Говорят что «в чем кого осудишь в том и сам побудешь» это закон?
Как различать добро и зло если никого нельзя осуждать?
8 Ответов
Это не то, чтобы закон, просто есть такое наблюдение. Что касается осуждения, то на эту тему есть хорошие слова у архиепископа Аверкия (Таушева):
Запрещается не объективное «суждение» о ближнем, не беспристрастное осуждение его недоброго поведения, а злые пересуды, злоречие, происходящее, как это часто бывает, из каких-либо самолюбивых и нечистых побуждений – из гордости и тщеславия, из зависти или обиды. Иными словами, запрещается всякая злоба и злорадство в отношении грешащего ближнего на личной почве, а отнюдь не справедливая, чисто идейная, принципиальная, бесстрастная оценка его поступков и поведения, каковая не только не противна Евангелию и не предосудительна, а наоборот – даже необходима, дабы мы не стали, в конце концов, относиться безразлично к добру и злу, и зло не восторжествовало бы вследствие этого в мире.
«Имже бо судом судите, судят вам: и в нюже меру мерите, возмерится вам» (Мф.7:2). Никогда не должно осуждать других за какие-либо слабости или пороки, потому что осуждающий наказывается часто от Бога попущением делать тоже самое, что осуждал в других. Все люди – со слабостями; и ты – тот же человек и можешь очень легко подвергнуться тем же слабостям, и, когда подвергнешься, тебя также осудят, как ты осуждал других.»
Праведный Иоанн Кронштадский
Не следует рассматривать наказание Божие исключительно как кару. Бог великий Педагог, у него много методов вразумления человека. См. Наказание.
Способность рассуждения и различения добра и зла не означает, что нужно осуждать других за ошибки и грехи. Солнце одинаково светит на добрых и злых, освещая некоторым путь для преступлений, однако само не оскверняется от чужой нечистоты.
Почитайте это поучение аввы Дорофея, чтобы лучше понять вред осуждения и пути борьбы с ним. Бог не возлагает на нас невыполнимых требований. Видя грех ближнего, мы должны к самому грешнику относиться с жалостью и любовью, как учит авва Дорофей:
Итак, если бы, как я сказал, мы имели любовь, то сия любовь покрыла бы всякое согрешение, как и святые делают, видя недостатки человеческие. Ибо разве святые слепы и не видят согрешений? Да и кто столько ненавидит грех, как святые? Однако они не ненавидят согрешающего и не осуждают его, не отвращаются от него, но сострадают ему, скорбят о нём, вразумляют, утешают, врачуют его, как больной член, и делают всё для того, чтобы спасти его. Как рыбаки, когда закинут уду в море и, поймав большую рыбу, чувствуют, что она мечется и бьётся, то не вдруг сильно влекут её, ибо иначе прервётся вервь и они совсем потеряют рыбу, но пускают вервь свободно и послабляют ей идти, как хочет; когда же увидят, что рыба утомилась и перестала биться, тогда мало-помалу притягивают её; так и святые долготерпением и любовию привлекают брата, а не отвращаются от него и не гнушаются им. Как мать, имеющая безобразного сына, не только не гнушается им и не отвращается от него, но и украшает его с любовию, и всё, что ни делает, делает для его утешения; так и святые всегда покрывают, украшают, помогают, чтобы и согрешающего со временем исправить, и никто другой не получил от него вреда, и им самим более преуспеть в любви Христовой.
Бог не карает за мысли, поскольку осуждение само по себе работает как радиация и незаметно разрушает человека изнутри. Различать добро и зло жизненно необходимо. Называть подлость подлостью означает проявлять трезвость ума. Выносить же окончательный приговор чужой душе означает пытаться занять место Бога.
Поговорка о совпадении судов и падений описывает простой духовный закон тяготения. Вглядываясь исключительно в чужую грязь, человек теряет бдительность и вскоре неизбежно спотыкается о тот же камень.
Здесь важно уметь отделять болезнь от пациента. Опытный врач ставит жесткий диагноз, но никогда не проклинает самого больного. Подобным образом мы можем прямо называть зло злом, оставляя суд над личностью Создателю.
Важно понимать разницу между рассуждением и осуждением. Запрещается не объективное «суждение» о ближнем, не беспристрастное осуждение его недоброго поведения, а злые пересуды, злоречие, происходящее, как это часто бывает, из каких-либо самолюбивых и нечистых побуждений – из гордости и тщеславия, из зависти или обиды. Иными словами, запрещается всякая злоба и злорадство в отношении грешащего ближнего на личной почве, а отнюдь не справедливая, чисто идейная, принципиальная, бесстрастная оценка его поступков и поведения, каковая не только не противна Евангелию и не предосудительна, а наоборот – даже необходима, чтобы мы не стали, в конце концов, относиться безразлично к добру и злу, и зло не восторжествовало бы вследствие этого в мире.
Способность видеть природу поступка не означает приговора человеку.
