Дни памяти:

4 февраля  (переходящая) – Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской

15 декабря

Житие

Свя­щен­но­му­че­ник Алек­сий (в ми­ру Петр Филип­по­вич Бель­ков­ский) ро­дил­ся в 1842 го­ду в се­ле Рож­де­стви­но Ка­шир­ско­го уез­да Туль­ской гу­бер­нии в се­мье свя­щен­ни­ка Филип­па Ев­фи­мо­ви­ча Бель­ков­ско­го. Свя­щен­ник Филипп Бель­ков­ский (1813-1878) был сы­ном по­но­ма­ря из се­ла Бель­ко­ва Мос­ков­ской гу­бер­нии; он слу­жил бо­лее со­ро­ка лет на од­ном ме­сте, в хра­ме се­ла Рож­де­стви­но. Ин­те­рес­ны вос­по­ми­на­ния о нем, из ко­то­рых ста­но­вит­ся яс­но, в ка­кой об­ста­нов­ке про­вел свое дет­ство ар­хи­епи­скоп Алек­сий. Се­мья свя­щен­ни­ка Филип­па бы­ла бед­ная, и, как вспо­ми­на­ют знав­шие его, «в жиз­ни сво­ей Филипп Ев­фи­мо­вич не ис­пы­тал и не знал, что та­кое рос­кошь, или бо­гат­ство, или сла­ва – не лю­бил он это­го и не ис­кал в жиз­ни. Нуж­да с са­мо­го дет­ства при­учи­ла его к уме­рен­но­сти, а уме­рен­ность за­то не до­пу­сти­ла его ис­пы­тать и по­не­сти то тя­же­лое иго, ко­то­рое зо­вет­ся бед­но­стью.
С пер­вых дней по­ступ­ле­ния на долж­ность свя­щен­ни­ка ску­дость средств, ко­то­рая бы­ла об­щим де­лом мно­гих свя­щен­ни­ков, вы­па­ла и на его до­лю. Но он и со скуд­ны­ми сред­ства­ми ско­ро срод­нил­ся. И без то­го по вос­пи­та­нию воз­дер­жан­ный – при­учил се­бя к бе­реж­ли­во­сти и крайне уме­рен­но­му об­ра­зу жиз­ни. С уди­ви­тель­ным уме­ни­ем он и ма­лым поль­зо­вал­ся так, что не имел ни в чем недо­стат­ка, не ис­пы­тал, не встре­чал, как он сам пе­ре­да­вал, то­го, что на­зы­ва­ет­ся нуж­дою. Со­об­ра­зу­ясь со сво­и­ми неболь­ши­ми сред­ства­ми, он не за­во­дил ни ве­се­лых круж­ков, ни изыс­кан­ных пир­шеств. За удо­воль­стви­я­ми са­мы­ми обыч­ны­ми в жиз­ни ему неко­гда бы­ло го­нять­ся, он все­це­ло пре­да­вал­ся ис­пол­не­нию то­го, что слу­жи­ло и ему и об­ще­ству на поль­зу. Ни­ка­кие раз­вле­че­ния не в со­сто­я­нии бы­ли по­ко­ле­бать или от­кло­нить его от ис­пол­не­ния дол­га хри­сти­ан­ско­го, се­мей­но­го и пас­тыр­ско­го. При мно­го­труд­ном и мно­го­слож­ном об­ра­зе сель­ской жиз­ни он су­мел сов­ме­стить ис­пол­не­ние обя­зан­но­стей и хри­сти­а­ни­на, и се­мья­ни­на, и пас­ты­ря, и сель­ско­го хо­зя­и­на, ко­то­рые при всем сво­ем раз­но­об­ра­зии лег­ко гар­мо­ни­ро­ва­ли в нем, од­но дру­го­му не пре­пят­ствуя, а, на­про­тив, од­но дру­гим ра­зум­но под­дер­жи­ва­ясь. При всей мно­го­слож­но­сти, раз­но­ха­рак­тер­но­сти за­ня­тий сель­ско­хо­зяй­ствен­ных, по­треб­но­стей се­мей­ных и обя­зан­но­стей пас­тыр­ских он об­ла­дал уди­ви­тель­ным уме­ни­ем ни­че­го не опу­стить и ис­пол­нить все во­вре­мя.
В окру­ге сво­ем он де­сять лет нес долж­ность бла­го­чин­но­го, око­ло два­дца­ти лет был ду­хов­ным от­цом сво­их со­бра­тий и эту долж­ность, по их из­бра­нию, ис­пол­нял до по­след­ней ми­ну­ты сво­ей жиз­ни. Храм был для него и утехою и от­ра­дою от мир­ских за­бот и был в свою оче­редь пред­ме­том мно­гих его за­бот и тру­дов. Мож­но ска­зать, что его тру­да­ми храм в се­ле Рож­де­ствине пе­ре­со­здан и до­ве­ден до со­от­вет­ству­ю­ще­го свя­тыне бла­го­ле­пия.
На­сколь­ко он за­бо­тил­ся о бла­го­ле­пии внеш­не­го хра­ма, на­столь­ко же и да­же бо­лее за­бо­тил­ся о бла­го­ле­пии внут­рен­не­го хра­ма сво­их па­со­мых, вве­рен­ных ему Бо­гом. Не ща­дил он и в этом от­но­ше­нии ни тру­да, ни вре­ме­ни, ино­гда столь до­ро­го­го для него как се­мья­ни­на, как хо­зя­и­на, лишь бы толь­ко при­не­сти поль­зу сво­ей пастве, уни­что­жить тот или дру­гой недо­ста­ток, за­ме­чен­ный в це­лом об­ще­стве или в от­дель­ных ли­цах. Не опус­кал ни од­но­го слу­чая, чтобы не вра­зу­мить или не об­ли­чить невеж­ду или не по­со­ве­то­вать, чтобы он воз­вра­тил­ся с пу­ти за­блуж­де­ния. Все, что толь­ко доб­ро­го он сам знал, все­гда ста­рал­ся пе­ре­дать и ду­хов­ным ча­дам сво­им, в непро­све­щен­ных серд­цах ста­рал­ся воз­жечь тот свет, ко­то­рый необ­хо­дим каж­до­му хри­сти­а­ни­ну, воз­греть ту теп­ло­ту ве­ры, ко­то­рой сам пла­ме­нел к Про­мыс­ли­те­лю; все­ми ме­ра­ми стре­мил­ся в па­со­мых воз­бу­дить ту лю­бовь к Бо­гу и за­ко­ну Его, ко­то­рая и са­мо­му ему бы­ла при­су­ща»[1].
В 1864 го­ду Петр Филип­по­вич окон­чил Туль­скую Ду­хов­ную се­ми­на­рию. В 1867 го­ду он был ру­ко­по­ло­жен в сан свя­щен­ни­ка и слу­жил в Ми­хай­лов­ской церк­ви при Ми­хай­лов­ском дет­ском при­юте в го­ро­де Ту­ле, а с 1886 го­да – в туль­ской Алек­сан­дро-Нев­ской церк­ви. В 1874 го­ду отец Петр был на­зна­чен за­ко­но­учи­те­лем в шко­лу ме­щан­ско­го об­ще­ства. При ар­хи­ерей­ском слу­же­нии в ка­фед­раль­ном со­бо­ре имен­но ему ча­ще дру­гих по­ру­ча­лось го­во­рить про­по­ве­ди. Он устра­и­вал и сам ак­тив­но участ­во­вал во вне­бо­го­слу­жеб­ных ре­ли­ги­оз­ных бе­се­дах и чте­ни­ях. В 1890 го­ду свя­щен­ник Петр был на­граж­ден на­перс­ным кре­стом.
Мно­го уси­лий упо­тре­бил свя­щен­ник на устро­е­ние при­ход­ской шко­лы, в ко­то­рой учи­лось в то вре­мя во­семь­де­сят де­тей. Кро­ме обыч­ных пред­ме­тов уче­ни­ки обу­ча­лись так­же цер­ков­но­му чте­нию и пе­нию. Во вре­мя неко­то­рых празд­ни­ков де­ти це­ли­ком ис­пол­ня­ли все пес­но­пе­ния ли­тур­гии. Уче­ни­ки по оче­ре­ди чи­та­ли ше­сто­псал­мие и ча­сы, бы­ли хо­ро­шо обу­че­ны бо­го­слу­жеб­но­му уста­ву и са­ми на­хо­ди­ли в кни­гах необ­хо­ди­мые тек­сты.
В 1891 го­ду Туль­скую гу­бер­нию вслед­ствие неуро­жая по­ра­зил го­лод. Неко­то­рые из кре­стьян­ских се­мейств, чьи де­ти обу­ча­лись в шко­ле, оста­лись без средств к про­пи­та­нию. Ро­ди­те­ли не мог­ли дать де­тям в шко­лу да­же кус­ка хле­ба. Был слу­чай, ко­гда мать по­ки­ну­ла дом, толь­ко бы не ви­деть вер­нув­ше­го­ся из шко­лы го­лод­но­го сы­на, на­кор­мить ко­то­ро­го ей бы­ло нечем. Ви­дя та­кое по­ло­же­ние, свя­щен­ник Петр при под­держ­ке при­ход­ско­го со­ве­та ор­га­ни­зо­вал по­мощь го­ло­да­ю­щим де­тям. В устро­ен­ной при хра­ме бо­га­дельне стал еже­днев­но го­то­вить­ся го­ря­чий зав­трак для уче­ни­ков – де­тей бед­ней­ших ро­ди­те­лей.
В 1892 го­ду за са­мо­от­вер­жен­ную школь­ную де­я­тель­ность отец Петр был на­граж­ден на­перс­ным кре­стом с укра­ше­ни­я­ми. В гра­мо­те при­хо­жан, со­про­вож­дав­шей пре­под­не­се­ние кре­ста, го­во­ри­лось: «Мно­го­ува­жа­е­мый и доб­рый наш пас­тырь... Непро­дол­жи­тель­но слу­же­ние Ва­ше в на­шем при­ход­ском хра­ме, но ве­ли­ки и обиль­ны пло­ды его. Са­мым луч­шим то­му сви­де­тель­ством мо­гут слу­жить эти де­ти, се­го­дня впер­вые вы­пус­ка­е­мые в жизнь, на­шей шко­лы, Ва­ши­ми за­бо­та­ми ос­но­ван­ной и Ва­ши­ми же неусып­ны­ми тру­да­ми под­дер­жи­ва­е­мой. Эти де­ти, из ко­их мно­гие по край­ней бед­но­сти ед­ва ли бы уви­да­ли ко­гда свет уче­ния, те­перь, бла­го­да­ря Вам, всту­па­ют в жизнь с твер­ды­ми ос­но­ва­ми хри­сти­ан­ско­го зна­ния и нрав­ствен­но­сти. Всё это мы ви­дим и на се­бе еже­днев­но ис­пы­ты­ва­ем дей­ствие Ва­шей доб­ро­ты, оце­ни­вать же это не в на­шей вла­сти, пусть за это воз­на­гра­дит Вас Тот, Кто обиль­но из­лил на Вас бла­го­дать Свою»[2].
Храм, в ко­то­ром слу­жил свя­щен­ник Петр, был вы­стро­ен в 1881 го­ду на сред­ства, по­жерт­во­ван­ные туль­ским куп­цом Ев­фи­ми­ем Ку­чи­ным; бла­го­тво­ри­тель за­ве­щал вы­стро­ить храм в па­мять осво­бож­де­ния кре­стьян от кре­пост­ной за­ви­си­мо­сти во имя свя­то­го бла­го­вер­но­го кня­зя Алек­сандра Нев­ско­го, имя ко­то­ро­го но­сил царь-осво­бо­ди­тель Алек­сандр II. Ко вре­ме­ни на­ча­ла слу­же­ния здесь свя­щен­ни­ка Пет­ра храм еще не был бла­го­укра­шен, не был рас­пи­сан, не хва­та­ло икон для ико­но­ста­са, но все это рев­ност­ный свя­щен­ник вос­пол­нил. Храм был вы­стро­ен на окра­ине го­ро­да, где про­жи­ва­ло бед­ней­шее на­се­ле­ние. Но имен­но здесь об­ра­зо­вал­ся креп­кий при­ход, ко­то­рый, несмот­ря на ску­дость средств, со­здал та­кие бла­го­тво­ри­тель­ные учре­жде­ния, ка­ких не бы­ло и в со­сто­я­тель­ных при­хо­дах го­ро­да – бо­га­дель­ню и шко­лу. При про­ве­де­нии ре­ви­зий цер­ков­но­при­ход­ских школ шко­ла при Алек­сан­дро-Нев­ском хра­ме по­лу­ча­ла от про­ве­ря­ю­щих неиз­мен­но вы­со­кую оцен­ку в по­ста­нов­ке пре­по­да­ва­ния За­ко­на Бо­жия и за успе­хи уче­ни­ков в осво­е­нии изу­ча­е­мых пред­ме­тов.
Со вре­ме­нем все бо­лее рас­ши­рял­ся круг де­я­тель­но­сти от­ца Пет­ра, и в 1896 го­ду при Алек­сан­дро-Нев­ской церк­ви бы­ла от­кры­та бес­плат­ная на­род­ная биб­лио­те­ка-чи­таль­ня в по­ме­ще­нии мест­ной цер­ков­но­при­ход­ской шко­лы.
3 фев­ра­ля 1897 го­да отец Петр за осо­бо усерд­ное ис­пол­не­ние обя­зан­но­стей по обу­че­нию в на­род­ных шко­лах был на­граж­ден ор­де­ном свя­той Ан­ны III сте­пе­ни. 9 ап­ре­ля то­го же го­да он был воз­ве­ден в сан про­то­иерея. В том же го­ду он ов­до­вел и был по­стри­жен в мо­на­ше­ство с име­нем Алек­сий.
14 мар­та 1898 го­да иеро­мо­нах Алек­сий был на­зна­чен на­сто­я­те­лем Ста­ро­рус­ско­го Спа­со-Пре­об­ра­жен­ско­го мо­на­сты­ря с воз­ве­де­ни­ем в сан ар­хи­манд­ри­та.
5 сен­тяб­ря 1904 го­да ар­хи­манд­рит Алек­сий был хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па Ве­ли­ко­устюж­ско­го, ви­ка­рия Во­ло­год­ской епар­хии. 28 сен­тяб­ря он при­был в Ве­ли­кий Устюг. Этот го­род все­гда сла­вил­ся оби­ли­ем хра­мов, ко­то­рые и до­ныне укра­ша­ют его, сви­де­тель­ствуя о рев­но­сти в ве­ре и бла­го­че­стии на­ших пред­ков. На­сто­я­тель го­род­ско­го со­бо­ра про­то­и­е­рей Ва­си­лий По­ля­ков об­ра­тил­ся к епи­ско­пу с ре­чью, где до­воль­но точ­но оха­рак­те­ри­зо­вал неко­то­рые чер­ты жиз­ни го­ро­да. «Прео­свя­щен­ный вла­ды­ка! – на­чал свою речь на­сто­я­тель. – Встре­ча но­во­го ар­хи­пас­ты­ря, пред­став­ля­ю­щая не ред­кость для гу­берн­ских го­ро­дов, и для нас, устю­жан, жи­те­лей уезд­но­го го­ро­да – не но­вость, ибо за шест­на­дцать лет сво­е­го су­ще­ство­ва­ния Ве­ли­ко­устюж­ское ви­ка­ри­ат­ство[3] в ли­це Ва­ше­го прео­свя­щен­ства встре­ча­ет уже ше­сто­го сво­е­го ар­хи­пас­ты­ря. Та­кое до­воль­но ча­стое пре­ем­ство вла­дык на­ших, ма­ло бла­го­твор­ное для ар­хи­пас­тыр­ской их де­я­тель­но­сти, мог­ло, ду­ма­ет­ся мне, воз­бу­дить и в те­бе, прео­свя­щен­ней­ший вла­ды­ка, неко­то­рые недо­умен­ные во­про­сы от­но­си­тель­но на­шей стра­ны, на­ше­го гра­да и вве­рен­ной те­бе паст­вы. Как уро­же­нец се­вер­но­го края и в те­че­ние шест­на­дца­ти лет слу­жи­тель ал­та­ря Гос­под­ня в гра­де сем, я мо­гу сви­де­тель­ство­вать, вла­ды­ка, что стра­на на­ша дей­стви­тель­но хо­лод­ная, но серд­ца на­ши го­ря­чи и спо­соб­ны от­зы­вать­ся на все доб­рое и свя­тое и про­ни­кать­ся лю­бо­вью к сво­им ар­хи­пас­ты­рям.
На­ша стра­на, уда­лен­ная от цен­тров вы­со­ко­го об­ра­зо­ва­ния и боль­ши­ми про­стран­ства­ми, и неудоб­ством пу­тей со­об­ще­ния, не ли­ше­на од­на­ко же соб­ствен­ных рас­сад­ни­ков про­све­ще­ния; в ней по чис­лу жи­те­лей нема­ло учеб­ных за­ве­де­ний и сред­них и низ­ших, и муж­ских и жен­ских; а глав­ное – град наш изоби­лу­ет бла­го­устро­ен­ны­ми хра­ма­ми, эти­ми рас­сад­ни­ка­ми "на всё по­лез­но­го бла­го­че­стия" (1Тим.4:8) в та­ком ко­ли­че­стве, ко­то­рое впол­не при­ли­че­ство­ва­ло бы и го­ро­ду гу­берн­ско­му. Это оби­лие и бла­го­устрой­ство свя­тых хра­мов уже са­мо со­бою сви­де­тель­ству­ет о ре­ли­ги­оз­ном на­стро­е­нии и доб­ром нрав­ствен­ном на­прав­ле­нии оби­та­те­лей это­го гра­да»[4].
На­сущ­ной по­треб­но­стью ста­ло в то вре­мя об­ра­зо­ва­ние на­ро­да, и в этой свя­зи по­чти во всех епар­хи­ях ста­ли устра­и­вать­ся пе­да­го­ги­че­ские кур­сы для уча­щих в цер­ков­но­при­ход­ских шко­лах. Ле­том 1908 го­да та­кие кур­сы бы­ли устро­е­ны в Ве­ли­ком Устю­ге для уча­щих цер­ков­но­при­ход­ских школ Устюж­ско­го ви­ка­ри­ат­ства. От­кры­вая кур­сы, епи­скоп Алек­сий «ука­зал на цель при­бы­тия сю­да учи­те­лей – рас­ши­рить свои по­зна­ния, усо­вер­шен­ство­вать­ся в учи­тель­ской прак­ти­ке, про­дол­жить свое об­ра­зо­ва­ние. Это де­ло по­лез­ное и по­хваль­ное, – так при­бли­зи­тель­но го­во­рил вла­ды­ка, – еще вет­хо­за­вет­ный бо­го­дух­но­вен­ный муд­рец ска­зал: "бла­жен че­ло­век, иже об­ре­те пре­муд­рость". Но ис­тин­ная муд­рость со­сто­ит в раз­ви­тии не од­но­го толь­ко ума, но и сер­дца, не в на­коп­ле­нии толь­ко зна­ний, но в при­об­ре­те­нии доб­ро­де­те­лей; че­ло­век ум­ный, но по­роч­ный, мно­го­зна­ю­щий, но гор­дый, как всем из­вест­но, не поль­зу­ет­ся лю­бо­вью окру­жа­ю­щих и не мо­жет при­не­сти боль­шой поль­зы, осо­бен­но в учеб­ном де­ле. За­бо­тясь же о при­об­ре­те­нии этой имен­но ис­тин­ной муд­ро­сти, и по­мо­лим­ся Гос­по­ду Бо­гу, чтобы Он по­мог вам в этом бла­гом де­ле, ра­ди ко­то­ро­го вы со­бра­лись сю­да»[5].
Как и в то вре­мя, ко­гда вла­ды­ка был в Ту­ле, так и те­перь, став ар­хи­ере­ем, он про­яв­лял осо­бое по­пе­че­ние о на­род­ном об­ра­зо­ва­нии. При епи­ско­пе Алек­сии бы­ло вы­стро­е­но жен­ское епар­хи­аль­ное учи­ли­ще, в де­я­тель­но­сти ко­то­ро­го вла­ды­ка при­ни­мал по­сто­ян­ное уча­стие. Во вре­мя слу­же­ния епи­ско­па Алек­сия в Ве­ли­ком Устю­ге бы­ло по­стро­е­но и освя­ще­но несколь­ко хра­мов, один из по­след­них в 1916 го­ду – храм во имя свя­ти­те­ля Мит­ро­фа­на, Во­ро­неж­ско­го чу­до­твор­ца, вы­стро­ен­ный при Ве­ли­ко­устюж­ском тю­рем­ном зам­ке, в ко­то­ром суж­де­но бы­ло уме­реть вла­ды­ке через два­дцать один год.
12 ок­тяб­ря 1916 го­да по по­ста­нов­ле­нию Свя­тей­ше­го Си­но­да ви­ка­рий Ве­ли­ко­устюж­ский стал име­но­вать­ся епи­ско­пом Ве­ли­ко­устюж­ским и Усть­вым­ским. В на­ча­ле два­дца­тых го­дов епи­скоп Алек­сий был воз­ве­ден в сан ар­хи­епи­ско­па. 30 июля 1923 го­да ар­хи­епи­скоп Алек­сий всту­пил в управ­ле­ние Ве­ли­ко­устюж­ской епар­хи­ей, ко­то­рая к это­му вре­ме­ни ста­ла са­мо­сто­я­тель­ной.
В 1924 го­ду в воз­расте вось­ми­де­ся­ти двух лет ар­хи­епи­скоп Алек­сий был уво­лен на по­кой. Жи­вя в Ве­ли­ком Устю­ге при хра­ме пре­по­доб­но­го Си­мео­на Столп­ни­ка, он каж­дый день со­вер­шал ли­тур­гию. По­сле за­кры­тия это­го хра­ма ар­хи­епи­скоп стал слу­жить в хра­мах пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го и ве­ли­ко­му­че­ни­ка Ди­мит­рия Со­лун­ско­го в Дым­ков­ской сло­бо­де. По­се­лив­шись в цер­ков­ной сто­рож­ке, вла­ды­ка слу­жил еже­днев­но, на­чи­ная бо­го­слу­же­ние в че­ты­ре ча­са утра при немно­гих мо­ля­щих­ся. Так про­дол­жа­лось до на­ча­ла 1937 го­да, ко­гда ему по немо­щи ста­ло труд­но пе­ре­дви­гать­ся, и он мог хо­дить толь­ко поль­зу­ясь по­мо­щью жив­ших при нем мо­на­хинь.
Ар­хи­епи­скоп Алек­сий (Бель­ков­ский) был аре­сто­ван осе­нью 1937 го­да, ко­гда ему бы­ло де­вя­но­сто пять лет. Он не мог вый­ти из до­ма по при­ка­зу со­труд­ни­ков НКВД, и они вы­нес­ли его са­ми на про­стыне. По­сле ко­рот­ко­го пре­бы­ва­ния в тюрь­ме ар­хи­епи­скоп Алек­сий в де­каб­ре 1937 го­да скон­чал­ся и был по­гре­бен на го­род­ском клад­би­ще.


Игу­мен Да­мас­кин (Ор­лов­ский)

«Му­че­ни­ки, ис­по­вед­ни­ки и по­движ­ни­ки бла­го­че­стия Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви ХХ сто­ле­тия. Жиз­не­опи­са­ния и ма­те­ри­а­лы к ним. Кни­га 5». Тверь. 2001. С. 20–25

При­ме­ча­ния

[1] Туль­ские епар­хи­аль­ные ве­до­мо­сти. 1882. № 16. С. 121-123.
[2] Там же. 1893. № 2. С. 55.
[3] Ви­ка­ри­ат­ство в го­ро­де Ве­ли­ком Устю­ге бы­ло от­кры­то в 1888 го­ду.
[4] Во­ло­год­ские епар­хи­аль­ные ве­до­мо­сти. 1904. № 24. С. 557.
[5] При­бав­ле­ние к Во­ло­год­ским епар­хи­аль­ным ве­до­мо­стям. 1908. № 15. С. 349-350.

Ис­точ­ник: http://www.fond.ru

Случайный тест

(2 голоса: 5 из 5)