Тут будет много подводящих вопросов, но суть их в раскрытии общего смысла главного вопроса в заголовке.
Есть люди святые, которые достигли небывалых духовных высот, а есть люди, которые и не пытались, как были в греховном омуте, так там и остались.
Понятное дело, что есть свобода воли, человек может сам выбирать, но а сама вера - она чем взращивается? Окружением? Может книгами, передачами, обстоятельствами?
А если все это играет против того, чтобы человек познал истину? Если бы, например, Иоанн Златоуст вырос в подворотне, где царит закон джунглей, где кто больше наворовал, тот молодец, - стал бы он святым, ну или хотя бы праведником?
Можно ли сказать, что окружение влияет кардинально, станет ли тот или иной человек верующим и кающимся?
Можно вспомнить кающегося разбойника на кресте, - но и в нем же было какое то семечко покаяния, исходя же вроде как из предания, он был сострадательным в какой то степени. Но это чья заслуга: его, окружения или Самого Бога?
Просто тут же можно привести аналогию с образованием. Есть страны Африки, где есть только школа и пару университетов на каждую бедную такую страну, а есть престижные университеты Европы. Образование же получит хорошее коренной европеец, а коренной африканец научится в лучшем случае читать и писать.
Еще я понимаю, что Бог каждого подталкивает к истине и покаянию различными способами, но человек бывает глух к этому, в Евангелии Христос часто таких «глухих» и «слепых» обличает. Но я подумал, а почему у них сердце очерствело? Они родились такими или на них повлияло окружение? Ну если первое или второе, то в чем вина человека-то, что он стал беззаконием? А если он сам виноват, делал свой выбор, то что его подталкивало принимать именно плохой выбор? Почему в одном и том же обществе уживались фарисеи и книжники с теми же самыми апостолами и будущими верующими во Христа, на которых есть надежда на их покаяние? Вроде один и тот же закон учили, ограничения те же соблюдали, а одни очерствели, а другие были открыты ко Христу.
Слишком много микро-вопросов, но, с другой стороны, смотришь на людей, делающих беззакония осознанно - и сразу приходит в голову, что они родились среди греха, жили во грехе и, может быть, даже будут продолжать это делать. С другой стороны, читаешь жития святых и кажется, если говорить совсем по-простому и по-обывательски, просто повезло. У кого-то из святых был как минимум один человек, который рассказывал, кто есть Бог, родители у него были добрые, еще что нибудь. А кто-то никогда этой любви не видел, никогда не знал, что такое благодарность, смирение, покаяние, а что такое агрессия, присвоение чужого, сплетни и пересуды.
4 Ответа
Любой, даже неграмотный африканский абориген, через рассматривание мира может прийти к представлению о едином Боге Творце. Ярко говорит об этом апостол:
«Ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою. Ибо, что́ можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им. Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы, так что они безответны. Но как они, познав Бога, не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачилось несмысленное их сердце; называя себя мудрыми, обезумели, и славу нетленного Бога изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и пресмыкающимся, – то и предал их Бог в похотях сердец их нечистоте, так что они сквернили сами свои тела. Они заменили истину Божию ложью, и поклонялись, и служили твари вместо Творца, Который благословен во веки, аминь» (Рим.1:18-25).
И далее, до конца этой главы. Что касается образования как якобы лучшего пути к Богу, то именно в современной Европе мы видим наибольший процент людей, которые сознательно отказались от веры в Бога и во Христа. Т.е. образование ничуть не помогло им стать ближе к Богу. Но если говорить о Златоусте, то надо было бы говорить не просто о вере, но о святости. Конечно, образование не стало для них трамплином и к святости. И наоборот, церковная история открывает нам тысячи неграмотных людей, которые достигли святости. Недостаток образования этому не помешал, потому что у них была ревность по Богу. Например, неграмотный прп. Антоний Великий прекрасно знал Писание. Причина этого, согласно его житию, такова:
Молился он часто, зная, что должно наедине непрестанно молиться (1Сол.5:17), и столько был внимателен к читаемому, что ни одно слово Писания не падало у него на землю, но всё удерживал он в себе; почему, наконец, память заменила ему книги.
Есть жития святых, которые жили среди людей беззаконных, но остались верны Богу. Из множества напомню лишь два библейских примера - патриархов Ноя и Лота. Почитайте жития мучеников, особенно наших новомучеников: в одинаковых условиях истязаний и боли одни оставались верными Христу и еще более укреплялись в вере, а другие от Него отрекались.
Таким образом, именно свободная воля человека лежит в основании его движения к Богу или же от Бога к греху. Все сопутствующие факторы (родители, воспитание, образование, среда и проч.) - вторичны. Что касается святых, которым «повезло», почитайте житие вмц. Варвары. Никакого везения, но один лишь трезвый ум, стремление к неведомому вначале Богу и молитва.
Выбор веры — это не лотерея и не результат воспитания, а свободное определение личности по отношению к Истине. Внешние условия создают лишь декорации, но сценарий своей вечности пишет сам человек.
Дмитрий, Вы затронули тайну человеческой свободы. В Евангелии мы видим пугающий и одновременно вдохновляющий парадокс. Иуда находился в самом идеальном «духовном университете» — рядом с Самим Христом, видел чудеса, но выбрал предательство. А благоразумный разбойник, чья жизнь прошла «в подворотне» греха, на кресте сумел разглядеть в измученном Соседе Царя Славы.
Святитель Иоанн Златоуст говорит, что всё зависит от нашего произволения. Представьте солнце, его лучи одинаково падают на воск и на глину. Но от одного и того же тепла воск плавится, а глина твердеет. Так и благодать Божия: она изливается на всех, но гордое сердце от этого ожесточается (как у фарисеев, знавших Закон наизусть), а смиренное — тает и преображается.
Святость — это не стерильная оранжерея, а битва за чистоту сердца в любых условиях. Совесть — голос Божий — звучит в душе каждого, даже в африканских джунглях. Вопрос лишь в том, хотим ли мы этот голос слышать.
Момент сознательного обращения человека к Богу, обретение веры - это всегда тайна свободы и благодати. Выводить здесь какую-то единую закономерность, я считаю, неправильно. Однако отрицать, что внешние факторы никак не влияют на становление человека, в том числе, религиозное, я полагаю, нельзя. Воспитание, образование, формирование характера - все играет свою роль, но не предопределяет. Приведу рассуждение протоиерея Николая Стеллецкого о воздействии призывающей благодати на разных людей:
Благодатные возбуждения, зовущие грешника к новой жизни, приходят к нему или непосредственно прямо в сердце, или посредственно, преимущественно через слово Божие, которое есть «дух и жизнь» (Ин.6: 63), а нередко и через многообразные происшествия внешние, в природе и в жизни его самого и других. Вообще, по содержанию своему их разделяют на естественные и сверхъестественные, или чудесные. Бог призывает к Себе людей чаще всего через самые обыкновенные случаи, по-видимому, ничем не отличающиеся от множества других такого же рода случаев, а между тем производящие особенное и благотворное действие на душу человека, а иногда через какие-нибудь чрезвычайные явления или события в их жизни. Как ни велико, впрочем, представляется различие между возбуждениями первого и второго рода, в сущности они имеют один и тот же характер – непосредственного воздействия Духа Божия на душу человеческую, почему одинаково принадлежат к разряду событий так называемых чудесных. Отсюда, если каждый из нас призывается Богом к вечному спасению, то с каждым совершается нечто чудесное, как скоро в ком, по какому бы то ни было случаю, с особенной силой пробуждается совесть и возникают такие мысли, желания и чувства, которые относятся не к обыкновенным вещам текущей жизни, а к предметам совсем иного рода, к жизни не временной, а вечной. <...> По легкомыслию ли, по окаменелости ли сердца, по грубости ли ума или по другим каким причинам человек остается глухим к благодатным возбуждениям; но дело в том, что эти возбуждения всегда будят и оживляют нашу свободу, и человек сам виноват бывает, когда вследствие такого или иного приобретенного им строя душевной жизни угашает в себе действия Духа Божия. Иначе надобно было бы допустить совершенное отсутствие в нас чувства нравственного, чтобы признать, что свобода наша не может уже соединяться ни с какою благой силой, направляющей нас к лучшему. Личный строй психической жизни человека объясняет только то, почему одни благодатные возбуждения действуют на человека, а другие не действуют, отчего к одним из них он остается глухим, а к другим чутким и внимательным; так что для каждого из нас должен быть свой исключительный род благодатных возбуждений, особенно поразительных или возбудительных для него, или даже одно какое-нибудь господственное всепобеждающее возбуждение. В этом отношении душу нашу можно сравнить со струнным музыкальным инструментом. Каждый струнный инструмент издает особый звук, и только по сродному себе звуку дает отзвук, когда не ударяя по нем, хотят вызвать из него отзвук. Так же точно и душа наша чутка не ко всем благодатным воздействиям, но только к тем, которые находят отзвук в ее личном психическом строе.
Можно ли сказать, что окружение влияет кардинально, станет ли тот или иной человек верующим и кающимся?
Можно сказать, что окружение сильно влияет, но не предопределяет того, станет ли человек верующим и праведным, или нет. Потому что благодать действует сверхъестественным образом. Но благодать, сама по себе, не дает человеку знания и не заменяет его собственный нравственный выбор. Есть такое богословское определение: благодать возвышает природу, а не отменяет ее.
Здесь нужно еще учитывать, что разные люди несут разную ответственность перед Богом. Зависит это от многого: от воспитания, знаний, особенностей характера, физического и психического состояния, индивидуальных обстоятельств и т. п. Поэтому Господь с разных людей спросит по разному, максимально справедливо и, в то же время, милосердно. Человек не будет осужден за что-то такое, что от него не зависело. Он будет осужден постольку, поскольку вопреки голосу своей совести, выбирал то, что сам понимал как зло и решал оставаться в нем до конца.
У кого-то из святых был как минимум один человек, который рассказывал, кто есть Бог, родители у него были добрые, еще что нибудь. А кто-то никогда этой любви не видел, никогда не знал, что такое благодарность, смирение, покаяние, а что такое агрессия, присвоение чужого, сплетни и пересуды.
Именно поэтому Господь будет судить людей по разному, в том числе за похожие поступки.