Дни памяти:

23 сентября – Собор Липецких святых

13 ноября

1 декабря – Собор святых Эстонской земли

9 февраля  (переходящая) – Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской

23 июня – Собор Рязанских святых

28 июня  (переходящая) – Собор Санкт-Петербургских святых

Житие

Краткое житие священномученика Иоанна Кочурова, пресвитера Царскосельского

Свя­щен­но­му­че­ник про­то­и­е­рей Иоанн Алек­сан­дро­вич Ко­чу­ров ро­дил­ся 13 июля 1871 го­да в Ря­зан­ской гу­бер­нии в бла­го­че­сти­вой и мно­го­дет­ной се­мье сель­ско­го свя­щен­ни­ка. За­кон­чив Ря­зан­скую Ду­хов­ную Се­ми­на­рию, он в том же го­ду по­сту­пил в Санкт-Пе­тер­бург­скую Ду­хов­ную Ака­де­мию.
По окон­ча­нии Ака­де­мии Иоанн Ко­чу­ров в со­от­вет­ствии с его дав­ним же­ла­ни­ем был на­прав­лен на мис­си­о­нер­ское слу­же­ние в Але­ут­скую и Аляс­кин­скую епар­хию. В Аме­ри­ке он был ру­ко­по­ло­жен в свя­щен­ни­че­ский сан и на­зна­чен на­сто­я­те­лем церк­ви свя­то­го Вла­ди­ми­ра в го­ро­де Чи­ка­го.
Пер­вое вре­мя сво­е­го пре­бы­ва­ния в Со­еди­нен­ных Шта­тах отец Иоанн жил в Нью-Йор­ке, здесь он осва­и­вал ан­глий­ский язык и вхо­дил в со­при­кос­но­ве­ние с непри­выч­ной жиз­нью про­те­стант­ской Аме­ри­ки. Але­ут­ская и Аляс­кин­ская епар­хия в раз­лич­ных рай­о­нах стра­ны име­ла со­вер­шен­но раз­ные усло­вия су­ще­ство­ва­ния. Ес­ли в Се­вер­ной Ка­ли­фор­нии, на Але­ут­ских ост­ро­вах и Аляс­ке пра­во­слав­ные при­хо­ды име­ли дав­нюю ис­то­рию и бы­ли до­воль­но мно­го­чис­лен­ны, то в боль­шин­стве осталь­ных рай­о­нов стра­ны пра­во­слав­ная цер­ков­ная жизнь еще толь­ко за­рож­да­лась, и тре­бо­ва­лись огром­ные мис­си­о­нер­ские уси­лия, чтобы со­здать пол­но­цен­ные пра­во­слав­ные при­хо­ды.
В 1898 го­ду отец Иоанн дал вы­ра­зи­тель­ную ха­рак­те­ри­сти­ку сво­их при­хо­жан: «Пра­во­слав­ный при­ход Вла­ди­мир­ской Чи­каг­ской церк­ви со­сто­ит из немно­гих ко­рен­ных рус­ских вы­ход­цев, из га­лиц­ких и угор­ских сла­вян, ара­бов, бол­гар и ара­ви­тян. Боль­шин­ство при­хо­жан – ра­бо­чий на­род, снис­ки­ва­ю­щий се­бе про­пи­та­ние тя­же­лым тру­дом по ме­сту жи­тель­ства на окра­и­нах го­ро­да. К чи­каг­ско­му при­хо­ду при­пи­са­на цер­ковь Трех Свя­ти­те­лей и при­ход го­ро­да Стри­то­ра. Стри­тор и при нем ме­стеч­ко Кенгли на­хо­дят­ся в 94 ми­лях от Чи­ка­го и из­вест­ны сво­и­ми ка­мен­но­уголь­ны­ми ко­пя­ми. Пра­во­слав­ный при­ход там со­сто­ит из ра­бо­та­ю­щих на ко­пях сло­ва­ков, об­ра­щен­ных из уни­а­тов».
Уже в пер­вые три го­да сво­е­го при­ход­ско­го слу­же­ния от­цом Иоан­ном бы­ли при­со­еди­не­ны к пра­во­слав­ной церк­ви 86 уни­а­тов и 5 ка­то­ли­ков, а чис­ло по­сто­ян­ных при­хо­жан воз­рос­ло до 215 че­ло­век в Чи­ка­го и 88 че­ло­век в Стри­то­ре. При обо­их хра­мах ра­бо­та­ли дет­ские цер­ков­ные шко­лы.
Отец Иоанн ор­га­ни­зо­вал в Чи­ка­го Свя­то-Ни­коль­ское и Трех-Свя­ти­тель­ское брат­ства, це­лью ко­то­рых бы­ла со­ци­аль­ная и ма­те­ри­аль­ная вза­и­мо­по­мощь сре­ди при­хо­жан. Для этой же це­ли бы­ло ор­га­ни­зо­ва­но Пра­во­слав­ное об­ще­ство вза­и­мо­по­мо­щи, пред­се­да­те­лем ко­то­ро­го епи­скоп Але­ут­ский и Аляс­кин­ский Ти­хон (Бе­ла­вин) на­зна­чил от­ца Иоан­на Ко­чу­ро­ва.
Ко­гда отец Иоанн при­был в Аме­ри­ку, пра­во­слав­ный храм свя­то­го Вла­ди­ми­ра в го­ро­де Чи­ка­го за­ни­мал неболь­шую часть арен­до­ван­но­го зда­ния. Вер­нее, арен­до­ва­но бы­ло не все зда­ние, а толь­ко часть – на пер­вом эта­же был устро­ен храм, там же, за сте­ной – кух­ня и ком­на­та при­слу­ги. На вто­ром эта­же бы­ло сня­то несколь­ко неболь­ших ком­нат, в ко­то­рых про­жи­ва­ли се­мья от­ца Иоан­на, а так­же штат­ный пса­лом­щик. В Стри­то­ре храм Трех Свя­ти­те­лей рас­по­ла­гал­ся в по­ме­ще­нии ве­сти­бю­ля рус­ско­го от­де­ла Все­мир­ной Чи­каг­ской вы­став­ки.
Отец Иоанн Ко­чу­ров ре­шил стро­ить в Чи­ка­го со­бор. Это бы­ло по­ис­ти­не рис­ко­ван­ное ре­ше­ние – в чу­жой, да­ле­кой стране, с бед­ным и ма­ло­чис­лен­ным при­хо­дом ре­шить­ся на та­кое от­вет­ствен­ное и до­ро­го­сто­я­щее пред­при­я­тие. Воз­ве­де­ние но­во­го хра­ма бла­го­сло­вил свя­ти­тель Ти­хон, бу­ду­щий рос­сий­ский пат­ри­арх. В 1900 го­ду отец Иоанн взял един­ствен­ный за мно­го­лет­ний срок слу­же­ния в Аме­ри­ке от­пуск и от­пра­вил­ся в Рос­сию, где за 4 ме­ся­ца со­брал день­ги на по­строй­ку со­бо­ра. Вер­нув­шись в Чи­ка­го, отец Иоанн на­чал ру­ко­во­дить стро­и­тель­ством, а уже в 1903 го­ду воз­ве­де­ние хра­ма в честь Пре­свя­той Тро­и­цы в го­ро­де Чи­ка­го бы­ло за­вер­ше­но. Освя­ще­ние со­бо­ра со­вер­шал свя­ти­тель Ти­хон (Бе­ла­вин).
Два го­да спу­стя, ко­гда в Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской епар­хии празд­но­ва­лось 10-ле­тие пас­тыр­ско­го слу­же­ния от­ца Иоан­на Ко­чу­ро­ва, он по­лу­чил от епар­хии при­вет­ствен­ный адрес, в ко­то­ром опи­сы­ва­лись по­не­сен­ные от­цом Иоан­ном тру­ды на бла­го Церк­ви. Ру­ко­твор­ным па­мят­ни­ком этим тру­дам на­зы­вал­ся Тро­иц­кий со­бор в Чи­ка­го, а неру­ко­твор­ным – серд­ца при­хо­жан.
В 1906 го­ду отец Иоанн Ко­чу­ров был воз­ве­ден в сан про­то­и­е­рея и на­зна­чен на долж­ность бла­го­чин­но­го Нью-Йорк­ско­го окру­га. Он стал од­ним из наи­бо­лее ак­тив­ных участ­ни­ков пер­во­го со­бо­ра Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, про­хо­див­ше­го в го­ро­де Май­фил­де.
Вско­ре отец Иоанн по сво­е­му про­ше­нию по­лу­чил уволь­не­ние от служ­бы в Але­ут­ской и Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской епар­хии и в июле 1907 го­да вер­нул­ся в Рос­сию. При­чи­ной для это­го ста­ли на­сто­я­тель­ные прось­бы его тя­же­ло боль­но­го те­стя – свя­щен­но­слу­жи­те­ля Санкт-Пе­тер­бург­ской епар­хии, а так­же же­ла­ние от­ца Иоан­на дать сво­им де­тям об­ра­зо­ва­ние в Рос­сии.
В июле 1907 го­да, по­ки­дая до­ро­гой его серд­цу чи­каг­ский при­ход, в ко­то­ром он был на­сто­я­те­лем и с ко­то­рым бы­ли свя­за­ны 12 лет его мис­си­о­нер­ско-пас­тыр­ско­го слу­же­ния, про­то­и­е­рей Иоанн от­пра­вил­ся в неиз­вест­ность, ожи­дав­шую его на ро­дине. При­быв в Санкт-Пе­тер­бург­скую епар­хию, он был при­пи­сан к кли­ру Пре­об­ра­жен­ско­го со­бо­ра го­ро­да Нар­вы в ка­че­стве сверх­штат­но­го свя­щен­ни­ка. Он слу­жил здесь до 1916 го­да, ос­нов­ную часть вре­ме­ни уде­ляя пре­по­да­ва­нию в муж­ской и жен­ской гим­на­зи­ях.
По­сле по­чти 10-лет­не­го слу­же­ния в Нарве, в кон­це 1916 го­да про­то­и­е­рей Иоанн Ко­чу­ров был пе­ре­ве­ден на долж­ность вто­ро­го свя­щен­ни­ка Ека­те­ри­нин­ско­го со­бо­ра в Цар­ском Се­ле.
Ека­те­ри­нин­ский со­бор был круп­ней­шим при­ход­ским хра­мом го­ро­да сре­ди пре­об­ла­дав­ших в нем церк­вей двор­цо­во­го и во­ен­но­го ве­домств. Отец Иоанн при­е­хал в Цар­ское Се­ло с ма­туш­кой и пя­тью детьми (стар­ший сын Вла­ди­мир на­хо­дил­ся в это вре­мя на во­ен­ной служ­бе), на­де­ясь здесь воз­вра­тить­ся к ак­тив­ной пас­тыр­ской де­я­тель­но­сти. Его про­по­ве­ди со­би­ра­ли в Ека­те­ри­нин­ском со­бо­ре мно­же­ство мо­ля­щих­ся со всех кон­цов Цар­ско­го Се­ла.
Через 3 ме­ся­ца по­сле на­зна­че­ния от­ца Иоан­на в Ека­те­ри­нин­ский со­бор про­изо­шла Фев­раль­ская ре­во­лю­ция.
Стре­мясь вы­тес­нить из Цар­ско­го Се­ла на­хо­див­ши­е­ся там ка­за­чьи ча­сти под ко­ман­до­ва­ни­ем ге­не­ра­ла Крас­но­ва, к го­ро­ду из Пет­ро­гра­да дви­ну­лись от­ря­ды мат­ро­сов и сол­дат, под­дер­жав­ших боль­ше­вист­ский пе­ре­во­рот. Утром 30 ок­тяб­ря 1917 го­да, на­хо­дясь на под­сту­пах к Цар­ско­му Се­лу, боль­ше­ви­ки на­ча­ли ар­тил­ле­рий­ский об­стрел. На­ча­лась па­ни­ка, мно­гие го­ро­жане устре­ми­лись в пра­во­слав­ные хра­мы. В Ека­те­ри­нин­ском со­бо­ре был со­вер­шен осо­бый мо­ле­бен о пре­кра­ще­нии меж­до­усоб­ной бра­то­убий­ствен­ной бра­ни. По­сле мо­леб­на со­сто­ял­ся крест­ный ход, на ко­то­ром отец Иоанн про­из­нес про­по­ведь, при­зы­вая на­род к спо­кой­ствию в ви­ду гря­ду­щих ис­пы­та­ний.
Ве­че­ром то­го же дня ка­за­чьи ча­сти по­ки­ну­ли Цар­ское Се­ло, же­лая предот­вра­тить воз­мож­ность кро­во­про­ли­тия сре­ди на­се­ле­ния. И утром 31 ок­тяб­ря, не встре­тив ка­ко­го-ли­бо со­про­тив­ле­ния, в Цар­ское Се­ло всту­пи­ли боль­ше­вист­ские от­ря­ды.
Свя­щен­ни­ки Ека­те­ри­нин­ско­го со­бо­ра бы­ли аре­сто­ва­ны. Отец Иоанн, в от­ли­чие от мно­гих, не мог вос­при­ни­мать это спо­кой­но, он про­те­сто­вал и пы­тал­ся разъ­яс­нить де­ло. Вме­сто разъ­яс­не­ний он по­лу­чил несколь­ко уда­ров по ли­цу, а за­тем тол­па сол­дат с ги­ка­ньем и улю­лю­ка­ньем по­во­лок­ла его по шпа­лам к цар­ско­сель­ско­му аэро­дро­му и там рас­стре­ля­ла на гла­зах его сы­на – гим­на­зи­ста. Смерть му­че­ни­ка не бы­ла мгно­вен­ной... Убий­цы тас­ка­ли его за во­ло­сы, пред­ла­гая друг дру­гу «при­кон­чить как со­ба­ку». Через три дня, не вы­дер­жав по­тря­се­ний, скон­чал­ся и его сын, 17-лет­ний юно­ша.
Ве­че­ром то­го же дня те­ло уби­то­го пас­ты­ря бы­ло до­став­ле­но в ча­сов­ню Двор­цо­во­го гос­пи­та­ля, от­ту­да пе­ре­не­се­но в Ека­те­ри­нин­ский Со­бор, где бы­ло со­вер­ше­но от­пе­ва­ние. Отец Иоанн стал пер­вым свя­щен­но­му­че­ни­ком, по­стра­дав­шим от боль­ше­ви­ков. Свя­тей­ший пат­ри­арх Ти­хон, лич­но знав­ший от­ца Иоан­на, пи­сал его вдо­ве ма­туш­ке Алек­сан­дре Ко­чу­ро­вой: «Хра­ним в серд­це твёр­дое упо­ва­ние, что укра­шен­ный вен­цом му­че­ни­че­ства, по­чив­ший пас­тырь пред­сто­ит ныне Пре­сто­лу Бо­жию в ли­ке из­бран­ни­ков вер­но­го ста­да Хри­сто­ва». По прось­бе при­хо­жан свя­щен­но­му­че­ни­ка по­греб­ли в усы­паль­ни­це под Ека­те­ри­нин­ским со­бо­ром.
Через 5 ме­ся­цев по­сле му­че­ни­че­ской кон­чи­ны от­ца Иоан­на Ко­чу­ро­ва, ко­гда ко­ли­че­ство по­имен­но из­вест­ных Свя­тей­ше­му Си­но­ду уби­ен­ных свя­щен­но­слу­жи­те­лей до­стиг­ло 15 че­ло­век, в хра­ме Мос­ков­ской Ду­хов­ной Се­ми­на­рии свя­тей­шим пат­ри­ар­хом Ти­хо­ном бы­ла со­вер­ше­на пер­вая в ис­то­рии Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви 20 ве­ка за­упо­кой­ная ли­тур­гия «по но­вым свя­щен­но­му­че­ни­кам и му­че­ни­кам». Во вре­мя про­из­не­се­ния мо­лит­вен­ных воз­но­ше­ний «Об упо­ко­е­нии ра­бов Бо­жи­их, за ве­ру и Цер­ковь Пра­во­слав­ную уби­ен­ных» вслед за пер­вым уби­ен­ным ар­хи­ере­ем – мит­ро­по­ли­том Вла­ди­ми­ром, по­ми­нал­ся пер­вый уби­ен­ный свя­щен­ник – про­то­и­е­рей Иоанн Ко­чу­ров.

Полное житие священномученика Иоанна Кочурова, пресвитера Царскосельского

31 ок­тяб­ря 1917 го­да в Цар­ском Се­ле от­кры­лась но­вая яр­кая, ис­пол­нен­ная доль­ней пе­ча­ли и вме­сте с тем гор­ней ра­до­сти, стра­ни­ца и ис­то­рии рус­ской цер­ков­ной свя­то­сти – свя­то­сти но­во­му­че­ни­ков XX ве­ка. От­кры­тие этой стра­ни­цы ока­за­лось свя­зан­ным с име­нем рус­ско­го пра­во­слав­но­го пас­ты­ря, став­ше­го од­ним из пер­вых, по­ло­жив­ших ду­шу свою за чад сво­их в бо­го­бор­че­ском XX ве­ке, про­то­и­е­рея Иоан­на Ко­чу­ро­ва.

Отец Иоанн Ко­чу­ров ро­дил­ся 13 июля 1871 го­да в се­ле Би­гиль­ди­но-Сур­ки Дан­ков­ско­го уез­да Ря­зан­ской гу­бер­нии в бла­го­че­сти­вой и мно­го­дет­ной се­мье сель­ско­го свя­щен­ни­ка Алек­сандра Ко­чу­ро­ва и его су­пру­ги Ан­ны. Свя­щен­ник Алек­сандр Ко­чу­ров, с мо­мен­та сво­е­го ру­ко­по­ло­же­ния 2 мар­та 1857 го­да, по­чти всю жизнь про­слу­жив­ший в Бо­го­яв­лен­ской церк­ви се­ла Би­гиль­ди­но-Сур­ки Ря­зан­ской епар­хии и все эти го­ды успеш­но сов­ме­щав­ший свое при­ход­ское слу­же­ние с ис­пол­не­ни­ем обя­зан­но­стей за­ко­но­учи­те­ля Би­гиль­дин­ско­го на­род­но­го учи­ли­ща, яр­ко за­пе­чат­лел в со­зна­нии сво­их сы­но­вей, и в осо­бен­но­сти наи­бо­лее ду­хов­но чут­ко­го из них Иоан­на, об­раз ис­пол­нен­но­го глу­бо­ко­го сми­ре­ния и вме­сте с тем вы­со­ко­го вдох­но­ве­ния при­ход­ско­го пас­ты­ря.

Ос­но­ван­ное на за­ме­ча­тель­ных тра­ди­ци­ях се­мей потом­ствен­но­го рус­ско­го ду­хо­вен­ства и свя­зан­ное с есте­ствен­ным сле­до­ва­ни­ем на­род­но­му пра­во­слав­но­му бла­го­че­стию вос­пи­та­ние от­ца Иоан­на пред­опре­де­ли­ло его вступ­ле­ние на сте­зю под­го­тов­ки к пас­тыр­ско­му слу­же­нию. Пре­бы­ва­ние от­ца Иоан­на сна­ча­ла в Дан­ков­ском ду­хов­ном учи­ли­ще, а за­тем в Ря­зан­ской ду­хов­ной се­ми­на­рии со­про­вож­да­лось не толь­ко вы­да­ю­щи­ми­ся успе­ха­ми в изу­че­нии бо­го­слов­ских и об­ще­об­ра­зо­ва­тель­ных дис­ци­плин, но и за­ме­ча­тель­ны­ми при­ме­ра­ми цер­ков­но­го бла­го­че­стия, ко­то­рые он про­яв­лял в до­ста­точ­но су­ро­вом и не все­гда без­упреч­ном в нрав­ствен­ном от­но­ше­нии бы­ту про­вин­ци­аль­ной ду­хов­ной шко­лы.

Успеш­но за­кон­чив в 1891 го­ду Ря­зан­скую ду­хов­ную се­ми­на­рию и пре­крас­но вы­дер­жав всту­пи­тель­ные ис­пы­та­ния в Санкт-Пе­тер­бург­скую ду­хов­ную ака­де­мию, отец Иоанн стал сту­ден­том од­но­го из луч­ших бо­го­слов­ских учеб­ных за­ве­де­ний Рос­сии.

В пе­ри­од обу­че­ния от­ца Иоан­на в Санкт-Пе­тер­бург­ской ду­хов­ной ака­де­мии с до­ста­точ­ной чет­ко­стью опре­де­ли­лась его склон­ность рас­смат­ри­вать бо­го­слов­ское об­ра­зо­ва­ние в ка­че­стве под­го­тов­ки преж­де все­го к сво­е­му бу­ду­ще­му пас­тыр­ско-при­ход­ско­му слу­же­нию. При этом уже в сту­ден­че­ские го­ды отец Иоанн свя­зы­вал воз­мож­ность сво­е­го пас­тыр­ско­го слу­же­ния с мис­си­о­нер­ской де­я­тель­но­стью, в ко­то­рой для него во­пло­щал­ся иде­ал пра­во­слав­но­го пас­ты­ря. По окон­ча­нии 10 июня 1895 го­да Санкт-Пе­тер­бург­ской ду­хов­ной ака­де­мии со зва­ни­ем дей­стви­тель­но­го сту­ден­та отец Иоанн в со­от­вет­ствии с его дав­ним же­ла­ни­ем был на­прав­лен на мис­си­о­нер­ское слу­же­ние в Але­ут­скую и Аляс­кин­скую епар­хию.

При­езд от­ца Иоан­на, неза­дол­го до остав­ле­ния Рос­сии всту­пив­ше­го в брак с Алек­сан­дрой Чер­ны­ше­вой, в про­те­стант­скую Аме­ри­ку при­вел его в со­при­кос­но­ве­ние с жиз­нью, во мно­гих от­но­ше­ни­ях не схо­жей с при­выч­ной для него жиз­нью пра­во­слав­ной Рос­сии. Ока­зав­шись в пер­вое вре­мя сво­е­го пре­бы­ва­ния в США в Нью-Йор­ке, ра­зи­тель­но от­ли­чав­шем­ся по сво­е­му бы­то­во­му и ду­хов­но­му укла­ду от рус­ских го­ро­дов, и еще не успев осво­ить ан­глий­ский язык, отец Иоанн бла­го­да­ря брат­ской под­держ­ке пред­ста­ви­те­лей неболь­шой пра­во­слав­ной об­щи­ны Нью-Йор­ка смог без осо­бых пси­хо­ло­ги­че­ских и жи­тей­ских ослож­не­ний вклю­чить­ся в жизнь незна­ко­мой ему стра­ны. Сле­ду­ет под­черк­нуть, что цер­ков­ная жизнь об­шир­ной по сво­ей тер­ри­то­рии, но весь­ма ма­ло­чис­лен­ной по ко­ли­че­ству сво­е­го ду­хо­вен­ства Але­ут­ской и Аляс­кин­ской епар­хии в раз­лич­ных рай­о­нах стра­ны об­ла­да­ла весь­ма су­ще­ствен­ны­ми осо­бен­но­стя­ми. Ес­ли в Се­вер­ной Ка­ли­фор­нии, на Але­ут­ских ост­ро­вах и Аляс­ке, где рус­ские пра­во­слав­ные при­хо­ды су­ще­ство­ва­ли к то­му вре­ме­ни око­ло 100 лет, цер­ков­ная жизнь осу­ществ­ля­лась на ос­но­ве до­ста­точ­но мно­го­чис­лен­ных при­ход­ских об­щин, об­ла­дав­ших зна­чи­тель­ны­ми ма­те­ри­аль­ны­ми воз­мож­но­стя­ми и уже не в од­ном по­ко­ле­нии сво­их чле­нов свя­зан­ных с тра­ди­ци­он­ным укла­дом жиз­ни Аме­ри­ки, то в боль­шин­стве осталь­ных рай­о­нов стра­ны пра­во­слав­ная цер­ков­ная жизнь толь­ко за­рож­да­лась и в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни пред­по­ла­га­ла со сто­ро­ны пра­во­слав­но­го ду­хо­вен­ства необ­хо­ди­мость мис­си­о­нер­ско­го слу­же­ния, при­зван­но­го со­здать пол­но­цен­ные пра­во­слав­ные при­хо­ды в сре­де раз­но­пле­мен­но­го и мно­го­кон­фес­сио­наль­но­го мест­но­го на­се­ле­ния. Имен­но в один из та­ких рай­о­нов епар­хии и пред­сто­я­ло от­пра­вить­ся от­цу Иоан­ну, ру­ко­по­ло­жен­но­му в сан свя­щен­ни­ка 27 ав­гу­ста 1895 го­да прео­свя­щен­ным Ни­ко­ла­ем, епи­ско­пом Але­ут­ским и Аляс­кин­ским.

На­ча­ло при­ход­ско­го слу­же­ния от­ца Иоан­на ока­за­лось свя­за­но с от­кры­тым в 1892 го­ду прео­свя­щен­ным епи­ско­пом Ни­ко­ла­ем пра­во­слав­ным при­хо­дом го­ро­да Чи­ка­го. На­зна­чен­ный в 1895 го­ду Ука­зом Свя­тей­ше­го Си­но­да на­сто­я­те­лем чи­каг­ской церк­ви свя­то­го Вла­ди­ми­ра, отец Иоанн со­при­кос­нул­ся с при­ход­ской жиз­нью, ра­зи­тель­но от­ли­чав­шей­ся от упо­ря­до­чен­ной, уко­ре­нен­ной в ве­ко­вых тра­ди­ци­ях жиз­ни пра­во­слав­ных при­хо­дов в Рос­сии. Яв­ля­ясь оди­но­ким ост­ров­ком пра­во­слав­ной цер­ков­ной жиз­ни, от­де­лен­ным мно­ги­ми сот­ня­ми миль от раз­роз­нен­ных пра­во­слав­ных при­хо­дов Се­вер­ной Аме­ри­ки, чи­каг­ский храм свя­то­го Вла­ди­ми­ра и при­пи­сан­ная к нему цер­ковь Трех Свя­ти­те­лей го­ро­да Стри­то­ра за ме­нее чем трех­лет­ний пе­ри­од сво­е­го су­ще­ство­ва­ния еще не успе­ли сфор­ми­ро­вать­ся как пол­но­цен­ные пра­во­слав­ные при­хо­ды и тре­бо­ва­ли для сво­е­го ста­нов­ле­ния по­ис­ти­не по­движ­ни­че­ских пас­тыр­ских тру­дов со сто­ро­ны еще со­всем мо­ло­до­го свя­щен­ни­ка от­ца Иоан­на. Ока­зав­шись на ма­ло­чис­лен­ном и мно­го­на­цио­наль­ном по со­ста­ву сво­их при­хо­жан чи­каг­ско-стри­тор­ском при­хо­де, отец Иоанн окорм­лял пред­ста­ви­те­лей ма­ло­иму­щих сло­ев эми­гран­тов пра­во­слав­но­го ве­ро­ис­по­ве­да­ния и не имел воз­мож­но­сти при осу­ществ­ле­нии сво­ей де­я­тель­но­сти опи­рать­ся на проч­ную при­ход­скую об­щи­ну, ко­то­рая рас­по­ла­га­ла бы сколь­ко-ни­будь зна­чи­тель­ны­ми ма­те­ри­аль­ны­ми сред­ства­ми. В од­ной из сво­их ста­тей в де­каб­ре 1898 го­да отец Иоанн дал сле­ду­ю­щую вы­ра­зи­тель­ную ха­рак­те­ри­сти­ку со­ста­ва при­хо­жан чи­каг­ско-стри­тор­ско­го при­хо­да. "Пра­во­слав­ный при­ход Вла­ди­мир­ской Чи­каг­ской церк­ви, – пи­сал отец Иоанн, – со­сто­ит из немно­гих ко­рен­ных рус­ских вы­ход­цев, из га­лиц­ких и угор­ских сла­вян, ара­бов, бол­гар и ара­ви­тян. Боль­шин­ство при­хо­жан – ра­бо­чий на­род, снис­ки­ва­ю­щий се­бе про­пи­та­ние тя­же­лым тру­дом по ме­сту жи­тель­ства на окра­и­нах го­ро­да. К чи­каг­ско­му при­хо­ду при­пи­са­на цер­ковь Трех Свя­ти­те­лей и при­ход го­ро­да Стри­то­ра. Стри­тор и при нем ме­стеч­ко Кенгли на­хо­дят­ся в 94 ми­лях от Чи­ка­го и из­вест­ны сво­и­ми ка­мен­но­уголь­ны­ми ко­пя­ми. Пра­во­слав­ный при­ход там со­сто­ит из ра­бо­та­ю­щих на ко­пях сло­ва­ков, об­ра­щен­ных из уни­а­тов".

Столь свое­об­раз­ный со­став при­хо­жан чи­каг­ско-стри­тор­ско­го при­хо­да тре­бо­вал от от­ца Иоан­на уме­ло­го со­че­та­ния в его де­я­тель­но­сти пас­тыр­ско-ли­тур­ги­че­ско­го и мис­си­о­нер­ско-про­све­ти­тель­ско­го эле­мен­тов, поз­во­ляв­ших не толь­ко ду­хов­но и ор­га­ни­за­ци­он­но ста­би­ли­зи­ро­вать со­став сво­ей при­ход­ской об­щи­ны, но по­сто­ян­но рас­ши­рять свою паст­ву за счет но­во­об­ра­щен­ных или воз­вра­щав­ших­ся в пра­во­сла­вие раз­но­пле­мен­ных хри­сти­ан шта­та Ил­ли­нойс. Уже в пер­вые три го­да сво­е­го при­ход­ско­го слу­же­ния от­цом Иоан­ном бы­ли при­со­еди­не­ны к Пра­во­слав­ной Церк­ви 86 уни­а­тов и 5 ка­то­ли­ков, а чис­ло по­сто­ян­ных при­хо­жан в хра­мах чи­каг­ско-стри­тор­ско­го при­хо­да воз­рос­ло до 215 че­ло­век в Чи­ка­го и 88 че­ло­век в Стри­то­ре. При обо­их при­ход­ских хра­мах успеш­но функ­ци­о­ни­ро­ва­ли дет­ские цер­ков­ные шко­лы, в ко­то­рых обу­ча­лись бо­лее 20 уче­ни­ков и курс обу­че­ния в ко­то­рых пред­по­ла­гал еже­не­дель­ные суб­бот­ние за­ня­тия в пе­ри­од учеб­но­го го­да и еже­днев­ные за­ня­тия в ка­ни­ку­ляр­ные пе­ри­о­ды.

Про­дол­жая в сво­ей де­я­тель­но­сти луч­шие тра­ди­ции рус­ской пра­во­слав­ной епар­хии в Се­вер­ной Аме­ри­ке, отец Иоанн ор­га­ни­зо­вал в Чи­ка­го и Стри­то­ре Свя­то-Ни­коль­ское и Трех-Свя­ти­тель­ское брат­ства, ста­вив­шие сво­ей це­лью ак­ти­ви­за­цию со­ци­аль­ной и ма­те­ри­аль­ной вза­и­мо­по­мо­щи сре­ди при­хо­жан чи­каг­ско-стри­тор­ско­го при­хо­да и вхо­див­шие в со­став "Пра­во­слав­но­го Об­ще­ства Вза­и­мо­по­мо­щи".

Мно­го­чис­лен­ные тру­ды по со­зи­да­нию пол­но­кров­ной при­ход­ской жиз­ни во вве­рен­ных ему хра­мах не пре­пят­ство­ва­ли от­цу Иоан­ну нести важ­ные по­слу­ша­ния епар­хи­аль­но­го ха­рак­те­ра. Так, 1 ап­ре­ля 1897 го­да отец Иоанн был вклю­чен в со­став толь­ко что об­ра­зо­ван­но­го в Але­ут­ской и Аляс­кин­ской епар­хии Цен­зур­но­го Ко­ми­те­та "для со­чи­не­ний на рус­ском, ма­ло­рус­ском и ан­глий­ском язы­ках", а 22 мая 1899 го­да ре­зо­лю­ци­ей недав­но при­быв­ше­го в епар­хию свя­ти­те­ля Ти­хо­на, то­гда епи­ско­па Але­ут­ско­го и Аляс­кин­ско­го, отец Иоанн был на­зна­чен пред­се­да­те­лем прав­ле­ния "Об­ще­ства Вза­и­мо­по­мо­щи".

Раз­но­об­раз­ные тру­ды от­ца Иоан­на уже в пер­вые го­ды сво­е­го пас­тыр­ско­го слу­же­ния бы­ли от­ме­че­ны прео­свя­щен­ным епи­ско­пом Ни­ко­ла­ем свя­щен­ни­че­ским на­гра­да­ми.

Зна­чи­тель­ным пре­пят­стви­ем для осу­ществ­ле­ния бо­го­слу­жеб­ной жиз­ни на чи­каг­ско-стри­тор­ском при­хо­де яв­ля­лась непри­спо­соб­лен­ность к бо­го­слу­же­нию зда­ний, в ко­то­рых рас­по­ла­га­лись при­ход­ские хра­мы. В Чи­ка­го храм свя­то­го Вла­ди­ми­ра за­ни­мал неболь­шую часть зда­ния, арен­до­вав­ше­го­ся у его вла­дель­ца в юго-за­пад­ной ча­сти гор­да. На пер­вом эта­же арен­до­вав­шей­ся ча­сти го­ро­да. На пер­вом эта­же арен­до­вав­шей­ся ча­сти зда­ния на­хо­ди­лись храм и от­де­лен­ные от него сте­ной кух­ня и ком­на­та при­слу­ги. На вто­ром эта­же – несколь­ко неболь­ших ком­нат, в ко­то­рых про­жи­ва­ли се­мья от­ца Иоан­на и штат­ный пса­лом­щик хра­ма. В Стри­то­ре храм Трех Свя­ти­те­лей рас­по­ла­гал­ся в по­ме­ще­нии ве­сти­бю­ля рус­ско­го от­де­ла Все­мир­ной чи­каг­ской вы­став­ки.

Осо­бое зна­че­ние в ре­ше­нии про­блем бо­го­слу­жеб­ной жиз­ни при­хо­да, вве­рен­но­го пас­тыр­ско­му по­пе­че­нию от­ца Иоан­на, име­ло вступ­ле­ние на Але­ут­скую и Аляс­кин­скую ка­фед­ру 30 но­яб­ря 1898 го­да свя­ти­те­ля Ти­хо­на, бу­ду­ще­го пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го. Рев­ност­но ис­пол­няя свои ар­хи­пас­тыр­ские обя­зан­но­сти, свя­ти­тель Ти­хон уже в пер­вые ме­ся­цы сво­е­го пре­бы­ва­ния на ка­фед­ре по­ста­рал­ся по­се­тить прак­ти­че­ски все пра­во­слав­ные при­хо­ды, раз­бро­сан­ные на об­шир­ной тер­ри­то­рии Але­ут­ской и Аляс­кин­ской епар­хии и вник­нуть во все наи­бо­лее на­сущ­ные нуж­ды сво­е­го епар­хи­аль­но­го ду­хо­вен­ства. Впер­вые при­быв в Чи­ка­го 28 ап­ре­ля 1899 го­да, свя­ти­тель Ти­хон пре­по­дал свое ар­хи­пас­тыр­ское бла­го­сло­ве­ние от­цу Иоан­ну и его пастве, и уже на дру­гой день со­вер­шил осмотр тер­ри­то­рии, пред­по­ла­гав­шей­ся стать ме­стом для по­строй­ки но­во­го хра­ма, столь необ­хо­ди­мо­го чи­каг­ско­му при­хо­ду. 30 ап­ре­ля, по­бы­вав в Трехсвя­ти­тель­ской церк­ви Стри­то­ра, свя­ти­тель Ти­хон в со­слу­же­нии от­ца Иоан­на со­вер­шил все­нощ­ное бде­ние во Вла­ди­мир­ском хра­ме Чи­ка­го, а на сле­ду­ю­щий день по­сле со­вер­ше­ния Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии свя­ти­тель Ти­хон утвер­дил пред­став­лен­ный ему про­то­кол за­се­да­ния ко­ми­те­та по по­строй­ке но­во­го хра­ма в Чи­ка­го, де­я­тель­но­стью ко­то­ро­го ру­ко­во­дил отец Иоанн.

Огра­ни­чен­ные ма­те­ри­аль­ные воз­мож­но­сти окорм­ляв­ше­го пре­иму­ще­ствен­но бед­ня­ков чи­каг­ско-cтри­тор­ско­го при­хо­да не поз­во­ля­ли от­цу Иоан­ну сра­зу при­сту­пить к воз­ве­де­нию но­во­го хра­ма. В то же вре­мя с мо­мен­та его при­ез­да в Се­вер­ную Аме­ри­ку про­шло уже бо­лее пя­ти лет и же­ла­ние хо­тя бы нена­дол­го по­бы­вать в го­ря­чо лю­би­мой пра­во­слав­ной Рос­сии по­буж­да­ло от­ца Иоан­на об­ра­тить­ся к свя­ти­те­лю Ти­хо­ну с про­ше­ни­ем о предо­став­ле­нии ему от­пус­ка для пу­те­ше­ствия на Ро­ди­ну. Пом­нив­ший преж­де все­го о нуж­дах вве­рен­но­го ему при­хо­да, отец Иоанн ре­шил ис­поль­зо­вать предо­став­лен­ный ему на пе­ри­од с 15 ян­ва­ря по 15 мая 1900 го­да от­пуск для то­го, чтобы осу­ще­ствить в Рос­сии сбор средств, ко­то­рые поз­во­ли­ли бы при­ход­ской об­щине Чи­ка­го при­сту­пить к стро­и­тель­ству но­во­го хра­ма и со­здать пер­вое в Чи­ка­го пра­во­слав­ное клад­би­ще. Успеш­но сов­ме­стив пу­те­ше­ствие на Ро­ди­ну со сбо­ром средств для нужд при­хо­да, отец Иоанн вско­ре по­сле сво­е­го воз­вра­ще­ния из от­пус­ка при­сту­пил к воз­ве­де­нию но­во­го зда­ния хра­ма, на за­клад­ку ко­то­ро­го 31 мар­та 1902 го­да при­был свя­ти­тель Ти­хон.

С под­лин­ным пас­тыр­ским вдох­но­ве­ни­ем и, вме­сте с тем, с трез­вым прак­ти­че­ским рас­че­том ру­ко­во­дил отец Иоанн стро­и­тель­ством но­во­го хра­ма, воз­ве­де­ние ко­то­ро­го бы­ло за­вер­ше­но в 1903 го­ду и по­тре­бо­ва­ло очень зна­чи­тель­ных по тем вре­ме­нам за­трат в сум­ме 50 ты­сяч дол­ла­ров. Освя­ще­ние но­во­го хра­ма в честь Пре­свя­той Тро­и­цы, со­вер­шен­ное свя­ти­те­лем Ти­хо­ном, ста­ло на­сто­я­щим празд­ни­ком для всей рус­ской пра­во­слав­ной епар­хии в Се­вер­ной Аме­ри­ке. Два го­да спу­стя в при­вет­ствен­ном адре­се, вру­чен­ном от­цу Иоан­ну в свя­зи с че­ство­ва­ни­ем 10-ле­тия его пас­тыр­ско­го слу­же­ния, тру­ды за­бот­ли­во­го пас­ты­ря по воз­ве­де­нию церк­ви Пре­свя­той Тро­и­цы, став­шей од­ним из са­мых за­ме­ча­тель­ных пра­во­слав­ных хра­мов в Аме­ри­ке, по­лу­чи­ли са­мую вы­со­кую оцен­ку. "Год, пол­ный са­мых ост­рых впе­чат­ле­ний, по­рой му­чи­тель­ных, по­рой бла­го­дат­ных, – го­во­ри­лось в при­вет­ствен­ном адре­се, – год бес­ко­неч­но тя­же­ло­го сбо­ра по­да­я­ний в пре­де­лах Рос­сии, год бес­сон­ных но­чей, ис­тре­пан­ных нер­вов, неис­чис­ли­мых стра­да­ний, – и вот – па­мят­ник Ва­шей за­бо­ты – ру­ко­твор­ный в об­ра­зе ве­ли­че­ствен­но­го пра­во­слав­но­го рус­ско­го хра­ма, си­я­ю­щий сво­и­ми кре­ста­ми в Чи­ка­го, и неру­ко­твор­ный – в ми­ре и люб­ви, на­саж­ден­ных в серд­цах Ва­ших па­со­мых!" За эти вдох­но­вен­ные тру­ды по пред­став­ле­нию свя­ти­те­ля Ти­хо­на отец Иоанн 6 мая 1903 го­да был на­граж­ден ор­де­ном свя­той Ан­ны III сте­пе­ни.

Рев­ност­но ис­пол­няя свои мно­го­чис­лен­ные при­ход­ские обя­зан­но­сти и яв­ля­ясь в те­че­ние пер­вых де­вя­ти лет сво­е­го слу­же­ния един­ствен­ным свя­щен­ни­ком в при­ход­ских хра­мах Чи­ка­го и Стри­то­ра, отец Иоанн про­дол­жал при­ни­мать ак­тив­ное уча­стие в ре­ше­нии об­щих во­про­сов епар­хи­аль­ной жиз­ни в Се­вер­ной Аме­ри­ке. В фев­ра­ле 1904 го­да отец Иоанн был на­зна­чен пред­се­да­те­лем Цен­зур­но­го Ко­ми­те­та Але­ут­ской и Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской епар­хии, чле­ном ко­то­ро­го он уже яв­лял­ся на про­тя­же­нии 7 лет. В июне 1905 го­да отец Иоанн при­нял ак­тив­ное уча­стие в за­се­да­ни­ях под­го­то­ви­тель­но­го съез­да епар­хи­аль­но­го ду­хо­вен­ства в Ольд­фор­дже, на ко­то­ром под ру­ко­вод­ством свя­ти­те­ля Ти­хо­на об­суж­да­лись во­про­сы, свя­зан­ные с под­го­тов­кой пер­во­го Со­бо­ра в ис­то­рии Але­ут­ской и Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской епар­хии. Имен­но на этом съез­де 20 июля 1905 го­да в тор­же­ствен­ной об­ста­нов­ке про­изо­шло че­ство­ва­ние от­ца Иоан­на в свя­зи с ис­пол­няв­шим­ся 27 ав­гу­ста 1905 го­да де­ся­ти­лет­ним юби­ле­ем его свя­щен­ни­че­ско­го слу­же­ния. В церк­ви свя­то­го Ар­хи­стра­ти­га Ми­ха­и­ла го­ро­да Ольд­фор­джа в при­сут­ствии боль­шой груп­пы епар­хи­аль­но­го ду­хо­вен­ства, воз­глав­ляв­шей­ся прео­свя­щен­ным Ра­фа­и­лом, епи­ско­пам Бруклин­ским, от­цу Иоан­ну бы­ли под­не­се­ны зо­ло­той на­перс­ный крест и при­вет­ствен­ный адрес, ко­то­рый со­дер­жал в се­бе глу­бо­ко про­чув­ство­ван­ное и вме­сте с тем ис­чер­пы­ва­ю­щее в сво­ей объ­ек­тив­но­сти опи­са­ние все­го пе­ри­о­да пас­тыр­ско­го слу­же­ния от­ца Иоан­на в Се­вер­ной Аме­ри­ке. "Пря­мо со школь­ной ака­де­ми­че­ской ска­мьи, по­ки­нув ро­ди­ну, – го­во­ри­лось в при­вет­ствен­ном адре­се, – при­шли Вы в этот чу­жой край, чтобы всю свою, то­гда еще юно­ше­скую энер­гию, все си­лы по­свя­тить свя­то­му де­лу, к ко­то­ро­му влек­ло Вас при­зва­ние. Тя­же­лое на­сле­дие до­ста­лось здесь в удел Вам. За­пу­щен­ное цер­ков­ное хо­зяй­ство, сы­рой по­лу­раз­ва­лив­ший­ся дом, в ко­то­ром юти­лась то­гда чи­каг­ская цер­ковь, неопре­де­лен­ный по со­ста­ву и чис­лу чле­нов при­ход, рас­ки­дан­ный по раз­ным угол­кам огром­но­го го­ро­да с ино­вер­ным на­се­ле­ни­ем и раз­ди­ра­е­мый хищ­ни­ка­ми, – все это мог­ло бы на­пол­нить сму­ще­ни­ем ду­шу мо­ло­до­го ра­бот­ни­ка, но Вы му­же­ствен­но при­ня­ли на се­бя за­да­чу из­влечь из гру­ды му­со­ра дра­го­цен­ную ис­кру, снять пле­сень, по­едав­шую при­ход­ский ма­те­ри­ал, вдох­нуть свя­щен­ный огонь в неболь­шую дру­жи­ну па­со­мых! Вы за­бы­ва­ли се­бя, за­бы­ва­ли ли­ше­ния, бо­лез­ни, скуд­ную об­ста­нов­ку до­ма, где вет­хие сте­ны, по­лы и тре­щи­ны от­кры­ва­ли до­ступ внеш­ним сти­хи­ям и гу­би­тель­но­му вли­я­нию на здо­ро­вье Ва­ше и Ва­шей се­мьи – Ва­ши ма­лют­ки хво­ра­ли, же­на бо­ле­ла, и же­сто­кий рев­ма­тизм как буд­то хо­тел умерт­вить Ва­ше дерз­но­ве­ние, со­кра­тить Ва­шу энер­гию. Мы при­вет­ству­ем Вас, па­мя­туя и о дру­гих доб­рых де­я­ни­ях Ва­ших, со­вер­ше­ние ко­их как доб­ро­чест­ная лав­ро­вая ветвь неотъ­ем­ле­мо впле­та­ет­ся в тот же по­хваль­ный ве­нец Ва­ше­го де­ся­ти­лет­не­го свя­щен­но­го слу­же­ния: ра­зу­ме­ем без­воз­мезд­ное слу­же­ние Ва­ше в зва­нии Пред­се­да­те­ля – до­ро­го­му Пра­во­слав­но­му Об­ще­ству Вза­и­мо­по­мо­щи, в зва­нии цен­зо­ра – про­све­ти­тель­но­му мис­си­о­нер­ско­му из­да­тель­ско­му де­лу, и рас­ши­ре­нию на­шей Мис­сии – ор­га­ни­зо­вы­ва­ни­ем при­хо­дов в Ма­ди­соне и Га­ре­гоне. В вос­пол­не­ние же сло­ва на­ше­го, упо­мя­нем и еще об од­ном об­сто­я­тель­стве, усу­губ­ля­ю­щем доб­лесть Ва­шей ра­бо­ты и ве­ли­чие ре­зуль­та­тов ее. От­да­лен­ность при­хо­да Ва­ше­го в Чи­ка­го от­ры­ва­ла Вас от лич­но­го об­ще­ния с дру­ги­ми Ва­ши­ми со­бра­тья­ми в Аме­ри­ке, ли­ша­ла Вас воз­мож­но­сти ино­гда по це­лым го­дам ви­деть­ся с со­слу­жив­ца­ми-пас­ты­ря­ми... Вы бы­ли ли­ше­ны то­го, чем для боль­шей ча­сти из нас скра­ши­ва­ет­ся здесь про­хож­де­ние на­ше­го мис­си­о­нер­ско­го слу­же­ния. Как тро­га­тель­но, но и в ка­кой сте­пе­ни вы­ра­зи­тель­но за­сви­де­тель­ство­ва­лось это оди­но­че­ство Ва­ше тем, что да­же соб­ствен­ных де­тей Вам при­хо­ди­лось кре­стить са­мо­му, по неиме­нию вбли­зи свя­щен­но­слу­жи­те­лей. Сей под­но­си­мый на­ми свя­той крест да слу­жит Вам зна­ком брат­ской люб­ви на­шей, а изо­бра­жен­ное на нем рас­пя­тие на­ше­го Гос­по­да да ми­рит Вас с го­ре­стя­ми, стра­да­ни­я­ми, столь ча­сты­ми в жиз­ни мис­си­о­не­ра-пас­ты­ря, и обод­ря­ет Вас на боль­шие и боль­шие тру­ды во сла­ву По­дви­го­по­лож­ни­ка и Пас­ты­ре­на­чаль­ни­ка на­ше­го Иису­са Хри­ста".

Ме­нее чем через год по­сле празд­но­ва­ния де­ся­ти­лет­не­го юби­лея сво­е­го свя­щен­ни­че­ско­го слу­же­ния отец Иоанн был удо­сто­ен со сто­ро­ны выс­шей цер­ков­ной вла­сти од­ной из по­чет­ных свя­щен­ни­че­ских на­град, до­стой­но увен­чав­шей его по­ис­ти­не по­движ­ни­че­ские при­ход­ские тру­ды в Але­ут­ской и Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской епар­хии. Ука­зом Свя­тей­ше­го Си­но­да от 6 мая 1906 го­да отец Иоанн был воз­ве­ден в сан про­то­и­е­рея.

В свя­щен­ни­че­ском слу­же­нии от­ца Иоан­на в Се­вер­ной Аме­ри­ке на­сту­пал ка­че­ствен­но но­вый пе­ри­од, ко­гда, став бла­го­да­ря сво­ей вы­да­ю­щей­ся пас­тыр­ско-при­ход­ской и епар­хи­аль­но-адми­ни­стра­тив­ной де­я­тель­но­сти од­ним из наи­бо­лее ав­то­ри­тет­ных про­то­и­е­ре­ев епар­хии, отец Иоанн во все боль­шей сте­пе­ни при­вле­кал­ся вы­со­ко це­нив­шим его свя­ти­те­лем Ти­хо­ном к ре­ше­нию важ­ней­ших во­про­сов епар­хи­аль­но­го управ­ле­ния. В мае 1906 го­да отец Иоанн был на­зна­чен бла­го­чин­ным Нью-Йорк­ско­го окру­га во­сточ­ных шта­тов, а в фев­ра­ле 1907 го­да ему суж­де­но бы­ло стать од­ним из наи­бо­лее ак­тив­ных участ­ни­ков пер­во­го Со­бо­ра Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви в Май­фил­де, озна­ме­но­вав­ше­го пре­об­ра­зо­ва­ние быст­ро уве­ли­чи­ва­ю­щей­ся Але­ут­ской и Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской епар­хии в Рус­скую Пра­во­слав­ную Гре­ко-Ка­фо­ли­че­скую Цер­ковь в Аме­ри­ке, на ос­но­ве ко­то­рой со вре­ме­нем воз­ник­ла Пра­во­слав­ная Цер­ковь в Аме­ри­ке.

Од­на­ко сколь бы ни ка­за­лись бла­го­по­луч­ны­ми внеш­ние об­сто­я­тель­ства слу­же­ния от­ца Иоан­на в Се­вер­ной Аме­ри­ке в пе­ри­од 1903–1907 го­дов, ко­гда воз­двиг­ну­тый его тру­да­ми чи­каг­ско-стри­тор­ский при­ход пре­вра­тил­ся в один из са­мых обу­стро­ен­ных и пер­спек­тив­ных при­хо­дов епар­хии, глу­бо­кая тос­ка по го­ря­чо лю­би­мой Ро­дине, на ко­то­рой отец Иоанн за по­след­ние 12 лет сво­ей жиз­ни мог про­ве­сти лишь несколь­ко ме­ся­цев во вре­мя сво­е­го еди­новре­мен­но­го от­пус­ка, необ­хо­ди­мость дать сво­им трем стар­шим де­тям воз­мож­ность про­хо­дить обу­че­ние в рус­ских сред­них учеб­ных за­ве­де­ни­ях все ча­ще за­став­ля­ли от­ца Иоан­на за­ду­мы­вать­ся над воз­мож­но­стью про­дол­жать свое свя­щен­ни­че­ское слу­же­ние на род­ной рос­сий­ской зем­ле. Весь­ма зна­чи­тель­ным ос­но­ва­ни­ем для на­пи­са­ния от­цом Иоан­ном вес­ной 1907 го­да про­ше­ния о пе­ре­во­де его в Рос­сию яви­лись на­сто­я­тель­ные прось­бы об этом его по­жи­ло­го и тя­же­ло боль­но­го те­стя, яв­ляв­ше­го­ся свя­щен­но­слу­жи­те­лем Санкт-Пе­тер­бург­ской епар­хии и меч­тав­ше­го пе­ре­дать свой при­ход под на­деж­ное пас­тыр­ское во­ди­тель­ство та­ко­го до­стой­но­го свя­щен­ни­ка, ка­ким за­ре­ко­мен­до­вал се­бя про­то­и­е­рей Иоанн. По­лу­чив 20 мая 1907 го­да со­глас­но про­ше­нию уволь­не­ние от служ­бы в Але­ут­ской и Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской епар­хии, отец Иоанн в июне 1907 го­да стал го­то­вить­ся к воз­вра­ще­нию в Рос­сию. Од­на­ко за неде­лю до отъ­ез­да се­мье от­ца Иоан­на при­шлось пе­ре­жить неожи­дан­ное по­тря­се­ние, ко­то­рым ста­ло из­ве­ще­ние о смер­ти так и не до­ждав­ше­го­ся их воз­вра­ще­ния на Ро­ди­ну го­ря­чо лю­би­мо­го ро­ди­те­ля ма­туш­ки Алек­сан­дры. В июле 1907 го­да, по­ки­дая до­ро­гой его серд­цу чи­каг­ско-стри­тор­ский при­ход, с ко­то­рым бы­ли свя­за­ны 12 лет его мис­си­о­нер­ско-пас­тыр­ско­го слу­же­ния, про­то­и­е­рей Иоанн от­пра­вил­ся в неиз­вест­ность, ожи­дав­шую его на Ро­дине, с ко­то­рой от­ныне и на­все­гда бы­ло свя­за­но его свя­щен­ни­че­ское слу­же­ние.

Воз­вра­ще­ние от­ца Иоан­на ле­том 1907 го­да в Рос­сию не толь­ко озна­ме­но­ва­ло для него на­ча­ло слу­же­ния в зна­ко­мой ему по го­дам сту­ден­че­ской жиз­ни Санкт-Пе­тер­бург­ской епар­хии, но и по­ста­ви­ло его пе­ред необ­хо­ди­мо­стью при­ме­нить свои пас­тыр­ские да­ро­ва­ния на уже ча­стич­но осво­ен­ном им в Аме­ри­ке по­при­ще ду­хов­но­го про­све­ще­ния. На ос­но­ва­нии ука­за Санкт-Пе­тер­бург­ской Ду­хов­ной Кон­си­сто­рии отец Иоанн в ав­гу­сте 1907 го­да был при­пи­сан к кли­ру Пре­об­ра­жен­ско­го со­бо­ра го­ро­да Нар­вы и с 15 ав­гу­ста 1907 го­да стал ис­пол­нять обя­зан­но­сти за­ко­но­учи­те­ля нарв­ских муж­ской и жен­ской гим­на­зий при­ка­зом глав­но­управ­ля­ю­ще­го Санкт-Пе­тер­бург­ским учеб­ным окру­гом от 20 ок­тяб­ря 1907 го­да отец Иоанн был утвер­жден на дей­стви­тель­ную служ­бу в муж­скую гим­на­зию и по най­му в жен­скую гим­на­зию Нар­вы в долж­но­сти за­ко­но­учи­те­ля, и имен­но эта долж­ность ста­ла ос­нов­ной сфе­рой его цер­ков­но­го слу­же­ния на пред­сто­я­щие 9 лет жиз­ни.

Об­щий уклад жиз­ни неболь­шой уезд­ной Нар­вы, в ко­то­рой рус­ские пра­во­слав­ные жи­те­ли не со­став­ля­ли и по­ло­ви­ны на­се­ле­ния, от­ча­сти вос­про­из­во­дил для от­ца Иоан­на зна­ко­мую ему по Аме­ри­ке ат­мо­сфе­ру осу­ществ­ле­ния пас­тыр­ско­го слу­же­ния в ду­хов­но-со­ци­аль­ной сре­де, про­ни­зан­ной ино­слав­ны­ми вли­я­ни­я­ми. Од­на­ко осу­ществ­ле­ние им за­ко­но­учи­тель­ской де­я­тель­но­сти в двух сред­них учеб­ных за­ве­де­ни­ях, в ко­то­рых, без­услов­но, до­ми­ни­ро­ва­ли рус­ский куль­тур­ный эле­мент и пра­во­слав­ная ре­ли­ги­оз­ная на­прав­лен­ность, поз­во­ля­ло от­цу Иоан­ну ощу­щать се­бя в с дет­ства зна­ко­мой ат­мо­сфе­ре рус­ской пра­во­слав­ной жиз­ни.

Пе­да­го­ги­че­ская на­груз­ка от­ца Иоан­на, со­став­ляв­шая за го­ды его пре­по­да­ва­ния, как пра­ви­ло, в муж­ской гим­на­зии – 16 ча­сов в неде­лю и в жен­ской гим­на­зии – 10 ча­сов в неде­лю, тре­бо­ва­ла от него весь­ма зна­чи­тель­ных уси­лий, учи­ты­вая, что пре­по­да­ва­ние За­ко­на Бо­жия в раз­лич­ных клас­сах в си­лу ши­ро­ты про­грам­мы дан­но­го пред­ме­та пред­по­ла­га­ло уме­ние за­ко­но­учи­те­ля ори­ен­ти­ро­вать­ся в са­мых раз­ных во­про­сах бо­го­слов­ско­го и об­ще­об­ра­зо­ва­тель­но­го ха­рак­те­ра. Од­на­ко по­доб­но то­му, как пят­на­дцать лет на­сто­я­тель­ства на чи­каг­ско-стри­тор­ском при­хо­де пре­вра­ти­ли от­ца Иоан­на из на­чи­на­ю­ще­го неопыт­но­го свя­щен­ни­ка в од­но­го из ав­то­ри­тет­ней­ших при­ход­ских пас­ты­рей епар­хии, 9 лет за­ко­но­учи­тель­ской де­я­тель­но­сти, ли­шен­ной яр­ких внеш­них со­бы­тий, но на­пол­нен­ной со­сре­до­то­чен­ной ду­хов­но-про­све­ти­тель­ской ра­бо­той, обу­сло­ви­ли от­ца Иоан­на как доб­ро­со­вест­ней­ше­го прак­ти­ку­ю­ще­го цер­ков­но­го пе­да­го­га и эру­ди­ро­ван­но­го пра­во­слав­но­го про­по­вед­ни­ка. Уже через 5 лет по­сле на­ча­ла за­ко­но­учи­тель­ской де­я­тель­но­сти в сред­них учеб­ных за­ве­де­ни­ях Нар­вы отец Иоанн 6 мая 1912 го­да был на­граж­ден ор­де­ном свя­той Ан­ны II сте­пе­ни, а еще через 4 го­да за­слу­ги от­ца Иоан­на на ни­ве ду­хов­но­го про­све­ще­ния бы­ли от­ме­че­ны ор­де­ном свя­то­го Вла­ди­ми­ра IV сте­пе­ни, ко­то­рый при­бав­лял к мно­го­чис­лен­ным цер­ков­ным и граж­дан­ским на­гра­дам за­слу­жен­но­го про­то­и­е­рея пра­во на по­лу­че­ние дво­рян­ства.

Оче­вид­ные успе­хи от­ца Иоан­на в его за­ко­но­учи­тель­ской де­я­тель­но­сти до­пол­ня­лись все эти го­ды ра­до­стью от то­го, что че­ты­ре его стар­ших сы­на, учив­ши­е­ся в нарв­ской гим­на­зии, име­ли воз­мож­ность по­лу­чать гим­на­зи­че­ское ду­хов­ное вос­пи­та­ние под его непо­сред­ствен­ным ру­ко­вод­ством.

Од­на­ко сре­ди без­услов­ных пре­иму­ществ но­во­го эта­па свя­щен­ни­че­ско­го слу­же­ния от­ца Иоан­на, воз­вра­тив­ше­го­ся по­сле дол­гих лет от­сут­ствия в род­ное Оте­че­ство, су­ще­ство­ва­ло об­сто­я­тель­ство, ко­то­рое не мог­ло не обре­ме­нять серд­це та­ко­го при­рож­ден­но­го при­ход­ско­го пас­ты­ря, ка­ким всю свою жизнь яв­лял­ся отец Иоанн. Бу­дучи лишь при­пи­сан к Нарв­ско­му Пре­об­ра­жен­ско­му со­бо­ру и не яв­ля­ясь штат­ным свя­щен­ни­ком это­го хра­ма, отец Иоанн, как в си­лу этой осо­бен­но­сти сво­е­го по­ло­же­ния, так и в си­лу ис­пол­не­ния им обя­зан­но­стей гим­на­зи­че­ско­го за­ко­но­учи­те­ля, был ли­шен воз­мож­но­сти не толь­ко ру­ко­во­дить, но да­же пол­но­кров­но участ­во­вать в при­ход­ской жиз­ни Нарв­ско­го Пре­об­ра­жен­ско­го со­бо­ра. Лишь в но­яб­ре 1916 го­да, ко­гда ука­зом Санкт-Пе­тер­бург­ской Ду­хов­ной Кон­си­сто­рии отец Иоанн был на­зна­чен на осво­бо­див­шу­ю­ся вто­рую ва­кан­сию в Ека­те­ри­нин­ском со­бо­ре Цар­ско­го Се­ла в ка­че­стве при­ход­ско­го свя­щен­ни­ка, его мечте о воз­об­нов­ле­нии сво­е­го слу­же­ния при­ход­ско­го пас­ты­ря в од­ном из хра­мов на ро­дине суж­де­но бы­ло сбыть­ся.

В Цар­ском Се­ле, став­шем за­ме­ча­тель­ным во­пло­ще­ни­ем це­лой эпо­хи в ис­то­рии ду­хов­ной куль­ту­ры и счаст­ли­вым об­ра­зом со­че­тав­шем в сво­ей жиз­ни чер­ты ти­хо­го уезд­но­го го­род­ка и бли­ста­тель­ной пе­тер­бург­ской сто­ли­цы, Ека­те­ри­нин­ский со­бор за­ни­мал осо­бое ме­сто, яв­ля­ясь круп­ней­шим при­ход­ским хра­мом го­ро­да сре­ди пре­об­ла­дав­ших в нем церк­вей двор­цо­во­го и во­ен­но­го ве­домств. По­сту­пив в клир Ека­те­ри­нин­ско­го со­бо­ра и по­се­лив­шись с ма­туш­кой и 5 детьми (стар­ший сын Вла­ди­мир на­хо­дил­ся в это вре­мя на во­ен­ной служ­бе), отец Иоанн по­лу­чил, на­ко­нец, же­лан­ную воз­мож­ность во всей пол­но­те оку­нуть­ся в жизнь при­ход­ско­го пас­ты­ря на од­ном из за­ме­ча­тель­ней­ших при­хо­дов Санкт-Пе­тер­бург­ской епар­хии. Теп­ло и с боль­шим ува­же­ни­ем при­ня­тый паст­вой Ека­те­ри­нин­ско­го со­бо­ра, отец Иоанн с пер­вых ме­ся­цев сво­е­го при­ход­ско­го слу­же­ния за­ре­ко­мен­до­вал се­бя не толь­ко как рев­ност­ный и бла­го­го­вей­ный со­вер­ши­тель служ­бы Бо­жи­ей, но и как крас­но­ре­чи­вый и эру­ди­ро­ван­ный про­по­вед­ник, со­би­рав­ший под сво­ды Ека­те­ри­нин­ско­го со­бо­ра пра­во­слав­ных хри­сти­ан со всех кон­цов Цар­ско­го Се­ла. Ка­за­лось, что столь успеш­ное на­ча­ло при­ход­ско­го слу­же­ния в Ека­те­ри­нин­ском со­бо­ре долж­но бы­ло от­крыть для от­ца Иоан­на на­ча­ло но­во­го пе­ри­о­да его свя­щен­ни­че­ско­го слу­же­ния, в ко­то­ром пас­тыр­ское вдох­но­ве­ние и са­мо­по­жерт­во­ва­ние, ха­рак­тер­ные для всей пред­ше­ству­ю­щей де­я­тель­но­сти от­ца Иоан­на, бу­дут со­че­тать­ся с жи­тей­ской ста­биль­но­стью внеш­них усло­вий слу­же­ния и ду­хов­ной уми­ро­тво­рен­но­стью внут­рен­них от­но­ше­ний меж­ду за­бот­ли­вым пас­ты­рем и его мно­го­чис­лен­ной бла­го­че­сти­вой паст­вой. Од­на­ко со­бы­тия Фев­раль­ской ре­во­лю­ции, раз­ра­зив­шей­ся в Пет­ро­гра­де уже через 3 ме­ся­ца по­сле на­зна­че­ния от­ца Иоан­на в Ека­те­ри­нин­ский со­бор, ста­ли по­сте­пен­но втя­ги­вать Цар­ское Се­ло в ко­вар­ный во­до­во­рот ре­во­лю­ци­он­ных со­бы­тий.

Сол­дат­ские вол­не­ния, имев­шие ме­сто в во­ин­ских ча­стях, рас­квар­ти­ро­ван­ных в Цар­ском Се­ле уже в пер­вые дни Фев­раль­ской ре­во­лю­ции, мно­го­ме­сяч­ное за­то­че­ние им­пе­ра­тор­ской се­мьи в Алек­сан­дров­ском двор­це, ко­то­рое при­вле­ка­ло к го­ро­ду вни­ма­ние пред­ста­ви­те­лей наи­бо­лее непри­ми­ри­мо на­стро­ен­ных ре­во­лю­ци­он­ных кру­гов, тол­кав­ших стра­ну на путь меж­до­усоб­ной сму­ты, на­ко­нец, об­щее внут­ри­по­ли­ти­че­ское про­ти­во­бор­ство, на­чав­ше­е­ся в Рос­сии в пе­ри­од уча­стия стра­ны в кро­во­про­лит­ной войне с внеш­ним вра­гом, по­сте­пен­но из­ме­ня­ли обыч­но спо­кой­ную ат­мо­сфе­ру Цар­ско­го Се­ла, от­вле­кая вни­ма­ние его жи­те­лей от по­все­днев­но­го доб­ро­со­вест­но­го ис­пол­не­ния сво­е­го хри­сти­ан­ско­го и граж­дан­ско­го дол­га пе­ред Цер­ко­вью и Оте­че­ством. И все эти тре­вож­ные ме­ся­цы с ам­во­на Ека­те­ри­нин­ско­го со­бо­ра зву­ча­ло вдох­но­вен­ное сло­во от­ца Иоан­на, стре­мив­ше­го­ся вне­сти в ду­ши цар­ско­сель­ских пра­во­слав­ных хри­сти­ан чув­ство уми­ро­тво­рен­но­сти и при­зы­вав­ше­го их к ре­ли­ги­оз­но­му осмыс­ле­нию как сво­ей внут­рен­ней жиз­ни, так и про­ис­хо­див­ших в Рос­сии про­ти­во­ре­чи­вых пе­ре­мен.

Через несколь­ко дней по­сле за­хва­та в ок­тяб­ре 1917 го­да вла­сти в Пет­ро­гра­де боль­ше­ви­ка­ми эхо гроз­ных со­бы­тий, про­ис­шед­ших в сто­ли­це, ото­зва­лось в Цар­ском Се­ле. Стре­мясь вы­тес­нить из Цар­ско­го Се­ла на­хо­див­ши­е­ся там ка­за­чьи ча­сти ге­не­ра­ла П.Н. Крас­но­ва, ко­то­рые со­хра­ня­ли вер­ность Вре­мен­но­му пра­ви­тель­ству, к го­ро­ду дви­ну­лись из Пет­ро­гра­да во­ору­жен­ные от­ря­ды крас­но­гвар­дей­цев, мат­ро­сов и сол­дат, под­дер­жав­ших боль­ше­вист­ский пе­ре­во­рот. Утром 30 ок­тяб­ря 1917 го­да, на­хо­дясь на под­сту­пах к Цар­ско­му Се­лу, боль­ше­вист­ские от­ря­ды ста­ли под­вер­гать го­род ар­тил­ле­рий­ско­му об­стре­лу. В Цар­ском Се­ле, жи­те­ли ко­то­ро­го, как, впро­чем, и все на­се­ле­ние Рос­сии, еще не по­до­зре­ва­ли о том, что стра­на ока­за­лась вверг­ну­той в граж­дан­скую вой­ну, на­ча­лась па­ни­ка, мно­гие го­ро­жане устре­ми­лись в пра­во­слав­ные хра­мы, в том чис­ле и в Ека­те­ри­нин­ский со­бор, на­де­ясь об­ре­сти за бо­го­слу­же­ни­ем мо­лит­вен­ное успо­ко­е­ние и услы­шать с ам­во­на пас­тыр­ское уве­ще­ва­ние в свя­зи с про­ис­хо­див­ши­ми со­бы­ти­я­ми. Весь клир Ека­те­ри­нин­ско­го со­бо­ра жи­во от­клик­нул­ся на ду­хов­ное во­про­ша­ние сво­ей паст­вы и по­сле осо­бо­го мо­леб­на о пре­кра­ще­нии меж­до­усоб­ной бра­ни, со­вер­шен­но­го под сво­да­ми до от­ка­за за­пол­нен­но­го хра­ма, на­сто­я­тель со­бо­ра про­то­и­е­рей Н.И. Смир­нов вме­сте с дру­ги­ми со­бор­ны­ми свя­щен­ни­ка­ми от­цом Иоан­ном и от­цом Сте­фа­ном Фок­ко при­ня­ли ре­ше­ние о со­вер­ше­нии в го­ро­де крест­но­го хо­да с чте­ни­ем на­ро­чи­тых мо­ле­ний о пре­кра­ще­нии меж­до­усоб­ной бра­то­убий­ствен­ной бра­ни. На стра­ни­цах га­зе­ты "Все­рос­сий­ский цер­ков­но-об­ще­ствен­ный вест­ник" через несколь­ко дней бы­ло при­ве­де­но сви­де­тель­ство кор­ре­спон­ден­та од­ной из пет­ро­град­ских га­зет, сле­ду­ю­щим об­ра­зом опи­сы­ва­ю­щее со­бы­тия, про­ис­хо­див­шие во вре­мя крест­но­го хо­да. "Крест­ный ход при­шлось со­вер­шать под ар­тил­ле­рий­ским об­стре­лом, и во­пре­ки всех ожи­да­ний он вы­шел до­воль­но мно­го­люд­ным. Ры­да­ния и вопли жен­щин и де­тей за­глу­ша­ли сло­ва мо­лит­вы о ми­ре. Два свя­щен­ни­ка на пу­ти крест­но­го хо­да про­из­нес­ли го­ря­чие про­по­ве­ди, при­зы­вая на­род к спо­кой­ствию вви­ду гря­ду­щих ис­пы­та­ний.

Мне уда­лось с до­ста­точ­ной по­ло­жи­тель­но­стью уста­но­вить, что про­по­ве­ди свя­щен­ни­ков бы­ли ли­ше­ны ка­ко­го-ли­бо по­ли­ти­че­ско­го от­тен­ка.

Крест­ный ход за­тя­нул­ся. Су­мер­ки сме­ни­лись ве­че­ром. В ру­ках мо­ля­щих­ся за­жглись вос­ко­вые све­чи. Пел весь на­род.

Как раз в эти ми­ну­ты из го­ро­да от­хо­ди­ли ка­за­ки. Свя­щен­ни­ков пре­ду­пре­жда­ли об этом:

– Не по­ра ли пре­кра­тить мо­ле­ния?!

– Мы ис­пол­ним свой долг до кон­ца, – за­яви­ли они. – И ушли от нас, и идут к нам бра­тья на­ши! Что они сде­ла­ют нам?"

Же­лая предот­вра­тить воз­мож­ность бо­ев на ули­цах Цар­ско­го Се­ла, ко­ман­до­ва­ние ка­за­чьих ча­стей ве­че­ром 30 ок­тяб­ря ста­ло вы­во­дить их из го­ро­да, и утром 31 ок­тяб­ря, не встре­тив ка­ко­го-ли­бо со­про­тив­ле­ния, в Цар­ское Се­ло всту­пи­ли боль­ше­вист­ские от­ря­ды. Один из безы­мян­ных оче­вид­цев по­сле­до­вав­ших за­тем в Цар­ском Се­ле тра­ги­че­ских со­бы­тий в пись­ме вы­да­ю­ще­му­ся пе­тер­бург­ско­му про­то­и­е­рею Ф.Н. Ор­нат­ско­му, ко­то­ро­му са­мо­му вско­ре до­ве­лось при­нять му­че­ни­че­скую смерть от бо­го­бор­че­ской вла­сти, безыс­кус­ны­ми, но в этой безыс­кус­но­сти глу­бо­ко про­ник­но­вен­ны­ми сло­ва­ми по­вест­во­вал о стра­сто­терп­че­стве, вы­пав­шем на до­лю от­ца Иоан­на. "Вче­ра (31 ок­тяб­ря), – пи­сал он, – ко­гда боль­ше­ви­ки всту­пи­ли вку­пе с крас­но­гвар­дей­ца­ми в Цар­ское, на­чи­нал­ся об­ход квар­тир и аре­сты офи­це­ров, а от­ца Иоан­на (Алек­сан­дро­ви­ча Ко­чу­ро­ва) све­ли на окра­и­ну го­ро­да, к Фе­до­ров­ско­му со­бо­ру, и там уби­ли за то, что свя­щен­ни­ки, ор­га­ни­зуя крест­ный ход, мо­ли­лись буд­то бы толь­ко о по­бе­де ка­за­ков, что, ко­неч­но, на са­мом де­ле не бы­ло и быть не мог­ло. Осталь­ных свя­щен­ни­ков ве­че­ром вче­ра от­пу­сти­ли. Та­ким об­ра­зом од­ним му­че­ни­ком за Ве­ру Хри­сто­ву ста­ло боль­ше. По­чив­ший хо­тя и про­был в Цар­ском недол­го, но снис­кал се­бе все­об­щие сим­па­тии, и на его бе­се­ды сте­ка­лась мас­са на­ро­ду".

Уже упо­ми­нав­ший­ся вы­ше пет­ро­град­ский кор­ре­спон­дент вос­про­из­вел ужа­са­ю­щую кар­ти­ну му­че­ни­че­ской ги­бе­ли от­ца Иоан­на и по­сле­до­вав­ших за ней со­бы­тий с до­пол­ни­тель­ны­ми по­дроб­но­стя­ми. "Свя­щен­ни­ки бы­ли схва­че­ны и от­прав­ле­ны в по­ме­ще­ние Со­ве­та Ра­бо­чих и Сол­дат­ских Де­пу­та­тов. Свя­щен­ник отец Иоанн Ко­чу­ров вос­про­те­сто­вал и пы­тал­ся разъ­яс­нить де­ло. Он по­лу­чил несколь­ко уда­ров по ли­цу. С ги­ка­ньем и улю­лю­ка­ньем разъ­ярен­ная тол­па по­ве­ла его к цар­ско­сель­ско­му аэро­дро­му. Несколь­ко вин­то­вок бы­ло под­ня­то на без­оруж­но­го пас­ты­ря. Вы­стрел, дру­гой – взмах­нув ру­ка­ми, свя­щен­ник упал нич­ком на зем­лю, кровь за­ли­ла его ря­су. Смерть не бы­ла мгно­вен­ной – его тас­ка­ли за во­ло­сы, и кто-то пред­ла­гал ко­му-то "при­кон­чить как со­ба­ку". На утро те­ло свя­щен­ни­ка бы­ло пе­ре­не­се­но в быв­ший двор­цо­вый гос­пи­таль. По­се­тив­ший гос­пи­таль пред­се­да­тель Ду­мы вме­сте с од­ним из глас­ных, как со­об­ща­ет "Де­ло на­ро­да", ви­дел те­ло свя­щен­ни­ка, но се­реб­ря­но­го кре­ста на гру­ди уже не бы­ло".

По­след­нее упо­мя­ну­тое кор­ре­спон­ден­том тра­ги­че­ское об­сто­я­тель­ство, ко­то­рое со­про­вож­да­ло му­че­ни­че­скую смерть от­ца Иоан­на, при­об­ре­та­ет осо­бый ду­хов­ный смысл в свя­зи с ока­зав­ши­ми­ся в ка­ком-то смыс­ле про­ро­че­ски­ми сло­ва­ми, про­из­не­сен­ны­ми от­цом Иоан­ном 12 лет до сво­ей кон­чи­ны в да­ле­кой Аме­ри­ке при вру­че­нии ему зо­ло­то­го на­перс­но­го кре­ста во вре­мя че­ство­ва­ния 10-ле­тия его свя­щен­ни­че­ско­го слу­же­ния. "Це­лую этот свя­той крест, дар ва­шей брат­ской люб­ви ко мне, – про­ник­но­вен­но го­во­рил то­гда отец Иоанн. – Пусть он бу­дет под­держ­кой в труд­ные ми­ну­ты. Не бу­ду го­во­рить гром­ких фраз о том, что я не рас­ста­нусь с ним до мо­ги­лы. Эта фра­за гром­ка, но не ра­зум­на. Не в мо­ги­ле ему ме­сто. Пусть он оста­нет­ся здесь, на зем­ле, для мо­их де­тей и по­том­ков, как фа­миль­ная свя­ты­ня и как яс­ное до­ка­за­тель­ство то­го, что брат­ство и дру­же­ство – са­мые свя­тые яв­ле­ния на зем­ле".

Так бла­го­да­рил сво­их со­слу­жи­те­лей и свою паст­ву отец Иоанн, не по­до­зре­вав­ший о том, что имен­но мо­лит­ва о нис­по­сла­нии "брат­ства и дру­же­ства" рус­ским пра­во­слав­ным лю­дям в го­ди­ну оску­де­ния люб­ви и ми­ло­сер­дия в мно­го­стра­даль­ной Рос­сии вы­зо­вет к нему бес­по­щад­ную нена­висть бо­го­от­ступ­ни­ков, ко­то­рые, ли­шив его зем­ной жиз­ни и со­рвав с его без­ды­хан­но­го те­ла на­перс­ный крест, не смог­ли ли­шить его нетлен­ной сла­вы пра­во­слав­но­го му­че­ни­че­ства.

В на­ча­ле 1917 го­да боль­ше­вист­ская власть еще не су­ме­ла утвер­дить сво­е­го без­раз­дель­но­го гос­под­ства да­же в окрест­но­стях Пет­ро­гра­да, а го­судар­ствен­ный тер­рор еще не стал неотъ­ем­ле­мой ча­стью жиз­ни рос­си­ян. По­это­му на­ря­ду со все­об­щим ужа­сом и воз­му­ще­ни­ем в ши­ро­ких сло­ях на­се­ле­ния Цар­ско­го Се­ла и Пет­ро­гра­да пер­вое зло­дей­ское убий­ство рус­ско­го пра­во­слав­но­го свя­щен­ни­ка по­бу­ди­ло еще не разо­гнан­ные боль­ше­ви­ка­ми ор­га­ны преж­ней вла­сти об­ра­зо­вать след­ствен­ную ко­мис­сию, в ко­то­рую во­шли два пред­ста­ви­те­ля Пет­ро­град­ской го­род­ской Ду­мы и ко­то­рая вско­ре бы­ла упразд­не­на боль­ше­ви­ка­ми, так и не успев най­ти убийц от­ца Иоан­на.

Од­на­ко для рус­ской цер­ков­ной жиз­ни го­раз­до боль­шее зна­че­ние имел тот глу­бо­кий ду­хов­ный от­клик, ко­то­рый вы­зва­ла в серд­цах мно­гих рус­ских пра­во­слав­ных лю­дей и свя­щен­но­на­ча­лия Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви пер­вая в XX ве­ке му­че­ни­че­ская кон­чи­на рус­ско­го пра­во­слав­но­го пас­ты­ря. Через несколь­ко дней по­сле от­пе­ва­ния и по­гре­бе­ния от­ца Иоан­на в усы­паль­ни­це Ека­те­ри­нин­ско­го со­бо­ра Цар­ско­го Се­ла, со­вер­шен­но­го по­тря­сен­ным цар­ско­сель­ским ду­хо­вен­ством в ат­мо­сфе­ре ду­хов­ной пе­ча­ли и тре­во­ги, ру­ко­вод­ство Пет­ро­град­ской епар­хии по бла­го­сло­ве­нию на­хо­див­ше­го­ся то­гда в Москве на По­мест­ном Со­бо­ре Вы­со­ко­прео­свя­щен­но­го Ве­ни­а­ми­на, мит­ро­по­ли­та Пет­ро­град­ско­го и Гдов­ско­го, бу­ду­ще­го свя­щен­но­му­че­ни­ка, опуб­ли­ко­ва­ло в га­зе­те "Все­рос­сий­ский цер­ков­но-об­ще­ствен­ный вест­ник" сле­ду­ю­щее со­об­ще­ние: "В сре­ду, 8 се­го но­яб­ря, в 9-й день по кон­чине про­то­и­е­рея Иоан­на Ко­чу­ро­ва, уби­ен­но­го в Цар­ском Се­ле 31 ок­тяб­ря, бу­дет со­вер­ше­на в Ка­зан­ском со­бо­ре в 3 ча­са дня ар­хи­ерей­ским бо­го­слу­же­ни­ем па­ни­хи­да по про­то­и­е­рею Иоанне и всем пра­во­слав­ным хри­сти­а­нам, в меж­до­усоб­ной бра­ни уби­ен­ным. При­ход­ское ду­хо­вен­ство, сво­бод­ное от слу­жеб­ных обя­зан­но­стей по при­хо­ду, при­гла­ша­ет­ся на па­ни­хи­ду. Ри­зы бе­лые".

Вско­ре по­сле этой ар­хи­ерей­ской па­ни­хи­ды, со­вер­шен­ной в Ка­зан­ском со­бо­ре, епар­хи­аль­ный со­вет Пет­ро­град­ской епар­хии при­нял об­ра­ще­ние "К ду­хо­вен­ству и при­ход­ским Со­ве­там Пет­ро­град­ской епар­хии", ко­то­рое не толь­ко яви­лось пер­вым офи­ци­аль­но про­воз­гла­шен­ным от име­ни Церк­ви при­зна­ни­ем му­че­ни­че­ско­го ха­рак­те­ра кон­чи­ны от­ца Иоан­на, но и ста­ло пер­вым цер­ков­ным до­ку­мен­том, ука­зав­шим кон­крет­ные пу­ти вспо­мо­ще­ство­ва­ния се­мьям всех свя­щен­но­слу­жи­те­лей, го­ни­мых и уби­вав­ших­ся бо­го­бор­ца­ми в Рос­сии. Этот вы­да­ю­щий­ся цер­ков­но-ис­то­ри­че­ский до­ку­мент вы­ра­зи­тель­но по­ка­зы­вал, с ка­ким глу­бо­ким сми­ре­ни­ем пе­ред на­дви­га­ю­щи­ми­ся на Цер­ковь го­не­ни­я­ми и с ка­ким под­лин­ным со­стра­да­ни­ем к обез­до­лен­ной се­мье от­ца Иоан­на ру­ко­вод­ство Пет­ро­град­ской епар­хии от­ре­а­ги­ро­ва­ло на смерть пер­во­го свя­щен­но­му­че­ни­ка епар­хии. "До­ро­гие бра­тья! – го­во­ри­лось в об­ра­ще­нии Пет­ро­град­ско­го епар­хи­аль­но­го со­ве­та. – 31 ок­тяб­ря с. г. в го­ро­де Цар­ском Се­ле му­че­ни­че­ски по­гиб один из доб­рых пас­ты­рей Пет­ро­град­ской епар­хии, про­то­и­е­рей мест­но­го со­бо­ра Иоанн Алек­сан­дро­вич Ко­чу­ров. Без вся­кой ви­ны и по­во­да он был схва­чен из сво­ей квар­ти­ры, вы­ве­ден за го­род и там, на чи­стом по­ле, рас­стре­лян обе­зу­мев­шей тол­пой.

С чув­ством глу­бо­кой скор­би узнал эту пе­чаль­ную но­вость Пет­ро­град­ский Цер­ков­но-Епар­хи­аль­ный Со­вет. И скорбь эта еще бо­лее уве­ли­чи­ва­ет­ся от со­зна­ния то­го, что по­сле по­кой­но­го про­то­и­е­рея оста­лась боль­шая се­мья – шесть че­ло­век, без кро­ва и про­пи­та­ния и без вся­ких средств к жиз­ни.

Бог су­дья ко­вар­ным зло­де­ям, на­силь­ни­че­ски пре­кра­тив­шим мо­ло­дую еще жизнь. Ес­ли они уй­дут без­на­ка­зан­ны­ми от су­да люд­ско­го, то не скро­ют­ся от су­да Бо­жи­его. На­ша же те­перь обя­зан­ность не толь­ко мо­лить­ся об упо­ко­е­нии ду­ши невин­но­го стра­даль­ца, но и сво­ею ис­крен­нею лю­бо­вью по­ста­рать­ся за­ле­чить глу­бо­кую и неис­це­ли­мую ра­ну, ко­то­рая на­не­се­на в са­мое серд­це бед­ных си­рот. Пря­мой долг епар­хии и епар­хи­аль­но­го ду­хо­вен­ства обес­пе­чить оси­ро­те­лую се­мью пас­ты­ря-му­че­ни­ка, дать воз­мож­ность без­бед­но про­су­ще­ство­вать ей и по­лу­чить де­тям долж­ное об­ра­зо­ва­ние.

И Цер­ков­но-Епар­хи­аль­ный Со­вет, дви­жи­мый са­мы­ми ис­крен­ни­ми и воз­вы­шен­ны­ми стрем­ле­ни­я­ми, об­ра­ща­ет­ся те­перь к ду­хо­вен­ству, при­ход­ским со­ве­там и ко всем пра­во­слав­ным лю­дям Пет­ро­град­ской епар­хии с го­ря­чим при­зы­вом и усерд­ней­ше про­сит, во имя Хри­сто­вой люб­ви, про­тя­нуть ру­ку брат­ской по­мо­щи и сво­ей по­силь­ной леп­той под­дер­жать бед­ную се­мью. Эта по­мощь нуж­на, и нуж­на без­от­ла­га­тель­но!

Его му­че­ни­че­ская смерть – это су­ро­вое на­по­ми­на­ние, гроз­ное предо­сте­ре­же­ние для всех нас. На­до, сле­до­ва­тель­но, за­ра­нее быть го­то­вы­ми ко все­му. И чтобы не оста­вать­ся в та­ком бес­по­мощ­ном по­ло­же­нии, как сей­час, на­до за­ра­нее иметь го­то­вый, опре­де­лен­ный фонд на по­мощь в та­ких и им по­доб­ных слу­ча­ях, дабы без­за­щит­ное ду­хо­вен­ство, го­ни­мое и тер­за­е­мое, в труд­ную ми­ну­ту сво­ей жиз­ни мог­ло иметь ма­те­ри­аль­ную под­держ­ку от прис­ных сво­их.

В каж­дый при­ход и в каж­дую цер­ковь епар­хии через от­цов бла­го­чин­ных бу­дут до­став­ле­ны осо­бые под­пис­ные ли­сты для за­пи­си в них доб­ро­воль­ных по­жерт­во­ва­ний и от­чис­ле­ний из цер­ков­ных сумм как на по­мощь се­мье по­кой­но­го от­ца про­то­и­е­рея И.А. Ко­чу­ро­ва, так рав­но и на об­ра­зо­ва­ние осо­бо­го спе­ци­аль­но­го фон­да для ока­за­ния из него по­мо­щи ду­хо­вен­ству во всех по­доб­ных слу­ча­ях.

Боль­шая за­да­ча тре­бу­ет и боль­ших средств. Но Цер­ков­но-Епар­хи­аль­ный Со­вет на­де­ет­ся, что при по­мо­щи Бо­жи­ей сред­ства эти най­дут­ся. И по­силь­ная леп­та епар­хии и ду­хо­вен­ства, леп­та доб­ро­воль­ная и воз­ла­га­е­мая на хри­сти­ан­скую по­мощь каж­до­го, даст воз­мож­ность оте­реть сле­зы несчаст­ных си­рот и по­ло­жить на­ча­ло то­му доб­ро­му де­лу брат­ской по­мо­щи, ко­то­рая так нуж­на ду­хо­вен­ству те­перь... "Гром гря­нул – по­ра пе­ре­кре­стить­ся!"

Ре­гу­ляр­но по­се­щав­ший свою епар­хию во вре­мя ра­бо­ты По­мест­но­го Со­бо­ра 1917 го­да в Москве свя­ти­тель Ве­ни­а­мин 24 но­яб­ря в пре­столь­ный празд­ник Цар­ско­сель­ско­го Ека­те­ри­нин­ско­го со­бо­ра со­вер­шил в нем Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию. "Ли­тур­гия за­кон­чи­лась го­ря­чим сло­вом ар­хи­пас­ты­ря, об­ра­тив­ше­го­ся к на­ро­ду с го­ря­чим при­зы­вом к еди­не­нию, люб­ви и брат­ству, – пи­сал кор­ре­спон­дент га­зе­ты "Все­рос­сий­ский цер­ков­но-об­ще­ствен­ный вест­ник". – По­пут­но вла­ды­ка по­мя­нул об ужас­ном со­бы­тии – рас­стре­ле до­ро­го­го пас­ты­ря мест­но­го хра­ма от­ца Иоан­на Ко­чу­ро­ва, и за­ме­тил, что как ни пе­чаль­но это со­бы­тие, но в нем есть и уте­ше­ние от со­зна­ния, что пас­тырь от­дал жизнь за лю­бовь к Бо­гу и ближ­ним, что он явил со­бой при­мер хри­сти­ан­ско­го му­че­ни­че­ства. Сло­во ар­хи­пас­ты­ря про­из­ве­ло на всех силь­ное впе­чат­ле­ние, у мно­гих вид­ны бы­ли сле­зы. По окон­ча­нии ли­тур­гии в усы­паль­ни­це со­бо­ра со­сто­я­лась за­упо­кой­ная ли­тия у гро­ба о. Иоан­на. По­сле служ­бы вла­ды­ка по­се­тил се­мью по­чив­ше­го в цер­ков­ном до­ме". Та­ким об­ра­зом, вто­рич­но, на этот раз уста­ми епар­хи­аль­но­го ар­хи­ерея, по­ми­нав­ше­го уби­ен­но­го свя­щен­но­слу­жи­те­ля сво­ей епар­хии, Рус­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь опре­де­ля­ла ги­бель от­ца Иоан­на как му­че­ни­че­скую кон­чи­ну.

Глу­бо­кой скор­бью ото­зва­лась эта кон­чи­на и в серд­цах участ­ни­ков По­мест­но­го Со­бо­ра, про­хо­див­ше­го в Москве и по­ру­чив­ше­го про­то­и­е­рею П.А. Мир­то­ву "со­ста­вить про­ект по­сла­ния от ли­ца Со­бо­ра с из­ве­ще­ни­ем о по­дроб­но­стях кон­чи­ны безвре­мен­но по­чив­ше­го от­ца Иоан­на Ко­чу­ро­ва, пав­ше­го жерт­вой рев­ност­но­го ис­пол­не­ния обя­зан­но­стей сво­е­го зва­ния".

Вы­ра­жая сло­жив­ше­е­ся на По­мест­ном Со­бо­ре ис­крен­нее убеж­де­ние в том, что в ли­це уби­ен­но­го от­ца Иоан­на Рус­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь об­ре­ла но­во­го свя­щен­но­му­че­ни­ка, свя­тей­ший пат­ри­арх Ти­хон, хо­ро­шо узнав­ший от­ца Иоан­на за го­ды мно­го­лет­не­го сов­мест­но­го слу­же­ния в Але­ут­ской и Се­ве­ро­аме­ри­кан­ской епар­хии и с тех пор ис­пол­нив­ший­ся к нему глу­бо­ко­го ува­же­ния, на­пра­вил про­ник­но­вен­ное пись­мо вдо­ве по­чив­ше­го пас­ты­ря Алек­сан­дре Ко­чу­ро­вой. "С ве­ли­кой скор­бью Свя­щен­ный Со­бор Пра­во­слав­ной Рос­сий­ской Церк­ви, а с ним и мер­ность на­ша при­ня­ли из­ве­стие о му­че­ни­че­ской кон­чине от­ца про­то­и­е­рея Иоан­на Алек­сан­дро­ви­ча Ко­чу­ро­ва, пав­ше­го жерт­вой рев­ност­но­го ис­пол­не­ния сво­е­го дол­га, – пи­сал бу­ду­щий ис­по­вед­ник свя­тей­ший пат­ри­арх Ти­хон. – Со­еди­няя мо­лит­вы на­ши с мо­лит­ва­ми Свя­щен­но­го Со­бо­ра об упо­ко­е­нии ду­ши уби­ен­но­го про­то­и­е­рея Иоан­на, раз­де­ля­ем ве­ли­кое го­ре ва­ше и де­ла­ем это с тем боль­шей лю­бо­вью, что мы близ­ко зна­ли по­чив­ше­го от­ца про­то­и­е­рея и все­гда вы­со­ко це­ни­ли его оду­шев­лен­ную и про­ник­но­вен­ную пас­тыр­скую де­я­тель­ность.

Хра­ним в сво­ем серд­це твер­дое упо­ва­ние, что укра­шен­ный вен­цом му­че­ни­че­ства, по­чив­ший пас­тырь пред­сто­ит ныне Пре­сто­лу Бо­жию в ли­ке из­бран­ни­ков вер­но­го ста­да Хри­сто­ва.

Про­ник­ну­тый го­ря­чим уча­сти­ем к оси­ро­тев­шей се­мье ва­шей, Свя­щен­ный Со­бор по­ста­но­вил пред­ло­жить Свя­тей­ше­му Си­но­ду ока­зать ей необ­хо­ди­мое воспо­соб­ле­ние.

Да по­мо­жет Гос­подь му­же­ствен­но пе­ре­не­сти нис­по­слан­ное Вам, в пу­тях Бо­жи­его Про­мыш­ле­ния, и да со­хра­нит Он Вас и Ва­ших де­тей в невре­ди­мо­сти сре­ди бурь и на­па­стей на­сто­я­ще­го вре­ме­ни.

При­зы­ва­ем на Вас и Ва­шу се­мью бла­го­сло­ве­ние Бо­жие. Пат­ри­арх Ти­хон". Ров­но через 5 ме­ся­цев по­сле кон­чи­ны от­ца Иоан­на 31 мар­та 1918 го­да, ко­гда ко­ли­че­ство по­имен­но из­вест­ных Свя­тей­ше­му Си­но­ду уби­ен­ных свя­щен­но­слу­жи­те­лей уже до­стиг­ло 15 че­ло­век, в хра­ме Мос­ков­ской ду­хов­ной се­ми­на­рии свя­тей­шим пат­ри­ар­хом Ти­хо­ном в со­слу­же­нии 4 ар­хи­ере­ев и 10 ар­хи­манд­ри­тов и про­то­и­е­ре­ев бы­ла со­вер­ше­на пер­вая в ис­то­рии Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви XX ве­ка "за­упо­кой­ная ли­тур­гия по но­вым свя­щен­но­му­че­ни­кам и му­че­ни­кам". Во вре­мя про­из­не­се­ния на за­упо­кой­ной ли­тур­гии и па­ни­хи­де мо­лит­вен­ных воз­но­ше­ний "Об упо­ко­е­нии ра­бов Бо­жи­их, за ве­ру и Цер­ковь Пра­во­слав­ную уби­ен­ных" вслед за пер­вым уби­ен­ным ар­хи­ере­ем мит­ро­по­ли­том Вла­ди­ми­ром по­ми­нал­ся пер­вый уби­ен­ный про­то­и­е­рей Иоанн – отец Иоанн Ко­чу­ров, от­крыв­ший сво­ей стра­сто­терп­че­ской кон­чи­ной ис­по­вед­ни­че­ское слу­же­ние сон­ма но­во­му­че­ни­ков Рос­сий­ских XX ве­ка.

Молитвы

Тропарь священномученику Иоанну Царскосельскому

глас 1

Любо́вию к Бо́гу распаля́ем,/ жизнь свою́ му́ченически за Христа́ и бли́жних положи́л еси́,/ сего́ ра́ди вене́ц пра́вды от Него́ прия́л еси́,/ моля́ всеблага́го Бо́га, священному́чениче Иоа́нне,/ Це́рковь Святу́ю сохрани́ти в ми́ре// и спасти́ ду́ши на́ша.

Перевод: Любовью к Богу воспламеняясь, жизнь свою мученически за Христа и ближних отдал ты, поэтому получил от Него венец праведности, моли всеблагого Бога, священномученик Иоанн, Церковь Святую сохранить в мире и спасти души наши.

Кондак священномученику Иоанну Царскосельскому

глас 8

Ре́вностно па́стырское служе́ние свое́ исполня́яй,/ ты я́ко же́ртву благоприя́тную ду́шу свою́ Бо́гу прине́сл еси́,/ моли́ Христа́ Бо́га, о́тче Иоа́нне,// мир ми́ру дарова́ти и душа́м на́шим ве́лию ми́лость.

Перевод: Ревностно пастырское служение свое исполняя, ты как жертву благоприятную (1Пет.2:5) душу свою принес Богу, моли Христа Богу, отче Иоанн, мир даровать миру и душам нашим великую милость.

показать все

Молитва священномученику Иоанну, пресвитеру Царскосельскому

О, священному́чениче Иоа́нне, па́стырю царскосе́льский! Предстоя́ще пред ико́ною твое́ю, мо́лимся ти́, я́ко посреде́ на́с су́щему: помози́ на́м, гре́шным, досто́йным бы́ти твоего́ о на́с к Бо́гу хода́тайства. Укрепи́ ны́ во благоче́стии и ве́ре правосла́вной вся́ дни́ живота́ на́шего во е́же безпреткнове́нно ходи́ти на́м путе́м отце́в на́ших и соблюда́ти уста́вы и обы́чаи святы́х, в земли́ на́шей просия́вших. Научи́ ны́ вну́тренняго челове́ка на́шего ева́нгельскою доброде́телию украша́ти и иска́ти Ца́рствия Бо́жия па́че земны́х и тле́нных ми́ра сего́; немощну́ю во́лю на́шу незы́блемо утверди́ в зако́не Госпо́днем; ре́вностию к дело́м богоуго́дным и спаси́тельным воодушеви́ теплохла́дное се́рдце на́ше; изба́ви ны́ от себялю́бия, тщесла́вия и лука́вства; поры́вы гне́ва и неразу́мия на́шего укроти́; нра́в на́ш гордели́вый смиренному́дрием украси́; искорени́ небреже́ние и ле́ность из серде́ц на́ших; уста́ на́ша, дру́г дру́га осужда́ющая, испо́лни чи́стаго хвале́ния Бо́жия; да́руй на́м умиле́ние в моли́тве, ожесточе́нность на́шу врачу́ющее; посреде́ ро́да развраще́ннаго и прелюбоде́йнаго кро́тость, незло́бие и целому́дрие соблюсти́ помози́. Па́че же всего́ наста́ви к покая́нию во гресе́х пре́жней жи́зни на́шея, да очи́стимся от все́х нечисто́т и страсте́й, и, моли́твою твое́ю поспешеству́емы, дости́гнем гра́да Бо́жия, в него́же ничто́ скве́рно вни́ти мо́жет, сла́вяще Тро́ицу Святу́ю во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Каноны и Акафисты

Акафист священномученику Иоанну, пресвитеру Царскосельскому

Священномученик Иоанн Кочуров, Царскосельский

Кондак 1

Избранному первомученику Церкве Россиийския/ в годину лютых гонений от безбожников убиенному,/ венец нетленный от Господа Вседержителя приявшему/ и вся ны своею смертию ко истинней любви наставльшему/ со дерзновением и надеждою предстательства небеснаго взываем:/ радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския

Икос 1

Ангел с небесе послан бысть сохраняти тя от пагубных запинаний лукаваго, священномучениче Иоанне, егда принесоша тя ко святей купели духовныя сродники твоя. Бысть же тогда на Руси времена мирныя, и никтоже весть тайну убиения твоего и мученическаго к Богу отшествия. Токмо страж небесный, послушание Божие исполняя, измлада руководяше тя незримо к венцу страстотерпческому. Сего ради, таковому о тебе Божию промышлению дивящеся, воспеваем сице:

Радуйся, землю Рязанскую рождением своим освятивый;

Радуйся, Иоанном, в честь Крестителя Господня, нареченный;

Радуйся, кончину мученическую приявый, якоже и покровитель твой небесный;

Радуйся, рождением своим родителей своих обрадовавый;

Радуйся, пастыря сельскаго чадо благонравное;

Радуйся, в законе Господнем измлада воспитавыйся;

Радуйся, трудолюбию и простоте отцем наученный;

Радуйся, веру и благочестие матере своея унаследовавый;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския.

Кондак 2

Видя Сердцеведец Бог душу твою, теплою любовию к Нему исполненною, постави тя на высокий степень священства и многотрудный путь служения пастырскаго. Ты же изначала стопы своя направи во страну дальнюю, идеже многих ко Христу приводил еси, научая неверныя и иноверныя воспевати всеблагому Просветителю душ человеческих: Аллилуиа.

Икос 2

Разумев место, уготованное тебе Богом для трудов проповеди Евангелия, оставил еси любезное отечество свое, дом свой и ближния своя, не пекийся ни о славе, ни о богатстве мира сего. Таковому самоотречению твоему дивящеся, воспеваем ти сице:

Радуйся, дом и отечество ради дела Господня оставивый;

Радуйся, яко вся красная мира сего во уметы вменил еси;

Радуйся, избравый добровольно тяготы служения на чужбине;

Радуйся, любовь Христову в служении сем приобретый;

Радуйся, апостолу Павлу подражавый;

Радуйся, креста проповедническаго не устрашивыйся;

Радуйся, свыше приявый духа мужества и дерзновения;

Радуйся, ревнителю Православия, просветителем древним единонравный;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския

Кондак 3

Силою Божиею свыше укрепляем, священномучениче Иоанне, утверждал еси веру православную во Америце иноверной и явился еси последователь преподобнаго Германа Аляскинскаго, приумножая виноградник Божий на ниве Алеутской. Светильник свой никогдаже, пастырю добрый, угашал еси, уныние премудро низлагая и во всех обстояниих скорбных навыкая приносити Господеви смиренную песнь: Аллилуиа.

Икос 3

Имея воистинну, священномучениче Иоанне, велию и искреннюю любовь к малому стаду твоему, храм во имя Пресвятыя Троицы во граде Чикаго возвел еси. Сего ради радовашеся благодарная паства твоя, и немолчно славляху предивнаго Бога, щедраго в милостех Своих, взывая ти сице:

Радуйся, храмоздателю, о славе Божией усердно пекийся;

Радуйся, о людех твоих, яко отец о чадех, заботивыйся;

Радуйся, труды ко трудам прилагавый;

Радуйся, проповедь Евангелия со воздвижением храма Господня

благополучно сочетавый;

Радуйся, мзду от Господа за труд свой справедливо приявый;

Радуйся, действием Духа Святаго на дела Божия вдохновленный;

Радуйся, честнаго пастырства образе и правило;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския.

Кондак 4

Буря помышлений сумнительных найде на тя, Иоанне священномучениче, егда тестю твоему, в болезнех и недузех лежащу, зваху тя южики твоя во отечествие вернутися. Ты же уведел еси во призыве сем волю Господню, о тебе тако промышляющу, повинулся еси гласу сродник твоих и, Иоанну Кущнику подобяся, на родину возвернулся еси, Господеви поя: Аллилуиа.

Икос 4

Слышаша ближнии твои возвращение твое с радостию сретаху тя. Ты же, мало утешився, паки возложил еси руце свои на плуг сеяния слова Божия, во граде Нарове водворяяся во исполнение новаго послушания церковнаго. Сего ради приими от нас похвалы сицевыя:

Радуйся, воле Господней научивыйся повиноватися;

Радуйся, желаний своих умевый отрешатися;

Радуйся, исполнь послушание Богови безропотно и недосадливо;

Радуйся, и нас следовати хотению Небеснаго Отца наставляяй;

Радуйся, выю свою под ярем заповедей евангельских подклонивый;

Радуйся, легкое бремя учения Христова в житии твоем носивый;

Радуйся, помысл тщеславия исшествием на новое место служения

низложивый;

Радуйся, избежавый хвалы от человек исходом из места, идеже имя твое прославися;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския

Кондак 5

Богомудрым учением Завета Новаго души учеников твоих питал еси, трудяся неустанно, дондеже вообразится в сердцах их сладчайшее имя Господа Иисуса. Просвети убо и наша очи сердечныя, отче наш Иоанне, да возсияет и в них любовь Божия, страсти греховныя попаляющая и от сладости мирскаго жития отрешающая, во еже чистосердечно пети нам Богови ангельскую песнь: Аллилуиа.

Икос 5

Видя Промыслитель Господь, вся на пользу рабам Своим строяй, яко законоучительством велий плод принесен будет душе твоей и Церкви Христовой, постави тя учителя Закону Божию гимназий наровских. Ты же терпением, снисхождением и любовию растворял еси слово твое о Бозе, священномучениче Иоанне, исполняя заповедь Христову: “Смотрите, не презрите единаго от малых сих”. Не презри убо и нас, пастырю добрый, но умножи в нас веру твоими к Богу ходатайствы, да с благоговением взываем ти сице:

Радуйся, наставниче отроком малым в законе Господнем;

Радуйся, чад малых ко Христу заботливо приводивый;

Радуйся, веру, любовь и надежду в них умножавый;

Радуйся, страху Господню их научаяй;

Радуйся, на стезях спасения стопы их утверждаяй;

Радуйся, на камени заповедей евангельских душевный дом их устрояяй;

Радуйся, и сам незлобию и простоте у них учивыйся;

Радуйся, назидавый их ко храму Божию выну прилеплятися;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Росийския.

Кондак 6

Проповедию Евангелия и учением отроков непрестанным ум твой в Боге неподвижно утвердил еси, священномучениче Иоанне. Уже бо приспе время убиения твоего, сего ради приведе тя Господь Путеводитель в Село Царское, идеже уготова ти венец мученический, егоже на главе своей носиши, выну поя Ему: Аллилуиа.

Икос 6

Возсия в годину гонений лютых свет велий новомученик российских от Христа Спаса нашего. Обаче тебе, священномучениче Иоанне, повеле Господь первым прияти смерть от руки нечестивых во еже положити начало крепкаго стояния за истину Божию. Сего ради приими от нас похвалы сицевыя:

Радуйся, за веру православную и Церковь Христову смерть вкусивый;

Радуйся, лику мученическому сопричисленный;

Радуйся, даже до пролития крове своея подвизавыйся;

Радуйся, Господом на высоту страстотерпчества поставленный;
Радуйся, тело убивающих не устрашивыйся;

Радуйся, до конца долг свой пастырский исполнивый;

Радуйся, путь свой земный евангельски совершивый;
Радуйся, первострадальче новомученик русских;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския.

Кондак 7

Хотя утешити души смятенныя и умирити сердца, ненавистию помраченныя, крестным ходом по Селу Царскому шествовал еси, отче Иоанне, моля Господа о сущих во вражде. Но не укротися ярость зверская и не восхотеша безумнии злобу свою оставити и воспети Господеви: Аллилуиа.

Икос 7

Новаго предстателя о Церкви Российстей сотвори тя безбожники, Иоанне мучениче, егда убиваху тя на окраине града твоего. Измышляше бо нечестивии веру православную извести на Святей Руси. Погибе память их с шумом, имя же твое на небеси сияет паче света солнечнаго и на земли от чад Церкви Русския прославляется похвалы сицевыми:

Радуйся, предстателю о нас пред Господем непостыдный;

Радуйся, молитвенниче о чадех твоих дерзновенный;
Радуйся, ходатаю о Церкви Российстей, Богом избранный;

Радуйся, в скорбех наших помощниче и в бедах заступниче;
Радуйся, болящих и страждущих услышателю скорый;

Радуйся, воздыхания наша приемляй и к Богу скоро возносяяй;

Радуйся, щитом молитв твоих от напастей нас ограждаяй;
Радуйся, чтущим святую память твою покрове благодатный;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и превомучениче Церкве Российския.

Кондак 8

Странник и пришелец был еси в жизни временней, священномучениче Иоанне, живый во отдалении от любезнаго отечества твоего. Егда же совершися вселение твое во град Царскосельский, то и тамо пристанища земнаго не обрел еси, но абие мученическую смерть приял еси, шествуя к месту упокоения вечнаго и Господеви поя: Аллилуиа.

Икос 8

Весь народ православный ужасом и скорбью объят бе, егда распространися весть о убиении твоем, Иоанне пресвитере. Сие бысть началом междоусобия страшнаго и кровопролития небывалаго. Сие же бысть и началом великия славы Церкве нашея, кровьми новомученик украсившейся, еяже и ты, иерею царскосельский, причастником явился еси. Сего ради вопием ти таковая:

Радуйся, на родину возвративыйся, во еже приобщитися чаше страданий Господних;

Радуйся, ризы своя убеливый белилами мук телесных;

Радуйся, агнче незлобивый, волками свирепыми на заклание уведенный;

Радуйся, от грех своих кровию совершенне омовенный;

Радуйся, ранами твоими вшедый во Святая Святых Иерусалима горняго;

Радуйся, священное начало Голгофы русския;
Радуйся, звездо путеводная, светом спасительным сияющая;

Радуйся, заре благодати новомученик российских;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския.

Кондак 9

Всем благонравным житием твоим привлекл еси к себе велию благодать мученичества, Иоанне пресвитере. Навыкл бо еси измлада прилеплятися Богови сердцем твоим, страстотерпче чудный. Научи убо и ны, недостойныя, искати паче всего Царствия Божия, презирати же преходящая и тленная, воспевая во умилении Господеви; Аллилуиа.

Икос 9

Ветии многовещаннии не возмогут по достоянию славу святых изобразити. Смиренный же ум наш тщится проникнути в тайну убиения твоего. Житие твое нескверное, священномучениче Иоанне, аще и потаено бысть, не возможе от Бога утаитися. Сего ради приведе тя Господь к венцу страстотерпца новаго и содела тя входом новомученик российских. Приими убо от нас похвалы сицевыя:

Радуйся, в житии твоем тепле и умиленне Богу моливыйся;

Радуйся, дух сокрушен и сердце незлобивое имевый;

Радуйся, во днех твоих покаянию навыкнувый;

Радуйся, сребролюбия и гордыни избежавый;

Радуйся, чистоту, воздержание и целомудрие хранивый;

Радуйся, душу имый прямую и побуждения добрая;

Радуйся, к ближнему твоему соучастливость и сострадание приобретый;

Радуйся, служение у престола Божия совершавый истово и благоговейно;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския.

Кондак 10

Спасти хотя многия и всех обращение терпеливно ожидаяй премилосердый Бог, сотвори тя, Иоанне пресвитере, с прочими новомученики ходатаи за землю Русскую. Молитвы вашя многия души из тьмы извлекают и на путь спасения поставляют. Ублажаем и почитаем вы, яко незримыя виновники нашего избавления и поем о вас Богу: Аллилуиа.

Икос 10

Стена еси тверда всем прибегающим к тебе, отче наш Иоанне. Обрел бо еси любовь, о нейже писано есть, яко “любы долготерпит, всему верит и всего надеется”, и паки “не любяй бо брата пребывает в смерти”, и паки “совершенная любы вон изгоняет страх”. Удивися многия молитвенному бесстрашию и дерзновению твоему и воспеша ти похвалу сицевую:

Радуйся, о гонителех своих к Богу вопиявый;

Радуйся, их братией своей нарицавый;

Радуйся, крестным ходом тех вразумления искавый;

Радуйся, сего ради растерзание хищное от нихже и претерпевый;

Радуйся, имиже оклеветанный и на смерть жестокую уведенный;
Радуйся, образе неповиннаго злострадания;

Радуйся, яко прочее ни болезни, ни муки не коснешися;

Радуйся, яко со святыми вечно радуешися;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския.

Кондак 11

Пение ангельское распространися в Царском Селе во времена поганых воцарения, осквернших землю Русскую. Егда убиваху тя безбожнии хулителие, копронимы новыя, тогда небеса взыграшася, приемлюще во обители горния душу твою непорочную, о, пастырю наш Иоанне. Сие же все бысть, да освятится первее всего Село помазанника Господня, Самодержца чистаго, убиением иерея простаго, яко да и нам почитати место сие молитвенным отсюду к Богу взыванием: Аллилуиа.

Икос 11

Светозарный луч благодати новомученик озари тьму кромешную, на Святей Руси воцарившуюся. Сие бысть и первое знамение милости Господней, яко не до конца отрину Всевышний народ Свой, но вдаде и наказанию, да покается, да вразумится, да очистятся людие Его, и да восполнится со временем Церковь Русская, во еже и на будущее время светити Ей всему миру спасительным светом Православия. Темже вопием первомученику царскосельскому таковая:

Радуйся, страстотерпче доблестный, к жизни во Христе нас призываяй;
Радуйся, кончиною своею крест Господень чтити нас научаяй;

Радуйся, кровию своею мученическою ко исправлению нрава своего нас побуждаяй;

Радуйся, высотою подвига своего к покаянию нас непрестанно зовый;

Радуйся, страдальче честный, стражем Православия в стране нашей от

Бога учиненный;

Радуйся, евангельской Истины свидетелю добропобедный;

Радуйся, волков душегубительных от овец стада Христова отгоняяй;

Радуйся, Церкве нашея охрано от ересей, расколов и лжеучений;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и превомучениче Церкве Российския.

Кондак 12

Благодати страдальцев Господних, кровь свою за Христа пролиявших, непричастна бысть Церковь во отечестве нашем. Вемы, яко непрестанная гонения, в нихже Церковь Вселенская родися, не коснуся изначала Церкви Русския. Но не минуше Ея общая судьба Православия, востече бо и Та в годину лютую единем путем ко Христу Своему, вопия Ему: Аллилуиа.

Икос 12

Поюще подвиги мученическия, ублажаем соузников Христовых, на нихже слово Его исполнися: “Возложат на вас руце и изгонят вы”. Сие определение Божие неуклонно повсюду соблюдашеся со времен апостольских. Подобаше бо и Церкви Российстей внити в час испытания своего, иже проби в Селе Царском убиением Иоанна, иерея храма соборнаго, емуже глаголем сице:

Радуйся, яко ты и без числа убиеннии вси концы земли нашея освятили

есте;

Радуйся, яко не токмо своя, но и грехи соотечественник своих кровию

своею омыли есте;

Радуйся, яко страдания твоя и всего сонма новомученик взыдоша

фимиамом благоуханным превыше небес;

Радуйся, основание крепкое нынешнего умножения веры на Руси;

Радуйся, яко жертвою твоею и собратий твоих, повсюду мучившихся, приклонися к нам на милость Творец всяческих;

Радуйся, сокрушивый тьму безбожия и неверия приятием фиала гнева Господняго;

Радуйся, яко тебе ради и всех, на крест возшедшых в годину лютую, возсия днесь заря просвещения новаго;

Радуйся, судьбу свою соединивый с судьбою избранных сынов Церкве Русския;

Радуйся, священномучениче Иоанне, пастырю Села Царскаго и первомучениче Церкве Российския.

Кондак 13

О, новомучениче и страстотерпче Христов всечестне, Иоанне, пастырю царскосельский! Приими убогое пение от нас, недостойных, чтущих святую память твою, и избави нас молитвами твоими от бед настоящих, паче же от вечныя смерти, да достигнув обителей небесных, и мы с тобою и всеми святыми воспевати будем Богу вечно: Аллилуиа.

Этот кондак читается трижды, затем Икос 1 и Кондак 1.

Книги, статьи, стихи, кроссворды, тесты



Случайный тест