Основные возражения против катехизации и их несостоятельность – прот. Евгений Горячев

Основные возражения против катехизации и их несостоятельность – прот. Евгений Горячев


Можно было бы про­блему сфор­му­ли­ро­вать очень про­сто: обя­за­тельно ли настав­ле­ние в вере, как усло­вие при­об­ще­ния к Церкви через таин­ство кре­ще­ния и запо­ведь Божию.

 

Можно было бы про­блему сфор­му­ли­ро­вать очень про­сто: обя­за­тельно ли настав­ле­ние в вере, как усло­вие при­об­ще­ния к Церкви через таин­ство кре­ще­ния и запо­ведь Божию.

Если мы хотим быть хри­сти­а­нами, мы эту Запо­ведь должны соблю­дать, потому что дру­гой формы вхож­де­ния в Цер­ковь, нежели та, кото­рая после­до­ва­тельно выра­жена в сло­вах Хри­ста: «идите и научите все народы, кре­стя их во имя Отца, и Сына, и Свя­того Духа» (Мф. 28,19), Древ­няя Цер­ковь не знала. А почему она не знает, точ­нее не хочет знать эту форму сей­час, сразу выво­дит нас на уро­вень дис­кус­сии, ста­вя­щей вопрос жестко: хри­сти­ане ли мы, если мы отка­зы­ва­емся испол­нять запо­ведь Христову?

Сей­час кре­ститься хотят мно­гие, а вот про­хо­дить через кате­хи­за­цию хотят еди­ницы; и, если брать свя­щен­ни­ков, то совер­шать кате­хи­за­цию, тоже хотят очень не мно­гие. Поэтому можно сфор­му­ли­ро­вать про­блему именно так: дана запо­ведь, почему мы ее не испол­няем? И, в первую оче­редь, я бы хотел поста­вить такой вопрос, почему Хри­стос дает эту запо­ведь? Почему вхож­де­нию в Цер­ковь посред­ством таин­ства пред­ше­ствует научение?

Чем серьез­нее собы­тие, тем серьез­нее должна быть под­го­товка к нему. Радость празд­ника, напри­мер, Нового года, дости­га­ется ведь не только датой в кален­даре. Нужна под­го­товка: квар­тиру в поря­док при­ве­сти, что-то при­го­то­вить, иначе гости, кото­рых мы при­гла­сили, про­сто поду­мают, что мы не готовы, и пой­дут к кому-то дру­гому. Это с одной сто­роны. А с дру­гой сто­роны, мы видим, что уча­стие в таин­ствах не без­опасно для непод­го­тов­лен­ных. Мы слы­шим: «Со стра­хом Божиим и верою при­сту­пите», а потом слова молитвы о том, чтобы уча­стие в таин­стве было бы «не в суд и не в осуж­де­ние». Здесь невольно вспо­ми­на­ются слова апо­стола Павла, что мно­гие болеют и уми­рают, при­об­ща­ясь недо­стойно. О том, что про­изо­шло на Тай­ной вечере, есть раз­ные точки зре­ния. Я скло­ня­юсь к той, что Иуда при­ча­стился недо­стойно, и в него вошел сатана. Это под­ра­зу­ме­вает неко­то­рую осто­рож­ность, жела­ние огра­дить от таинств, не только от их обнов­ля­ю­щей, обла­го­ра­жи­ва­ю­щей, но и сжи­га­ю­щей функ­ции, тех, кто к этому не готов.

Под­го­товка для при­ня­тия людей в Цер­ковь про­сто необ­хо­дима. И тут напра­ши­ва­ется некое воз­ра­же­ние: а запо­ведь Божья, любая, в том числе и запо­ведь о кре­ще­нии через кате­хи­за­цию, она абсо­лютна или условна?

