Батюшка, здравствуйте!
На днях мы праздновали день памяти святой княгини Ольги, а сегодня отмечаем день святого князя Владимира. В связи с этими торжествами меня давно занимает один исторический и духовный парадокс в наших святцах.
Мы знаем, что в крещении князь Владимир стал Василием, княгиня Ольга — Еленой, а Борис и Глеб — Романом и Давидом.
Понятно , что канонизируется конкретная историческая личность со всем её багажом, и что для народа они навсегда остались правителями под своими родными именами. Но скрыт ли в этом особый богословский смысл что Церковь внесла их в святцы именно под языческими/скандинавскими именами, фактически «скрыв» их новые христианские имена в тени истории.
Из этого рождается вопрос: можно ли сказать, что для Бога наше становление как личности — весь тот фундамент, который закладывается в человеке ДО воцерковления и крещения (его характер, пережитые драмы, светские таланты, даже шрамы от прошлых ошибок) — имеет ничуть не меньшую ценность, чем последующая сугубо церковная деятельность?
Получается, Господь по Своему милосердию бережно сохраняет прошлую идентичность человека, не перечеркивая ее в купели, а берет все его дохристианское «Я» (символом которого и остаётся родное имя) как уникальный материал для созидания святости? Помогите, пожалуйста, осмыслить этот парадокс: как Церковь смотрит на ценность нашего светского прошлого в контексте спасения души?
Спасибо!🌸
3 Ответа
Богословы выделяют естественный уровень жизни человека (то доброе что есть в нем и то добро, которое он способен совершить сам по себе) и сверхъестественный уровень (то есть то, чего возможно достичь только при непосредственном участии Божией благодати в сотрудничестве со свободной волей человека). В Таинстве Крещения человеку прощаются все грехи и дается благодать быть Божьим сыном или дочерью и жить по заповедям Божьим. При этом сам человек с его особенностями, характером, взглядами на жизнь - остается тем же. Я бы не стал употреблять здесь выражение «светское прошлое», лучше говорить про то, что было в человеке до соприкосновения с благодатью оправдания. Так вот, все греховное уничтожается, а все доброе остается. Даже естественные добродетели, которые не связаны изначально с дарами благодати Божией, не исчезают, а остаются основой для их дальнейшего развития уже при участии благодати. И конечно же благодать не уравнивает всех крещеных людей в том, что касается их индивидуальных особенностей. Каждый кто знаком с людьми, крещеными во взрослом возрасте, знает и видит, что человек остался той же личностью после принятия Крещения.
Но скрыт ли в этом особый богословский смысл что Церковь внесла их в святцы именно под языческими/скандинавскими именами, фактически «скрыв» их новые христианские имена в тени истории.
С дохристианским прошлым этих людей почитание их со старыми именами прямо не связано. Скорее можно говорить о том, что своей праведной жизнью после Крещения они освятили имена, которые носили с рождения.
Здравствуйте!
Купель крещения не стирает личность, а очищает её. Весь жизненный опыт и таланты становятся тем материалом, из которого через покаяние и духовный труд возводится святость.
Елена, благодать не действует в пустоте. Прошлое не исчезает — оно переплавляется. Дикая энергия князя Владимира через глубокое внутреннее изменение стала созидательной силой, а острый ум княгини Ольги обрел высшую мудрость. Грех уродует природу, но искреннее исправление возвращает ей красоту. Шрамы от прошлых падений превращаются в рубцы духовного опыта. Святость — обретение себя настоящего. Церковь канонизирует людей, преобразивших земную жизнь подвигом веры, поэтому их исторические имена остаются в вечности. Для спасения важна не стерильная биография, а неустанный труд над своим сердцем.
Я бы сказал, что Бог с любовью относится к людям вообще, к христианам в особенности, а преимущественно - к святым. Он любит в нас не грех, но нас самих и нашу любовь к Нему и к людям. Поэтому и в дохристианской жизни Он с любовью принимает добродетельные поступки, совершенные по голосу естественной совести.
Но никак нельзя сказать, что «Бог сохраняет дохристианскую идентичность». Нет. В купели крещения умирает ветхий человек и рождается новый, он только и ценен по-настоящему для Царства Небесного.
А святость созидается в соработничестве Бога и человека. Наши усилия хотя и малозначительны в сравнении с благодатью, но каждый по себе может оценить, велики они для людей или ничтожны. Достаточно почитать жития святых, например прп. Сергия Радонежского, и сравнить их с собственной жизнью.