Представления о человеке в Коране и в Новом Завете

А. В. Журав­ский

Речь у нас пойдет в основ­ном о кора­ни­че­ской антро­по­ло­гии. Рас­ска­зы­вая о ней, я буду обра­щаться к ново­за­вет­ным пред­став­ле­ниям о чело­веке прежде всего для того, чтобы более точно опи­сать неко­то­рые спе­ци­фи­че­ские, совер­шенно осо­бен­ные моменты, черты в мусуль­ман­ском пони­ма­нии при­роды чело­века. Хотел бы сразу под­черк­нуть, что в своей статье я не пре­сле­дую ника­ких апо­ло­ге­ти­че­ских целей, а рас­смат­ри­ваю про­блему с пози­ций срав­ни­тель­ного рели­гио­ве­де­ния.

По своему опыту восто­ко­веда, изу­ча­ю­щего исто­рию ислама, я знаю, что боль­шин­ство из нас имеет об этой рели­гии весьма смут­ные пред­став­ле­ния. Поэтому поз­волю себе сде­лать несколько заме­ча­ний отно­си­тельно того, что же это за рели­гия – ислам и как при­вер­женцы этой рели­гии – мусуль­мане – пони­мают Коран, при­роду Корана.

Прежде всего – что же такое ислам? Само слово это озна­чает пре­да­ние себя, вве­ре­ние себя Богу, а вовсе не «покор­ность», как его иногда неверно пере­во­дят. Соот­ветс­венно, мусуль­ма­нин – это чело­век, вве­рив­ший себя Богу. В евро­пей­ском исла­мо­ве­де­нии неод­но­кратно пред­при­ни­ма­лись попытки дать крат­кое опре­де­ле­ние исламу. Напри­мер, обще­при­знан­ным стало опре­де­ле­ние ислама как нерас­тор­жи­мого един­ства рели­гии, куль­туры и соци­ально-поли­ти­че­ского устрой­ства. Т.е. ислам – это система, объ­ем­лю­щая все сто­роны, все уровни жизни чело­века в их един­стве.

Другое, менее извест­ное опре­де­ле­ние дал извест­ный фран­цуз­ский исла­мо­вед Луи Мас­си­ньон [1]. На первый взгляд оно кажется пара­док­саль­ным: ислам – это эга­ли­тар­ная свет­ская тео­кра­тия. Эга­ли­тар­ная, потому что все мусуль­мане равны перед боже­ствен­ным зако­ном. Свет­ская, потому что в исламе нет церкви, нет духо­вен­ства, т.е. людей, через таин­ство наде­лен­ных осо­быми, пре­вос­хо­дя­щими чело­ве­че­ские воз­мож­но­сти пол­но­мо­чи­ями. Ислам, точнее, сун­нит­ский [2] ислам не при­знает ника­кого посред­ника между Богом и чело­ве­ком. Имам или мулла в исламе – это лишь пред­сто­я­тель на молитве, им может быть любой член мусуль­ман­ской общины, зна­ю­щий Коран. Нако­нец, тео­кра­тия в том смысле, что вер­хов­ная власть в исламе при­над­ле­жит исклю­чи­тельно Богу, Его закону.

Ученик Мас­си­ньона Луи Гарде опре­де­лил ислам еще короче: ислам – это номо­кра­тия [3], т.е. власть Закона; есте­ственно, боже­ствен­ного закона. Дей­стви­тельно, если в вет­хо­за­вет­ной тео­кра­тии закон еди­но­жды данный на Синае, все же допол­нялся инсти­ту­том про­ро­ков, через кото­рых сохра­ня­лась и под­дер­жи­ва­лась живая связь Бога со своим наро­дом, если в хри­сти­ан­стве вет­хо­за­вет­ный закон вообще упразд­ня­ется, поскольку чело­век, как гово­рит апо­стол Павел в Первом посла­нии к Корин­фя­нам, отныне ста­но­вится «под­за­ко­нен Христу» (Кор. 9:21) или в Посла­нии к Гала­там: «Ибо Хри­стос иску­пил нас от клятвы закона, сде­лав­шись за нас клят­вою …» (Гал. 5:13), то в исламе в лице Мухам­мада поло­жен предел всякой духов­ной власти на земле, всякой воз­мож­но­сти посред­ни­че­ства между Богом и чело­ве­ком. Отныне все дано в Коране, боже­ствен­ном законе, кото­рому един­ственно при­над­ле­жат зако­но­да­тель­ные пол­но­мо­чия.