Если нет кате­хи­зи­ру­е­мых, то как быть? Мла­ден­цев, конечно, пыта­лись кате­хи­зи­ро­вать, но это была кате­хи­за­ция, лишь отча­сти напо­ми­на­ю­щая ту, что была в Древ­ней Церкви. Детей при­но­сили в цер­ковь в тече­ние дли­тель­ного вре­мени, несколь­ких лет, и отго­лоски этого мы слы­шим в нашем чине Кре­ще­ния, когда огла­ше­ние — это именно чте­ние молитв, кото­рые дают больше пищи сердцу, нежели уму посред­ством интел­лек­ту­аль­ного настав­ле­ния, потому что интел­лек­ту­аль­ный раз­го­вор с мла­ден­цем про­сто невоз­мо­жен. Это при­вело к тому, что в Визан­тии к VI веку кате­хи­за­ция стала посте­пенно схо­дить на нет. Её отго­лоски оста­лись в чино­по­сле­до­ва­нии, и это, конечно, не та работа, кото­рую про­во­дила Древ­няя Цер­ковь. Если нет кате­хи­зи­ру­е­мых, нет и кате­хи­за­ции? А зна­чит, запо­ведь начи­нает носить чисто услов­ный харак­тер, и мы ока­зы­ва­емся в той ситу­а­ции, когда при­хо­диться отка­зы­ваться оттого, что про­сто не испол­ня­ется за нена­доб­но­стью. Но даже если это и так, хотя об этом можно дис­ку­ти­ро­вать, в Рос­сии сей­час нет, и нико­гда не было такой ситу­а­ции, когда рели­ги­оз­ное настав­ле­ние в вере было бы не нужно.

Рос­сия, вос­при­няв­шая веру от Визан­тии, полу­чила сокра­щен­ный чин огла­ше­ния, кото­рый там суще­ство­вал в то время. Он выра­жался в том, что чело­веку могли пред­ло­жить мак­си­мум 40 дней (я не говорю сей­час о ситу­а­ции Кре­ще­ния Руси, она осо­бая), и эти 40 дней были все-таки не настав­ле­нием в вере, а чте­нием молитв, что, конечно, не могло при­не­сти долж­ных пло­дов. А почему так про­изо­шло? Потому что в Визан­тии период огла­си­тель­ных бесед, кате­хи­зи­че­ских школ, уже закон­чился. Поэтому Визан­тия могла пред­ло­жить Древ­ней Руси то, что имела на тот момент, а имела она очень немного. Вот Голу­бин­ский на эту тему заме­чал, что хри­сти­ан­ство одно, а народы, вби­ра­ю­щие в себя хри­сти­ан­ство, раз­ные. И мы отли­ча­лись от гре­ков в плане нали­чия духов­ного обра­зо­ва­ния. Здесь на лицо несо­из­ме­ри­мые кате­го­рии: эллины с мно­го­ве­ко­вой интел­лек­ту­аль­ной куль­ту­рой и Древ­няя Русь с тра­ди­ци­он­ным рус­ским двое­ве­рием. Импер­ский указ Синода 1740 года уже под­ра­зу­ме­вал полу­го­дич­ную под­го­товку ино­родца, кото­рый хочет всту­пить в Пра­во­слав­ную Цер­ковь, если ему за 21 год, а если ему до 21 года — то 40 дней. Такое стран­ное услов­ное раз­де­ле­ние. Конечно, можно было бы больше ожи­дать от импер­ского пери­ода, потому что интел­лек­ту­аль­ный и куль­тур­ный всплеск, кото­рый наме­тился в Рос­сии после реформ Петра I, при­вел к рас­цвету и бого­слов­ской мысли, и нашей Ака­де­мии, и твор­че­ской дея­тель­но­сти рели­ги­озно-фило­соф­ских собраний.

Помес­ный Собор 1917–1918 годов пока­зал, какие потен­ции у Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, но при­шел 1917 год, и ком­му­ни­сти­че­ская рево­лю­ция смела с лица земли всю пред­ше­ству­ю­щую тра­ди­цию, и всех потен­ци­аль­ных кате­хи­зи­ру­е­мых, и тех, кто мог бы кате­хи­зи­ро­вать. Конечно, были слу­чаи част­ного огла­ше­ния, но они в совет­ском вре­мени рас­сы­паны по кру­пи­цам. Они для нас ценны, но мы не можем исполь­зо­вать их сей­час в каче­стве какого-то тра­ди­ци­он­ного мате­ри­ала или как какую-то нара­бо­тан­ную методологию.

И вот реформы, кото­рые вошли в нашу жизнь под име­нем пере­стройки, поста­вили Цер­ковь перед опре­де­лен­ного рода про­бле­мой. Выяс­ни­лось, что к этим рефор­мам Цер­ковь ока­за­лась про­сто не готова. Во-пер­вых, был страх, чем эта идео­ло­ги­че­ская мета­мор­фоза может обер­нуться для Церкви, как уже и бывало во вре­мена Хру­щева. А во-вто­рых, Цер­ковь, кото­рая деся­ти­ле­ти­ями при­уча­лась к кате­хи­зи­че­скому без­мол­вию, когда свя­щен­ника за актив­ную кате­хи­зи­че­скую дея­тель­ность могли либо рас­стре­лять, либо сослать в места не столь отда­лен­ные, про­сто не могла извлечь из своей среды доста­точ­ное коли­че­ство людей, кото­рые могли бы пре­по­дать основы пра­во­слав­ной веры на достой­ном уровне. Все мы пом­ним эти года. 1989–1992 годы, в Тро­иц­ком соборе Алек­сан­дро-Нев­ской Лавры после Литур­гии, один свя­щен­ник совер­шал кре­ще­ние над 200-ми людьми, кото­рые при­шли вме­сте со сво­ими детьми. Ужа­са­ю­щее зре­лище, кото­рое могло только отпуг­нуть от Церкви. Но осуж­дать свя­щен­ни­ков, кото­рые участ­во­вали в этой акции, во «вто­ром Кре­ще­нии Руси», кото­рое так и не состо­я­лось, язык не повер­нется. Во-пер­вых, потому что кре­стили «страха ради смерт­ного», боя­лись, что все скоро закон­чится, поэтому было жела­ние как можно боль­шим людям, жела­ю­щим при­нять таин­ство Кре­ще­ния, это таин­ство пре­по­дать. А во-вто­рых, повто­ряю, про­сто не было людей, кото­рые могли бы в тех усло­виях огла­шать на доста­точно хоро­шем уровне.

В 1991 году создан при Мос­ков­ской Пат­ри­ар­хии отдел по обра­зо­ва­нию и кате­хи­за­ции. Про­шло уже много лет, а мы по-преж­нему пре­бы­ваем в мень­шин­стве. И нали­чие людей на этой кон­фе­рен­ции, и то, насколько это отзы­ва­ется на пра­во­слав­ных при­хо­дах сей­час, ста­вит перед нами вопрос: «Если эта запо­ведь Божья тео­ре­ти­че­ски условна, и если нет тех, кого должно кате­хи­зи­ро­вать, то надо ли её исполнять».

Но повторю, что в Рос­сии не было и сей­час нет такой ситу­а­ции, когда в эле­мен­тар­ном рели­ги­оз­ном обра­зо­ва­нии не нуж­да­лись бы люди, кото­рые хотели бы всту­пить в Цер­ковь. При­чем, даже если боль­шая часть людей покре­сти­лась в 90‑е годы, сей­час они про­дол­жают при­хо­дить в цер­ковь в каче­стве крест­ных роди­те­лей, при­но­сят кре­стить своих детей. И мы по-преж­нему встаем перед про­бле­мой: кре­стить про­сто так, без огла­ше­ния или оглашать?

У меня воз­ни­кает вопрос: почему мы не можем жестко отка­зать? Было в Древ­ней Церкви у людей такое право: если мотивы при­хода в Цер­ковь были несо­сто­я­тельны, если они были прямо враж­деб­ные, маги­че­ские, то Цер­ковь могла прямо ска­зать: «Вам мы в кре­ще­нии отка­зы­ваем». И вот, поэтому, воз­вра­ща­ясь к вре­ме­нам пере­стройки, я все­гда при­вожу один и тот же при­мер. Один мой друг, ураль­ский свя­щен­ник, при­няв­ший сан, активно зани­ма­ю­щийся кате­хи­за­тор­ской и мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­стью, рас­ска­зы­вал о том, как у него состо­ялся нели­це­при­ят­ный раз­го­вор со своим отцом-насто­я­те­лем, почтен­ным про­то­и­е­реем, кото­рый видя то, чем на свой страх и риск зани­ма­ется моло­дой свя­щен­ник, упрек­нул его, ска­зав, что за 30 лет сто­я­ния у пре­стола ему и в голову не при­хо­дило утруж­дать какими-то заня­ти­ями чело­века, при­шед­шего кре­ститься. На что этот моло­дой свя­щен­ник спра­вед­ливо воз­ра­зил, что в совет­ские вре­мена сам при­ход в цер­ковь носил харак­тер жертвы, и тогда дей­стви­тельно доста­точно было такого чело­века, жерт­ву­ю­щего мно­гим, про­сто кре­стить, не имея воз­мож­но­сти его кате­хи­зи­ро­вать. И сей­час, когда чело­век, про­ся­щий о кре­ще­нии, не жерт­вует ничем, ибо это уже не чре­вато ни ком­со­моль­скими, ни проф­со­юз­ными раз­бор­ками и собра­ни­ями, то Цер­ковь про­сто обя­зана такого чело­века или ребенка про­ве­сти через огла­ше­ние. И я бы сфор­му­ли­ро­вал это про­стым тези­сом: период вынуж­ден­ного упадка и насиль­ствен­ной немощи не может слу­жить при­ме­ром новой традиционности.

И вот опять вер­нусь к началу сво­его доклада. С одной сто­роны, Еван­ге­лие от Мат­фея мы читаем на Свет­лой Сед­мице каж­дое вос­кре­се­ние на Крест­ном ходу, и все время эти слова «идите и научите» внед­ря­ются в наше созна­ние. Вроде, и идти даже не надо, если речь не о мис­си­о­нер­стве, ведь к нам сами при­хо­дят, но вме­сте с тем науче­ния нет.

Мы слы­шим слова о необ­хо­ди­мо­сти кате­хи­за­ции в выступ­ле­ниях свя­тей­шего Пат­ри­арха, есть прин­ци­пи­аль­ное согла­сие свя­щен­но­на­ча­лия, хотя бы на уровне епар­хии, и в то же время не про­ис­хо­дит того, что должно бы про­ис­хо­дить. И воз­ни­кает вопрос: обще­из­вестно, но не обще­обя­за­тельно? Почему?

С одной сто­роны, при­вычка, инер­ция совет­ского вре­мени, освя­щен­ная слу­же­нием почтен­ных отцов-насто­я­те­лей и про­то­и­е­реев, как я уже ска­зал. С дру­гой сто­роны, неуме­ние, непод­го­тов­лен­ность даже тех, кто, в прин­ципе, согла­сен. Но это чисто отвле­чен­ное согла­сие рож­дает жела­ние опять-таки абстракт­ного харак­тера, ни к чему не при­во­дя­щее. Но всё-таки эти две кате­го­рии людей, в общем-то, не явля­ются людьми враж­деб­ными кате­хи­за­ции. Потому что при жела­нии все­гда можно убе­дить такого чело­века, что кате­хи­за­ция нужна, и даже если у кого-то нет спо­соб­но­стей, все­гда можно пред­ло­жить в помощь тех, кто чув­ствует свое при­зва­ние к кате­хи­зи­че­ской дея­тель­но­сти. Благо, есть епар­хи­аль­ные курсы, и еже­годно выпус­ка­ется зна­чи­тель­ное коли­че­ство людей, кото­рых можно при­вле­кать для кате­хи­зи­че­ской дея­тель­но­сти. И только нере­шен­ность вопроса на местах и, пожа­луй, наверху, при­во­дит к тому, что даро­ва­ния, уме­ния, зна­ния этих людей ока­зы­ва­ются невос­тре­бо­ван­ными. Гораздо слож­нее пре­одо­леть труд­но­сти прин­ци­пи­аль­ного несо­гла­сия, они тоже имеются.

Тема моего доклада «Основ­ные воз­ра­же­ния про­тив кате­хи­за­ции и их несо­сто­я­тель­ность». Оче­видно, что те при­меры из исто­рии, когда наблю­да­ется спон­тан­ное кре­ще­ние, нельзя при­ме­нять к реа­лиям рус­ской жизни. Это были люди, кото­рых можно было бы образно назвать «про­зе­ли­тами врат», люди, кото­рые уже при­над­ле­жали к иудей­ской тра­ди­ции, кото­рые уже одной ногой сто­яли в Церкви. Для них откро­ве­ние Еван­ге­лия заклю­ча­лось только в имени Мес­сии, и это имя — Иисус. Поэтому осо­бого настав­ле­ния для этих людей не предполагалось.

Я думаю, что к тем воз­ра­же­ниям, кото­рые я пред­ложу вашему вни­ма­нию, кто-то, воз­можно, доба­вит что-то еще.

1) Вот фраза Хри­ста: «Кто не родится от воды и Духа, тот не может войти в Цар­ство Небес­ное». Эти слова Еван­ге­лия ложатся в основу страха за посмерт­ную участь чело­века, и этот страх дол­жен побу­дить свя­щен­ника кре­стить такого чело­века без про­мед­ле­ния. Кто-то из свя­щен­ни­ков ска­жет: «Боюсь отве­чать. Ведь чело­век при­шел про­сить меня о кре­ще­нии, а я ему отка­зал, и в слу­чае смерти такого чело­века некре­ще­ным, я буду отве­чать за то, что отре­зал этому чело­веку вход в Цар­ство Небесное».

Свя­щен­нику я бы воз­ра­зил здесь про­стыми сло­вами: «Ты боишься не соблю­сти запо­ведь, но, соблю­дая её в таком виде, ты соблю­да­ешь ее только напо­ло­вину, потому что, не под­го­то­вив такого чело­века, ты не выра­жа­ешь пол­ного цер­ков­ного согла­сия, а пред­ла­га­ешь какой-то уре­зан­ный вари­ант». Что же каса­ется более про­стран­ных воз­ра­же­ний на этот аргу­мент, то я бы ска­зал так: нельзя одними сло­вами Спа­си­теля пере­чер­ки­вать дру­гие Его слова. Дол­жен быть разум­ный син­тез, потому что ска­зав­ший «не родив­шийся от воды и Духа не может войти в Цар­ствие Небес­ное» пред­по­ла­гал это вхож­де­ние через пред­ва­ри­тель­ное науче­ние. Кре­ще­ние — это не сто­про­цент­ный про­пуск в рай. Можно было бы ска­зать, что это одно из усло­вий, необ­хо­ди­мое для того, чтобы насле­до­вать Цар­ство Небес­ное, но недо­ста­точ­ное, и даже о необ­хо­ди­мо­сти этого усло­вия можно дис­ку­ти­ро­вать. Так как в Еван­ге­лии от Марка есть такие слова: «Кто верует и кре­стится, тот спа­сен будет, а кто не верует, тот осуж­ден будет», а куда кре­ще­ние делось? Что еван­ге­лист забыл вне­сти его? Конечно же, нет. Сколько угодно было ситу­а­ций, когда чело­век, веру­ю­щий, обра­тив­шийся ко Хри­сту, по каким-то при­чи­нам не смог при­нять таин­ства Кре­ще­ния, но имел твёр­дую веру, кото­рая необ­хо­дима, как усло­вие насле­до­ва­ния рая, как усло­вие пере­хода в жизнь веч­ную. И Хри­стос под­ра­зу­ме­вает нали­чие в раю тех, кто верит в Него, но по каким-то при­чи­нам не про­шел через таин­ство Крещения.

2) Дру­гой тезис: глав­ное кре­стить, а бла­го­дать все сде­лает. Здесь на лицо маги­че­ский под­ход с эле­мен­тар­ным забве­нием свя­то­оте­че­ского уче­ния о сора­бот­ни­че­стве двух воль — боже­ствен­ной и человеческой.

Но можно пред­ло­жить ори­ги­наль­ную ана­ло­гию: если нам доста­ется при­уса­деб­ный уча­сток, то с момента полу­че­ния этого участка до сбора уро­жая необ­хо­димы огром­ные тру­до­за­траты. Надо и дере­вья сру­бить, и рас­кор­че­вать, и от кам­ней очи­стить, и рас­пла­ни­ро­вать этот уча­сток, и грядки сде­лать, и удоб­ре­ния поло­жить, и засе­ять, и только потом, долго уха­жи­вая за любой куль­ту­рой, можно наде­яться на то, что земля нач­нет пло­до­но­сить. И если при­ме­нить эту ана­ло­гию к кре­ще­нию, то можно ска­зать так: боль­шую часть труда по обла­го­ра­жи­ва­нию нашей души в кре­ще­нии Бог про­де­лы­вает за нас, эти шесть соток земли нашей души, дан­ной нам в без­воз­мезд­ное поль­зо­ва­ние, Бог рас­ко­пал, рас­кор­че­вал, очи­стил от кам­ней, сде­лал грядки, бро­сил семя веч­но­сти. Но если мы не будем уха­жи­вать вме­сте с Богом за тем, что в нас Гос­подь засеял, то в итоге может ничего не быть.

3) Сле­ду­ю­щий тезис: «За кре­ще­ного можно молится в церкви на Литур­гии». Цер­ковь пред­ла­гает много молитв за огла­шен­ных и за некре­ще­ных и помимо Литур­гии. Напри­мер, на молебне, где вполне уместно поми­но­ве­ние тех, кто еще не кре­щен, и даже на Литур­гии есть молитвы за огла­шен­ных. Но здесь именно такой тезис зна­ю­щих людей: «Отыми, Гос­поди, грехи поми­нав­шихся здесь Кро­вию Твоею чест­ною». Дескать, «как мы можем отка­зы­вать в евха­ри­сти­че­ском поми­но­ве­нии таким людям? А если мы их покре­стим, то можно высы­пать в чашу с Кро­вию Хри­сто­вой частички, выну­тые на про­ско­ми­дии за этих людей. Эта жертва велика, и Гос­подь непре­менно сни­зой­дет к этим людям, даже если по каким-то при­чи­нам они еще не воцерковлены».

Я бы ска­зал так: на пер­вый взгляд это очень силь­ный аргу­мент. Но только на пер­вый взгляд. Здесь мне видится уход от ответ­ствен­но­сти за ту мис­сию, кото­рую Бог воз­ло­жил на чело­века. Если чело­век согла­ша­ется кре­ститься, то, что мешает про­ве­сти его через пред­ва­ри­тель­ную под­го­товку. Если он согла­ша­ется кре­ститься, но отка­зы­ва­ется от этой под­го­товки, зачем пона­прасну доку­чать Богу, видя без­от­вет­ствен­ность такого лица? Здесь поз­вольте мне напом­нить слова Фомы Аквин­ского: «Мы должны молиться так, как будто все зави­сит от Бога, а посту­пать так, как будто все зави­сит от нас». Речь идет об ответ­ствен­но­сти, кото­рая ложится на каж­дого чело­века, в том числе и на свя­щен­ника. В про­тив­ном слу­чае мы про­сим Бога быть чудом, омыть чело­века, сде­лать его цер­ков­ным там, где чудом должны быть мы сами. Бог воз­ло­жил на нас апо­столь­скую мис­сию, и зачем нам от нее отказываться?

4) Ну, и, пожа­луй, такой болез­нен­ный вопрос, как дет­ское кре­ще­ние. Осо­бенно сложно отка­зы­вать, когда про­сят кре­стить детей. Вроде бы, нехо­рошо, нам дитя при­несли, а мы гово­рим — нет, и выстав­ляем какой-то барьер. И защит­ники этого тезиса спра­ши­вают: «чему учить ребенка?», если речь идет о кре­ще­нии мла­ден­че­ском. Но напомню вам, что в Древ­ней Церкви суще­ство­вали сле­ду­ю­щие усло­вия, по кото­рым кре­стили без пред­ва­ри­тель­ного огла­ше­ния: во-пер­вых, по факту рож­де­ния от цер­ков­ных роди­те­лей. Цер­ковь пер­во­на­чально была не столь мно­го­чис­ленна, и дети, кото­рые рож­да­лись в чисто цер­ков­ных семьях, авто­ма­ти­че­ски ста­но­ви­лись чле­нами Церкви, без какой бы то ни было кате­хи­за­ции и даже обще­ния с роди­те­лями. В луч­шем слу­чае епи­скоп или свя­щен­ник, совер­ша­ю­щий Таин­ство, мог ска­зать насколько напут­ствен­ных слов, но систе­ма­ти­че­ское огла­ше­ние здесь было про­сто не нужно, ибо это были члены Церкви. Во-вто­рых, если чело­век выска­зы­вает жела­ние кре­ститься на смерт­ном одре. Даже чин треб­ника пред­по­ла­гает кре­ще­ние «по скору» для такой кате­го­рии людей. Но, если такой чело­век выздо­рав­ли­вал, его всё равно про­во­дили через кате­хи­за­цию и объ­яс­няли то, что должны были объ­яс­нить. И, нако­нец, муче­ники, кре­стив­ши­еся в соб­ствен­ной крови, про­сто физи­че­ски не успев­шие пройти через таин­ство Кре­ще­ния, но испо­ве­до­вав­шие себя хри­сти­а­нами. Вот эти три кате­го­рии, кото­рые через огла­ше­ние не проходили.

Если ребе­нок рож­да­ется от цер­ков­ных роди­те­лей, то по-преж­нему соблю­да­ется обы­чай Древ­ней Церкви, и ни о каком огла­ше­нии речи идти не может. Если же, напро­тив, ребе­нок, кото­рого хотят кре­стить, при­но­сится роди­те­лями и крест­ными, кото­рых свя­щен­ник пер­вый раз видит, здесь как раз бла­го­дат­ная воз­мож­ность испра­вить ситу­а­цию, сло­жив­шу­юся в пер­вые годы пере­стройки. И кре­ще­ные роди­тели — это те люди, с кото­рыми можно и нужно зани­маться, потому что учим мы не мла­ден­цев, а их роди­те­лей, физи­че­ских и духов­ных. В про­тив­ном слу­чае, я думаю, ничего страш­ного, если в кре­ще­нии будет отка­зано, потому что мотивы роди­те­лей и вос­при­ем­ни­ков, кото­рых они при­во­дят, для Церкви не известны, а раз так, то Цер­ковь может поста­вить преграду.

5) Нако­нец, еще один тезис. Огла­ше­ние в прак­тике Древ­ней церкви — это пере­мена жизни, а не инфор­ма­ция о пере­мене жизни. Полу­го­дич­ное, годич­ное или месяч­ное заня­тие с огла­ша­е­мым — это еще один лек­то­рий, еще один тип зна­ний, кото­рый, наряду с дру­гими зна­ни­ями, попа­дает в созна­ние при­шед­шего в цер­ковь чело­века. И где гаран­тии, что чело­век, про­шед­ший через такого рода лек­то­рий, ста­нет дру­гим? Вопрос сво­дится к сле­ду­ю­щему: как поме­нять жизнь, не зная, в какую сто­рону ее менять, и слова о том, в какую сто­рону идти, лучше без­мол­вия. Можете ли вы ска­зать, что научен­ный, хотя и не свя­тыми людьми, а кате­хи­за­то­рами, и кре­ще­ный чело­век так же неустой­чив в вере, как и кре­щен­ный без вся­кой под­го­товки? Я думаю, что все-таки науче­ние, даже и не свя­тыми людьми, даст какой-то плод.

6) Ну и, нако­нец, послед­ний тезис, почти анек­до­тич­ный, но слы­шан­ный мной вжи­вую, кли­ри­каль­ный тезис. На одном собра­нии свя­щен­ник ска­зал: «Кре­ще­ние — это часть цер­ков­ных доходов».

Да, я, как насто­я­тель, под­твер­ждаю, что взносы в епар­хию, кото­рые мы должны пла­тить, скла­ды­ва­ются, в том числе, и из дохо­дов от кре­ще­ния. Но я внут­ренне напрягся от таких слов и отве­тил: «Это Вы, батюшка, на Страш­ном Суде ска­жете о том, что между вве­де­нием в цер­ковь по запо­веди и Вашим жела­нием кре­стить без кате­хи­за­ции лежат пре­пят­ствием те налоги, кото­рые вы должны пла­тить епар­хии». Поэтому, конечно, это не состо­я­тель­ный тезис. И я думаю, что те насто­я­тели, кото­рые здесь при­сут­ствуют, уж если на то пошло, ради пользы дела могут отка­заться от сбора за кре­ще­ние, ибо, когда чело­век вой­дет в Цер­ковь, он вер­нет эти деньги сво­ими пожерт­во­ва­ни­ями. А цер­ков­ный налог мы запла­тим из каких-нибудь дру­гих средств.

Те тезисы, кото­рые я пред­ло­жил, явля­ются самыми рас­про­стра­нен­ными. Воз­ра­же­ния про­тив про­ве­де­ния кате­хи­за­ции иллю­стри­руют их бого­слов­скую, чисто тео­ре­ти­че­скую несо­сто­я­тель­ность, в то время как прак­ти­че­ски они очень состо­я­тельны и живы, потому что и коли­че­ство при­сут­ству­ю­щих, и то, как обстоит дело на при­хо­дах, гово­рит о том, что совре­мен­ная прак­тика вся вос­стает про­тив слов Хри­ста о науче­нии. Но мы для того и собра­лись, чтобы ситу­а­цию поме­нять. Мы можем и должны ее поме­нять. Поэтому каж­дый в меру своих уси­лий дол­жен идти к тому, чтобы ситу­а­ция изме­ни­лась, хотя бы ради того, чтобы нам быть после­до­ва­тель­ными в отно­ше­нии к запо­ве­дям Божиим.

Отдел рели­ги­оз­ного обра­зо­ва­ния и
кате­хи­за­ции Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви 

Пле­нар­ное засе­да­ние «Кате­хи­за­тор­ская деятельность
Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви на совре­мен­ном этапе».

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки