Основы православия — Серебрякова Ю.В., Никулина Е.Н., Серебряков Н.С.

Основы православия — Серебрякова Ю.В., Никулина Е.Н., Серебряков Н.С.


Учеб­ное посо­бие содер­жит основ­ные све­де­ния о Пра­во­сла­вии, его уче­нии, исто­рии, бого­слу­жеб­ной тра­ди­ции. В посо­бии дано ком­мен­ти­ро­ван­ное изло­же­ние Свя­щен­ной исто­рии Вет­хого и Нового Завета, рас­смот­рено дог­ма­ти­че­ское уче­ние Пра­во­слав­ной Церкви в объ­еме Сим­вола веры, разъ­яс­нены зна­че­ние Таинств и смысл дву­на­де­ся­тых празд­ни­ков, кратко опи­саны пра­вила совер­ше­ния богослужения.

Оглав­ле­ние

Пра­во­слав­ный Свято-Тихо­нов­ский Гума­ни­тар­ный Уни­вер­си­тет Факуль­тет допол­ни­тель­ного обра­зо­ва­ния Кафедра теологии

Учеб­ное посо­бие содер­жит основ­ные све­де­ния о Пра­во­сла­вии, его уче­нии, исто­рии, бого­слу­жеб­ной традиции.
В посо­бии дано ком­мен­ти­ро­ван­ное изло­же­ние Свя­щен­ной исто­рии Вет­хого и Нового Завета, рас­смот­рено дог­ма­ти­че­ское уче­ние Пра­во­слав­ной Церкви в объ­еме Сим­вола веры, разъ­яс­нены зна­че­ние Таинств и смысл дву­на­де­ся­тых празд­ни­ков, кратко опи­саны пра­вила совер­ше­ния бого­слу­же­ния, пред­став­лен обзор основ­ных эта­пов исто­рии Все­лен­ской Церкви и Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви.
Содер­жа­ние учеб­ного посо­бия соот­вет­ствует про­грамме всту­пи­тель­ного собе­се­до­ва­ния по осно­вам хри­сти­ан­ства на факуль­тете допол­ни­тель­ного обра­зо­ва­ния (ФДО) ПСТГУ.
Учеб­ное посо­бие пред­на­зна­чено для посту­па­ю­щих на ФДО, но может ока­зать зна­чи­тель­ную помощь при под­го­товке к всту­пи­тель­ному экза­мену и на дру­гие факуль­теты ПСТГУ. Посо­бие может исполь­зо­ваться педа­го­гами и кате­хи­за­то­рами в про­све­ти­тель­ской работе среди детей и взрос­лых (в том числе, в свет­ских учеб­ных заве­де­ниях и вос­крес­ных шко­лах), а также стать источ­ни­ком пер­во­на­чаль­ных све­де­ний о вере для самого широ­кого круга чита­те­лей, инте­ре­су­ю­щи­еся уче­нием и исто­рией Пра­во­слав­ной Церкви.

Предисловие

Насто­я­щее учеб­ное посо­бие ори­ен­ти­ро­вано, прежде всего, на буду­щих слу­ша­те­лей факуль­тета допол­ни­тель­ного обра­зо­ва­ния (ФДО) ПСТГУ, поэтому состав­лено в соот­вет­ствии с при­ня­той на факуль­тете про­грам­мой всту­пи­тель­ного собе­се­до­ва­ния по Осно­вам христианства.

После­до­ва­тель­ность семи раз­де­лов посо­бия отра­жает реко­мен­до­ван­ный поря­док изу­че­ния пред­мета: вна­чале свя­щен­ная исто­рия Вет­хого и Нового Заве­тов, затем систем­ное изло­же­ние основ хри­сти­ан­ского веро­уче­ния (в объ­еме Сим­вола веры), опи­са­ние бого­слу­жеб­ной жизни Церкви (зна­че­ние Таинств, смысл дву­на­де­ся­тых празд­ни­ков, поря­док совер­ше­ния цер­ков­ных служб), и, нако­нец, обзор цер­ков­ной исто­рии (основ­ных эта­пов исто­рии Все­лен­ской Церкви и Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви), явля­ю­щейся про­дол­же­нием свя­щен­ной исто­рии Нового Завета. После­до­ва­тель­ное чте­ние поз­во­лит также посте­пенно усво­ить базо­вую бого­слов­скую лексику.

Почему изу­че­ние основ хри­сти­ан­ства начи­на­ется зна­ком­ством с исто­рией Вет­хого Завета? Хри­сти­ане верят, что Бог есть Бог-Тро­ица: Отец, Сын и Свя­той Дух, и что Вто­рое Лицо Свя­той Тро­ицы, Бог-Сын, ради спа­се­ния людей стал чело­ве­ком и изба­вил людей от вла­сти смерти, греха и диа­вола. Но о том, как люди под­пали под власть смерти, греха и диа­вола, о том, почему чело­ве­че­ству был необ­хо­дим при­ход Спа­си­теля, об исто­рии ожи­да­ния Мес­сии рас­ска­зы­ва­ется в Писа­нии Вет­хого Завета – и вне этого кон­тек­ста нельзя понять ново­за­вет­ную исто­рию [1].

О собы­тии Бого­во­пло­ще­ния, о про­по­веди Гос­по­дом Иису­сом Хри­стом пока­я­ния и при­бли­же­ния Цар­ства Божия, о Его Крест­ной смерти и Вос­кре­се­нии, об обра­зо­ва­нии Сыном Божиим Свя­той Церкви через нис­по­сла­ние Духа Свя­того и начале рас­про­стра­не­ния хри­сти­ан­ства апо­сто­лами, уче­ни­ками Хри­ста, гово­рит Писа­ние Нового Завета. Ком­мен­ти­ро­ван­ному обзору этих собы­тий посвя­щен вто­рой раз­дел пособия.

Сле­ду­ю­щие три раз­дела посо­бия содер­жат крат­кое изло­же­ние дог­ма­ти­че­ского уче­ния Пра­во­слав­ной Церкви и обзор ее бого­слу­жеб­ной жизни. Свя­тая Цер­ковь явля­ется хра­ни­тель­ни­цей Боже­ствен­ного Откро­ве­ния и истин­ного почи­та­ния Бога. Через Цер­ковь люди усва­и­вают плоды искуп­ле­ния и спа­се­ния, совер­шен­ного Бого­че­ло­ве­ком Иису­сом Хри­стом. В ней вос­ста­нав­ли­ва­ется нару­шен­ная в момент гре­хо­па­де­ния пра­ро­ди­те­лей связь чело­века с Богом и повре­жден­ная гре­хом чело­ве­че­ская при­рода. Этому вос­ста­нов­ле­нию слу­жат уста­нов­лен­ные Богом цер­ков­ные Таин­ства. Через Таин­ство Кре­ще­ния чело­век вхо­дит в Цер­ковь, через уча­стие в Таин­стве Евха­ри­стии – живет в Ней. Все сто­роны чело­ве­че­ской жизни полу­чают освя­ще­ние в Церкви через свя­тые Таин­ства. Кроме Таинств в Церкви есть бого­слу­жеб­ная жизнь — внеш­нее выра­же­ние внут­рен­ней устрем­лен­но­сти чело­века к Творцу. Если Таин­ства – это то, что Бог дал чело­веку, то бого­слу­же­ние, молитва – это бла­го­дар­ный ответ человека.

Пре­бы­ва­ние в Церкви воз­можно только при усло­вии вер­но­сти Хри­стову уче­нию, пере­дан­ному нам через свя­тых апо­сто­лов. Но не все хри­сти­ане сохра­нили в чистоте Боже­ствен­ное Откро­ве­ние и истин­ное бого­по­чи­та­ние. Известны слу­чаи мас­со­вых отпа­де­ний от Церкви, само круп­ное из кото­рых – отпа­де­ние Рим­ской Церкви (XI в.). В XVI веке от нее отде­лился про­те­стан­тизм, рас­пав­шийся впо­след­ствии на мно­го­чис­лен­ные тече­ния. Но Все­лен­ская Цер­ковь про­дол­жает хра­нить непо­вре­жден­ным уче­ние Гос­пода Иисуса Хри­ста и апо­столь­ское пре­ем­ство. Она назы­ва­ется Пра­во­слав­ной, потому что в ней пра­вильно сла­вится Бог, то есть сохра­ня­ется истин­ное бого­по­чи­та­ние. Обзору клю­че­вых собы­тий исто­рии все­лен­ской Церкви посвя­щен шестой раз­дел пособия.

Завер­ша­ется оно крат­кой исто­рией Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви: от кре­ще­ния и начала хри­сти­а­ни­за­ции нашей страны до исто­рии гоне­ний на Цер­ковь в ХХ веке и про­слав­ле­нии подвига ново­му­че­ни­ков и испо­вед­ни­ков российских.

Авторы выра­жают сер­деч­ную при­зна­тель­ность заве­ду­ю­щему кафед­рой Тео­ло­гии ПСТГУ
П.Ю. Мал­кову за цен­ные советы по содер­жа­нию посо­бия, а также своим кол­ле­гам – пре­по­да­ва­те­лям ПСТГУ игу­мену Тихону (Полян­скому) и Н.Д. Гим­ра­нову за помощь в под­боре мате­ри­а­лов по раз­де­лам «Свя­щен­ная исто­рия Вет­хого Завета», «Пра­во­слав­ное веро­уче­ние», «Основ­ные собы­тия исто­рии Все­лен­ской Церкви», «Основ­ные собы­тия исто­рии Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви».

Раздел № 1. Священная история Ветхого Завета

Значение понятий «Божественное Откровение», «Священное Предание», «Священное Писание», «Библия», «Ветхий и Новый Завет»

Целью Боже­ствен­ного домо­стро­и­тель­ства, т. е. попе­че­ния Бога о Своем тво­ре­нии, явля­ется спа­се­ние чело­века и соеди­не­ние его с Твор­цом. Сви­де­тель­ством заботы Бога о чело­ве­че­стве явля­ется Боже­ствен­ное Откро­ве­ние – то, что «Сам Бог поже­лал открыть людям, чтобы они могли пра­вильно и спа­си­тельно в Него веро­вать и достойно Его чтить» [2].

Боже­ствен­ное Откро­ве­ние сохра­ня­ется в Церкви и рас­про­стра­ня­ется среди людей через Свя­щен­ное Пре­да­ние. «Под име­нем Свя­щен­ного Пре­да­ния разу­ме­ется то, когда истинно веру­ю­щие и чту­щие Бога сло­вом и при­ме­ром пере­дают один дру­гому, и предки потом­кам, уче­ние веры, закон Божий, Таин­ства и свя­щен­ные обряды» [3]. Само слово «пре­да­ние» (греч. paradosis) озна­чает пере­дачу, остав­ле­ние в наслед­ство. Оно ука­зы­вает, прежде всего, на дей­ствие, то есть на сам про­цесс пере­дачи: «… я от Самого Гос­пода при­нял то, что и вам пере­дал» − гово­рит св. ап. Павел (1 Кор. 11.23).

Одной из форм Свя­щен­ного Пре­да­ния явля­ется Свя­щен­ное Писа­ние или Биб­лия. Биб­лияслово гре­че­ское, на рус­ский язык пере­во­дится сло­вом «книги». Она пред­став­ляет собой собра­ние книг, боль­шая часть кото­рых бого­дух­но­венны, т. е. напи­саны избран­ными Богом людьми (про­ро­ками и апо­сто­лами) по вдох­но­ве­нию Свя­того Духа.Библию назы­вают Свя­щен­ным Писа­нием, так как все, исхо­дя­щее от Бога, свято.

Биб­лия раз­де­ля­ется на два отдела – Вет­хий Завет и Новый Завет. «Завет» озна­чает союз Бога с людьми. Вет­хий Завет был заклю­чен сразу после гре­хо­па­де­ния пер­вых людей и про­дол­жался до при­ше­ствия в мир Хри­ста Спа­си­теляСына Божия. С при­ше­ствием Спа­си­теля между Богом и людьми был уста­нов­лен Новый Завет, кото­рый, в отли­чие от Вет­хого, явля­ется заве­том вечным.

Биб­лия состоит из 77 книг: 50 вет­хо­за­вет­ных и 27 ново­за­вет­ных. Вет­хо­за­вет­ные книги делятся на кано­ни­че­ские (39 книг) и нека­но­ни­че­ские (11 книг). Кано­ни­че­ские книги, по уче­нию Церкви, явля­ются бого­дух­но­вен­ными; нека­но­ни­че­ские не при­зна­ются бого­дух­но­вен­ными, но, вслед­ствие нази­да­тель­ного харак­тера, реко­мен­ду­ются хри­сти­а­нам для чтения.

Все кано­ни­че­ские книги Вет­хого Завета пер­во­на­чально были напи­саны на древ­не­ев­рей­ском языке. В III веке до н.э. вет­хо­за­вет­ные книги были пере­ве­дены на гре­че­ский язык. По пре­да­нию, этот труд про­де­лали 72 тол­ков­ника, поэтому этот пере­вод сокра­щенно назы­ва­ется пере­во­дом семи­де­сяти двух или про­сто пере­во­дом семи­де­сяти (сокра­щенно – LXX).

Книги Нового Завета были напи­саны на древ­не­гре­че­ском языке, за исклю­че­нием Еван­ге­лия от Мат­фея, ори­ги­наль­ным язы­ком кото­рого, ско­рее всего, был еврейский.

Начи­ная с IV века после Р.Х., начался пере­вод всей Биб­лии – и Вет­хого, и Нового Завета – на дру­гие языки. На сла­вян­ский язык Биб­лия была пере­ве­дена во вто­рой поло­вине IX века тру­дами свя­тых бра­тьев, рав­ноап­о­столь­ных Кирилла и Мефо­дия. На рус­ский язык Биб­лию пере­вели в XIX веке. Этот пере­вод был сде­лан по бла­го­сло­ве­нию Свя­тей­шего Синода, поэтому его назы­вают Сино­даль­ным переводом.

По сво­ему содер­жа­нию книги Вет­хого Завета условно делятся на четыре раз­ряда: зако­но­по­ло­жи­тель­ные, исто­ри­че­ские, учи­тель­ные и про­ро­че­ские. Но при всем раз­но­об­ра­зии содер­жа­ния через все книги Биб­лии крас­ной нитью про­хо­дит еди­ная идея – вос­пи­та­ние и спа­се­ние пад­шего человека.

Происхождение мира и грехопадение прародителей

Биб­лей­ское повест­во­ва­ние о тво­ре­нии мира и чело­века. Жизнь пер­вых людей в раю. Гре­хо­па­де­ние пра­ро­ди­те­лей и его послед­ствия, поня­тие о пер­во­род­ном грехе, обе­то­ва­ние о Спа­си­теле (Быт. 3.15).

Дивишься, может быть, почему, пред­по­ло­жив гово­рить о воче­ло­ве­че­нии Слова, рас­суж­даем теперь о начале людей. Но и это не чуждо цели нашего рас­суж­де­ния. Говоря о при­ше­ствии к нам Спа­си­теля, необ­хо­димо нам ска­зать и о начале людей. Из этого узна­ешь, что наша вина послу­жила пово­дом к Его при­ше­ствию, и нашим пре­ступ­ле­нием вызвано чело­ве­ко­лю­бие Слова, чтобы Гос­подь при­шел к нам и явился среди людей.

Свт. Афа­на­сий Александрийский. 

О вопло­ще­нии Бога Слова, и о при­ше­ствии Его к нам во плоти, 1:4 [4]

Библейское повествование о творении мира и человека

Свя­щен­ное Писа­ние начи­на­ется с исто­рии о про­ис­хож­де­нии мира и чело­века – об этом гово­рят пер­вые две главы книги Бытия, напи­сан­ной св. про­ро­ком Моисеем.

«В начале сотво­рил Бог небо и землю» (Быт. 1.1). В этих немно­гих сло­вах выра­жена та истина, что все в мире, суще­ству­ю­щее как на небе, так и на земле, имеет свое начало. Сло­вом «в начале» ука­зы­ва­ется, что мир не вечен, он при­зван Богом из небы­тия к бытию, при­чем вме­сте с миром сотво­рено и время; до появ­ле­ния твар­ного мира вре­мени не было.

Бог тво­рит мир не из какого-то уже суще­ству­ю­щего мате­ри­ала, а в пря­мом смысле из ничего. И хотя об этом прямо гово­рится только в нека­но­ни­че­ской 2‑ой Мак­ка­вей­ской книге (7.28), в пер­вой главе книги Бытия это также под­ра­зу­ме­ва­ется, что отме­чают свя­тые отцы, тол­ку­ю­щие это место Писа­ния. На это ука­зы­вает, напри­мер, гла­гол бара («сотво­рил») в Быт. 1.1, кото­рый в Биб­лии упо­треб­ля­ется лишь для обо­зна­че­ния тво­ре­ния чего-то абсо­лютно нового.

Бог явля­ется един­ствен­ной при­чи­ной про­ис­хож­де­ния все­лен­ной, и без Него ничего не могло про­изойти. Мир не мог про­изойти ни от «слу­чая», ни от «само­за­рож­де­ния». Он про­изо­шел от сво­бод­ного реше­ния воли все­мо­гу­щего Бога, бла­го­во­лив­шего из небы­тия воз­звать мир к вре­мен­ному бытию.

Бог тво­рит посред­ством Сво­его все­мо­гу­щего Слова («И ска­зал Бог…», Быт. 1.3, 6, 7 и далее). Как пишет апо­стол Павел, “Верою познаем, что веки устро­ены сло­вом Божиим, так что из неви­ди­мого про­изо­шло види­мое” (Евр.11.3). А в Еван­ге­лии от Иоанна гово­рится, что «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог… все через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин. 1.1,3), где под твор­че­ским Сло­вом Божиим пони­ма­ется Вто­рая Ипо­стась Свя­той Тро­ицы – Сын Божий. А так как во вто­ром стихе пер­вой главы книги Бытия гово­рится и об уча­стии в тво­ре­нии Духа Свя­того, то можно видеть, что с самых пер­вых строк Биб­лии гово­рится о Боге как о Пре­свя­той Тро­ице.

Бог создал два мира: мир небес­ный, или ангель­ский, и мир зем­ной, или чув­ствен­ный. Ангель­ский мир был создан Богом прежде мира чув­ствен­ного, и о его тво­ре­нии прак­ти­че­ски ничего не гово­рится в Биб­лии. Тво­ре­ние же чув­ствен­ного мира подробно опи­сы­ва­ется про­ро­ком Моисеем.

Этот мир был создан Богом за шесть твор­че­ских дней [5]

Пред­ме­том тво­ре­ния пер­вого «дня» явля­ется свет. «И ска­зал Бог: да будет свет. И отде­лил Бог свет от тьмы» (Быт. 1.3–4).

Пред­ме­том тво­ре­ния вто­рого «дня» явля­ется твердь. Твердь в еврей­ском тек­сте выра­жа­ется сло­вом «ракиа», что зна­чит «про­стран­ство», «шатер». Бог назвал твердь небом.

В тре­тий день все­силь­ное Слово Божие обра­ща­ется к земле: «…Да про­из­рас­тит земля зелень, траву… дерево…» (Быт.1.11). Бог при­зы­вает землю соучаст­во­вать в созда­нии пер­вой био­ло­ги­че­ской жизни.

В чет­вер­тый день по слову Творца были созданы све­тила боль­шое (солнце) и малое (луна) и звезды.

В пятый день было сотво­рено нечто каче­ственно новое– живая душа. «И ска­зал Бог: да про­из­ве­дет вода пре­смы­ка­ю­щихся, душу живую; птицы да поле­тят над зем­лею по тверди небес­ной» (Быт.1.20). В силу этого Боже­ствен­ного изво­ле­ния совер­шился новый твор­че­ский акт – не про­сто фор­ми­ру­ю­щий что-то из уже гото­вого веще­ства, как в преды­ду­щие дни, а в пол­ном смысле твор­че­ский, каким был и пер­вый акт тво­ре­ния неба и земли – из ничего. И здесь во вто­рой раз упо­треб­лен гла­гол бара – «И сотво­рил Бог рыб боль­ших и вся­кую душу живот­ных пре­смы­ка­ю­щихся, кото­рых про­из­вела вода, по роду их, и вся­кую птицу пер­на­тую по роду ее» (Быт. 1.21).

Если в пятый день были созданы живые суще­ства, живу­щие в воде (рыбы и др.) и лета­ю­щие по воз­духу (птицы), то в шестой день засе­ли­лась и земля: «И ска­зал Бог: да про­из­ве­дет земля душу живую по роду ее, ско­тов, и гадов, и зве­рей зем­ных по роду их. И стало так. И создал Бог зве­рей зем­ных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов зем­ных по роду их» (Быт. 1.24–25).

В этот же день Гос­подь сотво­рил чело­века: «И ска­зал Бог: сотво­рим чело­века по образу Нашему [и] по подо­бию Нашему, и да вла­ды­че­ствуют они над… всею зем­лею…» (Быт. 1.26). Чело­век – венец всего тво­ре­ния – созда­ется по осо­бому совету Свя­той Тро­ицы (на что ука­зы­вает мно­же­ствен­ное число гла­гола «сотво­рим»). «И сотво­рил Бог чело­века…» (Быт. 1.27). Здесь в тре­тий раз в пер­вой главе книги Бытия упо­треб­лен гла­гол бара («сотво­рил»), что вновь гово­рит о том, что сей­час сотво­рено что-то абсо­лютно новое – не про­сто живая душа, как в пятый день, а суще­ство разум­ное. Более того, при тво­ре­нии чело­век заду­ман как образ и подо­бие сво­его Творца (см. Быт. 1.26). Но далее в тек­сте книги Бытия, где гово­рится о самом акте сотво­ре­ния, упо­ми­на­ется лишь «образ»: «И сотво­рил Бог чело­века по образу Сво­ему – по образу Божию сотво­рил его» (Быт. 1.27). Поэтому часто в свя­то­оте­че­ских тол­ко­ва­ниях гово­рится о раз­ли­че­нии образа и подо­бия Божия в чело­веке. Образ Божий даро­ван чело­веку Твор­цом и состоит в воз­мож­но­сти быть при­част­ни­ком Боже­ствен­ной жизни. Подо­бие же есть реа­ли­за­ция этой воз­мож­но­сти в жизни чело­века, и зави­сит от уси­лий чело­века в стрем­ле­нии к Богу. Чер­тами образа Божия явля­ются такие силы и спо­соб­но­сти чело­ве­че­ской при­роды, как духов­ность, разум­ность, сло­вес­ность, сво­бод­ная воля, твор­че­ство и др. А подо­бие дости­га­ется при направ­лен­но­сти этих сил и спо­соб­но­стей к добру. «Будьте совер­шенны, как совер­шен Отец ваш Небес­ный», — при­зы­вает Хри­стос чело­века раз­вить в себе образ Божий и стать подоб­ным сво­ему Творцу (Мф. 5.48).

Далее в пер­вой главе гово­рится о том, что Гос­подь создал и муж­чину, и жен­щину. «И сотво­рил Бог чело­века по образу Сво­ему – по образу Божию сотво­рил его; муж­чину и жен­щину сотво­рил их» (Быт. 1.27).

Во вто­рой главе книги Бытия уточ­ня­ется, каким обра­зом Бог создал чело­века: «И создал Бог чело­века из праха зем­ного, и вду­нул в лице его дыха­ние жизни, и стал чело­век душею живою» (Быт. 2.7). Здесь под­чер­ки­ва­ется связь чело­века по его телу со всем чув­ствен­ным миром (с «пра­хом»), и связь души чело­века с Богом. Однако отсюда нельзя делать вывод о том, что душа чело­века есть частица Боже­ствен­ной Сущ­но­сти. Дуно­ве­нием озна­ча­ется Боже­ствен­ное дей­ствие, кото­рым тво­рится чело­ве­че­ская душа. Также под «дыха­нием жизни» пони­ма­ется Боже­ствен­ная бла­го­дать, сооб­щен­ная чело­ве­че­ской при­роде. Сле­до­ва­тельно, бла­го­дат­ное состо­я­ние чело­века явля­ется изна­чаль­ным, таким, каким оно и заду­мано Твор­цом, тогда как лише­ние бла­го­дати для чело­века противоестественно.

Во вто­рой главе также более подробно рас­ска­зы­ва­ется о тво­ре­нии жен­щины – помощ­ника чело­веку. Как к царю, создан­ному вла­ды­че­ство­вать над всеми живыми тво­ре­ни­ями земли (Быт. 1.28), Бог при­во­дит к чело­веку всех живот­ных и всех птиц, чтобы он осмот­рел их и в знак вла­сти над ними дал им имена. Но среди живот­ного мира не нашлось ни одного суще­ства, кто был бы подо­бен чело­веку и с кем он бы мог сло­весно обме­ни­ваться сво­ими мыс­лями и чув­ствами. «И ска­зал Гос­подь: не хорошо чело­веку быть одному; сотво­рим ему помощ­ника, соот­вет­ствен­ного ему» (Быт. 2.18). Тогда Гос­подь наво­дит сон на Адама, во время кото­рого из его ребра создает ему жену. Как только создана была жен­щина и при­ве­дена к Адаму, он про­ро­че­ски про­из­нес слова, кото­рые стали зако­ном брака на все после­ду­ю­щие века: «Вот, это кость от костей моих, и плоть от плоти моей; она будет назы­ваться женою, ибо взята от мужа [сво­его]. Потому оста­вит чело­век отца и мать свою и при­ле­пится к жене своей; и будут [два] одна плоть» (Быт. 2.23–24). Создав жену из ребра Адама, Гос­подь этим самым соблю­дает един­ство корня, от кото­рого должно было про­изойти все человечество.

Сотво­рив пер­вых людей, Гос­подь дал им запо­ведь о про­дол­же­нии рода и поста­вил их вла­ды­че­ство­вать над всею тва­рью: «И бла­го­сло­вил их Бог, и ска­зал им Бог: пло­ди­тесь и раз­мно­жай­тесь, и напол­няйте землю, и обла­дайте ею, и вла­ды­че­ствуйте над рыбами мор­скими [и над зве­рями,] и над пти­цами небес­ными, [и над вся­ким ско­том, и над всею зем­лею,] и над вся­ким живот­ным, пре­смы­ка­ю­щимся по земле» (Быт. 1.28).

Так закон­чи­лась исто­рия созда­ния мира. После каж­дого дня Гос­подь поло­жи­тельно оце­ни­вал резуль­таты Сво­его труда; еще выше эта поло­жи­тель­ная оценка была после шестого дня, когда все дела тво­ре­ния были окон­чены: «И уви­дел Бог все, что Он создал, и вот хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестый» (Быт. 1.31).

«И совер­шил Бог к седь­мому дню дела Свои, и почил в день седь­мый от всех дел Своих, кото­рые Он тво­рил и сози­дал. И бла­го­сло­вил Бог седь­мый день и освя­тил его» (Быт. 2.2–3). Шестым днем закон­чи­лись дела тво­ре­ния, однако не пре­кра­ти­лись дела про­мысла Божия о мире и чело­веке. Про­мыс­ли­тель­ная Боже­ствен­ная дея­тель­ность про­яв­ля­ется в сохра­не­нии сотво­рен­ного и в пре­муд­ром руко­вод­стве его даль­ней­шим суще­ство­ва­нием. Поэтому седь­мой «день» мы должны пони­мать как день, про­дол­жа­ю­щийся до насто­я­щего вре­мени – день про­мысла Божия. Освя­тив седь­мой день, Гос­подь выде­лил его из дру­гих дней, сде­лал его днем свя­щен­ным для чело­века, днем про­слав­ле­ния пре­муд­рого, все­бла­гого и все­мо­гу­щего Творца.

Жизнь первых людей в раю

Для оби­та­ния чело­века Гос­подь наса­дил, т.е. устроил осо­бым Своим дей­ствием, рай во Едеме – пре­крас­ный сад, спе­ци­ально выде­лен­ное место на земле (Быт. 2.8).[6] Нахо­дясь в раю, чело­век дол­жен был воз­де­лы­вать и хра­нить его (Быт. 2.15). Среди мно­го­чис­лен­ных пре­крас­ных рай­ских дере­вьев были два осо­бых дерева – дерево жизни и дерево позна­ния добра и зла. Дерево позна­ния добра и зла было избрано Богом как сред­ство испы­та­ния и вос­пи­та­ния чело­века в послу­ша­нии Богу. Гос­подь дал чело­веку запо­ведь не вку­шать пло­дов от этого дерева: «И запо­ве­дал Гос­подь Бог чело­веку, говоря: от вся­кого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева позна­ния добра и зла не ешь от него, ибо в день, в кото­рый ты вку­сишь от него, смер­тью умрешь» (Быт. 2.16,17).

На пер­вый взгляд кажется стран­ным упо­ми­на­ние смерти при опи­са­нии жизни чело­века среди бла­женств и кра­сот рая. Но, давая запо­ведь, Бог пока­зы­вает, что чело­век дол­жен был воз­де­лы­вать и хра­нить не только рай, но и себя самого – через испол­не­ние Божией запо­веди. Говоря о смерти, Бог пре­ду­пре­ждает Адама о послед­ствиях нару­ше­ния запо­веди. Смерть здесь может пони­маться дво­яко: как духов­ная смерть, кото­рая состоит в уда­ле­нии через непо­слу­ша­ние от Источ­ника жизни – Бога, и как телес­ная смерть, при­во­дя­щая к отде­ле­нию души от тела и раз­ру­ше­нию послед­него и явля­ю­ща­яся лишь след­ствием пер­вой, духов­ной смерти. Но ни той, ни дру­гой не было в мире и нико­гда не должно было быть, т.к. люди, создан­ные по образу Творца, при­званы к веч­ному обще­нию с Богом: «Бог создал чело­века для нетле­ния и соде­лал его обра­зом веч­ного бытия Сво­его» (Прем. 2.23) – таков замы­сел Божий.

Жизнь пер­вых людей в раю отли­ча­лась нрав­ствен­ной невин­но­стью, кото­рая заклю­ча­лась в отсут­ствии самой мысли о чем-либо нечи­стом и гре­хов­ном. «И были оба наги, Адам и жена его, и не сты­ди­лись» (Быт. 2.25).Живя в раю, они поль­зо­ва­лись всеми пло­дами его и насла­жда­лись всеми его радо­стями. В мате­ри­аль­ном отно­ше­нии их окру­жал избы­ток бога­тей­ших даров рай­ской при­роды. Но глав­ное, что пер­вые люди имели – непо­сред­ствен­ное обще­ние с Богом, Кото­рый являлся им «в раю во время про­хлады дня» (Быт. 3.8) и бесе­до­вал с ними.

Грехопадение прародителей и его последствия. Обетование о Спасителе

В раю людям явился и иску­си­тель [7] – в виде змея, кото­рый «был хит­рее всех зве­рей поле­вых» (Быт. 3.1).В это время жена нахо­ди­лась возле дерева позна­ния добра и зла. Змей обра­тился к ней: «Под­линно ли ска­зал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю?» (Быт. 3.1). Жен­щина отве­чала, что Бог раз­ре­шил им есть от всех дере­вьев, кроме одного, кото­рое посреди рая, потому что от вку­ше­ния пло­дов этого дерева они могут уме­реть. Тогда иску­си­тель, желая воз­бу­дить в жене недо­ве­рие к Богу, ска­зал ей: «Нет, не умрете, но знает Бог, что в день, в кото­рый вы вку­сите их, откро­ются глаза ваши, и вы будете как боги, зна­ю­щие добро и зло» (Быт. 3.4–5). Под дей­ствием этих сло­в­жен­щина иначе, чем раньше, посмот­рела на запрет­ное дерево, и оно пока­за­лось ей при­ят­ным для глаз, а плоды осо­бенно при­тя­га­тельны по таин­ствен­ному свой­ству дать зна­ние добра и зла и воз­мож­ность стать богом без Бога. Это внеш­нее впе­чат­ле­ние решило исход внут­рен­ней борьбы, и жен­щина «взяла пло­дов его и ела, и дала также мужу сво­ему, и он ел» (Быт 3.6).

Вели­чай­ший пере­во­рот в исто­рии чело­ве­че­ства и всего мира совер­шился – люди нару­шили запо­ведь Божию и тем самым согре­шили. Те, кото­рые должны были слу­жить чистым источ­ни­ком и нача­лом всего чело­ве­че­ского рода, отра­вили себя гре­хом и вку­сили плоды смерти. Лишив­шись чистоты, они уви­дели свою наготу и из листьев сде­лали себе опо­я­са­ния. Им страшно стало пред­стать теперь перед Богом, к Кото­рому они раньше стре­ми­лись с боль­шой радо­стью. Ужас объял Адама и жену, и они скры­лись от Гос­пода в дере­вьях рая. Но любя­щий Гос­подь зовет к себе Адама: «[Адам,] где ты?» (Быт. 3.9). Гос­подь спра­ши­вает не о том, где Адам нахо­дится, а о том, в каком он пре­бы­вает состо­я­нии. Этим Он при­зы­вает Адама к пока­я­нию. Но грех уже омра­чил чело­века, и при­зы­ва­ю­щий голос Бога вызвал в Адаме только жела­ние оправ­даться. Адам с тре­пе­том отве­тил Гос­поду из чащи дере­вьев: «Голос Твой я услы­шал в раю и убо­ялся, потому что я наг, и скрылся» (Быт. 3.10). – «Кто ска­зал тебе, что ты наг? не ел ли ты от дерева, с кото­рого Я запре­тил тебе есть?» (Быт. 3.11).Вопрос был постав­лен прямо, но греш­ник не в силах был отве­тить на него так же прямо. Он дал уклон­чи­вый ответ: «Жена, кото­рую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел» (Быт. 3.12).Адам сва­ли­вает вину на жену и даже на Самого Бога, дав­шему ему эту жену. Тогда Гос­подь обра­тился к жене: «Что ты это сде­лала?» Но жена после­до­вала при­меру Адама и не при­знала свою вину: «Змей обо­льстил меня и я ела» (Быт. 3.13).Жена ска­зала правду, но в том, что они оба ста­ра­лись оправ­дать себя перед Гос­по­дом, заклю­ча­лась ложь. Отверг­нув воз­мож­ность пока­я­ния, чело­век сде­лал невоз­мож­ным для себя даль­ней­шее обще­ние с Богом.

Тогда Гос­подь изрек Свой пра­вед­ный суд. Змей был про­клят перед всеми живот­ными. Ему опре­де­лена жал­кая жизнь пре­смы­ка­ния на своем чреве и пита­ние пра­хом земли. Жена осуж­дена на под­чи­не­ние мужу и на тяже­лые стра­да­ния и болезни при рож­де­нии детей. Обра­ща­ясь же к Адаму, Гос­подь ска­зал, что за его ослу­ша­ние про­клята будет земля, кото­рая его кор­мит. «Тер­ния и вол­чцы про­из­рас­тит она тебе… в поте лица тво­его будешь есть хлеб, доколе не воз­вра­тишься в землю, из кото­рой ты взят, ибо прах ты и в прах воз­вра­тишься» (Быт. 3.18–19).

Послед­ствия гре­хо­па­де­ния пер­вых людей были ката­стро­фичны как для чело­века, так и для всего мира. Во грехе люди отстра­ни­лись от Бога и обра­ти­лись к лука­вому, и теперь для них невоз­можно обще­ние с Богом так, как это было раньше. Отвер­нув­шись от Источ­ника жизни – от Бога, Адам и Ева тот­час умерли духовно. Телес­ная смерть не сразу пора­зила их (по мило­сти Бога, жела­ю­щего при­ве­сти пра­ро­ди­те­лей к пока­я­нию, Адам потом еще про­жил 930 лет), но, в то же время, вме­сте с гре­хом в людей вошло тле­ние: грех – ору­дие лука­вого – стал посте­пенно через болезни и ста­ре­ние раз­ру­шать их тела, что, в конце кон­цов, и при­вело пра­ро­ди­те­лей к телес­ной смерти. Но грех повре­дил не только тело, но и всю при­роду пер­во­здан­ного чело­века – в нем была нару­шена та изна­чаль­ная гар­мо­ния, когда тело под­чи­ня­лось душе, а душа – духу, пре­бы­вав­шему в обще­нии с Богом. Как только пер­вые люди ото­шли от Бога, так сразу дух чело­ве­че­ский, поте­ряв все ори­ен­тиры, обра­тился к душев­ным пере­жи­ва­ниям, а душа увлек­лась телес­ными жела­ни­ями и поро­дила страсти.

Как в чело­веке нару­ши­лась гар­мо­ния, так про­изо­шло и во всем мире. По сло­вам ап. Павла, после гре­хо­па­де­ния «вся тварь поко­ри­лась суете» и с тех пор ждет осво­бож­де­ния от тле­ния (Рим. 8.20–21). Ведь если до гре­хо­па­де­ния вся при­рода (и сти­хии, и живот­ные) была под­чи­нена пер­вым людям и без труда со сто­роны чело­века давала ему про­пи­та­ние, то после греха чело­век уже не чув­ствует себя царем при­роды. Земля стала не так пло­до­родна, и людям нужно при­ло­жить боль­шие уси­лия, что доста­вить себе про­пи­та­ние. При­род­ные ката­клизмы со всех сто­рон стали угро­жать жизни людей. И даже среди живот­ных, кото­рым Адам когда-то давал имена, появи­лись хищ­ники, пред­став­ляя опас­ность и для дру­гих живот­ных, и для чело­века. Воз­можно, что уми­рать живот­ные также стали лишь после гре­хо­па­де­ния, о чем гово­рят мно­гие свя­тые отцы (свт. Иоанн Зла­то­уст, прп. Симеон Новый Бого­слов и др.).

Но не только наши пра­ро­ди­тели вку­сили пло­дов гре­хо­па­де­ния. Став родо­на­чаль­ни­ками всех людей, Адам и Ева пере­дали чело­ве­че­ству свою при­роду, иска­жен­ную гре­хом. С тех пор все люди стали и тленны, и смертны, и, глав­ное, все ока­за­лись под вла­стью сатаны, под вла­стью греха. Гре­хов­ность стала как бы свой­ством чело­века, так что люди не могли не гре­шить, даже если кто и хотел. Обычно про такое состо­я­ние гово­рят, что все чело­ве­че­ство от Адама насле­до­вало «пер­во­род­ный грех». Здесь под пер­во­род­ным гре­хом пони­ма­ется не то, что потом­кам Адама пере­дался лич­ный грех пер­вых людей (ведь потомки лично его не совер­шали), а то, что от пра­ро­ди­те­лей ко всем людям пере­шла именно гре­хов­ность чело­ве­че­ской при­роды со всеми выте­ка­ю­щими отсюда послед­стви­ями (тле­нием, смер­тью и др.). Пер­вые люди, после­до­вав диа­волу, как бы засе­яли семе­нем греха чело­ве­че­скую при­роду, и в каж­дом новом родив­шемся чело­веке это семя стало про­рас­тать и давать плоды уже лич­ных согре­ше­ний, так что вся­кий чело­век ста­но­вился грешником.

Но мило­серд­ный Гос­подь не оста­вил пер­во­здан­ных людей (и всех их потом­ков) без уте­ше­ния. Он тогда же дал им обе­то­ва­ние, кото­рое должно было под­дер­жи­вать их в дни после­ду­ю­щих испы­та­ний и невзгод гре­хов­ной жизни. Изре­кая змею Свой суд, Гос­подь ска­зал: «и вражду положу между тобою и между женою, и между семе­нем твоим и между семе­нем ее; оно (в пере­воде семи­де­сяти - Он) будет пора­жать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту» (Быт. 3.15). Это обе­то­ва­ние о «семени Жены» явля­ется пер­вым обе­то­ва­нием о Спа­си­теле мира и часто назы­ва­ется «Пер­во­е­ван­ге­лием», что не слу­чайно, т.к. в этих крат­ких сло­вах про­ро­че­ски гово­рится о том, как Гос­подь наме­рен спа­сти пад­шее чело­ве­че­ство. То, что это будет именно Боже­ствен­ное дей­ствие, ясно из слов «вражду положу» – чело­век, ослаб­лен­ный гре­хом, не может само­сто­я­тельно вос­стать про­тив раб­ства лука­вого, и здесь тре­бу­ется вме­ша­тель­ство Бога. При этом Гос­подь дей­ствует через сла­бей­шую часть чело­ве­че­ства – через жен­щину. Как сго­вор жены со змием при­вел к паде­нию людей, так и вражда жены и змия при­ве­дет к их вос­ста­нов­ле­нию, что таин­ственно пока­зы­вает важ­ней­шую роль в нашем спа­се­нии Пре­свя­той Бого­ро­дицы. Упо­треб­ле­ние стран­ного сло­во­со­че­та­ния «семя жены» ука­зы­вает на без­муж­нее зача­тие Пре­чи­стой Девы. Исполь­зо­ва­ние в пере­воде LXX место­име­ния «Он» вме­сто «оно» сви­де­тель­ствует о том, что еще до Рож­де­ства Хри­стова мно­гими иуде­ями это место пони­ма­лось как ука­за­ние не столько на потом­ство жены в целом, сколько на един­ствен­ное лицо, на Мес­сию-Спа­си­теля, Кото­рый сокру­шит главу змия-диа­вола и спа­сет людей от его вла­ды­че­ства. Змей же лишь может жалить Его «в пяту», чем про­ро­че­ски ука­зы­ва­ется на Крест­ных стра­да­ниях Спасителя.

После суда Божия Гос­подь сде­лал Адаму и Еве кожа­ные одежды. Эти одежды явля­ются и напо­ми­на­нием о грехе, через кото­рый люди лиши­лись чистоты и невин­но­сти, и сви­де­тель­ством мило­сти Божией, т.к. одежда была необ­хо­дима чело­веку для защиты от дей­ствия внеш­них сил на его тело. Кроме того, мно­гие хри­сти­ан­ские тол­ко­ва­тели пола­гают, что при сотво­ре­нии кожа­ных одежд (т.е. из шкур живот­ных) Гос­подь научил пер­вых людей при­но­сить живот­ных в жертву Себе, чем про­об­ра­зо­ва­тельно ука­зы­вал на буду­щую Жертву Спасителя.

По обле­че­нии людей в кожа­ные одежды Гос­подь изгнал их из рая: «и поста­вил на востоке у сада Едем­ского херу­вима и пла­мен­ный меч обра­ща­ю­щийся, чтобы охра­нять путь к древу жизни» (Быт. 3.24), кото­рого они через свой грех сде­ла­лись теперь недо­стой­ными. Чело­век впредь не допус­ка­ется к нему, «как бы не про­стер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вку­сил, и не стал жить вечно» (Быт. 3.22). Гос­подь не хочет, чтобы чело­век, вку­сив плоды древа жизни, остался вечно пре­бы­ва­ю­щем во грехе, ведь телес­ное бес­смер­тие чело­века только лишь утвер­дило бы его духов­ную смерть. И этим пока­зы­ва­ется, что телес­ная смерть чело­века есть не только кара за грех, но и бла­го­де­я­ние Бога по отно­ше­нию к людям.

Начало истории падшего человечества

Духовно-нрав­ствен­ное состо­я­ние допо­топ­ного чело­ве­че­ства. Каин и Авель. Каи­ниты и сифиты. Все­мир­ный потоп. Завет Бога с Ноем. Сыно­вья Ноя. Исто­рия Хама. Бла­го­сло­ве­ние Сима и Иафета. Вави­лон­ское стол­по­тво­ре­ние и рас­се­я­ние народов 

Сыновья Адама: Каин и Авель, Сиф

«Адам познал Еву, жену свою; и она зачала и родила» сына, кото­рому дала имя Каин, что зна­чит: «при­об­рела я чело­века от Гос­пода» (Быт. 4.1). Адам и Ева, веро­ятно, наде­я­лись, что в лице Каина они видят испол­не­ние обе­то­ва­ния об Иску­пи­теле, но их надежда не оправ­да­лась. Вто­рого сына Ева назвала Аве­лем, что зна­чит «при­зрак, пар». Каин стал обра­ба­ты­вать землю, а Авель зани­мался ско­то­вод­ством. Пад­шесть чело­ве­че­ской при­роды не замед­лила про­явить себя с жесто­кой силой уже в пер­вом поко­ле­нии людей.

Одна­жды Каин и Авель при­несли жертву Богу. Каин при­нес в жертву плоды земли, а Авель — пер­во­род­ного овна из сво­его стада. Но Авель, в отли­чие от Каина, при­но­сил жертву с верою (Евр. 11.4) и взял для жертвы наи­луч­шее. Каин же не поза­бо­тился о каче­стве жертвы (см. ц.-сл. текст: «Еда аще право при­несл еси, право же не раз­де­лил еси, не согре­шил ли еси?» (Быт. 4.7)). Поэтому жертва Авеля была при­нята Богом, а жертва Каина отверг­нута. Уви­дев пред­по­чте­ние, ока­зан­ное брату, Каин сильно огор­чился. Мило­серд­ный Бог, предо­сте­ре­гая Каина от злого дела, ска­зал ему: «Почему ты огор­чился? отчего поникло лице твое?… у две­рей грех лежит; он вле­чет тебя к себе, но ты гос­под­ствуй над ним» (Быт. 4.6–7 – см. рус­ский текст). Но Каин не послу­шался Божьего при­зыва и поз­во­лил греху гос­под­ство­вать надо собой. Зазвав сво­его довер­чи­вого брата в поле, он убил его, совер­шив неви­дан­ное еще зем­лею злодеяние.

«Где Авель, брат твой?» — спро­сил Гос­подь Каина. «Не знаю, разве я сто­рож брату моему?» — с дер­зо­стью отве­чал убийца (Быт. 4.9). Дер­зость, бес­стыд­ное отри­ца­ние не допус­кали воз­мож­но­сти даль­ней­шего испы­та­ния Каина, и Гос­подь про­из­но­сит ему при­го­вор: «…Голос крови брата тво­его вопиет ко Мне от земли; и ныне про­клят ты от земли, кото­рая отверзла уста свои при­нять кровь брата тво­его от руки твоей; когда ты будешь воз­де­лы­вать землю, она не ста­нет более давать силы своей для тебя; ты будешь изгнан­ни­ком и ски­таль­цем на земле». «…Нака­за­ние мое больше, нежели сне­сти можно, — ска­зал Каин Гос­поду, - …вся­кий, кто встре­тится со мною, убьет меня». В ответ на это Гос­подь ска­зал: «За то вся­кому, кто убьет Каина, ото­мстится все­меро. И сде­лал Гос­подь Каину зна­ме­ние, чтобы никто, встре­тив­шись с ним, не убил его» (Быт. 4.10–15).

Бра­то­убийца не мог больше оста­ваться со сво­ими роди­те­лями. Он со своею женою ушел от них и посе­лился в земле Нод на востоке от Едема. Каин был пер­вым чело­ве­ком, кото­рый построил город, как начало осед­лой жизни. Город назван был по имени его сына Еноха. Потом­ство Каина стало быстро уве­ли­чи­ваться, они научи­лись добы­вать медь и железо и изго­тав­ли­вать из них ору­дия труда, при­ду­мали музы­каль­ные инстру­менты (Быт.4.21–22). Но, увле­ка­ясь лишь мате­ри­аль­ным бла­го­по­лу­чием и чисто житей­скими забо­тами, каи­ниты меньше всего забо­ти­лись о духов­ной жизни. Такое пре­не­бре­же­ние духов­ной жиз­нью раз­ви­вало в их среде бес­чис­лен­ные пороки.

Как уте­ше­ние, дан­ное от Бога, у Адама и Евы родился тре­тий сын – Сиф, кото­рого Ева так назвала, «потому что, [гово­рила она,] Бог поло­жил мне дру­гое семя, вме­сто Авеля, кото­рого убил Каин» (Быт. 4.25). В свое время у Сифа родился сын Енос, и «тогда начали при­зы­вать имя Гос­пода [Бога]» (Быт.4.26), т.е. среди потом­ков Сифа нача­лось обще­ствен­ное бого­слу­же­ние. В про­ти­во­вес каи­ни­там, сифиты стали носи­те­лями истин­ного бого­по­чи­та­ния и обе­то­ва­ния о гря­ду­щем Спа­си­теле, кото­рое было дано Адаму и Еве. Поэтому сифиты стали назы­ваться «сынами Божьими» (Быт. 6.2). Обе­то­ва­ние в целост­но­сти пере­да­ва­лось от одного поко­ле­ния к дру­гому через пат­ри­ар­хов, кото­рые, по осо­бому про­мыслу Божию, были наде­лены необык­но­вен­ным дол­го­ле­тием, и каж­дый из них почти целое тыся­че­ле­тие мог быть живым хра­ни­те­лем и истол­ко­ва­те­лем вве­рен­ного им обе­то­ва­ния. Как Адам жил 930 лет, так и его сын Сиф жил 912 лет, а сын Сифа Енос — 905 лет; пред­ста­ви­тели же после­ду­ю­щих поко­ле­ний: Каи­нан — 910 лет; Мале­леил — 895, Иаред — 962, Мафу­саил — 969, Ламех — 777 и Ной — 950 лет. Сын же Иареда Енох жил на Земле лишь 365 лет, т.к. Гос­подь забрал его на небо за его пра­вед­ность, за то, что он все­гда ходил перед Богом (Быт. 5.24).

Всемирный потоп и завет Бога с Ноем

Тем не менее, зло стало быстро рас­про­стра­няться в мире; не избе­жали его и потомки Сифа. Они стали сме­ши­ваться с потом­ками Каина и повто­рять их зло­де­я­ния. «И уви­дел Гос­подь [Бог], что велико раз­вра­ще­ние чело­ве­ков на земле, и что все мысли и помыш­ле­ния сердца их были зло во вся­кое время…» (Быт. 6.5). При виде такого состо­я­ния людей «…рас­ка­ялся Гос­подь, что создал чело­века на земле, и вос­скор­бел в сердце Своем. И ска­зал Гос­подь: истреблю с лица земли чело­ве­ков, кото­рых Я сотво­рил, от чело­ве­ков до ско­тов и гадов и птиц небес­ных истреблю, ибо Я рас­ка­ялся, что создал их» (Быт. 6. 6–7). И истреб­ле­нию должны под­верг­нуться не только люди, но вся живая тварь, кото­рая была создана вме­сте с чело­ве­ком и для чело­века и кото­рая должна раз­де­лять с ним его участь.

Но среди греш­ни­ков все же был чело­век, кото­рый «обрел бла­го­дать пред очами Гос­пода». Это был Ной, сын Ламеха, «чело­век пра­вед­ный и непо­роч­ный в роде своем». Он, как и его пре­док Енох, «ходил перед Богом» (Быт. 6.8–9). И вот, когда земля «рас­тли­лась пред лицем Божиим и напол­ни­лась… зло­де­я­нием», когда «вся­кая плоть извра­тила путь свой на земле», Гос­подь ска­зал Ною: «Конец вся­кой плоти при­шел пред лице Мое, …Я истреблю их с земли. Сде­лай себе ков­чег… Я наведу на землю потоп вод­ный, чтоб истре­бить вся­кую плоть, в кото­рой есть дух жизни, под небе­сами… Но с тобою Я поставлю завет Мой, и вой­дешь в ков­чег ты, и сыно­вья твои, и жена твоя, и жены сынов твоих с тобою» (Быт. 6.11–18). Не забыл Гос­подь и о живот­ных, чтобы и от них оста­лись спа­сен­ные, и ска­зал Ною: «Введи также в ков­чег [из вся­кого скота, и из всех гадов, и] из всех живот­ных, и от вся­кой плоти по паре, чтоб они оста­лись с тобою в живых; муже­ского пола и жен­ского пусть они будут. Из [всех] птиц по роду их, и из [всех] ско­тов по роду их, и из всех пре­смы­ка­ю­щихся по земле по роду их, из всех по паре вой­дут к тебе, чтобы оста­лись в живых [с тобою, муже­ского пола и жен­ского]» (Быт.6.19,20).

Бог назна­чил сто два­дцать лет на рас­ка­я­ние чело­ве­че­скому роду, и в это время Ной дол­жен был вести стро­и­тель­ство ков­чега, чтобы через это необыч­ное дей­ствие при­ве­сти людей к пока­я­нию. Вера Ноя была непо­ко­ле­бима, и, полу­чив откро­ве­ние от Бога, он при­сту­пил к соору­же­нию ков­чега. Тот стро­ился по точ­ному ука­за­нию Божию – из дерева гофер [8], и был осмо­лен внутри и сна­ружи. «И сде­лал Ной все: как пове­лел ему [Гос­подь] Бог…» (Быт. 6.22). Но стро­и­тель­ство вызвало у окру­жа­ю­щих людей лишь насмешки и угрозы, делая потоп неотвратимым.

И вот в шести­со­тый год жизни Ноя «…раз­верз­лись все источ­ники вели­кой без­дны, и окна небес­ные отво­ри­лись; и лился на землю дождь сорок дней и сорок ночей» (Быт. 7.11–12). И после окон­ча­ния этих дней вода все при­бы­вала и при­бы­вала на землю. Сто пять­де­сят дней под­ни­мался ее уро­вень, так что даже все высо­кие горы, какие есть на земле, покры­лись водой. «И лиши­лась жизни вся­кая плоть, дви­жу­ща­яся по земле» (Быт. 7.21).

Так совер­ши­лось вели­кое нака­за­ние Божие раз­вра­щен­ному и уто­пав­шему во зле чело­ве­че­ству. Погибли все люди, и только один Ноев ков­чег, заклю­чив­ший в себе избран­ное семя для раз­ви­тия новой жизни, носился по необъ­ят­ному морю, про­об­ра­зуя собой гря­ду­щую Цер­ковь Христову.

Целый год про­дол­жался потоп. Когда же сошла вода и земля обсохла, Гос­подь пове­лел Ною выйти из ков­чега и выпу­стить живот­ных для раз­мно­же­ния на земле. Выйдя из ков­чега, Ной прежде всего воз­дал бла­го­да­ре­ние Гос­поду за чудес­ное избав­ле­ние. Он построил жерт­вен­ник Гос­поду, взял чистых живот­ных и при­нес во все­со­жже­ние. Такое бла­го­че­стие Ноя было при­ятно Гос­поду, и Он «ска­зал в сердце Своем: не буду больше про­кли­нать землю за чело­века» (Быт. 8.21).

Так как Ной со своим семей­ством являлся новым родо­на­чаль­ни­ком чело­ве­че­ства на земле, то Бог повто­рил ему бла­го­сло­ве­ние, дан­ное пра­ро­ди­те­лям: «И бла­го­сло­вил Бог Ноя и сыно­вей его, и ска­зал им: пло­ди­тесь и раз­мно­жай­тесь, и напол­няйте землю [и обла­дайте ею]…» (Быт. 9.1).

После потопа наряду с рас­ти­тель­ной пищей Гос­подь раз­ре­шил чело­веку упо­треб­лять в пищу и мясо живот­ных, только запре­тил вме­сте с мясом есть кровь, ибо «душа тела (живот­ных) в крови…» (ср. Лев. 17.11). В то же время дан был закон про­тив чело­ве­ко­убий­ства — на том осно­ва­нии, что все люди бра­тья, и каж­дый из них носит в себе образ и подо­бие Божие. «Кто про­льет кровь чело­ве­че­скую, – гово­рит Гос­подь, – того кровь про­льется рукою чело­века: ибо чело­век создан по образу Божию» (Быт. 9.6).

И уста­но­вил Гос­подь завет с Ноем и его сыно­вьями и со всем их потом­ством «и со вся­кою душею живою» (Быт. 9.10), кото­рый заклю­чался в том, что «не будет более истреб­лена вся­кая плоть водами потопа, и не будет уже потопа на истреб­ле­ние земли» (Быт. 9.11). Зна­ме­нем этого веч­ного завета была избрана Богом радуга, появ­ля­ю­ща­яся в небе после дождя в знак того, что это не дождь потопа, а дождь бла­го­сло­ве­ния (Быт. 9.12–17).

Сыновья Ноя

После потопа опять нача­лась обы­ден­ная жизнь с ее обыч­ными забо­тами и тру­дами. Ной был при­ме­ром бла­го­че­стия, тру­до­лю­бия и дру­гих доб­ро­де­те­лей для своих сыно­вей. Но слаб чело­век в борьбе с гре­хом, даже пра­вед­ник, что вскоре на своем при­мере пока­зал сыно­вьям и сам пра­вед­ный Ной. Одна­жды Ной выпил вино­град­ного вина, в опья­не­нии сбро­сил с себя одежду и обна­жен­ный уснул в своем шатре. Хам, не имея почте­ния и любви к сво­ему отцу, поспе­шил к своим бра­тьям и рас­ска­зал им о непри­гляд­ном виде отца. Но Сим и Иафет про­явили сынов­нюю любовь к отцу: отводя глаза, чтобы не видеть его наготы, они укрыли его одеж­дой. Когда Ной проснулся и узнал, как вел себя Хам, он про­клял его потом­ков (в лице сына Хама – Хана­ана) и пред­ска­зал, что они будут рабами Сима и Иафета. Обра­ща­ясь к Симу и Иафету, он ска­зал: «Бла­го­сло­вен Гос­подь Бог Симов; Ханаан же будет рабом ему; да рас­про­стра­нит Бог Иафета, и да все­лится он в шат­рах Симо­вых; Ханаан же будет рабом ему» (Быт. 9.26–27).

Пер­во­быт­ное обще­ство было пат­ри­ар­халь­ным, и пат­ри­арх, т. е. глава рода, имел над сво­ими детьми и их потом­ками неогра­ни­чен­ную власть. Он выпол­нял роль свя­щен­ника, при­нося жертвы, был хра­ни­те­лем истин­ного бого­по­чи­та­ния и про­воз­вест­ни­ком буду­щих судеб. Поэтому ска­зан­ное Ноем своим сыно­вьям, дей­стви­тельно, имело реша­ю­щее зна­че­ние для их буду­щей судьбы: потом­ство Сима (в первую оче­редь, в лице евреев, назван­ных так по имени пра­внука Сима – Евера (Быт. 10.22–24; 11.10–14)) будет сто­ять в осо­бых, очень близ­ких отно­ше­ниях к Богу, раз Гос­подь назы­ва­ется «Богом Симо­вым», они сохра­нят истин­ное бого­по­чи­та­ние, из них про­изой­дут слу­жи­тели Бога и именно в их пле­мени явится Иску­пи­тель мира. Потомки же Иафета (индо­ев­ро­пей­ские народы), кото­рые зай­мут наи­боль­шее про­стран­ство на земле, в свое время «все­лятся в шатры Симовы», т. е. они вос­при­мут истин­ное бого­по­чи­та­ние и уве­руют во Хри­ста, в то время как мно­гие потомки Сима Хри­ста отвергнут.

Ной после потопа жил еще 350 лет и умер 950 лет от рож­де­ния. От сыно­вей Ноя про­изо­шло потом­ство, кото­рое засе­лило землю. Потомки Сима — семиты посе­ли­лись в Азии (по пре­иму­ще­ству, на Ара­вий­ском полу­ост­рове с при­ле­га­ю­щими к нему стра­нами). Потомки Хама – хамиты посе­ли­лись почти исклю­чи­тельно в Африке, а потомки Иафета — иафе­титы засе­лили всю южную часть Европы и Сред­нюю Азию.

Вавилонское столпотворение и рассеяние народов

Но люди рас­се­ли­лись по земле не сразу. Сна­чала они жили в Ара­рат­ской долине одним боль­шим семей­ством и гово­рили на одном языке. Потом стали пере­се­ляться в Сена­ар­скую долину (Быт. 11.2), нахо­див­шу­юся между реками Тигр и Евфрат (юго-восточ­ная часть Меж­ду­ре­чья или, по греч., Месо­по­та­мии), в кото­рой пло­до­род­ная почва и дру­гие бла­го­при­ят­ные усло­вия при­вле­кали к себе после­по­топ­ное чело­ве­че­ство. И вновь гре­хов­ное состо­я­ние чело­ве­че­ской при­роды про­явила себя: люди решили постро­ить «город и башню, высо­тою до небес» (Быт. 11.4). Стро­и­тель­ство горо­дов в преды­ду­щих гла­вах Биб­лии при­пи­сы­ва­ется пред­ста­ви­те­лям нече­сти­вых родов чело­ве­че­ства (Каин, Быт. 4.17, и Ним­род, пото­мок Хама, Быт. 10.8–12), и в дан­ном месте также видится дур­ное наме­ре­ние, тем более что здесь назы­ва­ется точ­ная при­чина постройки: «и сде­лаем себе имя…», что ука­зы­вают на често­лю­би­вые, вла­сто­лю­би­вые и, в целом, бого­про­тив­ные наме­ре­ния устро­и­те­лей города и башни.

Однако Гос­подь не дал испол­ниться этим гор­де­ли­вым наме­ре­ниям: «вот, один народ, и один у всех язык; и вот что начали они делать, и не отста­нут они от того, что заду­мали делать; сой­дем же и сме­шаем там язык их, так чтобы один не пони­мал речи дру­гого. И рас­сеял их Гос­подь оттуда по всей земле…» (Быт. 11.6–8). Люди, пере­став пони­мать язык друг друга, пре­кра­тили стро­и­тель­ство города и башни и разо­шлись в раз­ные сто­роны. Город, кото­рый они стро­или вме­сте с баш­ней, был назван Вави­ло­ном, что зна­чит «сме­ше­ние», «ибо там сме­шал Гос­подь язык всей земли, и оттуда рас­сеял их Гос­подь по всей земле» (Быт. 11.9). В послед­ствии вся эта мест­ность стала назы­ваться Вавилонией.

Собы­тие сме­ше­ния язы­ков и рас­се­я­ния наро­дов на тот момент имело поло­жи­тель­ное зна­че­ние, ведь этим Гос­подь предот­вра­щал, в первую оче­редь, воз­мож­ность край­него рели­ги­оз­ного и нрав­ствен­ного раз­вра­ще­ния людей, чему бы спо­соб­ство­вало един­ство их языка и сово­куп­ное пре­бы­ва­ние. Но это все же неесте­ствен­ное состо­я­ние чело­ве­че­ства, и поэтому в послед­ние, ново­за­вет­ные вре­мена сме­ще­ние язы­ков пре­одо­ле­ва­ется, когда Вос­крес­ший Гос­подь посы­лает вер­ным Свя­того Духа и дает им спо­соб­ность гово­рить так, чтобы люди раз­ных наций смогли их понять, «ибо каж­дый слы­шал их гово­ря­щих его наре­чием» (Деян. 2.6), тем самым через апо­сто­лов при­зы­вая всех в Свою Цер­ковь для еди­ного сла­во­сло­вия Богу [9].

Начало истории богоизбранного народа

При­зва­ние Аврама и пере­се­ле­ние его в обе­то­ван­ную землю. Завет Бога с Аврамом. 

Явле­ние Бога Авра­аму у дуба Мамрий­ского. Гибель Содома и Гоморры. Рож­де­ние Иса­ака и при­не­се­ние его в жертву Богу. При­об­ре­те­ние пер­во­род­ства Иако­вом у Исава. Лест­ница Иакова. Женитьба Иакова. Его воз­вра­ще­ние домой. Борьба Иакова с Богом. Исто­рия Иосифа. Бла­го­сло­ве­ние Иакова.

Гре­хов­ность пад­шей чело­ве­че­ской при­роды и свя­зан­ное с этим умно­же­ние греха в ходе исто­рии чело­ве­че­ства, все дальше и дальше уда­ля­ю­щие чело­века от его Творца, ока­зы­вали губи­тель­ное вли­я­ние на пред­став­ле­ния людей о Боге. Истин­ное поня­тие о Боге все больше и больше иска­жа­лось, а часто и совсем забы­ва­лось. Конечно, люди не ста­но­ви­лись пол­но­стью ате­и­стами, в глу­бине их души жило рели­ги­оз­ное чув­ство, у них оста­лась потреб­ность в духов­ной жизни, стрем­ле­ние к Богу. Но поте­ряв поня­тие об истин­ном Боге, они стали почи­тать не Творца, а тварь, стали обо­жеств­лять пред­меты и явле­ния окру­жа­ю­щей их при­роды. Так воз­никло и рас­про­стра­ни­лось в людях идо­ло­по­клон­ство. И, Гос­подь, чтобы сохра­нить семена истин­ной веры и под­го­то­вить путь гря­ду­щему Спа­си­телю мира, изби­рает Себе из всего чело­ве­че­ства одного чело­века – креп­кого духом и верой Аврама, сына Фарры, потомка Сима, а в его лице и целый народ, кото­рый дол­жен был про­изойти от него.

Родоначальник избранного народа Авраам

Призвание Аврама и переселение его в обетованную землю

Чтобы отде­лить пра­вед­ника от идо­ло­по­клон­ни­че­ской среды, Гос­подь пове­ле­вает Фарре с Авра­мом и их род­ствен­ни­ками пере­се­литься с юга Месо­по­та­мии, из города Ура Хал­дей­ского, в Пале­стину, землю Хана­ан­скую (Быт. 11.31). Гос­подь гово­рит Авраму:«пойди из земли твоей, от род­ства тво­его и из дома отца тво­его [и иди] в землю, кото­рую Я укажу тебе; и Я про­из­веду от тебя вели­кий народ и бла­го­словлю тебя…, и бла­го­сло­вятся в тебе все пле­мена зем­ные» (Быт. 12.1–3). И Аврам «верою пови­но­вался при­зва­нию идти в страну, кото­рую имел полу­чить в насле­дие, и пошел, не зная, куда идет» (Евр. 11.8). Фарра по дороге (в городе Хар­ране на северо-западе Месо­по­та­мии) уми­рает (Быт. 11.32), воз­можно, потому, что сам был скло­нен к идо­ло­по­клон­ству (ср. Нав 24.2–3). Аврам же с домо­чад­цами идет дальше, испол­няя пове­ле­ние Гос­подне. Авраму в это время было 75 лет, он был жена­тым чело­ве­ком и, хотя не имел детей, все-таки вполне устро­ился на своей родине, и от него тре­бо­ва­лась боль­шая вера Богу, чтобы оста­вить все нажи­тое, стать кочев­ни­ком и идти в неиз­вест­ную землю.

Взяв жену, пле­мян­ника Лота и всех своих слуг и иму­ще­ство, Аврам вышел из Хар­рана и при­шел в землю Хана­ан­скую. У дуб­равы Море (Мамре) близ Сихема про­изо­шло важ­ное собы­тие – Гос­подь явился Авраму и обе­щал отдать эту землю его потом­ству (Быт. 12.7). В бла­го­дар­ность Богу Аврам соору­дил там жерт­вен­ник и совер­шил жерт­во­при­но­ше­ние. В послед­ствии он обос­но­вался около места, впо­след­ствии назы­ва­е­мого Вефиль (см. Быт. 28.19), где также соору­дил жерт­вен­ник Богу.

Но в то время настал голод в Хана­ане, и Аврам со всем его домом ушел в Еги­пет. В Египте и Аврам, и Лот обза­ве­лись еще боль­шим коли­че­ством скота, и после воз­ра­ще­ния их в Пале­стину, в Вефиль, не нашлось им места для сов­мест­ного про­жи­ва­ния (Быт. 13.6). Тогда они раз­де­ли­лись, и Лот ушел на восток, к Иор­дану, где было много хоро­ших паст­бищ, и посе­лился в Содоме. Аврам же остался в Вефиле, и там Гос­подь вновь дал ему обе­то­ва­ние: «Воз­веди очи твои и с места, на кото­ром ты теперь, посмотри к северу и к югу, и к востоку и западу; ибо всю землю, кото­рую ты видишь, тебе дам Я и потом­ству тво­ему навеки, и сде­лаю потом­ство твое, как песок зем­ной...» (Быт. 13.14–16). После этого Аврам посе­лился в дуб­раве Мамре, близ Хев­рона, где жил уже посто­янно и где воз­двиг Гос­поду жертвенник.

Царь Елам­ский Кедор­лао­мер и дру­гие цари пошел вой­ной про­тив тех горо­дов, рядом с кото­рыми посе­лился Лот, и нанес им страш­ное пора­же­ние. Заво­е­ва­тели взяли в плен и Лота с его семьей и иму­ще­ством (Быт. 14.1–12). Когда до Аврама дошло изве­стие о таком страш­ном бед­ствии пле­мян­ника [10], он, не заду­мы­ва­ясь, бро­сился его выру­чать, обра­тил врага в бег­ство и пре­сле­до­вал до самого Дамаска, осво­бо­див при этом мно­же­ство плен­ных, в том числе и Лота. Когда Аврам воз­вра­щался с побе­дой, навстречу ему с хле­бом и вином вышел Мел­хи­се­дек, царь Салимский(т.е. царь города Иерусалима)и «свя­щен­ник Бога Все­выш­него» (Быт. 14.18). Мел­хи­се­дек пре­под­нес Авраму хлеб и вино и бла­го­сло­вил его име­нем Божиим, а Аврам, в свою оче­редь, дал Мел­хи­се­деку деся­тую часть из всего заво­е­ван­ного им, после чего воз­вра­тился к месту своей сто­янки в дуб­раву Мамре.

Воз­можно, Мел­хи­се­дек был послед­ним пред­ста­ви­те­лем пер­во­быт­ного свя­щен­ства, о кото­ром упо­ми­нает исто­рия Еноса и Ноя (Быт. 4.26; 9.9). Мел­хи­се­дек назван в книге Бытия слу­жи­те­лем Бога Все­выш­него. Сохра­нен­ный Писа­нием образ Мел­хи­се­дека поз­во­ляет видеть в нем про­об­раз Гос­пода Иисуса Хри­ста. Мел­хи­се­дек (с евр. – царь правды) был свя­щен­ни­ком и царем Салима («шалом» – с евр. мир, бла­го­по­лу­чие). Так и Хри­стос явля­ется Пер­во­свя­щен­ни­ком и истин­ным Царем правды и мира, при­нес­шим Иску­пи­тель­ную Жертву за всех людей„оправдавшим и при­ми­рив­шим их с Богом. Хлеб и вино, кото­рые Мел­хи­се­дек пре­под­нес Авра­аму, про­об­ра­зуют Евха­ри­сти­че­ские дары. Отсут­ствие дру­гих све­де­ний о Мел­хи­се­деке и неиз­вест­ность про­ис­хож­де­ния также делает его образ близ­ким Хри­сту, про­ис­хож­де­ние Кото­рого таин­ственно: «Род же его кто изъ­яс­нит?» (Ис.53.8).

Завет Бога с Аврамом

Как ни славна была победа Аврама, но она могла повлечь за собой мще­ние со сто­роны потер­пев­шего пора­же­ние царя, и потому теперь Аврам более чем когда-либо нуж­дался в под­держке. И ска­зал Гос­подь Авраму: «Не бойся, Аврам; Я твой щит; награда твоя [будет] весьма велика» (Быт. 15.1). В ответ на жалобу Аврама о том, что он до сих пор без­де­тен, Гос­подь обе­щал ему рож­де­ние наслед­ника и повто­рил обе­то­ва­ние о мно­го­чис­лен­ном потом­стве. «Посмотри на небо и сосчи­тай звезды, если ты можешь счесть их … столько будет у тебя потом­ков» (Быт. 15.5). И «Аврам пове­рил Гос­поду, и Он вме­нил ему это в пра­вед­ность» (Быт.15.6). Вновь под­чер­ки­ва­ется вера Аврама и тес­ней­шая связь веры с пра­вед­но­стью, что поз­во­лило потом апо­столу Павлу гово­рить об Авра­аме, как об отце всех веру­ю­щих, кото­рым, как и Авра­аму, вме­ни­лась пра­вед­ность по вере в при­шед­шего Спа­си­теля (см. Рим., гл. 4).

Вели­кое обе­ща­ние было под­твер­ждено заве­том, заклю­чен­ным между Богом и Авра­мом по обряду того вре­мени через рас­се­че­ние живот­ных. В это время напал на Аврама глу­бо­кий сон, и во сне Гос­подь открыл пра­вед­нику даль­ней­шую судьбу его потом­ства (Быт. 15.12–16). Гос­подь ска­зал, что потомки Аврама будут нахо­диться в раб­стве в чужой стране в про­дол­же­ние четы­рех­сот лет. Но из страны пора­бо­ще­ния они воз­вра­тятся опять сюда, в свою землю, кото­рую Бог дает им и кото­рая по обе­то­ва­нию Божию будет про­сти­раться «от реки Еги­пет­ской до вели­кой реки, реки Евфрата» (Быт. 15.18). После этих слов Гос­пода, с наступ­ле­нием тем­ноты, Аврам уви­дел, что между рас­се­чен­ными живот­ными про­шел дым и пламя в знак заклю­че­ния завета.

Но про­шло более два­дцати лет, Авраму испол­ни­лось уже девя­но­сто девять лет, а Саре восемь­де­сят девять, а наслед­ник у Аврама еще не родился. И тогда Гос­подь вновь обра­тился к Авраму и под­твер­дил их завет: «… Я Бог Все­мо­гу­щий; ходи предо Мною и будь непо­ро­чен; и поставлю завет Мой между Мною и тобою, и весьма раз­множу тебя» (Быт. 17.1–2). Аврам с бла­го­го­ве­нием пал ниц, а Гос­подь подробно рас­крыл ему Свое обе­то­ва­ние. В силу заклю­чен­ного с Богом завета, Аврам сде­лался родо­на­чаль­ни­ком мно­го­чис­лен­ного потом­ства, в том числе и царей, и не одного народа, но мно­гих наро­дов, и поэтому дол­жен уже назы­ваться не Авра­мом, а Авра­амом, что зна­чит «отец мно­же­ства наро­дов». И ему и его потом­кам отда­ется хана­ан­ская земля в веч­ное вла­де­ние. Но более того Гос­подь обе­щает Авра­аму быть его Богом: «Я буду Богом твоим и потом­ков твоих после тебя» (Быт. 17.7), что пока­зы­вает непо­сти­жи­мую бли­зость Бога к Аврааму.

Завет состоял, в первую оче­редь, из обе­то­ва­ний Божиих, но от Авра­ама и его потом­ков, в свою оче­редь, также тре­бо­ва­лось нечто, что стало бы у них види­мым зна­ком этого завета, напо­ми­на­нием о заклю­че­нии завета с Богом. Этим зна­ком по пове­ле­нию Гос­пода стало обре­за­ние, кото­рое необ­хо­димо было совер­шать над детьми муж­ского пола в вось­мой день от рож­де­ния, в том числе над детьми слуг и рабов, кото­рые, живя среди народа Авра­ама, также при­ни­мают уча­стие в завете. Обре­за­ние имеет важ­ное про­об­ра­зо­ва­тель­ное зна­че­ние, ука­зы­вая на таин­ство Кре­ще­ния, кото­рое также вво­дит чело­века в завет с Богом, но только уже завет Новый.

Обра­ща­ясь вновь к Авра­аму, Гос­подь ска­зал, что и жена его Сара с этого вре­мени должна носить имя Сарра, так как она будет мате­рью мно­го­чис­лен­ного потом­ства. «Я бла­го­словлю ее и дам тебе от нее сына». При этих сло­вах Авраам «пал… на лице свое и рас­сме­ялся, и ска­зал сам в себе: …неужели от сто­лет­него будет сын? и Сарра, девя­но­сто­лет­няя, неужели родит?» (Быт. 17.16–17). По сло­вам прп. Ефрема Сирина, «Авраам посме­ялся, не потому что усо­мнился… Два­дцать пять лет Бог остав­лял его в надежде иметь потом­ство, и Авраам, при всех быв­ших ему откро­ве­ниях, сви­де­тель­ство­вал веру свою. Сколько было у него борьбы с непло­дием, столько же пока­зы­вал он и тор­же­ство веры. Но когда к неплод­ству при­со­еди­ни­лась ста­рость; тогда Авраам посме­ялся в мысли своей, то есть уди­вился, что Бог сотво­рит сие с ними. Посему-то и гово­рит ему Бог: воис­тинну, се Сарра жена твоя родит тебе сына» [11]. И имя было опре­де­лено для сына Авра­ама — Исаак, что с еврей­ского языка как раз и озна­чает «он восс­ме­ется, воз­ра­ду­ется», ука­зы­вая на радость роди­те­лей по поводу рож­де­ния Иса­ака. И с ним также Гос­подь обе­щает поста­вить завет: «и поставлю завет Мой с ним заве­том веч­ным [в том, что Я буду Богом ему и] потом­ству его после него» (Быт. 17.19). Более того, было ука­зано и точ­ное время рож­де­ния Иса­ака – ровно через год после этого обе­то­ва­ния (Быт. 17.21).

В тот же день Авраам в знак завета с Богом совер­шил обре­за­ние над собой и над всеми людьми муж­ского пола, кото­рые при­над­ле­жали его семейству.

Явление Бога Аврааму у дуба Мамрийского. Гибель Содома и Гоморры

Через неко­то­рое время Гос­подь вновь под­твер­дил Авра­аму Свое обе­то­ва­ние о рож­де­нии Иса­ака, при­чем еще более чудест­ным обра­зом. Это слу­чи­лось тогда, когда Бог явился Авра­аму в виде трех стран­ни­ков, при­кро­венно ука­зы­вая на тайну Пре­свя­той Тро­ицы. Одна­жды, в зной­ный день Авраам сидел при входе в свой шатер у дуб­равы Мамре, когда уви­дел, что перед ним поодаль стоят три стран­ника. Госте­при­им­ный Авраам тот­час побе­жал к ним навстречу, покло­нился до земли и ска­зал, обра­ща­ясь к трем как к одному: «Вла­дыка! если я обрел бла­го­во­ле­ние пред очами Тво­ими, не пройди мимо раба Тво­его; и при­не­сут немного воды, и омоют ноги ваши; и отдох­нете под сим дере­вом, а я при­несу хлеба, и вы под­кре­пите сердца ваши; потом пой­дите [в путь свой]…» (Быт. 18.3–5).[12] Стран­ники при­няли при­гла­ше­ние госте­при­им­ного пат­ри­арха. Авраам быстро при­го­то­вил им тра­пезу и стал их угощать.

Насы­тив­шись, гости спро­сили Авра­ама: «Где Сарра, жена твоя? Он отве­чал: Здесь, в шатре». Тогда самый почтен­ный из пут­ни­ков ска­зал: «Я опять буду у тебя в это же время [в сле­ду­ю­щем году], и будет сын у Сарры, жены твоей» (Быт. 18.9–10). Сарра в шатре услы­шала эти слова, но, поскольку она была в очень пре­клон­ном воз­расте, пред­ска­за­ние пока­за­лось ей неве­ро­ят­ным. Она не могла удер­жаться от смеха, поду­мав: «Мне ли, когда соста­ри­лась, иметь сие уте­ше­ние? и гос­по­дин мой стар». Таин­ствен­ный все­ви­дя­щий гость уви­дел ее внут­рен­ний смех и ска­зал Авра­аму: «Отчего это… рас­сме­я­лась Сарра, ска­зав: «неужели я могу дей­стви­тельно родить, когда я соста­ри­лась?» Есть ли что труд­ное для Гос­пода?» (Быт. 18.13–14), и вновь под­твер­дил Свое обе­то­ва­ние о рож­де­нии Исаака.

Вскоре пут­ники под­ня­лись и пошли по направ­ле­нию к Содому. Авраам пошел про­во­дить своих гостей, и по дороге Гос­подь вновь и вновь повто­ряет ему обе­то­ва­ние о том, что «От Авра­ама точно про­изой­дет народ вели­кий и силь­ный, и бла­го­сло­вятся в нем все народы земли» (Быт.18.18). Гос­подь пред­ва­ряет обе­то­ва­ние сло­вами: «утаю ли Я от Авра­ама [раба Моего], что хочу делать!» (Быт.18.17,18), пока­зы­вая этим, что Авраам так бли­зок к Богу, как только бли­зок друг (ср. Ис 41.8; Иак 2.23), от кото­рого нет сек­ре­тов или тайн. И здесь же Гос­подь ука­зы­вает при­чину избра­ния Авра­ама – сохра­не­ние бла­го­че­стия: «ибо Я избрал его для того, чтобы он запо­ве­дал сынам своим и дому сво­ему после себя, ходить путем Гос­под­ним, творя правду и суд» (Быт.18.19)

Тогда же Авраам узнал от Гос­пода, что Тот идет в Содом и Гоморру, чтобы пока­рать их за без­за­ко­ние и нече­стие. И здесь про­яви­лось то дерз­но­ве­ние пат­ри­арха, какое может быть только у друга Божия: Авраам стал хода­тай­ство­вать перед Богом о сохра­не­нии этих горо­дов, ради пра­вед­ни­ков, кото­рые могли быть в них (Быт. 18.23–32). И Гос­подь обе­щал Авра­аму поща­дить города даже ради десяти пра­вед­ни­ков, если такие найдутся.

Но не было там пра­вед­ни­ков, кроме Лота. Поэтому в Содоме Ангелы пове­лели Лоту, захва­тив с собой жену, обеих доче­рей, немед­ленно поки­нуть город, обре­чен­ный на поги­бель и без оглядки бежать и спа­саться в горах. Лот страшно испу­гался и, пола­гая, что не успеет укрыться в горах, с раз­ре­ше­ния Анге­лов побе­жал в малень­кий город Сигор, кото­рый ради него был поща­жен от раз­ру­ше­ния. На Содом, Гоморру и их окрест­но­сти обру­шился ливень серы и огня. Жена же Лота нару­шила запрет Анге­лов, огля­ну­лась и сразу пре­вра­ти­лась в соля­ной столб (см. Быт., гл. 19).

Рождение Исаака и принесение его в жертву Богу

Нако­нец, при­шло время, когда должно было испол­ниться вели­кому обе­то­ва­нию, полу­чен­ному Авра­амом от Гос­пода. Авра­аму было сто, а Сарре девя­но­сто лет, когда у них на сто­янке в Вир­са­вии родился дол­го­ждан­ный сын – Исаак (Быт. 21.1–3). И «обре­зал Авраам Иса­ака, сына сво­его, в вось­мой день, как запо­ве­дал ему Бог» (Быт.21.4).

По про­ше­ствии мно­гих лет, когда Исаак уже под­рос Гос­подь ска­зал Авра­аму: «Авраам! …возьми сына тво­его, един­ствен­ного тво­его, кото­рого ты любишь, Иса­ака; и пойди в землю Мориа и там при­неси во все­со­жже­ние на одной из гор, о кото­рой Я скажу тебе» (Быт. 22.1–2). Рано утром Авраам нако­лол дров для все­со­жже­ния, осед­лал осла, взял с собою Иса­ака и двух слуг и отпра­вился в землю Мориа. Когда они при­шли на место, ука­зан­ное Богом, Авраам открыл сыну волю Божию о нем, построил жерт­вен­ник из кам­ней, раз­ло­жил дрова и, свя­зав Иса­ака, поло­жил его на жерт­вен­ник. Авраам взял уже нож и под­нял руку, чтобы зако­лоть сына, как услы­шал с неба голос: «Авраам! …не под­ни­май руки твоей на отрока и не делай над ним ничего, ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога, и не пожа­лел сына тво­его, един­ствен­ного тво­его, для Меня» (Быт. 22.11–12). Огля­нув­шись, Авраам уви­дел овна, кото­рый рогами запу­тался в чаще. Он взял овна и при­нес в жертву, вме­сто сво­его сына Исаака.

В виду такого без­гра­нич­ного послу­ша­ния воле Божией Авраам полу­чил от Бога еще одно и послед­нее в его жизни под­твер­жде­ние обе­то­ва­ния, при­чем оно отли­ча­лось осо­бен­ной тор­же­ствен­но­стью и силой: в нем Гос­подь клялся Сами Собой («Мною кля­нусь…», Быт. 22.16), что гово­рит о без­услов­ной непре­лож­но­сти этого обе­то­ва­ния (ср. Евр. 6.13–18). И в нем Бог обе­щал не только умно­жить потом­ство Авра­ама, но и ука­зы­вал на рож­де­ние в его потом­стве Спа­си­теля всего чело­ве­че­ства: «и бла­го­сло­вятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послу­шался гласа Моего» (Быт.22.18), где под Семе­нем пони­мает Гос­подь наш Иисус Хри­стос (ср. Гал. 3.16).

Дан­ное место Писа­ния важно не только этим Боже­ствен­ным обе­то­ва­нием о при­ше­ствии Спа­си­теля. При­не­се­ние Иса­ака в жертву явля­ется про­об­ра­зом при­не­се­ния Жертвы Хри­сто­вой во спа­се­ние мира.

Авраам умер глу­бо­ким стар­цем (в воз­расте 175 лет) и был погре­бен сво­ими сыно­вьями Иса­а­ком и Изма­и­лом в пещере Мах­пела, где лежали останки его супруги Сары (Быт. 25.7–10). Среди избран­ных сосу­дов Божиих много вели­ких и пра­вед­ных мужей, но выше всех их по своей вере и пра­вед­но­сти стоит духов­ный родо­на­чаль­ник чело­ве­че­ского рода, отец веру­ю­щих и друг Божий — пат­ри­арх Авраам.

История Иакова

Приобретение Иаковом права первородства.

Исаак был един­ствен­ным наслед­ни­ком всех обе­то­ва­ний Божиих, кото­рые были даны его отцу Авра­аму и были повто­рены Богом ему самому (Быт. 26.3–5,24). Иса­аку было шесть­де­сят лет, когда жена­его Ревекка родила ему близ­не­цов. Пер­вого назвали Иса­вом (кос­ма­тым), так как он весь был покрыт воло­сами. Вто­рому дали имя Иаков. Когда они выросли, то стар­ший – Исав стал очень искус­ным охот­ни­ком и любим­цем сво­его отца Иса­ака, а млад­ший – Иаков, будучи крот­ким домо­се­дом, был любим­цем своей матери.

Одна­жды Исав вер­нулся с охоты очень уста­лым и голод­ным. Уви­дев, что Иаков при­го­то­вил куша­нье из чече­вицы, он стал с нетер­пе­нием у него про­сить: «Дай мне поесть крас­ного, крас­ного этого». На это Иаков отве­тил: «Про­дай мне теперь же свое пер­во­род­ство». Исав раз­дра­женно ска­зал: «Вот, я уми­раю, что мне в этом пер­во­род­стве?» Тогда Иаков потре­бо­вал от Исава клят­вен­ного обе­ща­ния: «Покля­нись мне теперь же» (Быт.25.30–33). Нетер­пе­ли­вый и лег­ко­мыс­лен­ный Исав тут же поклялся Иакову и про­ме­нял свое пер­во­род­ство на чече­вич­ную похлебку.

В то время пер­венцу при­над­ле­жали осо­бые права, кото­рые назы­ва­лись пра­вами пер­во­род­ства. Перед смер­тью отец семей­ства пере­да­вал стар­шему сыну власть над млад­шими бра­тьями, а также боль­шую часть сво­его име­ния. Но самое глав­ное заклю­ча­лось в том, что стар­ший сын полу­чал Божии обе­то­ва­ния, дан­ные его отцу, о рож­де­нии Спа­си­теля мира.

Исаак к ста­ро­сти почти поте­рял зре­ние и не раз­ли­чал даже своих близ­ких. Одна­жды он позвал к себе Исава и ска­зал: «Вот, я соста­рился; не знаю дня моей смерти; возьми теперь ору­дия твои, кол­чан твой и лук твой, пойди в поле, и налови мне дичи, и при­го­товь мне куша­нье, какое я люблю, и при­неси мне есть, чтобы бла­го­сло­вила тебя душа моя, прежде нежели я умру» (Быт. 27.2–4). Исав немед­ленно отпра­вился на охоту, чтобы выпол­нить волю отца. Ревекка же под­слу­шала их раз­го­вор, и решила, вос­поль­зо­вав­шись отсут­ствием Исава, подо­слать к отцу Иакова и обман­ным путем полу­чить у него бла­го­сло­ве­ние, кото­рое дается лишь пер­во­род­ному сыну. Иаков испу­гался и стал воз­ра­жать: «Исав, брат мой, чело­век кос­ма­тый, а я чело­век глад­кий; может статься, ощу­пает меня отец мой; и я буду в гла­зах его обман­щи­ком и наведу на себя про­кля­тие, а не бла­го­сло­ве­ние» (Быт. 27.11–12). Но Ревекка рас­се­яла его опа­се­ния и велела ему при­не­сти из стада двух коз­лят. Из коз­лят она при­го­то­вила куша­нье, надела на Иакова одежду Исава, чтобы от нее исхо­дил запах полей, а руки и шею обло­жила ему шку­рами коз­лят. Иаков вошел к отцу и, выда­вая себя за Исава, пред­ло­жил ему куша­нье. Исаак был удив­лен, что Исав так быстро вер­нулся с охоты, и, чтобы удо­сто­ве­риться, ощу­пал Иакова руками: «Голос, голос Иакова, — ска­зал удив­лен­ный Исаак, - а руки, руки Иса­вовы» (Быт. 27.22). Когда Исаак поел и выпил вина, его опять охва­тили сомне­ния. Он попро­сил мни­мого Исава поце­ло­вать его и успо­ко­ился, почув­ство­вав запах про­пи­тан­ной потом одежды. Исаак ска­зал радостно: «Вот, запах от сына моего, как запах от поля [пол­ного], кото­рое бла­го­сло­вил Гос­подь» (Быт. 27.27). И тут же он совер­шил над Иако­вом тор­же­ствен­ное бла­го­сло­ве­ние, кото­рое делало его пер­во­род­ным сыном и глав­ным наслед­ни­ком Божиих обе­то­ва­ний. Вскоре с охоты при­шел Исав и при­го­то­вил отцу его люби­мое куша­нье из дичи. Войдя к Иса­аку, он ска­зал: «Встань, отец мой, и поешь дичи сына сво­его, чтобы бла­го­сло­вила меня душа твоя» (Быт. 27.31). Но к сво­ему ужасу, он узнает, что его брат прежде него при­хо­дил к отцу и, вос­поль­зо­вав­шись сле­по­той Иса­ака, хит­ро­стью взял у него благословение.

Здесь речь идет не о том, что пер­во­род­ство можно купить и бла­го­сло­ве­ние Божие полу­чить обма­ном, а о том, что оно доста­ется достой­ному. Глав­ное в дей­ствиях Ревекки и Иакова – это дерз­но­ве­ние веры. При том, что Иаков потом много постра­дал именно за эту свою ложь, за свое лукав­ство, – жизнь его была испол­нена мно­гих скор­бей, но, тем не менее, Гос­подь при­ни­мает его дерзновение.

Лестница Иакова.

Исав вос­пы­лал гне­вом и гро­зил убить Иакова, но, щадя люби­мого отца, он решил испол­нить свою угрозу после его смерти. Ревекка, опа­са­ясь за жизнь Иакова, ска­зала ему: «Исав, брат твой, гро­зит убить тебя; и теперь, сын мой, послу­шайся слов моих, встань, беги [в Месо­по­та­мию] к Лавану, брату моему, в Хар­ран, и поживи у него несколько вре­мени, пока уто­лится ярость брата тво­его… на тебя, и он поза­бу­дет, что ты сде­лал ему: тогда я пошлю, и возьму тебя оттуда» (Быт. 27.42–45).

Отпра­вив­шись в дале­кий путь, Иаков в пер­вый день, оче­видно, гони­мый опа­се­нием сво­его сви­ре­пого брата, про­шел более шести­де­сяти верст, и, дойдя до местечка Луз, оста­но­вился там пере­но­че­вать. Это было то самое место, где неко­гда Авраам воз­дви­гал жерт­вен­ник Богу. Уви­дев несколько кам­ней, быть может, оста­ток этого именно жерт­вен­ника, Иаков поло­жил один из них себе под голову вме­сто подушки и от край­него утом­ле­ния заснул глу­бо­ким сном. И вот он видит чудес­ный сон: лест­ницу, кото­рая сто­яла на земле, а верх ее касался неба. Ангелы Божии вос­хо­дили и нис­хо­дили по ней, а на самой верх­ней сту­пеньке стоял Гос­подь и гово­рил ему: «Я Гос­подь, Бог Авра­ама, отца тво­его, и Бог Иса­ака; [не бойся]. Землю, на кото­рой ты лежишь, Я дам тебе и потом­ству тво­ему; и будет потом­ство твое, как песок зем­ной; и вот Я с тобою, и сохраню тебя везде, куда ты ни пой­дешь; и воз­вращу тебя в сию землю…» (Быт. 28.13–15). Про­бу­див­шись от сна, Иаков, пора­жен­ный необык­но­вен­ным виде­нием, ска­зал: «Как страшно сие место! это не иное что, как дом Божий, это врата небес­ные» (Быт. 28.17). В память о своем необык­но­вен­ном виде­нии Иаков уста­но­вил камень, на кото­ром спал, и воз­лил на него елей. А место это он назвал Вефиль, что зна­чит «Дом Божий».

По цер­ков­ному тол­ко­ва­нию, лест­ница Иакова про­об­ра­зо­вы­вает Пре­свя­тую Деву Бого­ро­дицу. Так, в цер­ков­ных пес­но­пе­ниях, обра­щен­ных к Божией Матери гово­рится: «лествица, воз­вы­сив­шая всех от земли бла­го­да­тью», «лествица небес­ная, ею же сниде Бог», «Радуйся, лествице высо­кая, юже Иаков виде», «Тебе, мыс­лен­ную и оду­шев­лен­ную лествицу, на ней же Бог наш утвер­дися, ею же к небеси обре­то­хом вос­хож­де­ние, пес­ньми, Бого­ро­дице, вели­чаем». По сло­вам преп. Иоанна Дамас­кина, Гос­подь «соору­дил Себе оду­шев­лен­ную лествицу, кото­рой осно­ва­ние утвер­ждено на земле, а верх каса­ется самого неба и на кото­рой утвер­жда­ется Бог. Лествица духов­ная, т.е. Дева, утвер­ждена на земле, потому что Она роди­лась на земле; глава Ее каса­лась неба, потому что глава Ее был Бог и Отец». «Ангелы вос­хо­дят и нис­хо­дят по ней» (Быт. 28.12), т.к. в Своих молит­вах Бого­ро­дица велит анге­лам вме­сте с Ней непре­станно помо­гать людям, воз­нося к Богу молитвы моля­щихся и низ­водя с небес людям помощь.

Женитьба Иакова. Возвращение домой. Борьба Иакова с Богом.

Посе­лив­шись у сво­его дяди Лавана, Иаков семь лет рабо­тал на него, чтобы взять в жены дочь Лавана — Рахиль. Однако Лаван, вос­поль­зо­вав­шись восточ­ным обы­чаем, по кото­рому неве­ста во время заклю­че­ния брака плотно заку­ты­ва­ется в покры­вала, обма­нул Иакова и вме­сто Рахили отдал ему ее стар­шую сестру Лию, оправ­ды­ва­ясь потом тем, что по мест­ному обы­чаю «так не делают, чтобы млад­шую отдать прежде стар­шей» (Быт. 29.26). Затем воз­му­щен­ному Иакову Лаван пред­ло­жил и Рахиль с усло­вием, что Иаков отра­бо­тает после сва­дьбы с Рахи­лью у него еще семь лет, что тот и сде­лал. В тече­нии вто­рых семи лет у Иакова роди­лось 11 сыно­вей (от двух жен, Лии и Рахили, и двух их рабынь), и послед­ним из них был Иосиф, сын Рахили. И еще несколько лет рабо­тал Иаков на Лавана, и при­об­рел этим себе мно­гое богатство.

Когда по про­ше­ствии два­дцати лет Иаков, нако­нец, по пове­ле­нию Божию поки­нул Лавана и воз­вра­щался домой с женами, детьми и ско­том, он, нахо­дясь в лагере в Маха­на­име, послал брату сво­ему Исаву послов ска­зать о своем воз­вра­ще­нии. Вскоре ему сооб­щили о при­бли­же­нии Исава во главе четы­рех­сот чело­век. Иаков испу­гался и взмо­лился Богу: «Избавь меня от руки брата моего, от руки Исава, ибо я боюсь его, чтобы он, придя, не убил меня [и] матери с детьми» (Быт.32.11). И ночью совер­ши­лось одно из самых таин­ствен­ных и вели­ких собы­тий в жизни Иакова: ему явился Гос­подь в чело­ве­че­ском образе и всю ночь, до появ­ле­ния зари, боролся с ним. Когда появи­лась заря, Гос­подь пере­стал бороться с Иако­вом (повре­див ему ногу), бла­го­сло­вил его и назвал его новым име­нем – Изра­иль, что зна­чит «бого­бо­рец»: «отныне имя тебе будет не Иаков, а Изра­иль, ибо ты боролся с Богом, и чело­ве­ков одо­ле­вать будешь» (Быт. 32.28). Тем самым Бог утвер­дил Иакова на встречу с Иса­вом, а также пока­зал буду­щую исто­рию потом­ков Иакова – народа Изра­иль­ского, кото­рая будет состо­ять из про­ти­во­дей­ствия этого народа боже­ствен­ному при­зва­нию, из вре­мен­ных испы­та­ний и потерь мате­ри­аль­ных, но все же и из обла­да­ния непре­хо­дя­щими духов­ными благами.

Наутро Иаков бла­го­по­лучно встре­тил Исава, и они при­ми­ри­лись. Иаков, воз­вра­тив­шись в Ханаан, посе­лился в городе Сихем и там поста­вил жерт­вен­ник, где при­зы­вал имя Гос­пода Бога Изра­и­лева (Быт. 33.19–20). После этого Бог ска­зал Иакову: «встань, пойди в Вефиль и живи там, и устрой там жерт­вен­ник Богу, явив­ше­муся тебе, когда ты бежал от лица Исава, брата тво­его» (Быт.35.1). И пере­се­лился туда Иаков. Там снова явился ему Гос­подь и повто­рил обе­то­ва­ние, дан­ное Авра­аму: «Я Бог Все­мо­гу­щий; пло­дись и умно­жайся; народ и мно­же­ство наро­дов будет от тебя, и цари про­изой­дут из чресл твоих; землю, кото­рую Я дал Авра­аму и Иса­аку, Я дам тебе, и потом­ству тво­ему по тебе дам землю сию» (Быт.35.11,12). После этого Изра­иль ушел из Вефиля (по дороге, не доходя до Ефрафы или Виф­ле­ема, уми­рает Рахиль при рож­де­нии Вени­а­мина) и, нако­нец, вер­нулся в Хев­рон к отцу сво­ему Иса­аку, кото­рый тогда еще был жив. После кон­чины Иса­ака на сто вось­ми­де­ся­том году жизни (Быт.35.29) Иаков остался жить у дуб­равы Мамре, и было у него две­на­дцать сыно­вей: Рувим, Симеон, Левий, Иуда, Исса­хар, Заву­лон, Дан, Неф­фа­лим, Гад, Асир, Иосиф и Вени­а­мин, от кото­рых потом про­изо­шли две­на­дцать колен или пле­мен народа еврейского.

История Иосифа

Из всех своих сыно­вей Иаков больше всего любил Иосифа, отли­ча­ю­ще­гося доб­ро­де­те­лью, и сшил ему раз­но­цвет­ную одежду (Быт. 37.3). Бра­тья же стали зави­до­вать Иосифу и воз­не­на­ви­дели его. Эта нена­висть уси­ли­лась еще больше после того, как Иосиф рас­ска­зал им два своих сна, в кото­рых пред­ска­зы­ва­лось покло­не­ние всех бра­тьев и даже отца Иосифу. Одна­жды бра­тья пасли стада далеко от дома, и отец послал Иосифа наве­стить их и узнать, здо­ровы ли бра­тья его и цел ли скот. Когда он под­хо­дил к ним, бра­тья еще издали уви­дели Иосифа и захо­тели убить его. Но Рувим, стар­ший из бра­тьев, ска­зал: «Не про­ли­вайте крови; бросьте его в ров» (Быт. 37.22). А сам думал потом спа­сти Иосифа и воз­вра­тить отцу. Бра­тья послу­ша­лись; они сняли с Иосифа раз­но­цвет­ную одежду и бро­сили его в глу­бо­кий ров, в кото­ром не было воды. В это время про­ез­жали мимо них купцы с това­рами в Еги­пет­скую землю. Один из бра­тьев — Иуда посо­ве­то­вал про­дать Иосифа, и они про­дали его за два­дцать среб­ре­ни­ков. Затем они взяли одежду Иосифа, выма­зали ее кро­вью коз­ленка, при­несли к отцу и ска­зали: «мы это нашли; посмотри, сына ли тво­его эта одежда, или нет» (Быт. 37.32). Иаков узнал одежду. «Это одежда сына моего; хищ­ный зверь съел его; верно, рас­тер­зан Иосиф» (Быт. 37.33) – с горе­стью вос­клик­нул он. Потом он долго опла­ки­вал сво­его люби­мого сына и не мог утешиться.

Купцы же при­везли Иосифа в Еги­пет и про­дали одному царе­дворцу, по имени Поти­фар. Живя в Египте, среди языч­ни­ков, Иосиф твердо хра­нил веру в истин­ного Бога и боялся в чем-либо согре­шить пред Ним; сво­ему гос­по­дину слу­жил честно. Поти­фар полю­бил его и сде­лал управ­ля­ю­щим в своем доме. Но злая и ковар­ная жена Поти­фа­рова окле­ве­тала Иосифа перед своим мужем, обви­нив Иосифа в неце­ло­муд­рен­ном отно­ше­нии к ней. Поти­фар пове­рил жене и поса­дил Иосифа в тюрьму (см. Быт., гл. 39).

За истол­ко­ва­ние фара­ону сна о семи годах изоби­лия и семи годах голода и за советы по заго­товке хлеба Иосифа был осво­бож­ден из тюрьмы и назна­чен глав­ным началь­ни­ком в земле Еги­пет­ской, пер­вым после фара­она (см. Быт., гл. 41). А когда настал голод, стали ото­всюду при­ез­жать в Еги­пет за хле­бом. При­е­хали в Еги­пет за хле­бом и сыно­вья Иакова, из земли Хана­ан­ской. Иосиф испы­тал их и, убе­див­шись в том, что они сожа­леют о своем поступке и изме­ни­лись, открылся бра­тьям. Когда Иаков с вели­кой радо­стью узнал, что сын его Иосиф жив, он пере­се­лился со всем своим семей­ством в Еги­пет (см. Быт., гл. 42–46). Перед отхо­дом в Еги­пет Иаков при­шел в Вир­са­вию и при­нес жертвы Богу. И Гос­подь явился ему ночью и ска­зал: «Я Бог, Бог отца тво­его; не бойся идти в Еги­пет, ибо там про­из­веду от тебя народ вели­кий; Я пойду с тобою в Еги­пет, Я и выведу тебя обратно» (Быт.46.3,4).

Благословение Иакова.

Сем­на­дцать лет про­жил пре­ста­ре­лый Иаков-Изра­иль в Египте и стал при­бли­жаться к смерти. Сна­чала он бла­го­сло­вил Иосифа и его детей – Манас­сию и Ефрема. Иосиф под­вел сыно­вей своих к отцу так, что стар­ший Манас­сия стоял про­тив пра­вой руки Иакова, а млад­ший Ефрем стоял про­тив левой. Но Иаков сло­жил руки кре­стом так, что пра­вая его рука легла на голову Ефрема, а левая — на голову Манас­сии. И бла­го­сло­вил их: Ефрема, как стар­шего, а Манас­сию, как млад­шего. Это кре­сто­об­раз­ное сло­же­ние рук Иако­вом для бла­го­сло­ве­ния было про­об­ра­зом Кре­ста Хри­стова и ука­за­нием на то время, когда люди будут полу­чать бла­го­сло­ве­ние Гос­подне не по стар­шин­ству, а по своим доб­рым делам и заслугам.

Потом, собрав вокруг постели всех сыно­вей своих, Изра­иль каж­дому из них дал бла­го­сло­ве­ние. Наи­бо­лее важ­ным явля­ется бла­го­сло­ве­ние Иуде (к кото­рому пере­шло пер­во­род­ство от пер­вых трех бра­тьев из-за их гре­хов), т.к. оно заклю­чает в себе про­ро­че­ство о при­ше­ствии Спа­си­теля: «Не отой­дет ски­петр от Иуды и зако­но­да­тель от чресл его, доколе не при­и­дет При­ми­ри­тель, и Ему покор­ность наро­дов» (Быт. 49.10) – т.е. из потом­ства Иуды будут цари над еврей­ским наро­дом до тех пор, пока не при­дет При­ми­ри­тель – Хри­стос Спа­си­тель. Слова же «Пре­кло­нился он, лег, как лев и как львица: кто под­ни­мет его?» (Быт. 49.9) ука­зы­вают на Его воскресение.

После этого Иаков запо­ве­дал сыно­вьям своим, чтобы они похо­ро­нили его в земле Хана­ан­ской, там же, где похо­ро­нены Авраам, Сарра, Исаак, Ревекка и Лия. И умер Иаков-Изра­иль ста сорока семи лет, и отне­сен был сыно­вьями в землю Хана­ан­скую и похо­ро­нен там (Быт.49.33; 50.13).

После смерти отца бра­тья очень боя­лись, как бы Иосиф не ото­мстил им за то зло, кото­рое они ему при­чи­нили. Узнав об этом, Иосиф при­гла­сил к себе своих бра­тьев, про­стил им грех и, плача, ска­зал: “Не бой­тесь, ибо я боюсь Бога; вот, вы умыш­ляли про­тив меня зло; но Бог обра­тил это в добро…” (Быт. 50:19–20).

Через пять­де­сят лет после Иакова умер и Иосиф. Перед смер­тью он ска­зал, что Бог выве­дет народ Изра­иль­ский из Египта и воз­вра­тить в землю Хана­ан­скую. Он также запо­ве­дал, чтобы кости его были пере­не­сены в род­ную землю (Быт. 50.24–26).

В исто­рии пат­ри­арха Иосифа ярчай­шим обра­зом про­об­ра­зу­ются гря­ду­щие черты слу­же­ния Спа­си­теля. Как Иосиф был нена­ви­дим бра­тьями, так и Гос­подь Иисус Хри­стос был нена­ви­дим началь­ни­ками иудей­скими. Эта нелю­бовь к Иосифу выли­ва­ется в жела­ние его убить и, в конце кон­цов, про­яв­ля­ется в дея­нии фак­ти­че­ски рав­ном убий­ству – в про­даже его куп­цам. Сумма, за кото­рую он про­дан – 20 среб­ре­ни­ков – близка к той, за кото­рую был про­дан Спа­си­тель. А брат, кото­рый при­ду­мал совер­шить эту сделку – Иуда. Про­об­ра­зо­ва­тель­ным явля­ется без­вин­ное окле­ве­та­ние Иосифа в Египте, заклю­че­ние, тюрьма, и, нако­нец, оправ­да­ние и воз­не­се­ние во славе до вто­рого места во всем Египте, и через это – спа­се­ние Египта, и про­ще­ние, и спа­се­ние своих бра­тьев, – при­чем спа­се­ние, кото­рое достав­ля­ется им посред­ством даро­ва­ния хлеба. Так и Гос­подь Иисус Хри­стос по вос­кре­се­нии Своем про­щает Своих рас­пи­на­те­лей, дает им воз­мож­ность спа­стись, пода­вая им в снедь Хлеб таин­ствен­ный в таин­стве Евха­ри­стии. И даже само имя «Цаф­наф-панеах», кото­рое дает фараон Иосифу в Египте (Быт. 41.45) – «Спа­си­тель мира» – гово­рит само за себя.

История праведного Иова

Истин­ная рели­гия и бла­го­че­стие не огра­ни­чи­ва­лись тес­ным кру­гом избран­ного рода. Отдель­ные пра­вед­ники жили и в дру­гих местах древ­него мира.

Таким пра­вед­ни­ком был Иов, жизнь кото­рого опи­сы­ва­ется в книге, извест­ной под его име­нем (книга Иова). Он жил в земле Уц, в север­ной части Ара­вии, во вре­мена пат­ри­ар­хов («был он пятым от Авра­ама»), «был непо­ро­чен, спра­вед­лив и бого­бо­яз­нен, и уда­лялся от зла», и по сво­ему богат­ству «был зна­ме­ни­тее всех сынов востока» (Иов. 1.1, 3). У него было семь сыно­вей и три дочери, состав­ляв­шие счаст­ли­вое и доволь­ное семей­ство. Но искон­ный враг чело­ве­че­ства пред лицем Бога стал утвер­ждать, что Иов пра­ве­ден и бого­бо­яз­нен только ради сво­его богат­ства и зем­ного сча­стия, и что с поте­рей зем­ных благ он пере­ста­нет бла­го­слов­лять и сла­во­сло­вить Бога.

Чтобы посра­мить отца лжи и укре­пить веру и тер­пе­ние Сво­его угод­ника, Бог дает Иову вме­сте со сча­стьем испы­тать и все бед­ствия и горечи зем­ной жизни. По попу­ще­нию Божию, сатана один за дру­гим нано­сит ему страш­ные удары, лишая его всего богат­ства, всех слуг и всех детей. Но эти бед­ствие не поко­ле­бали веры Иова, кото­рый лишь покло­нился Гос­поду и ска­зал: «наг я вышел из чрева матери моей, наг и воз­вра­щусь; Гос­подь дал, Гос­подь и взял, да будет имя Гос­подне бла­го­сло­венно!» (Иов 1.21).

Тогда сатана по попу­ще­нию Божию пора­зил его тело про­ка­зою, самой тяже­лой болез­нью на востоке. Про­каза лишала боль­ного права пре­бы­ва­ния в городе, и потому Иов дол­жен был уда­литься за его пре­делы, и там сидел в пепле, скобля череп­ком стру­пья на своем теле.

Все отвер­ну­лись от Иова, и даже жена его пре­зри­тельно гово­рила ему: «Ты все еще тверд в непо­роч­но­сти своей. Похули Бога и умри». «Ты гово­ришь как одна из безум­ных, – отве­чал ей мно­го­стра­даль­ный пра­вед­ник, – неужели доб­рое мы будем при­ни­мать от Бога, а злого не будем при­ни­мать?» (Иов 2.9–10). Так Иов даже сло­вом не согре­шил пред Богом, без­ро­потно пере­нося свое соб­ствен­ное тяже­лое положение.

Услы­шав о несча­стиях Иова, три его друга при­шли раз­де­лить его скорбь. Они счи­тали, что Иов нака­зан Богом за грехи, и убеж­дали ни в чем непо­вин­ного пра­вед­ника пока­яться. Иов отве­чал, что он неви­но­вен. Дру­зья, однако, не верили и про­дол­жали счи­тать, что Гос­подь посту­пает с Иовом по закону чело­ве­че­ского воз­мез­дия, нака­зы­вая его за совер­шен­ные грехи.

Пра­вед­ный Иов, изне­мо­гая от скор­бей, подо­зре­ний дру­зей и непо­ни­ма­ния при­чины своих бед­ствий, обра­тился с молит­вой к Богу, прося у Него сви­де­тель­ства своей неви­нов­но­сти и объ­яс­не­ния всему про­ис­хо­дя­щему. Тогда Бог явил Себя в бур­ном вихре, уко­рив Иова за то, что он пытался про­ник­нуть своим разу­мом в тайны судеб Божиих.[13] Гос­подь пока­зал Иову Свое все­мо­гу­ще­ство и пре­муд­рость, явлен­ные в устро­е­нии види­мого мира, также ука­зал на источ­ник зла − на диа­вола и, нако­нец, таин­ствен­ным обра­зом научил, по сло­вам свт. Иоанна Зла­то­уста, Иова тайне Хри­сто­вой, т.е. открыл, что избав­ле­ние от зла может прийти только через Крест Хри­стов. Пра­вед­ник всем серд­цем рас­ка­ялся в своих чисто чело­ве­че­ских поня­тиях о спра­вед­ли­во­сти, кото­рые поте­ряли вся­кий смысл перед тай­ной Кре­ста, и ска­зал: «Я слы­шал о Тебе слу­хом уха; теперь же мои глаза видят Тебя; поэтому я отре­ка­юсь и рас­ка­и­ва­юсь в прахе и пепле» (Иов. 42:5–6).

На этом закон­чи­лось испы­та­ние Иова. Бог, пока­зав в Своем угод­нике обра­зец веры и тер­пе­ния, щедро воз­на­гра­дил его: исце­лил от болезни, обо­га­тил вдвое больше преж­него, и у Иова роди­лись еще сыно­вья и дочери.

Исто­рия мно­го­стра­даль­ного Иова, этого вели­чай­шего вет­хо­за­вет­ного пра­вед­ника, не теряет сво­его зна­че­ния и в ново­за­вет­ное время. Она сви­де­тель­ствует, что не все­гда зем­ное сча­стье сопут­ствует доб­ро­де­тель­ной жизни чело­века, и что несча­стья Бог посы­лает не только в нака­за­ние, но и для испы­та­ния веры и доб­ро­де­тели чело­века, для еще боль­шего утвер­жде­ния пра­вед­ника в тер­пе­нии и упо­ва­нии на Бога. Книга Иова учит, что чело­веку во всей пол­ноте невоз­можно постичь замы­сел Бога о смысле про­ис­хо­дя­щего, но воз­можно пре­даться воле Божией, все­бла­гой и пре­муд­рой, и бла­го­да­рить Бога за все, в том числе и за горести.

Кроме нрав­ствен­ного книга имеет еще и мес­си­ан­ское зна­че­ние. В беседе с дру­зьями Иов про­ро­че­ство­вал об Иску­пи­теле и о буду­щем вос­кре­се­нии мерт­вых: “Я знаю, Иску­пи­тель мой жив, и Он в послед­ний день вос­ста­вит из праха рас­па­да­ю­щу­юся кожу мою сию, и я во плоти моей узрю Бога. Я узрю Его сам; мои глаза, а не глаза дру­гого, уви­дят Его” (Иов. 19.25–27). Более того, сам Иов сво­ими невин­ными стра­да­ни­ями и тер­пе­нием про­об­ра­зо­вал Гос­пода Иисуса Хри­ста. И поэтому неко­то­рые главы из книги Иова чита­ются во время бого­слу­же­ния на Страст­ной Сед­мице, когда вспо­ми­на­ются Спа­си­тель­ные Стра­сти Гос­пода Иисуса Христа.

Сло­вами пра­вед­ного Иова, испол­нен­ными глу­бо­кой любви к Богу и бла­го­дар­но­сти Ему закан­чи­ва­ется Боже­ствен­ная Литур­гия: «Буди имя Гос­подне бла­го­сло­венно отныне и до века».

Исход Израиля из Египта

Период Еги­пет­ского раб­ства. Рож­де­ние Мои­сея. При­зва­ние Мои­сея. Казни еги­пет­ские. Празд­ник Пасхи. Чудеса, во время исхода из Египта. Даро­ва­ние Синай­ского зако­но­да­тель­ства. Золо­той телец.

Ски­ния. У гра­ниц Хана­ана. Посылка согля­да­те­лей. Соро­ка­лет­нее стран­ство­ва­ние в пустыни. 

Период Египетского рабства. Рождение Моисея

После пере­се­ле­ния в Еги­пет изра­иль­ские посе­ленцы быстро осво­и­лись на новых местах. Семья Иакова быстро росла и вскоре пре­вра­ти­лась в целый народ (Исх.1.7), кото­рый стал назы­ваться изра­иль­ским, по имени пат­ри­арха Изра­иля, и еврей­ским, по имени пат­ри­арха Евера. Так испол­ни­лось пред­ска­за­ние Божие Авра­аму, что «потомки его будут при­шель­цами в земле не своей» (Быт. 15.13), где от них дол­жен был про­изойти народ вели­кий. Все они жили в земле Гесем (северо-восточ­ная часть дельты Нила, при­год­ная для паст­бищ) в шат­рах и зани­ма­лись скотоводством.

Видя, как быстро умно­жа­ется Изра­иль, фараон, опа­са­ясь пре­да­тель­ства в слу­чае напа­де­ния вра­гов, решил изве­сти народ еврей­ский. По при­казу фара­она евреев тол­пами сго­няли на стро­и­тель­ные пло­щадки и застав­ляли месить глину и делать кир­пичи. Так они тру­ди­лись изо дня в день, от зари до зари, под нестер­пимо паля­щими лучами солнца, а над­смотр­щики под­го­няли их пал­ками (Исх. 1.8–14). Затем фараон при­ка­зал еврей­ским пови­валь­ным баб­кам умерщ­влять при родах всех мла­ден­цев муж­ского пола, а когда эти жен­щины не стали испол­нять при­каз фара­она, при­ка­зал пала­чам, чтобы те отби­рали у мате­рей ново­рож­ден­ных маль­чи­ков и бро­сали их в Нил (Исх. 1.15–22). От всех этих при­тес­не­ний сте­нали сыны Изра­и­левы, и Бог услы­шал их (Исх. 2.23–24). Для избав­ле­ния евреев из еги­пет­ского плена Гос­подь избрал вели­кого про­рока и вождя Мои­сея.

Мои­сей родился в колене Левия (Исх. 2.1–2). Чтобы спа­сти ребенка от рук фара­она, роди­тели Мои­сея поло­жили трех­ме­сяч­ного мла­денца в кор­зинку и поста­вили в трост­ник у реки. Дочь фара­она, придя на реку, уви­дела кор­зинку и достала ее из воды. Уви­дев в ней ребенка и сжа­лив­шись над ним, она решила взять его под свое покро­ви­тель­ство, а пока он под­рас­тал, пору­чила его забо­там кор­ми­лицы-еврейки, кото­рой стала сама мать Мои­сея. Когда маль­чик уже под­рос, мать отвела его во дво­рец, а дочь фара­она усы­но­вила малень­кого изра­иль­тя­нина, назвав его Мои­сеем, «потому что, гово­рила она, я из воды вынула его» (Исх. 2.10).

Биб­лей­ское повест­во­ва­ние не сооб­щает ника­ких подроб­но­стей из ран­ней жизни Мои­сея при фара­о­но­вом дворе. Вос­при­няв все доб­рое, что имела в себе еги­пет­ская куль­тура (Деян. 7.22), Мои­сей в то же время сохра­нил в чистоте свои ум и сердце от гру­бого идо­ло­по­клон­ства егип­тян и утвер­ждался в вере своих отцов. Живя в кругу цар­ской семьи, он нико­гда не забы­вал, что он еврей, и всей душой любил свой народ.

Одна­жды, придя к сынам Изра­и­ле­вым, Мои­сей уви­дел, как еги­пет­ский над­смотр­щик без­жа­лостно изде­ва­ется над одним евреем. Мои­сей засту­пился за еди­но­пле­мен­ника и, видя, что вокруг никого не было, убил жесто­кого мучи­теля, а тело зако­пал в песок. На сле­ду­ю­щий день после убий­ства он ока­зался сви­де­те­лем драки двух изра­иль­тян. Мои­сей раз­вел разъ­ярен­ных про­тив­ни­ков и спро­сил у более силь­ного: «Зачем ты бьешь ближ­него тво­его?» (Исх. 2.13). Еврею не понра­ви­лось вме­ша­тель­ство Мои­сея, и он вызы­ва­юще ска­зал ему: «Кто поста­вил тебя началь­ни­ком и судьею над нами? не дума­ешь ли убить меня, как убил [вчера] Егип­тя­нина?» (Исх. 2.14). От этих слов испу­гался Мои­сей – он понял, что мно­гие уже знают об убий­стве егип­тя­нина. Узнал об этом и фараон. И спа­са­ясь от его пре­сле­до­ва­ния, Мои­сей поки­нул Еги­пет и укрылся на Синай­ском полу­ост­рове в земле Мади­ам­ской. Там он женился на Сеп­форе, дочери мади­ам­ского свя­щен­ника Иофора-Рагу­ила, и у него роди­лись два сына (Исх. 2.21–22).Оставаясь в доме тестя, Мои­сей пас его скот.

Призвание Моисея

Про­шло сорок лет жизни Мои­сея в изгна­нии. Ему уже испол­ни­лось восемь­де­сят лет. Но вот, нако­нец, настало время, когда Мои­сей дол­жен был испол­нить свое при­зва­ние. Одна­жды он пас овец у под­но­жия горы Хорив (Синай), кото­рая у мади­а­ми­тян назы­ва­лась горой Божией. Непо­да­леку от того места, где он нахо­дился, Мои­сей уви­дел чудес­ное явле­ние: тер­но­вый куст вспых­нул огнем и не сго­рал. Желая поближе раз­гля­деть это зага­доч­ное явле­ние, он решил подойти к тер­нов­нику, но вдруг из пыла­ю­щего куста услы­шал голос Божий: «Мои­сей! Мои­сей! … не под­ходи сюда; сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на кото­ром ты сто­ишь, есть земля свя­тая» (Исх. 3.4–5). «Я Бог отца тво­его, Бог Авра­ама, Бог Иса­ака и Бог Иакова, – про­дол­жал Гос­подь. – … Я уви­дел стра­да­ния народа Моего в Египте… и иду изба­вить его от руки Егип­тян и выве­сти его из земли сей… в землю хоро­шую и про­стран­ную, где течет молоко и мед, в землю Хана­неев… Итак пойди: Я пошлю тебя к фара­ону …и выведи из Египта народ Мой» (Исх. 3.7–10). С созна­нием сво­его недо­сто­ин­ства Мои­сей отве­тил Гос­поду: «Кто я, чтобы мне идти к фара­ону… и выве­сти из Египта сынов Изра­и­ле­вых?» В ответ Гос­подь ска­зал ему: «Я буду с тобою, и вот тебе зна­ме­ние, что Я послал тебя: когда ты выве­дешь народ [Мой] из Египта, вы совер­шите слу­же­ние Богу на этой горе» (Исх. 3. 6–12). И Гос­подь откры­вает имя Свое Мои­сею: «Я есмь Сущий. И ска­зал: так скажи сынам Изра­и­ле­вым: Сущий [Иегова] послал меня к вам» (Исх. 3.14).

По пове­ле­нию Гос­пода Мои­сей дол­жен был явиться в Еги­пет к своим еди­но­пле­мен­ни­кам и объ­явить ста­рей­ши­нам Боже­ствен­ное опре­де­ле­ние об осво­бож­де­нии народа от еги­пет­ского раб­ства и о пере­се­ле­нии их в обе­то­ван­ную землю. Затем Мои­сей вме­сте со ста­рей­ши­нами дол­жен был явиться к фара­ону и попро­сить у него раз­ре­ше­ния отпу­стить еврей­ский народ в пустыню для при­не­се­ния жертвы Богу. Когда фараон раз­ре­шит изра­иль­скому народу уда­литься в пустыню на три дня пути, тогда они могут, вос­поль­зо­вав­шись этим слу­чаем, навсе­гда поки­нуть страну рабства.

Гос­подь пре­ду­пре­ждает Мои­сея, что фараон отпу­стит их не доб­ро­вольно, а только после страш­ных кара­ю­щих чудес, кото­рые совер­шатся над Егип­том. Чтобы сыны изра­иль­ские пове­рили Мои­сею, Гос­подь дал ему силу тво­рить чудеса: начи­ная с этого момента, Мои­сей мог по жела­нию пре­вра­щать жезл в змея, вызы­вать и изле­чи­вать про­казу руки и пре­вра­щать воду в кровь. И хотя Гос­подь наде­лил Мои­сея силой чудо­тво­ре­ния, он все же про­дол­жал отка­зы­ваться от такой чрез­вы­чайно труд­ной мис­сии, ссы­ла­ясь на свое кос­но­язы­чие и отсут­ствие крас­но­ре­чия, кото­рое так необ­хо­димо для вождя мно­го­чис­лен­ного народа. Гос­подь про­гне­вался на Мои­сея за его непо­слу­ша­ние и ска­зал, что даст Мои­сею в помощь его стар­шего брата, Аарона, кото­рый весьма крас­но­ре­чив и будет гово­рить от его имени: «ты будешь ему гово­рить и вла­гать слова [Мои] в уста его, а Я буду при устах твоих и при устах его и буду учить вас, что вам делать» (Исх. 4.15). Нако­нец, Мои­сей пови­но­вался воле Божией и отпра­вился в Египет.

Образ горя­щего и несго­ра­ю­щего тер­но­вого куста («неопа­ли­мой купины») явля­ется про­об­ра­зом и Хри­ста и Божьей Матери. Неопа­ли­мая купина про­об­ра­зует соеди­не­ние в Гос­поде Иисусе Хри­сте Боже­ства и чело­ве­че­ства. В отно­ше­нии Божией Матери купина, объ­ятая огнем, являет образ Прис­но­дев­ства, т.е. сохра­не­ния Пре­чи­стой Бого­ро­ди­цей дев­ства и по рож­де­нии Сына.

Казни египетские

На гра­нице Египта Мои­сей встре­тился с Ааро­ном, кото­рого Гос­подь послал ему навстречу. Мои­сей открыл сво­ему брату волю Божию и пока­зал зна­ме­ния. Когда они при­шли в землю Гесем, то, прежде всего, собрали изра­иль­ских ста­рей­шин и открыли им волю Божию о еврей­ском народе, под­креп­ляя свои слова чуде­сами. Еврей­ские ста­рей­шины, услы­шав о том, что Гос­подь посе­тил их и дарует им сво­боду, с радо­стью вос­при­няли эту весть. И народ вос­пря­нул духом и радо­вался, что нако­нец-то «Гос­подь посе­тил сынов Изра­и­ле­вых» (Исх.4.31). После этого оста­ва­лось только сооб­щить волю Божию фара­ону и про­сить его об осво­бож­де­нии народа для жертвоприношения.

С тех пор, как Мои­сей убил егип­тя­нина, про­шло много лет, и в Египте пра­вил уже дру­гой фараон. Мои­сей вме­сте со своим бра­том вошел к нему и ска­зал ему: «Так гово­рит Гос­подь, Бог Изра­и­лев: отпу­сти народ Мой, чтоб он совер­шил Мне празд­ник в пустыне». Но царь еги­пет­ский отверг просьбу Мои­сея: «Кто такой Гос­подь, чтоб я послу­шался голоса Его и отпу­стил [сынов] Изра­иля? я не знаю Гос­пода и Изра­иля не отпущу» (Исх. 5.1–2). С этими сло­вами фараон про­гнал бра­тьев, а своим чинов­ни­кам ска­зал, что у евреев такие празд­ные мысли (о жерт­во­при­но­ше­нии) появи­лись от без­де­лия, поэтому им надо дать еще больше работы. И изра­иль­тя­нам было при­ка­зано не только выра­ба­ты­вать ранее уста­нов­лен­ную норму кир­пи­чей, но сверх того самим достав­лять солому для их выделки.

Тогда Мои­сей и Аарон по пове­ле­нию Божию опять яви­лись к фара­ону. Чтобы убе­дить его, что они дей­стви­тельно послан­ники Божии, Аарон бро­сил на пол свой жезл, и он пре­вра­тился в пол­за­ю­щего змея. Но фараон велел при­ве­сти своих чаро­деев, и те про­де­лали то же самое, что и Аарон. И хотя змей Аарона пожрал змеев еги­пет­ских волх­вов, сердце фара­она оже­сто­чи­лось, и он вновь не послу­шал бра­тьев (Исх. 7.10–13).

Тогда Мои­сей по пове­ле­нию Божию наслал на Еги­пет десять каз­ней (Исх.7.15–12.32): (1) сперва вода Нила пре­вра­ти­лась в кровь, потом пооче­редно появи­лись в огром­ном коли­че­стве (2) жабы, (3) мошки и (4) песьи мухи, (5) далее слу­чился мор скота, (6) тела людей покры­лись гно­я­щи­мися нары­вами, (7) силь­ный град побил все, что было в поле: от чело­века до скота, и траву, и дере­вья, (8) а что еще оста­лось, поела саранча, (9) затем в тече­ние трех дней по всему Египту была тьма. Казни эти пора­жали только те места, где жили егип­тяне; земли же Гесем, где жили евреи, они не каса­лись. При­том каж­дая казнь начи­на­лась и окан­чи­ва­лась по слову Мои­сея. Еги­пет­ские маги пыта­лись своим искус­ством про­из­ве­сти такие же чудеса, но при тре­тьей казни они сами созна­лись фара­ону, что в делах Мои­сея виден перст Божий. Каж­дая новая казнь наво­дила ужас на фара­она, и он согла­шался отпу­стить изра­иль­тян в пустыню, но вскоре брал назад свое обещание.

Праздник Пасхи

Тогда Гос­подь навел на Еги­пет послед­нюю, деся­тую, и самую гибель­ную казнь — умерщ­вле­ние всех еги­пет­ских первенцев.

Насту­пил весен­ний месяц Авив (месяц коло­сьев, впо­след­ствии назван­ный Ниса­ном). «И ска­зал Гос­подь Мои­сею и Аарону в земле Еги­пет­ской, говоря: месяц сей да будет у вас нача­лом меся­цев, пер­вым да будет он у вас между меся­цами года» (Исх. 12.2). Гос­подь открыл Мои­сею, что в ночь на пят­на­дца­тый день месяца Он пора­зит всех пер­вен­цев еги­пет­ских, над всеми их богами про­из­ве­дет суд и выве­дет потом­ков Авра­ама из страны раб­ства. Но свое осво­бож­де­ние евреи должны были отпразд­но­вать в эту ночь достой­ным обра­зом. По пове­ле­нию Божию каж­дое семей­ство должно выбрать из сво­его стада одно­лет­него агнца, муж­ского пола, непо­роч­ного, т.е. без физи­че­ских недо­стат­ков. Вече­ром четыр­на­дца­того дня каж­дая семья должна зако­лоть агнца, а его кро­вью пома­зать косяки две­рей своих домов. Жерт­вен­ное мясо агнца они не должны варить, а испечь на огне, при­чем агнца надо было испечь целым, с голо­вою, ногами и внут­рен­но­стями. Есть мясо должно с прес­ным хле­бом (опрес­но­ками) и горь­кими тра­вами (лук, чес­нок). Костей агнца не раз­ре­ша­лось ломать, а останки от него нужно было­сжечь на огне. Изра­иль­тяне должны были есть агнца стоя, в дорож­ной одежде, гото­выми в любой момент поки­нуть Еги­пет. Это собы­тие Гос­подь назвал Пас­хой, что зна­чит «про­хо­дить мимо». «А Я в сию самую ночь, – гово­рит Гос­подь, – пройду по земле Еги­пет­ской и поражу вся­кого пер­венца в земле Еги­пет­ской, от чело­века до скота… И будет у вас кровь зна­ме­нем на домах, где вы нахо­ди­тесь, и увижу кровь и пройду мимо вас, и не будет между вами язвы губи­тель­ной, когда буду пора­жать землю Еги­пет­скую. И да будет вам день сей памя­тен, и празд­нуйте в оный празд­ник Гос­поду во [все] роды ваши…» (Исх.12.12–14). Вме­сте с Пас­хой Гос­подь пове­лел соеди­нить празд­ник опрес­но­ков. В про­дол­же­ние семи дней (с 14 до 21 дня месяца) евреи должны есть только опрес­ноки и ничего квас­ного не иметь в своих домах. Празд­ник опрес­но­ков дол­жен сохра­ниться как уста­нов­ле­ние веч­ное, в вос­по­ми­на­ние о выходе евреев из Египта.

Вет­хо­за­вет­ная Пасха явля­ется про­об­ра­зом ново­за­вет­ной Пасхи, а вет­хо­за­вет­ный агнец – про­об­ра­зом ново­за­вет­ного Агнца – Гос­пода нашего Иисуса Христа.

Чудеса во время исхода из Египта

Пред­ска­за­ние Гос­подне свер­ши­лось. В ночь на пят­на­дца­тый день месяца Авива, когда евреи у своих оча­гов празд­но­вали Пасху Гос­подню, Ангел смерти про­шел по всему Египту и пора­зил всех еги­пет­ских пер­вен­цев. Ужас напал на егип­тян, «и сде­лался вели­кий вопль [по всей земле] Еги­пет­ской, ибо не было дома, где не было бы мерт­веца» (Исх. 12.30). «И при­звал [фараон] Мои­сея и Аарона ночью и ска­зал [им]: встаньте, вый­дите из среды народа моего, как вы, так и сыны Изра­и­левы, и пой­дите, совер­шите слу­же­ние Гос­поду [Богу вашему], как гово­рили вы… И понуж­дали Егип­тяне народ, чтобы ско­рее выслать его из земли той; ибо гово­рили они: мы все помрем» (Исх. 12.31,33)

Рано утром изра­иль­тяне поки­нули Еги­пет, направ­ля­ясь на восток к Крас­ному морю. Их было шести­сот тысяч воору­жен­ных муж­чин, не счи­тая жен­щин и детей (Исх. 12.37). Они несли с собой останки пат­ри­арха Иосифа, как тот заве­щал им. В пустыне бег­лецы, к радо­сти своей, убе­ди­лись, что ими пред­во­ди­тель­ствует Гос­подь: днем Он шел впе­реди них в столпе облач­ном, а ночью — в столпе огнен­ном (Исх. 13.21–22).

Тем вре­ме­нем, узнав, что евреи ухо­дят из Египта, разъ­ярен­ный фараон во главе шести­сот воен­ных колес­ниц кинулся в погоню за бег­ле­цами. Испу­гав­шись евреи, стали роп­тать на Мои­сея: «Не это ли самое гово­рили мы тебе в Египте, ска­зав: оставь нас, пусть мы рабо­таем Егип­тя­нам? Ибо лучше быть нам в раб­стве у Егип­тян, нежели уме­реть в пустыне» (Исх. 14.12). Но Мои­сей ска­зал народу: «не бой­тесь, стойте – и уви­дите спа­се­ние Гос­подне, кото­рое Он соде­лает вам ныне, ибо Егип­тян, кото­рых видите вы ныне, более не уви­дите во веки; Гос­подь будет побо­рать за вас, а вы будьте спо­койны» (Исх. 14.13–14). И вот облач­ный столп, кото­рый при­вел изра­иль­тян к Крас­ному морю, встал между кон­ни­цей фара­она и евре­ями, так что егип­тяне никак не могли при­бли­зиться к бег­ле­цам. Евреи же оста­но­ви­лись у самого берега, дальше им путь пре­граж­дали воды Крас­ного моря. Но по пове­ле­нию Божию «про­стер Мои­сей руку свою на море, и гнал Гос­подь море силь­ным восточ­ным вет­ром всю ночь и сде­лал море сушею, и рас­сту­пи­лись воды» (Исх. 14.21). Как только море рас­сту­пи­лось, изра­иль­тяне поспе­шили перейти на дру­гой берег. Они были уже на про­ти­во­по­лож­ном берегу, когда еги­пет­ское вой­ско во главе с фара­о­ном рину­лось вслед за бег­ле­цами в море. В тот момент, когда егип­тяне нахо­ди­лись среди моря, Мои­сей еще раз про­стер свою руку на море, и по его знаку воды обру­ши­лись на пре­сле­до­ва­те­лей. Так чудес­ным обра­зом изра­иль­ский народ навсе­гда поки­нул страну рабства.

Чудес­ное избав­ле­ние от страш­ной опас­но­сти пора­зило евреев. Они пове­рили Богу и Мои­сею, и весь народ во главе с Мои­сеем стали про­слав­лять Гос­пода. Евреи здесь еще раз убе­ди­лись, что Бог их отцов выше всех богов египетских.

Собы­тие пере­хода имеет важ­ное про­об­ра­зо­ва­тель­ное зна­че­ние. По цер­ков­ному тол­ко­ва­нию пере­ход евреев через Черм­ное море про­об­ра­зует ново­за­вет­ное таин­ство Кре­ще­ния (см. 1 Кор. 10.1–2). Подобно тому, как изра­иль­ский народ, чудесно перейдя море, изба­вился от еги­пет­ского раб­ства, так в водах ново­за­вет­ного Кре­ще­ния хри­сти­а­нин избав­ля­ется от раб­ства диа­волу. Жезл же Мои­сея, кото­рым кре­сто­об­разно раз­де­ля­лось и затем вновь соеди­ня­лось море, про­об­ра­зует Крест Господень.Кроме этого, в пере­ходе евреев через Черм­ное море Цер­ковь усмат­ри­вает про­об­раз Пре­свя­той Девы Марии, Ее приснодевство.

Отпразд­но­вав свой чудес­ный пере­ход, изра­иль­ский народ под руко­вод­ством Мои­сея дви­нулся к горе Синай (Хорив), чтобы там при­не­сти Богу бла­го­дар­ствен­ную жертву, как об этом запо­ве­дал Гос­подь Мои­сею (см. Исх. 3.12). Но в дороге не было воды, и изра­иль­тяне стра­дали от жажды. Нако­нец они при­шли к местечку Мерра, где воды было доста­точно, но она ока­за­лась горь­кой. Народ вновь воз­роп­тал. И тогда Мои­сей по пове­ле­нию Божию бро­сил в источ­ник дерево, и вода сде­ла­лась при­год­ной для питья (Исх. 15.25). Это спа­се­ние евреев через дерево про­об­ра­зует собой Крест Хри­стов, через кото­рый спас­лись все люди.

Ровно через шесть недель после исхода из Египта изра­иль­тяне оста­но­ви­лись в пустыне Син, между Ели­мом и Синаем (Исх. 16.1). Запасы хлеба исто­щи­лись, и евреи, как и прежде, стали роп­тать. Мои­сей успо­коил их, ска­зав, что Гос­подь не оста­вит их и накор­мит досыта раньше, чем они того ожи­дают. И вот вече­ром при­ле­тели бес­чис­лен­ные стаи пере­пе­лов и в одно мгно­ве­ние покрыли землю стана. Птиц было так много, что их можно было ловить руками. А наутро все про­стран­ство вокруг стана было покрыто чем-то кру­по­вид­ным и белым, как иней. Изра­иль­тяне уди­ви­лись и спра­ши­вали друг друга: что это такое? И Мои­сей ска­зал им: «это хлеб, кото­рый Гос­подь дал вам в пищу» (Исх.16.15). «И нарек дом Изра­и­лев хлебу тому имя: манна» (Исх.16.31), т.к. слово «манна» пере­во­дится с еврей­ского как «что это?». Отве­дав манны, изра­иль­тяне убе­ди­лись, что по вкусу она напо­ми­нает хлеб с медом, и стали ее соби­рать. Но ока­за­лось, что манну нужно соби­рать лишь рано поутру, т.к. позже, когда солнце начи­нало при­пе­кать, манна таяла. Кроме того, ее можно было соби­рать лишь столько, сколько необ­хо­димо для про­пи­та­ния на один день. Если же остав­ляли собран­ную манну на сле­ду­ю­щий день, то она пор­ти­лась. Лишь в день перед суб­бо­той (т.е. перед днем покоя, кото­рый Гос­подь именно тогда уста­но­вил, см. Исх.16.23) манну можно было соби­рать в таком коли­че­стве, чтобы хва­тило и на этот день, и на суб­боту, и тогда манна не пор­ти­лась: «смот­рите, Гос­подь дал вам суб­боту, посему Он и дает в шестой день хлеба на два дня: оста­вай­тесь каж­дый у себя [в доме своем], никто не выходи от места сво­его в седь­мой день» (Исх.16.29). И ска­зал Мои­сей Аарону пове­ле­ние Гос­подне: «возьми один сосуд [золо­той], и положи в него пол­ный гомор манны, и поставь его пред Гос­по­дом, для хра­не­ния в роды ваши» (Исх.16.33). С этого момента в тече­ние сорока лет ски­та­ний евреев в пустыне манна явля­лась им основ­ной пищей, до тех пор, пока они не при­шли в пре­делы земли Хана­ан­ской (Исх.16.35).

Манна яви­лась про­об­ра­зом Евха­ри­стии, истин­ного небес­ного хлеба (ср. Ин. 6.26–58; 1 Кор. 10.3), кото­рый питает Цер­ковь Хри­стову – истин­ный Изра­иль на путях его исхода в небес­ную отчизну.

Из пустыни Син Мои­сей повел народ вглубь Синай­ского полу­ост­рова к горе Синай. Послед­ней оста­нов­кой перед Синаем было местечко Рефи­дим. И снова у евреев не было воды для питья, и опять начался ропот.И взмо­лил­ся­Мо­и­сей к Богу: «что мне делать с наро­дом сим? еще немного, и побьют меня кам­нями» (Исх.17.4). И тогда пове­лел ему Гос­подь взять свой жезл и уда­рить им в скалу. Мои­сей сде­лал так, как ска­зал ему Бог, из скалы пошла вода, и народ уто­лил свою жажду.

Этими собы­ти­ями вновь про­об­ра­зу­ются ново­за­вет­ные реа­лии: камень (скала) явля­ется про­об­ра­зом Хри­ста, Кото­рый на Кре­сте изли­вает всем Свою спа­си­тель­ную Кровь (ср. 1 Кор. 10.3), а также подает всем «воду живую», т.е. бла­го­дать Духа Свя­того (ср. Ин. 7.37–39).

В том же Рефи­диме изра­иль­тя­нам пред­сто­яло поме­риться ору­жием с воин­ствен­ными пле­ме­нами пустыни — ама­ли­ки­тя­нами (Исх. 17.8–16), решив­шими пре­гра­дить дорогу изра­иль­тя­нам и пожи­виться добы­чей. Мои­сей пору­чил коман­до­ва­ние сво­ими вой­сками храб­рому и талант­ли­вому воину Иисусу Навину, кото­рый быстро повел свои отряды про­тив врага. Битва про­дол­жа­лась с утра до вечера с пере­мен­ным успе­хом. Мои­сей в сопро­вож­де­нии Аарона и Ора взо­шел на гору и усердно молил Гос­пода о победе изра­иль­ского вой­ска. Когда Мои­сей поды­мал руки и горячо молился, брали верх изра­иль­тяне, а когда он от уста­ло­сти опус­кал руки, победа пере­хо­дила к ама­ли­ки­тя­нам. Тогда Аарон и Ор стали помо­гать Мои­сею, под­дер­жи­вая его руки, и к захож­де­нию солнца Иисус Навин побе­дил ама­ли­ки­тян. На том месте, где про­хо­дила битва, Мои­сей воз­двиг бла­го­дар­ствен­ный жерт­вен­ник. Гос­подь ска­зал Мои­сею, что ама­ли­ки­тяне будут жестоко нака­заны за их ковар­ное напа­де­ние на израильтян.

И вновь нужно отме­тить, что, воз­де­вая руки в молитве, Мои­сея про­об­ра­зо­вы­вал собой рас­пя­того на Кре­сте Спа­си­теля, побе­див­шего Диа­вола, как и когда-то Мои­сей побе­дил Амалика.

Дарование Синайского законодательства

В пер­вый день тре­тьего месяца после исхода из Египта изра­иль­тяне рас­по­ло­жи­лись ста­ном в пустыне напро­тив горы Синай. Мои­сей взо­шел на гору, чтобы воз­не­сти бла­го­дар­ствен­ную молитву Богу Авра­ама, Иса­ака и Иакова, Кото­рый избрал его с этой горы для спа­се­ния изра­иль­ского народа. Во время молитвы Гос­подь явился Мои­сею и ска­зал, что он желает заклю­чить завет с изра­иль­ским наро­дом: «Так скажи дому Иако­влеву: вы видели, что Я сде­лал Егип­тя­нам, и как Я носил вас [как бы] на орли­ных кры­льях, и при­нес вас к Себе; итак, если вы будете слу­шаться гласа Моего и соблю­дать завет Мой, то будете Моим уде­лом из всех наро­дов, ибо Моя вся земля, а вы будете у Меня цар­ством свя­щен­ни­ков и наро­дом свя­тым…» (Исх. 19.3–6).

Мои­сей, спу­стив­шись, пере­ска­зал народу все слова Гос­подни, «И весь народ отве­чал еди­но­гласно, говоря: всё, что ска­зал Гос­подь, испол­ним [и будем послушны]» (Исх. 19.8). После того, как Мои­сей пере­дал Богу реше­ние Изра­иля, Гос­подь ска­зал Мои­сею: «вот, Я приду к тебе в густом облаке, дабы слы­шал народ, как Я буду гово­рить с тобою, и пове­рил тебе навсе­гда» (Исх. 19.9). И на тре­тий день Мои­сей вывел народ из стана на встре­чу­с­Бо­гом и пове­лел им стать у под­но­жия горы. Над горой загре­мел гром, засвер­кали мол­нии, раз­дался силь­ный звук трубы, и гора исчезла в густых клу­бах дыма и огня. И народ с вели­ким тре­пе­том слу­шал, как Гос­подь гово­рит с Моисеем.

И ска­зал Бог с горы Синай запо­веди Свои народу изра­иль­скому (Исх. 20.2–17):

1) Аз есмь Гос­подь Бог твой, изве­дый тя от земли еги­пет­ския, от дому работы: да не будут тебе бози инии разве Мене. 1) Я Гос­подь, Бог твой, Кото­рый вывел тебя из земли Еги­пет­ской, из дома раб­ства; да не будет у тебя дру­гих богов пред лицем Моим.
2) Не сотвори себе кумира и вся­каго подо­бия, елика на небеси горе и елика на земли низу, и елика в водах под зем­лею: да не покло­ни­шися им, ни послу­жиши им: Аз бо есмь Гос­подь Бог твой, Бог рев­ни­тель, отдаяй грехи отец на чада до тре­ти­яго и чет­вер­таго рода нена­ви­дя­щым мене, и тво­ряй милость в тыся­щах любя­щым Мя и хра­ня­щым пове­ле­ния Моя 2) Не делай себе кумира и ника­кого изоб­ра­же­ния того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не покло­няйся им и не служи им, ибо Я Гос­подь, Бог твой, Бог рев­ни­тель, нака­зы­ва­ю­щий детей за вину отцов до тре­тьего и чет­вер­того рода, нена­ви­дя­щих Меня, и тво­ря­щий милость до тысячи родов любя­щим Меня и соблю­да­ю­щим запо­веди Мои.
3) Не воз­меши имене Гос­пода Бога тво­его всуе: не очи­стит бо Гос­подь при­ем­лю­щяго имя его всуе. 3) Не про­из­носи имени Гос­пода, Бога тво­его, напрасно, ибо Гос­подь не оста­вит без нака­за­ния того, кто про­из­но­сит имя Его напрасно.
4) Помни день суб­бот­ный, еже свя­тити его: шесть дний делай и сотво­риши (в них) вся дела твоя: в день же сед­мый, суб­бота Гос­поду Богу тво­ему: да не сотво­риши вся­каго дела в онь ты и сын твой и дщерь твоя, и раб твой и раба твоя, и вол твой и осля твое и вся­кий скот твой, и при­шлец оби­таяй у тебе: зане в шести днех сотвори Гос­подь небо и землю, море и вся яже в них, и почи в день сед­мый: сего ради бла­го­слови Гос­подь день сед­мый и освяти его. 4) Помни день суб­бот­ний, чтобы свя­тить его; шесть дней рабо­тай и делай [в них] вся­кие дела твои, а день седь­мой — суб­бота Гос­поду, Богу тво­ему: не делай в оный ника­кого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни [вол твой, ни осел твой, ни вся­кий] скот твой, ни при­шлец, кото­рый в жили­щах твоих; ибо в шесть дней создал Гос­подь небо и землю, море и все, что в них, а в день седь­мой почил; посему бла­го­сло­вил Гос­подь день суб­бот­ний и освя­тил его.
5) Чти отца тво­его и матерь твою, да благо ти будет и да дол­го­ле­тен будеши на земли блазе, юже Гос­подь Бог твой дает тебе. 5) Почи­тай отца тво­его и мать твою, [чтобы тебе было хорошо и] чтобы про­дли­лись дни твои на земле, кото­рую Гос­подь, Бог твой, дает тебе.
6) Не убий. 6) Не уби­вай.
7) Не пре­любы сотвори 7) Не пре­лю­бо­дей­ствуй.
8) Не укради 8) Не кради.
9) Не послу­ше­ствуй на друга сво­его сви­де­тел­ства ложна. 9) Не про­из­носи лож­ного сви­де­тель­ства на ближ­него твоего
10) Не поже­лай жены искрен­няго тво­его, не поже­лай дому ближ­няго тво­его, ни села его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ни вся­каго скота его, ни всего, елика суть ближ­няго твоего». 10) Не желай дома ближ­него тво­его; не желай жены ближ­него тво­его, [ни поля его,] ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, [ни вся­кого скота его,] ничего, что у ближ­него тво­его».

В пер­вых четы­рех запо­ве­дях уста­нав­ли­ва­ются обя­зан­но­сти чело­века по отно­ше­ние к Богу.

В пер­вой запо­веди Гос­по­дь­Сам откры­вался народу, как истин­ный един­ствен­ный Бог, чудес­ное дей­ствие Кото­рого евреи уже знали: это Он вывел их из Египта. Он — не изоб­ре­те­ние чело­ве­че­ского вооб­ра­же­ния, но живой Бог со всеми свой­ствами лич­ного Бытия. И Изра­иль не дол­жен никого иного, кроме Бога сво­его, почи­тать за божество.

Во вто­рой запо­веди гово­рится о том, что, будучи живым, лич­ным Богом, Он в то же время неви­дим, и нет Ему ника­кого подо­бия ни на небе, ни на земле. И поэтому, в про­ти­во­по­лож­ность идо­ло­по­клон­ству егип­тян, к кото­рому при­выкли евреи, Гос­подь запре­щает изоб­ра­жать Его под каким бы то ни было видом. Ни под видом небес­ных тел, как это было сильно рас­про­стра­нено в Месо­по­та­мии, ни под видом живот­ных, как в Египте, ни под видом рыб, как было в Пале­стине и Асси­рии.

Тре­тья запо­ведь заклю­ча­ется в том, что имя Бога так свято, что нельзя про­из­но­сить его напрасно, т.е. не только при каком-нибудь клят­во­пре­ступ­ле­нии или лжи, но и про­сто в раз­го­воре.

Чет­вер­той запо­ве­дью тре­бо­ва­лось, чтобы евреи седь­мой день недели (суб­боту) посвя­щали Богу, не нару­шая свя­щен­ного покоя этого дня ника­кими рабо­тами. Обы­чай празд­но­вать седь­мой день недели был и до Синай­ского зако­но­да­тель­ства, но с этого вре­мени он полу­чает зако­но­да­тель­ную силу. В при­мер соблю­де­ния дня суб­бот­него Гос­подь ста­вит Самого Себя, когда Он после шести дней тво­ре­ния «почил в день седь­мый от всех дел Своих» (Быт. 2.2)

В осталь­ных шести запо­ве­дях опре­де­ля­ются обя­зан­но­сти чело­века по отно­ше­нию к его ближним.

В пятой запо­веди отче­ло­века тре­бу­ется почте­ние к его роди­те­лям, как основа семей­ной и, в целом, обще­ствен­ной жизни.

Шестая запо­ведь уста­но­вила непри­кос­но­вен­ность жизни чело­века, ибо чело­век создан по образу Божию.

Седь­мая запо­ведь, в про­ти­во­по­лож­ность нра­вам древ­него мира, кото­рый уто­пал в стра­стях и похо­тях, тре­бует от чело­века береж­ного отно­ше­ния к брач­ному союзу, как боже­ствен­ному уста­нов­ле­нию, и не допус­кает прелюбодеяния.

В вось­мой запо­веди запре­ща­ется воров­ство.

Девя­тая запо­ведь запре­щала вре­дить сво­ему ближ­нему лож­ным сви­де­тель­ством на суде и вообще лгать на сво­его ближ­него когда бы то ни было.

Деся­той запо­ве­дью закон Божий осуж­дает не внеш­ние дела, но злые помыслы чело­века, запо­ве­дав ему не только не делать, но даже и не желать ничего такого, что может навре­дить его ближ­нему.

Эти десять запо­ве­дей (Деся­ти­сло­вие или Дека­лог), про­воз­гла­шен­ные Самим Богом, зало­жили основу истин­ной нрав­ствен­но­сти и чело­ве­че­ского досто­ин­ства в мире и стали досто­я­нием не только Изра­иля, но и всего чело­ве­че­ства на все времена.

Как ни пре­красны были слова Гос­пода, народ изра­иль­ский был слаб, испу­гался и не смог до конца выне­сти осо­бого при­сут­ствия Божия. Евреи попро­сили Мои­сея быть посред­ни­ком между ними и Богом: «говори ты с нами, и мы будем слу­шать, но чтобы не гово­рил с нами Бог, дабы нам не уме­реть» (Исх. 20.19). Тогда Мои­сей рас­пу­стил все собра­ние по шатрам, а сам еще раз под­нялся на вер­шину свя­той горы, где Гос­подь помимо десяти запо­ве­дей дал ему еще дру­гие законы, каса­ю­щи­еся как граж­дан­ской, так и рели­ги­оз­ной жизни (Исх. 21.1–23.19).

Сойдя с горы, Мои­сей ночью запи­сал все запо­веди в Книгу Завета. Утром по пове­ле­нию Божию он у горы Синай построил жерт­вен­ник из две­на­дцати кам­ней и созвал весь народ для жерт­во­при­но­ше­ния. Во время жерт­во­при­но­ше­ния Мои­сей про­чи­тал перед наро­дом Книгу Завета. Весь народ в один голос обе­щал рев­ностно испол­нять волю Божию. Тогда Мои­сей налил в чашу жерт­вен­ной крови и окро­пил ею жерт­вен­ник, Книгу Завета и всех людей (Исх.24.4–8).

Таким обра­зом, Завет между Богом и изра­иль­ским наро­дом был скреп­лен жерт­вен­ной кро­вью. И этот Завет стал про­об­ра­зом того нового Завета между Богом и всем чело­ве­че­ством, кото­рый был скреп­лен Пре­чи­стой Кро­вью Самого Гос­пода Иисуса Христа.

Пред­по­ло­жи­тельно, в честь собы­тия даро­ва­ния Закона уста­нов­лен празд­ник еврей­ской Пяти­де­сят­ницы, так как это собы­тие про­изо­шло в пяти­де­ся­тый день после выхода евреев из Египта, хотя в Биб­лии об этом кон­кретно не говорится.

После жерт­во­при­но­ше­ния, пору­чив Аарону управ­ле­ние наро­дом, Мои­сей с Иису­сом Нави­ном по пове­ле­нию Божию под­ня­лись на свя­тую гору, где про­были сорок дней и ночей. В тече­ние этого вре­мени Гос­подь являлся Мои­сею и дал ему подроб­ный план постро­е­ния поход­ного храма – ски­нии (Исх. 25.8–27.21). На соро­ко­вой же день Гос­подь вру­чил Мои­сею две камен­ные скри­жали (доски), на кото­рых Боже­ствен­ным пер­стом были напи­саны десять запо­ве­дей Завета.

Золотой телец

Пока Мои­сей с Иису­сом Нави­ном были на горе, среди евреев нача­лось вол­не­ние, что пока­зы­вает их духов­ную сла­бость и мало­ве­рие, ничем не отли­ча­ю­щие евреев от дру­гих пле­мен. «Когда народ уви­дел, что Мои­сей долго не схо­дит с горы, то собрался к Аарону и ска­зал ему: встань и сде­лай нам бога, кото­рый бы шел перед нами, ибо с этим чело­ве­ком, с Мои­сеем, кото­рый вывел нас из земли Еги­пет­ской, не знаем, что сде­ла­лось» (Исх. 32.1). Только недавно Гос­подь спас Изра­иль от егип­тян, напи­тал их в пустыни и пока­зал дру­гие вели­кие чудеса, а люди уже забыли Его и хотят дру­гого бога. Только что была дана народу Изра­иль­скому запо­ведь не покло­нятся богам руко­твор­ным, а евреи уже тре­буют сде­лать себе идола. Под напо­ром тре­бо­ва­ний народа Аарон сде­лал ему золо­того тельца. «И ска­зали они: вот бог твой, Изра­иль, кото­рый вывел тебя из земли Еги­пет­ской!» (Исх. 32.4), и стали при­но­сить ему жертвы и праздновать.

«И ска­зал Гос­подь Мои­сею: Я вижу народ сей, и вот, народ он — жесто­ко­вый­ный; итак оставь Меня, да вос­пла­ме­нится гнев Мой на них, и истреблю их, и про­из­веду мно­го­чис­лен­ный народ от тебя» (Исх. 32.9–10). Но Мои­сей умо­лил Бога отме­нить Свой при­го­вор и поспе­шил со скри­жа­лями Закона в руках вниз к народу. Однако, уви­дев тельца и пляски, Мои­сей в гневе раз­бил скри­жали. И уни­что­жив тельца, Мои­сей, встав в воро­тах стана, ска­зал: «кто Гос­по­день, [иди] ко мне! И собра­лись к нему все сыны Леви­ины» (Исх. 32.26). И при­ка­зал Мои­сей сынам Левия уби­вать про­дол­жа­ю­щих празд­но­вать, и было убито около 3 тысяч чело­век. На сле­ду­ю­щий же день Мои­сей воз­вра­тился на гору, чтобы загла­дить перед Богом грех народа. Из-за любви к своим бра­тьям он про­сит Бога о про­ще­нии, не забо­тясь даже о себе: «про­сти им грех их, а если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в кото­рую Ты впи­сал» (Исх. 32.32).

«И ска­зал Гос­подь Мои­сею: пойди, иди отсюда ты и народ, кото­рый ты вывел из земли Еги­пет­ской, в землю, о кото­рой Я клялся Авра­аму, Иса­аку и Иакову, говоря: потом­ству тво­ему дам ее; и пошлю пред тобою Ангела [Моего], и про­гоню Хана­неев, Амор­реев, Хет­теев, Фере­зеев, [Гер­ге­сеев,] Евеев и Иеву­сеев, [и вве­дет он вас] в землю, где течет молоко и мед; ибо Сам не пойду среди вас, чтобы не погу­бить Мне вас на пути, потому что вы народ жесто­ко­вый­ный» (Исх. 33.1–3). Тогда поста­вил Мои­сей себе шатер вдали от стана, и там Гос­подь гово­рил с Мои­сеем «лицем к лицу, как бы гово­рил кто с дру­гом своим» (Исх. 33.11). И умо­лил Мои­сей Бога не остав­лять Изра­иль и Самому вести их в землю, кото­рую запо­ве­дал им, потому что Мои­сей при­об­рел бла­го­во­ле­ние в очах Божьих (ср. Исх. 33.17). Вновь взо­шел Мои­сей на гору и был там сорок дней и ночей, и дал ему Гос­подь новые скри­жали с запи­сан­ными запо­ве­дями и под­твер­дил Свой завет с Изра­и­лем. И когда спу­стился Мои­сей с горы, то «лице его стало сиять лучами оттого, что Бог гово­рил с ним» (Исх. 34.29), так что люди боя­лись подойти к нему, и поло­жил он на лицо свое покрывало.

Скиния

После этого начал Мои­сей соору­жать посреди стана ски­нию, как пока­зал ему Гос­подь на горе. Это было делом всего народа Изра­иль­ского. «И при­хо­дили все, кото­рых влекло к тому сердце, и все, кото­рых рас­по­ла­гал дух, и при­но­сили при­но­ше­ния Гос­поду для устро­е­ния ски­нии собра­ния и для всех потреб­но­стей ее и для [всех] свя­щен­ных одежд» (Исх. 35.21). Поста­вили ски­нию в пер­вый день пер­вого месяца, т.е. ровно через год после выхода из Египта (Исх. 40.2).

Ски­ния состо­яла из трех частей: Свя­тая Свя­тых, Свя­ти­лища и двора. Сама ски­ния, или свя­щен­ный шатер, сто­яла посреди четы­рех­уголь­ного двора, окру­жен­ного брон­зо­выми колон­нами, кото­рые соеди­ня­лись пере­кла­ди­нами. С попе­реч­ных брусьев сви­сали льня­ные покры­вала, так что пло­щадка со всех сто­рон была закрыта высо­кими зана­ве­сами. Стены ски­нии были постро­ены из шестов и брусьев дерева сит­тим (ака­ция), а крыша ее была покрыта сна­чала двумя шер­стя­ными покры­ва­лами с изоб­ра­же­нием херу­ви­мов, а затем двумя покры­ва­лами из бара­ньих кож.

Свя­щен­ный храм-шатер делился на две поло­вины: Свя­тая Свя­тых и Свя­ти­лище, отде­ляв­ши­еся друг от друга рас­ши­той золо­том шер­стя­ной заве­сой. Свя­тая Свя­тых явля­лась самой глав­ной частью храма. В ней нахо­дился Ков­чег Завета, кото­рый пред­став­лял собой ящик из дерева сит­тим, обло­жен­ный внутри и сна­ружи кова­ными золо­тыми листами. Крышка Ков­чега, назы­вав­ша­яся очи­сти­ли­щем, сде­лана была из чистого золота. На обоих ее кон­цах были два изоб­ра­же­ния херу­ви­мов. Ков­чег счи­тался самой боль­шой и глав­ной свя­ты­ней храма. Мои­сей, по пове­ле­нию Божию, поло­жил в Ков­чег скри­жали, а перед Ков­че­гом поста­вил сосуд с манной.

В Свя­ти­лище нахо­ди­лись три свя­щен­ных пред­мета. В цен­тре Свя­ти­лища, напро­тив Ков­чега, стоял кадиль­ный жерт­вен­ник, сде­лан­ный из дра­го­цен­ного дерева и обло­жен­ный золо­том. На нем свя­щен­ники при­но­сили в жертву ладан или фимиам. Справа от кадиль­ного жерт­вен­ника стоял дере­вян­ный, обло­жен­ный золо­том стол с две­на­дца­тью хле­бами пред­ло­же­ния, кото­рые меня­лись каж­дую суб­боту. Налево стоял золо­той све­тиль­ник, напо­до­бие дерева, с семью лам­па­дами, в кото­рых горел елей.

На дворе, перед вхо­дом в ски­нию, стоял жерт­вен­ник все­со­жже­ния, око­ван­ный медью, и боль­шая мед­ная умы­валь­ница для омо­ве­ния рук и ног свя­щен­ни­ков перед бого­слу­же­нием. Вход в Ски­нию был с восточ­ной сто­роны, так что Свя­тая Свя­тых в про­ти­во­вес язы­че­ским алта­рям обра­щена была к западу.

Ски­ния без двора была неболь­ших раз­ме­ров. В длину она состав­ляла 30 лок­тей (т.е. 15,6 м; свя­щен­ный локоть рав­нялся 52 см), в ширину и высоту — 10 лок­тей (5,2 м). Когда Ски­ния была закон­чена, Мои­сей ее освя­тил, пома­зав все ее свя­щен­ные пред­меты елеем.

Тогда же для совер­ше­ния бого­слу­же­ний при Ски­нии были избраны Аарон и его сыно­вья из колена Левия. «И возьми к себе Аарона, брата тво­его, и сынов его с ним, от среды сынов Изра­и­ле­вых, чтоб он был свя­щен­ни­ком Мне, Аарона и Надава, Ави­уда, Еле­азара и Ифа­мара, сынов Ааро­но­вых» (Исх.28.1). Если до даро­ва­ния закона у евреев любой глава семьи мог выпол­нять свя­щен­ни­че­ские обя­зан­но­сти, т.е. при­но­сить жертвы Богу, то теперь свя­щен­ни­ками могли быть только потомки Аарона. Во главе свя­щен­ни­ков стоял пер­во­свя­щен­ник (сна­чала он назы­вался также про­сто свя­щен­ни­ком, Исх.28.1, или «свя­щен­ни­ком пома­зан­ным», Лев. 4.3, или «вели­ким свя­щен­ни­ком», Лев. 21.10). Пер­вым пер­во­свя­щен­ни­ком был Аарон, кото­рого пома­зал Мои­сей (Исх. 40.12–15), потом пер­во­свя­щен­ни­ком, после смерти Аарона, стал его сын Еле­азар (Чис. 20.26), затем внук Аарона и сын Еле­азара – Финеес (Втор. 10.6) и т.д.Для помощи в службе свя­щен­ни­кам при ски­нии были постав­лены осталь­ные пред­ста­ви­тели колена Левия (не потомки Аарона) – левиты (Чис. 3.6–8).

Когда ски­ния была соору­жена, тогда покрыло ее облако, «и слава Гос­подня напол­нила ски­нию» (Исх. 40.34). Облако над ски­нией было сим­во­лом при­сут­ствия Гос­пода среди Израиля.

У границ Ханаана. Посылка соглядатаев

Как когда-то столб облач­ный и огнен­ный вел евреев из Египта, так и теперь облако Гос­подне над ски­нией ука­зы­вало, когда народу Изра­иль­скому надо было отправ­ляться в путь. «Когда под­ни­ма­лось облако от ски­нии, тогда отправ­ля­лись в путь сыны Изра­и­левы во все путе­ше­ствие свое; если же не под­ни­ма­лось облако, то и они не отправ­ля­лись в путь, доколе оно не под­ни­ма­лось, ибо облако Гос­подне сто­яло над ски­ниею днем, и огонь был ночью в ней пред гла­зами всего дома Изра­и­лева во все путе­ше­ствие их» (Исх. 40.36–38)

И, нако­нец, после тяже­лых испы­та­ний и невзгод, изра­иль­тяне дошли до южной гра­ницы Хана­ана и оста­но­ви­лись в пустыне Фаран, неда­леко от города Кадеша.

Чтобы перейти гра­ницу и начать воен­ные дей­ствия про­тив хана­ан­ских кня­жеств, Мои­сею надо было иметь точ­ные све­де­ния о воен­ном могу­ще­стве страны. С этой целью он посы­лает в Ханаан две­на­дцать согля­да­таев (раз­вед­чи­ков), ото­брав по одному из каж­дого колена. «Пой­дите в эту южную страну и взой­дите на гору, и осмот­рите землю, какова она, и народ, живу­щий на ней, силен ли он или слаб, мало­чис­лен ли он или мно­го­чис­лен?» (Чис. 13.19). Раз­вед­чики, не встре­чая ника­ких пре­пят­ствий, с успе­хом выпол­нили пору­чен­ное им зада­ние. Со слов раз­вед­чи­ков, Ханаан изоби­ло­вал при­род­ными богат­ствами, но о его заво­е­ва­нии не могло быть и речи, так как гра­ницы страны защи­щали мощ­ные кре­по­сти, гар­ни­зоны кото­рых состо­яли из силь­ных и высо­ких воинов.

Изра­иль­тяне вновь воз­роп­тали. «О, если бы мы умерли в земле Еги­пет­ской, или умерли бы в пустыне сей! И для чего Гос­подь ведет нас в землю сию, чтобы мы пали от меча? Жены наши и дети наши доста­нутся в добычу вра­гам. Не лучше ли нам воз­вра­титься в Еги­пет?» (Чис. 14.2–3). Иисус Навин и Халев, участ­во­вав­шие в раз­ведке, ста­ра­лись успо­ко­ить взбун­то­вав­шийся народ и, разо­рвав на себе одежды, убеж­дали мало­ве­ров, что с Божьей помо­щью можно овла­деть Хана­а­ном, для этого евреям надо иметь только креп­кую веру в Того, Кто так чудесно вывел их из Египта. Изра­иль­тяне наки­ну­лись на Иисуса Навина и Халева, соби­ра­ясь побить их кам­нями. Но те спря­та­лись во дворе ски­нии, и разъ­ярен­ная толпа, обсту­пив ски­нию, хотела побить кам­нями уже не только Иисуса и Халева, но и Мои­сеяс Ааро­ном. Вдруг облако Гос­подне осе­нила ски­нию, и Гос­подь, обра­ща­ясь к Мои­сею, ска­зал: «Доколе будет раз­дра­жать Меня народ сей? И доколе будет он не верить Мне при всех зна­ме­ниях, кото­рые делал Я среди его? Поражу его язвою и истреблю его и про­из­веду от тебя [и от дома отца тво­его] народ мно­го­чис­лен­нее и силь­нее его» (Чис. 14.11–12).

Вновь Мои­сей с молит­вой обра­тился к Богу о поми­ло­ва­нии Изра­иля. И вновь молитва вождя спасла евреев от неми­ну­е­мой гибели. И хотя по молит­вам Мои­сея изра­иль­тяне изба­ви­лись от гнева Божия, Гос­подь пове­ле­вает Мои­сею сооб­щить народу о том, что ни один изра­иль­тя­нин старше два­дцати лет не вой­дет в обе­то­ван­ную землю: «все, кото­рые видели славу Мою и зна­ме­ния Мои, сде­лан­ные Мною в Египте и в пустыне, и иску­шали Меня уже десять раз, и не слу­шали гласа Моего, не уви­дят земли, кото­рую Я с клят­вою обе­щал отцам их; только детям их, кото­рые здесь со Мною, кото­рые не знают, что добро, что зло, всем мало­лет­ним, ничего не смыс­ля­щим, им дам землю, а все, раз­дра­жав­шие Меня, не уви­дят ее» (Чис. 14.22–23). В нака­за­ние за непо­слу­ша­ние изра­иль­тя­нам теперь пред­стоит ски­таться в пустыне в тече­ние сорока лет (по числу сорока дней пре­бы­ва­ния согля­да­таев в обе­то­ван­ной земле), и в пустыне закон­чит свою жизнь все стар­шее поколение.

Сорокалетнее странствование по пустыне

Пустыня стала шко­лой нрав­ствен­ного вос­пи­та­ния для народа. Евреи должны были при­учиться к точ­ному испол­не­нию закона, дан­ного на Синае, поэтому все нару­ши­тели его кара­лись бес­по­щадно. Тем более строго нака­зы­ва­лись те, кто созна­тельно воз­му­щал народ про­тив поста­нов­ле­ний закона. Так это было, когда три иудея – Корей, Дафан и Ави­рон про­из­вели откры­тое воз­му­ще­ние про­тив Мои­сея и, осо­бенно про­тив закреп­ле­ния вла­сти свя­щен­ства за потом­ками Аарона и коле­ном Леви­ным (Числ., гл. 16). Они тре­бо­вали при­зна­ния все­об­щего свя­щен­ства и отка­зы­ва­лись при­зна­вать власть Мои­сея. Воз­му­ще­ние при­няло огром­ные раз­меры и не ути­хало, несмотря на уве­ща­ния Мои­сея. Тогда народ постиг страш­ный суд Божий: под вос­став­шими раз­верз­лась земля и погло­тила людей Коре­евых и все дома их; затем вышел огонь и уни­что­жил две­сти пять­де­сят мужей, само­вольно при­тя­зав­ших на священст­во. Когда и после этого вол­не­ние не ути­хало, нача­лась в народе болезнь, от кото­рой умерло еще 14 700 чело­век. И, нако­нец, было дано осо­бое зна­ме­ние, под­твер­жда­ю­щее пер­во­свя­щен­ство Аарона: две­на­дцать жез­лов пред­ста­ви­те­лей всех колен были поло­жены в ски­нии, но рас­цвел только жезл Аарона (Числ., гл. 17). По пове­ле­нию Божию, чудесно про­цвет­ший жезл Ааро­нов был поло­жен в ков­чег Завета – в память буду­щим родам. Это жезл стал про­об­ра­зом бес­се­мен­ного зача­тия и рож­де­ния Пре­чи­стой Девой Марией Иисуса Христа.

Про­шли десятки лет стран­ствия, но все труд­но­сти жизни в пустыне еврей­ский народ по-преж­нему пере­но­сил с ропо­том и недо­воль­ством, что при­вле­кало на них все новые нака­за­ния Божии. Так, одна­жды, мало­душ­ный народ были нака­зан напа­де­нием ядо­ви­тых змей. От уку­сов погибло мно­же­ство людей. Един­ствен­ным спасе­нием от этого бед­ствия был соору­жен­ный по Божию ука­за­нию мед­ный змей: кто смот­рел на него с верою в помощь Божию, тот оста­вался жив (Числ., гл. 21). Мед­ный змей явля­ется еще одним про­об­ра­зом Хри­ста, о чем Он Сам ска­зал: «И как Мои­сей воз­нес змию в пустыне, так должно воз­не­сену быть Сыну Чело­ве­че­скому, дабы вся­кий, веру­ю­щий в Него, не погиб, но имел жизнь веч­ную» (Ин. 3.14, 15).

Завоевание земли обетованной

Пере­ход через реку Иор­дан. Паде­ние Иери­хона. Битва у Гаваона.
Раз­де­ле­ние земли обетованной. 

Через сорок лет стран­ствий по пустыне изра­иль­тяне подо­шли к гра­нице Земли обе­то­ван­ной. Из всех, кто 40 лет назад вышел из пустыни, только двое дожили до этого момента и вошли в Землю обе­то­ван­ную – Иисус Навин и Халев. Мои­сею же Гос­подь ска­зал: «Вот земля, о кото­рой Я клялся Авра­аму, Иса­аку и Иакову, говоря: семени тво­ему дам ее. Я дал тебе уви­деть ее гла­зами тво­ими, но в нее ты не вой­дешь». Перед кон­чи­ной Мои­сей под­нялся на гору Нево и с нее уви­дел землю, к кото­рой так долго вел свой народ. По ука­за­нию Божию Мои­сей назна­чил себе пре­ем­ника – Иисуса Навина.

Переход через Иордан. Падение Иерихона. Битва у Гаваона

После смерти Мои­сея Гос­подь явился Иисусу Навину и ска­зал: «Мои­сей, раб Мой, умер; итак встань, перейди через Иор­дан сей, ты и весь народ сей, в землю, кото­рую Я даю им, сынам Изра­и­ле­вым» (Нав.1.2). Гос­подь пове­ле­вает Иисусу Навину быть при этом муже­ствен­ным, храб­рым и рев­ност­ным хра­ни­те­лем Закона Мои­се­ева. Только в этом слу­чае Гос­подь неот­ступно будет помо­гать ему, как Он помо­гал Моисею.

Укреп­лен­ный помо­щью Божией, Иисус Навин при­сту­пил к реши­тель­ным дей­ствиям. Он при­ка­зал изра­иль­тя­нам стать лаге­рем у самого берега Иор­дана, напро­тив Иерихона.

В назна­чен­ный час заиг­рали сереб­ря­ные трубы – и народ дви­нулся к Иор­дану. Впе­реди шли свя­щен­ники с Ков­че­гом Завета. Как только ноги свя­щен­ни­ков омо­чи­лись в водах Иор­дана, Гос­подь на гла­зах всех изра­иль­тян совер­шил вели­кое чудо, кото­рое напо­ми­нало чудо пере­хода через Крас­ное море. В несколь­ких милях вверх по реке, возле города Адама, Иор­дан вне­запно оста­но­вился, так что воды его сто­яли высо­кой сте­ной. Воды же, нахо­див­ши­еся еще в русле, быстро стекли в Мерт­вое море, и народ изра­иль­ский пере­шел русло реки, не замо­чив даже ног.

Перед тем, как начать воен­ные дей­ствия, Иисус Навин сам решил осмот­реть стены города Иери­хона. Когда он с этой целью при­бли­зился к городу, вдруг неда­леко от себя он уви­дел чело­века с обна­жен­ным мечом. «Наш ли ты, или из непри­я­те­лей наших?» — спро­сил у него Иисус Навин. «Нет, я вождь воин­ства Гос­подня», — отве­тил незна­ко­мец (Нав. 5.13–14). Иисус Навин покло­нился ему до земли и в знак ува­же­ния к свя­то­сти места, по его пове­ле­нию снял обувь. Тогда Архи­стра­тиг воин­ства Небес­ного открыл Иисусу Навину волю Божию, как взять непри­ступ­ную Иери­хон­скую кре­пость. Весь еврей­ский народ дол­жен шесть дней, по одному разу, обхо­дить Иери­хон с Ков­че­гом Завета, а в седь­мой день обойти его семь раз. Затем он по знаку сво­его вождя дол­жен громко закри­чать — и в это время с Божией помо­щью иери­хон­ские стены разрушатся.

Иисус Навин так и сде­лал. В тече­ние шести дней под­ряд изра­иль­тяне выхо­дили из лагеря и один раз в день тор­же­ствен­ной про­цес­сией шество­вали вокруг кре­пост­ных стен на рас­сто­я­нии, без­опас­ном от стрел и камен­ных сна­ря­дов. На рас­свете седь­мого дня Иисус Навин снова вывел свой народ из лагеря и шесть раз обо­шел вокруг стен, храня, как и прежде, стро­гое мол­ча­ние. Однако, совер­шая седь­мой круг, народ по дан­ному сиг­налу громко закри­чал — и в это время совер­ши­лось чудо: стены города Иери­хона затряс­лись и обру­ши­лись до осно­ва­ния. Изра­иль­ские воины с раз­ных сто­рон ворва­лись в город. Паде­ние Иери­хона вдох­но­вило изра­иль­тян к даль­ней­шим завоеваниям.

В период заво­е­ва­ния Земли Обе­то­ван­ной чудес­ная помощь Божия про­яви­лась также в битве с объ­еди­нен­ными силами хана­неев у Гава­она. Раз­го­релся страш­ный бой, наго­лову раз­би­тые хана­неи в панике бежали, оста­вив на поле боя мно­же­ство уби­тых. Отсту­пав­ших не столько пора­жали мечи изра­иль­тян, сколько камен­ный град, обру­шив­шийся на непри­я­теля с неба.

Пре­сле­до­ва­ние хана­неев про­дол­жа­лось до самого вечера. От пол­ного раз­грома их могла спа­сти только ноч­ная тьма. Тогда Иисус Навин, вос­клик­нул: «Стой, солнце, над Гава­о­ном, и луна над доли­ной Аиа­лон­скою!» И оста­но­ви­лось солнце, и луна сто­яла, доколе народ мстил вра­гам своим… И не было такого дня ни прежде… ни после того, в кото­рый Гос­подь так слу­шал бы гласа чело­ве­че­ского. Ибо Гос­подь сра­жался за Изра­иля» (Нав. 10.12–14). До захода солнца хана­ан­ские вой­ска были раз­биты, а их города захва­чены израильтянами.

Разделение земли обетованной

Поко­ре­ние всего Хана­ана дли­лось семь лет. В кро­ва­вых вой­нах погиб трид­цать один хана­ан­ский царь. За исклю­че­нием Иеру­са­лима и несколь­ких дру­гих укреп­лен­ных горо­дов у моря и в горах, вся страна была заво­е­вана израильтянами.

После этого Иисус Навин при­сту­пил к раз­делу обе­то­ван­ной земли между изра­иль­скими коле­нами. Всего их было три­на­дцать, так как колено Иосифа раз­де­ли­лось на две пле­мен­ные группы, кото­рым начало поло­жили Ефрем и Манас­сия. Поскольку потом­кам Рувима и Гада, а также поло­вине пле­мени Манас­сии доста­лись в удел земли за Иор­да­ном, а леви­там не пола­га­лось своей осо­бой тер­ри­то­рии, то раз­дел кос­нулся только девяти пле­мен и вто­рой поло­вины пле­мени Манассии.

Таким обра­зом, обе­то­ван­ная земля ока­за­лась раз­де­лен­ной на десять окру­гов. На юге посе­ли­лись потомки Симеона, Иуды и Вени­а­мина. Осталь­ную тер­ри­то­рию поко­рен­ной земли заняли, дви­га­ясь с юга на север, колена Ефрема, Манас­сии, Исса­хара, Заву­лона, Нефа­лима, Асира. Немно­го­чис­лен­ное племя Дана посе­ли­лось к западу от Вени­а­ми­нова колена на гра­нице с фили­стим­ля­нами. На тер­ри­то­рии, достав­шейся Ефрему, нахо­дился город Силом. Иисус Навин решил в этот город пере­не­сти народ­ную свя­тыню — Ски­нию Собра­ния и Ков­чег Завета. Таким обра­зом, Силом стал пер­вой сто­ли­цей Изра­иля, кото­рой над­ле­жало спа­ять в одну нацию рас­се­яв­ши­еся колена. Леви­там выде­лили во вла­де­ние сорок восемь горо­дов, где по завету Мои­сея они выпол­няли рели­ги­оз­ные обязанности.

Период Судей

Рели­ги­оз­ное состо­я­ние Изра­иля после смерти Иисуса Навина, нака­за­ния Божии, даро­ва­ние судей. Судьи Гедеон, Сам­сон, Самуил.

Причины дарования судей израильскому народу

После смерти Мои­сея и Иисуса Навина не нашлось среди изра­иль­тян чело­века, рав­ного им по зна­че­нию. Изра­иль­ские пле­мена рас­се­я­лись по Хана­ану, мир­ным путем или с ору­жием в руках зани­мая пред­на­зна­чен­ные им уделы. Между коле­нами не было согла­сия. Мелоч­ная зависть, раз­доры из-за уста­нов­ле­ния гра­ниц, мест­ни­че­ство, игра често­лю­бия рас­ко­лоли един­ство, подо­рвали наци­о­наль­ную спа­ян­ность, столь необ­хо­ди­мую для удер­жа­ния захва­чен­ных земель. Поссо­рив­ши­еся пле­мена, дей­ство­вав­шие порознь и рас­счи­ты­вав­шие только на соб­ствен­ные силы, не сумели дове­сти до конца поко­ре­ние страны. Резуль­таты этой раз­об­щен­но­сти не заста­вили слиш­ком долго ждать. Изра­иль­тяне были люди про­стые и суро­вые, люди пустыни. Жители Хана­ана пре­вос­хо­дили их своей бога­той циви­ли­за­цией и куль­ту­рой, они стро­или боль­шие города и к тому же гово­рили на языке, очень близ­ком к древ­не­ев­рей­скому. Потом­кам Иакова гро­зила обыч­ная судьба заво­е­ва­те­лей: быть погло­щен­ными более раз­ви­тыми наро­дами, кото­рые они себе под­чи­нили. Рас­про­стра­нен­ным явле­нием стали сме­шан­ные браки: изра­иль­тяне больше не счи­тали непри­лич­ным жениться на девуш­ках дру­гой наци­о­наль­но­сти, а изра­иль­тянки охотно выхо­дили замуж за ханаанеян.

Еще печаль­ней была кар­тина рели­ги­оз­ной жизни изра­иль­тян. Моло­дое поко­ле­ние, сме­нив­шее своих отцов, не знало и не хотело знать «Гос­пода и дел Его, кото­рые Он делал Изра­илю» (Суд. 2.10). Дорога в Силом к свя­щен­ному храму мно­гими была забыта. Бог Изра­иля им казался гроз­ным Богом, тре­бу­ю­щим от них доб­ро­де­тель­ной жизни, молитв и стро­гого испол­не­ния Синай­ского зако­но­да­тель­ства. Слу­же­ние же идо­лам сопро­вож­да­лось пляс­ками, пир­ше­ствами, пьян­ством и дру­гими чув­ствен­ными насла­жде­ни­ями. Поэтому они часто хана­ан­ских лже­бо­гов пред­по­чи­тали истин­ному Богу. Изра­иль­тяне на каж­дом шагу встре­ча­лись с мест­ными богами, более близ­кими им в силу их чело­ве­че­ской сла­бо­сти. Эти боги не тре­бо­вали от них духов­ного совер­шен­ство­ва­ния, напро­тив, они спо­соб­ство­вали их нрав­ствен­ному раз­ло­же­нию. Укло­не­ние изра­иль­тян от истин­ной рели­гии влекло за собой паде­ние их нрав­ствен­но­сти и ослаб­ле­ние их наци­о­наль­ного единства.

И вот, чтобы обра­тить еврей­ские сердца к истин­ному Богу и спа­сти их от нрав­ствен­ного раз­ло­же­ния, Гос­подь посы­лает на них нака­за­ние: сосед­ние народы, поль­зу­ясь их меж­до­усо­би­ями, напа­дали на них, рас­хи­щали их иму­ще­ство и обра­щали в раб­ство то или дру­гое колено. Стра­да­ния застав­ляли евреев каяться в гре­хах и обра­щаться к Богу с молит­вой о поми­ло­ва­нии. Тогда мило­серд­ный Гос­подь посы­лал им доб­лест­ных мужей, кото­рые с помо­щью Божией осво­бож­дали своих сооте­че­ствен­ни­ков от раб­ства и вос­ста­нав­ли­вали у них истин­ную рели­гию. Таких осво­бо­ди­те­лей евреи назы­вали судьями, так как они и после войны оста­ва­лись во главе того или иного колена, раз­би­рая их спор­ные вопросы. Но сыны Изра­иля были труд­но­ис­пра­вимы: едва только их поло­же­ние улуч­ша­лось, они, как пра­вило, опять начи­нали покло­няться лже­бо­гам. Всех судей было пят­на­дцать, среди них осо­бенно известны Гедеон, Сам­сон и про­рок Самуил.

Судья Гедеон

Мади­а­ни­тяне, ама­ли­ки­тяне и дру­гие коче­вые пле­мена с востока пере­хо­дили Иор­дан и, как саранча, обру­ши­ва­лись на поля изра­иль­ских зем­ле­дель­цев. Они появ­ля­лись акку­ратно каж­дый раз в то время, когда начи­на­лась жатва. Такое бед­ствие про­дол­жа­лось семь лет. «Ивозо­пили сыны Изра­и­левы к Гос­поду», и пока­я­лись в своих гре­хах (Суд. 6.7). Тогда Гос­подь сми­ло­вался над Своим наро­дом и послал им изба­ви­теля в лице Гедеона.

Вдох­нов­лен­ный Духом Божиим, Гедеон при­звал изра­иль­тян на борьбу за сво­боду. На его при­зыв собра­лось трид­цать две тысячи изра­иль­ских вои­нов. Но так как силы врага пре­вос­хо­дили силы изра­иль­тян, то Гедеон попро­сил Гос­пода под­кре­пить его веру в победу каким-нибудь чудом. По его просьбе Гос­подь ночью послал на разо­стлан­ное Гедео­ном руно такую обиль­ную росу, что утром Гедеон выжал из него целую чашу воды, тогда как вся земля была суха. В сле­ду­ю­щую ночь Гос­подь послал обиль­ную росу на землю, тогда как руно оста­ва­лось сухим. Еще раз полу­чив под­креп­ле­ние своей веры на помощь Божию, Гедеон решил всем вой­ском вне­запно напасть на врага.

Но Гос­подь ска­зал ему, что вра­гов он побе­дит с неболь­шим коли­че­ством храб­рых вои­нов, чтобы изра­иль­тяне потом не ска­зали, что они соб­ствен­ной силой, без помощи Божией, побе­дили непри­я­теля. По пове­ле­нию Божию Гедеон ото­брал три­ста вои­нов. Каж­дому из своих вои­нов он дал трубу и факел, спря­тан­ный в гли­ня­ном горшке. Раз­де­лив вои­нов на три группы, Гедеон велел им с трех сто­рон под­красться к лагерю мади­а­ни­тян. В пол­ночь, едва только мади­а­ни­тяне легли спать, он дал сиг­нал к атаке. Изра­иль­тяне раз­били горшки, открыли горя­щие факелы и одно­вре­менно изо всех сил тру­били в трубы и выкри­ки­вали бое­вой при­зыв. Нече­ло­ве­че­ский крик раз­бу­дил кочев­ни­ков. Уве­рен­ные, что их окру­жает боль­шая непри­я­тель­ская армия, они в панике бро­си­лись бежать за Иор­дан, также пора­жая друг друга. Гедеон с гор­стью своих отваж­ных вои­нов бро­сился пре­сле­до­вать врага. Вскоре к Гедеону при­мкнули воины дру­гих изра­иль­ских колен. Сов­мест­ными уси­ли­ями изра­иль­тяне нанесли сокру­ши­тель­ный удар по врагу и про­гнали кочев­ни­ков далеко за Иор­дан. В этой битве погибло четыре мади­ам­ских царя.

В бла­го­дар­ность за спа­се­ние от вра­гов изра­иль­тяне хотели сде­лать сво­его осво­бо­ди­теля царем, но Гедеон отка­зался от цар­ской короны и ска­зал народу: «Гос­подь да вла­деет вами» (Суд. 8.23). При Гедеоне Изра­иль сорок лет поль­зо­вался миром и спокойствием.

Судья Самсон

Когда евреи опять начали увле­каться идо­ло­по­клон­ством, наци­о­наль­ное един­ство их стало сла­беть, и они вскоре попали под власть фили­стим­лян. Зака­лен­ные в боях воины, зако­ван­ные в железо, кото­рое мало тогда было рас­про­стра­нено в Хана­ане, фили­стим­ляне быстро сокру­шили раз­дроб­лен­ные силы изра­иль­тян, так что в тече­ние сорока лет Изра­иль вынуж­ден был тер­петь их иго. Народ пал духом и стал терять надежду на свое избав­ле­ние. И вот, когда евреи осо­знали свою вину перед Богом, Гос­подь послал Изра­илю изба­ви­теля по имени Сам­сон. В колене Дано­вом жил тогда еврей по имени Маной, жена кото­рого была бес­плодна. Одна­жды супру­гам явился Ангел Гос­по­день и ска­зал, что вскоре у них родится сын, кото­рый будет назо­реем Божиим, не будет пить вина, стричь волос и спа­сет Изра­иль от фили­стим­лян­ского ига. Пред­ска­за­ние Ангела испол­ни­лось. Маль­чик, кото­рого назвали Сам­сон, быстро рос на гла­зах своих роди­те­лей и вскоре воз­му­жал. Юноша с длин­ными воло­сами на голове и могу­чим тело­сло­же­нием обла­дал необык­но­вен­ной физи­че­ской силой.

Сам­сон в оди­ночку боролся с фили­стим­ля­нами. Он пой­мал в силки три­ста лисиц, свя­зав их хвост с хво­стом, при­вя­зал к хво­стам горя­щие факелы и погнал испу­ган­ных зве­рей в сто­рону города. Лисицы нес­лись впе­ред, как безум­ные, под­жи­гая по пути нивы, вино­град­ники и сады. За корот­кое время все досто­я­ние фили­стим­лян­ских зем­ле­дель­цев обра­ти­лось в прах. Словно из-под земли вырас­тал он на доро­гах перед про­хо­жими, уби­вал и сеял такой страх, что даже храб­рые из храб­рых боя­лись встречи с ним.

Это не могло долго про­дол­жаться, и фили­стим­ляне решили поло­жить конец тер­рору Сам­сона. Их вой­ска вторг­лись в Иудею и, грозя опу­сто­шить страну, потре­бо­вали, чтобы им выдали силача. Сам­сон доб­ро­вольно вышел из пещеры и поз­во­лил свя­зать себя верев­ками. Когда же он был достав­лен в лагерь фили­стим­лян и те стали его оскорб­лять, Сам­сон разо­рвал веревки, как нитки, схва­тил све­жую осли­ную челюсть, валяв­шу­юся на земле, и в гневе наки­нулся на своих мучи­те­лей. В лагере фили­стим­лян нача­лась паника, и мно­гие обра­ти­лись в бег­ство. Сам­сон вос­поль­зо­вался заме­ша­тель­ством и убил тысячу чело­век. Воз­вра­ща­ясь в свою пещеру, он весело напе­вал хваст­ли­вую песнь: «Челю­стью осли­ною толпу, две толпы, челю­стью осли­ною убил я тысячу чело­век» (Суд. 15.16).

Сам­сон недолго оста­вался в горах, так как бла­го­дар­ные изра­иль­тяне избрали его судьею. С тех пор в тече­ние два­дцати лет он управ­лял ими, и его имя при­во­дило в тре­пет фили­стим­лян. Наде­ясь на свои силы, Сам­сон не боялся в оди­ночку ходить в фили­стим­ские города.

Однако влюб­чи­вый Сам­сон попал в сети блуд­ницы-фили­стим­лянки по имени Далида. Об этом узнали фили­стим­ляне и решили дей­ство­вать под­ку­пом. За боль­шие деньги они уго­во­рили ковар­ную Далиду выве­дать у Сам­сона сек­рет его необы­чай­ной силы. Одна­жды Сам­сон при­знался ей: «Бритва не каса­лась головы моей, ибо я назо­рей Божий от чрева матери моей, если же остричь меня, то отсту­пит от меня сила моя…» (Суд. 16.17). Далида тот­час уве­до­мила своих зем­ля­ков, чтобы они при­шли к ней с обе­щан­ной денеж­ной награ­дой. А сама тем вре­ме­нем усы­пила Сам­сона на коле­нях своих и пове­лела состричь семь кос с его головы. Фили­стим­ляне зако­вали Сам­сона в цепи, выко­лоли ему глаза и заста­вили его в городе Газе, в под­зе­ме­лье, вра­щать мель­нич­ный жер­нов. Одна­жды во время пира в храме их бога Дагона раз­ве­се­лив­ши­еся языч­ники потре­бо­вали при­ве­сти к ним Сам­сона, чтобы насла­диться видом его паде­ния. Блед­ный, с пустыми глаз­ни­цами, Сам­сон стоял в храме между колон­нами и тер­пе­ливо сно­сил изде­ва­тель­ства и оскорб­ле­ния. Каза­лось, он стал бес­по­мощ­ным и душевно слом­лен­ным. Никто не заме­тил также, что у него снова отросли волосы. Тихо шевеля губами, он шеп­тал молитву: «Гос­поди Боже! вспомни меня и укрепи меня только теперь, о Боже! чтобы мне в один раз ото­мстить Фили­стим­ля­нам за два глаза мои» (Суд. 16.28). Затем с помо­щью маль­чика-пово­дыря он подо­шел к двум стол­бам, на кото­рые опи­рался храм, уперся в них руками и вос­клик­нул: «Умри, душа моя, с Фили­стим­ля­нами!» (Суд. 16.30). В храме Дагона вне­запно насту­пила тишина. Только теперь фили­стим­ляне поняли, что они еще не побе­дили Сам­сона, но уже было поздно. Сам­сон напряг свои силы и сдви­нул колонны. Храм с чудо­вищ­ным гро­хо­том рух­нул, погре­бая под сво­ими раз­ва­ли­нами бога­тыря и три тысячи фили­стим­лян, кото­рые там веселились.

Исто­рия жизни Сам­сона имела глу­боко поучи­тель­ный харак­тер для всего изра­иль­ского народа. Весь смысл ее заклю­чался в том, что он был назо­рей. Когда он соблю­дал обет назо­рей­ства, он был необы­чайно силь­ным, когда же он, увле­ка­ясь чув­ствен­ными насла­жде­ни­ями, нару­шал свой обет, он ста­но­вился сла­бым. Таким обра­зом, исто­рия жизни Сам­сона есть как бы оли­це­тво­ре­ние исто­рии самого изра­иль­ского народа. Она пока­зала, что сила народа заклю­ча­ется в рев­ност­ном хра­не­нии сво­его союза с Богом.

Судья и пророк Самуил

Под­рост­ком мать при­вела Саму­ила в Силом и отдала пер­во­свя­щен­нику Илию для слу­же­ния Гос­поду. Самуил остался жить при Ски­нии и вос­пи­ты­вался здесь под руко­вод­ством пер­во­свя­щен­ника. Он был доб­рым и бла­го­че­сти­вым отро­ком. Палом­ники любили Саму­ила и раз­но­сили славу о его доб­ро­де­те­лях по всей стране. Сам Илий все надежды воз­ла­гал на Саму­ила и в глу­бине души счи­тал его своим пре­ем­ни­ком. Одна­жды, когда Самуил лег спать в Ски­нии, он услы­шал голос, зову­щий его: «Самуил, Самуил!» Думая, что его зовет Илий, нахо­дя­щийся тут же, в Ски­нии, он побе­жал к нему и ска­зал: «Вот я! ты звал меня». Илий отве­тил ему: «Я не звал тебя; пойди назад, ложись» (1 Цар. 3.4–5). Но голос во вто­рой и в тре­тий раз звал Саму­ила, и вся­кий раз отрок при­бе­гал к Илию, думая, что это он его зовет. Тогда пер­во­свя­щен­ник дога­дался, что Саму­ила зовет Гос­подь, и научил отрока, как ему надо посту­пать, если Гос­подь еще раз позо­вет его. Когда же Гос­подь еще раз позвал Саму­ила, тогда отрок с бла­го­го­ве­нием и тре­пе­том отве­тил: «Говори [Гос­поди], ибо слы­шит раб Твой» (1 Цар. 3.10).Это было при­зва­ние Саму­ила к про­ро­че­скому служению.

Самуил был не вое­на­чаль­ни­ком, как дру­гие судьи, а муд­рым учи­те­лем народа и про­ро­ком Божиим. Своим про­ни­ца­тель­ным умом он видел при­чины бед­ствий еврей­ского народа и решил совер­шить рели­ги­озно-обще­ствен­ное пре­об­ра­зо­ва­ние. С этой целью он ходил по обе­то­ван­ной земле и повсюду про­буж­дал рев­ность к вере отцов. Своей пла­мен­ной речью он убеж­дал изра­иль­тян навсе­гда покон­чить с идо­ло­по­клон­ством и обра­титься к еди­ному истин­ному Богу. И народ, дове­ден­ный до отча­я­ния фили­стим­ля­нами, не оста­вался глух к его про­по­веди. В Изра­иле нача­лось рели­ги­озно-нрав­ствен­ное воз­рож­де­ние. Чтобы закре­пить это доб­рое настро­е­ние внеш­ним актом, Самуил собрал народ в Мас­сифу. Здесь, в Мас­сифе, после пуб­лич­ного пока­я­ния в своих гре­хах изра­иль­ский народ воз­об­но­вил союз с Богом.

Узнав о боль­шом собра­нии изра­иль­тян в Мас­сифе, фили­стим­ляне, боясь вос­ста­ния, дви­нули на них свои вой­ска. Но на этот раз Гос­подь был со Своим наро­дом, и фили­стим­ляне потер­пели ужас­ное пора­же­ние. С этого вре­мени весь Изра­иль при­знал Саму­ила своим судьей. Таким обра­зом, у изра­иль­ского народа снова появился вождь, напра­вив­ший его на труд­ный путь духов­ного воз­рож­де­ния и поли­ти­че­ского единства.

Во время прав­ле­ния Саму­ила страна насла­жда­лась миром и бла­го­ден­ствием. Цен­тром рели­ги­оз­ной и госу­дар­ствен­ной жизни стал город Рама, и отсюда Самуил каж­дый год обхо­дил все изра­иль­ские города, испол­няя обя­зан­но­сти пер­во­свя­щен­ника и судьи. Стре­мясь к духов­ному про­све­ще­нию народа, Самуил из своих после­до­ва­те­лей создал про­ро­че­скую школу, кото­рая гото­вила про­све­щен­ных рев­ни­те­лей веры. При Саму­иле был уже целый «сонм про­ро­ков», кото­рые помо­гали ему иско­ре­нять идо­ло­по­клон­ство и насаж­дать истин­ную веру среди изра­иль­тян. Муд­рое прав­ле­ние Саму­ила про­дол­жа­лось до самой его старости.

У всех сосед­них наро­дов были цари, и изра­иль­тяне при­шли к выводу, что только монар­хи­че­ский строй может их спа­сти от фили­стим­лян. Желая избрать себе царя, изра­иль­ские ста­рей­шины при­шли к Саму­илу в Раму и ска­зали: «Вот, ты соста­рился, а сыно­вья твои не ходят путями тво­ими; итак поставь над нами царя, чтобы он судил нас, как у про­чих наро­дов» (1 Цар.8.5). Это тре­бо­ва­ние глу­боко опе­ча­лило старца. До этого у еврей­ского народа была тео­кра­тия, т. е. Бого­прав­ле­ние. Гос­подь у них был и небес­ным, и зем­ным Царем. Теперь же народ поже­лал себе дру­гого царя. Самуил не знал, что отве­тить ста­рей­ши­нам, и обра­тился с молит­вой к Богу. «И ска­зал Гос­подь Саму­илу: послу­шай голоса народа во всем, что они гово­рят тебе; ибо не тебя они отвергли, но отвергли Меня, чтоб Я не цар­ство­вал над ними...» (1 Цар. 8.7).

Период Царств

Пер­вый царь — Саул. Цар­ство­ва­ние Давида. Соло­мон — муд­рый судья и правитель. 

Раз­де­ле­ние царств на Изра­иль­ское и Иудей­ское. Исто­рия и паде­ние Север­ного цар­ства, появ­ле­ние сама­рян. Исто­рия Южного Цар­ства. Раз­ру­ше­ние Иеру­са­лима, начало пери­ода Вави­лон­ского плена.

Изра­иль­ский народ захо­тел иметь царя, поскольку был неспо­со­бен к вер­но­сти Закону Божию и само­сто­я­тель­ному управ­ле­нию по тем пра­ви­лам обще­ствен­ной жизни, кото­рые дал Бог. Рели­ги­озно-нрав­ствен­ная, обще­ствен­ная, семей­ная жизнь иудеев при­хо­дила всё в более бед­ствен­ное состо­я­ние, и это делало их без­за­щит­ными перед лицом окру­жа­ю­щих наро­дов. В лице царя иудеи наде­я­лись при­об­ре­сти орган вла­сти, кото­рый смо­жет орга­ни­зо­вать посто­ян­ную защиту от вра­гов и наблю­де­ние за соблю­де­нием наро­дом закона.

Первый царь — Саул

Одна­жды Гос­подь ска­зал Саму­илу: «Зав­тра в это время Я при­шлю к тебе чело­века из земли Вени­а­ми­но­вой, и ты помажь его в пра­ви­теля народу Моему – Изра­илю, и он спа­сет народ Мой от руки Фили­стим­лян» (1 Цар.9.16). Когда Самуил уви­дел при­бли­жа­ю­ще­гося к нему Саула, Гос­подь ска­зал ему: «Вот чело­век, о кото­ром Я гово­рил тебе; он будет управ­лять наро­дом Моим» (1 Цар. 9.17). Уви­дев рос­лого и кра­си­вого Саула, Самуил понял, что перед ним чело­век, достой­ный цар­ского пре­стола. Остав­шись с Сау­лом наедине, он взял сосуд с елеем, вылил на голову Саула и ска­зал: «Вот, Гос­подь пома­зы­вает тебя в пра­ви­теля насле­дия Сво­его в Изра­иле, и ты будешь цар­ство­вать над наро­дом Гос­под­ним…» (1 Цар. 10.1).

Сразу же после избра­ния на цар­ство Саул не мог пра­вить открыто со всей пол­но­той вла­сти, т.к. во мно­гих изра­иль­ских горо­дах сто­яли фили­стим­ские охран­ные отряды. У Саула не было ни дворца, ни слуг; он по-преж­нему зани­мался зем­ле­де­лием. Ситу­а­ция изме­ни­лась сразу после победы Саула и собран­ного им опол­че­ния над напав­шими на Изра­иль аммо­ни­тя­нами. Эта победа сразу сде­лала Саула наци­о­наль­ным героем. Судья Самуил, остав­шийся духов­ным руко­во­ди­те­лем Изра­иля, в тор­же­ствен­ной обста­новке пере­дал власть ново­из­бран­ному царю и запо­ве­дал царю и всему народу не укло­няться от истин­ной рели­гии и рев­ностно хра­нить веру отцов.

Полу­чив общее при­зна­ние, Саул занялся созда­нием посто­ян­ной армии. Ото­брав самых храб­рых вои­нов, он обра­зо­вал трех­ты­сяч­ную гвар­дию. Пер­вые воен­ные победы вооду­ше­вили Изра­иль и напол­нили само­уве­рен­но­стью сердце пер­вого изра­иль­ского царя. Посте­пенно Саул пере­стает сле­до­вать совету про­рока Саму­ила, начи­нает откло­няться от вер­но­сти Богу и посту­пать по соб­ствен­ной воле. Так, одна­жды он, не дожи­да­ясь при­хода Саму­ила, сам совер­шил обряд жерт­во­при­но­ше­ния перед бит­вой, после чего услы­шал от про­рока гроз­ный при­го­вор, что за нару­ше­ние воли Божией Гос­подь лишит его цар­ства и вме­сто него най­дет дру­гого царя.

В дру­гой раз, когда Бог пове­лел ему уни­что­жить вра­гов и не брать их иму­ще­ство, Саул опять про­явил свое­во­лие и не до конца выпол­нил пове­ле­ние Гос­пода. Он сохра­нил жизнь царю ама­ли­ки­тян и пожа­лел уни­что­жать бога­тей­шие воен­ные тро­феи – овец, волов и дру­гое цен­ное иму­ще­ство. Узнав о таком само­воль­ном поступке царя, Самуил вне­запно явился в лагерь Саула, когда тот празд­но­вал свою победу, и объ­явил ему волю Божию: «За то, что ты отверг слово Гос­пода, и Он отверг тебя, чтобы ты не был царем над Изра­и­лем» (1 Цар. 15.23).

Таким обра­зом, хотя пер­вый изра­иль­ский царь был избран Самим Богом, за непо­слу­ша­ние поле Божией он был лишен царства.

Царствование Давида

Самуил болез­ненно пере­но­сил раз­рыв с Сау­лом и долго скор­бел о нем. Одна­жды явился ему Гос­подь и ска­зал, чтобы он отпра­вился в Виф­леем, в дом Иес­сея и пома­зал Его Сына Давида на цар­ство. Когда Самуил испол­нил пове­ле­ние Бога, Дух Гос­по­день ото­шел от Саула и стал почи­вать на Давиде, Саула же стал воз­му­щать злой дух.

Одна­жды перед бит­вой с фили­стим­ля­нами из их рядов вышел вели­кан Голиаф и, оскорб­ляя Гос­пода, пред­ло­жил поеди­нок с одним из вои­нов Изра­иля. Когда ни один их вои­нов армии Саула не решился при­нять бой, а Голиаф сме­ялся над сла­бо­стью и мало­ду­шием иудеев. Воз­му­щен­ный этими оскорб­ле­ни­ями, юный пас­тух Давид, наде­ясь на помощь Божию, вызвался нака­зать филистимлянина.

Взяв свой посох, пращу и пять глад­ких кам­ней Давид смело пошел навстречу Голиафу. Когда вели­кан уви­дел Давида, он решил, что изра­иль­тяне делают из него посме­шище, при­слав к нему под­ростка, и пре­зри­тельно крик­нул ему: «Что ты идешь на меня с пал­кою и с кам­нями? разве я собака?» (1 Цар. 17.43). Давид тем вре­ме­нем быстро достал камень из сумки, вло­жил его в пращу, стре­ми­тельно побе­жал навстречу бога­тырю и изо всех сил бро­сил камень из пращи. Камень, про­сви­стев в воз­духе, вон­зился в лоб Голиафа, и тот бес­по­мощно рух­нул на землю. Давид мгно­венно бро­сился к оглу­шен­ному вели­кану, схва­тил его огром­ный меч и одним уда­ром отру­бил ему голову.

Неожи­дан­ное пора­же­ние луч­шего воина вызвало в лагере фили­стим­лян нево­об­ра­зи­мую панику. Изра­иль­тяне, вос­поль­зо­вав­шись заме­ша­тель­ством про­тив­ника, наки­ну­лись на них с такой яро­стью, что все фили­стим­ское вой­ско обра­ти­лось в бег­ство. Эта битва при­несла Давиду вели­кую попу­ляр­ность среди изра­иль­ского народа.

Но Саул, зави­дуя воен­ной славе Давида, решил убить его. Скры­ва­ясь от пре­сле­до­ва­ния неспра­вед­ли­вого царя, Давид не раз про­яв­лял бла­го­род­ное вели­ко­ду­шие по отно­ше­нию к Саулу и не решался под­нять руки на пома­зан­ника Божия. Так, одна­жды ночью Давид про­брался в цар­ский стан и захва­тил с собой лишь копье и круж­ку с водой у постели царя, после чего с вер­шины сосед­ней горы громко уко­рял началь­ника цар­ских телохраните­лей, за его невни­ма­тель­ность и плохую бди­тель­ность око­ло свя­щен­ной особы царя. Как-то Саул зашел в пещеру, где пря­тался Давид, и тот, имея воз­мож­ность убить царя, только отре­зал край его одежды. Саул узнал об этом и был тро­нут до слез; на время, пока злой дух вновь не овла­дел им, он даже пре­кра­тил пре­сле­до­вать Давида.

После гибели Саула в сра­же­нии с фили­стим­ля­нами ста­рей­шины Иудина колена при­звали Давида на цар­ство. В тече­ние сле­ду­ю­щих трид­цати лет цар­ство­ва­ния Давид поко­ряет фили­стим­лян и создает самое мощ­ное госу­дар­ство во всей исто­рии еврей­ского народа.

Объ­еди­нен­ное цар­ство Давида не имело своей сто­лицы. И в поис­ках под­хо­дя­щего города, Давид обра­тил свое вни­ма­ние на Иеру­са­лим. Город этот, рас­по­ло­жен­ный на горе Сион, пред­став­лял собой непри­ступ­ную кре­пость. Заво­е­вать Иеру­са­лим было нелегко, но Давид сумел сде­лать это.

Сле­дуя при­меру дру­гих царей, Давид построил себе огром­ный дво­рец, а затем, вопреки запрету Закона, завел боль­шой гарем, поскольку гаремы были в то время мери­лом цар­ского вели­чия. От жен и налож­ниц у Давида роди­лось много сыно­вей и дочерей.

Свою сто­лицу Иеру­са­лим Давид решил сде­лать рели­ги­оз­ным цен­тром Изра­иля. С этой целью он решил пере­не­сти сюда глав­ную свя­тыню народа – Ков­чег Завета, кото­рый до этого нахо­дился в неболь­шом иудей­ском селе­нии. За Ков­че­гом Давид отпра­вился вме­сте со сво­ими при­двор­ными и трид­ца­ти­ты­сяч­ной армией. При боль­шом сте­че­нии народа свя­щен­ники бла­го­го­вейно под­няли на плечи свер­ка­ю­щий золо­том Ков­чег Завета и тор­же­ственно напра­ви­лись в Иеру­са­лим, где уже была соору­жена новая Ски­ния. Когда Ков­чег был вне­сен в Свя­тая Свя­тых, в новом храме были при­не­сены и обиль­ные жертвы.

Давид тре­во­жило, что сам он живет в рос­кош­ном дворце из кед­ро­вого дерева, а Ков­чег Божий нахо­дится в шатре. Ему хоте­лось постро­ить храм Иегове, кото­рый своим вели­ко­ле­пием пре­взо­шел бы цар­ский дво­рец. Свою мысль он выска­зал про­року Нафану. Но про­рок полу­чил откро­ве­ние от Бога, что стро­и­тель­ство храма это не дело Давида, храм построит его пото­мок. Одна из при­чин запрета – то, что, цар­ствуя, Давид вел боль­шие войны и про­лил много крови. Давид сми­ренно поко­рился воле Божией.

Посто­ян­ные успехи и слава Давида осла­били в нем сми­рен­ное упо­ва­ние на Бога, воз­бу­дили в его душе чув­ства само­на­де­ян­но­сти и само­вла­стия и при­вели царя к нрав­ствен­ному паде­нию. Давид вос­пы­лал стра­стью к Вир­са­вии, жене одного из своих храб­рей­ших вои­нов. Царь соблаз­нил Вир­са­вию, а ее мужа напра­вил на вер­ную смерть на поле битвы. Вир­са­вию, искренне горе­вав­шую о гибели супруга, Давид взял в свой гарем, и она вскоре родила ему сына. Чтобы обли­чить Давида в пре­ступ­ле­нии и при­звать его к пока­я­нию, Гос­подь посы­лает к нему про­рока Нафана. Про­рок печаль­ным голо­сом рас­ска­зал Давиду притчу о неспра­вед­ли­вом богаче: «В одном городе были два чело­века, один бога­тый, а дру­гой бед­ный; у бога­того было очень много мел­кого и круп­ного скота, а у бед­ного ничего, кроме одной овечки, кото­рую он купил малень­кую и выкор­мил, и она выросла у него вме­сте с детьми его …и была для него, как дочь; и при­шел к бога­тому чело­веку стран­ник, и тот пожа­лел взять из своих овец или волов, чтобы при­го­то­вить обед для стран­ника, …а взял овечку бед­няка и при­го­то­вил ее для чело­века, кото­рый при­шел к нему». Давид с воз­му­ще­нием вос­клик­нул, что богач заслу­жи­вает смерти. В ответ на это воз­му­ще­ние про­рок, посмот­рев в глаза царю, ска­зал: «Ты — тот чело­век… кото­рый сде­лал это». И затем он доба­вил, что, сын Давида, кото­рого родит Вир­са­вия, умрет (2 Цар.12.1–4). Обли­чен­ный про­ро­ком, Давид понял низость сво­его поступка и искренне рас­ка­ялся. Свое пока­я­ние он излил в пла­мен­ном псалме: «Поми­луй меня, Боже по вели­кой мило­сти Твоей…» (Пс. 50). Вир­са­вия и после смерти пер­венца оста­ва­лась люби­мой женой Давида. Год спу­стя она опять родила ему сына, кото­рого назвали Соло­мо­ном, именно он стал сле­ду­ю­щим царем Израиля.

Перед смер­тью Давид при­звал к себе Соло­мона и запо­ве­до­вал ему: «…Будь муже­ствен и храни завет Гос­пода Бога тво­его, ходя путями Его и соблю­дая уставы Его и запо­веди Его… как напи­сано в Законе Мои­се­е­вом…» (3 Цар.2.2–3). Он также запо­ве­дал Соло­мону постро­ить вели­ко­леп­ный храм Гос­поду. Давид скон­чался на семи­де­ся­том году жизни, после сорока лет цар­ство­ва­ния, оста­вив сыну в наслед­ство огром­ное государство.

В наслед­ство же всем наро­дам земли бого­вдох­но­вен­ный про­рок Давид оста­вил свои див­ные псалмы, дыша­щие непо­ко­ле­би­мой верой и пла­мен­ной любо­вью к Богу.

Царствование Соломона. Разделение царств

В момент вступ­ле­ния на пре­стол Соло­мону было всего два­дцать лет, но он ока­зался энер­гич­ным и муд­рым пра­ви­те­лем. Начав прав­ле­ние с усерд­ной молитвы к Богу, он полу­чил от Бога вели­кий дар муд­ро­сти и рассуждения.

О необык­но­вен­ной муд­ро­сти царя Соло­мона стала известно даже за пре­де­лами Изра­иля, так что из дру­гих стран при­хо­дили послу­шать его. Один из зна­ме­ни­тых слу­чаев явле­ния его дара – реше­ние спора между двумя жен­щи­нами, не поде­лив­шими ребенка. Одна из при­шед­ших на суд царя жен­щин рас­ска­зы­вала ему сле­ду­ю­щее: «Я и эта жен­щина живем в одном доме; и я родила при ней в этом доме; на тре­тий день после того, как я родила, родила и эта жен­щина … и умер сын этой жен­щины ночью, ибо она заспала его; и встала она ночью, и взяла сына моего от меня, когда я, раба твоя, спала, и поло­жила его к своей груди, а сво­его мерт­вого сына поло­жила к моей груди; утром я встала, чтобы покор­мить сына моего, и вот, он был мерт­вый; а когда я всмот­ре­лась в него утром, то это был не мой сын, кото­рого я родила». Выслу­шав и дру­гую жен­щину, кото­рая наста­и­вала, что живой маль­чик это ее сын, Соло­мон пове­лел при­не­сти меч. После чего ска­зал: «Рас­се­ките живое дитя надвое и отдайте поло­вину одной и поло­вину дру­гой». Тогда обви­ня­ю­щая жен­щина в ужасе вос­клик­нула: «О, гос­по­дин мой! отдайте ей этого ребенка живого и не умерщ­вляйте его». Дру­гая же хлад­но­кровно ска­зала: «Пусть же не будет ни мне, ни тебе, рубите» (3 Цар. 3.17–19, 25–26). Так Соло­мон понял, что пер­вая жен­щина явля­ется мате­рью ребенка, и пове­лел отдать ей дитя. Муд­рость царя пора­зила всех присутствующих.

Полу­чив от отца в наслед­ство силь­ное и бога­тое госу­дар­ство, Соло­мон свою поли­тику напра­вил на укреп­ле­ние мира с сосед­ними наро­дами и на про­цве­та­ние своей страны. Теперь еврей­ский народ впер­вые с неза­па­мят­ных вре­мен мог жить спо­койно и бес­пре­пят­ственно зани­маться мир­ным трудом.

Но с осо­бым при­ле­жа­нием забо­тился моло­дой царь о про­цве­та­нии рели­ги­оз­ной жизни сво­его народа и, прежде всего, постро­е­нии Иеру­са­лим­ского храма истин­ному Богу. Помня жела­ние отца, он на чет­вер­том году сво­его цар­ство­ва­ния решил при­сту­пить к гран­ди­оз­ной по тому вре­мени постройке.

План храма, за исклю­че­нием неко­то­рых дета­лей, был похож на план Ски­нии Мои­сея. Внутри храм делился на три части: Свя­тая Свя­тых, Свя­ти­лище и Притвор.

Свя­тая Свя­тых пред­став­ляла собой малень­кое поме­ще­ние без окон, где в таин­ствен­ном мраке нахо­дился Ков­чег Завета. Рядом с Ков­че­гом, по обеим сто­ро­нам с рас­про­стер­тыми кры­льями сто­яли две пяти­мет­ро­вые фигуры херу­ви­мов, выре­зан­ных из олив­ко­вого дерева и обло­жен­ных золо­том. В Ков­чеге Завета хра­ни­лись две камен­ные скри­жали Мои­сея. Свя­тая Свя­тых отде­ля­лась от Свя­ти­лища сте­ной, укра­шен­ной раз­лич­ными изоб­ра­же­ни­ями и обло­жен­ной золо­том. Двери в Свя­тая Свя­тых все­гда были открыты, но вход при­кры­вала зана­весь из дра­го­цен­ной мате­рии, богато рас­ши­той херу­ви­мами, цве­тами и паль­мами. Вхо­дить в Свя­тая Свя­тых мог только пер­во­свя­щен­ник, да и то лишь один раз в год.

В Свя­ти­лище, перед зана­ве­сью, стоял жерт­вен­ник для куре­ния фимиама (ладана). На пра­вой сто­роне Свя­ти­лища было постав­лено пять сто­лов пред­ло­же­ния и пять золо­тых све­тиль­ни­ков, по одному перед каж­дым сто­лом. С левой сто­роны сто­яло такое же коли­че­ство сто­лов и светильников.

С восточ­ной сто­роны к храму при­мы­кал При­твор. На сту­пе­нях, веду­щих в При­твор, рас­по­ла­га­лись певцы и музы­канты во время богослужения.

К храму при­мы­кал малый, или внут­рен­ний двор, кото­рый отде­лялся от внеш­него двора невы­со­кой камен­ной сте­ной. Посре­дине двора стоял жерт­вен­ник все­со­жже­ния, на кото­ром все­гда горел огонь. Рядом нахо­ди­лось «мед­ное море» — боль­шая мед­ная чаша, напол­нен­ная водой для омо­ве­ния свя­щен­но­слу­жи­те­лей. Для омо­ве­ния жерт­вен­ных живот­ных были сде­ланы десять умы­валь­ниц, кото­рые сто­яли по краям двора. Здесь же, во дворе, нахо­ди­лось воз­вы­шен­ное место для царя. Дальше шел боль­шой или внеш­ний двор, где молился народ.

Соло­мон не огра­ни­чился только соору­же­нием храма. Вскоре он построил для себя рос­кош­ный дво­рец. Для охраны гра­ниц и глав­ных тор­го­вых путей Соло­мон укреп­лял города и строил новые кре­по­сти. Соло­мон ока­зался также отлич­ным тор­гов­цем и под­дер­жи­вал ожив­лен­ные тор­го­вые отно­ше­ния с сосед­ними госу­дар­ствами. Слава о муд­ро­сти Соло­мона и вели­ко­ле­пии его двора рас­про­стра­ня­лась по всему свету. Мно­гие при­ез­жали послу­шать муд­рость изра­иль­ского царя и посмот­реть на рос­кошь его дворца. В их числе была и царица Савская.

К концу сво­его цар­ство­ва­ния Соло­мон, ослеп­лен­ный рос­ко­шью, все чаще стал нару­шать вер­ность Богу. По при­меру язы­че­ских царей Соло­мон посто­янно рас­ши­рял свой гарем, что к концу его жизни в гареме было семь­сот жен и три­ста налож­ниц. Там были жен­щины раз­ных рас и рели­гий: егип­тянки, моави­тянки, сидо­нянки и др. Ста­ре­ю­щий царь очень легко под­да­вался вли­я­нию своих жен и налож­ниц. Они «скло­нили сердце его к иным богам» (3 Цар.11.4). Жены-языч­ницы уго­во­рили его вве­сти в Иеру­са­лиме культ своих богов, и Соло­мон охотно совер­шал жерт­во­при­но­ше­ния в их честь даже во дворе Иеру­са­лим­ского храма. Кроме того, в окрест­но­стях Иеру­са­лима он построил отдель­ные храмы Астарте, Ваалу, Молоху и боже­ству моави­тян Хамису.

Тогда Гос­подь через про­рока ска­зал Соло­мону: «За то, что так у тебя дела­ется, и ты не сохра­нил завета Моего… Я отторгну от тебя цар­ство и отдам его рабу тво­ему…»
(3 Цар.11.11). С этого вре­мени дни жизни Соло­мона про­хо­дили в посто­ян­ном бес­по­кой­стве и тре­воге. Одно за дру­гим отхо­дили от Изра­иля заво­е­ван­ные Дави­дом земли, а внутри страны нача­лись народ­ные вол­не­ния. Обре­ме­нен­ные непо­силь­ными нало­гами, жители север­ной части Цар­ства зата­или нена­висть к потомку Давида и искали под­хо­дя­щего слу­чая, чтоб открыто заявить о своей независимости. 

Соло­мон умер после сорока лет прав­ле­ния и был похо­ро­нен в Иеру­са­лиме. Памят­ни­ком муд­ро­сти царя явля­ется биб­лей­ская книга «Притчи Соломона».

* * *

Период управ­ле­ния трех вели­ких царей изра­иль­ского народа был вре­ме­нем его наи­выс­шего рас­цвета, как в поли­ти­че­ском, так и духов­ном отно­ше­нии. После этого, при сыне Соло­мона Рово­аме, в исто­рии Изра­иля насту­пает период поли­ти­че­ского раз­де­ле­ния и духов­ного упадка.

Когда Ровоам занял иеру­са­лим­ский пре­стол, пред­ста­ви­тели север­ных колен обра­ти­лись к нему с прось­бой облег­чить налоги, вве­ден­ные Соло­мо­ном. Но Ровоам не только отка­зался выпол­нить просьбу, но обе­щал уве­ли­чить их бремя. Воз­му­щен­ные дерз­ким отве­том Ровоама, изра­иль­тяне отка­за­лись при­знать нового царя. В резуль­тате десять север­ных колен отко­ло­лись от Иудеи и про­воз­гла­сили своим царем Иеро­воама. К Иудее при­мкнуло только Вени­а­ми­ново колено. Так дер­жава Давида и Соло­мона рас­па­лась на два сла­бых, враж­ду­ю­щих друг с дру­гом цар­ства: Изра­иль и Иудею, Север­ное и Южное.

История Северного царства. Появление самарян

Иеро­воам решил осно­вать в Изра­иле свой центр рели­ги­оз­ной жизни и таким обра­зом отде­литься от Иудеи не только в поли­ти­че­ском, но и в рели­ги­оз­ном отно­ше­нии. С этой целью он построил храмы в двух горо­дах и отлил двух золо­тых тель­цов для этих хра­мов. Обра­ща­ясь к своим под­дан­ным, он ска­зал: «Не нужно вам ходить в Иеру­са­лим; вот боги твои, Изра­иль, кото­рые вывели тебя из земли Еги­пет­ской» (3 Цар.12.28).

Рели­гия, кото­рую насаж­дал Иеро­воам в Изра­иле, была насто­я­щим идо­ло­по­клон­ством, не име­ю­щим ничего общего с рели­гией Иеру­са­лим­ского храма. Про­рок Ахия, кото­рый своим авто­ри­те­том спо­соб­ство­вал избра­нию Иеро­воама на изра­иль­ский пре­стол, резко обли­чил царя и пред­ска­зал ему, что за это он и весь род его будет истреблен.

Пре­ем­ники Иеро­воама про­дол­жали ходить путями его и насаж­дали идо­ло­по­клон­ство среди изра­иль­ского народа. Из всех изра­иль­ских царей самым нече­сти­вым был Ахав. Под вли­я­нием своей супруги Иеза­вели он усердно рас­про­стра­нял в Изра­иле язы­че­ство: культ Ваала при нем стал госу­дар­ствен­ной рели­гией. Иеза­вель же устро­ила гоне­ния на рев­ност­ных слу­жи­те­лей истин­ного Бога.

После Ахава суще­ствен­ных изме­не­ний в рели­ги­оз­ной жизни Изра­иля не про­изо­шло. Гос­подь через про­ро­ков при­зы­вал изра­иль­тян к пока­я­нию, но цари и народ оста­лись глу­хими к про­ро­че­ским при­зы­вам. Тогда Гос­подь лишил изра­иль­тян Своей помощи и пре­дал их в руки вра­гов. Асси­рий­ские цари в 721 году до н.э. опу­сто­шили Изра­иль­ское цар­ство, раз­ру­шили его сто­лицу Сама­рию, а боль­шую часть жите­лей увели в плен в Асси­рию. Опу­стев­шая изра­иль­ская тер­ри­то­рия была засе­лена языч­ни­ками из Ара­вии и Вави­лона; полу­чив­ше­еся сме­шан­ное насе­ле­ние стало назы­ваться сама­ря­нами или сама­ри­тя­нами. Сме­шан­ной были их рели­ги­оз­ные веро­ва­ния: при­зна­вая иудей­скую рели­гию, сама­ряне не остав­ляли и язы­че­ских веро­ва­ний. Из биб­лей­ских книг, сама­ряне при­зна­вали только Пяти­кни­жие Мои­се­ево. Иудеи пре­зи­рали сама­рян, счи­тая их языч­ни­ками, и избе­гали обще­ния с ними.

Так было уни­что­жено Север­ное цар­ство – как след­ствие отказа от чистоты веры и впа­де­ние в идолопоклонство.

История Южного Царства. Начало периода Вавилонского плена

Южное цар­ство, в кото­рое вхо­дили только два колена – Вени­а­ми­ново и Иудино, было мало­чис­лен­ным, но имело боль­шое пре­иму­ще­ство перед Изра­иль­ским цар­ством. На его тер­ри­то­рии нахо­дился Иеру­са­лим – центр поли­ти­че­ской и рели­ги­оз­ной жизни еврей­ского народа.

Среди царей Южного Цар­ства, так же как и в Север­ном, было много нече­стив­цев, став­ших идо­ло­по­клон­ни­ками; среди них: Ровоам, Авия, Ахаз. За отступ­ле­ние от истин­ной рели­гии и нрав­ствен­ное раз­ло­же­ние Гос­подь нака­зы­вал Иудей­ское цар­ство и попус­кал сосед­ним госу­дар­ствам разо­рять Иудею.

Были среди иудей­ских царей и побор­ники истин­ной веры. Так, Аса, цар­ство­вав­ший сорок один год, был непри­ми­ри­мым вра­гом идо­ло­по­клон­ства. Он убрал всех идо­лов с хол­мов и из рощ и изгнал из страны чуже­стран­цев, кото­рые покло­ня­лись лож­ным богам. Дело Асы про­дол­жил его сын Иоса­фат. Он рас­сы­лал по Иудее свя­щен­ни­ков и леви­тов, кото­рые учили народ почи­тать истин­ного Бога и избе­гать лож­ных богов. Иоса­фат даже сам пред­при­нял поездку по сво­ему цар­ству и лично вну­шал своим под­дан­ным укло­няться от идолопоклонства.

В то время, когда иудей­ский пре­стол занял Езе­кия (сын нече­сти­вого царя Ахаза), пала сто­лица Изра­иль­ского цар­ства Сама­рия. Это про­из­вело в Иудее потря­са­ю­щее впе­чат­ле­ние. Про­рок Исаия, жив­ший в это время, при­зы­вал жите­лей Иудеи пока­яться и отка­заться от лож­ных богов, чтобы их не постигла та же участь, какая постигла Изра­иль. Под вли­я­нием про­рока Исаии Езе­кия раз­вер­нул боль­шую дея­тель­ность по воз­рож­де­нию истин­ной рели­гии. Он боролся со всеми про­яв­ле­ни­ями идо­ло­по­клон­ства, раз­ру­шал капища, раз­би­вал идо­лов и сре­зал дере­вья, кото­рым народ покло­нялся на хол­мах. При Ахазе, отце Езе­кии, храм Соло­мона был в запу­сте­нии, бого­слу­же­ние не совер­ша­лось, и ворота храма были закрыты. Езе­кия воз­об­но­вил бого­слу­же­ние в Иеру­са­лим­ском храме.

Бог посы­лал в Иудею про­ро­ков, чтобы они настав­ляли царя и народ и откры­вали им волю Бога. Но иудеи редко при­слу­ши­ва­лись к голосу про­ро­ков и более тяго­тели к греху и свое­во­лию. Долго тер­пел Гос­подь иудеев и ждал пока­я­ния, но народ не испра­вился. Тогда через про­рока Иере­мию Бог ска­зал, что за нече­стие иудей­ский народ будет поко­рен и отве­ден в плен вави­ло­ня­нами, и что иудеи будут нахо­диться в плену семь­де­сят лет.

Сна­чала вави­лон­ский царь Наву­хо­до­но­сор под­чи­нил себе иудей­ского царя, но Иеру­са­лим сохра­нил и не раз­ру­шил всего иудей­ского цар­ства. Про­рок Иере­мия убеж­дал иудеев под­чи­ниться Вави­лону. Он ука­зы­вал, что вави­ло­няне посланы на иудеев Богом в нака­за­ние за грехи царей и народа, за отступ­ни­че­ство от веры. Он гово­рил им, что един­ствен­ным спо­со­бом изба­виться от бед­ствия явля­ется пока­я­ние, исправ­ле­ние и молитва к Богу. Но иудеи были глухи к про­по­веди про­рока, они поса­дили его в тюрьму и жестоко избили. Когда иудеи под­няли вос­ста­ние, вави­лон­ский царь Наву­хо­до­но­сор взял Иеру­са­лим, раз­гра­бил его, сжег и раз­ру­шил до осно­ва­ния храм Соло­мо­нов. Во время этих собы­тий погиб и Ков­чег Завета.

Десятки тысяч иудеев были угнаны в плен; в исто­рии иудей­ского народа начался новый период – период вави­лон­ского плена.

Служение пророков

Содер­жа­ние про­ро­че­ского слу­же­ния, вли­я­ние про­ро­ков на рели­ги­оз­ную и поли­ти­че­скую жизнь еврей­ского народа. Про­рок Илия. Про­рок Ели­сей. Про­рок Иона. Про­рок Исаия. Про­рок Иеремия

Чем немощ­нее ста­но­вился избран­ный народ, тем все силь­нее раз­да­вался голос Божий, будив­ший пре­ступно спя­щую совесть народа. По мере рели­ги­озно-нрав­ствен­ного паде­ния народа, все явствен­нее и громче повто­ри­лись ему обе­то­ва­ния о Спа­си­теле — един­ствен­ном Изба­ви­теле, на кото­рого дол­жен был упо­вать народ во время бед­ствий. Именно в это время Бог посы­лает про­ро­ков, кото­рые пред­ска­зы­вают при­бли­жа­ю­ще­еся «испол­не­ние вре­мен» – т.е. при­ход Мес­сии. В про­ро­че­ствах не только подробно ука­заны при­знаки при­ше­ствия Мес­сии, но и с точ­но­стью опи­сана Его зем­ная жизнь – начи­ная с рож­де­ния от Девы (Ис. 7.14) в Виф­ле­еме (Мих. 5.2) до уста­нов­ле­ния Нового Завета (Иерем. 31.31), Стра­да­ний (Ис. 53.5), победы Вос­кре­се­ния (Ос. 6.2) и изли­я­ния Духа Божия на вся­кую плоть (Иоиль 2.28).

Про­роки про­по­ве­до­вали пре­иму­ще­ство внут­рен­него бла­го­че­стия над внеш­ним, пре­вос­ход­ство дел мило­сти и любви над обря­до­выми делами жертвоприношений.

Неко­то­рые про­роки остав­ляли свои настав­ле­ния и про­ро­че­ства в пись­мен­ном виде. В зави­си­мо­сти от вели­чины и зна­чи­мо­сти про­ро­че­ских книг про­ро­ков раз­де­ляют на боль­ших и малых. К числу боль­ших про­ро­ков отно­сятся: Исаия, Иере­мия, Иезе­ки­иль и Даниил, а к числу малых: Осия, Иоиль, Амос, Авдий, Иона, Михей, Наум, Авва­кум, Софо­ния, Аггей, Заха­рия и Мала­хия. Про­роки Иезе­ки­иль и Даниил про­ро­че­ство­вали во время вави­лон­ского плена, а про­роки Аггей, Заха­рия и Мала­хия – после плена. Все же осталь­ные про­роки жили до Вави­лон­ского плена.

Пророк Илия

Свя­той про­рок Илия жил в Изра­иле в период прав­ле­ния нече­сти­вого царя Ахава. Под вли­я­нием жены-языч­ницы Иеза­вели Ахав по всей стране насаж­дал культ покло­не­ния Ваалу, Астарте и Молоху, а рев­ност­ных сто­рон­ни­ков истин­ной рели­гии пре­сле­до­вал и уби­вал. Одна­жды к Ахаву в Сама­рию явился гроз­ный про­рок Илия. Он с юных лет вел стро­гую подвиж­ни­че­скую жизнь в пустыне. Стоя перед царем в пере­по­я­сан­ной верев­кой про­стой одежде отшель­ника, Илия гневно упре­кал его в веро­от­ступ­ни­че­стве и пред­ска­зал, что за отступ­ле­ние от истин­ного Бога страну постиг­нут засуха и голод: «Жив Гос­подь Бог Изра­и­лев, пред Кото­рым я стою! В сии годы не будет ни росы, ни дождя, разве только по моему слову» (3 Цар.17.1).

После этого про­ро­че­ства Илия уда­лился из сто­лицы, опа­са­ясь мести царя, и скрылся в горах за Иор­да­ном, у потока Хорафа. Места там были пустын­ные, однако Илия не испы­ты­вал голода. Вороны два раза в день при­но­сили ему хлеб и мясо, а воду он брал из потока. Но вот насту­пила пред­ска­зан­ная засуха. Дожди пре­кра­ти­лись, и поток высох совер­шенно. Тогда Илия по пове­ле­нию Божию пере­се­лился в язы­че­ский горо­док Сарепту. Одна бед­ная, доб­рая вдова при­ютила его в своем доме и дели­лась с ним скуд­ной пищей. Когда при­шел к ней Илия, у ней была всего лишь горсть муки в кадке и немного масла в кув­шине. Но по слову Илии совер­ши­лось чудо: все время пре­бы­ва­ния про­рока у вдовы не умень­ши­лось ни коли­че­ство муки в кадке, ни масла в кувшине.

Вскоре у вдовы слу­чи­лось несча­стье: ее сын тяжело забо­лел и умер. Тогда Илия взял мерт­вого маль­чика к себе в ком­нату, поло­жил на свою постель и с пла­мен­ной молит­вой обра­тился к Богу, прося Его даро­вать отроку жизнь. Гос­подь услы­шал молитву Сво­его избран­ника, и маль­чик ожил. Вдова, пре­ис­пол­нен­ная радо­сти, ска­зала: «Теперь-то я узнала, что ты чело­век Божий, и что слово Гос­подне в устах твоих истинно» (3 Цар. 17.24).

Про­шло три с поло­ви­ной года засухи и голода и тогда «…было слово Гос­подне к Илии: пойди и пока­жись Ахаву, и Я дам дождь на землю» (3 Цар. 18.1). Царь, уви­дев про­рока, стал упре­кать его: «Ты ли это, сму­ща­ю­щий Изра­иля?» На этот упрек Илия смело отве­тил царю: «Не я сму­щаю Изра­иля, а ты и дом отца тво­его, тем, что вы пре­зи­рали пове­ле­ния Гос­подни и идете вслед Ваа­лам» (3 Цар. 18.17–18). Затем про­рок пред­ло­жил Ахаву собрать народ и жре­цов Ваала на гору Кар­мил и испы­тать, кто истин­ный Бог – Иегова или Ваал.

На вер­шину горы в назна­чен­ный срок собра­лись четы­ре­ста пять­де­сят про­ро­ков Ваала, кото­рых содер­жала царица Иеза­вель. Илия один, с помо­щью Божией всту­пил в борьбу с ними. Гроз­ный про­рок, прежде всего, обра­тился к народу с обли­чи­тель­ной речью: «Долго ли вам хро­мать на оба колена? если Гос­подь есть Бог, то после­дуйте Ему; а если Ваал, то ему после­дуйте». Затем он пред­ло­жил народу при­го­то­вить две жертвы – одну Иегове, а дру­гую Ваалу, но огня на жерт­вен­ники не под­кла­ды­вать. Тот Бог, Кото­рый пошлет огонь с неба на жерт­вен­ник, и есть истин­ный Бог. Царь и народ согла­си­лись с этим пред­ло­же­нием. Пер­выми стали при­но­сить жертву жрецы Ваала. Они пля­сали вокруг жерт­вен­ника, истя­зая себя уда­рами ножей и копий, исступ­ленно кри­чали: «Ваале, услышь нас!» Насту­пил пол­день, а телец все не загорался.

Когда про­шел пол­день, и насту­пило время вечер­него жерт­во­при­но­ше­ния, Илия построил жерт­вен­ник из две­на­дцати кам­ней, вокруг него вырыл канаву, сло­жил дрова, раз­ре­зал сво­его тельца и велел лить воду на жерт­вен­ник. Когда канава напол­ни­лась водой, про­рок воз­вел руки к небу и про­из­нес пла­мен­ную молитву, прося Гос­пода пока­зать идо­ло­по­клон­ни­кам, что Он есть еди­ный истин­ный Бог, Бог отцов заблу­див­ше­гося народа. Еще молитва была на устах про­рока, как с неба сошел огонь и погло­тил не только тельца, но даже камни жерт­вен­ника и воду из канавы. Уви­дев это, весь народ пал на лице свое и ска­зал: «Гос­подь есть Бог, Гос­подь есть Бог!» (3 Цар. 18.39).

Но Илия не огра­ни­чился все­об­щим пока­я­нием народа. Он велел пой­мать лже­про­ро­ков и за то, что они вво­дили в заблуж­де­ние и раз­вра­щали народ, каз­нил их всех у потока Кис­сон. Затем он вер­нулся на вер­шину горы Кар­мил и молился до тех пор, пока на гори­зонте не пока­за­лись дож­де­вые тучи. Спу­стя неко­то­рое время все небо затя­ну­лось тучами, и хлы­нул дол­го­ждан­ный ливень.

Пред­чув­ствуя конец своей зем­ной жизни, Илия напра­вился в пустыню за Иор­дан – как пове­лел ему Бог. Когда Илия в сопро­вож­де­нии Ели­сея подо­шел к реке, он уда­рил своим про­ро­че­ским пла­щом (мило­тью) по водам Иор­дана. Река сразу рас­сту­пи­лась, и они пере­шли посуху на дру­гую сто­рону. Идя по дороге, Илия ска­зал Ели­сею: «Проси, что сде­лать тебе прежде, нежели я буду взят от тебя…» — «Дух, кото­рый в тебе, пусть будет на мне вдвойне», — отве­тил Ели­сей, пони­мая, что он сла­бее Илии и для испол­не­ния про­ро­че­ского слу­же­ния ему нужна осо­бая бла­го­дать. Раз­го­ва­ри­вая, они про­дол­жали свой путь по дороге. Вдруг огнен­ная колес­ница, запря­жен­ная огнен­ными конями, раз­де­лила собе­сед­ни­ков, и Илия в вихре понесся на небо. В то же время к ногам Ели­сея упала милоть Илии, и с ней Ели­сей полу­чил от Бога про­ро­че­ский дух.

Пророк Елисей

Про­рок Ели­сей про­сла­вился в своей жизни осо­бенно мно­го­чис­лен­ными чуде­сами. После взя­тия Илии на небо Ели­сею нужно было перейти через реку Иор­дан. Он уда­рил мило­тью Илии по воде, вода рас­сту­пи­лась, и про­рок пере­шел по сухому дну. Когда он при­шел в Иери­хон, то жители города жало­ва­лись ему, что вода у них нехо­ро­шая, а земля бес­плод­ная. Ели­сей велел, чтобы ему при­несли новую чашу, пол­ную соли. Затем он пошел от источ­ника к источ­нику и оздо­рав­ли­вал воду, насы­пая в нее соль. С тех пор вода в Иери­хоне стала хоро­шей, а земля — плодородной.

Про­рок Ели­сей и после своей смерти совер­шил чудо. Через год после его кон­чины мимо пещеры, где он был погре­бен, несли умер­шего. Но, уви­дев непри­я­те­лей, погре­бав­шие поспешно бро­сили умер­шего чело­века в пещеру про­рока. Как только он при паде­нии своем кос­нулся костей Ели­сея, тот­час ожил и встал на ноги.

Пророк Иона

Вскоре после Ели­сея в Изра­иль­ском цар­стве явился новый про­рок по имени Иона. В это время за Евфра­том быстро воз­вы­ша­лось и крепло могу­ще­ствен­ное Асси­рий­ское цар­ство, кото­рое было во враж­деб­ных отно­ше­ниях с цар­ством Изра­иль­ским. Сто­лица Асси­рии — Нине­вия уто­пала в рос­коши, что, разу­ме­ется, вело к рели­ги­озно-нрав­ствен­ному паде­нию ее жите­лей. И вот в этот раз­вра­щен­ный и враж­деб­ный Изра­илю город все­лю­бя­щий и милу­ю­щий Гос­подь посы­лает про­рока Иону с тем, чтобы воз­ве­стить его греш­ным жите­лям близ­кую гибель, если они не пока­ются. «Встань, иди в Нине­вию, город вели­кий, и про­по­ве­дуй в нем, — ска­зал Бог, — ибо зло­де­я­ния его дошли до Меня» (Ион.1.2).

Но Иона не хотел идти к вра­гам народа изра­иль­ского и не послу­шался голоса Божия. Он сел в корабль и отпра­вился совсем в дру­гую страну. Но вдруг на море под­ня­лась силь­ная буря, и кораблю стала угро­жать гибель. Мат­росы-языч­ники день и ночь боро­лись с ура­га­ном и умо­ляли своих богов сми­ло­ваться над ними. Видя, что буря не ути­хает, капи­тан корабля решил бро­сить жре­бий, чтобы узнать, из-за кого постигла их эта беда. Жре­бий пал на Иону, и мат­росы потре­бо­вали у него: «Скажи нам, за кого постигла нас эта беда?» Иона при­знался, что это он вызвал гнев Бога Изра­и­лева, ибо не выпол­нил Его свя­тую волю. Тогда встре­во­жен­ные мат­росы спро­сили: «Что сде­лать нам с тобою, чтобы море утихло для нас?» Иона сми­ренно ска­зал: «Возь­мите меня и бросьте в море, и море утих­нет для вас, ибо я знаю, что ради меня постигла вас эта вели­кая буря» (Ион. 1.8,11–12). Как только Иона скрылся в пучине мор­ской, буря утихла. Но Иона не уто­нул, его по пове­ле­нию Божию про­гло­тил огром­ный кит и носил его в своем чреве три дня и три ночи. Все это время про­рок пел бла­го­дар­ствен­ные гимны Богу и про­сил Его о помиловании.

Через три дня кит выбро­сил про­рока живым на берег. После этого Иона пошел в Нине­вию для испол­не­ния воли Божией. Целый день он ходил по городу и про­по­ве­до­вал всем, говоря, что через сорок дней Нине­вия будет раз­ру­шена. Жители города пове­рили его сло­вам. Они вме­сте с царем нало­жили на себя стро­гий пост, стали молиться и про­сить про­ще­ния своих гре­хов. Видя, что жители Нине­вии рас­ка­я­лись, Гос­подь сми­ло­вался над ними.

Трех­днев­ное пре­бы­ва­ние про­рока Ионы во чреве кита и чудес­ное спа­се­ние его было про­об­ра­зом трех­днев­ной смерти и вос­кре­се­ния Хри­ста Спасителя.

Пророк Исаия

Осо­бенно зна­ме­ни­тым среди иудей­ских про­ро­ков был про­рок Исаия. Он был потом­ком царя Давида и нахо­дился в род­ствен­ных отно­ше­ниях с иудей­скими царями. Исаия про­ро­че­ство­вал при царях Иоафаме, Ахазе и Езе­кии. В год смерти царя Озии, в 740 году до н.э., Бог при­звал Исаию к про­ро­че­скому слу­же­нию осо­бым явле­нием. Исаия видел Гос­пода в небес­ном храме на высо­ком пре­столе. Вокруг Него сто­яли шести­кры­лые сера­фимы и взы­вали: «Свят, Свят, Свят Гос­подь Саваоф! вся земля полна славы Его!» Пора­жен­ный виде­нием, Исаия вос­клик­нул: «Горе мне! погиб я! ибо я чело­век с нечи­стыми устами, и живу среди народа также с нечи­стыми устами, — и глаза мои видели Царя, Гос­пода Сава­офа» (Ис.6.3,5). Один из сера­фи­мов взял кле­щами уголь с небес­ного жерт­вен­ника и кос­нулся им уст Исаии со сло­вами: «Вот, это кос­ну­лось уст твоих, и без­за­ко­ние твое уда­лено от тебя, и грех твой очи­щен». После этого Исаия услы­шал вопро­ша­ю­щий голос Гос­пода: «Кого Мне послать? И кто пой­дет для Нас?» Исаия отве­тил: «Вот я, пошли меня!» Тогда Гос­подь пове­лел ему идти и обли­чить пороки иудеев.

Исаия громко и пла­менно при­зы­вал еврей­ский народ к пока­я­нию, к отказу от чужих богов и обра­ще­нию к истин­ному Богу. Он гово­рил евреям, что рели­ги­оз­ные обряды не имеют ника­кого зна­че­ния, если их не совер­шать с чистой и спра­вед­ли­вой сове­стью. Видя ока­ме­не­ние сер­дец еврей­ского народа, про­рок Исаия воз­ве­щает своим сооте­че­ствен­ни­кам нака­за­ние Божие: гря­ду­щую гибель Сама­рии, раз­ру­ше­ние Иеру­са­лима и храма, плен вави­лон­ский. Вме­сте с тем про­рок Исаия гово­рил, что Гос­подь про­стит иудеев и осво­бо­дит их из плена, если они искренне рас­ка­ются в своих грехах.

Осо­бенно много про­ро­че­ство­вал Исаия о гря­ду­щем Спа­си­теле мира – Хри­сте. В своих про­ро­че­ствах он назы­вает Мес­сию Богом и Чело­ве­ком, Учи­те­лем всех наро­дов, Осно­ва­те­лем цар­ства мира и любви. Про­рок пред­ска­зы­вает, что Мес­сия родится от Девы: «Се, Дева во чреве при­и­мет и родит Сына, и наре­кут имя Ему: Емма­нуил» (Ис.7.14), будет совер­шать чудеса, постра­дает и умрет за грехи людей, вос­крес­нет и воз­не­сется на небо, что осно­ван­ная Им Цер­ковь рас­про­стра­нится по всей все­лен­ной. В 53 главе про­рок так ясно опи­сы­вает стра­да­ния Спа­си­теля, как будто сам стоит у Кре­ста Гос­подня: «Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был пора­жаем, нака­зуем и уни­чи­жен Богом. Но Он изъ­язв­лен был за грехи наши и мучим за без­за­ко­ния наши; нака­за­ние мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исце­ли­лись. …Он истя­зуем был, но стра­дал доб­ро­вольно и не откры­вал уст Своих; как овца, веден был Он на закла­ние, и как агнец пред стри­гу­щим его без­гла­сен, так Он не отвер­зал уст Своих…» (Ис.53.4–7). За бли­зость опи­са­ния стра­да­ния дей­стви­тель­ным еван­гель­ским собы­тиям Исаию назы­вают вет­хо­за­вет­ным евангелистом.

Суще­ствует древ­нее пре­да­ние, что свя­той про­рок при­нял муче­ни­че­скую смерть. За обли­че­ние царя Манас­сии в идо­ло­по­клон­стве он был пере­пи­лен дере­вян­ной пилой.

Пророк Иеремия

Про­рок Иере­мия жил при­бли­зи­тельно сто лет спу­стя после про­рока Исаии, во вто­рой поло­вине VII века до н.э. К про­ро­че­скому слу­же­нию он был при­зван в ран­ней моло­до­сти. В про­дол­же­ние сорока лет он нес нелег­кое бремя про­ро­че­ского слу­же­ния еврей­скому народу. Иере­мию назы­вают пла­чу­щим про­ро­ком, потому что, любя свое оте­че­ство всей душой, он с горь­кими сле­зами обли­чал нече­стие своих совре­мен­ни­ков и пред­ска­зы­вал им гря­ду­щее на них бед­ствие. Он пред­ска­зал, что Иудей­ское цар­ство будет поко­рено вави­лон­ским царем Наву­хо­до­но­со­ром II, Иеру­са­лим и храм будут раз­ру­шены до осно­ва­ния, а народ будет уве­ден в Вави­лон, где про­бу­дет в неволе семь­де­сят лет. Для того, чтобы пока­зать иудей­скому народу, что про­изой­дет с ним в неда­ле­ком буду­щем, про­рок по пове­ле­нию Божию надел на себя сна­чала дере­вян­ное, а затем желез­ное ярмо и в таком виде ходил по ули­цам Иеру­са­лима. Одна­жды он купил у гор­шеч­ника гли­ня­ный кув­шин и на гла­зах ста­рей­шин города раз­бил его; при этом он ска­зал: «Так гово­рит Гос­подь Саваоф: так сокрушу Я народ сей и город сей, как сокру­шен гор­шеч­ни­ков сосуд,…» (Иер. 19.11).

Про­рок высту­пал про­тив воен­ного союза с Егип­том и сове­то­вал царю Седе­кии под­чи­ниться Наву­хо­до­но­сору, говоря, что этого хочет от иудеев Бог. Раз­вра­щен­ный народ не любил про­рока за то, что он гово­рил правду и обли­чал его в нече­стии, а совет­ники царя, наста­и­ва­ю­щие на союзе с Егип­том, обви­нили его в измене. Иере­мию поса­дили в тюрьму.

Но вот, нако­нец, насту­пили печаль­ные дни для Иудей­ского цар­ства, о кото­рых много раз напо­ми­нал про­рок сво­ему народу. В 586 до н.э. году Наву­хо­до­но­сор раз­ру­шил Иеру­са­лим и храм, а иудей­ский народ увел в плен. Про­року Иере­мии Наву­хо­до­но­сор раз­ре­шил остаться на родине. Остав­шись в раз­ру­шен­ном Иеру­са­лиме, Иере­мия горько опла­ки­вал бед­ствия сво­его оте­че­ства и народа. В состав Биб­лии вхо­дит книга «Плач Иере­мии», в кото­рой про­рок со скор­бью опи­сы­вает все тяготы осады и опу­сто­ше­ния Иеру­са­лима, испо­ве­дует грехи сво­его народа и про­сит Бога о помиловании.

Вскоре в Иудее вспых­нуло вос­ста­ние про­тив Вави­лона. Боясь ответ­ствен­но­сти за бес­по­рядки, мно­гие иудеи бежали в Еги­пет. Вме­сте с собой они увели и про­рока Иере­мию. Суще­ствует пре­да­ние, что в Египте про­рок был побит кам­нями сво­ими соотечественниками.

Вавилонский плен

Жизнь иудеев в плену. Про­рок Иезе­ки­иль. Про­рок Даниил. Дру­зья про­рока Дани­ила в печи вавилонской

Жизнь иудеев в плену

Вави­лон в это время был вели­чай­шим и бога­тей­шим горо­дом мира. Попав в водо­во­рот вави­лон­ской жизни, неко­то­рые евреи при­выкли к ней и забыли о своей родине. Но для боль­шин­ства народа память об Иеру­са­лиме оста­ва­лась свя­щен­ной. Они часто сади­лись вме­сте где-нибудь на кана­лах («реках вави­лон­ских») и, испол­нен­ные тоски по родине, пели печаль­ные песни: «При реках Вави­лона, там сидели мы и пла­кали, когда вспо­ми­нали мы о Сионе… Если я забуду тебя, Иеру­са­лим, забудь меня дес­ница моя; при­липни язык мой к гор­тани моей, если не буду пом­нить тебя, если не поставлю Иеру­са­лима во главе весе­лия моего» (Пс. 136. 1, 5–6).

Иудеи сели­лись вме­сте в горо­дах и посел­ках, соблю­дали свои древ­ние обы­чаи, празд­но­вали суб­боту и все дру­гие рели­ги­оз­ные празд­ники, а поскольку у них не было храма, соби­ра­лись в домах свя­щен­ни­ков для сов­мест­ных моле­ний. Эти част­ные домаш­ние молельни яви­лись заро­ды­шами буду­щих сина­гог (молит­вен­ных домов). В это время среди иудеев появ­ля­ются уче­ные люди, книж­ники, кото­рые соби­рали и систе­ма­ти­зи­ро­вали духов­ное насле­дие народа. Изгнан­ни­кам уда­лось выне­сти из горя­щего Иеру­са­лим­ского храма неко­то­рые свитки Свя­щен­ного Писа­ния, но много исто­ри­че­ского мате­ри­ала при­шлось запи­сы­вать заново, исполь­зуя уст­ную тра­ди­цию. Так вос­ста­нав­ли­вался и сози­дался текст Свя­щен­ного Писа­ния, обра­бо­тан­ного окон­ча­тельно уже после воз­вра­ще­ния на родину.

Здесь, в плену, под тяже­стью постиг­шего иудеев испы­та­ния и вдали от обе­то­ван­ной земли, у них силь­нее, чем когда-либо, про­буж­да­лось рас­ка­я­ние в своих преж­них согре­ше­ниях, и вслед­ствие этого укреп­ля­лась вера в спра­вед­ли­вого и мило­сти­вого Бога. Для под­дер­жа­ния веры среди плен­ных иудеев и для их уте­ше­ния Гос­подь посы­лал про­ро­ков. Осо­бенно выда­ю­щи­мися про­ро­ками в вави­лон­ском плену были Иезе­ки­иль и Даниил.

Пророк Иезекииль

Иезе­ки­иль был про­ро­ком и свя­щен­ни­ком. Свою моло­дость он про­вел в Иудее. В 597 году до н.э., за один­на­дцать лет до раз­ру­ше­ния Иеру­са­лима, в воз­расте 25 лет был уве­ден в вави­лон­ский плен вме­сте с царем Иоаки­мом и жил там среди пере­се­лен­цев при реке Ховаре. К про­ро­че­ству свя­щен­ник Иезе­ки­иль был при­зван на пятом году сво­его пре­бы­ва­ния в вави­лон­ском плену. При этом Гос­подь пока­зал Сво­ему избран­нику сле­ду­ю­щее виде­ние. Иезе­ки­иль видел в свет­лом облаке нечто подоб­ное четы­рем живот­ным, у каж­дого из кото­рых было по четыре крыла и по четыре лица: чело­века, льва, тельца и орла. Под каж­дым живот­ным нахо­ди­лось по одному колесу с высо­кими обо­дьями, усе­ян­ными очами. Над их голо­вами утвер­ждался кри­сталь­ный свод, а на своде стоял пре­стол. На пре­столе вос­се­дал Гос­подь в образе чело­века. С этого пре­стола Гос­подь при­звал Иезе­ки­иля к про­ро­че­скому слу­же­нию и дал ему съесть сви­ток, на кото­ром было напи­сано: «плач, и стон, и горе». Про­рок съел этот сви­ток и почув­ство­вал в устах своих сла­дость, как от меда. Эти слова, напи­сан­ные на свитке, яви­лись темой обли­чи­тель­ной про­по­веди про­рока Иезекииля.

С этого вре­мени из уст избран­ника Божия стали раз­да­ваться про­ро­че­ские слова, пред­ска­зы­ва­ю­щие о надви­га­ю­щемся горе и стра­да­ниях избран­ного народа. Такая участь постиг­нет избран­ный народ за то, что он забыл сво­его Бога и покло­ня­ется чужим богам. Иезе­ки­иль, подобно сво­ему совре­мен­нику про­року Иере­мии, пред­ска­зы­вал евреям раз­ру­ше­ние Иеру­са­лима и убеж­дал их поко­риться воле Божией. Из дале­кой Вави­лон­ской страны он опи­сы­вал взя­тие и раз­ру­ше­ние Иеру­са­лима с такими подроб­но­стями, будто видел все это сво­ими гла­зами. Но про­рок не только обли­чал евреев, он уте­шал и обод­рял плен­ных своих бра­тьев. Он убеж­дал их в том, что еврей­ский народ, несмотря на тяж­кое нака­за­ние Божие, все-таки оста­нется избран­ни­ком Божиим. Сво­ими стра­да­ни­ями он дол­жен очи­ститься от гре­хов, а затем выпол­нить воз­ло­жен­ную на него мис­сию. Про­рок пред­ска­зы­вал гибель всех его угне­та­те­лей и воз­вра­ще­ние евреев из плена на родину. Одна­жды он рас­ска­зал веру­ю­щим, что Гос­подь пере­нес его в буду­щий, вос­ста­нов­лен­ный Иеру­са­лим. Какой-то таин­ствен­ный муж водил его по городу и по двору заново отстро­ен­ного храма, и Гос­подь велел ему вни­ма­тельно смот­реть и запо­ми­нать, чтобы потом подробно рас­ска­зать своим зем­ля­кам в Вави­лоне. Таким обра­зом, Иезе­ки­иль под­дер­жи­вал дух изгнан­ни­ков, пред­ска­зы­вал, что они вер­нутся на землю отцов и их Царем ста­нет Пото­мок Давида — Хри­стос, Спа­си­тель Мира (Иез. 40–47).

В книге про­рока Иезе­ки­иля есть зна­ме­ни­тое про­ро­че­ство о вос­кре­се­нии мерт­вых, кото­рое одно­вре­менно сим­во­ли­че­ски изоб­ра­жало и вос­ста­нов­ле­ние сво­боды еврей­ского народа. Про­року было виде­ние: он уви­дел поле, усе­ян­ное чело­ве­че­скими костями. Бог спро­сил его: «Сын чело­ве­че­ский! ожи­вут ли кости сии?» Иезе­ки­иль отве­тил: «Гос­поди Боже! Ты только один зна­ешь это». Гос­подь ска­зал: «Изреки на кости сии и скажи им: кости сухие, слу­шайте слово Гос­подне!» Слово же Гос­пода было сле­ду­ю­щее: «Так гово­рит Гос­подь Бог костям сим: вот, Я введу дух в вас и вы ожи­вете. И обложу вас жилами, и выращу на вас плоть, и покрою вас кожею, и введу в вас дух, и ожи­вете, и узна­ете, что Я – Господь».

Когда Иезе­ки­иль, по пове­ле­нию Божию, про­ро­че­ство­вал, про­изо­шел шум, и стали сбли­жаться кости, каж­дая кость с костью своею; появи­лись жилы на них, и плоть выросла, и кожа покрыла их сверху. Но только духа не было в них. Тогда ска­зал Гос­подь: «Изреки про­ро­че­ство и скажи духу, так гово­рит Гос­подь Бог: от четы­рех вет­ров приди, дух, и дохни на этих уби­тых, и они ожи­вут». Слова «от четы­рех вет­ров» озна­чают, что от четы­рех стран света (севера, юга, востока и запада) души умер­ших, где бы ни нахо­ди­лись, должны собраться на поле, покры­тое без­душ­ными телами и оду­ше­вить их.

Иезе­ки­иль изрек про­ро­че­ство, как пове­лел ему Гос­подь, и вошел в тела дух и они ожили и стали на ноги свои. Гос­подь ска­зал: «Кости сии – весь дом Изра­и­лев. Изреки про­ро­че­ство и скажи им, так гово­рит Гос­подь Бог: и узна­ете, что Я — Гос­подь, когда открою гробы ваши и выведу вас, народ Мой, из гро­бов ваших, и вложу в вас дух Мой, и ожи­вете, и помещу вас на земле вашей».

Это вели­кое про­ро­че­ство, помимо ука­за­ния на вос­ста­нов­ле­ние изра­иль­ского народа, наглядно изоб­ра­жает все­об­щее вос­кре­се­ние мерт­вых, при Вто­ром При­ше­ствии Спа­си­теля, когда, по все­мо­гу­щему слову Божию, все тела умер­ших людей соеди­нятся с их душами и ожи­вут – вос­крес­нут. Этот фраг­мент книги про­рока Иезе­ки­иля чита­ется в Вели­кую Пят­ницу после крест­ного хода, зна­ме­ну­ю­щего Погре­бе­ние Спа­си­теля, в знак того, что за Его смер­тью после­до­вало Его вос­кре­се­ние, кото­рым был открыт путь к все­об­щему воскресению.

Про­рок не дожил до того счаст­ли­вого часа, когда иудей­ский народ воз­вра­тился из плена и вос­ста­но­вил свою сто­лицу и храм. Пре­да­ние гово­рит, что вели­кий про­рок был убит одним иудей­ским вель­мо­жей за то, что обли­чил его в идо­ло­по­клон­стве. Два­дцать два года Иезе­ки­иль нес тяже­лое про­ро­че­ское слу­же­ние и оста­вил после себя книгу для нази­да­ния совре­мен­ни­ков и буду­щих потомков.

Пророк Даниил

Дру­гим вели­ким про­ро­ком, жив­шим во время вави­лон­ского плена и под­дер­жи­вав­шим веру в Истин­ного Бога среди иудей­ского народа, был Даниил, кото­рый про­ис­хо­дил из цар­ского рода и еще маль­чи­ком отве­ден был в вави­лон­ский плен. По жела­нию царя Наву­хо­до­но­сора Даниил вме­сте с неко­то­рыми дру­гими отро­ками из луч­ших иудей­ских семейств был избран для слу­же­ния при цар­ском дворе. Царь при­ка­зал вос­пи­ты­вать их при своем дворе, обу­чать раз­ным нау­кам и хал­дей­скому языку. В числе избран­ных были три друга Дани­ила: Ана­ния, Аза­рия и Мисаил. Даниил вме­сте со сво­ими тремя дру­зьями твердо хра­нил веру в истин­ного Бога. За стро­гое испол­не­ние закона — за воз­дер­жа­ние (пост) и бла­го­че­стие Бог награ­дил этих отро­ков хоро­шими спо­соб­но­стями и успе­хами в уче­нии. На испы­та­нии они ока­за­лись умнее и лучше дру­гих и полу­чили боль­шие долж­но­сти при цар­ском дворе. Дани­илу же Бог, кроме того, дал еще спо­соб­ность разъ­яс­нять сны, как неко­гда Иосифу. Такое воз­вы­ше­ние иудей­ских юно­шей послу­жило на пользу плен­ным иудеям. Бла­го­че­сти­вые юноши полу­чили воз­мож­ность защи­щать иудеев от при­тес­не­ний и улуч­шить их жизнь в плену. Кроме того, через них мно­гие языч­ники могли позна­вать и про­слав­лять Бога.

Одна­жды Наву­хо­до­но­сор уви­дел необык­но­вен­ный сон, но, проснув­шись утром, не мог его вспом­нить. Сон же этот очень бес­по­коил царя. Он созвал всех муд­ре­цов и гада­те­лей и велел им напом­нить ему сон и объ­яс­нить его зна­че­ние. Но они не в силах были это сде­лать и отве­тили: «Нет на земле чело­века, кото­рый мог бы открыть это дело царю…» (Дан. 2.10). Наву­хо­до­но­сор раз­гне­вался и хотел пре­дать смерти всех муд­ре­цов. Тогда Даниил упро­сил царя дать ему неко­то­рое время, и он разъ­яс­нит сон. Воз­вра­тив­шись домой, Даниил усердно молил Бога открыть ему эту тайну. В ноч­ном виде­нии Гос­подь открыл ему сон Наву­хо­до­но­сора и зна­че­ние его. На сле­ду­ю­щее утро Даниил пред­стал перед лицом Наву­хо­до­но­сора и ска­зал: «Царь! Когда ты ложился спать, ты думал о том, что будет после тебя. И вот, во сне ты уви­дел огром­ного исту­кана: в блеске стоял он и стра­шен был вид его. У этого исту­кана голова была из чистого золота, грудь и рука из серебра, чрево и бедра из меди, голени из железа, а ступни ног частью из железа, частью из глины. Затем ты уви­дел, как от горы сам собой, без содей­ствия рук чело­ве­че­ских, ото­рвался камень и уда­рил в ноги исту­кана и раз­бил их, тогда весь исту­кан рас­сы­пался и пре­вра­тился в прах, а камень тот так уве­ли­чился, что покрыл собою всю землю. Вот царь, твой сон!»

«Этот сон, — про­дол­жал Даниил, — озна­чает сле­ду­ю­щее: ты царь царей, кото­рому Бог небес­ный даро­вал цар­ство, власть, силу и славу… и ты вла­де­ешь дру­гими наро­дами. Цар­ство твое — это золо­тая голова исту­кана. После тебя наста­нет дру­гое — сереб­ря­ное цар­ство, кото­рое будет ниже тво­его. Затем наста­нет тре­тье цар­ство, мед­ное, кото­рое будет вла­ды­че­ство­вать над всей зем­лей. Чет­вер­тое цар­ство будет креп­кое как железо. В дни послед­него цар­ства Бог Небес­ный воз­двиг­нет Веч­ное Цар­ство, кото­рое не будет пере­дано какому-либо народу, но сокру­шит все Цар­ства земли и рас­про­стра­нится по всему миру на веч­ные вре­мена. Так Вели­кий Бог дал знать царю, что будет после всего».

Выслу­шав все, царь Наву­хо­до­но­сор встал и покло­нился про­року Дани­илу до земли, и ска­зал: «Истинно Бог ваш есть Бог богов и Вла­дыка царей…» (Дан.2.47). После этого Наву­хо­до­но­сор назна­чил Дани­ила началь­ни­ком Вави­лон­ской обла­сти и стар­шим над всеми вави­лон­скими муд­ре­цами, а трех его дру­зей — Ана­нию, Аза­рию и Миса­ила поста­вил пра­ви­те­лями страны Вавилонской.

Пред­ска­за­ния про­рока Дани­ила испол­ни­лись в точ­но­сти. После Вави­лон­ского цар­ства сле­до­вали одно за дру­гим еще три все­мир­ных цар­ства: Мидий­ско-Пер­сид­ское, Маке­дон­ское или Гре­че­ское, и Рим­ское, из кото­рых каж­дое вла­дело иудей­ским народом.

Во время же Рим­ского цар­ства при­шел на землю Хри­стос, Спа­си­тель мира, и осно­вал Свое все­мир­ное, веч­ное Цар­ство – свя­тую Цер­ковь. Гора, от кото­рой отва­лился камень, озна­чала Пре­свя­тую Деву Марию, а камень – Хри­ста и Его веч­ное Царство.

Про­рок Даниил поль­зо­вался ува­же­нием и сла­вой не только как вид­ный санов­ник, но и как вдох­но­вен­ный про­рок. Он с точ­но­стью пред­ска­зал еврей­скому народу о вре­мени при­ше­ствия в мир Пома­зан­ника Божия – Мессии.

Три отрока в печи вавилонской

Вскоре дру­зья про­рока Дани­ила – Ана­ния, Аза­рия и Мисаил – под­верг­лись тяже­лому испы­та­нию веры. Царь Наву­хо­до­но­сор поста­вил на поле Деире, близ города Вави­лона, боль­шого золо­того исту­кана. К откры­тию его были собраны все вель­можи и знат­ные люди Вави­лон­ского цар­ства. И было объ­яв­лено, чтобы все, как только услы­шат звук трубы и музы­каль­ных инстру­мен­тов, пали на землю и покло­ни­лись исту­кану; если же кто не испол­нит цар­ского пове­ле­ния, будет бро­шен в рас­ка­лен­ную печь.

И вот, когда раз­дался звук трубы, все собрав­ши­еся пали на землю – только трое дру­зей Дани­ила сто­яли непре­клонно перед исту­ка­ном. Раз­гне­ван­ный царь при­ка­зал сильно раз­жечь печь и бро­сить в нее трех иудей­ских юно­шей. Пламя было так сильно, что воины, бро­сив­шие осуж­ден­ных в печь, упали мерт­выми. Но Ана­ния, Аза­рия и Мисаил оста­лись невре­ди­мыми, потому что Гос­подь послал Ангела Сво­его огра­дить их от пла­мени. Нахо­дясь среди огня, они пели хва­леб­ную песнь, про­слав­ляя Гос­пода. Это чудо уди­вило царя, и он пове­лел трем юно­шам выйти из горя­щей печи. Когда они вышли, все уви­дели, что огонь совсем не кос­нулся их, даже одежды и волосы не опа­ли­лись. Наву­хо­до­но­сор, видя это чудо, ска­зал: «Бла­го­сло­вен Бог… Кото­рый послал Ангела Сво­его и изба­вил рабов Своих, кото­рые наде­я­лись на Него…» (Дан. 3.95). И запре­тил царь, под стра­хом смерти, всем своим под­дан­ным хулить имя Бога Израилева.

Жизнь иудейского народа после возвращения из плена

Паде­ние Вави­лон­ского цар­ства. Пер­сид­ское вла­ды­че­ство. Указ царя Кира о воз­вра­ще­нии иудеев на родину. Стро­и­тель­ство вто­рого храма. Духовно-нрав­ствен­ное состо­я­ние иудеев после воз­вра­ще­ния из плена. Дея­тель­ность свя­щен­ника Ездры. Дея­тель­ность Нее­мии по вос­ста­нов­ле­нию Иеру­са­лима и раз­ре­ше­нию соци­аль­ных про­блем иудей­ского общества.

Возвращение на родину при царе Кире

После смерти Наву­хо­до­но­сора начался упа­док Вави­лон­ского цар­ства. В 539 году до н.э. пало цар­ство Вави­лон­ское. На его раз­ва­ли­нах новый царь Кир воз­двиг могу­чую Мидо-Пер­сид­скую монар­хию. За непол­ные два­дцать лет он создал огром­ное госу­дар­ство, гра­ницы кото­рого про­сти­ра­лись от Индии до Сре­ди­зем­ного моря. Поко­рен­ные хал­де­ями народы встре­чали его, как изба­ви­теля. Кир не истреб­лял заво­е­ван­ные народы, не раз­ру­шал их города, не поз­во­лял своим сол­да­там гра­бить и бес­чин­ство­вать. Жизнь поко­рен­ных стран текла нор­мально, купцы и ремес­лен­ники про­дол­жали спо­койно зани­маться своим делом. Пер­сид­ский царь ока­зался дея­те­лем нового типа еще в одном отно­ше­нии: он дал поко­рен­ным наро­дам боль­шую поли­ти­че­скую авто­но­мию и раз­ре­шил им покло­няться своим богам. Его рели­ги­оз­ная и поли­ти­че­ская тер­пи­мость выра­зи­лась также и в том, что он раз­ре­шил высе­лен­ным пле­ме­нам вер­нуться в род­ные места и вер­нул им захва­чен­ные в свое время хал­де­ями ста­туи богов и раз­ную утварь из их храмов.

Иудей­ские изгнан­ники встре­чали Кира с неопи­су­е­мым вос­тор­гом. Они видели в нем не только осво­бо­ди­теля, но и послан­ника Божия. Вскоре их надежды оправ­да­лись: в 538 году до н.э. Кир осо­бым декре­том раз­ре­шил иудеям воз­вра­титься на родину. Он также при­ка­зал вер­нуть им всю хра­мо­вую утварь, уве­зен­ную Наву­хо­до­но­со­ром из Иеру­са­лим­ского храма.

Под­го­товка к воз­вра­ще­нию дли­лась долго. Тех, кто изъ­явил жела­ние вер­нуться, соби­рали в лагеря, состав­ляли списки. Не все, однако, реша­лись поки­нуть Вави­лон. Состо­я­тель­ные люди, вла­де­ю­щие земель­ными уго­дьями и тор­го­выми пред­при­я­ти­ями или зани­ма­ю­щие круп­ные госу­дар­ствен­ные посты, не очень стре­ми­лись пере­се­ляться в разо­рен­ную, захо­луст­ную страну. Но зато все, и бед­ные и бога­тые, щед­рой рукой давали сред­ства на вос­ста­нов­ле­ние Иеру­са­лим­ского храма, так что репа­три­анты везли с собой боль­шие сокровища.

Жела­ние вер­нуться на родину изъ­явили сорок две тысячи чело­век. Боль­шин­ство из них были пат­ри­оты, рев­ност­ные слу­жи­тели Иеговы, свя­щен­ники, левиты, но были и такие, кото­рые не очень пре­успели на чуж­бине. Во главе репа­три­ан­тов сто­яли князь иудей­ский Зоро­ва­вель, при­няв­ший на себя началь­ство над кара­ва­ном посе­лен­цев, пер­во­свя­щен­ник Иисус, соимен­ник того вождя, кото­рый впер­вые ввел избран­ный народ в землю обе­то­ван­ную, и того Боже­ствен­ного Иску­пи­теля, кото­рый дол­жен был в буду­щем вве­сти чело­ве­че­ство во вла­де­ние несо­кру­ши­мого цар­ства «не от мира сего», и еще девять ста­рей­шин, при­няв­шие на себя бремя устро­е­ния пере­се­лен­цев на почве род­ной земли. Через семь­де­сят лет евреи вновь воз­вра­ти­лись на свою родину.

Сооружение второго храма.

Повсе­днев­ная жизнь в раз­ру­шен­ном Иеру­са­лиме была чрез­вы­чайно тяже­лой. Репа­три­ан­там при­шлось прежде всего поза­бо­титься о кровле над голо­вой и очи­стить улицы города от раз­ва­лин. Вот почему жерт­вен­ник Богу они постро­или лишь на седь­мой месяц после воз­вра­ще­ния, а к вос­ста­нов­ле­нию храма при­сту­пили на вто­рой год, т. е. в 536 году до н.э. Об этом узнали сама­ри­тяне и попро­сили через послов поз­во­ле­ния при­нять уча­стие в стро­и­тель­стве. Но Зоро­ва­вель и пер­во­свя­щен­ник Иисус реши­тельно отка­за­лись от помощи тех, кто при­внес в иудей­скую веру язы­че­ский эле­мент. Резуль­таты этого отказа ока­за­лись пла­чев­ными. Сама­ри­тяне и дру­гие пле­мена, завла­дев­шие опу­стев­шей иудей­ской тер­ри­то­рией, вся­че­ски мешали стро­и­тель­ству, устра­и­вая воору­жен­ные набеги, раз­ру­шая отстро­ен­ные стены и сея бес­по­ря­док в Иерусалиме.

Иудеи, изму­чен­ные труд­но­стями и посто­янно ухуд­ша­ю­щи­мися усло­ви­ями жизни, пре­рвали работы по вос­ста­нов­ле­нию храма и стали нала­жи­вать свою лич­ную жизнь. В погоне за хле­бом насущ­ным они забыли рели­ги­оз­ные дела. Так про­шло около пят­на­дцати лет.

В это время в Иудее раз­да­лась про­по­ведь двух про­ро­ков — Аггея и Заха­рии, кото­рые обли­чали инерт­ность жите­лей Иеру­са­лима и при­зы­вали их к новой попытке вос­ста­нов­ле­ния храма. Вооду­шев­лен­ные Божьими послан­ни­ками иудеи с еще боль­шим усер­дием при­ня­лись за труд, и за пять лет (с 520 по 515 г. до н.э.) храм был построен. Это был, конечно, не тот вели­ко­леп­ный, свер­ка­ю­щий золо­том храм царя Соло­мона. Вто­рой храм пред­став­лял собой бед­ное, малень­кое, лишен­ное укра­ше­ний строение.

Свя­тая Свя­тых, где раньше в блеске и вели­ко­ле­пии хра­нился золо­той Ков­чег Завета, теперь был пустым, так как Ков­чег погиб во время раз­ру­ше­ния храма. Ста­рики, видев­шие преж­ний храм, со сле­зами гово­рили, что новый храм не так вели­ко­ле­пен, как пер­вый. Уте­шая евреев, про­рок Аггей гово­рил, что, хотя вто­рой храм бед­нее пер­вого, но слава его будет больше славы Соло­мо­нова храма, так как во вто­рой храм вой­дет ожи­да­е­мый Мес­сия. Про­рок Заха­рия также вооду­шев­лял евреев, ука­зы­вая на ско­рое при­ше­ствие Мес­сии, и пред­ска­зал тор­же­ствен­ный вход Гос­по­день в Иерусалим.

Деятельность священника Ездры

С момента вос­ста­нов­ле­ния храма про­шло сорок три года. В Вави­лоне жил тогда иудей­ский уче­ный свя­щен­ник по имени Ездра. Люди, при­ез­жав­шие из Иеру­са­лима, при­везли ему тре­вож­ные вести о том, что иудеи пре­не­бре­гают сво­ими рели­ги­оз­ными обя­зан­но­стями и что им гро­зит сме­ше­ние с окрест­ными араб­скими пле­ме­нами, с кото­рыми они посто­янно заклю­чают браки. Ездра был уже стар, но, тем не менее, решил вер­нуться на родину, чтобы свой народ напра­вить на истин­ный путь.

То, что Ездра уви­дел на родине, при­вело его в ужас.Многие иудеи из-за того, что еврей­ских жен­щин было мало, жени­лись на языч­ни­цах. Даже у свя­щен­ни­ков и вождей народа были жены-чуже­странки. На ули­цах Иеру­са­лима зву­чал мно­го­языч­ный говор, избран­ный народ стоял перед угро­зой исчез­но­ве­ния. Ездра был потря­сен. Он разо­рвал свою одежду и долго сидел печаль­ным у храма. Затем он собрал иудей­ский народ в Иеру­са­лим и потре­бо­вал, чтобы все иудеи, жена­тые на чуже­стран­ках, рас­торгли свои неза­кон­ные браки и отпра­вили своих жен обратно на родину. Только такими жест­кими мерами Ездре уда­лось сохра­нить иудей­ский народ от ассимиляции.

Глав­ная заслуга свя­щен­ника Ездры заклю­ча­лась в том, что он вос­ста­но­вил дей­ствие Мои­се­ева зако­но­да­тель­ства, кото­рое явля­лось осно­вой рели­ги­оз­ной и граж­дан­ской жизни иудей­ского народа. Не менее важ­ной его заслу­гой было также и то, что он собрал все бого­дух­но­вен­ные книги и таким обра­зом создал канон свя­щен­ных книг Вет­хого Завета. Книги раз­мно­жа­лись и рас­про­стра­ня­лись по всей Иудее. Для того, чтобы народ знал содер­жа­ние свя­щен­ных книг, Ездра рас­по­ря­дился постро­ить в горо­дах и селе­ниях сина­гоги (молит­вен­ные дома), где бы веру­ю­щие каж­дую суб­боту могли слу­шать чте­ние и тол­ко­ва­ние Свя­щен­ного Писа­ния. Тол­ко­ва­нием свя­щен­ных книг зани­ма­лись уче­ные люди, кото­рых назы­вали книж­ни­ками. Они носили также назва­ние рав­ви­нов, т. е. учи­те­лей. Ездра осно­вал Вели­кую Сина­гогу — вер­хов­ное суди­лище из свя­щен­ни­ков и леви­тов, кото­рым, кроме того, было пору­чено хра­нить и раз­мно­жать свя­щен­ные книги.

Правление Неемии. Восстановление Иерусалима

Хотя Ездра про­вел много полез­ных реформ, кото­рые сыг­рали гро­мад­ную роль в рели­ги­оз­ной и граж­дан­ской жизни иудей­ского народа, но он все-таки не смог под­нять Иеру­са­лим из руин. Этот город все еще являл собой груду развалин.

В это время в Пер­сии зани­мал высо­кий пост иудей Нее­мия. Он был глав­ным вино­чер­пием царя. Одна­жды к нему при­шел еврей и рас­ска­зал о тра­ги­че­ском поло­же­нии родины. Сто­лица так и не под­ня­лась из раз­ва­лин. Богачи угне­тали бед­ня­ков, а налоги ростов­щи­ков и доро­го­визна довели боль­шин­ство насе­ле­ния до край­ней нищеты. Печаль­ные вести потрясли Нее­мию. Много дней он пла­кал, постился и молился Богу, чтобы как-то испра­вить поло­же­ние в Иудее. Одна­жды царь заме­тил его состо­я­ние и спро­сил его: «Отчего лице у тебя печально?..» Нее­мия пове­дал царю при­чину сво­его горя и выска­зал ему свое жела­ние: «Если царю бла­го­угодно, и если в бла­го­во­ле­нии раб твой пред лицем твоим, то пошли меня в Иудею, в город, где гробы отцов моих, чтоб я обстроил его» (Неем. 2.2; 5).

Пер­сид­ский царь любил Нее­мию и пол­но­стью дове­рял ему. Он не только раз­ре­шил ему уехать, но назна­чил намест­ни­ком Иудеи и дал ему письмо к хра­ни­телю цар­ских лесов с при­ка­за­нием выдать нуж­ное коли­че­ство дерева для вос­ста­нов­ле­ния Иерусалима.

Нее­мия при­был в Иеру­са­лим в 445 году до н.э. Осмот­рев раз­ру­шен­ные стены города, он немед­ленно при­нялся за дело. Нее­мия рас­пре­де­лил участки стен для вос­ста­нов­ле­ния по семьям, не исклю­чая семей даже свя­щен­ни­ков, и жители города, вооду­шев­лен­ные его энту­зи­аз­мом и энер­гией, дружно при­ня­лись за дело. Когда нача­лись работы по вос­ста­нов­ле­нию стен города, сама­ряне и дру­гие враж­деб­ные иудеям пле­мена вся­че­ски ста­ра­лись поме­шать и гро­зи­лись напасть на Иеру­са­лим. Нее­мия не дал запу­гать себя и орга­ни­зо­вал сопро­тив­ле­ние. Он воору­жил стро­и­те­лей мечами, копьями, луками и щитами. Часть их рабо­тала на стройке, а часть охра­няла город. Работа велась днем и ночью. Энту­зи­азм стро­и­те­лей поз­во­лил им закон­чить стро­и­тель­ство стен за пять­де­сят два дня, и сто­лица вздох­нула с облегчением.

После этого Нее­мия при­сту­пил к раз­ре­ше­нию соци­аль­ных про­блем. Бед­ных он осво­бо­дил от пода­тей и нало­гов, тре­буя лишь скром­ных поста­вок на содер­жа­ние сво­его дома. Затем он созвал собра­ние и велел бога­тым поклясться, что они пере­ста­нут зани­маться ростов­щи­че­ством и вер­нут бед­ня­кам поля, вино­град­ники и сады, отня­тые за неуплату дол­гов. Нее­мия также про­дол­жил дело Ездры по рас­тор­же­нию неза­кон­ных браков.

Выпол­нив свою мис­сию, Нее­мия вер­нулся в Персию.

Во время прав­ле­ния Нее­мии Иудеей Гос­подь послал Сво­ему народу послед­него вет­хо­за­вет­ного про­рока Мала­хию. Послан­ник Божий при­зы­вал евреев очи­стить свои сердца и под­го­то­вить себя к слав­ному при­ше­ствию в мир Пома­зан­ника Божия – Мес­сии. Про­рок пред­ска­зал, что перед при­ше­ствием Мес­сии Гос­подь пошлет им вели­кого про­рока, кото­рый при­го­то­вит путь к при­ше­ствию Сына Божия.

* * *

После Нее­мии власть над иудей­ским наро­дом сосре­до­то­чи­ва­ется в руках пер­во­свя­щен­ни­ков, кото­рые сто­яли во главе Вели­кой Сина­гоги, впо­след­ствии пере­име­но­ван­ной в Синед­рион (Вер­хов­ный суд). Синед­рион состоял из пер­во­свя­щен­ни­ков, ста­рей­шин и закон­ни­ков. К пер­вой кате­го­рии при­чис­ля­лись, кроме выбран­ного на этот период пер­во­свя­щен­ника, также быв­шие пер­во­свя­щен­ники. По тал­муду число чле­нов Синед­ри­она было 70. Сосре­до­то­чи­вая в своих руках поли­ти­че­скую и рели­ги­оз­ную власть, Синед­рион в то же время под­чи­нялся сна­чала пер­сид­скому, а затем — гре­че­скому владычеству.

Греческое и сирийское владычество.
Завоевание Иудеи Римом

Заво­е­ва­ние Иудеи Алек­сан­дром Маке­дон­ским. Пере­вод Свя­щен­ного Писа­ния на гре­че­ский язык.
Иудея под вла­стью сирий­ских пра­ви­те­лей. Гоне­ния за веру при Антиохе Епи­фане. Муче­ники Мак­ка­веи. Вос­ста­ния под руко­вод­ством бра­тьев Мак­ка­веев и осво­бож­де­ние от сирий­ского вла­ды­че­ства. Обнов­ле­ние Иеру­са­лим­ского храма. Прав­ле­ние дина­стии Маккавеев.

Период греческого владычества

Цар­ство Пер­сид­ское кло­ни­лось к сво­ему закату, а в это время на поли­ти­че­скую арену высту­пило Маке­дон­ское цар­ство, во главе с его зна­ме­ни­тым царем и пол­ко­вод­цем Алек­сан­дром, про­зван­ным Маке­дон­ским (пра­вил в 336–323 гг. до н.э.).

Когда гроз­ный заво­е­ва­тель подо­шел к Иеру­са­лиму, пер­во­свя­щен­ник Адуй в свя­щен­ных одеж­дах, окру­жен­ный свя­щен­ни­ками и гро­мад­ной тол­пой народа в белых одеж­дах, открыл ворота города и вышел к нему навстречу. Алек­сандр был пора­жен такой тор­же­ствен­ной встре­чей и покло­нился первосвященнику.

Войдя в Иеру­са­лим­ский храм, Алек­сандр при­нес жертву Богу. Здесь ему про­чи­тали про­ро­че­ство Дани­ила о том, что царь Гре­че­ский поко­рит цар­ство Пер­сид­ское (Дан. 8.7, 20–21). Алек­сандр выра­зил радость, когда узнал об этом про­ро­че­стве, и про­явил боль­шую снис­хо­ди­тель­ность к иудеям. Он раз­ре­шил им и впредь жить по своим оте­че­ским зако­нам и осво­бо­дил их от пода­тей в суб­бот­ние годы, так как в эти годы иудеи не воз­де­лы­вали землю.

После его смерти цар­ство раз­де­ли­лось и доста­лось четы­рем вое­на­чаль­ни­кам его. Один из них, Пто­ло­мей, став­ший царем Египта, поко­рил иудеев своей вла­сти и отвел мно­гие тысячи их в Египет.

При сыне его, царе Пто­ло­мее Фила­дельфе, кото­рый хорошо отно­сился к иудеям, было совер­шено вели­кое дело. По его рас­по­ря­же­нию книги Свя­щен­ного Писа­ния пере­ве­дены были с еврей­ского языка на гре­че­ский. Пере­вод сде­лали семь­де­сят тол­ков­ни­ков, то есть уче­ных людей. Гре­че­ский язык был самым рас­про­стра­нен­ным язы­ком в то время. Пере­вод этот при­нес огром­ную пользу, так как теперь даже языч­ники могли читать свя­щен­ные книги на зна­ко­мом им языке. Вла­ды­че­ство гре­че­ских царей послу­жило рас­про­стра­не­нию истин­ного зна­ния о Боге среди язы­че­ских народов.

Иудея под властью Сирии. Мученики Маккавеи

Недо­воль­ные поли­ти­кой оче­ред­ного еги­пет­ского царя, иудеи помогли сирий­скому царю Антиоху Вели­кому овла­деть Иеру­са­ли­мом. Но если сам Антиох Вели­кий покро­ви­тель­ство­вал иудеям, после­ду­ю­щие сирий­ские цари начали пре­сле­до­вать иудеев за истин­ную веру и при­нуж­дать к идо­ло­по­клон­ству. Осо­бенно жесто­ким гони­те­лем был царь Антиох IVЕ­пи­фан (175–164 гг. до н.э.). Ста­ра­ясь укре­пить свое цар­ство, Антиох Епи­фан начал про­во­дить поли­тику элли­ни­за­ции наро­дов, вхо­дя­щих в его монар­хию. С этой целью он издал указ, пове­ле­ва­ю­щий, чтобы все народы его цар­ства гово­рили на гре­че­ском языке, оде­ва­лись по-гре­че­ски и покло­ня­лись гре­че­ским богам. Про­тив­ни­ков этого указа царь пове­ле­вал пре­да­вать смерти.

Цар­ский указ был разо­слан всем наро­дам, в том числе и иудеям. Нико­гда за все время сво­его суще­ство­ва­ния евреи не были в таком несчаст­ном поло­же­нии, как теперь. У них отни­мали все, чем они все­гда доро­жили: и язык, и обы­чаи, и веру. Вме­сте с ука­зом в Иеру­са­лим при­был боль­шой отряд сирий­ских сол­дат, кото­рым пове­ле­ва­лось при­ве­сти цар­ский при­каз в испол­не­ние. По при­ка­за­нию Антиоха IV Иеру­са­лим пере­име­но­вали в Антио­хию, а Иеру­са­лим­ский храм был посвя­щен Юпи­теру Олим­пий­скому. Евреев силой застав­ляли при­сут­ство­вать во время жерт­во­при­но­ше­ний, а затем под стра­хом смерти при­нуж­дали их есть идо­ло­жерт­вен­ное мясо. Тех, кто отка­зы­вался это испол­нять, пре­да­вали смерти. Надо ска­зать, что мно­гие евреи, боясь пре­сле­до­ва­ний и муче­ний, изме­нили своей вере и стали идо­ло­по­клон­ни­ками, но были и такие, кото­рые пред­по­чи­тали смерть измене.

Одного старца, Еле­азара, цар­ские пра­ви­тели застав­ляли есть запре­щен­ную зако­ном Мои­се­е­вым пищу – сви­ное мясо. Когда он отка­зался, его стали уго­ва­ри­вать, чтобы он пока­зал только вид перед наро­дом, будто он ест запре­щен­ное зако­ном. Но Еле­азар и на это отве­тил: «В мои лета недо­стойно лице­ме­рить; если моло­дые узнают, что девя­но­сто­лет­ний Еле­азар укло­нился в язы­че­ство, то и они могут соблаз­ниться и отойти от веры». Тогда его повлекли к мучи­телю, и Еле­азар муже­ственно умер за истин­ную веру.

Потом к самому царю при­вели жен­щину Соло­мо­нию с семью сыно­вьями. Царь при­нуж­дал их есть сви­ное мясо, но они отве­чали ему: «Мы готовы лучше уме­реть, чем пре­сту­пить закон наших отцов». Тогда царь пре­дал их жесто­ким муче­ниям. Им выре­зали языки, отсе­кали пальцы на руках и на ногах, сди­рали кожу с головы, и живыми жгли на рас­ка­лен­ных ско­во­ро­дах. Так были заму­чены шесть бра­тьев. Самого млад­шего царь с лас­кою убеж­дал не про­ти­виться. Он обе­щал щедро награ­дить его и, нако­нец, обра­тился к матери, чтобы она дала совет сво­ему сыну испол­нить тре­бо­ва­ние царя. Но она подо­шла к сыну и ска­зала: «Сын мой! не бойся этого мучи­теля и встреть смерть так же, как твои бра­тья, чтобы я могла, всех вас вме­сте, встре­тить в буду­щей, веч­ной жизни». Тогда царь пре­дал смерти и млад­шего брата, под­верг­нув его еще боль­шим муче­ниям. После гибели млад­шего сына Соло­мо­ния скон­ча­лась над телами своих детей.

Это семей­ство муче­ни­ков известно под име­нем муче­ни­ков Мак­ка­веев. Цер­ковь почи­тает их как муче­ни­ков за Хри­ста, хотя они погибли до Его при­ше­ствия, потому что Мак­ка­веи умерли, веря в вос­кре­се­ние мерт­вых. Один из бра­тьев перед смер­тью ска­зал мучи­телю: «Уми­ра­ю­щему от людей вожде­ленно воз­ла­гать надежду на Бога, что Он опять ожи­вит; для тебя же не будет вос­кре­се­ния в жизнь».

Восстание против сирийской власти. Правление династии Маккавеев

На защиту истин­ной веры и сво­его Оте­че­ства вос­стал свя­щен­ник Мат­та­фия с пятью сво­ими сыно­вьями. Около них скоро собра­лось много рев­ни­те­лей Божи­его закона. Осо­бен­ной храб­ро­стью из сыно­вей Мат­та­фии отли­чался Иуда, назван­ный в память муче­ни­ков Мак­ка­веем. Иуда Мак­ка­вей, с неболь­шим вой­ском, много раз побеж­дал сирий­цев. Иуда погиб как герой, когда его вой­ско было окру­жено мно­го­чис­лен­ным вой­ском сирий­ским (22 тысячи), а у него было только 800 чело­век. Не желая сда­ваться в плен, Иуда при­нял нерав­ный бой.

Его брат Симон окон­ча­тельно раз­бил сирий­ские вой­ска и очи­стил от них Иеру­са­лим. Иеру­са­лим­ский храм был очи­щен от идо­лов и вновь освя­щен; в память этого собы­тия евреи уста­но­вили празд­ник Обнов­ле­ния храма.

В бла­го­дар­ность за осво­бож­де­ние Иудеи евреи про­воз­гла­сили Симона своим вождем и воз­ло­жили на него сан пер­во­свя­щен­ника. Во время прав­ле­ния Симона иудеи жили сво­бодно и мирно.

Пре­ем­ни­ком Симона был его сын Иоанн Гир­кан (Гир­кан в пере­воде «разо­ри­тель вра­гов»). Он был послед­ним из народ­ных героев, кото­рые про­сла­вили дина­стию Мак­ка­веев. Иоанн поко­рил иду­меян и заста­вил их при­нять закон Мои­сеев. Он также поко­рил сама­рян и раз­ру­шил их храм на горе Гари­зим, кото­рый они постро­или в III веке до н.э., после того, как иудеи не допу­стили их к стро­и­тель­ству Иеру­са­лим­ского храма.

Мак­ка­вей­ская дина­стия пра­вила Иудей недолго – с 143 по 63 гг. до н. э. Конец внут­рен­ним дина­сти­че­ским рас­прям и борьбе за власть поло­жило вме­ша­тель­ство римлян.

Период римского владычества

Рим­ляне, заво­е­вав весь мир, овла­дели также и еврей­ским наро­дом. Рим­ский пол­ко­во­дец Пом­пей ввел свои леги­оны в Иудею и в 63 году до н.э. взял Иеру­са­лим и увел в плен иудей­ского царя Ари­сто­вула. С этих пор Иудея окон­ча­тельно поте­ряла свою самостоятельность.

Они поста­вили над Пале­сти­ною пра­ви­те­лем Анти­па­тра из потом­ков Исава – иду­ме­я­нина, кото­рый очень ловко добился дове­рия рим­лян. Но вскоре Анти­патр был отрав­лен. После него в 37 г. до Р. Х. пра­ви­те­лем был назна­чен его сын Ирод, про­зван­ный Великим.

Чув­ствуя непроч­ность сво­его поло­же­ния на пре­столе, Ирод начал бес­по­щадно истреб­лять весь род Мак­ка­веев и даже чле­нов Синед­ри­она, кото­рых он подо­зре­вал в недо­ста­точ­ной пре­дан­но­сти ему. Народ не любил Ирода Вели­кого и с нетер­пе­нием ожи­дал рож­де­ния Мес­сии, наслед­ника Давида, Кото­рый бы низ­верг этого кро­во­жад­ного похи­ти­теля пре­стола. За это Ирод нена­ви­дел своих под­дан­ных и жестоко рас­прав­лялся с ними.

Период гре­че­ского, сирий­ского и, нако­нец, рим­ского вла­ды­че­ства в исто­рии Иудеи стал завер­ша­ю­щим эта­пом под­го­товки чело­ве­че­ства к при­ходу Спа­си­теля. Заво­е­ва­ния Алек­сандра Маке­дон­ского и потом рим­лян были попу­щены Про­мыс­лом для удоб­ства еван­гель­ской про­по­веди: бла­го­даря Алек­сан­дру Маке­дон­скому все сре­ди­зем­но­мо­рье при­об­щи­лось к гре­че­ской куль­туре, в том числе и к языку, кото­рый стал еди­ным по всей импе­рии. А бла­го­даря рим­ля­нам Сре­ди­зем­но­мо­рье стало еди­ным госу­дар­ством без гра­ниц; даже зна­ме­ни­тые рим­ские дороги послу­жили еван­гель­ской про­по­веди: апо­столы Хри­стовы могли по ним с удоб­ством пере­дви­гаться по всей империи.

Религиозно-нравственное состояние иудеев и язычников перед пришествием в мир Спасителя

Вави­лон­ский плен, явив­шийся Божиим нака­за­нием за все без­за­ко­ния и идо­ло­по­клон­ство, кото­рым бес­стыдно пре­да­вался избран­ный народ, послу­жил для него важ­ным уро­ком, заста­вив­шим его глу­боко заду­маться над своей судь­бой. После пери­ода слав­ного могу­ще­ства народ изра­иль­ский вдруг опять ока­зался, как неко­гда в Египте, жал­кой пар­тией рабов, отве­ден­ных в плен, где могла погиб­нуть и сама память о нем. Это тяже­лое испы­та­ние невольно про­бу­дило в евреях созна­ние того, что сила их, как избран­ного народа, заклю­ча­ется именно в избрав­шем его Боге и в стро­гом соблю­де­нии Завета, кото­рый Он заклю­чил с ним.

И вот в иудей­ском народе начи­на­ется рели­ги­озно-нрав­ствен­ное воз­рож­де­ние. В нем креп­нет вера в Бога, вспы­хи­вает пла­мен­ный пат­ри­о­тизм и все больше уси­ли­ва­ется ожи­да­ние Мес­сии, Кото­рый дол­жен, нако­нец-то, прийти и испол­нить все обе­то­ва­ния, дан­ные Богом их отцам. Такое настро­е­ние есте­ственно побуж­дало рев­ностно испол­нять закон Мои­сеев. Воз­вра­тив­шись из плена, евреи при­лежно начали изу­чать Свя­щен­ное Писа­ние, соби­ра­ясь для этого каж­дую суб­боту в сина­гоги. В это время появ­ля­ется много уче­ных людей, так назы­ва­е­мых книж­ни­ков, кото­рые тол­ко­вали закон Мои­сеев и учили народ, как лучше его испол­нить. Советы и обря­до­вые поста­нов­ле­ния книж­ни­ков впо­след­ствии стали назы­вать пре­да­нием стар­цев. С этого вре­мени в Иудее начи­нают зарож­даться и про­яв­лять себя в обще­ствен­ной жизни две рели­ги­оз­ные пар­тии – фари­сеев и сад­ду­кеев. К этим двум груп­пам можно при­со­еди­нить и секту ессеев, кото­рая появи­лась немного позже.

Фари­сеи

Наи­боль­шее зна­че­ние в рели­ги­оз­ной жизни евреев имели фари­сеи. Самое слово фари­сей (перу­шим) зна­чит «обособ­лен­ный» или «отдель­ный». Члены этой секты счи­тали себя особо избран­ными, луч­шими пред­ста­ви­те­лями иудей­ского народа, насто­я­щими хра­ни­те­лями всех истин­ных рели­ги­озно-наци­о­наль­ных тра­ди­ций. Фари­сеи счи­тали, что спа­се­ние иудеев состоит в том, чтобы как можно строже соблю­дать пра­вила своей веры, и рев­ностно высту­пали про­тив ино­зем­ных язы­че­ских вли­я­ний на избран­ный народ. Исходя из этого, они твердо хра­нили основ­ные начала истин­ной веры, заклю­чен­ные в Свя­щен­ном Писании.

Фари­сеи верили в бес­смер­тие души, в веч­ное воз­да­я­ние за гро­бом, в вос­кре­се­ние пра­вед­ных, в суще­ство­ва­ние Анге­лов и демо­нов. К этим исти­нам при­ме­ши­ва­лось, однако, заблуж­де­ние, и в первую оче­редь, лож­ное уче­ние о гря­ду­щем Мес­сии, Кото­рого они пред­став­ляли в образе воин­ству­ю­щего монарха-побе­ди­теля: он осво­бо­дит иудеев от вла­сти языч­ни­ков и устроит на земле цар­ство Божие, в кото­ром евреи и, прежде всего, фари­сеи, будут иметь гос­под­ству­ю­щее положение.

Нрав­ствен­ное уче­ние фари­сеев отли­ча­лось узким фор­ма­лиз­мом и мелоч­но­стью. Они счи­тали необ­хо­ди­мым соблю­де­ние не только всех пра­вил и поста­нов­ле­ний закона Мои­се­ева, но также и пре­да­ния всех книж­ни­ков или стар­цев, истол­ко­вы­вав­ших закон. Эти пре­да­ния, по утвер­жде­нию неко­то­рых фари­сеев, ока­зы­ва­лись даже более обя­за­тель­ными, чем самый закон.

Но были у фари­сеев и поло­жи­тель­ные черты. Луч­шей сто­ро­ной фари­сей­ства была их рев­ность к рас­про­стра­не­нию рели­гии Иеговы, и в этом отно­ше­нии они сде­лали очень много, под­го­тав­ли­вая почву для рас­про­стра­не­ния хри­сти­ан­ства среди язы­че­ских наро­дов. Они были также пла­мен­ными пат­ри­о­тами своей родины, за что народ их очень уважал.

Сад­ду­кеи

Про­тив­ни­ками фари­сеев были сад­ду­кеи, полу­чив­шие назва­ние от сво­его вождя Садока.

Сад­ду­кеи более похо­дили на поли­ти­че­скую пар­тию, чем на рели­ги­оз­ную секту. Выра­жа­ясь совре­мен­ным язы­ком, эту секту можно было бы назвать пар­тией либе­ра­лов или кос­мо­по­ли­тов. Они счи­тали неле­пым пре­воз­но­ситься пре­иму­ще­ствами иудей­ского народа как избран­ного Богом. Сад­ду­кеи питали сим­па­тию к греко-рим­ской куль­туре и ста­ра­лись насаж­дать ее у себя дома. За это пра­во­вер­ные евреи не любили их.

В обла­сти рели­гии они при­зна­вали только писа­ный закон и отвер­гали пре­да­ния, отри­цали суще­ство­ва­ние Анге­лов и демо­нов, загроб­ную жизнь и вос­кре­се­ние мерт­вых. Их больше устра­и­вали зем­ное бла­го­по­лу­чие и удо­воль­ствия жизни. Сад­ду­кеи верили в Мес­сию только как в вели­кого учи­теля иудей­ского народа.

По сво­ему составу пар­тия сад­ду­кеев охва­ты­вала пред­ста­ви­те­лей пра­вя­щей иудей­ской ари­сто­кра­тии. Пер­во­свя­щен­ники, зани­ма­ю­щие выс­шие посты в Синед­ри­оне, были саддукеями.

Ессеи

Совер­шенно осо­бый мир состав­ляла община ессеев, кото­рые, уда­лив­шись от суеты мира на запад­ный берег Мерт­вого моря, вели полу­мо­на­ше­ский образ жизни. В их общину, кото­рая насчи­ты­вала до четы­рех тысяч чело­век, сте­ка­лось много разо­ча­ро­ван­ных и устав­ших от жизни, а также тех, кто не мог мириться со злом и неспра­вед­ли­во­стью в мире.

Фор­ма­лизм ессеев был еще мелоч­нее и строже, чем у фари­сеев: они счи­тали осквер­не­нием не только сопри­кос­но­ве­ние с языч­ни­ками, но и со вся­ким, кто не при­над­ле­жал к их секте.

Иудей­ские рассеяния

Вави­лон­ский плен, кроме того, что он послу­жил духов­ному воз­рож­де­нию евреев, имел еще и дру­гое, более важ­ное и глу­бо­кое зна­че­ние для всего чело­ве­че­ства. До него избран­ный народ жил более или менее отчуж­денно от осталь­ного мира, и свет истин­ной рели­гии лишь изредка про­ни­кал за пре­делы земли обе­то­ван­ной. Теперь же, с при­бли­же­нием мес­си­ан­ских вре­мен свет этот дол­жен был ярко заси­ять для всех, «живу­щих во тьме и тени смерт­ной», т. е. для всех язы­че­ских наро­дов, погряз­ших во тьме идо­ло­по­клон­ства. И этому вели­кому делу ока­зали содей­ствие те ассиро-вави­лон­ские заво­е­ва­тели, кото­рые, сами не созна­вая того, послу­жили могу­ще­ствен­ным ору­дием Про­мысла Божия.

Со вре­мени рас­се­я­ния иудей­ский народ сде­лался как бы наро­дом все­мир­ным. Сна­чала иудеи рас­се­я­ния пред­став­ляли три боль­ших ветви: иудеев вави­лон­ских, сирий­ских и еги­пет­ских. Но затем заво­е­ва­ния гре­ков и рим­лян зна­чи­тельно рас­ши­рили обла­сти иудей­ского рас­се­я­ния. Их теперь можно было встре­тить в Малой Азии, Гре­ции, Риме, Испа­нии, по бере­гам Север­ной Африки. Общая вера в живого Бога соеди­няла их воедино и предо­хра­няла от асси­ми­ля­ции с дру­гими наро­дами. Где бы только ни жили иудеи, там они стро­или сина­гоги и каж­дую суб­боту соби­ра­лись туда для слу­ша­ния Закона Мои­се­ева. Но одним из самых силь­ных средств под­дер­жа­ния един­ства между иудей­ским миром было его посто­ян­ное сно­ше­ние с Иеру­са­ли­мом, как общим цен­тром всего иудейства.

Состо­я­ние язы­че­ского мира

Это необы­чай­ное вза­и­мо­об­ще­ние наро­дов в составе Рим­ской импе­рии имело вли­я­ние рели­ги­озно-нрав­ствен­ное состо­я­ние язы­че­ского мира. В Риме при­шли в столк­но­ве­ние между собой все­воз­мож­ные язы­че­ские культы, и их бес­ко­неч­ное раз­но­об­ра­зие по необ­хо­ди­мо­сти должно было при­ве­сти к убеж­де­нию, что язы­че­ские боги явля­ются про­из­ве­де­нием самих же наро­дов и не в состо­я­нии удо­вле­тво­рять при­су­щей чело­веку потреб­но­сти в истин­ной рели­гии. Силь­нее всего это ска­за­лось на самих рим­ля­нах, вера кото­рых в своих богов уже раньше была подо­рвана рас­про­стра­не­нием гре­че­ских фило­соф­ских сочи­не­ний, прямо изде­вав­шихся над олим­пий­скими богами как над измыш­ле­ни­ями чело­ве­че­ского разума. Но так как чело­век не может быть без рели­гии, то нача­лось томи­тель­ное иска­ние истин­ного Бога, в поис­ках Кото­рого были пере­браны все извест­ные тогда рели­гии и культы.

В это время мно­гие стали обра­щать вни­ма­ние и на таин­ствен­ного Бога Иегову, о Кото­ром про­по­ве­до­вали евреи. Иудеи уто­ляли жажду ищу­щих правду языч­ни­ков и обра­щали их в иудей­ство. Языч­ни­ков, кото­рые при­ни­мали иудей­скую рели­гию, назы­вали про­зе­ли­тами. Про­зе­литы раз­де­ля­лись на два класса: при­шель­цев врат и при­шель­цев правды, отли­чав­шихся между собой сте­пе­нью при­ня­тия иудей­ства. Для пер­вых доста­точно было общей веры в Иегову с при­ня­тием «Новых зако­нов», а от вто­рых тре­бо­ва­лось пол­ное под­чи­не­ние всем поста­нов­ле­ниям Закона Моисеева.

Обра­ще­нию в иудей­ство сильно спо­соб­ство­вало и нрав­ствен­ное паде­ние язы­че­ского мира как неиз­беж­ное след­ствие паде­ния рели­ги­оз­ного. Луч­шие языч­ники стали наде­яться, что откуда-нибудь должно прийти спа­се­ние, если не от людей, то свыше. И надежда эта как раз сов­пала с тем ожи­да­нием Изба­ви­теля мира, кото­рое все силь­нее нарас­тало в иудей­ском мире и все шире рас­про­стра­ня­лось через иудеев среди язы­че­ских наро­дов. По сви­де­тель­ству рим­ских исто­ри­ков Све­то­ния и Тацита, в то время между рим­ля­нами ходила широко рас­про­стра­нен­ная молва, что на востоке скоро появится могу­ще­ствен­ный царь, кото­рый поко­рит весь мир. А рим­ский поэт Вер­ги­лий в своей зна­ме­ни­той чет­вер­той эклоге вос­пе­вал мла­денца, кото­рый дол­жен был вос­ста­но­вить золо­той век. Мла­де­нец этот дол­жен сни­зойти с неба, и на земле водво­рится мир. Щедро он будет изли­вать свои дары; стада не будут бояться львов, ярмо сни­мется с шеи пашу­щего вола, и зем­ле­де­лец уже не будет рабо­тать в поте лица сво­его. Это слав­ное меч­та­ние рим­ского поэта, несо­мненно, было отго­лос­ком зна­ме­ни­того про­ро­че­ства Исаии о том, что родится Мла­де­нец, Кото­рому наре­кут имя: «Чуд­ный, Совет­ник, Бог креп­кий, Отец веч­но­сти, Князь мира», и «тогда волк будет жить вме­сте с коз­лен­ком…» (Ис. 9.6; 11.6).

Осо­бенно силь­ного напря­же­ния достигло ожи­да­ние Мес­сии в иудей­ском народе. Древ­ние пред­ска­за­ния про­ро­ков сде­ла­лись пред­ме­том самого тща­тель­ного изу­че­ния и тол­ко­ва­ния. Самой люби­мой кни­гой у евреев была книга про­рока Дани­ила с ее точ­ными опре­де­ле­ни­ями вре­мени при­ше­ствия Мес­сии. Ожи­да­ние Мес­сии в Иудее до такой сте­пени было живо, что сами пра­ви­тели еврей­ского народа во вре­мена Мак­ка­веев при­ни­мали власть лишь условно, «доколе вос­ста­нет Про­рок вер­ный» (1 Мак. 14.41). При появ­ле­нии вся­кого выда­ю­ще­гося про­по­вед­ника или про­рока все невольно спра­ши­вали, не он ли Хри­стос. Мно­гие при этом не ясно пред­став­ляли себе, в каком виде явится Хри­стос, и хотели видеть в Нем все­мир­ного заво­е­ва­теля, кото­рый поко­рит иудеям весь мир и создаст на земле веч­ное еврей­ское цар­ство. Но более духов­ные люди ожи­дали в Нем истин­ного Мес­сию, Кото­рый иску­пит чело­века от раб­ства греху, водво­рит мир в воз­му­щен­ной душе, при­зо­вет к Себе всех страж­ду­щих и обре­ме­нен­ных и создаст веч­ное Божие Цар­ство на земле.

Ветхозаветные прообразы новозаветных событий

Апо­стол Павел, опре­де­ляя зна­че­ние Вет­хого Завета, исто­рии его лиц и обря­дов, гово­рит, что все это слу­жило «тенью» или пре­ды­зоб­ра­же­нием ново­за­вет­ных лиц и собы­тий (Евр.10.1). Зна­че­ние пре­ды­зоб­ра­же­ний (про­об­ра­зо­ва­ний) при­зна­вал Сам Гос­подь Иисус Хри­стос – в про­по­веди Он при­ме­нял вет­хо­за­вет­ные собы­тия к ново­за­вет­ным; напри­мер, Он гово­рил: «Как Мои­сей воз­нес змию в пустыни; так должно быть воз­не­сену Сыну чело­ве­че­скому» (Ин. 3.14), и еще: «Как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын чело­ве­че­ский будет в сердце земли три дня и три ночи» (Мф. 12.40).

Про­об­ра­зом назы­ва­ется такой спо­соб выра­же­ния таин­ствен­ного смысла биб­лей­ского тек­ста, когда свя­щен­ные писа­тели сооб­щают поня­тие о каких-нибудь выс­ших духов­ных пред­ме­тах через дей­стви­тель­ные цер­ковно-исто­ри­че­ские лица, вещи, собы­тия и дей­ствия. Вет­хо­за­вет­ные писа­тели, повест­вуя о раз­лич­ных собы­тиях Церкви вет­хо­за­вет­ной, очень часто под ними разу­меют и рас­кры­вают через них буду­щие собы­тия Церкви ново­за­вет­ной. В этом слу­чае про­об­раз есть заклю­чен­ное в лицах, собы­тиях, вещах и дей­ствиях Вет­хого Завета пре­ды­зоб­ра­же­ние того, что отно­сится к Новому Завету, что потом испол­ни­лось во Хри­сте Спа­си­теле и осно­ван­ной Им Церкви.

Так, напри­мер, Мел­хи­се­дек, царь Салим­ский и свя­щен­ник Бога Все­выш­него (Быт. 14.18–20), вышел навстречу Авра­аму, воз­вра­щав­ше­муся после победы над союз­ными царями, вынес ему хлеб и вино и бла­го­сло­вил Авра­ама. Со своей сто­роны, Авраам пожерт­во­вал Мел­хи­се­деку деся­тую долю из добычи. Все, о чем в дан­ном слу­чае повест­вует Свя­щен­ное Писа­ние, есть дей­стви­тель­ный цер­ковно-исто­ри­че­ский факт. Но, помимо сво­его исто­ри­че­ского зна­че­ния при­ве­ден­ное повест­во­ва­ние имеет и глу­бо­кое, таин­ственно-про­об­ра­зо­ва­тель­ное зна­че­ние по отно­ше­нию к ново­за­вет­ным вре­ме­нам. Мел­хи­се­дек, по объ­яс­не­нию ап. Павла (Евр. 7.1–2), был про­об­ра­зом Иисуса Хри­ста. А пред­меты, выне­сен­ные Мел­хи­се­де­ком – хлеб и вино – ука­зы­вают, по объ­яс­не­нию отцов Церкви, на ново­за­вет­ное таин­ство Евхаристии.

Манна небес­ная, кото­рая в тече­ние сорока лет ски­та­ний в пустыне состав­ляла избран­ному народу хлеб насущ­ный, также явля­ется про­об­ра­зом Евха­ри­стии (Ин. 6.26–58; 1 Кор. 10.3), духов­ной пищи Церкви Хри­сто­вой как ново­за­вет­ного Изра­иля, нового народа Божия.

Про­об­разы Гос­пода Иисуса Хри­ста и Его крест­ных страданий.

Глав­ным пред­ме­том вет­хо­за­вет­ных про­об­ра­зов был Гос­подь Иисус Хри­стос, к Кото­рому направ­ля­лись надежды и ожи­да­ния пра­вед­ных мужей древ­него мира.

Исаак. При­не­се­ние в жертву Иса­ака (Быт. 22) про­об­ра­зо­вало Гол­гоф­скую Жертву, а сам Исаак – Еди­но­род­ного Сына Божия, кото­рый доб­ро­вольно отдал Себя для спа­се­ния всего чело­ве­че­ства. Исаак, подобно Спа­си­телю, доб­ро­вольно под­чи­ня­ется воле отца, несет дрова, как Хри­стос нес Свой крест. Вме­сто Иса­ака Бог велит Авра­аму при­не­сти в жертву агнца — это ука­за­ние на Агнца-Хри­ста, Кото­рый ста­нет Жерт­вой за грехи всего мира.

Иосиф. В исто­рии пат­ри­арха Иосифа также про­яв­ля­ются мно­гие черты слу­же­ния Спа­си­теля. Как Иосиф за свою чистоту был нена­ви­дим бра­тьями, как и Гос­подь Иисус Хри­стос был нена­ви­дим началь­ни­ками Иудей­скими за пре­вос­ход­ство над ними. Нена­висть бра­тьев выли­ва­ется в жела­ние убить Иосифа, при­во­дит к про­даже его куп­цам. Иосиф про­дан за 20 среб­ре­ни­ков, Спа­си­тель – за 30 среб­ре­ни­ков. Имя брата, кото­рый при­ду­мал про­дать Иосифа — Иуда. В Египте Иосиф пре­тер­пел без­вин­ное окле­ве­та­ние и тюрьму, потом был оправ­дан и воз­не­сен до вто­рого места в госу­дар­стве. Через Иосифа Еги­пет был спа­сен от страш­ных послед­ствий неуро­жая; пра­вед­ник про­стил и спас от голода своих бра­тьев, при­чем спа­се­ние сво­ему роду достав­ля­ется им посред­ством хлеба. Так же и Гос­подь Иисус Хри­стос по вос­кре­се­нии Своем про­щает Своих рас­пи­на­те­лей, дает им воз­мож­ность спа­стись, насы­щает людей Хле­бом Жизни в Таин­стве Евха­ри­стии. И даже само имя, кото­рое дается фара­о­ном Иосифу в Египте, Цаф­наф-панеах (Быт. 41.45) – Спа­си­тель мира, также явля­ется прообразовательным.

Иов. Про­об­ра­зом стра­дав­шего и вос­крес­шего Спа­си­теля был пра­вед­ный Иов Мно­го­стра­даль­ный, книга о кото­ром чита­ется на Страст­ной Сед­мице. Подобно Иову, из бога­того сде­лав­шему нищим, Сын Божий сошел с небес, «обни­щал», сде­лав­шись подоб­ным нам Чело­ве­ком, пере­но­сил все нужды чело­ве­че­ские и даже не имел, где главу при­к­ло­нить. Пра­вед­ный Иов во время скорби тер­пел уко­ризны и подо­зре­ния от своих бли­жай­ших дру­зей, прежде казав­шихся ему пре­дан­ными, не видел в них ника­кого сочув­ствия к своим стра­да­ниям. И Хри­стос во время Своей зем­ной жизни тер­пел поно­ше­ния и кле­вету от Своих сопле­мен­ни­ков, был пре­дан Иудой, остав­лен всеми на Гол­гофе, во время Крест­ных стра­да­ний слы­шал изде­ва­тель­ства и насмешки.

Но как после стра­да­ний Иов вновь увен­чался сла­вой и богат­ством, так и Сын Божий вос­крес из мерт­вых и воз­шел во славе на Свой небес­ный Престол.

Пас­халь­ный Агнец. Вет­хо­за­вет­ная Пасха (Исх.12) явля­ется про­об­ра­зом ново­за­вет­ной Пасхи, а вет­хо­за­вет­ный агнец – про­об­ра­зом ново­за­вет­ного Агнца, Гос­пода Иисуса Хри­ста. Заклан­ный вет­хо­за­вет­ный агнец явля­ется жерт­вой Богу за еврей­ский народ. Его мясо пред­ла­га­ется евреям для тра­пезы, а его кро­вью еврей­ские пер­венцы избав­ля­ются от смерти. В Новом Завете Хри­стос, Агнец Божий, при­но­сит Себя на Кре­сте в Жертву за грехи всего чело­ве­че­ства. Кро­вью Его мы все избав­ля­емся от раб­ства диа­волу. За Боже­ствен­ной Литур­гией Он пред­ла­гает всем вер­ным в снедь Свое Тело и Кровь «во остав­ле­ние гре­хов и в жизнь веч­ную». В ночь празд­но­ва­ния Пасхи еврей­ский народ поки­нул страну раб­ства и как бы вос­крес для новой, сво­бод­ной жизни. Подобно этому в день Вос­кре­се­ния Хри­стова Гос­подь при­зы­вает нас поки­нуть мир раб­ства диа­волу и перейти в мир истин­ной сво­боды и сча­стья, кото­рый может осу­ще­ствиться только с Богом и в Боге.

Про­об­разы Кре­ста Христова.

Мед­ный змий. За ропот на Бога и Мои­сея во время стран­ствий по пустыне избран­ный народ постигло оче­ред­ное нака­за­ние: в лагере появи­лось огром­ное коли­че­ство ядо­ви­тых змей; от их уку­сов умерло много людей. Изра­иль­тяне рас­ка­я­лись и про­сили Мои­сея помо­литься о них Богу. Гос­подь пове­лел Мои­сею отлить мед­ного змея и при­кре­пить его на знамя посреди лагеря. И кто из ужа­лен­ных смот­рел с верою на мед­ного змея, тот оста­вался живым (Чис. 21.4–9). Этот мед­ный змей в Вет­хом Завете был про­об­ра­зом Хри­ста Спа­си­теля: «И как Мои­сей воз­нес змию в пустыне, так должно воз­не­сену быть Сыну Чело­ве­че­скому, дабы вся­кий, веру­ю­щий в Него, не погиб, но имел жизнь веч­ную» (Ин. 3.14, 15). Хри­стос рас­пял с Собою на кре­сте все наши грехи, и мы теперь, взи­рая с верою на Него, исце­ля­емся от своих гре­хов и спа­са­емся от веч­ной смерти.

Помимо мед­ного змея, в Вет­хом Завете встре­ча­ются и дру­гие про­об­разы Кре­ста Христова:

Бла­го­сло­ве­ние Иако­вом своих сыно­вей и вну­ков (Быт. 48.13–15): перед смер­тью Иаков, бла­го­слов­ляя детей Иосифа Ефрема и Манас­сию, сло­жил руки кре­стом так, что пра­вая его рука легла на голову Ефрема, а левая – на голову Манас­сии. Обычно пра­вую руку воз­ла­гали на голову стар­шего сына; Иаков же, кре­сто­об­разно сло­жив руки, бла­го­сло­вил Ефрема, как стар­шего, хотя он был младше. Это кре­сто­об­раз­ное сло­же­ние рук Иако­вом для бла­го­сло­ве­ния было про­об­ра­зом Кре­ста Хри­стова и ука­за­нием на то, что будет время, когда люди будут полу­чать бла­го­сло­ве­ние Божие не по про­ис­хож­де­нию или стар­шин­ству, а по своим добродетелям.

Крест, кото­рый Мои­сей начер­тал своим жез­лом при пере­ходе через Черм­ное море, раз­де­ляя его, а затем вновь соеди­няя, также про­об­ра­зует Крест Гос­по­день (Исх.14).

Слу­чай с горь­кой водой в Меррена пути изра­иль­ского народа из Египта к Синаю. Мои­сей по пове­ле­нию Божию погру­зил в источ­ник с горь­кой водой дерево, и вода сде­ла­лась при­год­ной для питья (Исх. 15.25). Древо, бро­шен­ное Мои­сеем в горь­кую воду, про­об­ра­зо­вало древо Кре­ста Хри­стова. Спа­се­ние евреев от жажды через древо пре­ды­зоб­ра­жало спа­се­ние через Крест Гос­по­день, кото­рым пре­одо­ле­ва­ется горечь зем­ных стра­да­ний и смерти и дару­ется жизнь веч­ная. Этим чудом в созна­нии избран­ного народа навсе­гда соеди­ня­лись два поня­тия – древо и спасение.

Кре­сто­об­разно воз­де­тые руки Мои­сея во время битвы с ама­ли­ки­тя­нами.

На пути еврей­ского народа к Синаю во время битвы с ама­ли­ки­тя­нами Мои­сей стоял на горе, воз­дев руки так, что все его тело пред­став­ляло собой крест. Как только Мои­сей опус­кал руки, сила изра­иль­ских вои­нов начи­нала осла­бе­вать. Поэтому, чтобы даро­вать сво­ему народу победу, Мои­сей на про­тя­же­нии всей битвы, до захож­де­ния солнца, стоял с воз­де­тыми в молитве руками. Этим он про­об­ра­зо­вы­вал собой рас­пя­того на Кре­сте Спа­си­теля, даро­вав­шего чело­ве­че­ству победу над гре­хом, диа­во­лом и смер­тью (Исх. 17.8–13).

Про­об­разы Пре­свя­той Богородицы

В Вет­хом Завете кроме про­об­ра­зов Спа­си­теля содер­жится мно­же­ство пре­ды­зоб­ра­же­ний Матери Божией. Неко­то­рые про­об­разы отно­сятся и к Спа­си­телю и к Пре­свя­той Богородице.

Ноев Ков­чег. Ков­чег, в кото­ром пат­ри­арх Ной спасся от вод все­мир­ного потопа (Быт. 6–8), пре­ды­зоб­ра­жает Пре­свя­тую Деву. Много лет стро­ился ков­чег, и род чело­ве­че­ский долго при­го­тов­лялся к при­ня­тию Спа­си­теля и рож­де­нию Девы Марии. Ков­чег, постро­ен­ный из негни­ю­щих пород дере­вьев, не постра­дал от дол­гого нахож­де­ния в воде; а Пре­свя­тая Бого­ро­дица и по Рож­де­стве Хри­сто­вом оста­лась Девой. В ков­чеге спас­лись Ной и дети его от потопа, через Пре­свя­тую Бого­ро­дицу все послуш­ные Богу спа­са­ются от поги­бели веч­ной. От Ноя, вышед­шего из ков­чега, про­изо­шло насе­ле­ние после­по­топ­ного мира; от Хри­ста, родив­ше­гося от Пре­свя­той Девы, ведут свое начало люди Нового Завета.

Лест­ница Иакова. На пути в Месо­по­та­мию, в Вефиле, пат­ри­арх Иаков, бежав­ший из дома после полу­че­ния обман­ным путем права пер­во­род­ства, видел во сне таин­ствен­ную лествицу от земли до неба (Быт. 28). Эта лествица изоб­ра­жала Пре­свя­тую Деву: через нее Бог сошел на землю и спас род чело­ве­че­ский, а люди полу­чили воз­мож­ность войти на небеса.

Неопа­ли­мая Купина. Про­об­ра­зом Матери Божией явля­ется и неопа­ли­мая купина, т.е. куст, объ­ятый огнем, но несго­рев­ший. Этот куст Мои­сей уви­дел в момент, когда Бог при­звал его на слу­же­ние (Исх.3). Купина, объ­ятая пла­ме­нем, оста­ва­лась невре­ди­мою, так и Дева, по рож­де­стве Спа­си­теля, не утра­тила Сво­его дев­ства. Как поется в цер­ков­ных пес­но­пе­ниях: «Образ чистого рож­де­ства Тво­его огне­па­ли­мая купина показа неопаль­ная», «Якоже купина не сга­раше опа­ля­ема: тако Дева родила еси, и Дева пре­была еси». Свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский пишет: «Что там (т.е. в Вет­хом Завете) предъ­и­зоб­ра­жа­лось пла­ме­нем и купи­ною, то, с тече­нием вре­мени, ясно откры­лось в тайне Девы: как там купина горит и не сго­рает, так и здесь (т.е. в Новом Завете) Дева рож­дает свет и пре­бы­вает нетленна». Это тол­ко­ва­ние нашло отра­же­ние и в ико­но­гра­фии: среди икон Пре­свя­той Девы есть образ «Неопа­ли­мая Купина» — так Цер­ковь име­нует Саму Божию Матерь.

Жезл Ааро­нов. Чудо с жез­лом Аарона отно­сится к пери­оду соро­ка­лет­него стран­ство­ва­ния изра­иль­ского народа по пустыне. Жезл Арона был поло­жен в ков­чег завета вме­сте с жез­лами всех колен изра­и­ле­вых после бунта Корея и др. иудеев про­тив права свя­щен­ства рода Аро­нова. Жезл Аарона пустил почки, рас­цвел и при­нес мин­дали (Числ. 17.8). Этот чудесно про­цвет­ший жезл, под­твер­див­ший свя­щен­ство потом­ков Аарона, стал про­об­ра­зом бес­се­мен­ного зача­тия и рож­де­ния Пре­чи­стой Девой Марией Гос­пода Иисуса Христа.

Раздел № 2. Священная история Нового Завета

Значение понятий «Новый Завет», «Евангелие»

Свя­щен­ным Писа­нием Нового Завета назы­ва­ется собра­ние книг, напи­сан­ных свя­тыми апо­сто­лами и рас­ска­зы­ва­ю­щих о Бого­во­пло­ще­нии, зем­ной жизни Иисуса Хри­ста и жизни свя­той Хри­сто­вой Церкви в 1‑ом веке по Р.Х. Само поня­тие «Новый Завет» ука­зы­вает, что в кни­гах, объ­еди­нен­ных этим назва­нием, изло­жен новый, отли­ча­ю­щийся от вет­хого, завет («союз») Бога с чело­ве­ком. В основе заклю­че­ния Нового Завета лежит иску­пи­тель­ная смерть вопло­тив­ше­гося Сына Божия, Иисуса Христа.

Ново­за­вет­ные свя­щен­ные книги делятся на «Еван­ге­лие» и «Апо­стол». Пер­вые четыре книги назы­ва­ются Еван­ге­ли­ями. Слово «Еван­ге­лие» в пере­воде с гре­че­ского языка озна­чает «бла­гая» или «доб­рая весть». Еван­ге­лия, напи­сан­ные свя­тыми апо­сто­лами Мат­феем, Мар­ком, Лукой, Иоан­ном Бого­сло­вом, повест­вуют о вопло­ще­нии Сына Божия, Его зем­ном слу­же­нии, иску­пи­тель­ной Смерти, Вос­кре­се­нии и Воз­не­се­нии. Осталь­ные книги Нового Завета, объ­еди­нен­ные назва­нием «Апо­стол» и состо­я­щие из книги Дея­ний свя­тых апо­сто­лов, их посла­ний и книги Откро­ве­ния ап. Иоанна Бого­слова (Апо­ка­лип­сиса), гово­рят о созда­нии хри­сти­ан­ской Церкви в день Пяти­де­сят­ницы, о рас­про­стра­не­нии хри­сти­ан­ской веры тру­дами свя­тых апо­сто­лов и жизни пер­во­хри­сти­ан­ских общин под апо­столь­ским руко­вод­ством, о зем­ном бытии Церкви Хри­сто­вой до Его Вто­рого Пришествия.

Личность и подвиг Пресвятой Богородицы. Событие Благовещения

Роди­тели Пре­свя­той Бого­ро­дицы. Рож­де­ство Матери Божией и ее вос­пи­та­ние в Иеру­са­лим­ском храме. Обру­че­ние Девы Марии пра­вед­ному Иосифу. Бла­го­ве­ще­ние пре­свя­той Богородице. 

Поня­тие Приснодевства. 

Вся исто­рия бого­из­бран­ного народа, осо­бым обра­зом вос­пи­ты­ва­е­мого и руко­во­ди­мого Богом, вела к появ­ле­нию в его среде Пре­чи­стой Девы Марии, послу­жив­шей Бого­во­пло­ще­нию. О рож­де­нии Пре­свя­той Девы гово­рили вет­хо­за­вет­ные про­ро­че­ства и вет­хо­за­вет­ные прообразы.

Еван­ге­лие ничего не рас­ска­зы­вает о дет­стве и ран­ней юно­сти Марии – Матери Божией, мы узнаем о них только из цер­ков­ного пре­да­ния. По отцу Иоакиму Дева Мария про­ис­хо­дила из цар­ского рода Дави­дова, по матери Анне – из свя­щен­ни­че­ского рода Ааро­нова. По сви­де­тель­ству древ­него пре­да­ния, роди­тели Бого­ро­дицы были людьми пра­вед­ными и бла­го­че­сти­выми и без­ро­потно нес­шими испы­та­ние бес­пло­дия: в тече­ние пяти­де­ся­ти­лет­ней супру­же­ской жизни они не имели детей. Для любой еврей­ской семьи отсут­ствие детей вос­при­ни­ма­лось как самая боль­шая скорбь, так как каж­дый еврей, осо­бенно при­над­ле­жав­ший к роду царя Давида, наде­ялся на то, что в его потом­стве родится Мес­сия (Хри­стос) или что его дети дожи­вут до при­хода и наступ­ле­ния слав­ного цар­ства Мес­сии. Бес­ча­дие лишало этой надежды и покры­вало позо­ром такую семью в гла­зах сопле­мен­ни­ков, поскольку в отсут­ствии детей евреи видели Божие нака­за­ние за грехи.

Только в глу­бо­кой ста­ро­сти «поно­ше­ние бес­чад­ства» было снято, и пра­вед­ным Иоакиму и Анне Бог дал дочь. Согласно дан­ному до рож­де­ния обету они посвя­тили свое дитя Богу. В день, когда трех­лет­нюю Марию роди­тели отдали в Иеру­са­лим­ский храм для вос­пи­та­ния, про­изо­шло необыч­ное собы­тие: пер­во­свя­щен­ник, будучи руко­во­дим Духом Свя­тым, ввел девочку в Свя­тое свя­тых. Свя­тое Свя­тых это часть храма, куда жен­щи­нам было вос­пре­щено захо­дить, а сам пер­во­свя­щен­ник мог туда вхо­дить только один раз в год, в день Очи­ще­ния. Это собы­тие имело духов­ный смысл, ука­зы­вая на чистоту и свя­тость Девы, все­цело посвя­тив­шей Себя Богу и впо­след­ствии став­шей оду­шев­лен­ным свя­ти­ли­щем Божиим.

Мария жила при храме до 14 лет – воз­раст, когда еврей­ские девушки обык­но­венно выхо­дили замуж. Свя­щен­ники, объ­явив­шие Марии о необ­хо­ди­мо­сти заму­же­ства, были удив­лены изве­стием о Ее обете Богу (клятве): сохра­нить дев­ство. Такого обета никто в Изра­иле нико­гда до Нее не давал, так как каж­дый иудей хотел иметь потом­ство. Свя­щен­ники не могли оста­вить Марию при храме, но не могли и нару­шить дан­ный Ею обет, поэтому обру­чили Ее близ­кому род­ствен­нику 80-лет­нему старцу Иосифу, чтобы он был хра­ни­те­лем Ее девства.

Мария и пра­вед­ный Иосиф посе­ли­лись в городе Наза­рете, рас­по­ло­жен­ном в Гали­лее – север­ной обла­сти Иудеи. Именно там про­изо­шло собы­тие Бла­го­ве­ще­ния, назван­ное в бого­слу­же­нии «гла­виз­ной (т.е. нача­лом) нашего спа­се­ния». «Послан был ангел Гав­риил от Бога в город Гали­лей­ский, назы­ва­е­мый Наза­рет, к Деве, обру­чен­ной мужу, име­нем Иосифу, из дома Дави­дова, имя же Деве – Мария. Ангел, вошед к Ней, ска­зал: радуйся, Бла­го­дат­ная! Гос­подь с Тобою; бла­го­сло­венна Ты между женами» (Лк. 1.26–28). Она сму­ти­лась, но не от появ­ле­ния ангела, а от его при­вет­ствия, выде­ляв­шего Ее из мно­гих жен­щин Изра­иля. В сму­ще­нии Мария раз­мыш­ляла, «что бы это было за при­вет­ствие» (Лк. 1.29). Объ­яс­няя свои слова, ангел воз­ве­стил Марии, что именно от Нее, чистой Девы, обрет­шей бла­го­дать у Бога, родится веками ожи­да­е­мый в Изра­иле Мес­сия, Хри­стос [14]. Поскольку Мария дала обет дев­ства, Она удив­ля­ется, как воз­можно рож­де­ние Ею ребенка: «Как будет это, когда Я мужа не знаю?» Ангел в ответ гово­рит о тайне без­муж­него зача­тия: «Дух Свя­той най­дет на Тебя, и сила Все­выш­него осе­нит Тебя, посему и рож­да­е­мое Свя­тое наре­чется Сыном Божиим» (Лк. 1.34–35). В крот­ких сло­вах: «Се, раба Гос­подня, да будет Мне по слову твоему» (Лк. 1.38) Мария выра­зила доб­ро­воль­ное согла­сие и под­чи­не­ние воле Божией.

В день Бла­го­ве­ще­ния совер­ши­лась тайна Бого­во­пло­ще­ния: Вто­рое Лицо Свя­той Тро­ицы, Сын Божий стал Сыном Девы, Сыном Чело­ве­че­ским, вос­при­няв плоть от Пре­чи­стой Матери. Свя­тая Цер­ковь назы­вает Пре­свя­тую Бого­ро­дицу Прис­но­де­вой [15], поскольку Она была девой до Рож­де­ства Хри­стова, дей­ствием Божиим оста­лась девой во время Его рож­де­ния, и после Рож­де­ства также про­дол­жала хра­нить Свое девство.

Обруч­ник Иосиф, как сооб­щает Еван­ге­лие, уви­дев, что пору­чен­ная ему Дева ожи­дает ребенка, решил, что Она нару­шила Своей обет и совер­шила грех пре­лю­бо­де­я­ния. Будучи пра­ве­ден и добр, он не захо­тел пере­дать Марию суду, после кото­рого Ее ожи­дала бы, по Закону Мои­се­еву, смерть через поби­е­ние кам­нями, но имел наме­ре­ние тайно отпу­стить жену, дав Ей раз­вод­ное письмо и пре­дав Ее жизнь воле Бога. От испол­не­ния этого реше­ния Иосифа оста­но­вил ангел, открыв­ший пра­вед­нику тайну бес­се­мен­ного зача­тия и испол­не­ние надежд Изра­иля на при­ход Мес­сии: «Иосиф, сын Дави­дов! не бойся при­нять Марию, жену твою, ибо родив­ше­еся в Ней есть от Духа Свя­таго; родит же Сына, и наре­чешь Ему имя Иисус, ибо Он спа­сет людей Своих от гре­хов их» (Мф.1.20–21).

Рождество Христово. Детство и отрочество Спасителя

(Мф.1.18–2.23; Лк.2)

Смысл Бого­во­пло­ще­ния. Рож­де­ство Хри­стово. Обре­за­ние. Сре­те­ние. Покло­не­ние волх­вов. Изби­е­ние Виф­ле­ем­ских мла­ден­цев. Бег­ство в Еги­пет. Воз­вра­ще­ние в Наза­рет. Отро­че­ство Спасителя. 

Вели­кий свя­той IV века, свт. Афа­на­сий Вели­кий, так объ­яс­нил смысл Бого­во­пло­ще­ния: «Бог стал чело­ве­ком, чтобы чело­век стал богом». После гре­хо­па­де­ния пра­ро­ди­те­лей чело­ве­че­ство не могло само себе помочь – над пад­шим чело­ве­ком власт­во­вали диа­вол, грех и смерть. Хри­стос, будучи совер­шен­ным Богом, стал совер­шен­ным чело­ве­ком – без­греш­ным, непод­власт­ным диа­волу, доб­ро­вольно пошед­шим на смерть, чтобы уни­что­жить Своим вос­кре­се­нием ее власть над людьми. Стра­да­ния Хри­ста назы­ва­ются иску­пи­тель­ными, так как бла­го­даря им люди полу­чили сво­боду от греха, диа­вола и смерти – были «выкуп­лены» из раб­ства. Бла­го­даря вопло­ще­нию Сына Божия, Его Смерти и Вос­кре­се­нию, каж­дый веру­ю­щий во Хри­ста как Сына Божия полу­чает воз­мож­ность обо­же­ния – силу стать свя­тым и при­част­ным Боже­ствен­ной жизни.

Хри­стос родился в то время, когда Рим ста­но­вился из рес­пуб­лики импе­рией, а малень­кая Иудея нахо­ди­лась под игом рим­лян и постав­лен­ного Римом царя Ирода Вели­кого, жесто­кого и безум­ного в своей жесто­ко­сти тирана. Жизнь в Иудее того вре­мени была такова, что деле­га­ция, при­шед­шая в Рим с жало­бой на Ирода, гово­рила: «Не царя мы имеем в Ироде, а лютей­шего тирана, что когда-либо сидел на троне. Он убил бес­чис­лен­ное коли­че­ство граж­дан. Участь тех, кого он поща­дил, была такова, что они зави­до­вали умер­шим, ибо он пытал своих под­дан­ных не только пооди­ночке, но и целые города». Ирод, опа­са­ясь пося­га­тельств на свою власть, был мучи­те­лем и в своей соб­ствен­ной семье, так что иудеи гово­рили, что у Ирода лучше быть псом, нежели сыном.

Неза­долго до вре­мени, когда Мла­де­нец Хри­стос дол­жен был родиться, по веле­нию кесаря Авгу­ста (рим­ского импе­ра­тора) была устро­ена пере­пись насе­ле­ния на тер­ри­то­риях, вхо­див­ших в Рим­скую импе­рию. Про­во­ди­лась пере­пись и в Иудее. Так как и пра­вед­ный Иосиф, и Пре­свя­тая Дева Мария про­ис­хо­дили из рода царя Давида, для уча­стия в пере­писи они отпра­ви­лись из Наза­рета в иудей­ский город Виф­леем – род­ной город Давида. Когда они при­были в город, все гости­ницы были заняты, поэтому Свя­тое Семей­ство оста­но­ви­лось на ноч­лег в пещере пас­ту­хов. Эта пещера и стала местом рож­де­ния Хри­ста. Еван­ге­лие от Луки сооб­щает, что пер­выми об этой радо­сти узнали пас­тухи, охра­няв­шие ночью стада. Им явился ангел, ска­зав­ший: «Не бой­тесь; я воз­ве­щаю вам вели­кую радость, кото­рая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Дави­до­вом Спа­си­тель, Кото­рый есть Хри­стос Гос­подь; и вот вам знак: вы най­дете Мла­денца в пеле­нах, лежа­щего в яслях» (Лк.2.10–12). После чего пас­тухи уви­дели на небе мно­же­ство анге­лов, вос­пе­вав­ших тор­же­ству­ю­щую песнь о мило­сти Божией и при­ми­ре­нии Бога и людей: «Слава в выш­них Богу, и на земле мир, в чело­ве­ках бла­го­во­ле­ние!» (Лк.2.14)

Сын Божий не про­сто стал чело­ве­ком, Он стал сыном еврей­ского народа и соблю­дал все поста­нов­ле­ния Закона Мои­се­ева. На вось­мой день, по обы­чаю иудей­скому, над Мла­ден­цем было совер­шено обре­за­ние, и Ему дали имя Иисус. На 40-ой день роди­тели при­несли Его в Иеру­са­лим­ский храм. По Закону Мои­се­еву каж­дый пер­ве­нец в еврей­ской семье дол­жен быть посвя­щен Богу. Пер­венцы колена Левина остав­ля­лись для вос­пи­та­ния при храме, пер­венцы дру­гих колен выку­па­лись за 5 монет (свя­щен­ных сиклей [16]). Кроме того, Закон пред­пи­сы­вал мате­рям ново­рож­ден­ных при­не­сти жертву очи­ще­ния (жертву за грех): после рож­де­ния маль­чика жертва при­но­си­лась на 40-ой день, после рож­де­ния девочки – на 80-ый. Бога­тые люди при­но­сили в жертву овцу или ягненка, бед­ные – пару голубей.

Когда Мла­денца Хри­ста пра­вед­ный Иосиф и Мария при­несли в храм, их встре­тил ста­рец Симеон. Симеон был одним из семи­де­сяти двух уче­ных мужей, по пору­че­нию еги­пет­ского царя Пто­ле­мея зани­мав­шихся пере­во­дом книг Вет­хого Завета с древ­не­ев­рей­ского языка на гре­че­ский. По Пре­да­нию, ста­рец Симеон, рабо­тая над пере­во­дом книги про­рока Исайи, усо­мнился в про­ро­че­стве о рож­де­нии Мес­сии от Девы (Ис. 7.14) и хотел испра­вить слово «Дева» на «Жена». В этот момент явился ему ангел и пред­ска­зал, что он не умрет до тех пор, пока не уви­дит сво­ими гла­зами испол­не­ние этого пророчества.

Придя одна­жды по вдох­но­ве­нию в храм, Симеон встре­тил там Того, Кого ожи­дал всю свою дол­гую жизнь. В Мла­денце Иисусе на руках Бого­ма­тери ста­рец узнал обе­щан­ного Изра­илю Мес­сию. Пора­жен­ный и обра­до­ван­ный встре­чей, Симеон при­нял в свои объ­я­тия Свя­того Мла­денца и ска­зал: «Ныне отпус­ка­ешь раба Тво­его, Вла­дыко, по слову Тво­ему, с миром, ибо видели очи мои спа­се­ние Твое, кото­рое Ты уго­то­вал пред лицем всех наро­дов, свет к про­све­ще­нию языч­ни­ков и славу народа Тво­его Изра­иля» (Лк.2.29–32).

Божия Матерь и Иосиф с удив­ле­нием слу­шали слова Симеона, а ста­рец, бла­го­сло­вив их и обра­ща­ясь к Свя­той Деве, доба­вил: «Се, лежит Сей (Мла­де­нец) на паде­ние и вос­ста­ние мно­гих в Изра­иле и в пред­мет пре­ре­ка­ний – и Тебе Самой ору­жие прой­дет душу, — да откро­ются помыш­ле­ния мно­гих сер­дец». Этими сло­вами Симеон пред­ска­зал, что в мире будет посто­ян­ная духов­ная борьба – тех, кто при­ни­мает и тех, кто гонит Хри­ста, и что Сама Пре­свя­тая Дева испы­тает много мате­рин­ского горя и ост­рых, как ору­жие, стра­да­ний – в про­дол­же­ние всего слу­же­ния Хри­стова и, в осо­бен­но­сти, у Креста.

Это встреча [17] сим­во­лична: два мира встре­ти­лись лицом к лицу. Ста­рец Симеон, как пред­ста­ви­тель Вет­хого Завета с его верой и надеж­дой на при­ход Хри­ста, и Богом­ла­де­нец Иисус – Осно­ва­тель Нового Завета и испол­не­ние всех мес­си­ан­ских ожи­да­ний Вет­хого Завета.

Тут же при­сут­ство­вала св. Анна Про­ро­чица, вдова 84 лет, кото­рая все­гда пре­бы­вала в храме, постом и молит­вой служа Богу день и ночь. Уви­дев Мла­денца Иисуса и услы­шав про­ро­че­ство о Нем Симеона, она про­сла­вила Бога и стала рас­ска­зы­вать всем в Иеру­са­лиме о рож­де­нии Мессии.

Свя­тое семей­ство жило в Виф­ле­еме, пока царь Ирод не узнал о рож­де­нии Хри­ста от волх­вов – муд­ре­цов, при­шед­ших с востока. «При­шли в Иеру­са­лим волхвы с востока и гово­рят: где родив­шийся царь Иудей­ский? ибо мы видели звезду Его на востоке и при­шли покло­ниться Ему» (Мф. 2.1–2).

Необык­но­вен­ная звезда, появив­ша­яся на небе в день Рож­де­ства Хри­стова, стала Божиим зна­ме­нием для восточ­ных муд­ре­цов, зна­ко­мых с иудей­скими пре­да­ни­ями и ожи­да­ни­ями Мес­сии. Они решили, что новая звезда воз­ве­щает миру о том, что про­ро­че­ства Вет­хого Завета сбы­лись и, нако­нец, родился вели­кий иудей­ский Царь. Они настолько были уве­рены в своих наблю­де­ниях и выво­дах, что сна­ря­дили кара­ван и отпра­ви­лись в Иудею, чтобы покло­ниться Ново­рож­ден­ному Младенцу.

Достиг­нув Иеру­са­лима, волхвы при­вели весь этот город в вол­не­ние одним вопро­сом: «Где родив­шийся Царь Иудей­ский? ибо мы видели звезду на востоке и при­шли покло­ниться Ему» (Мф.2.2). Слух о цели при­бы­тия восточ­ных муд­ре­цов быстро достиг цар­ского дворца. Встре­во­жен­ный изве­стием о при­бы­тии волх­вов, ищу­щих родив­ше­гося Вели­кого иудей­ского Царя, Ирод стал срочно выяс­нять место нахож­де­ния ново­рож­ден­ного мла­денца с тем, чтобы погу­бить Его. Ирод соби­рает пер­во­свя­щен­ни­ков и книж­ни­ков и узнает, что Мес­сия, согласно про­ро­че­ствам, дол­жен родиться в Виф­ле­еме – родине царя Давида.

Далее, чтобы опре­де­лить воз­раст Мла­денца, Ирод стал дей­ство­вать хит­ро­стью. Он тайно при­звал к себе волх­вов и выве­дал у них время появ­ле­ния звезды. В свою оче­редь он сооб­щил им, что, по све­де­ниям иудей­ских книж­ни­ков, новый Царь родился в Виф­ле­еме и, при­тво­рив­шись бла­го­че­сти­вым, ска­зал: «Пой­дите, тща­тельно раз­ве­дайте о Мла­денце и, когда най­дете, изве­стите меня, чтобы и мне пойти покло­ниться Ему» (Мф.2.8).

Когда волхвы поки­нули Иеру­са­лим, звезда, кото­рую они видели на востоке, вновь заси­яла перед ними на небе и стала дви­гаться в сто­рону Виф­ле­ема, пока не оста­но­ви­лась над местом, где был Мла­де­нец Хри­стос. Обра­до­ван­ные волхвы вошли в дом, где жило Свя­тое Семей­ство, и уви­дели Пре­свя­тую Деву Марию с Боже­ствен­ным Мла­ден­цем. Подойдя к Богом­ла­денцу, они покло­ни­лись Ему и поло­жили перед Ним при­не­сен­ные дары: золото, ладан и смирну. Дары волх­вов были сим­во­личны: они при­несли Хри­сту золото – как Царю, ладан – как Богу и смирну – как Чело­веку, Кото­рый дол­жен умереть.

Полу­чив во сне пове­ле­ние от ангела, волхвы не вер­ну­лись в Иеру­са­лим к Ироду, но ушли в свою страну дру­гим путем.

Вскоре после ухода волх­вов, Свя­тое Семей­ство тоже поки­нуло Виф­леем. Назван­ный отец Иисуса, пра­вед­ный Иосиф полу­чил во сне откро­ве­ние бежать с Мла­ден­цем и Его Мате­рью в Еги­пет, так как «Ирод хочет искать Мла­денца, чтобы погу­бить Его» (Мф. 2.13).

Когда царь понял, что восточ­ные муд­рецы раз­ру­шили его планы, он, не имея воз­мож­но­сти найти Мла­денца-Хри­ста и убить Его, послал в Виф­леем отряд сол­дат, кото­рому был дан бес­че­ло­веч­ный при­каз истре­бить всех сверст­ни­ков Хри­ста – маль­чи­ков моложе двух лет, родив­шихся в городе и его окрест­но­стях. Ирод был уве­рен, что среди этих детей ока­жется уби­тым и Хри­стос. При­каз царя был выпол­нен с неве­ро­ят­ной жесто­ко­стью. Виф­леем и его окрест­но­сти напол­ни­лись пла­чем и рыда­нием – матери пла­кали об уби­тых сол­да­тами детях.

Но в ско­ром вре­мени смерть настигла, нако­нец, и самого Ирода. Послед­ние дни его были ужасны; он сыпал про­кля­ти­ями, пытался покон­чить само­убий­ством и бре­дил кро­ва­выми расправами.

После Ирода цен­траль­ной обла­стью Пале­стины, Иудеей, стал пра­вить один из его уце­лев­ших сыно­вей – Архе­лай, а Гали­леей – дру­гой его сын, Ирод Антипа.

Свя­тое Семей­ство оста­ва­лось в Египте, пока ангел Гос­по­день не воз­ве­стил во сне Иосифу, что можно вер­нуться: «Встань, возьми Мла­денца и Матерь Его и иди в землю Изра­и­леву, ибо умерли искав­шие души Мла­денца» (Мф.2.20). Во время пути пра­вед­ный Иосиф узнал, что в Иеру­са­лиме цар­ствует жесто­кий Архе­лай. Соот­вет­ственно, посе­ле­ние в Виф­ле­еме, нахо­див­шимся вблизи Иеру­са­лима, было чре­вато новыми гоне­ни­ями. Наи­бо­лее без­опас­ным местом была север­ная иудей­ская про­вин­ция – Гали­лея и именно там, в род­ном городе Иосифа Наза­рете, посе­ли­лось Свя­тое Семейство.

В Наза­рете Гос­подь Иисус Хри­стос про­вел боль­шую часть Своей жизни. Он жил в очень про­стой бед­ной обста­новке. Под­чи­нялся Матери и назван­ному отцу – пра­вед­ному Иосифу, жил в мно­го­дет­ной семье (у Иосифа были дети от пер­вого брака – Иаков, Иосия, Иуда и Симон), учился плот­ни­че­ству (иудей­ский закон тре­бо­вал, чтобы каж­дый отец обу­чал сына реме­слу). По суб­бо­там Боже­ствен­ный Отрок с роди­те­лями ходил в сина­гогу [18] и там слу­шал чте­ние Закона и про­ро­ков. Жил Он, как гово­рит Еван­ге­лие, в любви у Бога и людей.

Начи­ная с две­на­дцати лет (это воз­раст рели­ги­оз­ного совер­шен­но­ле­тия у иудеев), Иисус вме­сте с роди­те­лями ходил на вели­кие празд­ники в Иеру­са­лим. Пер­вое посе­ще­ние Им Иеру­са­лима на празд­ник Пасхи было осо­бен­ным. Когда настало время воз­вра­щаться домой, Отрок Иисус отстал от роди­те­лей и остался в храме. Пра­вед­ный Иосиф и Божия Матерь уже далеко ото­шли от Иеру­са­лима, когда заме­тили, что Иисуса нет среди род­ствен­ни­ков и зна­ко­мых в толпе палом­ни­ков. Охва­чен­ные смя­те­нием Божия Матерь и прав. Иосиф поспе­шили вер­нуться в Иеру­са­лим. Они нашли Отрока Хри­ста в одном из при­тво­ров храма: Он нахо­дился среди учи­те­лей, слу­шал их речи и зада­вал им вопросы. Умуд­рен­ные седи­ной старцы удив­ля­лись вопро­сам и отве­там гали­лей­ского Отрока, не учив­ше­гося в их школах.

Велико было и изум­ле­ние Свя­той Девы, когда Она нашла Сво­его Сына в таком обще­стве. С чув­ством радо­сти и неж­ным упре­ком Она ска­зала Ему: «Чадо! что Ты сде­лал с нами? Вот, отец Твой и Я с вели­кою скор­бью искали Тебя». Он же отве­тил им: «Зачем было вам искать Меня? или вы не знали, что Мне должно быть в том, что при­над­ле­жит Отцу Моему?» (Лк.2.48–49). Никто из при­сут­ству­ю­щих не понял смысл этих слов, но Божия Матерь сохра­нила Его слова в сердце. Это был един­ствен­ный слу­чай до выхода на про­по­ведь, когда Иисус засви­де­тель­ство­вал, что Он – Сын Божий.

В Наза­рете Он про­дол­жал жить, как и все дети, нахо­дясь в послу­ша­нии у Своих роди­те­лей. По пре­да­нию, пра­вед­ный Иосиф скон­чался до выхода Хри­ста на про­по­ведь. После его смерти Иисус кор­мил Мать тру­дами Своих рук, рабо­тая плотником.

Личность и начало служения
святого Пророка и Предтечи Господня Иоанна

Неза­долго до выхода Иисуса Хри­ста на обще­ствен­ное слу­же­ние в Иудее появился про­рок Иоанн – со сви­де­тель­ством о ско­ром при­ше­ствии Мес­сии и при­зы­вом к покаянию.

Еван­ге­лие от Луки подробно рас­ска­зы­вает об обсто­я­тель­ствах рож­де­ния этого вели­кого свя­того от бла­го­че­сти­вых пре­ста­ре­лых роди­те­лей – свя­щен­ника Заха­рии и пра­вед­ной Ели­са­веты. Будучи уже в пре­клон­ном воз­расте, они сокру­ша­лись о своем бес­плод­стве и усердно молили Бога изба­вить их от этого несча­стья. Бог испол­нил про­ше­ние пра­вед­ни­ков и в глу­бо­кой ста­ро­сти даро­вал им сына.

Одна­жды в порядке свя­щен­ни­че­ской оче­реди Заха­рия совер­шал бого­слу­же­ние в Иеру­са­лим­ском храме. В один из дней своей службы Заха­рия вошел в свя­ти­лище для каж­де­ния. Неожи­данно по пра­вую сто­рону кадиль­ного жерт­вен­ника явился ему Ангел Гос­по­день и воз­ве­стил, что Бог услы­шал его молитвы и жена его, Ели­са­вета, родит сына: «… и наре­чешь ему имя: Иоанн; и будет тебе радость и весе­лие, и мно­гие о рож­де­нии его воз­ра­ду­ются…» (Лк.1.13–14). Но Заха­рия усо­мнился в сло­вах Ангела, не пове­рив, что в таком воз­расте он и его супруга смо­гут родить дитя. Заха­рия хорошо знал Свя­щен­ное Писа­ние и дол­жен был пом­нить о рож­де­нии Иса­ака Авра­амом и Сар­рой, о рож­де­нии про­рока Саму­ила пра­вед­ной Анной, поэтому за недо­ве­рие Богу он был нака­зан немо­той – до вре­мени испол­не­ния воз­ве­щен­ного ангелом.

После виде­ния Заха­рия вышел из свя­ти­лища и люди, молив­ши­еся в храме, поняли, что с ним про­изо­шло что-то необы­чай­ное: свя­щен­ник не мог гово­рить и объ­яс­нялся зна­ками. По окон­ча­нии дней сво­его слу­же­ния в храме Заха­рия воз­вра­тился домой. Когда пра­вед­ная Ели­са­вета поняла, что ждет ребенка, она не открыла это никому из зна­ко­мых и сми­ренно бла­го­да­рила Бога за милость.

Про­ро­че­ский дар ее сына, буду­щего Иоанна Кре­сти­теля, про­явился за три месяца до рож­де­ния, когда Ели­са­вету наве­стила Пре­свя­тая Дева Мария. Мария, уже пере­жив­шая радость Бла­го­ве­ще­ния и носив­шая во чреве Иисуса, знала от ангела, что и пре­ста­ре­лая род­ствен­ница ее, Ели­са­вета, ждет сына, и при­шла поздра­вить ее.

Почув­ство­вав при­бли­же­ние Пре­свя­той Девы и Мла­денца Хри­ста, Иоанн в утробе матери при­шел в радост­ное воз­буж­де­ние, и в этот момент Ели­са­вета узнала о тайне Бого­во­пло­ще­ния. Она про­ро­че­ски про­сла­вила Пре­чи­стую Деву как Бого­ро­дицу и засви­де­тель­ство­вала, что это зна­ние полу­чила от сво­его сына: «Бла­го­сло­венна Ты между женами, и бла­го­сло­вен плод чрева Тво­его! И откуда это мне, что при­шла Матерь Гос­пода моего ко мне? Ибо когда голос при­вет­ствия Тво­его дошел до слуха моего, взыг­рал мла­де­нец радостно во чреве моем. И бла­женна Уве­ро­вав­шая, потому что совер­шится ска­зан­ное Ей от Гос­пода» (Лк.1.42–45).

В ответ на необыч­ное при­вет­ствие своей род­ствен­ницы Свя­тая Дева также вос­пела про­ро­че­скую песнь: «Вели­чит душа Моя Гос­пода, и воз­ра­до­вался дух Мой о Боге, Спа­си­теле Моем, что при­з­рел Он на сми­ре­ние Рабы Своей, ибо отныне будут убла­жать Меня все роды; что сотво­рил Мне вели­чие Силь­ный и свято имя Его; и милость Его в роды родов к боя­щимся Его; явил силу мышцы Своей; рас­сеял над­мен­ных помыш­ле­ни­ями сердца их; низ­ло­жил силь­ных с пре­сто­лов, и воз­нес сми­рен­ных…» (Лк.1.46–52). Эта хвала Богу, вос­пе­тая бла­го­дар­ным серд­цем Бого­ро­дицы, пока­зы­вает, что только сми­рен­ный чело­век может достичь истин­ного вели­чия [19]. Так, Бог уви­дел сми­ре­ние Свя­той Девы и сде­лал Ее Цари­цей неба, поста­вив Ее выше анге­лов небесных.

Пре­свя­тая Бого­ро­дица про­вела в доме пра­вед­ных Заха­рии и Ели­са­веты около трех меся­цев, и вскоре после ухода Божией Матери в Наза­рет дом свя­щен­ника Заха­рии посе­тила новая боль­шая радость: Ели­са­вета родила сына.

Неожи­дан­ным для род­ствен­ни­ков и зна­ко­мых было твер­дое реше­ние матери мла­денца назвать сына Иоан­ном. У иудеев в те вре­мена было при­нято пере­да­вать в одном роду одни и те же имена из поко­ле­ния в поко­ле­ние. Когда род­ствен­ники обра­ти­лись к Заха­рии и зна­ками стали спра­ши­вать его, как он желает назвать сво­его сына, Заха­рия попро­сил дощечку и на ней напи­сал: «Иоанн имя ему» (Лк.1.63). В этот момент к Заха­рии воз­вра­тился дар речи, и он, вдох­нов­лен­ный Свя­тым Духом, начал про­слав­лять Бога и про­ро­че­ски воз­ве­щать о ско­ром при­ше­ствии в мир Мес­сии. Затем, обра­ща­ясь к сво­ему сыну Иоанну, он ска­зал: «И ты, мла­де­нец, наре­чешься про­ро­ком Все­выш­него, ибо преды­дешь пред лицем Гос­пода при­го­то­вить пути Ему, дать ура­зу­меть народу Его спа­се­ние в про­ще­нии гре­хов их…» (Лк.1.76–77).

Все при­сут­ству­ю­щие при­шли в боль­шое вол­не­ние. Иудеи жили ожи­да­нием Мес­сии, и поэтому сви­де­тель­ство Заха­рии о ско­ром при­ходе Мес­сии, под­креп­лен­ное столь необыч­ными собы­ти­ями, застав­ляло оче­вид­цев их выска­зы­вать раз­лич­ные пред­по­ло­же­ния о буду­щей судьбе сына Заха­рии и зада­ваться вопро­сом: «Что будет мла­де­нец сей?» (Лк.1.66).

По пре­да­нию, свя­той Иоанн рано поте­рял роди­те­лей. Когда Ирод дал при­каз избить мла­ден­цев в Виф­ле­еме и его окрест­но­стях, пра­вед­ная Ели­са­вета вме­сте с двух­лет­ним сыном скры­лась в Иудей­ской пустыне. Вскоре Иоанн остался сиро­той и рос один в дикой пустыне, хра­ни­мый и под­го­тав­ли­ва­е­мый Богом к вели­кому служению.

Иоанн жил в трост­ни­ках, оде­вался в зве­ри­ные шкуры и не стриг волос. Пищей ему слу­жили побеги рас­те­ний, дикий мед и саранча. Вели­кий аскет и молит­вен­ник, он почти всю жизнь про­вел в уеди­не­нии, ожи­дая Боже­ствен­ного при­зыва. Когда свя­тому Иоанну испол­ни­лось трид­цать лет, Бог послал его на берега Иор­дана к «заблуд­шим овцам дома Изра­и­лева», пове­лев воз­ве­стить о ско­ром явле­нии в мир Спа­си­теля и о том, чтобы иудеи при­го­то­ви­лись к Его встрече через пока­я­ние и крещение.

Шел 779 год от осно­ва­ния Рима. Это был пят­на­дца­тый год прав­ле­ния рим­ского импе­ра­тора Тибе­рия. Изра­иль давно уже поте­рял само­сто­я­тель­ность и все­цело нахо­дился под вла­стью Рима. В Иеру­са­лим для наблю­де­ния за поряд­ком при­был оче­ред­ной импер­ский намест­ник (про­ку­ра­тор) Пон­тий Пилат. Но поли­ти­че­ская под­чи­нен­ность языч­ни­кам только обост­рила мес­си­ан­ские пере­жи­ва­ния и ожи­да­ния иудеев. Мно­гие бла­го­че­сти­вые иудеи день и ночь нахо­ди­лись в храме, ожи­дая труб­ного звука, воз­ве­ща­ю­щего при­ше­ствие Мес­сии. И ожи­да­ния их были не напрасны. На бере­гах Иор­дана раз­дался голос вели­кого пророка.

К иор­дан­скому про­по­вед­нику стал быстро сте­каться народ со всей Пале­стины. Люди жадно ловили каж­дое слово про­рока о ско­ром наступ­ле­нии Цар­ства Божия. В усло­виях под­чи­нен­но­сти нена­вист­ным рим­ля­нам евреи наде­я­лись, что дол­го­ждан­ный Мес­сия воз­гла­вит народ­ное вос­ста­ние и уни­что­жит рим­ское вла­ды­че­ство, а избран­ный Богом народ ста­нет гос­под­ство­вать над всем миром. Но из уст Иоанна Кре­сти­теля они услы­шали, что наступ­ле­ние Цар­ства Мес­сии нельзя при­бли­зить с помо­щью ору­жия. Время при­хода Спа­си­теля уже настало, но Он при­дет не для утвер­жде­ния поли­ти­че­ского миро­вого цар­ства, а для сози­да­ния Цар­ства духов­ного. Кре­сти­тель обли­чал пороки и при­зы­вал к пока­я­нию и отказу от стра­стей, греха и зла во всех его видах. «Покай­тесь! – взы­вал св. Иоанн к народу, – ибо при­бли­зи­лось Цар­ство Небес­ное» (Мф.3.2).

Не отклик­ну­лись на его при­зывы к пока­я­нию только фари­сеи и сад­ду­кеи. Фари­сеи, гор­дясь про­ис­хож­де­нием от Авра­ама и ста­ра­ясь соблю­дать все обря­до­вые пред­пи­са­ния Закона Мои­се­ева, и так счи­тали себя пра­вед­ными и достой­ными войти в Цар­ство Мес­сии, поэтому не чув­ство­вали нужды в пока­я­нии. Сад­ду­кеи, с дру­гой сто­роны, не верили в вос­кре­се­ние мерт­вых, буду­щую жизнь и воз­да­я­ние за грехи, поэтому также не счи­тали нуж­ным каяться.

На про­стой же народ сила слова и лич­ная свя­тость про­рока Иоанна про­из­во­дили неиз­гла­ди­мое дей­ствие. Кре­ще­ние, совер­ша­е­мое Иоан­ном, не давало про­ще­ния гре­хов, но люди, схо­див­шие по его при­зыву в Иор­дан, сви­де­тель­ство­вали этим свою готов­ность изме­нить свою жизнь и пере­стать гре­шить. К нему шли горо­жане и зем­ле­дельцы, сбор­щики пода­тей (мытари) и воины и ко всем Иоанн обра­щался с осо­бен­ным настав­ле­нием. Неко­то­рые из кре­щен­ных Иоан­ном оста­ва­лись с ним, ста­но­ви­лись его уче­ни­ками и помо­гали совер­шать кре­ще­ния. Вокруг Кре­сти­теля посте­пенно обра­зо­ва­лась неболь­шая община, кото­рой он дал пра­вила жизни и учил молитве. Так, в числе уче­ни­ков Кре­сти­теля были Андрей и Иоанн из гали­лей­ского города Виф­са­иды, буду­щие апо­столы Хри­стовы (Ин.1.35–41).

Неко­то­рым иудеям каза­лось, что настало давно ожи­да­е­мое время и что сам Иоанн есть Мес­сия, Кото­рый утвер­дит Цар­ство Божие на земле. Иудеи с надеж­дой смот­рели на иор­дан­ского отшель­ника. Но Иоанн посто­янно под­чер­ки­вал, что он не Мес­сия и явля­ется только Пред­те­чей, т.е. «иду­щим перед [20]» Хри­стом, в силу осо­бен­ной мис­сии, пору­чен­ной ему Богом: придти раньше Иисуса Хри­ста и при­го­то­вить иудей­ский народ к при­ня­тию Хри­ста как Мес­сии и Сына Божия.

Мно­гое в образе Кре­сти­теля напо­ми­нало вет­хо­за­вет­ного про­рока Илию: аске­тизм, огнен­ная рев­ность о Боге, при­зыв к пока­я­нию и обли­чи­тель­ная про­по­ведь, не поща­див­шая даже цар­ский дом. Иоанн Кре­сти­тель все­на­родно обли­чил царя Ирода Антипу и его жену Иро­ди­аду в пре­лю­бо­де­я­нии. Иро­ди­ада ушла от сво­его закон­ного мужа Филиппа и стала женой его свод­ного брата, Ирода. Не стер­пев обли­че­ния, Иро­ди­ада, подобно царице Иеза­вели, неко­гда под­верг­шей гоне­ниям про­рока Илию, искала смерти Кре­сти­теля, под­го­то­вила его арест и казнь.

Начало общественного служения Господа Иисуса Христа

Обсто­я­тель­ства и смысл Кре­ще­ния Гос­подня от Иоанна, иску­ше­ния Гос­пода Иисуса Хри­ста в пустыне,
выход на про­по­ведь, совер­ше­ние пер­вого чуда, появ­ле­ние пер­вых уче­ни­ков, беседа с Нико­ди­мом, уда­ле­ние в Гали­лею, при­зва­ние уче­ни­ков и избра­ние Две­на­дцати апо­сто­лов, Нагор­ная проповедь 

Крещение Господне

После при­мерно трид­цати лет част­ной жизни, Хри­стос вышел на обще­ствен­ное слу­же­ние. Как и мно­гие иудеи, Иисус Хри­стос при­шел на Иор­дан, чтобы кре­ститься от Иоанна. Пред­теча, будучи про­ро­ком, уви­дел, что Иисус не имеет гре­хов и необ­хо­ди­мо­сти в пока­я­нии, поэтому удер­жи­вал Его, говоря: «Мне надобно кре­ститься от Тебя, и Ты ли при­хо­дишь ко мне?» (Мф.3.14). Но после слов Хри­ста: «Оставь теперь, ибо так над­ле­жит нам испол­нить вся­кую правду» (Мф.3.15) Иоанн допу­стил Иисуса в воды Иор­дана и совер­шил кре­ще­ние. Этими сло­вами: «…ибо так над­ле­жит нам испол­нить вся­кую правду» Хри­стос при­звал Иоанна оста­вить все чело­ве­че­ские сооб­ра­же­ния и делать то, что Бог пове­лел ему делать (т.е. кре­стить), а Спа­си­тель будет делать то, что Он дол­жен. Также этим отве­том Иоанну Гос­подь пока­зал, что Он готов взять на Себя послед­ствия гре­хо­па­де­ния Адама, сми­рить Се­бя, при­нять кре­ще­ние и даже смерть за чужие грехи, ответ­ствен­ность за кото­рые Он доб­ро­вольно воз­ла­гает на Свои плечи. Слу­же­ние Мес­сии, нача­тое омо­ве­нием в воде Иор­дана, завер­шится кро­ва­вым омо­ве­нием на Гол­гофе: омо­ве­нием, кото­рое очи­стит всех людей от греха.

Когда Иисус выхо­дил из воды, Бог открыл Иоанну Пред­тече, что Иисус есть Сын Божий: Кре­сти­тель уви­дел, как отверз­лось небо, и Дух Божий в виде голубя сошел на Хри­ста, и услы­шал голос Бога-Отца: «Сей есть Сын Мой воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­воление» (Мф.3.17). Став оче­вид­цем этого откро­ве­ния, Пред­теча после Кре­ще­ния Хри­ста сви­де­тель­ство­вал миру, что Иисус есть Сын Божий и ожи­да­е­мый Мес­сия, Кото­рый будет кре­стить Духом Свя­тым и огнем.

Кре­ще­ние Хри­стово на Иор­дане назы­ва­ется также Бого­яв­ле­нием, поскольку в этом собы­тии Трии­по­стас­ный Бог явил Себя людям: Бог-Сын, став­ший чело­ве­ком, кре­стился, Бог Дух Свя­той нис­хо­дил на Него, Бог-Отец сви­де­тель­ство­вал о Сыне. Это было пер­вое откро­ве­ние Три­еди­ного Боже­ства миру.

Искушения в пустыне

После кре­ще­ния Иисус Хри­стос не сразу вышел на про­по­ведь. В Еван­ге­лии мы читаем, что Свя­той Дух ведет Хри­ста не в города, а в иудей­скую пустыню: «Немед­ленно после то­го Дух ведет Его в пустыню» (Мк. 1.12–13). «Там сорок дней Он был иску­шаем от диа­вола и ничего не ел в эти дни» (Лк. 4.2).

Все слу­же­ние и подвиг Хри­стов пред­став­ляет собой борьбу с духом зла. Когда Гос­подь при­шел в пустыню, диа­вол, неко­гда вверг­ший в грех Адама, захо­тел побе­дить и Хри­ста – Чело­века, над кото­рым силы зла нико­гда не имели вла­сти. Диа­вол осме­ли­вался иску­шать Хри­ста, не зная всей глу­бины тайны Бого­че­ло­ве­че­ства и не пони­мая боже­ствен­ного сми­ре­ния Хри­ста, по Своей воле при­няв­шего, словно Он был одним из греш­ни­ков, кре­ще­ние, пост, изну­ре­ние тела и в конеч­ном счете – смерть.

В пустыне Иисус Хри­стос сорок дней пре­бы­вал в молитве и посте, не вку­шая ника­кой пищи. По про­ше­ствии этого срока физи­че­ские силы не выдер­жали, и Хри­стос почув­ство­вал нестер­пи­мый голод. Именно в этот момент к Нему при­сту­пил диа­вол, иску­шая (испы­ты­вая) Его.

Пер­вое иску­ше­ние. Диа­вол пыта­ется вну­шить Хри­сту лож­ную мысль: мате­ри­аль­ные цен­но­сти выше духов­ных, самое глав­ное в жизни это хлеб для пита­ния, а все дру­гое вто­ро­сте­пенно: вера, любовь, доб­ро­де­тель, испол­не­ние нрав­ствен­ного долга воз­можны лишь тогда, когда чело­век сыт. Ука­зы­вая на серые камни, злой дух ска­зал Хри­сту: «Если ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сде­ла­лись хле­бами» (Мф.4.3).

Пред­ла­гая это, диа­вол, с одной сто­роны, ждал, что Хри­стос Своим при­ме­ром пока­жет, что тело важ­нее духа, что самое глав­ное для чело­века – насы­ще­ние тела, а с дру­гой сто­роны, он своим пер­вым иску­ше­нием хотел посе­ять в душе Хри­ста сомне­ние в Его мес­си­ан­ском досто­ин­стве или напра­вить его на лож­ный путь мес­си­ан­ского слу­же­ния. Хри­стос отвер­гает пред­ло­жен­ный диа­во­лом путь поко­ре­ния мира, отве­чая цита­той из Писа­ния: «Не хле­бом одним будет жить чело­век, но вся­ким сло­вом, исхо­дя­щим из уст Божиих» (Мф.4.4). Этими сло­вами Гос­подь пока­зы­вает, в чело­веке должно гос­под­ство­вать не мате­ри­аль­ное начало, но духов­ное: веще­ствен­ным хле­бом нельзя насы­тить духов­ную при­роду чело­века, душа чело­ве­че­ская жаж­дет Слова Божия и без него уми­рает. Своим отве­том Иисус не отвер­гает хлеб зем­ной, но выше него ста­вит Хлеб Небес­ный, т. е. обще­ние с Богом. Люди, кото­рые только из-за куска хлеба готовы после­до­вать за Хри­стом, не бла­го­на­дежны для Цар­ства Божия.

Вто­рое иску­ше­ние. Злой дух воз­во­дит Гос­пода на кровлю (крышу) Иеру­са­лим­ского храма и пред­ла­гает бро­ситься вниз, чтобы дока­зать тол­пив­шимся внизу иудеям, что Он Сын Божий. При этом диа­вол хит­рит и ссы­ла­ется на авто­ри­тет Свя­щен­ного Писа­ния, говоря, что в псалме 90-ом напи­сано, что пры­жок вниз не угро­жает жизни Мес­сии – ангелы тот­час под­хва­тят Его и поне­сут к изум­лен­ному народу.

Иудеи ждали Мес­сию с неба, во блеске зем­ной славы, поэтому диа­вол побуж­дает Иисуса Хри­ста эффектно явиться Сво­ему народу в окру­же­нии небес­ных сил, прямо с неба, как Бог; он настой­чиво пыта­ется напра­вить слу­же­ние Хри­ста на лож­ный путь, отвра­тить Его от пути скорби и стра­да­ний. Но Хри­стос, Кото­рый при­шел, чтобы явить миру жерт­вен­ную любовь Бога к людям и спа­сти их ценой Своей смерти, отвер­гает повторно пред­ло­жен­ный диа­во­лом путь при­нуж­де­ния воли чело­века. Он отве­тил сатане: «Не иску­шай Гос­пода Бога тво­его» (Мф.4.7). Гос­подь Своим отве­том пока­зы­вает, что нельзя испы­ты­вать тер­пе­ние Божие, а также, что Сын Божий при­шел на землю не для того, чтобы силою чудес и эффект­но­стью зре­лищ пора­бо­тить сво­бод­ную волю и сердце чело­века; ника­кое вели­кое чудо не заста­вит людей пове­рить в Него как Сына Божия, т.к. тайна Бого­во­пло­ще­ния откры­ва­ется только вере и любви.

Тре­тье иску­ше­ние это иску­ше­ние вла­стью: злой дух воз­во­дит Хри­ста на высо­кую гору, пока­зы­вает Ему во мгно­ве­ние ока все цар­ства мира сего и славу их и пред­ла­гает власть над всеми цар­ствами, если только Иисус, как и дру­гие люди, покло­нится, под­чи­нится диа­волу. Фак­ти­че­ски сатана вновь пред­ла­гает Иисусу стать тем Мес­сией, кото­рого ждут иудеи – вели­ким царем Изра­иля, вла­ды­кой мира, кото­рый под­чи­нит иудеям все народы.

«Отойди от Меня, сатана, — отве­тил Хри­стос, — ибо напи­сано: Гос­поду Богу тво­ему покло­няйся и Ему одному служи» (Мф.4.10).

Три иску­ше­ния, три пути мес­си­ан­ского слу­же­ния, пред­ло­жен­ные диа­во­лом и отверг­ну­тые Иису­сом, в конце чело­ве­че­ской исто­рии выбе­рет анти­христ – чело­век греха.Христос же, чтобы спа­сти людей от вла­сти диа­вола и веч­ной смерти, избрал Крест­ный путь служения.

Свидетельства св. Иоанна Крестителя о Господе Иисусе Христе

После иску­ше­ний Иисус Хри­стос из пустыни напра­вился к бере­гам Иор­дана, где Его Пред­теча про­дол­жал при­зы­вать народ к пока­я­нию. Иоанн Кре­сти­тель, уви­дев при­бли­жа­ю­ще­гося к нему Иисуса и ука­зы­вая на Него, ска­зал народу: «Вот Агнец Божий, Кото­рый берет на Себя грех мира. Сей есть, о Кото­ром я ска­зал: за мною идет Муж, Кото­рый стал впе­реди меня, потому что Он был прежде меня… Я не знал Его, но Послав­ший меня кре­стить в воде ска­зал мне: на Кого уви­дишь Духа схо­дя­щего и пре­бы­ва­ю­щего на Нем, Тот есть кре­стя­щий Духом Свя­тым. И я видел и засви­де­тель­ство­вал, что Сей есть Сын Божий» (Ин.1.29–30, 33–34). Таким обра­зом, Пред­теча при­на­родно объ­явил Иисуса Мес­сией и Сыном Божиим.

Св. Иоанн Кре­сти­тель назы­вает Хри­ста «Агн­цем Божиим», чтобы пока­зать что Иисус Хри­стос это Мес­сия стра­да­ю­щий: иудеи в жертву Богу при­но­сили агн­цев (ягнят) и тель­цов, не име­ю­щих какого-либо недо­статка; так и Хри­стос, не при­част­ный греху, при­не­сет Себя в Жертву за людей.

Момент сви­де­тель­ства св. Иоанна Кре­сти­теля о Хри­сте как об Агнце изоб­ра­жен на зна­ме­ни­том полотне Ива­нова А. И. «Явле­ние Хри­ста народу». Вдох­но­вен­ный Пред­теча ука­зы­вает толпе на при­бли­жа­ю­ще­гося Спа­си­теля. Люди взвол­но­ваны: кто смот­рит с надеж­дой, кто с любо­пыт­ством, а кто и с сомне­нием. Хри­стос же спус­ка­ется по дороге, зная, куда идет и для чего послан в мир.

Первая встреча Спасителя с будущими апостолами

Вскоре после выхода на обще­ствен­ное слу­же­ние и сви­де­тель­ства Пред­течи у Иисуса Хри­ста появ­ля­ются уче­ники. Пер­выми после­до­вали за Ним быв­шие уче­ники св. Иоанна Кре­сти­теля – Андрей (Пер­во­зван­ный) и Иоанн (впо­след­ствии назван­ный Бого­сло­вом). Обра­до­ван­ный встре­чей с Хри­стом Андрей при­вел к Нему сво­его брата Симона. Спа­си­тель, взгля­нув на Симона и пред­видя в нем кре­пость веры и его труды для Церкви, дал ему новое имя: «Ты – Симон, сын Ионин; ты наре­чешься Кифа, что зна­чит: камень (Петр)» (Ин.1.42). Впо­след­ствии Симон-Петр стал вели­ким (пер­во­вер­хов­ным) апо­сто­лом Церкви Христовой.

Гос­подь с тремя уче­ни­ками отпра­вился в Гали­лею. По пути Он уви­дел Филиппа, кото­рый тоже направ­лялся в Гали­лею, так как был родом из Виф­са­иды, из одного города с Пет­ром, Андреем и Иоан­ном. Обра­ща­ясь к Филиппу, Иисус ска­зал: «Иди за Мною» (Ин.1.43) и этого при­зва­ния было доста­точно, чтобы Филипп стал пре­дан­ным Его учеником.

Филипп нахо­дит сво­его друга Нафа­наила и зовет его ко Хри­сту: «Мы нашли Того, о Кото­ром писали Мои­сей… и про­роки, Иисуса, сына Иоси­фова, из Наза­рета» (Ин.1.45). Но Нафа­наил хотел разу­мом понять то, что его друг вос­при­нял серд­цем. Он при­над­ле­жал к раз­ряду тех людей, кото­рые ста­ра­ются пред­ва­ри­тельно убе­диться в истин­но­сти того, во что им пред­ла­гают верить. Зная, что жители Наза­рета не поль­зу­ются хоро­шей сла­вой, Нафа­наил усо­мнился в истин­но­сти слов Филиппа и ска­зал: «Из Наза­рета может ли быть что доб­рое?» (Ин.1.46). Филипп не стал спо­рить с дру­гом, а пред­ло­жил ему самому убе­диться в том, что Иисус из Наза­рета есть дей­стви­тельно обе­щан­ный Мес­сия – пойти и посмот­реть на Христа.

Когда Хри­стос уви­дел иду­щих к Нему Филиппа и Нафа­наила, Он ска­зал Своим уче­ни­кам, ука­зы­вая на Нафа­наила: «Вот под­линно Изра­иль­тя­нин, в кото­ром нет лукав­ства» (Ин.1.47). Удив­лен­ный этими сло­вами, Нафа­наил спро­сил Хри­ста: «Почему Ты зна­ешь меня?» Гос­подь отве­тил ему: «Прежде, нежели позвал тебя Филипп, когда ты был под смо­ков­ни­цею, Я видел тебя» (Ин.1.48). Эти слова Спа­си­теля еще больше пора­зили Нафа­наила и обез­ору­жили его скеп­ти­че­ский рас­су­док. Он знал, что только Богу ведомы его сокро­вен­ные думы и молитвы, кото­рые он совер­шал под смо­ков­ни­цей, поэтому в радост­ном порыве Нафа­наил вос­клик­нул: «Равви! Ты Сын Божий, Ты Царь Изра­и­лев!» (Ин.1.49).

Выслу­шав испо­ве­да­ние Нафа­наила, Гос­подь ска­зал уче­ни­кам: «Истинно, истинно говорю вам: отныне будете видеть небо отвер­стым и Анге­лов Божиих вос­хо­дя­щих и нис­хо­дя­щих к Сыну Чело­ве­че­скому» (Ин.1.51). Этими сло­вами Он напом­нил о чудес­ном виде­нии пат­ри­ар­хом Иако­вом лест­ницы, соеди­нив­шей небо и землю. Тот, Кото­рый в виде­нии стоял наверху лест­ницы, теперь сошел на землю как Сын Человеческий.

Вера уче­ни­ков в мес­си­ан­ское досто­ин­ство Иисуса из Наза­рета еще более укре­пи­лась совер­шен­ными Им чуде­сами, Его уче­нием о Цар­стве Божием и путях его достижения.

Первое чудо в Кане Галилейской

(Ин.2.1–11)

На тре­тий день, после встречи с Нафа­наи­лом, Хри­стос с пер­выми пятью уче­ни­ками подо­шел к Кане Гали­лей­ской. Это был неболь­шой горо­док, рас­по­ло­жен­ный при­мерно в двух часах ходьбы от Назарета.

В это время в Кане у одних небо­га­тых людей, веро­ятно, род­ствен­ни­ков Пре­свя­той Девы Марии, празд­но­ва­лась сва­дьба. Хри­стос с уче­ни­ками тоже был при­гла­шен на сва­деб­ный пир. Тор­же­ство бра­ко­со­че­та­ния на Востоке сопро­вож­да­лось боль­шой пыш­но­стью и дли­лось ино­гда несколько дней. Во время этого тор­же­ства, когда люди без­за­ботно весе­ли­лись, к вели­кому стыду и огор­че­нию хозяев, кон­чи­лось вино. Такой слу­чай, ввиду осо­бен­но­стей восточ­ного госте­при­им­ства, был насто­я­щей бедой.

Желая помочь устро­и­те­лям пира выйти из затруд­ни­тель­ного поло­же­ния, Пре­свя­тая Бого­ро­дица подо­шла к Хри­сту и ска­зала Ему о беде ново­брач­ных. На просьбу Матери Хри­стос отве­тил: «Что Мне и Тебе, Жено? еще не при­шел час Мой» (Ин.2.4). Из этого ответа Свя­тая Дева поняла, что еще не при­шло время, чтобы Ее сын про­явил Свою Боже­ствен­ную силу, но Она знала любовь Хри­ста к людям и была уве­рена, что Он непре­менно помо­жет нуж­да­ю­щимся, поэтому ска­зала слу­гам: «Что ска­жет Он вам, то сде­лайте» (Ин.2.5).

Хри­стос не мог отка­зать Матери, поэтому пове­лел налить воды в боль­шие камен­ные сосуды, а затем, почерп­нув из них, отне­сти к рас­по­ря­ди­телю пира. Когда же рас­по­ря­ди­тель отве­дал воды, кото­рая по слову Хри­ста пре­вра­ти­лась в пре­вос­ход­ное вино, то, подо­звав к себе жениха, ска­зал ему: «Вся­кий чело­век подает сперва хоро­шее вино, а когда напьются, тогда худ­шее; а ты хоро­шее вино сбе­рег доселе» (Ин.2.10).

Так, по просьбе Своей Матери, Заступ­ницы рода чело­ве­че­ского, Гос­подь совер­шил пер­вое чудо и явил славу Свою. Уче­ники, став­шие сви­де­те­лями чуда, утвер­ди­лись в вере в Него как Мес­сию. С этого вре­мени Спа­си­тель неод­но­кратно помо­гал людям, исце­ляя болезни, помо­гая в бед­ствиях, вос­кре­шая мерт­вых. Все чудеса Спа­си­теля сви­де­тель­ство­вали о Нем, как о Сыне Божием.

Беседа с Никодимом

(Ин.3.1–21)

На боль­шие празд­ники (Пасха, Пяти­де­сят­ница, празд­ник Кущей и др.) Иисус Хри­стос ходил в Иеру­са­лим. В одно из таких посе­ще­ний Иеру­са­лима к нему ночью при­шел один из началь­ни­ков Иудей­ских Нико­дим. Его при­ход и при­чина, ради кото­рой он искал встречи с Хри­стом, пока­зы­вает, что не все фари­сеи враж­дебно отно­си­лись к Иисусу, были и такие, что искренно искали правду и впо­след­ствии уве­ро­вали во Хри­ста как Мессию.

Нико­дим знал, что Хри­стос совер­шает уди­ви­тель­ные чудеса, и при­шел к Иисусу как чело­веку Божьему, чтобы побе­се­до­вать о Цар­стве Небес­ном. Как и дру­гие иудеи, Нико­дим был носи­те­лем лож­ных пред­став­ле­ний о Мес­сии и Его Цар­стве и счи­тал, что его народ достоин этого Цар­ства уже бла­го­даря про­ис­хож­де­нию от Авраама.

Исправ­ляя взгляды Нико­дима, Хри­стос напом­нил, что Цар­ство Божие есть Цар­ство духов­ное, поэтому для входа в него необ­хо­димо духов­ное пере­рож­де­ние чело­века. Новое – духов­ное — рож­де­ние совер­ша­ется в кре­ще­нии: «Истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Цар­ствие Божие. Рож­ден­ное от плоти есть плоть, а рож­ден­ное от Духа есть дух. Не удив­ляйся тому, что Я ска­зал тебе: должно вам родиться свыше» (Ин. 3.5–7). По уче­нию Спа­си­теля вся­кий ищу­щий Цар­ства Божия дол­жен пока­яться и кре­ститься. Кре­ще­ние названо Хри­стом духов­ным рож­де­нием, т.к. в нем чело­век усы­нов­ля­ется Богу и полу­чает духов­ную силу (бла­го­дать) для борьбы с гре­хом и испол­не­ния воли Божией.

Нико­диму тяжело было отка­заться от при­выч­ных пред­став­ле­ний и при­нять уче­ние Хри­ста о духов­ном Цар­стве. Несколько раз в тече­ние беседы он недо­уме­вает: «Как это может быть?» Это непо­ни­ма­ние Нико­дима вызы­вает горь­кий упрек Спа­си­теля: «Ты – учи­тель Изра­и­лев, и этого ли не зна­ешь?» Обра­зо­ван­ный, зна­ю­щий Писа­ние и при­над­ле­жа­щий к рели­ги­оз­ным руко­во­ди­те­лям иудеев, Нико­дим обя­зан был знать и пони­мать то, о чем Спа­си­тель ему говорит.

Гос­подь, опи­ра­ясь на сви­де­тель­ство Писа­ния, помо­гает Нико­диму понять и тайну при­ше­ствия в мир Мес­сии. Иисус гово­рит о Мес­сии не как о заво­е­ва­теле и осво­бо­ди­теле иудеев от внеш­него под­чи­не­ния языч­ни­кам, но как о Сыне Божием и Мес­сии стра­да­ю­щем – что и было пред­ска­зано Зако­ном и про­ро­ками: «И как Мои­сей воз­нес змию в пустыне, так должно воз­не­сено быть Сыну Чело­ве­че­скому» (Ин.3.14). При­чи­ной при­хода в мир Сына явля­ется любовь Бога к людям: «Ибо так воз­лю­бил Бог мир, что отдал Сына Сво­его Еди­но­род­ного, дабы вся­кий веру­ю­щий в Него, не погиб, но имел жизнь веч­ную» (Ин.3.16)

Видимо, след­ствием именно этой беседы стала вера и тай­ное уче­ни­че­ство Нико­дима Гос­поду Иисусу Хри­сту. В Еван­ге­лии Нико­дим упо­ми­на­ется еще два­жды: когда защи­щает Спа­си­теля перед началь­ни­ками иудей­скими (Ин.7.50–52) и когда при­ни­мает уча­стие в погре­бе­нии Рас­пя­того (Ин.19.39). По Пре­да­нию, открыто встав на сто­рону уче­ни­ков Спа­си­теля, он уже не мог зани­мать свою высо­кую долж­ность, под­вергся пре­сле­до­ва­ниям и был каз­нен за веру во Христа.

Удаление Спасителя в Галилею. Проповедь в Назарете

Слух о том, что Иисус из Наза­рета про­по­ве­дует на Иор­дане, толпы народа идут к Нему и коли­че­ство уче­ни­ков его уве­ли­чи­ва­ется, быстро обле­тел всю Иудею и серьезно обес­по­коил чле­нов Синед­ри­она (вер­хов­ного рели­ги­оз­ного суда иудеев). Они срочно послали своих людей, чтобы те неот­ступно ходили за новым Про­по­вед­ни­ком и сле­дили за Его дея­тель­но­стью. Избе­гая враж­деб­ного вни­ма­ния фари­сеев и книж­ни­ков, Иисус Хри­стос поки­нул берега Иор­дана и Иудею и вме­сте с уче­ни­ками напра­вился через Сама­рию в Галилею.

В Гали­лее, помимо евреев, жило много ино­стран­цев-языч­ни­ков, между кото­рыми были фини­кийцы, греки, арабы, егип­тяне и др. Вслед­ствие такого сме­ше­ния гали­лей­ских евреев с языч­ни­ками евреи из Иудеи смот­рели на гали­леян с пре­зре­нием. Но как раз это-то сме­ше­ние и предо­хра­няло гали­лей­ских евреев от фари­сей­ства (лице­ме­рия), кото­рым были зара­жены евреи, жив­шие в Иудее. Гали­ле­яне были более вос­при­им­чивы к уче­нию Хри­ста; они соби­ра­лись на откры­том месте или в своих сина­го­гах и с боль­шим вни­ма­нием слу­шали речи Учи­теля. Ино­гда толпа была так велика, что Иисус Хри­стос садился в лодку и оттуда обра­щался к народу, рас­по­ло­жив­ше­муся на берегу.

Гали­ле­яне слы­шали о чуде­сах, совер­шен­ных Иису­сом в Иудее, поэтому, как только Хри­стос вер­нулся в Гали­лею, они тол­пами шли к Нему, при­водя с собой боль­ных. Неко­то­рые при­зна­вали Иисуса Наза­ря­нина Мес­сией, а неко­то­рые счи­тали Его одним из вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков; были и враж­дебно отно­сив­ши­еся к Нему.

Про­по­ве­дуя по всей Гали­лее, Гос­подь одна­жды при­шел в Свой род­ной город Наза­рет, где был вос­пи­тан и где Его хорошо знали. При­шел Он в Наза­рет спу­стя неко­то­рое время после воз­вра­ще­ния из Иудеи, когда слава о Нем как о вели­ком про­роке рас­про­стра­ни­лась по всей Гали­лее. Хри­стос Сам гово­рил, что «ника­кой про­рок не при­ни­ма­ется в своем оте­че­стве» (Лк. 4.24), и все же Он хотел, чтобы и Наза­рет услы­шал Его спа­си­тель­ное учение.

В суб­боту Гос­подь вошел в Наза­рет­скую сина­гогу, где уже собра­лись жители городка. Началь­ник сина­гоги раз­ре­шил Иисусу про­чи­тать что-нибудь из про­ро­че­ских книг. Хри­стос встал на воз­вы­шен­ное место, раз­вер­нул сви­ток про­рока Исайи и про­чи­тал про­ро­че­ство о при­ходе Мес­сии: «Дух Гос­по­день на Мне; ибо Он пома­зал Меня бла­го­вест­во­вать нищим, и послал Меня исце­лять сокру­шен­ных серд­цем, про­по­ве­до­вать плен­ным осво­бож­де­ние, сле­пым про­зре­ние, отпу­стить изму­чен­ных на сво­боду, про­по­ве­до­вать лето Гос­подне бла­го­при­ят­ное» (Лк.4.18). Окон­чив чте­ние, Гос­подь свер­нул свя­щен­ный сви­ток, сел на место учи­теля (рав­вина) и ска­зал народу, что пред­ска­зан­ное Исайей уже испол­ни­лось и время при­хода Мес­сии уже настало.

Жители Наза­рета слы­шали о чуде­сах, кото­рые совер­шил Иисус, поэтому поняли, что Он гово­рит о Себе как о Мес­сии. Но вме­сто радо­сти при­сут­ству­ю­щих в сина­гоге охва­тила злость. Слиш­ком живы были чисто быто­вые вос­по­ми­на­ния о Нем. Мно­гие из них знали Иисуса еще маль­чи­ком, знали, что Он плот­ник, неод­но­кратно при­ни­мав­ший их нехит­рые заказы. Естествен­но их недо­уме­ние: «Откуда у Него такая пре­муд­рость и силы? не плот­ни­ков ли Он сын? не Его ли Мать на­зывается Мария, и бра­тья Его Иаков и Иосий, и Си­мон и Иуда? и сестры Его не все ли между нами?.. И соблаз­ня­лись о Нем» (Мф. 13.54–57).

Гос­подь, видя неве­рие жите­лей Наза­рета, обли­чил их за это и ска­зал, что языч­ники по вере часто бывают достой­нее бого­из­бран­ного народа. Озлоб­ле­ние про­тив Хри­ста дошло до того, что фари­сеи схва­тили Его, повлекли на высо­кую гору и хотели убить, но Гос­подь про­шел сквозь разъ­ярен­ную толпу невре­ди­мым, так как еще не настало время Его стра­да­ний. Поки­дая Свой род­ной город, Хри­стос ска­зал: «Не бывает про­рок без чести, разве только в оте­че­стве своем...» (Мф.13.58). Гос­подь не совер­шил ни одного чуда в этом городе из-за неве­рия жителей.

Надо отме­тить, что впо­след­ствии Хри­стос, уко­ряя иные города за то, что они не пове­рили и не пока­я­лись, не вклю­чил в их число род­ного Наза­рета. Хри­стос, удив­лялся неве­рию (Мк. 6.6), но пони­мал особо труд­ное положе­ние Своих сограж­дан, не сумев­ших в Сыне чело­ве­че­ском уви­деть Сына Божьего.

Из Еван­ге­лия мы знаем, что и свод­ные бра­тья (дети пра­вед­ного Иосифа от пер­вого брака) долго не при­зна­вали мес­си­ан­ства Иисуса, счи­тали Его безум­ным, «вышед­шим из себя», и, опа­са­ясь гнева началь­ни­ков иудей­ских, хотели даже пре­рвать Его про­по­ведь и схва­тить Хри­ста (Мк. 3.21).

После слу­чая в наза­рет­ской сина­гоге Хри­стос посе­лился в Капер­на­уме. Капер­наум в то время был куль­тур­ным цен­тром, на пере­крестке тор­го­вых путей. Здесь стоял рим­ский гар­ни­зон. Коман­до­вав­ший этим гар­ни­зо­ном сот­ник бла­го­склонно отно­сился к евреям и даже построил им сина­гогу. Этот город стал основ­ным местом пре­бы­ва­ния Спа­си­теля; ни в одном дру­гом пале­стин­ском городе Иисус Хри­стос так много не про­по­ве­до­вал и не совер­шил столько чудес, как в Капернауме.

Последнее свидетельство Предтечи о Христе.
Усекновение главы св. Иоанна Крестителя

(Мф.14.1–13)

Уче­ники св. Иоанна Кре­сти­теля пере­жи­вали, что слава Хри­ста ума­ляет авто­ри­тет их учи­теля в народе и счи­тали, что кре­ще­ние Иоан­ново выше кре­ще­ния. Кото­рое совер­шают уче­ники Хри­ста. После одного спора об этом с иуде­ями, счи­тав­шими иначе, они обра­ти­лись к сво­ему учи­телю с недо­уме­нием: «Равви! Тот, Кото­рый был с тобою при Иор­дане и о Кото­ром ты сви­де­тель­ство­вал, вот Он кре­стит, и все идут к Нему» (Ин.3.26).

Видя зависть в уче­ни­ках, Кре­сти­тель ска­зал: «Не может чело­век ничего при­ни­мать на себя, если не будет дано ему с неба. м» (Ин.3.27–28). Это озна­чало, что пре­пят­ствуя Хри­сту и не желая при­знать Его слу­же­ние, они враж­дуют про­тив Самого Бога, Кото­рый послал Его. Так как Хри­стос уже явил Себя миру, слу­же­ние того, кто только пред­ше­ство­вал Ему, под­хо­дит к концу: «Вы сами мне сви­де­тели в том, что я ска­зал: не я Хри­стос, но я послан пред Ним. Име­ю­щий неве­сту есть жених, а друг жениха, сто­я­щий и вни­ма­ю­щий ему, радо­стью раду­ется, слыша голос жениха. Сия-то радость моя испол­ни­лась» (Ин.3.28–29). Пред­теча исполь­зует быто­вой образ: по тра­ди­ции еврей­ского народа друг жениха орга­ни­зо­вы­вает сва­дьбу и явля­ется клю­че­вой фигу­рой на этом празд­нике – до момента, когда при­хо­дит жених. С при­хо­дом жениха роль друга ума­ля­ется. Это было послед­нее сви­де­тель­ство св. Иоанна Кре­сти­теля об Иисусе как Мес­сии перед наро­дом и сво­его рода пред­смерт­ное заве­ща­ние Пред­течи своим уче­ни­кам – что они должны были уве­ро­вать во Христа.

Вскоре после этого сви­де­тель­ства св. Иоанн Кре­сти­тель за обли­че­ние неза­кон­ного сожи­тель­ства Ирода Антипы и Иро­ди­ады, жены его свод­ного брата Филиппа, был поса­жен в тем­ницу кре­по­сти Махе­ронт. По просьбе дочери Иро­ди­ады, Сало­меи, уго­див­шей Ироду сво­ими тан­цами, Кре­сти­тель был каз­нен; Сало­мее и ее матери при­несли отруб­лен­ную голову вели­кого пророка.

Гос­подь Иисус Хри­стос после муче­ни­че­ской кон­чины Пред­течи вновь ушел в Галилею.

Призвание учеников

Чудесный улов рыбы и призвание рыбарей

(Лк.5.1–11)

Коли­че­ство уче­ни­ков Хри­ста росло, но не все посто­янно пре­бы­вали вме­сте с Ним. Так, Андрей, его брат Петр и Иоанн, вме­сте с Хри­стом придя из Иудеи в Гали­лею, вер­ну­лись домой и заня­лись при­выч­ным делом – рыб­ной лов­лей, чтобы обес­пе­чить себя и своих родных.

Одна­жды Гос­подь про­по­ве­до­вал у берега Ген­ни­са­рет­ского (Гали­лей­ского) озера, и Его окру­жала боль­шая толпа слу­ша­те­лей. Уви­дев лодку Петра, Хри­стос вошел в нее и попро­сил Сво­его уче­ника отплыть немного от берега и с лодки опять про­дол­жал учить народ. Затем Он пове­лел Петру отплыть на глу­бину и заки­нуть сети для лова рыбы. Петр ска­зал Иисусу, что он и его близ­кие тру­ди­лись всю ночь и ничего не пой­мали, но, тем не менее, заки­нул сеть, пови­ну­ясь слову Учи­теля. Сде­лав это, Петр и Андрей пой­мали такое мно­же­ство рыбы, что даже сеть у них стала про­ры­ваться. Тогда они дали знак своим това­ри­щам Иоанну и его брату Иакову Заве­де­е­вым, нахо­див­шимся на дру­гой лодке, чтобы они при­шли помочь им. Вскоре обе лодки были напол­нены рыбой так, что начали тонуть. Ужас­нув­шись совер­шен­ному Хри­стом чуду, Петр при­пал к Его ногам, говоря: «Выйди от меня, Гос­поди! потому что я чело­век греш­ный» (Лк.5.8). «Не бойся, – ска­зал ему Хри­стос, – отныне будешь ловить чело­ве­ков» (Лк.5.10). Этими сло­вами Гос­подь при­звал Петра и дру­гих уче­ни­ков к посто­ян­ному сле­до­ва­нию за Собой и ука­зал на содер­жа­ние их буду­щего слу­же­ния как апо­сто­лов: бла­го­ве­стие спа­се­ния. С этого вре­мени Петр, Андрей, Иоанн и Иаков стали посто­ян­ными спут­ни­ками Спасителя.

Призвание Левия-Матфея

(Мф.9.9–13; Мк.2.14–17; Лк. 5.27–32)

Про­ходя мимо мыт­ницы (место сбора рим­ских пошлин), Гос­подь уви­дел мытаря по имени Левий, позвал его за Собой и Левий тот­час бро­сил все и пошел за Хри­стом (Мф.9.9).

По чело­ве­че­ским поня­тиям, Левий был пре­да­те­лем сво­его народа, т.к. рабо­тал на языч­ни­ков – рим­скую власть, и недо­стоин был войти в Цар­ство Божие. Но Хри­стос, при­зы­вая его, пока­зы­вает, что Цар­ство Божие открыто для всех кающихся.

Испол­нен­ный радо­сти, что удо­сто­ился вни­ма­ния Гос­пода, Левий (его имя в апо­столь­стве – Мат­фей) при­гла­сил Иисуса к себе в дом и пред­ло­жил Ему боль­шое уго­ще­ние. На тра­пезу при­шли род­ствен­ники Мат­фея и его това­рищи по сбору пода­тей. Гости воз­легли за один стол с Хри­стом и Его уче­ни­ками. Фари­сеи же и книж­ники, счи­тав­шие мыта­рей греш­ни­ками, не вошли в дом Левия, чтобы не осквер­ниться. Когда Гос­подь с уче­ни­ками выхо­дил от Мат­фея, то под­жи­дав­шие их фари­сеи ска­зали уче­ни­кам Хри­сто­вым: «Для чего Учи­тель ваш ест и пьет с мыта­рями и греш­ни­ками?» (Мф.9.11). По их поня­тиям, пра­вед­ник не ста­нет осквер­няться обще­нием с греш­ни­ками; а если Иисус ест и пьет с мыта­рями, зна­чит, и Он Сам греш­ник. На вопрос фари­сеев отве­тил Сам Гос­подь: «Не здо­ро­вые имеют нужду во враче, но боль­ные…» (Лк.5.31). Хри­стос при­шел при­звать к пока­я­нию и спа­сти не тех, кото­рые счи­тают себя пра­вед­ни­ками (здо­ро­выми) и вооб­ра­жают, что им не в чем каяться, но тех, кото­рые сми­ренно сознают себя греш­ни­ками (боль­ными) и про­сят у Бога милости.

Избрание двенадцати апостолов

Одна­жды Гос­подь взо­шел на гору и про­был там всю ночь в молитве к Отцу Небес­ному. Он про­сил Отца «послать дела­те­лей на жатву, ибо жатвы много, а дела­те­лей мало» (Мф.9.37) – нужны были труды мно­гих людей, чтобы обра­тить Изра­иль к Богу, доне­сти до иудеев весть, что Цар­ство Мес­сии при­бли­зи­лось и что Мес­сия, Сын Божий уже пришел.

С наступ­ле­нием дня Гос­подь из боль­шого числа слу­шав­ших Его уче­ние и ходив­ших за ним по Гали­лее избрал две­на­дцать бли­жай­ших помощ­ни­ков, кото­рых назвал апо­сто­лами, т.е. послан­ни­ками. Это были: Симон-Петр, его брат Андрей, бра­тья Иаков и Иоанн Заве­де­евы, Филипп, Вар­фо­ло­мей, Мат­фей (Левий), Фома, Иаков Алфеев, Симон Зилот [21],Иуда Иако­влев и Иуда Иска­риот [22], кото­рый потом сде­лался пре­да­те­лем (см. Лк.6.13–16). Две­на­дцать должны были неот­лучно пре­бы­вать с Ним и про­по­ве­до­вать уче­ние Спа­си­теля вна­чале иудеям, а после соше­ствия Свя­того Духа – всем народам.

Вскоре после избра­ния Иисус Хри­стос отпра­вил апо­сто­лов в пале­стин­ские города с бла­го­ве­стием Цар­ства и при­зы­вом к пока­я­нию. Перед этим Гос­подь дал апо­сто­лам настав­ле­ния о пред­сто­я­щем им слу­же­нии (см. Мф.10). Апо­столы должны идти на про­по­ведь по двое – чтобы сви­де­тель­ство их было убе­ди­тель­ным, не обре­ме­нять себя съест­ными запа­сами, лиш­ней одеж­дой и день­гами, «ибо тру­дя­щийся достоин про­пи­та­ния» (Мф.10.10). Гос­подь дал им силу исце­лять боль­ных, очи­щать про­ка­жен­ных, вос­кре­шать мерт­вых, изго­нять бесов. Все это они должны делать без­воз­мездно: «Даром полу­чили, – ска­зал им Гос­подь, – даром давайте» (Мф.10.8).Чудеса, тво­ри­мые апо­сто­лами име­нем Хри­сто­вым, помо­гали делу мис­сии, под­твер­ждая истин­ность про­по­веди о наступ­ле­нии Цар­ства Божия.

Спа­си­тель пре­ду­пре­дил, что не все вос­при­мут эту про­по­ведь бла­го­склонно. Рас­про­стра­не­ние уче­ния о спа­се­нии мно­гих оже­сто­чит, апо­сто­лов воз­не­на­ви­дят так же, как воз­не­на­ви­дели Самого Хри­ста, будут жестоко гнать, заклю­чат в тем­ницы, пре­да­дут смерти. Поэтому Гос­подь ска­зал уче­ни­кам: «Я посы­лаю вас, как овец среди вол­ков: итак, будьте мудры, как змии, и про­сты, как голуби» (Мф.10.16).Ни страх, ни отча­я­ние перед муче­ни­ями и телес­ной смер­тью не должны оста­нав­ли­вать апо­сто­лов, им нужно руко­вод­ство­ваться только стра­хом Божиим и хра­нить себя от греха пре­да­тель­ства: «Не бой­тесь уби­ва­ю­щих тело, души не могу­щих убить; а бой­тесь более Того, Кто может и душу и тело погу­бить в геенне» (Мф.10.28).

Неко­то­рые настав­ле­ния и пре­ду­пре­жде­ния Хри­ста, дан­ные перед ухо­дом апо­сто­лов на про­по­ведь, отно­си­лись не к бли­жай­шему их слу­же­нию, а к буду­щему – после Воз­не­се­ния Хри­стова и Пяти­де­сят­ницы (напри­мер, о сви­де­тель­стве перед царями и языч­ни­ками) (см. Мф.12).

Нагорная проповедь

(Мф.5–7)

Хри­стос делами и чуде­сами являл при­бли­зив­ше­еся Цар­ство Божие, в кото­ром нет «ни печали, ни воз­ды­ха­ния», и в то же время Он рас­кры­вал тайну этого Цар­ства и усло­вия дости­же­ния его в Своих поучениях.

Одна из бесед Иисуса Хри­ста известна под назва­нием «Нагор­ная про­по­ведь»; про­из­не­сена она была на невы­со­кой гали­лей­ской горе перед уче­ни­ками и народом.

Хри­стос открыл иудеям, что Цар­ство Небес­ное – «не от мира сего», оно живет по дру­гим зако­нам. Все евреи счи­тали, что они достойны войти в Цар­ство Божие уже потому, что они бого­из­бран­ный народ. Гос­подь пока­зы­вает им, что Цар­ство Божие это не новый обще­ствен­ный строй, не поко­ре­ние евреям всего мира, но тор­же­ство любви, правды, бла­го­дати Божией, и чело­век уже на земле может знать, что такое Цар­ство Божие, если имеет в своем сердце Бога.

Вопреки дру­гому рас­про­стра­нен­ному пред­став­ле­нию, что сча­стье это некое зем­ное бла­го­по­лу­чие или обла­да­ние мате­ри­аль­ным богат­ством, Иисус Хри­стос гово­рит, что под­лин­ным сча­стьем (бла­жен­ством) для чело­века, создан­ного по образу и подо­бию Божию, явля­ется дости­же­ние Цар­ства Божия. Войти в это Цар­ство и обре­сти веч­ное бла­жен­ство жизни с Богом могут только бла­го­че­сти­вые люди, кото­рые соби­рали богат­ство (т.е. бла­го­дать Божию и доб­ро­де­тели) не на земле, но на небе, «где ни моль, ни ржа не истреб­ляют и где воры не под­ка­пы­вают и не кра­дут» (Мф.6.20). Об этом гово­рят запо­веди бла­жен­ства, с кото­рых начи­на­ется Нагор­ная проповедь:

  1. Бла­женны нищие духом, ибо их есть Цар­ство Небесное
  2. Бла­женны пла­чу­щие, ибо они утешатся.
  3. Бла­женны крот­кие, ибо они насле­дуют землю.
  4. Бла­женны алчу­щие и жаж­ду­щие правды, ибо они насытятся.
  5. Бла­женны мило­сти­вые, ибо они поми­ло­ваны будут.
  6. Бла­женны чистые серд­цем, ибо они Бога узрят.
  7. Бла­женны миро­творцы, ибо они будут наре­чены сынами Божиими.
  8. Бла­женны изгнан­ные за правду, ибо их есть Цар­ство Небесное.
  9. Бла­женны вы, когда будут поно­сить вас и гнать и вся­че­ски непра­ведно зло­сло­вить за Меня. Радуй­тесь и весе­ли­тесь, ибо велика ваша награда на небе­сах: так гнали и про­ро­ков, быв­ших прежде вас. (Мф.5.3–12)

Запо­веди бла­жен­ства пока­зы­вают, что только люди, посвя­тив­шие свою зем­ную жизнь, борьбе со стра­стями и гре­хами, вой­дут в Цар­ство Божие. Все эти запо­веди свя­заны между собой. Чело­век сми­рен­ный, осо­знав­ший свою духов­ную нищету, будет пла­кать о своих гре­хах. Видя­щий себя греш­ни­ком не смо­жет гне­ваться на людей из-за их про­ступ­ков, но будет крот­ким и мило­сти­вым к ближ­ним. Един­ствен­ное жела­ние каю­ще­гося – жела­ние знать и испол­нять волю Божию, чтобы уго­дить Богу, как сын хочет уго­дить отцу: чело­век будет алкать и жаж­дать правды Божией и это будет таким же есте­ствен­ным для него жела­нием, как жела­ние есть и пить. Сми­рен­ный, крот­кий, жела­ю­щий быть с Богом будет забо­титься о чистоте сво­его сердца. Упо­доб­ля­ясь Сыну Божию, при­ми­рив­шему Бога и людей, он ста­нет миро­твор­цем – при­об­ре­тет душев­ный мир и поэтому смо­жет сде­лать мир­ными дру­гих людей. Если при­дут испы­та­ния его веры, он оста­нется креп­ким, стой­ким и пре­дан­ным Богу, несмотря на жесто­кость гоне­ний. Для иду­щих таким путем Цар­ство Небес­ное откры­ва­ется уже на земле: Бог их уте­шает, откры­вает им Себя и тайну буду­щего века.

Эти девять запо­ве­дей бла­женств допол­няют вет­хо­за­вет­ные запо­веди (Дека­лог [23]) и одно­вре­менно пред­став­ляют собой в сокра­щен­ном виде всё нрав­ствен­ное уче­ние Нового Завета.

Вет­хо­за­вет­ный закон не мог при­ве­сти чело­века к совер­шен­ству. Он мог огра­ни­чить зло и вве­сти в жест­кие рамки пове­де­ние чело­века, но не мог помочь чело­веку пре­одо­леть зло внутри себя. При этом вет­хо­за­вет­ные запо­веди носили нега­тив­ный харак­тер: «Не уби­вай… не пре­лю­бо­дей­ствуй… не кради… не лже­сви­де­тель­ствуй». В вет­хо­за­вет­ных запо­ве­дях гла­вен­ство­вал дух стро­го­сти: они нала­гали стро­гие пре­ще­ния в кате­го­ри­че­ской форме, т.е. гово­рили о том, что нельзя делать под стра­хом смерти. В отли­чие от них ново­за­вет­ные запо­веди обра­щены к внут­рен­нему устро­е­нию чело­ве­че­ской души: в них изла­га­ются не тре­бо­ва­ния, а усло­вия, при соблю­де­нии кото­рых дости­жимо для чело­века веч­ное бла­жен­ство: если хочешь достичь Цар­ства, будь таким…

Пре­по­дав народу девять запо­ве­дей бла­женств, Гос­подь затем обра­тился непо­сред­ственно к уче­ни­кам и назвал их «солью земли» и «све­том миру». Эти назва­ния рас­кры­вают при­зва­ние уче­ни­ков Хри­ста – хри­стиан. Соль на Востоке в то время исполь­зо­ва­лась для сохра­не­ния про­дук­тов; так и хри­сти­ане, живя на земле, должны чисто­той своей жизни и уче­нием о спа­се­нии во Хри­сте спо­соб­ство­вать сохра­не­нию этого мира от нрав­ствен­ной порчи и греха. Назы­вая веру­ю­щих «све­том миру», Гос­подь гово­рит: «Не может укрыться город, сто­я­щий на верху горы. И, зажегши свечу, не ста­вят ее под сосу­дом, но на под­свеч­нике, и све­тит всем в доме. Так да све­тит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши доб­рые дела и про­слав­ляли Отца вашего Небес­ного» (Мф.5.14–16).

Далее Гос­подь срав­ни­вает Свое уче­ние с суще­ству­ю­щими у иудеев рели­ги­оз­ными взгля­дами. Запо­веди бла­жен­ства и дру­гие поуче­ния Хри­ста были настолько необычны для слу­ша­те­лей, что им, при­вык­шим к без­жиз­нен­ному уче­нию рав­ви­нов и фор­маль­ному соблю­де­нию закона, они могли пока­заться совер­шенно новыми, про­ти­во­ре­ча­щими закону Мои­сея или вовсе отме­ня­ю­щими его. Чтобы рас­се­ять их недо­уме­ние, Хри­стос ска­зал народу: «Не думайте, что Я при­шел нару­шить закон ли про­ро­ков: не нару­шить при­шел Я, но испол­нить[24]», т.е. Он не отме­няет Закон Мои­сеев, но допол­няет его и глубже рас­кры­вает смысл уже извест­ных им запо­ве­дей. Напо­ми­ная слу­ша­те­лям неко­то­рые вет­хо­за­вет­ные запо­веди, Хри­стос далее гово­рит: «А Я говорю вам…» и далее пока­зы­вает, что грех совер­ша­ется не только злым поступ­ком, но и нечи­стой мыс­лью. Поэтому грех можно побе­дить, только очи­стив от зла свой ум:

«Вы слы­шали, что ска­зано древним: не уби­вай, кто же убьет, под­ле­жит суду. А Я говорю вам, что вся­кий, гне­ва­ю­щийся на брата сво­его напрасно, под­ле­жит суду; кто же ска­жет брату сво­ему: “рака”, под­ле­жит синед­ри­ону; а кто ска­жет: “безум­ный”, под­ле­жит геенне огненной. 

Вы слы­шали, что ска­зано древним: не пре­лю­бо­дей­ствуй. А Я говорю вам, что вся­кий, кто смот­рит на жен­щину с вожде­ле­нием, уже пре­лю­бо­дей­ство­вал с нею в сердце своем. 

Ска­зано также, что если кто раз­ве­дется с женою своею, пусть даст ей раз­вод­ную. А Я говорю вам: кто раз­во­дится с женою своею, кроме вины пре­лю­бо­де­я­ния, тот подает ей повод пре­лю­бо­дей­ство­вать; и кто женится на раз­ве­ден­ной, тот пре­лю­бо­дей­ствует.

Еще слы­шали вы, что ска­зано древним: не пре­сту­пай клятвы, но испол­няй пред Гос­по­дом клятвы твои. А Я говорю вам: не кля­нись вовсе… Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого. 

Вы слы­шали, что ска­зано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не про­тивься злому. Но кто уда­рит тебя в пра­вую щеку твою, обрати к нему и дру­гую; и кто захо­чет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верх­нюю одежду…

Вы слы­шали, что ска­зано: люби ближ­него тво­его и нена­видь врага тво­его. А Я говорю вам: любите вра­гов ваших, бла­го­слов­ляйте про­кли­на­ю­щих вас, бла­го­тво­рите нена­ви­дя­щим вас и моли­тесь за оби­жа­ю­щих вас и гоня­щих вас…» (Мф.5.21–44)

Очи­ще­ние сердца тре­бует посто­ян­ной борьбы с самим собой, со сво­ими стра­стями и похо­тями, и ради Цар­ства Небес­ного, гово­рит Гос­подь уче­ни­кам, ника­кой подвиг не может быть слиш­ком велик: «Если… глаз твой соблаз­няет тебя, вырви его… лучше для тебя, чтобы погиб один из чле­нов твоих, а не все тело твое было ввер­жено в геенну» (Мф.5.29).

В Вет­хом Завете суще­ство­вало поня­тие пра­вед­но­сти, но фари­сеи и книж­ники его очень упро­стили: пра­вед­ным почи­тался чело­век, не совер­шав­ший гру­бых и явных пре­ступ­ле­ний и соблю­дав­ший пред­пи­са­ния обря­до­вого закона (при­не­се­ние жертв, обряды внеш­него очи­ще­ния, соблю­де­ние суб­бот­него покоя). Сами книж­ники и фари­сеи гор­ди­лись дос­ко­наль­ным зна­нием всех обря­дов закона, и весь народ их очень ува­жал и счи­тал свя­тыми – осо­бенно фарисеев.

Но Иисус Хри­стос знал, что духов­ные руко­во­ди­тели еврей­ского народа поте­ряли истин­ный смысл Божьего закона за фор­маль­ным и лице­мер­ным испол­не­нием обря­до­вого Закона. Поэтому, ука­зы­вая пути в Цар­ство Божие, Спа­си­тель про­сит уче­ни­ков не под­ра­жать книж­ни­кам и фари­сеям и опа­саться фор­маль­ного соблю­де­ния запо­ве­дей Божиих. Если чело­век молиться или постится или подает мило­стыню, он дол­жен ста­раться делать это тайно, не напо­каз, потому что лице­ме­рие – духов­ная болезнь, кото­рая обес­це­ни­вает все доб­ро­де­тели. Гос­подь пре­ду­пре­ждает – лже­пра­вед­ность может стать пре­пят­ствием для входа в Цар­ство Божие: «Если пра­вед­ность ваша не пре­взой­дет пра­вед­но­сти книж­ни­ков и фари­сеев, то вы не вой­дете в Цар­ство Небес­ное» (Мф.5.20).

Учение Спасителя о Царстве Небесном в притчах

(Мф. 13, Мк.4)

Притча о сея­теле, о закваске, о зерне гор­чич­ном, о сокро­вище, зары­том в поле,
о купце, ищу­щем хоро­ших жем­чу­жин, о пле­ве­лах и др.

Нередко Гос­подь изла­гал Свое уче­ние в прит­чах. Притча это ино­ска­за­ние или поучи­тель­ный жиз­нен­ный при­мер. В прит­чах Гос­подь исполь­зо­вал хорошо зна­ко­мые Его слу­ша­те­лям образы окру­жа­ю­щей жизни: чело­век, бро­са­ю­щий семена в землю; жен­щина, раду­ю­ща­яся най­ден­ной при уборке дома монете или заме­ши­ва­ю­щая тесто; купец, меня­ю­щий все свое богат­ство на одну жем­чу­жину; брач­ный пир, про­ще­ние заи­мо­дав­цем сво­его долж­ника; сын, для кото­рого наслед­ство важ­нее отца и др. Говоря прит­чами, Гос­подь стре­мился побу­дить слу­ша­те­лей понять выс­шее, духов­ное через осмыс­ли­ва­ние про­стого, зем­ного. Ино­ска­за­тель­ная форма выра­же­ния мыс­лей помо­гала народу легко запо­ми­нать услы­шан­ное, чтобы потом вду­маться в его смысл.

Притча о сеятеле

Хри­стос ска­зал: «Вот, вышел сея­тель сеять; и когда он сеял, иное упало при дороге, и нале­тели птицы и покле­вали то; иное упало на места каме­ни­стые, где немного было земли, и скоро взо­шло, потому что земля была неглу­бока. Когда же взо­шло солнце, увяло, и, как не имело корня, засохло; иное упало в тер­ние, и выросло тер­ние и заглу­шило его; иное упало на доб­рую землю и при­несло плод: одно во сто крат, а дру­гое в шесть­де­сят иное же в трид­цать» (Мф.13.1–9).

Это одна из немно­гих притч, кото­рые Хри­стос потом объ­яс­нил Своим уче­ни­кам. В этом ино­ска­за­нии семя озна­чает слово о Цар­стве Божием. Сея­тель – Сам Хри­стос. Почва, на кото­рую падает семя – души чело­ве­че­ские, их ум, сердце, вни­ма­ние, воля. Но как почва бывает раз­ная, так и сердца чело­ве­че­ские раз­лично вос­при­ни­мают слова о Цар­стве Божием.

Ко вся­кому, слу­ша­ю­щему слово о Цар­ствии и не разу­ме­ю­щему, при­хо­дит лука­вый и похи­щает посе­ян­ное в сердце его – вот кого озна­чает посе­ян­ное при дороге. А посе­ян­ное на каме­ни­стых местах озна­чает того, кто слы­шит Слово и тот­час с радо­стью при­ни­мает его; но не имеет в себе корня и непо­сто­я­нен: когда настает скорбь или гоне­ние за слово, тот­час соблаз­ня­ется. А посе­ян­ное в тер­нии озна­чает того, кто слы­шит Слово, но забота века сего и обо­льще­ние богат­ства заглу­шает Слово, и оно бывает бес­плодно. Посе­ян­ное же на доб­рой земле озна­чает слы­ша­щего слово и разу­ме­ю­щего, кото­рый только и может при­не­сти плод: иной во сто крат, иной в шесть­де­сят, а иной в трид­цать ­– в зави­си­мо­сти от усердия.

Притчи о закваске и зерне горчичном

«Цар­ство Небес­ное, — гово­рит Гос­подь, — подобно зерну гор­чич­ному, кото­рое чело­век взял и посеял на поле своем, кото­рое, хотя меньше всех семян, но когда вырас­тает, бывает больше всех зла­ков и ста­но­вится дере­вом, так что при­ле­тают птицы небес­ные и укры­ва­ются в вет­вях его» (Мф.13.31–32).

Образ Цар­ства в этой притче – вырос­шее из незна­чи­тель­ного по раз­ме­рам семени гор­чич­ное дерево (южное мно­го­лет­нее рас­те­ние, дости­га­ю­щее боль­ших раз­ме­ров). Еван­гель­ское уче­ние о Цар­стве и Сам Хри­стос, какими бы незна­чи­тель­ными и скром­ными Они тогда не каза­лось иудеям того вре­мени по срав­не­нию с их меч­тами о Цар­стве Божием и Мес­сии, явят Свое под­лин­ное вели­чие. Цер­ковь Хри­стова, кото­рая сна­чала вклю­чала лишь малую группу апо­сто­лов, раз­растется и охва­тит всю Вселенную.

«Цар­ство Небес­ное подобно закваске, кото­рую жен­щина, взяв, поло­жила в три меры муки, доколе не вскисло все» (Мф.13.33).

Душа чело­века и весь мир, услы­шав еван­гель­скую про­по­ведь и под­чи­ня­ясь духов­ной силе Цар­ства Божия, совер­шенно изме­ня­ются, пре­об­ра­жа­ются под дей­ствием бла­го­дати Божией – также как мука изме­ня­ется под дей­ствием закваски.

Притчи о сокровище и жемчужине

«Еще подобно Цар­ство Небес­ное сокро­вищу, скры­тому на поле, кото­рое, найдя, чело­век утаил, и от радо­сти о нем идет и про­дает все, что имеет, и поку­пает поле то. Еще подобно Цар­ство Небес­ное купцу, ищу­щему хоро­ших жем­чу­жин, кото­рый, найдя одну дра­го­цен­ную жем­чу­жину, пошел и про­дал все, что имел, и купил ее» (Мф.13.44–46).

Цар­ствие Божие это самое вели­кое сокро­вище, дра­го­цен­ней кото­рого ничего нет. Ника­кие зем­ные цен­но­сти или иде­алы, ника­кие чело­ве­че­ские уче­ния с ним несо­по­ста­вимы. Цар­ство обре­тает только ищу­щий и гото­вый отдать все, что имеет, чтобы при­об­ре­сти под­лин­ное сокровище.

Притча о плевелах

«Цар­ство Небес­ное подобно чело­веку, посе­яв­шему доб­рое семя на поле своем; когда же люди спали, при­шел враг его и посеял между пше­ни­цею пле­велы и ушел; когда взо­шла зелень и пока­зался плод, тогда яви­лись и пле­велы. Придя же, рабы домо­вла­дыки ска­зали ему: гос­по­дин! не доб­рое ли семя сеял ты на поле твоем? откуда же на нем пле­велы? Он же ска­зал им: враг чело­века сде­лал это. А рабы ска­зали ему: хочешь ли, мы пой­дем, выбе­рем их? Но он ска­зал: нет, — чтобы, выби­рая пле­велы, вы не выдер­гали вме­сте с ними пше­ницы, оставьте расти вме­сте то и дру­гое до жатвы; и во время жатвы я скажу жне­цам: собе­рите прежде пле­велы и свя­жите их в связки, чтобы сжечь их, а пше­ницу убе­рите в жит­ницу мою» (Мф.13.24–30).

Этой прит­чей Гос­подь гово­рил народу, что Цар­ство Божие на земле только еще рас­тет, стро­ится в душах чело­ве­че­ских, но что в мире рядом с доб­ром одно­вре­менно рас­тет и зло. Злой дух духовно усып­ляет чело­ве­че­ство и стре­мится постро­ить в серд­цах людей свое сата­нин­ское цар­ство. Однако насту­пит время, когда по пове­ле­нию Сына Чело­ве­че­ского, Пра­вед­ного Судьи, зло будет изъ­ято из мира и уни­что­жено. Это и будет конец века.

Чудеса Христовы в Галилее

Исце­ле­ния бес­но­ва­тых, рас­слаб­лен­ного в Капер­на­уме, слуги сот­ника, дочери хананеянки,
вос­кре­ше­ние сына Наин­ской вдовы, дочери Иаира, укро­ще­ние бури, чудес­ное насы­ще­ние пяти и четы­рех тысяч, хож­де­ние по воде и др. 

Еван­ге­лия сооб­щают нам о мно­же­стве исце­ле­ний и чудес, совер­шен­ных Иису­сом Хри­стом. Еван­ге­лист Иоанн даже отме­чает, что опи­сан­ные еван­ге­ли­стами слу­чаи – лишь малая часть сви­де­тельств боже­ствен­ной силы Гос­пода: «Мно­гое и дру­гое сотво­рил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вме­стить бы напи­сан­ных книг» (Ин. 21.25).

Хри­стос воз­вра­щал здо­ро­вье неиз­ле­чимо боль­ным людям – напри­мер, про­ка­жен­ным, рас­слаб­лен­ным (пара­ли­зо­ван­ным), бес­но­ва­тым (одер­жи­мым злым духом), делал сле­пых зря­чими, немым воз­вра­щал дар речи, глу­хим – слух, умер­ших воз­вра­щал к жизни.

Исцеление бесноватых

(Лк.8.26–39)

Одно из пер­вых исце­ле­ний, совер­шен­ным Спа­си­те­лем в Гали­лее – исце­ле­ние бес­но­ва­того в Капер­на­ум­ской сина­гоге. Известно из Еван­ге­лий, что эта болезнь – одер­жи­мость злым духом – про­яв­ля­лась раз­лич­ным обра­зом. Напри­мер, боль­ной мог чув­ство­вать раз­дво­е­ние лич­но­сти, ощу­щая в своей душе некую посто­рон­нюю злую силу, кото­рая насильно втор­га­лась в него и под­чи­няла себе его волю. Одер­жи­мые кри­чали не своим голо­сом, гово­рили от лица живу­щих в них бесов и совер­шали такие поступки, каких в есте­ствен­ном состо­я­нии чело­век не мог бы испол­нить. В дру­гих слу­чаях, душев­ная болезнь выра­жа­лась в физи­че­ском недуге: Еван­ге­лие упо­ми­нает о «бесах немых», о жен­щине, тело кото­рой было скор­чено злым духом в тече­ние 18-ти лет. Можно ска­зать, что физи­че­ская ущерб­ность обна­ру­жи­вала общее для всей чело­ве­че­ской при­роды уни­жен­ное состо­я­ние и духов­ное раб­ство злу – как послед­ствия грехопадения.

Лече­ние бес­но­ва­тых не под­да­ется меди­цин­ским сред­ствам – изгна­ние беса может совер­шиться только дей­ствием Божией бла­го­дати. Гос­подь, как Врач душ и тел, ука­зал доступ­ное людям сред­ство про­тив бесов, ска­зав апо­сто­лам после исце­ле­ния бес­но­вав­ше­гося в ново­лу­ния маль­чика: «Сей род изго­ня­ется только молит­вою и постом» (Мф.17.21). Сам Хри­стос, побе­див­ший диа­вола в пустыне, мог одним власт­ным сло­вом или при­кос­но­ве­нием изго­нять бесов из людей.

Так, после при­зва­ния пер­вых четы­рех уче­ни­ков на апо­столь­ское слу­же­ние Гос­подь вошел в Капер­на­ум­скую сина­гогу и по обы­чаю начал учить. Его речь пре­рвал неисто­вый крик бес­но­ва­того: «Оставь! что Тебе до нас, Иисус Наза­ря­нин? Ты при­шел погу­бить нас! знаю Тебя, Кто Ты, Свя­тый Божий». Обра­ща­ясь к злому духу, тер­зав­шему этого чело­века, Гос­подь ска­зал: «Замолчи и выйди из него». Пови­ну­ясь слову Хри­ста, бес вышел из одер­жи­мого, и тот стал здо­ров (см. Мк.1.21–26). Еван­ге­лие отме­чает, что Хри­стос нико­гда не при­ни­мал сви­де­тельств о Своем Мес­си­ан­стве от бесов, духов лжи, уме­ю­щих и прав­дой вве­сти в заблуждение.

Чудо исце­ле­ния бес­но­ва­того пора­зило при­сут­ству­ю­щих в сина­гоге, и слух о нем вскоре рас­про­стра­нился по всем окрест­но­стям Капер­на­ума. После этого к вели­кому Чудо­творцу при­во­дили и при­но­сили бес­чис­лен­ное мно­же­ство боль­ных. Хри­стос, состра­дая несчаст­ным, всех их исце­лял сло­вом или при­кос­но­ве­нием руки.

Исто­рия с исце­ле­нием дру­гого бес­но­ва­того в стране Гада­рин­ской (восточ­ный берег Гали­лей­ского озера) пока­зы­вает, до какого состо­я­ния бесы могут дове­сти чело­века. Едва Гос­подь вышел из лодки на гада­рин­ский берег, как из пещеры, в кото­рой хоро­нили людей, выбе­жал одер­жи­мый бесом чело­век. Этот несчаст­ный жил в гроб­ни­цах и наво­дил ужас на всю окрест­ность. Пыта­ясь его обуз­дать и сдер­жать, жители зако­вы­вали его в цепи, но он их сры­вал и не знал покоя. Днем и ночью он блуж­дал по пустын­ной мест­но­сти, между могил, дико кри­чал, раз­ры­вал на себе одежды и бился в при­пад­ках о камни.

Под­бе­жав ко Хри­сту, бес­но­ва­тый пал на землю и вскри­чал гром­ким голо­сом: «Что Тебе до меня, Иисус, Сын Бога Все­выш­него? Умо­ляю Тебя, не мучь меня» (Лк.8.28). Когда Хри­стос спро­сил: «Как тебе имя?», боль­ной ска­зал: «Легион[25]». Этот ответ пока­зы­вает, что им вла­дел не один, а вели­кое мно­же­ство бесов и чело­век этот был их рабом. Хри­стос пове­лел бесам выйти из несчаст­ного, но они про­сили Гос­пода не посы­лать их сразу в адскую без­дну, а раз­ре­шить все­литься в гада­рин­ских сви­ней, кото­рые во мно­же­стве пас­лись на склоне горы. Гос­подь поз­во­лил им это сде­лать, и нечи­стые духи, выйдя из чело­века, тот­час вошли в сви­ней; все стадо стре­ми­тельно бро­си­лось с кру­того берега в озеро и пото­нуло. Здесь была наглядно обна­ру­жена цель бесов – погу­бить и уни­что­жить тво­ре­ние Божие.

Когда жители Гада­рин­ской страны при­шли на берег озера посмот­реть, что слу­чи­лось с их сви­ньями, они уви­дели исце­лен­ного бес­но­ва­того, оде­того и сидя­щего у ног Хри­ста. Устра­шен­ные слу­чив­шимся и сожа­лея о гибели сви­ного стада, они попро­сили Гос­пода уда­литься из их страны. Хри­стос оста­вил быв­шего бес­но­ва­того в Гадаре для про­по­веди, а Сам поки­нул эту страну, где сви­ное мясо цени­лось выше Боже­ствен­ного учения.

Исцеление расслабленного в Капернауме

(Мк.2.2–12)

Исце­ле­ния бес­но­ва­тых и дру­гие чудеса, тво­ри­мые Хри­стом, откры­вали людям, что Он имеет власть осво­бо­дить их от вла­сти диа­вола, дать им и духов­ное и физи­че­ское здо­ро­вье. В неко­то­рых слу­чаях, Хри­стос про­щал грехи боль­ным, прямо ука­зы­вая на связь болезни и пред­ше­ству­ю­щей ей жизни по стра­стям. Так, напри­мер, было при исце­ле­нии рас­слаб­лен­ного в Капернауме.

Одна­жды в дом, где про­по­ве­до­вал Хри­стос, собра­лось очень много людей; среди при­сут­ство­вав­ших были фари­сеи и зако­но­учи­тели, кото­рые при­шли из Иеру­са­лима и дру­гих мест Пале­стины, чтобы послу­шать Иисуса. Между тем к дому при­несли на носил­ках чело­века, раз­би­того пара­ли­чом (рас­слаб­лен­ного) для исце­ле­ния. Но так пройти к Хри­сту было невоз­можно из-за мно­же­ства народа, дру­зья боль­ного разо­брали плос­кую крышу дома и спу­стили носилки к ногам Хри­ста. Спа­си­тель, видя их веру, ска­зал боль­ному: «Чадо! про­ща­ются тебе грехи твои» (Мк.2.5). Его слова воз­му­тили книж­ни­ков: «Что Он так бого­хуль­ствует? Кто может про­щать грехи, кроме одного Бога?» (Мк.2.7). Видя их недо­воль­ство, Хри­стос ска­зал, что Он, Сын Чело­ве­че­ский, может и физи­че­ское здо­ро­вье дать, и осво­бо­дить душу от греха. После чего, под­твер­ждая Свои слова, ска­зал рас­слаб­лен­ному: «Встань, возьми постель твою и иди в дом твой» (Мк.2.11). Рас­слаб­лен­ный встал и, славя Бога, пошел в дом свой исцеленным.

Исцеление слуги сотника и дочери хананеянки

Мф. 8.5–10; 15.21–28

Осо­бен­ное место в еван­гель­ских повест­во­ва­ниях о чуде­сах зани­мают два эпи­зода, когда Гос­подь совер­шил чудо исце­ле­ния по просьбе языч­ни­ков. Гос­подь часто сокру­шался жесто­ко­сер­дию и порой небла­го­дар­но­сти иудеев: несмотря на оби­лие явлен­ных Хри­стом чудес, пока­зы­ва­ю­щих Его милость и любовь к людям, а также боже­ствен­ную силу и власть, евреи не хотели ничего в своей жизни изме­нять – не хотели каяться, не хотели верить и при­нять уче­ние Иисуса Хри­ста о Цар­стве Божием. На этом фоне Хри­ста уди­вила вера в Него, явлен­ная двумя языч­ни­ками – хана­не­ян­кой, про­сив­шей исце­лить ее дочь, и сот­ни­ком, хода­тай­ство­вав­шем об исце­ле­нии сво­его слуги. После встречи с ними Гос­подь ска­зал, что такой веры, как у этих двоих, Он не нашел даже в Изра­иле, у иудеев.

Встреча с сот­ни­ком про­изо­шла в Капер­на­уме. В этом боль­шом тор­го­вом городе стоял рим­ский воен­ный гар­ни­зон под началь­ством сот­ника. Рим­ский офи­цер был языч­ни­ком, но хорошо отно­сился к евреям и даже построил им в городе сина­гогу. В то время, когда Гос­подь был в городе, у этого сот­ника тяжело забо­лел слуга. Услы­шав о вели­ком Чудо­творце, сот­ник сперва через иудей­ских ста­рей­шин, потом через своих дру­зей, а затем и сам про­сил Иисуса исце­лить его слугу.

Гос­подь согла­сился и напра­вился в дом сот­ника, но сот­ник оста­но­вил его, ска­зав: «Гос­поди! я недо­стоин, чтобы Ты вошел под кров мой, но скажи только слово, и выздо­ро­веет слуга мой; ибо я и под­власт­ный чело­век, но, имея у себя в под­чи­не­нии вои­нов, говорю одному: пойди, и идет; и дру­гому: приди, и при­хо­дит; и слуге моему: сде­лай то и делает» (Мф.8.8–9). Сми­ре­ние этого языч­ника, глу­бина его веры и пра­виль­ность пред­став­ле­ния о вла­сти Гос­пода были настолько пора­зи­тельны, что Спа­си­тель, обра­тив­шись к народу, вос­клик­нул: «Истинно говорю вам, и в Изра­иле не нашел Я такой веры!» (Мф.9.10). Затем Хри­стос ска­зал сот­нику: «Иди, и как ты веро­вал, да будет тебе» (Мф.9.13). Сот­ник пошел в дом свой и на пути узнал от дру­зей, что слуга его здоров.

Исце­ле­ние дочери хана­не­янки про­изо­шло неда­леко от фини­кий­ских горо­дов Тир и Сидон. Хри­стос ино­гда ухо­дил с уче­ни­ками в мест­но­сти с язы­че­ским насе­ле­нием, куда толпа иудеев за Ним опа­са­лась сле­до­вать – там Он мог остаться с апо­сто­лами наедине, учить их и гото­вить к Своей смерти и воскресению.

Одна­жды, когда Гос­подь и апо­столы шли по дороге, они услы­шали вопли жен­щины – хана­не­янки. Жен­щина слы­шала от кого-то о Хри­сте и при­шла, чтобы попро­сить об исце­ле­нии своей дочери: «Поми­луй меня, Гос­поди, сын Дави­дов, дочь моя жестоко бес­ну­ется» (Мф.15.22). Хри­стос не обра­щал вни­ма­ния на эти мольбы, так что уже уче­ники начали про­сить Его помочь жен­щине, доса­ждав­шей им кри­ками. Гос­подь ска­зал апо­сто­лам: «Я послан только к погиб­шим овцам дома Изра­и­лева» (Мф.15.24), т.е. только к иудеям. На про­тя­же­нии всего Сво­его зем­ного слу­же­ния Иисус Хри­стос про­по­ве­до­вал только в Иудее в среде бого­из­бран­ного народа, кото­рый ждал Мес­сию; язы­че­ский же мир был про­све­щен по Его пове­ле­нию позже – после Воз­не­се­ния и Пяти­де­сят­ницы, тру­дами Его учеников.

Скор­бя­щая жен­щина, сми­ренно пере­нося пре­не­бре­же­ние, про­дол­жала умо­лять Спа­си­теля: «Гос­поди! помоги мне». Оста­но­вив­шись нако­нец, Гос­подь ска­зал ей: «Нехо­рошо взять хлеб у детей и бро­сить псам» (Мф.15.26). Хана­не­янка знала, что евреи языч­ни­ков за их веру и дела назы­вают псами, но со сми­ре­нием при­няла на свой счет это срав­не­ние, что видно в ее ответе: «Так, Гос­поди! но и псы едят крохи, кото­рые падают со стола гос­под их» (Мф.15.27). В этих сло­вах глу­бо­кая уве­рен­ность, что у Бога хва­тит мило­сти для каж­дого чело­века. Сам Хри­стос уди­вился ее вере и вос­клик­нул: «О, жен­щина! велика вера твоя; да будет тебе по жела­нию тво­ему» (Мф.15.28) и тот­час дочь ее полу­чила исцеление.

Воскрешение сына наинской вдовы и дочери Иаира

(Лк.7.11–17; 8.41–56)

Кроме исце­ле­ний Гос­подь совер­шал вос­кре­ше­ния мерт­вых – чудеса, с осо­бен­ной силой сви­де­тель­ство­вав­шие о Нем как о Сыне Божием. Эти чудеса пока­зы­вали, что Хри­стос силь­нее смерти и явля­ется источ­ни­ком жизни. Еван­ге­ли­сты рас­ска­зы­вают о двух вос­кре­ше­ниях, совер­шен­ных Хри­стом во время пре­бы­ва­ния в Галилее.

Вос­кре­ше­ние отрока про­изо­шло около города Наина. Когда Гос­подь при­бли­жался к этому городу, из ворот вышла похо­рон­ная про­цес­сия: бед­ная наин­ская вдова хоро­нила сво­его сына. Мать, шед­шая за носил­ками, горько пла­кала. Гос­подь, уви­дев ее, сжа­лился и ска­зал ей: «Не плачь». Затем Он, обра­ща­ясь к мерт­вецу, пове­лел: «Юноша! тебе говорю, встань» (Лк.7.14). И по слову Хри­ста умер­ший ожил, под­нялся и стал гово­рить. Потря­сен­ная толпа, став­шая сви­де­те­лем чуда, начала про­слав­лять Бога, говоря: «Вели­кий про­рок вос­стал между нами, и Бог посе­тил народ Свой» (Лк.7.16).

В одно из воз­вра­ще­ний Хри­ста в Капер­наум, к Нему подо­шел Иаир, началь­ник Капер­на­ум­ской сина­гоги. Уби­тый горем, он при­пал к ногам Хри­ста и умо­лял Его прийти к нему в дом, чтобы исце­лить един­ствен­ную его дочь, кото­рая была при смерти. Хри­стос не отка­зал Иаиру и пошел в его дом. Мно­же­ство народа сопро­вож­дало Иисуса по дороге к дому началь­ника синагоги.

В это время к Нему при­бли­зи­лась некая жен­щина, две­на­дцать лет стра­дав­шая кро­во­те­че­нием. Она истра­тила на лече­ние все свои сред­ства, но в конеч­ном итоге при­шла в худ­шее состо­я­ние. Она не имела права появ­ляться среди людей, т.к. счи­та­лась нечи­стой, а при­кос­но­ве­ние к ней – осквер­не­нием. Когда боль­ная услы­шала, что в Капер­наум при­шел вели­кий чудо­тво­рец – Иисус Наза­ря­нин, она, рискуя быть обви­нен­ной в нару­ше­нии Закона, про­бра­лась сквозь толпу к Нему и с непо­ко­ле­би­мой верой тай­ком при­кос­ну­лась к Его одежде. В то же мгно­ве­ние совер­ши­лось чудо: у жен­щины пре­кра­ти­лось кро­во­те­че­ние, и она ощу­тила, что исцелена.

Никто не знал, что про­изо­шло, кроме нее и Иисуса Хри­ста, но Гос­подь, видимо, хотел, чтобы поучи­тель­ная вера и дерз­но­ве­ние этой жен­щины стали известны, поэтому Он оста­но­вился и, обра­ща­ясь к тес­нив­шему Его народу, спро­сил, кто при­кос­нулся к Нему. Апо­стол Петр выра­зил общее удив­ле­ние этому вопросу: «Настав­ник! народ окру­жает Тебя и тес­нит, и Ты гово­ришь: кто при­кос­нулся ко Мне?» (Лк.8.45). Но Гос­подь объ­яс­нил, что при­кос­но­ве­ние было не слу­чай­ное: «При­кос­нулся ко Мне некто, ибо Я чув­ство­вал силу, исшед­шую из Меня» (Лк.8.46). Услы­шав это, жен­щина поняла, что ее исце­ле­ние не смо­жет остаться в тайне. Она подо­шла к Иисусу, пала к Его ногам и все­на­родно рас­ска­зала всю правду. За свое само­воль­ство исце­лен­ная ожи­дала осуж­де­ния, но Гос­подь успо­коил и обод­рил ее: «Дер­зай, дщерь! вера твоя спасла тебя; иди с миром» (Лк.8.48).

Но в тот момент, когда Гос­подь бла­го­слов­лял исце­лен­ную жен­щину, к Иаиру подо­шли послан­ные из дома и сооб­щили ему печаль­ную весть о смерти дочери. Они ска­зали ему: «Дочь твоя умерла; не утруж­дай Учи­теля» (Лк.8.49). Гос­подь, видя отча­я­ние уби­того горем отца, ска­зал ему: «Не бойся! только веруй, и спа­сена будет» (Лк.8.50).

Началь­ник сина­гоги с надеж­дой пошел за Иису­сом в свой дом. За ними сле­до­вала толпа, но Хри­стос поз­во­лил войти в дом только Петру, Иоанну, Иакову и роди­те­лями девицы. Подойдя к умер­шей, Гос­подь взял ее за руку и властно про­из­нес: «Девица, тебе говорю, встань». Девица ожила и тут же стала ходить.

Укрощение бури

(Мф.8.23–27)

Кроме чудес исце­ле­ния, изгна­ния бесов и вос­кре­ше­ния мерт­вых, Гос­подь совер­шал чудеса, сви­де­тель­ство­вав­шие о Нем как Име­ю­щем власть над при­ро­дой. К такому роду чудес отно­сится чудо пре­тво­ре­ния воды в вино в Кане Гали­лей­ской, укро­ще­ние бури, два слу­чая чудес­ного умно­же­ния хлеба и насы­ще­ния несколь­ких тысяч людей, хож­де­ние по водам.

Пере­плы­вая с уче­ни­ками Гали­лей­ское озеро, Хри­стос спал на корме лодки. В это время на озере под­ня­лась силь­ная буря. Вода зали­вала лодку, и апо­столы, выбив­шись из сил, при­шли в отча­я­ние. Они бро­сили весла, раз­бу­дили Хри­ста и начали Его умо­лять: «Гос­поди! спаси нас, поги­баем!» (Мф.8.25). Спа­си­тель уко­рил их, ска­зав: «Что вы так бояз­ливы, мало­вер­ные?» (Мф.8.26). Эта опас­ность стала пер­вым испы­та­нием для веры апо­сто­лов. Хри­стос назвал их мало­вер­ными не потому, что они испы­ты­вали есте­ствен­ный страх перед раз­бу­ше­вав­ши­мися силами при­роды, но оттого, что о Нем уче­ники имели невер­ное суж­де­ние, пола­гая, что Сын Божий может погиб­нуть в вол­нах и что они сами, нахо­дясь с Ним, могут утонуть.

Затем Гос­подь, встав, властно запре­тил ветру и морю, и, по слову Хри­ста, волны и ветер тот­час утихли, и настала пол­ная тишина. Через неко­то­рое время лодка бла­го­по­лучно при­стала к берегу страны Гадаринской.

Этот образ – лодка с Гос­по­дом Иису­сом Хри­стом и апо­сто­лами посреди бушу­ю­щего моря – явля­ется изоб­ра­же­нием Церкви Хри­сто­вой. Ника­кие внеш­ние напа­сти не страшны хри­сти­а­нам, поскольку с ними Спаситель.

Чудесное насыщение народа пятью хлебами

(Мф.14.13–21)

Одна­жды Гос­подь вме­сте с апо­сто­лами пере­пра­вился на лодке в окрест­но­сти гали­лей­ского города Виф­са­иды. Место было пустын­ные и давало воз­мож­ность апо­сто­лам спо­койно отдох­нуть от тру­дов (они только что вер­ну­лись с про­по­веди), а Хри­сту – помо­литься. Но народ и здесь их нашел и Хри­стос, сжа­лив­шись над ними, исце­лял при­ве­ден­ных боль­ных. Когда насту­пил вечер, апо­столы ска­зали Гос­поду: «Место здесь пустын­ное и время уже позд­нее; отпу­сти народ, чтобы они пошли в селе­ния и купили себе пищи». Но Гос­подь ска­зал: «Не нужно им идти, вы дайте им есть».

Затем, узнав у апо­сто­лов, что у одного маль­чика с собой ока­за­лись пять хле­бов и две рыбы, Хри­стос пове­лел всем сесть на траву, а Сам взял хлебы и рыбу и, бла­го­сло­вив их, начал пре­лом­лять, а уче­ники раз­да­вали пищу народу. Еван­ге­ли­сты отме­чают, что после того, как все пять тысяч чело­век (не счи­тая жен­щин и детей) были накорм­лены, оста­лось еще две­на­дцать коро­бов хлеба.

Чудес­ное умно­же­ние хле­бов при­вело народ в вос­торг и после этого собы­тия сви­де­тели чуда захо­тели сде­лать Хри­ста царем, посчи­тав, что Учи­тель, Кото­рый может обес­пе­чить мате­ри­аль­ное бла­го­ден­ствие народа и есть насто­я­щий Мес­сия. Надо отме­тить, что ни чудеса исце­ле­ния и вос­кре­ше­ния не про­из­во­дили на людей такого силь­ного впе­чат­ле­ния. Эти настро­е­ния в народе пока­зы­вают, что, когда диа­вол иску­шал Хри­ста в пустыне и пред­ла­гал пре­вра­тить камни в хлебы, он, дей­стви­тельно, ука­зы­вал Иисусу лег­кий путь добиться при­зна­ния у иудеев и воца­риться. Но как тогда, так и теперь Хри­стос отверг иску­ше­ние диа­вола: сотво­рив это чудо по любви к людям, Он отка­зался вос­поль­зо­ваться охва­тив­шим иудеев нездо­ро­вым энту­зи­аз­мом и тот­час удалился.

Хождение Иисуса Христа по воде

(Мф.14.22–34; Мк.6.45–53; Ин.6.16–21)

После насы­ще­ния 5 тысяч чело­век, когда настала ночь, по пове­ле­нию Гос­пода апо­столы сели в лодку и напра­ви­лись в Капер­наум. Когда уче­ники были уже на сере­дине пути, они уви­дели при­бли­жа­ю­ще­гося к ним Хри­ста, иду­щего по воде, поду­мали, что это при­зрак и от страха закри­чали. Гос­подь успо­коил апо­сто­лов, ска­зав: «Это Я, не бой­тесь» (Мф.14.27). Ап. Петр, горячо любя­щий Хри­ста, захо­тел немед­ленно при­бли­зиться к Нему. Веруя, что Хри­стос не только Сам может ходить по воде, но и ему может дать такую воз­мож­ность, Петр ска­зал: «Гос­поди! если это Ты, повели мне придти к Тебе по воде» (Мф.14.28). Гос­подь поз­во­лил, и Петр реши­тельно пере­сту­пил борт лодки и пошел по воде к Хри­сту. Однако, ока­зав­шись на воде, вера его осла­бела: Петр испу­гался силь­ного ветра и стал тонуть, крича: «Гос­поди, спаси меня» (Мф.14.30). Хри­стос тот­час подал ему руку и ска­зал: «Мало­вер­ный, зачем ты усо­мнился?» (Мф.14.31). Когда они вошли в лодку, ветер утих.

Все апо­столы были пора­жены и испу­ганы слу­чив­шимся; они покло­ни­лись Хри­сту и испо­ве­дали свою веру в Него, вос­клик­нув: «Истинно Ты Сын Божий» (Мф.14.33).

Слу­чай с Пет­ром был поучи­тель­ным не только для апо­сто­лов, но и для всех после­до­ва­те­лей Хри­ста: когда чело­век теряет веру во Хри­ста, он гибнет.

Отношение фарисеев и книжников к служению Иисуса Христа

Среди видев­ших чудеса Спа­си­теля была группа людей, раз­дра­жен­ная дей­стви­ями Иисуса Хри­ста и Его уче­нием – книж­ники и фари­сеи, а также сле­див­шие за Хри­стом через осо­бых наблю­да­те­лей иеру­са­лим­ские свя­щен­ники (мно­гие из них были сад­ду­ке­ями). Как и про­стой народ, их удив­ляла духов­ная власть Иисуса Хри­ста, сила Его слова, мера внут­рен­ней сво­боды: «Народ дивился уче­нию Его, ибо Он учил их, как власть име­ю­щий, а не как книж­ники и фари­сеи» (Мф.7.28–29). Но вме­сте с удив­ле­нием, ими вла­дела и зависть к Хри­сту – Его славе и воз­рас­та­ю­щему авто­ри­тету в народе. Само­до­воль­ство и зависть к Хри­сту делали их духовно-сле­пыми и вме­сто того, чтобы при­знать во Хри­сте Мес­сию и Сына Божия, они нена­ви­дели Его и искали слу­чай, чтобы опо­ро­чить Его в гла­зах народа и неод­но­кратно пыта­лись убить.

Одним из пово­дов для недо­воль­ства фари­сеев и книж­ни­ков были чудеса, тво­ри­мые Спа­си­те­лем в суб­боту. Они счи­тали, что этим Гос­подь нару­шает вет­хо­за­вет­ную запо­ведь: «Помни день суб­бот­ний, чтобы свя­тить его» (Исх.20.8). По их пред­став­ле­ниям, Тот, Кто попи­рает поста­нов­ле­ния Закона, не мог быть Мес­сией. Сами фари­сеи гор­ди­лись тем, что строго соблю­дают суб­бот­ний покой, но они своим фор­маль­ным отно­ше­нием извра­тили под­лин­ный смысл этой запо­веди. Покой, пред­пи­сан­ный Богом в суб­боту, это покой от греха. Чет­вер­тая запо­ведь Дека­лога тре­бует, чтобы каж­дый седь­мой день недели (суб­боту) иудей осо­бенно посвя­щал Богу, т.е. при­ла­гал осо­бен­ные уси­лия, чтобы не гре­шить, не совер­шать злых дел, уде­лять больше вре­мени молитве и доб­рым делам. Книж­ники и фари­сеи хра­нили суб­боту иначе; они сле­до­вали так назы­ва­е­мым «пре­да­ниям стар­цев» – обшир­ным тол­ко­ва­ниям и ком­мен­та­риям к Закону Божию, состав­лен­ным книж­ни­ками и пере­да­вав­шимся от рав­ви­нов (учи­те­лей) к уче­ни­кам в уст­ной форме. Строго соблю­дая пре­да­ние стар­цев, книж­ники при­рав­ни­вали его к закону Мои­се­еву. Более того, ради пре­да­ния стар­цев книж­ники ино­гда отме­няли Синай­ский закон; они утвер­ждали: «Биб­лия подобна воде, пре­да­ние подобно вину, а тол­ко­ва­ния на них подобны аро­мат­ному вину». «Сын мой! – гово­рит Тал­муд. – Вни­май более сло­вам книж­ни­ков, чем сло­вам закона».

В суб­боту, по этим пре­да­ниям, запре­щены были не только все виды работы, но даже лече­ние или посе­ще­ние боль­ных. Гос­подь видел, что исце­ле­ния в суб­боту раз­дра­жают фари­сеев и книж­ни­ков, но про­дол­жал совер­шать суб­бот­ние чудеса, при­зы­вая фари­сеев обра­тить вни­ма­ние на под­лин­ное зна­че­ние этой заповеди.

Так, одна­жды в одной из гали­лей­ских сина­гог Он встре­тил чело­века с сухой рукой. Фари­сеи тут же спро­сили Хри­ста, можно ли исце­лять в суб­боту, наде­ясь спро­во­ци­ро­вать Его и обви­нить в нехра­не­нии запо­веди о суб­боте. Гос­подь отве­тил им вопро­сом на вопрос: «Что должно делать в суб­боту? добро или зло? спа­сти душу или погу­бить?» И, не дождав­шись от про­мол­чав­ших фари­сеев оче­вид­ного ответа, про­дол­жил: «Кто из вас, имея одну овцу, если она в суб­боту упа­дет в яму, не возь­мет ее и не выта­щит? Сколько же лучше чело­век овцы! Итак, можно в суб­боты делать добро». После этого Гос­подь ска­зал боль­ному: «Про­тяни руку твою» и исце­лил его (Лк.6.6–11). Фари­сеи, уви­дев чудо, как гово­рит еван­ге­лист Лука, при­шли в бешен­ство, и стали сове­щаться, как бы им погу­бить Иисуса Христа.

Если про­стой народ при­зна­вал Хри­ста за одного из вели­ких вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков, то фари­сеи не могли видеть даже и этого. Они счи­тали Его нару­ши­те­лем закона, дру­гом мыта­рей и грешников.

Одна­жды фари­сей по имени Симон при­гла­сил Иисуса в свой дом, чтобы поближе позна­ко­миться с гали­лей­ским Учи­те­лем. Во время обеда в дом вошла жен­щина, извест­ная во всем городе своим греш­ным пове­де­нием. У нее в руках был сосуд с дра­го­цен­ным миром (бла­го­вон­ным мас­лом). Уви­дев Хри­ста, воз­ле­жа­щего за тра­пе­зой, греш­ница при­пала к Его ногам, омыла пока­ян­ными сле­зами ноги Иисуса, отерла их воло­сами своей головы, пома­зала дра­го­цен­ным миром.

Нрав­ствен­ный пере­во­рот, совер­шив­шийся в душе блуд­ницы, не тро­нул Симона. Он видел, что Хри­стос при­ни­мает дей­ствия греш­ницы как долж­ное, и решил, что если бы Он был про­ро­ком, то знал бы, что за жен­щина при­ка­са­ется к Нему и не поз­во­лил ей этого. Спа­си­тель пре­рвал эти раз­мыш­ле­ния, рас­ска­зал симону притчу о двух долж­ни­ках: «У одного заи­мо­давца было два долж­ника: один дол­жен был пять­сот дина­риев, а дру­гой пять­де­сят. Но как они не имели чем запла­тить, он про­стил обоим. Скажи же, кото­рый из них более воз­лю­бит его?» (Лк.7.41–42). Симон отве­тил: «Думаю, тот, кото­рому более про­стил». Хри­стос, при­знав вер­ность суж­де­ния, объ­яс­нил, для чего Он при­вел притчу: «Я при­шел в дом твой, и ты воды Мне на ноги не дал, а она сле­зами облила Мои ноги и воло­сами головы своей отерла. Ты цело­ва­ния Мне не дал, а она, с тех пор, как Я при­шел, не пере­стает цело­вать у Меня ноги; ты головы Мне мас­лом не пома­зал, а она миром пома­зала Мне ноги. А потому ска­зы­ваю тебе, про­ща­ются грехи ее мно­гие за то, что она воз­лю­била много; а кому мало про­ща­ется, тот мало любит». Таким обра­зом, сам Симон отне­сен был к тем, кто мало любит, поскольку он счи­тал себя пра­вед­ни­ком, а Бог не может про­стить чело­веку грехи, если сам чело­век за собой ника­ких сквер­ных поступ­ков не при­знает и, соот­вет­ственно, в мило­сти Бога не нуж­да­ется (см. Лк. 7.36–50).

Одна­жды в суб­бот­ний день Гос­подь с уче­ни­ками про­хо­дил через поля, засе­ян­ные пше­ни­цей. Про­го­ло­дав­ши­еся уче­ники стали сры­вать созрев­шие коло­сья, рас­ти­рать их руками и есть зерна. Фари­сеи, сле­до­вав­шие за Хри­стом, тот­час же заме­тили это и ска­зали уче­ни­кам: «Зачем вы дела­ете то, чего не должно делать в суб­боты?» (Лк.6.2). По тол­ко­ва­нию рав­ви­нов, сры­ва­ние коло­сьев при­рав­ни­ва­лось к жатве, рас­ти­ра­ние их руками – к молотьбе, за совер­ше­ние же в суб­боту таких работ пола­га­лось поби­е­ние камнями.

В ответ Гос­подь напом­нил фари­сеям извест­ные при­меры из Биб­лей­ской исто­рии: «Неужели вы не читали нико­гда, что сде­лал Давид, когда имел нужду и взал­кал сам и быв­шие с ним? как вошел он в дом Божий при пер­во­свя­щен­нике Ави­а­фаре и ел хлебы пред­ло­же­ния, кото­рых не должно было есть никому, кроме свя­щен­ни­ков, и дал и быв­шим с ним?» (Мк.2.25–26)Мучения голода, кото­рые испы­ты­вал Давид и его спут­ники, побу­дили пер­во­свя­щен­ника нару­шить закон о хле­бах пред­ло­же­ния, потому что помощь ближ­нему в нужде выше соблю­де­ния буквы закона. В свете этой исто­рии было понятно, что уче­ники Хри­стовы, сры­вав­шие коло­сья для уто­ле­ния голода, непо­винны в нару­ше­нии суб­бот­него покоя. Чтобы дока­зать фари­сеям, что закон о суб­боте вовсе не содер­жит без­услов­ного запре­ще­ния что-либо делать, Хри­стос ука­зал им на свя­щен­ни­ков, кото­рые по суб­бо­там в храме совер­шают свя­щен­но­дей­ствия, но неви­новны в нару­ше­нии суб­бот­него покоя. Если слу­жи­тели храма не повинны в нару­ше­нии закона, тем более не повинны слу­жи­тели Того, Кто больше храма, т.е. уче­ники Христовы.

Гос­подь напом­нил также фари­сеям, что не чело­век создан для соблю­де­ния суб­боты, а суб­бота уста­нов­лена Богом ради пользы чело­века, как и весь Закон дан, чтобы люди стали лучше. Хри­стова же сво­бода по отно­ше­нию к Закону обу­слов­лена тем, что Он – «Гос­по­дин суб­боты», т.е. тот, Кто дал эту запо­ведь и в Ком она может быть испол­нена (см. Лк.6.1–5). Запо­ведь о суб­бот­нем покое явля­ется про­об­ра­зо­ва­тель­ной: чело­век дол­жен себя беречь от дел греха, совер­шен­ный же покой от греха насту­пит в Цар­стве Божием. Стать при­част­ным покою Цар­ства можно только через Иисуса Христа.

В дру­гой раз фари­сеи уви­дели, как уче­ники Хри­стовы едят хлеб неумы­тыми руками. С точки зре­ния книж­ни­ков и фари­сеев это было откры­тым и вопи­ю­щим нару­ше­нием пре­да­ния стар­цев, кото­рые при­да­вали боль­шое зна­че­ние обряду омо­ве­ния рук перед едой. Блю­сти­тели закона с упре­ком обра­ти­лись ко Хри­сту: «Зачем уче­ники Твои не посту­пают по пре­да­нию стар­цев, но неумы­тыми руками едят хлеб?» (Мк.7.5).

На вопрос фари­сеев Гос­подь опять отве­тил вопро­сом: «Зачем и вы пре­сту­па­ете запо­ведь Божию ради пре­да­ния вашего?» (Мф.15.3). Фари­сеи забо­ти­лись о том, чтобы под­дер­жи­вать свой авто­ри­тет бла­го­че­сти­вых и пра­вед­ных. Но так как даже казаться бла­го­че­сти­вым нелегко, фари­сеи измыш­ляли все­воз­мож­ные спо­собы обхо­дить суро­вые пред­пи­са­ния закона, тол­ко­вать их пре­вратно в свою пользу и заме­нять их более удоб­ными обы­ча­ями. Обли­чая фари­сеев и книж­ни­ков сло­вами про­рока Исайи, Гос­подь при народе назвал их лице­ме­рами: «Лице­меры! хорошо про­ро­че­ство­вал о вас Исайя, говоря: при­бли­жа­ются ко Мне люди сии устами сво­ими, и чтут Меня язы­ком, сердце же их далеко отстоит от Меня; но тщетно чтут Меня, уча уче­ниям, запо­ве­дям чело­ве­че­ским» (Мф.15.7–8).

Затем, обра­ща­ясь к народу и уче­ни­кам, Гос­подь ска­зал: «Слу­шайте и разу­мейте! не то, что вхо­дит в уста, осквер­няет чело­века, но то, что выхо­дит из уст, осквер­няет чело­век… ибо из сердца исхо­дят злые помыслы, убий­ства, пре­лю­бо­де­я­ния, любо­де­я­ния, кражи, лже­сви­де­тель­ства, хуле­ния – это осквер­няет чело­века; а есть неумы­тыми руками — не осквер­няет чело­века» (Мф.15.10–11,19–20)

Видя чудеса, и не имея воз­мож­но­сти отвер­гать факт их совер­ше­ния, фари­сеи и книж­ники ста­ра­лись опо­ро­чить их, заяв­ляя, что чудеса Хри­стос тво­рит не Боже­ствен­ной силой, а бесов­ской. Упор­ное сопро­тив­ле­ние фари­сеев и книж­ни­ков еван­гель­ской про­по­веди Хри­стос назвал бого­хуль­ством – т.е. созна­тель­ным, гор­дым про­тив­ле­нием воле Божией: «Вся­кий грех и хула про­стятся чело­ве­ком, а хула на Духа не про­стится ему ни в сем веке, ни в буду­щем» (Мф.12.31).

Гоне­ние на Хри­ста со сто­роны рели­ги­оз­ных вождей Изра­иля посте­пенно при­ни­мало все более орга­ни­зо­ван­ный и жесто­кий харак­тер. Так, Синед­рион (вер­хов­ный суд Изра­иля) офи­ци­ально поста­но­вил, что кто при­знает Иисуса Гали­ле­я­нина Мес­сией, будет отлу­чен от сина­гоги (Ин. 9.22).

Видимо, в какой-то сте­пени книж­ники, фари­сеи, сад­ду­кеи и иро­ди­ане пре­успели в наме­ре­нии добиться паде­ния вли­я­ния Хри­ста среди народа, так как Еван­ге­лие сохра­нило нам горь­кий упрек Хри­ста, обра­щен­ный к жите­лям Гали­леи: «Горе тебе, Хора­зин! Горе тебе, Виф­са­ида! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явлен­ные в вас, то давно бы они, сидя во вре­тище и пепле, пока­я­лись… И ты, Капер­наум, до неба воз­нес­шийся, до ада низ­верг­нешься» (Лк.10.13–15). Видя столько чудес, жители этих гали­лей­ских горо­дов в боль­шин­стве своем не при­знали Хри­ста Мессией.

Исповедание апостолов у Кесарии Филипповой

(Мф.16.13–26)

Одна­жды, когда Хри­стос с уче­ни­ками шел по дороге к Кеса­рии Филип­по­вой (в обла­сти север­нее Гали­леи), Он спро­сил их: «За кого люди почи­тают Меня, Сына Чело­ве­че­ского?» Гос­подь знал мне­ния, кото­рые ходили в народе, но этим вопро­сом Он хотел помочь уче­ни­кам опре­де­лить соб­ствен­ное отно­ше­ние к Нему. Апо­столы отве­тили Иисусу, что в народе одни почи­тают Его «за Иоанна Кре­сти­теля, дру­гие за Илию, а иные за Иере­мию, или за одного из про­ро­ков». Тогда Гос­подь спро­сил их: «А вы за кого почи­та­ете Меня?» От лица всех апо­сто­лов отве­тил Ему Симон-Петр: «Ты Хри­стос, Сын Бога Живаго». На это Гос­подь ска­зал ему: «Бла­жен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, сущий на небе­сах...».

Мно­гие люди слы­шали уче­ние Хри­ста о Цар­стве Божием и видели Его чудеса, в кото­рых это Цар­ство явля­лось. Неко­то­рые люди про­слав­ляли Его, как чело­века Божия и про­рока, дру­гие, как Его семья (назван­ные «бра­тья» Хри­ста), счи­тали Его безум­цем, кто-то, как фари­сеи, книж­ники и сад­ду­кеи, видели в Нем нару­ши­теля Закона, сму­тьяна или обман­щика. Но только апо­столы уви­дели в нищем стран­ству­ю­щем Про­по­вед­нике и Чудо­творце Сына Божия, и это было подви­гом веры. Ска­зав, что зна­ние о Нем как о Сыне Божием это не обыч­ное зем­ное зна­ние (от «плоти и крови»), Гос­подь пока­зал, что истин­ная вера во Хри­ста дается чест­ным, чистым, ищу­щим Бога серд­цам, как дар Божий.

Ска­зав затем: «Ты Петр (камень) и на сем камне Я создам Цер­ковь Мою, и врата ада не одо­леют ее...», Гос­подь обе­щал, что на такой, как у Петра, горя­чей и твер­дой вере Он создаст Свою Цер­ковь, кото­рая будет непо­ко­ле­бима и силы ада нико­гда не смо­гут ее разрушить.

«И дам тебе ключи Цар­ства Небес­ного, — про­дол­жал Хри­стос, – и что свя­жешь на земле, то будет свя­зано на небе­сах, и что раз­ре­шишь на земле, то будет раз­ре­шено на небе­сах». Этими сло­вами Гос­подь дал ап. Петру и всем Своим апо­сто­лам власть «вязать и решить» (Ин.20.28; Мф.18.18), т.е. про­щать грехи людям от имени Бога.

С этого вре­мени Иисус Хри­стос начал открыто гово­рить Своим уче­ни­кам, что Ему для спа­се­ния людей над­ле­жит много постра­дать от ста­рей­шин, пер­во­свя­щен­ни­ков и книж­ни­ков и быть уби­тым, и в тре­тий день вос­крес­нуть. Это так сму­тило уче­ни­ков, что Петр стал уго­ва­ри­вать Хри­ста: «Будь мило­стив к Себе, Гос­поди! да не будет этого с Тобою!» Из этих слов Петра видно, что он имел иудей­ское поня­тие о Мес­сии и не пони­мал еще уче­ния о спа­се­нии людей через стра­да­ния Хри­ста, в нем еще пре­об­ла­дали чув­ства зем­ные над духов­ными. Просьба Петра была подобна иску­ше­нию диа­вола, кото­рый также пред­ла­гал Гос­поду вме­сто духов­ного – зем­ное, вме­сто Цар­ства Небес­ного – цар­ство мира сего. Вот почему на просьбу Петра Хри­стос отве­тил сле­ду­ю­щими сло­вами: «Отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн! потому что дума­ешь не о том, что Божие, но что чело­ве­че­ское».

После этого Гос­подь ска­зал Своим уче­ни­кам: «Кто хочет идти за Мною, отверг­нись себя, и возьми крест свой, и сле­дуй за Мною» (Мф.16.24). Крест – это жизнь чело­века со всеми его стра­да­ни­ями и тру­дами во имя Хри­ста. Хри­стос посто­янно под­чер­ки­вал, что Его Крест­ный путь и жиз­нен­ный путь Его уче­ни­ков тесно свя­заны, и вход в Цар­ство Небес­ное все­гда лежит через Гол­гофу. Мир, лежа­щий во зле и не при­няв­ший Хри­ста, не при­мет и Его учеников.

Преображение Господне

(Мф.17.1–21; Мк.9.1–9,14–29; Лк.9.28–36, 37–43)

Вскоре после испо­ве­да­ния апо­сто­лов у Кеса­рии Филип­по­вой Гос­подь взял трех уче­ни­ков – Петра, Иоанна и Иакова Заве­де­е­вых – и под­нялся на высо­кую гору (по пре­да­нию – Фавор), чтобы помо­литься. Утом­лен­ные уче­ники вскоре заснули, но через неко­то­рые время просну­лись, раз­бу­жен­ные ярким све­том. Они уви­дели, что во время молитвы Хри­стос пре­об­ра­зился: лицо Его про­си­яло, как солнце, а одежды Его стали белыми, как снег, и бли­ста­ю­щими, как свет. На горе Хри­стос был не один: рядом сто­яли два вет­хо­за­вет­ных пра­вед­ника – Мои­сей и Илия, бесе­до­вав­шие с Ним о стра­да­ниях, кото­рые Гос­подь пере­не­сет в Иерусалиме.

Апо­столы испу­га­лись уви­ден­ного – открыв­шейся их гла­зам боже­ствен­ной славе Иисуса Хри­ста, и Петр вос­клик­нул: «Настав­ник! хорошо нам здесь быть; сде­лаем три кущи [26] : одну Тебе, одну Мои­сею и одну Илии…» (Лк.9.33). Необы­чай­ность виде­ния так пора­зила Петра, что он сам не пони­мал над­ле­жа­щим обра­зом своих слов, желая Иисусу остаться на горе, и не ухо­дить с нее и не стра­дать. Он еще не успел дого­во­рить, как неожи­данно уче­ни­ков осе­нило свет­лое облако, и они услы­шали из облака голос Бога-Отца, сви­де­тель­ство­вав­шего о Хри­сте и при­звав­шего их быть вни­ма­тель­ными ко всем сло­вам Хри­ста: «Сей есть Сын Мой Воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние; Его слу­шайте» (Мф.17.5). Бог-Отец при­звал апо­сто­лов слу­шать и то, что им дава­лось осо­бенно тяжело – пре­ду­пре­жде­ния о буду­щих стра­да­ниях Мессии.

Услы­шав это сви­де­тель­ство, уче­ники в ужасе пали на землю, но Иисус, подойдя к ним, ска­зал: «Встаньте и не бой­тесь» (Мф.17.7). Когда апо­столы под­ня­лись с земли, они уви­дели только сво­его Учителя.

Пре­об­ра­же­ние Гос­подне должно было перед Его стра­да­ни­ями укре­пить веру апо­сто­лов. Кондак празд­ника Пре­об­ра­же­ния гово­рит, что после, когда апо­столы уви­дят Учи­теля рас­пи­на­е­мым, зна­ние о боже­ствен­ном досто­ин­стве Спа­си­теля, явлен­ное на Фаворе, должно было их сохра­нить от соблазна и потери веры в Него как Сына Божия, а также помочь понять, что Его стра­да­ния и смерть были добровольны.

На вер­шине Фавор­ской Гос­подь также пока­зал апо­сто­лам, каким Бог хочет видеть Свое тво­ре­ние. Пре­об­ра­же­ние Гос­подне – образ буду­щего пре­об­ра­же­ния чело­века и всего мира, когда на земле окон­ча­тельно будет уни­что­жено зло и «будет Бог все во всем» (1Кор.15.28). Чудо исце­ле­ния луна­тика (маль­чика, одер­жи­мого злым духом, застав­ляв­шего его в пол­но­лу­ния бро­саться в огонь и воду), совер­шен­ное, когда Гос­подь с уче­ни­ками спу­стился с горы, пока­зы­вает, что именно во вла­сти Хри­ста спа­сти и пре­об­ра­зить одер­жи­мое злом чело­ве­че­ство. И если на горе апо­столы видели славу, кото­рая ожи­дает чело­ве­че­скую при­роду в Цар­стве Божием, внизу у под­но­жия горы Пре­об­ра­же­ния они уви­дели образ зем­ного уни­чи­же­ния этой при­роды – одер­жи­мость бесами.

Спу­стив­шись, Гос­подь уви­дел толпу народа, кото­рая окру­жала апо­сто­лов и фари­сеев, спо­рив­ших о чем-то между собой. Появ­ле­ние Гос­пода пре­рвало спор. Когда Хри­стос спро­сил, что стало при­чи­ной спора, из толпы раз­дался воз­глас: «Учи­тель! я при­вел к Тебе сына моего, одер­жи­мого духом немым: где ни схва­ты­вает его, повер­гает его на землю, и он испус­кает пену, и скре­же­щет зубами сво­ими, и цепе­неет. Гово­рил я уче­ни­кам Твоим, чтобы изгнали его, и они не могли» (Мк.9.17–18). Хри­стос, отве­чая ему, ска­зал: «О, род невер­ный! доколе буду с вами? доколе буду тер­петь вас? При­ве­дите его ко Мне» (Мк.9.19).Когда бес­но­ва­того при­вели, Гос­подь ска­зал отцу, что для исце­ле­ния сына нужно жела­ние и вера про­ся­щего за него: «Если сколько-нибудь можешь веро­вать, все воз­можно веру­ю­щему» (Мк.9.23). Несчаст­ный отец хотел верить Хри­сту, но он со сле­зами честно при­знал, что вера его слаба и нуж­да­лась в укреп­ле­нии: «Верую, Гос­поди! помоги моему неве­рию!» (Мк.9.24). После этого Гос­подь изгнал беса из его сына, и отрок стал здоров.

На вопрос бояв­шихся, не лиши­лись ли они дан­ной им Хри­стом силы исце­ле­ния уче­ни­ков, почему они не могли изгнать духа нечи­стого, Хри­стос отве­тил: «Сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста» (Мк.9.29). Таким обра­зом, Гос­подь ука­зал, что должно поститься и тому, кто страж­дет от бесов, и тому, кто хочет исце­лять; бла­го­дат­ная сила, дан­ная Богом хри­сти­а­нам, должна соеди­ниться с духов­ным усер­дием и аскезой.

Слу­же­ние Гос­пода Иисуса Хри­ста в Гали­лее под­хо­дило к концу. После Пре­об­ра­же­ния Гос­подь направ­ля­ется в Иеру­са­лим, чтобы там постра­дать. Перед Собой Гос­подь посы­лает с про­по­ве­дью семь­де­сят Своих уче­ни­ков, чтобы дать послед­нюю воз­мож­ность иудеям еще раз услы­шать Его уче­ние и пове­рить бла­го­ве­стию Цар­ства Божия (Лк.10.1–20).

Путь в Иерусалим на страдания: учение и чудеса

(Мф.17.22–20; Мк.9.30–10; Лк.9.51–19.28; Ин.7–11)

Притчи о про­пав­шей овце, о поте­рян­ной драхме, о блуд­ном сыне, о мило­серд­ном сама­ря­нине, о мытаре и фари­сее. Бла­го­сло­ве­ние детей. Беседа с бога­тым юно­шей. Притча о богаче и Лазаре. Притча о работ­ни­ках в вино­град­нике. Исце­ле­ние десяти про­ка­жен­ных. Слу­чай с жен­щи­ной, взя­той в пре­лю­бо­де­я­нии. Исце­ле­ние сле­по­рож­ден­ного. Вос­кре­ше­ние Лазаря. Тай­ное реше­ние Синед­ри­она. Обра­ще­ние мытаря Закхея. 

Время, когда нужно было постра­дать Хри­сту, при­бли­жа­лось, и Он посто­янно при­учал к мысли о стра­да­ниях Своих уче­ни­ков, говоря: «Вот, мы вос­хо­дим в Иеру­са­лим, и Сын Чело­ве­че­ский пре­дан будет пер­во­свя­щен­ни­кам и книж­ни­кам, и осу­дят Его на смерть; и пре­да­дут Его языч­ни­кам на пору­га­ние и бие­ние и рас­пя­тие; и в тре­тий день вос­крес­нет» (Мф.20.18–19). В поуче­ниях же и прит­чах, про­из­но­си­мых при народе, Гос­подь, как и в гали­лей­ские дни, гово­рил пре­иму­ще­ственно о том, что дол­жен делать чело­век, чтобы стать достой­ным Цар­ства Божия и что может поме­шать спасению.

Притча о пропавшей овце

(Лк.15.1–7)

Хри­стос нико­гда не пре­не­бре­гал мыта­рями и греш­ни­ками – тех, кого фари­сеи и книж­ники более всего пре­зи­рали и обще­нием с кем гну­ша­лись. Он вку­шал пищу вме­сте с греш­ни­ками, при­хо­дил в их дома, бесе­до­вал с ними; и рас­по­ло­же­ние Хри­ста при­вле­кало к нему тех, кто пони­мал недо­стой­ность сво­его образа жизни. И когда фари­сеи воз­роп­тали на Него, говоря: «Он при­ни­мает греш­ни­ков и ест с ними», Хри­стос ска­зал им сле­ду­ю­щую притчу: «Кто из вас, имея сто овец и поте­ряв одну из них, не оста­вит девя­но­ста девяти в пустыне и не пой­дет за про­пав­шею, пока не най­дет ее? А найдя, возь­мет ее на плечи свои с радо­стью и, придя домой, созо­вет дру­зей и сосе­дей и ска­жет им: пора­дуй­тесь со мною: я нашел мою про­пав­шую овцу. Ска­зы­ваю вам, что так на небе­сах более радо­сти будет об одном греш­нике каю­щемся, нежели о девя­но­ста девяти пра­вед­ни­ках, не име­ю­щих нужды в пока­я­нии».

Этой прит­чей Гос­подь пока­зы­вает, что для Бога нет ничтож­ных людей и если чело­век нрав­ственно пал, Бог все сде­лает, чтобы спа­сти его и все­гда с радо­стью при­мет его покаяние.

Притча о потерянной драхме

(Лк.15.8–10)

«Какая жен­щина, — ска­зал Хри­стос фари­сеям, — имея десять драхм, если поте­ряет одну драхму, не зажжет свечи и на ста­нет мести ком­нату и искать тща­тельно, пока не най­дет, а найдя, созо­вет подруг и сосе­док и ска­жет: «пора­дуй­тесь со мною: я нашла поте­рян­ную драхму».

Как и притча о про­пав­шей овце, эта притча пока­зы­вает, что чело­век бес­це­нен в гла­зах Божиих, и Бог ищет обра­ще­ния греш­ника в про­дол­же­ние всей его жизни.

Притча о блудном сыне

(Лк.15.11–32)

Прит­чей о блуд­ном сыне Хри­стос пока­зал, что любовь Божия к людям без­гра­нична, для чело­века же все­гда воз­можно покаяние.

У одного чело­века было два сына. Млад­шему надо­ело быть под опе­кой отца, ему захо­те­лось пожить весе­лой, раз­гуль­ной жиз­нью подальше от роди­тель­ского дома. С этой целью он потре­бо­вал у отца свою часть наслед­ства и ушел в дале­кую страну. Там он стал жить рас­путно, и быстро рас­тра­тил все свое досто­я­ние, пре­вра­тив­шись в нищего. Насту­пив­шая нужда, а затем голод заста­вили его наняться пасти сви­ней у одного из жите­лей той страны. Голод настолько мучил его, что он рад был напол­нить свой желу­док пищей для сви­ней, но никто не поз­во­лял ему это делать.

Ока­зав­шись на краю гибели, сын вспом­нил о своем отце и род­ном доме, где даже наем­ные рабо­чие все­гда сыты: «Сколько наем­ни­ков у отца моего избы­то­че­ствуют хле­бом, а я уми­раю от голода» (Лк.15.17). Но вме­сте с тем он понял, что в каче­стве сына ему будет стыдно вер­нуться под кров род­ного дома, поэтому решил пойти и ска­зать отцу: «Отче! я согре­шил про­тив неба и перед тобою и уже недо­стоин назы­ваться сыном твоим; прими меня в число наем­ни­ков твоих» (Лк.15.18–19).

Все время, пока он стран­ство­вал и пре­тер­пе­вал напа­сти, отец наде­ялся и ждал его воз­вра­ще­ния, и часто выхо­дил на дорогу, высмат­ри­вая сына. И когда тот был еще далеко, отец уви­дел его и сжа­лился, и побе­жал к нему навстречу, обнял и поце­ло­вал его. Когда сын попро­сил про­ще­ния и доз­во­ле­ния остаться при доме в каче­стве наем­ника, отец всё ему про­стил и при­нял – но как сына, а не наем­ника. Отец ска­зал своим слу­гам: «При­не­сите луч­шую одежду и оденьте его, и дайте пер­стень на руку его и обувь на ноги, и при­ве­дите откорм­лен­ного теленка и зако­лите: ста­нем есть и весе­литься, ибо этот сын мой был мертв и ожил, про­па­дал и нашелся» (Лк.15.22–24).

Среди весе­ля­щихся не было только стар­шего сына. Он в это время рабо­тал на поле. Узнав, что вер­нулся его блуд­ный брат и что отец устроил пир по этому слу­чаю, он рас­сер­дился и не захо­тел даже войти в дом, чтобы попри­вет­ство­вать сво­его брата. А когда отец вышел позвать его, то он с оби­дой и упре­ком ска­зал: «Я столько лет служу тебе и нико­гда не пре­сту­пал при­ка­за­ния тво­его, но ты нико­гда не дал мне и коз­ленка, чтобы мне пове­се­литься с дру­зьями моими; а когда этот сын твой, рас­то­чив­ший име­ние свое с блуд­ни­цами, при­шел, ты зако­лол для него откорм­лен­ного теленка» (Лк.15.29–30). Стар­ший сын осу­дил отца за любовь и мило­сер­дие, ока­зан­ное воз­вра­тив­ше­муся блуд­ному сыну. Он даже не захо­тел назвать сво­его млад­шего брата бра­том и не вошел в дом, чтобы встре­титься с ним и пора­до­ваться его спа­се­нию. Отец на обиду стар­шего сына кротко ска­зал: «Сын мой! ты все­гда со мной, и все мое твое, а о том надобно было радо­ваться и весе­литься, что брат твой сей был мертв и ожил, про­па­дал и нашелся» (Лк.15.31–32).

Образ «стар­шего сына» в этой притче может быть отне­сен к тем людям, кото­рые хотя внешне и испол­няют запо­веди Божий, но в сердце своем оста­ются эго­и­стами, не имеют любви к ближ­ним и не могут радо­ваться ника­ким их успе­хам. Так, книж­ники и фари­сеи не могли радо­ваться, видя, что мно­гие греш­ники и мытари под вли­я­нием Хри­ста каются и меняют образ своей жизни, и обра­ща­ются к Богу – подобно блуд­ному сыну, рас­ка­яв­ше­муся и вер­нув­ше­муся в дом отчий.

Притча о милосердном самарянине

(Лк.10.25–37)

Один закон­ник, желая иску­сить Гос­пода и наде­ясь, что Хри­стос ска­жет, что-то отли­ча­ю­ще­еся от поста­нов­ле­ний Закона Мои­се­ева, спро­сил у Него: «Учи­тель! что мне делать, чтобы насле­до­вать жизнь веч­ную?» (Лк.10.25). Хри­стос задал встреч­ный вопрос: что об этом гово­рит Свя­щен­ное Писа­ние? Отве­чая, закон­ник повто­рил вет­хо­за­вет­ную запо­ведь о любви к Богу и ближ­ним и заслу­жил похвалу Хри­ста: «Пра­вильно ты отве­чал; так посту­пай и будешь жить» (Лк.10.28).

Закон­ник был сму­щен таким пово­ро­том раз­го­вора, но не остав­ляя своих попы­ток поста­вить Хри­ста в тупик, спро­сил: «А кто мой ближ­ний?» (Лк.10.29). На этот вопрос Гос­подь отве­тил закон­нику прит­чей о мило­серд­ном самарянине.

«Неко­то­рый чело­век шел из Иеру­са­лима в Иери­хон и попался раз­бой­ни­кам, кото­рые сняли с него одежду, изра­нили его и ушли, оста­вив его едва живым. По слу­чаю один свя­щен­ник шел тою доро­гою и, уви­дев его, про­шел мимо. Также и левит, быв на том месте, подо­шел, посмот­рел и про­шел мимо. Сама­ря­нин же некто, про­ез­жая, нашел на него и, уви­дев его, сжа­лился и, подойдя, пере­вя­зал ему раны, воз­ли­вая масло и вино; и, поса­див его на сво­его осла, при­вез его в гости­ницу и поза­бо­тился о нем; а на дру­гой день, отъ­ез­жая, вынул два дина­рия, дал содер­жа­телю гости­ницы и ска­зал ему: поза­боться о нем; и если издер­жишь что более, я, когда воз­вра­щусь, отдам тебе» (Лк.10.25–35).

Гос­подь закон­чил притчу вопро­сом: «Кто из этих троих, дума­ешь ты, был ближ­ний попав­ше­муся раз­бой­ни­кам?» (Лк.10.36). Закон­ник не смог заста­вить себя ска­зать слово «сама­ря­нин», так как иудеи счи­тали сама­рян фак­ти­че­ски языч­ни­ками и гну­ша­лись обще­ния с ними, поэтому отве­тил иначе: «Ока­зав­ший ему милость». Тогда Иисус ска­зал ему: «Иди, и ты посту­пай так же» (Лк.10.37).

Если в Вет­хом Завете для иудея ближ­ним был только иудей – бли­зость опре­де­ля­лась при­над­леж­но­стью к одному народу и одной вере, то Хри­стос упразд­няет все наци­о­наль­ные, расо­вые, рели­ги­оз­ные и поли­ти­че­ские гра­ницы. Он гово­рит, что вопрос о ближ­нем вообще надо ста­вить иначе: не «кто мой ближ­ний», а как самому стать ближ­ним любому чело­веку. Поэтому Он ска­зал книж­нику: «Иди, и ты посту­пай так же».

Без любви к ближ­нему нельзя любить Бога и невоз­можно войти в Цар­ство Отца Небес­ного, поэтому кто рав­но­душно про­шел мимо стра­да­ю­щего чело­века, не ока­зав ему помощи, тот далек от Цар­ства Небесного.

Притча о мытаре и фарисее

(Лк.18.9–14)

Эту притчу Гос­подь про­из­нес в обли­че­ние фари­сеев, боль­шин­ство из кото­рых были само­уве­ренны и счи­тали себя праведниками.

«Два чело­века вошли в храм помо­литься – один фари­сей, а дру­гой мытарь. Фари­сей стал впе­реди, чтобы все видели его моля­щимся. Счи­тая себя пра­вед­ни­ком, он не про­сил у Бога мило­сти, а лишь бла­го­да­рил Его: «Боже! бла­го­дарю Тебя, что я не таков, как про­чие люди, гра­би­тели, обид­чики, пре­лю­бо­деи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю деся­тую часть из всего, что при­об­ре­таю». Мытарь же, стоя вдали, не смел даже под­нять глаз на небо; но, уда­ряя себя в грудь, гово­рил: «Боже! будь мило­стив ко мне греш­нику

Фари­сей в молитве пре­воз­но­сил себя и, забыв­шись в само­до­воль­стве, осу­дил и уни­зил мытаря, Богу же при­ят­нее была пока­ян­ная молитва мытаря, созна­ю­щего себя греш­ни­ком. «Ска­зы­ваю вам, заклю­чил эту притчу Гос­подь, — что сей пошел оправ­дан­ным в дом свой более, нежели тот» (Лк.18.14).

Благословение детей

(Мф.18.3–6; 19.13–15)

У иудей­ских жен­щин был обы­чай под­во­дить детей к рав­ви­нам (учи­те­лям) для бла­го­сло­ве­ния. Так и к Иисусу, Кото­рый для мно­гих стал люби­мым Учи­те­лем, они ста­ра­лись под­ве­сти своих детей. Уче­ники Хри­ста, желая огра­дить Иисуса от лиш­него утом­ле­ния и забот, запре­щали детям под­хо­дить к Нему. Уви­дев это, Гос­подь подо­звал уче­ни­ков и ска­зал им: «Пустите детей и не пре­пят­ствуйте им при­хо­дить ко Мне, ибо тако­вых есть Цар­ство Небес­ное» (Мф.19.14).

Душу ребенка, по сло­вам Хри­ста, должно вос­при­ни­мать как образ чистоты и дове­рия Богу, кото­рую дол­жен иметь каж­дый жела­ю­щий войти в Цар­ство Божие. Гос­подь обни­мал под­хо­див­ших к Нему детей, воз­ла­гал на них Свои руки и гово­рил уче­ни­кам и народу: «Истинно говорю вам, если не обра­ти­тесь и не будете как дети, не вой­дете в Цар­ство Небес­ное; итак, кто ума­лится, как это дитя, тот и больше в Цар­стве Небес­ном; и кто при­мет одно такое дитя во имя Мое, тот Меня при­ни­мает; а кто соблаз­нит одного из малых сих, веру­ю­щих в Меня, тому лучше было бы, если бы пове­сили ему мель­нич­ный жер­нов на шею и пото­пили его во глу­бине мор­ской» (Мф.18.6). Этими сло­вами Гос­подь при­звал уче­ни­ков ума­литься, оста­вить често­лю­бие и гор­дость, стать сми­рен­ными и крот­кими, дове­риться Богу – как и ребе­нок незна­чи­те­лен и пол­но­стью зави­сим от взрос­лых. И в то же время Гос­подь предо­сте­рег тех, кто наме­рен сеять соблазн и раз­врат, обра­щая ребенка или веру­ю­щую душу к пороку; тяж­кое муче­ние ожи­дает оби­жа­ю­щих и соблаз­ня­ю­щих смиренных

Беседа Христа с богатым юношей о богатстве

(Мф.19.16–30; Мк.10.17–31; Лк.18.18–30)

Одна­жды ко Хри­сту подо­шел бога­тый юноша, при­вле­чен­ный уче­нием Хри­ста о Цар­стве. Несмотря на свою моло­дость, он уже зани­мал какое-то слу­жеб­ное поло­же­ние: был «одним из началь­ни­ков», как гово­рит Еван­ге­лие. Уви­дев Хри­ста, он упал перед Ним на колени и вос­клик­нул: «Учи­тель бла­гий! что мне делать, чтобы насле­до­вать жизнь веч­ную?» (Лк.18.18).

Иисус ска­зал ему, что достоин веч­ной жизни тот, кто соблю­дает запо­веди: не уби­вай, не пре­лю­бо­дей­ствуй, не кради, не лже­сви­де­тель­ствуй, почи­тай отца и мать, и люби ближ­него тво­его, как самого себя. «Учи­тель, ска­зал моло­дой чело­век, все это сохра­нил я от юно­сти моей; чего еще недо­стает мне?» (Мф.19.20).

Тогда Иисус с любо­вью посмот­рел на бога­того юношу и отве­тил ему: «Если хочешь быть совер­шен­ным, пойди, про­дай име­ние твое и раз­дай нищим; и будешь иметь сокро­вище на небе­сах; и при­ходи и сле­дуй за Мною, взяв крест» (Мк.10.21). Слова Хри­ста пора­зили и сму­тили юношу. В душе бога­того юноши про­ис­хо­дила борьба: хоте­лось обес­пе­чить себе бла­жен­ство веч­ной жизни и в то же время сохра­нить при­вя­зан­ность к богат­ству и мате­ри­аль­ным удоб­ства. Но покло­не­ние Богу с покло­не­нием кумиру несов­ме­стимы, нужно было выби­рать одно из двух, и опе­ча­лен­ный юноша ушел от Гос­пода к сво­ему богатству.

Хри­стос же с печа­лью ска­зал окру­жа­ю­щим Его уче­ни­кам: «Как трудно име­ю­щим богат­ство войти в Цар­ства Божие… Удоб­нее вер­блюду пройти сквозь иголь­ные уши, нежели бога­тому войти в Цар­ствие Божие» (Мк.10.24–25). Это зна­чит, что деньги, вещи и все мате­ри­аль­ные богат­ства, ком­форт и власть, кото­рые они дают, могут стать силой, кото­рая при­вя­жет чело­века к земле и отвле­чет его от Цар­ства Божия

Притча о богаче и Лазаре

(Лк.16.19–31)

«Неко­то­рый чело­век был богат, оде­вался в пор­фиру и вис­сон и каж­дый день пир­ше­ство­вал бли­ста­тельно. Был также неко­то­рый нищий, име­нем Лазарь, кото­рый лежал у ворот его в стру­пьях и желал напи­таться крош­ками, пада­ю­щими со стола богача, и псы, при­ходя, лизали стру­пья его. 

Умер нищий и отне­сен был Анге­лами на лоно Авра­амово. Умер и богач, и похо­ро­нили его. И в аде, будучи в муках, он под­нял глаза свои, уви­дел вдали Авра­ама и Лазаря на лоне его и, возо­пив, ска­зал: отче Авра­аме! уми­ло­сер­дись надо мною и пошли Лазаря, чтобы омо­чил конец пер­ста сво­его в воде и про­хла­дил язык мой, ибо я муча­юсь в пла­мени сем. Но Авраам ска­зал: чадо! вспомни, что ты полу­чил уже доб­рое твое в жизни твоей, а Лазарь — злое; ныне же он здесь уте­ша­ется, а ты стра­да­ешь; и сверх всего того между нами и вами утвер­ждена вели­кая про­пасть, так что хотя­щие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят. 

Тогда ска­зал он: так прошу тебя, отче, пошли его в дом отца моего, ибо у меня пять бра­тьев; пусть он засви­де­тель­ствует им, чтобы и они не при­шли в это место муче­ния. Авраам ска­зал ему: у них есть Мои­сей и про­роки; пусть слу­шают их. Он же ска­зал: нет, отче Авра­аме, но если кто из мерт­вых при­дет к ним, пока­ются. Тогда Авраам ска­зал ему: если Мои­сея и про­ро­ков не слу­шают, то если бы кто и из мерт­вых вос­крес, не пове­рят».

В этой притче Гос­подь пока­зал, что мате­ри­аль­ное бла­го­по­лу­чие часто закры­вает глаза бога­тым людям, так что уже не они обла­дают богат­ством, сколько богат­ство ими обла­дает. Бога­тые, т.е. при­вя­зан­ные серд­цем к зем­ным бла­гам, живут так, как будто ни Бога, ни смерти нет. Они не видят рядом с собой нуж­да­ю­щихся и рав­но­душны к стра­да­ниям дру­гих людей. Для чело­века с таким устро­е­нием сердца закрыто Цар­ство Божие и после смерти его ожи­дают веч­ные мучения.

Образ нищего Лазаря, после смерти отне­сен­ного анге­лами на лоно Авра­амово [27] отно­сится к людям, кото­рые в зем­ной жизни идут узким и скорб­ным путем – путем испол­не­ния запо­ве­дей Божиих. Лазарь свой жиз­нен­ный крест до самой смерти нес мол­ча­ливо, тер­пе­ливо и смиренно.

На просьбу бога­того к Авра­аму послать Лазаря, чтобы облег­чить его муки в аду, Авраам отве­тил отка­зом, ска­зав, что после смерти каж­дый чело­век полу­чает то, что заслу­жил: один суро­вое нака­за­ние, дру­гой – радость. И умер­шие пра­вед­ники не могут изба­вить греш­ни­ков от муче­ний или облег­чить их, так как Бог так отде­лил их друг от друга, что эту про­пасть никто перейти не может.

Притча пока­зы­вает, что и в аду чело­век может осо­знать нрав­ствен­ную убо­гость про­жи­той им жизни и пере­жи­вать за близ­ких людей. Так богач про­сит Авра­ама помочь его пяти бра­тьям, чтобы они, пока живы, успели испра­виться и по смерти избе­жать ада. Авраам отве­тил богачу, что Бог уже ука­зал людям пути к спа­се­нию, дав им Закон и про­ро­ков. И если чело­век их не слу­шает, он оста­нется рав­но­ду­шен даже к вели­ким чуде­сам и зна­ме­ниям, ничто не заста­вит их пове­рить – даже если кто из мерт­вых вос­крес­нет. Дей­стви­тельно, рели­ги­оз­ные вожди Изра­иля, фор­мально испол­няв­шие Закон и уби­вав­шие про­ро­ков, посто­янно тре­бо­вали от Хри­ста осо­бых зна­ме­ний, но не пове­рили в Вос­кре­се­ние Его из мертвых.

Притча о работниках в винограднике

(Мф.20.1–16)

«Цар­ство Небес­ное подобно хозя­ину дома, кото­рый вышел рано поутру нанять работ­ни­ков в вино­град­ник свой и, дого­во­рив­шись с работ­ни­ками по дина­рию на день, послал их в вино­град­ник свой; выйдя около тре­тьего часа, он уви­дел дру­гих, сто­я­щих на тор­жище праздно, и им ска­зал: идите и вы в вино­град­ник мой, и что сле­до­вать будет, дам вам. Они пошли. Опять выйдя около шестого и девя­того часа, сде­лал то же. Нако­нец, выйдя около один­на­дца­того часа, он нашел дру­гих, сто­я­щих праздно, и гово­рит им: что вы сто­ите здесь целый день праздно? Они гово­рят ему: никто нас не нанял. Он гово­рит им: идите и вы в вино­град­ник мой, и что сле­до­вать будет, полу­чите. Когда же насту­пил вечер, гово­рит гос­по­дин вино­град­ника упра­ви­телю сво­ему: позови работ­ни­ков и отдай им плату, начав с послед­них до пер­вых. И при­шед­шие около один­на­дца­того часа полу­чили по дина­рию. При­шед­шие же пер­выми думали, что они полу­чат больше, но полу­чили и они по дина­рию; и, полу­чив, стали роп­тать на хозя­ина дома и гово­рили: эти послед­ние рабо­тали один час, и ты срав­нял их с нами, пере­нес­шими тягость дня и зной. Он же в ответ ска­зал одному из них: друг! я не оби­жаю тебя; не за дина­рий ли ты дого­во­рился со мною? возьми свое и пойди; я же хочу дать этому послед­нему то же, что и тебе; разве я не вла­стен в своем делать, что хочу? или глаз твой завист­лив от того, что я добр? Так будут послед­ние пер­выми, и пер­вые послед­ними, ибо много зва­ных, а мало избран­ных» (Мф.20.1–16).

Гос­подь, как хозяин вино­град­ника, зовет всех, кто хочет тру­диться для Цар­ства Божия и пред­ла­гает им духов­ное дела­ние в Церкви Хри­сто­вой. Раз­ные часы в притче (тре­тий, шестой, девя­тый, один­на­дца­тый) могут быть пони­маться дво­яко. С одной сто­роны, это раз­лич­ные эпохи в исто­рии Церкви, когда одни народы раньше отклик­ну­лись на при­зыв Божий, как еврей­ский, дру­гие позже, а с дру­гой – раз­лич­ные пери­оды инди­ви­ду­аль­ной жизни чело­века (дет­ство, юность, зре­лый воз­раст, ста­рость), когда он слы­шит и при­ни­мает при­зыв Божий. Эта притча Гос­подня гово­рит всем греш­ни­кам, сто­я­щим вне Цер­ков­ной ограды, что и для них есть воз­мож­ность спа­се­ния в любое время, даже в послед­ний час их жизни.

Вто­рая часть притчи гово­рит о рас­плате хозя­ина с работ­ни­ками вино­град­ника. Он всем дает, все зави­си­мо­сти от вре­мени начала работы, такую плату, кото­рую счи­тает нуж­ной. Так Бог может равно дать Цар­ство и духов­ные дары чело­веку с дет­ства быв­шему в Церкви и обра­тив­ше­муся к вере неза­долго до смерти; Он равно при­мет пока­я­ние и того, и дру­гого, и обоим про­стит грехи.

Ропот вино­гра­да­рей, тру­див­шихся с самого утра, как выра­же­ние чело­ве­че­ского пред­став­ле­ния о спра­вед­ли­во­сти, про­ти­во­по­став­ля­ется в притче Боже­ствен­ной щед­ро­сти и любви. Зависть, охва­тив­шая тру­див­шихся весь день, сродни низ­ким чув­ствам стар­шего брата в притче о блуд­ном сыне. Конец притчи о вино­гра­да­рях пока­зы­вает, что душев­ное устро­е­ние «пер­вых» может сни­зить досто­ин­ство их дол­гого труда в вино­град­нике Гос­под­нем, а усер­дие «послед­них», наобо­рот, более удо­вле­тво­рит Хозя­ина виноградника.

Исцеление десяти прокаженных

(Лк.17.11–19)

Про­по­ве­дуя за Иор­да­ном, Гос­подь одна­жды про­хо­дил по гра­нице, лежа­щей между Гали­леей и Сама­рией. Здесь Его встре­тили десять прокаженных.

Про­каза с древ­них вре­мен счи­та­лась болез­нью нечи­стой и зараз­ной. Как про­ис­хо­дит зара­же­ние – неиз­вестно, но, раз начав­шись, болезнь про­дол­жа­ется 5–20 лет и ведет к смерти. Про­каза вызы­вает глу­бо­кие пора­же­ния кожи всего тела, покры­ва­ю­ще­гося гной­ными и кро­во­то­ча­щими язвами серого цвета. Затем болезнь пора­жает внут­рен­ние органы и кости. Осла­бе­вает зре­ние, слух, голос, раз­ру­ша­ется нос, выпа­дают все волосы; нако­нец, отми­рают пальцы рук и ног. Боль­ной поги­бает от общего исто­ще­ния и пара­лича сердца.

В древ­ние вре­мена про­ка­жен­ные не поль­зо­ва­лись ника­кой помо­щью обще­ства, они изго­ня­лись из горо­дов и насе­лен­ных мест, бро­дили по без­люд­ным местам, пита­лись чем попало и обя­заны были кри­ками пре­ду­пре­ждать о своем приближении.

Десять про­ка­жен­ных, уви­дев Хри­ста, издали стали умо­лять Его, чтобы Он исце­лил их. Гос­подь сжа­лился и после слов Хри­ста: «Пой­дите, пока­жи­тесь свя­щен­ни­кам» (Лк.17.14) про­ка­жен­ные послушно отпра­ви­лись к свя­щен­ни­кам для обсле­до­ва­ния. В соот­вет­ствии с Зако­ном Мои­се­е­вым именно свя­щен­ники осмат­ри­вали таких боль­ных и решали, могут ли они вер­нуться в обще­ство здо­ро­вых людей. По дороге они почув­ство­вали, что страш­ная болезнь их оста­вила. Только один из исце­лен­ных, сама­ря­нин, почув­ство­вав, что он здо­ров, вер­нулся к Гос­поду, при­пал к Его ногам и гром­ким голо­сом про­сла­вил Бога. Девять же исце­лен­ных иудеев не нашли нуж­ным побла­го­да­рить сво­его Изба­ви­теля и пошли своей доро­гой. Уви­дев только одного воз­вра­ща­ю­ще­гося, Гос­подь про­из­нес: «Не десять ли очи­сти­лись? где же девять? как они не воз­вра­ти­лись воз­дать славу Богу, кроме сего ино­пле­мен­ника?» (Лк.17.17–18) и затем, обра­ща­ясь к исце­лен­ному сама­ря­нину, ска­зал: «Встань, иди; вера твоя спасла тебя» (Лк.17.19).

Эта исто­рия пока­зы­вает, что вера несов­ме­стима с небла­го­дар­но­стью к Богу.

В тоже время чудо исце­ле­ния про­ка­жен­ных, совер­шен­ное неза­долго до Стра­стей, сим­во­ли­че­ски изоб­ра­жает исто­рию спа­се­ния людей Богом. Десять про­ка­жен­ных обо­зна­чают всю при­роду чело­ве­че­скую, про­ка­жен­ную зло­бою, нося­щую на себе без­об­ра­зие греха, живу­щую из-за нечи­стоты вне города небес­ного и отсто­я­щую далеко от Бога. Бог по мило­сти увра­че­вал про­ка­жен­ную при­роду, вопло­тив­шись и вку­сивши смерть за вся­кого чело­века. Но иудеи ока­за­лись небла­го­дар­ными и не воз­дали славу Богу, отка­зав­шись пове­рить, что Иисус Хри­стос есть истин­ный Бог и Спа­си­тель мира. Языч­ники же, наобо­рот, при­знали очи­стив­шего их Бога и, пове­рив, полу­чили про­ще­ние грехов.

Женщина, взятая в прелюбодеянии, перед судом Спасителя

(Ин.8.1–11)

Гос­подь, как и все иудеи, посе­щал Иеру­са­лим и храм в дни вели­ких празд­ни­ков: Пасхи, Пяти­де­сят­ницы и Кущей. Послед­нее уча­стие Хри­ста в празд­нике Кущей, за несколько меся­цев до тор­же­ствен­ного Входа в Иеру­са­лим, свя­зано с про­во­ка­цией, устро­ен­ной книж­ни­ками и фари­се­ями, искав­шими повод, чтобы схва­тить Его и убить.

Одна­жды Хри­стос сидел во дворе храма и учил народ. Вне­запно речь Его пре­рвали книж­ники и фари­сеи. Они при­вели к Нему жен­щину, застиг­ну­тую при совер­ше­нии пре­лю­бо­де­я­ния. Поста­вив греш­ницу перед Хри­стом среди рас­сту­пив­ше­гося народа, они ска­зали: «Учи­тель! эта жен­щина взята в пре­лю­бо­де­я­нии; а Мои­сей в законе запо­ве­дал нам поби­вать таких кам­нями: Ты что ска­жешь

Эта ситу­а­ция была под­стро­ена книж­ни­ками и фари­се­ями для того, чтобы иску­сить Хри­ста и обви­нить Его перед наро­дом и вла­стями. Они знали, что Хри­стос все­гда был мило­стив и добр к людям. Если бы Хри­стос во все­услы­ша­ние отме­нил этот закон, Его при­знали бы вра­гом Мои­сея, а если бы Он при­знал закон дей­стви­тель­ным, то поте­рял бы в гла­зах народа ореол Доб­рого Пас­тыря. Его можно было бы обви­нить и перед рим­скими вла­стями в нару­ше­нии граж­дан­ских зако­нов, так как рим­ские законы не допус­кали смерт­ной казни за прелюбодеяние.

Задав ковар­ный вопрос, книж­ники и фари­сеи ожи­дали, что ска­жет Хри­стос. Но Он, накло­нив­шись низко, что-то писал паль­цем на земле, не обра­щая на них вни­ма­ния. Его мол­ча­ние раз­дра­жало обви­ни­те­лей, и они всё насто­я­тель­нее тре­бо­вали ответа. Тогда Гос­подь при­под­нял голову, посмот­рел на обви­ни­те­лей и ска­зал: «Кто из вас без греха, пер­вый брось в нее камень». И, накло­нив­шись к земле, про­дол­жал писать.

Этим отве­том Гос­подь фак­ти­че­ски при­знал правоту поста­нов­ле­ния Закона Мои­се­ева, но, с дру­гой сто­роны, пока­зал, что нет чело­века, кото­рый был бы вправе при­ве­сти его в испол­не­ние. Об этом Гос­подь гово­рил уже в начале Сво­его слу­же­ния, в Нагор­ной про­по­веди Он запре­тил осуж­де­ние: «Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смот­ришь на сучок в глазе брата тво­его, а бревна в твоем глазе не чув­ству­ешь? Или как ска­жешь брату тво­ему: «дай, я выну сучок из глаза тво­его», а вот, в твоем глазе бревно? Лице­мер! вынь прежде бревно из тво­его глаза и тогда уви­дишь, как вынуть сучок из глаза брата тво­его» (Мф.5.1–5).

Книж­ники и фари­сеи, обли­ча­е­мые сове­стью, один за дру­гим разо­шлись. Когда все уда­ли­лись, Гос­подь посмот­рел на несчаст­ную греш­ницу и спро­сил ее: «Жен­щина! где твои обви­ни­тели? никто не осу­дил тебя?» Его вопрос вывел греш­ницу из томи­тель­ного состо­я­ния ожи­да­ния смерти, и она отве­тила: «Никто, Гос­поди». Тогда Спа­си­тель ска­зал ей: «И Я не осуж­даю тебя; иди и впредь не греши» (см. Ин.8.2–11).

Исцеление слепорожденного

(Ин.9)

При­бли­жался празд­ник Обнов­ле­ния храма [28]. Хри­стос с уче­ни­ками в это время нахо­дился в Иеру­са­лиме. Одна­жды в суб­боту, выйдя из храма, уче­ники уви­дели нищего, кото­рый от рож­де­ния был сле­пым. Обра­ща­ясь к Хри­сту, они спро­сили Его: «Равви! Кто согре­шил, он или роди­тели его, что родился сле­пым?» Иисус Хри­стос отве­тил: «Не согре­шил ни он, ни роди­тели его, но это для того, чтобы на нем яви­лись дела Божии».

Затем Хри­стос подо­шел к нищему, плю­нул на землю, сде­лал бре­ние (грязь) из плю­но­ве­ния и пома­зал бре­нием его сле­пые глаза (неко­то­рые тол­ко­ва­тели объ­яс­няют дей­ствие Хри­ста как твор­че­ский акт: «Устро­яет глаза из бре­ния, упо­треб­ляя тот же спо­соб твор­че­ства, каким сотво­рил и Адама» (блж. Фео­фи­лакт Бол­гар­ский). После этого Спа­си­тель велел сле­по­рож­ден­ному пойти и умыться в купальне Силоам. Гос­подь мог исце­лить сле­пого одним сло­вом, но Он дал воз­мож­ность появиться надежде на исце­ле­ние в душе этого чело­века. Сле­по­рож­ден­ный послушно пошел к источ­нику, про­мыл глаза и прозрел.

Это чудо потрясло всех, кто стал его сви­де­те­лем, и мно­гие вме­сте со сле­по­рож­ден­ным радо­ва­лись и бла­го­да­рили Бога. Но неко­то­рые иудеи уви­дели в этом исце­ле­нии нару­ше­ние суб­бот­него покоя. Они повели исце­лен­ного на допрос к фарисеям.

Пред­став перед закон­ни­ками, быв­ший сле­по­рож­ден­ный подробно рас­ска­зал им о том, как был исце­лен Чело­ве­ком по имени Иисус – о Хри­сте он больше ничего не знал. Между фари­се­ями раз­го­релся спор. Одни из них утвер­ждали, что Чудо­тво­рец — греш­ник, так как не хра­нит суб­боты; дру­гие воз­ра­жали, сомне­ва­ясь, чтобы греш­ник мог совер­шать такие чудеса, хотя бы и в суб­боту. В конце кон­цов, фари­сеи запо­до­зрили обман в самом факте чуда и вызвали на допрос роди­те­лей сле­по­рож­ден­ного: «Это ли сын ваш, о кото­ром вы гово­рите, что родился сле­пым? как же он теперь видит?» Роди­тели сле­пого, боясь, что их отлу­чат от сина­гоги, если они при­знают Хри­ста источ­ни­ком чуда, отве­тили кратко: «Мы знаем, что это сын наш и что он родился сле­пым, а как теперь видит, не знаем, или кто отверз ему очи, мы не знаем. Сам в совер­шен­ных летах; самого спро­сите; пусть сам о себе ска­жет».

Тогда закон­ники вто­рично при­звали исце­лен­ного и ска­зали, чтобы он за свое исце­ле­ние бла­го­да­рил Бога, а не Иисуса Гали­ле­я­нина, так как Он греш­ник. «Греш­ник ли Он, не знаю, – отве­тил им сле­по­рож­ден­ный, – одно знаю, что я был слеп, а теперь вижу». Фари­сеи настырно про­дол­жали допы­ты­ваться у сле­по­рож­ден­ного, как про­изо­шло чудо и что делал Хри­стос, так что быв­ший сле­пой спро­сил: «Я уже ска­зал вам, и вы не слу­шали; что еще хотите слы­шать? или вы хотите сде­латься Его уче­никами?» На это раз­до­са­до­ван­ные блю­сти­тели закона закри­чали: «Ты уче­ник Его, а мы Мои­се­евы уче­ники. Мы знаем, что с Мои­сеем гово­рил Бог; Сего же не знаем, откуда Он». Услы­шав это от рели­ги­оз­ных руко­во­ди­те­лей Изра­иля, сле­пой уди­вился: «Это и уди­ви­тельно, что вы не зна­ете, откуда Он, а Он отверз мне очи. Но мы знаем, что греш­ни­ков Бог не слу­шает; но кто чтит Бога и тво­рит волю Его, того слу­шает… Если бы Он не был от Бога, не мог бы тво­рить ничего».

Эти про­стые и разум­ные слова, про­тив кото­рых ничего нельзя было ска­зать, окон­ча­тельно раз­гне­вали фари­сеев. Они выгнали его вон со сло­вами: «Во гре­хах ты весь родился, и ты ли нас учишь?» Это, веро­ятно, озна­чало отлу­че­ние его от синагоги.

Узнав о слу­чив­шемся, Хри­стос нашел быв­шего сле­пого и спро­сил его: «Ты веру­ешь ли в Сына Божия?» Сле­по­рож­ден­ный впер­вые уви­дел Хри­ста, поэтому спро­сил: «А кто Он, Гос­поди, чтобы мне веро­вать в Него?» Тогда Хри­стос ска­зал ему: «И видел ты Его, и Он гово­рит с тобою». «Верую, Гос­поди!» – вос­клик­нул сле­по­рож­ден­ный, и духовно и физи­че­ски про­зрев­ший, и покло­нился Спасителю.

Эта исто­рия пока­зы­вает, что фари­сеи и книж­ники, име­ю­щие физи­че­ские зре­ние и дума­ю­щие, что они лучше всех дру­гих иудеев испол­няют Закон и пони­мают, что полезно Изра­илю, ока­за­лись духовно сле­пыми и не уви­дели в Иисусе Мес­сию даже после такого вели­кого чуда.

Воскрешение Лазаря. Тайное решение Синедриона.

(Ин.11.1–50)

При­бли­жа­лась весна и празд­ник Пасхи. Хри­стос с уче­ни­ками жил за Иор­да­ном, избе­гая раньше вре­мени появ­ляться в Иеру­са­лиме из-за враж­деб­ного отно­ше­ния со сто­роны иеру­са­лим­ских свя­щен­ни­ков. Одна­жды к ним при­шло изве­стие, что в Вифа­нии тяжело забо­лел Лазарь – друг Иисуса. Услы­шав это, Хри­стос успо­коил апо­сто­лов, ска­зав: «Эта болезнь не к смерти, но к славе Божией, да про­сла­вится через нее Сын Божий» (Ин.11.4).

После изве­стия о болезни Лазаря Спа­си­тель еще два дня про­был в Заи­ор­да­нье, а затем неожи­данно объ­явил апо­сто­лам, что соби­ра­ется идти в Вифа­нию, так как Лазарь умер. Апо­стол Фома, зная, что воз­вра­ще­ние в Иудею гро­зит гибе­лью не только Иисусу, но и всем им, ска­зал: «Пой­дем и мы умрем с Ним» (Ин.11.16).

Про­шло четыре дня после смерти Лазаря, когда Хри­стос подо­шел к Вифа­нии, где жили сестры Лазаря Марфа и Мария. На краю селе­ния им навстречу вышла печаль­ная Марфа, вос­клик­нув­шая: «Гос­поди! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой» (Ин.11.21). Гос­подь, зная, что соби­ра­ется сде­лать, ска­зал ей: «Вос­крес­нет брат твой» (Ин.11.23). Но Марфа Его не поняла, решив, что Учи­тель гово­рит о все­об­щем вос­кре­се­нии мерт­вых. Тогда Хри­стос опре­де­ленно ей ска­зал, что Он Сам источ­ник жизни для мира и в Его вла­сти вер­нуть к жизни умер­шего телес­ной смер­тью, а вся­кого веру­ю­щего сохра­нить от смерти духов­ной: «Я есть вос­кре­се­ние и жизнь, веру­ю­щий в Меня, если и умрет, ожи­вет. И вся­кий, живу­щий и веру­ю­щий в Меня, не умрет вовек» (Ин.11.25–26). И обра­тив­шись к Марфе, Гос­подь спро­сил ее: «Веришь ли сему?» Услы­шав эти слова, Марфа испо­ве­дала свою веру во Хри­ста как истин­ного Сына Божия: «Так, Гос­поди, я верую, что Ты Сын Божий, гря­ду­щий в мир» (Ин.11.27).

Взвол­но­ван­ная этой встре­чей Марфа поспе­шила домой, чтобы позвать Марию. Мария же сидела в доме, окру­жен­ная род­ными и сосе­дями, уте­шав­шими ее в горе. Марфа, подойдя к сестре, тихо ска­зала ей: «Учи­тель здесь и зовет тебя» (Ин.11.28). Мария, обра­до­вав­шись, поспешно встала и пошла из дома. За ней после­до­вали род­ствен­ники, думая, что она пошла пла­кать при гробе брата. Уви­дев Хри­ста, Мария при­пала к Его ногам и, повто­рив слова сестры, ска­зала: «Гос­поди, если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой» (Ин.11.32).

Видя всех скор­бя­щих и пла­чу­щих, Иисус запла­кал. Свя­тые отцы гово­рят, что Гос­подь пла­кал и об умер­шем друге и о всём чело­ве­че­стве, пора­жен­ном болез­нями и смер­тью. Скорбя, Гос­подь в сопро­вож­де­нии толпы напра­вился ко гробу Лазаря. Гроб по восточ­ному обы­чаю пред­став­лял собой пещеру, вход в кото­рую был зава­лен кам­нем. Думая, что Иисус при­шел сюда опла­кать умер­шего, иудеи были удив­лены, когда Он велел отва­лить камень от гроба. На роб­кий про­тест Марфы: «Гос­поди, уже смер­дит; ибо четыре дня, как он во гробе» (Ин.11.39), Иисус ска­зал: «Не ска­зал ли Я тебе, что, если будешь веро­вать, уви­дишь славу Божию?» (Ин.11.40).

Когда отва­лили камень, Иисус, под­няв глаза к небу, стал громко молиться: «Отче! бла­го­дарю Тебя, что Ты услы­шал Меня. Я и знал, что Ты все­гда услы­шишь Меня; но ска­зал сие для народа, здесь сто­я­щего, чтобы пове­рили, что Ты послал Меня» (Ин.11.41–42).

«Лазарь, иди вон!» – вос­клик­нул Спа­си­тель. Из пещеры появился умер­ший, обви­тый погре­баль­ными пеле­нами, и Иисус попро­сил снять с него пелены, чтобы Лазарь смог идти.

Чудо вос­кре­ше­ния чет­ве­ро­днев­ного Лазаря потрясло иудеев более чем осталь­ные чудеса Спа­си­теля, и мно­гие уве­ро­вали в Иисуса как Мессию.

Слух о вос­кре­ше­нии Лазаря быстро рас­про­стра­нился по Иеру­са­лиму и его окрест­но­стям. Мно­гие ходили в Вифа­нию, чтобы посмот­реть на Лазаря, и видя его живым, обре­тали веру в Хри­ста. Иудей­ские духов­ные вла­сти должны были с сожа­ле­нием при­знать, что авто­ри­тет Иисуса Наза­ря­нина в народе рас­тет, невзи­рая на то, что вера в Него кара­лась отлу­че­нием от сина­гоги (см. Ин.9.22).

Не отри­цая факта совер­шен­ного Хри­стом чуда, началь­ники иудей­ские сочли его настолько опас­ным, что вскоре для обсуж­де­ния про­ис­шед­шего были собраны члены Вер­хов­ного Совета (Синед­ри­она). «Что нам делать? – гово­рили они. – Этот Чело­век много чудес тво­рит. Если оста­вим Его так, то все уве­руют в Него, и при­дут Рим­ляне и овла­деют и местом нашим и наро­дом» (Ин.11.47–48). Члены Синед­ри­она боя­лись, что народ объ­еди­нится вокруг Хри­ста и про­воз­гла­сит Его царем. Это вызо­вет гоне­ния со сто­роны рим­лян, и тогда послед­ние остатки наци­о­наль­ной сво­боды погиб­нут, а началь­ники иудей­ские поте­ряют свою власть. Поэтому пер­во­свя­щен­ник Каиафа ска­зал чле­нам Синед­ри­она, что нужно дей­ство­вать реши­тельно и убить Иисуса Наза­ря­нина: «Лучше нам, чтобы один чело­век умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб» (Ин.11.50). Каиафа был недо­стой­ным чело­ве­ком, но, имея осо­бые дары Божии, в силу пер­во­свя­щен­ни­че­ского досто­ин­ства, он неожи­данно для себя изрек истину: Хри­сту, дей­стви­тельно, над­ле­жало уме­реть за народ, чтобы народ не погиб. Но Гос­подь дол­жен был уме­реть не для спа­се­ния неза­ви­си­мо­сти Иудей­ского цар­ства и эго­и­стич­ных инте­ре­сов иудей­ских вождей, а для искуп­ле­ния всего чело­ве­че­ства от греха, про­кля­тия и смерти.

Пред­ло­же­ние Каиафы не встре­тило воз­ра­же­ний, и Синед­рион поста­но­вил убить Иисуса, а вме­сте с Ним пре­дать смерти и Лазаря, из-за кото­рого мно­гие уве­ро­вали в Христа.

Вечеря в Вифании за шесть дней до Пасхи

(Ин.12.1–11)

Поки­нув Иери­хон, Гос­подь про­дол­жил Свой путь на Стра­сти. Нака­нуне тор­же­ствен­ного Входа в Иеру­са­лим, Гос­подь оста­но­вился на ноч­лег в селе­нии Вифа­ния. Там, в доме Симона про­ка­жен­ного, дру­зья при­го­то­вили Гос­поду вечерю, т.е. тра­пезу. Среди гостей был и вос­крес­ший Лазарь, а его сестра Марфа забо­ти­лась об уго­ще­нии и при­слу­жи­вала у стола, где воз­ле­жали гости. Дру­гая сестра его, Мария, желая побла­го­да­рить Гос­пода за Его милость к их семье и вос­кре­ше­ние брата, взяв сосуд с дра­го­цен­ным аро­мат­ным миром, во время тра­пезы с бла­го­го­ве­нием подо­шла к Иисусу, и молча воз­лила миро на ноги Иисуса. Дом напол­нился бла­го­уха­нием. Мария, скло­нив­шись, отерла воло­сами ноги Учителя.

Уви­дев это, один из апо­сто­лов – Иуда Иска­ри­от­ский ска­зал: «Для чего бы не про­дать это миро за три­ста дина­риев и не раз­дать нищим?» (Ин.12.5). Еван­ге­лист Иоанн пояс­нил, что Иуда ска­зал это не потому, что забо­тился о нищих, а потому, что был вором. Иуда более дру­гих был заин­те­ре­со­ван в том, чтобы Мария при­несла не миро, кото­рое она, по его мне­нию, бес­цельно потра­тила, а деньги. Он носил при себе денеж­ный ящик, в кото­рый уче­ники соби­рали пожерт­во­ва­ния, и тай­ком брал оттуда деньги.

Мария сму­ти­лась уко­ром Иуды, но Хри­стос обод­рил ее и ска­зал: «Оставьте ее; она сбе­регла это на день погре­бе­ния Моего. Ибо нищих все­гда име­ете с собою, а Меня не все­гда» (Ин.12.7–8). Защи­щая Марию, Хри­стос неза­метно для дру­гих обли­чил Иуду, пока­зы­вая, что забота его о нищих не так искренна, как забота Марии о Хри­сте. Зная о дав­нем наме­ре­нии Иуды пре­дать Его, Гос­подь ука­зы­вает на послед­ствие пре­да­тель­ства – Свою смерть.

Обращение мытаря Закхея

(Лк.19.1–10)

Путь Хри­ста в Иеру­са­лим лежал через неболь­шой город Иери­хон. В то время в Иери­хоне жил началь­ник мыта­рей по имени Зак­хей. Этот чело­век, как и дру­гие мытари, не поль­зо­вался любо­вью дру­гих горо­жан, т.к. состоял на службе у рим­лян и помо­гал соби­рать налоги со своих еди­но­пле­мен­ни­ков. Зак­хей давно слы­шал о Хри­сте и очень хотел Его уви­деть. Известно было, что Иисус Хри­стос не только не питал нена­ви­сти к мыта­рям, но даже одного из сбор­щика пода­тей сде­лал Своим близ­ким учеником.

Когда Зак­хей узнал, что через Иери­хон идет Спа­си­тель, он бро­сил все дела и поспе­шил к Нему навстречу, чтобы хотя бы издали посмот­реть на гали­лей­ского про­рока. Но так как Хри­ста окру­жала боль­шая толпа народа, низ­кий ростом Зак­хей не мог ничего рас­смот­реть. Тогда пред­при­им­чи­вый мытарь забе­жал впе­ред, забрался на смо­ков­ницу, рас­ту­щую у дороги, и, пре­не­бре­гая насмеш­ками людей, стал под­жи­дать Христа.

Иисус, подойдя к дереву, на кото­ром сидел Зак­хей, назвал его по имени и ска­зал: «Сойди ско­рее, ибо сего­дня надобно Мне быть у тебя в доме» (Лк.19.5). Обра­до­ван­ный Зак­хей слез с дерева и повел вели­кого Гостя к себе в дом – под ропот фари­сеев, воз­му­щен­ных оче­ред­ной мило­стью Хри­ста к пре­зрен­ным греш­ни­кам. Вни­ма­ние, про­яв­лен­ное Хри­стом, вызвало искрен­нее рас­ка­я­ние Зак­хея и горя­чее жела­ние на деле дока­зать искрен­ность сво­его пока­я­ния: «Гос­поди, поло­вину име­ния моего я отдам нищим, и, если кого чем оби­дел, воз­дам вчет­веро» (Лк.19.8). Обод­ряя его, Гос­подь ска­зал, что, уве­ро­вав, Зак­хей не только по про­ис­хож­де­нию, но и по духу про­явил себя как под­лин­ный сын Авра­ама и поэтому, несмотря на про­шлое, при­шло спа­се­ние и в его дом.

Тор­же­ствен­ный Вход Гос­пода в Иерусалим

(Мф.21.1–11; Мк.11.1–11; Лк.19.29–44; Ин.12.12–19)

Нака­нуне Пасхи Иеру­са­лим был пере­пол­нен палом­ни­ками со всех кон­цов Пале­стины и из сосед­них стран. Рим­ский про­ку­ра­тор Пон­тий Пилат при­был в Иеру­са­лим из Кеса­рии с отря­дом вои­нов, чтобы уси­лить бди­тель­ность по охране порядка и спо­кой­ствия в сто­лице во время празд­нич­ных дней. На празд­ник Пасхи в Иеру­са­лим при­был и пра­ви­тель Гали­леи Ирод Антипа.

Среди палом­ни­ков много было оче­вид­цев чудес, совер­шен­ных Хри­стом. Осо­бен­ное впе­чат­ле­ние про­из­вело на народ чудо вос­кре­ше­ния чет­ве­ро­днев­ного Лазаря, и мно­гие пове­рили в Него как в Мес­сию. Когда они узнали, что Иисус Хри­стос идет в Иеру­са­лим, все вышли Его встречать.

В селе­нии Виф­фа­гия (под Иеру­са­ли­мом) Хри­стос попро­сил уче­ни­ков найти Ему осла, и они при­вели ослицу с ослен­ком. Гос­подь сел вер­хом на осла и напра­вился в Иеру­са­лим. У про­рока Заха­рии именно так опи­сан Вход Гос­по­день в Иеру­са­лим: «Ликуй от радо­сти, дщерь Сиона, тор­же­ствуй, дщерь Иеру­са­лима: се Царь твой гря­дет к тебе, пра­вед­ный и спа­са­ю­щий, крот­кий, сидя­щий на ослице и на моло­дом осле…» (Зах.9.9). В этот день Гос­подь тор­же­ственно явил Себя иудеям как Мес­сия. Но в отли­чие от пол­ко­вод­цев, победно въез­жав­ших в город на коне, Иисус вхо­дит на осле, пока­зы­вая, что Он не Мес­сия-Осво­бо­ди­тель, но Царь крот­кий, пра­вед­ный и спа­са­ю­щий – не от вла­сти рим­лян, но от веч­ной смерти.

Воз­да­вая цар­ские поче­сти Хри­сту, уче­ники пости­лали на дороге свои одежды, а народ резал паль­мо­вые ветки и бро­сал их под ноги осленка, на кото­ром Он ехал. Все мно­же­ство людей, сопро­вож­дав­ших и встре­чав­ших Гос­пода, громко про­слав­ляло Бога за все чудеса, кото­рые совер­шил Хри­стос: «Осанна Сыну Дави­дову! бла­го­сло­вен гря­ду­щий во имя Гос­подне, Царь Изра­и­лев! Осанна в выш­них!» (Мф.21.9). Весь Иеру­са­лим, со всем его огром­ным насе­ле­нием пред­празд­нич­ных дней, при­шел в дви­же­ние и возбуждение.

Фари­сеи, видя вос­торг толпы, него­до­вали, но, боясь народа, огра­ни­чи­лись лишь дерз­ким кри­ком: «Учи­тель! запрети уче­ни­кам Твоим» (Лк.19.39). Они хотели, чтобы уче­ники пере­стали сла­во­сло­вить Хри­ста, но на эти злоб­ные выкрики фари­сеев Гос­подь кротко отве­тил: «Если они умолк­нут, то камни возо­пиют» (Лк.19.40) – истину нельзя заста­вить замол­чать. Если чело­ве­че­ские сердца ста­нут неспо­соб­ными про­слав­лять Бога, то камни и вся при­рода про­сла­вит Творца.

Уже подъ­ез­жая к Иеру­са­лиму, Гос­подь вновь запла­кал. Он знал, что лику­ю­щий народ, сей­час видя­щий в Нем Мес­сию и наде­ю­щийся, что Он ста­нет Мес­сией-осво­бо­ди­те­лем, скоро будет неистово кри­чать: «Рас­пни! Рас­пни Его!» Он знал, что из-за отвер­же­ния Его иуде­ями этот свя­щен­ный город и иеру­са­лим­ский храм будет раз­ру­шен, так что камня на камне не оста­нется. Смотря на Иеру­са­лим, скор­бя­щий Хри­стос вос­клик­нул: «О, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что слу­жит к миру тво­ему! Но это сокрыто ныне от глаз твоих, ибо при­дут на тебя дни, когда враги твои обло­жат тебя око­пами и окру­жат тебя, и стес­нят тебя ото­всюду, и разо­рят тебя, и побьют детей твоих в тебе, и не оста­вят в тебе камня на камне за то, что ты не узнал вре­мени посе­ще­ния тво­его» (Лк.19.42–44).

Когда Спа­си­тель всту­пил в Иеру­са­лим, тор­же­ствен­ное шествие напра­ви­лось через весь город прямо к храму – для молитвы. Так как было уже позд­нее время, Гос­подь не стал учить народ и воз­вра­тился в Вифа­нию (селе­ние, где жил Лазарь с сестрами).

Вход Гос­по­день в Иеру­са­лим явился нача­лом Страст­ной Сед­мицы – послед­них дней зем­ной жизни Спасителя.

Страстная седмица

Великий Понедельник

Проклятие бесплодной смоковницы

(Мф.21.18–22; Мк.11.12–26)

Пере­но­че­вав в Вифа­нии, Хри­стос на дру­гой день рано утром опять пошел с апо­сто­лами в Иеру­са­лим. По дороге Он почув­ство­вал голод и, уви­дев у дороги покры­тую листьями смо­ков­ницу, подо­шел к ней, чтобы под­кре­питься ее пло­дами. Смо­ков­ница необыч­ное дерево: сна­чала у него появ­ля­ются плоды, а затем уже листья. Гос­подь уви­дел смо­ков­ницу, покры­тую листьями, что (хотя еще не насту­пил период соби­ра­ния смокв) давало надежду на нали­чие и пло­дов. Но дерево ока­за­лось бес­плод­ным. Тогда Гос­подь, обра­ща­ясь к бес­плод­ному дереву, ска­зал: «Отныне да не вку­шает никто от тебя плода вовек!» (Мк.11.14). И смо­ков­ница тот­час начала засыхать.

Это един­ствен­ное чудо Хри­ста, направ­лен­ное на уни­что­же­ние, а не исправ­ле­ние тво­ре­ния. Гос­подь про­кли­нает дерево, кото­рое имело вид пло­до­но­ся­щего, хотя и не время было смо­ков­ни­цам плодоносить.

Чудо про­кля­тия бес­плод­ной смо­ков­ницы было пред­ска­за­нием Иисуса Хри­ста о гря­ду­щей тра­ги­че­ской гибели Изра­иля при раз­ру­ше­нии Иеру­са­лима и храма рим­ля­нами в 69–70 годах. Засох­шая смо­ков­ница стала сим­во­лом, про­ро­че­ством и прит­чей о духовно бес­плод­ном еврей­ском народе, не при­няв­шем сво­его Мессии.

Уче­ники не могли не понять тай­ного смысла этого чуда, поскольку слы­шали из уст Спа­си­теля притчу о бес­плод­ной смо­ков­нице. Тогда Гос­подь гово­рил им о смо­ков­нице, уже тре­тий год не при­но­ся­щей пло­дов, и о садов­нике, кото­рый умо­лял хозя­ина не рубить дерево. «Гос­по­дин, — про­сил садов­ник хозя­ина, — оставь ее и на этот год, пока я око­паю ее и обложу наво­зом — не при­не­сет ли плода; если же нет, то в сле­ду­ю­щий год сру­бишь ее» (Лк.13.6–9). Конец той притчи остав­лял надежду, что смо­ков­ница, бла­го­даря уси­лиям садов­ника, нач­нет при­но­сить плоды. Про­кля­тие смо­ков­ницы в начале Страст­ной сед­мицы дей­ствием завер­шает эту притчу.

Бес­плод­ная засох­шая смо­ков­ница явля­ется сим­во­лом еврей­ского народа, имев­шего вид бла­го­че­стия, но отверг­нув­шего Спа­си­теля и Его про­по­ведь о Цар­стве Божием. В бого­слу­же­нии Вели­кого Поне­дель­ника и Вели­кого Втор­ника неплод­ной смо­ков­ни­цей назы­ва­ется вся­кий греш­ник, не при­но­ся­щий пло­дов пока­я­ния и доб­рой жизни во Хри­сте, и потому достой­ный наказания.

Изгнание торгующих из храма

(Мф.21.12–17; Мк.11.15–19)

Гос­подь с уче­ни­ками вошел в Иеру­са­лим и напра­вился к храму. Во дворе храма шла шум­ная пред­празд­нич­ная тор­говля живот­ными для жерт­во­при­но­ше­ний, мно­же­ство тор­гов­цев обме­ни­вали деньги палом­ни­кам [29] и ста­ра­лись заклю­чить выгод­ные сделки. Воз­му­щен­ный тем, что иудеи небла­го­го­вейно отно­сятся к храме и, забыв, что это дом молитвы, пре­вра­тили его в место наживы и нечест­ного обо­га­ще­ния вер­те­пом раз­бой­ни­ков, Хри­стос, как и в начале Сво­его слу­же­ния (Ин.2.13–25), выгнал из храма про­да­ю­щих и поку­па­ю­щих, а столы менов­щи­ков опро­ки­нул со сло­вами: «Не напи­сано ли: дом Мой домом молитвы наре­чется для всех наро­дов? а вы сде­лали его вер­те­пом раз­бой­ни­ков» (Мк.11.17).

Когда храм был очи­щен, сле­пые и хро­мые обсту­пили Гос­пода, и Гос­подь исце­лял их, Народ про­слав­лял Его, пер­во­свя­щен­ники же и ста­рей­шины, видя чудеса Хри­ста, него­до­вали, но не реша­лись аре­сто­вать Его при народе, боясь беспорядков.

До позд­него вечера Гос­подь учил народ и исце­лял боль­ных в храме, а затем с уче­ни­ками опять воз­вра­тился в Вифанию.

Великий Вторник

Последнее посещение храма

Пер­во­свя­щен­ники и ста­рей­шины, опа­са­ясь схва­тить Хри­ста при народе, избрали дру­гую так­тику: они решили ском­про­ме­ти­ро­вать Иисуса как Мес­сию в гла­зах тех, кто пове­рил в Него.

Когда Гос­подь во втор­ник при­шел в храм из Вифа­нии, Его обсту­пили книж­ники и фари­сеи, тре­буя ответа за очи­ще­ние храма: «Какой вла­стью Ты это дела­ешь? и кто Тебе дал такую власть?» (Мф.21.23). На этот вопрос Хри­стос отве­тил вопро­сом: «Спрошу и Я вас об одном; если о том ска­жете Мне, то и Я вам скажу, какою вла­стью это делаю; кре­ще­ние Иоан­ново откуда было: с небес, или от чело­ве­ков?» (Мф.21.24–25).

Члены Синед­ри­она, боясь гнева народа, при­зна­вав­шего Иоанна Кре­сти­теля за про­рока, слу­ка­вили, ска­зав: «Мы не знаем». Услы­шав этот уклон­чи­вый ответ, Гос­подь ска­зал лице­ме­рам: «И Я вам не скажу, какою вла­стью это делаю» (Мф.21.27).

Притча о злых виноградарях

(Мф.21.33–43)

В Вели­кий Втор­ник Гос­подь про­из­нес три притчи, обли­ча­ю­щие духов­ных вождей Изра­иля. Одна из них – притча о злых вино­гра­да­рях: «Был неко­то­рый хозяин дома, кото­рый наса­дил вино­град­ник, обнес его огра­дою, выко­пал в нем точило, построил башню и, отдав его вино­гра­да­рям, отлу­чился. Когда же при­бли­зи­лось время пло­дов, он послал своих слуг к вино­гра­да­рям взять свои плоды; вино­гра­дари, схва­тив слуг его, иного при­били, иного убили, а иного побили кам­нями. Опять послал он дру­гих слуг, больше преж­него; и с ними посту­пили так же. Нако­нец, послал он к ним сво­его сына, говоря: посты­дятся сына моего. Но вино­гра­дари, уви­дев сына, ска­зали друг другу: это наслед­ник; пой­дем, убьем его и завла­деем наслед­ством его. И, схва­тив его, вывели вон из вино­град­ника и убили. Итак, когда при­дет хозяин вино­град­ника, что сде­лает он с этими вино­гра­да­рями?» (Мф.21.33–40).

Ста­рей­шины иудей­ские поняли, что эта притча о них – обя­зан­ных забо­титься о духов­ном бла­го­по­лу­чии Изра­иля, как вино­град­ника Божия, но решив­ших при­сво­ить его себе и ради этой борьбы за власть над наро­дом Божиим гото­вых даже на убий­ство и слуг Божиих – про­ро­ков и Еди­но­род­ного Сына Божия Иисуса Христа.

Суд над этими злыми вино­гра­да­рями был про­из­не­сен самим наро­дом, отве­тив­шим на вопрос Хри­ста об уча­сти вино­гра­да­рей: «Зло­деев сих пре­даст злой смерти, а вино­град­ник отдаст дру­гим вино­гра­да­рям, кото­рые будут отда­вать ему плоды во вре­мена свои» (Мф.21.41).

Вопрос о подати кесарю

(Мф.22.15–22)

Раз­дра­жен­ные обли­че­нием Хри­ста, пер­во­свя­щен­ники стали сове­щаться, как заста­вить замол­чать Наза­ря­нина. Они пони­мали, что Иисуса нельзя взять и пре­дать смерти без помощи рим­ской вла­сти, поэтому пер­во­свя­щен­ники решили обви­нить Его в поли­ти­че­ской небла­го­на­деж­но­сти. С этой целью они послали ко Хри­сту фари­сеев с иро­ди­а­нами. Между фари­се­ями и иро­ди­а­нами суще­ство­вали враж­деб­ные отно­ше­ния, но в дан­ном слу­чае они пошли на согла­ше­ние, чтобы вме­сте погу­бить Христа.

Подойдя к Иисусу и при­тво­рив­шись Его уче­ни­ками, они спро­сили: «Учи­тель! мы знаем, что Ты спра­вед­лив, и истинно пути Божию учишь, и не забо­тишься об уго­жде­нии кому-либо, ибо не смот­ришь ни на какое лице; итак скажи нам: как Тебе кажется? поз­во­ли­тельно ли давать подать кесарю, или нет?» (Мф.22.16–17).

Если бы Хри­стос отве­тил на этот вопрос поло­жи­тельно, Он вызвал бы про­тив Себя него­до­ва­ние в народе, так как евреи при­зна­вали своим Царем только Бога и пла­тили дань рим­скому кесарю по при­нуж­де­нию. В слу­чае если бы Гос­подь ска­зал, что пла­тить подать язы­че­скому кесарю не сле­дует, иро­ди­ане сразу же доло­жили бы рим­скому пра­ви­телю, что Хри­стос воз­му­щает народ про­тив рим­ской вла­сти и явля­ется про­тив­ни­ком кесаря.

Хри­стос, видя их лукав­ство, ска­зал: «Что иску­ша­ете Меня, лице­меры? пока­жите Мне монету, кото­рою пла­тится подать» (Мф.22.19). Они при­несли Ему дина­рий. Иисус гово­рит им: «Чье это изоб­ра­же­ние и над­пись?», они отве­чают: «Кеса­ревы». «Итак, — ска­зал им Гос­подь, — отда­вайте кеса­рево кесарю, а Божие Богу» (Мф.22.20–21).

Ответ Хри­ста озна­чает, что необ­хо­димо пови­но­ваться госу­дар­ствен­ной вла­сти и под­чи­няться всем ее тре­бо­ва­ниям, если это не про­ти­во­ре­чит испол­не­нию запо­ве­дей Божиих (и до тех пор, пока не про­ти­во­ре­чит). Иро­ди­ане и фари­сеи, не пред­по­ла­гав­шие такого ответа, со сты­дом удалились.

Обличительная речь против книжников и фарисеев

(Мф.22.41–46; 23.13–39)

После ряда тщет­ных попы­ток ста­рей­шин уни­зить Его авто­ри­тет в гла­зах народа, Иисус Хри­стос про­из­нес обли­чи­тель­ную речь про­тив книж­ни­ков и фари­сеев. Он ска­зал, что книж­ники и фари­сеи сели на место Мои­сея и, поскольку они хорошо знают Закон, народ их дол­жен слу­шать, но нельзя испол­нять Закон так, как испол­няют его они: «… свя­зы­вают бре­мена тяже­лые и неудо­бо­но­си­мые и воз­ла­гают на плечи людям, а сами не хотят и пер­стом дви­нуть их…» (Мф.23.4). Гос­подь обли­чал их в лице­мер­ном испол­не­нии запо­ве­дей Божиих; в том, что они, увлек­шись испол­не­нием обря­дов, забыли, что глав­ное в Законе – суд, милость и вера; что, пота­кая своим стра­стям, они посто­янно ищут воз­мож­ность обойти Закон.

Гос­подь обли­чил книж­ни­ков и фари­сеев при народе, чтобы пока­зать духов­ную опас­ность пути, на кото­ром сто­яли руко­во­ди­тели народа, спо­соб­ные погу­бить и весь народ.

Лепта вдовы

(Лк.21.1–4)

Про­ти­во­по­лож­но­стью внеш­него бла­го­че­стия фари­сеев и книж­ни­ков, любив­ших почет и тайно оби­рав­ших вдов и сирот, явля­ется любовь и дове­рие к Богу, явлен­ная бед­ной вдовой.

Гос­подь, отды­хая неда­леко от храма, смот­рел, как палом­ники, выходя, опус­кали пожерт­во­ва­ния в сокро­вищ­ницу. Бога­тые люди жерт­во­вали боль­шие суммы, одна же бед­ная вдова поло­жила в нее всего две лепты. Уви­дев это, Гос­подь ска­зал апо­сто­лам, что эта бед­ная вдова поло­жила больше всех, клав­ших в сокро­вищ­ницу. По срав­не­нию с пожерт­во­ва­ни­ями бога­тых людей, ее мел­кие монеты были насто­я­щей жерт­вой, поскольку «все те от избытка сво­его поло­жили в дар Богу, а она от ску­до­сти своей поло­жила все про­пи­та­ние свое, какое имела» (Лк.21.4).

Беседа с учениками о разрушении Иерусалима и Втором пришествии

(Мф.24.1–31; Мк.13.1–37; Лк.21.5–36)

Поки­нув храм, Гос­подь вышел из Иеру­са­лима и с апо­сто­лами молча под­нялся на Еле­он­скую гору. Иеру­са­лим­ский храм во всей своей кра­соте и вели­чии стоял перед их гла­зами. Один из апо­сто­лов, ука­зы­вая на вели­ко­ле­пие храма, ска­зал Хри­сту: «Учи­тель! посмотри, какие камни и какие зда­ния!» Отве­том на вос­хи­ще­ние были скорб­ные слова Хри­ста: «Видишь сии вели­кие зда­ния? все это будет раз­ру­шено, так что не оста­нется здесь камня на камне». Иеру­са­лим­ский храм, остав­лен­ный Богом, став­ший при­ста­ни­щем лице­ме­ров и вер­те­пом раз­бой­ни­ков, обре­чен на гибель.

На вер­шине горы Спа­си­тель долго смот­рел на город, кото­рый веками ждал сво­его Изба­ви­теля, а, дождав­шись, отверг. Нако­нец, апо­столы спро­сили Хри­ста: «Учи­тель, скажи нам, когда это будет? и какой при­знак Тво­его при­ше­ствия и кон­чины века?» (Мф.24.3) При­ми­рив­шись с мыс­лью о неиз­беж­но­сти раз­ру­ше­ния храма, уче­ники думали, что ожи­да­е­мое всеми Цар­ство Мес­сии нач­нется сразу после гибели Иеру­са­лима и это ста­нет кон­цом зем­ной истории.

Гос­подь ска­зал, и перед раз­ру­ше­нием Иеру­са­лима и перед кон­цом мира появятся лже­про­роки, кото­рые будут гово­рить: «Я – Хри­стос» и мно­гих вве­дут в заблуж­де­ние и пре­льстят. Неза­долго до конца и Иеру­са­лима и конца мира нач­нутся смуты, меж­до­усо­бия и кро­во­про­лит­ные войны; а голод, моро­вая язва и зем­ле­тря­се­ния умно­жат скорби людей.

Дни суда Божия над Изра­и­лем нач­нутся, когда Иеру­са­лим будет окру­жен вой­сками. Жители Иеру­са­лима, если не про­мед­лят, смо­гут спа­стись в горах. Мно­гие из евреев погиб­нут, поко­рен­ный же Иеру­са­лим оста­нется во вла­сти языч­ни­ков до тех пор, пока не окон­чатся вре­мена языч­ни­ков. Скорбь будет тогда такая, какой не было от начала мира.

Все, что ска­зал Гос­подь об Иеру­са­лиме, с точ­но­стью сбы­лось еще при жизни тех людей, кото­рые были сви­де­те­лями при­ше­ствия в мир Спа­си­теля. В 70-ом году рим­ский пол­ко­во­дец Тит оса­дил взбун­то­вав­шийся Иеру­са­лим, а затем с край­ней жесто­ко­стью взял его штур­мом. Город и храм были раз­ру­шены до осно­ва­ния. Во время осады и штурма города было убито один мил­лион сто тысяч евреев и взято в плен девя­но­сто семь тысяч чело­век. Вос­став­шие были жестоко нака­заны: у рим­лян не хва­тало кре­стов, чтобы рас­пять всех бунтарей.

Но с раз­ру­ше­нием Иеру­са­лима и его храма не закон­чится исто­рия мира. Гибель Иеру­са­лима – про­об­раз гроз­ных собы­тий, кото­рые должны про­изойти перед Вто­рым при­ше­ствием Хри­сто­вым. Гос­подь назвал мно­же­ство при­зна­ков, кото­рые поз­во­лят веру­ю­щим узнать при­бли­же­ние кон­чины этого мира. Так, об этом будут воз­ве­щать зна­ме­ния на небе и земле. Видя их, люди будут уми­рать от страха и ожи­да­ния новых бед­ствий. Перед Вто­рым при­ше­ствием мир охва­тят войны: «Вос­ста­нет народ на народ, и цар­ство на цар­ство» (Мф.24.7). Умно­жатся без­за­ко­ния, в упа­док при­дут вера и нрав­ствен­ность: «По при­чине умно­же­ния без­за­ко­ния во мно­гих охла­деет любовь» (Мф.24.12). Брат будет пре­да­вать брата, отец детей, дети роди­те­лей. Появится мно­же­ство лже­учи­те­лей и лже­про­ро­ков, кото­рые пре­льстят мно­гих. Веру­ю­щих будут нена­ви­деть и гнать, тре­буя отре­че­ния от Хри­ста, и неко­то­рые, испу­гав­шись муче­ний, отре­кутся, дру­гие же, тер­пе­ливо пере­нося стра­да­ния, спасутся.

Не при­няв­шие Хри­ста не смо­гут сослаться на неве­де­ние и незна­ние; Гос­подь ска­зал, что Его уче­ние будет всем про­по­ве­дано: уже нака­нуне гибели Иеру­са­лима все народы Рим­ской импе­рии услы­шали при­не­сен­ную апо­сто­лами весть о Хри­сте вос­крес­шем, ко вре­мени Вто­рого при­ше­ствия не будет народа на земле, ни разу не слы­шав­шего о Спасителе.

Непо­сред­ствен­ным пред­вест­ни­ком при­ше­ствия Хри­стова во славе явится зна­ме­ние кре­ста на небе.

Гос­подь ска­зал уче­ни­кам, что точ­ного вре­мени кон­чины мира никто не знает, кроме Бога. Как вор при­хо­дит в дом неожи­данно, так вне­запно насту­пит и конец мира. И тогда все, живые и мерт­вые, должны будут дать отчет о своей про­жи­той жизни. «Итак, бодр­ствуйте, — закон­чил Гос­подь, — потому что не зна­ете, в кото­рый час Гос­подь ваш при­дет» (Мф.24.42). «Бодр­ство­вать» в дан­ном слу­чае озна­чает «все­гда хра­нить вер­ность Богу».

Притча о десяти девах

(Мф.25.1–12)

Гос­подь в притче о десяти девах срав­нил ожи­да­ние Вто­рого При­ше­ствия Сына Чело­ве­че­ского с ожи­да­нием жениха, иду­щего на брач­ный пир.

«Тогда подобно будет Цар­ство Небес­ное десяти девам, кото­рые, взяв све­тиль­ники свои, вышли навстречу жениху. Из них пять было муд­рых и пять нера­зум­ных. Нера­зум­ные, взяв све­тиль­ники свои, не взяли с собою масла. Муд­рые же, вме­сте со све­тиль­ни­ками сво­ими, взяли масла в сосу­дах своих. И, как жених замед­лил, то задре­мали все и уснули. Но в пол­ночь раз­дался крик: вот, жених идет, выхо­дите навстречу ему. Тогда встали все девы те и попра­вили све­тиль­ники свои. Нера­зум­ные же ска­зали муд­рым: дайте нам вашего масла, потому что све­тиль­ники наши гас­нут. А муд­рые отве­чали: чтобы не слу­чи­лось недо­статка и у нас и у вас, пой­дите лучше к про­да­ю­щим и купите себе. Когда же пошли они поку­пать, при­шел жених, и гото­вые вошли с ним на брач­ный пир, и двери затво­ри­лись; после при­хо­дят и про­чие девы, и гово­рят: Гос­поди! Гос­поди! отвори нам. Он же ска­зал им в ответ: истинно говорю вам: не знаю вас» (Мф.25.1–12).

«Брак» в этой притче озна­чает гря­ду­щее Цар­ство Божие, «Жених» это Хри­стос, «девы» — люди, ожи­да­ю­щие Хри­ста; «масло» озна­чает бла­го­дать Божию, кото­рую чело­век дол­жен стя­жать верой и доб­рыми делами; «ожи­да­ние жениха» это зем­ная чело­ве­че­ская жизнь, цель кото­рой – встреча со Хри­стом. «Нера­зум­ные девы» это люди, кото­рые не забо­ти­лись о стя­жа­нии бла­го­дати Духа Свя­того, поэтому Цар­ство Божие, как двери брач­ного чер­тога, ока­за­лись для них закрытыми.

Притчу Гос­подь опять закан­чи­вает при­зы­вом бодр­ство­вать, «потому что не зна­ете ни дня, ни часа, в кото­рый при­дет Сын Чело­ве­че­ский» (Мф.25.13).

Притча о талантах

(Мф.25.14–30)

В отли­чие от Пер­вого при­ше­ствия, Вто­рое при­ше­ствие Хри­стово будет во славе; во вто­рой раз Гос­подь при­дет, чтобы судить мир. Каж­дый чело­век отве­тит за про­жи­тую жизнь, за то, как он рас­по­ря­дился дан­ными ему Богом дарами (талан­тами). Об этом гово­рит притча о талантах.

«Некий чело­век, отправ­ля­ясь в чужую страну, при­звал рабов своих и пору­чил им име­ние свое: и одному дал он пять талан­тов, дру­гому два, иному один, каж­дому по его силе; и тот­час отпра­вился. Полу­чив­ший пять талан­тов пошел, упо­тре­бил их в дело и при­об­рел дру­гие пять талан­тов; точно так же и полу­чив­ший два таланта при­об­рел дру­гие два; полу­чив­ший же один талант пошел и зако­пал его в землю и скрыл серебро гос­по­дина своего. 

По дол­гом вре­мени, при­хо­дит гос­по­дин рабов тех и тре­бует у них отчета. И, подойдя, полу­чив­ший пять талан­тов при­нес дру­гие пять талан­тов и гово­рит: гос­по­дин! пять талан­тов ты дал мне; вот, дру­гие пять талан­тов я при­об­рел на них. Гос­по­дин его ска­зал ему: хорошо, доб­рый и вер­ный раб! в малом ты был верен, над мно­гим тебя поставлю; войди в радость гос­по­дина тво­его. Подо­шел также и полу­чив­ший два таланта и ска­зал: гос­по­дин! два таланта ты дал мне; вот, дру­гие два таланта я при­об­рел на них. Гос­по­дин его ска­зал ему: хорошо, доб­рый и вер­ный раб! в малом ты был верен, над мно­гим тебя поставлю; войди в радость гос­по­дина твоего. 

Подо­шел и полу­чив­ший один талант и ска­зал: гос­по­дин! я знал тебя, что ты чело­век жесто­кий, жнешь, где не сеял, и соби­ра­ешь, где не рас­сы­пал, и, убо­яв­шись, пошел и скрыл талант твой в земле; вот тебе твое. Гос­по­дин же его ска­зал ему в ответ: лука­вый раб и лени­вый! ты знал, что я жну, где не сеял, и соби­раю, где не рас­сы­пал; посему над­ле­жало тебе отдать серебро мое тор­гу­ю­щим, и я, придя, полу­чил бы мое с при­бы­лью; итак, возь­мите у него талант и дайте име­ю­щему десять талан­тов, ибо вся­кому име­ю­щему дастся и при­умно­жится, а у неиме­ю­щего отни­мется и то, что имеет; а негод­ного раба выбросьте во тьму внеш­нюю: там будет плач и скре­жет зубов» (Мф.25.14–30).

Под «талан­тами» в этой притче под­ра­зу­ме­ва­ются духов­ные, душев­ные и телес­ные спо­соб­но­сти, кото­рыми Бог наде­лил всех людей. Вся зем­ная жизнь чело­века есть посто­ян­ное ожи­да­ние встречи с Гос­по­дом. Но ожи­да­ние не должно быть празд­ным: каж­дый чело­век дол­жен раз­ви­вать все свои спо­соб­но­сти для при­об­ре­те­ния доб­ро­де­те­лей и бла­го­дати Божией. Лени­вые же и лука­вые люди будут нака­заны и бро­шены в веч­ный мрак.

Беседа о Страшном Суде

(Мф.25.31–46)

Рас­ска­зав апо­сто­лам о при­зна­ках слав­ного Вто­рого при­ше­ствия и запо­ве­дав им все­гда бодр­ство­вать, Иисус далее рас­кры­вает перед уче­ни­ками кар­тину Страш­ного Суда.

На Страш­ный Суд Хри­стов собе­рутся все люди, когда-либо жив­шие на земле, начи­ная от Адама, ибо все они по слову Божию вос­крес­нут из мерт­вых. Гос­подь при­дет с сон­мом анге­лом и сядет на пре­столе славы Своей, чтобы судить мир. Когда собе­рутся перед Ним все люди, Он отде­лит пра­вед­ни­ков и поста­вит их по пра­вую сто­рону, а греш­ни­ков – по левую. После этого Боже­ствен­ный Судья обра­тится к пра­вед­ни­кам и ска­жет им: «При­и­дите, бла­го­сло­вен­ные Отца Моего, насле­дуйте Цар­ство, уго­то­ван­ное вам от созда­ния мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаж­дал, и вы напо­или Меня; был стран­ни­ком, и вы при­няли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посе­тили Меня; в тем­нице был, и вы при­шли ко Мне» (Мф.25.34–36).

Для пра­вед­ни­ков уди­ви­тельна будет эта похвала, и они отве­тят Хри­сту: «Гос­поди! когда мы видели Тебя алчу­щим, и накор­мили? или жаж­ду­щим, и напо­или? когда мы видели Тебя стран­ни­ком, и при­няли? или нагим, и одели? когда мы видели Тебя боль­ным, или в тем­нице, и при­шли к Тебе?» (Мф.25.37–39). Гос­подь же ска­жет, что их помощь стра­да­ю­щим и нуж­да­ю­щимся это помощь Ему Самому.

Тех же, кто стоит по левую руку, Гос­подь уко­рит в том, что когда Он был голо­ден, они не накор­мили Его, когда изне­мо­гал от жажды – не напо­или, когда про­сил пустить под свой кров для ноч­лега – оста­лись рав­но­душны, когда был болен – не поза­бо­ти­лись, когда был в тем­нице – не наве­стили. «Идите от Меня, про­кля­тые, в огонь веч­ный, уго­то­ван­ный диа­волу и анге­лам его…» (Мф.25.41). Для греш­ни­ков непо­ня­тен будет укор Хри­ста, пока Он не объ­яс­нит, что отво­ра­чи­ва­ясь от всех несчаст­ных, они отка­зы­вали в помощи и Самому Христу.

И пой­дут одни в муку веч­ную, дру­гие же – в жизнь веч­ную. Прит­чей о Страш­ном Суде Хри­стос напо­ми­нает, какие зна­че­ние в спа­се­нии чело­века имеют доб­рые дела, совер­ша­е­мые людьми из любви друг к другу.

Великая Среда.

Предательство Иуды

(Мф.26.3–5;14–16; Мк.14.1–2, 10–11; Лк.22.1–6)

После беседы о кон­чине мира и Страш­ном Суде Хри­стос вновь обра­щает вни­ма­ние Своих уче­ни­ков на бли­жай­шие собы­тия: «Вы зна­ете, что через два дня будет Пасха и Сын Чело­ве­че­ский пре­дан будет на рас­пя­тие» (Мф.26.2). Ска­зав это, Гос­подь под­нялся и вме­сте с уче­ни­ками напра­вился в Вифанию.

В Иеру­са­лиме в это время члены Синед­ри­она собра­лись, чтобы вновь посо­ве­щаться о спо­со­бах изба­виться от Иисуса Хри­ста. Чтобы взять Хри­ста не при народе, нужен был пре­да­тель, зна­ю­щий, где и когда Хри­стос будет Один или только в окру­же­нии уче­ни­ков. Таким пре­да­те­лем стал один из две­на­дцати апо­сто­лов Иуда Иска­риот. Он при­шел к пер­во­свя­щен­ни­кам, пред­ла­гая им за деньги пре­дать Хри­ста: «Что вы дадите мне, и я вам пре­дам Его?» (Мф.26.15). Члены Синед­ри­она пред­ло­жили ему трид­цать среб­ре­ни­ков. Иуда взял деньги и с этого вре­мени стал искать удоб­ного слу­чая, чтобы выдать Синед­ри­ону сво­его Учителя.

Еван­ге­лия сооб­щают, что Иуда хотел пре­дать Хри­ста из-за денег – он был среб­ро­люб­цем; но любовь к наживе открыла сердце Иуды и дру­гим стра­стям, так что он стал ору­дием диа­вола в его нена­ви­сти и жела­нии погу­бить Христа.

Великий Четверг

Тайная вечеря

(Мф.26.17–35; Мк.14.12–25; Лк.22.7–38; Ин.13.1–38)

Насту­пил Вели­кий Чет­верг, канун еврей­ской Пасхи. Вече­ром этого дня иудеи должны были при­го­то­вить пас­халь­ного агнца с горь­кими тра­вами и съесть его с прес­ным хле­бом, в память Пасхи, впер­вые совер­шен­ной их пред­ками во время бег­ства из Египта.

Празд­нич­ную вечерю Спа­си­тель вме­сте с апо­сто­лами совер­шил в Сион­ской гор­нице в Иеру­са­лиме, где Петр и Иоанн зара­нее все при­го­то­вили для трапезы.

В начале вечери между уче­ни­ками воз­ник спор о пер­вен­стве: каж­дый счи­тал себя лучше и достой­нее дру­гого. Тогда Хри­стос пока­зал им при­мер сми­ре­ния: Он встал, снял с Себя верх­нюю одежду и, пре­по­я­сав­шись поло­тен­цем, начал умы­вать ноги уче­ни­кам и оти­рать их поло­тен­цем. Апо­столы были сму­щены пове­де­нием Учи­теля, поскольку умо­ве­ние ног гостям это обыч­ная обя­зан­ность слуги, но тут Сам Гос­подь уни­зил Себя до такой край­но­сти. Когда омо­ве­ние закон­чи­лось, Хри­стос объ­яс­нил апо­сто­лам, что тот, кто хочет быть боль­шим среди них, пусть ста­нет всем слу­гой; законы духов­ной жизни ста­вят сми­рен­ного чело­века выше гордеца.

Несколько раз на про­тя­же­нии этой вечери Гос­подь ука­зы­вал на при­сут­ствие за тра­пе­зой пре­да­теля: при омо­ве­нии ног Гос­подь ска­зал апо­сто­лам: «Не все вы чисты», за тра­пе­зой Гос­подь вос­клик­нул: «Истинно, говорю вам, что один из вас, яду­щий со Мною, пре­даст Меня» (Мк.14.18). У иудеев пре­да­тель­ство друга дру­гом, кото­рый раз­де­лял с ним тра­пезу, счи­та­лось самым страш­ным, поэтому слова Хри­ста осо­бенно сильно пора­зили и опе­ча­лили апо­сто­лов. Пони­мая в глу­бине сер­дец, что они боятся пре­ду­пре­жде­ний о стра­да­ниях и гоне­ниях, о кото­рых посто­янно гово­рил им Хри­стос, они стали один за дру­гим спра­ши­вать Иисуса: «Не я ли, Гос­поди?» (Мф.26.22). Когда Иуда-пре­да­тель, подобно осталь­ным, спро­сил: «Не я ли, Равви?» Гос­подь тихо отве­тил: «Ты ска­зал», что зна­чило: да, ты (Мф.26.25).

Но, пока­зы­вая Иуде, что Он знает о его замысле, Гос­подь давал пре­да­телю воз­мож­ность оста­но­виться и не совер­шать зла.

Вечеря Вели­кого Чет­верга известна как «Тай­ная вечеря», поскольку на ней было уста­нов­лено Таин­ство Евха­ри­стии. Когда завер­шена была вет­хо­за­вет­ная пас­халь­ная тра­пеза, Иисус Хри­стос взял хлеб, бла­го­сло­вил его, раз­ло­мил на части и, раз­да­вая апо­сто­лам, ска­зал: «При­и­мите, ядите; сие есть Тело Мое, Кото­рое за вас пре­да­ется» (Лк.22.19). Затем, взяв чашу с вином, и бла­го­сло­вив, подал ее апо­сто­лам со сло­вами: «Пейте из нее все; ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за мно­гих изли­ва­е­мая во остав­ле­ние гре­хов. Сие тво­рите в Мое вос­по­ми­на­ние» (Мф.26.28; Лк.22.19).

В конце вечери, когда Иуда вышел и напра­вился к ста­рей­ши­нам, была уже ночь.

После его ухода Гос­подь ска­зал: «Ныне про­сла­вился Сын Чело­ве­че­ский, и Бог про­сла­вился в Нем» (Ин.13.31). Эти слова – о насту­пив­шем часе стра­да­ний Хри­ста, пло­дом кото­рых ста­нет победа над злом и смер­тью. С ухо­дом Иуды час стра­да­ний быстро приближался.

Прощальная беседа Господа Иисуса Христа с учениками

(Ин.13.31–17.26)

Готовя апо­сто­лов к пред­сто­я­щей раз­луке, Гос­подь ска­зал им: «Дети! недолго уже быть Мне с вами…» (Ин.13.33). Уте­шая их, Хри­стос ска­зал, что Он дол­жен уйти, чтобы апо­столы полу­чили дар Свя­того Духа – то, что про­изой­дет в день Пяти­де­сят­ницы. Когда же Дух Свя­той при­дет к ним, Он напом­нит им все, что гово­рил Хри­стос, и даст им силу сви­де­тель­ство­вать о Хри­сте даже до края земли, не боясь ника­ких зем­ных мучений.

Боясь думать, что Хри­стос гово­рит о смерти, встре­во­жен­ный Петр спро­сил: «Гос­поди, куда Ты идешь?» «Куда Я иду, ты не можешь теперь идти…» (Ин.13.36) – отве­тил ему Хри­стос. Но рев­ност­ный Петр хотел немед­ленно после­до­вать за Хри­стом, пони­мая, что «после­до­вать за Хри­стом» озна­чает «уме­реть»: «Я душу мою положу за Тебя», — ска­зал Петр Учи­телю (Ин.13.37). «Душу твою за Меня поло­жишь? Истинно, истинно говорю тебе: не про­поет петух, как отре­чешься от Меня три­жды» (Ин.13.38). Хри­стос знал харак­тер Петра, но пред­ви­дел, что в страш­ный час сердце его дрог­нет. Но Он также знал, что Петр рас­ка­ется и впо­след­ствии смо­жет утвер­дить в вере дру­гих апостолов.

Остав­ляя апо­сто­лов, Гос­подь дал им новую запо­ведь – о любви, обра­зом кото­рой стал Он Сам: «Запо­ведь новую даю вам, да любите друг друга; как Я воз­лю­бил вас… По тому узнают все, что вы Мои уче­ники, если будете иметь любовь между собою… Нет больше той любви, как если кто поло­жит душу свою за дру­зей своих. Вы дру­зья Мои, если испол­ните то, что Я запо­ве­дую вам» (Ин.13.34–35; 15.13–14).

Гос­подь пре­ду­пре­дил апо­сто­лов, что их ожи­дает мно­же­ство стра­да­ний. Нена­висть мира, лежа­щего во зле, после ухода Хри­ста обру­шится на Его уче­ни­ков. Но буду­щие стра­да­ния – ничто, потому что насто­я­щая победа, победа над смер­тью и гре­хом, все­гда оста­нется за Хри­стом: «В мире будете иметь скорбь; но мужай­тесь: Я побе­дил мир» (Ин.16.33).

Гефсиманская молитва

(Мф.26.36–46; Мк.14.32–42; Лк.22.39–46)

Уйдя из гор­ницы, Хри­стос с апо­сто­лами пере­шел поток Кед­рон, и напра­вился в Геф­си­ма­нию – боль­шой сад на склоне Еле­он­ской горы. Утом­лен­ные уче­ники рас­по­ло­жи­лись на ноч­лег, а Хри­стос, взяв с Собой Петра, Иакова и Иоанна, уда­лился вглубь сада. «Душа Моя скор­бит смер­тельно, — ска­зал Он трем уче­ни­кам, — побудьте здесь и бодр­ствуйте со Мною. Моли­тесь, чтобы не впасть в иску­ше­ние» (Мф. 26.38).

Отойдя от них немного, Он пал на землю и стал молиться: «Отче! о, если бы Ты бла­го­во­лил про­не­сти чашу сию мимо Меня! впро­чем не Моя воля, но Твоя да будет» (Лк.22.42). Без­греш­ная чело­ве­че­ская при­рода Хри­ста сопро­тив­ля­лась чуж­дой ей смерти. Вер­нув­шись к трем апо­сто­лам, Гос­подь нашел их спя­щими и, обра­тив­шись к Симону-Петру, кото­рый недавно выка­зал готов­ность идти с Ним до конца, уко­рил его: «Симон! ты спишь? не мог ты бодр­ство­вать один час? Бодр­ствуйте и моли­тесь, чтобы не впасть в иску­ше­ние: дух бодр, плоть же немощна» (Мк.14.37–38). Он три­жды отхо­дил от них и воз­вра­щался, но у устав­ших апо­сто­лов не было сил выпол­нить просьбу Учи­теля и они по-преж­нему спали.

Един­ствен­ным, кто уте­шал Хри­ста, был ангел Гос­по­день. Душев­ные же стра­да­ния Хри­ста в Геф­си­ма­нии были настолько сильны, что пот Его падал на землю как капли крови.

Взятие под стражу

(Мф.26.45–56; Мк.14.41–52; Лк.22.45–52; Ин.18.2–12)

Окон­чив молитву, Хри­стос подо­шел к спя­щим уче­ни­кам. «Вы все спите и почи­ва­ете! Кон­чено, при­шел час: вот, пре­да­ется Сын Чело­ве­че­ский в руки греш­ни­ков. Встаньте, пой­дем; вот, при­бли­зился пре­да­ю­щий Меня» (Мк.14.41).

Вне­запно сад осве­тился фона­рями и факе­лами, и послы­шался топот при­бли­жа­ю­щейся толпы. Люди были воору­жены: одни из них дер­жали палки и колья, дру­гие – мечи и копья; среди народа были воины из стражи храма. Впе­реди всех шел Иуда, выдав­ший место­пре­бы­ва­ние Иисуса старейшинам.

Спа­си­тель пошел навстречу толпе. Иуда, делая вид, что воз­вра­ща­ется из города и ничего общего не имеет с при­шед­шей тол­пой, быстро при­бли­зился к Спа­си­телю, чтобы поздо­ро­ваться с Ним и этим ука­зать вои­нам, Кого именно нужно схва­тить – чтобы в тем­ноте не про­изо­шло ошибки. Гос­подь кротко спро­сил его: «Друг, для чего ты при­шел?» (Мф.26.50). Иуда, накло­нив­шись к Иисусу, ска­зал: «Радуйся, Равви!» и поце­ло­вал Его. Хри­стос, пока­зы­вая Иуде, что знает цену этого поце­луя, спро­сил: «Иуда! цело­ва­нием ли пре­дашь Сына Чело­ве­че­ского?» (Лк.22.48).

Тем вре­ме­нем стража окру­жила Иисуса. Глядя на воору­жен­ных людей, Спа­си­тель ска­зал: «Как будто на раз­бой­ника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять Меня. Каж­дый день бывал Я с вами в храме и учил, и вы не брали Меня, но теперь ваше время и власть тьмы» (Лк.22.52–53). Поры­ви­стый Петр вынул меч и хотел защи­тить Учи­теля, но Хри­стос, при­учая апо­стола к еван­гель­ской жизни, запре­тил ему это делать: «Воз­врати меч твой в его место, ибо все, взяв­шие меч, мечом погиб­нут» (Мф.26.52). Путь Хри­стов это путь доб­ро­воль­ных стра­да­ний, и на этом пути Он не нуж­дался в защите ни уче­ни­ков, ни анге­лов (см. Мф.26.53). В сло­вах Спа­си­теля есть и напо­ми­на­ние извест­ной вет­хо­за­вет­ной нормы: «Кто про­льет кровь чело­ве­че­скую, того кровь про­льется рукою чело­века: ибо чело­век создан по образу Божию» (Быт.9.6). Иудеи, желав­шие смерти Хри­сто­вой и пре­дав­шие Его в руки рим­лян, вскоре сами были истреб­лены мечом рим­лян – во время Иудей­ской войны в 66–71 гг. по Р.Х., когда пале­стин­ские евреи под­няли вос­ста­ние, жестоко рим­ля­нами подав­лен­ное [30].

Стража свя­зала Хри­ста. Уче­ники, опа­са­ясь за свою жизнь, раз­бе­жа­лись. Хри­ста вывели из Геф­си­ман­ского сада и повели в Иеру­са­лим. Только апо­столы Петр и Иоанн сле­до­вали за Учи­те­лем на расстоянии.

На допросе у первосвященника Анны. Отречение ап. Петра

(Мф.26.58,69–75; Мк.14.54,66–72; Лк.22.54–62; Ин.18.13–14,19–27)

Стража не сразу повела Иисуса во дво­рец пер­во­свя­щен­ника Каиафы, где обычно засе­дал Синед­рион. Сна­чала они при­вели Его к быв­шему пер­во­свя­щен­нику Анне. Вождь сад­ду­кеев и глава знат­ного семей­ства, из кото­рого в то время вышло боль­шое число пер­во­свя­щен­ни­ков, Анна оста­вался вли­я­тель­ным лицом в Иудее и после того, как рим­ские вла­сти сме­стили его с долж­но­сти пер­во­свя­щен­ника. Этот чело­век имел осо­бенно боль­шое вли­я­ние в то время, когда пер­во­свя­щен­ни­ком стал его зять Каиафа – чело­век жесто­кий, но слабовольный.

Анна, пред­ва­ряя судеб­ное раз­би­ра­тель­ство над Хри­стом, стал рас­спра­ши­вать о Его уче­нии и уче­ни­ках. Гос­подь отве­тил ему: «Я гово­рил явно миру; Я все­гда учил в сина­гоге и в храме, где все­гда Иудеи схо­дятся, и тайно не гово­рил ничего. Что спра­ши­ва­ешь Меня? спроси слы­шав­ших, что Я гово­рил им; вот, они знают, что Я гово­рил» (Ин.18.20–21). Такой ответ при­вел пер­во­свя­щен­ника в ярость, а его слуга уда­рил Хри­ста по щеке, гневно ска­зав при этом: «Так отве­ча­ешь Ты пер­во­свя­щен­нику?» (Ин.18.22). Иисус кротко отве­тил рабу: «Если Я ска­зал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня?» (Ин.18.23). На этом Анна пре­кра­тил свой допрос и при­ка­зал вести Узника на суд к Каиафе.

В это время во дворе дома пер­во­свя­щен­ника сидели слуги и гре­лись у костра. Между ними сидел и апо­стол Петр, при­шед­ший сюда вме­сте с апо­сто­лом Иоан­ном. Гали­лей­ское наре­чие и пове­де­ние Петра выдали его, и слуги обра­тили на него вни­ма­ние, став допра­ши­вать, не явля­ется ли он уче­ни­ком Иисуса Наза­ря­нина. Петр начал клясться, что он не знает Этого Чело­века. В это мгно­ве­ние он под­нял голову и уви­дел Спа­си­теля, сто­яв­шего на воз­вы­шен­ной части двора. И тут Симон услы­шал пету­ши­ный крик. Он вспом­нил пред­ска­за­ние Спа­си­теля, и, выйдя вон, горько заплакал.

Суд Синедриона

(Мф.26.57–66; Мк.14.53–64; Лк.22.54)

Когда на засе­да­ние Синед­ри­она при­вели Хри­ста, про­тив Него высту­пили лже­сви­де­тели, обви­няв­шие Иисуса в том, что Он соби­рался раз­ру­шить Иеру­са­лим­ский храм. Они пре­вратно изла­гали слова Хри­ста: «Раз­рушьте храм сей, и Я в три дня воз­двигну его» (Ин.2.19), ска­зан­ные Им в начале слу­же­ния о храме Тела Своего.

Так как для выне­се­ния смерт­ного при­го­вора пока­за­ний лже­сви­де­те­лей было недо­ста­точно, Каиафа спро­сил Под­су­ди­мого: «Закли­наю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Хри­стос, Сын Божий?» (Мф.26.63). Гос­подь отве­тил утвер­ди­тель­ной фор­му­лой, упо­треб­ля­е­мой на суде иудеев: «Ты ска­зал». И доба­вил: «… даже ска­зы­ваю вам: отныне узрите Сына Чело­ве­че­ского, сидя­щего одес­ную силы и гря­ду­щего на обла­ках небес­ных» (Мф.26.64). Ослеп­лен­ные нена­ви­стью к Спа­си­телю, члены Синед­ри­она уви­дели в ответе Хри­ста бого­хуль­ство: будучи Чело­ве­ком, Под­су­ди­мый назы­вает Себя Сыном Бога.

В порыве него­до­ва­ния Каиафа разо­рвал свою одежду и вос­клик­нул, обра­ща­ясь к суди­лищу: «Он бого­хуль­ствует! на что еще нам сви­де­те­лей? вот, теперь вы слы­шали бого­хуль­ство Его! как вам кажется?» (Мф.26.65–66). Синед­рион отве­тил, что Хри­стос пови­нен смерти; именно так, по Закону Мои­се­еву, нака­зы­ва­лось богохульство.

Но сам Синед­рион не имел права каз­нить пре­ступ­ни­ков, это право было у него отнято рим­ской вла­стью. Выне­сен­ный Хри­сту при­го­вор нужно было утвер­дить у пред­ста­ви­теля Рима в Иудее – про­ку­ра­тора Пон­тия Пилата.

Свя­зан­ного Хри­ста отвели во двор. Оста­ток ночи Иисус кротко тер­пел изде­ва­тель­ства от слуг пер­во­свя­щен­ника: они пле­вали Ему в лицо, били по щекам и с насмеш­кой спра­ши­вали: «Про­реки нам, Хри­стос, кто уда­рил Тебя?» (Мф.26.68).

Великая Пятница

Смерть Иуды-предателя

(Мф.27.3–10)

Поскольку по Закону реше­ние о смерти пре­ступ­ника нельзя было выно­сить ночью, ран­ним утром Вели­кой Пят­ницы члены Синед­ри­она повто­рили над Хри­стом выне­сен­ный ночью без­за­кон­ный при­го­вор (Мф.27.1). После этого они повели Его к про­ку­ра­тору Иудеи рим­ля­нину Пон­тию Пилату, т.к. право смерт­ной казни было отнято у иудеев рим­ской властью.

Когда Иуда Иска­риот уви­дел, что Иисуса, изби­того и осуж­ден­ного на смерть, выво­дят из дома пер­во­свя­щен­ника, он понял, до чего довело его среб­ро­лю­бие. Тер­за­е­мый сове­стью, он поспе­шил к ста­рей­ши­нам: «Согре­шил я, пре­дав кровь невин­ную». Но ста­рей­шины и пер­во­свя­щен­ники, уже полу­чив­шие то, что хотели, оста­вили его скорбь без вни­ма­ния: «Что нам до того? смотри сам» (Мф.27.4). Тогда Иуда бро­сил к ногам пер­во­свя­щен­ни­ков трид­цать среб­ре­ни­ков, выбе­жал вон и от охва­тив­шего его отча­я­ния и неве­рия в мило­сер­дие Божие пове­сился (Мф.27.3–10).

Пер­во­свя­щен­ники, не желая отда­вать храму бро­шен­ные Иудой деньги, так как это была «цена крови», купили на них у гор­шеч­ника уча­сток земли для погре­бе­ния странников.

На суде у Пилата

(Мф.27.1–31; Мк. 15.1–15; Лк.23.1–25; Ин.18.28–19.16)

Пон­тий Пилат нена­ви­дел Иеру­са­лим и иудеев, его прав­ле­ние сопро­вож­да­лось мно­го­чис­лен­ными кро­ва­выми столк­но­ве­ни­ями с евре­ями и самарянами.

Чтобы добиться от Пилата утвер­жде­ния смерт­ного при­го­вора Хри­сту, члены Синед­ри­она сго­во­ри­лись при­ве­сти к Нему Хри­ста как поли­ти­че­ского пре­ступ­ника, так как бого­хуль­ство могло пока­заться рим­скому пра­ви­телю недо­ста­точ­ной при­чи­ной для казни. Перед лицом Пилата иудеи обви­нили Спа­си­теля в том, что Он воз­му­щает народ, запре­щает давать подать кесарю и про­воз­гла­шает Себя царем. Все это имело поли­ти­че­ской харак­тер, поэтому Пилат пове­лел вве­сти Обви­ня­е­мого в судеб­ную палату и спро­сил Его наедине: «Ты Царь Иудей­ский?» (Мк.15.20).

«От себя ли ты гово­ришь это, или дру­гие ска­зали тебе о Мне?» (Ин.18.34) – спро­сил его Хри­стос. На это Пилат с пре­не­бре­жи­тель­ной гор­до­стью рим­ского граж­да­нина заме­тил: «Разве я иудей? Твой народ и пер­во­свя­щен­ники пре­дали Тебя мне; что Ты сде­лал?» (Ин.18.35). Тогда Хри­стос ска­зал Пилату, что Он дей­стви­тельно Царь, но Цар­ство Его не от мира сего, но что Он при­шел, чтобы сви­де­тель­ство­вать об истине.

Видя, что Хри­стос явля­ется только рели­ги­оз­ным про­по­вед­ни­ком и неопа­сен для Рима, Пилат скеп­ти­че­ски спро­сил: «Что есть истина?» (Ин.18.38). Не дождав­шись ответа от Того, Кто Сам явля­ется Исти­ной, Пилат вышел к народу и ска­зал, что не нашел вины в этом Чело­веке. Пилат не хотел про­дол­жать суд, так как понял, что иудеи пре­дали Хри­ста по зави­сти (Мф.27.18). Узнав, что Хри­стос из Гали­леи, Пилат при­ка­зал вои­нам отве­сти Иисуса на суд во дво­рец Ирода Антипы, пра­ви­теля Гали­лей­ской обла­сти, чтобы тот, как чело­век, более све­ду­щий в рели­ги­оз­ных вопро­сах, разо­брался в деле Христа.

Ирод был рад уви­деть перед собой Иисуса, о Кото­ром много слы­шал и даже одно время счи­тал Его за вос­крес­шего Иоанна Кре­сти­теля. Чело­век сла­бый и пороч­ный, Ирод охотно слу­шал речи про­по­вед­ни­ков и про­ро­ков. Он наде­ялся и от Иисуса услы­шать что-нибудь инте­рес­ное или уви­деть какое-нибудь чудо. Но Хри­стос, стоял перед Иро­дом и мол­чал. Ирод Антипа был разо­ча­ро­ван, но, не теряя празд­нич­ного бла­го­ду­шия, решил так же, как и Пилат, укло­ниться от суда. Он при­ка­зал одеть Иисуса в свет­лую одежду, в знак неви­нов­но­сти, и, про­во­жая Его насмеш­ками и изде­ва­тель­ствами, отпра­вил обратно к Пилату. С этого дня, заме­чает еван­ге­лист Лука, Пилат с Иро­дом сде­ла­лись дру­зьями (Лк.23.12).

Поскольку и Ирод Антипа не нашел в Обви­ня­е­мом ничего достой­ного смерти, Пилат хотел отпу­стить Его, но пер­во­свя­щен­ники про­дол­жали наста­и­вать на казни Иисуса. Тогда Пилат обра­тился к про­стому народу, думая там найти под­держку. Напом­нив об обы­чае отпус­кать одного из узни­ков ради празд­ника Пасхи, он ска­зал: «Кого хотите, чтобы я отпу­стил вам: Варавву, или Иисуса, назы­ва­е­мого Хри­стом?» (Мф.27.17). Варавва же был поса­жен в тем­ницу за про­из­ве­ден­ное им в городе воз­му­ще­ние и убий­ство. Но Пилат ошибся в своих рас­че­тах. Толпа, вдох­нов­ля­е­мая началь­ни­ками, тре­бо­вала отпу­стить раз­бой­ника Варавву, а Иисуса рас­пять: «Рас­пни, рас­пни Его!» – кри­чал обе­зу­мев­ший и под­стре­ка­е­мый фари­се­ями народ (Лк.23.21).

«Какое же зло сде­лал Он?» (Мф.27.23) – удив­ленно спра­ши­вал Пилат у разъ­ярен­ного народа. Пра­ви­тель решил, что телес­ным нака­за­нием можно избе­жать смерт­ного при­го­вора, поэтому, отча­сти идя навстречу Синед­ри­ону и неистов­ству толпы, он отдал Хри­ста вои­нам для биче­ва­ния. Воины отвели Иисуса во внут­рен­ний двор пре­то­рии, при­вя­зали Спа­си­теля к столбу. Они биче­вали Его, остав­ляя глу­бо­кие раны на спине (рим­ские воины обычно били ремен­ными пле­тями, внутри кото­рых были вшиты ост­рые кусочки металла). После биче­ва­ния чело­век нахо­дился обычно в обмо­роч­ном состо­я­нии и был на грани смерти из-за потери крови. Окон­чив биче­ва­ние, воины надели на Хри­ста баг­ря­ницу [31], воз­ло­жили Ему на голову тер­но­вый венец [32] и, изде­ва­ясь, стали падать перед Ним на колени и при­вет­ство­вать сло­вами: «Радуйся, Царь Иудей­ский» (Мф.27.29). Затем они взяли трость и били ею по голове Иисуса, чтобы колючки терна вон­за­лись глубже.

Наде­ясь, что биче­ва­ния будет доста­точно для удо­вле­тво­ре­ния нена­ви­сти иудеев, Пилат при­ка­зал пока­зать толпе оде­того в баг­ря­ницу Иисуса с тер­но­вым вен­цом на голове. Желая воз­бу­дить состра­да­ние ко Хри­сту и пока­зать бес­поч­вен­ность обви­не­ний в при­тя­за­ниях гали­лей­ского учи­теля на цар­скую власть, пра­ви­тель вос­клик­нул: «Се, Чело­век!» (Ин.19.5). Но пер­во­свя­щен­ники и ста­рей­шины иудеи вновь кри­ком потре­бо­вали казни Иисуса. Раз­дра­жен­ный их упор­ством Пилат резко отве­тил: «Возь­мите Его вы и рас­пните; ибо я не нахожу в Нем вины» (Ин.19.6), зная, что они не посмеют этого сделать.

От бес­си­лия пер­во­свя­щен­ники начали обви­нять Хри­ста в нару­ше­нии рели­ги­оз­ных зако­нов: «Мы имеем закон, и по закону нашему Он дол­жен уме­реть, потому что сде­лал Себя Сыном Божиим» (Ин.19.7). Пилат был скеп­ти­ком, но рели­ги­оз­ное чув­ство ему не было чуждо. Новое обви­не­ние про­тив Хри­ста вну­шило ему страх перед Под­су­ди­мым. Отно­ше­ние Пилата было укреп­лено его женой, кото­рая во время суда послала к мужу слугу, попро­сив не делать зла этому Чело­веку, потому что она много постра­дала за Него во сне. Встре­во­жен­ный Пилат наедине спро­сил Хри­ста: «Откуда Ты?» (Ин.19.9). Но Хри­стос мол­чал. Тогда Пилат напом­нил Узнику о своих пол­но­мо­чиях: «Мне ли не отве­ча­ешь? не зна­ешь ли, что я имею власть рас­пять Тебя и власть имею отпу­стить Тебя?» (Ин.19.10). Этими сло­вами Пилат осуж­дает сам себя, т.к. сви­де­тель­ствует, что у него была сво­бода выбора и он имел власть и воз­мож­ность отпу­стить Неви­нов­ного. На вопрос Пилата Хри­стос отве­тил, что не имел бы пра­ви­тель над Ним вла­сти, если бы это не было попу­щено свыше, но больше греха на тех, кто пре­дал Хри­ста в руки Пилата (Ин.19.11). Так, Спа­си­тель ука­зы­вает и на вину Пилата и на сугу­бую, более тяж­кую вину иудеев.

Когда пер­во­свя­щен­ники поняли, что Пилат наме­рен все-таки отпу­стить Хри­ста, они решили добиться Его казни с помо­щью угроз. Как только Пилат появился из зда­ния пре­то­рии [33] и вновь спро­сил иудеев: «Царя ли вашего рас­пну?», они, словно забыв, что нена­ви­дят языч­ни­ков и рим­скую власть, закри­чали: «Если отпу­стишь Его, ты не друг кесарю; вся­кий, дела­ю­щий себя царем, про­тив­ник кесарю» (Ин.19.12). Угроза иудеев напи­сать донос импе­ра­тору подей­ство­вала на Пилата и он усту­пил их жела­нию. Раз­бой­ник Варавва полу­чил сво­боду, а Хри­стос был при­го­во­рен к рас­пя­тию. Пилат демон­стра­тивно умыл руки перед наро­дом, ска­зав: «Неви­но­вен я в крови Пра­вед­ника Сего; смот­рите вы» (Мф.27.24). На эту попытку само­оправ­да­ния толпа отре­а­ги­ро­вала кри­ком: «Кровь Его на нас и на детях наших» (Мф.27.25) – т.е. иудеи при­няли на себя ответ­ствен­ность за смерть Хри­ста. Под­лин­ное зна­че­ние этих безум­ных слов откры­лось вскоре, когда рим­ляне пото­пили Иеру­са­лим в крови и раз­ру­шили его, а также в даль­ней­шей исто­рии еврей­ского народа, пол­ной кро­ва­вых гоне­ний и преследований.

Крестный путь на Голгофу

(Мф.27.31–34; Мк.15.20–23; Лк.23.26–33; Ин.19.16–17)

После суда Хри­стос опять отдан был в руки вои­нов для испол­не­ния при­го­вора. Воины сняли с Иисуса баг­ря­ницу, одели в Его соб­ствен­ные одежды и воз­ло­жили на Него крест – два бревна, ско­ло­чен­ные в виде буквы «Т». По жесто­кому обы­чаю, при­го­во­рен­ный к смерти дол­жен был сам нести свой крест до места казни. Вме­сте со Хри­стом вели на казнь двух злодеев.

Обес­си­лен­ный жесто­ким биче­ва­нием Хри­стос изне­мо­гал и падал под тяже­стью кре­ста. Чтобы уско­рить про­дви­же­ние, воины задер­жали одного кре­стья­нина, иду­щего с поля – Симона Кири­не­янина и заста­вили его нести крест Спа­си­теля. Шествие сопро­вож­дала боль­шая толпа народа. Обер­нув­шись к пла­чу­щим в толпе жен­щи­нам, Хри­стос про­из­нес: «Дщери иеру­са­лим­ские! Не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших! Потому что скоро при­дут дни, когда будут гово­рить: бла­женны неплод­ные и утробы неро­див­шие…» (Лк.23.28–29). Гос­подь гово­рил им о печаль­ной судьбе Иеру­са­лима и еврей­ского народа, отверг­шего Мессию.

Нако­нец, обви­ня­е­мых на место за Иеру­са­ли­мом, назы­ва­е­мое Гол­го­фой, кото­рое пред­став­ляло собой глад­кий холм, напо­ми­нав­ший чело­ве­че­ский череп [34].

Распятие и Крестная смерть Господа Иисуса Христа

(Мф.27.34–50; Мк.15.23–37; Лк.23.33–46; Ин.19.18–30)

Перед рас­пя­тием осуж­ден­ным пред­ло­жили выпить вино, сме­шан­ное со смир­ною. Этот напи­ток был нар­ко­ти­че­ским и несколько смяг­чал нестер­пи­мую боль рас­пя­тия. Но Спа­си­тель не поже­лал ни смяг­че­ния стра­да­ний, ни потем­не­ния созна­ния, поэтому Он отка­зался от вина.

Рас­пя­тие – тра­ди­ци­он­ная рим­ская казнь, одна из самых мучи­тель­ных. Руки и ноги осуж­ден­ного при­би­ва­лись, а ино­гда при­вя­зы­ва­лись к столбу и пере­кла­ди­нам кре­ста. Чтобы тело не упало с кре­ста, для ног делали под­порку. Рас­пя­тый мог несколько дней висеть кре­сте под паля­щими лучами солнца, томи­мый невы­но­си­мой жаж­дой, болью от ран на руках и ногах и невоз­мож­но­стью вздох­нуть пол­ной грудью.

Воины сняли с Иисуса одежду и рас­тя­нули Его на кре­сте. Когда Его руки и ноги при­би­вали ко кре­сту, Он молился за рас­пи­на­те­лей: «Отче, про­сти им, ибо не знают, что делают» (Лк.23.34).

По пове­ле­нию Пилата над голо­вой Спа­си­теля была при­бита над­пись на трех язы­ках — еврей­ском, гре­че­ском и латин­ском: «Иисус Назо­рей, Царь Иудей­ский» (Ин.19.19). Пер­во­свя­щен­ники воз­ра­жали пра­ви­телю про­тив такой над­писи, но Пилат отве­тил: «Что напи­сал, то напи­сал» (Ин.19.22). Он был раз­дра­жен пове­де­нием свя­щен­ни­ков и ста­рей­шин и этой над­пи­сью хотел доса­дить им.

По сто­ро­нам Хри­ста рас­пяли двух раз­бой­ни­ков. Так испол­ни­лось пред­ска­за­ние древ­него про­ро­че­ства: «И к зло­деям при­чтен» (Ис.53.12).

После рас­пя­тия воины стали делить между собой одежды Хри­ста. Они разо­рвали их по швам, а затем раз­де­лили на четыре части. Хитон же Хри­стов не имел швов, он весь был соткан сверху донизу. Не желая пор­тить его, воины бро­сили о нем жре­бий. И здесь с точ­но­стью испол­ни­лось про­ро­че­ство о Хри­сте царя Давида: «Делят ризы Мои между собою и об одежде Моей бро­сают жре­бий» (Пс.21.19).

Желая при­чи­нить Хри­сту еще боль­шее муче­ние, началь­ники иудей­ские и народ насме­ха­лись над Ним и гово­рили: «Дру­гих спа­сал; пусть спа­сет Себя Самого, если Он Хри­стос, избран­ный Божий» (Лк.23.35). Даже рас­пя­тые раз­бой­ники изде­ва­лись над Сыном Божиим.

Между тем над Иеру­са­ли­мом и Гол­го­фой с две­на­дцати часов дня начала сгу­щаться тьма.

Неожи­данно среди тор­же­ства зла на Гол­гофе совер­ши­лось чудо духов­ного пре­об­ра­же­ния чело­века: один из раз­бой­ни­ков, висев­ший справа от Спа­си­теля, пере­стал зло­сло­вить Хри­ста и оста­но­вил глум­ле­ние сво­его рас­пя­того това­рища. Глядя на кротко стра­да­ю­щего Хри­ста, раз­бой­ник рас­ка­ялся и, испо­ве­дав Иисуса Мес­сией, попро­сил помя­нуть его во Цар­ствии Небес­ном. Спа­си­тель, и ранее учив­ший в прит­чах, что Бог все­гда готов при­нять пока­я­ние, ска­зал бла­го­ра­зум­ному раз­бой­нику: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк.23.43)[35].

В это время к самому под­но­жию кре­ста Хри­стова подо­шел апо­стол Иоанн с Божией Мате­рью. «Жено, се, сын Твой» – ука­зы­вая на Иоанна, ска­зал Гос­подь. Потом, обра­ща­ясь к люби­мому уче­нику, про­из­нес: «Се, Матерь твоя» (Ин.19.26–27). Этими сло­вами Гос­подь усы­но­вил Иоанна, а в его лице и весь чело­ве­че­ский род Божией Матери. С этого вре­мени апо­стол Иоанн взял Пре­свя­тую Деву к себе в дом и забо­тился о Ней, как сын, до конца Ее жизни.

К тре­тьему часу дня стра­да­ния Спа­си­теля достигли пре­дела. Пере­жи­вая всю глу­бину скорби чело­ве­че­ства, отторг­ну­того от Бога гре­хом и под­власт­ного смерти, Гос­подь вос­клик­нул: «Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оста­вил?» (Мф.27.46).

Гос­пода стала томить нестер­пи­мая пред­смерт­ная жажда и Он ска­зал: «Жажду» (Ин.19.28). Один из вои­нов взял трость с губ­кой, смо­чен­ной им в уксусе вме­сто воды, и под­нес ее к иссох­шим губам Спа­си­теля. Вку­сив немного уксуса, Гос­подь про­из­нес: «Совер­ши­лось» (Ин.19.30). Затем, вос­клик­нув: «Отче! В руки Твои пре­даю Дух Мой» (Лк.23.46), Гос­подь скло­нил голову и умер. Смерть Хри­ста была так про­ста и в то же время вели­че­ственна, что даже рим­ский сот­ник, сто­яв­ший напро­тив кре­ста, уви­дев, что Он, так воз­гла­сив, испу­стил дух, вос­клик­нул: «Истинно Чело­век Сей был Сын Божий» (Мк.15.39).

Стра­да­ния Хри­ста сопро­вож­да­лись необык­но­вен­ными зна­ме­ни­ями: про­дол­жав­ше­еся около трех часов затме­ние, зем­ле­тря­се­ние и затем вос­кре­се­ние мно­гих пра­вед­ни­ков, при­шед­ших в Иеру­са­лим и сви­де­тель­ство­вав­ших о Хри­сте, разо­рвав­ша­яся надвое в момент смерти Спа­си­теля хра­мо­вая завеса – как сим­вол завер­ше­ния вражды между Богом и людьми, и в тоже время знак завер­ше­ния вет­хо­за­вет­ного богослужения.

День рас­пя­тия Хри­ста, пят­ница 14 нисана [36], под­хо­дил к концу. У иудеев сутки начи­на­лись с вечера, поэтому в при­бли­же­нии суб­боты, кото­рая в том году сов­пала с Пас­хой, пер­во­свя­щен­ники про­сили Пилата уско­рить смерть осуж­ден­ных и снять их тела с кре­стов, чтобы не нару­шать суб­бот­ний покой. Пилат дал согла­сие, и воины пере­били раз­бой­ни­кам голени (ноги рас­пя­тых опи­ра­лись на пере­кла­дину и это поз­во­ляло им дышать, что затя­ги­вало аго­нию). Когда воины подо­шли к Хри­сту, они уви­дели, что Иисус уже мертв, но чтобы удо­сто­ве­риться, что это не обмо­рок, один из вои­нов прон­зил грудь Хри­ста копьем.

Погребение Спасителя

(Мф.27.57–66; Мк.15.42–47; Лк.23.50–55; Ин.19.38–42)

После смерти Хри­ста к Пилату при­шел тай­ный уче­ник Хри­ста, член Синед­ри­она Иосиф Ари­ма­фей­ский. Он не был соучаст­ни­ком в осуж­де­нии Спа­си­теля и теперь при­шел к пра­ви­телю, чтобы взять раз­ре­ше­ние достойно похо­ро­нить Тело Учи­теля. Обычно рас­пя­тые пре­ступ­ники погре­ба­лись без вся­ких поче­стей: их тела бро­сали в общую могилу. Пилат раз­ре­шил сде­лать для Хри­ста исключение.

На Гол­гофе к Божией Матери, Иоанну Бого­слову и Иосифу Ари­ма­фей­скому при­со­еди­нился еще один тай­ный уче­ник Хри­ста – Нико­дим. Он при­нес бла­го­во­ния для погре­бе­ния. Они сняли с кре­ста Тело Спа­си­теля и, поспешно, так как насту­пала суб­бота, при­го­то­вили Его к погре­бе­нию, как пола­га­лось по иудей­скому обы­чаю. Возле Гол­гофы нахо­дился сад, в кото­ром име­лась высе­чен­ная новая гроб­ница, при­над­ле­жав­шая Иосифу Ари­ма­фей­скому. Здесь уче­ники поло­жили Хри­ста, а вход в нее закрыли боль­шим кам­нем. Мария Маг­да­лина и дру­гие жен­щины изда­лека смот­рели на погре­бе­ние, решив после окон­ча­ния суб­бот­него покоя прийти к гроб­нице и еще раз пома­зать Тело Учи­теля благовониями.

Пер­во­свя­щен­ники и после смерти Хри­сто­вой боя­лись, что с Его вли­я­нием на народ еще не покон­чено, поэтому они вновь при­шли к Пилату: «Гос­по­дин, мы вспом­нили, что обман­щик Тот, еще будучи в живых, ска­зал: после трех дней вос­кресну; итак, при­кажи охра­нять гроб до тре­тьего дня, чтобы уче­ники Его, придя ночью, не украли Его и не ска­зали народу: вос­крес из мерт­вых; будет послед­ний обман хуже пер­вого» (Мф.27.63–64). Про­ку­ра­тор был раз­дра­жен пове­де­нием Синед­ри­она и потре­бо­вал, чтобы пер­во­свя­щен­ники не бес­по­ко­или его: «Име­ете стражу; пой­дите, охра­няйте, как зна­ете» (Мф.27.65). Пер­во­свя­щен­ники пошли и запе­ча­тали пещеру, где лежало Тело Хри­стово, поста­вив для охраны хра­мо­вую стражу.

Воскресение Христово

(Мф.28.1–10; Мк.16.1–8; Лк.24.1–11)

Победа иудей­ских вождей была при­зрач­ной: ни печать Синед­ри­она, ни его стража не могли удер­жать в гробе Побе­ди­теля смерти. На тре­тий день по рас­пя­тии Гос­подь Иисус Хри­стос вос­крес из мерт­вых. Воины охра­няли уже пустую пещеру, когда слу­чи­лось силь­ное зем­ле­тря­се­ние и ангел Гос­по­день отва­лил камень от двери гроба. Вид ангела, кото­рый «был, как мол­ния, и одежда его бела, как снег» (Мф.28.3) испу­гал стражу, так что они не реша­лись даже поше­ве­литься. Придя в себя, воины убе­жали из сада и поспе­шили в Иеру­са­лим к чле­нам Синед­ри­она, кото­рые, под­ку­пив стражу, заста­вили их мол­чать обо всем уви­ден­ном и вме­сто этого рас­ска­зы­вать, что уче­ники Хри­ста украли Его Тело, когда воины спали (Мф.28.11–15).

Тем же утром сле­ду­ю­щего после Вели­кой суб­боты дня, жен­щины – уче­ницы Хри­стовы – при­шли ко гробу Учи­теля, чтобы еще раз воз­дать Ему послед­ние поче­сти и пома­зать Его Тело бла­го­во­ни­ями. Когда миро­но­сицы вошли в сад Иосифа, они оста­но­ви­лись в недо­уме­нии, так как огром­ный камень уже был отва­лен, и вход в гроб­ницу был открыт. Мария Маг­да­лина пер­вая уви­дела пустой гроб и сразу же побе­жала к апо­сто­лам. Перед осталь­ными жен­щи­нами неожи­данно явился сидя­щий у входа в пещеру ангел, кото­рый воз­ве­стил им весть о Вос­кре­се­нии Спа­си­теля. С тре­пе­том жен­щины поспе­шили в Иеру­са­лим, чтобы пере­дать уче­ни­кам ска­зан­ное ангелом.

Далее все четыре Еван­ге­лия опи­сы­вают явле­ния Вос­крес­шего Хри­ста: женам-миро­но­си­цам, один­на­дцати апо­сто­лам и дру­гим уче­ни­кам. Гос­подь по Вос­кре­се­нии Своем являлся только веру­ю­щим. Никого не застав­ляя веро­вать в Него насильно и желая сво­бод­ного изво­ле­ния чело­ве­че­ского сердца, Гос­подь не явил славу Сво­его Вос­кре­се­ния ни Пилату, ни Каиафе, ни кому дру­гому из гони­те­лей, кто видел Его в дни зем­ного слу­же­ния и отверг.

Явление воскресшего Господа Марии Магдалине и другим мироносицам

(Мк.16.9–11; Лк.24.12; Ин.20.1–18)

С того момента, как Хри­ста аре­сто­вали в Геф­си­ман­ском саду, Его уче­ники раз­бе­жа­лись в раз­ные сто­роны и скры­ва­лись в Иеру­са­лиме, опа­са­ясь гоне­ний. Мария Маг­да­лина, зная, где скры­ва­ются апо­столы, с пла­чем сооб­щила им, что «унесли Гос­пода из гроба, и не знаем, где поло­жили Его» (Ин.20.2). Петр и Иоанн тот­час побе­жали к гробу, чтобы посмот­реть, что про­изо­шло с Телом их Учи­теля; за ними сле­до­вала и Мария Маг­да­лина. Иоанн бежал быст­рее Петра и пер­вым ока­зался у гроб­ницы, но не вошел в нее, подо­ждав Петра. Войдя в пещеру, апо­столы нашли только пла­ща­ницу Хри­стову и отдельно лежа­щий плат. Иоанн, уви­дев погре­баль­ные пелены Хри­ста [37], пове­рил в Вос­кре­се­ние Учи­теля, но ничего не ска­зал. Выйдя из пещеры, апо­столы напра­ви­лись обратно в город.

У гроба оста­лась одна пла­чу­щая Мария. Вне­запно она уви­дела Спа­си­теля, но не узнала Его; Мария поду­мала, что это садов­ник, и спро­сила: «Гос­по­дин, если ты вынес тело моего Учи­теля, скажи мне, где ты поло­жил Его, и я возьму Его» (Ин.20.15). «Мария!» — позвал ее Гос­подь, и только услы­шав зна­ко­мый голос, она узнала Хри­ста. Вос­клик­нув: «Рав­вуни![38]» Мария хотела от пол­ноты чувств обнять ноги Спа­си­теля. Но Хри­стос оста­но­вил ее, ска­зав: «Не при­ка­сайся ко Мне, ибо Я еще не вос­шел к Отцу Моему… и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему» (Ин.20.17). Гос­подь учит Марию отно­ситься к Нему не только как к люби­мому Учи­телю, но и как к Богу, и одно­вре­менно пока­зы­вает, что тайна спа­се­ния людей еще не совер­ши­лась вполне.

Хри­стос стал неви­дим, а Мария, испол­нен­ная радо­сти о Его Вос­кре­се­нии, побе­жала в Иеру­са­лим, чтобы рас­ска­зать все апо­сто­лам. Но апо­столы, подав­лен­ные горем, недо­вер­чиво отнес­лись к ее бла­го­ве­стию. Когда при­шли осталь­ные жен­щины и рас­ска­зали апо­сто­лам, что им тоже явился вос­крес­ший Гос­подь, апо­столы и это сви­де­тель­ство вос­при­няли с недоумением.

Явление двум ученикам на пути в Эммаус

(Лк.24.13–35)

Закан­чи­вался пер­вый вос­крес­ный день. Два уче­ника Хри­сто­вых Клеопа и Лука спе­шили из Иеру­са­лима в селе­ние Эммаус. Доро­гой они бесе­до­вали о Хри­сте и скорб­ных собы­тиях послед­них дней. В этот момент к ним подо­шел какой-то пут­ник и стал идти вме­сте с ними. Это был Сам Хри­стос, но уче­ники не узнали Его. Гос­подь спро­сил: «О чем это вы, идя, рас­суж­да­ете между собою и отчего вы печальны?» (Лк.24.17). Уче­ники уди­ви­лись такому вопросу, поскольку всему Иеру­са­лиму было известно о крест­ной казни гали­лей­ского Про­рока. Тогда они рас­ска­зали, что про­изо­шло в эти дни в Иеру­са­лиме с Иису­сом Наза­ря­ни­ном, Кото­рого весь народ при­зна­вал за вели­кого Про­рока, и об уни­что­жен­ной надежде уче­ни­ков на то, что Он насто­я­щий Мес­сия. Рас­ска­зали они и о про­пав­шем из гроба Теле Учи­теля и не под­твер­див­шихся пока слу­хах о Воскресении.

Услы­шав это, Спа­си­тель уко­рил их: «О, несмыс­лен­ные и мед­ли­тель­ные серд­цем, чтобы веро­вать всему, что пред­ска­зы­вали про­роки! Не так ли над­ле­жало постра­дать Хри­сту и войти в славу Свою?» (Лк.24.25–26).Затем Он начал объ­яс­нять уче­ни­кам вет­хо­за­вет­ные про­ро­че­ства о Мес­сии. Так бесе­дуя, они при­бли­зи­лись к Эммаусу. Лука и Клеопа упра­ши­вали Хри­ста пере­но­че­вать в их доме: «Останься с нами, потому что день уже скло­нился к вечеру» (Лк.24.29). Хри­стос согла­сился. Когда же они воз­легли за стол, чтобы под­кре­питься пищей, Хри­стос взял хлеб, бла­го­сло­вил его, пре­ло­мил и подал уче­ни­кам, как это Он делал все­гда перед тра­пе­зой. Как пелена спала с глаз апо­сто­лов, и они узнали, что это Сам Гос­подь Иисус Хри­стос. И в этот момент Гос­подь стал невидим.

Пора­жен­ные явле­нием, апо­столы ска­зали друг другу: «Не горело ли в нас сердце наше, когда Он гово­рил нам на дороге и когда изъ­яс­нял нам Писа­ние» (Лк.24.32). Лику­ю­щие, они поспе­шили обратно в Иеру­са­лим и сооб­щили апо­сто­лам, как они узнали вос­крес­шего Гос­пода в пре­лом­ле­нии хлеба. В свою оче­редь апо­столы рас­ска­зали эммаус­ским пут­ни­кам не менее радост­ную весть о том, что вос­крес­ший Хри­стос явился Петру.

Явление десяти апостолам в день Воскресения

(Лк. 24.36–49; Ин.20.19–23)

Когда апо­столы были собраны вме­сте, они уви­дели посреди гор­ницы неожи­данно появив­ше­гося вос­крес­шего Гос­пода, ска­зав­шего им: «Мир вам». Уче­ники сму­ти­лись и испу­га­лись, думая, что им явился дух, т.к. двери в гор­ницу были закрыты.

Видя их недо­уме­ние и страх, Хри­стос ска­зал им: «Что сму­ща­е­тесь, и для чего такие мысли вхо­дят в сердца ваши? Посмот­рите на руки Мои и на ноги Мои; это Я Сам; ося­жите Меня и рас­смот­рите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня» (Лк.24.38–39). Гос­подь раз­ре­шил уче­ни­кам подойти к Нему и ося­зать Его Тело, но чтобы окон­ча­тельно убе­дить, что Он не дух, Хри­стос попро­сил у них какой-нибудь пищи. Ему подали кусок пече­ной рыбы и сото­вого меда, и Он взял пищу и ел ее перед учениками.

Еван­гель­ские опи­са­ния явле­ний Вос­крес­шего Хри­ста пока­зы­вают, что уче­ники сомне­ва­лись и боя­лись оши­биться, без­ого­во­рочно дове­рив­шись эмо­циям и жела­нию видеть Хри­ста живым. Осто­рож­ность, про­яв­лен­ная апо­сто­лами, сви­де­тель­ствует об истин­но­сти Вос­кре­се­ния Христова.

Узнав о чуде Вос­кре­се­ния, апо­столы должны были нести свет Хри­стова Вос­кре­се­ния всем наро­дам: «Как послал Меня Отец, так и Я посы­лаю вас» (Ин.20.21). Посы­лая уче­ни­ков на про­по­ведь, вос­крес­ший Гос­подь дает им силу Духа Свя­того и власть совер­шать таин­ство пока­я­ния: «При­мите Духа Свя­таго. Кому про­стите грехи, тому про­стятся; на ком оста­вите, на том оста­нутся» (Ин.20.22–23).

Во время явле­ния Вос­крес­шего Хри­ста в Сион­ской гор­нице среди апо­сто­лов не было Фомы. Когда же он при­шел к ним, апо­столы рас­ска­зали о слу­чив­шемся, но Фома им не пове­рил, ска­зав: «Если не увижу на руках Его ран от гвоз­дей, и не вложу пер­ста моего в раны от гвоз­дей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю» (Ин.20.25). Уве­ре­ние Фомы про­изо­шло через восемь дней после Вос­кре­се­ния Спасителя.

Явление одиннадцати апостолам в Сионской горнице

(Ин.20.24–29)

Когда все апо­столы собра­лись в Сион­скую гор­ницу на молитву, вос­крес­ший Спа­си­тель опять вне­запно явился среди них со сло­вами: «Мир вам» (Ин.20.26). Затем, обра­тив­шись к Фоме, Гос­подь ска­зал: «Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неве­ру­ю­щим, но веру­ю­щим» (Ин.20.27). Вне­зап­ное явле­ние Хри­ста и напо­ми­на­ние о неве­рии Фомы так потрясли этого апо­стола, что он вос­клик­нул: «Гос­подь мой и Бог мой!» (Ин.20.28).

Тогда Хри­стос, пока­зы­вая нам, что вера состоит в том, чтобы при­ни­мать невидимое,сказал Фоме: «Ты пове­рил, потому что уви­дел Меня, бла­женны неви­дев­шие и уве­ро­вав­шие» (Ин.20.29). Эти слова Хри­стовы явля­ются уте­ше­нием для всех, кто не видел Его живым, но уве­ро­вал по слову апостолов.

Явление апостолам на Тивериадском озере

(Ин.21.1–25)

Испол­няя пове­ле­ние Учи­теля, апо­столы после празд­ника Пасхи воз­вра­ти­лись в Гали­лею, где вновь заня­лись лов­лей рыбы. Одна­жды Петр при­гла­сил на ноч­ную рыб­ную ловлю Иоанна, Иакова, Фому и Нафа­наила, но труд уче­ни­ков был напра­сен – они ничего не могли поймать.

Неожи­данно они услы­шали голос Чело­века, сто­я­щего на берегу озера; это был Хри­стос, но уче­ники Его не узнали. Незна­ко­мец спро­сил их: «Дети, есть ли у вас какая пища?» (Ин.21.5) Они отве­тили, что у них ничего нет. Тогда Незна­ко­мец посо­ве­то­вал им заки­нуть сети по пра­вую сто­рону лодки. Уче­ники это сде­лали и, к их изум­ле­нию, сети напол­ни­лись круп­ной рыбой.

Это чудо напом­нило самому чут­кому из апо­сто­лов, Иоанну Бого­слову о пер­вом чудес­ном улове рыбы при при­зва­нии их к апо­столь­скому слу­же­нию, поэтому он немед­ленно ска­зал Петру: «Это Гос­подь» (Ин.21.7). Услы­шав это, Петр тут же прыг­нул в воду и поплыл к берегу. За ним после­до­вали в лодке и дру­гие уче­ники. Когда уче­ники вышли на берег, они уви­дели раз­ло­жен­ный костер и на нем лежа­щую рыбу и хлеб.

«При­не­сите рыбы, кото­рую вы теперь пой­мали», – ска­зал Гос­подь уче­ни­кам (Ин.21.10). Когда сети были выта­щены, Хри­стос пред­ло­жил апо­сто­лам пообе­дать. Апо­столы уви­дели Хри­ста в пре­об­ра­жен­ном виде и им хоте­лось спро­сить под­твер­жде­ния, Он ли это. Но никто не задал Ему вопроса; апо­столы уже не имели преж­ней сме­ло­сти, но только в мол­ча­нии и со стра­хом удив­ля­лись Ему; знали, что это Гос­подь, потому и не спрашивали.

Сам Хри­стос нару­шил мол­ча­ние и, обра­ща­ясь к Петру, спро­сил его: «Симон Ионин, любишь ли ты Меня больше, нежели они?» «Так, Гос­поди, – отве­чал Петр. – Ты зна­ешь, что я люблю Тебя». «Паси агн­цев Моих», — ска­зал Хри­стос. Затем во вто­рой и тре­тий раз спро­сил Гос­подь Петра: «Любишь ли Меня?» Гос­подь спра­ши­вает его три­жды, вра­чуя трое­крат­ное отре­че­ние Петра, мучив­шее его совесть. И три­жды при­зы­вая Петра испо­ве­дать Свою любовь Гос­подь про­сит явить свою любовь к Хри­сту забо­той о веру­ю­щих. Услы­шав в тре­тий раз от Петра: «Гос­поди! Ты все зна­ешь; Ты зна­ешь, что я люблю Тебя», Гос­подь пред­ска­зы­вает Петру его даль­ней­ший, жиз­нен­ный путь и муче­ни­че­скую кон­чину: «Истинно, истинно говорю тебе: когда ты был молод, то пре­по­я­сы­вался сам и ходил, куда хотел; а когда соста­ришься… дру­гой пре­по­я­шет тебя, и пове­дет, куда не хочешь» (Ин.21.15–18). Из пре­да­ния известно, что апо­стол Петр впо­след­ствии много постра­дал за Хри­ста и в Риме был рас­пят на кре­сте (по его соб­ствен­ному жела­нию – вниз голо­вой, так как счи­тал недо­стой­ным уме­реть той же смер­тью, что и Гос­подь Иисус Христос).

Явление ученикам на горе в Галилее

(Мф.28.16–20)

Одна­жды Гос­подь пове­лел апо­сто­лам идти на одну из гор Гали­лей­ских и там ожи­дать Его. Во время явле­ния на горе Спа­си­тель еще раз пове­лел им идти на все­мир­ную про­по­ведь и кре­стить во имя Свя­той Тро­ицы: «Дана Мне вся­кая власть на небе и на земле. Итак, идите, научите все народы, кре­стя их во имя Отца и Сына и Свя­таго Духа, уча их соблю­дать все, что Я пове­лел вам; и се, Я с вами во все дни до скон­ча­ния века. Аминь» (Мф.28.18–20).

Вознесение Господне

(Лк.24.48–50; Деян.1.4–11)

В тече­ние сорока дней Вос­крес­ший Гос­подь много раз являлся Своим уче­ни­кам, бесе­до­вал с ними, откры­вал тайны Цар­ства Божия, напо­ми­нал им Свое уче­ние и гото­вил их к все­мир­ной проповеди.

На соро­ко­вой день после Вос­кре­се­ния Хри­стова все апо­столы, по пове­ле­нию Хри­ста, нахо­ди­лись в Иеру­са­лиме, в Сион­ской гор­нице. Когда они вме­сте моли­лись, им в послед­ний раз явился Хри­стос. Бесе­дуя с уче­ни­ками, Гос­подь вывел их из Иеру­са­лима. Достиг­нув вер­шины Еле­он­ской горы, Гос­подь стал про­щаться с апо­сто­лами, запо­ве­дуя им не рас­хо­диться из Иеру­са­лима до тех пор, пока на них не сой­дет Дух Святой.

Затем Хри­стос под­нял руки и начал бла­го­слов­лять уче­ни­ков, и «когда бла­го­слов­лял их, стал отда­ляться от них и воз­но­ситься на небо» (Лк.24.51). Уче­ники Хри­стовы долго сто­яли на вер­шине горы и смот­рели на небо.

Вне­запно им яви­лись два ангела и, обра­ща­ясь к апо­сто­лам, ска­зали: «Мужи Гали­лей­ские! что вы сто­ите и смот­рите на небо? Сей Иисус, воз­нес­шийся от вас на небо, при­дет таким же обра­зом, как вы видели Его вос­хо­дя­щим на небо» (Деян.1.11). Ангелы гово­рили о Вто­ром При­ше­ствии Хри­сто­вом во славе.

Уче­ники воз­вра­ти­лись в Сион­скую гор­ницу, где пре­бы­вали все­гда в еди­но­ду­шии, про­слав­ляя и бла­го­слов­ляя Бога.

Одна­жды, когда собра­ние было боль­шим, около ста два­дцати чело­век, по пред­ло­же­нию апо­стола Петра, на место Иуды-пре­да­теля по жре­бию избрали Мат­фия – уче­ника Хри­стова, быв­шего сви­де­те­лем всего слу­же­ния Хри­стова и видев­шего Его Вос­крес­шим (Деян.1.15–26).

Сошествие Святого Духа на апостолов (Пятидесятница)

(Деян.2)

Насту­пил день Пяти­де­сят­ницы. Этот вели­кий вет­хо­за­вет­ный празд­ник был уста­нов­лен в память даро­ва­ния евреям Синай­ского зако­но­да­тель­ства. Апо­столы, вме­сте с Божией Мате­рью и дру­гими уче­ни­ками Хри­сто­выми, нахо­ди­лись в Сион­ской гор­нице. Был тре­тий час дня [39]. Вне­запно все при­сут­ству­ю­щие услы­шали шум с неба, как бы от несу­ще­гося силь­ного ветра. Шум все уси­ли­вался, пока не напол­нил весь дом, где они нахо­ди­лись. И вот над каж­дым из апо­сто­лов появи­лись как бы огнен­ные языки, и все испол­ни­лись Духа Свя­того и начали сла­вить Бога на раз­ных язы­ках, кото­рых прежде не знали.

В это время в Иеру­са­лиме было мно­же­ство палом­ни­ков, среди кото­рых немало было евреев-ино­стран­цев, при­е­хав­ших на родину отцов к празд­нику Пасхи и про­во­див­ших время в Иеру­са­лиме до празд­ника Пяти­де­сят­ницы. Услы­шав шум, огром­ная толпа народа собра­лась около дома, где были уче­ники Хри­стовы. Народ дивился этим непо­нят­ным для них зву­кам, исхо­дя­щим с высоты небес­ной и напол­ня­ю­щим дом. Но еще больше они уди­ви­лись, когда апо­столы, выйдя из гор­ницы, стали гово­рить с каж­дым из них на их род­ном языке.

Люди изум­ля­лись и спра­ши­вали друг друга: «Сии гово­ря­щие не все ли Гали­ле­яне? Как же мы слы­шим каж­дый соб­ствен­ное наре­чие, в кото­ром роди­лись» (Деян.2.7–8).Нашлись и насмеш­ники, кото­рые гово­рили: «Они напи­лись слад­кого вина» (Деян.2.13).

Тогда апо­стол Петр обра­тился ко всем собрав­шимся и объ­яс­нил, что они видят и слы­шат, как сбы­ва­ется пред­ска­за­ние про­рока Иоиля о даро­ва­нии Духа Божия всем людям, что Духа Истины послал Своим уче­ни­кам Иисус, Кото­рого началь­ники иудей­ские убили, но Кото­рый вос­крес из мерт­вых, чему все апо­столы были сви­де­те­лями. Закан­чи­вая речь, апо­стол ска­зал: «Итак твердо знай, весь дом Изра­и­лев, что Бог соде­лал Гос­по­дом и Хри­стом Сего Иисуса, Кото­рого вы рас­пяли» (Деян.2.36).

Про­по­ведь Петра так подей­ство­вала на сердца слу­ша­те­лей, что более трех тысяч чело­век в тот день уве­ро­вало в Иисуса Хри­ста и при­няли крещение.

День Пяти­де­сят­ницы это день рож­де­ния Церкви Хри­сто­вой – обще­ства веру­ю­щих, соеди­нен­ных с Богом и друг дру­гом общей верой и свя­тыми Таин­ствами. Начи­ная со дня Пяти­де­сят­ницы Дух Свя­той все­гда пре­бы­вал с апо­сто­лами и учил их сви­де­тель­ство­вать о Хри­сте. Апо­столы пошли в мир, про­све­щая его све­том еван­гель­ского уче­ния. Как и пре­ду­пре­ждал Гос­подь, на апо­сто­лов обру­ши­лись гоне­ния и пре­сле­до­ва­ния со сто­роны иудеев и языч­ни­ков, но ничто и никто не мог запу­гать, удер­жать и раз­лу­чить апо­сто­лов от любви Хри­сто­вой, Кото­рый ска­зал им: «Я с вами во все дни до скон­ча­ния века. Аминь» (Мф.28.20).

Раздел № 3. Основы православного вероучения

Символ веры

Сим­вол веры − это крат­кое изло­же­ние важ­ней­ших истин хри­сти­ан­ства. Цер­ковь в лице пра­во­слав­ных хри­стиан испо­ве­дует свою веру, про­из­нося Сим­вол веры на Боже­ствен­ной Литур­гии и при совер­ше­нии Таин­ства Крещения.

Исто­ри­че­ски потреб­ность в Сим­воле веры суще­ство­вала с пер­вого века хри­сти­ан­ства. Уве­ро­вав­ший испо­ве­до­вал свою веру, читая перед Кре­ще­нием Сим­вол веры, кото­рый в связи с этим полу­чил назва­ние «кре­щаль­ного» Сим­вола веры. В раз­ных хри­сти­ан­ских общи­нах сло­жи­лись свои «кре­щаль­ные» Сим­волы веры. Они несколько отли­ча­лись по фор­му­ли­ровке, но по суще­ству все оди­на­ково выра­жали истины хри­сти­ан­ской веры.

С появ­ле­нием ере­сей и лже­уче­ний воз­никла потреб­ность в еди­ном и обще­при­ня­том тек­сте Сим­вола веры. Упо­треб­ля­е­мый в насто­я­щее время всеми Пра­во­слав­ными Церк­вями Сим­вол веры имеет назва­ние Никео-Царе­град­ского. Так он назы­ва­ется по месту, где про­хо­дили Пер­вый [40] и Вто­рой [41] Все­лен­ские Соборы, на кото­рых был при­нят этот Сим­вол. На Тре­тьем Все­лен­ском соборе было при­нято поста­нов­ле­ние, запре­ща­ю­щее в даль­ней­шем вно­сить в текст Сим­вола веры какие-либо изменения.

Сим­вол веры состоит из 12-ти чле­нов (частей). 1‑й член гово­рит о Боге Отце, с 2‑го по 7‑й члены гово­рят о Боге Сыне, 8‑й – о Боге Духе Свя­том, 9‑й – о Церкви, 10‑й – о кре­ще­нии, 11‑й и 12‑й – о вос­кре­се­нии мерт­вых и о веч­ной жизни.

Сим­вол веры зву­чит так:

  1. Верую во еди­наго Бога Отца, Все­дер­жи­теля, Творца небу и земли, види­мым же всем и невидимым.
  2. И во еди­наго Гос­пода Иисуса Хри­ста, Сына Божия, Еди­но­род­наго, Иже от Отца рож­ден­наго прежде всех век, Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рож­денна, не сотво­ренна, еди­но­сущна Отцу, Имже вся быша.
  3. Нас ради чело­век и нашего ради спа­се­ния сшед­шаго с Небес и вопло­тив­ша­гося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася.
  4. Рас­пя­таго же за ны при Пон­тий­стем Пилате, и стра­давша, и погребена.
  5. И вос­крес­шаго в тре­тий день по Писанием.
  6. И воз­шед­шаго на Небеса, и седяща одес­ную Отца.
  7. И паки гря­ду­щаго со сла­вою судити живым и мерт­вым, Его же Цар­ствию не будет конца.
  8. И в Духа Свя­таго, Гос­пода, живо­тво­ря­щаго, Иже от Отца исхо­дя­щаго, Иже со Отцем и Сыном спо­кла­ня­ема и сла­вима, гла­го­лав­шаго пророки.
  9. Во едину, свя­тую, собор­ную и апо­столь­скую Церковь.
  10. Испо­ве­дую едино кре­ще­ние во остав­ле­ние грехов.
  11. Чаю вос­кре­се­ния мертвых.
  12. И жизни буду­щаго века. Аминь. 

Пер­вый член Сим­вола веры

Верую во еди­наго Бога Отца, Все­дер­жи­теля, Творца небу и земли, види­мым же всем и невидимым.

Веро­вать в Бога – зна­чит быть твердо уве­рен­ным, что Бог суще­ствует и что Он забо­тится о чело­веке, всем серд­цем при­ни­мать то, что Он гово­рил людям через Сво­его Сына, Гос­пода Иисуса Хри­ста, через про­ро­ков и апостолов.

Но вера не огра­ни­чи­ва­ется только при­зна­нием, что Бог суще­ствует. Вера пред­по­ла­гает образ жизни, соот­вет­ству­ю­щий этому зна­нию – веру­ю­щий чело­век дол­жен жить так, как хочет Бог. Истин­ный хри­сти­а­нин − тот, кто верит пра­вильно и живет по Запо­ве­дям Божиим. При­ме­рами твер­дой веры явля­ются свя­тые муче­ники: ради веры в Бога и испол­не­ния Его запо­ве­дей они отка­зы­ва­лись от всех благ зем­ной жизни, под­вер­га­лись гоне­ниям, страш­ным муче­ниям и даже смерти.

Слова Сим­вола веры «во еди­ного Бога» озна­чают, что осно­вой хрис­ти­ан­с­кой Цер­к­ви яв­ля­ет­ся ве­ра в Еди­но­го (т.е., Един­ствен­ного) Ис­тин­но­го и Жи­во­го Бога.

Бог есть выс­шее Суще­ство, поэтому вполне познать Бога, про­ник­нуть в тайну Боже­ствен­ной жизни невоз­можно ни людям, ни даже анге­лам. Однако люди могут и должны стре­миться к позна­нию Бога через наблю­де­ние за устрой­ством и кра­со­той пре­мудро создан­ного Богом мира.

Зна­ние о Боге дает чело­веку и чте­ние Свя­щен­ного Писа­ния, в кото­ром Бог Сам открыл Себя людям через Своих про­ро­ков и апо­сто­лов. Так, из Свя­щен­ного Писа­ния известно, что Бог есть Дух, Он Веч­ный, Неиз­ме­ня­е­мый, Вез­де­су­щий, Все­мо­гу­щий, Пре­му­дый, Все­до­воль­ный, Свя­той, Все­бла­гой, Все­ве­ду­щий, Все­пра­вед­ный, Всеблаженный.

Рас­смот­рим подроб­нее неко­то­рые из ука­зан­ных свойств Божиих:

Бог есть Дух, то есть, Он не материален.

Бог Веч­ный: Он все­гда суще­ство­вал и все­гда будет существовать.

Бог Неиз­ме­ня­е­мый, Он все­гда тот же.

Бог Вез­де­су­щий: Он всюду нахо­дится и все про­ни­кает Собой, хотя ни с чем не смешивается.

Бог Все­мо­гу­щий: Он может при­ве­сти в испол­не­ние всё, что Ему угодно, и нет силы, спо­соб­ной Его удер­жать или Ему поме­шать. Так, все­мо­гу­ще­ство Божие про­яви­лось в тво­ре­нии мира из ничего. Все, что суще­ствует: види­мое и неви­ди­мое, вся необъ­ят­ная все­лен­ная и неви­ди­мый, ангель­ский мир созданы Богом. Бога назы­вают Все­дер­жи­те­лем, потому что Он весь мир дер­жит в Своей вла­сти, без Его воли ничего не может произойти.

Бог Пре­муд­рый: о вели­чии Пре­муд­ро­сти Божией сви­де­тель­ствует устрой­ство види­мого мира; Бог с бес­ко­неч­ной муд­ро­стью управ­ляет жиз­нью всего мира и каж­дого человека.

Бог Все­до­воль­ный: Он ни в чем нуж­да­ется, но Сам явля­ется Источ­ни­ком и Пода­те­лем Жизни. Все живое: рас­те­ния, живот­ные, люди, ангелы и дру­гие суще­ства – всё полу­чило и полу­чает свою жизнь от Бога.

Бог Свя­той – непри­част­ный ника­кому злу или греху, Он явля­ется источ­ни­ком свя­то­сти для анге­лов и людей.

Бог Все­бла­гой: Он забо­тится о твари как Отец. Бог являет Себя миру как Любовь. Глу­бина Его любви явлена людям в иску­пи­тель­ной Крест­ной Жертве Сына Божия.

Бог Все­ве­ду­щий: Он все знает – все, что было, что есть и что будет, Ему известны мысли и жела­ния всех существ, от Него ничего нельзя скрыть.

Бог Все­пра­вед­ный: Он в выс­шей сте­пени спра­вед­лив. Каж­дый чело­век раньше или позже полу­чит то, что он заслужил.

Бог Все­б­ла­жен­ный, Он пре­бы­вает в веч­ном бла­жен­стве и дает радость и бла­жен­ство любя­щим Его.

В пер­вом члене Сим­вола веры Бог назван Все­дер­жи­те­лем, потому что Он все суще­ству­ю­щее содер­жит в Своей силе и Своей воле.

Слова «Творца небу и земли, види­мым и неви­ди­мым» гово­рят о том, что все сотво­рено Богом, види­мый мир и неви­ди­мый (или духов­ный, к кото­рому при­над­ле­жат бес­плот­ные духи- ангелы).

Бог един по Сво­ему суще­ству, но тро­и­чен в Лицах: Отец, Сын и Дух Свя­той – Тро­ица еди­но­сущ­ная и нераз­дель­ная. Это един­ство Трех, бес­ко­нечно любя­щих Друг Друга Лиц. Вза­им­ное отно­ше­ние между Лицами Пре­свя­той Тро­ицы состоит в том, что Бог-Отец не рож­да­ется, не про­ис­хо­дит от дру­гого лица; Сын Божий рож­да­ется от Бога Отца; Дух Свя­той исхо­дит от Бога-Отца. Все Три Лица Пре­свя­той Тро­ицы, по суще­ству и свой­ствам, совер­шенно равны между Собой: Бог-Отец есть истин­ный Бог, и Бог-Сын есть истин­ный Бог, так и Бог Дух Свя­той есть истин­ный Бог, но все три Лица это не три Бога, но еди­ное Боже­ство, еди­ный Бог.

Един­ство Свя­той Тро­ицы − это тайна, непо­сти­жи­мая для чело­ве­че­ского ума. Мы веруем в нее, потому что так научил нас верить Гос­подь Иисус Хри­стос, Сын Божий. Посы­лая апо­сто­лов на про­по­ведь, Он ска­зал: «Идите, научите все народы, кре­стя их во имя Отца и Сына и Свя­того Духа» (Мф. 28.19).

Вто­рой член Сим­вола веры

И во еди­наго Гос­пода Иисуса Хри­ста, Сына Божия, Еди­но­род­наго, Иже от Отца рож­ден­наго прежде всех век. Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рож­денна, не сотво­ренна, еди­но­сущна Отцу, Имже вся быша.

Гос­подь Иисус Хри­стос есть Еди­но­род­ный Сын Божий, то есть един­ствен­ный Сын Бога-Отца, рож­ден­ный из суще­ства Отца. Как свет рож­да­ется от света, так от истин­ного Бога-Отца рож­да­ется истин­ный Бог-Сын.

Сын Божий имеет ту же Боже­ствен­ную сущ­ность, что и Бог-Отец (как гово­рит Сим­вол веры, Сын «еди­но­су­щен Отцу»). Сам Иисус Хри­стос ска­зал: «Я и Отец – одно» (Ин. 10.30).

Бог-Сын родился от Бога Отца прежде всех веков, то есть до начала вре­мени – изна­чально. Как Бог-Отец вечно суще­ствует, так вечно суще­ствует и Сын Божий, и вечно суще­ствует Дух Святой.

К слову «рож­дена» в Сим­воле веры при­бав­лено слово «не сотво­рена». Это при­бав­ле­ние сде­лано для опро­вер­же­ния лож­ного уче­ния Ария (IV в.), кото­рый утвер­ждал, что Сын Божий не рож­ден, а сотворен.

Слова «Им же вся быша» озна­чают, что Им, Сыном Божиим, все сотво­рено: как види­мый, так и неви­ди­мый мир. «Без Него (Сына Божия) ничто не начало быть, что начало быть», – напи­сано в Еван­ге­лии (Ин. 13 гл.).

Тре­тий член Сим­вола веры

Нас ради чело­век и нашего ради спа­се­ния сшед­шаго с Небес и вопло­тив­ша­гося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася.

Тре­тий член Сим­вола веры гово­рит о вопло­ще­нии Сына Божия. Будучи совер­шен­ным Богом, Сын Божий сошел с Неба в наш мир и воче­ло­ве­чился, то есть стал совер­шен­ным чело­ве­ком, не пере­ста­вая быть все­мо­гу­щим и вез­де­су­щим Богом.

Когда Сын Божий родился на земле, Он полу­чил имя Иисус Хри­стос. Имя Иисус − это гре­че­ский пере­вод еврей­ского имени Иешуа, что озна­чает «Спа­си­тель». Имя «Хри­стос» – гре­че­ское и озна­чает «Пома­зан­ник»; в еврей­ском языке ему соот­вет­ствует слово «Мес­сия». В Вет­хом Завете пома­зан­ни­ками назы­ва­лись про­роки, пер­во­свя­щен­ники и цари, кото­рых при вступ­ле­нии в слу­же­ние пома­зы­вали елеем (бла­го­вон­ным мас­лом). Через пома­за­ние они полу­чали дары Свя­того Духа, необ­хо­ди­мые для испол­не­ния своих обя­зан­но­стей. Сын Божий назван Пома­зан­ни­ком (Хри­стом) по Своей чело­ве­че­ской при­роде, потому что Он полу­чил дары Свя­того Духа: про­ро­че­ство, свя­тость пер­во­свя­щен­ника и могу­ще­ство царя.

Как чело­век, Иисус Хри­стос имел душу и тело и во всем стал подо­бен нам, кроме греха. Его чело­ве­че­ская при­рода была сво­бод­ная от греха, как у Адама до гре­хо­па­де­ния. Так как Иисус Хри­стос имел и про­дол­жает иметь две при­роды, Боже­скую и чело­ве­че­скую, Он явля­ется Бого­че­ло­ве­ком.

Сын Божий при­шел в наш мир, чтобы спа­сти людей, то есть изба­вить их от вла­сти дья­вола, греха и веч­ной смерти, сде­лать людей пра­вед­ными и достой­ными веч­ной жизни с Богом. Все люди рож­да­ются под­вер­жен­ными вла­сти пер­во­род­ного греха. Грех появился в людях от дья­вола, кото­рый еще в раю соблаз­нил Еву, а через нее Адама, и скло­нил их нару­шить запо­ведь Божию, то есть согре­шить. Этот грех повре­дил при­роду Адама и Евы и, соот­вет­ственно, всех их потом­ков. Грех лишил людей бла­го­дати Божией, помра­чил их ум, осла­бил волю, в тело внес болезни; люди стали стра­дать и уми­рать, и сами, сво­ими силами, уже не могли пре­одо­леть в себе грех.

Еще до сотво­ре­ния мира Бог пред­ви­дел гре­хо­па­де­ние; Он знал, что сотво­рен­ный сво­бод­ным чело­век недолж­ным обра­зом вос­поль­зу­ется своей сво­бо­дой, согре­шит, попа­дет под власть диа­вола, ста­нет смерт­ным и будет нуж­даться в осво­бож­де­нии из этого бед­ствен­ного состо­я­ния. Поэтому еще до созда­ния твар­ного мира и чело­века Бог опре­де­лил путь для его спа­се­ния через вопло­ще­ние Бога-Сына, Вто­рого Лица Свя­той Тро­ицы, и Его иску­пи­тель­ную жертву. Это воле­изъ­яв­ле­ние Лиц Пре­свя­той Тро­ицы о созда­нии чело­века и спо­собе его спа­сти от греха и смерти назы­ва­ется Пред­веч­ным сове­том[42].

Сразу после гре­хо­па­де­ния пра­ро­ди­те­лей Бог обе­щал Адаму и Еве, что на землю при­дет Спа­си­тель мира, Кото­рый изба­вит людей от греха и от вла­сти дья­вола. И потом в тече­ние мно­гих поко­ле­ний Бог через Своих про­ро­ков гото­вил людей к при­ше­ствию Сына Божия на землю, ука­зы­вал при­знаки Его при­ше­ствия в мир. Вот неко­то­рые важ­ней­шие пред­ска­за­ния о Спасителе:

  • про­рок Исаия пред­ска­зал, что Спа­си­тель родится от Девы (книга Исаии 7.14) и с уди­ви­тель­ной ясно­стью пред­ска­зал Его стра­да­ния и вос­кре­се­ние (книга Исаии 53‑я гл.);
  • про­рок Михей пред­ска­зал, что Спа­си­тель родится в Виф­ле­еме (Мих. 5.2; Мф. 2.4–6);
  • про­рок Мала­хия пред­ска­зал, что Спа­си­тель при­дет во вновь создан­ный Иеру­са­лим­ский храм и что перед Ним послан будет Пред­теча (Иоанн Кре­сти­тель), подоб­ный про­року Илии (Малах. 3.1–15);
  • про­рок Заха­рия пред­ска­зал тор­же­ствен­ный вход Спа­си­теля в Иеру­са­лим на осле (Зах. 9.9);
  • царь Давид в 21-ом псалме изоб­ра­зил крест­ные стра­да­ния Спа­си­теля с такой точ­но­стью, словно сам стоял у Кре­ста Христова;
  • про­рок Даниил за 490 лет пред­ска­зал время явле­ния Спа­си­теля, Его крест­ную смерть, пред­ска­зал после­ду­ю­щее раз­ру­ше­ние храма, Иеру­са­лима и рас­про­стра­не­ние хри­сти­ан­ской веры (Дан. 9 гл.).

Когда настало время, Сын Божий вопло­тился: дей­ствием Свя­того Духа Он при­нял от Пре­чи­стой Девы Марии чело­ве­че­скую при­роду. Зача­тие Бого­ро­ди­цей Иисуса Хри­ста назы­ва­ется непо­роч­ным, так как в отли­чие от обыч­ного зача­тия было бес­страст­ным и без­муж­ным. Даль­ней­шее раз­ви­тие мла­денца Хри­ста во утробе Девы Марии шло есте­ствен­ным путем.

Почи­тая Спа­си­теля, хри­сти­ане почи­тают и Его Пре­чи­стую Матерь. Дева Мария явля­ется Прис­но­де­вой, так как Она оста­лась девой и после рож­де­ния Спа­си­теля, а также Бого­ро­ди­цей, потому что Она по плоти родила истин­ного Сына Божия. Хри­сти­ане чтят Ее выше всех сотво­рен­ных существ, не только людей, но и анге­лов: «Чест­ней­шую херу­ви­мов и слав­ней­шую без срав­не­ния серафимов».

Все, что делал Гос­подь Иисус Хри­стос, было направ­лено ко спа­се­нию греш­ного чело­ве­че­ского рода: Его уче­ние, при­мер Его жизни, Его смерть и вос­кре­се­ние из мертвых.

Чет­вер­тый член Сим­вола веры

Рас­пя­таго же за ны при Пон­тий­стем Пилате, и стра­давша, и погре­бена.

Этот член Сим­вола веры гово­рит о рас­пя­тии Гос­пода Иисуса Хри­ста во вре­мена Пон­тия Пилата – про­ку­ра­тора (намест­ника) в Иудее, назна­чен­ного рим­ским импе­ра­то­ром. Иисус Хри­стос, как все­мо­гу­щий Бог, мог избе­жать стра­да­ний, но Он доб­ро­вольно постра­дал и умер на кре­сте. Крест­ные стра­да­ния Хри­стос пре­тер­пе­вал только своей чело­ве­че­ской при­ро­дой, но не Боже­ствен­ной, Кото­рая стра­дать не может.

Крест­ная казнь явля­ется жесто­ким изоб­ре­те­нием рим­лян, в рим­ской импе­рии она счи­та­лась самой позор­ной. На кре­стах рас­пи­нали наи­бо­лее опас­ных преступников.

Гос­подь Иисус Хри­стос был рас­пят в пят­ницу нака­нуне еврей­ской Пасхи на месте, назы­ва­е­мом Гол­гофа (в пере­воде – «Лоб­ное место»), около Иеру­са­лима. После того, как Спа­си­тель умер на кре­сте, Он Своей душой сошел во ад. Адом назы­ва­ется место стра­да­ний, уда­лен­ное от Бога, там цар­ствует сатана. Сойдя во ад, Хри­стос вывел оттуда души всех веру­ю­щих и пра­вед­ных людей, начи­ная от Адама и Евы. До крест­ной смерти и Вос­кре­се­ния Спа­си­теля все люди, даже пра­вед­ные, попа­дали после смерти в ад и выйти оттуда не могли, так как Цар­ство Божие было закрыто для человека.

На кре­сте Гос­подь совер­шил вели­кую победу над злом. Он омыл грехи всего мира, отнял у дья­вола силу над людьми и побе­дил смерть.

После смерти Спа­си­теля Его тай­ные уче­ники Иосиф Ари­ма­фей­ский и Нико­дим, а также жен­щины, сле­до­вав­шие за Хри­стом из Гали­леи, похо­ро­нили Его тело в камен­ной пещере неда­леко от Гол­гофы. О погре­бе­нии Спа­си­теля в Сим­воле упо­мя­нуто для удо­сто­ве­ре­ния, в том, что Он дей­стви­тельно умер и вос­крес: ибо враги Его при­ста­вили даже стражу ко гробу Его и запе­ча­тали оный.

Слова Сим­вола Веры: «нас ради» (т.е. за нас) акцен­ти­руют наше вни­ма­ние на доб­ро­воль­ном харак­тере смерти Хри­сто­вой, ибо как, будучи без­греш­ным, Хри­стос не имел ника­кой необ­хо­ди­мо­сти уми­рать. Хри­стос уми­рает совер­шенно сво­бодно, ника­кая необ­хо­ди­мость не застав­ляет Его идти на Крест: «Я отдаю жизнь Мою, никто не отни­мает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее» (Ин. 10.17–18).

Пятый член Сим­вола веры

И вос­крес­шаго в тре­тий день по Писанием.

Пятый член Сим­вола веры гово­рит, что Иисус Хри­стос Своей смер­тью побе­дил смерть и на тре­тий день вос­крес: ожил и вышел из гроба со Своей обнов­лен­ной пло­тью. Вос­кре­се­ние Спа­си­теля – вели­чай­шее чудо, дела­ю­щее несо­мнен­ным буду­щее все­об­щее вос­кре­се­ние мертвых.

Вет­хо­за­вет­ные про­роки пред­ска­зали смерть, погре­бе­ние и вос­кре­се­ние Спа­си­теля, поэтому и ска­зано в Сим­воле веры – «по Писа­нием», то есть все это про­изо­шло так, как было пред­ска­зано Богом через про­ро­ков и напи­сано в про­ро­че­ских книгах.

Иисус Хри­стос умер в пят­ницу, нака­нуне еврей­ской Пасхи, около трех часов дня, а вос­крес ночью после суб­боты. С тех пор пер­вый день после суб­боты стал назы­ваться «Вос­кре­се­нием» или «Днем Гос­под­ним». В этот день хри­сти­ане уже в I веке соби­ра­лись для бла­го­дар­ствен­ной молитвы Богу и для при­ча­ще­ния Свя­тым Тайнам.

Вос­кре­се­ние Хри­стово отли­ча­ется от вос­кре­ше­ний дру­гих людей. Новый Завет опи­сы­вает чудеса воз­вра­ще­ния к жизни умер­ших людей, совер­шен­ные Самим Хри­стом и Его апо­сто­лами. Но это были вре­мен­ные вос­кре­ше­ния, так как души умер­ших воз­вра­ща­лись в свои преж­ние зем­ные и тлен­ные тела, а после какого-то вре­мени эти вос­кре­шен­ные люди снова умерли. Иисус же Хри­стос вос­стал из мерт­вых в Своем пре­об­ра­жен­ном и обнов­лен­ном теле, не под­власт­ным зем­ным зако­нам: Хри­стос вышел из пещеры, где Его похо­ро­нили, не отва­ли­вая камня и не сло­мав печати, Он был неви­ди­мым для вои­нов, сто­ро­жив­ших гроб, Его не сразу узна­вали уче­ники, Он вне­запно появ­лялся и исчезал.

В про­дол­же­нии сорока дней Вос­крес­ший Спа­си­тель являлся Своим уче­ни­кам, давая им воз­мож­ность удо­сто­ве­риться в истин­но­сти Его Воскресения.

Шестой член Сим­вола веры

И воз­шед­шаго на Небеса, и седяща одес­ную Отца.

Шестой член Сим­вола веры гово­рит о Воз­не­се­нии Гос­пода Иисуса Хри­ста на Небо. Это собы­тие про­изо­шло на 40-ой день по Вос­кре­се­нии Хри­сто­вом. Гос­подь воз­несся на Небеса Своей пло­тью и душой, как чело­век, в то время как Боже­ством Своим Он все­гда пре­бы­вал с Отцом, как Сын Бога Отца.

Воз­не­се­ние явля­ется важ­ным эта­пом в домо­стро­и­тель­стве спа­се­ния. Иисус Хри­стос сел одес­ную (по пра­вую сто­рону от) Бога Отца и вме­сте с этим про­изо­шло про­слав­ле­ние чело­ве­че­ской при­роды вообще.

Каж­дый хри­сти­а­нин, достиг­ший свя­то­сти, будет при­ча­стен этой славе – по слову Самого Хри­ста: «Побеж­да­ю­щему (зло, грех) дам сесть со Мною на пре­столе Моем, как и Я побе­дил и сел с Отцом Моим на пре­столе Его» (Откр. 3.21).

Седь­мой член Сим­вола веры

И паки гря­ду­щаго со сла­вою судити живым и мерт­вым, Егоже Цар­ствию не будет конца.

Седь­мой член Сим­вола веры гово­рит о Вто­ром При­ше­ствии Спа­си­теля, когда Он вер­нется на Землю, чтобы судить всех людей, когда-либо жив­ших на земле.

О Вто­ром При­ше­ствии Спа­си­теля неод­но­кратно гово­рится в Свя­щен­ном Писа­нии. Так, когда Иисус Хри­стос воз­но­сился на небо, ангелы яви­лись апо­сто­лам и ска­зали: «Этот Иисус, воз­нес­шийся от вас на небо, опять при­дет таким же обра­зом, как вы видели Его вос­хо­дя­щим на небо» (Деян.1.11).

Вто­рое При­ше­ствие Хри­стово будет отли­чаться от пер­вого. В пер­вый раз Он при­хо­дил в сми­рен­ном виде чело­века, чтобы постра­дать и этим спа­сти чело­ве­че­ский род. Родился Он в пещере для скота, жил в бед­но­сти, пере­утом­лялся, голо­дал и жаж­дал, тер­пел оскорб­ле­ния от греш­ни­ков и умер посреди зло­деев на кре­сте. Во вто­рой раз Гос­подь при­дет во всем Своем вели­чии и никому нельзя будет не заме­тить Его при­ход: «Как мол­ния исхо­дит от востока и видна бывает даже до запада, так будет при­ше­ствие Сына Чело­ве­че­ского» (Мф. 24.27).

Суд Спа­си­теля над чело­ве­че­ским родом назы­ва­ется «Страш­ным», потому что тогда откро­ется внут­рен­нее состо­я­ние каж­дого чело­века и окон­ча­тельно опре­де­лится его веч­ная участь. По суду Хри­стову пра­вед­ные пой­дут в жизнь веч­ную, а греш­ные в муку веч­ную – за то, что тво­рили злые дела, в кото­рых не рас­ка­я­лись и кото­рых не загла­дили доб­рыми делами и исправ­ле­нием жизни. «Насту­пит время, гово­рит Гос­подь, в кото­рое все, нахо­дя­щи­еся в гро­бах, услы­шат голос Сына Божия; и вый­дут тво­рив­шие добро в вос­кре­се­ние жизни, а делав­шие зло в вос­кре­се­ние осуж­де­ния” (Ин. 5.28–29).

Когда именно при­дет Гос­подь вто­рой раз на землю – никому кроме Бога неиз­вестно. Чтобы хри­сти­ане были вни­ма­тельны, в Свя­щен­ном Писа­нии открыты неко­то­рые при­знаки при­бли­же­ния Вто­рого при­ше­ствия Христова:

  • перед этим Еван­ге­лие будет про­по­ве­дано во всем мире.
  • перед кон­цом мира люди ста­нут крайне раз­вра­щен­ными, в них совсем осла­беет вера, они будут нена­ви­деть друг друга и делать зло;
  • появится много лож­ных про­ро­ков, кото­рые будут обо­льщать людей выду­ман­ными учениями;
  • в мире уси­лятся несо­гла­сия и кро­во­про­лит­ные войны; будет голод, болезни, силь­ные зем­ле­тря­се­ния и бури.
  • нако­нец, когда зло крайне уси­лится, среди людей явится антихрист.

Слово «анти­христ» озна­чает «тот, кто про­тив Хри­ста», а также «тот, кто вме­сто Хри­ста». Анти­христ это чело­век, сво­бодно отдав­ший себя во власть диа­вола и тво­ря­щий его волю. Цар­ство анти­хри­ста будет про­дол­жаться три с поло­ви­ной года. Он всеми спо­со­бами будет ста­раться истре­бить в людях веру в Бога. Обо­льщен­ные анти­хри­стом мно­гие хри­сти­ане отре­кутся от Хри­ста и будут пре­да­вать друг друга. Конец вла­сти анти­хри­ста поло­жит Сам Гос­подь Иисус Хри­стос, Кото­рый, придя во славе, убьет его духом уст Своих. После этого будет все­об­щее вос­кре­се­ние умер­ших и Страш­ный суд, и затем насту­пит веч­ное Цар­ство Христово.

Вось­мой член Сим­вола веры

И в Духа Свя­таго, Гос­пода, живо­тво­ря­щаго, Иже от Отца исхо­дя­щаго, Иже со Отцем и Сыном спо­кла­ня­ема и ссла­вима, гла­го­лав­шаго пророки.

Вось­мой член Сим­вола веры гово­рит о Тре­тьем Лице Свя­той Тро­ицы – о Духе Свя­том, что Он есть такой же истин­ный Бог, как Бог Отец и Бог Сын. Поэтому мы должны про­слав­лять Его и кла­няться Ему наравне с Отцом и Сыном.

Дух Свя­той назы­ва­ется Живо­тво­ря­щим, потому что Он вме­сте с Отцом и Сыном всем дает жизнь – осо­бенно духов­ную жизнь анге­лам и людям. Он есть Тво­рец мира, наравне с Отцом и Сыном. Поэтому ска­зано при сотво­ре­нии мира, что «Дух Божий носился над водой» (Быт. 1.2).

Иисус Хри­стос ска­зал о необ­хо­ди­мо­сти для чело­века быть воз­рож­ден­ным Духом Свя­тым: «Если кто не родится от воды и Духа, тот не может войти в Цар­ство Божие» (Ин. 3.5).

Слова: «Иже от Отца исхо­дя­щего», что озна­чает «Кото­рый от Отца исхо­дит», ука­зы­вают на лич­ное свой­ство Духа Свя­того, кото­рым Он отли­ча­ется от Бога-Отца и от Бога-Сына, а именно, что Он исхо­дит от Бога-Отца [43]. Об этом Гос­подь Иисус Хри­стос так ска­зал Своим уче­ни­кам: «Когда же при­дет Уте­ши­тель, Кото­рого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Кото­рый от Отца исхо­дит, Он будет сви­де­тель­ство­вать о Мне» (Ин. 15.26).

Слова «гла­го­лав­шего про­роки» озна­чают, что Дух Свя­той гово­рил через вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков. Эти слова вне­сены в Сим­вол веры для обли­че­ния лже­учи­те­лей, утвер­ждав­ших, что книги Вет­хого Завета напи­саны не Духом Святым.

Дух Свя­той со дня Сво­его соше­ствия на апо­сто­лов в день Пяти­де­сят­ницы непре­рывно пре­бы­вает в Церкви Хри­сто­вой и сохра­няет ее уче­ние непо­вре­жден­ным. Дух Свя­той подает хри­сти­а­нам духов­ные даро­ва­ния, про­све­щает веру­ю­щих све­том Хри­стова уче­ния, очи­щает их от гре­хов­ной скверны, согре­вает их сердца любо­вью к Богу и ближ­нему, дает усер­дие и силы пра­ведно жить. Все доб­рое, что хри­сти­ане имеют или хотят полу­чить, дает им Дух Святой.

Иисус Хри­стос пре­ду­пре­дил: «Вся­кий грех и хула про­стятся людям; а хула на Духа не про­стится» (Мф.12.31). «Хулой на Духа Свя­того» назы­ва­ется созна­тель­ное и оже­сто­чен­ное про­тив­ле­ние Хри­сто­вой истине,упорное неве­рие. Упор­ное сопро­тив­ле­ние истине уво­дит чело­века от сми­ре­ния и пока­я­ния, нека­ю­ще­гося же чело­века Бог про­стить не может.

Девя­тый член Сим­вола веры

Во едину, свя­тую, собор­ную и апо­столь­скую Цер­ковь.

Девя­тый член Сим­вола веры гово­рит о Церкви Хри­сто­вой, кото­рую Иисус Хри­стос осно­вал для освя­ще­ния и спа­се­ния людей. Цер­ковь − это сооб­ще­ство людей, объ­еди­нен­ных верой и таин­ствами. В жизнь Церкви таин­ственно вклю­чен и мир ангелов.

Один из самых ясных обра­зов Церкви − это образ Тела. Гла­вой тела Церкви явля­ется Иисус Хри­стос. Через уча­стие в таин­стве Евха­ри­стии, через При­ча­ще­ние Телу и Крови Хри­сто­вым Сам Хри­стос соеди­ня­ется с веру­ю­щими и оби­тает в них.

Гос­подь Иисус Хри­стос пору­чил види­мое устрой­ство и управ­ле­ние Цер­ко­вью свя­тым апо­сто­лам и их пре­ем­ни­кам – епи­ско­пам, пас­ты­рям Церкви, через них Он неви­димо управ­ляет Церковью.

Кто пови­ну­ется Церкви, тот пови­ну­ется Самому Хри­сту, а кто не пови­ну­ется и отвер­гает ее, тот отвер­гает и Самого Гос­пода. Если кто «Церкви не послу­шает, тот да будет он тебе, как языч­ник и мытарь», – ска­зал Гос­подь (Мф. 19.17).

Цер­ковь Хри­стова непо­бе­дима и будет суще­ство­вать вечно, как обе­щал Гос­подь: «Я создам Цер­ковь Мою, и врата ада не одо­леют ее … Я с вами во все дни до скон­ча­ния века» (Мф. 16.18; Мф. 28.20).

В Церкви Хри­сто­вой хра­нится в чистоте и непо­вре­жден­но­сти Истина Божия, как апо­стол Павел писал: «Цер­ковь Бога живого, столп и утвер­жде­ние истины» (1 Тим. 3:15). Дру­гие непра­во­слав­ные церкви в боль­шей или мень­шей сте­пени ото­шли от Истины.

Хри­сти­ане верят в еди­ную, свя­тую, собор­ную и апо­столь­скую Цер­ковь. Един­ство, свя­тость, собор­ность и апо­столь­ство − это свой­ства Церкви.

1. Цер­ковь Хри­стова едина, потому что она есть одно духов­ное тело, имеет одну главу – Хри­ста и оду­шев­ля­ется одним Духом Божиим (Еф. 4.4–6). Как живое тело не делится, так и Цер­ковь не может рас­па­даться или разъ­еди­няться на части. От нее могут отде­ляться ере­тики и рас­коль­ники, но, отпа­дая, они пере­стают быть чле­нами Церкви. Цер­ковь же оста­ется еди­ной. Как тело состоит из мно­гих чле­нов, так и Цер­ковь Хри­стова состоит из мно­гих помест­ных или наци­о­наль­ных церк­вей: Гре­че­ской, Рус­ской, Серб­ской, Румын­ской, Бол­гар­ской, Иеру­са­лим­ской, Кон­стан­ти­но­поль­ской, Антио­хий­ской, Алек­сан­дрий­ской, Аме­ри­кан­ской и дру­гих. Все эти Помест­ные Церкви верят и учат оди­на­ково, все имеют епи­ско­пов, вос­хо­дя­щих к апостолам.

2. Цер­ковь Хри­стова свята, потому что она освя­ща­ется Гос­по­дом Иису­сом Хри­стом: Его стра­да­ни­ями, Его Боже­ствен­ным уче­нием и уста­нов­лен­ными Им свя­тыми Таин­ствами, в кото­рых веру­ю­щим пода­ется бла­го­дать Свя­того Духа.

Как сущ­ность дра­го­цен­ного камня не меня­ется от собрав­шейся на нем пыли, так и Цер­ковь не теряет своей свя­то­сти от гре­хов­но­сти людей. Все хри­сти­ане должны очи­щать себя от гре­хов пока­я­нием, испо­ве­дью и при­ча­ще­нием Свя­тых Тайн. Если же кто из них оста­ется нерас­ка­ян­ным греш­ни­ком, он отпа­дает от Церкви, как сухая ветка от дерева.

3. Цер­ковь Хри­стова собор­ная, потому что она соби­рает в себя всех истинно веру­ю­щих людей – неза­ви­симо от их наци­о­наль­но­сти, обра­зо­ва­ния или соци­аль­ного поло­же­ния. Цер­ковь не огра­ни­чена ни про­стран­ством, ни вре­ме­нем, ни наро­дом, поэтому она назы­ва­ется еще все­лен­ской (кафо­ли­че­ской). Все важ­ные вопросы в Церкви решает не один чело­век, а собор епи­ско­пов. Соборы епи­ско­пов от всех Помест­ных Церк­вей назы­ва­ются Все­лен­скими Соборами.

4. Цер­ковь Хри­стова назы­ва­ется апо­столь­ской, потому что она хра­нит апо­столь­ское уче­ние и апо­столь­скую бла­го­дать. Свя­тые апо­столы, полу­чив дары Свя­того Духа в день Пяти­де­сят­ницы, пере­дали их через свя­щен­ное руко­по­ло­же­ние пас­ты­рям Церкви. Так непре­рывно от апо­сто­лов до наших дней бла­го­дать Божия пере­да­ется пре­ем­ственно от епи­скопа к епи­скопу. Апо­столь­ство Церкви состоит е и в том, что она, подобно апо­сто­лам, при­звана про­по­ве­до­вать Еван­ге­лия во всем мире.

Еди­ная свя­тая, собор­ная и апо­столь­ская Цер­ковь назы­ва­ется еще Пра­во­слав­ной (по-гре­че­ски – оrthоdоkео, орто­до­кео), потому что она пра­вильно мыс­лит и пра­вильно учит.

Деся­тый член Сим­вола веры

Испо­ве­дую едино кре­ще­ние во остав­ле­ние гре­хов.

Деся­тый член Сим­вола веры гово­рит о Таин­стве Кре­ще­ния. Таин­ством назы­ва­ется бого­слу­же­ние, в кото­ром неви­ди­мым обра­зом («тайно») пода­ется чело­веку бла­го­дать Свя­того Духа. Суще­ствует семь Таинств: Кре­ще­ние, Миро­по­ма­за­ние, Пока­я­ние (испо­ведь), При­ча­ще­ние, Брак, Свя­щен­ство и Еле­освя­ще­ние.[44]

В Сим­воле веры упо­мя­нуто только о Кре­ще­нии, потому что оно явля­ется пер­вым Таин­ством, кото­рое вво­дит чело­века в Цер­ковь и откры­вает ему доступ к осталь­ным Таинствам.

Один­на­дца­тый член Сим­вола веры

Чаю вос­кре­се­ния мерт­вых.

Это член Сим­вола веры гово­рит о все­об­щем вос­кре­се­нии мертвых.

Вос­кре­се­ние мерт­вых, кото­рого мы «чаем», то есть ожи­даем, про­изой­дет при Вто­ром при­ше­ствии Гос­пода нашего Иисуса Хри­ста. По Его Боже­ствен­ному слову души всех умер­ших вер­нутся в их вос­ста­нов­лен­ные тела, и все люди вос­ста­нут живыми.

Вера в вос­кре­се­ние мерт­вых была в Вет­хом Завете выра­жена пра­вед­ным Иовом во время его стра­да­ний: «А я знаю, Иску­пи­тель мой жив, и Он в послед­ний день вос­ста­вит из праха эту рас­па­да­ю­щу­юся кожу мою, и я во плоти моей узрю (увижу) Бога» (Иов. 19.25–26). Про­рок Исаия пред­ска­зы­вал: «Ожи­вут мерт­вецы Твои, вос­ста­нут мерт­вые тела! Вос­станьте и тор­же­ствуйте, поверг­ну­тые в прахе: ибо роса Твоя – роса рас­те­ний, и земля изверг­нет мерт­ве­цов» (Ис. 26:19). Свя­той про­рок Иезе­ки­иль в про­ро­че­ском виде­нии созер­цал само вос­кре­се­ние умер­ших, когда мно­же­ство сухих костей, рас­се­ян­ных по полю, силой Духа Божия соеди­ня­лись одна с дру­гой, покры­ва­лись мыш­цами и кожей и, нако­нец, вос­стали живыми людьми (Иез. гл. 37).

Гос­подь Иисус Хри­стос гово­рил о вос­кре­се­нии мерт­вых: «Насту­пает время, в кото­рое все, нахо­дя­щи­еся в гро­бах, услы­шат голос Сына Божия и, услы­шав, ожи­вут. И вый­дут тво­рив­шие добро в вос­кре­се­ние жизни, а делав­шие зло в вос­кре­се­ние осуж­де­ния» (Ин. 5:25–29). Отве­чая неве­ру­ю­щим сад­ду­кеям на их вопрос о вос­кре­се­нии мерт­вых, Иисус Хри­стос ска­зал: «Заблуж­да­е­тесь, не зная писа­ний, ни силы Божией. О вос­кре­се­нии мерт­вых не читали ли вы ска­зан­ного вам Богом: Я Бог Авра­ама, и Бог Иса­ака, и Бог Иакова? Бог не есть Бог мерт­вых, но живых» (Мф. 22:29, 31–32).

Апо­стол Павел гово­рит: «Хри­стос вос­крес из мерт­вых, пер­ве­нец из умер­ших. Ибо как смерть через чело­века (Адама), так через чело­века (Хри­ста) и вос­кре­се­ние мерт­вых. Как в Адаме все уми­рают, так во Хри­сте все ожи­вут» (1 Кор. 15:20–22).

В момент все­об­щего вос­кре­се­ния, тела умер­ших людей изме­нятся. По суще­ству сво­ему они будут те же, кото­рые мы теперь имеем, но по каче­ству ста­нут дру­гими: они сде­ла­ются духов­ными и бес­смерт­ными. В момент все­об­щего вос­кре­се­ния изме­нятся тела также и тех людей, кото­рые будут еще живы во время вто­рого при­ше­ствия Спа­си­теля. Апо­стол Павел гово­рит: «Сеется тело душев­ное, вос­стает тело духов­ное… не все мы умрем, но все изме­нимся, вдруг, во мгно­ве­ние ока при послед­ней трубе: ибо вос­тру­бит, и мерт­вые вос­крес­нут нетлен­ными, а мы (остав­ши­еся в живых) изме­нимся» (1 Кор. 15.44–52).

Вос­крес­шие люди будут иметь неоди­на­ко­вый вид. Пра­вед­ники будут сиять, как солнце, а греш­ники будут выгля­деть мрач­ными и без­об­раз­ными. Тогда внут­рен­нее состо­я­ние каж­дого чело­века обна­ру­жится в его внеш­нем виде. Тогда земля и все дела на ней сго­рят. Весь мир изме­нится: из тлен­ного обра­тится в нетлен­ный и духов­ный – ста­нет новым небом и новой землей.

Состо­я­ние душ людей, умер­ших до все­об­щего вос­кре­се­ния, неоди­на­ково. Так, души пра­вед­ных нахо­дятся на Небе в ожи­да­нии веч­ного бла­жен­ства, а души греш­ни­ков в аду — в ожи­да­нии веч­ных мук. Такое состо­я­ние душ умер­ших опре­де­ля­ется Богом сразу после смерти каж­дого человека.

Смерть − это пре­дел, кото­рым окан­чи­ва­ется зем­ная жизнь и начи­на­ется веч­ность. Что чело­век посеет в этой жизни, то и пожнет в буду­щей. Но суд сразу после смерти не есть окон­ча­тель­ный, потому что пред­стоит еще все­об­щий Страш­ный суд. Души веру­ю­щих, но греш­ных людей, могут полу­чить облег­че­ние в загроб­ных стра­да­ниях и даже совер­шенно изба­виться от них по молит­вам Церкви. Чтобы облег­чить умер­шим их загроб­ную участь, Цер­ковь уста­но­вила молиться за них на погре­бе­нии, Литур­гии и пани­хи­дах, а также тво­рить мило­стыню и дру­гие доб­рые дела в их память.

Две­на­дца­тый член Сим­вола веры

…и жизни буду­щего века. Аминь.

Послед­ний член Сим­вола веры гово­рит о буду­щей веч­ной жизни, кото­рая наста­нет после все­об­щего вос­кре­се­ния мерт­вых, обнов­ле­ния мира и Все­об­щего Суда Христова.

Для пра­вед­ных людей веч­ная жизнь будет настолько радостна и бла­женна, что в насто­я­щем состо­я­нии мы не можем ее даже пред­ста­вить или изоб­ра­зить. Апо­стол Павел гово­рит: «Не видел того глаз, не слы­шало ухо и не при­хо­дило то на сердце чело­веку, что при­го­то­вил Бог любя­щим Его» (1 Кор.2.9). В бла­жен­стве души пра­вед­ника будет участ­во­вать и тело, кото­рое будет про­слав­лено све­том Божиим подобно телу Гос­пода Иисуса Хри­ста во время Пре­об­ра­же­ния Его на горе Фаворе. «Тогда пра­вед­ники вос­си­яют, как солнце, в Цар­стве Отца их», – ска­зал Спа­си­тель (Мф.13.43).

Теперь «сеется (тело) в уни­чи­же­нии, вос­стает в славе, сеется в немощи, вос­стает в силе» — объ­яс­няет апо­стол Павел (1 Кор.15.43). Пра­вед­ники полу­чат раз­ные сте­пени бла­жен­ства, соот­вет­ственно нрав­ствен­ному досто­ин­ству каж­дого: «Иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды раз­нится в славе. Так и при вос­кре­се­нии мерт­вых» (1 Кор.15.41–42).

Для неве­ру­ю­щих и для нерас­ка­ян­ных греш­ни­ков буду­щее будет веч­ным муче­нием. Гос­подь ска­жет им: «Идите от Меня, про­кля­тые, в огонь веч­ный, уго­то­ван­ный дья­волу и анге­лам его. И пой­дут они в муку веч­ную» (Мф. 25.41–46). Греш­ники будут вдали от Бога и от рай­ской жизни. Они будут стра­дать от уко­ров своей сове­сти и от стыда за свои пре­ступ­ле­ния. Они будут мучиться от бли­зо­сти злых духов и подоб­ных им греш­ни­ков, от веч­ного огня и мрака.

Так нака­заны будут греш­ники не потому, что Бог хотел их поги­бели, но потому, что они сами не пове­рили слову Хри­стову и не покаялись.

Сим­вол веры окан­чи­ва­ется сло­вом «Аминь», что зна­чит: «истинно» или «да будет так». Про­из­нося эти слова, мы этим сви­де­тель­ствуем, что верим в истин­ность всего того, что ска­зано в Сим­воле веры.

Православное учение о Святой Троице

Исклю­чи­тель­ной осо­бен­но­стью хри­сти­ан­ства явля­ется не только вера в Еди­ного Бога (так веруют также мусуль­мане и иудеи), но вера в Бога-Тро­ицу. Дог­мат о Пре­свя­той Тро­ице выра­жает Бого­от­кро­вен­ную истину о том, что «Бог есть един по суще­ству, но тро­и­чен в Лицах: Отец, Сын и Свя­той Дух, Тро­ица еди­но­сущ­ная и нераздельная».

Более про­странно эта истина выра­жа­ется в том, что в Боге – Три Лица (Ипо­стаси): Отец, Сын, Свя­той Дух. Каж­дое Лицо Пре­свя­той Тро­ицы есть Бог, но Они суть не три Бога, а еди­ное Боже­ствен­ное Существо.

Как уже гово­ри­лось, Три Боже­ствен­ных Лица отли­ча­ются лич­ными (ипо­стас­ными) свой­ствами, кото­рые выра­жа­ются сле­ду­ю­щими тер­ми­нами: у Отца — нерож­ден­ность, у Сына — рож­де­ние от Отца, у Свя­того Духа — исхож­де­ние от Отца. Бла­го­даря этим свой­ствам Лица раз­ли­ча­ются друг от друга, и мы познаем Их как осо­бые Ипо­стаси. Рож­де­ние Сына и исхож­де­ние Духа не явля­ются ни одно­крат­ным актом, ни про­тя­жен­ным во вре­мени про­цес­сом, поскольку Боже­ство суще­ствует вне времени.

Уче­ние о Тро­ице в Вет­хом Завете было лишь обо­зна­чено, но не выра­жено во всей пол­ноте, поскольку откро­ве­ние о Тро­ице свя­зано с уче­нием о Хри­сте. До Бого­во­пло­ще­ния истина о Боге-Тро­ице не была в пол­ной мере явлена человечеству.

Новый Завет убе­ди­тельно сви­де­тель­ствует о тро­ич­но­сти (мно­же­ствен­но­сти) Лиц Свя­той Троицы.В каче­стве при­ме­ров можно указать:

  • на запо­ведь о кре­ще­нии, кото­рую дает Гос­подь Своим уче­ни­кам по Вос­кре­се­нии: «Идите и научите все народы, кре­стя их во имя Отца и Сына и Свя­того Духа» (Мф. 28.19)
  • на опи­са­ние Кре­ще­ния Гос­подня на Иор­дане, когда Отец и Дух сви­де­тель­ство­вали о Сыне (Мф.3.16–17);
  • на неод­но­крат­ные сви­де­тель­ства в апо­столь­ских Посла­ниях: «Бла­го­дать Гос­пода нашего Иисуса Хри­ста, и любовь Бога Отца, и обще­ние Свя­того Духа со всеми вами» (2 Кор. 13.13); «Три сви­де­тель­ствуют на небе: Отец, Слово и Свя­тый Дух; и Сии три суть едино» (1 Ин. 5.7).

Смысл искупительной Крестной Жертвы Господа Иисуса Христа

Слово «искуп­ле­ние» бук­вально озна­чает «выкуп»; этот тер­мин упо­треб­лялся в древ­нем мире, когда речь шла о выкупе за осво­бож­де­ние тех, кто не может обре­сти сво­боду соб­ствен­ными силами: плен­ных, рабов, пре­ступ­ни­ков. Доб­ро­воль­ная смерть Хри­стова за людей явля­ется иску­пи­тель­ной. Его подвиг имеет харак­тер выкупа или платы за осво­бож­де­ние чело­ве­че­ства от вла­сти греха и смерти – вла­сти, от кото­рой люди после гре­хо­па­де­ния пра­ро­ди­те­лей не могли изба­виться сами, без помощи Бога.

Грех, во вла­сти кото­рого нахо­ди­лись люди, − это не столько пре­ступ­ле­ние или оскорб­ле­ние Бога, сколько болезнь чело­ве­че­ской при­роды, ее повре­жде­ние, сде­лав­шее недо­ступ­ным для чело­века бого­об­ще­ние и веч­ную жизнь с Богом. В силу этого искуп­ле­ние и спа­се­ние, устро­ен­ное Хри­стом, пони­ма­ется как исце­ле­ние чело­ве­че­ской при­роды, осво­бож­де­ние от болезни (стра­стей и греха).

Искуп­ле­ние не сво­димо к неко­ему мгно­вен­ному акту; вся зем­ная жизнь Спа­си­теля, от момента Вопло­ще­ния до Воз­не­се­ния, имеет иску­пи­тель­ное зна­че­ние и слу­жит при­ми­ре­нию чело­века с Богом. Согласно «Про­стран­ному Кате­хи­зису» свя­ти­теля Фила­рета (Дроз­дова), Гос­подь совер­шил наше спа­се­ние сле­ду­ю­щими дей­стви­ями: «…уче­нием Своим, жиз­нью Своею, смер­тью Своею и вос­кре­се­нием». Прежде всего, Хри­стос сооб­щил чело­ве­че­ству совер­шен­ное поня­тие о Боге и научил пра­вед­ной жизни по воле Божией. Уче­ние Иисуса Хри­ста есть «Еван­ге­лие Цар­ствия Божия» (Мк. 1.14), или, иначе говоря, уче­ние о спа­се­нии. Пре­по­дав Своим уче­ни­кам совер­шен­ное уче­ние, Хри­стос дал им при­мер пра­вед­ной жизни в Себе Самом, став для хри­стиан всех вре­мен иде­а­лом духовно-нрав­ствен­ного совер­шен­ства. Жизнь Иисуса Хри­ста бывает для веру­ю­щего чело­века спа­си­тель­ной, если он ей под­ра­жает. Но Крест­ная смерть это цен­траль­ное собы­тие Искуп­ле­ния, куль­ми­на­ци­он­ный момент всего слу­же­ния Хри­стова, о кото­ром Он Сам ска­зал: «На сей час Я и при­шел» (Ин. 12.27).

Смерть вошла в наш мир как след­ствие греха. Доб­ро­воль­ное при­ня­тие смерти Гос­по­дом Иису­сом Хри­стом яви­лось необ­хо­ди­мым усло­вием победы над ней. Без­греш­ный Сын Божий был рас­пят, умер и душой сошел во ад. По смерти Спа­си­теля силы зла не смогли удер­жать Его душу в аду, ибо не нашли в Нем ничего нечи­стого и гре­хов­ного, на что они по праву могли бы рас­про­стра­нить свою власть [45]. Тем самым смерть Спа­си­теля яви­лась побе­дой над смер­тью, и эту победу Гос­подь, «смер­тию смерть поправ» [46], явил в Своем Воскресении.

Раздел № 4. Православный храм. Богослужение Православной Церкви

Бого­слу­же­ние, как выра­же­ние внут­рен­ней устрем­лен­но­сти чело­века к Богу, Творцу и Источ­нику жизни, нача­лось со вре­мени сотво­ре­ния пер­вых людей, еще в раю. Оно состо­яло не в стро­гой после­до­ва­тель­но­сти молитв и свя­щен­но­дей­ствий, как сей­час, а в сво­бод­ном про­слав­ле­нии Бога, Его пре­муд­ро­сти, бла­го­сти, все­мо­гу­ще­ства, явлен­ных в сотво­ре­нии мира и в про­мысле о нем.

После гре­хо­па­де­ния харак­тер бого­слу­же­ния изме­нился. Теперь оно не только выра­жало бла­го­дар­ность, но и при­об­рело пока­ян­ный харак­тер. Бого­слу­же­ние стало сопро­вож­даться жерт­во­при­но­ше­ни­ями, кото­рые при­но­си­лись как в знак бла­го­дар­но­сти Богу за Его бла­го­де­я­ния, так и в каче­стве напо­ми­на­ния о гре­хах чело­века и его вине перед Богом. Жерт­во­при­но­ше­ния на бого­слу­же­нии слу­жили ука­за­нием на Ту вели­кую жертву, кото­рую впо­след­ствии при­нес за грехи мира вопло­тив­шийся Бог-Слово, Спа­си­тель мира Иисус Христос.

Сна­чала бого­слу­же­ние совер­ша­лось сво­бодно, на откры­тых местах, не было ни хра­мов, ни свя­щен­ни­ков, ни строго опре­де­лен­ных свя­щен­но­дей­ствий и молитв. Пер­вым хра­мом Еди­ному Истин­ному Богу была ски­ния, поход­ный храм, устро­ен­ный про­ро­ком Мои­сеем по пове­ле­нию Божию во время исхода избран­ного народа из Египта. Тогда же были избраны свя­щен­ные лица (пер­во­свя­щен­ник, свя­щен­ники и левиты), уста­нов­лен стро­гий поря­док совер­ше­ния свя­щен­но­дей­ствий, опре­де­лены жертвы на раз­ные слу­чаи, вве­дены празд­ники (Пасха, Пяти­де­сят­ница, празд­ник Кущей и др.). Впо­след­ствии царь Соло­мон построил Иеру­са­лим­ский храм, един­ствен­ное место на земле, где раз­ре­ша­лось совер­шать бого­слу­же­ние Еди­ному Богу.

Как сви­де­тель­ствует Свя­щен­ное Писа­ние Нового Завета, Гос­подь Иисус Хри­стос часто посе­щал Иеру­са­лим­ский храм, про­по­ве­до­вал в нем, забо­тился о бла­го­го­вей­ном пове­де­нии веру­ю­щих. Моли­лись в вет­хо­за­вет­ном храме и свя­тые апо­столы. Но в то время уже появи­лись и осо­бые места для собра­ния хри­стиан, чаще всего ими были дома чле­нов общины.

Когда Иеру­са­лим­ский храм был раз­ру­шен, а хри­сти­ане под­вер­га­лись гоне­ниям, бого­слу­же­ние совер­ша­лось на тай­ных собра­ниях, глав­ным обра­зом, в катакомбах.

Хри­сти­ан­ские храмы, как осо­бые зда­ния для совер­ше­ния бого­слу­же­ния, стали стро­ить с IV века, после пре­кра­ще­ния гоне­ний на Церковь.

Православный храм

Устройство православного храма

Пер­вые храмы стро­или в виде бази­лики (пря­мо­уголь­ника), по образцу самых вели­че­ствен­ных соору­же­ний того вре­мени (пра­ви­тель­ствен­ных зда­ний, домов знати). Это зда­ние своей про­дол­го­ва­той фор­мой напо­ми­нало корабль — один из сим­во­лов Церкви, озна­ча­ю­щий, что она, подобно кораблю, ведет веру­ю­щих через море зем­ных скор­бей к при­стани спасения.

Впо­след­ствии, когда сто­ли­цей Рим­ской импе­рии стал Кон­стан­ти­но­поль, появился дру­гой тип храма — кре­стово-куполь­ный. Осно­ва­ние храма в виде кре­ста напо­ми­нает о том, что спа­се­ние чело­ве­че­ства совер­шено через Крест, что Крест Хри­стов явля­ется осно­вой Церкви, создан­ной для усво­е­ния каж­дым чело­ве­ком пло­дов иску­пи­тель­ной Крест­ной Жертвы. Ино­гда храм устра­и­ва­ется в виде круга, кото­рый явля­ется сим­во­лом веч­но­сти. Храм может быть устроен и в виде вось­ми­уголь­ника, как бы звезды, озна­ча­ю­щей, что Цер­ковь, подобно путе­вод­ной звезде, направ­ляет чело­века ко спа­се­нию и веч­ному блаженству.

Зда­ние храма завер­ша­ется сверху купо­лом, изоб­ра­жа­ю­щим собою небес­ный свод. Купол закан­чи­ва­ется вверху гла­вою, на кото­рой ста­вится крест, во славу главы Церкви — Иисуса Хри­ста. Часто на храме строят не одну, а несколько глав, тогда: две главы озна­чают два есте­ства (Боже­ское и чело­ве­че­ское) в Иисусе Хри­сте; три главы – три Лица Свя­той Тро­ицы; пять глав – Гос­пода Иисуса Хри­ста и четы­рех еван­ге­ли­стов, семь глав – семь Таинств и семь Все­лен­ских Собо­ров, девять глав – девять чинов ангель­ских, три­на­дцать глав – Иисуса Хри­ста и две­на­дцать апостолов.

При входе в храм сна­ружи устра­и­ва­ется паперть (пло­щадка, крыльцо). Над вхо­дом в храм, а ино­гда рядом с хра­мом, стро­ится коло­кольня или звон­ница.

Каж­дый храм освя­ща­ется во имя Свя­той Тро­ицы, Гос­пода Иисуса Хри­ста, Матери Божией, свя­тых или какого-либо собы­тия свя­щен­ной исто­рии, напри­мер, Тро­иц­кий собор, храм Хри­ста Спа­си­теля, Успен­ский и Бла­го­ве­щен­ский соборы, цер­ковь Пре­об­ра­же­ния Гос­подня, храм свт. Нико­лая, храм св. апо­сто­лов Петра и Павла и т. д. Если в храме устра­и­ва­ются несколько алта­рей, каж­дый из них освя­ща­ется в память свя­щен­ного собы­тия или свя­того. Все алтари, кроме глав­ного, назы­ва­ются при­де­лами.

Ново­за­вет­ный пра­во­слав­ный храм устроен по образцу вет­хо­за­вет­ного. Вет­хо­за­вет­ный храм (и ски­ния) раз­де­лялся на три части: двор, свя­ти­лище и свя­тое свя­тых; так и пра­во­слав­ный хри­сти­ан­ский храм раз­де­ля­ется на три части:

  • при­твор
  • соб­ственно, храм, или сред­няя часть­храма, где стоят молящиеся
  • алтарь.

Алтарь, как и свя­тое свя­тых в вет­хо­за­вет­ном храме, озна­чает Цар­ство Небес­ное. Во свя­тое свя­тых никому ни раз­ре­ша­лось вхо­дить в знак того, что после гре­хо­па­де­ния Цар­ство Небес­ное закрыто для чело­века. Только пер­во­свя­щен­ник один раз в год вхо­дил туда с кро­вью очи­сти­тель­ной жертвы. Пер­во­свя­щен­ник был про­об­ра­зом Хри­ста, и это его дей­ствие напо­ми­нало о том вре­мени, когда Спа­си­тель через про­ли­тие Своей крови откроет для всех Цар­ство Небес­ное. Когда Гос­подь Иисус Хри­стос умер на кре­сте, завеса в Иеру­са­лим­ском храме, закры­вав­шая вход в свя­тое свя­тых, разо­рва­лась надвое – это озна­чало, что Хри­стос открыл врата Цар­ства Небес­ного для всех веру­ю­щих в Него.

Хри­сти­ане в молит­вах все­гда обра­ща­ются на восток, и пра­во­слав­ные храмы стро­ятся алта­рем на восток. На востоке вос­хо­дит солнце, даю­щее жизнь всему живу­щему на земле. Восток все­гда при­зна­вался сим­во­лом добра, в про­ти­во­по­лож­ность западу, кото­рый счи­тался сим­во­лом зла, обла­стью нечи­стых духов. Сам Гос­подь Иисус Хри­стос в Свя­щен­ном Писа­нии срав­ни­ва­ется с восто­ком: «Восток имя ему», (Зах. 6.12; Пс. 67.34), «Восток с высоты» (Лук. 1.78), а св. про­рок Мала­хия назы­вает Его «Солн­цем правды» (Мал. 4.2).

Алтарь отде­ля­ется от сред­ней части храма ико­но­ста­сом [47] — пре­гра­дой, состо­я­щей из несколь­ких рядов икон и име­ю­щим трое врат. Сред­ние врата назы­ва­ются Цар­скими, потому что через них Сам Гос­подь Иисус Хри­стос, Царь славы, неви­димо про­хо­дит в Свя­тых Дарах (во Свя­том Причастии).

Слово «алтарь» озна­чает «воз­вы­шен­ный жерт­вен­ник». Воз­вы­ше­ние, на кото­ром стоит алтарь и ико­но­стас, назы­ва­ется солея. По краям солеи, около стен храма, устра­и­ва­ются кли­росы для чте­цов и пев­цов. Сере­дина солеи напро­тив Цар­ских врат назы­ва­ется амво­ном, т. е. вос­хож­де­нием. На амвоне диа­кон про­из­но­сит молитвы и читает Еван­ге­лие. На амвоне пре­по­да­ется веру­ю­щим Свя­тое Причастие.

Свя­ти­лищу вет­хо­за­вет­ного храма соот­вет­ствует сред­няя частьпра­во­слав­ного храма. В свя­ти­лище вет­хо­за­вет­ного храма никому, кроме свя­щен­ни­ков, вхо­дить не раз­ре­ша­лось. В пра­во­слав­ном храме стоят все веру­ю­щие хри­сти­ане в знак того, что теперь ни для кого не закрыто Цар­ство Божие.

На сте­нах храма и на ана­лоях (высо­ких узких сто­ли­ках с наклон­ной поверх­но­стью) раз­ме­ща­ются иконы. Перед ико­нами воз­жи­гают лам­пады и свечи, кото­рые ста­вятся на под­свеч­ники.

Свечи в память об усоп­ших ста­вятся на канон (сто­лик с изоб­ра­же­нием Рас­пя­тия). Перед ним слу­жатся заупо­кой­ные бого­слу­же­ния — пани­хиды.

В сред­ней части храма, у кли­ро­сов, стоят хоругви — иконы, при­креп­лен­ные к длин­ным древ­кам. Хоругви носят во время крест­ных ходов как цер­ков­ные знамена.

На запад­ной сто­роне храма устра­и­ва­ются врата, вво­дя­щие в при­твор. Врата эти назы­ва­ются «крас­ными», потому что обычно укра­ша­ются с осо­бым бла­го­ле­пием. Они слу­жат для тор­же­ствен­ных выхо­дов из храма и вхо­дов в него, напри­мер, во время крест­ных ходов. При­твор соот­вет­ствует двору вет­хо­за­вет­ного храма, где стоял моля­щийся народ. В древ­но­сти в при­творе сто­яли огла­шен­ные (гото­вя­щи­еся к при­ня­тию Кре­ще­ния) или хри­сти­ане, каю­щи­еся в совер­ше­нии тяже­лых грехов.

О святых иконах

Значение иконы в Церкви

Икона явля­ется неотъ­ем­ле­мой частью убран­ства пра­во­слав­ного храма, а почи­та­ние свя­тых икон — важ­ной частью пра­во­слав­ного вероучения.

Слово «икона» имеет гре­че­ское про­ис­хож­де­ние и озна­чает «образ». Икону ино­гда назы­вают окном в неви­ди­мый мир, потому что через изоб­ра­жен­ный на ней образ моля­щийся воз­но­сится к пер­во­об­разу, т.е. к тому лицу, кото­рое изоб­ра­жено на иконе — Гос­поду Иисусу Хри­сту, Матери Божией, анге­лам или святым.

Суще­ство­ва­ние в Церкви свя­щен­ного образа (иконы) напря­мую свя­зано с осно­вой хри­сти­ан­ской веры — уче­нием о Бого­во­пло­ще­нии. В Вет­хом Завете было запре­щено изоб­ра­жать Бога, потому что Его никто не видел. В вопло­ще­нии Вто­рого Лица Свя­той Тро­ицы Бог явил Себя людям в зри­мом образе, поэтому Его изоб­ра­же­ние стало воз­мож­ным. Таким обра­зом, икона явля­ется сви­де­тель­ством истин­но­сти Бого­во­пло­ще­ния: если Бог стал чело­ве­ком, зна­чит, Его можно изоб­ра­жать. Соот­вет­ственно, отри­ца­ю­щие ико­но­по­чи­та­ние вме­сте с этим отри­цают и реаль­ность вопло­ще­ния Христа.

Иконы Спа­си­теля являют нам чело­ве­че­ский лик Иисуса Хри­ста, но вме­сте с тем ука­зы­вают и на Его боже­ствен­ную при­роду: на нимбе Спа­си­теля ста­вится гре­че­ская над­пись , кото­рая в пере­воде на рус­ский язык озна­чает «Сущий», то есть «все­гда суще­ству­ю­щий», а все­гда суще­ствует только Бог.

Изоб­ра­же­ние на ико­нах Матери Божией также имеет осо­бое духов­ное зна­че­ние: это пер­вый чело­век, достиг­ший цели, постав­лен­ной Богом перед всеми людьми — пол­ного пре­об­ра­же­ния чело­ве­че­ского есте­ства. Исклю­чи­тель­ное досто­ин­ство Матери Божией, выс­шая сте­пень достиг­ну­той Ею свя­то­сти объ­яс­няют Ее осо­бое почи­та­ние. Иконы Пре­свя­той Бого­ро­дицы зани­мают в храме и на бого­слу­же­нии зна­чи­тель­ное место – наряду с ико­нами Спасителя.

На ико­нах могут изоб­ра­жаться ангелы. Ангелы — это бес­плот­ные неви­ди­мые духи, но Свя­щен­ное Писа­ние неод­но­кратно опи­сы­вает явле­ния анге­лов людям в види­мом образе. Опи­са­ния этих явле­ний и стали осно­вой для напи­са­ния их икон.

В виде анге­лов может сим­во­ли­че­ски изоб­ра­жаться и Вся Свя­тая Тро­ица. Это изоб­ра­же­ние («Вет­хо­за­вет­ная Тро­ица») осно­вано на явле­нии Бога Авра­аму у дуба Мамрий­ского в виде трех анге­лов. В этом явле­нии Цер­ковь видит одно из при­кро­вен­ных ука­за­ний Вет­хого Завета на то, что Бог есть Бог-Тро­ица [48].

Нако­нец, на ико­нах могут изоб­ра­жаться свя­тые — люди, очи­щен­ные от греха и стя­жав­шие осо­бую бла­го­дать у Бога. Изоб­ра­же­ние свя­того на иконе обя­за­тельно имеет сход­ство с реаль­ными его чер­тами, но в отли­чие от порт­рета, на иконе чело­век изоб­ра­жен не в повсе­днев­ном виде, а в пре­об­ра­жен­ном состо­я­нии. Икона — это образ чело­века, кото­рый достиг славы Цар­ства Божия.

Иконостас

Тра­ди­ци­он­ный ико­но­стас состоит из пяти рядов икон увен­чан­ных кре­стом. Такая форма ико­но­стаса сло­жи­лась в Рос­сии [49], доста­точно поздно, в XV веке.

Верх­ний ряд иконостаса(см. схему), пра­о­те­че­ский[50] пред­став­ляет собой вет­хо­за­вет­ную Цер­ковь от Адама до Мои­сея. В цен­тре этого ряда поме­ща­ется образ Свя­той Тро­ицы в виде трех Анге­лов — явле­ние Бога Авра­аму как вет­хо­за­вет­ное ука­за­ние на Три­един­ство Бога и напо­ми­на­ние о Пред­веч­ном Совете Пре­свя­той Тро­ицы о спа­се­нии чело­века и мира.

Вто­рой ряд ико­но­стаса — про­ро