Нам важно понять также, что значит для мусуль­ман Коран. Встре­ча­ю­ще­еся в неко­то­рых евро­пей­ских рабо­тах опре­де­ле­ние Корана как «Библии ислама», данное, напри­мер, Анри Массе [4], прин­ци­пи­ально некор­ректно. Библия бого­дух­но­венна. Коран же, согласно ислам­скому веро­уче­нию, есть прямое, непо­сред­ствен­ное откро­ве­ние Бога. Это не авто­ри­зи­ро­ван­ное откро­ве­ние, в кото­ром наряду со словом Бога звучит и слово чело­века, то есть вдох­нов­лен­ный Богом чело­век, воз­мож­но­сти кото­рого все же огра­ни­чены эпохой и соци­о­куль­тур­ной средой, интер­пре­ти­рует это вдох­но­ве­ние. Коран, повто­ряю, – это непо­сред­ствен­ное откро­ве­ние, Мухам­мад же – только пас­сив­ный его пере­дат­чик. Поэтому мусуль­ма­нин нико­гда не скажет: «Мухам­мад сказал в Коране». В Коране гово­рит только Бог. Можно ска­зать, что Коран в пред­став­ле­ниях мусуль­ман – это прямая речь Бога. Поэтому если уж искать в хри­сти­ан­стве аналог Корану, то им будет не Библия, а Хри­стос.

Один совре­мен­ный мусуль­ман­ский мистик так опре­де­лил это раз­ли­чие: «Я часто говорю моим хри­сти­ан­ским бра­тьям: «Для вас Бог стал плотью, а для нас Бог стал книгой». То есть в хри­сти­ан­стве Бог откры­вает Себя людям в полной мере во Христе, а в исламе Бог откры­вает Себя людям в Коране, бого­от­кро­вен­ном законе. В хри­сти­ан­стве чело­век ста­но­вится под­за­ко­нен Христу, вопло­тив­ше­муся Богу; в исламе чело­век ста­но­вится под­за­ко­нен Корану, нис­по­слан­ному на «языке араб­ском, ясном» (Коран 1б:105) [5].

Ислам, наряду с иуда­из­мом и хри­сти­ан­ством, рели­гия теи­сти­че­ская, т.е. исхо­дя­щая из пони­ма­ния Абсо­люта как бес­ко­неч­ного лич­ност­ного начала, транс­цен­дент­ного миру; сотво­рив­шего мир в сво­бод­ном акте воли и затем сво­бодно им рас­по­ря­жа­ю­ще­гося. Проще говоря, рели­гия, испо­ве­ду­ю­щая веру в еди­ного Бога, творца и про­мыс­ли­теля. В то же время ислам прин­ци­пи­ально рас­хо­дится с хри­сти­ан­ством в пони­ма­нии при­роды Бога. Ислам не при­ем­лет хри­сти­ан­ского пони­ма­ния Бога как три­един­ства, Троицы, считая это уступ­кой мно­го­бо­жию, и утвер­ждает веру в еди­ного и един­ствен­ного Бога, Бога моно­лита (самад). Более того, ислам утвер­ждает ради­каль­ную недо­ступ­ность Бога для чело­века, кото­рая исклю­чает как воз­мож­ность Бого­во­пло­ще­ния, так и воз­мож­ность сооб­ще­ния бла­го­дати через таин­ства. Соб­ственно, в исламе и нет поня­тия таин­ство, есть поня­тие тайна, сокры­тое. Коран пред­пи­сы­вает мусуль­ма­нам верить в тайну Бога.

Ислам, исто­ри­че­ски став­ший послед­ней миро­вой рели­гией, самой моло­дой рели­гией, сам себя, по край­ней мере, в лице своего осно­ва­теля Мухам­мада тако­вой вовсе не осо­зна­вал. В Коране вполне опре­де­ленно гово­рится, что Мухам­мад при­зван не для того, чтобы ска­зать новое слово, а для того, чтобы вос­ста­но­вить в изна­чаль­ной чистоте веру в еди­ного Бога. Эта вера зало­жена в каждом чело­веке, свой­ственна его под­лин­ной при­роде бла­го­даря завету, кото­рый Бог заклю­чил с сынами Адама, т.е. чело­ве­че­ским родом: «Неко­гда Гос­подь твой из сынов Адама, из чресл их, извлек потом­ков их и пове­лел им дать испо­ве­да­ние о себе самих: «Не есмь ли Я Гос­подь ваш?» Они ска­зали: – Да, испо­ве­дуем это. – Это было для того, чтобы в день вос­кре­се­ния не ска­зали: мы не были в состо­я­нии постиг­нуть это; или не ска­зали: отцы наши прежде нас при­зна­вали соучаст­ни­ков Богу, а мы были только их потом­ками …» (Коран 7:172–173). Эта идея полу­чает раз­ви­тие и в мусуль­ман­ской тра­ди­ции. Согласно рас­про­стра­нен­ному хадису [6], «каждый чело­век рож­да­ется мусуль­ма­ни­ном (то есть веру­ю­щим в еди­ного Бога). Иудеем или хри­сти­а­ни­ном его делают роди­тели».

