Книга Откровения в православном богослужении и внутренней духовной жизни — епископ Серафим (Сигрист)

Книга Откровения в православном богослужении и внутренней духовной жизни — епископ Серафим (Сигрист)

(2 голоса5.0 из 5)

Я избрал такое длин­ное назва­ние, «Книга Откро­ве­ния в пра­во­слав­ном бого­слу­же­нии и внут­рен­ней духов­ной жизни», чтобы под­черк­нуть, что это ста­тья — не уче­ные заметки биб­ле­и­ста, а раз­мыш­ле­ние над ситу­а­цией, сло­жив­шейся в церк­вах и в нашей жизни как отдель­ных христиан.

Книга Откро­ве­ния была названа «самой литур­ги­че­ской кни­гой Биб­лии» (Томас Тор­ранс). Как видно из под­го­тов­лен­ного мною мате­ри­ала, в кото­рый я вклю­чил только самые важ­ные из мно­гих воз­мож­ных ссы­лок, это не пре­уве­ли­че­ние. Покло­не­ние Богу, Литур­гия явля­ются серд­це­ви­ной книги, ее смысла.

Но в Восточ­ной Церкви она пол­но­стью отсут­ствует в обще­цер­ков­ном чте­нии (воз­можно, потому, что восточ­ный лек­ци­о­на­рий сфор­ми­ро­вался до окон­ча­тель­ного вклю­че­ния книги в Новый Завет). Насколько я пони­маю, до реформы Никона в Рос­сии был Типи­кон, вклю­чав­ший чте­ние книги Откро­ве­ния, но это исклю­че­ние. Боль­шин­ство запад­ных лек­ци­о­на­риев вклю­чают ее лишь частично. Как мы уви­дим, про­блема про­сти­ра­ется дальше вопроса обще­цер­ков­ного чте­ния, но сего­дняш­нее отсут­ствие книги Откро­ве­ния в Литур­гии ясно ука­зы­вает на проблему.

В этом крат­ком раз­мыш­ле­нии моим наме­ре­нием будет обсу­дить, почему «самая литур­ги­че­ская» книга менее всего пред­став­лена в Литур­гии, и что мы теряем из-за ее отсут­ствия, и что мы при­об­ре­тем, если каким-либо обра­зом снова или впер­вые вве­дем ее в нашу жизнь.

Итак, давайте пого­во­рим о том, что услож­няет наш под­ход к книге Откро­ве­ния и пре­пят­ствует ее использованию.

(1) Так легко про­чи­тать книгу Откро­ве­ния непра­вильно. Все согла­сятся, что читать «Ад» Данте как путе­во­ди­тель по аду (а не как иссле­до­ва­ние сво­его внут­рен­него мира, прежде всего) было бы ошиб­кой. Тем не менее, даже в наши дни мно­гие читают книгу Откро­ве­ния, как будто она явля­ется чем-то вроде про­ро­честв Ностра­да­муса. Без­условно, Откро­ве­ние при­над­ле­жит к жанру биб­лей­ского про­ро­че­ства. Дума­ется, что Откро­ве­ние рас­ска­зы­вает о борьбе ран­ней Церкви и Рим­ской Импе­рии так же, как Исаия пишет о про­бле­ма­тике сво­его вре­мени. Также Откро­ве­ние при­над­ле­жит к жанру апо­ка­лип­сиса, кано­ни­че­ским пред­ста­ви­те­лем кото­рого слу­жит книга Дани­ила. Апо­ка­лип­сис — это раз­мыш­ле­ние над всем ходом исто­рии. Итак, по харак­теру Откро­ве­ние — биб­лей­ское про­ро­че­ство и апо­ка­лип­сис (а также вклю­чает в себя уни­каль­ную, при­су­щую только этой книге серд­це­вину бого­слу­же­ния), но никак не книга гадалки.

(2) Воз­можно, эта про­блема также отра­жает «кри­зис вооб­ра­же­ния» в Церкви. Мы оста­но­вимся на этом вопросе лишь кратко, но заме­тим, что зри­тель­ное вооб­ра­же­ние и глу­бо­кие чув­ства чаще всего счи­та­ются уде­лом искус­ства, музыки и поэ­зии, а бого­сло­вие при­тя­зает только на раци­о­наль­ное осмыс­ле­ние и ясность.

Воз­можно, Восточ­ное бого­сло­вие стре­мится к целост­но­сти, и, воз­можно, оно обла­дает необ­хо­ди­мыми ресур­сами для ее вос­ста­нов­ле­ния, но у меня созда­лось такое впе­чат­ле­ние, что, даже говоря о целост­но­сти, восточ­ные бого­словы исполь­зуют тот же сухой и раци­о­наль­ный язык науки. Мне кажется, что мы нахо­димся в этом кри­зисе не меньше, чем другие.

(3) Еще одной про­бле­мой может быть огра­ни­чен­ность нашего совре­мен­ного опыта бого­слу­же­ния. С одной сто­роны, оно поте­ряло «кос­ми­че­ское» изме­ре­ние, а с дру­гой, пара­док­саль­ным обра­зом, отде­лено от повсе­днев­ной жизни и совре­мен­ной исто­рии. В резуль­тате, Литур­гия про­ис­хо­дит в каком-то искус­ствен­ном мире, отде­лен­ном и от верха, и от низа, и от земли и от Небес. Откро­ве­ние же, напро­тив, явля­ется кни­гой кос­ми­че­ского бого­слу­же­ния и напол­нено реаль­ной исто­рией. Наша отчуж­ден­ность от кос­ми­че­ского опыта и отчуж­ден­ность покло­не­ния Богу от повсе­днев­ной жизни и совре­мен­ной исто­рии не поз­во­ляет нам войти в книгу Откровения.

(4) Свя­той Мак­сим Испо­вед­ник дает нам все­лен­ское виде­ние Литур­гии. Он начи­нает свою книгу «Мис­та­го­гия» (кате­хи­зис для вве­де­ния в Литур­гию) с раз­го­вора о том, что зда­ние церкви, чело­ве­че­ское тело и Все­лен­ная оди­на­ко­вым обра­зом явля­ются местами совер­ше­ния Литур­гии (как это отли­ча­ется от тех кате­хи­зи­сов, кото­рые мы читаем на эту тему в наше время). Литур­гия в сердце, Литур­гия в храме и Литур­гия во Все­лен­ной (по сло­вам о. Тей­яра, «гимн Все­лен­ной») отра­жают друг друга и неот­де­лимы друг от друга. Такой же под­ход к Литур­гии встре­чаем у Дио­ни­сия и у Симеона Фес­са­ло­ни­кий­ского. Для боль­шин­ства восточ­ных хри­стиан на смену ему при­шло алле­го­ри­че­ское истол­ко­ва­ние Нико­лая Кава­силы (напри­мер, алтар­ник, кото­рый несет свечу во время малого входа, ассо­ци­и­ру­ется с Иоан­ном Пред­те­чей) или более совре­мен­ное истол­ко­ва­ние литур­ги­че­ского дви­же­ния: «Литур­гия — дея­тель­ность народа Божьего», — кото­рое само по себе хорошо, но ему недо­стает какой-то внут­рен­ней и все­лен­ской глу­бины, что также отра­жает кри­зис воображения.

(5) В Откро­ве­нии, как и у Мак­сима Испо­вед­ника, все собрано воедино. Гре­че­ский бого­слов Аго­ри­дис ска­зал: «Для Иоанна Литур­гия, молитва, Бог, небеса и все ужас­ные вещи, про­ис­хо­дя­щие здесь на земле, не изо­ли­ро­ваны друг от друга, они обра­зуют един­ство, они — одно. Покло­не­ние достает до небес, но одно­вре­менно спус­ка­ется в глу­бины искуп­ле­ния мира», — Аго­ри­дис про­дол­жает, — «Литур­гия в Откро­ве­нии пока­зы­вает истин­ный смысл исто­рии, про­ти­во­по­став­лен­ный лож­ному, кото­рый кажется гос­под­ству­ю­щим в ее види­мом раз­ви­тии. Пере­ход из одного пери­ода мира (лож­ной исто­рии) в дру­гой период (внут­рен­ней истины) пред­став­лен чрез­вы­чайно болез­нен­ным процессом».

Если наша Литур­гия имеет тен­ден­цию «дрей­фо­вать» в сто­рону какого-то искус­ствен­ного мира, не свя­зан­ного ни с небе­сами, ни с зем­лей, то, по сло­вам дру­гого совре­мен­ного бого­слова Пет­роса Васи­лиа­диса, «Откро­ве­ние явля­ется тем клю­чом, кото­рый помо­жет нам открыть истин­ный смысл хри­сти­ан­ского бого­слу­же­ния и его связи с историей».

(6) Мы уже гово­рили о том, что необ­хо­димо читать «Боже­ствен­ную коме­дию» Данте как путе­ше­ствие по внут­рен­нему миру, и это оче­видно. Он начи­нает с того, что поте­рялся в лесу в сере­дине жиз­нен­ного пути и един­ствен­ный выход ведет через его внут­рен­нюю тьму к горе Чисти­лища и, в конце кон­цов, по дороге, иду­щей среди звезд. Не будет ли пра­виль­ным видеть этот уро­вень и в книге Откро­ве­ния? Я думаю, нам обя­за­тельно нужно видеть этот смысл (хотя не явля­ю­щийся столь цен­траль­ным и созна­тель­ным наме­ре­нием автора). Англий­ский поэт Кри­стина Розетти (кото­рая послед­ние 7 лет своей жизни изу­чала Откро­ве­ние) ска­зала: «Кем бы ни являлся зверь Откро­ве­ния в исто­рии, он также подо­бен тем миру, плоти и дья­волу, кото­рые каж­дый день про­ти­во­бор­ствуют мне, и кото­рых я должна еже­дневно, еже­часно, еже­ми­нутно осте­ре­гаться». Есть вещи в нашем сердце, кото­рые, выходя на поверх­ность, выгля­дят столь же чер­ными, как зверь, и столь же лжи­выми, как «блуд­ница вави­лон­ская». Таким вещам надо смот­реть в лицо в свете Хри­сто­вом, с муже­ством и чест­но­стью, кото­рые могут быть лишь пло­дами пол­ного упо­ва­ния на Бога и сми­ре­ния. Это срав­нимо с совре­мен­ной ана­ли­ти­че­ской пси­хо­ло­гией, а также с иску­ше­нием св. Анто­ния в пустыне. Это ужас­ные, пуга­ю­щие вещи, но их реаль­ность настолько меньше, чем Божья, что «как рас­се­и­ва­ется дым, как тает воск от огня», так и они исче­зают пред лицем Божьим.

А потом, на осво­бож­ден­ном месте, появ­ля­ется Новый Иеру­са­лим, он имеет куби­че­скую форму, длина каж­дой сто­роны — 1000 миль. Куб сим­во­ли­зи­рует все про­стран­ство, там нет ничего внеш­него, солнца или луны, и море про­шло, но не потому, что что-то поте­ряно, ско­рее все вклю­чено внутрь и пре­об­ра­жено. «Побеж­да­ю­щий» (Откр. 3:12) начи­нает пере­жи­вать опыт Нового Иеру­са­лима, в кото­ром сбы­ва­ются слова Учи­теля о том, что «Цар­ство Божие внутрь вас есть».

(7) Так же, как внут­рен­няя литур­гия отра­жает литур­гию внеш­нюю, наше внут­рен­нее сра­же­ние про­тив зла свя­зано с борь­бой про­тив зла в исто­рии и в кос­мосе. Чело­век участ­вует во все­лен­ском замысле искуп­ле­ния своим лич­ным аске­ти­че­ским уси­лием, борь­бой с внут­рен­ним злом, с одной сто­роны, и покло­не­нием Богу, с дру­гой стороны.

(8) Книга Откро­ве­ния при­гла­шает нас в небеса и в то же время к тому, чтобы видеть и пре­одо­ле­вать зло. Как отча­янно нуж­да­емся мы и в том, и в дру­гом, как необ­хо­димо нашему сердцу осво­бож­де­ние от внут­рен­ней тьмы, и сколь более оно стре­мится к тому, чтобы при­со­еди­ниться к бого­слу­же­нию всего Кос­моса, к бого­слу­же­нию, кото­рое есть пла­мен­ное сердце всего.

(9) В заклю­че­ние, в каче­стве неко­то­рого руко­вод­ства к дей­ствию, пред­ла­га­ется целост­ное про­чте­ние Откро­ве­ния. Как ска­зал фран­цуз­ский писа­тель Поль Кло­дель, чело­век непо­ко­ле­би­мой веры: «Нашей основ­ной забо­той должно быть не понять, а войти внутрь Откро­ве­ния, как внутрь собора, рас­смат­ри­вая с вос­хи­ще­нием его кра­соты и струк­туру. Оно — место встречи с Богом». Во-вто­рых, хотя было бы заме­ча­тельно вос­ста­но­вить бого­слу­жеб­ное чте­ние книги Откро­ве­ния, это может быть дол­го­сроч­ным про­ек­том, осо­бенно в Пра­во­слав­ной Церкви, поэтому пока ста­нем вос­ста­нав­ли­вать в нашей лич­ной жизни, как хри­сти­ане, веду­щие бого­слу­же­ние и моля­щи­еся вме­сте, это глу­бо­кое чув­ство покло­не­ния, целост­ное, зри­мое, музы­каль­ное, иду­щее от сердца, вклю­ча­ю­щее в себя весь мир, всю исто­рию, пол­ное огня и живой воды. Это чув­ство можно вер­нуть, и там, где оно воз­вра­ща­ется, про­ис­хо­дит обнов­ле­ние, лич­ное и общин­ное. Там, где обнов­ля­ется бого­слу­же­ние, сердца соеди­ня­ются и Цер­ковь обнов­ля­ется во Христе.

Да будет так (как моли­лись рав­вины) скоро и на нашем веку. Аминь. Ей гряди, Гос­поди Иисусе!

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки