельн, 1498). Воспитанию души посвящен «Ногtulus гоsarum» («Садик роз», Базель, 1499) Фомы Кемпийского, в кратких трактатов которого приводятся «Славные дела и благочестивые мысли». Назначение книги саксонского проповедника Иоганна Меффрета «Hortulus Reginae» («Садик Царицы». 1443–1447) состояло в том. чтобы снабдить проповедников материалом для религиозно-нравственного поучения. Спустя два столетия книга проповедей Меффрета была переведена в России по заказу царя Алексея Михайловича киевскими книжниками, она послужила в качестве образца для украинского проповедника – Антония Радивиловского при составлении им «Огородка Марии». По-видимому, на соотнесенность с европейской традицией учительных «вертоградов» указывает и автор, называя свой «огородок» «нововыставленным», «новонасажденным».

Французский профессор богословия Якоб Марханти (Жак Маршан) уподобил сборник своих трактатов-поучений «Ногtus раstorum» («Сад пастырей», 1632) раю наслаждения, ибо в нем собраны «благоуханные цветы и плоды высокой нравственности». Обширный и разнообразный материал распределен по темам: семи смертным грехам противопоставлены моральные достоинства. Практический катехизис изложен в форме вопросов и ответов. Или, по определению самого автора, «пестротканое многоцветие» организовано в «цветники-клумбы»: «(...) floribus polymitus in lectionum areolas partitus». Второе издание «Сада пастырей» (1632) имелось в библиотеке Симеона Полоцкого, который явно им пользовался, о чем свидетельствуют его пометы и записи на страницах книги, прямые ссылки на нее в рукописях поэта78, а также показательная перекличка определения «многоцветный» в заглавии его «Вертограда» с «пестротканым многоцветием» у Марханти.

В Европе XVI в. чрезвычайно плодотворной оказалась линия литературных садов, опирающихся на символический мотив в его наиболее продуктивном в эту эпоху значении: сад как символ добродетели и души. К проблемам моральной философии обращены, как видно уже из заглавий. «Сад моральной философии, изложенный посредством басен о неразумных животных, снабженный искуснейшими изображениями, гравированными на меди» (Кельн, 1594)79, «Сад христианских добродетелей, составленный из пресвятого Писания и сентенций святых отцов» Яна Бузеуса (Майнц. 1610)80. «Садик философский для пестования души молодых людей, которых надо воспитать при помощи правил мудрости и наставлений» (Париж, 1633)81. Часто в заглавие введено и указание на композиционную упорядоченность: «Садик небеснаго наслаждения из разнообразных цветов, извлеченных из сочинений святых отцов и духовнаго Писания, и с чрезвычайной заботливостью приведенный в порядок» кардинала Бона Джованни (1609– 1674)82, «Цветущий сад Марии, раздленный на две книги и четыре части» Бальди Маттиа (Венеция, 1678)83, «Цветущий сад разных любопытных вещей, разбитый на два трактата» (Болонья. 1667)84.

Символ сада присутствует часто в заглавиях поэтических книг эпохи барокко, составленных по типу антологии, т.е. объединяющих стихи разных жанров, подчиненных общему мировоззренческому подходу, который задается риторическим видением мира. Таков, например, «Gartlic za Cas kratiti» («Садик, чтоб минутку скоротать». 1670) хорватского поэта Франьо Крсто Франкопана. Лирика анакреонтическая и религиозная, философско-медитативная и автобиографическая, стихи о Боге и душе, Купидоне и Аполлоне, о прелести природы и красоте женщины, разные жанры курьезной поэзии – все это «разнообразные цветы», заполняющие «Садик» Франкопана и систематизированные при помощи «индекса». Книги-"сады'складывались также из стихов, связанных тематической близостью: «Hortulus animae ріае» («Садик души благочестивой», Дрезден. 1676) – сборник неолатинской медитативной поэзии. Герхард Терстеген, поэт немецкого барокко объединил мотивом сада свои духовные песни и маленькие стихотворения в книгу «Geistliches Blümengärtlein inniger Seelen» («Духовный сад-цветник нежной души», 1729).

Произведения с символикой сада в заглавии распространились в Польше в XVI в., «но расцвет их приходится на позднее барокко»85. Все польские поэтические сады за исключением сборника «Wirydarz poetycki» («Сад поэтический», 1675) Якуба Трембецкого являются книгами стихов одного автора. В антологиях Станислава Гроховского «Wirydarz, abo Kwiatki rymόw duchownych» («Сад, или Цветочки рифм духовных», 1607) и Веспазиана Коховского «Ogrόd panieński» («Сад Марии», 1681) получает актуализацию топос «сада замкнутого». Эти сады доступны только для душ праведных и благочестивых. Книга светских эпиграмм Вацлава Потоцкого «Ogrόd fraszek» («Сад фрашек», 1672–1695) – это мир в целости многожанрового и многотематического воплощения. По словам автора, он соединил здесь все, что было, а «если и не было, то быть могло (...) в век жизни людской». У Потоцкого явно ощутимо полемика с традицией литературных садов, в которых разнородный материал систематизирован при помощи некоторых приемов. Противопоставляя Сад фрашек раю и сближая его с лесом («Do łasa, czytelniku, idziesz, nie do raju»), автор не стремится придать антологии ни внутреннюю, ни внешнюю упорядоченность. В единство высшего порядка стихи сведены общей ценностью – «пользой духовной»: в них преподносится «этика для добродетели, мораль для нравов, сакральное для науки»86 . «Сад поэтический» Трембецкого – собрание стихов разных авторов. Тем не менее составитель первой антологии польской поэзии обосновывает в предисловии идею ее художественной целостности. Она вытекает из характеристики разных жанров, которую он совмещает в стихотворном предисловии с иерархией ценности садовых растений. Все цветы (даже «brak podlejszy») имеют «скрытую силу и великую пользу», то же касается и разных жанров, представленных в стихотворном саду. Рассуждая о пользе произведения для читателей, Трембецкий на первом месте называет содержащиеся в нем «образцы прекрасных нравов» и «множество примеров для добродетели»87. «Сад поэтический» еще сохраняет связь с учительным смыслом символики сада.

Эпоха барокко была периодом интенсивного взаимопроникновения культур и стилей. Именно в это время, благодаря оживленным межнациональным контактам и литературному посредничеству, у восточных славян появляются переводные и оригинальные «вертограды», причем преимущественное развитие получила жанровая разновидность проповеднических, учительных «садов». Таковы «Огородок Марии Богородицы» (1676) Антония Радивиловского, «Вертоград» (1680–1681) Тимофея Каменевича-Рвовского, «Сад, или Вертоград духовный, украшенный многоразличными нравоучения цветами» (1685) Гавриила Домецкого, «Виноград, домовитом благим насажденный» (1697) Самуила Мокреевича, «Виноград» (1698) Стефана Яворского. Восточнославянские «вертограды» в отличие от безымянных «цветников» – произведения авторские. Разнородный материал преображен в них творческой энергией автора, которая организует, связывает разнородность в единый контекст художественного целого. Различные по составу, форме, объему произведения эти имеют общую – дидактическую – установку, связанную с содержанием символики сада в тех ее реализациях, которые она имеет в учительной литературе, где сад соотносится с понятием добродетели. Символика сада имела заранее известную семантику. «Сад души», «вертоград духовный», «огородок», «виноград» – узнаваемые формулы поэтики. Интересно, что «Вертоград многоцветный» Симеона в одном из документов периода его создания именуется «Вертоградом душевным»88. Вынесенный в заглавие названных произведений символический образ, отсылая к определенной культурной традиции, создавал определенную установку, управлявшую восприятием читателя, который приступал к чтению «вертоградов» с ясным представлением, что он будет иметь дело с замкнутой целостностью, в которой разнородность подчинена определенным правилам. По-видимому, можно говорить об оформившемся на некоторое время жанре.

«Вертоград многоцветный» синтезирует риторические (проповеднические) и поэтические (стихотворные) методы литературных «садов». На это указал сам автор в предисловии. Рассуждая о духовной пользе книги, состоящей в «душеврачевании» «греховных недугов», о том, что прилежно читающим она принесет «в здравии утверждение». Симеон отмечает однако, что цветы его сада «не ветийскаго художества ухищрением (...) насадишася, но пиитическаго рифмотворения равномерием слогов». Поэт сам возводит свое произведение к традиции проповеди, но впервые в России соединяет «проповедь» со стихами. Привлекательность стихотворного жанра объясняется тем. что стихи, обладая приятнейшею «сладостию», влекут «ко читанию частейшему. И яко в немнозе пространстве многшая заключающеся, удобнее памятию содержатися могут». Риторические (проповеднические) традиции, обусловившие коренные явления поэтики «Вертограда многоцветного» – разнообразие, универсализм, учительный пафос, сближают произведение с западноевропейскими проповедническими «садами», такими, как «Ногtulus Regiпае» («Садик Царицы») И.Меффрета и «Ноrtus pastorum» («Сад пастырей») Я.Марханти, сводами теологической и моральной доктрины, как у Фабера. Стихотворная же форма и жанровый состав позволяют соотносить произведение Симеона с поэтическими книгами-"садами».

Барочную традицию завершает «Сад божественных песен» (после 1785) Г.С. Сковороды – авторский лирический цикл. Вместе с концом риторической эпохи жанр исчерпал себя. Но сад как эстетизированный, выношенный европейским культурным сознанием книжный символ вошел в русскую литературу Нового времени. Особая эпоха в жизни топоса – конец ХІХ–начало XX в., когда вырабатывается язык новой поэтической условности. Тогда неожиданно напомнила о себе давняя традиция литературных «садов». Серебряный век дал на этой ветви новые цветы – «Зеленый вертоград» К.Бальмонта. Через всю книгу, включающую более 200 стихотворений, объединенных общностью библейско-мифологической тематики, проходит мотив сада. При этом сохраняется его связь с символическими значениями, указывающими на нравственно-этические категории и касающимися экзистенциальных вопросов – бытия человека и его основных ценностных представлений. Для Бальмонта, как и для писателей восточнославянского барокко, «вертоград» символизирует нравственные законы. При всем многообразии поэтических вариаций образный архетип сад – душа, рай, Богородица, небесный вертоград явственно проступает в поэзии С.М.Соловьева, И.Северянина, Вяч. Иванова, Н.Гумилева, Ю.Балтрушайтиса, С.Есенина, Н.Клюева89.

Л. И. Сазонова

Список условных сокращений

БАН – Библиотека Академии наук СССР (с 1992 г. – Российской Академии наук), Санкт-Петербург

ГБЛ – Государственная библиотека СССР им. В.И.Ленина (с 1992 г. – Российская государственная библиотека), Москва

ГИМ – Государственный исторический музей, Москва

ГПБ – Государственная Публичная библиотека им. М.Е.Салтыкова-Щедрина (с 1992 г. – Российская национальная библиотека), Санкт-Петербург

ЛОИИ – Ленинградское отделение Института истории АН СССР (с 1992 г. – С.-Петербургское отделение Института истории), СанктПетербург

Син.– Синодальное собрание

ТОДРЛ – Труды Отдела древнерусской литературы

ЦГАДА – Центральный государственный архив древних актов, Москва

Anthony Hippisley, Note on Sources

The poems of Vertograd mnogocvětnyj display such an astonishing variety of subject matter that the question has inevitably arisen from time to time, where did Simeon Polockij get his ideas from? As early as the beginning of this century I.M. Tarabrin suggested that Simeon had for some of his poems drawn upon the Speculum historiale of Vincent of Beauvais and the Concionum opus tripartitum of the Jesuit writer Matthias Faber90. In 1912 P.P. Filippovič added to the list of Simeon's sources the Magnum speculum exemplorum91, and numerous further suggestions were made in two important articles by A.I. Beleckij, «Stichotvorenija Simeona Polockogo na temy iz vseobščej istorii» (1914) and «Povestvovatel'nyj élément v Vertograde Simeona Polockogo» (1933)92. Although students of Simeon have continued to try to identify sources underlying the poems of the Vertograd93 only a tiny selection of poems from the total number have been more or less convincingly traced back to their source. No attempt has ever been made to calculate to what extent Simeon drew upon other material, nor to indicate whether he had a methodology or system of borrowing.

It can now be seen that the main stumbling-block in the way of productive research into the possible sources of the Vertograd poems has been the fact that the alphabetised copies94 have been used as the starting-point for such investigations. The autograph manuscript95, despite its initial appearence of a random collection of materials, in fact reveals the order in which Simeon composed his poems, and this alone makes it the only possible manuscript with which to work if any system of borrowing is to be uncovered. The first scholar to notice an ideological shape in the composition of the autograph manuscript was Lidija Sazonova, who pointed out in 1982 that «Simeon realises his religious, philosophical and ethical ideas in large-scale ideological, thematic and structural units within the manuscript, each of which contains a number of interconnected poems.96» From this point of view manuscript A makes sense in a way that B and C cannot do, despite their attractively systematic appearance. A series of poems on the subject of religious faith is to be found in the opening pages of A, but because the poems bear titles beginning with different letters of the alphabet the group is broken up in the fair copies. Conversely, although there is a cycle of poems entitled «Faith» in the fair copies, it contains only some of the original series about faith at the beginning of the autograph (A), and instead includes poems taken from a number of other places in the autograph.

While the investigation of sources underlying the poems of the Vertograd could at best be a random search so long as the alphabetical copies remained the object of study, a careful analysis of the autograph manuscript not only reveals a pattern of thematic units, but also points to their sources. The work upon which Simeon drew most extensively was the Concionum opus tripartitum of Matthias Faber of which he possessed a copy of the Coloniae, 1646 edition. This book, according to Beleckij, was subsequently acquired by the library of Char’kov Seminary97. It is a collection of sermons divided into three parts, Hyemalis, Aestivalis and Festivalis, of which Simeon drew heavily upon the second and third when composing the first half of the Vertograd manuscript. His method of borrowing varied. Sometimes he would summarise the contents of an entire sermon in a fairly lengthy poem. The 52-line poem «Aggelov ne iskupi Gospod», čelověki ze iskupi, čego radi» is an exposition of the whole of the first sermon for the 16th Sunday after Pentecost, which is entitled «Cur homines, non Angeli post lapsum reparati». Such long poems often have marginal numbers corresponding to the numbered sections of the Faber sermon. At other times Simeon concentrated on only one small item in a sermon and created a poem from it. Immediately following «Aggelov ne iskupi...» in A is a poem entitled «Bog, jako choščet, tvorit», in which Simeon compares God's sovereign right to do as He wishes to that of Pharaoh, who, having cast two of his servants into prison together with Joseph, spared one and hanged the other. This poem derives from section 6 of the same Faber sermon and forms part of the discussion about why God redeems men but not angels. Simeon often lifted a section of a Faber sermon out of its context, creating a poem that cannot be traced back to its source unless one sees it in the manuscript A, where it will be surrounded by many other poems going back to the same source. The poem «Diogen» was taken from the introductory paragraph, called the Thema, of Faber's eighth sermon for the 15th Sunday after Pentecost. The title of this sermon is «De sepultura Christianorum, eiusque causis», which helps to explain why it should open with an anecdote related by Cicero in which Diogenes is asked by his friends why he does not wish to be buried. The near-proof that Simeon took his material from Faber rather than Cicero rests on the fact that forty of the preceding forty-three poems in A also derive from Faber's sermons for this same Sunday98.

The poems in A occupy fols. 4–547, and the section that derives from Faber is from fol. 4 to the first poem on fol. 315. Not all the poems in this section are taken from Faber. Of the total of 1 909 poems in the section, it can be demonstrated that 1 213 go back to Faber, leaving 696 poems that do not. Of those 696 poems, however, 261 come under the heading «Vivlia» and represent captions to biblical pictures, twenty are captions to icons, and ten are epitaphs. If these 291 poems are discounted because of their special genre, the number of poems not taken from Faber is 405. This means that in the first three hundred or so leaves of A the proportion of Faber to non-Faber poems is 75%:25% Although the remaining 25% of poems have not as yet been traced back to any particular source, it seems likely that they too will eventually prove to be less original than they appear.

As to the rest of the autograph manuscript (A) of the Vertograd, it has been possible to identify three groups of poems that derive from the Hortulus Regime sive Sermones Meffreth, of which Simeon almost certainly possessed a copy99. The first is on fols. 317–348v, where 117 out of 132 poems derive from Meffreth; the other two are on fols. 382–388v and fols. 397–404v, where Meffreth accounts for 33 poems out of 34, and 37 out of 39 respectively. Like Faber, this book is a collection of Jesuit sermons set out according to the Sundays and festivals of the Church year.

Another important source, especially for the narrative moralising poems in the Vertograd , is the Magnum speculum exemplorum, first published anonymously in 1482 and later edited by the Belgian Jesuit Jan Major. It seems virtually certain that Simeon possessed at least one copy of this work, but the only copy preserved in the Sinodal'naja tipografija library today is one that his disciple Sil'vestr Medvedev acquired after Simeon's death. It is therefore not possible to say with certainty which edition he owned. The exempla tended to be repeated from one edition to the next, but with ever more additions. For poems deriving from the Magnum speculum exemplorum the Commentary refers the reader to the Duaci, 1603 and Coloniae Agrippinae, 1653 editions. There was also a Polish translation by Symon Wysocki published in Cracow in 1612, 1621 and 1633 entitled Wielkie zwierciadło przykładów, and Simeon may well have owned a copy. It is occasionally possible to assign the language of Simeon to a Latin rather than a Polish original100, but usually the question remains an open one. Not all the narrative poems in the Vertograd which derive from the Magnum speculum exemplorum do so directly. For example, the poem «Běganie iz cerkve» may be traced back to the second exemplum under the heading «Ecclesia» in the 1653 edition, but when one looks at the place that the poem occupies in A one can demonstrate that Simeon's immediate source was Meffreth's third sermon for the 5th Sunday after Pentecost. Meffreth is also the immediate source for the poems «Desjatina» and «Demon ispovSdi pakost"», though the anecdotes go back to «Decimae» No. 2 and «Contritio» No. 10 respectively in the Magnum speculum exemplorum.

We regard the task of investigating the background to the poems of the Vertograd as far from complete. However, it is now clear that the question is no longer whether Simeon relied on specific sources, but rather which sources. There are 2 763 poems in the autograph manuscript A, or 2 496 if one regards the cycle entitled «Vivlia» as one poem101. Of this total, well over half have now been traced back to their source in either Faber, Meffreth, the Magnum speculum exemplorum, or the Hortus pastorum of Jacobus Marchantius, another Jesuit priest. The Commentary at the end of each volume of the present edition identifies those sources about which there can be no reasonable doubt, and an Appendix at the end of the third volume will list those sources that have come to light in the course of preparing the text for publication. Thus, the Commentary does not so much provide comment as factual information about the origins of particular poems. This information is so important for an understanding of both Simeon's worldview and his creative process that it has been felt necessary to quote extensively from his sources, especially as these works are not to be found in most university libraries. Although it might also have been desirable to provide translations of the numerous Latin passages quoted in the Commentary, considerations of space have rendered this impracticable. Simeon Polockij was deeply immersed in Latin culture, and a good working knowledge of Latin is a great asset to the student of this remarkable Russian poet. Indeed, the paucity of present-day scholars who bridge the gap between classical and Slavonic studies is one reason why research into Simeon Polockij has not been as exhaustive as it might have been. It is hoped that the present critical edition of the Vertograd will advance that research into a new and productive phase.

Anthony Hippisley

Anthony Hippisley, Lydia Sazonova, Editors» Editors’ Note

The present critical edition of Simeon Polockij's Vertograd mnogocvеtnyj is based on a textological study of the following three manuscripts which contain the text: 1. An autograph, undated (Gosudarstvennyj Istoričeskij muzej [Moscow], Sinodal'noe sobranie, No. 659), designated A in the present edition; 2. A scribal copy dated August 1678 (GIM, Sin. 288), designated B; 3. A scribal copy dated August 1678 (Biblioteka Rossijskoj Akademii nauk [St Petersburg], No. РІА 54, formerly Biblioteka Akademii nauk SSSR [Leningrad], No. 31.7.3), designated C. The editors decided to adopt C as the base copy because, although it is not in the author's hand, it represents the final recasting of the text. It was Simeon's own wish that the work be fundamentally re-designed so that the poems would appear under an alphabetised series of titles, and it may reliably be assumed that C displays the form in which he hoped his work would appear in print.

What is presented here is a critical edition of the literary rather than linguistic or historical kind102; consequently the editors have in general followed the guidelines laid down in 1955 by the Sector for Old Russian Literature of the Institute of Russian Literature of the Academy of Sciences of the USSR for their projected series of scholarly monographs and editions of works of Old Russian literature103. In

accordance with these guidelines, the orthography of C has been altered by replacing

obsolete letters by their equivalents in the modem Russian alphabet, as follows:

i /ï ) и

oy )y

ω ) o

ѩ/ѧ ) я

ѵ ) и

ѕ ) з

ѯ ) кс

ѱ ) пс

ѳ )ф

In words of Greek origin the diphthongs and have been rendered as ав and ев (Август, Еваггелие, Евва). The words Паѳмос and ѳрон have been rendered as Патмос and трон in accordance with modem spelling conventions. The letter е (jatˊ) has been retained because it conveys a sound of diphthongal origin midway between i and e; in literary Russian jat» denoted the sound e , in Ukainian it denoted i. In the poetry of Simeon Polockij the letter е occurs in rhymes paired sometimes with e, as in the rhymes море : горе, прийде : виде, рече : человече, and somteimes with и, as in the rhymes толице : человеце and превелика: человека. The short vowel й is reproduced as it occurs in C. This letter is written as и in the autograph, though a syllable count shows that the author regarded it as short. The line Авеля праведнаго достойно хвалити ( Авель 3’, 1:1) appears to have 14 syllables as it stands in A, but В and C record the spelling достойно, which yields the correct 13-syllable line. Since this discrepancy in orthography is a regular one it is not recorded as a variant in the footnotes.

The letter ъ (jer) is omitted when it occurs at the end of a word. Titlos are expanded according to spelling found elsewhere in C. Superscript letters are brought down into the line. In cases where a final soft consonant is superscript, the letter ъ (jer») has been supplied. In accordance with the principles of modem word-division prefixes have been printed as part of the following word, whether or not they are written separately in one or all of the manuscripts. Thus, съ сечено ) съсечено, въ скоре ) въскоре, въ ниде ) въниде. Where the particles же and ли are written in C as part of the preceding word, they are printed separately in the present edition. As a consequence of this separation the letter ь has been supplied for words ending in a soft consonant on the basis of examples to hand elsewhere in the manuscript where the same words are written separately, e.g. колже ) коль же, сутже ) суть же. удобже ) удобь же, вонже ) во нь же, нанже ) на нь же, занже ) за нь же, плотже ) плоть же, естже ) есть же, естли ) есть ли. Where in С the particle ся is prepositive to the verb and has been agglutinated to the preceding word, it has been printed separately, e.g. похотся раждает ) похоть ся раждает. In the combinations донели/донеле же, донде же. зане же. иде же, поне же, ни же, та же the element же has been regarded by the editors as a particle and printed separately, although it is possible that in 17th-century texts it was already considered a component part of the word. The conjunction воеже is printed as one word. Relative pronouns with the particle же are normally written as one word in the three manuscripts. The present edition retains this convention for the four short pronouns иже, еже, яже. and юже; longer pronouns are separated into two words, e.g. его же. Variants between the three manuscripts as to whether the particles же, ли and ся are written as part of the preceding word or separately are not footnoted.

Superscript signs and accents are not reproduced, with the following exceptions: the pronoun й is distinguished from the conjunction и by an acute accent in the printed edition, as it is in the manuscripts; the superscript jer (paerok) has been printed as an italicised jer after prefixes that are followed by a stem beginning with a vowel, e.g. об’яти ) объяти, от'ити ) отъити, от’яша ) отъяша, из’ити ) изъити, из’яти ) изъяти, из’явил ) изъявил, необ’емлем ) необъемлем. Literal numbers are rendered by Arabic numerals.

The manuscripts are not consistent in the use of capitals, nor is it always clear whether a letter is capitalised, and so with regard to nomina sacra the editors have with some modifications opted for the conventions obtaining in Russia before 1917. Capitals are used for the three persons of the Trinity and for the Mother of God, as well as for all names, attributes and hypostases of God, personal pronouns referring to God, and the adjectives Святый and Божественный, as well as their variants with the prefix Пре-, when they refer to any of the persons of the Trinity. Other capitalised nomina sacra include the Church as an institution, the Sacraments, and the Holy Scriptures.

Punctuation follows that of the copies В and C, which are broadly similar (A is very lightly punctuated), but does not reproduce it at all points. The principle which the editors have followed is to use marks of punctuation in order to clarify meaning, but not to impose it. This has sometimes required minimal punctuation, especially where there are two varying but equally valid readings. Direct speech is introduced with a capital letter, but is not enclosed within quotation marks.

The text of C is reproduced even when it contains a manifest error by the copyist, e.g. line 5 of the poem Голубь евхаристический’: И ныне в неких местех той остаем (for остает). When this occurs the correct form is seen in the variant reading in A and/or B. The following variants between the texts of C and the other two manuscripts are indicated in footnotes: lexical, grammatical and orthographic variants, corrections to the text (deletions, additions, omissions, insertions, and transpositions), marginalia, and editorial corrections by Sil'vestr Medvedev carried out at any stage in the creation of the work. All variants between C (the final text) and the autograph manuscript A are recorded except the list of contents ("Оглавление», see below). As regards the intermediate copy B, orthographic variants are treated by the editors according to the general rule that where C differs either from A or from both A and B, the variant is recoreded in a footnote, but that where C differs from В but not from A or, in other words, where В gives a variant spelling that is subsequently restored in C, this is not footnoted. Thus, orthographic variants in В that differ from both A and C, where A and C are identical, are omitted. In this connection variants in В that fall into the following categories are not footnoted: variants between the etymological spelling of the letter е and its actual pronunciation, e.g. В всеконечно, чреслех, телец, прилежанием, А , С всеконечно, чреслех. телец, прилежанием; variants between traditional and non-traditional spellings of words with prefixes ending in c and з, e.g. В воставитель, бесмертен, бесценную, съшел, восъприяти, возъможем, изъбежа, изъшедшу, изърек, А, С возставитель. безсмертен, безценную, сшел, восприяти, возможем, избежа, изшедшу, изрек; variants in the suffixes -н- and –нн-, e.g. В вреждены, окаяный, А. С врежденны, окаянный; variants in the spelling of vowels after hush-sibilants, e.g. В ближайший, грешащых, плачют, молча, А, С ближайший, грешащих, плачут, молчя; the presence or absence of ъ and ь before suffixes and endings, e.g. В соборъныя, песньми. А, С соборныя, песнми; variants between the Russian and Church Slavonic spelling of case endings, e.g. В оного, А, С онаго; variants in the spelling of personal names, e.g. В Захариа, Моисей, Аминодав, А, С Захария. Моисий, Аминадав; spelling errors that occur only in B, e.g. писпены (for писмены), Христо (for Христос), жизи (for жизни), злезну (for слезну), едиродна (for единородна); and the occurrence in В of superscript literal numbers to indicate the transposition of words. A particular problem in recording variants concerns the fact that 17th-century cursive writing does not usually distinguish between final jer and jer» (ъ and ь). It is not clear, for example, whether A has Иудифь or Иудифъ, вещь or вещъ, имуть or имутъ. For this reason the editors decided to record the form that occurs in C without attempting to indicate variants in A and B, even though this has meant forfeiting some valuable information about the hardness or softness of consonants.

In general, vermilion (kinovarˊ) is used in copies В and C for poem titles and the initial letters of poems, but the practice is far from consistent. In C vermilion might be used for the whole title of a poem (e.g., Аминадав ), or for the initial letter of the title only (e.g., Авраам ), or for all of the title except the inital letter (e.g., Веление противное ). It was decided, therefore, not to burden the printed edition with continuous and precise information about the incidence of what is clearly a graphic rather than literary or linguistic phenomenon. Folio numbers in C appear on the recto of each folio in the copyist's hand, beginning on the first page of poetry. Another set of folio numbers, beginning on the title-page, has been entered on the recto of each folio in a later (19th-century?) hand. In the printed edition the correct folio number, both recto and verso, is given in square brackets in the left-hand margin, followed by the copyist's number not enclosed in brackets. Line numbers, which do not appear in the manuscripts, have been added in the right-hand margin for any poem that exceeds five lines. Where there is more than one poem under the same title this edition follows the pattern laid down in C, which is to give the title for the first poem and numbers for the succeeding ones. In A the poems are not usually grouped under one title but scattered throughout the manuscript, and therefore carry titles rather than numbers. It was not felt necessary to indicate this discrepancy except where an actual change of title has occurred.

The list of contents ( Оглавление’) is printed as it occurs in C, but because, through the process of accretion and rearrangement, it differs so widely from the corresponding sections in A and В it was decided not to indicate variants.

The order in which information is presented in the footnotes is as follows: 1. the place in C to which attention is being drawn; 2. the manuscript where the variant occurs; 3. the nature of the variant, or other information. Unless otherwise indicated, the footnote refers to the single word which immediately precedes the reference number, and that word is not repeated in the footnote. If the footnote refers to the two words immediately preceding the reference number, both words are quoted in the footnote. If the footnote refers to a passage of more than two words the reference number is placed immediately after the last word, and the first and last words of the passage are quoted in the footnote separated by three dots. In the latter case line numbers are given where there might be a doubt as to the length of the passage. Editorial information in the footnotes is set in italics. The following abbreviations have been adopted: ins. = inserted ; del. = deleted ; оm. = omitted ; add. = added; corr. = corrected; illeg. = illegible; marg. = fore-edge margin; gut. marg. = gutter margin; p . = page ; fol. = folio ; l. = line; syll. = syllable.

The first volume of the printed edition contains all the material in the base copy C from the title-page to the end of the section of poems under the letter D (fol. 146v). It is anticipated that vol. 2 will contain the poems from the beginning of the letter E (fol. 147) to ʻПочитание 2‘ (fol. 388v), and that vol. 3 will contain the poems from ’Прав никто же’ (fol. 388v) to the end of the MS (fol 617v). A number of items occur in one or both of A and В but not in C. These will appear in a Supplement at the end of vol. 3.

Anthony Hippisley

Lydia Sazonova

Вертоград многоцветный ползы ради душевныя православных христиан, Божиим наставлением и пособием, а трудоположением104 многогрешнаго во иероманасех105 Симеона Полоцкаго утяжанный и насажденный в лето от создания мира 7186, а от Рождества еже по плоти Бога Слова 1678 совершися месяца августа в106 день107

Предисловие108 ко благочестивому109 читателю

Твари110, светом разума111 во плоти от Бога украшенной, обычай есть112, еже аще кому прилучится во вертоградех113 богатых быти, и различных цветов сладким благовонием и сердцевеселящим доброличием и краснолепым цветением114 увеселитися, и о ползе их здравию телесному много и скоро успешной извещенну115 быти, то абие всеусердное тщание полагати116, да от тех же обилия нечто себе получит, и в домашних своих оградех117 или насеет118 семена, или насадит119 корение120 во общую ползу и веселие всем домашним и не успевшым отстоящих посещати вертов цветоносных121. Благопохвалный же122 той обычай непщуется123 всеми, и воистинну есть таков, ибо егда друг от друга, их же в домех наших лишаемся вещей, угождение, или даяния средством124, или продаяния образом125, приемлем, союз друголюбия и склевретства126 состяжем, его же и само по127 нам требует естество, поне же человек несть зверь дивый, но содружный, отнюду же градове и села вину128 насаждения129 прияша, да во содружестве жительствующе130 взаим помощ нам деем, и купно Создавшего131 ны о всяческих Его благотворениих славословим. И Сам всяческих естеств Вина132 и Господь яве истяжущ быти показуется, зане же не единому человеку, не единому селу, граду или царству вся нуждная отдал есть, но различным странам различныя земли133, плоды, роды их, виды и силы, художества же134, обилия, богатства135, искуства136 благоволил дарствовати, да вси всех требующе137, нуждею ко знаемости и дружеству убеждаеми, любовь взаим творимую стяжем. Аще же138 в чювственных мирскому сожитию полезных сидев обычай, не токмо ІІ[2v] гаждения не причастен, но139 ублажения достоин, колми паче во духовных вещех стяжемый, ими же не что ино первонам ерствуется, точию слава, честь, хвала, благодарствие, величание Создателя всяческих140, второ же усмотряется141 всех душевная верных полза и спасение, есть веема блажителен и подражателен? Тем же аз, многогрешный раб Божий, Его божественною благодатию сподобивыйся странных идиомат пребогатоцветныя вертограды видети, посетити и тех пресладостными и душеполезными цветы услаждения душеживителнаго вкусити, тщание положих многое и труд немалый142, да и в домашний ми язык славенский, яко во оплот или ограждение Церкве Российский143, оттуду пресаждение кореней144 и пренесение семен богодухновенноцветородных содею, не скудость убо исполняя, но богатому богатство прилагая, зане же145 имущему дается. Потщахся убо дому Божию, святей Церкви восточней, яко Едему мысленному, раю духовному, вертограду небесному присовокупити сей мой верт многоцветый146, во славу всяческих Содетеля и во ползу душевную всех благочестно жити тщящихся147, непрелестну имея надежду, яко всяк хотяй душевнаго услаждения и ея здравия желаяй известнаго, доволны148 себе обрящет зде цветы во ползу. Иже убо удобнейшаго ради обретения, не яко трава на поли не хитростию художника искуснаго, но естеством изводимая, смешенно раждается и не скоро ищущым обретаема бывает, насадишася, но яко же есть обычай цветовертником искусным всяческих149 цветов и зелий, роды же и виды благочинно по сподом и лехам сеяти и садити, тако и во моем сем верте многоцветном художественне и по благочинию вся устроишася, ибо по алфавитному150 славенскаго диалекта сочинению. Елико убо обрящеши, благочестивый читателю, ІІ[3] писмен зде начинателных именованием вещей обретаемых, толико непщуй спод или лех быти верта сего. А елико вещей изменных, толико родов на них сеянных или сажденных151 да разумевши. Еще, колико вещей от части изменяемых узриши, толико видов цветовных да имевши. Напоследок, елико статий числы надзнаменанных усмотриши единыя вещы, толико числ единовидных цвет да числиши. Или различие родов цветов сих духовных сице да сочтеши: ин род суть подобия, ин род – образы, ин – присловия, ин – толкования, ин – епитафия, ин – образов152 подписания, ин – повести, ин – летописная, ин – молитвы, ин – увещания, ин – обличения153, и тако о прочих да умствуеши. Вся же сия имуть силу здравых душ веселиемь154 исполнения155, в здравии утвержение156 и от недугов предсоблюдения, к тому и украшения Богу любезнаго и человеком, болезнующих же греховными недуги157 душеврачевания, прилежно чтущым я и во уме си, яко во158 изъящнейшей159 силе душевней, часто160 разсуждающым и во сокровище памяти, яко в хранилище душы, во соблюдение дающым. Обрящет зде юный укротителная стремлений страстей си161 и угасителная пламеней ярости и похоти, отьемлющая непщевание о многолетствии, показующая прелести сего мира и от Бога удаляющая162. Обрящет старый утвержающая немощь его ко подвигом духовным и наставляющая ко памяти краткости века и поминанию близ сущыя смерти и прочих последних. Обрящет зде благородный и163 богатый врачевства недугом своим, гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству164 – смиренномудрие. Обрящет худородный и165 нищий своим недугом целебная, роптанию – терпение, татбе – трудолюбие, зависти – тленных презрение. Обрящет неправду творящий166 врачебное167 недугу си былие, ІІ[3Ѵ] правды творение, гневливец168 – кротость и прощение удобное, ленивец – бодрость, глупец – мудрость, невежда – разум, усумлящийся в вере – утвержение, отчаянник – надежду, ненавистник – любовь, продерзивый – страх, сквернословец – языка обуздание169, блудник – чистоту и плоти умерщвление, пияница – воздержание и всякими инеми недуги одержимии обрящут по своей нужде полезная былия и цветы. Иже убо не ветийскаго художества ухищрением мною насадишася, но пиитическаго рифмотворения равномерием слогов по различным устроишася родом, того ради да присвойственною себе сладостию сердцам читателей приятнейший170 суще, аки нуждею влекут я ко читанию частейшему. И яко в немнозе пространстве многшая171 заключающеся, удобнее памятию содержатися могут, и на память изученная внегда провещаются временно, благосладящая суть слухи и сердца слышащых172. К тым и того ради, да173 рифмотворное писание распространяется в нашем славенстем книжном языце, еже во инех волею174 честь имать и ублажение и творцев си достойнаго не лишает от Бога и от человек возмездия и славы, ея же аз ми175 не требуя в мире сем, яко оставлей й со всеми его красными суетами и суетными красоты, не ищу оныя от человек176 написаниемь книги сея177, но глаголю со царствующым пророком: Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему даждь славу. Тебе, Господи, слава, яко дал еси, и еже хотети, и еже мощи, и еже начати, и еже трудитися, се же здраво и благополучно, и еже совершити добровременно по желанию сердца моего. Тебе слава о всех и зде и в небеси и ныне и во вся будущыя веки. Мне же грешному даждь славу, от Тебе Самаго сущую, наипаче178 в жизни будущей пред Твоими небесными гражданы, ея же не пренебрезати179, но искати всеми силами нашими180 повелеваемся Тобою, елма181 пренебрегателие182 ІІ[4] тоя, искателие же славы человеческия183, сице от Тебе184 суть обличаеми: Како185 вы можете веровати, славы друг от друга приемлюще и славы, яже от единаго Бога, не ищете? Возмездие же временное186 потолику ми желателно, поелику нуждно к доволному препитанию мене грешнаго и труды всегда187 полагающих в моих потребах. Но то по превелицей188 милости и премногим щедротам святопочившаго о Господе Бозе святыя и блаженныя памяти благочестивейшаго, тишайшаго и самодержавнейшаго Великаго Государя Царя и Великаго Князя Алексиа189 Михаиловича всеа190 Великия и Малыя и Белыя России191 Самодержца192, не скудное, но доволное по моему чину и званию чрез лет тринадесят имея, прерадостно во царствующем и богоспасаемом граде Москве прежих, присно ко Господу Богу теплыя моя молитвы о нем Великом Государе возсылая и труды трудом, ово по повелению началствующих, ово по моему свойственному благохотению, да не празден жизни моея вотще иждиву время193, прилагая. По блаженном же его Царскаго величества во вечная отшествии присно во194 моих иноческих молбах молю и до последняго моего издыхания имам неименно195 Господа Бога молити, о еже проститися всякому его согрешению и вселитися души его196 в селения приснаго велелия197 и жизни безконечныя со духи небесными и душами всех праведных, от век благоугодивших Господеви. Его же благочестиваго и приснопамятнаго Самодержца198

выну во памяти отшествие от мира содержи и в благодарном199 сердци200, аки на твердом адаманте, премногая его царская ко мне благотворения написанная читая201, не возмогл бым никогда же веселию места во сердце моем дати, аще не бы ми202 печалнаго ума лучесы милости и щедрот своих возбуждал ко веселию от его же царских чресл равне добротворный нам свет возсиявший и солнце, и на его же царстем престоле Богом посажденнный сын его, а наш ІІ[4Ѵ] Великий Государь, благочестивейший, тишайший, самодержавнейший Великий Государь Царь и Великий Князь203 Феодор Алексиевичь всеа204 Великия и Малыя и Белыя России205 Самодержец. Его бо царскимь благоутробнымь милосердиемь и множеством206 щедрот и отцеподражателною царскою призрен207 есмь милостию и в равном бывшему храним доволстве, ни в чесом скудости стражду и въпред упование в Господе Бозе имам, яко благая о мне грешном на его царстем сердци208 положит. Он же Богом венчанный209 Монарха не отвратит пресветлаго лица своего от худости моея, но по врожденной милости своей благоволит веселыма на мя призирати зеницама и нуждных жителству моему от обилия Богом себе даннаго подаяние доволное творити. И се ми есть возмездие превеликое, нудящее мя ко благодарствию непрестанному и к молбам210 повседневным, от скипетродержца211 благочестивейшаго212. От вас же, благочестивых читателей, богатое ми будет за труды воздаяние, егда, ползу от цвет верта сего приемше, речете о мне ко Господу молитву, о еже оставитися грехом моим. Аще живу ми сущу, аще по преставлении моем, то ми едино от вашея любве желателно. Вем бо213, яко внушает Господь молитвы верных раб Своих и по214 прошению их милость проявляет. И мне убо за ваши215 святыя молитвы простит долги моя и сотворит возмездие вечное во царствии Си небесном, его же аз единаго рачитель216 есмь и искатель, а вашему благочестию всяческих благ душевных и телесных, вечных и временных присно истинный желатель.

Благочестию твоему

временных и вечных благ истинный желатель,

Симеон Полоцкий, иеромонах недостойный217

А

Аарон

Аарон во пустыни телца сотворил есть,

смерти бояся плоти, тяжко согрешил есть.

Уне бяше умрети телом, не душею,

но смерть страшна комуждо косою своею.

2

Аарон златым телцем древле поползеся,

Петр же во благодати Христа отречеся.

Началницы падоша, да грех поминают

и грешащих не люте судом исправляют.

3

Аарон телца злата сотворил есть.

Богу всещедру люте согрешил есть.

Людей бояся, забы жива Бога,

тем подобаше казнь оному многа.

Уне же бяше оному страдати

вся муки и смерть, неже соблазн дати.

Обаче Моисий его не убил есть,

архиерейство, сущее в нем, чтил есть,

И яко воли к телцу не слагаше,

точию за страх то зло содеяше.

4

Аарон егда телца злата сотворил есть,

Моисий онаго сожег, во прах218 претворил

есть, И изсыпа во воду, яже изтекаше219

из Хоривы пречюдно220. Ту егда пияше

Поклонивыйся телцу, зело надымася,

потому от Моисия винен быти знася. Аарон

аще пил есть, не бяше надменный221,

яко сердцем ко телцу не бе приклоненный222.

Яко не охотою того сотворил есть.

Бог убиенну ему быти не судил есть.

Авва отче

Авва языком сирским знаменает,

что нам славенски отец изъявляет.

Двакраты паки отче положися,

очество223 двое Божие явися:

Общее, еже есть чрез творение

благих же и злых в мир изведение,

И особное, им же присвояет,

яже праведны люди созерцает.

Авель

Авель Богу любезен, а Каин й губит;

боголюбезных224 людей мир тако не любит.

2

Авель девственник и жрец, и мученик бяше

первый, Христа Господа прооброзоваше225.

3

Авеля праведнаго достойно хвалити,

яко лучшими дары хотел226 Бога чтити,

И егда тыя ему во честь приношаше,

священник Бога жива преугодный бяше.

К тому чистоту девства до смерти хранил есть

и страдалческий венец в небе получил есть,

Ибо от завидяща брата си убися,

у Отца же небесна жизни сподобися

Вечныя за временну, днесь в ней пребывает,

подражателей своих к себе отжидает227.

4

Авеля праведнаго брат Каин убил есть,

перваго мученика того сотворил есть.

Мученик бысть он, яко невинне228 страдаше,

за жертву благу брат на нь ненависть прияше

И уби й каменем. Тогда смерть познася

Адамом, яже за грех оному сказася.

Тогда земля кровию перво обагрися,

аще чистою, скверна, не красна явися;

Злоба ю Каинова паче осквернила,

нежели Авелева кровь красну явила229.

Авесолом

Авесолом о власех главы согрешаше,

их ради гордостию исполнь в сердце230 бяше.

Но теми и казнь прият, ибо повесися

ими на дубе, и ту стрелы умертвися.

Се отнюду же грех есть, ту смерть ся раждает;

грех вина смерти, а смерть казнь грехов231 бывает.

2

Авесолом власы си прекрасны имяше,

премного232 злата за ня233 на всяк год234 взимаше.

Но теми же на дубе власы уцепися,

красота в сило смертно ему обратися.

Тако и нам красота, и яже суть люба

мирская, множицею бывают пагуба.

3

Авесолом Давидов сын прекрасен бяше,

на всей плоти порока ни мала имяше.

Власы же главы его тако лепи бяху,

даже я девы златом многим куповаху

Всяк возревый на него абие любил есть,

дивною красотою Бог его почтил есть.

Но в том красном телеси душа скверна235 бяше,

ибо закон Господень зело преступаше.

Отца гнал есть и ложе его осквернил есть,

перворожденна брата Аммона убил есть.

Авимелех236

Авимелех началство зело возлюбил есть,

седмьдесят237 брат на едном238 камени побил есть.

Авраам

Авраам друг Господень239 именован бяше,

вины240 сего многия разум мудрых241 даше.

Перва242 есть243, яко Бога он зело любил есть

и в заповедех Его прилежно ходил есть.

Вторая244 – яко лиши245 отчинную страну,

послушав Бога и вшед246 в землю Ханааню.

Иде же, яко странник, живот провождаше,

но гражданин небесный душею си бяше.

Третия247 – яко в деле трудном муж явися

крепкий, елма о жертве сына искусися.

Четверта248 – яко Богу уподоблен бяше,

егда сына во жерту249 своего даяше.

Бог Сына Си во жертву в плоти не щадил есть,

и Авраам250 сына си жрети готов был есть.

Пятая251 – яко Аврам благ всем и щедр бяше

богоподобне, за то Господь й любяше.

Шестая252 – яко ум свой в небеси держал есть253,

в нем душею, на земли телом пребывал есть254.

Не толико с гражданы наземными был есть,

елико со аггелы небесными жил есть.

Седмая255 – яко славу Господню множаше,

едина Бога знати люди поучаше.

Осмая256 – яко в делех всех меру хранил есть,

праведно, постоянно дни своя вся жил есть.

За сия вины друг он Богу живу был есть,

воли Его пресвятей257 сице угодил есть.

Ему же и вы друзи возможете быти,

аще, яко Авраам, потщитеся жити.

Достойно же и право его подражати,

дерзающим258 Отца И себе нарицати.

Правый сын отческия259 нравы сохраняет,

теми в себе умерша отца изъявляет.

Да убо Авраамля мы чада явимся,

добронравие его стяжати потщимся260,

И будем Богу друзи, и в небо вселимся,

со отцем Авраамом светом насладимся261.

Агарь

Агарь Аврааму сына Исмайла

скоро и удобно, но злаго родила262.

Сарра же не скоро, но чадо святое

Исаака роди, чадо преблагое.

Тако мы пред Богом во злых агарствуем,

в благих паки делех обычно сарствуем.

Агарь душу знаменает

Агарь, егда от Сарры госпожи бежаше,

во безводной263 пустыни ели жива бяше.

Ей же аггел Господень велел ся вратити

и пред госпожею си в смирении быти.

Душа наша Агаре подобна бывает,

егда воли Божия работы бегает.

Заблуждает в пустыню грехов, мерзких Богу,

без воды благодати страждет беду многу,

Даже ко смерти лютей. Что убо творити?

Лучше есть воли Бога себе покорити

И Ему по вся лета верно работати.

Он бо264 весть пищу, ризы и жизнь подаяти.

Зле свободен, кто рабства Божия бегает,

всячески того демон грехми в плен хищает.

Блага Его работа, ибо той царствует,

иже Господу Богу всеверно рабствует.

Аггел

Аггел хранитель нам ся приставляет,

егда ся кождо во Христа крещает.

Или с начала бытия дается,

да тем от всех зол чрез весь век стрежется265.

2

Аггел пастырем Христа рожденна вещаше,

род жидовск явлением своим научаше.

Яко рождейся отрок Царь есть в светлом небе.

аще в худе пещере избра место Себе,

И яко падение хощет исправити,

праздная человеки места населити.

Но и тайно видится собою учити,

яко аггелоточным подобает быти.

Желающим266 с онеми в небе вчинения267

и пресветлаго лица Господня зрения.

Тыя же безгрешием подражати требе,

яко ничто же скверно может быти в небе.

Еще и любовию к Богу, к человеком,

та бо приятна Тому, Иже Царь есть веком.

Наконец, в хвалении безпрестанном Бога

сия творяй268 достоин небесна чертога.

3

Аггел от зла отводит

Валаам Израиля269 иде проклинати,

аггел же скота его острым мечем вспяти.

И нас аггел, грядущих на грех, воспящает,

егда грехом противны помыслы вливает.

4

Умове небесный, присущий Богу,

Царю си угождают чрез службу премногу.

Служба же их есть выну Онаго хвалити,

и еже завещает, не косно творити.

Тем270 же я Исаиа виде предстоящы

Богу, трисвятую песнь на всяк час гласящы271.

Паки, их служение мир в мире хранити,

царства блюсти и от нас демоны гонити.

На добрая делеса люди наставляти,

от лукавых же тощно дел ны отвращати.

Еще их служителство ходатайми быти

о человецех к Богу, тепле И молити.

Се272 виде Захария аггела, моляща

Бога о Исраили, милости просяща.

Наконец, их есть дело от враг ны хранити,

демона, мира, плоти, силы их кротити.

Они бо непрестанно на ны наступают,

различны наветы новы устрояют.

Но велением Бога, аггелы святыми

от тех на всяко время бываем храними.

Еще273 ина благая безчисменно274 многа

средствием аггел святых имамы от Бога.

Яже токмо в Священном Писании знаю

помяненна275, отчасти се зде предлагаю.

Аггел276 Агарь, утекшу, утеши советом,

от зачатаго277 сына изчадий обетом.

Аггели278 из Содомы Лота изведоша

со женою и дщерми, от огня спасоша.

Аггел279 паки280 изгнанну Агарь281 утешаше,

егда та сына, мруща от жажды, плакаше,

И показа282 ей воду сына напоити

и самей пити283, да бы обема ожити284.

Аггели285 Авраама трие посетиша,

обет о Исааце ему сотвориша286.

Аггел287 нож Аврааму веле удержати,

хотевшу Исаака во жертву заклати.

Аггели288 Иакова в странствии стрегоша,

яже виде он, яко с небесе289 снидоша.

Аггели290 паки ему в стретение быта,

не боятися брата тако утвердиша.

Аггел291 еще с ним брася, жилу усушил есть,

имя на Исраиля ему пременил есть.

Аггел292 и во купине горящей явися

Моисию, иже посем в Египт устройся.

Аггел293 в столпе огненне и в облаце бяше,

из Египта во Сион жиды провождаше.

Аггелским294 служением жидом закон данный,

иже нарицахуся род богоизбранный295.

Аггел296 путь Валааму клятвенный препял есть

и несмысленну скоту провещати дал есть.

Аггел297 сыну Наввину, яко вождь, явися,

им же на Иерихон град он укрепися.

Аггел298 к покаянию люди устроил есть,

егда мир их с поганы яве обличил есть.

Аггел299 и Гедеону Господень явися,

тем он на Мадиамли люди утвердися.

Аггел300 о рождении Сампсони сказал есть,

иже зело велику силу восприял есть.

Аггел301 же во пустыни Илию питаше

и путь к горе Хориве оному сказаше.

Аггел302 паки Илию к царю утвердил есть,

и еже глаголати име, научил есть.

Аггели303 Елисея пророка храняху,

повнегда супостата яти й искаху304.

Аггел305 сто осмьдесят306 пять тысящ поразил есть

вой Асирских307, верны308 люди свободил есть309.

Аггел310 Товии юну311 спутник добрый бяше

и премногу благодать ему содеяше:

От рыбы сохранил есть, жену ему стяжа

и, демона от Сарры прогнав, в дебре связа,

И како отца слепа име исцелити,

изволил есть Товию тому научити.

Аггел312 честну Иудиф во пути храняше,

егда Олофернову главу отсекаше.

Аггел313 Божий отроки три314 соблюде в пещи,

егда Навходоносор315 вовергл я сожещи.

Аггел316 ко Даниилу, во рве заключенну,

Аввакума и пищу принесл устроенну.

Аггел317 о Иоанне рождшему сказаше,

яко от неплодныя прияти имяше.

Аггел318 воплощение сказа Бога Слова

Марии, да то будет прияти готова.

Аггелский319 лик пастырем с пением явися,

егда Божие Слово плотию родися.

Аггел320 Иосифови веле путь прияти

с Иисусом во Египет, Ирода гонзати.

И паки из Египта в отчество настави

в сонном убо зрении, но бе, яко яви321.

Аггели322 по победе Христу слузи бяху323,

егда искусителя побежденна зряху324.

Аггел325 на всяко лето во купель схож дате

и в ней здравия ради воду возмущаше.

Аггел326 во вертограде Христа укрепляше,

егда близкия смерти страхом держим бяше.

Аггел мироносицам камень отвалил есть,

о востании Христа оным возвестил327 есть.

И паки им двоица аггелов явися,

слово воскресения паки утвердися.

Аггели328 учеником, на горе стоящым,

явишася, в след Христа вознесшася зрящым.

Аггел329 два апостола из уз свобод ил есть

и жизнь благовестити в церкви увестил есть.

Аггел330 и паки Петра свобод и святаго,

воверженна в темницу от Ирода злаго.

Аггел331 Филиппа на путь из града настави,

иде же каженнику Христа он прослави.

Аггел332 и Корнилию повеле призвати

Петра, да бы от него свет веры прияти

Аггел и333 на Суд Страшный имут вострубити

и уды плоти от стран различных носити334.

Аггел и335 злых отлучат от полка блаженных,

ошуию поставят спиру336 осужденных.

Аггели в живот вечный имут провождати

добрыя с веселием вечно царствовати.

О, колико от аггел добра337 нам ся деет,

язык изглаголати мой недоумеет!

Отчасти зде явленно, а всех неудобно

знати благ338 ими сущих паче неподобно.

Аще бо бдим, аще спим, они соблюдают,

аще ямы ли пием, они сохраняют,

И внегда нам грешити, душ наших жалеют,

обаче оставити никако умеют.

А внегда покаемся, то и в самом небе

новую неку радость приобщают себе.

Блюдут ны в дни и в нощи, ни имут престати,

даже благоволит Бог смерть на ны послати.

Но и в то время они нас не отступают,

всеми силами на путь благий наставляют.

Возбуждают, да сердца наша сокрушаем

о гресех и милости от Господа чаем.

И аще послушаем здрава их совета,

увещают ны ждати благаго ответа.

Потом со радостию к Богу провождают,

о блаженстве нам вечном приветство вещают.

О вседобрии дуси. слузи жива Бога,

колико к нам доброта от вас есть премнога!

Что за сие имамы вам мы воздавати339?

Кия венцы похвалы должни соплетати?

Ум наш оскудевает, вы нас научите.

его же лишихомся, то вы исполните.

Мы340 с всего усердия честь вам сотворяем,

добродетели ваша выну прословляем341.

Благодарныя гласы любезно возносим,

охранение в конец всесмиренно просим.

5

Дева342 Мария в плоти не плотски живяше,

но аггелски, тем аггел к оней послан бяше

Благовестити, яко совета велика

аггел, к ней имать снити, сый небес Владыка,

Благоволя от нея плоть Себе прияти

и с человечим родом в мире пребывати.

Да возведет ны в лики аггел божественных,

в служение и в хвалу Ему устроенных.

Всяк же хотяй с аггелы на небеси быти

да потщится небесно и аггелски жити,

Не плотски, плоть бо и кровь дуты не спасает,

паче страстми своими во ад низвлекает.

6

Аггел, иже днесь демон, коль благолеп бяше,

едва разумение то объемлет наше.

Бе печать343 подобия истиннаго Бога,

исполнен мудростию, красота бе многа.

Во сладостех бе райских и в камени драги

облечен бе, донеле пребываше благий.

Что же то камение умне знаменает?

Правоверная глава сице да смышляет.

Во-первых344, яко дух он чистый зело бяше,

примешения плоти нимало имяше.

Паки345, яко безсмертен от Бога созданны,

умом и мудростию улепотсвованны346.

Еще347, яко свобод бе, что хоте, творити,

ко злу уклонитися или благ пребыти.

К348 тому веждество много ему даровася

всякия твари, яже от Бога создася.

Восприят349 же и крепость паче350 всея твари

и351 свят бе, яко име благодати дары.

Емпирейскаго352 неба житель сотворися,

еже353 видети Бога в себе устроися.

И могл бы ту благодать во мале стяжати,

аще бы восхотел был благо постояти.

Но неблагодарный дух, зря красоту сию,

воздвиже ко гордости непокорну выю.

Помысли в сердце своем равен Богу быти,

не под Его началом на небеси жити.

За то враг окаянный с высоты вержеся,

яко молние, скоро в тму вечну падеся.

Ни даде места ему Судия354 всеправый,

да бы обратитися возмогл враг лукавый,

Яко от совершенны злобы согрешил есть,

а не от немощи355 си, ибо356 силен был есть.

Сия зря, человече, тщися разсудити,

како и тебе Господь изволил почтити:

Уподоблением Си, ума красотою

и во всяческих делех твоих свободою.

Помысли, колик промысл о тебе Он деет:

живит, хранит, питает, яко мати, греет.

Разсуди, колико благ тебе даровал есть

в мире, и само небо тебе сготовал есть.

Ты же благодарствие кое приносиши,

тако ли, яко лепо, Оному служите357?

Оле неблагодарства многа и велика

ко Святому от грешна Богу человека!

Бога и благодати Его забываем,

от Творца си ко твари сердца обращаем

И противная воли божественней деем,

не в благих деяниих, но во злобах спеем.

Аггел злый единощи токмо согрешил есть

гордостию358 самою359 и ту помыслил есть.

Мы же многими роды грехов согрешаем,

мыслию я360 и словом, и делом свершаем,

Тоже не еднократно, но на всяко время,

даже главы преходит греховное бремя.

Над всеми сими, яко суще искуплени

кровию Христовою, ада свобождени.

Цену ту безценную зде361 пренебрегает362,

егда волею ада363 себе подчиняем.

Та кровь божественная вся ны очищает,

а злоба наша душы грехми оскверняет.

Что убо мы364 имамы, грешнии, творити?

Потщимся сердца наша довле сокрушити.

Праведнаго Судии право да боимся,

долготерпению же Его удивимся.

А тому дивящеся, молим со слезами,

да изволит явити милость Си над нами.

Явит же всеконечно, аще умилимся;

обратится к нам. аще к Нему обратимся.

Ибо Он готов паче милость нам явити,

нежели нам удобно о ней помыслити.

Яко то Его свойство милость проявляти

и обратившыяся от грехов спасати.

За что буди честь, слава во вся веки Ему,

яко Избавителю и Богу нашему.

7

Аггели срящут святых душы

Егда путник во дом свой возвращен бывает,

множество другое искрних онаго сретает

И со великою в дом радостию вводит,

во нь же со веселием путствовавый входит.

Тако, елма святии странство окончают

мира и во отчество небес ся вращают.

Из него же в Адаме еще изыдоша365,

елма преступлением его вси падоша.

Тогда друзи вернии аггели сретают

и с веселием в небо душы366 провождают.

Яко древле Лазаря в недра проводиша

Аврамля367, егда в небо двери нам не быша.

Ныне же того дверем отключенным сущым,

много паче честь деют в небеса грядущым.

8

Аггелов не искупи Господь, человеки же искупи, чесо ради

Аще вол или осел во кладязь впадает,

немедленно господин того извлекает.

Тако и Бог содея человечу роду,

извлече й из ада в горнюю породу.

Не остави онаго тамо погибати,

чтый, благодарен буди тоя благодати.

Разсуждай, колику нам милость проявил есть,

аггелом толикия падшым не дарил есть.

Паде человек во грех, и аггел падеся;

пренебрежеся аггел, человек спасеся.

О судеб божественных! Лучший оставися

в погибели, а хуждший тоя избавися.

Кая же сего вина, потщимся взискати,

елико нам изволит ума Господь дати.

У Григориа368 сию перву обретаю,

егда нравныя книги еговы читаю.

Аггели вси падшии369 волею падоша,

егда противу стати сатане могоша.

Род же человеческий паде во Адаме,

не всеродным370, но его грехом стахом в яме.

Аще не бы он согрешил371, вси быхом спасени,

в благодати Божией были бы ствержени.

Паки, яко аггели не суть искушени

от вышшаго естества, но чрез ся прелщени;

Человека же много вящший искусил есть,

безплотный бо плотнаго372 кознми си прелстил есть.

К тому, яко дух силен, в нас же373 повредися

разум и воля, тем же Господь умилися.

Еще, яко аггели вящшая прияша

дарования Богом, неже худость наша,

Вящшее убо онех бяше падение,

последователно, есть вящше отмщение.

К тому, яко от аггел премнози осташа,

иже в Божией воли неподвижно сташа;

Род же весь человеческ купно осудися,

того ради над онем Господь умилися.

Наконец, яко весь мир человека ради

бысть, тем Бог человеку во казни отради.

Но что сия глаголю? Волно Богу бяше

естество истребити до кончины наше.

Кто бы Ему реши могл: Векую то твориши,

всех убо паче сию вину да судиши?

Милосердие Его едино содея,

яко сподобил ны есть милости Своея.

Истинно же то творит, яко осудися

на вечну казнь, иже горд пред Онем374 явися.

Ты убо, человече, тщися разеуждати,

божественныя яже к тебе благодати.

Хвали на всяко время Господа твоего

и чай восприяти мзду в небеси от Него,

Иде же Он рабом Си венцы хощет дати

и еже безконечно в славе царствовати.

9

Священоначалия375 тричисленна в небе,

девять же чинов сочти во аггелех тебе,

Их же служения суть различна у Бога,

никим же извещенна376, лица их коль многа.

Аггели в чине первом снизу положении,

по них же арханггели377 Богом устроении.

Выше онех суть силы. По тех ся считают,

яже именем властей378 книги нарицают.

Начала, господствия над теми числятся;

престоли, херувимы379 выше тех славятся.

Последний серафимом чин в небе есть данный380,

сей же ближайший Богу, миру есть сказанный.

Вси же сии нам грешным спастися желают,

внегда кается грешник, радостни бывают.

Аггелы чтити

Аггелы нам святыя должно почитати.

Да веете того вину, изволте внушати.

В первых, яко раби суть истиннаго Бога

и честнии граждане небесна чертога.

Паки, яко они нам любовь си являют

и молитву ко Богу о нас проливают.

Еще, яко хранят ны и творят нам благо

чрез век жизни нашея по воли Вышняго.

К тому, яко по смерти тщатся ны хранити

на мытарствах воздушных и в небо вводити.

Напоследок, в небеси имут с нами жити,

вечнии нам клеврети во блаженстве быти.

Убо с любовию я вси да почитаем,

празденство их в радости зде да совершаем.

Они в празденство наше будут ликовати,

егда нам в небе быти Бог изволит дати.

Агнец

Агнец381 Божий Иисус с теми пребывает

душами, яже овцы будущия знает.

Со смрадными козлищи не обыче быти,

не имать их во стадо небесно впустити.

Ад в мысли имети

Иже в животе во ад мыслию низходит,

тому страх Божий в сердце абие ся родит.

Иже его по смерти во ад не пущает.

Всяк убо во ад умом днесь да низхождает.

Адам

Во Иерусалиме мыслном Адам бяше,

егда382 во благодати Божией живяше383.

Сшел же во Иерихон, егда согрешил есть,

и все племя си в себе в той путь обратил есть.

В нем убо вси впадохом в руки разбойников,

добра ненавидящих богопротивников384.

Иже убо душевных риз ны обнажиша

и красоты честныя385 вконец разхитиша.

Ризы веры, одежду386 надежды387 отьяша,

любве хитон388, чистоты пояс389 отвязаша.

Хламиду390 безсмертия, милоть терпения

взяша и вся иная душекрашения.

Запястия дел благих, златы усерязи

послушания сняша, и быхом все нази.

Оле злых грабителей! но и приложиша,

смертоносныя язвы душам наложиша.

Велия зело рана: правды незнание

и Богом творимых391 нам благ забывание.

Люта язва: несклонность к благих творению,

склонность же скоростию392 злых к совершению.

Оле язв смертоносных!393 душы посекоша394,

но и плоти удесем395 раны нанесоша.

Гордости язву смертну в главе сотвориша,

зависти во очесех рану положиша.

Безстудие на челе, в устех злая слова,

ушеса словес вредных слушати готова.

Сердце есть яростию люте уязвленно,

чрево несытства вредом излиха разтленно.

Бубрези похотию велми повреждении,

персти396 суть граблением чуждых развращении397.

В руках вред биения много разширися,

в ногах, яко во гнезде, леность водворися398.

И тако от стоп ножных до верха самаго

не имехом399 без язвы400 уда401 единаго.

Ели убо живии на пути сем тлехом,

помощи402 ни от кого403 во мире имехом.

Мимо иде священник, и леввит не сташе,

первый и вторый404 закон не пособствоваше405,

Донде же Самарянин милосердый406 сниде,

еже есть страж, сей Христос, к язвленным прииде

И сотвори нам милость, язвы обвязал есть407,

вино же со елеем на ня возлиял есть408.

Милость с наказанием взя на Своя рама,

елма взя грехи наша и принес до храма

Гостинницы церковны, повеле целити,

гостинником духовным обещав платити409.

Иже убо целят ны, егда поучают

и Таин божественных врачбы прилагают.

Благодарствие убо приносим Христови,

врачбы же приимати да будим готови,

Воеже бы удоб нам уздравленным быти,

к небесному Сиону возврат сотворити.

2

Адам первый нам тщету многу сотворил есть,

ибо блаженства райска нас грехом лишил есть.

Но Вторый ту изволил много возмездити,

лучшее от блаженства онаго дарити410.

Адам бяше мудр паче царя Соломона.

мы будем мудри, яко слузи горня трона.

Адам паче Сампсона телом силен бяше,

силнее огня и лвов будет тело наше.

Адам можаше смерти никогда познати,

нам будет невозможно оней подлегати.

Адаму покой велий бяше дарованный411,

наш во веки не будет покой растерзанный412.

Адамля плоть духови всепокорна бяше.

амо же восхощет дух, пойдет тело наше.

Адам друг бе Богови, мы и паче будем,

ибо в дружестве Его во веки пребудем.

Адаму мощно бяше никогда грешити,

нам же немощно будет греха сотворити413.

Адаму падения леть бяше не знати.

нам невозможно имать быти упадати.

Адам во рай красном кратко житель бяше414,

в небе светлом во веки место будет наше415.

3

Иеремия пророк прилежно смотряше.

како хитрец скуделы из глины делаше.

И се во руках сосуд первый416 сокрушися,

хитрец же из тоя же417 глины устремися418

Вторый изряднший сосуд чинно устроити,

еже бы на лучшую службу тому быти.

Во духовном разуме Адам сосуд бяше.

его же Бог из глины чермныя создаше.

Иже лестию врага люте сокрушися.

но ис419 тояжде глины Господь приложися

Другий сосуд изряднший от того создати

и честь превеликую оному воздати.

Сей есть Христос Спаситель, от Девы рожденный.

Бог сый существом, во плоть нашу облеченный;

Сосуд всех благодатей, Богом препочтенный,

в небеси420 одесную421 Отца посажденный.

4

Адам вся чада своя погубил есть.

Христос же Господь вся ны исправил есть.

Адам на весь род422 грех един наведе,

Христос из грехов многих нас423 изведе.

Адам гнев Божий на весь мир нанесе.

Христос благодать424 Господню принесе.

Адамом смерти есмы припряжени,

Христом в жизнь вечну будем возбуждени.

Адамом есмы скотом подоблени425,

5

Во Адаме семенно вси людие бяху,

едина мужа чресла весь мир содержаху.

Егда убо падеся Адам, вси падохом

прежде, неже рождении426, с Адамом умрохом

За вкушение плода возбраненна древа,

иже подаде ему первомати Евва.

6

Адам праотец егда изгнан бяше

из рая в сие место странства наше.

Во прямо рая427 бяше водворенны,

да плачет, смотря на рай погубленный428.

7

Полезно429 человеку часто разсуждати,

како первозданнаго Бог хоте создати,

О430 нечестныя убо вещы честно дело:

из земля сотворил есть Адамово тело.

Но како украси и431. мощно ся дивити

и щедроты Божия на всяк час хвалити.

Вдохнул бо духа жизни и плоть оживил есть,

человека из плоти и души432 сложил есть.

Благоволи433 же его сице украсити,

образ и подобие Си в нем положити.

И434 дарова благодать, юже елма взяше,

абие в сына Богу присвоенны бяше.

Началную435 истинну благоволил дата,

тою436 страсть437 всяка438 ума439 должна бе слушати440.

Даде441 и, еже мощи без смерти пребыти,

аще токмо хотел бы послушливо жити.

И442 мощно бе печалей443 и скорбей не знати,

яже нам ныне нужда во мире страдати.

К444 тому, видимых тварей господь сотворися,

знанием естества их Богом умудрися,

Ибо скотом и зверем имена даяше

по свойству естества их, в нем же кое знаше.

На445 месте же веселом жити устроенны,

яко царь мира, в рай честно446 посажденны,

Отнюду447 же на небо был бы преселенны

во прославленной плоти, и вены почтенны,

Не вкусив смерти плотски, аще не сгрешил бы

и448 во послушании Господни пребыл бы.

Но увы, не блаженства, окаянства многа!

неблагодарный Адам преслушал есть Бога.

Прелщенною от змия Еввою сведеся,

в грех непослушания, увы нам, падеся.

Возбраненный плод прият и яде от него,

забыв повеления Господа449 своего.

Да Еввы не оскорбит, Бога450 не слушает,

тем праведный гнев на ся Его подвизает.

И бысть с Еввою купно лишен благодати,

стяжа долг неизбежный, еже умирати,

И инех451 скорбей всяких, в ня же452 мы впадохом453,

иже от чресл Адама и Еввы снидохом.

Началныя же правды тщету восприяша,

тогда похоти на ум непокорно сташа.

И бысть род человеческ вечны должен казни,

Бога и аггел Его люты неприязнни454.

Тем же из рая светла изгнанника быста,

хлеб от поту лица си имеюще жиста.

Но и земля проклята ею ради бяше,

в плодов место терние и волчец455 даяше.

То видя, Адам слезы многи проливаше,

молитвами Господа умилостивляше.

Девятьсот лет во мире, каяся, прежил есть,

тем послежде Бог ему милость Си явил есть,

Егда посла Сына Си врага победити,

прародителя с чады с ада исхитити.

Сия аз разсуждая, на мя456 возглядаю,

не ли прародителя в гресех подражаю.

Но увы мне, грешному! плоть мене прелщает,

паче Еввы духа ми к греху прилагает457.

Вижду гордость во сердце, ибо присвояю

мне та, яже Божия458 быти добре знаю,

И за един Адамов аз грех преступаю

толико часто, даже и числа не знаю.

Увы мне, прегрешному! что имам творити?

Како459 казни вечныя леть будет избыти?

По вся дни хощу к Тебе, Боже мой, рыдати460,

стенание461 и слезы462 к небу испущати463,

Да мя ныне всем казнем изволиши дата,

бита, сещи и жещи, зде хощу страдати.

Точию от вечныя свободи мя муки,

не даждь немилостивым томителем в руки.

8

Адам464 с Еввою прежде, неже согрешиста,

нага, кроме одежды всяческия, быста;

Обаче никоего срама взаим знаста,

яко страстми своими465 силно обладаста.

Егда же плод древесе466 возбраненна взяста,

срам о наготе своей абие прияста.

Крыстася467 друг от друга, тогда Господь има

дал есть кожу в одежду рукама Своима.

Одежда убо грех наш выну обличает

паче, неже красоту плоти содевает.

Тем несть лепо ризами почести искати,

паче на ня возревшым должно есть рыдати468

О тщете невинности, юже погубихом,

елма еще семенно во Адаме жихом.

9

В469 преступлении много470 Адам согрешил есть,

многия во едином гресе сотворил есть,

Ибо гордость от него тогда в деле бяше,

егда, яко Бог быти471, сердцем си желаше.

Святотатсва472 грех паки тогда исполнил есть,

елма Господу себе умом исхитил есть.

Убийство скаредное онем совершися473,

егда с племенем смерти должен сотворися.

И блуд духовный бысть им в той час сотворенны,

елма в целости ума змием бысть растленны.

Татбы преступление злое содеяся,

егда плод запрещенный в снедь от него взяся.

Лакомства же пороком тогда осквернися,

елма паче доволства имети стремися.

О греха злоплоднаго! един умножися,

им же весь сонм нашего рода умертвися.

10

Адамово474 блаженство превелико бяше,

сам един во всем мире область475 содержаше.

Но недолгое время онем веселися,

ибо во малех часех блаженства лишися.

Преслушания ради476 изгнася из рая,

стан невинности погубль, впаде во лютая,

Во труды и477 болезни, смертен сотворися,

преестественных даров обнажен явися.

Адомим

Из Сиона в Ерихон путь беден лежаше,

ибо478 разбой кровь многу на нем приливаше479.

Тем некое в нем место Адомим прозвася

еврейски, нам же крове место столковася.

Из Сиона духовна аще кто бегает

в Ерихон, той в Адомим убиен бывает,

Или поне посечен, яко же случися,

ему же480 Самарянин милосерд явися.

Академия

Платон философии481 иде же учаше482,

Академия то ся место нарицаше.

Трус земли тамо часто обыче бывати,

учившымся483 мудрости страх мног содевати.

Им же они к мудрости себе устрояху,

яко же учителем заповедь прияху.

Александр

Александр Макидонский елма услышаше,

многи миры вне484 сего быти485, воздыхаше:

Горе ми есть, глаголя486, яко ни едина

доселе сотворих мя487 мира господина.

Земный о земных488 плака. Нам же подобает,

да о небесном мире сердце489 воздыхает,

Яко в нем обители душам490 не стяжахом,

яже многи в небеси от Христа познахом.

Небесный Он Человек, тем же нам о небе

возвестил491 есть492, амо же493 достизати требе.

2

Александр494 Леонида в нравех подражаше,

его же учителя в детстве си имяше,

И хождение его того подобися

ступанию: никогда того отлучися.

Нрави же злии бяху. Отсюду да знаем,

како чада пестуны злыми развращаем.

Алкион

Алкион птица мала495 яйца полагает

при брезе моря и ту птенцы выседает.

В то время воды морски496 безбурны бывают,

малы птицы потребе тако угождают.

2

Алкион птенец малый в зиме ся раждает,

на брезе моря гнездо свое полагает.

Дивный промысл Господень! како не топится

воды свирепа497 моря, елма то бурится?

Не топится, зане же498 егда он гнездится

и изьяичествив птицы499, возпитати тщится,

Дни четыринадесять500 тишина бывает,

море не волнуется501. Бог то устрояет

Премалых ради птенцев502, да не погибают;

ты дни корабелницы503 искуснии знают

И тогда плавание безбедное деют,

амо намерение имут, тамо спеют.

Аман

Артаксерксов раб Аман Иудеом бяше

враг лютый, Мардохея сгубити хотяше.

Повеле высокое древо водрузити,

на нем же Мардохея хоте повесити.

Но строением Бога впреки обратися,

за Мардохея Аман на нем умертвися.

Точне виновник смерти диавол творяше,

праведну Христу на смерть древо504 сготоваше

Служением злых жидов, хотя истребити

живот и память его, еже бы не быти.

Но Христос тем прославлен, а враг победися,

силы своея лишен, вечно посрамися.

Аминадав

Елма име Исраиль море преходити,

между стены водныя всяк бояся ити.

Моисий вниде с Ароном, людие стояху,

друг на друга, да идет, трепетно смотряху.

Князь колена Иуды великосерд бяше,

Аминадав во первых в путь морский идяше

С полком своим, имея надежду во Бозе,

яко проведет здравы море Чермно505 сквозе.

За то ему506 честь многа507 дадеся и слава,

а колену в наследство скипетр и держава.

Анафема

Анафема колику беду содевает,

добре ю разсуждаяй известити знает.

Отлучает от Бога, а сатане в руки

предает, да во плоти содевает муки.

Тако в начале Церкве обычно бываше,

демон тело проклятых жестоко мучаше.

2

Муж некто благородный ни во что вменяше

анафему пастырску, токмо ся смеяше.

То видя авва некий, хотя научити,

яко проклятство много есть сил но вредити,

Нача пред ним хлеб белый клятвою вязати

и абие той черн бысть, даже едва знати

Оного бе возможно, и плеснь исполнила

хлеб здравый, во согнилость вмале508 изменила.

Образ тем показася, что душе бывает,

егда кого правилно пастырь проклинает.

3

В некоем граде церковь состроена бяше,

Викентия святаго имя содержаше.

В ней врабиев множество велие плодися,

их же калом и престол часто осквернися.

Епископ с досадою ту пакость терпяше,

на стужащыя птенцы анафему дате.

Оле силна действия! вси не постояху,

и вновь приносимии скоро исчезаху

Во показ человеком, да известно знают,

яко словеса клятвы действенна бывают.

4

Велможная госпожа сад некий стяжаше,

иже на земли блазей и добр древы бяше,

Но плодов желаемых не могл есть родити.

Она, не знающи, что с тем садом творити.

Древних обитателей вины вопросила:

Кая бы того вина неплодствия была?

Они реша, что древле сад иерейск бяше,

иже и анафеме в ревности отдаше,

Яко юнии службу святу оставляху,

а плоды в дни святыя тайно в нем хищаху.

Госпожа благословну вину разсудила,

абие иерея в сад той пригласила.

Разрешения клятвы у него прошаше,

он же не отрек509 того, немедленно даше.

От того сад времене преплоден явися,

о нем же госпожа та велми веселися.

Оттуду подобие мощно собирати,

яко и человецы510 тожь имут страдати

От анафемы правды511, безплодни бывают,

ибо ничто достойно жизни содевают,

Разве аще от клятвы будут разрешени

и благословением Богу примирени.

Антихрист

Егда приидет512 конец вселенныя веков

и восхощет Суд быти дел всех человеков.

Разрешится диавол, от Христа513 связанный,

силою514 воли515 Его в аде удержанный,

И будет живущия516 во мире прелщати,

от веры и дел благих к злобам обращати.

Обрящет же по своей воли человека,

противника Христова, реченна от века.

Антихриста онаго тии именуют,

иже о пришествии его нам сказуют.

Сей кто и каков будет, кратко предлагаю,

не от мене, но яко в книгах обретаю.

Антихрист по естеству человек родится,

а не демон притворне мирови явится.

Ни же воплощен будет соединением

ипостасным с душею, с плоти смешением517,

Но518 токмо демон в него имат ся вселити,

яко орудия си в зло употребити.

Родит же ся из жены излиха519 блудныя,

на всяку нечистоту всегда готовыя.

Непщуют же неции, яко враг смесится

прежде женски со520 мужем, та же пременится

В мужа, и к той блуднице имать прилетети,

и совокупление скверное имети.

Ту зачнется антихрист из семене того,

еже демон воспримет от мужа онаго,

С ним же прежде смесится во образе жены,

и тако отец будет муж он предреченны521.

А яко то демоном семя пренесется,

от Августина демон родитель зовется.

От522 Иудей изьидет, из Данова рода,

а град Вавилон будет оному порода.

Коразин, Вифсаида имут523 воспитати,

или во тайне месте будет возрастати.

Во чреве же524 материи дух зол во нь вселится,

тем смешение его ко злу устроится.

Всяко без вреда воли, тем же человеки

вся злобою превзидет, иже во вся веки

В мире бяху, имать бо превсеблудно жити,

волхв и чародей быти и Бога хулити.

На вся злобы демоны наставляем будет525,

их же службою коварств ему преизбудет.

Враг в нем, яко в жилищи, имать обитати,

яко орудием си, вся злобы деяти.

Обаче аггел благий будет й хранити,

донели же враг Божий в мире имать жити.

Но в жестосердом вразе успеет ничто же526,

о колика Ти благость, всещедрый наш527 Боже!

И толикому врагу хощеши терпети,

колми помилуеши паче Своя дети!

В528 начале враг явится велми благочестив,

но егда воцарится, будет всезлочестив.

Не529 имать Богу живу чести воздаяти,

но ни же идол яве будет почитати.

Сам530 себе честь Божию велит приносити

и будет мечтанием чюдеса творити.

Обаче531 в тайне532 имать чтити Маозея

демона, аки Бога крепости своея.

Образ ему сотворит533 и всем велит чтити,

злато, сребро в красоту его приносити.

Се же, яко той демон будет пособитель

ему в делех лукавых, мира же прелститель.

Веру в начале Ветха534 Закона появит,

обрежется, законы Божия прославит.

Храм во535 Сионе жидом потщится наздати,

да бы им за Мессию онаго прияти.

Егда же прият будет, закон их оставит536,

свой же всезлосвободный537 в то место уставит.

Имат же всякий недуг скоро исцеляти,

демоны изгонити, мертвых воскрешати.

Но вся сия содеет мерзским538 чародейством,

по видению токмо, а не правым действом.

То бо злохудожество всех паче познает,

вся возможет мечтати, их же возжелает.

Царства Римска власть себе имать восхищати

и Христа себе быти имать глаголати.

Сим именем род жидовск, иже Христа чает,

прелстит богопротивник; ах, кто й познает?

Языки же волшебством возможет539 сводити,

едва кто сетей его улучит540 изьити.

Тако возвеличився, имать посылати

демоны541 во вселенну, еже мир прелщати,

Да вси идут онаго яко царя чтити

и велелепной542 славе его ся дивити.

Прелстится Гог и Магог, будет помогати

антихристу, а верных мечем воевати.

Сам543 враг в храме Сионстем544 престол си поставит

и сед на нем, за бога себе людем явит.

Повелит себе жертвы, яко богу, жрети,

оле, како леть будет верным мерзость зрети?

Римско на десять царей царство разделится,

их же седмеро545 под власть546 его547 подчинится.

Три же падут от меча, иже в Афркии548

и в Египте царь будет, и в Ефиопии.

Во всей злобник вселенней549 силно воцарится,

Аравиа точию цела сохранится,

Яко в пустыни ея имут убегати

святии и в ней чрез зло время пребывати.

Первее550 в Вавилоне царством утвердится,

та же в Иерусалим с престолом вселится,

И будет треобразно верныя сводити,

страхом, даровании и чюдесы лстити.

Не сам токмо, и раби таяжде возмогут

лукавая деяти и ему помогут

Толико силно, даже будут ся дивити

правый551, како леть есть злым дивна творити?

Имать враг на десницах, на челех печати

некия уверившым в него полагати.

Да им свободно будет продати, купити,

верныя же всех свобод имать злый лишити.

Десницы552 делес десных значат лишение,

чела веры Христовы суть отречение.

Но и чювственна печать веема хощет быти,

юже прилучимися негде изследити553.

Образ554 ея сицев есть: 555 хри нам изъявляет,

яко враг Христа себе нарещи дерзает.

Откровением себе явленно вещает556,

иже сию будущу печать557 утвержает558.

Тогда жертва безкровна во мире не будет,

яве мни. а во тайне559 конечно560 пребудет561,

Ибо обеща Христос выну с нами быти,

до конца века562 слово будет ся истити.

Чрез полчетверта лета гонение будет,

а Господь рабов Своих верных не забудет.

Пошлет563 двоицу пророк во утвержение

верных564, а антихристу во обличение.

Илиа со Енохом прийдут и проявят

прелесть антихристову, Христа же прославят.

За то от противника будут убиени

и чрез три дни на стогнах града повержени.

По триех днех565 имать я Господь воскресити,

рек: Возидите566 семо, в небо преселити.

По смерти святых в месяц будет отмщение,

злый противник погибнет чрез убиение.

Егда из Елеонски горы вознесется

демоном горе, словом свыше убиется.

Христос567 речет: Изчезни568, тогда возмолнится

из облак, и противник смертно поразится.

Или569 непщуют, яко мечем Михаила

убиется, и тако счезнет его сила.

Ини глаголют, яко будет поглощенный570

землею, яко Корей, Суд то божественный.

Како-либо точию изчезнет конечно

и во геенне огнем будет мучен вечно.

Четыридесять571 пять дни мирови останет,

да кождо, покаявся, ко Христу пристанет.

День572 же573 всяк или себе574, или год являет,

то премудрость Божия575 совершенно знает,

Много бо в Писании день есть576 вместо лета.

По сем числе известно будет577 конец света.

Но в дни тыя останок Иудей спасется,

чрез пророки вестися ко Христу начнется.

Потом страшный день Суда имать наступите,

во нь же изволи, Боже, мук ны свободити.

Апостоли

Челюсть578 осла мертваго Сампсон похитил есть,

Филистынов тысящу тою поразил есть.

Христос мертвыя579 миру трудники прияше580

и теми лесть идолску581 во мире попраше.

2

Агнцы582 смиреннии волки поразиша,

егда апостоли гордыя смириша.

3

Царие583 мира сего слуги собирают584

честны, мудры и силны, им же вся вручают.

Царь же небесный585 Христос противно содела –

худы, буи, немощны взят на Своя дела,

Благородных худыми хотя обратити,

буими же мудрыя мира посрамити.

Чрез немощныя паки силныя попрати;

векую же то сотвори, полезно есть знати.

Не едниу аз вину того обретаю

и во ползу христиан оны полагаю.

Перва586 есть – да явится не от людей быти

послание, еже мир к Богу обратити.

Иже мудрых587, пречестных, силных посылают.

егда послование588 камо совершают.

Но да явственно будет быти то589 от Бога

чрез творимая ими дивная премнога.

Вторая590 вина – да бы гордость укорити

мирскую чрез смиренных и рог злых591 сломити.

Третяя592 – да бы делом слово показати,

что хотеша мирови благовествовати,

Сиречь, простои сердцы простоту да хвалят,

смиреннии смиренность праведно да славят.

Четвертая593 – да знаем, яко всяка чина

приемлются на службу от Божия Сына.

Пятая594 – воеже бы пресмиренным быти

апостолом и по них имевшым учити.

Шестая595 – епископству еже бы не быти

по благородству крови, ни же восходити

По заступе596, богатству, но иже597 явится

достоин добротами, той да посвятится.

Последняя598 вина есть – да бы всем то знати,

что епископом в трудех должно пребывати.

Яко же художници599 присно ся труждают,

днем и нощию в деле своем пребывают.

4

В600 избрании апостол мудрость показал есть

Христос, яко нищыя601 люди602 в мир послал есть,

Ведя бо, яко, аще603 избрал бы велики,

славныя и мудрыя на то человеки,

Всяко бы гордостию были напыщени

и от начинания добраго сведени.

Аще бы советника604 изволил избрати,

рекл бы он: Чести моей должно то бе дати.

Богатый паки рекл бы: За богатство мое

избран на достоинство есмь апостолское.

Аще бы царь был избран, могл бы глаголати:

Крепость мою изволил Христос Бог избрати.

Философ могл бы рещи: Аз за мудрость мою

украшен почестию есмь апостолскою.

Ритор рекл бы: За красно аз глаголание

имам во апостолску службу избрание.

Нищым, буим и худым сице глаголати

не леть есть605, тем же Бог я изволи послати.

Рыбарие, идите, мрежы606 запущайте

в море мира, словесы607 рыбы уловляйте.

5

Соль608 мира апостолы Христос нарицаше,

яко их609 слово душы от тли снабдеваше.

6

Апостоли610 святии раби Христа бяху,

проповедь словес Его миру возвещаху.

Из невеждь богословцы611 дивне сотворени,

от Духа Свята вены сими украшени.

Во-первых612, послании613 службу восприяша,

словом Христовым люди в мире просвещаша.

Паки Духом Всесвятым исполнени быша,

Им же действенно слово миру обносиша.

Еще прияша силу чюдес творения

ради, яко печатми, слов утвержения.

Наконец, Духа Свята присущие взяху,

Им же во всех делесех си правими бяху.

7

Апостоли614 святии зело честни бяху,

яко Царю небесе и земля служаху,

Творяще волю Его, мир же оставиша,

души615 своя за Христа Бога положиша.

Его же по Божеству суща невидима,

видеша воплощенна своима очима.

Неприкосновенному зело близци бяху,

с живым Словом Божиим устно глаголаху,

Иже везде есть, выну616 в след Того ходиша,

со питающим всю тварь ядоша и пиша.

Неопределенному сожители бяху,

словом вся сотворшаго глаголы внушаху.

Вселенную языки Христу уловиша,

яко мрежами, везде617 со словом ходиша.

Прелести, яко куколь, прилежно терзаху,

яко терние неко, требы упражняху.

Капища со идолы в мире истребиша,

демоны, яко волки хищны618, поразиша619.

Церковь, яко же стадо некое, собраху,

правоверныя, яко птеницу620, избраху.

Ереси, яко плевы621, умно изтребиша,

жидовство, яко сено сухо, сотвориша.

Еллинская суетства, яко же некое

стеблие, вовергоша622 в родство огненное.

Человеческое же естество тяжаша

крестом, слово же, яко семя, насеяша.

Наконец, делеса их. яко звезды, бяху,

в подражание миру изрядно сияху.

Тем вы есте свет миру, Господь глаголаше,

егда апостолы Си добротам учаше623.

8

Апостоли624 мир к Богу чрез любовь клониша,

ибо не нужду ему, но совет твориша,

Еже верити в Христа, Бога в Троице знати

и Его заповеди тощно соблюдати.

Пророци паки страхом ко Богу нудиша,

ибо многими язвы от Бога претиша.

Чрез сия убо Господь жезлом наставляше,

чрез овы – бичем625 токмо, ибо увещаше.

Тем Новый Завет626 любве закон наречеся,

Ветхий же закон страха вправду прозовеся.

9

Егда Божия Мати живот си кончаше,

велие Богом чюдо содеянно627 бяше.

Апостоли святии, иже провещаху

слово Божие в мире и далече бяху.

Облаки в град Сионский принесени быша,

погребение телу628 честно сотвориша

Во Гепсиманстей веси, аггелский слышаху

глас, иже на воздусе пресладко пояху.

Потом во своя места паки отнесении629

облаки, отнюду же быша пренесенни630.

Ариан631

Феодорику кралю Африки632 раб бяше,

его же он советов усердно слушаше.

Бе же той правоверный633 родом христианин,

краль паки ересию бяше арианин.

Прелстився, раб той хоте кралю634 угодити,

потщася в арианску ересь приступити.

Краль, то уведев, суди635 онаго казнити,

яко дерзнул есть Богу веру измените.

Рек: Аще бо им636 Богу вера измененна,

мне, человеку, како будет сохраненна?

Не бояйся муж Бога краля не боится,

тем же преострым637 скоро мечем да казнится.

И тако окаяный638 Бога удалися

и кралевы639 милости640 с животом лишися.

Архиерей

Первым641 жрецем Египта сей обычай бяше,

яко кийждо на персех висящь имеяше

Сапфир камень, на нем же образ извааху

и ему имя Правда642 в напись полагаху,

Тем являюще, яко жрецу подобает,

да правда в сердце его выну пребывает.

Архиереи паки, иже в Ветсе быша

Законе, на персех си во храме носиша

Судное слово, еже писано643 держаше644:

ПРОПОВЕДАНИЕ И ИСТИННА645. Являше

Сих словес ношение646, яко учение

жрецем подобает, и правды хранение.

Архиереем к тому, сущим647 в благодати,

желал бым речение ОБРАЗ648 приписати,

Еже бы не точию истинне649 учите,

но и житием святым образы всем быте.

Август650

Октавиан Август651 в Риме кесарь бяше,

шед ко Аполлону652 лжебогу653, прошаше:

Кто по нем на престол имать наступити

и скиптра держатель хощет в Риме быти?

Лжебог же словесе не даде едина,

а кесарь молит654: Есть кая того вина?

Он же даде ответ: Не могу вещати,

противу малому655 Отроку стояти.

Отрок мя еврейский – Бог – Сам пребогатый

Правитель отселе велит уступати

И во ад плачевный нудит отходити,

и ты молчя тщися отселе отьити.

Он убо возвращся, жертвенник создал есть

Первородну Богу, напись тому дал есть.

Бысть же сие, егда Христос Бог родися,

от Бога истинна лжебог обличися.

2

Августа кесаря людие любяху,

в число написати богов й хотяху.

Но явися ему, близ солнца стоящи

в крузе злате, Дева, Младенца держащи.

И та есть жертвенник во656 пресветлом657 небе,

нача помышляти оттоле сам в себе,

Яко болей его той Младенец бяше,

Его же та Дева на руках держаше.

Абие возбрани себе658 нарицати

Господа, донде же в мире обитати.

Бысть и сие, елма659 Христос Бог родися,

се поганым приход Его возвестися.

3

Август преславный тогда царствоваше,

егда Христос Бог, спасение наше,

Изволил телом в мире Ся родити,

еже бы люди Своя искупити.

Сей божественных дел рачитель бяше,

с прилежанием тех испытоваше.

Слыша660 же, яко книги в мире бяху,

яже сивиллы6612 мудрыя писаху,

Тех по всем странам662 велел есть искати,

велику цену злата за ня дата.

Сивиллы паки девы чисты бяху,

дар пророчества от Бога прияху.

Многия тайны веры написаша,

яко един есть Бог в мире, сказаша,

И яко хоте Бог человек быти,

от Девы663 чисты телом Ся родити.

О волной страсти Его прописаху

и смерть лютую писмены предаху.

И яко хощет вселенней судити,

то даде им Бог мирови вестити.

И многи ины составы писаху

нашея веры, яже Богом знаху.

Сицевы книги Август си стяжал есть,

с прилежанием оны прочитал есть,

Из них же изчерп, яко хощет быти

Царь новый в мире с Девы Ся родити.

Образ664 Оному изрядный создаше,

сый в нечести665 Христа почиташе,

Надписав сице: Первородна Бога

жертвенник сей666 есть. Честь се Христу многа

От царя, веры правыя не знавша,

но в службе идол скверных667 пребывавша.

Возбудися же той образ ставити

знаменем668, еже сподобися зрети.

Возвед он очи на небесну страну,

зрит на воздусе Деву преизбранну669,

Лучесы солнца предивне светящу,

во объятии Младенца держащу.

Ту сразумел670 есть того Царя быти,

иже от Девы име ся родити671.

Сице движеся образ соружити,

от Бога данну Царю честь672 творити.

Сей же царь Август Аполлона673 чтяше,

идола скверна, и за бога знаше.

Отцем й своим выну нарицал674 есть,

храм ему в своей полате создал есть.

В некое время тому поклонися,

да будущая скажет, помолися.

А675 демон, иже в идоле живяше,

силою Бога нудим, ответ даше:

Детищь еврейский – Бог, богов Правитель

манием Своим бысть ми Повелитель,

Из места сего днесь ми уступити

и во ад мрачный возврат сотворити.

Ты же отселе молча да идеши676,

ответов моих не к тому возмеши.

То царь услышав677, силе удивися

Детища, Иже от Еврей родися.

Обаче веры правы не прияше,

в идолстей службе жизни конец взяше.

Пятьдесят678 шесть лет царство содержаше679,

паче всех царей римских680 блажен бяше.

Восток и запад, паче вся вселенна

его началству бяше покоренна.

Мир во дни его толик даровася,

колик от всех век едва в мире знася.

Се же бысть, яко Царь мира хотяше

в царствие его спасение наше

Строити в мире, Христос, наш Спаситель,

рода нашего падша Возставитель.

Мир бысть, да слово Его разширится,

и сила681 чюдес везде прославится,

Да тако роди вси к Богу влекутся,

во Нь веровавше, душевно спасутся.

Ибо в дни мира удобно ходити

и слово благо мирови вестити.

И людем спона к слову не бывает,

егда мир сладкий в мире пребывает.

Б

Бдение

Полезно выну бдети, не много же спати,

ибо силен сон делом злым пищы682 даяти.

Безбедство

Несть нужда тому стражи утвержати,

кто весть, як отец, чадом царствовати.

Бездна

Во бездне грехов скверных не люби лежати683,

но тщися в бездну щедров684 Божиих бежати.

В овей лежя685, погибель души содееши,

в сию бегая, ону конечно спасеши.

Бездна бо греховная во ад погружает,

бездна щедрот Божиих в небо возвышает686.

2

Бездна аз ничесого, невеждества, злобы,

окаянства, достойный адския утробы.

Бог же687 бездна бытия, блажества688, мудрости

и неизреченныя глаголы благости.

Бездна убо скудости, Боже мой, моея

бездну днесь призывает полности Твоея:

Исполни бездну мою, яко же есть требе,

яко даянием несть лишение в Тебе.

Яко солнце лучеса выну изсыпает,

а ни на мало время в них оскудевает,

И яко свеща свещи689 многи возжигает,

обаче в полности си690 огнем пребывает,

Тако дарове Твои весь мир исполняют,

а в Тебе в полности си всегда пребывают.

Выну от сокровища даеши Твоего,

а еще полно, аки не нача Ты его.

И691 аще восхощеши692 во веки даяти.

в неоскудной полности имать пребывати.

Оттого бездну мою изволи полнити,

да вечно возмогу Ти раб и певец быти.

Безказние

Иже злобы злобником без казни прощает.

сам есть тать ли разбойник, яко попущает,

И зело люте Богом сужден имать быти,

яко мог, не хотяше злобы истребити.

Безместие

Отрок некто Александр Ликургу мудрому

избил бе жезлом око, за что он самому

Предан бысть, да казнит й, яко же сам знаше,

но он нимало тому злаго содеяше,

Паче же учением в дому си наставил,

безместия благ образ по себе оставил.

2

Давид елма от сына из града бежаше,

Семей хулы на него и песок меташе.

Царь кроткий претерпе то и потом не мстися,

егда на престол во град паки возвратися.

3

Кикерон693 Иулия кесаря блажаше,

яко паче всяческих обид забываше.

На нь же некто книжицу хулну написал есть,

он, не мстив, на вечерю к себе й призвал есть.

4

Августа некто главы кесаря искаше,

еже убити его извета желаше694.

Кинна бе имя врагу. Кесарь не отмстил есть,

но между советники честными вместил695 есть.

5

В граде некоем жена честная живяше,

яже единородна сына си имяше,

Ему же прилучися в торжище изьити

и696 случаем697 некоим убиену698 быти.

Убийца же, гонзая, в дом ея притече

и: Христа ради молю, сохрани мя, рече.

Она показа место, в нем же сохранися,

но абие о смерти сына увестися,

Яко единородна ея той убил есть,

иже именем Христа ону умолил есть,

Да бы утаила й. Тогда возридаше,

многи слезы о смерти сына проливаше,

А за любовь Христову того не явила

убителя, его же в доме699 сохранила.

Но, давши на путь, пусти из града бежати.

О, дивная в Христови700 любви сия мати!

Потом, елма во клети701 о сыне молися,

светозрачен702 пред лицем ея сын явися,

Глаголя: Благодарю тебе, моя мати,

яко ты изволила убийцу прощати,

Ибо, егда ты его свободна пустила.

во жизнь мене вечную тогда ты родила.

Лучшая ты мне ныне мати сотворися,

неже егда плоть моя тобою родися.

Егда ты Христа ради дала прощение

убийце703, мне Христос Бог дал оставление

Грехов моих и казни, и се иду к Нему

во страну небесную ко Творцу704 своему.

Сия изрек, весело705 в небо восхождаше706,

что очима своима мати его зряше.

О. блаженная, тако707 сотворшая мати!708

Достоит ея дело многим подражати.

Безумие

Сердце безумнаго – сосуд сокрушенный,

во нь же дар мудрости не будет вложенный.

Беседа

Юже кто пищу во стомах въпущает709,

тоя он воню усты отригает.

Тако что в сердце свое кто влагает,

о том словеса710 часто составляет.

2

Беседуя со други, да ся не хвалиши,

но о немощех твоих711 умно да тужиши.

3

Со аггелом лукавым Евва глаголаше

и злым его советом зде712 прелщенна бяше.

За слово его взя плод, Богом возбраненный,

прелсти мужа, и бысть их весь плод умерщвленный.

Со аггелом же благим бе713 глагол714 Марии715,

и бяху глаголи их миру спасеннии.

Со аггелским бо словом плод свят восприяла,

во чреве своем Слово Божие зачала

Плотию, им же плодом весь плод оживися,

иже древле в Адаме плодом умертвися.

4

Хотяй с Богом беседу присную держати

да молится и книги да тщится читати.

Ибо елма молимся, глагол наш есть к Богу,

егда чтем, Господь творит к нам беседу многу.

Блага убо премена сих делес бывает,

егда кто и молится, и книги читает.

5

Во отцех древних прозорлив муж716 бяше,

иже тайная иным сам видяше.

Тому некогда прилучися быти,

иде же нрав бе братии ходити

И со собою беседы имети.

яко же кому и о чем хотети.

В едино убо время мнози бяху,

седше, беседы взаим си творяху.

Егда же нечто от книг глаголаху,

тогда аггели при онех стояху,

Веселящеся, ибо им есть тое

любезно, егда глаголют святое.

А егда они ж мирско что вмесиша,

аггели тогда от них отходиша,

Посупным лицем на оныя зряху,

за глагол тщетный гневни ся являху.

Въместо717 же аггел вепри приходиша

сквернии зело, между неми быша.

Се же демони тамо718 ся явиша,

иже беседы скверныя любиша.

То видев старец, умилно плакате719,

в келии об нощь о том разсуждаше:

Коль тщету многу зла беседа деет,

коль же во ползу та720 благая спеет.

Потом братию старец увещаше

к добрым беседам, елико можаше,

Сказуя, еже Бог ему открыл721 есть,

си видение повнегда явил есть.

Бисери сокрушеннии быша исцеленнии722

Егда Иоанн святый из Патма вратися

и во граде Ефесстем723 с верными вселися,

Грядушу724 ему путем видети случися,

яко Кратон философ пред людми славися

О презрении мира, ибо собрал бяше

позорище велие и ту извождаше

Два юна человека, аже два иместа

бисеря, яже за вся отчества725 куписта.

Зело красна и драга. Та им наученна,

да содеют бисеря яве сокрушенна.

Она же по словеси его сокрушиста

пред множеством726 народа, что драго куписта.

То зря. Богослов святый Кратона призваше,

хуля славолюбие, сице глаголаше:

Безумное есть сие мира презрение,

еже от человеков имать хваление,

А божественным судом праведно хулится.

яко без ползы бисер драгии ничтожится.

Мой Учитель, Христос Бог, юношу видяше727,

хотяща жизни вечны728 сице й729 учаше:

Хощеши ли совершен во благости быти,

продаждь имение ти, тщися расточити

Нищим730 людем на нужды. Сие731 учение

в совершенство приводит и во спасение.

Философ732 рече: Честный мужу, присмотрися733,

се плод лакомства сердец людских сокрушися.

Но аще твой учитель Бог есть и желает,

да ся на нищи734 люди богатство раздает.

Моли его, да хощет, иже сокрушении

бисери паки будут онем исцеленни.

Да мы, чюдо видяще735, к нему обратимся,

бисерей цену нищим раздати потщимся.

Еже нам в славу мирску леть бе сокрушити,

то ты во славу Христа тщися исцелити.

Тогда апостол, собрав частицы736 дробныя

и на едине месте совокупив тыя,

Возвед очи к небеси, Господа моляше,

в умилении сердца сице глаголаше:

Господи Иисусе Христе, Боже правый,

вся из ничесого же сущая создавый,

Тебе вся суть возможна, изволь сотворити,

да бисери возмогут сии цели быти,

Да, иже славы ради мира сокрушении,

славы ради твоея будут исцеленни,

Да не без ползы цена онех погубится,

но на потребу нищих людей737 обратится.

Вели аггелом твоим целы содеяти,

да бы то людем зрящым тя Бога познати.

Ту бывший верный738 Аминь возопиша,

и се цели бисери пред всем миром быша,

Даже ни знамению скрушения быти,

сице изволи Господь силу Си явити.

Тогда Кратон с юношми до стоп поклонися

Иоанну святому, верен сотворися,

И ученицы739 его ко Христу присташа,

истинна Бога быти Его возвещаша.

Юноши740 же, бисери продавше оныя,

с радостию раздаша на люди нищыя.

И тако вместо741 тщеты полза сотворися,

имя Христа Господа во граде вславися.

Благая мира прелщают

Безгласну рыбу пища услаждает,

юже на уде она похищает.

Не знающи, что внутрь тоя таится,

бедная лстится.

Ибо абие рыбарь ю терзает

удою тую742, к себе привлекает;

тако в болезни бывает ловленна.

таже снеденна.

Подобный случай есть в мире живущих,

благая его в блаженство имущих,

ибо. егда та тщиво собирают,

уду глощают.

Егда же о них сердцем веселятся,

в житейстем море с удою носятся,

ею же потом бывают влачими,

врагу ловими.

В то убо время светло познавают,

како благая мира я прелщают.

Но уже несть леть тогда пособити,

в снедь аду быти.

Благо

Блага вещь, аще вся цела бывает.

Худа же, аще и мал вред являет.

Благо истинное

Ничто ино есть сребро и драгое злато,

точию есть белое и желтое блато.

На земли743 цену имут у чад сего века

погрешением ума744 бренна человека.

Бренный брение745 любит и ценит е драго,

а не во сребре с златом праведное благо.

То бо добродетели, любезныя Богу,

яже746 цену имеют и в небеси многу.

Небеснии мужие747 сими богатеют,

известни суще, яко ты самы не тлеют

И со стяжателем си имут отходити,

пред Страшным Судиею того защитити.

Паче же и в небеси имут увенчати,

устроят со Господем вечно царствовати.

Бренная же богатства не многих спасают,

а безчисленным людем в погибель бывают.

Добродетели убо тщитеся стяжати,

иже хощете с Богом вечно царствовати.

Мощно тыя и нищым имети безценно,

токмо требе есть жити в мире божественно.

Удобно и богатым тыяжде стяжати.

за тленное богатство нетленное взяти.

Оба убо тщитеся, нищий со богатым,

с добродетелми в небо к ликом аггел святым,

Да вечная богатства748 можете прияти,

безъконечно749 будете блаженни и святи.

Благоговеинство

Елма во храме Божием стоиши,

очеса смири, усты да молчиши.

Собери ум твой, возведи ко Богу,

взиди от земля к небесну чертогу.

Стой благочинно, блюдися дремати,

разуму службы прилежи750 внимати.

Не дерзай прежде в дом твой исходити,

тщися во службе до конца пребыти.

Тако полезно в церкви постоиши,

яже ти в ползу, свыше получиши.

Благодарствие

Благодарствие правое бывает,

аще кто благотворение знает.

И, помня оно, тщится прославляти,

и егда может751, по силе воздати.

2

Благодарствия степень трегуб обретают

мудрии, иже тому вся ны научают.

Первый того есть степень благотворение

выну знати, не дати его в забвение.

Вторый – благодарити752 и милость хвалити,

третий – воздаяние по силе творити.

Неблагодарник убо, иже не воздает;

вящший, благодетеля кто не ублажает;

Величайший, не знаяй данны благодати,

не хотяй во памяти ея содержати.

Проклятый же есть злобник, иже за благая

тщится благодетелем воздаяти злая.

Мало менший есть того, благодать гаждаяй;

третие имать место, в злобу ю вменяяй.

Чтый, неблагодарствия всячески блюдися,

злободеянию же ни перстом коснися,

Но благодарен буди, тако бо та многа

милость от человеков будет и от Бога.

3

Реки тайно из моря в страны исплывают,

но, яве разширшеся, в оно ся вращают.

Учат753 благотворящым754 милость воздаяти

благодарствием явным, и то разширяти755.

4

Благодарствие дары людем умножает,

неблагодарствие же и малых лишает.

5

Благородных чада рождшым честь творяют,

утро я и вечер любезно лобзают,

Возблагодаряще756 за вся благодати,

яже изволиша оным содевати.

Мы, православнии, есмы благородии

благодатию бо (аще не природни)757.

Сынове Божии есмы сотворени

и благ неизчестных758 Богом сподоблени759.

Должни есмы убо честь Ему творити,

утро и во вечер поклон760 приносити

Со благодарствием. Он же нам дарует

наследие вечно, в нем же Сам царствует.

Благодарствие бо и у Бога может,

во отчество небес кумуждо761 поможет.

6

Нива благодарствие учит ны творити,

едно зерно обыкше762 в сто усугубити763

7

Всяк, благая приемый, одолжен бывает,

да благодарство Творцу благих содевает.

Благодарствие паки сия764 составляют

четыри вещи и то добре совершают.

В первых, благодетелство явленное знати

ценно класти, а своя нужды765 разсуждати.

Второе – забвению того не даяти,

но любезно в памяти выну содержати.

Третье – воздаяти766 некосно767 хотети

сердцем, словом и делом, за долг то768 имети.

Наконец – благотворца своего любити

и благотворения в людех не таити.

Сице сущь благодарен достоин бывает,

да ся и впредь оному добро содевает.

Благодать

В Завете Ветсе огнь присно горяше

в храме Господнем и не угасаше.

Иереи бо вещы769 подлагаху,

да не угаснет, прилежно стрежаху.

Кийждо человек долженствует быти

храм Богу живу и в себе храните

Огнь благодати Его божественный770,

да никогда же будет угашенный771.

Аще же когда грехами сгасится,

вещию паки слез да возгнетится,

Яко елей бо, стихийна772 питати

весть, точне773 слезы огня благодати.

К тому делеса благая есть требе

деяти жити хотящему в небе.

Тех бо держится774 той огнь божественный,

при них никогда775 бывает гашенный776.

2

Да черплет воду кладязь ископавый;

благо да деет благодать стяжавый.

Тлится бо вода, нечерплема сущи;

гибнет благодать, благих не деющи.

3

Без света лучь солнечных в мире тма бывает,

душа без благодати в тме грех изчезает777.

4

Его же ум правая мудрость украшает,

в скверный сосуд пития чиста не вливает.

А самая778 мудрость – Бог – дара благодати

не обыче во душу нечисту вливати.

5

Благодать душы свет есть, иже просвещает,

да человек скудости своя познавает,

И наставляет779 паче всех Бога780 любити

и Ему единому сердце прилепити.

Егда убо человек грехи своя знает

и паче всех Господа Бога возлюбляет,

Прилепляяся сердцем, знамя благодати,

яко Господь изволи внутрь его витати.

Тогда убо должно есть сокровище тое

блюсти непогубимо, яко же святое.

Блюдет же. кто благая тщится совершати,

а от всякия злобы сердце отвращати.

6

Терпение благодать тако соблюдает,

яко же сокровище ковчег сохраняет.

Аще убо стяжа ту, вся тщися терпети,

неоскудну благодать будеши имети.

Благодать Божия781

Яко тело без душы труп смрадный бывает,

тако без благодати душа истлевает.

2

Егда от тела душа удалится,

абие тело в землю относится.

От душы паки егда отступает

благодать782, душа в ад ся низревает.

Бездушна тела ближнии гонзают,

душу безбожну аггели метают.

3783

При киоте Господнем Дагон не стояше,

не терпя силы его, на землю падаше.

Тако иде же сердце полно благодати,

исчезают вси греси, не могут стояти.

Благодать чрез тайны

Егда Адам и Евва в рай согрешиста,

вся чада си на уме и воли язвиста.

Во уме всех784 слепота ко благим бывает,

воля же разслабленна, к тем же не востает.

Тем же Бог даде закон, иже сказоваше

путь, им же шествовати к Нему подобаше.

А зане же той силы не даде хождати,

нужда бяше Божия свыше благодати,

Без нея же несть мощно закона хранити

и противу Господу смертно не грешити.

Тем даде Бог благодать Свою божественну,

да бы мирови быти чрез ону спасенну.

Юже да мы возможем удобно прияти,

чрез видима знамена благоволил дати

Тайны божественныя, в Церкви сокровище,

да та общее верным будет прибежище,

Да в ней чрез тайны воду785 Бога благодати,

яко чрез водотечи, можем притягати,

Да тою, яко здравым врачеством786, целимся

и в немощех душевных известно твердимся.

Наконец, грехи нашя да потопим въскоре,

яко Фараон с вой погибл в Чермном море.

Благодать есть787 живот

Рыба воды вне скоро умирает;

вне благодати душа исчезает788.

Прилежим убо в благодати быти,

душами жити.

Благодать добродетелей виновна

Солнце светлое егда отступает

от нас далече789, мал день содевает,

Нощь же велику и мразы наводит,

земля померзнет и ничто же плодит.

Подобне, егда Господь удалится

от душы грешны, тма в ней сотворится

И, оледевшы, неплодна бывает,

деяний благих никако раждает,

Яже требуют солнца благодати

теплоты лучес, да бы ся раждати.

Во благодати человеческой790 не уповати

На трости руце свои утвержает,

кто в человецех силных791 уповает.

Трость сокрушится, падет утверженный,

умрет велможа, он будет прелщенный.

Тем же псаломник светло увещает,

да никто в князех мира уповает.

Егда бо душа из князя изъидет792,

на помощь к тому никогда приидет,

И сам в персть земну будет обращенный793,

из нея же бе Богом сотворенный794.

Иеремия795 того проклинает,

кто в человеце тленнем уповает,

Оставив Бога. Се бо грех великий

пред лицем святым всех сущих Владыки.

Обаче мнози во них796 уповают,

вся в них надежды своя полагают.

В то время мнятся блажени797 и святи,

егда общницы798 суть их благодати.

Заповедь Бога жива презерают,

да их лукавей воли угождают.

За слово онех готови умрети,

а за Божие нимало терпети.

Не тщатся Богу тако угодити,

яко велможным послугу явити.

И аще у них милость обретают,

то гордостию799 сердца800 исполняют.

Суть801 яко говор на воде надменный,

и ходят802, яко павлин803 напыщенный.

Вящшую804 себе милость обещают,

но окоянне805 тако ся прелщают,

Ибо внезапно вящший гнев бывает,

нежели милость, юже отвращает

Гневный велможа и не хощет знати

того, его же име в благодати.

Вящшая повем806: во врага вменяет

и, аще мощен, абие отмщает.Приял807 искуство Аман горделивый

истинны сея, царю си служивый,

Иже всех паче бе превознесенный808

в чести, в богатствах, тем же и надменный,

От всех поклоны и дары имаше,

первый по царе во царствии бяше.

И Есфир ему почесть сотворила,

на пир бо809 к себе с царем пригласила.

На нь же прииде в чести и во славе,

не усмотряя бедства своей главе.

Мало утехи тамо восприял есть,

но суд велия казни услышал есть.

Древняя милость на гнев преложися,

Аман на древо царем осудися.

И тако над вся в чести возвышенный810,

выше всех злодей бяше повешенный.

Зри кождо, како благодать прелщает,

никто надежды в ней да полагает.

Благо на811 Бога выну уповати,

он косен к казни, скор же миловати.

Благоденствие

Благоденствие грешных безблаженно зело,

яко разрешает812 я согрешати смело.

2

В благоденствии не превозносися,

в злоключении терпелив явися.

Благородие

Зле благородия813 си муж употребляет,

иже, менших обидя, тем ся защищает.

Благость Божия

Велику814 Бог нам благость изволил явити,

восхотев во образ815 Свой род наш сотворити.

Вящшую благоволил тогда показати,

егда благодать Свою изволил нам дати.

Величайшую паки тогда изъявил есть,

естество Свое с нашим елма съединил есть.

Последния точию требе ожидати,

да даст нам лице Свое светло созерцати.

Во стране света вечна даст же то известно,

аще во блазей816 вере поживем нелестно.

Благость общится

Еже благо, то себе прочым817 вообщает;

Бога вся суть причастна, благ бо пребывает.

Человек и аггели выше естественных

общество восприяша даров божественных.

Прочая тварь чрез дары своего естества

причастие восприят благаго божества.

Особным же образом людем вообщися,

егда ипостасию818 вочеловечися.

Над сию благость кая может вящша быти?

Ты, читателю, изволь мене научити.

Речеши: Яко на страсть дав за ны Си тело

и. смерть восприем, вящше сотворил есть дело.

Велие воистинну, но сего основа

вочеловечение лица Бога Слова.

Даждь819 ми ино общество Бога с человеки,

вящшее сего. Ей. ей. не даси во веки.

Благотворение

Благо творя недругу, в друга преложиши,

из жестокаго Савла Павла сотвориши.

2

Ничто во человецех есть божественнее,

яко же бедным людем благотворение.

3

Тит кесарь римский благотворив бяше,

никто от него без блага хождаше.

В един же вечер дела разсуждая,

себе внимая,

Помяну, яко в день той не содея

никому благо. Абие жалея,

рече: О, друзи, благо не створил есмь,

день погубил есмь.

О, добродетель право христианска

от человека изьиде поганска!

Нам бы то сице достойно820 творити,

вся дни судити.

Еда что в кий день благо сотворихом,

алчнаго, нища еда821 насытихом822,

или что ино, яко подобает823,

кто закон знает.

Аще же узрим, яко работахом

чреву824, а ничто благо содеяхом,

рцем825: Оле, ничто добро сотворихом,

день погубихом!

Но негли вся дни тако изживаем,

ничто же благо ближним826 содеваем,

наши827 ковчеги наполняти828 тщимся,

на то трудимся,

Забывше, яко, что829 кто засевает,

во время жатвы ту вещь пожинает,

и830 мало831 сеяй832 малы833 рукояти

имать прияти834.

Кто же обилно семена метает,

обилны плоды в гумне сопрятает

в препитание и себе835 самому,

и всему дому.

Подобне, аще кто творит премногим

благо ближним си, найпаче убогим,

воздаяния приимет836 от Бога

в небеси837 многа838.

Творяй839 же мало и мзды не толики,

яко же щедрый840, примет от Владыки,

а ничто сотворшь, ничто же на небе

спрятнул есть себе.

Не имать почто той ити до неба,

не вкусить вечно животворна хлеба,

с несотворшими милости часть тому

в огненном дому.

С козлы, не с овцы оному стояти,

егда по делом имать воздаяти

Судия841 правый и осудит его,

врага Своего.

Идете842, речет, во огнь проклятии,

милости ближним си не сотворшии,

с демоны купно в огнь843 вечный идите,

муки терпите.

Сие ведуще, вы благо творите,

не чреву тучну, но ближним живите.

Вся Бог всещедрый вам за человеки

воздаст во-веки.

4844

Бисер под ноги вепром посыпает,

неблагодарным кто благо творяет.

Благотворение Божие

Великая благодать великаго Бога

великая нам творит, а та зело многа.

Многогрешным нам велит отцем Себе звати

и благоволил ны есть во сыны прияти.

Попечение о нас отческое деет,

к болшым нуждам скорее с помощию спеет.

Множицею же нужды наша845 предваряет

благодатми Своими, в путь благ устрояет.

Частократ же обыче множае даяти,

нежели мы дерзаем от Него желати.

Дает же благим и злым, да не одолеет

Его благости наша злоба. Бог то деет.

Его же благость и нам должно подражати,

неодоленным злобы846 дружными бывати847.

2

Благотворения зело суть премнога,

яже вси848 приемлют людие от Бога.

Он из ничесого плоть нашу создал есть

и дух оживляющь во ону влиял есть,

Его же образом Своим украсил есть

и вся животная ему покорил есть.

Мир и вся, яже в нем, кому подчиняет?

Человеком, яже держит, соблюдает,

О всех промысл деет, живит и питает

и венец в849 небеси славы соплетает.

Сия суть общая от850 трилична Бога,

суть же и чрез Христа иная851 премнога.

Первое852 чрез него добротворение

преестественное853 есть воплощение.

Яко благоволил плоть нашу прияти.

по человеческу нас деля страдати.

Второе854 есть, яко Сам люди учаше,

на путь спасения в правде наставляше.

Не яко языки светом естественным,

или чрез твари Си855 законом присенным,

Ни яко Исраилск древле род учаше856,

аггелы, пророки егда посылаше.

Не в сенех, в образах857 нам858 тайны явил859 есть860,

но Сам Христос Господь правде научил есть.

Да знаем Господа в Троицы единаго.

Отца купно с Сыном и Духа Святаго.

Третее861 суть862 образы, яже подаяше,

вся добродетели егда проявляше:

Смирение, кротость, милость863, любление,

пост, молитву, труды верным в спасение.

Четвертое864 есть865 нам добротворение,

от греха и смерти нас изволение866,

Еже страстию Си изволи свершити

и смертию плоти, да бы867 вечно жити.

Пятое868 есть, яко не токмо остави

грех и казнь, но к тому сыны нас постави

Отцу небесному, еже наследите

царствие небесно и в нем вечно жити.

Шестое869 добро есть грехов прощение

Его заслуг ради, за870 сокрушение,

Ибо, елижды кто во грехи впадает871,

токмо бы жаль имел, Бог тыя прощает.

Седмое872 есть благотворение Его,

яко сотвори ны общники Своего

Тела пречистаго и крове святыя,

кающихся873 душам живот дающия.

Оле благодатей, оле щедрот Бога!

Паче песка874 морска та нам суть премнога.

Что имамы Тебе, Боже наш, воздати?

Должни имя Твое выну прославляти.

Благо творити

Судии Страшнаго да ся не страшиши,

уклонися от зла, благо да твориши.

Благоумие

Еже древо благия может плоды дати,

безумен, кто в здание тщится посекати.

Точне875, кто благоумна чада обращает

в нечестна художества, безумен бывает.

Блаженство

Не кто в злато богат есть, истинно блаженный,

но верою с благими делы исполненный.

2

Во день блаженства мнози друзи бяху

мне, а минувшу тому, мя не знаху.

Блаженство грешных

Не завиди грешнику, во блаженстве сущу,

здраво, богато, славно живот свой ведущу.

Паче плачися о нем, ибо есть забвенный

от Бога и на вечну казнь Им876 сохраненный.

Блаженство мира

Яко же птица скоро прелетает,

тако блаженство мирское гонзает.

По птице следа нимало явится,

и по блаженстве память истребится.

В того дни убо будущая зрите,

со всеми людми добротно живите,

Да ся измене вашей не ругают,

но паче руку помощи877 подают.

Близость

Близ царя еси? Честь ти сотворися,

но тощно вины всякия блюдися.

Ибо тяжко есть оттуду падати

и неудобно есть паки востати.

Блуд

Аще блуда гонзнути желателно тебе,

времене же и места гонзати есть требе,

Ибо время и место и святых прелстиша,

светилники чистоты, увы, угасиша.

2

Очеса человечя878 отраду си знают,

егда часто три вещы879 любезно смотряют:

Источник, зеленую траву и зерзало880,

тым бо силу неправы естество подало.

Точне умнии очи881 ползуются зело.

на мысленный Источник смотряще весело:

На Иисуса сладка, Иже и травою

нарицатися может за чисту плоть Свою,

И зерцало за живот Свой пребожественный,

во образ и исправу миру положенный.

На Нь убо кто обыкнет умом си смотряти,

несть леть болезни умных очес тому знати.

3

Детищь, видя яблоко на древе красное,

многим трудом приложит882 стяжати оное.

Егда же, стяжав, узрит внутрь червие быти,

суетны труды своя обыче хулити.

Тако иже похотми искушен бывает,

утехи ради плотски883 много ся труждает.

По ней же червь в совести лютый проявится,

тогда грешник зле прелщен быти осудится.

Но содеянны884 злобы885 не мощно вратити,

слезами того червя нужда есть морити.

Слезами подобает скверну очищати,

да бы первую душы красоту стяжати.

Блуд со сыном сотворшая мати

Муж некто благочестный в Риме ветсем бяше,

иже прекрасну жену и благу имяше.

Славно же и богато и законно жиста,

токмо о лишении чад зело тужиста.

Твориста же убогим886 милостыню887 многу,

да, еже дата чада888, помолятся889 Богу.

И, услышав Бог молбы, сына дароваше,

его же та двоица890 радостно прияше

Со благодарением. И всяк веселися,

кто токмо дому тому знаем сотворися.

Посем муж он умысли Богу работати.

Его ради в странствии891 живот свой кончати.

Яви умысл супрузе и ят ю просити,

да бы изволила й свободна пустити.

Она, услышавши892 то, излиха рыдаше893,

никако любезнаго мужа отпущаше.

Иже по вся дни паче моля настоял есть,

все богатство свое ей с сыном отдаял есть.

Она к богатством сердца си не прилагаше,

с ним, не с богатством жити усердно хотяше.

Наконец ю894 именем Божиим просил есть,

им же любовь честныя жены победил есть,

Ибо та рече ему: Несть леть не творити

кто мя о что именем тем хощет просити,

Яко и Он молитву нашу восприял есть,

не имевшыма сына милостивно дал есть.

Буди убо, яко же ты умыслил еси,

да правит пути твоя Живый на небеси.

Аз въместо тебе имам на сына смотрети,

о нем радость присную за тебе имети.

Сию прием свободу, муж он божественный,

оставив вся. отшел есть во путь умышленный.

Она же младенца си любезно питаше,

сама сосцама895 того своима дояше.

Излишеством же любве побеждена бяше,

ни на степень от себе сына отпущаше.

Иже, пространно питан, даже возраст взял есть,

а выну с материю в ложе896 купно спал есть.

Неопасная мати выну й лобзала,

отроку паче, неже Богу, угождала.

То видя, враг лукавый плоть ея палил есть,

да бы897 похотети ей898, к тому приводил есть.

Она же, не терпевши телесныя страсти,

всячески возбуждаше сына к скверней сласти,

Иже со материю дерзнул есть блудити

и, яко муж с женою, с нею ся смесити.

А негли не един крат то с нею творяше,

даже от сына мати сына внутрь прияше.

Что899 сама сразумевши, яла есть тужити,

не знающи, что имать во беде творити.

Грех зело лютый виде, срама ся бояше

и казни достойныя. Тем же ся таяше

Пред человеки, а внутрь к Богу воздыхала,

молитвы дея многи, и велми рыдала900.

Покаяся всем сердцем, ни же утешися,

и в печали сущей сын зачатый родися.

Его же, яко узре, не могла терпети,

еже901 пред очима си грех выну имети.

Вящшую злобу к меншей, увы, приложила,

прелщением902 вражиим чадо удавила

И в отходе скаредном, оле дела злаго!

младенца погрузила, блудно рожденнаго,

Еже, аще не явно человеком бяше,

но всезрящее око Божие видяше.

Долготерпелив903 же904 сый, зла дела не мстил есть,

да покается о сих, время попустил есть.

Враг же, в покаяние не хотя пустити,

умысли ея злобу мирови явити

И претворся в клирика, властем показася,

искусен Писания муж быти сказася.

Даже удобно ми есть905, рече, и гадати,

что в тайне906 обыкоша людие деяти.

Рцыте907 ми, рече, кому что есть покрадено908,

абие лице татя будет вам явленно,

И вещи краденныя камо сохраненны,

моим вам художеством будут изъявленны.

Слышав то, царь с боляры веле искусити,

о содеянных татбах его вопросити.

Мнози убо о многих тщетах вопрошаху,

а вси праведный ответ от него прияху,

И лица татей своих удобно познаша

и вещы, где909 он рекл есть, спрятанны910 сыскаша.

Радость всем бысть велия о муже толице,

о мудром сравнения кроме человеце.

Он же долгое время тако прорицаше,

злодеющия911 люди граду извещаше.

Даже из града татем нужда бе912 гонзати

или творения злых делес си престати.

И тако вещанием лукавец вславися,

даже всяк глагол его верен сотворися.

К тому же, привед люди, да веруют ему,

приступи о той жене к промыслу своему.

Представ царю с боляры, нача глаголати:

Имам вам тайну неку страшную сказати.

Весте глаголы моя достоверны быти,

ибо многия тайны умех вам явити.

Ныне кая913 во граде злоба сотворенна,

неслышанная от век, а есть утаенна,

За ню же Бог не может вам914 терпелив быти,

имать люте град Римский воскоре казнити.

Ту аз вам, вас жалея, верно915 изъявляю916,

токмо веру имите, о то вас желаю,

Ибо неподобное дело помыслите,

о нем же лици917 оно от нас услышите.

Царь же с боляры рече: Тщися глаголати,

а мы918 словесем твоим хощем веру яти.

Тогда нача всезлобник слово си ширити,

еже во тайне бяше дело износити,

Глаголя: Есть жена зде, яже мнима честна,

а она зело зла есть и велми прелестна, Лицемерием славу сотворила себе,

яко мнети ону всем уже жити в небе,

А она есть блудница, и страшная зело,

ибо сыну си на блуд даде свое тело,

От него же заченши сына, есть убила

и во отходе тело его утопила.

Та же есть жена она, сказа имя ея,

бохма недостойнная919 суща жизни сея.

Аще же аз клеветник на ону явлюся,

народно без милости огнем да сожгуся.

Аще же920 она будет яве обличенна,

такожде среде града да будет сожженна921.

Царь с боляры, егда сей глагол услышаху,

во недоумении превелице бяху.

От единыя страны, яко глаголаше

сия, иже истинну922 во всем923 сказоваше,

И толицей сам казни себе подсудил есть,

чесого с неправдою никако творил924 есть925.

От другия же страны трудно бе верити,

да бы толика жена могла то творити.

Рекоша убо к нему: Что есть сие дело,

яко о жене честной зло926 рекл еси смело?

Она во граде Римстем свята быти мнится,

добротами паче всех жен римских светится.

От юности никто же запрашил ей ока,

всячески она честна, живет без порока.

Блюдися, о клириче927, да неси прелщенный928

лстивых людей повестми, негли ты сведенный929.

Клирик же мнимый рече: Предвидех аз тое,

яко усумнитеся вы на слово мое.

Но истинный мой глагол хощу доказати,

точию повелите злу жену призвати.

Царь с боляры по ону абие послаша,

но честно приити ей рабом приказаша.

Прииде убо жена, честно устроенна,

не знающи, по что бысть пред суд приглашенна.

Царь, видя усрамленну, веле сотворити

честь оней и на месте честном посадити.

Та же в кротости глагол оней предложиша,

что клирик на ню рече, явно известиша.

И повелеша жене на то отвещати,

да, аще не есть винна, тщится очищати.

Она же930, множеством слез сущи исполненна,

яко тайна мирови бяше проявленна.

Воздохнувши от сердца, нача глаголати:

Пресветлый царю, несть леть днесь ми отвещати,

Ибо. срамом и страхом сущи исполненна.

мнюся вам предстояти разума лишенна.

Молю, изволте время на ответ ми дати,

аз пособием Бога хощу отвещати.

И право прошение вси быти судиша,

на дни неколикия ответ отложиша.

Она, полна горести, в дом свой возвратися,

яко согрешение ея проявися.

В мнозе же тузе сущи, нача промышляти,

откуду бы пособство себе восприяти.

Не уповаше в людех931, обратися к Богу,

к Нему сотвори молбу и слезну, и многу;

И тече к Лукияну932, епископу града,

молящи, да им933 дастся совет и отрада,

Есть ли покаяние тако согрешившей,

во блуд со сыном впадшей и чадо убившей?

Вопрошаше умилно. Грех свой обличаше,

а от слез многих едва слово глаголаше.

Папа, сокрушение сердца созерзая934,

прощения достойну быти разсуждая,

Утеши ю глаголы, яко же можаше

блудницу плакавшую, в образ ей даяше

И Петра слезившаго, яко согрешил есть,

а оба Христос Господь от грехов простил есть.

Тем и ей прощение свыше обещал есть.

о помощ935 же к Марии Деве совещал есть

Вдаятися всем сердцем, яко помогает936

она скоро, кто-либо слезен притекает937.

Жена, в печали совет здравый получивши

и поклон всесмиренный отцу сотворивши,

С надеждею милости в дом свой возвратися,

в посте Богородице прилежно молися,

Даже уреченному времени приити,

в не же938 подобаше ей ответ сотворити.

Призвана убо сущи, ко царю идяше,

а Господь сердце ея тогда укрепляше,

Яко не устрашенней оному предстати,

аки невинну себе и лицем являти.

Царь с боляры пришедшей почесть сотвориша,

на месте ю достойне паки посадиша

И реша ко клирику: Слыши, человече,

се939 обличению ти днесь время притече,

Се на обаждения престрашнаго слова

жена обажденная с ответом готова.

Изъявляй вину ея, тщися доводити,

да мы, правду обретше, возможем судити.

Клирик ов, на ню возрев, устрашен явися,

не знаяй лица ея Богом сотворися

И нача к предъседящим940 слово глаголати:

Не могу аз на сию жену клеветати.

Не есть она941 блудница, ни убийца942 чада,

сия слава и венец есть Римскаго града.

Сию мати Божия в защите имеет;

враг, кто на ню клеветно слово рещи смеет.

Аз на честность ея уст ми943 не отверзаю,

се бо при944 ней Божию Матерь усмотряю.

Сия вси собраннии егда услышаху,

крестным ся знамением тогда знаменаху,

Дивящеся измене того человека,

ему же равен не бе во граде от века.

Клирик же мнимый креста силы не терпяше,

пред знаменавшимися изчез945, незрим бяше.

Ту вси уразумеша, что демон явися

лукавый, во клирика946 лице претворися.

Тогда ко обажденней жене глаголаша:

Ты, о честная жено947, слава еси наша,

Иди со миром в дом твой948 и за ны молися.

И тако свобожденна от бед сотворися

Богом и Матернею949; сия бо моляше

Бога о жене, а Он милость показаше.

Честнии же людие в дом ю отведоша,

вси преподобночестну, святу нарекоша

И паче прежних времен ону почитаху,

яко Богорождею950 храниму слышаху.

Она же, в дом пришедши, велми умилися,

милосердию Бога всещедра дивися,

Яко толику милость изволил явити,

от срамоты и смерти люты свободити.

Тем до кончины жизни во посте живяше,

благодарствие Богу выну возсылаше

И пречистую951 Деву, Матерь Христа Бога,

за благодеяния от нея премнога,

Во беде явленная, присно величаше,

скорую помощницу всем исповедаше.

Прочее же живота тако тщася жити,

во еже бы в пороце оттоле не быти.

Сие чтуще, матери, опасны бывайте,

любви, яже к сыновом, брозды возлатайте.

Не полагайте в ложах с собою их спати,

найпаче, елма начнут возраст приимати,

Да не демон искусит плоти люблением,

та же душы убиет скверным смешением.

Не ими тебе веры, яко еси мати;

похоть разум и память силна есть отьяти.

Не веруй и сынови, плоть бо в нем играет952,

яже, воспалившися, на все зло дерзает.

Не единой то матери и сыну случися;

чуждым всякая грехом от того блюдися953.

Блуд со сродником

В обители единей954 многи сестры бяху,

яже игумению жестоку имяху,

Ибо свободно жити им не попущаше,

безчинно живущыя в наказе держаше.

За что сестры оныя велми не любиша,

о правлении твердом излиха уныша.

Та вражиим искусом сама согрешила,

со сродником, в службе си бывшым, соблудила.

Даже в ложеснах своих младенца зачаше;

времени же растущу, чрево ей растяше.

Еже наблюдше, сестры грех бывший955 познаху956

и зело оней беды за той грех желаху.

Писаша к епископу, да тщится судити,

из обители соблазнь ту искоренити.

Епископ отписа им, яко сам прибудет

и тогда суд содеет, аще правда будет.

Игумения о том егда услышаше,

а уже рождения час ся приближаше,

Вшедши во камару си, сердце обратила

ко Матери милости, слезно ю просила,

Да и греха, и срама изволит изъята,

в толицей нужде руку помощы подати.

Чрез многи же дни тако молитвы творяше,

во Христе и в Матери Его уповаше.

Ни прелстися в надежде, ибо ей явися

Божия Мати, егда она утрудися

Постом и молитвами, а по труде спаше;

се бо с двома аггелъма957 Дева ей предсташе

И нача сладким гласом к бедней глаголати:

Веждь, яко скора аз есмь слезных миловати.

Умолила есмь Сына и Бога моего,

да не помянет греха ко казни твоего

И от срамоты люты да тебе избавит,

винну сущу, яко же невинну поставит

То рекши958, аггелома повеле изьяти

из утробы младенца и на руки959 взяти.

То има сотворшема960 нести приказаше

к пустыннику, иже961 близ во лесе живяше.

Аггели убо слово делом сотвориша,

младенца пустыннику962 питати вручиша.

Божия паки Мати невидима бяше,

игумения от сна ужасно восташе

И абие познася испраздненна быти.

Христа и Матерь Его яла есть хвалити

За свобождение то от греха и срама

и не престаше пети хвалы их устнама.

Сему бывшу, епископ прииде в обитель

паче яко судитель, неже посетитель,

И во время подобно веле сестрам стати,

и началницу на суд пред себе призвати.

Собранным же всем бывшым963, слово сотворил есть.

вину пришествия си в обитель явил есть,

И повелел есть сестрам на ню доводити,

и знамения блуда ея проявити.

Сестры ужасошася, яко не видяху

знамений, яже прежде у оныя бяху.

Обаче обвиняху. Епископ вещаше:

аще извещение неложно есть ваше,

Да идут два клирици тощно, да смотряют,

аще следы некия964 бремене познают.

Изшедше убо, яко лепо965 есть, смотреша,

но ни мала знамене бремене узреша;

Сказаша епископу невинну ю быти.

Он, мня, яко дерзнула клирики умздити.

Сам изшед, знамения на оней смотряше,

но ни же малейшее обретенно бяше.

Тем же сам прощения от нея просил есть,

а обадившыя ю изгнати судил есть.

То слышавши, винная избра не таити

вины своея, да бы сестры извинити,

Сама посрамитися о гресе хотяше,

того ради истинну пред всими сказаше

И о младенце оном, в пустыню несенном,

мужу в препитание святому врученном.

Епископ рабы своя абие послал есть,

Писанием святаго мужа испытал есть:

Аще ему когда, ким младенец вручися?

И все истинно быти ему известися

От пустынножителя, ибо той сказаше,

како от дву муж юных младенца прияше.

Епископ, извещен быв, винну наказаше,

к тому опасно жити сестры увещаше,

Да, юже Бог чюдесно простил, почитают,

на милость к ней Божию, не на грех взирают.

Пустыннику же веле младенца питати

до седми лет, по них же изволи й взяти.

Своим иждивением в учение вдал есть;

отрок же в младых летех мудрость пристяжал есть

И966 яко честный живот свято провождаше,

по смерти епископа он епископ бяше.

О, милости Божия! Како возвыжшает

и коль велики грехи некосно прощает!

О, премилосердая Христа Бога Мати!

Кто не дивится, како веси помогати?

К тебе убо во скорбех наших прибегаем,

благоутробие ти выну прославляем,

Умилно моляще тя, да и нам явиши

милость, егда во скорбех нас быти узриши,

Да тобою ся хвалим и тя величаем,

донеле же во мире тленном обитаем.

Блуд967 восприемника со дщерию

Муж968, богатством обилный и рода дворянска,

забыв себе закона969 быти христианска,

Прочтите, что содея и како казнися,

мне страшно есть писати; ты, чтый, ужаснися.

Обычай древле бяше во Церкви крестити

во Велику Субботу хотевшыя жити970

Во вере христианстей. Потому случися,

яко сей окаянный в той день сотворися

Восприемник девице благолепой зело,

прият ю от купели святыя весело.

Взем971 же в дом свой на обед, безумно упися;

паче рождшаго отца, милостив явися,

Но во сердце лукавом злое промышляше972,

на чистоту девицы враг ся устрояше

И во нощи пришедшей бедную растлил есть,

отчества духовнаго за похоть забыл есть.

Мало же отрезвився, ят печален быти

и умысли во бани плоть свою обыти973,

Аки бы порок греха воде очищати,

но не то требе бяше974 за грех содеяти.

Иде убо, омыся, но совесть снедаше,

во церковь на молитву внити трепеташе.

В толикий день не ити в церковь срамно бяше,

ити же, суда свыше зело ся бояше.

Одолен убо срамом, во храм запустися

и тамо молящымся Богу приложися.

Стояше убо бедник, но в страсе велице,

чая казни от Бога по злобе толице,

Непщуя, яко демон имать похитите

и всенародно его за то зло томите.

Но Бог, не хотяй грешных975 погибели вдати,

покаяния его изволил есть ждати.

До седмаго дне976 казнь Си щедрый удержаше,

а окаянный грешник того не познаше.

Видя, яко в день первый Бог й не казнил есть,

с дерзновением в церковь чрез дни шесть ходил есть,

Глаголя в себе: Негли Бог греха не зряше,

или яко милосерд прощение даше.

Злобник покаяния не тщася творити,

живе, аки бы ему кроме греха быти.

Господь убо в день седмый местник сотворися977:

внезапною той злобник смертию убися.

Его же тело егда гробу вдано бяше,

оле страшное чюдо Господь показаше!

Огнь чрез долгое время во гробе горел есть,

еже всяк бывый тамо с многим страхом зрел есть.

И дотоле горяше, даже й978 спалити,

кости и гроб979 грешника в пепел обратити.

И сама земля, яже надсыпана бяше,

от пламене горяща дивне исчезаше.

О, казни престрашныя! Бог то показал есть,

что980 душею сей грешник за грех свой приял есть.

Блуда бегство

Демосфин ветий на блуд глашен бяше;

первее о мзде дела вопрошаше.

Егда же реша ему мзду велику,

рече: Не хощу на цену толику

Покаяния себе куповати;

изволнее ми чисто пребывати.

Се еллин злата дати не хотяше,

а мзды чистоты в небе не чаяше981.

Ты, христианин, душу отдаеши

сатане за блуд, егда на нь течеши.

Оле срамоты! А982 то вестно тебе,

яко мзда честна за чистоту в небе.

Не купуй убо983 блуда тако драго,

мзды984 чай от Бога жития чистаго.

Блудник

Краль Наварры Каруль всеблудно живяше,

тем тепла природна скоро лишен бяше.

Еже врачи ему хотяще целити,

судиша985 Карула в сукно впеленити986.

Во водце горящей987 добре моченное,

по хитрости врачев на то строенное.

Един убо от раб сукном обвиваше

и, яко велеша, на нем обшиваше.

Приключися нужда отрезанной быти,

ею же обвива988 сукно, овей нити.

Не случися же нож. свещу раб хитил есть

и нить помяненну огнем запалил есть.

От нити же сукно, в водце моченное,

яко же молние, бысть запаленное.

Вопль велий врачеве и вси сотвориша,

но горящу кралю ничто пособиша.

Згоре989 огнем, яко похотми горяше

чрез всю юность свою, а не угошаше990.

2

Телец на жертву идет упитенный;

грядый ко блудней – лицем уловленный.

3

Агнъцев заклатель991 егда нож готует,

скачет въслед агнец, смерти не чювствует.

Тако блудодей скачет и играет,

грядый к блуднице смерти забывает.

Блудница

Авесолом прекрасный власы си любяше,

но теми завис в дубе, люту смерть прияше.

Тако мнози блудницы любят и питают,

и от тех едва не вси люте погибают.

2992

Сот медвен из дву вещию строится:

с воска и с меда, сей в оном хранится.

И жена блудна двема993 устрояет

лице си вещма, да люди прелщает:

Украшает е994, слово сладко строит,

сице юношы995 безумныя ловит.

Воск огню подпал, мед сладость раждает996,

красота похоть в юных возпаляет997,

А слово мягко сладит998, изумляет,

яко мед квасный, егда упояет999.

Бежи от меда сего, человече,

тецы1000 от воска пагубна далече,

Да не прилип ей пияны будеши,

яко безумен в гресе пребудеши1001

31002

Корабль на мори, ветрами гонимый,

от рыбы малы бывает держимый,

Юже удержку мощно нарицати,

яко есть силна корабль удержати.

И в мира мори суть рыбы такия,

от течения блага держащыя1003.

Блудницы1004 юных1005 удержки бывают,

егда путь благий тещи препинают.

Бог

Кому1006 кто сердце свое1007 и ум прилагает,

раболепен творится и всю честь воздает.

Той оному бог мнится, а праваго знати

не хощет, да бы Ему честь должную дати.

Тем сребролюбцу сребро въместо Бога честно,

чревонесытну мужу бог есть чрево бесно.

Гордому человеку честь воместо1008 Бога,

славолюбивым1009 людем бог есть слава многа.

А иже блудным женам сердце прилепиша,

оны себе богини, увы, сотвориша.

И прочий прочыя творят боги себе,

вся же сия истребит Бог, живый на небе.

Тем же, возлюбленнии. Бога права знайте,

Ему Самому славу должну воздавайте.

Твари творцевы чести никако творите1010,

Ему же раби есте, мзды от Того ждите1011.

2

Бог есть все1012, мы же всячески ничто же.

Он всеблаг, аз зол, помилуй мя. Боже.

Ты добра бездна, аз же бездна злобы,

ищу милости Твоея утробы.

Без нея1013 несть леть мне спасенну быти,

благоутробне изволь мя щадити.

Бог везде

Како Господь Бог везде пребывает

и вся собою самем исполняет?

Везде естеством, всем1014 бо присущьствует1015;

везде силою, всем бо господствует;

Везде зрением, ибо1016 созерцает

вся, его ока ничто же гонзает.

2

Естеством, присущием, силою со всею

везде1017, выну есть Господь тварию Своею.

Но не всегда1018 есть везде даром благодати,

ту бо благим точию обыкл есть давати1019

Бог возлюби мир1020

Дивная любы Богом1021 к людем проявленна,

посла Сына Своего1022 единорожденна.

Еже воплотитися, страдати, умрети,

да бы токмо мир Себе примирен имети.

Егда же Сын соверши, еже подобаше,

посадив Его в десных. Духа низпослаше

Прочая устроити. Оле благодати!

Кроме заслуг предварших дар изволил дати.

Дар неисповедимый по Своей благости,

токмо любовь являя ко нашей худости.

Иже убо чрез страсти Христовы рождении,

яко1023 же 1024питателем, Духом воспитенни.

Христос, яко учитель, на путь мир наставил.

Дух Святый, яко пестун, в шествии управил.

Христос душы верных Си1025 в храм сооружил есть.

Дух Святый благодати дары освятил есть.

Христос душы1026 человек, яко деки готует,

Дух Святый живошарне образ написует.

Христос в корабль воведе. Дух же силно веет,

да корабль к небесному пристанищу спеет,

К нему же дожени ны. Душе Божественный,

в шуме ветра бурнаго верным низпущенный.

Бог казнит нудим нами

Пчелам, жала имущым, несть свойство язвити,

но нужда дражнением; свойство же медити.

Тако Богу казнити есть по нужде дело,

свойство же миловати, милостив бо зело.

Мы некогда1027 Онаго к казни понуждаем,

егда много противу Ему согрешаем,

А Он выну готов есть милость проявляти,

токмо хощет, да тщимся мы тоя искати.

Бог необьемлем

Иже оплазиво киот созерцаху

во Завете Ветсе, казними бываху

Внезапно1028 от Бога. Тако днесь казнится

душевно, кто Бога обьяти стремится

Необьемлемаго1029 умом си созданным,

во благопотребство от Господа данным.

2

Зряй прямо во солнце очи повреждает;

изследуяй Бога ум свой изтребляет.

Бог с нами

Аще Бог с нами, никто одолеет; что врабий с орлом,

то враг в нас успеет.

Бог, яко хощет, творит

Фараону в Египте раби согрешиша,

иже ему по вся дни во дворе служиша.

Един бе. чашу с вином ему подаваяй,

другий, хлебы во пищу бяше предлагаяй.

Оба в мрачну темницу вовержени бяху,

оба суда царскаго на ся ожидаху.

Прииде час. се чашник чести привратися,

а старейшина житарск на смерть осудися.

Ов чашу царю с вином паки подаяше,

сей повешен на древе, кончину прияше.

И никто ему того дерзнул обхудити,

все леть царю в державе, что хощет, творити.

Подобне Господь деет, егда ны спасает,

падшыя во Адаме, а не погубляет;

Аггелы же падшыя адови остави,

милости им Своея никако изъяви.

Яко же изволися, тако сотворил есть.

истинны и на един влас не отступил есть.

Свободен есть скуделник сосуд устроити.

яко хощет и како волит обратити.

Много паче свободен Господь есть над нами,

по естеству сущими Онаго рабами.

Благодарим убо И, яко сотворил есть

милость1030 с нами и огня вечна избавил есть.

И да тщимся заповедь Его соблюдати,

воеже бы жизнь вечну в небеси прияти.

Бог что есть1031

Что1032 Бог? Не может человек сказати,

да бы естество Его описати.

Неизреченный Он Ся нарицает,

яко всякое слово превыжшает.

Августин рече: Уне есть явити,

что Бог несть, неже что есть, известити.

Мыслим1033 ли1034 небо, землю, воздух, море

и вся. сущая низу же и горе,

Яже зеница может созерцати,

всех тех не леть есть Богом нарицати.

Огнь, звезды, луна и солнце самое

несть Бог, аще есть и велми светлое.

Дуси горнии, воинства премнога –

не Бог, но раби истиннаго Бога.

Что убо есть Бог? паки вопросиши.

Не вем сказати. вотще мя трудиши.

Око не виде и ухо не слыша

и в сердце, что Бог, помысли1035 не быша.

Аще же сердце не може1036 пояти,

язык никогда возможет сказати.

Бог всевидец

Муж страннолюбец в сию злобу въпаде1037:

близка соседа свинию украде.

Посем Христос Бог оному явися,

в нища, власата, странна претворися1038,

Желая его умиленным гласом,

еже стриженным быти себе1039 власом.

Страннолюбец же в любви й приял есть,

власы острищи1040 сам ножицы взял есть.

Начен же стрищи, к заду главы прийде1041

и ту две оце светле зело виде.

Страхом одержим1042, к странну глаголаше:

Каково чюдо сие? вопрошаше.

Странный мужь к1043 нему милостивно рече:

Знай Мя ты быти Христа, человече,

Иже отвсюду тайны созерцаю,

зрением Моим бездны проницаю.

Тема очима Аз видех с небеси,

егда свинию ты чюжду1044 крал еси

И где заключи в яме устроенней1045,

вся Ми суть вестна во всей стране земней.

Сия известив, не увидим бяше;

странноприимец о гресе ридаше1046.

Виждь, читателю, яко бденно око

Божие видит и что есть глубоко,

Тем же и в тайне зла да не твориши,

завет Господень выну да храниши.

Бог в коих сердцах

Дивен Бог во святых Си, пророк возвещает,

в них же, яко во храме Своем, пребывает.

Аще в нас Господь живет, по чесому знати?

Лва1047 святаго и мудра изволте слушати.

Той глаголет: Аще кто познати желает,

еда во душе его Господь обитает.

Праведно стязание сердца да содеет,

по тому познание прияти успеет.

Аще бо смирением противен гордости

и благоволением въпреки есть зависти:

Аще язык ласкающ сердца1048 не прелщает

и о чуждем блаженстве радость в себе знает,

И аще зла не хощет за зло воздаяти,

паче же благостынми1049 злобы побеждати;

Аще хощет обиды многия забыти,

подобие Божие в себе сохранити,

Иже на праведники дождь Свой изливает1050

и неправедных дара того не лишает,

И елма на благия солнце Си сияет,

в то же время и злыя люди озаряет;

Аще наконец любовь совершенну в себе,

во-первых, к царствующу Господу на небе

Обрящет, потом к ближним, во мире живущим1051,

паче же и ко врагом, злохотником1052 сущим1053 ,

Им же, яко самому себе, благ желает

и молитву ко Богу о них возсылает,

Подобяся Христови, о вразех молившу

Отца и прощения грехов им просившу;

Сия аще кто в сердце своем обретает,

известно, яко в нем Бог живет, то да знает.

Ибо сия доброты не могут пребыти,

амо же не изволит Бог всещедрый жити.

Бог неизменен1054

Господь Бог неизменен выну пребывает,

ибо по естеству Си смерти не познает.

Ни иначествуется, выну единаков,

каков бяше прежде век, присно будет таков.

Ни же местом1055 пременен, ибо недвижимый,

вся места исполняет, не местно держимый.

И воля постоянна1056 есть во веки Его,

никогда хотения менит Он Своего.

И действа образ той же выну соблюдает;

словом. Бог непреложен всяко пребывает.

Бога не знающий

Иже Бога не хощет в животе си знати,

того в год смерти Господь не имать познати.

Богоподобие

Демосфин, вопрошенный: Что уподобляет

Богови человека? сице отвещает:

Подобит Богу, еже всем благотворити

и, лжю ненавидяще1057, истинну любити.

Бога славити о всех1058

Вся мы во славу Бога должнствуем творити,

донде же нам дарует Он под небом жити.

От Него день начата1059, с Ним же и вершити1060,

во славу Его ясти1061 и жажду толити.

Егда хлеб в устне наше хощем приимати,

давшу й1062 в крепость сердца должни хвалу дати,

Ему же вся животна хвалу содевают,

яко Им питаема по вся дни бывают1063.

Егда сладкаго вина чашу исполняем,

давшу е1064 веселие честь да возсылаем.

И егда удовлени будем совершенно,

воспоем1065 Господеви1066 песнь благодарственно.

Блюдися паки1067 зело1068, егда сыть1069 будеши,

давшаго ти доволство да не забудеши.

Егда ризу на плеща хощеши прияти,

помни покрывша1070 нагость нашу ублажати

И, милость1071 вземля, тщися Господа хвалити,

одеждею брачною тя хотяща чтити.

Исходя из дому ти1072, помолися Ему,

да тя здрава возвратит жилищу твоему.

Возвращался от дел, благодари Бога,

яко тя сохранил есть от бедства премнога.

Пришедшу же на запад солнцу, нам сиявшу,

дажд поклон во светило то миру1073 подавшу.

Свещу в нощь возжигая, тщися прославляти.

Иже в прогнание тмы огнь изволил1074 дати.

Отходя на постелю1075, тепле умилися,

покайся о гресех ти, давыдски слезися.

Моли, да ложе не гроб и сон не смерть будет,

сице тебе творяща Господь не забудет.

Богатии неудобь входят в небо

Неудобь богатии во царствие входят,

зане же им богатства препятия родят.

Неудобь богатии ко Божию слову,

еже послушати, мысль имеют готову.

Яко бо клас в тернии удавлен бывает,

тако слово в печалех богатств исчезает.

К тому, чуждая оным нрав есть удержати

или от родителей в наследстве прияти.

Чуждая же держащим1076 несть мощно спастися;

яко от праха, от тех требе оттрястися1077

Спасения хотящим1078, яко увещает

Христос, да прах от ног си кождо отрясает.

Еще, яко неверно тии устрояют

богатства, яже Богом врученная знают.

Не на нищих потребы, ни во славу Бога

истрошают имений сокровища многа,

Но на суеты мира, паче же на злая,

на пиянства1079 и1080 на блуд обращают тая.

Неции жены своя тако устрояют,

даже конца множеству1081 риз не обретают.

Точне на дщери1082 юны толик наклад деют,

даже, одолжившеся, в град ити не смеют.

О, аще бы то нищым было расточено,

доволны бы я в домы во век устроено.

Но не о том их мысли, выну промышляют,

како дом к дому, село к селу прилагают1083.

Тем же и на молитве хладно пребывают,

не с Богом их беседа, но сердцем бегают

По селам и по торзех, да бы что стяжати,

или обыкоша то с златом заключати

Во1084 железных ковчезех, ибо злато камо

бывает положенно, и сердце есть тамо.

Аще же и зовет Бог во покаяние,

не попущает к тому злата собрание,

Яко юношу того, иже глаголаше

с Христом о совершенстве, сребро удержаше

От шествия в след Христа, бе бо богат зело,

не пустися с нищими к совершенству смело.

Напоследок, богатство и тем препинает,

яко премногих грехов виновно бывает.

Богатии гордятся, нищих презирают,

лихвами томят1085 бедных, биют, досаждают.

Уповающе в злато, дерзают на многа,

яже мерзка1086 пред лицем суть живаго Бога.

Сих вин ради есть трудно богатым на небе

наследие вечное заслужите себе.

Обаче не речеся невозможно быта,

силен Господь1087 богатых в небо водворите,

Дает Он доволную благодать богатым

во спасение, яко и всем людем святым.

Токмо суть должни нужду себе сотворити,

от злата ко Господу сердца обратити,

Возлюбити сотворша, паче Его твари

и благоустрояти врученныя дары.

Тако и действенную благодать получат,

ея же пособием силным в небо влучат.

О даждь, Боже, богатым пребогатым быти –

добродетелми златом Тебе1088 угодити.

Богатство1089

Еллином богатств бог бе, нареченный Плутон;

аз его именую: воистинну плут он.

Плутает бо излиха и зело вплетает

в сети диаволския, яже уловляет.

Хрома же писааху, егда в дом вхождаше,

а крилата1090, оттуду елма исхождаше,

Знаменати хотяще косно стяжание

богатств быти, скоро же тех изчезание1091,

Яко зело медленно стяжанна1092 бывают,

а многажды в един час въконец исчезают.

Аще же и послужат до кончины кому,

но по смерти нужда есть лишити иному.

2

Богатства1093 три некия имут1094 вещи в себе,

яже не попущают вселитися в небе.

Перва – яко богатый тщится то множити

несытно, а без греха то не может быти,

Ибо Господь убогим повеле даяти,

а хотяй богат быти хощет везде взяти.

Второе – Господь сердец всех Себе желает:

Сыне, отдажд ми сердце твое, совещает.

Богатии же сердца злату прилагают,

а не Богу святому во жилище дают.

Наконец, велит Господь не велми пещися,

ни же упованием1095 в злате погрестися1096.

А златолюбцы лише потребы пекутся.

да к ним прибытки многи отвсюду несутся,

И в собрании мнозе много уповают,

паче Творца своего ту тварь почитают.

3

Блажен во мире той ся нарицает,

кто златом, сребром, людми обладает.

Той славен, честен и мудр быти мнится,

иже честными каменми красится.

Вси почитают злат перстень имуща,

востают скоро, егда зрят грядуща.

Аще бы той же багатства1097 лишился,

толики чести не бы свободился1098.

Яве есть убо богатству честь быти,

не человеку, могшу то1099 прижити.

Но прелесть си есть зело превелика,

богатство чтити, а не человека.

Честь есть достойна всечестно живущым,

а не богатства велика имущым.

Добродетелей Бог в людех смотряет,

а не богатства, еже исчезает

Зело воскоре. Помните Навана,

велика мужа людми глаголанна.

Иже1100, зане же нещедр проявися

Давыда1101 нужде, от Бога убися.

Вся же богатства ему исчезоша,

ина владыку себе обретоша.

Богат бе и ов, иже разоряше

житницы ветхи, новы назидаше,

Да плоды нив си возможет вместите.

но яко благо не хоте творити

Нужды имевшым, на смерть осудися,

богатство иным людем оставися.

Во правду мощно то уподобити

Ионы тыкве, а не лучшо быти.

Ибо, яко та мал час утешаше

Иону, егда его засеняше,

Тако богатство кратко утешает,

потом воскоре из рук утекает.

Тыкву червь малый обнощь низвалил есть,

пророку печаль и скорбь сотворил есть.

Богатство паки скоро огнь снедает

и1102 вода топит, и тать украдает1103,

И само время может оно тлити,

где-либо тщится кто е сохраните.

К тому багатство1104 несытство раждает,

глад выну сердцу скупых наношает.

Яко же, аще кто слатину пита

будет, не может жажды утолите,

Но паче ону в гортани раждает,

тако, кто сердце злату прилагает,

Никогда может быта насыщенны1105,

аще ковчеги имать исполненны1106

Вся сия мало, ничто же довлеет,

рещи: Полно есть, скупец не умеет.

Везде он сети своя запущает,

да в дом богатства1107 многша привлекает.

Мало яст, пиет, а не может спати,

нужда от1108 должник1109 слово приимати.

Оле, колики труды полагает,

егда ту беду к себе привлекает!

Но, истяжав1110 ю, покой имать, мниши?

Выну печаль, скорбь у него узриши,

Никому верит, когождо боится,

кождо наветник ему быта мнится.

Жене не явит, и сын не познает,

когда он злато в землю закопает.

Потом вънезапу случится болети

и нечаянно ко гробу приспети.

Без вести злато в земли погибает,

а жену с чады нищы оставляет,

И сам небогат отходит предстати,

еже за талант слово Богу дати.

Тамо познает, яко зол раб бяше,

зле талант в земли Господень копаше,

И мзду приимет, юже заслужил есть,

обрящет постель, юже положил есть.

Аще же сия1111 злато содевает,

никто несытно на не1112 да зияет.

Течет ли оно, в сердце не кладите,

но в руце нищых1113 прещедро дадите.

Они на небе злато полагают,

иде же несть тля, ни тати копают.

Аще ли кому то не подается,

яко свободен1114 сый, да возсмеется.

В1115 добродетели он1116 да богатеет,

лучше всех богатств тыя да имеет.

Теми1117 бо полну царствие небесно

во наследие от Бога известно.

А богачь злобный, не веете1118 ли камо,

где еваггелский, кийждо пойдет тамо?

Есть ли кто купно богат и благ нравы,

приимет венец от Господа славы.

В пособство ему есть сребро и злато,

яко щедр1119 бяше, приимет мзду за то.

4

Въскую горе богатым? правда глаголаше,

яко скорби их оком своим созерзаше1120,

Яко1121 кроме вечных мук1122 (в ня же вси въпадают,

иже неправедная богатства держают)1123,

И зде многия муки обыкли страдати,

их же нищетствующий мужь не может знати.

Богатии во мыслех покоя не знают,

ядят со боязнию, с страхом почивают.

Аще суть и на пирех, не знают радости,

но воздыхают, ни же1124 во1125 меде сладости

Чювствуют, ни пищею добре утывают,

но от печалей1126, аки гладни, изсыхают.

На постелях мягчайших бдят, не могут спати,

мысль о богатствах мира не может им дати.

Сладше на земли тверде нищий почивает,

вкуснее1127 хлеб с водою во сытость снедает.

И свободней есть нищий, ничим обвязася,

яко оков богатства несть восприял на ся.

Богатый же муж, златом в уме окованный1128,

честными веригами по сердцу связанный1129,

Ни знает того бедный, яко есть плененный1130

злату, а не господин, тому сотворенный1131,

Яко1132 не держит злата, но златом держится,

обаче, аки свободь, о злате хвалится.

А лучша есть свобода, кроме злата драга,

мысль свободная к Богу в ней есть и преблага.

5

Яко же скоро вода уплывает,

тако богатство вмале исчезает.

Но вода может жажду утолити,

богатству1133 несть леть хоти наполнити.

Паче, елико оно умножится,

толь желание его разширится.

Несть убо нужда онаго желати,

да бы несытства выну не страдати.

Бога искати паче подобает,

он желание въконец угашает.

Он есть источник, Его тщяйся пити,

имать во веки, жажды кроме, жити.

Им всяка скверна душевна чистится,

и огнь геенский от Него гасится.

Он вода жива выну пребывает,

душы пиющих оживотворяет.

Убо от Него вси1134 потщимся пити,

да бы нам о Нем вечно в небе жити1135.

6

На вредная богатство свое истрошаяй1136,

есть истукан Ваалу златый устрояяй.

Богатство благих

Благий Бог и богатый в Своей благодати

благоволит и благим богатство даяти,

Да не вся, непщуем, злы богатыя быти

истяжатели1137 златом во ад1138 низходити1139.

Не злато богатыя люди погубляет,

но употребление, еже зло бывает.

Мнози же богатии златом ся спасоша,

иглино ухо1140 с горбом1141 велбудим пройдоша.

Тем Бог и днесь богатство добрым людем дает,

да тем небо от онех1142 стяжано1143 бывает.

Тщащеся бо нищыя люди утешати

милостинею, ведят сии рай стяжати.

Не отчайтеся убо, сущии богати,

возможно вам общество небесе прияти.

Токмо употребляйте, яко подобает,

вместо коней богатство в небо да бывает.

Весть убо оно во ад скоро злых возити,

но добрыя весть в небо люди возносити,

Чрез употребление по воли держащих

сия кони на гору или въниз правящих.

Богатство1144 Бог отьемлет

Отец чадолюбивый, егда усмотряет,

яко сын к жене блудне в дому прилипает.

Тщится увещанием тоя отлучити

и казнию смиряет, да бы не грешити.

Аще же непослушлив сын тому явится,

в заточение жену блудну слати тщится.

Богатство жене блудне есть зело прилично1145,

нас, чада Бога жива, прелщает удобно.

К нему же егда сердца наша прилагаем.

блудодейство мыслное с онем содеваем.

То зря, Отец небесный разно увещает

скорбми, печалми, раны иногда нам дает.

Аще же непослушны тым ны обретает,

имения случайми от нас удаляет.

Да, тому не присушу, сердцы отлепимся,

к1146 праву Жениху душ наших обратимся.

Богатство безгрешное

Возможно есть богатства без греха стяжати;

аще хощете знати, аз имам сказати.

Без греха1147 стяжание, аще то взищеши

нелакомо и кроме зависти будеши,

И аще впред1148 царствия взыщеши1149 небесна,

потом мирских и яже блага суть телесна,

И аще без обиды инех1150 та1151 держиши,

ни1152 упования1153 ти в онех положиши;

К тому, аще ти радость малая бывает,

яко к твоему брегу злато приплывает;

Аще сердца ти к нему не прилагаеши,

ни любиши, но паче то презираеши,

А внегда ся приключит того отщетити,

аще веси во печаль нимало входити,

Но со Иовом святым сице глаголати:

Бог даде, слава Ему, что изволи1154 взяти.

Наконец, аще мерно то употребиши,

нищыя1155 по силе твоей ущедриши.

Не сотворит богатство сице споны1156 тебе,

ко наследию1157 жизни вечныя на небе.

Богатства чуждая

Яко же молния скоро угасает,

подобне богатство чуждо изчезает1158.

2

Яже ся хищением животна питают,

паче инех1159 во гладе часто пребывают;

Тако чуждым богатством хотя1160 богат быти,

никогда скудости си может исполнити.

Паче же своя губит, чужда бо снедает

вещь, и юже праведну в доме1161 обретает.

Богатство и нищета

Богатый златом нимало вредится,

аще то добре им употребится.

Нищаго скудость ничто ублажает,

аще во блате грехов ся валяет.

Раздранна риза, хождение низко

не творит мужа Богу быти близко.

Глас отонченный, лице помраченно,

власы сплетенны несть дело спасенно.

Весь тленных укор не в ползу бывает,

аще под сими злоба обитает1162.

Паче вся во грех за притвор бывают,

лицемерие та ся называют.

А горе, Христос лицемером рече;

блюдися сея злобы, человече.

Мощно и нищу мужу, и богату

праведну быти пред Богом и святу.

Иосиф чистый и егда нищ1163 бяше,

и во богатстве доброты являше.

Даниил пророк с отроки святыми

между народы живе поганскими.

Сердцем угоден Богу небесному

и делы службы цареви земному.

Мардохей, Есфир пребогата быста1164,

а смирением гордость1165 победиста1166.

И мнози ини Богу угождают,

аще богатствы много обладают.

Тако чрез ухо иглы велбуд ходит,

тесную скважню горбатый проходит.

Богатства убо да винит никто же,

многим бо оно к небеси поможе.

Равне в нищете да не уповает

убогий, ибо не она спасает.

Но во обою доброта хвалится;

кто стяжет ону, на небо вселится.

Богатству сердца не прилагати

Река текущи, вещи уношает,

яже при брезе своем обретает.

Аще1167 богатство течет человеку,

да непщует то быти себе реку,

Хотящу сердце его похитити

и в мори1168 адстем1169 вечно затопити.

Ни да приложит сердца си оному,

повинуяся пророку святому,

Рекшу: Богатство аще притекает,

сердца никто же си да прилагает.

Богатый1170

Земля, злата и сребра жилы держящая1171,

не обыче та1172 быти плодоносящая.

Точне, иже богати сокровищем многим,

неплодии суть Богови и людем убогим.

Богатых обычай

Богатым1173 есть обычай щедро раздаяти

сребро тым, иже ведят кощунства деяти,

И на суеты мира; а где подобает

в ползу нуждную дати, богачь скуп бывает.

Болезнь

Иулий кесарь с полки ратных в пути бяше

и в некоей хизине нощь спати хотяше,

Но услыша воина, излиха боляща

и без крова с иными на земли лежаща1174.

Изьиде из хизины, болну место дате,

сам без крова на поли с вой нощеваше.

О, царския1175 милости! Кто не почюдится1176,

како воин кесарем любится и чтится!

2

Инок благоговейный многажды боляше

и то в посещение Божие вменяше.

Единою чрез лето ему прилучися

не болети, тем зело он опечалися

И глаголаше к Богу1177: Боже, сый в небеси,

векую мя посетити ныне забыл еси?

Непобедима Твоя есть милость святая,

не престани болезнми мене посещая1178.

Готов аз еемь на раны за вся моя злобы,

точию исхити мя адовы утробы.

О, дивнаго инока, терпелива зело,

на болезни издавша тленное си тело,

Да душею здрав будет! Того подражати

всем верным подобает, любезно страдати

Вся болезни, паче же Господа просити,

да зде грехи изволит в милости казнити,

Яко же преблаженный Августин творяше,

иже ко щедру Богу сице вопияше:

Зде мя сецы1179 и пали, а даждь вечно жити,

зде казни, а в будущь век изволи щадити.

3

Юноша некто1180 плотию боляше,

здравия себе безмерно желаше.

Благоговейный мужь, то созерцая,

глагола ему сице, увещая:

Вещи1181 полезны избыти хощеши,

егда здравия сице желаеши.

Аще бо еси злато, болезнь тебе

огнь к чищению1182 угодный1183 потребе.

Аще железо, сей огнь тя чищает,

ржы1184 греховныя1185 тебе свобождает.

Болезни врачевство

Врачевство есть болезни и печаль толится,

егда кто сболезнуяй кому проявится.

Паче, аще есть кому болезнь си сказати,

и ту есть нека сила ону утоляти.

Болшему уступити

Светилник, возжъженый1186, тму нощы просвещает;

в день, яко менший, солнцу1187 действа1188 уступает.

Тако менший во тайне может глаголаши1189,

в явлении же болшу должен уступати1190.

Боязнь

Бойся геены1191, та ся не кончает;

тартара бойся, сей не угасает.

Убойся и тмы, та не просветится;

тмы1192 червей бойся, яко не мертвится.

Брань

Брани в мире откуду начало имеют?

Яко чюждая люди своити умеют.

Два местоимения1193: мое се, не твое,

кроволитие деют во мире многое.

Аще бы речения та в людех не быша,

не бы взаим мечами кровей си пролита.

2

Желание богатства1194 брани возбуждает,

увы, главами многих то ся набывает.

Тварь1195, словесную сущу, меним зле за злато,

ничто бо оно, токмо есть желтое блато.

3

Хотяй во благостынях1196 живот провождати1197

не может от противных брани не страдати.

Егда бо токмо в уме своем предлагает

благо жити, абие враг брань начинает.

Возбуждает ненависть в своих угодницех,

возгнетит1198 пламень гнева во злых человецех.

Наченша правду в суде прилежно хранити

правды не хранящий тщатся изгоните.

Воздержание вземшу1199 опилци стужают;

кротка мужа гордии люте обхуждают.

Правы глаголы мужу тщащуся вещати

лживии человеци1200 тщатся спону дати.

Чисто слово из устен аще кто пущает,

зла сквернословцев спира тому ся ругает.

Имать кто щедру руку милостыню дати,

скупец лицемерием начнет клеветати.

Тако добродетели от злобы иныя

выну страждут наветы и досады злыя.

И во правду речеся, что хотящым жити

благочестно о Христе, нужда лежит быти

Терпящым гонение. Подобне и сие:

Житие человека есть искушение,

Или паче брань, ибо враг выну ратует,

токмо Господь1201 на него1202 нам да пособствует.

Брань молитвою крепка

Меч потребен на брани, но паче молитва,

тою бо преблаженно съвершается1203 битва.

Иисус Наввин бися, Моисий же молися,

Амалик молитвою, не мечем, побися.

Егда бо Моисий руце к Богу воздезаше,

тогда Иисус враги крепко побеждаше;

Егда1204 же1205 Моисий руце име низпущенны,

тогда Амаликов полк бываше крепленны.

Мечь убо во1206 руках всем1207 годствует держати,

а молитву от сердца к Богу возсылати.

Брань душы с плотию

Плоть и дух в человеце всяком пребывают,

выну же друг на друга бранно наступают.

Имут своя воинства1208 в пособие1209 рати,

взаим тщатся победу над собою1210 взяти1211.

Плоти похоть, чювствия, страсти помагают1212,

уди вси, мечтания и1213 мысль работают.

Дух веру и надежду, и любовь имеет,

и вся добродетели, ими же брань1214 деет

На похоти плотския и на оны воя,

а различна изводства видим того боя.

Но частее победа плоти ся случает,

а1215 она пленники си1216 во ад посылает

Князю тмы века сего в жестокия руки1217,

не в работу краткую, но на1218 вечны1219 муки.

И сама плоть такожде1220 огнь имать страдати,

егда ю со душею имать Бог в ад дати1221.

Духови паки едва когда то случится,

яко плоть от воинства его победится;

Но святая победа онаго бывает,

ибо душе победный венец возлагает

И Царю небесному к горнему Сиону

во чести превелицей1222 посылает ону,

Не в горце пленении и работе быти,

но во сладце пении и свободе жити,

Иде же в конце веков и плоть возвращенна

душе будет, во радость вечну водворенна1223.

Помози убо, Христе, духу на той брани

пособием Ти силным, преко1224 плоти стани,

Да духа победою душами спасемся,

во царствие небесно в чести воведемся.

А плоти не попусти1225 победы стяжати,

да никогда торжества сподобится знати.

Да раболепна будет си победителю,

яви нам милость сию, Христе Спасителю.

Мы благодарственная хощем нести Тебе,

и на земли живуще, даждь и в светлом небе.

Братство

Есть братство крове и братство Христово,

лучше же сие есть, нежели ово.

В братстве бо крове зла вражда бывает,

един другаго часто убивает,

Яко же Каин Авеля1226 убил есть,

а Иакова Исав брать1227 гонил есть;

И еже обще прилунится быти,

без при и гнева не могут делити.

Христово паки братство мирно зело,

своя общает друг1228 другу1229 весело.

Не кровь бо тленна сие сочетает,

но любовь вечна крепко содружает.

Бремя

Хотяй на гору взыти1230 бремя низлагает

в юдоли, да без него удобь поступает.

Нам, правоверующым, комуждо есть требе

на вечну ити гору, яже есть на небе.

Имамы же велико1231 греховное бремя,

еже днесь низложити угодное время,

Потом же не леть будет. Убо низложити

тщимся покаянием, да бы1232 легко ити.

Низложим еще бремя и богатств, нам данных,

да внидем во град нищих, к Лазарю собранных.

2

Еже Бог бремя нести возлагает,

человек того да не отрицает,

имать бо быти в ползу обращенно,

что возложенно.

Божия1233 воли благо есть слушати

и, что Он велит, прилежно делати,

а выше силы не будет то дело,

глаголю смело.

Не весть бо Господь бремене даяти,

его же не леть есть кому двизати,

а трудящимся помощь посылает1234

и мзду воздает1235.

Будете, яко бози

Враг человека в рай лукаво прелщаше:

Будете, яко бози, Евве глаголаше.

Ругася он в то время, но сам есть прелщенный1236,

ибо человек потом Бог есть сотворенный1237,

Не по существу убо, но по благодати,

и возможе демона ногами попрати.

И тако, в нем же хоте род наш посрамити,

тем же1238 делом заслужи сам посмеян быти.

Буйство

Буй муж каплю щастия паче избирает,

нежели ума делву, ничто же бо знает.

Буйство грешных

Велие буйство грешных человеков,

яко1239 всех Творца отпадают веков

И вдают себе в демонския сети,

иже в огнь влечет во веки горети.

О, буйства люта, яко себе сами

смертными грехов язвляют стрелами!

Всех же благ душы бедныя лишают,

егда от добра вечно1240 отпадают.

О, безумия! Суще омовени

кровию Христа, предраго куплени,

Скверными грехи сами ся каляют

и за сласть мерзку душы си продают.

О, премудрости Христе небесная,

даруй нам знати делеса десная,

Шуих гонзати и всякаго буйства,

Тебе поддати, Боже1241, наша чювства.

Изми ны сетей1242 и огня вечнаго,

сподоби жизни рая небеснаго.

Бытия степени

Различно человеци во мир изведени,

мнози бо суть нашего1243 бытия степени.

Первый бе во Адаме, ни отец, ни мати

роди его, но сам Бог изволи создати.

Вторый степень1244 – во Евве, та из мужа бяше

Богом, яко из отца, матере не знаше.

Третий – общий всем людем изводити дети,

всякому чаду отца и матерь имети.

Четвертый в Христе Бозе степень проявися,

точию из матере, без отца родися.

Разве сих1245 возможно ли1246 человеком быти?

Аз о силе Божией несмь силен судити.

Бегание из церкве

Брат некий на молитве уныло стояше

и во время пения из церкве бегаше,

За что от началника много наказася,

но нимало исправлен быти1247 показася.

Авва рече братии молитву творити,

еже бы уныние брату отложите.

По дву днию молитвы во церкви стояху

и мала ефиопа пришедша видяху,

Иже за воскрилие риз брата влечаше

из храма, а он по нем неспорно идяше.

Изъшедшу1248 же из храма вси ся удивиша

и паки о брате1249 си Господа молиша.

Егда же вси1250 из храма купно изьидоша,

брата празно1251 ходяща того обретоша.

Тогда началник брата жезлом си побил есть.

а зане же смирися. Бог й ущедрил есть.

Даде ему охотность во церкви стояти,

не к1252 тому соборныя милитвы1253 лишати.

Бегати

Бегаем1254 проказою мужа поврежденна,

паче бегати нужда злонравием1255 тленна1256.

Проказа бо токмо плоть обыче вредити,

а злонравие душу весть въконец губити.

Бегати злых

Слон козла смрада ради прескоро гонзает,

муж благий злонравнаго тако да бегает.

Бедство1257

Бедство: конем бегати, чрез море плавати,

под мучителем лютым живот провождати.

Бедство в пути

Исраиль ветхий, егда исхождаше

с Египта в Сион, препинаем бяше

множеством градов, твердо1258 остененных,

вооруженных1259.

К1260 тому и земля народ поглощаше,

иже в тех странах в то время живяше;

исполинове зело страшны1261 бяху,

гибель прещаху.

Что бедным людем видеся1262 творити?

Точию слезы горкия1263 точити,

найпаче бывшым без утвержения

их спасения.

Точне новому слезы подобают,

яко отвсюду врази окружают:

демон, мир и плоть велиции зело

настоят смело.

А мы помощи недостойни свыше,

яко гневаем Господа излише,

но милость Его грешныя милует,

помощь готует.

Беды нудят ко Богу

Егда Авесолом отца прогневаше,

ко умолению средствия искаше.

Посла к Иоаву, вожду полков царских

и многих общнику тайн государских.

Моля, да приидет к нему и поможет

здравым си советом, поелику может.

Он же небрег молбы, ити1264 не хотяше

и тем царска сына зело огорчаше.

Что1265 же Авесолом? Рабы посылает

и севбы на нивах его сожигает.

Тако понужден быв. ко1266 Авесолому

Иоав прииде из своего дому.

Совет сотворил есть, како благодати

от отца воможно1267 сыну восприяти.

Нечто подобное и Дух Святый деет,

егда милостию ничто в нас успеет.

Обыче бо казни тяжки насылати,

да тыя возмогут к нему убеждати.

Елма убо кому беды досаждают

по согрешении, к Богу понуждают.

Да бы обратился; убо1268 требъ знати,

яко во печалях к Богу притекати

Зело есть полезно, не унылу1269 быти,

но покаяние по гресех творити.

Беды добрых

Векую обыче Господь добрым попущати

людем беды лютыя во мире страдати?

Да подобии образу будут1270 Сына Его.

беды страдавша во1271 дни странствия1272 Своего.

2

Беды1273 и скорби1274 благим благо деют,

аще точию терпети умеют.

Не того ради скорбь я угнетает1275,

да озлобленны оны содевает,

Но да благость их будет проявленна.

яже внутрь сердец бяше утаенна.

Грозды точило елма согнетает1276,

сладкое вино из них изтекает.

Точне маслины, егда ся стаскают.

сладостный елей из себе пущают.

Класы пшеницы обычно1277 есть бити

или топтати, да бы отлучити

Зерно от плевел, иначе во класе

согнити имать в неколиком часе.

Огнь палящь злато и сребро чищает,

прание платно бело содевает.

Подобне беды, благим напущенны,

благости онех творят проявленны,

И еже худо внутрь их обретают,

то от благости добре отлучают.

3

Добро1278 есть добрым беды своя знати,

да бы безбедно в небо шествовати.

Тех же числом осмь мудрии считают,

яже подробну сице полагают.

Беда первая – вина первородна,

съпадшая1279 на ны от отца всеродна,

В нем же, согрешшем, и мы согрешихом;

не ядше плода в рай, винны1280 быхом.

Яко с Адамля семене1281 исходим,

праотча греха общницы ся родим.

Вторая беда греха делом суща,

душу в погибе1282 вечную ведуща.

Его же никто может избежати,

кроме Божия живущ благодати.

Третия беда – немощь превелика,

обдержащая1283 всяка человека.

Ею же к злобе приклонни бываем,

неудобно же ко благости встаем.

Четвертая есть беда превелики

нищеты мира, яже человеки

Благия часто люте озлобляет,

егда и нуждных житию лишает.

Пятая беда – от злых гонения,

лишающаго нас утешения.

Еже той может удобно страдати,

кому изволит Господь помощь дати.

Шестая беда есть искушение

врага проклята на злотворение.

Ему же может той противен быти,

кто тщится с Богом лета своя жити.

Седмая беда есть грядуща века

вечна погибель грешна человека.

Ея же муж добр удобь избегает,

яко, ту помня, злобы отбегает.

Осмая беда скорбна, но спасенна –

епитимия, за грех возложенна,

Юже кто чистым сердцем совершает,

беду на радость вечну изменяет.

4

Иаков1284 святый велит нам страдати

беды всякия1285, слезити, рыдати1286.

Рыдати, беды вся познавающе,

им1287 же подлежим, грешни люди суще.

Грех бо виновен от начала века

бед всех, на грешна сущих человека.

Второе – беду вины обрыдати1288

нам подобает и казнь налагати,

Да не изволит Бог за ню казнити,

но кающымъся милость си явити.

Третие – в слезах должно пребывати,

во терпении вся скорби страдати,

Яже в жизни сей нам ся приключают,

судбами Бога посланы бывают.

Четвертое – нам хранити есть требе

вечныя муки, разсуждати в себе,

Покаянием тыя искупати

зде, да бы тамо онех не страдати.

Пятое – беды вражих искушений

терпети нужда и лютых гонений,

За ня же в небе мзда вечна готова

от Христа Бога, Бога Отца Слова.

Шестое – требе чужды беды1289 знати,

яко судом си соболезновати1290.

Се бо небесну Отцу зело годе,

таковы селит во вечной породе.

Седмое – труды жизни сея требе

непрестанными стати в светлом небе,

Трудящым бо1291 ся покой тамо будет

и радость, яже во веки пребудет.

Наконец, нужда от бед воздыхати

странствия сего к небесной полате,

В жилище вечно, в очество1292 святое:

О, даждь нам, Христе, получити тое.

Не1293 всегда Господь от бед избавляет.

егда праведник молбы возсылает.

Хощете вину тайны сея знати.

подобие се1294 изволте читати.

Яко нудужный1295, егда воспалится

внутрь себе огнем и просити тщится.

Да бы хладныя дано воды пити,

еже бы огнь той в себе утолити,

Аще зря врача, тощно возглашает:

Зри, яко огнь мя всего сожигает1296;

Виждь, зело стражду, ни могу терпети,

прииде время от жажды умрети.

Се дух исходит, уже умираю;

даждь воды мало, слезно умоляю.

Доколе1297 имам толь люте страдати?

Ты не хощеши мя помиловати.

Услыши, молю. И подобне многа

вещает, воды1298 прося ради Бога.

Тогда врачь мудрый ему отвещает:

Вем, прелюбезне, когда подобает

Воды ти дати. Еще да терпеши1299;

милосердия еще не узриши,

Ибо та милость лютость есть велика,

в гроб реющая болна человека.

И твоя воля1300 противна есть тебе:

вреднаго хощет, претерпети требе.

Тако Господь Бог. вся съвершенно1301 знаяй,

меру милости Своей полагаяй,

Иногда гласа не хощет внушити.

аще и тощно нудимся просити.

Весть, что полезно и что ны вреждает;

ово дарует, сие отрицает.

Иногда1302 паки, да бы искусити,

или в теплшыя1303 молбы возбудити.

Да. яко в огни, мужа изваренна

в чистоте, в правде явит совершенна.

Апостол, егда оному стужаше

пакостник плоти. Господа прошаше

Трикраты тощно, да изволит дата,

еже1304 не к тому пакости страдати,

Не бысть услышан, молба1305 отречеся.

Благодать Моя довле ти, речеся.

Сила ся1306 Моя в немощи свершает,

Бог рекл, терпети тебе подобает.

Тако и иным весть Бог отрицати

прошения их и не подаяти1307,

Чесого молят1308, а векую. Сам знает.

То есть известно: добра нам желает.

Ты, читателю, да ся не сумниши1309,

егда молбу ти не вняту узриши.

Подчини твою волю воли Бога,

и дастъся1310 тебе1311 свыше радость многа.

Даст ти на земли, еже в ползу требе,

и жизнь вечную во пресветлом небе.

5

Хотящу1312 с враги1313 подвиг совершати

многия беды нужда есть страдати

В хладе и в1314 гладе, в трудех требе быти,

с дерзновением на брань исходити.

Точне праведным беды подобают

и скорби многи, елма совершают

Брань духовную, аще венцы славы

хотят красити верх своея главы.

В

Варавва1315

Иудеи излиха Бога прогневаша,

егда себе Варавву1316, не Христа избраша.

Подобне и днесь оным1317 тии согрешают,

иже с грехом, не с Богом жити избирают.

О безумия страшна! Ради малы сласти

не усумневаются от Бога отпасти!

Оле буйства велика! За тленно богатство

Бога оставляют и небесное царство!

Оле изумления! Тварь предпочитают

Творцу, егда сердца си тленным прилепляют!

Вдовство

Закон естества вдову поучает,

да ся от сластей всяких удаляет;

А в благодати мертва та зовется

вдовица, яже сластно питается.

Сласть бо грех родит, иже умерщвляет

душу, тако смерть душевна бывает.

Вредно есть вдове много раб имети,

часто на тыя весело смотрети.

Найпаче, иже красно устроени,

брад не имуще, власы утрефлени.

Лица их стрелы во сердце1318 пущают,

неопасную вдову уязвляют1319,

И девы красны, яже живут с нею,

дух красотою летят ея своею.

Елма бо оны женихов желают,

между собою дерзостно играют.

О тех их песни1320, о тех всяко слово,

а вдовы сердце любити готово.

Срам возбраняет любве изъявляти1321,

а в персех пламень – нужда есть страдати.

Аще девицу в супружество дает,

сама во тайне месте воздыхает.

Не реку, плачет, тако бо явится

слезами, еже во сердци таится.

Глаголет1322 вдова1323: Мужа не желаю,

до смерти тако уже пребываю.

Но не есть твердо сие ея слово,

сердце жениха1324 любити готово.

Славится токмо, да во чести будет,

но сей цвет славы недолго пребудет.

Егда бо жених лепый проявится,

абие ему в область поручится.

Повержет вдовство, волит1325 быти мати,

неже едина в ложи почивати1326.

Сия о юных вдовах провещаю,

о старых1327 ино слово помышляю.

Обаче может1328 и во юных быти.

яже до смерти хощет в вдовстве жити.

Сицевой велми блюстися есть требе,

зазора в людех1329 да не стяжет себе.

Едва бо не вси1330 обыкли зазрети

хотящей выну без мужа седети.

Что яст и пиет, камо, како ходит,

зрят, и с коими1331 лицы дружбу водит.

Мало от чина, то вси осуждают,

и что не бяше, миру оглашают.

Тем же, о вдово, всесохранна буди

от дел таковых, яже блазнят люди.

Не имей раба красна пред тобою,

ни в красну ризу одежди плоть твою.

В доме ти пиров да не сотвориши

и на чуждыя да не участиши.

Гусли ушию да не услаждают,

очы1332 на землю твои да смотряют.

Ягодиц твоих да не румяниши1333,

бровей1334 не черни, лица не белиши, –

Вся бо сия суть1335 страсти буждение,

наводящая всех осуждение.

Аще начнеши вина довле пити,

трудно можеши чистоту хранити.

Вино бо мужы святыя прелщает

и девы в жены удобь претворяет.

Трезво, смиренно буди тебе жити,

аще хощеши в чистоте пребыти.

Блуднаго веема опасися ока,

да кроме всяка живеши порока.

Молитва тебе выну подобает

и дело благо, еже рука знает.

Жилище твое яко церковь буди,

мало да видят по стогнам тя люди.

Честныя вдовы тя да окружают,

девы чистыя ти да работают.

Да гнило слово от них не слышится,

но слава Богу всеми да гласится.

Тако в целости вдовство сохраниши,

за чистоту мзду в небе получиши

И у человек добре прослывеши,

правая вдова реченна1336 будеши.

Велий кто1337

Кто есть велий во1338 мире, хощете ли знати?

Иже выше суетствий1339 мирских весть1340 стояти1341

Веление1342 противное1343

Бог от Евреов1344 жертвы иногда хотяше,

а Фараон я плинфы делати нуждаше.

И днесь Господь дел благих от верных желает,

а демон на лукава делеса прелщает.

За благая дела Бог мзду готует благу,

а за злая злу возмут, иже раби врагу1345.

Избери убо тебе. еже сердцу годе,

или во аде быти. ли в горней породе.

Вервь Божия1346

Неудобь треплетена1347 вервь ся1348 растерзает,

Екклисиаст1349 во книзе нам своей вещает.

Тако твердою Господь вервию ны к Себе

на всяко влечет время, да будем на небе:

Любовию и срамом, купно же и страхом.

Вервь любве суть благая, яже восприяхом

И приемлем по вся дни от Его десницы,

недостойни тех суще, грешни человеци.

Вервию влечет срама, егда представляет

образы нам святых муж, незрящих срамляет.

Вервь страха прилагает, казнию прещая,

иногда временныя язвы налагая.

Кто ся сею вервию не привлечет к Богу,

вовлечется иною во1350 муку премногу.

Вервь демонская

Вервь треплетену1351 враг на ны1352 готует1353,

ею же пленив1354, верныя связует.

Первая – похоть очес ны хищает,

второе1355 – плоти похоть уловляет,

Третия1356 – гордость живота ны ловит1357:

сими1358 похитив1359, враг грешники томит.

Но аще кто я хощет растерзати,

се орудия имам ему дата.

Очию похоть удобь растерзает,

кто в милостыню1360 злато си раздает.

Похоть же плоти постом сокрушится,

тако бо буйство ея укротится.

Гордость живота молитва святая

вконец истребит, сущи смиренная.

Веселие духовное

Миролюбив1361 муж радости не знает,

яже духовных сердца исполняет;

непщует выну в печали ты быти,

присно тужити.

Но раби Бога живаго1362 велие

имут внутрь себе в сердцах1363 веселие,

еже добрая совесть им раждает

и обещает

Блаженство вечно, к тому сравнения

ни мала имут мира веселия,

яко1364 же чеснок манне не равнится,

ни подобится.

Исрайлтяне1365 его же желаху,

и лука точне; о манне стужаху.

Смрадная пища радость изъявляет,

юже мир знает.

Ея же паки не весть он, чрез манну

ведите быти прообразованну.

От тоя1366 аще кто1367 козмик вкушает,

мир презирает.

Та не внешними чувствы1368 объемлется1369,

но в сосуд душы во ум приемлется.

Не от струй твари, но из моря Бога

течет премнога.

Мирская радость бедами истлится1370,

духовная же теми не1371 малится1372.

Паче во скорбех та ся разширяет,

Бог умножает.

Пир Валтасаров в печаль обратися,

егда Суд пишем на стене1373 явися.

Царь возмутися, вси ся ужасоша,

в своя текоша.

Иродов точне приде1374 в1375 смущение1376

за Иоанна1377 главы сечение.

Вси мира пири тако ся кончают,

в плач ся вращают.

Не тако умный в душах пир бывает,

той бо1378 на всяк час выше возрастает

и не престает даже въврасти в неба,

в дом жизни1379 хлеба.

Веселие есть1380 истинное1381, еже о Бозе

Мир юдоль плача древле наречеся,

яко никогда радость обретеся

в нем постоянна; аще бо явится,

мало светится,

Яко вся зело воскоре преходят,

яже зде радость временную родят.

По ней же паки печаль ся вращает,

люте стужает.

Аггел Товии стару глаголаніе:

Да водворится радость в сердце ваше.

Он же отвеща, прием слова силу,

ко Рафаилу:

Кая ми радость будет, в тме седящу,

света1382 небесна нимало видящу?

Тако несть радость в тме греховней сущим1383,

зол путь текущим1384.

Токмо сущии в свете благодати

мощни суть радость истинную знати,

яже о Бозе в дуты ся вселяет

и просвещает.

Есть же о Бозе, тогда веселие

постоянное и зело велие,

егда кто умом си в Бозе вселится,

тем веселится.

Яко имамы Отца всебогата,

всесилна, мудра, прещедра, всесвята,

Иже нас деля сущая создал есть,

в сыны1385 призвал есть.

Есть же повсюду, мысли наша знает,

видит вся нужды и молбы внушает.

Врач есть недужным, скорбным Избавитель,

всем Покровитель,

Всеистинный же по делом Воздатель,

даров небесных Безмезднодаятель.

О Нем аще кто чисто веселится,

той не прелстится.

Веселие есть1386 истинное Христос

Радость Исраиль ветхий имеяше,

егда кто от враг его свобождаше,

от них же часто в пленении1387 бяше1388,

люте страдаше1389.

Вящшая нову радость подобает

о Христе Бозе, яко Он спасает

от враг душевных, от вселюта ада

Адамля чада.

Иисус Христос, должни мы писати

на сердцах наших и усты вещати

выну всечестно Имя1390 пресвятое

и всесладкое.

В Нем бо1391 держится1392 дело строения

человеческа рода спасения,

еже во триех делесех бывает,

все совершает:

В1393 искуплении1394 и оправдании1395,

славы вечныя во доровании1396,

ими же что нам хоте Христос дата,

изволь читати.

Искуплением свободил из ада,

из рук демонских и смертнаго яда,

иже есть грех злый, душы повреждаяй

и убиваяй.

Оправданием Отцу1397 примирил есть,

из врагов сыны Ему сотворил есть

и наследники славы содевает,

в небо вселяет.

Прославлением имать то нам дати,

еже в небеси вечно царствовати,

по скорбех мирских вся блага прията,

в них вечновати.

Сия1398 Христос1399 Бог1400 всещедро нам деет,

тем имя Его кийждо да говеет;

услышав оно, да возвеселится

и поклонится.

Веселие мира есть1401 суета

Церковник1402 мудрый егда царствоваше,

во всяких вещех богат зело бяше.

Сам он глаголет: Сотворих ограды

и винограды1403.

Насадих древа плода всероднаго1404,

вкусу гортани зело угоднаго;

купели создах, мнози раби быша,

иже служиша.

Скоты и стада стяжах пребогата,

множество сребра и доволство злата,

имений много, собрах сладкопевцы

и виночерпцы.

Стяжах премудрость, имех вся велия,

не браних сердцу всяка веселия,

и очи мои что-либо хотеша,

свободно зреша.

Но по сих зрите, что он же вещает1405:

вся та суету светло нарицает;

и не без правды, скоро бо преходят,

а грех мног родят.

Долго ли вино гортань услаждает?

А коль бед много лютых1406 содевает:

свар и убийство от того исходит,1407

то болезнь родит.

Кая есть радость лики1408 составляти,

аки без ума1409 скакати, плясати?

Безчинно действо верным непотребно,

душам бо вредно.

Что о богатстве, кая полза с него?

Выну печалит державца своего,

а неискусна душу погубляет,

во ад вселяет.

Что честь велия может ползовати?

Скорби, печали весть та умножати,

отъемлет покой, а ум надымает,

гордость раждает.

Не могут долго веселити сия;

да ищет кож до радости иныя,

яже духовне ум возвеселяет,

вечна бывает.

Ветхий человек

Что есть ветхий человек, знати1410 подобает,

кто-либо извлещися онаго желает.

Есть порок, иже оста от греха перваго,

и налог приклоняли к творению злаго,

С ними же похоть плоти досадная зело,

палящая злолюте рода наша тело1411.

Вечеря небесная

Вечеря небесная будет превелика,

юже строит рабом Си Царь всех и Владыка.

В Священном Писании1412 пир есть похваленный1413,

иже от Артаксерккса1414 царя устроенный1415

На неколико1416 время, богато и славно;

но той яко сень прейде, яко всем есть явно,

И царь, и пировници древле упомроша,

и пищи вся сладкия въмале исчесоша1417.

Вечеря же небесна во веки пребудет,

донеле же Бог небом обладати будет,

И пировници ея никогда окончатся1418,

и1419 сладости пределы никим положатся.

Та вечеря – блаженство небесныя хвалы,

есть уготованнная от Господа славы,

Да по трудех временных вечно покоимся,

по гладе сего мира довле насытимся.

Различныя же пищы тамо поставятся,

всегда ядомы суще никогда снедятся.

Тыя же духовныя, ибо в светлом небе

снедей, плоти приличных, никому же требе.

Первая1420 пища святым тамо представится1421:

здравие без немощи, ибо не вредится

То вечно в человецех, но в крепости будет.

Тоя пищы желати кто от нас забудет?

Вторая1422 пища: юность тамо без старости,

яже в мире виновна бывает слабости.

Вси1423 во1424 Христове веце имут в небе быти,

ни на степень к старости тленней поступити;

Иже в мире един час точию пожиша,

или чрез тысящу лет дни своя числиша,

Равни тамо предстанут во красней юности

и точни имут быти1425 чрез весь день1426 вечности.

Третия1427 пища1428 тамо: сытость без остуды

угодником Господним будет за их труды.

Тамо всякая душа довле насытится,

егда слава Господня от нея узрится.

Четвертая1429 снедь тамо: красота вечная,

никоего порока в себе имущая;

Тамо бо праведници светло возсияют,

яко же по стеблию искры возблистают.

Паче же, яко солнце имут светли быти,

тма никогда же онех имать помрачити.

Пятая1430 пища будет плоти безстрастие

и тояжде от силы душы1431 безсмертие,

Ибо ничто же имать телу досадити,

или, е1432 изменивше, к смерти приближити,

Ей же тамо несть место, но во слезном аде,

живот же безконечный во небесном граде.

Шестое1433 будет брашно1434 без скудости полность,

внутрь же и от вне благих всяческих доволность,

Ибо что-либо душе и телу есть требе,

всего изобилие будет в светлом небе.

Седмое1435 тамо брашно: мирно сожитие

без разгласил1436 всяка, во Бозе бытие.

Осмое1437: безбоязнство, ибо не боится

никто тамо, да вечных благ не отщетится.

Никто бо тамо крадет, никто разбивает,

вечный покой всех сердца превозвеселяет.

Девятая1438 снедь в небе: знание свершенно,

ему же невеждество не будет смешенно.

Всяческая святии имут тамо знати,

яже потребна будут; Бог хощет являти.

Десятая1439 снедь тамо слава имать быти,

ея же безславие не будет1440 мрачити.

Первая на десять1441 снедь: сладко веселие,

еже имать во веки быти превелие,

А печаль ни едина может препинати;

тамо ей места Господь не изволи дати.

Вторая на десять1442 снедь: свобода вечная.

О сих радость родится всем безконечная.

Общая же та брашна святым имут быти,

о особных немощно есть мне известити.

Искуством она1443 самем вам знати желаю,

к сим присно1444 воздыхати точно увещати1445.

Сказую1446 то известно, яко глад страдати

имать вечный, кто пир сей1447 весть пренебрегати.

Неищущии пира сего имут в аде

в неутолном, яко пси алчни, быти гладе.

Неищущии пира сего имут в аде

в неутолном, яко пси алчни, быти гладе.

Взаим даяние1448

Домад1449 рече: Кто другу сребро взаим дает,

друга и сребро свое купно погубляет.

Се негли того ради, яко гнев ся родит,

егда сребро си взяти давый1450 к нему ходит.

Паче же множицею зла вражда бывает,

и во наших временех сие ся случает.

Видение

Человек та зрит, яже суть явленна;

Бог же вся видит, яже утаенна.

Видение Бога

О видении Бога учитель великий

Августин свят вопросы деет неколики,

И сам отвещания кратка на ня дает,

да бы нам разумети, сице разсуждает:

Аще мя вопросиши, леть ли Бога зрети?

отвещаю, яко леть есть1451 нам И1452 смотрети.

Речеши: Откуду вем? Аз ти отвещаю:

Чистии сердцем узрят Бога, обретаю.

Како убо невидим Бог Ся нарицает?

По естеству Своему невидим бывает.

Может же, егда хощет, Сам виденны быти.

и кому, когда, како хощет Ся явити.

Речеши: Аще токмо Бога соглядают,

иже чистоту сердца целу соблюдают,

Како убо нечестный Каин Его зряше,

егда Богом обличен о убийстве бяше?

Знай, яко не вси видят, иже глас внушают,

мнози точию в гласе Бога познавают.

Яко, иже глас, Христу реченный, слышаша:

Прославих и прославлю, а Бога не зреша.

Вопросиши и паки: Аще мощно, како

Сам в Себе есть. Онаго видети нам тако?

Веждь, яко сыном Его то есть обещанно,

ибо явлшуся точни будем, есть сказанно.

Вопросиши: Откуду можем И видети?

Отнюду же аггел и могут Его зрети,

Им же мы равни будем и уподобимся,

егда в царствии Его быти сподобимся.

Вопросиши ли: Како невидим бывает,

поне же в неприступном свете обитает?

Невидим естественне, но может зрим быти,

егда кому изволит лице Си явити.

Но никим никогда же тако зрим бывает,

да Ся зрением чиим весь определяет;

Но1453 воеже бы Его достойне нам зрети,

вся зла приключения нужда есть терпети,

За злых бо страдание хощет Бог воздати

нам по заслугам, лице Его созерцати.

Вина

Един от многих закон кто пренебрегает,

всех законов Дателя люте оскорбляет.

Тако в едином винный всех винен судится

и по вине праведно судящим казнится.

Вино

Полезно есть вино, но греха блюдися:

множеством чашь1454 того ума не лишися.

Сладко оно в гортань обыче входити,

но адскую горесть весть в души родити.

21455

Вино сердце веселит, но и упояет,

тем же мерность в питии его да бывает.

3

Андрокид кровь землену1456 вино нарицает,

ин же мудрец кровь нищих оно прозывает,

Убо кровь нищих тии людей испивают,

иже в мнозе пиянстве1457 век свой провождают.

4

Излишняя светлость очы помрачает;

излишество вина здравие вреждает.

5

Мернопитое вино в здравие бывает;

излише приятое излише1458 вреждает1459.

6

Аще вина во меру кто употребляет,

то сердце утвержает и возвеселяет.

Тожде аще безъмерно ким употребится,

во яд плоти и душы1460 вредный претворится.

Тако еже естеством полезно1461 бывает,

наша злоба то вредно люте содевает.

Не в вине убо вина есть вреда толика:

безвинно вино, в нас есть вина превелика.

7

Лоза грозды сладкия обыче раждати,

их же кровию тела леть есть услаждати.

Но душу сладящее вино источает.

Иже Лоза1462 истинна1463 Сам Ся нарицает.

Христос Господь: от Него небо веселится

и весь собор праведных Онем упоится.

Егда на пир небесный будут воведени

и пищею вечною обилно почтени.

О блажен, иже того пира сподобится!

Радостию без конца той возвеселится1464.

8

Вино хвалити или хулити – не знаю,

яко в оном и ползу, и вред созерцаю.

Полезно силам1465 плоти, но вредныя страсти

возбуждает силою свойственныя сласти.

Обаче дам суд сицев: добро мало пити,

тако бо здраво творит1466, а не весть вредити.

Сей Павел Тимофею здравый совет дате,

той же совет да хранит достоинство ваше1467.

Вино новое

Новое вино повнегда1468 вливают1469

в мехи ветхия, меси ся терзают.

Новое вино есть Христос Спаситель,

в Евхаристии верных Упоитель.

Ветсии меси суть в злобе сущии,

обаче к Тайнам Святым грядущий.

В сицевы мехи аще ся вливает

вино се1470 ново, веема я терзает.

Первый во образ Иуда дадеся,

иже, пив оно, полма1471 расторжеся.

В недостоинстве иже е приемлют,

не в жизнь вечную, но в суд и в1472 смерть вземлют.

Власть

Всякая власть от Бога, Он бо благи дает

властелины1473, а злыя за грех попущает.

Веема убо должно есть власти почитати

и в благих велениих им не пререкати.

Противник бо сый власти Богу ся противит,

за что Господь отмститель, иже благих живит.

2

Бог власть дарует народы1474 правящым1475,

златыя1476 скиптры1477 в десницах держащым.

Тем же я должни вси суть почитати,

гласа слушати.

Властелин глава, прочий же люди

суть1478 во гражданстве, яко в теле уди.

Глава все тело, власть люд управляет

и промышляет.

Тем же на царех венци1479 суть златии,

яко из чинов они изъятии,

в них же камени честнии блистают,

то знаменают,

Яко ко чести припряжеся бремя,

отъемлющее все покоя время.

Началником си весь народ стужает,

суда протает.

Вси я говеют, их же долг хранити,

еже когождо по правде судити,

на лица силных и сродных не зрети,

равн суд имети.

Еще блюстися оным подобает,

да в сердца гордость никогда вхождает,

та бо гнев Божий наводит жестокий

на сан высокий.

Навходоносор древле горд явися,

о Вавилоне в сердцы1480 си хвалися,

яко прекрасен и крепок наздаше,

но зле страдаше,

Ибо его же забыл1481 Бога бяше,

от того раба1482 казни суд прияше1483,

яко есть нужно ему в поле ити

и зверю быти

Различновидну, и траву с скотами,

из нив прозябшу, терзати зубами.

Едва пророк1484 суд сконча1485 изнесенный,

бысть совершенный,

Ибо царь в дивна зверя преложися,

избежа в поле. Кто не устрашися?

И нача скотен между скоты быти,

на поли жити.

Оле чюдесе1486! Им1487 же Бог смирил есть

гордаго царя, нискоро простил есть!

Ибо седмицу лет тако живяше,

зверь пребываше.

Даже на конец со умом собрася,

и винен быти Вышнему познася.

Отверг1488 же гордость из сердца, смирися,

слезно молися.

Тогда Бог скорый, еже миловати,

изволи ему милость Свою дати.

Вид привратил есть; людие познаша,

на престол взяша.

Сие есть должно умом разсуждати,

ему же дал Бог миром обладати,

и смирение усердно любити,

тем1489 Бога чтити.

Елико бо кто сам себе смиряет,

толико Господь его возвыжшает

и не престанет, даже и на1490 небе

представит Себе,

Еже нетленным венцем увенчати,

за смирение вечную честь дати,

во обителех светлых водворити,

во веки жити.

Внушение

Многих Бог не внушает по их хотению,

да внушит глас их о том, что есть к спасению.

Тогда же не гнев им Свой, но милость являет,

ибо, добра им хотя, злых не попущает.

Гнев паче изъявил бы, аще то подал бы,

его же на зло свое некто возжелал бы.

Тако врачь в фебре сущым воды не подает,

зная вредну ту быти, а он благ желает.

Возвращение1491 чуждых1492

От праведных имений милостыня1493 честна,

та приходит во руце Господа небесна.

Та грехи чистит, душу смерти избавляет

и в царствие небесно по смерти вселяет.

А еже неправедне сребро соберется1494,

обижденным конечно то да воздается.

А тым1495 несущым, сродству то отдано буди,

разве аще ближнии изведутся люди.

Тогда Церкви и нищым мощно раздаяти,

от маммоны1496 неправды други си стяжати.

Иначе милостыня1497 неприятна Богу

и пути не устроит к небесну чертогу.

В первых убо, аще что кому похищенно,

обижденному буди веема возвращенно.

Паки, еже лихвою богатство собранно,

обижденным да будет и сие отданно.

Еще, что от подданных1498 неправо вземлется

нуждею владеющих, им да воздается.

К сим, святопроданием что будет стяжано,

святокупцем да будет некосно отдано.

Да ся оба каета за грех той лукавый,

и купивый святая, и та же продавый.

Наконец, краденая вещ да возвратится,

могущым1499 бо отдати грех не оставится.

Сицева имения и точная многа

не взятна в милостыню1500 от праведна Бога,

Разве аще никако мощно возвратити,

или возвращением беда имать быти.

Тогда1501 духовна1502 мужа1503 совет восприяти

полезно и по тому сребро расточати.

Не о сребре же токмо сие знати требе,

о всех злых стяжаниих всяк да мыслит себе.

Ризы, скоты и села нужда возвращати,

и все ино, что чюждо1504 может ся назвати.

Иначе неподобно есть спасенну быти,

аще кто не воздает, могий возвратити1505.

Воздаяние

Кто-либо в дом свой Христа Господа прияше,

комуждо возмездие благое творяше.

На браце в1506 Галилейстей Кане егда был есть

в скудости вина, воду в вино претворил есть.

Симоном фарисеем елма учредися,

тогда грешница от грех1507 многих свободися.

Егда в дому Закхея мытаря виташе,

спасение домови его1508 всему даше.

Паки у фарисея в дому возлежал есть,

водный труд имевшему здравие подал есть.

Матфей же Христа Бога брашны1509 учредил есть,

а Господь апостола его сотворил есть.

У Марфы и Марии Христос Бог витал есть,

брату их умершему живот даровал есть.

В дом Петров елма вниде, тещу уздравил есть,

веема везде благая людем Он творил есть.

Тако и нам достоит благая деяти,

во воздаянии благ Христа подражати1510.

2

Христианско есть дело досады страдати,

а злобы никако же за зло воздаяти,

Но паче побеждати благостию злое,

дело то воистинну есть божественное.

Зло паки воздаяти за дела благая,

воистинну есть сия злоба демонская.

Егда же кто за добро добра1511 содевает,

человеческо дело тогда1512 совершает,

А егда кто зло за зло тщится сотворити,

лютосверепу зверю1513 хощет точен быти.

Ты, человече, хоти лучшее избрати,

еже за зло благое людем воздаяти,

Да будеши подобен Богу всещедрому,

не людем, ни демону, ни зверю1514 лютому.

Воздаяние злое

Василий святый, хотя честь воздати

Иулиану, умысли послати

Хлебы ячменны три, яже имяше1515

и сам во пищу плоти приимаше.

Посла1516 усердно, чая благодати,

но злый отступник зле тщася воздати1517,

Посла бо за то Василию сена,

рек: Се за ячмень буди ти премена.

Скотску ты пищу ячмень дал нам еси,

скотску и от нас сено в мзду отнеси.

Святый же отец сице отвещаше:

Что сами ямы, то бысть тебе наше

Приношение; ты же воздаеши

веема снедь скотску, из нас ся смееши.

Подобне мир сей обыче творити,

за дары честны худыми дарити.

Кто ему службу и дружбу являет,

многажды вражду во мзду познавает.

Или тленныя вещи, точны сену,

миролюбивым дает во замену.

Не тако Господь Бог нам содевает,

за дары худы благия воздает;

За временныя – вечныя на небе,

убо даяти дары Ему требе.

Не хощет Он их, но нам есть полезно,

сице бо стяжем царствие небесно.

Не хощет даров Бог, но воли благи,

та с чистым сердцем дар Ему предрагий.

Тем же две цате нищыя вдовицы

Христос приял есть над многи златницы.

Усердство1518 ея изволил прияти,

паче богатых ей похвалу дати.

Воздержание

Двоицу древес в рай насадил есть

Бог изряднейших, егда мир творил есть:

Едино жизни, веждества1519 другое,

что в мире благо или что есть злое.

От сего ясти древа возбранил есть

прародителем, от ова пустил есть.

Враг же лукавый преко совещаше,

от возбраненна ясти увещаше.

Вкусиша убо и смерть заслужиша,

вся в себе чада своя умертвиша.

Ибо за грех их весь род осудися,

иже во чреслех Адамлих таися.

И в сей юдоли равне усмотряю

двоицу древес, юже извещаю:

Едино жизни, смерти же другое.

Воздержание есть древо святое,

К нему же Господь вся ны приглашает,

яко то ползу многу содевает,

Душу бо от ков1520 врага соблюдает,

ум светло чистит, живот продолжает,

Здравие хранит, в нищету не вводит,

заслуги многи пред Господем родит,

И тако жизни сподобляет вечны,

купно радости в небе безконечны.

Второе древо есть пресыщение,

к нему же демон деет глашение,

Желая злых нам, все бо родит злое

людем грешным то древо проклятое.

Ум помрачает, болезни раждает

и нуждных жизни имений лишает.

На всяку злобу приводит дерзати,

душу лишает1521 жизни благодати.

Врагу пленит ю, тако вечно губит.

Кто убо мудрый древо то возлюбит?

Аз увещаю пост святый хранити,

от пищ и питий превоздержну быти,

Не множеством пищ плоть сластных питати,

Не1522 многим вином1523 стомах исполняти.

2

Здравия мати есть воздержание;

вина болезней – чрева наткание.

Без мяс и вина похоть угасает,

вино и мясо ону возжигает.

3

Воздержание от брашн малу ползу деет1524,

аще друга своего снедати кто смеет.

4

Воздержанием тонку плоть свою имети,

душею же надменно пред други кичети,

Кая есть полза? Или от вина не пити

что ползует, пьяну1525 же1526 ненавистми быти?

5

Воздержанием не плоть, но страсти мертвити

подобает, да Богу возможем служити.

6

Воздержанием часто согрешаем,

егда не злобы, но плоть истребляем;

Страсти во плоти нужда умертвити,

плоть же питати, грети и щадити.

7

Многия пищи вреда тым не деют,

иже воздержно ясти я умеют.

Единым брашном Исав согрешил есть,

яко несытно оно потребил есть.

8

Воздержание аще безмерно храниши,

множицею души ти вред велий твориши.

Плоти бо изнемогшей ум не добр1527 бывает,

разсуждение в меру вся да устрояет.

9

Аще не тщится игрец натягати

струны во гуслех, та не может дати

Сладкаго гласа; тако силы тела

невоздержанна не дают весела

Богови гласа. Убо сохраните

воздержание, тем Богу служите.

10

Адам и Евва невоздержна быста,

весь мир единым яблоком вредиста.

11

Воздержание тогда не хранится,

аще ястия1528 время1529 предварится.

Иоанафан тако согрешил есть,

прежде времене от меда вкусил есть.

12

Воздержание и той разоряет,

кто сластнейшаго1530 брашна1531 взискивает1532.

Исраилтяне1533 сице преступиша,

манну презревше, егда мяс просиша.

13

Воздержание и тем не хранится,

иже строити яд излише тщится.

Тако Илии сынове твориша.

Господа к гневу на ся возбудиша.

14

Воздержание растленно бывает,

егда кто чрево свое пресыщает.

Яко в Содоме жившии твориша1534,

за что казненни огнем свыше быша.

15

Воздержанию и то есть противно1535,

аще и худы пищы хощет силно,

Яко же Исав сочива желаше,

зане же брату первородство даше.

16

Всех тех образов ты, брате, блюдися,

всяко воздержне век твой жити тщится1536.

17

Аще воздержник в злобе пребывает,

демону точна себе проявляет,

Той бо безпищен выну, но во злобе

тлеет всескверный во адстей1537 утробе.

18

Отьими дрова – пламень у гасится1538;

отьими пищу – страсть ти умалится.

19

Пекло, жупел, слама огнь велий раждает;

вино, масло1539 и тук похоть умножает.

20

Мерно от пищы и вина вкушаяй

есть остряй разум, память соблюдаяй.

21

Дрова1540 многая1541 мал огнь угашают,

брашна лишняя1542 разум истребляют.

221543

Яко от огня дым всегда бывает,

тако от вина похоть ся раждает1544.

24

Воздержание мысли благи родит,

добродетели в человецех плодит.

Во всяких делех благия советы

дает и мудры на вопрос ответы.

25

Уне есть мерно по вся дни вкушати,

нежели долго от пищ ся держати.

Пост бо безмерный силу истребляет,

дух уныния и печаль раждает1545.

26

Многу воздержание ползу содевает,

человека в здравии благом соблюдает.

Продолжает житие, весть душу строити,

еже своя делеса изрядно творити.

И страстми владети то1546 деет, ум чищает

и к1547 небесней мудрости прямо обращает.

Добродетели плодит, злонравие губит;

блажен, кто благостыню1548 сию выну любит.

Бог же воздержание воздает благими

во мире временными и в небе вечными.

Отроци еврейстии брашен не вкусиша

скверных во Вавилоне1549 и прекрасни быша.

Моисий четыредесять1550 древле дний постися

и собеседовати Богу сподобися.

Точне Илиа пророк в воздержности1551 бяше,

а Господь в содружество Свое й прияше.

Оба же на Фаворе Христа соглядаста,

славу Си явившаго; исход глаголаста.

Дает воздержания мзду Бог и на небе,

приседети трапезе вечной, а кто ж себе

Тоя обилием сыт быти не желает?

Разве кто во скудости ума пребывает.

Вознесеся Христос

Совершив Христос Господь дело1552 спасения

рода человеческа, не вкуси тления

Во гробе плотию Си; воста в нетлении,

посеща ученики в часте явлении.

Напоследок, извед1553 я на Елеон гору,

вознесеся чрез аер к небесному двору.

Со1554 тленными, сый тли чужд, жити не хотяше,

небесну Человеку небо подобаше.

Прият И небо честно в радости велице,

седшу одесну Отца честь творит Владыце.

Не то1555 содея волхву Симону лукаву,

Божию восхитити хотевшему славу,

Иже, собрав народы, им проповедаше,

яко чрез аер в небо летети хотяше.

Возлете убо нечто бесов служением,

со великим народов всех удивлением,

Иже его за бога хотеша имети,

но небо того врага не хоте терпети:

Елико бо высоко на воздух взнесеся,

толь низко окаянный на землю падеся

И сокруши нозе си, а не умертвися,

да будет во смех людем, тако лстец казнися.

Христос же Бог истинный преславно идяше,

еже лик учеников очима си зряше.

Не1556 отьиде же1557, да ны печалны оставит,

но да свыше вящшую милость верным явит.

В первых же, яко царство Свое глаголаше

не на земли сущее, но в небе сказаше,

Отьиде убо в небо, да в вере крепимся

и по Нем путем благих дел ити потщимся.

Паки, хотя надежду в верных утвердити,

яко и нам некогда тамо требе быти;

Иде же бо глава есть Христос, тамо тело

да чает вселитися и да идет смело.

Еще наставляяй1558 ны горняя любити,

желания ко Богу сердец обратите,

Не мудръствовати1559 земных, токмо небесная,

не гоните дел шуйцы, но яже десная.

К тому, хотя у Отца ходатай нам быти,

прощение грегов1560 и милость упросити.

К сим воеже бы Духа Святаго послати,

яко же учеником изволи вещати:

Аще не пойду Аз, не придет Утешитель,

отшед убо, прислал есть Того наш Спаситель.

По сих учение Си хоте показати

с небес быти и закон, да бы веровати.

Людем без сомнения и тако бы жити,

яко благоволил есть словом Си учити.

Наконец1561, подобаше плоти божественней

по смирении земном быти вознесенней

И достойную заслуг мзду в небе прияти,

светом славы вечныя безмрачно сияти.

Восшел1562 есть убо Господь, мы низу остахом,

да раби ко Господу шествуем со страхом,

К Его вечней трапезе очи да пущает1563,

да просим и ищем, и прилежно толцаем.

2

Елма плоть смертну Бог Слово прияше,

в юдоли1564 плача с людми обиташе.

Егда в безсмертну ту же облечеся,

в радости место славно вознесеся,

Еже с аггелы в небе пребывати,

честь же и славу от них приимати.

Аще же мира сего удалися,

Церковь никако от Него лишися,

Выну бо с нею Христос пребывает,

яко же глава плоть си управляет.

И отшествием Он плоти Своея

многия ползы удом Си содея.

Во-первых, полза Церкви есть велика,

яко на небо возшел всех Владыка.

Да веру нашу велику содеет,

яже в незрима верити умеет.

Блаженни тогда ученици бяху,

елма, видяще Христа, вероваху.

Не менше тыя леть блаженны звати,

иже, не зревше, тщатся веровати.

Сам сицевыя Господь ублажил есть,

егда сумнива Фому уверил есть.

Вторая полза верным сотворися,

яко надежда онех возвысися,

Еже и телу вознестися тамо,

глава онаго вознесеся камо.

Третия1565 полза Церкви сотворенна,

любовь к небеси ея обращенна.

Да сущих тамо потщимся искати,

а яже мира, во ничто вменяти.

Четвертая есть, яко добре знаем, яко не проста мужа почитаем

Славою Бога, но из Бога суща,

тожде существо со Отцем имуща.

Пятая полза, яко божественный

путь нам к1566 небеси, Христом проявленный,

Да бы из странства в отчество желати,

мир сей презрети1567, премирных искати.

Шестая полза. еже1568 заключенно

всем бяше небо, то бысть отверзенно,

Да святых души1569 не во ад отходят,

но во жилища небесная входят.

Седмая полза, яко всем известно,

святым устрой Христос место честно

В радости вечней, еже тамо жити

и во светлости безконечней быти.

Осмая полза, яко Христос в небе

выну ходатай есть в нашей потребе

К Отцу Своему, всегда заступает,

язвы Оному Своя предъявляет,

Да онех ради изволит простити,

что мы дерзнухом пред Ним согрешити.

Девятая есть полза сотворенна,

яко посла в мир Духа Божественна

Христос Спаситель, егда воцарися,

и на престоле Отче посадися.

Десятая же1570 полза1571 нам бывает,

яко всех сердца Христос привлекает

По Себе в небо, да к тому желаем1572

и сокровище тамо наше знаем.

Царствуй же, Христе, в небе во вся веки,

управляй свыше Твоя человеки,

Да и мы в небо возможем1573 приити1574,

с Отцем и с Духом Святым Тя хвалити.

Вознесение Христово

Недолго Христос Господь на земли виташе,

отнеле же из гроба плотию восташе;

Едва четыридесят1575 дни токмо пребыл есть,

по тех во пресветлая небеса вступил есть

Благословных вин ради, яже предлагаю,

яко же в писаниях отец обретаю.

Первая1576 – да закон Си и1577 слово святое

не земно явит быти, токмо небесное.

Вторая1578 – да бы небо1579 было отверзенно,

еже грехом Адамлим бяше заключенно.

Третия1580 – да царство Си явит быти в небе,

не на земли, яко же помышляху в себе

Ученици святии, того да желают,

а не во мире славы суетныя чают.

Четвертая1581 – да плоти Его божественней,

многи раны страдавшей, даже умерщвленней,

Мзда и слава воздастся и место пристойно,

прославленной1582 же плоти небо место стройно.

На земли рождаемых1583 есть и тлимых место,

свободных же тления на небеси есть то.

Пятая1584 – да аггели в небе веселятся

присутствием1585 Христовым и тем украсятся.

Шестая1586 – да по шуйцы1587 досад мира сего

посадится во десных у Отца Своего.

Седмая1588 – да ниспошлет1589 Духа Пресвятаго

на ученики Своя от Отца вечнаго.

Осмая1590 – да Отцу Си воздаст слово дела,

еже1591 в мире содея1592 приятием тела.

Девятая1593 – да по Нем мы сердца пущаем

в небо и тамо умы выну пребываем,

Земная пренебрегше, тамо бо есть наше

сокровище, отчество, тамо Бог ны зваше.

Десятая1594 – да знаем, яко возвышает

того Господь, кто в мире сам себе смиряет.

Первая на десять1595 есть, еже бы являти,

яже за ны изволил раны восприяти1596,

Да теми ходатайство о нас содевает

ко Отцу небесному и в милость скланяет.

Последняя1597 – да, зряще мы возвыжшение

Его по страстех1598 многих, стяжем терпение,

Еже бы самым за то возвыжшеным быти,

мзду в царствии небесном вечну наследити1599.

Воин1600

Воин аще оружий свойственных лишится,

удобь от супостата своего язвится.

Тем же добродетелей и нас враг лишает,

яко1601 оружий, тотом1602 грехми убивает.

21603

Филопатр воин храбрый хром ногама бяше,

Арист аки негодна его осмеваше,

Но он рече Аристу: Ты сердца1604 лишенный1605

на брань, тем же человек неси ты военный1606.

Мне же хромы суть ноги, не могу бежати

с брани, имам же сердце враги побивати.

3

Егда Евреи идол сотвориша,

Господа Бога зело огорчиша.

Согласи Моисий верныя леввити1607,

повеле мечем согрешшия1608 бити.

Егда же слово делом сотвориша,

братию свою за грех той побиша,

Боговидцева уста глаголаша:

Днесь посвятисте Богу руки ваша.

Точне днесь воин руце посвящает1609,

егда за веру враги убивает.

Сам же умерый от меча вражия

не лишен будет милости Божия,

Наипаче аще тщится тако жити1610,

еже заветы Божия хранити1611.

4

Лев егда ходит, ногты1612 сопрятает,

разве на корысть1613 тех употребляет.

И воин мечь свой должен сопрятати,

токмо на враги извлечен держати.

5

Кто в дому лев есть, зайчествует в рати,

прилежно смотрит, камо убежати.

Воля1614

Навклир парусы строит. Бог ветры пущает;

Бог много, навклир мало корабль устрояет.

Тако в благих делесех Бог онех правитель,

а человек от малы части есть творитель,

Яко свободну волю1615 подчиняет Богу,

за то имать прияти мзду в небеси многу.

2

Самоволен человек. Богом сотворенный1616,

и никогда от Него бывает нужденный1617.

Огнь и вода пред лицем нашим положися,

что ти годе явится, к тому обратися.

Обаче ко благому Господь увещает

и различными средствы от зла отвращает.

Самоволству без вреда выну всяка сущу,

ни мала насилия от Бога имущу.

Блажен же человек есть, аще изменится

от злыя воли и на благу преложится.

Ту бо ся спасение наше начинает,

егда воли годное зло ум отвергает,

И елма о том слезы1618 будут источенны1619.

о нем же прежде бехом зле возвеселенны1620.

И противне, егда то потщимся любити

благо, его же воля1621 не хоте творити,

И еже презерахом, восхощем1622 искати,

и его же гонзахом1623, добро1624 будем1625 гнати.

Си измена есть Бога щедраго1626 десницы

ходатайством Марии, небесе Царицы.

О Пресвятая Дево, изволи молити,

да бы в сей прежеланней нам измене быти,

Да не еже аз хощу, произвожду в дело,

но Богу волю мою да подчиню цело.

Еже Ему есть годе, то бы ми творити,

а свое хотение зло искоренити1627.

3

Не веди1628 в жертву Богу упитанна вола,

но да будет покорна твоя ему воля.

Воля свободная

Корабль на море елма ся пущает,

навклир парусов недра простирает.

Ветри, веюще, женут, камо требе,

навклир и ветри нуждни в сей потребе.

Точне жизнь наша в мире сем витает:

человек воли парус простирает,

Бог пособием в ту, як в парус, веет,

тако корабль наш ко небеси спеет.

Воли нашея и Бога есть требе

со пособием, да будем на небе.

Парусов кроме ветр не помагает,

без воли нашей Бог ны оставляет.

Волк мысленный

Кто есть волк, овцы Христовы хищаяй,

или единство онех растерзаяй?

Григорий1629 папа на то отвещает:

Волк, кто смиренных души озлобляет.

Волк, и невинне чуждая хищаяй,

и неправедне навет содеваяй.

Волк есть, ереси иже начинает,

люте бо овцы Христовы глощает1630.

Но тех особней волк есть дух лукавый,

на стадо верных вся козни сковавый,

Иже, яко лев, въкруг1631 стада бегает,

да хитит овцу, престрашно рыкает.

Волк он есть, яко все стадо владычне1632

наветом своим разгонит различна.

Иныя на блуд скверный убеждает,

ины к лакомству злата возбуждает.

Иным гневливым совеицает быти,

иным на гору гордости всходити.

Неким же зело услаждает зависть,

другия острит на злую ненависть.

Многия нудит, еже клеветати,

лжю глаголати и славу терзати.

Се есть волк лютый, стадо разгоняяй1633,

вся искушенми1634 овцы разсыпаяй.

Волсви трие

Христу рождшуся, волсви с восток1635 приидоша1636,

честными его дары смиренно почтоша.

Первому имя Малхир, стар же и сед бяше,

власы его и брада долга украшаше.

Сей, яко царю, Христу в дар принесе злато,

а царствие небесно стяжа себе за то.

О предобрыя купли1637 волхва сего, се бо

нетленную за тленну вещ купи си, небо.

Второму имя Каспар, чермен лицем бяше,

юноша бе, на браде власов не имяше.

Ливан благоуханный1638 даде1639, яко Богу,

главу си приклоняя1640 до1641 стоп1642 святу ногу.

За что в1643 сладковонное небо преселися,

ибо послежде крещен. Богу всыновися.

Третий Валтасар, лицем Ефиопским1644 был есть.

сей миром драгоценным Христа Бога чтил есть

Во знамение, яко умрети хотяше,

смертию Си деяти спасение наше.

За то миро мир вечный приобрел есть себе

и жизнь безсмертну, ибо водворися в небе.

Волхв

Волхвы к немощным иже призывает,

Врача небесна оныя лишает.

2

Прелестно демон волхвом послугует:

мало утешив, вечный огнь готует.

31645

Иже от волхвов будущая знает,

огневи в пищу сам себе вергает.

Воплощение Христово

Егда Бог Слово восхоте1646 плоть быти,

изволи Свою дивность проявите;

Дивно бо дело велми сотворил есть,

разстоящая два соединил есть:

С человечеством Божество Святое,

на1647 ипостаси единой обое.

Чесого ради свойства1648 ся общают,

праведно взаим вещанна бывают.

Бог бысть человек. право есть вещати;

человек Бог есть, мощно глаголати.

Сие единство познайте колико,

во величество превзиде толико.

Яко вящшаго не леть сотворити

Богу Самому, изволте судити.

Человек с Богом егда съединися1649,

выше не может того вознестися.

Ничто бо выше есть Бога Святаго,

убо единства не ищи выжшаго.

О превелика любы божественна!

Тако возлюби человека тленна,

Яко изволи плоть на Ся прияти

Бог Сын и за ны лютая страдати.

Иже невидим человеки бяше,

да видим будет, взят естество наше.

Необьемлемый обьятен явися

и безвременный летом подчинися.

Всяческих Господь зрак рабий1650 приял есть,

нам же, рабом Си. господство1651 подал есть.

Бог, страстей чужд сый, бысть человек страстный,

безсмертный в Себе смерти бысть причастный.

Сия вся любы Его сотворяет,

что убо Ему всяк воздаст, да знает.

Любве за любовь Он от нас желает

и ту во ползу нашу обращает.

Да тою небо может1652 заслужити

и в нем наследство вечно получити.

Возлюбим убо прежде возлюбивша,

да почитаем зело ны почтивша.

Дадимся1653 Ему, а Он, взем ны Себе.

возмет от земных и водворит в небе1654.

21655

Облачится кто в ризу1656, а два помогают1657

ему в облачении, три дело свершают,

Обаче облеченный един в ризу ову.

Тако воплощения нам тайну Христову

Разумети есть требе, ибо Тройцы дело

всея, яко Бог Слово облечеся в тело.

Благоволи бо Отец, Дух содействоваше,

а един Сын в естество облечеся наше.

Три члени1658 в персте, перстень на едином,

три лица в Бозе, плоть есть токмо с1659 Сыном1660.

31661

Удобь бе падение Адаму страдати,

но1662 неудобь от него бе самому встати.

Нужда бяше на землю Богу низходити,

от люта падения его возводити.

Тем же Бог Сын изволил плоть на Ся прияти

и тако падший род наш Собою подьяти.

41663

Чесо ради изволил Бог Слово плоть быти?

Три1664 изрядншыя вины мощно положите.

Искупление наше вина есть первая,

наставление на путь благий есть вторая,

Третия1665 – образ доброт, да на Нь возглядаем,

по подобию Его себе устрояем.

51666

Велия царска милость подданым бывает,

им же богатство, славу и честь умножает.

Вящшая, аще чию1667 дщерь во жену себе

поймет, ту благодарства величайша требе.

Блаженный дом сицевый мощно нарицати,

ибо всякия нужды может пристяжати

Ходатайством царицы, вся тому готова

дому за молебная жены царски слова.

То нашему естеству блаженство случися,

егда Божие Слово вочеловечися.

Недоволен1668 бе Господь Адама создати

по образу Си и нас, и много благ дати.

К тому естество наше Себе сочетал есть

ипостасным единством, аки в1669 жену взял есть.

Его1670 же ради много благ нам содевает,

богатит благодатми, честь и славу дает.

Выше того, хощет ны1671 в небе водворити

и общники царствия Своего творити.

О благость необъятна непостижна Бога,

тако дарования готует нам многа!

Что-либо нам есть нуждно от Него просити,

леть за воплощение1672 сподобленным быти.

Сию милость разсуждше, что можем воздати

всещедрому Богу за ты благодати?

Воздадим самы себе, да бы нам служити

на всяко время Ему и тако явити

Знамя благодарствия, а Он всеконечно

в царствие Си небесно приимет ны вечно1673.

61674

Слово1675 сердца нашего внутрь нас пребывает,

потом, елма глаголем, в глас ся1676 облекает

И является людем, обаче осташе

не отступивше сердца, в нем же прежде бяше.

Тако Божие Слово предвечно родися

внутрь Отца, послежде1677 же в мире воплотися.

Пребываше со людми, а во Отце жило1678

неотступно, яко же прежде плоти было1679.

Востание

Из греха велика скоро востается,

ибо1680 грех1681 великий удобно знается.

Пренебрегоми же малии бывают,

тем же мнози из них надолзе не встают.

Восток Христос

Векую ся восток Христос нарицает?

Яко от Отца выну Ся раждает,

и не престает.

Восхищение Павла

Свыше призванный гласом Христа Бога,

откровения имеяше многа.

Когда же в небо третее взят бяше,

не достизает видение1682 наше.

Мудрии егда лета сочисляют,

к началу веры его то сношают

И повествуют, яко, егда был есть

слеп во Дамасце, ни яде, ни пил есть.

Тогда восхищен в небо, ли в рай бяше,

неизреченны глаголы слышаше.

Слепо1683 бе тело, но дух очит зело,

виде бо Бога в небе превесело.

О преблаженна слепота такая,

ей же вослед суть зрения святая!

Враг

Всякое дело твое ублажаяй

не друг есть тебе, но враг, тя прелщаяй.

2

Иже Пребожественней Тройце1684 работают,

от триех врагов лютых борими бывают:

От мира прелестнаго, от плоти злострастны

и от демонски силы, излиха напастны.

На сию злую тройцу Тройца Пресвятая

даде нам оружия зело полезная1685.

На мир есть всех1686 суетий его презрение,

на плоть – всех страстей ея1687 злых умерщвление,

На демона – советов1688 Его поправие1689;

теми1690 вечно бывает торжествование.

3

Добрым злии суть врази, того бо желают,

да я во погибели лютей созерцают.

Учитель1691 их диавол тому научает,

яд свой ими на люди1692 благи изливает.

Тако Савл завистный Давида гоняше,

истребити1693 от земля оного1694 хотяше.

Аман же злочестивый от злобы своея

повесити тщашеся честна Мардохея.

Верныя истребити жела Иулиан,

с ним же Диоклитиан1695 и враг Максимиан.

Фараон Иудеи вселюте1696 томил есть

и мужеский пол в воде еврейский топил есть.

Но безумнии врази ров себе копают,

во нь же напрасно впадше, сами погибают.

Ибо и Давид виде Савла убиенна.

и Мардохей Амана срамно повешана1697.

И мучители ови сами погибоша,

христиан истребити никако могоша.

Исраиль Фараона виде потопленна,

пучиною Чермнаго моря погубленна.

И инии такожде враг си гибель зреша1698,

иже им зло лютое деяти хотеша1699.

Моисий бо1700 и Аарон очесы си зряху,

егда Корей, Авирон, Давин1701 погибаху.

Святый1702 царь Езекия зело весел бяше,егда1703 трупы врагов си лежащы смотряше.

И с градом си Иудиф светло веселися,

егда Олофернова глава повесися.

Царь великий Констянтин1704 светлоличен бяше,

елма в реце тонуща Максентия зряше.

А того паче имут веселие взяти,

егда имать я Христос в огнь вечный сказати.

Не о отмщении же та радость их будет,

но яко в свершении истинна пребудет.

Аще убо, братие1705, суть вам1706 неци врази,

не творите им злаго, но будите блази.

Благостию их злобу выну побеждайте,

Учителя вашего Христа подражайте,

И восприимете мзду1707 за сие немалу,

небо с животом вечным и многу похвалу.

Врагом добротворение1708

Христос повелевает враги нам любити,

злобы онех1709 множеством доброт1710 победити.

То бо христианское благо отмщение –

за злая дела врагом добротворение.

2

Трудное людем дело враги си любити

и злодеющым себе благая творити.

Тягостно кленущыя есть благословляти

и о гонителех1711 си мол бы возсылати.

Но Господь бремя сие1712 верным облегчает,

егда мзду превелику за то обещает.

На ню же възирающым1713 мощно вся деяти,

яже благоволил есть Господь завещати.

Страшно бе с Голиафом на брань исходите,

неудобно видеся щуда победита.

Тем же Исраилстии вой трепетаху,

на исполина силна ити не дерзаху.

Что убо Савл деет? Много обещает.и се абие Давид на щуда дерзает.

Малый на големаго1714, ни же посрамил есть

Савла и полк его, ибо победил есть.

Обет Савлов бяше во зятя прията,

аще возможет Давид врага зла попрати.

Нас же Бог в сыны хощет восприяти Себе,

аще трудность победим в реченной потребе.

Давиду богатств много Савл обещаше,

нам же царство небесно Бог уготоваше.

Мало бе Давидови даров предложенно,

обаче его сердце на брань возбужденно.

Нам безмерно велию1715 мзду Бог обещает,

всяк убо на той подвиг да ся устремляет.

Мал труд сердцу содеем, аще понудимся,

но мзда велия, ибо вечно воцаримся.

Врази в пути

Ветхий Исраиль подвиг мног имяше,

егда с Египта в Сион град идяше,

везде бо врази пакость содеваху,

путь препинаху.

Точне новому подвиг взяти требе,

жити хотящу во пресветлом небе;

вражия козни нужда есть познати

и истребляти.

Врази три1716

Кийждо человек врага си имеет,

иже пакости1717 в пути ему деет.

Мир, плоть и демон обычно стужают,

рай заключают.

Торжище кратко, в пути беда многа,

нуждна есть сладость Божия чертога.

Кто ж ту1718 хищает? Нужду деяй себе

вселится в небе.

Вран Ноев

Вран, иже из ковчега Ноем испустися,

обрет трупы, не к тому в корабль возвратися,

Но от едина1719 трупа на другий леташе,

донде же утонути, теми ся питаше.

Точне богатитися хотяй содевает,

аки из трупа на труп лакомо летает,

Егда из торга на торг, с греха в грех приходит,

из злобы в1720 злобу1721, токмо да прибытки родит1722.

Не вращается в ковчег Христа благодати,

тако нужда бывает в бездне утопати.

Врата в небо

Святое Писание мощно врата звати,

яже учителие ведят отверзати

Ключами языков си. Сими вход бывает

к истинне веры живы, яже впровождает,

Яко же дверь творая1723 ко Самому Христу,

Его же даде нам Бог за Дверь исту чисту,

Да очистшеся от грех, идем Им1724 к1725 чистому,

во нь же скверна не входит, граду небесному.

Аз есмь дверь, рече Христос, иже Мною идет,

вечну пажит обрящет, елма в небо внидет.

Сими дверми, братие, троими ходите,

Бога в Тройце едина онеми ищите.

Тройцею дверей Тройцу обрящем Святую,

пошли нам, Христе, милость на то действенную.

Врачь

Врачь аще сечет, палит, досаждает,

страдалец любит1726 и мзду ему дает.

Душевна паче требе есть любити,

хотяща язвы смертныя целити.

Аще и жесток негли ся являет,

та бо жестота смерти избавляет.

2

Врачи ови найпаче блажими бывают,

иже не чрез рабы си1727 болных посещают.

Но сами приходяще, касаются делу

и пособие деют уязвленну телу.

Низложше1728 с плещу паллий, лентие приемлют,

тем препоясавшеся, от раны отъемлют

Платенца и своима персты отщущают1729

раны и в них смердящий оток очищают,

Не гнушающеся тем, но вся тощно деют,

яже хитростию си во ползу умеют.

Сицев Врачь Христос Господь показася быти,

ибо Сам с небесе к нам изволил приити

И отлож ризу славы, в плоть препоясася,

и за дело врачевства всеприлежно взяся.

Разреши связанныя1730, язвы ощущаше,

оток грехов чищая, всячески целяше.

И не преста делати, даже совершил есть,

недугующий род наш от язв устрабил есть.

И аще въпред случится нам язвенным быти,

благоволил врачевство в Церкви оставити:

Тайны божественныя, да теми целимся,

егда на душах наших паки уязвимся.

О всеблагий се Врачь есть, предобрый Целитель,

с небесе в мир пришедый Христос, наш Спаситель!

Ему же за ту милость1731 что хощем воздати?

Аз от сущих во мире ничто могу знати.

Добр наших не требует, не мзда Ему за то

имения пространна, сребро же и злато.

Жертва хвалы точию приятна Оному,

яко всеми благими зело богатому.

Потщимся убо хвалу Ему возсылати,

благодарство за милость выну воздаяти1732.

Врачь Христос

Недужный аще врача изгоняет,

врачь во болезни его оставляет.

Он же, не зная себе врачевати,

приходит в нужду, еже исчезати.

Мы вси немощни тяжкими грехами

и целитися не умеем сами.

Прииде убо Христос ны целити.

Иже и мертвых силен есть1733 живити.

Врачь пренебесный, всемирный Целитель,

от смерти рода земна Свободитель.

Но мы, увы нам. Того отгоняем,

егда1734 пластыри1735 Его отвергаем1736

Здравотворныя, то же часто зело.

Сие Онаго понуждает дело

Оставляти ны в недузе лежати,

потом душами вечно погибати.

Престаним убо Того мы гневити,

да не приложим злобами грешити;

А Он готов есть нас уврачевати,

в болезни место здравие подати;

То же безмездно, токмо покоримся,

заповедь Его творити потщимся.

Врачевание

Немощствуя1737, к Богу прежде обратися,

та же врачевствы плоти от врачев целися,

Да Бог даст и врачю ум недуг твой познати

и во врачевствах1738 силу благодействовати.

Без Божия помощи врачь не помогает1739,

и врачевство вящшую язву содевает.

Врачевство на грехи

Приде мних некий ко врачевней газе,

взискуя целбы греховной проказе.

Рече ко врачю в смирении слова:

Повеждь ми ради имене Христова,

Аще имаши былие лечебно,

на грехов болезнь скорбящым потребно?

Врачь даде ответ, всем полезный зело,им же духовно грехми страждет тело:

Аще хощеши болезнь исцелити,

подобает ти совет мой хранити,

Иже ти буди сицевый от мене:

Послушания поищи корене,

Терпения же листвие приими

и расплоди плод чистоты со всими

Добродетелей превонными цветы,

яже смешь купно, потщися сотрете

Во1740 беззлобия1741 котле, и в сосуде

всесмирения съсыпано то буди.

Раствори посем слезными водами,

а милостыни1742 пореж щедротами.

Возгнети под ним огнь любве ко Богу,

им же теплоту елма примет многу,

Братолюбием тщися прохладите,

да возможеши от него вкусите

Покаяния лжицею святаго,

а помощию Всемилостиваго

Стяжеши целбу, здравие влучиши,

аще сей совет верно сохраниши.

Аз бо истинно тебе совещаю,

тебе, як себе, здравия желаю.

Время1743

Всяческое1744 дело время устрояет1745,

безвремение же оно истребляет.

Добро есть во ино время глаголати,

во ино же1746 лучше слово удержати1747.

21748

Преступство, егда требе есть слова, молчати

и в молчания время слово разширяти.

3

Воин в потребно время мечь1749 свой извлекает,

в таково же язык твой слово да вещает.

4

Муж некто преподобный Господу молися,

и се душа плачюща оному явися.

Вопросившу ответа: Аз есмь осужденна

на муки вечныя и во огнь воверженна

За множество грех моих. Но то люто бремя

стражду, яко благое погубих аз время,

В не же мощно ми бяше Богу угодити,

не во аде, но в небе безконечно жити.

О тщеты великия время си губящих,

и пагубна1750 делеса во оном творящих!

5

Летит время си часами

во дни, в нощи, як крилами.

6

Быстрая река бреги подмывает,

время жизнь нашу выну сокращает.

7

В кое время исправа жизни не творится,

то яко погибшее тебе да вменится.

8

Злато погубленное может ся нажити1751,

времене же претекша несть леть возвратити,

Обаче мы о злате печални бываем.

а время во суетах мира иждиваем.

Не зрим, яко все царство хотел бы царь дати

за един час, слез ради, внегда умирати1752.

9

Время чювственная вся и чювства свершает,

тоже послежде силу действа раздрушает.

Время златое

Златое время въправду леть есть нарицати,

отнеле же дал Христос закон благодати.

Ибо ныне возможно1753 небо всем купити

и нетленным богатством1754 пребогатым быти.

Не ценою же злата, но за добродетель

царствие небесное продает Спаситель.

Имей добродетели, небо будет твое

и за саму нищету пристяжеши тое.

Сам Христос царство нищих поведает быти,

кто убо не потщится онаго1755 купити?

Тем же благодарствие за то благодати

должни мы есмы Богу щедру1756 возсылати,

И блаженство велие причитати себе,

яко Господь угоди нас грешных потребе.

Прежде нас пожившии окаянни бяху,

толики бо милости Богом не прияху.

Во тме неведения век свой проводиша,

демоны въместо Бога истиннаго чтиша.

Сотворша всяческая Бога не познаша,

царствия небеснаго1757 никако стяжаша.

Кроме света истинны мира отьидоша,

в тму непросветимую адскую впадоша.

Оле окаянства их! Мы же преблаженни

Христовым пришествием есмы сотворении.

Он бо, Солнце истинны, свет нам даровал есть,

идолослужителства тму смертну прогнал есть,

И свободу от ада изволи дарствити,

и небостяжанию добре научити.

Аще убо премудрый Сократ тем хвалися,

яко в граде Афинстем1758 родися1759, учися,

И аще Македонский Филипп весел бяше,

яко Бог Александра ему дароваше

Во Аристотелева учения лета,

да общник его будет премудрости света,

Много паче нам должно радость восприяти

и хвалитися о том, яко в благодати

Время рождени есмы, можем бо набыти

небесныя мудрости и во веки жити.

За вся же сия славу возсылаем Тебе,

Боже в Тройце единый, живущий на небе

Ведение

Благо есть человеку веждество имети,

но како держателно, нужда есть умети.

Суть бо, иже ведети, да ведят, желают,

сии оплазивости порок набывают.

Суть, хотяще вежества, да ведени будут,

сии тщетна суетства неудобь избудут.

Суть, и иже ведети1760 усердно желают,

да на скверны прибытки дар той обращают.

То же мытоимство есть, пред Богом скаредно

и душам продающих1761 вежество си вредно.

Но1762 и еще1763 инии желают ведети,

да бы назидание1764 духовно имети.

Сие же есть разума похвална у Бога,

сицевым благодать есть готова премнога.

Напоследок, неции тщатся много знати,

да бы иныя люди благо назидати.

Сие дара любве есть и угодно Богу,

заслугующее мзду и вечну, и многу.

Два токмо последняя веждества суть честна,

прочая неполезна, яко суть прелестна.

Зрите убо, веждество хотящий взяти,

како в ползу душевну то употребляти.

Иначе, полезнее без вежества жити,

нежели то стяжавшым в казни вящшей быти.

Веждество

Веждеству1765 образ древний даяху,

зрящую в нощи сову писааху;

Яко бо она во тме созерцает.

тако в трудностех вежда дела знает.

Век сокращенный

Иже прежде потопа во мире живяху,

чесо ради век долгий жизни си имяху?

Днесь, тогожде естества человеци суще,

много меншая лета суть в мире живуще.

Пять вин того разнствия мощно знаменати,

яже видятся правду уму представляти.

Первая вина – яко иже тогда бяху,

доброустроение во плоти имяху,

Еже в последних вецех излиха растлися,

чесо ради житие наше сократися.

Вторая вина – яко превоздержни быша,

яко требе, по мере ядоша и пиша

Перва века людие. Днесь меры не знают;

много ядят. а болше того испивают,

Чесо ради болезни в телеси родятся,

и1766 с теми дние наши ко кончине тщатся.

Третяя вина, яко тогда вся снедная

много лучшая бяху, неже нынешняя1767.

Ибо потопом земля много повредися.

чесо ради плод ея силы си лишися.

Тем и ядущих1768 себе не толь укрепляет,

едва частицу неку силы древних дает.

Четвертая вина есть, яко и на небе

действо светил лучшее бе живших потребе.

Ибо во изряднейшей стране мира бяху,

иже тогда житие свое провождаху.

Пятая вина – яко мало людей бяше,

да умножатся убо, долг век Бог даяше.

Ныне1769 же вселенная людми наполнися,

даже едва воместно миру1770 сотворися.

О часть малую земли днесь ся убивают,

едва воздуха волно во потребу1771 дают.

Тем же лета изволи Господь сократити,

да бы сицевым злобам во людех не быти.

Век

Век настоящий многи услаждает,

но мали, яже в небо устрояет.

Многи зовет Бог на пир вечный к Себе,

но мали тщатся, да бы быти в небе.

Не хотят путем тесным шествовати,

узкими враты в радость прохождати.

Оле безумства! Временная любят,

за та вечная вся благая губят.

2

Яко цвет селный скоро оцветает,

тако человек век свой преживает.

Венец

Егда благая дела Бог твоя венчает,

на Своя тогда дары венец возлагает,

Что бо имаши, чесо свыше не взял еси?

Благодатию убо будеши в небеси.

Вено

Вено1772 со дщерми обычно дается,

егда некая мужеви вдается

Во супружницу. Что же демон дает,

егда лжю, дщерь си, человеку вдает?

Геенна и огнь от него дарится,

множество червей к тому приложится.

О вена злаго! Его же гонзайте,

и дщерь демоню злобну обругайте!

Вера

Светилник не елеем, но огнем сияет,

но огнь сам без елея скоро угасает.

Тако вера не из дел бывает рожденна.

обаче онех кроме тщетна, умерщвленна.

Веру убо з1773 делесы сьединити1774 требе

хотящым душам жити и быти на небе.

2

Корень здравый ветви здравыя пущает,

листвием и плоды древо украшает.

Тако вера блага имать плодна быти.

плоды делес благих из тебе1775 родити.

Аще же неплодно древо пребывает,

сечется и во огнь въвержено бывает.

Тако, аще вера без благ дел пребудет,

во огнь вечный душа воверженна будет.

3

Тело без душы мертво; вера умерщвленна,

аще с делы добрыми не будет спряженна.

4

Глас Иаковль, руце же Исавли имеет,

иже, веруя добре, лукавая деет.

5

Во часех зубец един аще отломиши,

всех колес течение тако удержиши.

Подобне в вере аще един член растлится.

вся, яко часы, вера унепотребится.

Тем же собори1776 ничто1777 велят отьимати

от состав веры, точне ничто прилагати.

6

Верити1778 Бога есть умом держати,

яко есть Господь, могий вся создати.

Верити Богу есть всем веру яти,

яже изволи Господь глаголати.

Верити в Бога есть во Нь ум вперити

и волю, яко в цель свой, обратити.

Чрез веру, любовь в Онаго нестися,

си вера жива, леть ею спастися.

71779

Хотяй дом себе духовный создати,

основание1780 должен усмотряти.

Да крепко будет, иначе падется,

аще1781 и1782 к небу стенми вознесется.

В доме духовном вера есть основа

по сведетелству апостолска слова,

Юже да крепку1783 имате, слушайте

и средства ея тощно сохраняйте.

11784

Первое1785 средство, что вам Бог являет –

веруйте присно1786, ум да ся склоняет

На слово Его без испытания.

сего требует Бог почитания.

2

Второе средство – духи искушайте,

от Бога ли суть, и ум1787 прилагайте

К словам, аще суть праздна сумнения,

известен ли путь в них есть спасения.

3

Третее средство – аще светло зриши

Божий глас быти, да ся не сумниши.

Яко о воде Моисий усумнися,

за что вшествия в1788 град Сион лишися.

41789

Четверто средство – да благовременно

сие творится дело преспасенно;

Не от легкоты, некосно, ни въскоре,

тако леть быти в Бога жива дворе.

5

Пятое средство – Символ Святый знати

и члены его крепко веровати;

Не обще токмо, но чинно, подробну,

тако содеем вещ, Богу угодну.

61790

Шестое средство – да основание

веры дел благих имать наздание.

Ибо основу тщетно полагает,

иже ничто же на нем назидает.

К тому, мертва есть вера кроме делес

благих, ни вводит в чертог светлых небес;

Яко же взаим и дела благая

без веры не суть пред Богом живая.

Вы, любимицы1791, веру сохраните

живу1792 и дела не мертва творите.

Да сами живот стяжете у Бога,

внидете в радость небесна чертога.

Вера христианская

Вера христианская Христом насадися.

Божественным же Духом зело утвердися.

Многими свидетелствы1793 Богом укрепленна,

тем же истинна, свята, всяко божественна.

Первое сведетелство1794 есть инстинны ея,

согласие род многих, приемшых1795 от нея

Звание христианства. К тому, божественных

отец единомудрство, дарми исполненных.

Иже, аще в различных летех, в1796 странах жиша,

обаче един разум веры сохраниша.

Второе сведетелство мученицы даша,

иже за правость веры до смерти страдаша,

Вселютыя болезни крепко презираху1797,

на муки, яко на пир, радостно идяху,

Возглядающе в небо, иде же готова

неизглаголанная мзда от Бога Слова.

Третие – чюдес многих яве творение,

правды христианския во утвержение,

Коих бо чюдес древле отци не твориша

и мученици, егда за Христа терпеша.

Четвертое пророчеств есть исполнение,

еже в верных отьемлет всяко сомнение.

Пятое – яко нрави в людех изменении,

иже веры правыя светом просвещенни.

Гордость во смирение лепо преложися,

зверская лютость в честну кротость претворися.

Волци1798 бывший, яко овцы ся смириша,

аггелско человеци1799 жити возлюбиша.

Шестое – яко мнози1800 сведетелствоваху

о вере христианстей, иже чужди бяху.

Сивиллы во Еллинех немало писаша,

им же ся ублажает честно вера наша.

И Евреин Иосиф свидетелство дал есть

о Христе в книгах, яже во Риме писал есть.

Последнее возможно сие положите,

яко никая ересь долго может быта,

Ибо что не от Бога сажденно бывает,

яко прах от бурнаго ветра исчезает.

Христианская паки вера есть блаженна,

от Христа и до ныне растет разширенна,

И до кончины мира имать пребывати,

аще и гонения нужда пострадати.

Вера и дела

Мертва есть1801 вера без дел и дела без веры,

мертвым же страны живых заключенны двери.

Живот веры – делеса1802, Богу угодная,

душа делес есть вера в Бога праведная.

Живой вере и делом живым путь до неба

свободен, убо жива имети потреба.

Мертвая не ползует1803, яко же и кони

не возят бездушнии во двери Сиони.

2

Вера христианская солнечно1804 сияет,

ересь паки, яко червь, что в траве блистает,

Или, яко часть древа гнилаго, видится

в нощи светла, во дни же1805 нимало светится.

3

Благо есть веру праву комуждо держати

и делеса благая ей совокупляти.

Ибо вера дел кроме1806 людей не спасает,

двема сима летети в небо подобает.

И яко нищий словом не есть одеянны,

ни сыт, но одеждею и хлебом питанны1807,

Тако и нагость1808 душы не есть покровенна

верою единою, ни в гладе1809 сыщенна1810.

Дела благая к вере плиложити1811 требе

во сицевей душевней грешных нас потребе.

4

Яко тело без душы живо не бывает,

но мертво, и помале во тлю ся вращает,

Тако вера дел кроме, живота лишенна,

нимало есть полезна1812, ибо не спасенна.

5

Плодное по естеству древо, аще плода

не даст тяжателеви, яко есть природа,

Неполезно1813 судится, съсечено бывает

и во огнь въверженное, пламень е снедает.

Веры добрыя плод суть делеса благая;

аще же где от веры не плодятся тая,

Неполезно1814 есть древо, во огнь вовержется,

никто же без дел благих верою спасется.

Кому-либо бе время плод сей проносити1815,

он же небрежением не1816 тщася плодити,

Непщуя саму веру доволну вещь быти,

кое же спасение Богом получити.

Прелщается муж сицев и други прелщает,

аще хранити токмо веру увещает.

Не слушайте вы того, к вере приложите

дела добрая, тако спасения ждите.

6

Аще бы вера без дел доволна спасати,

возможно бы демону спасения ждати;

И беси бо веруют и трепещут Бога,

Иаков1817 повествует; но за злая многа

Делеса спасения не могут прияти,

но вечно во геенне огнь имут страдати.

Не буди ты им точен, тщися приложити

к вере дела благая, да бы вечно жити.

7

Авраам не верою токмо оправдася,

но яко и тщив делом добрым показася;

Благо бо велми дело тогда1818 сотворил есть,

егда единородна в жертву приносил есть.

Велия зде с верою любовь сопряжеся,

тем же и оправдася. потом и спасеся.

Мы – чада Авраамля, убо подобает,

да кождо верный того отца подражает.

Еже есть к вере дела блага прилагати,

тако от щедра Бога спасения ждати.

8

Вера без дел несть вера, ибо умерщвленна;

труп сущи, в жертву Богу не буди несенна.

Богу живу живая жертва подобает,

мертвечиною живый велми ся гнушает.

Ким же вера мертвится? Удобно есть знати:

иже не хощет душы ея оней дати.

Душа же веры – любовь с делесы благими.

оживляй убо кождо веру свою теми.

Тако приятна будет жертва твоя Богу.

приимет ю во воню небесну чертогу.

Приимет же и жреца тоя жертвы к Себе,

тебе сиречь и вселит во пресветлом небе.

9

Светилник1819 без елея не может светити;

вера без дел не может жива Богу быти.

10

Любве отлучение, смерть веры благия;

да жива будет вера, совокупи тыя.

Веру дела благая живу да творяют,

сама взаим верою жива да бывают,

Ибо и дела кроме веры благи мертва,

ни могут Богу быти приятная жертва.

Вера щит

Вера нам щит есть, ибо защищает

от стрел неверства, егда враг стреляет.

Сей щит аще кто дерзнет отложити,

нужда есть тому убиенну быти,

Яко1820 же Саул1821 убиен простреся,

егда щит его от него вержеся.

Верение

Легкость есть скоро верити всякому,

злоба же – веры не яти никому.

2

Веру емлем тым паче, яже око видит,

нежели гласом, яже ухо наше слышит.

Веры соблюдения средства

Исраилтяне егда путствоваху

сквозе пустыню, столп огнем1822 имяху

Во вожда место и в просвещение,

да не приидут во заблуждение.

И мы в тме нощней свещу возжигаем,

да в свете ея добре вся делаем.

Волсви с Персиды1823 по звезде идяху,

вождеством ея Христа поискаху.

Нам столп, светилник и звезда светлая

в пути житейстем – вера известная,

Ея же светлость да не угасится,

сие прилежно нами да хранится.

11824

Во-первых, да не будем оплазиви,

во божественных лише испытливи;

Яко бо хотяй свет солнца обьяти

имать1825 зеницы своя зле вреждати;

Так1826 испытаяй величество славы

скоро повредит ум своея главы.

2

Паки есть нужда грех смертных гонзати,

иже отъемлют живот благодати,

И иже веру велми ослабляют,

многащи в ересь бедных устрояют.

Яко бо корабль, котвы си лишенный,

удобь бывает о камень крушенный1827,

Тако добрую совесть погубивый

влеком бывает на путь злостроптивый,

На нем же люте бедник уподает1828,

корабль душевный въконец сокрушает.

3

Еще общества должно есть гонзати

с еретиками1829, и дев не1830 поимати1831,

Учения их нимало слушати,

книг богомерзких ни в руде взимати.

Словопрения1832 с ними ты вреждают1833,

иже ответов дати им не знают.

Тем1834, уне1835 тому1836 ту1837 борбу вручити,

кто Голиафу1838 Давид1839 может быти.

4

Наконец, требе благая творити1840,

да может вера в сердцах жива быти.

Яко бо елей огню живот дает,

сущу в лампаде, тако оживляет

Веру во сердцах благих деяние1841.

Обою буди вам сочетание.

Веры смерть

Иже1842 из сердца любовь извергает

и въместо ея ненависть вселяет,

Ту вера жива не может стояти,

нужда бывает оней умирати.

Яко бо пламень водою гасится,

ненавистию вера умертвится.

И яко пламень вещи сожигает,

тако ненависть веру истребляет1843.

Вериши в Христа? Его1844 да твориши

дела, да веру живу сохраниши.

Любовию ти веру да живи ши,

делы благими благу да явиши.

Земное дело тех да не сляцает,

яже небесных вера возвыжшает1845.

Аще хочеши право глаголати,

Христа Господа в тебе обитати,

И яко ты сам во Христе живеши,

Христу подобне да пребываеши.

Яко же Христос изволи ходити,

тако достоит твой путь ти творити.

Аще же1846 славы желавши тебе

въпред1847, неже Богу, славимому в небе;

Аще блаженству завидиши чужду

и немощному наносиши нужду;

Не присущему1848 аще увлачиши,

прогневавшу тя мужу аще мстиши;

Не Христа Бога подражатель еси.

Его закона хранити не веси.

Тех зол1849 Христос Бог никогда творяше,

свят и праведен выну пребываше.

Ты усты токмо исповедавши,

яко Господа истинна знавши,

А делесы ти отрицаешися,

егда противен противляешися1850

Неправо веема1851, язык бо1852 даеши

Христу, а душу врагу предавши.

Подобаше же Христу дати тое,

язык и душу в целости обое.

Веры уподобление1853

Зерно1854 горушно мало в себе телом,

но есть велико довле силы делом;

Вначале мало, худо и презренно,

обоняния и вкуса лишенно.

Но возраст вземше, елма ся стирает,

абие воню из себе пущает;

Острую горесть, пламени подобну

горячесть родит, но зело угодну,

Яже во хладе тело согревает

и влаги его силно изъсушает1855.

Греет, внутрьняя1856 огня не имуще,

теплоту родит, извне хладно суще.

Подобне вера вначале бывает

мала1857, немощна, худа ся1858 являет.

Но елма возраст приемши, притрется

скорбми, бедами1859, тогда является

Сила, яже внутрь оныя таится.

острота, теплость тогда изьявится.

Паче, горячесть любве превелики

ко славе Христа Царя и Владыки,

Толь же многая, даже ей творити

иным от нея горячими быти.

2

Зерно1860 горушно тело согревает,

теплота1861 веры грехи сожигает.

Оным жестота студени толится,

сею хлад демонь грехов ничтожится.

Зерно телесе влаги изсушает1862,

вера похоти мокрость изнуряет.

Оно есть силно главу врачевати.

сия весть Христу Главе угождати,

И благу воню та ны1863 содевает,

яже Господу любезна бывает.

Имамы1864 убо веру божественну,

паче горушных семен в нас действенну.

Да Христу Богу можем угодити,

в страну небесну преселени1865 быти.

31866

Вера1867 во сердци есть основание

добродетелей, та держит здание

И яко корень ветви оживляет,

вера делеса жива содевает.

Яко светилник она просвещает,

егда Божии воли поучает,

Учя благая делеса творити,

от лукавых же и мысль удалити.

Г

Гавриил

Гавриил1868 Даниилу древле сказоваше,

яко человек плотян Бог быти хотяше.

Он же к Деве Марии вестник сотворися,

егда то сказание к делу приближися.

Бога и человека именем являет

Гавриил, яко же Прокл епископ вещает.

По имени убо си службу совершаше,

что именем содержа, то усты вещаше.

Имени же и слову ответова дело,

ибо, Бог сый существом, прия наше тело

И бысть человек, купно и Бог совершенный,

во спасение наше Отцем положенный.

По иным, крепость Бога то истолковася

имя Гавриил, тем же он к Деве послася,

Яко крепость Божия бяше превелика

во соединении с Богом человека,

И еже Деве Сына Пречистой зачати,

и Бога1869 необъятна1870 чревом си объяти.

Обое сказание с делом согласися,

егда Бог Слово в чрево Девицы вселися.

Тако мудрость Божия мудро устрояет,

имена, приличная службе, нарицает.

Гадание

Рыбарие Омиру гадание дата,

яко славну поете1871, и ответа ждаша:

Что-либо емлем, реша, то все оставляем,

а его же не емлем, с собою ношаем.

Он много мыслив время, не може познати,

и на то гадание им ответа дати.

Нача быти печален и зело гневася,

во срам себе считая, и тако скончася.

Оле славолюбия! Коль зелно тужаше

о недосмыслии си, даже смерть прияше!

Бе же рыбарей дело: червие ловяху,

пристающее коже, и емше, вергаху,

А еже кожы ятся, того не ловиша,

обаче то по нужде при коже носиша.

О дела безделнаго! Яко человека

мудраго гаданием есть лишило века.

Глава

Славу Бога живаго требе проявляти.

человеческу паки нужда1872 утаяти.

Муж есть слава Божия, яко образ Его.

Жена паки есть слава супруга своего.

Муж имать разум, волю, память и почтися

от1873 Бога1874, яко жена ему подчинися.

Жена по трием первым аще и почтенна1875.

имать внутрь образ Бога, но внешня лишенна.

Не владеет бо мужем. Тем же подобает.

да муж главу во церкви свою откривает1876

Во славу Бога жива. Жена же, вопреки.

слава мужня, да криет главу пред чловеки1877.

2

Человеком суть главы горе вознесенны,

да мысли нашя тамо будут обращенны.

Еще да и сердце всех в небо обратится,

иде же сокровище всеродно хранится.

Да не мудрствуем земных, но яже небесна,

чесо ради создани тварь емы1878 словесна.

Глава медная глаголавшая

Алверт великий муж премудрый бяше,

тайны естества преискусно знаше.

И художеством из меди состави

главу, и хитрость дивну в ней постави:

Глас, человечю точный, издаяше

и аки живый глагол изпущаше.

Но той же Алверт послал бяше Фому,

иже с Аквина. до своего дому

В некоей нужде. Иже елма вниде

в дом его. и ту дивну главу виде.

Воздухом вшедшим глава подвиженна.

нача вещати, яко устроенна.

Он же, непщуя чародейство быти,

потщася главу млатом сокрушити.

О чесом взем весть Алверт преученный1879,

о тшете дела бысть преоскорбленный1880

И рече Фоме: Увы мне грешному,

что ты содея1881 трудолюбивому?

В едином часе глава1882 сокрушенна,

яже чрез лета многа бысть строенна.

Тако многажды и мы содеваем,

труд многодетный в часе погубляем.

Чрез долго время1883 прилежим искати,

благодать Бога всещедра стяжати,

А потом егда в грех смертный впадаем.

в единой черте ону погубляем.

Тогда праведно Увы! глаголати

о превелицей1884 тщете благодати.

Но уне ону прилежно хранити,

да бы никогда ея погубити.

Ибо по тщете трудно ю стяжати.

Да тщимся убо крепко ту1885 держати.

Глад

Егда глад во Египте лютый досаждаше,

Идите к Иосифу, Фараон вещаше.

Глад духовный во мире, убо подобает,

да всяк от1886 князя1887 мира1888 к Христу1889 притекает.

Христос бо Иосифа паче есть питатель,

небесныя пшеницы, не земныя, датель1890.

2

Глад хлеба1891 тело томит, убивает,

глад же1892 Словесе1893 душу умерщвляет.

3

Глад хлеба во работу людску понуждает,

глад же Слова в демонску душы убеждает1894.

Глас Божий1895 страх

Адам во рай пред Богом сокрися,

егда глашати его приближися.

А егда1896 закон людем подаяше

и громогласно слова испущаше,

Терпети гласа Его не можаху.

Да не глаголет Бог к нам, вопияху.

Тем же, восхотев благодать явити.

Бог мал младенец благоволи быти

И малогласен, да не ужасает

людей страшливых, но да приступает

Всяк дерзновенно Его целовати

и все, что нуждно, смело глаголати1897.

Глас народа

Что найпаче от правды далеко бывает,

гласу народа мудрый муж то причитает.

Яко что-либо народ обыче хвалити,

то, конечно, достойно есть хулимо быти

И, что мыслит, суетно, а что поведает,

то никоея правды в себе заключает.

Еже гаждает дело, то веема благое,

а еже ублажает, то бохма есть злое.

Вкратце, что-либо хвалит, то неправо в чести,

мир сей непостоянный весь лежит в прелести.

Не веруй убо гласу общему народа,

ищи в деле правды человеча рода.

Слово ветр развевает, а кто тому верит

безъразсудно1898, срамоты мзду себе возмерит.

Гнев

Благо часто без греха гнев свой изьявляти,

неже редко1899 со грехом той же прозябати.

2

Гнев есть огнь велий, вещи сожигаяй,

печаль наносяй, душы истребляяй.

3

Жрецы Ваала егда избиваше

Илиа пророк, яр и жесток бяше.

Тем хотя Господь ему Ся явити,

слово творити,

Не показася во бурливе дусе,

ни же во огни, ни во страшне трусе,

но в гласе тонка и приятна света,

ради ответа.

Тем поучая, яко не витает

тамо, иде же в сердце гнев бывает,

ни в смущении. Но кто ум покоит,

дом Богу строит.

Имеим1900 убо сердце всепокойно,

жилище Богу сотворим достойно,

а гнев и ярость в нас да не бывает,

грех бо раждает1901.

4

На огненно углие аще ся возложит

фимиан1902, воню сладку во дому умножит.

Аще же на то жупел смрадный возложится,

все жилище от того смрадом исполнится.

Тако гневом горящу аще1903 приложиши

слово кротости, кротка того сотвориши.

Аще же досадное что речеши тому,

смущение целому содееши дому.

5

Страсть гнева в человеце в то время бывает,

егда кто отмщения ближнему желает,

Обтекшей крови сердце, и есть грех ко Богу

за прилучающуся злобу к нему многу.

Трегубо же бывает грех, гневом рожденный1904,

мыслию, словом, делом, плод небожественный1905.

Мыслию1906 многовидне той ся исполняет,

в первых1907, аще ненависть во сердце бывает

К1908 лицу согрешившему. Паки, егда тщится

некто, да отмщение злобно сотворится.

Еще1909, аще кто злаго обиждшу желает,

или1910 о случшемся зле радостен бывает,

Или1911 о благих его печален явится,

греха тяжка, конечно, сей не извинится.

Словом1912 же грех бывает гнева сотворенный1913,

елма1914 кто на зло слово будет разрешенный1915,

Или1916 славу отъемлет глаголы хулными,

или1917 злая вещает речми клятвенными,

Или1918 свар велий движет. И само прение

гневное не обыче быти в спасение.

Найпаче, аще мести кто сердцем желает,

сия глаголя, вины кроме не бывает.

Делом1919 гнев во изводство тогда ся приводит,

егда1920 кто в отмщение убыток наводитИли на теле1921 ближним, или в стяжании,

или в коем-либо их отчин держании.

Аще1922 же и законом суда пристужает,

а отмщения паче, не правды желает.

Не1923 без вины есть сицев, и кто не прощает,

егда доволне винный пред ним ся смиряет.

Не удалится1924 вины и сам не простится

в день ярости Божия, аще не1925 смирится.

Яко же бо кто мерит. возмерено будет

натрусно. преобилно, даже преизбудет.

Не дейте убо мести, гнев искореняйте.

согрешения взаим охотно прощайте.

Да сами от Господа будете прощени,

а не по злым делесем яростно суждени.

Аще же страсть гневная сердцу досаждает,

то ко1926 злобе, не к лицу да ся изливает.

Воеже бы от лица злобу истребити,

а лицу ни малаго вреда сотворити,

Паче в исправление привести святое.

Сицев гнев1927 не есть злоба, но дело1928 благое.

Сицевым гневом Богу никто согрешает,

но Его благостыню чинно подражает.

И он бо. человека любя, гнев являет.

но злобу в нем. не лице, тако истребляет.

Разве аще кто въконец злобы не лишится,

то со злобами лице вечно потребится.

6

Трегубо человеци гневливи бывают,

яко же философи о сем возвещают.

Первый есть вид гневливых, иже наречени

острии, а втории горции вменени1929,

Третий же – труднии. Вси гнев проявляют,

но различнии нрави1930 в гневе их бывают.

Острии, иже скоро во гнев распалятся,

но абие от того сами отрезвятся.

Сей вид гнева блажайший, яко проявляет,

что человек во сердце своем заключает,

И ничто же обыче в себе утаяти,

отмщения никогда мыслит содевати.

Сего врачевство – кротость, та бо угашает

пламень, иже от гнева воспален1931 бывает.

Холерици обычно сим гневом ярятся

и врачевством кротости от того целятся1932.

Горции наричутся, иже долго время

носят1933 в сердцех и таят тяжко1934 гнева бремя.

Суть же и в себе самех зело огорчени

и ко ближним такови ж бывают явлени.

Сей мелянхоликове1935 вид гнева имеют,

а возвеселитися никогда умеют.

Врачевство сего вида тихость быти может,

та противу горести изрядно поможет.

Труднии во гневе си речении1936 бывают,

иже зачата гнева никогда лишают,

Денде1937 же отмщение1938 оным сотворити.

Сему во христианех не лепо есть быти.

Сей благоговеинством токмо ся смиряет;

аще того лишится, беды содевает.

Вы, братие, во гневе умни пребывайте,

без гнева несть леть быти, но не согрешайте.

Гневайтеся на злобы, тыя истребляйте,

а озлобившыя вы удобно прощайте,

Внегда им каятися. Паче же любите

злая вам сотворшыя и благо творите.

За то бо ко милости Бог Ся преклоняет,

согрешения наша скоро оставляет.

Гнев Божий

Во стране Английстей1939 некогда случися,

яко множество жита велие родися,

И до времене жатвы преблаго стояше,

полную обилия надежду творяше.

Жатве приближившейся, безчисленно мнози

неизвестно откуду прилетеша прузи

И на то изрядное1940 жито нападоша,

еже и со стеблием до конца снедоша.

Людие страны тоя во ужасе бяху,

вземше от прузей нечто, что суть, разсмотряху.

И се крила имеша дивне пописана,

на них же два словеса бяху прочитана.

На едином криле: Гнев1941. мнози обретоша,

на другом паки: Божий1942, со ужасом чтоша.

Се человеком Господь дал есть знамение,

яко во грехов бяше та казнь отмщение.

Неции же глаголют, что та казнь бывает

в стране, яже милости нищым не являет.

Яко бо кто не сеет, не имать что жати,

тако ненищелюбным Бог не имать дата.

Любите убо нищих, нуждная давайте,

за то сами от Бога мзду прията чайте.

Год века образ

Годищное поприще образ нам бывает,

како век свой комуждо жити подобает.

Весна есть образ детства, ибо отребляют

вредная в ея время, ветви прицепляют

Полезныя к древесем. Во оградех сеют,

хврастие исторгают, да благая спеют.

Тако во время детства нужда истребляти1943

нравы злыя, благи же в сердцах насаждати.

Лето лучесы палит, вси же ту трудятся1944,

траву косят, жнут класы, различно томятся.

Тому юность подобна, до мужеска века,

ибо та страстми палит бедна человека,

Яже хотящу в себе добре угасити,

плоть трудами многими нужда есть томити.

Есень плоды приносит, люди насыщает,

в мужестем веце сущым точне подобает

Благих деяний плоды обилно носити,

государству и дому1945 всеполезным1946 быти.

Зима снегом всю землю белым покрывает1947,

человек готовыми брашны1948 ся питает.

Тако старость белыми покривает власы

главу и ознобляет тело в своя часы.

И плоды трудов1949 бывших нуждает снедати,

что кто в юности посла1950, на том имать спати.

В зиме кождо ко огню рад ся приближает,

в старости к молитв огню всяк да притекает.

Тех теплотою может душу си согрети

и яко лебед1951 сладко с Симеоном пети:

Ныне отпущаеши раба Си, Владыко,

с миром. Приими дух мой в царство Ти велико1952.

Голубь евхаристический

Древний обычай в Церкви святей бяше:

сребренный1953 голубь в олтари висяше

Над трапезою. В нем положенная

Евхаристия бяше священная.

И ныне в неких местех той остаем1954

древний обычай. То же знаменает:

Да хотяй тело Христово прияти

цел, яко голубь, тщится пребывати.

Голубь небесный

Голубица Ноева1955 егда испустися,

мало время1956 летавши, в корабль возвратися,

Яко не обрела есть, иде же почити,

а на воде не хоте и ног омочити1957.

Точне Голубь небесный. Дух Пребожественный.

егда благодатию бывает пущенный

Из ковчега небесна, зрит, где бы почити,

с потопом вод греховных не хотя пребыти,

И аще суха места1958 си не обретает,

в ковчег паки небесный скоро ся вращает.

Да будут убо сердца наша от грех суха,

хощем ли в них жития Пресвятаго Духа.

Голубь и вран

Ноева голубица трупы презираше,

егда испущенная1959 над воды леташе.

Не хоте сести на них, в корабль возвратися.

Не тако вран воздержен тогда проявися,

Ибо испущен1960, трупом смрадным1961 приложися,

теми себе питал есть, воспять не вратися.

Чесого голубица зрети не хотяше,

то вранови скверному прелюбезно бяше.

Тако грядый из храма Божия до1962 дому,

напитанный духовне, да зрит, где и кому

Имать прилеплятися, или ся вратити

в храм, яко не имать, где умом си почити.

Аще убо1963 абие на1964 грех1965 кто1966 падает,

крадет, блудит, враждует, ли раны задает,

Вран есть труполюбивый, от Ноя презренный,

водам потопа вечна право оставленный.

Аще же кто греховных трупов обегает,

во слезах потопленных нимало касает,

Егда ничто от мирских сердцу его годе,

но к Христу и к небесной желает породе.

Голубь есть прелюбезный, его же наш Ное

небесный имать взяти во жилище Свое,

В ковчег вечныя жизни, во покои быти,

тамо ся божественным брашном насытити.

Гонение

Кремень аще железом ударен1967 бывает,

светлыя огня искры из себе пущает.

Христиан гонения егда притирают,

огнь любве ко Господу тогда проявляют,

Ибо вся скорби терпят, богатства вергают,

и главы си радостно под мечы ставляют,

Боляще от телес си разлучени быти,

нежели неверствием от Бога отьити.

2

Иакова Исав брат вражески гоняше,

яко Каин Авеля убити хотяше1968.

Тем в Месопотамию Иаков вдадеся,

тамо1969 убиения братняго спасения1970.

Знаменует же слово Месопотамия

по1971 нам возвыжшение1972 некаго звания.

Образно учение история сия,

да умеем гонзати и мы гонения.

Иаков духа, плоть же Исав1973 знаменает.

Первая плоть от дуты первым ся являет,

Менший же от болшаго брат гонимый бяше,

яко и во нас духа гонит тело наше.

К возвыжшению убо нужда есть гонзати,

еже есть ум ко Богу в небо возвыжшати

С прилежным молением, с теплыми слезами,

да спасет ны, милостив сотворся над нами.

3

Вещь веселия многа – от враг гонение,

токмо1974 да приближится1975 того терпение,

Ибо1976, иже гонимый за правду бывает,

блаженство Христос Господь тому обещает.

Паки1977, терпяй о Бозе и за Его славу,

в любезну Богу жертву кладет свою главу.

Еще1978, долг велий1979 Христу Господу воздает,

егда за Нь плоть, кровь, душу свою полагает.

К1980 тому, страданием тем добродетель многу

веры, любве, крепости изъявляет Богу.

Напоследок1981, заслуги тыя полагает,

ими же небесныя силы превыжшает,

Ибо аггели в небе не могут страдати,

мученическа венца от Бога прияти.

Блаженший убо сан их, но креплший гонимых,

ли от злых мучителей нещадно мучимых.

Егда убо гонят вы врази, вы терпите

за Бога, а от Бога возмездия ждите1982.

41983

Аще кто, яко Авель, без вины хранится,

и той Каином своим с зависти гонится.

Обычно бо есть благим в гонении жити;

не терпяй того, Авель той не хощет быти.

5

Авеля Каин брат ненавидяще,

Исаака же Исмаил гоняше.

Иакова брат Исав не любил есть,

Иосифа лик братий удалил есть

Из отчя дому во чуждую1984 страну,

на1985 сребреников цену, оным дану1986.

Ненавистници вси не блази бяху,

блази же, иже от онех страдаху.

Тако и ныне гонят благих злии,

страждут досады от грешник1987 святии.

Но Бог им венец в небе соблюдает,

за терпение светло увенчает.

Гонители1988 же казни предадятся

огненней, аще зде не обратятся.

Гонят благих злии

Мир, лежяй во зле. обыче гонити

добрыя люди, хотя истребити,

И чада его его подражают,

истребление добрым помышляют1989.

Всяко доброты не могут и зрети,

иже во злобах любят выну тлети.

Яко вода огнь горящь угашает.

тако благим злый противен бывает.

Благий сияет доброты лучами,

и любве в небо несется зарями.

Зол муж, противне, мрачен делы злыми,

земным прикован похотми1990 своими.

Благий вся добре желает творити,

благости праздный – миру угодити.

Благий терпелив, ов же промышляет,

да како злобу благим1991 содевает.

В начале мира зрим, что сотворися:

Авель праведный злым братом убися.

Потом Иаков из дому гонзаше

за гнев Исава, иже й гоняше.

Что Иосифу братия зделаша?1992

За сребренники1993 варваром продаша.

Весь род Еврейский зело утомися,

егда в Египте к работе нудися.

И Савл кротка Давида1994 искаше,

еже убити, но Бог защищаше.

Самому Христу Господу и Богу

род Еврейск злобу коль содея многу?

Ученицы же Его что страдаша,

егда Божество Его прославляша?

Беды от Еллин велики терпеша,

точне от Еврей скорби вся имеша1995.

Даже до смерти. И днесь что ся деет?

Благость попранна, злоба везде спеет.

Правда безместна1996, лжи ухо готово,

сердцу любезно, еже скверно слово.

Хотяй о Бозе ныне глаголати,

смехи кощунных имать пострадати.

И в домех Бога жива умножися

слово гнилое, чисто умалися1997.

Оле злых нравов и лукавых времен!

О нестерпимых врага люта бремен!

Гордость

Говор на воде въмале исчезает,

гордый во мире тако погибает.

2

Яко же вино пиюща прелщает,

подобне гордость мужа изумляет.

3

Гордии в небо очы возношают,

яко же демон, высоты желают1998.

4

Пустынник некто чюдотворец бяше,

но о святости горд быти начаше.

Усмотрев демон, в деву претворися

и, аки блудяй, к нему прилучися.

Нача со плачем онаго просити,

да во келию изволит пустити

Пренощевати, да не расторжется

зубами зверей дивых, но спасется.

Прояви милость пустынник блудящей1999,

именем Бога онаго просящей.

Впусти в келию. Оле люта врага!

Егда преступи предел храмна прага.

Нача беседу честную творите,

потом блудныя глаголы вносите,

Ими же разжже мужа пустыннаго,

иже сложи мысль до дела блуднаго

И нача себе к тому2000 устрояти,

со заблуждшею блудодействовати.

Тогда диавол смех велий содея и ко прелщенну глаголаше сия:

Камо, монаше, уже ныне еси,

непщевавый тя жити2001 на небеси?

Уже днесь даже сшел еси до ада.

иде же быте не имать отрада.

То слышав монах, нача отпадати

надежды в Бозе, умысли бежати

В мир, и сотвори, еже смыслил2002 бяше,

прочее жизни во блуде живяше.

Оле, что гордость людем содевает!

Даже во адску бездну2003 низревает.

Всяк убо ея верный да блюдется,

зане же с нею ни един спасется.

52004

Говор, елико болше надменны бывает,

потолику скорее в очех исчезает.

Тако гордии, елма себе напыщают,

судом Божиим правым тогда погибают.

6

Гордость есть, аще2005 тощно2006 высоты желает2007,

из2008 благ2009 плоти, ли душы, себе возвыжшает2010.

Четырми же образы обыче бывати,

яже комуждо верну требе отревати.

В-первых, егда кто себе тая причитает,

яже точию Богу дати подобает.

Паки, аще и Богу2011 нечто прочитаем2012,

но то яко долг заслуг наших воменяем.

Еще, елма более мнимся2013 содержати,

нежели изволи Бог благих нам подати.

Наконец, елма мнимся ины преходити

в благих или желаем тех превыше быти.

Из сея же матере дщери ся раждают,

яже душу2014, яко же змии, уязвляют.

Дщерь ея2015 – тщеславие и любочестие,похваление себе и лицемерствие.

Дщи ея – продерзивость и упорство злое,

и пренебрежение ближних недоброе,

От них же происходят непослушания,

разгласия и свары, хул отригания,

Брани и злословия и яже им точна,

та же вся человека деют зле порочна.

Господь же люди горды обыче смиряти,

отъем дар благодати, в злобы попущати

И началнику гордых, демону, даяти,

еже с ним казнь вечную во аде страдати2016.

Гордость и смирение

Гордость аще до небес будет возвыжшенна,

даже до ада Богом будет низверженна.

Смирение, противне, аще в ад снизится,

Богом даже до небес честно возвышится2017.

2

Праздна2018 плодов ветвь2019 горе2020 взносится,

и клас безплодный таможде стремится.

Тако человек, дел благих лишенный,

высоко держит ум свой напыщенный.

Муж2021 паки благий, полный благодати,

низу2022 обыче сердце приклоняти2023.

Яко же и ветвь, плоды украшена2024,

к земли бывает с теми преклоненна.

И клас, семены добре исполненный,

выну ко земли висит преклоненный.

Гордым Бог противится

Лев2025 стоящыя звери2026 обыче терзати,

простершим2027 же ся низу язв не задаяти.

Подобне Господь Бог наш гордым Ся противит,

смиренным же благодать дает, душы живит.

Горе имеим сердца2028

Орлу егда птенцы2029 пернати бывают,

но еще крилами2030 парити не знают,

Летит сам из гнезда на аер высоко,

да то созерцает быстрое2031 их око,

И возбудит хоть в них подобне летати,

тако начинают и птенци дерзати.

Орлу Христос Бог наш подобен явися,

пред ученики Си в небо возвысися.

Возбуждая сердца, еже бы желати

умы в небесную страну возлетати,

Да бы сердцы тамо с Ним им выну быти

и по смерти плотстей духом ся вселити.

Тем, Горе имеим сердца, воспевает2032

Церковь, чада своя к небу возбуждает.

Убо в небо очи, братия, пущайте,

из Египта в Сион горний воздыхайте.

Не имате града зде пребывающа,

тем же2033 возьищите прилежно грядуща.

Горе воздыхати

Огнь пламенем си стремится ко небу,

природну тамо имея потребу.

Паче нам к нему нуждно воздыхати,

да в нем возможем вечно пребывати.

2

Железо к магниту скоро ся вращает,

сродство в нем некое к себе обретает.

Тако воздыхаяй ко пресветлу небу

явствуется тамо имети потребу.

3

Кто часто сердцем к небу воздыхает,

небесна себе быти проявляет.

4

Егда на небо зряще воздыхаем,

отчество наше прияти желаем.

Господь с тобою

С ним же Бог человеком в мире пребывает,

той всяческая дела удобь совершает.

Иисусу Наввинну2034 Господь глаголаше:

Не бойся. Бог с тобою, и преблажен бяше,

Ибо враги порази Исраилска2035 рода,

и обетованная взяся им порода.

Господь с тобою, аггел Гедеону рече,

а он Медианиты2036 без меча2037 посече.

Яко2038 скуделы сокруш, страх им сотворил есть,

даже друг друга мечем своим потребил есть.

Моисий слышав от Бога: Аз буду с тобою,

прославися в Египте дивною силою,

Ибо чюдодействии Египт поразил есть,

Израиля свободил2039, царя потопил есть

Со премногими вой в пучине велице

и воспе победная небесе Владыце.

Гряди, Господь с тобою, Саул глаголаше,

елма на Голиафа Давида пущаше,

И поможе оному небесе Владыка,

порази бо каменем щуда превелика.

Июдифе2040 Озия егда слово рече:

Господь да есть2041 с тобою, та главу отсече

Олоферну гордому женскою рукою,

ибо ей даровал есть Господь помощ2042 Свою.

Над всеми сими, егда аггел глаголаше:

Господь с тобою, Деве, к ней же послан бяше

От Бога во Назврет2043, тогда сподобися

она, яко Бог Слово во чрево вселися

Действом Духа Святаго, и человек бяше,

изволивый естество восприяти наше.

Се колика благая Господь содевает

тому человекови, с ним же пребывает!

Потщимся убо и мы тощно добротами

привлекати Господа, да будет Он с нами.

Оному же присущу, вся будут во благо,

не устрашимся силы и демона злаго.

2

Гавриил божественный Деве глаголаше:

Господь с тобою, егда ону2044 целоваше.

Како же бе Бог с нею, того не явил есть

светлым словом, да ищем, нам труд оставил есть.

Различным же образом того дела сущым,

како сопребывает Господь Себе чтущым,

Да узрим, како Господь пребывание с нею,

от нея же родися плотию Своею.

В-первых2045, со2046 человеки Господь пребывает,

егда что силою Си2047 оным содевает,

Чесого2048 естественне не могут творити,

ту Он естества паче не коснит прибыти.

Сим образом бе Господь с Девою Святою,

ибо удиви на ней чюдну силу Свою.

Устрой ю достойну приятия быти

Бога Слова и плотски Онаго родити,

То же семене кроме, браку непричастно,

без истления девства, всячески безстрастно.

Пречюдно2049 со матерством девство сочетал есть,

нов плодоношения образ показал есть,

Каков прежде не бяше в мире, ни же будет,

донде же2050 в течении си солнце пребудет.

Въторым2051 образом Г осподь с людми пребывает

правително, повнегда кого управляет

Изряднейшим2052 тщанием во всех делех2053 его,

да никако погрешит от2054 конца своего.

Бяше и сице Г осподь с Благословенною

Девою Мариею, от век избранною,

Ибо изрядней ея житие правляше,

во всяких деяниих тайно наставляше,

Еже бы ей нимало правды отступити,

но выну греха кроме всякаго век жити.

Яко кормчий корабль свой, ону управляше,

от всяка волнения и бури2055 спасаше.

Тем безбедно к тихому пристанищу приде,

во Сиона горняго покой вечный вниде.

Третий2056 покровителства образ обретаю,

им же со человеки Бога быти знаю.

С Мариею и сице Господь выну бяше,

ибо от бед всяческих ону защищаше.

Яко орел гнездо си выну наблюдает,

аще на время того мало отлетает,

Тако Девицу Господь2057 сохраняше выну,

яко гнездо бывшую едину Си Сыну.

Он ю от гонителя Ирода хранил есть

и во Египте страж ей неусыпный был есть.

Он завистныя люди в гневе укрощаше,

яко никто ей словом тяжким досаждаше.

Егда Сынови ея2058 хулы глаголаху,

на ню же загражденна2059 уста содержалу2060.

И в год страстей Христовых она бе едина,

со Иоанном зрящи кончину си Сына,

Ему же ругахуся, яко же можаху,

а на Матерь Святую уст не разверзаху.

Покровителством сия Божиим вся быша,

яко никогда врази на ню наступиша.

Четвертый2061 есть промысла образ всеизвестный,

им же со человеки живет Царь небесный.

Бе сице с Мариею Господь твари всея,

ибо выну о нуждных промышляше ея,

Да, истиннаго Бога сущи Сына2062 Мати,

богодостойне может Того воспитати.

Он в Вифлиеме2063 сущей волхвы устроил есть2064

и злато во потребу нести наставил есть2065.

Он во2066 Египте жившу2067 с Сыном препиташе,

варварская к ней сердца в милость претворяше;

И по страстех Христовых2068 даде Иоанна,да тем будет до конца жизни си питанна.

Пятый2069 есть присущия образ божественна,

во2070 печалех сущаго деет утешенна.

Бяше и сим образом Господь с Мариею,

ибо благодатию тешил ю Своею

Во всяческих печалех, наипаче творяше

утеху, егда она при кресте стояше,

Плачющи2071 смерти Сына, ни могла бы жити,

аще не бы изволил Господь ю крепити.

Шестый2072 есть присутствия образ всем2073 Владыки,

елма сослагает Си волю с человеки.

Сице бяше с Девою Господь Пресвятою,

ибо Христос слагаше ея воли Свою.

Сниде с нею в Назарет и послушлив бяше,

еже виде потребно, некосно творяше.

И в Кане Галилейстей тем Матерь почтил2074 есть,

на ея слово воду в вино преложил есть.

Наконец2075, преимущством даров благодати

и лично Бог Сын с нею изволи витати,

Егда во чреве ея изволи плоть быти

и паче всея2076 твари облагодатити.

Тогда она превзыде2077 светлы херувимы,

превознесеся над вся страшны серафимы.

Нижше Бога точию в2078 чести сотворися,

потом и в небе выше всех лик водворися.

Един Бог болей ея, равнаго не знает,

вся2079, яко солнце звезды, чины превыжшает.

И мы ю паче всея твари почитаем,

сущу Богородицу песнми величаем.

Гость

Гостя чредит радость

паче, неже сладость.

2

Аще косвенно зриши,

зле ты2080 гостя чредиши.

Гражданство

Како гражданство преблаго бывает,

гражданствующым знати подобает.

Разная седми2081 мудрых суть мнения2082,

но вся виновна граждан спасения.

Премудрый2083 Виас даде слово свое,

гражданство быти преизрядно тое,

В нем же закона як царя боятся,

и царя, яко закона, страшатся.

Хилон2084 блажит, где законов слушают,

велесловных же ритор не глашают.

Клеовул2085 паки той град похваляет,

где безчестия всяк ся устрашает

Гражданин паче закона самаго,

на преступники в книгах писаннаго.

Периандер2086 же то славит гражданство,

в нем же, всем прочим2087 имущым равенство,

Добродетелми зовутся лучшая

и наричутся злобы вся хуждшая.

Питтак2088 похвалу дает граду тому,

в нем же началство не дается злому.

Фалес2089 град блажит, где граждане мнози

ни пребогати, ни зело убози.

Солону2090 град люб, в нем же обид творцы

вся равно имут праведныя борцы,

Не токмо беду от них страдавшыя,

но ни едины тщеты познавшыя.

Еще, иде же блазии блажатся,

честь приемлюще, злии же казнятся.

Еще, и в нем же граждане слушаютначалных, сии закон почитают.

Сия суть, яже крепят государства,

чинна и славна содевают царства.

Гроб Христов

Егда плотию Христос Господь умертвися,

во вертограде в гробе нове положися.

Да яко Адам первый в верте согрешил есть

и вкушением плода умерщвленны был есть,

Тако вторым в ограде грех той испразднится2091

и смерть, мертвящая ны, тамо ж умертвится.

Новому же Адаму гроб нов подобаше,

обновите естество пришедшему наше.

В каменном яко камень гробе положися,

на нем же2092 создание Церкве утвердися.

Гробный камень многими язвы уковася,

многи язвы и Христос за ны прия на Ся,

Ими же исцелехом2093 от змиевы раны.

О коль велика, Христе, милость Твоя на ны!

Свет наш Христос во гробе темне положися,

тако род наш от нощи люты свободися,

За что вечная слава буди, Христе, Тебе,

живый2094 с Отцем и с Святым Духом в светлом небе.

Греси противу Духу Святому

Различным видом грех ся содевает,

иже противу Духови бывает.

Шесточислен есть; хощеши ли знати,

изволь слушати.

Отчаяние2095, еже не даст знати,

яко Бог хощет грешных миловати.

Аще же хощет, то, конечно, может;

чай, и поможет.

Упование2096 лишнее заводит

в надежду щедрот Бога, грехи родит.

И сие к слезам за грех не пущает,

в нем погубляет.

Некаяние2097 Духа благодати

приходу споны обыче деяти,

ея же кроме сердце не крушится,

душа мертвится.

Жестосердие2098 уши затыкает,

да увещений ничиих слушает.

И наковало иногда крушится,

сей2099 не мягчится.

Правды2100 боритель2101, хотяй ю попрати,

во нощи лести сердцем пребывати,

Духу Святому есть противен зело,

биет на Нь смело.

И2102 ненавидяй в ближних благодати

хощет дар Духа Свята угашати.

Яве нелюбовь демонску являет,

сам исчезает.

Вси сии трудно2103 простими бывают,

что сущии в них вправду ся не кают.

Бог же вся может и схощет2104 прощати

мощным2105 плакати2106.

Греси ума

Светилник тела око, то бо просвещает

вся уды, к делесем их благо управляет.

Души же светилник ум, ибо тем правится

всякое дело ея и чинно творится.

А яко плоти око иногда мрачится,

егда болезнь или вред некий прилучится,

Тако не кроме мрака и ум может быта,

поне же многа могут онаго вредити.

Та же праведно грехи ума нарицати,

а обыкоша душу слепу содевати.

Первый2107 грех – невежество, елма кто не знает,

что в вере или в делех знати подобает.

Вторый2108 – неразсудие, елма неко дело

неразсудно творится, ни бывает цело.

Третий2109 – скоросудие, им же согрешаем,

елма ближния скори судити бываем.

Ту досада Богови Самому ся деет,

яко ум наш суд Его восхищати2110 смеет.

Его бо токмо дело тайная судити,

а мы како дерзаем суд тайных творити?

Обида есть и ближним, яже осуждаем,

ибо неразмыслием оным досаждаем,

И самы себе вредим, Бог бо попущает,

да о них же кто судит, сам в тая падает.

Грех2111 и непостоянство, им же2112 отпадаем

твердости суда, и в том изменни бываем.

Мало плоть или демон начнет искушати,

а мы в благом умысле не тщимся стояти.

Трости, зыблемей ветром, всяко подобимся,

в след мечтания блудна и умом носимся.

Грех2113 и упор жестокий, ибо раскол2114 родит,

свар, непослушание от него исходит.

Грех2115 и мудрование плоти, елма тая

взискуем, яже токмо телу угодная,

То же лщенми многими и хитростми деем,

а на божественная ума не имеем.

Грех2116 есть и оплазивость, егда тщимся знати,

яже ни малы ползы могут нам подати,

Или неприличных нам вежества желаем,

или со пристрастием лишних2117 взискиваем,

Или въконец суетный, ли чрез средства злая,

или в намерения Богу противная.

Вся сия словом онем Павел заключает:

Не мудритеся паче, неже подобает.

Греси2118 святых

Писание грехи святых изъявляет,

да никто в житии своем уповает.

Аще бо крепции2119 столпи упадают,

вскую2120 немощнии в себе уповают?

Ты, слыша грехи их, сердцем ужаснися,

от подобных грехов опасно хранися

И обрати очы на покаяние,

еже выну буди ти в подражание.

Греси, вопиющии в небо

Четыри в Писании греси положении,

иже вопиющии в небо наречении2121.

Вопют2122 же, еже бы изволил Бог мстити

дерзающым2123 грешником2124 оныя творити.

Первый2125 тех есть убийство неповинна суща,

тако2126 Каин Авеля, без вины живуща,

Дерзнул смерти предати, тем выну кровь его

вопиет отмщения до Творца своего.

Вторый2127 грех есть содомский, сий2128 бо вопияше

в2129 небо, яко же2130 Троица аггелов вещаше

Аврааму святому, елма хоте ити

созерцати Содому и огнем казнити.

Третий2131 – удержание мзды, рабом должныя

и всем труждающимся2132 людем достойныя.

О2133 сем Иаков Святый светло извещает,

яко2134 слезно вопити к Богу не престает.

Четвертый2135 вдов и сирот есть утиснение,

за сие2136 скоро2137 Господь деет отмщение,

Яко2138 за Исраиля обижденна мстил есть

Египту, егда люди Своя свободил есть.

Блюдитеся, братие, злодействия сего,

да не страждете казни, достойныя его.

Аще ли уже делом сия совершисте,

праведнаго Судию на гнев возбудиете,

Тщитеся2139 молитвами Его примирите

и, им же должни есте, довле сотворите.

Рабом удержанная скоро воздавайте,

взятая вдовам, сирым цело возвращайте.

Иначе не престанут ко Богу вопити,

а Судия праведный не может не мстити.

Аще же и терпит, но никако забудет

и по еже терпети лютшая казнь будет2140.

Греси тайнии

Аще тя совесть и не обличает,

обаче не у безвинна Бог знает.

Может бо совесть многих грех не знати,

яже Бог видит и казнь хощет дата.

Молися убо и о тайных гресех,

да Бог, простив я, вчинит тя в небесех.

Грех2141

Обычай человеком нагость покривати

и срамная зрению тощно сопрятати.

Тако прародители в рай сотвориша,

срамоту си листвием от древес сокриша.

Не токмо же телесну, но духовну2142 точно

покривают, ставяще2143 дело непорочно.Гордость во смирения милость2144 облекают,

нелюбители чести быта ся являют.

Тако вне, внутрь же сердцем2145 паче ищут чести,

нежели тающ гладом алчет брашно снести.

Сребролюбию2146 ризу щадения дают,

аки случаев ради сребро собирают,

Или помняще старость, да бы в ней имети

себе доволство, чим бы удовлити дети.

Зависть любве ризою обыкоша крыти,

нехотящии злобы являются быта.

Токмо исправления, но сердцы болеют,

яко ближнии в мире2147 паче онех спеют.

Гнев в одежду ревности ведят облекати,

глаголюще, не лепо толико прощати,

Яко Самаго Бога делом огорчиша,

и многи человеки люте2148 соблазниша

Прогневавшии онех2149. И тако месть деют,

обаче ревность быти лестно разумеют.

Опилство во гражданства милоть облекают.

нужду учреждения быти извещают.

Леность безвремением2150 покрыта2151 бывает,

или бедства ризою себе утаяет.

Всяк грех не ходит наго, ибо кождо ему

дает одеяние, а брату своему,

Мразом умирающу, никто хощет дати,

да не рекут2152, рад бы был, что имать, отьяти.

22153

Буия мати спящи угнетает2154,

еже с собою чадо полагает.

Подобне2155 мертвит дела си благая,

уснувши в гресех, душа безумная,

Ибо та грех ом веема исчезают,

от Бога щедра безмездна бывают,

Разве ко Богу грешник обратится,

то паки благих дел плод оживится2156.

32157

Иже во гресе смертном пребывает,

сам свою онем душу умерщвляет;

То бо грех души, что смерть телу деет,

во гробе тело, в гресе душа тлеет.

42158

Что благо, сый во смертном гресе содевает?

Мертвец мертвая чада пред Богом2159 раждает.

Аще убо грех смертный в совести узриши,

абие сердцем твоим да ся сокрушиши,

Ибо сокрушение грехи истребляет.

мертву2160 душу2161 оживлше, плод жив изношает.

52162

Не грешники, но грехи истребляти2163 требе,

да, грехом изтреблшымся, брат твой будет в небе.

6

Соизвол греха иде же2164 бывает,

по нем во дело той ся привождает.

Та же нрав внидет часто й творити,

к тому2165 потщится кто защитник быти

Грехов деемых, недобро бывает,

ибо неудобь сицев ся2166 спасает2167.

Удобь же течет во вечну темницу,

имея в помощь нрава колесницу.

7

Человеческо дело, еже в грех въпадати,

но демоское2168 – в оном выну пребывати.

Пад на пути, абие тщишися востати;

подобне, пад в грех некий, не дерзай лежати.

8

Иже малыя грехи своя презирает,

громаду великую въкратце собирает.

Ею же отягчився, начнет ся скланяти,

еже во2169 великая лукавства впадати2170.

Та же дерзнет велику злобу сотворити,

и тако будет нужда погруженну быти

Во огненном2171 Тартаре, и вечно страдати

волны лютых мучений, избавы не знати.

То же разумей, аще в жизни ся не кает,

но до кончины века в гресех пребывает,

А иже ся2172 покает2173 в дни жизни своея,

не внидет в место муки, ни постраждет ея.

9

Многовременным хладом лед ся утвержает,

даже во твердый кристал преложен бывает.

Иже не к тому в воду может ся менити,

но во2174 твердости своей выну имать быти.

Тако озяблость сердца грехи огущает

и во обычай твердый оны устрояет.

Иже неудобь в слезы может ся решити,

без них же невозможно в спасении быти.

10

Во время зимы дуга не бывает,

яже мир с Богом мира знаменает.

Грех – зима, душы мир отъемлющая

с Богом, в то место гнев наводящая.

11

Зима листвие из древес терзает;

грех благостыню в душах истребляет.

12

Грех велий – недуг велик, требует велика

врача. Бога Самаго, а не человека.

Никто же бо2175 власть имать грехи оставляти,

токмо Бог, сущ виновник всея благодати.

13

Несть грех2176 милость, щедра Бога побеждаяй;

Он огнь, яко сено грехи сожигаяй.

Аще и грех может огнь ся нарицати,

Бог источник, могущь огнь той угашати.

Рцы2177, грехи – мног пламень, вселенную жгущий;

Бог – океан щедрот сгасити могущий.

14

Тако един грех смертный умерщвляет,

яко множество тех же, погубляет,

Но не толико, ибо есть за многа

преступления лютша казнь от Бога.

За грех един казнь достойная будет,

за множество же многая прибудет.

Обаче вечно2178 имут пребывати

обе, ты тщися обею гонзати.

15

Мнози творити малых грехов не дерзают,

а великия тщиво2179 делом совершают.

Сии комары цедят, велбуды глощают

и теми душевную гортань удавляют.

Совесть их паучинной есть подобно2180 сети,

ею2181 же леть малы, болших мух не леть терпети.

16

Похоть с волею аще съвокупится2182,

абие чадо злое грех родится.

Воля як отец, похоть яко мати

окаянному тому отрочати.

17

В сласти плотстей жена плод в чреве зачинает,

но в велицей болезни во мир й издает.

Елма же рождения болезнь окончится,

тогда родилица та весела творится.

Точне душа в сладости грехи зачинает,

а2183 с болезнию отцу духовну являет.

Но минувшей болезни, грешник веселится,

яко плода тяжкаго, тако свободится2184.

18

Мирска ради прибытка егда согрешаем,

или сласти плотския зле употребляем,

что ино тогда деем, точию Ворраву2185избираем,

а Христа2186 мещем2187, Церкве Главу2188?

19

Искушение несть грех, паче за то многа,

аще ся одолеет, мзда будет от Бога,

Но во искушении утеху прияти

и во мыслех влаему своих пребывати.

За неразсуждение2189 простим грех родится,

соизволом же целым смертный грех плодится.

20

Грех человека внутрня в зверя претворяет,

аще лице телесе тожде пребывает.

Псаломник поминает, яко приложися

скотом человек2190 в чести и2191 уподобися.

Колми днесь паче оным внутрь нас2192 подобимся,

егда во нравы онех грехми облачимся.

Лакомство человека в волка прелагает,

егда чюжда2193 благая насилно хищает.

Терзаяй чюжду2194 славу лживыми устами

между лайливыми ся сам вчиняет псами.

Тайнолстивец елма что лстиво2195 похищает2196,

во лукаваго лиса2197 сам ся претворяет.

Гневом и яростию иже напыщенни2198,

во жестокаго лва суть2199 грехом преложени2200.

Иже иде же несть страх ужасно боится,

в еленя ли в заяца озречь облачится.

Кто леностию гнусен, трудов обегает,

во правду той ся осел гнусный нарицает.

Кто во2201 скверне нечистот2202 любит ся валяти,

не во лжу свиниею может ся назвати.

Непостоянный2203 умом и в делех изменный

в птицу скоропарящу мнится преложенный.

Иже ядовитая словеса пущает

вредотворне, той в змия претворен бывает.

Словес увещения не хотяй прияти,

той есть аспид, обыкшии ушы затыкати.

Тако убо человек деянии злыми

со скоты, зверми тожде и с змии лютыми.

Блюдимся убо, друзи, злых делес творити,

да возможем и внутрь нас непреложни быти,

Да внешнему образу внутрний отвещает,

на той бо паче око Божие смотряет.

Тем, кто благообразен, того возмет к Себе

Царь небесный жити во пресветлом небе.

Зверообразным паки тамо затворенна

врата, будет же место им вечна геенна,

В ней же вечногорящий огнь не угасает,

зверонравных во пищу себе ожидает.

Грех тма

Писание Священно грех тме приравняет,

яко он в подобии с тмою пребывает,

Ибо, яко же тма есть света лишение,

та ко грех благодати есть погубление,

И, яко в тме сущии ничто созерцают,

множицею о спону преткнени бывают.

Тако грешници в пути блазе слепотствуют,

преткновением лютым излиха бедствуют.

Еще, яко тма в яму ходящих вревает,

тако грех человеки во ад низвергает.

Наконец, тма от света скоро исчезает,

и грех от благодати точне погибает.

В лепоту убо грех тма в Писании чтется,

соблюдение, да в нем не ходим, дается.

Грех первородный

Корене врежденнаго повреждены плоды;

чада суть несвободна рабския природы.

Обычно родителей сан в чадех бывает,

селянин селянина точна си раждает.

Адам корень бе всех нас, но грехом врежденны,

тем же и мы плод грешный онем изведенны.

Он свободу погуби и раб сотворися,

а в нем все семя его свободы лишися.

Он грехом окаляся, мы скверни ся родим,

егда из чресл матерних во мир сей исходим.

Но лучший2204 Адам – Христос – сих бед нас избавил,

ибо свободу даде и2205 вред2206 той2207 исправил2208.

Искупи2209 кровию Си и очистил ею,

щедроты над тварию прояви Своею.

22210

Невинность природную Адам погубил есть,

на все рождение си вину возложил есть,

Юже благодатию Христа низлагаем,

во воде крещения егда ся гружаем.

3

Града началник аще царю изменяет,

и власть градску, и честность свою погубляет,

Не сам точию, но и вси сынове его

в нечестие впадают чрез отца своего.

Адам наш прародитель Богу изменил есть,

егда сам Богом быти в рай восхотел есть.

Тем изгнася из рая, за врага вмененны,

в том безчестии вси мы бываем рожденны,

И никто сея вражды порока гонзает,

токмо иже во воде грехи погружает.

Грех содомский

Некто от премудрых2211 в книгах написаше,

яко, егда Христос Господь рожден бяше,

Вси, иже содомски себе2212 оскверниша2213,

огнем даже в пепел обращени быша

Во всей подсолнечной. Господь2214 за зло мщаше,

иже изтребити скверну прихождаше.

Он же поядаяй огнь есть нареченны,

тем им, яко сено, всяк скверный сожженны.

2

Елма царие ризы на ся возлагают,

прежде от всяки скверны тыя очищают.

Царь небесный – Христос Бог2215 – прияти2216 хотяше,

тем2217, як2218 ризу, очистил есть естество наше

Водою та же огнем. А егда родися,

всяк мужеложник везде огнем потребися.

Грех простимый

Сверботу краста в телеси раждает,

грех же простимый душе досаждает.

Ова телеси2219 не дает почити,

сей не даст душе покойно пожити.

Аще ты убо красты не терпиши,

греха и мала зри, да не твориши.

2

Множество песка корабль погружает,

аще в нем велий камень не бывает.

Точне и малых грех умножение

душы кораблю деет топление.

Простимии бо к смертну устрояют

и тако душу онем погубляют2220.

Блюдыйся смертных, простимых2221 блюдися,

сих и тех кроме спастися потщися.

3

Мал грех противу великому Богу

тщету и беду в людех деет многу,

Благодати бо действо2222 препинает2223

и ко велику греху устрояет.

Грех смертный

Грех смертоносный есть проказе точен,

простимый, яко краста, есть порочен.

Ов умерщвляет, сей творит скаредна,

с чистыми жити деет непотребна.

2

Грех смертный точен есть смерти мертвящей,

простимый паки – болезни вредящей.

Ов, что секира, древо посецает,

сей, яко кожу древа, повреждает.

3

Аще во смертном гресе от мира идеши,

никако во царствие небесно внидеши.

Потщися убо прежде смерти грех избыти,

слезами того порок скаредный омыти.

Тако во страну жизни будеши впущены.

со духи праведными в славе водворены2224.

Грех братний покрити

Авва некий вопрошен, у не ли явити

грехи брата падшаго или утаити,

Даде отвещание: Елма грех тобою

братний таится. Господь скриет злобу твою.

Егда же грех тобою братний проявится,

и твой Господем Богом грех не утаится.

Грех смертный и простимый

Грех. иже есть смертный, душу умерщвляет,

сокрушением сердца очищен бывает

Или исповедию, инако не может

прощен быти, ничто же иное поможет.

Грех паки не ко смерти простимый зовется,

яко многими средствы людем прощается.

В первых, сокрушением очищен2225 бывает,

паки, исповедь того в ничто обращает,

Третие2226, биение персей есть в помощы,

четвертая, молитва во дни или в нощы,

Пятое, Пречестнаго Креста знамение,

шестое, священныя воды кропление,

Седмое, причастие Божественных Таин,

осмое, ближнему си оставление вин.

За сия вся простимый грех Бог оставляет,

благодать Свою в душах наших умножает.

Грех бывает различно

Во различныя2227 грехи человек впадает,

и различными вины грех ся содевает.

Неции2228, невеждеством суще помрачени,

аки тмою, бывают во грех вриновени.

Инии2229 от демонска зла искушения

смертоносно падают во согрешения.

Мнози2230 и от немощи во грехи въпадают

и без помощи Бога из них не востают.

Суть2231 и злобою в гресех любящий жити,

сицевым неудобно в рай небесный внити.

Наконец2232, от налога мнози согрешают,

из него же ко Богу мали ся вращают.

Сими всеми не хотяй человек грешити,

должен Бога о помощь прилежно просити,

Без Него же несть мощно благо содевати

и безгрешно во мире долго пребывати.

Грех оставляется

Аще пал еси в грех некий великий,

проси милости у Христа Владыки.

Скоро ту явит, токмо не вращайся

но исправляйся.

Грех паче скорбей

ягота людем есть скорби терпети,

глад, огнь и врачи2233 с оружием зрети

ли губителства язвы созерцати,

беды страдати.

Но мало сия зло2234 мощно вменяти,

аще восхощем с грехом уравняти,

той бо лютшую беду содевает,

где ся вселяет.

Скорбь телу токмо может досадити,или во вещех тщету сотворити.

Душы2235 нимало вредит, ни отьяти

весть благодати.

Грех паки смертный душу умерщвляет,

ибо ю с Богом живым разлучает,

съединяет же2236 с врагом всегубящым,

смерть наносящим.

Тем же, аще бы каменми дождити

свыше, снизу же рекам огня плыти,

ни мала может2237 сотворити вреда

сицева беда.

Всем, иже тако живот провождают,

яко Божия2238 Слова поучают.

Незлобивым бо что-либо случится,

в добро вратится.

Несть то печаль им богатств ся лишати,

раны без вины лютыя страдати,

И на саму смерть за Божие Слово

сердце готово.

Греха степени

Простое прежде входит во ум мышление,

та же крепкое злобы воображение.

Последует утеха с плоти движением,

наконец грех ся родит соизволением.

Тако враг совершенно в сердце ся вселяет,

душу, без благодати сущу, умерщвляет.

Грехи чуждыя извиняти

Блюдися, возлюбленне, любопытлив быти

жития ближних твоих и грехов судити.

Аще негли видиши дело и лукаво,

деемое онеми, ты сам живи право.

Оны же в сердце твоем тщися извиняти,

неведение, случай ли скорость вменяти.

Аще же сими ум твой не упокоится,

напоследок мысль в тебе сия да родится:

О, коль велие терпе2239 брат2240 искушение!

Люто на нь демонское бяше стремление.

Что бых аз, окаянный, могл тогда творити,

егда2241 бы взял враг на мя власть тако кусити?

О Человеколюбче, блюди мя от него

и падшаго возстави ближняго моего!

Грешен кийждо2242

Кто есть человек, в мире пребываяй,

Богу грехами си не досаждаяй?

Ей, неудобно и мал час пребыти,

да бы нимало Богу2243 согрешити2244.

Немного зело Адам в рай бяше.

аки в полате царстей пребываніе,

Едва шесть часов (Ефрем нам явил есть)2245,

но многу злобу тамо сотворил есть.

Прогнева Бога снеди вкушением

и Еввы паче Бога люблением.

Избра бо паче Бога прогневати,

нежели Еввы гласа не слушати.

Что же бысть посем? Всех даров лишися

и невинности ризы отщетися.

Смерти суд прият, уби в себе чада

и бысть изгнанник из Едемска града.

В труде и поте брашно си стяжаше,

разным болезнем плоти подлежаше.

Наконец умре и взятся до ада,

имевый быти житель горня града.

От его2246 же мы семене идуще,

истлевша древа тленни плоди суще.

Тленная деем, грехи умножаем,образ в нас Божий всескверно каляем.

Движем ко гневу всещедраго Бога

чрез лукавая дела зело многа.

Тем благодати лишени бываем

и тако душы своя убиваем.

Яко бо тело душа оживляет,

благодать тако душе живот дает,

И яко тело кроме душы тлеет,

без благодати душа тако гниет.

Потщимся убо не без благодати

житие наше в мире провождати.

Грешныя Бог оставляет

Егда патриарх Иаков видяше,

яко тесть Лаван его не любяше

И нача слово ему изменяти,

что должно бяше. того не даяти.

Оставив его, иде в свою страну.

Кая же полза бысть, зрите, Лавану?

Дщерей и внуков, и стад2247 отщетися,

благословенства Божия лишися.

Точне с грешники Господь содевает,

егда нелюбовь от них усмотряет,

Егда обетов си не соблюдают,

должныя чести Ему не воздают.

Отходит от них светом благодати,

в тме оставляет грехов истлевати.

Тогда велика тщета им бывает,

всяко бо дело их не успевает.

Добродетели мертвы ся раждают,

ползы в жизнь вечну им не содевают.

Ничто приятно Господу бывает,

донде же грешник о злых ся не кает.

Убо ты, брате, аще согрешиши,

встани от блата, в нем да не лежиши.

Омыйся скоро теплыми слезами,

угождай Богу добрыми делами.

Тако приятна та будут у Бога,

жива, успешна в жизнь Его чертога.

Грешныя прародители Христос име

Родословие2248 читаяй Христово,

еваггелисты сущее готово,

Обрящет, яко от Девы родися,

яже мужеви никогда общися

И цело девство выну сохранила,

чистаго чисто чистая родила.

Яко чистоту пришедша вселити

достойно бяше всечисто родити,

И Всесвятому подобаше Мати

Святая, да бы из нея плоть взяти.

Но постепенно к Авраму идуще,

не веема родство зрится чисто суще,

Ибо четыри жены обретаю,

яже зазорны во чистоте знаю.

Фамарь свекра си Иуду прелстила,

блудницу себе быти притворила

И тако свекру плотию смесися; .

Фарес и Зара оттуду родися.

Вирсавия же2249, Уриина жена,

Давиду блудно бе прежде2250 спряжена,

Потом законно ему свокупися,

с нея Соломон премудрый родися.

Раав блудница есть именованна2251,

яже Салмону в сожитие данна.

И Руф Воозу тайно подложися,

юже ощутив. Вооз свокупися.

Вся сия жены чистоты лишенны,

хотя послежде быша исправленны.

Что от позорных2252 сице прародитель

изволи, Христе, изъити2253. Спаситель?

Учителие зде ся потрудиша,

вопрошению ответ сотвориша,

То глаголюще: яко воля бяше

устроившему спасение наше

Грешныя от грех чисты сотворити,

тем же бе требе с грешных Ся родити2254.

Да чистотою Его очистятся,

от грехов в святость удобь изменятся.

Вторая вина: то знаменоваше,

яко нечисту пояти хотяше

Христос невесту, еже есть языки.

блуд со идолы творшы человеки,

И ту всечестну, чисту сотворити,

яко же Глава тело Си любити.

Третия вина: тако научает,

яко безчестность рождьших2255 не вреждает

Чести пред Богом чад, благо живущих,

путем благости изрядно текущих,

И сопротивно, несть похвала тому,

иже родися в честнославном2256 дому,

Аще делеса нечестная творит,

безчестно чадо дом честный позорит.

Уне есть убо от худых рожденну

во славу быти роду положенну,

Неже славою рода ся хвалити,

самому без дел доброчестных быти.

Давид от овец Богом восприяся,

но царства скипетр в руце его дася,

И мнози ины2257, от рал отлучени

суще, на престол царский возведени,

Что им никако в нечесть может быти,

паче достоит благость их хвалити,

Яко достойни явишася Богу,

да честь приимут и славу толь многу2258.

А то комуждо знати подобает,

яко честь в роды пременно вхождает.

Един род ныне до облак восходит,

а другий с облак на землю нисходит2259,

И несть род честный2260, во нем же не быша

людие, иже малочестни жиша2261.

Несть и нечестный, во нем же никто же

во2262 чести бяше и быти не може.

Тем мудрец некто слово написаше,

памяти людей потомных предание:

Вси, рекл, царие из рабов рождении2263,

раби из царей вси суть изведенни.

И правду рече, ибо вси чрез Ноя

суть от Адама чрез колена своя.

Адам же и Ной всем миром владеша,

царие мира всеизвестно беша.

А по коленом суетно читати,

кто бо изъследит2264, кто отец, кто мати,За лет тысящу кто своего дому

степени явит, известно никому.

Како ли убо всяк еси рожденны,

не буди в твоем уме возмущенны.

Аще в2265 доме2266 преславном родися,

сам живот вести честный, славный тщися.

Аще ти род худ, ты благ тщися быти,

можеши славу дому сотворити,

А пред Господем род ся не считает,

житие благо любезно бывает.

Он и со престол злыя люди губит,

благия паки и в гноищи любит;

В показ нам Лазарь со богатым буди.

Настави, Боже, благо жити люди,

Да от своих дел всяк ся прославляет,

Тебе угоден онеми бывает.

Д

Дар2267

Древеса в саде сожденна2268 бывают,

не да безплодно2269 место упражняют,

Паче да плоды обилно приносят.

о них же люди Бога щедра просят.

Аще не плодят, то ся изъсекают2270

и во снед2271 огню верженна бывают.

Тако Бог дары нам Своя дарует,

да кождо ими благая плодствует2272

Не в себе токмо, но и в своих друзех,

сущих по долгу Царя твари слузех.

Иначе, смерти косою ссеченны2273

будет и во огнь вечный воверженны,

Во нь же да бы нам верженным не быти,

потщимся дары плод мног приносит

22274

Иаков Исава дарми укротил есть,

гнев лютый на любовь теми преложил есть,

Ибо с оружием на него идяше

Исав, а зря дары, брата целоваше.

И ныне дарове ярость укрощают

и Самаго Бога к милости склоняют.

3

Дым руце греет, но очи2275 вреждает;

дар тешит сердце, совесть развращает.

4

Приемляй дары свободу продает,

истинны путем косно поступает.

Яко же путы по ногам скованный

не может быти в шествии пространный.

Дары2276 умилостивляют

Иаков егда в2277 отчество2278 вратися,

во стретение Исав устройся,

с ним же святому вражда древле бяше,

и не знаяше,

Что хощет быти: любовь ли мщение?

Нападе страх на нь и усумнение,

умысли дарми брата благодати

себе искати.

Тем же от всех стад часть ему пре делал есть,

жестоко сердце2279 тако умягчал есть

и утоли гнев, ибо не отмщаше,

но целоваше.

Мы Христу Богу выну досаждаем,

на гнев грехами Его подвизаем,

и въмале хощем возврат сотворити,

в отчество ити.

Имать же Христос в стретение быти.

с множеством аггел и злобы судити2280.

Должно2281 есть убо выну трепетати

и промышляти,

Да въместо гнева любовь нам проявит,

не между козлы, но с овцы поставит.

Предпошлим2282 дары от имений сущых2283

в страну живущим2284.

Нищии, вдовы, странницы, сироты

зело у го дни до тоя работы.

Что им дается, Христос приимает,

вину2285 прощает.

Дароимство2286

Судия2287 некто дароимец бяше,

от2288 прю имущих дары восприяше.

Сосуд елея взя от единаго,

а вепра тучна прия от другаго,

И сего судом своим оправдил есть,

онаго паки винна сотворил есть.

Пришедшу же в дом, иже елей дал есть,

судия2289 кривый сице отвещал есть:

Прости мя, рече, забых благодати,

яко ты елей изволи ми дати.

Вина же тому вепр питанный2290 бяше,

иже, вшед в дом мой, елей пролияше.

Оле судии! Ни же усрамися,

яко от правды вепром отлучися.

Даяние

Блаженно паче2291 есть иным даяти,

рече Христос Бог, нежели взимати.

Вины различны сего обретаю2292,

яже подробну сице полагаю.

Обилия2293 есть знамя даяние,

скудости паки знамя взимание.

Болшую2294 любовь даяй изъявляет,нежели вземляй, и мзды многи2295 чает.

Даяй2296 свободен, вземляй же должится,

к воздаянию в совести нудится.

И2297 честно паче дары кому дати,

неже от иных оныя прияти.

И2298 господственно2299 есть подаяние,

скудных же людей дело взимание.

Наконец