Итак, ислам по отно­ше­нию к иуда­изму и хри­сти­ан­ству рели­гия не новая. В чем же мусуль­мане нахо­дят осно­ва­ние для утвер­жде­ния истин­но­сти своей веры? В Коране гово­рится: «Они гово­рят: «будьте иуде­ями» или «будьте хри­сти­а­нами» – най­дете прямой путь! Скажи: нет! мы община Авра­ама, веро­вав­шего в еди­ного Бога, он не был в числе мно­го­бож­ни­ков» (Коран 12:129). В другом месте: «Мы воз­ве­стили тебе в откро­ве­нии: следуй рели­гии Авра­ама, кото­рый был ис-тинной веры» (Коран 16:124). И, нако­нец, еще один айат Корана: «Не был Авраам ни иудеем, ни хри­сти­а­ни­ном, а был еди­но­бож­ни­ком, мусуль­ма­ни­ном» (Коран 3:60).

«И взял Бог Авра­ама другом», – гово­рится в Коране. Эпитет друг Божий при­ла­га­ется в Коране только к Авра­аму. В осталь­ных слу­чаях отно­ше­ние чело­века к Богу мыс­лится пре­иму­ще­ственно в кате­го­рии раб Божий. В Новом Завете статус раба упразд­ня­ется актом усы­нов­ле­ния, кото­рое чело­век полу­чает бла­го­даря иску­пи­тель­ной жертве Сына Божия. Напри­мер, в Посла­нии к Гала­там: «Посему ты уже не раб, но сын, а если сын, то и наслед­ник Божий через Иисуса Христа» (Гал. 4:4–7). Коран же прин­ци­пи­ально отвер­гает идею сынов­ства Божия, усмат­ри­вая в ней пося­га­тель­ство на абсо­лют­ное един­ство» транс­цен­дент­ность Бога, Его ради­каль­ную недо­ступ­ность. Итак, Мухам­мад при­зван не для того, чтобы создать новую рели­гию, а для того, чтобы вос­ста­но­вить истин­ную веру Авра­ама, кото­рый был первым мусуль­ма­ни­ном. Роль Авра­ама в Коране чрез­вы­чайно важна. Соб­ственно, через него Мухам­мад в своих ранних про­по­ве­дях утвер­ждает опре­де­лен­ное духов­ное род­ство своей веры с иудей­ской и хри­сти­ан­ской духов­ными тра­ди­ци­ями [7], а в более позд­ний период именно через Авра­ама Мухам­мад про­ти­во­по­став­ляет веру мусуль­ман иуда­изму и хри­сти­ан­ству. Можно ска­зать, что рели­ги­оз­ная само­иден­ти­фи­ка­ция Мухам­мада начи­на­ется именно с осо­зна­ния того факта, что Авраам не был ни иудеем, ни хри­сти­а­ни­ном, но был уже веру­ю­щим в еди­ного Бога.

В какой-то сте­пени воз­можно чисто фор­маль­ное срав­не­ние авра­ами­че­ского опыта Мухам­мада с обра­ще­нием апо­стола Павла. После встречи с Хри­стом на пути в Дамаск Павел про­зре­вает в Авра­аме образ того, кто был оправ­дан верой, оправ­дан дове­рием и покор­но­стью самими по себе, а не зако­ном. Поскольку закона еще не было, и даже обре­за­ние Авра­ама после­до­вало позже. Исходя из этого, Павел ставит при­над­леж­ность Авра­аму по вере выше при­над­леж­но­сти ему по закону: «Ибо не зако­ном даро­вано Авра­аму, или семени его, обе­то­ва­ние быть наслед­ни­ком мира, но пра­вед­но­стью веры» (Рим. 4:13).

Говоря о кора­ни­че­ской антро­по­ло­гии, сле­дует иметь в виду, что речь идет не о каком-то систе­ма­ти­че­ском учении о чело­веке. Такого учения в Коране нет, и это есте­ственно, поскольку мы имеем дело с книгой не фило­соф­ской или бого­слов­ской, а рели­ги­озно-зако­но­да­тель­ной. Ее цель – отве­тить не на вопрос, что есть чело­век, а на вопрос, что должен и чего не должен делать чело­век, что есть для него добро и что есть зло, какова его цель в этой жизни. Соб­ственно, как и любая другая рели­ги­озно-зако­но­да­тель­ная книга. Коран – это руко­вод­ство к дей­ствию для чело­века от его рож­де­ния до его смерти, для чело­ве­че­ства – от сотво­ре­ния до Суд­ного дня.

Кора­ни­че­ская антро­по­ло­гия раз­во­ра­чи­ва­ется в трех основ­ных планах: как должен стро­ить чело­век свои отно­ше­ния с Богом, как он должен раз­ли­чать добро и зло и, нако­нец, как он может обре­сти спа­се­ние.

Согласно Корану, чело­век – тво­ре­ние Бога, тво­ре­ние избран­ное, намест­ник (халифа) Бога на земле. Но именно как тво­ре­ние он зави­сим от Бога, зави­сим прежде всего в силу двой­ной сла­бо­сти своей при­роды: онто­ло­ги­че­ской (чело­век смер­тен) и нрав­ствен­ной (чело­век гре­хо­вен). На этом уровне опи­са­ния сход­ство трех моно­те­и­сти­че­ских рели­гий несо­мненно. Однако в акцен­ти­ров­ках ста­туса чело­века перед лицом Бога суще­ствуют зна­чи­тель­ные рас­хож­де­ния.

В Коране нет идеи сотво­ре­ния чело­века по образу и подо­бию Бога. Скорее, гово­рится о том, что Бог создал чело­века по его соб­ствен­ному образу: «Дал вам образ и пре­красно устроил ваши образы» (Коран 64:3). Или в другом месте: «О чело­век, что соблаз­няет тебя в Гос­поде твоем щедром, кото­рый сотво­рил тебя, выров­нял и сораз­ме­рил, в таком виде, как поже­лал, тебя устроил!» (Коран 82:6–8). Нельзя ска­зать, что в исламе вообще отвер­га­лась идея бого­по­до­бия. Многие мусуль­ман­ские мистики, стре­мясь обос­но­вать эту идею, ссы­ла­лись на два хадиса, в кото­рых ее можно усмот­реть. В одном гово­рится, что Бог создал чело­века «по его образу», в другом – создал чело­века «по образу Мило­сти­вого» (Мило­сти­вый – одно из основ­ных имен Бога в Коране). И все же боль­шин­ство мусуль­ман­ских ком­мен­та­то­ров в первом хадисе место­име­ние его отно­сили не к Богу, а к чело­веку; второй же хадис, как пра­вило, счи­тался недо­сто­вер­ным, то есть не вос­хо­дя­щим непо­сред­ственно к Мухам­маду.

Из ново­за­вет­ного веро­уче­ния сле­дует, что как бы сильно ни была повре­ждена онто­ло­ги­че­ская при­рода чело­века пер­во­род­ным грехом, она уже частично реа­би­ли­ти­ру­ется тем, что чело­век создан по образу и подо­бию Бога и окон­ча­тельно реа­би­ли­ти­ру­ется иску­пи­тель­ной жерт­вой Христа. Иное дело в Коране, кото­рый онто­ло­ги­че­скому ста­тусу чело­века не при­дает сколь-либо серьез­ного зна­че­ния, но сосре­до­то­чен пре­иму­ще­ственно на нрав­ствен­ном несо­вер­шен­стве чело­века. Чело­век сам по себе, вне послу­ша­ния и покор­но­сти Богу – ничто, он ничто­жен, непо­сто­я­нен, слаб. Эта тема часто звучит в Коране. Напри­мер, «истинно, чело­век сотво­рен мало­душ­ным, колеб­лю­щимся» (Коран 70:19), «чело­век вос­стает» (Коран 96:6), «чело­век более всего пре­пи­ра­ется» (Коран 18:54), «чело­век враж­де­бен», «небла­го­да­рен» (Коран 36:77 и 17:67), «когда Мы бла­го­де­тель­ствуем чело­веку, он уда­ля­ется, уходит в свою сто­рону, когда же пости­гает его бед­ствие, он отча­и­ва­ется» (Коран 17:83).

Любое дей­ствие чело­века все­цело зави­сит от тво­ря­щего, сози­да­тель­ного дей­ствия Бога. «Бог – творец всякой вещи» (6:102), – гово­рится в Коране и, более того, под­чер­ки­ва­ется: «Гос­подь наш творит, что желает… и нет у Него соучаст­ни­ков» (28:б8). Бог не просто под­дер­жи­вает мир, сво­бодно им рас­по­ря­жа­ется, но именно ежем­гно­венно творит его, творит вновь и вновь, так что в каждое после­ду­ю­щее мгно­ве­ние любая вещь, любое суще­ство, каждый чело­век суть иная, иное, иной. Твар­ный мир не обла­дает даже отно­си­тель­ным онто­ло­ги­че­ским ста­ту­сом. Не через про­мы­сел только, а через само пер­ма­нент­ное тво­ре­ние он зави­сим от Бога. Между дей­ствием и его послед­стви­ями Бог уста­нав­ли­вает лишь связь при­вычки, обыч­но­сти, но Он волен в любой момент нару­шить эту связь, все изме­нить. Таким обра­зом, твар­ный мир не обла­дает даже отно­си­тель­ным онто­ло­ги­че­ским ста­ту­сом.

Равно как и дей­ствия чело­века не имеют ника­кой внут­рен­ней онто­ло­ги­че­ской реаль­но­сти. «И Бог создал вас и то, что вы дела­ете» (37:96), – гово­рится в Коране, и сун­нит­ский ислам бук­вально пони­мает эти слова. Бог непо­сред­ственно творит каждое дей­ствие чело­века как по его сущ­но­сти, так и по его нрав­ствен­ному содер­жа­нию. Вместе с тем в Коране неод­но­кратно гово­рится об ответ­ствен­но­сти чело­века за его дела. Как пра­вило, реше­ние этой слож­ной дилеммы сун­нит­ские бого­словы нахо­дили опять же в кора­ни­че­ской мак­симе: «Не воз­ла­гает Бог на душу [чело­века] ничего, кроме воз­мож­ного для нее. Ей – то, что она при­об­рела, и против нее то, что она при­сво­ила себе» (2:28б). Вместе с дей­ствием чело­века Бог творит и его спо­соб­ность при­нять или отверг­нуть добро, при­нять или отверг­нуть зло.

Однако сам по себе чело­век не спо­со­бен раз­ли­чать добро и зло. В отли­чии от хри­сти­ан­ства в исламе про­блема есте­ствен­ной спо­соб­но­сти чело­века выбрать между добром и злом просто не ста­ви­лась. Раз­ли­че­ние добра и зла дается чело­веку в откро­ве­нии. При­ме­ча­тельно, что кора­ни­че­ское поня­тие фуркан (раз­ли­че­ние добра и зла) часто упо­треб­ля­лось в зна­че­нии «бого­от­кро­вен­ная книга» (не только по отно­ше­нию к Корану, но и Еван­ге­лию или Торе).

Итак, Бог – един­ствен­ная онто­ло­ги­че­ская реаль­ность. Этот онто­ло­ги­че­ский ниги­лизм по отно­ше­нию к твар­ному миру (я отнюдь не вкла­ды­ваю в это опре­де­ле­ние какого-либо нега­тив­ного содер­жа­ния) отчет­ливо про­сле­жи­ва­ется и в мусуль­ман­ских пред­став­ле­ниях о равен­стве, грехе и спа­се­нии.

Идея равен­ства всех людей перед Богом импли­цитно содер­жится как в ново­за­вет­ном, так и в кора­ни­че­ском веро­уче­ниях. Однако осно­ва­ния этой идеи раз­личны. В хри­сти­ан­стве эта идея имеет прежде всего онто­ло­ги­че­ское обос­но­ва­ние. Оно заклю­ча­ется в един­стве чело­ве­че­ской при­роды, создан­ной Богом по Своему образу и подо­бию, при­роды разум­ной, сво­бод­ной и пред­на­зна­чен­ной через бла­го­дать к сверх­при­род­ной цели. Чело­ве­че­ский род нерас­тор­жимо связан един­ством своей при­роды и таин­ством искуп­ле­ния, кото­рые делают людей сопри­част­ными Богу и уже в силу этого рав­но­прав­ными.

Иное дело в исламе, где идея равен­ства имеет скорее не онто­ло­ги­че­ские, а юри­ди­че­ские осно­ва­ния. Все веру­ю­щие в еди­ного Бога, будь то халиф или абис­син­ский раб, равны перед боже­ствен­ным зако­ном и через испол­не­ние этого закона пред­на­зна­чены к той же сверх­при­род­ной цели. В Новом Завете утвер­жда­ется без­услов­ный при­о­ри­тет бла­го­дати перед зако­ном. Напри­мер, в Посла­нии к Рим­ля­нам: «Ибо вы не под зако­ном, а под бла­го­да­тью» (Рим. 6:14). В исламе же Коран как бого­от­кро­вен­ный закон – само­до­ста­точ­ное руко­вод­ство для веру­ю­щих.

Кора­ни­че­ская кон­цеп­ция греха также во многом отлична от ново­за­вет­ной. В Коране нет поня­тия пер­во­род­ного греха. Грех Адама, вку­сив­шего от древа веч­но­сти (не от древа позна­ния добра и зла, как в Книге Бытия; в Коране речь идет либо просто о дереве, либо о дереве веч­но­сти) есть акт его лич­ного непо­слу­ша­ния Богу. Он не имел послед­ствий для всего чело­ве­че­ства. И многие совре­мен­ные мусуль­ман­ские авторы утвер­ждают, что грех Адама не имел насле­ду­е­мого ста­туса. Этот грех не нанес чело­веку непо­пра­ви­мого ущерба. Извест­ная еван­гель­ская мак­сима гласит: «Никто не благ, как только один Бог» (Мф. 19:17). Из Корана же сле­дует, что чело­век не столько гре­хо­вен, сколько слаб и нуж­да­ется не в искуп­ле­нии, а в руко­вод­стве, без кото­рого он неми­ну­емо впа­дает в заблуж­де­ние.

В Коране гово­рится об Адаме: «Мы прежде уже заклю­чили завет с Адамом, но он забыл, и не нашли Мы в нем стой­ко­сти. И вот Мы ска­зали анге­лам: «Покло­ни­тесь Адаму!» И покло­ни­лись они, кроме сатаны, тот отка­зался» (Коран 20:114–115)… «Он сказал: «Я – лучше его: Ты создал меня из огня, а его из глины» (Коран 7:11)… «И Мы ска­зали [8]: «О Адам! Ведь это – враг твой и твоей жены. Да не изве­дет он вас из рая, да не ока­жешься ты несчаст­ным!.. Но нашеп­тал ему сатана, он сказал: «О Адам, не ука­зать ли тебе на древо веч­но­сти и власть непре­хо­дя­щую?» И они оба [9] поели от него, и обна­ру­жи­лась перед ними их скверна, и стали они сши­вать для себя рай­ские листья, и ослу­шался Адам Гос­пода своего и сбился с пути» (Коран 20:115–119). Тогда Бог гово­рит Адаму и Еве, изго­няя их из рая: «Низ­верг­ни­тесь из него вместе, вра­гами друг другу! И если придет к вам от Меня руко­вод­ство – то, кто после­дует за Моим руко­вод­ством, тот не собьется и не будет несчаст­ным» (Коран 20:121–122). И, нако­нец, итог кора­ни­че­ской драмы пер­вого чело­века: «Потом избрал Адама Гос­подь, и про­стил его, и повел прямым путем» (Коран 20:120). Вот, соб­ственно, клю­че­вые моменты кора­ни­че­ской интер­пре­та­ции греха Адама: ослу­шался и сбился с пути, но пришло про­ще­ние и руко­вод­ство от Бога, и Адам пошел прямым путем.

Таким обра­зом, речь в Коране идет явно о личной ошибке, про­ступке Адама. Его грех — первый, но не пер­во­род­ный. Про­сту­пок Адама повто­ряют все люди (за исклю­че­нием Марии и Иисуса, кото­рых, согласно мусуль­ман­скому пре­да­нию, при рож­де­нии не кос­нулся сатана). Грех каж­дого чело­века – это его личный грех. В Новом Завете же гово­рится о дву­еди­ной при­роде греха. Так, в Посла­ния к Рим­ля­нам даются два опре­де­ле­ния греха: «Все согре­шили и лишены славы Божьей» (Рим. 3:23) и «как Иудеи, так и Еллины, все под грехом» (Рим. 36:9). То есть гре­хов­ность чело­века есть след­ствие как его при­над­леж­но­сти от рож­де­ния греху мира, так и под­вер­жен­но­сти лич­ному греху. Согласно Корану, грех имеет нрав­ствен­ную, но отнюдь не онто­ло­ги­че­скую при­роду. Добро и зло, как уже отме­ча­лось, вообще не при­сущи при­роде людей. Един­ствен­ный кри­те­рий нрав­ствен­но­сти – боже­ствен­ная воля. Раз­ли­че­ние добра и зла дается людям в откро­ве­нии, в законе, в кото­ром Бог воз­ла­гает на чело­века опре­де­лен­ные обя­зан­но­сти (таклиф). От доб­ро­со­вен­но­сти их выпол­не­ния зави­сит судьба чело­века в этой и буду­щей жизни.

Сущ­ность добра для чело­века – в послу­ша­нии боже­ствен­ному закону, непо­ви­но­ве­ние боже­ствен­ному закону неми­ну­емо ведет к греху. Соот­вет­ственно сте­пени непо­ви­но­ве­ния мусуль­ман­ские зако­но­веды и тео­логи раз­ли­чали боль­шие и малые грехи. Однако согласно боль­шин­ству сун­нит­ских бого­сло­вов мусуль­ма­нин, даже совер­шив боль­шой грех, оста­ется пра­во­вер­ным, а в буду­щей жизни его ждет только вре­мен­ное нака­за­ние. Един­ствен­ный грех, кото­рому нет про­ще­ния, – грех отступ­ни­че­ства от веры в еди­ного Бога, а сле­до­ва­тельно, и от мусуль­ман­ской общины. Таким обра­зом, уже сама при­над­леж­ность, вер­ность мусуль­ман­ской общине есть залог спа­се­ния чело­века. В Коране греш­ни­кам прямо прти­во­по­став­ля­ются мусуль­мане: «Разве Мы сде­лаем мусуль­ман такими, как греш­ники?» (Коран 68:35) Хотя сле­дует отме­тить, что это ранний кора­ни­че­ский стих, в кото­ром слово «мусуль­мане» упо­треб­ля­ется едва ли не впер­вые и, скорее всего, еще без кон­фес­си­о­наль­ного оттенка, а в изна­чаль­ном своем зна­че­нии – пре­дав­шие себя еди­ному Богу.

Кон­цеп­ция нрав­ствен­ной при­роды греха опре­де­ляет и осо­бен­но­сти кора­ни­че­ского учения о спа­се­нии, кото­рое в общих чертах выгля­дит сле­ду­ю­щим обра­зом. Чело­век по своей при­роде рож­да­ется добрым и веру­ю­щим, но нрав­ственно нестой­ким. Его соб­ствен­ных сил не хва­тает для того, чтобы быть пра­вед­ным, но недо­стает ему для этого только мораль­ных сил. Обре­сти эти силы чело­век может, при­емля боже­ствен­ное руко­вод­ство. Именно поэтому Бог по Своему мило­сер­дию пери­о­ди­че­ски посы­лал людям Своего про­рока или послан­ника [10] с тем, чтобы они напо­ми­нали людям, что они должны делать для своего спа­се­ния. Соб­ственно, каждый новый пророк, вклю­чая и послед­него – Мухам­мада – с боль­шей или мень­шей сте­пе­нью пол­ноты сооб­щал, а точнее, напо­ми­нал слабым и забыв­чи­вым людям одно и то же. Бог создал чело­века в таком виде, в каком поже­лал. Как тво­ре­ние Божие, тем более тво­ре­ние избран­ное, намест­ник Бога на земле, кото­рому даже ангелы должны были покло­ниться, чело­век изна­чально не может быть плох. Но именно как тво­ре­ние, бес­ко­нечно далеко отсто­я­щее от своего Творца и ни в коем случае с Ним не срав­ни­мое, чело­век неиз­бежно должен быть слаб и неустой­чив. Поэтому он нуж­да­ется в посто­ян­ном руко­вод­стве Бога. Первый чело­век Адам был и первым послан­ни­ком, т. е. тем, кому Бог дал свое руко­вод­ство.

При­я­тие боже­ствен­ного руко­вод­ства, дан­ного в про­ро­ках и писа­ниях, уже доста­точ­ное осно­ва­ние для вос­ста­нов­ле­ния изна­чаль­ной пра­вед­но­сти и обре­те­ния спа­се­ния. Вот здесь основ­ное отли­чие кора­ни­че­ского учения о спа­се­нии от ново­за­вет­ного. Ново­за­вет­ное учение о спа­се­нии утвер­ждает прин­ци­пи­аль­ную невоз­мож­ность спа­стись чело­веку самому по себе, каким бы совер­шен­ным зако­нам он не сле­до­вал. Без­на­дежно повре­ждена при­рода чело­века, и нужна жертва Самого Бога, чтобы чело­век мог при­ми­риться с Ним и спа­стись. Нельзя не отме­тить, что в исто­ри­че­ском исламе посто­янно пред­при­ни­ма­лись попытки найти в кора­ни­че­ском учении осно­ва­ния если не для идеи искуп­ле­ния, то, по край­ней мере, для заступ­ни­че­ства. Так, в Х веке в народ­ном исламе вопреки осуж­де­нию со сто­роны зако­но­ве­дов скла­ды­ва­ется идея эсха­то­ло­ги­че­ского заступ­ни­че­ства Мухам­мада за веру­ю­щих его общины. Только одна­жды упо­ми­на­е­мый в Коране «путь геенны огнен­ной» пре­вра­ща­ется в учение о мосте, тоньше волоса и острее меча, пере­бро­шен­ном через ад. В рай по нему смогут пройти только пра­вед­ники. Люди же греш­ные, но веро­вав­шие в еди­ного Бога смогут одо­леть этот мост бла­го­даря хода­тай­ству за них Мухам­мада перед Богом.

Другой пример – культ святых, кото­рый посте­пенно офор­мился в суфизме. Он чужд кора­ни­че­скому учению. Святые в исламе – это близ­кие Богу люди, кото­рые в какой-то мере наде­ля­лись ста­ту­сом посред­ни­ков между Богом и людьми.

В самом же Коране отно­ше­ния между Богом и чело­ве­ком стро­ятся на бес­ко­неч­ном мило­сер­дии и снис­хо­ди­тель­но­сти к чело­веку со сто­роны Бога и доб­ро­воль­ной покор­но­сти, послу­ша­нии Богу со сто­роны чело­века. Мило­сер­дие и послу­ша­ние. Каково же место любви в этих отно­ше­ниях? Во Вто­ро­за­ко­нии Бог-Рев­ни­тель любит Свой народ и тре­бует от него любви. Согласно Пер­вому посла­нию Иоанна (4:16), «Бог есть любовь, и пре­бы­ва­ю­щий в любви пре­бы­вает в Боге, и Бог в нем». В Коране 22 раза гово­рится о любви Бога к чело­веку, точнее, к веру­ю­щим и дважды о вза­им­ной любви Бога и чело­века: «Скажи: «Если вы любите Бога, то сле­дуйте за мной. Будет любить вас тогда Бог и про­стит вам ваши грехи» – поис­тине Бог про­ща­ю­щий, мило­сер­дый» (Коран 3:31). И второй айат: «Бог при­ве­дет людей, кото­рых Он любит и кото­рые любят Его, сми­рен­ных перед веру­ю­щими, вели­ких перед невер­ными …» (Коран 5:54). Любовь чело­века к Богу и Бога к чело­веку нашла в исламе глу­бо­кую раз­ра­ботку в уче­ниях мисти­ков. Однако сун­нит­ское бого­сло­вие и зако­но­ве­де­ние отно­си­лись к этой теме с край­ней осто­рож­но­стью.

В Новом Завете любовь Бога к чело­веку («Ибо так воз­лю­бил Бог мир, что отдал Сына Своего Еди­но­род­ного, дабы всякий веру­ю­щий в Него не погиб, а имел жизнь вечную» (Ин. 3:16)), и любовь чело­века к Богу («Воз­люби Гос­пода Бога своего всем серд­цем твоим, всей душой твоей, всем разу­ме­нием твоим» (Мф. 22:37)), и любовь чело­века к чело­веку («Воз­люби ближ­него твоего, как самого себя» (Мф. 22:39)) суть наи­пер­вей­шие, наи­глав­ней­шие темы, тогда как зако­но­вед­че­ский ислам в поле­мике с суфиз­мом даже осуж­дал идею любви к Богу. Любовь есть воле­вой акт, а конеч­ная воля чело­века не может иметь своим объ­ек­том бес­ко­неч­ное. Круп­ный мусуль­ман­ский бого­слов XIII века Ибн Тай­миййа писал, что любовь пред­по­ла­гает прежде всего соот­не­сен­ность, про­пор­ци­о­наль­ность, кото­рых нет и не может быть между Твор­цом и Его тво­ре­нием. Поэтому совер­шен­ная вера должна выра­жаться в любви к закону, к уста­нов­ле­ниям Божьим, а не к Самому Богу.

Поэтому для ислама хри­сти­ан­ская идея под­ра­жа­ния Христу, име­ю­щая все осно­ва­ния в Новом Завете («Посему умоляю вас: под­ра­жайте мне, как я Христу», – гово­рит апо­стол Павел в Первом посла­нии к Корин­фя­нам (4:16). «Под­ра­жайте Богу как чада воз­люб­лен­ные» (Еф. 5:1), или в Еван­ге­лии от Иоанна (13:15) слова Самого Христа: «Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам»), абсо­лютно непри­ем­лема. С точки зрения мусуль­ман­ского веро­уче­ния, она явля­ется прямым пося­га­тель­ством на абсо­лют­ную непо­сти­жи­мость, недо­ступ­ность Бога. Сле­до­вать над­ле­жит не при­меру Бога, а Его закону, кото­рый Он дал людям.

Однако я хотел бы особо под­черк­нуть, что в кора­ни­че­ском игно­ри­ро­ва­нии онто­ло­ги­че­ской при­роды чело­века не сле­дует видеть при­ни­жен­ность чело­века, ума­ле­ние его досто­ин­ства. Да, чело­век слаб, сам по себе несо­сто­я­те­лен. И он должен найти в себе силы при­знать этот факт. Но раз при­знав его и дове­рив себя Богу, он ста­но­вится Его избран­ни­ком, субъ­ек­том Его бес­ко­неч­ного мило­сер­дия. Будучи верным Богу, чело­век ста­но­вится ни много ни мало Его намест­ни­ком на земле. При­зна­вая свое несо­вер­шен­ство, свою сла­бость, чело­век ставит себя на свое место. Все­мо­гу­ще­ство Бога сде­лает все осталь­ное. «И пола­гайся на Все­мо­гу­щего, кото­рый видит тебя», – утвер­жда­ется в Коране.


При­ме­ча­ния:

1. Cf. L. Gardet. La Cite musulmane. P., 1976. P. 65.
2. Сунна («обычай», «пример») – пример жизни Мухам­мада как обра­зец и руко­вод­ство для всей мусуль­ман­ской общины и каж­дого мусуль­ма­нина. Второй после Корана источ­ник мусуль­ман­ского зако­но­да­тель­ства. Сун­ниты (полное назва­ние в пере­воде – «люди сунны и согла­сия общины») – само­на­зва­ние боль­шей части мусуль­ман, состав­ля­ю­щих одно из основ­ных (наряду с шии­тами и хари­джи­тами) тече­ний в исламе. В насто­я­щее время сун­ниты состав­ляют 90% от общей чис­лен­но­сти мусуль­ман.
3. Cf. L. Gardet. Ibid. P. 76.
4. См. А. Массе. Ислам (очерк исто­рии). М., 1982. С. 61.
5. В евро­пей­ской тра­ди­ции нота­ции Корана первая цифра озна­чает номер суры (главы), вторая – номер айата (стиха).
6. Хадис – корот­кий рас­сказ о том что сказал, сделал или о чем умол­чал Мухам­мад. Хадисы состав­ляют сунну.
7. Причем арабы-мусуль­мане утвер­ждают свое род­ство с Авра­амом не только по вере, но и по крови, считая своим пра­от­цом Изма­ила, сына Авра­ама и Агари. Вспом­ним, что в сред­ние века хри­сти­ане часто назы­вали мусуль­ман сектой агарян.
8. В Коране Бог, как пра­вило, гово­рит от Себя в первой форме мно­же­ствен­ного числа. Часто Он пове­ле­вает Мухам­маду пере­дать Свои слова ввод­ным словом «Скажи…»
9. Т.е. Адам и Ева.
10. Коран раз­ли­чает статус про­рока и послан­ника. Пер­вого Бог посы­лает к людям с устным откро­ве­нием, вто­рого с «пись­мен­ным», т.е. Книгой. В Коране названы пять таких Книг: Свитки, нис­по­слан­ные Авра­аму, Тора – Моисею, Псал­тырь – Давиду, Еван­ге­лие – Иисусу, Коран – Мухам­маду.

Стра­ницы №3 1996. С. 139–148.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки