В одной статье об установлении молитв на каждое время суток прочитала: «Ведь, в сущности, Ангелы и святые в раю пребывают в непрерывном славословии Господу. Образно говоря, в Царствии Небесном, в Его возвышенном и духовном храме, постоянно идет богослужение. И чтобы человек получил навык к этой райской непрерывной молитве, он приобретает его еще здесь – в земной жизни.»
Насколько эти слова стоит воспринимать буквально? Подобные рассуждения возникали и у меня, однако молитва мной воспринимается как труд, и иногда я не вижу в этом труде смысла. Но если Вечность подразумевает непрестанную молитву (в её земном виде), то получается, что даже нет общения, нет радости и свободы. Есть постоянное повторение одних и тех же слов. И я понимаю, что мы за много можем быть благодарны Богу, да за всё сущее и происходящее, потому что Он есть всё. Но вот почему Бог видит для человека радость в том, чтобы славословить Его.
Если же райское славословие понимать не как непосредственное воспроизведение молитв с помощью голосового аппарата, а как состояние души, внутреннюю благодарность и радость, при которой даже не хочется говорить, то для чего нужна устная молитва, опроеделённые слова? Да, для того, чтобы настроиться на определённую частоту. А если настрой уже есть? Если в душе нет плохих чувств, если ты просто спокоен и рад? Для чего тогда это всё?
Мы страдаем, когда нам приходится объясняться с людьми на сложные темы. Нам так хочется, чтобы близкий человек понял всё без слов, почувствовал душой. И при общении с Богом, как Сердцеведцем, мы можем на это рассчитывать. Но всё равно должны заставлять себя произносить одинаковые молитвы изо дня в день на протяжении всей жизни.
Сегодня в храме попробовала прочитать параллельно перевод псалмов 3 и 6 часа. Я понимаю их смысл, понимаю, что имел ввиду автор, в каком состоянии он пребывал. Но я не могу присоединиться к его чувствам. Сказать, что испытываю тоже и вторить этим словам.
Прочитала, что часы настраивают человека на воспоминание крестной смерти Христа, его жертве и других событиях Священной истории. Но ведь христиане об этом помнят всегда. А каждый раз искренне сопереживать просто нет сил.
6 Ответов
Юна, есть разные уровни молитвы, есть трудовая, есть благодатная, есть устная, а есть умная и сердечная.
Что касается Царства Божьего, то «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его" (1Кор.2:9).
Рекомендую Вам почитать труды Н.М. Новикова о молитве.
Я думаю, что у Вас внутренне не вполне безупречное представление о блаженной вечности как о радостном пребывании человека наедине с самим собой, как о некоем окончательном отдыхе от трудов, одинокой безмятежности. Однако Бог создал нас для Себя: в Нем и с Ним мы обретаем конечное блаженство, Он - источник и полнота всякого счастья. Поэтому-то праведники, имея внутри радость и мир во Святом Духе, вместе с тем стремятся к Нему всей душой здесь и в вечности, ради Него они презирают временные блага этой жизни. Без этого внутреннего сильного стремления ни я, ни Вы не сможем войти в Царство Божие и остаться там.
Давайте вместе почитаем книгу Откровения и подумаем над тем, как сейчас пребывают в раю праведники и что они там делают. Через это откроется, что приведенная Вами цитата совершенно правильна. Итак, ясно, что праведники должны участвовать в славе Божией:
«И тотчас я был в духе; и вот, престол стоял на небе, и на престоле был Сидящий; и Сей Сидящий видом был подобен камню яспису и сардису; и радуга вокруг престола, видом подобная смарагду. И вокруг престола двадцать четыре престола; а на престолах видел я сидевших двадцать четыре старца, которые облечены были в белые одежды и имели на головах своих золотые венцы» (Откр.4:2-4).
«И взглянул я, и вот, Агнец стоит на горе Сионе, и с Ним сто сорок четыре тысячи, у которых имя Отца Его написано на челах. И услышал я голос с неба, как шум от множества вод и как звук сильного грома; и услышал голос как бы гуслистов, играющих на гуслях своих. Они поют как бы новую песнь пред престолом и пред четырьмя животными и старцами; и никто не мог научиться сей песни, кроме сих ста сорока четырех тысяч, искупленных от земли» (Откр.14:1-3).
«После сего я услышал на небе громкий голос как бы многочисленного народа, который говорил: аллилуия! спасение и слава, и честь и сила Господу нашему» (Откр.19:1)!
В первом тексте старцы пока просто сидят на престолах, а в двух других торжество святых уже сопряжено с пением и молитвой. Но и старцы тоже славословят Бога и постоянно поклоняются Ему, как и ангелы:
«И каждое из четырех животных имело по шести крыл вокруг, а внутри они исполнены очей; и ни днем, ни ночью не имеют покоя, взывая: свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет. И когда животные воздают славу и честь и благодарение Сидящему на престоле, Живущему во веки веков, тогда двадцать четыре старца падают пред Сидящим на престоле, и поклоняются Живущему во веки веков, и полагают венцы свои перед престолом, говоря: достоин Ты, Господи, приять славу и честь и силу: ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено» (Откр.4:8-11).
А вот старцы и ангелы вместе со всяким созданием славословят Бога:
«И когда Он взял книгу, тогда четыре животных и двадцать четыре старца пали пред Агнцем, имея каждый гусли и золотые чаши, полные фимиама, которые суть молитвы святых. И поют новую песнь, говоря: достоин Ты взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени, и соделал нас царями и священниками Богу нашему; и мы будем царствовать на земле. И я видел, и слышал голос многих Ангелов вокруг престола и животных и старцев, и число их было тьмы тем и тысячи тысяч, которые говорили громким голосом: достоин Агнец закланный принять силу и богатство, и премудрость и крепость, и честь и славу и благословение. И всякое создание, находящееся на небе и на земле, и под землею, и на море, и все, что в них, слышал я, говорило: Сидящему на престоле и Агнцу благословение и честь, и слава и держава во веки веков. И четыре животных говорили: аминь. И двадцать четыре старца пали и поклонились Живущему во веки веков» (Откр.5:8-14).
Цитаты можно продолжать, как Вы понимаете.
Чтобы были силы молиться как должно и переживать что должно, просите у Бога помощи. Он создал нас по Своему образу и подобию, поэтому мы имеем дар слова и отличаемся им от бессловесных животных. Надо уметь этим даром правильно пользоваться, своевременно обращая ум и внешние слова к Творцу.
О душевных ощущениях при молитве и вообще правильном настроении обязательно почитайте «Четыре слова о молитве» свт. Феофана Затворника. А потом постарайтесь освоить его письма о молитве. Тогда и дело пойдет на лад.
Таким образом, у Вас намечены правильные интуиции в вопросе, но поднято слишком много тем, чтобы можно было кратко ответить в одном ответе. Поэтому по мере прочтения сочинений свт. Феофана упущенные нами моменты можете озвучивать в новых вопросах.
Спасибо большое за ответ!
Я понимаю, что молитва праведников в раю — естественная радость и благодарение. И, наверное, эта радость столь велика и никогда не прекращается, что благодарение изливается постоянно из их уст.
Я слышала уитату о том, что «Бог создал нас для Себя», но она вызывает у меня не очень приятные ощущения иногда. То есть, возможно, дело в особенностях перевода, но «для себя», звучит как «ваша задача и уенность быть со мной, моими и делать то, что хочется мне» (пишу с маленькой буквы, потому что сейчас говорю лишь о восприятии значения слов». Но это не может быть верно, учитывая всё, что мы знаем о Боге. Как же тогда понимать это?
4 слова о молитве читала. Но там говорится о том, как достичь молитвы и правильно её исполнять. Но вот для чего нужна молитва?
Наверное, мой вопрос очень личный, связан с моим собственным восприятием. Потому что, как пример, есть люди, которые могут каждый раз говорить об одном и том же или постоянно интересоваться чужой жизнью. Они проявляют любовь через общение, звонки и прочее. Я, например, могу долго не залнить человеку, но это не значит, что я его не люблю. По первому же зову я приду на помощь. Но необходимости и желания общаться нет.
Мысли и чувства, о которых говорится в книге есть и так. Это же просто факты, то ты знаешь всегда. Об этом не нужно напоминать, как, например, не нужно напоминать себе о существовании друга, звоня ему по 3 раза в день. Не нужно напоминать себе о том, что он хороший человек, вспоминая его добрые дела.
Просто, в этом чувствуется некоторое настльное действие. Одно дело, когда человек этого хочется, стремится быть «выше, быстрее, сильнее» в каких-то духовных моментах. Ищет особых даров.
Перечитайте книгу свт. Феофана, в ней есть ответы на Ваши вопросы. Например:
Припоминаю мудрое обыкновение древних святых отцев, по которому они, приветствуя друг друга при свидании, – не о здоровье и не о чем другом спрашивали, а о молитве, говоря: как идет, или как действуется молитва? Действие молитвы у них было признаком жизни духовной, – и они именовали ее дыханием духа. – Есть дыхание в теле, – живет тело; прекратится дыхание – прекращается жизнь. Так и в духе. Есть молитва – живет дух; нет молитвы – нет жизни в духе.
Сама молитва есть возникновение в сердце нашем одного за другим благоговейных чувств к Богу, – чувства самоуничижения, преданности, благодарения, славословия, прошения, усердного припадания, сокрушения, покорности воле Божией и проч. Вся забота наша должна быть о том, чтоб, во время наших молитвословий, сии и подобные им чувства наполняли душу нашу, чтоб, когда язык читает молитвы, или ухо слушает, а тело кладет поклоны, сердце не было пусто, а в нем качествовало какое-либо чувство, к Богу устремленное.
Насколько эти слова стоит воспринимать буквально?
Я думаю, что не стоит воспринимать эти слова слишком буквально, особенно перенося земные реалии на небеса. Будто бы в Царстве Божием только и нужно бесконечно что-то читать или петь, как в храме. Мы действительно очень немного знаем о небесной жизни, о жизни будущего века. Знаем, что святые будут испытывать полноту блаженства и скучно или трудно там точно не будет. Даже когда речь идет о созерцании Бога, не стоит представлять себе это как бесконечное смотрение в одно место. Скорее, когда Бог будет все во всем (1Кор.15:28), все будет пронизано и наполнено присутствием Бога, причем очевидным для всех, мы будем видеть Бога во всем, даже общаясь с другими людьми. В Священном Писании будущая жизнь описана как жизнь на новой земле, в преображенной вселенной, то есть в материальном мире. В то же время, используется много сравнений и метафор, которые нам сейчас трудно понять, но которые на что-то указывают. Например, образ пира, который постоянно используется Иисусом Христом. Нужно ли это представлять как бесконечное застолье, типа того, что мы привыкли наблюдать (когда уже сидишь и думаешь, когда уже все это закончится)? Нет, не нужно. Но в той культуре образ пира праведных означал что-то очень приятное и значимое для людей. Я думаю, что это нужно учитывать и при размышлении над другими образами Царства Божия.
Что точно объединяет молитву к Богу на земле и небесное славословие? Это выражение любви и почтения к Богу, признание Его значимости в нашей жизни. Но на земле молитва, это конечно труд. И физически это бывает непросто, и мысли разбегаются, и душа устает от продолжительных молитвословий. Вот такого ожидать на небесах точно не нужно, это не будет чем-то тяжелым, скучным, монотонным.
Хорошо на эту тему писал К. С. Льюис:
Когда я подходил к вере в Бога, и даже когда поверил, мне мешало, что нас вечно просят «славить» и «хвалить» Его. Особенно я удивлялся, что вроде бы и Сам Он это любит. Кому понравится человек, которому надо все время повторять, что он хороший, умный или красивый? Еще противней те, кто это и повторяет миллионеру, актеру или диктатору. Эта дурацкая и жутковатая картина неотступно стояла передо мной. В псалмах было уж ни с чем не сообразно: «Хвали, душа моя, Господа», «Хвалите Господа», «Хвали, Иерусалим, Господа». (И почему они не просто хвалят, а призывают к этому других, да еще не одних людей, а каких-то великих рыб, снег и град, которые, по-видимому, и без того делают, что им положено?) Еще хуже были слова, приписываемые автором Богу: «Кто приносит в жертву хвалу, тот чтит Меня» (49:23). А хуже всего — исключительно глупая и языческая торговля, напоминавшая мне, как дикарь то улещает идола, то бьет; псалмопевец словно бы хочет сказать: «Ну ладно, любишь хвалу — сделай мне то-то и то-то, и хвала Тебе будет!» В псалме 53 он просит спасти его от врагов (3), а потом заверяет: «Я усердно принесу Тебе жертву, прославлю имя Твое» (8). Снова и снова он просит его спасти на том странном основании, что мертвые не могут возносить хвалу (29:10; 87:11; 118:175). Важно даже, сколько раз он хвалит: «Седмикратно в день прославляю Тебя» (118:164). Это меня очень удручало. Поневоле думаешь то, чего думать не хочется. Благодарность Богу я понимал, поклонение Ему, послушание, но не эту же непрерывную лесть! Меня не утешил современный богослов, объяснивший мне, что «Бог имеет на нее право».
Я и сейчас считаю, что выразился он неудачно, но, кажется, я понял, что он имел в виду. Начнем с предметов неодушевленных. Что мы хотим сказать, когда говорим, что «картина заслуживает восхищения»? Не то, что ею восхищаются, — сотнями плохих картин восхищается масса народу. Не то, что она заслужила восхищение, — работала, старалась и заслужила. Мы хотим сказать, что восхищение — правильная, адекватная реакция на нее, и если мы так не реагируем, мы глупы и слепы, более того — нам же хуже, мы много теряем. То же самое можно сказать и о красотах природы. Отсюда я и шел, хотя некоторые сочтут это кощунством, пока не понял того, что нужно. Хвалить (или, если хотите, ценить) Бога — значит бодрствовать, войти в мир яви; не ценить Его — лишиться великой радости, а в конце концов и всего вообще. Ублюдочная и убогая жизнь тех, кто не воспринимает музыки, или никогда не был влюблен, или ни с кем не дружил, или не любит читать, или не радуется утренней прохладе, или, как я, не интересуется спортом, — более чем слабые подобия такого состояния.
Но это не все. Бог не только заслуживает восхищения и хвалы, Он велит нам хвалить Его. Я этого не понимал, пока не понял того, о чем пишу в V главе: когда мы служим Богу, Он открывается нам. Не все, не всегда, но очень многие «красоту Господню» видят в храме. Даже в иудаизме суть жертвоприношения была не в том, что люди давали Богу тельцов и агнцев, но в том, что Сам Он давал Себя людям, когда они это делали; в нашей же литургии это гораздо явственней, просто физически ощутимо. Жалкую мысль о том, что Богу в каком-то смысле нужно наше поклонение, как суетной женщине нужны комплименты или тщеславному писателю — рецензия, опровергают слова: «Если бы Я взалкал, то не сказал бы тебе» (49:12). Даже если предположить, что есть такое нелепое существо, оно вряд ли обратилось бы к нам, низшим из своих разумных тварей. Я не жду от моего пса похвал моей книге, и не от всякого человека мне приятна похвала.
Но главного я еще не понимал. Я мыслил хвалу как похвалу, одобрение, которое кто-то кому-то выражает. Мне не приходило в голову, что всякая радость сама собой переходит в хвалу, если не сдержишь ее из робости и деликатности. Мир только и делает, что хвалит и славит: влюбленные восхваляют возлюбленных, читатели — любимые книги, спортсмены — свой спорт; словом, все кому не лень расписывают погоду, пейзажи, вина, блюда, актеров, машины, лошадей, приятелей, детей, цветы, страны, колледжи, горы, марки, насекомых, даже политиков и ученых. Я не раз замечал, что особенно часто и много хвалят самые смиренные, здоровые и умные люди, а ущербные и глупые хвалят редко и мало. Хороший критик найдет что похвалить в несовершенной книге; плохой вычеркивает из литературы одну книгу за другой. Здоровый и доброжелательный человек найдет, за что похвалить самую скромную еду, даже если он привык к очень изысканной; больной или сноб найдет недостатки в любом угощении. Если вычесть чрезвычайные обстоятельства, можно сказать, что хвала — словесное выражение душевного здоровья. Совершенно не важно, умелая она или нет; многие любовные стихи так же ужасны, как гимны. Еще я замечал, что, когда мы хвалим, мы вечно просим к нам присоединиться: «А? Правда? Нет, правда?» Когда псалмопевец просит всех хвалить Господа, он делает ровно то же самое, что делает человек, говорящий о предмете своей любви.
Должно быть, мы так хвалим то, что нас радует, потому что хвала не только выражает, но и дополняет нашу радость, доводит ее до полноты. Не ради лести влюбленные повторяют друг другу, как они красивы, — радость их неполна, если они этого не скажут. Когда откроешь нового писателя, непременно надо рассказать, как он талантлив; когда внезапно увидишь прекрасную долину, просто невозможно молчать; когда услышишь хорошую шутку, нужно ею поделиться. Конечно, словами всего не передашь. Вот если бы написать прекрасные стихи, или дивную музыку, или картину, наша радость была бы еще полнее. А если бы смертный человек мог достойно восхвалить самое высокое на свете, душа его достигла бы высшего блаженства.
Когда я думаю об этом, я понимаю христианское учение о том, что ангелы и блаженные души славят Бога на небесах. Это совсем не то, что «пойти в церковь». Наша «служба» — очень слабое подобие, мы только пытаемся там славить Бога, и в 99,9% случаев это нам не удается. Чтобы представить себе, о чем говорит это учение, мы должны предположить, что мы переполнены любовью к Богу, мы просто выдержать не можем такой любви и радости, они льются из нас, хлещут. В шотландском катехизисе сказано, что назначение человека — «славить Господа и радоваться Ему». В свое время мы узнаем, что это — одно и то же. Полная радость и есть хвала. Когда Господь велит нам хвалить Его, Он велит нам Ему радоваться.
А пока, как сказал Донн, мы настраиваем инструменты. Это может доставить немалое наслаждение, но только тому, кто хоть как-то провидит симфонию. Иудейские заклания и даже самые святые наши обряды — обещание, репетиция, а не концерт. Как всякая репетиция, они требуют труда, а радости могут и не дать. Но без труда радости вообще не будет. «Выполняя религиозные обязанности», мы роем каналы в пустыне, чтобы воде, когда она появится, было где течь. Я хочу сказать, так бывает обычно; есть и другие минуты, и у некоторых поистине блаженных душ их много.
Но всё равно должны заставлять себя произносить одинаковые молитвы изо дня в день на протяжении всей жизни.
Не могу вполне согласиться с этим утверждением. Повторять одинаковые молитвы обычно от нас не требуется, а вот возносить свой ум к Богу, поддерживать с Ним связь, да, это нужно. Много слов действительно не требуется, ведь Сам Иисус учил:
А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны; не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него (Мф.6:7-8).
Требуется поддерживать духовный настрой, как мы поддерживаем огонь в костре, подбрасывая по необходимости дрова. А как именно Вы его ежедневно будете поддерживать, какие пособия для этого использовать, здесь у Вас много свободы.
Спасибо большое за ответ и особенно за цитату. Да, наверное, как раз подобные ощущения приходили, и вот этот призыв «постоянно думать, хвалить, благодарить» воспринимается как кандалы. То есть как если бы ты получил подарок, и далее, даритель требовал бы от тебя всегдашнего, непрестанного почитания. Так что даже если бы этот человек подарил/спас тебе жизнь, ты выбрал бы умереть, так как пожизненная повинность превратила бы эту жизнь в не очень приятное существование.
Просто, мне, наверное, не очень близка мысль насильного постоянного навязывания человеку определённых мыслей и чувств. Это вызывает обратные ощущения, обычно.
Но в то же время, образ Царства Небесного, который формировала цитаты, показывает, что если все эти мысли ты не думаешь, и чувства не испытываешь, но нет тебе там места. Будешь как «бедный родственник» на застолье.
И в целом, восхищение ведь это всех людей разное. Да, я могу сказать, что книга интересная, хорошая. Могу даже долго об этом иногда говорить. Но в целом, я же понимаю, что это вообще не важно. Ни для меня, ни для кого-то ещё. Книга и книга. Прочитал и ладно. С людьми то же самое. Всё так, как есть.
Вообще, от всех этих мыслей и глобальных, вселенских замылах, истории человечества и прочих духовно-религиозных мыслей становится так страшно, тоскливо и уныло, что недалеко до депрессии. Ведь, если честно, как человек, я просто хочу жить свою жизнь, желательно хорошо (но тут уж я не за всё ответственна), любить своих родных и людей вокруг и умереть, когда это будет нужно. Вот и всё.
Зачем на человека возложено столько ответственности и обязанностей? И нигде нет покоя. Даже если бы люди в Раю не согрешили и не появилось бы всей сложной истории и спасения, то человек всё равно должен был постоянно что-то делать, совершенствоваться, расти. И всё это навсегда, навечно....
Я вижу, что Вы человек думающий и не любящий шаблонных ответов. Мне тоже близок этот подход. Но все же, я думаю, что Вы склонны слишком пессимистично смотреть на некоторые вещи. Я предлагаю рассматривать отношения с Богом по аналогии с отношениями между людьми. Можно взять для примера брак. Да, мы вступаем в брак добровольно и в нем есть много поводов для радости и переживания счастья. Но ведь отношения и исполнение семейных обязанностей - это не только то, что всегда происходит на энтузиазме, от избытка теплых чувств. Многое нужно делать потому что это полезно и важно, даже когда не хочется ничего делать. Даже проводить время вместе с близким человеком, это тоже может требовать усилия в определенные моменты (хотя головой понимаешь, что это важно). Но если перестать все это делать или многое, то никаких хороших отношений не получится и все плохо закончится. Думаю, что также и отношения с Богом требуют постоянной поддержки. Когда мы что-то делаем на регулярной основе, мы наделяем это значимостью для самих себя. А когда перестаем делать, то и значимость сначала снижается, а потом может совсем исчезнуть. Что касается желания прожить хорошую человеческую жизнь в ее полноте, то христианство не против этого. Оно не отменяет все доброе, что может быть у людей. Оно добавляет к этому Бога, Его присутствие и замысел. И жизнь обретает вечную перспективу и полноту смысла.
Я рекомендую Вам не погружаться постоянно в эти мысли и не пытаться решать глобальные вопросы в том виде, как Вы это делаете. Старайтесь думать именно о том, что конкретно сейчас Вам полезно и нужно, а не просто так. Нужно сознательно останавливать в себе этот поток мыслей. Гуляйте побольше, занимайтесь не только серьезными, но и приятными занятиями, старайтесь присутствовать здесь и сейчас, а не где-то далеко в облаках. Поверьте, Вы ничего значимого не упустите, а жить станет легче.
Да, Вы правы.
В случае с отношениями между людьми, мы ведь всегда имеем право договориться. Мы можем выбирать. Да и в целом, даже если что-то мы не сделаем, поссоримся и т.д. Это не будет иметь глобальных последствий. Да, я понимаю, о чём Вы говорите. Но в отношениях мы имеем право выбирать, а тут... Я же знаю, что Бог есть. Но некоторые установления и обязанности даются тяжело. И уже не важно «хочу» или «не хочу». Нет выбора, потому что ты его себе не можешь позволить.
Проблема ещё в том, что вот многих источниках от человека (хорошего христианина) требуют, чтобы Бог был центром жизни. И это логично, потому что Бог и есть Жизнь. Го можно всё строить вокруг религиозных обрядов, молитв и других предписаний, а можно, как Вы написали, видеть в Боге основу прошлого, настоящего и будущего, при этом жить эту жизнь, заниматься человеческими делами и не обесценивать это всё.
Мысли и рассуждения рождаются из жизненных ситуаций, из кризисов. Вот наступил момент, когда я уже не могу просто молиться по молитвослову, не могу говорить «С помощью Божией» просто так, не понимая, действительно ли есть помощь Бога в том, что кто-то в соревнование победил или участок земли купил.
Так можно ли не нуждаться в Боге, но при этом верить в Него и свою веру показывать просто жизнью. Тем, что ты стараешься не делать зла, быть добрым к людям. Без надрыва, подвига и пессимистичного взгляда на действительность?
В целом, есть два подхода к христианской жизни. 1. Инструментальный (условно можно так его назвать). Это когда вся земная жизнь рассматривается преимущественно как средство подготовки к жизни вечной, а о ее самоценности почти не говорится. Этот подход, по моим наблюдениям, очень распространен в Православии, особенно в традиционной литературе. 2. Земная жизнь как самостоятельная ценность. Это когда мы признаем, что земная жизнь со всеми ее благами имеет самостоятельную ценность, все не сводится к религиозным действиям и мыслям, они являются важной частью жизни христианина, но не всей жизнью. И конечная цель - спасение, сохраняется, без обесценивания всего временного. Вся жизнь освящается, но не сводится к религии. Это как идти из одной точки в другую, параллельно радуясь и наслаждаясь тем добрым, что ты встречаешь по дороге. Именно такой подход близок мне. И я думаю, что он хорошо вписывается в этот взгляд, выраженный в церковном документе: «жизнь не ограничивается земными рамками, в которых воспринимает человека секулярное мировоззрение и связанная с ним юридическая система. Христианство свидетельствует, что земная жизнь, ценная сама по себе, обретает полноту и абсолютный смысл в перспективе жизни вечной» (Основы учения Русской Православной Церкви о достоинстве, свободе и правах человека). Вы можете выбрать свой подход, близкий Вам.
Необходимый для христианина минимум требований находится в катехизисах. Вот его и возьмите за основу. Ориентироваться на все, что можно встретить в разнообразной православной литературе необходимости нет, а иногда это даже неполезно. Здесь писать много неудобно, если хотите продолжить, можете найти меня в телеграмме (чтец Сергий Федоров) и написать напрямую.
Молитва является не тяжкой повинностью, а живым дыханием души и верным способом настроить сердце на подлинную радость. В Царстве Небесном предстоит не бесконечное повторение текстов, а полнота ликующего бытия.
Слова молитвословий выступают лишь строительными лесами для возведения храма Вашей души. Когда здание готово, леса убирают. Так и устная молитва перерастает во внутреннее предстояние, становясь источником света (Лк.17:21). Славословие праведников — это не заученная лесть, а естественное излияние восторга от соприкосновения с совершенной Любовью. Учиться молиться означает учиться любить. Как тело умирает без воздуха, так дух костенеет без Источника жизни. Навык искренней молитвы сохраняет эту путеводную нить среди повседневной суеты.
«Нам надо учиться молиться, ибо молитва есть единственное, что пойдет с нами в иную жизнь. Все остальное есть только средство для перехода туда, а это одно будет там нужно»
Священномученик Сергий Мечёв
«Понять всю силу и значение молитвы и научиться молиться так, чтобы быть услышанным, чрезвычайно важно для каждого верующего, ибо только через молитву устанавливается непосредственная связь человеческой души с Богом, и только через эту молитвенную связь человек может получить от Бога все благодатные средства и силы, необходимые для спасения»
Епископ Василий Кинешемский
Большое спасибо за рекомендацию! Обязательно прочту.