Почему мусульманину трудно стать христианином

Ори­ги­нал

Абд-Эль Маши

Оглав­ле­ние


Виньетка


^ 1300 лет назад

Ислам, подобно взрыву, рас­про­стра­нился из стран Ближ­него Востока в Азию, Африку и Европу и утвер­дился к насто­я­щему вре­мени как вторая по вели­чине рели­гия в мире. Мусуль­ман­ская вера про­ти­вится всем попыт­кам хри­сти­ан­ского мис­си­о­ни­ро­ва­ния, но в то же время мы, хри­сти­ане, видим, что мысли о все­мир­ном рас­про­стра­не­нии ислама воз­рож­да­ются в самом исламе.

Поэтому воз­никла необ­хо­ди­мость пораз­мыс­лить о том, какие про­ти­во­ре­чия суще­ствуют между исла­мом и хри­сти­ан­ством, и о том, какие труд­но­сти воз­ни­кают перед мусуль­ма­ни­ном, когда он пыта­ется стать хри­сти­а­ни­ном.

^ 1. Три дог­ма­ти­че­ских пре­пят­ствия

Мусуль­ма­нин не может себе пред­ста­вить, что у Гос­пода Бога есть Сын, Кото­рый равен Ему по власти и вели­чию. Уже с ранних лет мусуль­ман­скому ребенку при­ви­ва­ется мысль, что хри­сти­ане покло­ня­ются трем Богам. Кто всё же пыта­ется втол­ко­вать мусуль­ма­нину, что в данном случае 3=1, натал­ки­ва­ется на непо­ни­ма­ние, кото­рое может пере­ра­сти в нена­висть. Наша запад­ная диа­лек­тика едва ли может быть оси­лена мусуль­ман­ским умом. Мусуль­мане думают: или Бог – един, или Он – Троица, но Он не может быть одно­вре­менно и тем и другим! Три лич­но­сти не могут быть одной лич­но­стью!

В то же время Коран содер­жит ясное ука­за­ние на боже­ствен­ность Иисуса Христа: Его рож­де­ние Девой Марией. Но раз­ли­чие в том, что, по Мухам­меду, Хри­стос был сотво­рен в Деве Марии посред­ством сози­да­ю­щего Слова Божьего из ничего, в то время как мы, хри­сти­ане, испо­ве­дуем, что Иисус Хри­стос еще в веч­но­сти, испо­кон веков, от Отца рожден (но не сотво­рен) прежде сотво­ре­ния мира, истин­ный Бог от истин­ного Бога, Отец с Сыном в одном Есте­стве, и что Он, Иисус Хри­стос, стал чело­ве­ком ради нашего спа­се­ния.

Такие при­знаки хри­сто­ло­ги­че­ских споров и раз­но­гла­сий в церк­вях Ближ­него Востока доис­лам­ского пери­ода можно найти и в других местах Корана. Так Коран назы­вает Христа «Словом Божьим» и «Духом от Бога». Немало споров было в исто­рии мусуль­ман­ского бого­сло­вия и по вопросу о том, явля­ется ли Слово Божие вечным или оно имеет начало во вре­мени. А суть этого спора заклю­ча­ется в том, что ислам не при­знает, что Иисус Хри­стос, «явив­ше­еся во плоти Слово Божие», уже по рож­де­нии Своему выше самого Мухам­меда. Итак, ислам – рели­гия, т.е. дух, отри­ца­ю­щий Боже­ство Христа, что по 1Ин. 4:3 и 15 явля­ется при­зна­ком анти­хри­ста.

Вторым дог­ма­ти­че­ским пре­пят­ствием для мусуль­ман явля­ется сви­де­тель­ство о рас­пя­тии Иисуса Христа. При этом мы должны обра­тить вни­ма­ние на то, что ислам­ская кри­тика направ­лена не против зна­че­ния и послед­ствий рас­пя­тия Христа на кресте, нет, она ради­кально отри­цает досто­вер­ность самого этого исто­ри­че­ского факта. Мухам­мед сказал, побуж­да­е­мый к тому своим духом, что Хри­стос не умер на кресте, а живым воз­не­сен на небо. Этим самым Мухам­мед с корнем вырвал из мусуль­ман­ского миро­воз­зре­ния все основ­ные поня­тия хри­сти­ан­ства, такие как: оправ­да­ние, вос­кре­се­ние Иисуса Христа, изли­я­ние Свя­того Духа, воз­рож­де­ние веру­ю­щих, их освя­ще­ние и спа­се­ние. В кате­го­ри­че­ском отри­ца­нии креста рас­кры­ва­ется истин­ный харак­тер ислама. В то время как мы, хри­сти­ане, видим в при­ходе Иисуса Христа во плоти необ­хо­ди­мую пред­по­сылку Его заме­сти­тель­ной жертвы на кресте, Мухам­мед отри­цает и то и другое.

Кто мусуль­ма­нину скажет, что исто­рия стра­да­ния и смерти Иисуса Христа – одна из наи­бо­лее засви­де­тель­ство­ван­ных частей Еван­ге­лия, натолк­нется на третье пре­пят­ствие, отде­ля­ю­щее ислам от хри­сти­ан­ства: пони­ма­ние Откро­ве­ния! Мухам­мед без долгих рас­суж­де­нии заявил, что все раз­ли­чия между Биб­лией и тек­стами Корана явля­ются якобы дока­за­тель­ствами под­делки пер­во­на­чаль­ного откро­ве­ния. При этом у мусуль­ман­ских дог­ма­ти­ков суть дела не в том, какой стих Библии явля­ется истин­ным Словом Иисуса Христа или какие источ­ники лежат в основе Еван­ге­лия, нет, здесь только Коран при­ни­ма­ется за един­ственно дей­стви­тель­ный, непре­клон­ный мас­штаб боже­ствен­ной истины. Итак, что не сов­па­дает с книгой мусуль­ман, то счи­та­ется ложью и под­дел­кой. Таким же обра­зом дока­зы­ва­ется и телес­ное воз­не­се­ние Иисуса Христа на небо, так что Он явля­ется для мусуль­ма­нина един­ствен­ным чело­ве­ком вблизи Гос­пода Бога, но только как пророк – без Гол­гоф­ского креста и без бого­сы­нов­ства!

^ 2. Кто такой Аллах

Три корен­ных про­ти­во­ре­чия между исла­мом и хри­сти­ан­ством срав­нимы лишь с над­вод­ной, види­мой частью айс­берга, но сама же основ­ная масса причин и про­блем нахо­дится незримо глубже. Она сокрыта в самом поня­тии боже­ства Аллаха, кото­рое вос­при­ни­ма­ется мусуль­ма­нами с край­ней педан­тич­но­стью. Аллах – непо­сти­жи­мый, непо­нят­ный и непри­ступ­ный. Он нево­об­ра­зимо велик и стоит, по поня­тиям мусуль­ман, вне пре­де­лов, дося­га­е­мых чело­ве­че­ским разу­мом. Он не рожден и не рож­дает. Ему нет рав­ного. И рож­де­ние Иисуса Христа от Девы Марии как Сына Божьего отвер­га­ется исла­мом как немыс­ли­мое уни­же­ние Аллаха. Мусуль­ман­ское поня­тие боже­ства ока­зало реша­ю­щее вли­я­ние на фор­ми­ро­ва­ние всех обла­стей ислам­ской куль­туры и явля­ется именно тем духом, кото­рый свя­зы­вает мусуль­ман и мешает им стать хри­сти­а­нами. Так, по мнению ислама, чело­век сотво­рен не по образу и подо­бию Божьему, но как раб Его, что и под­чёр­ки­ва­ется риту­а­лом паде­ния ниц моля­ще­гося мусуль­ма­нина, оли­це­тво­ря­ю­щего бук­валь­ное зна­че­ние слова «ислам». Оно обо­зна­чает полную отдачу, покор­ность, пре­дан­ность Аллаху. Если мусуль­ма­нин думает о молитве, он не пред­став­ляет себе сво­бод­ного раз­го­вора с Богом, но уча­стие в раз­ра­бо­тан­ной до мель­чай­ших дета­лей службы, в кото­рой про­яв­ля­ется по нескольку раз в день его покло­не­ние Аллаху. Эта молитва фор­ми­рует под­со­зна­ние мусуль­ма­нина больше, чем мы себе это пред­став­ляем. Поня­тие хри­сти­ан­ской молитвы совер­шенно другое. Здесь и кро­ется одно из глу­бо­чай­ших про­ти­во­ре­чий между этими двумя рели­ги­ями.

По поня­тиям мусуль­ман Аллах так велик, что он один опре­де­ляет судьбы всех людей. Сча­стье, ката­строфа, смерть, несча­стье и неудача – всё при­пи­сы­ва­ется воле Аллаха. Фата­лизм – вера в пред­опре­де­лен­ную, неот­вра­ти­мую судьбу – глу­боко коре­нится в исламе и ско­вы­вает их твор­че­скую актив­ность. Образ жизни мусуль­ма­нина в корне отли­ча­ется от образа жизни хри­сти­а­нина. Разум и все побуж­де­ния мусуль­ма­нина пред­опре­де­лены поня­тием боже­ства Аллаха.

И «грех» пони­ма­ется исла­мом не как при­чина, раз­де­ля­ю­щая чело­века с Богом, ответ­ствен­ность за кото­рую несет чело­век, а как недо­смотр или ошибка, про­изо­шед­шая в конеч­ном итоге по вине Аллаха, создав­шего чело­века таким слабым и легко иску­ша­е­мым. Таким обра­зом, Аллах кос­венно ответ­ствен за всё зло в этом мире. И он один, про­из­вольно, как ему взду­ма­ется, опре­де­ляет одного в рай, дру­гого в ад. Он похож на вели­кого дик­та­тора, кото­рого все боятся и скрыться от кото­рого никто не может. И все мысли мусуль­ма­нина, и все его реше­ния, в конеч­ном счете, пред­опре­де­лены им, Алла­хом.

Так и Гол­гоф­ский крест не нужен Аллаху, но, наобо­рот, он пред­став­ляет собой поку­ше­ние на его суве­ре­ни­тет. Аллаху не нужна жертва и не нужен посред­ник, при­ми­ря­ю­щий его с миром, так как он про­щает кого хочет и когда хочет. Это мусуль­ман­ское поня­тие вели­чия и исклю­чи­тель­но­сти Аллаха явля­ется самой глу­бо­кой при­чи­ной, раз­де­ля­ю­щей мусуль­ман и хри­стиан.

Это уко­ре­нив­ше­еся поня­тие боже­ства Аллаха фор­ми­ро­вало все обла­сти ислам­ской куль­туры. Многие сто­ле­тия гос­под­ство­вал муж над своими женами и детьми, как пат­ри­арх. Учи­тель воз­вы­шался над своими уче­ни­ками. Рабо­то­да­тель часто похо­дил на рабо­вла­дельца, как и многие халифы и сул­таны, нередко поль­зо­вав­ши­еся неогра­ни­чен­ной, кро­ва­вой вла­стью. Боль­ные, слабые и бедные счи­та­лись нака­зан­ными, в то время как силь­ные, бога­тые, власт­ву­ю­щие – утвер­жден­ными Алла­хом. Сми­ре­ние хри­стиан, крест Иисуса Христа и хвала Павла своею сла­бо­стью – всё это диа­мет­рально про­ти­во­по­ложно духу ислама и делает хри­сти­ан­ство в глазах мусуль­ман рели­гией непол­но­цен­ной и вырож­да­ю­щейся.

Так и мысль, что Гос­подь Бог – Отец наш и что Он из любви к раз­вра­щен­ному миру пожерт­во­вал Своим един­ствен­ным Сыном, пред­став­ля­ется мусуль­ма­нину не только чуждой, но и смеш­ной, если не бого­хуль­ной! Вместо этого, мусуль­ма­нин покло­ня­ется дале­кому и вели­кому дик­та­тору – Богу и стра­шится Его! Любое утвер­жде­ние о Божьей бли­зо­сти, о Его отцов­ской заботе счи­та­ется само­об­ма­ном. Даже в буду­щем мусуль­ман­ском раю Аллах не будет , лично при­сут­ство­вать, так как Он оста­ется для своих созда­ний всегда дале­ким, вели­ким и неви­ди­мым. Кто же гово­рит, что Бог явил Себя людям в образе Иисуса Христа, счи­та­ется лжецом и совра­ти­те­лем.

^ 3. Ислам­ский метод мыш­ле­ния

Поня­тие Бога в Коране поро­дило и род­ствен­ный образ мыш­ле­ния у арабов. Хотя и многие другие фак­торы спо­соб­ство­вали раз­ви­тию про­цесса мыш­ле­ния и отра­зи­лись на его содер­жа­нии, однако, то и дело про­ры­ва­ется типич­ный ислам­ский образ мыш­ле­ния.

Это ста­но­вится ясным и на при­мере пони­ма­ния «бого­дух­но­вен­но­сти» Свя­щен­ного Писа­ния. В то время, как в нашем хри­сти­ан­ском пони­ма­нии бого­дух­но­вен­но­сти вклю­чены такие поня­тия, как слу­ша­ние, вдох­но­ве­ние от Духа Свя­того и про­свет­ле­ние, дела­ю­щие чело­века, несмотря на его огра­ни­чен­ность, соучаст­ни­ком Божьего Откро­ве­ния, ислам­ское же пони­ма­ние «бого­дух­но­вен­но­сти Писа­ния» ради­кально. Аллах бук­вально по слогам дик­то­вал Мухам­меду свое откро­ве­ние, так что пророк почти в бес­со­зна­тель­ном состо­я­нии, как без­воль­ный инстру­мент вла­дев­шего им духа, выда­вал свои «суры». С тех пор его про­ро­че­ство счи­та­ется завер­ше­нием всех откро­ве­ний, в кото­ром чело­ве­че­ству пред­ла­га­ется, по мнению ислама, наи­выс­шая муд­рость и глу­бо­чай­шие знания. Мусуль­ма­нин не думает, что он при­над­ле­жит к несо­вер­шен­ной рели­гии, а наобо­рот, пола­гает, что может осчаст­ли­вить своим при­ме­ром бого­по­чи­та­ния всё осталь­ное чело­ве­че­ство.

Долгое время из-за бла­го­го­ве­ния перед «Словом Аллаха» запре­щено было зани­маться истол­ко­вы­ва­нием Корана или кри­ти­че­ски обсуж­дать содер­жа­ние «сур», так как все откро­ве­ния счи­та­лись ясными, понят­ными и закон­чен­ными. И ни один чело­век, по мнению мусуль­ман, не в состо­я­нии иссле­до­вать или обсуж­дать слова Аллаха. Их можно только пас­сивно при­нять, послушно при­знать и с вер­но­стью сохра­нять, но их нико­гда нельзя кри­ти­ко­вать или раз­ви­вать. В соот­вет­ствии с этим и раз­ви­лась у мусуль­ман спо­соб­ность заучи­ва­ния наизусть и таким обра­зом накап­ли­вать знания. И нередко мусуль­мане цели­ком или частично зазуб­ри­вают Коран, не пони­мая ни его смысла, ни содер­жа­ния. Этот пас­сив­ный, ста­ти­че­ский образ мыш­ле­ния фор­ми­рует и до наших дней всю систему обра­зо­ва­ния в школах и уни­вер­си­те­тах, так что многие арабы несут в себе глу­бо­кие знания, эмо­ци­о­нально дей­ству­ю­щие у них в под­со­зна­нии, но не спо­собны при­ме­нить их активно, дина­ми­че­ски. Каждый запад­ный учи­тель, рабо­та­ю­щий в араб­ском мире, убеж­да­ется на прак­тике в том, что накап­ли­ва­ние знаний заучи­ва­нием наизусть вовсе еще не озна­чает само­сто­я­тель­ного мыш­ле­ния и что логи­че­ские, систе­ма­ти­че­ски при­во­ди­мые рас­суж­де­ния очень редко вызы­вают актив­ную мыс­ли­тель­ную дея­тель­ность у мусуль­ман.

Отказ ислама от само­сто­я­тель­ного мыш­ле­ния объ­яс­ня­ется и той ролью, кото­рую в его жизни играют пре­да­ния. Ни один чело­век не имеет права в спор­ном случае истол­ко­вы­вать Коран своим разу­мом и при­ме­нять его выска­зы­ва­ния к своим усло­виям. Это может один только Аллах! Потому было создано бес­чис­лен­ное мно­же­ство пре­да­ний, в кото­рых всегда фигу­ри­рует Мухам­мед, в уста кото­рому были вло­жены с более или менее прав­до­по­доб­ной канвой иско­мые откро­ве­ния. Так само суще­ство­ва­ние пре­да­ний явля­ется дока­за­тель­ством того, что в исламе совер­шенно исклю­ча­ется сво­бод­ное мыш­ле­ние, что им создан совер­шенно иной, чем на Западе, образ мыш­ле­ния.

Кроме того. Коран напи­сан в форме свое­об­раз­ных рифм, по-араб­ски зву­ча­щих очень про­ник­но­венно. При этом Мухам­мед, в угоду рифме, ставил иногда слова не туда, куда сле­до­вало бы по смыслу, или изме­нял слог, чтобы изме­нить ритм и зву­ча­ние. Точное содер­жа­ние имело вто­ро­сте­пен­ное зна­че­ние. Так из имени «Иисус» в Коране полу­чи­лось «И’са», тем самым ради зву­ча­ния было иска­жено имя, кото­рое пре­выше всех имен.

Из этого поэ­ти­че­ского прин­ципа и воз­никло у арабов рели­ги­оз­ное чув­ство, вызы­ва­е­мое про­ник­но­вен­ным зву­ча­нием и выра­зи­тель­ным чте­нием, а не систе­ма­ти­че­ской логи­кой. Наше Еван­ге­лие постро­ено совсем иначе. Оно напи­сано не в сти­хо­твор­ной форме, а в прозе и тре­бует углуб­ле­ния, раз­мыш­ле­ния и пони­ма­ния. О Коране утвер­жда­ется, что он якобы напи­сан кра­си­вей­шим языком Бога, Библия же, напро­тив, име­ется лишь в несклад­ном араб­ском пере­воде. И Еван­ге­лие звучит в ушах мусуль­ма­нина чуждо и странно, в то время как Коран подо­бен свет­лому стиху, сочи­нен­ному самим Алла­хом и нахо­дя­ще­муся на недо­ся­га­е­мой высоте для всего до сих пор напи­сан­ного.

Из всего этого видно, почему мусуль­ма­нину не так просто понять Библию и почему ему не так просто при­знать ее как основу своего миро­воз­зре­ния. Он не слышит в ней зову­щего порыва, и чтение ее редко про­буж­дает в нем мыс­ли­тель­ный про­цесс или воле­вое реше­ние.

В связи с этим нам в миссии необ­хо­димо научиться думать с пози­ции мусуль­ман и пред­ла­гать заучи­вать наизусть избран­ные тексты Библии с тем, чтобы запол­нить под­со­зна­ние мусуль­ман насто­я­щим, истин­ным Словом Божьим и мед­ленно про­бу­дить в них хри­сти­ан­ский образ мыш­ле­ния и хри­сти­ан­ское созна­ние. Бла­го­сло­венны про­по­вед­ники, пред­ла­га­ю­щие не только холод­ные, дог­ма­ти­че­ски ясные про­по­веди, а несу­щие Благую Весть с поры­вом и чув­ством, так как пони­ма­ние к арабам при­хо­дит не через голову, а через ceрдце.

^ 4. Посте­пен­ное кру­ше­ние власти рода под вли­я­нием эпохи про­све­ще­ния

Сле­ду­ю­щим пре­пят­ствием, удер­жи­ва­ю­щим мусуль­ма­нина от реше­ния стать хри­сти­а­ни­ном, явля­ется его при­вя­зан­ность к боль­шой семье, роду. Боль­шин­ство мусуль­ман еще не осо­знает себя как само­сто­я­тель­ное я, а уко­ре­ни­лось и живет в созна­нии мы своего рода. И это одно из самых основ­ных раз­ли­чий между Запа­дом и Восто­ком. Мы нахо­димся на сту­пе­нях рас­пада духа соли­дар­но­сти боль­шой фами­лии «мы» и ска­ты­ва­емся в изо­ля­цию оди­ночки я, рискуя рас­тво­риться в без­лич­ной массе man. Песни из пери­ода Рефор­ма­ции с их «мы”-сознанием и песни из эпохи Про­све­ще­ния с их «я”-отношением ясно пока­зы­вают эту пере­мену, в то время как наше обще­ство мате­ри­аль­ного бла­го­по­лу­чия фор­ми­ру­ется всё уни­фи­ци­ру­ю­щей без­лич­ной массой. Такое рас­тво­ре­ние в общую массу у арабов пока почти не наблю­да­ется, поэтому в араб­ском мире так редко встре­ча­ются раз­лич­ные обще­ства, клубы, дома раз­вле­че­ний.

Многие араб­ские страны стоят на пути к пере­ходу от рода к инди­ви­ду­уму. Осо­зна­ние своего я у неко­то­рых арабов посте­пенно рож­да­ется под вли­я­нием восточно-запад­ного мате­ри­а­лизма. В этом мучи­тель­ном про­цессе семья пере­жи­вает кризис. До сих пор из-под вли­я­ния рода выхо­дили только оди­ночки, так как боль­шин­ство всё еще пони­мают себя только в обще­стве своего отца, дяди и бра­тьев. Часто моло­дой мусуль­ма­нин женится не на той девушке, кото­рую любит, а берет ту, кото­рую сове­тует ему его семья. Так и веро­ис­по­ве­да­ние – дело всего рода, а не резуль­тат реше­ния одной лич­но­сти.

Если всё же мусуль­ма­нин остав­ляет свою старую веру, то это не только боль­шой позор для всего его рода, но в первую оче­редь для него самого озна­чает отрыв от при­выч­ного мы семьи, един­ство с кото­рой он чув­ствует всеми фиб­рами своей души. Этот про­цесс более глу­бо­кий и про­дол­жи­тель­ный, чем мы это себе пред­став­ляем, и порож­дает у очень многих про­зе­ли­тов, т. е. мусуль­ман, пере­шед­ших в хри­сти­ан­ство, полное оди­но­че­ство, кото­рое часто при­во­дит их в отча­я­ние, а порой и к мысли о само­убий­стве.

Поло­вина всех арабов по воз­расту моложе 20 лет. Именно поэтому совре­мен­ные школы и уни­вер­си­теты, фильмы, тех­ника и войны спо­соб­ствуют пере­лому в ислам­ской куль­туре. Мно­го­этаж­ные дома в боль­ших горо­дах высятся, как силос­ные башни, в них нет места целому роду, так как квар­тиры в таких домах рас­счи­таны на семьи с 2–4 детьми. В связи с этим многие мусуль­мане ста­но­вятся оди­но­кими и ищут новую духов­ную родину и новую основу духов­ной жизни, так что призыв Еван­ге­лия ныне пони­ма­ется ими намного легче, чем раньше.

^ 5. Угры­зе­ния сове­сти про­зе­лита

В том случае, если мусуль­ма­нин, несмотря на все пре­грады (обычно в воз­расте от 18 до 25 лет), начи­нает ближе зна­ко­миться с Иису­сом, он видит себя винов­ным в самом тяже­лом «грехе» ислама, кото­рый, по его пони­ма­нию, соот­вет­ствует греху против Свя­того Духа. Кто ставит чело­века или дру­гого Бога наравне с Алла­хом, тот нико­гда не будет прощен (сура «Имрана» 136). И кто оста­вит ислам, тот про­клят и счи­та­ется погиб­шим навеки (сура «Имрана» 90).

Так добав­ля­ются ко всем дог­ма­ти­че­ским, логи­че­ским и семей­ным пре­пят­ствиям еще и угры­зе­ния сове­сти, удер­жи­ва­ю­щие мусуль­ма­нина от пере­хода к хри­сти­ан­ству.

Ислам, как рели­гию, нельзя срав­ни­вать с рели­ги­ями других стран, в кото­рых Еван­ге­лие до мис­си­о­ни­ро­ва­ния еще не было рас­про­стра­нено, как, напри­мер, в южных рай­о­нах Тихого океана и в стра­нах с буд­диз­мом. Ислам – после­хри­сти­ан­ская рели­гия, кото­рая созна­тельно про­ти­во­стоит Иисусу Христу и кото­рая в про­цессе своего раз­ви­тия стала анти­хри­сти­ан­ской силой. Чело­век с такой рели­гией ста­но­вится невос­при­им­чи­вым к Духу Христа. Мусуль­мане с малых лет имму­ни­зи­ро­ваны, т.е. настро­ены против учения Еван­ге­лия. Ими руко­во­дит другой дух, кото­рого иначе не назо­вешь, как духом кол­лек­тив­ной одер­жи­мо­сти.

Прак­ти­че­ски это озна­чает: если мусуль­ма­нин реша­ется при­нять Иисуса Христа, то он нахо­дится между двумя откро­ве­ни­ями. И здесь невоз­мо­жен диалог, так как Коран пре­тен­дует на то, что якобы Аллах про­дик­то­вал Мухам­меду чистей­шую истину. Таким обра­зом, кто созна­тельно обра­ща­ется к Еван­ге­лию, начи­нает верить в Иисуса Христа и внут­ренне свя­зы­вает себя с Ним, при­об­ре­тает не только нового Гос­пода и Свя­того Духа, но стоит перед необ­хо­ди­мо­стью при­знать откро­ве­ние Корана ложью. Между Кора­ном и Еван­ге­лием не суще­ствует ни малей­шего согла­сия во всех цен­траль­ных вопро­сах веро­ис­по­ве­да­ния, разве только что пред­ста­ви­тели обеих сторон иска­зят содер­жа­ние своих Писа­ний и тер­пимо отне­сутся к дог­ма­ти­че­ским раз­но­гла­сиям.

Этот шаг к отказу от Корана и осо­зна­ние его небо­же­ствен­ного про­ис­хож­де­ния – очень труд­ный и горь­кий про­цесс в каждом ново­об­ра­щен­ном, и этот про­цесс нельзя каким-нибудь обра­зом фор­си­ро­вать. Здесь необ­хо­дима сила Свя­того Духа, Кото­рый ведет после­до­ва­те­лей Иисуса Христа по мере роста в вере ко всё более ясному рас­по­зна­ва­нию «духов». Мусуль­мане, уве­ро­вав­шие в Иисуса Христа, часто пыта­ются при­ми­рить в себе оба источ­ника откро­ве­ний. В резуль­тате полу­ча­ется раз­дво­ен­ность с неве­ро­ят­ными послед­стви­ями или поверх­ност­ная вера, кото­рая долго не устоит.

^ 6. Обра­ще­ние ко Христу

Если мусуль­ма­нин серьезно изу­чает Еван­ге­лие, ему этого от окру­жа­ю­щих не скрыть. Боль­шин­ство его друзей сна­чала пыта­ются пере­убе­дить его, затем пре­ду­пре­ждают, поки­дают и пре­зи­рают его. И жена его имеет право раз­ве­стись с ним. В этом случае дети больше не при­над­ле­жат ему.

Но прежде всего его род начи­нает кри­ти­че­ски сле­дить за ним. С ним гово­рят по-дру­же­ски, просят, чтобы он своей изме­ной не позо­рил имя рода, что повлекло бы за собой эко­но­ми­че­ские послед­ствия. Если упо­мя­ну­тый не при­слу­ши­ва­ется, ему угро­жают, для чего нередко его лишают кар­ман­ных денег или бьют его, или не дают ему закон­чить школу. И если всё это не помо­гает, слу­ча­ется, что своя же семья подо­зре­вает и обви­няет его в воров­стве или в мораль­ном паде­нии с тем, чтобы упря­тать его в тюрьму и таким обра­зом пока­зать, что достой­ная семья порвала все отно­ше­ния с этим «испор­чен­ным» чело­ве­ком, отри­ца­ю­щим Аллаха и став­шим «без­бож­ни­ком».

Коран тре­бует смерти каж­дого отступ­ника (суры «Женщины»-90, и «Пчёлы»-107). Еще и сего­дня каж­дому ново­об­ра­щен­ному при­хо­дится счи­таться с этой угро­зой. Так как в цен­траль­ных араб­ских стра­нах эта опас­ность еще суще­ствует, то там пока не известны офи­ци­аль­ные пере­ходы в хри­сти­ан­скую веру. В араб­ских стра­нах, име­ю­щих кон­такт с Запа­дом, раз­ви­лась в неко­то­ром роде веро­тер­пи­мость, кото­рая бла­го­даря запад­ному обра­зо­ва­нию эти пере­ходы, правда, не при­вет­ствует, но и не при­во­дит в испол­не­ние казни, тре­бу­е­мые Кора­ном. Роди­тели ново­об­ра­щен­ного смот­рят на своего ребенка как на умер­шего или забо­тятся о том, чтобы он эми­гри­ро­вал, и таким обра­зом уда­ляют его из поля зрения. Правда, фор­си­ру­е­мая мил­ли­ар­дами неф­те­до­бы­ва­ю­щих стран рефор­ма­ция ислама снова пыта­ется во многих араб­ских стра­нах ввести именно этот закон о смерт­ной казни, тре­бу­е­мый Кора­ном.

Но в любом случае внут­рен­ний и внеш­ний разрыв с роди­те­лями, с бра­тьями и сест­рами, со всей родней и со всеми зна­ко­мыми – для ново­об­ра­щен­ного очень горь­кий и труд­ный про­цесс: он нико­гда не рас­ста­ется мирно со своими близ­кими, его счи­тают про­кля­тым и пре­зрен­ным. И его разрыв про­ис­хо­дит не только логи­че­ски и дог­ма­ти­че­ски в мыслях, а именно вдре­безги раз­би­вает его уко­ре­нив­ше­еся «мы», так что он ока­зы­ва­ется в мире, не зна­ю­щем состра­да­ния, лишен­ным всего, оди­но­ким и потря­сен­ным.

Все араб­ские страны, кроме Ливана, запре­щают пере­ход от ислама к хри­сти­ан­ству. Кон­сти­ту­ци­он­ная сво­бода веро­ис­по­ве­да­ния при­ме­нима только в том случае, когда хри­сти­ан­ские мень­шин­ства оста­ются хри­сти­а­нами или когда они желают стать мусуль­ма­нами, но не наобо­рот. Воз­мож­ность пере­хода мусуль­ман в хри­сти­ан­ство зако­ном вообще не преду­смот­рена, поэтому и судеб­ным про­цес­сом против пра­ви­тель­ства, как это пытался сде­лать один бывший мусуль­ма­нин в Сирии, добиться этого нельзя. У араб­ского мусуль­ма­нина нет пока воз­мож­но­сти легально менять свое веро­ис­по­ве­да­ние, кроме как если он эми­гри­рует и примет иное граж­дан­ство. Это отсут­ствие гиб­ко­сти закона ста­но­вится осо­бенно тра­гич­ным тогда, когда обра­тив­шийся соби­ра­ется жениться на хри­сти­ан­ской девушке, так как функ­ции ЗАГСа почти во всех араб­ских стра­нах испол­ня­ются исла­мом или муллой. В случае выхода замуж хри­сти­ан­ской девушки за ново­об­ра­щен­ного при­хо­дится жениху явиться со своей неве­стой к шейху, как всем мусуль­ма­нам, чтобы офор­мить свой брак; дети этого брака авто­ма­ти­че­ски ста­но­вятся «мусуль­ма­нами».

В неко­то­рых араб­ских стра­нах органы власти при­ни­мали реши­тель­ные меры, раз­го­няли и запре­щали собра­ния обра­щен­ных в хри­сти­ан­ство, а актив­ных руко­во­ди­те­лей аре­сто­вы­вали и сажали в тюрьмы, в исклю­чи­тель­ных слу­чаях даже пытали. Но о смерт­ных при­го­во­рах в наше время не известно, за исклю­че­нием попы­ток со сто­роны без­гра­мот­ных роди­те­лей в гневе и ярости убить своих детей, уве­ро­вав­ших в Иисуса Христа. К этому сле­дует доба­вить, что по сооб­ще­нию араб­ской газеты «Эль-Араби» в апреле 1972 года при­мерно 70 % арабов не умеют читать и писать. Отсюда и понятно, что негра­мот­ные роди­тели фана­ти­че­ски цеп­ля­ются за выучен­ные наизусть тексты Корана и за тра­ди­ции и послушно, в духе Мухам­меда, нена­ви­дят свою кровь и плоть, чтобы иметь бла­го­сло­ве­ние Аллаха и не выйти из един­ства всего обще­ства ислам­ской куль­туры. Род и явля­ется тем орга­ном в исламе, кото­рый рьяно осу­ществ­ляет и охра­няет Коран, и тем самым этот род ста­но­вится самым боль­шим пре­пят­ствием для каж­дого мусуль­ма­нина, решив­шего стать хри­сти­а­ни­ном.

Поко­рятся ли Египет и Паки­стан как госу­дар­ства тре­бо­ва­ниям фана­тич­ных мусуль­ман из неф­те­до­бы­ва­ю­щих стран и утвер­дят ли закон о смерт­ном при­го­воре для отсту­пив­ших от ислама, пока­жет время.

^ 7. Прием араб­ской Цер­ко­вью ново­об­ра­щен­ного в свою среду

Не все арабы – мусуль­мане. Во многих араб­ских стра­нах суще­ствуют церкви еще со времен Визан­тий­ской импе­рии. Число членов этих церк­вей при­бли­зи­тельно от 5 до 8 мил­ли­о­нов при общей чис­лен­но­сти арабов около 100 мил­ли­о­нов. Эти мень­шин­ства выра­бо­тали соб­ствен­ную хри­сти­ан­скую тер­ми­но­ло­гию. Хотя на таких ост­ров­ках хри­сти­ан­ства и раз­го­ва­ри­вают по-араб­ски, слова имеют совер­шенно иной смысл, чем те же слова в поня­тии мусуль­ман. Так язык, обычаи, дух и жиз­нен­ный опыт отде­ляют эти ост­ровки от окру­жа­ю­щего их мусуль­ман­ского моря, кото­рое на про­тя­же­нии многих сто­ле­тий сильно буше­вало, пыта­ясь погло­тить хри­сти­ан­ские общины.

В церкви пра­во­слав­ных, коптов, маро­ни­тов, несто­риан, сириан и като­ли­ков про­никли в тече­ние послед­них 150 лет еван­гель­ские миссии и орга­ни­зо­вали более или менее боль­шие общины араб­ско-еван­гель­ских церк­вей с общей чис­лен­но­стью около 400000 членов, пред­став­ля­ю­щие собой пес­нями, своей одеж­дой и общим обра­зом жизни копии род­ствен­ных им церк­вей в США, Англии и Гер­ма­нии, так и не став­ших мис­си­о­нер­скими общи­нами в отно­ше­нии ислама. Про­пасть раз­де­ляет араб­ских хри­стиан от мусуль­ман. Пре­сле­до­ва­ния и при­тес­не­ния на про­тя­же­нии про­шед­ших сто­ле­тий, другой образ мыш­ле­ния и другие молитвы, кроме того недо­ве­рие и скры­тый страх – всё это оже­сто­чило сердца араб­ских хри­стиан.

Если же юный мусуль­ма­нин после дли­тель­ной внут­рен­ней борьбы поки­дает ислам, отры­вая себя от рода и семьи и, веро­ятно, теряя при этом своё рабо­чее место или даже скры­ва­ясь от пре­сле­до­ва­ния, обра­ща­ется с надеж­дой к одной из хри­сти­ан­ских групп – ему ста­но­вится не по себе, как будто ему на голову вылили ушат холод­ной воды. Боль­шин­ство членов этой группы дер­жатся в сто­роне от него, смот­рят на него кри­ти­че­ски и с недо­ве­рием, думают, что он, воз­можно, шпион, что он ищет воз­мож­но­сти полу­чить дешё­вое школь­ное обра­зо­ва­ние в одной из мис­си­о­нер­ских школ. Таким обра­зом, он вынуж­ден испы­тать самое неве­ро­ят­ное: он выбро­шен ислам­ским миром и не принят хри­сти­ан­ским. Часто выхо­дит, что ново­об­ра­щен­ный нахо­дится как бы между двух огней, он пови­сает между небом и землей, он теряет родину, работу, честь.

Конечно, печаль­ный опыт с мусуль­ма­нами старых и моло­дых цер­ков­ных общин – горь­кая дей­стви­тель­ность, но, воз­можно, 20 % или более от общего числа таких ищущих Иисуса Христа – истин­ные веру­ю­щие. Но и они оттал­ки­ва­ются именно теми, кото­рых они, ново­об­ра­щен­ные, согласно Библии счи­тают свя­тыми, детьми Божьими. Это отрезв­ле­ние шоки­рует их до самой глу­бины души.

Если церк­вям и мис­си­о­нер­ским орга­ни­за­циям не удастся этих ново­об­ра­щен­ных из мусуль­ман при­нять в обще­ство хри­стиан или создать обще­ство из самих ново­об­ра­щен­ных, то им вообще не сле­дует мис­си­о­ни­ро­вать среди мусуль­ман. Каждый пока­яв­шийся нуж­да­ется в обще­нии с еди­но­мыш­лен­ни­ками, дру­зьями и детьми Божьими. Он опять-таки нуж­да­ется в тепле домаш­него уюта, этого мы, кото­рое он поте­рял, но теперь, разу­ме­ется, в духе Иисуса Христа, с осво­бож­ден­ным обра­зом мыш­ле­ния и сво­бод­ной молит­вой, и раз­го­во­ром с Богом,

К этому отно­сится и рабо­чее место, и про­фес­си­о­наль­ное обра­зо­ва­ние, соот­вет­ству­ю­щее его спо­соб­но­стям. Не подачки нужны ново­об­ра­щен­ному, а прак­ти­че­ская помощь при устрой­стве на работу с тем, чтобы он мог достойно зара­ба­ты­вать свой хлеб и не опус­каться до поло­же­ния нищего.

И, кроме того, ново­об­ра­щен­ному нужна веру­ю­щая жена, тер­пе­ливо помо­га­ю­щая ему врас­тать в хри­сти­ан­ское миро­воз­зре­ние.

Но, к сожа­ле­нию, обычно не выпол­ня­ется ни одно из этих трех основ­ных тре­бо­ва­ний мис­си­о­нер­ской работы. Везде ощу­ща­ется недо­ста­ток в обще­стве, в рабо­чих местах, в супру­гах. Воз­можно, что путь, пред­ло­жен­ный като­ли­ками, отправ­ля­ю­щими ново­об­ра­щен­ных мусуль­ман в мона­стыри, не самый плохой выход! Основ­ной же про­бле­мой мис­си­о­ни­ро­ва­ния среди арабов явля­ется сего­дня не уста­нов­ле­ние кон­такта с мусуль­ма­ни­ном и его мед­лен­ный духов­ный рост, а его при­ня­тие в обще­ство хри­стиан. Мы знаем, что неко­то­рые мусуль­мане между собой гово­рят, что лучше внешне оста­ваться мусуль­ма­ни­ном и тайно верить в Иисуса Христа, так как если своими род­ствен­ни­ками будешь отверг­нут, то и хри­сти­ане не примут. Конечно, бывают исклю­че­ния с обеих сторон, но, как пра­вило, почти во всех араб­ских церк­вях и обще­ствах отсут­ствует жела­ние мис­си­о­ни­ро­вать среди мусуль­ман. Поэтому тот, кто соби­ра­ется мис­си­о­ни­ро­вать среди них, должен прежде всего под­го­то­вить свои церкви.

^ 8. Труд­ный пере­ход к хри­сти­ан­ской жизни

Ново­об­ра­щен­ный далеко еще не гото­вый хри­сти­а­нин! Да и сами мы ещё на пути ста­нов­ле­ния. Поэтому мы должны не гла­зами мили­ци­о­нера смот­реть на ново­об­ра­щен­ного из мусуль­ман, а гла­зами забот­ли­вой матери, кото­рая по нескольку раз в день моет и чистит своё дитя. Необ­хо­димо мно­го­лет­нее тер­пе­ние, пока под­со­зна­ние быв­шего мусуль­ма­нина запол­нится богат­ством хри­сти­ан­ской мысли. Из него должен выйти старый дух, а новый войти.

На прак­тике это озна­чает, что такой брат во Христе должен при­об­ре­сти новую рабо­чую мораль, акку­рат­ность, ста­ра­ние, чув­ство ответ­ствен­но­сти и пре­дан­ность.

Его семей­ная жизнь должна при­об­ре­сти другие мораль­ные мас­штабы, и жела­ние слу­жить друг другу должно стать нормой.

Деньги не должны быть больше для него боже­ством, на кото­рое опи­ра­лось его под­со­зна­ние и к кото­рому были направ­лены все его мысли и надежды.

Также он должен тре­ни­ро­ваться в рас­по­рядке вос­крес­ного дня, упраж­няться откро­венно выра­жать свои мысли и научиться отде­лять поли­тику от рели­гии. Чтобы зрели в нем плоды Духа Иисуса Христа, ему, как и всем нам, необ­хо­дим рост в свя­то­сти. Если во всех этих и других обла­стях жизни не после­дует истин­ного роста и созре­ва­ния в хри­сти­ан­ском обра­ще­нии с дру­гими веру­ю­щими, то воз­ни­кает опас­ность, что вера оста­нется делом интел­лекта и нико­гда не станет плотью, или ислам­ское окру­же­ние его, отпав­шего, снова мед­ленно потя­нет назад… так как он не порвал с исла­мом всем суще­ством.

В про­цессе духов­ного роста име­ется опас­ная стадия, в кото­рой многие арабы, уве­ро­вав­шие в Иисуса Христа, снова воз­вра­ща­ются к исламу. До сих пор ново­об­ра­щен­ные иде­а­ли­зи­ро­вали хри­стиан, осо­бенно пас­то­ров и про­по­вед­ни­ков, пред­по­ла­гали, что они совер­шенны. Но теперь же, обна­ру­жив у после­до­ва­те­лей Иисуса Христа чело­веч­ность и ошибки, они стали наблю­дать за их сла­бо­стями. И, видя тонкие чер­точки эго­изма, често­лю­бия, жесто­ко­сер­дия, нетер­пи­мо­сти и мно­гого дру­гого, они качают голо­вами и гово­рят: «Ведь они не лучше нас!» Или когда они видят раз­лич­ные хри­сти­ан­ские церкви и прин­ципы неко­то­рых стран­ных миссий, им при­хо­дится выне­сти оче­ред­ной шок: «Они-то и между собой не едины! Они друг у друга воруют «овец» и каждый думает, что его цер­ковь самая святая и лучше, чем другие!» Осо­бенно плохо отра­жа­ется на них то, что рев­ност­ные мис­си­о­неры какой-нибудь группы такого ново­об­ра­щен­ного пред­став­ляют на боль­ших собра­ниях и фото­гра­фи­руют, чтобы затем опуб­ли­ко­вать в жур­нале своей миссии, даже если он принял Христа вовсе не в резуль­тате их мис­си­о­нер­ской работы. Но если дело каса­ется того, чтобы помочь найти этому ново­об­ра­щен­ному работу или неве­сту, то он опять видит себя поки­ну­тым и оди­но­ким!

Так уми­рает живое сви­де­тель­ство об Иисусе Христе и радость у тех, кото­рые со стра­да­ни­ями и гоне­ни­ями одна­жды поки­нули ислам­ское обще­ство. И именно здесь мы должны их учить, что един­ствен­ной формой сов­мест­ной жизни в хри­сти­ан­ском обще­стве явля­ется обо­юд­ное про­ще­ние веру­ю­щих, что сми­ре­ние и само­от­ре­че­ние начи­на­ются нес кри­тики других, а с кри­тики самого себя. И путь само­от­ре­че­ния явля­ется един­ствен­ным путем внут­рен­него роста и ста­нов­ле­ния хри­сти­ан­ской общины.

Такой рост в вере, кото­рый про­яв­ляет себя в любви и живой надежде, тре­бует много вре­мени, духов­ной заботы и живых при­ме­ров. Часто только путем настой­чи­вой молитвы изме­ня­ется такой плен­ник ислам­ского духа. И только Иисус Хри­стос один может осво­бо­дить и изме­нить мусуль­ма­нина. Всё искус­ство убеж­дать и пере­вос­пи­ты­вать не при­но­сит пользы. Иисус Хри­стос лично должен осво­бо­дить мусуль­ма­нина, очи­стить и сохра­нить его в любви. Воз­рож­да­ю­щая сила Божьей бла­го­дати побеж­дает власть ислама.

Но Иисус Хри­стос не может в этом деле обой­тись без Своих слуг. И поэтому мусуль­ма­нину осо­бенно в первое время нужны не умные слова, а про­яв­ле­ние любви и дру­же­люб­ная домаш­няя атмо­сфера, кото­рые и про­из­ве­дут на него впе­чат­ле­ние. Поэтому и вопрос, почему мусуль­мане так редко ста­но­вятся хри­сти­а­нами, должен быть обра­щен к нам! Мы, с нашей поверх­ност­ной верой, со сла­бо­стью наших молитв, с недо­ста­точ­ным про­яв­ле­нием любви и отсут­ствием готов­но­сти к жерт­вен­но­сти, явля­емся тому при­чи­ной. Одна­жды пастор Искан­дер Ядеед, бывший араб­ский мусуль­ма­нин, сказал:

«Если бы все хри­сти­ане были истин­ными хри­сти­а­нами, ислама сего­дня не было бы!»

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки