Могут ли демоны читать/слышать человеческие мысли?

Знает свои мысли лишь сам человек и создавший Его Бог. Демоны, впрочем, знают те мысли, которые сами всевают в человека, если тот их принимает и начинает исполнять. Остальные же мысли они угадывают - более или менее успешно. Чем больше наш ум восхищен к Богу, тем меньше успешность этих угадываний.

Предложу Вам для размышления историю из жития прп. Макария Великого:

Преподобный Макарий проживал в великой пустыне, имея там келью, а монастырь его находился ниже в другой пустыне; в нем было много братий. Однажды Макарий сидел на дороге, ведущей в монастырь. Вдруг он видит дьявола, идущего в человеческом образе, одетого в мохнатую одежду и всего обвешанного тыквами. Макарий спросил его:

– Куда ты идешь, дышащий злобою?

– Иду искушать братию, – отвечал тот.

– Для чего ты несешь эти тыквы, надетые на тебе? – спросил Макарий.

– Я несу, – отвечал дьявол, – кушанья братии.

– Во всех ли тыквах находятся кушанья? – спросил преподобный.

– Во всех, – отвечал дьявол, – если кому-нибудь не понравится одно, я предложу другое, третье и т. д., чтобы каждый попробовал хотя одного.

Сказав это, дьявол удалился.

Преподобный же остался на дороге, желая видеть возвращение дьявола. Увидев, что он возвращается, Макарий спросил:

– Хорошо ли сходил в обитель?

– Плохо, – ответил дьявол, – да и как я мог достигнуть успеха?

– Почему же? – спросил преподобный.

– Потому, что все иноки ополчились на меня, – отвечал дьявол, – и никто меня не принял.

– Неужели ты не имеешь ни одного инока, который бы слушался тебя? – спросил снова Макарий.

– Только одного и имею, – отвечал дьявол, – который меня слушается. Когда я прихожу к нему, он вертится около меня, как волчок.

– Какое он носит имя? – спросил преподобный.

– Феопемпт! – отвечал дьявол; и, сказав это, удалился.

Тогда авва Макарий встал и пошел в дальнюю пустыню в названный монастырь. Братия, услышав, что к ним идет преподобный, с пальмовыми ветвями вышли ему навстречу, и каждый из них приготовил свою келью, думая, что у него преподобный захочет остановиться. Но Макарий спросил иноков:

– Кто из вас называется Феопемптом?

Когда ему указали Феопемпта, он вошел к нему в келью. Тот принял преподобного с великою радостью. Оставшись наедине с Феопемптом, преподобный Макарий спросил его:

– Как ты поживаешь, брат?

– Хорошо, – отвечал тот, – по молитвам твоим, отче!

– Не искушают ли тебя, – спросил преподобный, – какие-либо греховные помыслы?

Стыдясь открыть свои греховные помышления, инок ответил:

– Нет! Теперь меня ничто не искушает.

Тогда преподобный Макарий сказал с вздохом:

– Вот уже сколько лет я подвизаюсь в посте и молитве, так что меня все почитают, но все же, несмотря на мои старые годы, меня сильно искушает бес любодейства.

На это Феопемпт сказал:

– Действительно, отче, и я сильно охвачен духом любодейства.

Преподобный таким же образом спрашивал инока и о других грехах, смущающих его душу, пока тот не исповедал ему все свои согрешения. После этого преподобный спросил инока:

– Сколько времени ты постишься?

– До девятого часа, – отвечал тот.

– Постись до вечера, – сказал преподобный, – и поучайся из святого Евангелия и из других святых книг, чтобы всегда упражняться в Богомыслии. Если же на тебя нападут какие-либо греховные помыслы, борись с ними и никогда не спускайся умом долу, но устремляй свой ум всегда горе, и Господь тебе поможет.

Утвердив таким образом Феопемпта, преподобный возвратился в свою пустыню. Там, сидя при дороге, он снова увидал дьявола, идущего в монастырь. Преподобный спросил его:

– Куда ты идешь?

– Иду искушать братию, – отвечал дьявол.

И, сказав так, пошел дальше. Когда же возвращался, преподобный спросил его:

– Как ты нашел братию?

– Теперь все ополчились против меня, – отвечал дьявол, – даже и тот, который прежде был моим другом и всегда слушался меня, и тот теперь, не понимаю, кем-то развращен и совершенно не слушается меня. Напротив, он теперь ополчается против меня больше, нежели все другие иноки. И я теперь поклялся уже более не приходить в тот монастырь, разве только спустя долгое время.

Сказав так, диавол удалился. А преподобный Макарий возвратился в свою келью.