Три подготовительные беседы к Таинству Крещения

Три подготовительные беседы к Таинству Крещения


Сего­дня мы начи­наем с вами цикл огла­си­тель­ных бесед, при­зван­ных дать вам хотя бы мини­маль­ное пред­став­ле­ние о том, что вы соби­ра­е­тесь сде­лать, при­няв реше­ние о необ­хо­ди­мо­сти кре­ститься, или кре­стить своих детей, а самое глав­ное, попы­таться под­ве­сти вас к ответу на вопрос о том, зачем вам соб­ственно это нужно.
 

Беседа первая

Сего­дня мы начи­наем с вами цикл огла­си­тель­ных бесед, при­зван­ных дать вам хотя бы мини­маль­ное пред­став­ле­ние о том, что вы соби­ра­е­тесь сде­лать, при­няв реше­ние о необ­хо­ди­мо­сти кре­ститься, или кре­стить своих детей, а самое глав­ное, попы­таться под­ве­сти вас к ответу на вопрос о том, зачем вам соб­ственно это нужно.

Ни для кого из вас не сек­рет то, что каж­дый чело­век, кото­рый изда­лека при­смат­ри­ва­ется к жизни пра­во­слав­ной Церкви, с доста­точ­ной опас­кой взи­рает на нас. И одно из глав­ных опа­се­ний, кото­рое есть у людей, заклю­ча­ется в том, что пра­во­сла­вие изда­лека кажется миром запре­тов. Все нельзя. Всюду огра­ни­че­ния. Везде каноны, дог­маты, уставы, тре­бо­ва­ния… И осо­бенно, конечно, людей сму­щает то, что есть тре­бо­ва­ния, огра­ни­чи­ва­ю­щие сво­боду мысли – догматы.

Мы попро­буем с вами при­кос­нуться к этому слову, кото­рое изда­лека кажется таким холод­ным, и будем гово­рить именно о цер­ков­ных дог­ма­тах. Мы, конечно, за время наших встреч не успеем пого­во­рить обо всех пра­во­слав­ных веро­учи­тель­ных опре­де­ле­ниях, дог­ма­тах, поэтому мы возь­мем с вами глав­ный веро­учи­тель­ный текст – Сим­вол веры, и будем гово­рить о нем. Этот текст вам знать необ­хо­димо, поскольку это «визит­ная кар­точка» хри­сти­а­нина. Этот текст вы будете сами читать при совер­ше­нии чино­по­сле­до­ва­ния Таин­ства Кре­ще­ния. Его же вы будете про­из­но­сить на литур­гии перед При­ча­стием. И он будет сле­до­вать за вами неот­рывно всю остав­шу­юся жизнь.

Кстати ска­зать, пра­во­слав­ных дог­ма­тов мало, и слухи о вели­кой­дог­ма­ти­за­ции пра­во­сла­вия сильно пре­уве­ли­чены. Но при этом необ­хо­димо ска­зать о том, что пра­во­сла­вие это един­ствен­ная дог­ма­ти­че­ская рели­гия в мире. Заметьте, я не ска­зал «самая дог­ма­ти­че­ская», я ска­зал «един­ствен­ная». Почему?

В дру­гих рели­гиях есть орто­прак­сия, но нет орто­док­сии. То есть суще­ствуют своды пра­вил бла­го­че­сти­вого пове­де­ния. Законы шари­ата, пра­вила Тал­муда для иудеев, вось­ме­рич­ный путь спа­се­ния в буд­дизме, все­воз­мож­ные риту­аль­ные законы вед. То есть инструк­ция к пра­виль­ной жизни. Посту­пай вот так, и при­об­ре­тешь то, что дан­ная рели­гия счи­тает благом.

Но орто­док­сия, как система пред­став­ле­ний о Боге, таких пред­став­ле­ний без при­ня­тия кото­рых, ты не можешь счи­таться чле­ном дан­ного рели­ги­оз­ного объ­еди­не­ния, суще­ствует только в хри­сти­ан­стве. Поэтому нельзя быть пра­во­слав­ным не зная ничего о пра­во­сла­вии. И тот мини­мум кото­рый вам необ­хо­димо знать, для того что бы иметь хоть какое-то право назы­вать себя пра­во­слав­ным это Сим­вол веры.

Поскольку это дог­ма­ти­че­ский текст, здесь важно каж­дое слово, как и серьез­ных науч­ных фор­му­ли­ров­ках. Кстати, еще одна новость, к кото­рой вам при­дется при­вы­кать, это то, что хри­сти­ан­ство явля­ется рели­гией интел­лек­ту­а­лов. Хри­сти­ан­ство не любит гно­сео­ма­хов. Гно­сео­махи это борцы со зна­нием. Гно­сео­ма­хия счи­та­ется ере­сью в хри­сти­ан­стве. И эта ересь обли­ча­ется у Епи­фа­ния Кипр­ского и у Иоанна Дамас­кина.

В нашей вере нет ничего бес­смыс­лен­ного. Вы можете не быть хри­сти­а­нами, но я умо­ляю вас не поз­во­ляйте ни себе ни дру­гим допу­ще­ния фраз типа «бес­смыс­лен­ные хри­сти­ан­ские дог­маты». Они осмыс­лены. И если вам фор­мулы 2‑го тома Лан­дау-Лив­шица кажутся нагро­мож­де­нием абсурда, не надо делать выводы, что это писали глу­пые люди.

Вот сей­час мы и попро­буем Сим­вол веры разо­брать слово за сло­вом, фразу за фра­зой, чтобы прийти к его пониманию.

Итак, пер­вое слово, с кото­рого начи­на­ется Сим­вол веры это слово «Верую». Сразу обра­щаю ваше вни­ма­ние на то, что это гла­гол, сто­я­щий в един­ствен­ном числе. Я верую, а не мы веруем. Это очень необычно, и это при­мета одной из тех рево­лю­ций, кото­рые про­из­вело хри­сти­ан­ство. Дело в том, что мир дохри­сти­ан­ский и вне­хри­сти­ан­ский не счи­тал, и не счи­тает по сей день, выбор рели­гии лич­ным делом каж­дого человека.

Поэтому отбросьте все доводы о том, что мы при­шли в пра­во­сла­вие, потому что это наша куль­тура, и мы роди­лись в этой стране. Это в язы­че­ском мире люди заклю­чали завет с богами, и это счи­та­лось делом целого народа. В язы­че­стве рели­гия – не част­ное дело. Богов много, и надо хотя бы одного суметь завлечь к себе в союз­ники. И если какой-то бог решил покро­ви­тель­ство­вать этой семье и этому городу, то все насе­ле­ние этого дома и этого города должно чтить этого бога.

В Афи­нах все должны чтить богиню Афину. В Эфессе все должны почи­тать Арте­миду Эфес­скую. В книге Дея­ний апо­столь­ских опи­сы­ва­ется пер­вая про­ле­тар­ская анти­хри­сти­ан­ская рево­лю­ция. Когда ремес­лен­ники с кри­ком «Велика Арте­мида Эфес­ская!» кину­лись изби­вать апостолов.

Язы­че­ство веро­тер­пимо, но с одним важ­ным огра­ни­че­нием. Язы­че­ство раз­ре­шает почи­тать чужих богов, но запре­щает оби­жать соб­ствен­ных. Ты име­ешь право участ­во­вать в чуже­зем­ных куль­тах, но ты не име­ешь права не участ­во­вать в офи­ци­аль­ном культе тво­его народа. И именно за это пре­сле­до­вали и уби­вали хри­стиан. И об этом надо помнить.

Хри­стиан уби­вали за неве­рие в язы­че­ских богов. То есть не за нашу веру во Хри­ста, это раз­ре­ша­лось, а за то, что хри­сти­ане отка­зы­ва­лись верить в дру­гих богов и почи­тать их. В этом пара­докс гоне­ний на хри­стиан в Рим­ской импе­рии. Хри­сти­а­нам выка­лы­вали глаза, тре­буя широты взглядов.

Так вот, вы сами выби­ра­ете свою веру. Это ваш сво­бод­ный выбор, а не вея­ние тра­ди­ций, моды или обще­ствен­ного мнения.

Дру­гая сто­рона слова «Верую» отно­сится к соот­но­ше­нию между верой и зна­нием. Мы верим не, потому что у нас не хва­тает зна­ний или аргу­мен­тов. Вера это совер­шенно опре­де­лен­ный спо­соб реак­ции на зна­ния, кото­рые у тебя есть.

Каж­дый из нас знает много чего, на что ни как не реа­ги­рует. К при­меру, я вклю­чаю теле­ви­зор, при этом меня инте­ре­сует кон­крет­ная тема­тика – курс евро на бирже. А мне помимо того, что я хочу узнать, дают еще и про­гноз погоды в Москве. Мне ни тепло ни холодно, от того, что зав­тра в Москве ‑3 гра­дуса с юго-восточ­ным вет­ром. Эта инфор­ма­ция меня остав­ляет совер­шенно рав­но­душ­ным, и она ни как не вли­яет на тра­ек­то­рию моей жизни.

Вера это тот посту­пок, кото­рым я раз­ре­шаю моему зна­нию повли­ять на мою жизнь. Поэтому апо­стол Павел и гово­рит «Я знаю в кого уве­ро­вал». Для хри­сти­а­нина нет несов­ме­сти­мо­сти между верой и знанием.

И еще один ком­мен­та­рий к слову «Верую». Дело в том, что бытие Бога настолько оче­видно, что неве­рие в Него явля­ется гре­хом. Но в тоже время, бытие Бога настолько не оче­видно, что вера в Него явля­ется подви­гом. Вот на этой грани и стро­ится все хри­сти­ан­ство. Возь­мите Турин­скую пла­ща­ницу или бла­го­дат­ный        огонь. Кто хочет – видит в этом чудо, кто хочет – объ­яс­няет иначе. Бог не навя­зы­вает себя, и остав­ляет сво­боду для чело­ве­че­ской реакции.

То, что испо­ве­да­ние нашего миро­воз­зре­ния начи­на­ется со слова «верую» это при­знак высо­кой фило­соф­ской куль­туры. Любой кол­дун ска­жет «я знаю». Мало­об­ра­зо­ван­ный чело­век ска­жет «да у нас в деревне все так делают. Только послед­ний глу­пец может этого не знать». И только хри­сти­ане верят. Этим сло­вом мы под­чер­ки­ваем то, что наше виде­ние и зна­ние Бога может быть совсем не оче­вид­ным для дру­гих. И эта память о неоче­вид­но­сти наших миро­воз­зре­ний мешает пре­вра­титься хри­сти­ан­ству в тота­ли­тар­ную секту. Потому что тота­ли­та­ризм в идео­ло­гии воз­ни­кает тогда, когда у людей отни­мают право думать иначе.

Хри­сти­ан­ские зна­ния о Боге это зна­ния откро­ве­ния. Сам Хри­стос пря­чет свою боже­ствен­ность. Если бы Хри­стос про­шел по земле в сия­нии фавор­ского света, каким он был во время Пре­об­ра­же­ния, ни кто бы не мог Его биче­вать и при­гвоз­дить ко Кре­сту, и не было бы иску­пи­тель­ной Жертвы Хри­ста. В этом стран­ству­ю­щем плот­нике невоз­можно уви­деть Творца все­лен­ной если Он Сам не откроет. Как Он и гово­рит апо­сто­лам «Не вы Меня избрали. Я вас избрал». Пер­вый импульс от Бога. И это серьез­ный повод для того, что бы не осуж­дать тех, кто не отклик­нулся. Об этом надо пом­нить, и уметь тер­петь сво­боду Бога. Сво­боду Бога, у Кото­рого Свой Про­мысл о каж­дом чело­веке. И сво­боду чело­века, кото­рый сам выби­рает, каковы будут его отно­ше­ния с Богом.

Теперь о том, во что пра­во­слав­ный хри­сти­а­нин верит. «Верую во ЕДИНОГО». Это слово, кото­рое объ­еди­няет боль­шин­ство рели­гий мира. Всюду, где рож­да­ется рели­ги­озно-фило­соф­ская мысль, будь то Древ­ний Еги­пет или Индия или Китай или Гре­ция, всюду люди довольно быстро при­хо­дили к выводу о том, что за всем мно­го­об­ра­зием миро­вых фено­ме­нов есть еди­ная пер­во­при­чина, еди­ное начало, еди­ное Божество.

Хри­сти­ане в этом смысле не исклю­че­ние. Это черта, в кото­рой пра­во­сла­вие дей­стви­тельно род­нится  с дру­гими рели­ги­ями. Но… дальше каж­дое слово Сим­вола веры будет посту­пать по инструк­ции Мике­лан­джело.  То есть для того, чтобы сде­лать ста­тую надо взять глыбу камня и отсе­кать все лиш­нее. Также и Сим­вол веры каж­дым новым сло­вом он будет про­кла­ды­вать новую гра­ницу и все более отчет­ливо очер­чи­вать пра­во­слав­ное мировоззрение.

И пер­вая гра­ница уже про­хо­дит в сле­ду­ю­щем слове «Верую во еди­ного БОГА». Именно в Бога, а не в Боже­ство. Это очень чет­кая гра­ница в мире рели­гий, раз­де­ля­ю­щая рели­гии пан­те­и­сти­че­ские и теи­сти­че­ские. Для пан­те­изма Бог не есть лич­ность. Там Бог это Закон, суб­стан­ция, энер­гия и т.д. и т.п.

Для хри­стиан очень дорого то, что Бог явля­ется лич­но­стью. Лич­ность обла­дает важ­ней­шим свой­ством само­со­зна­ния. Поэтому хри­сти­а­нин уве­рен в том, что Бог созна­тельно тво­рит мир и кон­тро­ли­рует каж­дое Свое про­яв­ле­ние в этом мире. Это не инду­ист­ский Брахма, кото­рый спит и пере­дви­га­ясь во сне создает миры.

Это не герак­ли­тов­ский ребе­нок. Не спе­шите уми­ляться этой ана­ло­гией. У Герак­лита кос­мос подо­бен ребенку не в смысле чистоты, а в смысле бес­со­зна­тель­но­сти. Ребе­нок построил замок на берегу моря и забыл про него, ил рас­топ­тал. Он не заду­мы­ва­ется над тем, что в этом замке кто-то живет и кому-то больно.

Как писал Пла­тон, вели­чай­ший антич­ный мыс­ли­тель, люди это выду­ман­ные игрушки Бога. В отли­чие от этих миро­воз­зре­ний хри­сти­ан­ство убеж­дено в том, что Бог есть Лич­ность, кото­рая с пре­дель­ной созна­тель­но­стью, и в конеч­ном итоге, с любов­ной жерт­вен­но­стью, сози­дает этот мир и управ­ляет им.

Сле­ду­ю­щее слово «Отец». «Верую во еди­ного Бога ОТЦА». Это очень скан­даль­ное заяв­ле­ние христианства.Напроситься в дети к Творцу все­лен­ной это очень дерз­но­венно. И язы­че­ские кри­тики хри­сти­ан­ства хри­стиан за это все­гда пре­зи­рали. Напри­мер­Цельс во II веке срав­ни­вал хри­стиан с лягуш­ками ква­ка­ю­щими в болоте, и наивно пола­га­ю­щих, что боги посы­лают на землю дождь, только для того, чтобы их болото не пере­сохло. Какие вы дети Еди­ного Абсо­люта? Вы что Бла­ват­скую не читали? К Абсо­люту молиться нельзя. Мы сего высоты нераз­ли­чимы. Надо молиться к мест­ным духам. В край­нем слу­чае, к пла­не­тар­ному Логосу, кото­рый не более чем сер­жант в кос­ми­че­ской иерархии.

А хри­сти­ане обра­ща­ются именно к этому Творцу всей все­лен­ной, и видят в нем Отца. При­чем обра­ща­ются к нему по вся­ким пустя­кам. Помоги кар­тошку выко­пать. Что такое ого­род бабушки в деревне рязан­ской обла­сти в срав­не­нии со все­лен­скими масштабами?

У хри­стиан именно такие отно­ше­ния с Богом. Мы как дети пре­зи­дента, к кото­рому мини­стры вхо­дят с опас­кой, откры­ваем дверь в каби­нет колен­кой, и тре­буем дать «рупь на моро­же­ное». При этом кто такой Отец? Это то, кто не уби­вает сво­его ребенка за первую же раз­би­тую чашку. Отец все­гда ищет спо­соба оправ­дать сво­его ребенка. Поэтому, как писал Фео­фан Затвор­ник «Дело Бога мило­вать и мило­вать». И даже на Страш­ном Суде Бог будет искать не то, за что нас осу­дить, а то, за что нас спасти.

Сле­ду­ю­щее слово Сим­вола веры ВСЕДЕРЖИТЕЛЬ (παντοκρατορεσ). Во-пер­вых, это поле­мика с теми, кто пред­по­ла­гает то, что Бог это мое «выс­шее Я», что Бог это «моя совесть». А хри­сти­ане гово­рят – нет. Бог это гораздо больше чем твоя совесть. Это Все­дер­жи­тель. Это не про­сто нрав­ствен­ный закон. Это Тот, Кто всем миром управляет.

Чело­век, кото­рый думает, что Бог у него в душе, обре­кает себя на без­на­деж­ный моно­лог. Это веч­ное само­удо­вле­тво­ре­ние. Он вечно оста­нется наедине со своею рас­па­да­ю­щейся душей. Он ни когда не встре­тит Дру­гого. Это скуч­ный безтвор­че­ский путь. С этим наш Сим­вол веры не согла­ша­ется в пер­вых же словах.

Про­стей­ший при­мер, когда мы отка­зы­ваем сво­ему ребенку в шестой шоко­ладке. В гла­зах ребенка мы – фор­мен­ные фаши­сты. Но роди­тель же не зла желает ребенку, а блага, хотя какую-то его иллю­зию, хоте­лочку раз­ру­шает. Так же и Бог не все наши при­хоти испол­няет. И зача­стую раз­ру­шает наши мечты, но только для того, чтобы мы могли расти.

Еще один аспект этого слова. Если я дей­стви­тельно верю в Бога, как Все­дер­жи­теля, пле­вать мне на сатану. Хри­сти­ан­ское отно­ше­ние к кол­дов­ству, сгла­зам, пор­чам должно быть абсо­лютно напле­ва­тель­ским, в самом пря­мом смысле этого слова.

Чин кре­ще­ния начи­на­ется с того, что надо повер­нуться на Запад, и свя­щен­ник вам гово­рит «дунь и плюнь на сатану». Это гово­рит о том, что оставь надежду, всяк сюда вхо­дя­щий. С сата­ной ваши отно­ше­ния испор­чены навсе­гда. Будьте уве­рены, он вам этого не про­стит никогда.

Ана­лог того, что про­ис­хо­дит в чине кре­ще­ния мы можем найти в нашем совет­ском ком­му­наль­ном про­шлом. Мно­гие в нашей стране имеют опыт жития в ком­му­наль­ных квар­ти­рах. Всех детей, живу­щих там, конечно же учат ува­жать всех взрос­лых, а осо­бенно сосе­дей. Все должно быть по-доб­рому, по-хоро­шему. Но у таких детей бывают празд­ники непо­слу­ша­ния. Они про­ис­хо­дят тогда, когда роди­тели соба­чатся с соседями.

Про­ис­хо­дит это при­мерно так. Ребе­нок зани­мает исход­ную пози­цию за юбкой мамы, и выгля­ды­вая в нуж­ный момент бро­сает: —  Тетя Маша, ты – дура. После этого малыш тут же пря­чется за маму. Точно также и мы. Плю­нули на сатану, и тут же пря­чемся за юбку Матери – Церкви. Тут же пово­ра­чи­ва­емся к сатане спи­ной и гово­рим:  — Соче­та­юсь Тебе, Христе!

Нам важно, прежде всего, искать Хри­ста, а не при­зна­ков нехо­ро­шего при­сут­ствия вокруг нас. Мы ста­но­вимся детьми Бога. И если мы пом­ним о нашем Роди­теле, то, как писал Кор­ней Чуков­ский «Какая же мать, согла­сится отдать… чтобы ужас­ное чучело бед­ную крошку заму­чило». Сатана немо­щен, и ни чего он сде­лать не сможет.

Еще, когда мы гово­рим о Боге Все­дер­жи­теле, для нас это важно, что бы уметь пере­но­сить скорбь, боль и утрату. Одна из важ­ней­ших задач, сто­я­щая перед рели­ги­оз­ным чело­ве­ком, это научиться сохра­нять в себе чело­веч­ность, про­ходя через боль. По-чело­ве­че­ски реа­ги­ро­вать на боль.

В инду­изме и буд­дизме чело­веку надо понять то, что его сего­дняш­няя боль при­шла к нему из про­шлых жиз­ней. В пра­во­сла­вии есть похо­жая схема объ­яс­не­ния, только не в рам­ках мно­гих жиз­ней, а одной. Мы тоже успе­ваем сде­лать что-то нехо­ро­шее. Пра­во­сла­вие знает, что наши про­шлые дея­ния могут к нам воз­вра­щаться, но для этого не надо зале­зать во вре­мена динозавров.

Но кроме этого в пра­во­сла­вие есть и дру­гое объ­яс­не­ние того, почему неудачи и боль могут к нам при­хо­дить. Не из нашего про­шлого, а из нашего будущего.Иногда Гос­подь выдер­ги­вает у нас дорогу из под ног, потому что Он знает, что эта дорога ведет нас в про­пасть. А ино­гда Гос­подь при­ка­са­ется к нам болью, не для того, что бы предот­вра­тить что-то в нашей жизни, а для того, чтобы сде­лать нас спо­соб­ными к луч­шему будущему.Тут можно вспом­нить слова Булата Окуд­жавы «А душа, уж это точно, коль она обо­жжена, спра­вед­ли­вей, мило­серд­ней и пра­вед­ней она».

Вы можете это уви­деть даже на уровне меж­го­су­дар­ствен­ном. Сего­дня только пост­со­вет­ские страны пере­жи­вают рели­ги­оз­ное воз­рож­де­ние. Только после ужас­ных попы­ток стро­и­тель­ства ком­му­низма, как это ни странно, люди могут тянуться к рели­гии. Только у нас есть рели­ги­оз­ный рост. В Европе храмы закры­ва­ются, а то и пере­да­ются под кафе и ноч­ные клубы.

Сле­ду­ю­щее слово в Сим­воле веры «тво­рец». Верую во еди­ного Бога Отца Все­дер­жи­теля ТВОРЦА… По-гре­че­ски это слово зву­чит уди­ви­тельно «ποετυσ» — поэт. Поэт сочи­няет стихи. Так вот наш гос­подь зани­ма­ется темже самым. Я ни чего не при­ду­мы­ваю, это слова из чино­по­сле­до­ва­ния Вели­кого освя­ще­ния воды. «Ты (Гос­поди) от четы­рех сти­хий тварь сочи­ни­вый».

Рус­ское слово «стих» про­ис­хо­дит от слова «сти­хия». Но слово «сти­хия» имеет совер­шенно раз­ную напол­ня­е­мость в гре­че­ском и рус­ском язы­ках. Для рус­ского слуха «сти­хия» озна­чает нечто раз­ру­ши­тель­ное. То есть то, что даже Мини­стру МЧС не подчиняется.Для грека же наобо­рот «сти­хия» от гла­гола «στοιχευ» (стой­хэу) озна­ча­ю­щего «идти строй­ными рядами».

Важ­ней­ший вклад древ­них гре­ков в воин­ское искус­ство это фаланга. До гре­ков знали только постро­е­ние пред боем, а входе боя, каж­дый дрался сам за себя. И только греки, создав фалангу смогли сохра­нить бое­вой строй в ходе сра­же­ния. Это и стало обо­зна­чаться сло­вом «στοιχευ».

Стихи это тоже рит­ми­зо­ван­ная, упо­ря­до­чен­ная речь. И для антич­ного созна­ния тво­рец-деми­ург из четы­рех сти­хий пле­тет слож­ную ткань кос­моса. Сочи­няет мир. Сла­вян­ское слово «сочи­нять» тоже калька с гре­че­ского «διοτάξις» (дио­так­сис). СО ЧИНЯТЬ то есть все рас­став­лять по чину, по местам. Этим и зани­ма­ется Господь.

Что для нас здесь важно? То что мир дей­стви­тельно сотво­рен, а не порож­ден. Далее по тек­сту Сим­вола веры вы уви­дите то, что это анто­нимы «рож­денна, не сотво­ренна». Для той же антич­ной мысли мир это еди­но­род­ный сын Бога. Для нас — нет. Хри­стос – Еди­но­род­ный Сын Бога, а не космос.

Это озна­чает то, что отно­ше­ние между миром и Богом такие же, как между поэтом и его сти­хо­тво­ре­нием, авто­ром и его кни­гой. Про­чи­тав книгу можно соста­вить пред­став­ле­ние об авторе. Но эта книга не сам автор. Если вы ото­рвете стра­ницу у книги, это не озна­чает, что вы при­чи­нили телес­ное повре­жде­ние автору. Автор не живет в книге.

Если вы встре­чает в речи, в книге, в ста­тье выра­же­ния «Бог, то есть кос­мос», «При­рода, то есть Бог» — это язы­че­ство, это не хри­сти­ан­ство. Бог ‑тво­рец мира. О мире можно до неко­то­рой сте­пени состав­лять мне­ние о Боге, как по книге об авторе. Но хри­сти­ан­ство ни когда не отож­деств­ляло мир и Бога. В этом мы напрочь рас­хо­димся не только, как я уже гово­рил с пан­те­и­сти­че­скими кон­цеп­ци­ями Индии и Китая, но даже с дру­гими язы­че­скими системами.

Именно бла­го­даря этому тезису появи­лось то, что мы назы­ваем совре­мен­ной нау­кой. Хри­сти­ан­ство ска­зало то, что мир это не свя­щен­ное боже­ство. И, зна­чит, его можно изу­чать. И даже про­во­дить над ним эксперименты.

Бог создал наш мир, дал ему законы, но Сам остался вне этих зако­нов. И даже когда «Слово стало пло­тью», это было не след­ствием кос­ми­че­ских зако­нов, а сво­бод­ного реше­ния Творца. Для нас это озна­чает очень много. Раз Бог есть Тво­рец, зна­чит есть Тот, Кто выше всех миро­вых зако­нов. И Он может повер­нуть судьбы всей все­лен­ной, ради блага одной души. Горы может сдви­нуть, мета­га­лак­тики оста­но­вить. Есть надежа на чудо.

Далее «…Творца небу и земли, види­мым же всем и неви­ди­мым». Для язы­че­ского мира за каж­дым отдель­ным собы­тием, фено­ме­ном стоял отдель­ный божок. В Древ­нем Риме был отдель­ный бог, отве­чав­ший за работу верх­ней двер­ной петли, и дру­гой, отве­чав­ший за работу ниж­ней двер­ной петли.Для хри­стиан, у кото­рых есть Еди­ный Бог, нет необ­хо­ди­мо­сти копаться в этих мело­чах, кому, по какому поводу молиться. Кстати, и любому свя­тому можно молиться по любому поводу. Потому что Гос­подь дал всем им  бла­го­дать хода­тай­ство­вать о нас перед Ним по любому поводу.

Он Тво­рец всей все­лен­ной. Тот, Кто создал законы мате­ма­тики, Он же создал тара­ка­нов. Тот, Кто создал мою совесть, Он же создал мои сопли. Еди­ный Тво­рец. И это тоже очень много значит.

Если вы вспом­ните, основ­ным кон­ку­рен­том хри­сти­ан­ской апо­столь­ской про­по­веди в пер­вые века были гно­стики. Гно­стики это люди, про­по­ве­до­вав­шие уче­ние похо­жее на совре­мен­ные уче­ния NewAge, Рери­хов, оккуль­тизма и т.д. В гно­сти­че­ских текстах, дошед­ших до нас, содер­жатся такие напо­ми­на­ния, кото­рые чело­век дол­жен был речи­та­ти­вом повто­рять. Такой-то демон создал мою левую ноздрю. Такой-то демон, какой-нибудь Абро­какс, создал мою пра­вую ноздрю. Такой-то демон создал мое пра­вое ухо, такой-то левое ухо. В име­нах этих демо­нах мно­же­ство небла­го­звуч­ных сирий­ских, латин­ских, еги­пет­ских, гре­че­ских кор­ней и фонем. Зачем? Это имело прежде всего пси­хо­ло­ги­че­ский смысл. Этим гово­ри­лось: — Смотри, даже имена этих демо­нов настолько ужасны, тем более гну­шайся того, что они создали, то есть тво­его тела.

Даже гений гре­че­ского языка под­тал­ки­вал в эту сто­рону. По-гре­че­ски тело – soma, тюрьма, могила – sema. Соот­вет­ственно soma есть sema. Это так понятно! Этот тезис был глав­ным в орфи­че­ских, затем в пифа­го­рей­ских мисте­риях, затем у платоников.Твоя душа это частичка боже­ства, кото­рая попала в плен к злым демо­нам – твор­цам мате­ри­аль­ного мира. И нужна была целая рево­лю­ция хри­сти­ан­ства, выра­жен­ная сло­вами ап. Павла «Разве вы не зна­ете, что тела ваши это храмы Духа, живу­щего в вас». Хри­сти­ан­ство доб­рым взгля­дом посмот­рело на мате­ри­аль­ность чело­века. Мате­ри­аль­ный мир это тоже от Бога.

Сле­ду­ю­щий член Сим­вола веры гово­рит о том, Кем для хри­стиан явля­ется Тот, во круг Кого, соб­ственно и стро­ится все хри­сти­ан­ство, т.е. Иисус Хри­стос. Хри­сти­а­нин верует «во еди­наго Гос­пода Иисуса Хри­ста, Сына Божия, Еди­но­род­наго, Иже от Отца рож­ден­наго прежде всех век; Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рож­денна, несо­тво­ренна, еди­но­сущна Отцу, Имже вся быша».

Здесь мы с вами стал­ки­ва­емся с фун­да­мен­том хри­сти­ан­ского бого­сло­вия, не зало­жив кото­рый со всею осно­ва­тель­но­стью и соблю­де­нием всех тех­но­ло­гий, мы рис­куем так и остаться вне хри­сти­ан­ства. Хотя можем всю жизнь читать Свя­щен­ное Писа­ние, ходить на службы, При­ча­щаться, пода­вать записки, отме­чать цер­ков­ные празд­ники, но так и не ста­нем хри­сти­а­нами. Да, надо посто­янно пом­нить  о том, что даже еже­днев­ное посе­ще­ние курят­ника, еще ни кого не сде­лало курицей.

Таким фун­да­мен­том хри­сти­ан­ского миро­воз­зре­ния явля­ется дог­мат о Тро­ице. Хри­сти­а­нин испо­ве­дует то, что Бог един по Суще­ству, но Тро­и­чен в Лицах, Отец, Сын и Свя­той Дух, Тро­ица Еди­но­сущ­ная и нераздельная.

Скажу только, что объ­яс­нить это с точ­но­стью мате­ма­ти­че­ской фор­мулы не воз­можно, по той при­чине, что у Бога нет ана­ло­гов в нашем твар­ном мире. Нам не с чем срав­ни­вать. И пра­во­слав­ное бого­сло­вие здесь идет по пути под­бора не наи­бо­лее под­хо­дя­щих слов, а наи­ме­нее неподходящих.

Можно это срав­нить с ситу­а­цией, когда житель край­него Севера про­сит кав­казца объ­яс­нить ему, что такое ана­нас. Ответ сле­ду­ю­щий: — Черемша зна­ешь? Вот совер­шенно на нее не похож…

Прежде всего, все это опи­са­ние Вто­рой Лич­но­сти Пре­свя­той Тро­ицы гово­рит нам о том, что Хри­стос это тот же Бог, тот же Тво­рец все­лен­ной, тот же Еди­ный пер­во­ис­ток всего нашего миро­зда­ния, что и Отец. Слово «еди­ный» в Сим­воле веры упо­треб­ля­ется по отно­ше­нию и к Отцу и к Сыну. «Верую во еди­ного Бога Отца», «И во еди­ного Гос­пода Иисуса Христа».

От того, Кого мы уви­дим во Хри­сте, зави­сит все наше даль­ней­шие пони­ма­ние хри­сти­ан­ства. Все ереси, то есть невер­ные пони­ма­ния хри­сти­ан­ства воз­ни­кали именно вокруг этого вопроса: Кто такой Христос?

То, что Он есть Еди­но­род­ный Сын, рож­ден­ный от Отца прежде всех век, то есть до начала суще­ство­ва­ния вре­мени, а не сотво­рен­ный, Свет от Света, Бог истин­ный от Бога истин­ного,  еди­но­су­щен Отцу и Имже вся быша, озна­чает то, что Он и есть тот самый Бог, о кото­ром мы гово­рили, раз­би­рая пер­вый член Сим­вола веры.

Сын тоже самое, что и Отец, Дух тоже самое, что и Сын, Отец тоже самое что и Дух. Это еди­ный Бог суще­ству­ю­щий одно­вре­менно в Трех Лич­но­стях. Но это и не три раз­ных бога… Как это может быть? Вспо­ми­наем при­мер с черем­шой и ана­на­сом… У нас нет слов, адек­ватно отра­жа­ю­щих даже про­цессы в нашем мате­ри­аль­ном мире. Что уж гово­рить о Боже­ствен­ном бытии.

Но этим хри­сти­ан­ство еще больше отго­ра­жи­ва­ется от дру­гих рели­ги­оз­ных миро­воз­зре­ний, кото­рые при­знают даже исто­ри­че­ское суще­ство­ва­ние Христа.

Осо­бенно это акту­ально в наше время, когда мно­же­ство про­по­вед­ни­ков оккультно-язы­че­ских миро­воз­зре­ний на всех углах и с теле­экра­нов пози­ци­о­ни­руют себя как хри­стиан. Они гово­рят: — Мы при­знаем Хри­ста. Хри­стос это вели­кий учи­тель. Нет, это конечно не Тво­рец все­лен­ной, но это очень высо­кое духов­ное (ангель­ское) суще­ство, зале­тев­шее к нам дать пару дель­ных советов.

Или мусуль­ман­ская кон­цеп­ция, повто­ря­ю­ща­яся очень часто и в язы­че­ских куль­тах. Хри­стос – вели­кий про­рок. Через него все­выш­ний дал нам мно­же­ство настав­ле­ний о том, как мы должны жить.

Хри­сти­ан­ство гово­рит – нет. Этот стран­ству­ю­щий плот­ник и есть Еди­ный Все­дер­жи­тель и Тво­рец нашей все­лен­ной. Это не чело­век, на кото­рого сни­зо­шло вне­зем­ное ино­пла­нет­ное излу­че­ние, назы­ва­е­мое хри­сти­а­нами бла­го­да­тью, и открыло ему допол­ни­тель­ну­ю­ча­кру. Это не кол­дун обу­чав­шийся в Шам­бале или в еги­пет­ских пира­ми­дах. Это не выс­ший ангел, создан­ный Богом, для того, чтобы было проще общаться с людьми. И это не одна из масок, под кото­рыми в раз­ные вре­мена Бог являл себя миру. Это и есть тот самый Еди­ный Бог.

Беседа вторая

Мы про­дол­жаем цикл огла­си­тель­ных бесед, основ­ная цель кото­рых, не сде­лать из вас про­фес­со­ров бого­сло­вия, а в том, что бы вы осо­знанно подо­шли к Таин­ству кре­ще­ния. Еще раз напо­ми­наю вам о том, что невоз­можно быть хри­сти­а­ни­ном, имея невер­ные пред­став­ле­ния о Хри­сте и христианстве.

На про­шлом заня­тии мы начали раз­би­рать один из глав­ных веро­учи­тель­ных тек­стов хри­сти­ан­ства – Сим­вол веры, и кос­ну­лись как раз пони­ма­ния того, кем же для Хри­стиан явля­ется Хри­стос. Напо­ми­наю, что если вы вос­при­ни­ма­ете Хри­ста, как вели­кого чело­века, учи­теля, про­рока, экс­тра­сенса, ино­пла­не­тя­нина, ангель­ское суще­ство, послан­ное выс­шим разу­мом, чтобы дать людям пару цен­ных сове­тов, или ава­тару Абсо­люта, то вы – не хри­сти­ане. Для хри­стиан Хри­стос это тот же Тво­рец всей все­лен­ной, о кото­ром гово­рится в пер­вом члене Сим­вола веры.

И так, сле­ду­ю­щая фраза Сим­вола веры гово­рит о том, что хри­сти­а­нин верует во Хри­ста «… нас ради чело­век и нашего ради спа­се­ния сшед­шего с небес». Сразу хочется обра­тить ваше вни­ма­ние на место­на­хож­де­ние этих «небес». Все пом­ним заме­ча­тель­ный тезис совет­ской ате­и­сти­че­ской про­па­ганды «Гага­рин в кос­мос летал – Бога не встретил».

Так вот биб­лей­ские «небеса», это слово име­ю­щие отнюдь не одно зна­че­ние. И небе­сами, как в хри­сти­ан­стве, так и в дру­гих рели­ги­оз­ных миро­воз­зре­ниях, опи­ра­ю­щихся на тек­сты Биб­лии, назы­ва­ются и место­пре­бы­ва­ние (если такое слово вообще упо­тре­бимо) Бога, то есть «цар­ство небес­ное», и зем­ная атмо­сфера, и, как это ни странно место­пре­бы­ва­ние пад­ших анге­лов. Сатана назы­ва­ется «князь вла­сти воз­душ­ной», а его слуги «духи злобы под­не­бес­ной». Окон­ча­тельно все запу­ты­вает выска­зы­ва­ние самого Хри­ста, гово­ря­щего что «цар­ствие Божие внутрь вас есть».

Что име­ется ввиду? Есте­ственно мы не можем при­ме­нять к Богу, кото­рый явля­ется твор­цом и про­стран­ства и вре­мени, наши про­стран­ственно-вре­мен­ные кате­го­рии. Он выше этого. Он вне про­стран­ства, вне вре­мени. Он тво­рец и того и дру­гого. Поэтому зада­вать вопросы «Что может быть больше Бога?» или «Что было раньше Бога?» ана­ло­гичны вопросу «Что тяже­лее синее или зеленое?».

По заме­ча­тель­ному объ­яс­не­нию Гри­го­рия Бого­слова «Бог отстоит от всего не местом, а при­ро­дой». Бог схо­дит с небес, то есть Он выхо­дит из своей транс­цен­дент­но­сти, из своей запре­дель­но­сти и недо­ступ­но­сти, при­хо­дит в наш мате­ри­аль­ный мир, и под­чи­няет Себя его законам.

Из этого пони­ма­ния «небес» сле­дует заме­ча­тель­ный вывод. Мы не смо­жем найти и ука­зать кон­крет­ное место­по­ло­же­ние цар­ства Божия в нашем мире. Да и сам Хри­стос гово­рит об этом «Не при­дет цар­ство Божие при­мет­ным обра­зом, и не ска­жут здесь оно или там». Хри­сти­ан­ские «небеса» это ни «где?» это «как?» Это спо­соб иного бытия. Бытия с Богом. Поэтому и спо­соб их дости­же­ния в изме­не­нии соб­ствен­ной жизни.

Если мы сле­дуем за Хри­стом, и пре­об­ра­жа­емся подобно Ему, то соеди­ня­емся с Ним и вхо­дим в Боже­ствен­ное бытие. Тогда наш мир ста­но­вится над нами не вла­стен, и тогда воз­можно чудо. Если же мы изме­ня­емся так, что уда­ля­емся от Бога, тогда все законы физио­ло­гии, марк­сизма и менедж­мента на нас рабо­тают со 100% гаран­тией. «Небеса» это ни «где?», это «как?».

Итак, Бог при­хо­дит в наш мир, не про­сто так, а именно «нас ради чело­век, и нашего ради спа­се­ния». От чего при­шел спа­сать нас Хри­стос? И вообще кого необ­хо­димо спа­сать? Того, кому про­сто помощи уже мало, того, кто поги­бает. То есть хри­сти­ан­ство рас­це­ни­вает любого чело­века, даже тех, кого хри­сти­ане сами назы­вают свя­тыми, именно как нахо­дя­щихся в состо­я­нии гибели. Отсюда очень непри­ят­ный вывод: если я не счи­таю, что опу­стился до такого состо­я­ния, что мне даже помочь нельзя, меня спа­сать надо, то Хри­стос мне не нужен. И, сле­до­ва­тельно, ста­но­вится хри­сти­а­ни­ном мне тоже не надо. Я ведь, в общем-то, чело­век хоро­ший. Моего соседа, мою тещу, понятно – спа­сать необ­хо­димо, а у меня все в порядке…

Боль­ной, до тех пор, пока не согла­сится с тем, что он болен, лечиться не будет. Пока я сам не пойму, что гибну, я ни кому не поз­волю даже гово­рить о том, что меня необ­хо­димо спа­сать. Если я не гибну, зачем мне Спаситель?..

То, что мы все живем в каком-то непра­виль­ном состо­я­нии, при­знают все рели­ги­оз­ные миро­воз­зре­ния. Все гово­рят о том, что чело­веку необ­хо­димо уйти от того, что име­ну­ется «злом», или в хри­сти­ан­ской тра­ди­ции «гре­хом». Что же такое «грех», от кото­рого и при­шел нас спа­сать Христос?

Здесь тоже не все так про­сто. Дело в том, что слово «грех» в хри­сти­ан­стве тоже мно­го­значно, и в хри­сти­ан­ском бого­сло­вии суще­ствует как мини­мум три омо­нима этого слова с совер­шенно раз­ным наполнением.

Пер­вый из них, всем вам доста­точно хорошо зна­ком, это грех ЛИЧНЫЙ. То есть то, что совер­шает еже­дневно каж­дый чело­век, нару­шая голос своей сове­сти и букву закона (как чело­ве­че­ского, так и Боже­ского). То есть те дея­ния, кото­рые мы совер­шаем совер­шенно осо­знанно, и за кото­рые мы можем быть под­верг­нуты нрав­ствен­ному осуж­де­нию, и за кото­рые мы несем пол­ную ответственность.

Вто­рой – РОДОВОЙ грех. Это поня­тие доста­точно новое, как ока­за­лось, но оно имеет очень боль­шое зна­че­ние и для пони­ма­ния вопроса спа­се­ния, и для оценки нашей жизни в целом. Родо­вой грех это не тот грех, за кото­рый мы несем ответ­ствен­ность. Это не грех, в кото­ром чело­век пови­нен. Нет. Это та болезнь, нрав­ствен­ного порядка, кото­рая при­об­ре­та­ется чело­ве­ком, или лучше ска­зать, с кото­рой рож­да­ется чело­век, но источ­ни­ком кото­рой, явля­ется не он сам, а его предки, его роди­тели. Что же кон­кретно явля­ется источ­ни­ком этой болезни? Как пра­вило, а может это только так и есть, явля­ются какие-то серьез­ные нрав­ствен­ные преступления.

Ока­зы­ва­ется, что тяже­лые грехи, кото­рые в хри­сти­ан­стве назы­ва­ются «смерт­ными», про­из­во­дят очень силь­ные дей­ствия на душу и тело чело­века. Смерт­ный грех, про­из­водя очень силь­ное дей­ствие на совесть чело­века и душу, (вспом­ните пере­жи­ва­ние Рас­коль­ни­кова  у Досто­ев­ского) нала­гают печать на все суще­ство чело­века, в том числе, на его наследственность.

Таким обра­зом, мы полу­чаем страш­ную кар­тину. Пре­ступ­ле­ние родо­на­чаль­ника, ока­зы­ва­ется, нано­сит такую рану, кото­рая пере­да­ется в тече­ние несколь­ких поко­ле­ний. Можно пола­гать то, что когда Биб­лия гово­рит о том, что грех отца ска­зы­ва­ется до тре­тьего-чет­вер­того рода,  что осо­бенно силь­ное дей­ствие этой раны, кото­рую про­из­во­дит чело­век своим пре­ступ­ле­нием и кото­рое пере­да­ется из поко­ле­ния в поко­ле­ние, про­ис­хо­дит вот в этом про­ме­жутке. В этом отрезке оно осо­бенно ощу­ща­ется. Как рана у нас не зажи­вает в тече­ние какого-то вре­мени, так и здесь, осо­бенно сильно ска­зы­ва­ется это действие.

О том, что это не есть бого­слов­ская абстрак­ция, каж­дый может убе­диться. Мы на мно­гих детях заме­чаем ярко выра­жен­ные стра­сти. Он еще ни чего не знает и не пони­мает, этот ребе­нок, а у него уже это выпя­чи­вает. Он за это не несет ответ­ствен­но­сти. Родо­вой грех, хотя мы и име­нуем гре­хом, на самом деле, это болезнь. Это не лич­ный акт чело­века, а болезнь насле­ду­е­мая им.

Но эта болезнь не веч­ная. Она может быть изле­чена пра­виль­ной жиз­нью. Если в тече­нии этого вре­мени, най­дется чело­век, кото­рый будет бороться с этой болез­нью, то пре­кра­ща­ется дей­ствие этой болезни и она уже не пере­да­ется по наследству.

Отсюда сле­дует то, о чем нужно знать всем людям и о чем надо бук­вально про­по­ве­до­вать. Роди­тели бой­тесь греха! Если вы дей­стви­тельно любите своих детей. Не думайте о том, что ваша жизнь ни как не ска­зы­ва­ется на ваших детях и не имеет к ним ни какого отно­ше­ния. Не думайте и не меч­тайте. Все ваши грех отпе­ча­ты­ва­ются на ваших детях. Поэтому когда сей­час сплошь и рядом задают вопрос о том, что же нам делать с нашими детьми, ответ при­хо­дится все­гда давать одно­знач­ный – поду­майте сна­чала о том, что делать с отцами и мате­рями, т. е. с самими собой. Тогда узна­ете и то, что делать с детьми.

И нако­нец, тре­тий вид греха, для обо­зна­че­ния, кото­рого в бого­сло­вии утвер­дился тер­мин ПЕРВОРОДНЫЙ грех. Тер­мин этот при­ду­мал бла­жен­ный Авгу­стин peccatumoriginale. И ввел он его в V веке, потому что не очень хорошо знал гре­че­ский язык, и не до конца понял то, о чем писали гре­че­ские отцы. Именно бла­го­даря колос­саль­ному вли­я­нию Авгу­стина  на все запад­ное бого­сло­вие, этот тер­мин стал ассо­ци­и­ро­ваться у боль­шин­ства с поло­выми вза­и­мо­от­но­ше­ни­ями. Ого­во­рюсь сразу, что ни чего подоб­ного в этот тер­мин пра­во­слав­ное бого­сло­вие не вкладывает.

Забудьте также о том, что пер­во­род­ный грех состоял в том, что Ева в эдем­ском саду съела яблоко. Если вы это будите утвер­ждать, тогда я вас прошу назвать сорт. Анто­новка это была или Белый налив?..

Этот вопрос для нас имеет осо­бенно боль­шое зна­че­ние, поскольку он напря­мую свя­зан с пони­ма­нием того, что совер­шил Хри­стос. Невер­ное пони­ма­ние вопроса, при­ве­дет нас к невер­ному пони­ма­нию дела Христова.

Что такое пер­во­род­ный грех? Пер­во­род­ный же грех есть то след­ствие, кото­рое про­ис­текло из лич­ного греха пер­вых людей. Их грех имел  совер­шенно осо­бое зна­че­ние по срав­не­нию со всеми нашими гре­хами. Почему? Потому что здесь впер­вые в исто­рии про­изо­шло рас­се­че­ние связи с Богом. В резуль­тате раз­ру­ше­ния этой связи и воз­никло то, что в бого­сло­вии име­ну­ется пер­во­род­ным грехом.

Чело­век ото­шел от источ­ника Жизни, от Того, кто дер­жит наше суще­ство­ва­ние на гра­нице небы­тия. Чело­век зады­ха­ется без Бога, рас­па­да­ется. Мы стали смерт­ными. Отныне нет бес­смер­тия. Каж­дый чело­век с момента сво­его зача­тия все более вхо­дит в про­стран­ство смерти.

При этом про­изо­шло повре­жде­ние чело­ве­че­ской при­роды, как тако­вой. Иска­же­ние свойств. Наши изна­чально доб­рые по своей при­роде свой­ства ока­за­лись глу­боко иска­жен­ными. Гнев на зло пре­вра­тился в гнев на чело­века. Зависть, как чув­ство стрем­ле­ния к свя­тыне, пре­вра­ти­лось в злое чув­ство по отно­ше­нию к тому, у кого лучше, чем у меня.

Вот это изна­чаль­ная ото­рван­ность нас от Того, Кто явля­ется источ­ни­ком жизни и вся­кого блага, при­вело чело­века и чело­ве­че­ство к тому состо­я­нию, о кото­ром мы все охаем и ахаем, и думаем о том, как бы сде­лать так, что бы всем нам жилось хорошо. И все смот­рим друг на друга, забы­вая посмот­реть на себя.

И так, пер­во­род­ный грех не явля­ется гре­хом, в кото­ром вино­вен каж­дый чело­век. Ни кто в нем не вино­вен, кроме Адама и Евы, разу­ме­ется. Но это не очень уте­ши­тельно. От того что я родился гор­ба­тым и сле­пым, и я не вино­вен в этом, я не очень обра­ду­юсь, я все-таки пред­по­чел бы быть зря­чим. И то, что мы нахо­димся в том состо­я­нии, когда ум мне гово­рит одно, а сердце меня вле­чет к совер­шенно про­ти­во­по­лож­ному, а тело вообще не хочет счи­таться ни с умом, ни с серд­цем, то от этого радо­сти ни какой нет. Я весь раз­дроб­лен. И отсюда начи­на­ется хаос моей жизни, лич­ной, семей­ной, обще­ствен­ной, госу­дар­ствен­ной, какой хотите.

Вот что такое пер­во­род­ный грех. Это повре­жде­ние при­роды. Забо­лели мы. Чем? Смер­тью. И именно от этого, от нашей смерт­но­сти при­шел нас спа­сать Хри­стос. Бес­смерт­ный Бог под­вергся смерти, для того, чтобы дать воз­мож­ность каж­дому чело­веку при­об­щиться к бессмертию.

Если есть веч­ная жизнь, тогда – да, воз­можно и сча­стье. А если вы мне сей­час дадите подер­жать кусок золота, или брил­ли­ан­тов мешок. Подер­жал – хва­тит, до сви­да­ния. Все что мы имеем это мыль­ный пузырь, кото­рый мы пока живем изо всех сил раз­ду­ваем, как бы при­об­ре­сти одно, дру­гое, тре­тье. И он во мгно­ве­ние ока лопа­ется от при­кос­но­ве­ния смерти. Вот безу­мие язы­че­ства, безу­мие не хри­сти­ан­ского созна­ния. Пузырь мыль­ный раз­ду­ваем. Неужели не видим того, что он лопа­ется каж­дый день у всех? Видим? Видим. Что же тогда дела­ешь? После этого может ли кто-нибудь воз­ра­жать про­тив того, что наш ум повре­жден? Трудно, по-моему…

«…И вопло­тив­ше­гося от Духа Свята и Марии Девы и воче­ло­веч­шася». Чело­век ушел от Бога в смерть. И реак­ция Бога дей­стви­тельно соот­вет­ствует реак­ции любя­щего Отца. – Ну что ж, зна­чит, Я пойду за ним. Бог ста­но­вится чело­ве­ком. Не пере­ста­вая быть Тем, Кем Он был, Он ста­но­вится Тем, Кем не был. Бес­пре­дель­ный ста­но­вится огра­ни­чен­ным. Источ­ник жизни ста­но­вится смертным.

Именно смерт­ным, я не ого­во­рился. Задача при­ше­ствия Хри­ста не в том, чтобы наста­вить чело­ве­че­ство на путь истин­ный. Цель бого­во­пло­ще­ния испра­вить нашу смерт­ную при­роду. И для этого этой смерт­ной при­ро­дой необ­хо­димо обла­дать. О пол­ноте чело­ве­че­ства во Хри­сте заме­ча­тельно гово­рил Гри­го­рий Бого­слов «Невос­при­ня­тое не уврачевано».

Необ­хо­димо было при­нять на себя все пад­шее чело­ве­че­ство, что чрез Себя и в Себе через Стра­да­ния и Смерть вос­ста­но­вить его. Этот факт явился, пожа­луй, самым рево­лю­ци­он­ным в исто­рии всей рели­ги­оз­ной мысли. Потому что в дохри­сти­ан­ской мысли Бог не может сопри­ка­саться с миром мате­рии, иначе Он сам ста­нет смерт­ным, а зна­чит, пере­ста­нет быть Богом. Это вели­кое откро­ве­ние хри­сти­ан­ства, кото­рое апо­стол Павел назы­вает безу­мием для антич­ного мира, открыло чело­ве­че­ству, что Бог не гну­ша­ется миром мате­рии, а зна­чит и мате­рия может быть священна.

Это еще один аспект, вокруг кото­рого всю исто­рию хри­сти­ан­ства, появ­ля­ются невер­ные его трак­товки, то есть ереси. Хри­стос это не только 100%-й Бог, со всеми выте­ка­ю­щими отсюда послед­стви­ями, Он также и 100%-й чело­век. Он родился, рос и умер также, как мы с вами. Он во всем подо­бен нам, кроме того, что лич­ных и родо­вых гре­хов у Него нет.

И если вы утвер­жда­ете то, Хри­стос при­шел на землю только кажу­щимся для нас обра­зом, что Тело Его было каким-то осо­бен­ным, не таким, как наши, то вы – не хри­сти­ане. Сим­вол веры это под­чер­ки­вает, говоря о том, что Он не про­сто «вопло­тился», но и «воче­ло­ве­чился», то есть стал чело­ве­ком, во всех смыс­лах, во всем подоб­ным нам.

«Рас­пя­того же за ны при Пон­тий­стем Пилате». Во-пер­вых, опять же напо­ми­на­ние о том, что Бог при­шел и умер именно за нас. А во-вто­рых, почему хри­сти­ане так любят поми­нать Пилата? Это тоже очень пока­за­тель­ный момент.

Даже не отно­ше­ние Пилата ко Хри­сту здесь имеет глав­ное зна­че­ние. Ни биче­ва­ние Хри­ста, и не под­пи­сан­ный им в итоге при­го­вор, и ни его умы­ва­ние рук. Здесь про­дол­жа­ется поле­мика с теми, кто отри­цает реаль­ное вопло­ще­ние Хри­ста. С теми, кто счи­тает бого­во­пло­ще­ние оче­ред­ным рели­ги­оз­ным мифом.

Совет­ские анти­ре­ли­ги­оз­ные аги­та­торы именно на это ука­зы­вали. Посмот­рите на язы­че­ские рели­гии древ­но­сти. Там боги столько раз вопло­ща­лись, уми­рали и вос­кре­сали, что уж тут хри­сти­ан­ство точно нового ни чего не при­ду­мало. Пасха у нас когда? Вес­ной. Сле­до­ва­тельно, вос­крес­ший Хри­стос это еще один сим­вол еже­годно обнов­ля­ю­щейся при­роды. Все уче­ные рели­гио­веды и антро­по­логи видели в уми­ра­ю­щих и вос­кре­са­ю­щих боже­ствах именно худо­же­ствен­ное выра­же­ние про­цес­сов, еже­годно повто­ря­ю­щихся в природе.

Но тут Сим­вол веры встав­ляет одно очень серьез­ное отли­чие. Какой ответ мы полу­чим на вопрос о том, а когда кон­кретно жили эти дохри­сти­ан­ские боги? Да нико­гда. Это же мифы!

Хри­сти­ан­ство гово­рит о факте. Дает кон­крет­ный исто­ри­че­ский ори­ен­тир. Что в кон­крет­ном госу­дар­стве, при кон­крет­ном чело­веке, зани­мав­шем кон­крет­ную долж­ность, в кон­крет­ной мест­но­сти и в кон­крет­ное время про­изо­шли собы­тия, кото­рые явля­ются осно­ва­нием дан­ного миро­воз­зре­ния. Это уже не миф, не сказка, не худо­же­ствен­ный образ. Это исто­ри­че­ский факт.

«И стра­давша, и погре­бена, и вос­крес­шего в тре­тий день по писа­ниям». Опять под­чер­ки­вая то, что Хри­стос – дей­стви­тельно чело­век, то, что у Него дей­стви­тельно было чем стра­дать, было что погре­бать, Сим­вол веры нам гово­рит о цен­траль­ной мысли хри­сти­ан­ского миро­воз­зре­ния – Вос­кре­се­нии Хри­сто­вом. Апо­стол Павел прямо гово­рит «…если Хри­стос не вос­крес, то и про­по­ведь наша тщетна, тщетна и вера ваша».

Глав­ное собы­тие в жизни каж­дого хри­сти­а­нина про­изо­шло 2 000 лет назад – Хри­сто­сВос­крес! И зна­чит, на этой земле можно жить, и можно уми­рать, потому что не страшно. Хри­стос вос­ста­нав­ли­вает чело­ве­че­скую при­роду. В себе самом выво­дит ее из состо­я­ния смерти, и своим Вос­кре­се­нием сви­де­тель­ствует об этом.

Это цен­траль­ное место про­по­веди хри­сти­ан­ства. Если вы возь­мете книгу Дея­ний апо­столь­ских и апо­столь­ские посла­ния, где изла­га­ются пер­вые про­по­веди хри­стиан, то вы с удив­ле­нием обна­ру­жите, что апо­столы не рас­ска­зы­вают о жизни Хри­ста, и ничего не гово­рят о Его уче­нии. Нет там фраз начи­на­ю­щихся со слов «Как учил вели­кий Зара­ту­стра…». Апо­столы несут миру весть о том, что есть воз­мож­ность побе­дить смерть. Их основ­ная мысль: Он был во плоти, умер и вос­крес, и в этом наша надежда.

То, что это про­изо­шло «по писа­ниям» озна­чает, что вся исто­рия чело­ве­че­ства – не абсурд, не хаос. Бог мно­го­кратно гово­рит через про­ро­ков о том, что чело­ве­че­ству уго­то­вана луч­шая доля. Здесь под­чер­ки­ва­ется то, чело­век, уйдя от Бога, не был им забыт и остав­лен. Бог Вет­хого Завета и Хри­стос – один и тот же. Он всю дохри­сти­ан­скую исто­рию чело­ве­че­ства искал и под­го­тав­ли­вал воз­мож­ность даро­вать людям бессмертие.

«И вос­шед­шаго на небеса, и седяща одес­ную Отца». Этот эпи­зод отра­жен в цер­ков­ной жизни празд­ни­ком Воз­не­се­ния Гос­подня. О месте нахож­де­ния «небес» мы уже с вами гово­рили. Здесь инте­ресно дру­гое место опре­де­ле­ние «одес­ную Отца». Необ­хо­димо пом­нить то, что хри­сти­ан­ство воз­никло и раз­ви­ва­лось в куль­туре восточ­ного Сре­ди­зем­но­мо­рья. Кто такой Отец? Это Царь всего миро­зда­ния. Кто такой сидя­щий «одес­ную», то есть по пра­вую руку от царя?

Если пере­ве­сти на совре­мен­ный госу­дар­ствен­ный язык, то это пре­мьер-министр, руко­во­ди­тель испол­ни­тель­ной вла­сти. Царь воз­глав­ляет, а сидя­щий по пра­вую руку от него всем управ­ляет. Как Иосиф в Египте был «вто­рой фараон». Этим самым пока­зы­ва­ется место, к кото­рому при­зван каж­дый человек.

Хри­стос не раз­во­пло­щался. Он воз­несся с той же чело­ве­че­ской при­ро­дой, кото­рую вос­при­нял в бого­во­пло­ще­нии и вос­кре­сил. И место каж­дого из нас, как носи­теля той же чело­ве­че­ской при­роды – там, «одес­ную Отца». Най­дите, какое рели­ги­оз­ное уче­ние так высоко гово­рит о пред­на­зна­че­нии человека!

«И паки гря­ду­щего со сла­вою судити живых и мерт­вых, Его же Цар­ствию не будет конца».   Вера во Вто­рое При­ше­ствие Хри­стово – одно из осно­ва­ний хри­сти­ан­ского уче­ния в целом. Вся­кая попытка вычерк­нуть или све­сти к мини­муму этот дог­мат, иска­жает христианство.

Во-пер­вых, Хри­стос при­дет «со сла­вою». То есть совер­шится то, что мно­гие от Него тре­бо­вали во время Его зем­ной жизни. Он не будет пря­тать свою боже­ствен­ность, и ни кто уже не смо­жет усо­мниться в том, Кто же перед ним.

Во-вто­рых, Он при­дет не для того, чтобы жерт­вуя собой, даро­вать нам еще что-то, а для того чтобы судить. Судить и живых и мерт­вых. Этим пере­чер­ки­ва­ется вся­кая воз­мож­ность без­на­ка­зан­но­сти за нрав­ствен­ные преступления.

«Его же Цар­ствию не будет конца». Этим самым отме­та­ются все миро­воз­зре­ния, гово­ря­щие о цик­лич­но­сти нашего миро­зда­ния, или реин­кар­на­циях. Не будет «золо­того века», кото­рый опять сме­нится Кали-Югой. Апо­стол Павел в посла­нии к Евреям одно­значно гово­рит: «Чело­ве­кам поло­жено одна­жды уме­реть, а потом Суд».

Но в этом цар­стве Бога, кото­рому не будет конца, будет не только Бог. Там будет место и для тех, кто захо­чет быть с ним, и своею жиз­нью под­го­то­вил себя к этому.

«И в Духа Свя­того Гос­пода живо­тво­ря­щего, иже от Отца исхо­дя­щего, иже со Отцем и Сыном спо­кло­ня­ема и ссла­вима, гла­го­лав­шего про­роки». В дан­ном месте гово­рится о Тре­тей Ипо­стаси Бога – Свя­том Духе. Еще раз напо­ми­наю, что дос­ко­нально объ­яс­нить то, каким обра­зом в еди­ной Боже­ствен­ной При­роде одно­вре­менно суще­ствуют Три Лич­но­сти мы не можем.

Кстати именно это, под­твер­ждает не зем­ное, а бого­от­кро­вен­ное про­ис­хож­де­ние Хри­сти­ан­ства. Чело­ве­че­ская мысль все­гда рабо­тает в рам­ках тех обра­зов, кото­рые есть в нашем мате­ри­аль­ном мире. Поэтому все боже­ства всех рели­гий вне хри­сти­ан­ства так понятны.

Когда хри­сти­а­нин гово­рит Бог Отец, Бог Сын и Бог Свя­той Дух, спра­ши­вают, так у вас три бога? Он отве­чает – Нет, один. Так вы обра­ща­е­тесь к Еди­ному Богу? – Да. А почему гово­рите о трех раз­ных? Потому что эти Три – Один.

Как объ­яс­нить? У нас ведь нет вещей, с кото­рыми можно было бы срав­нить, и через извест­ные нам свой­ства опи­сать. Это рав­но­сильно тому, что вы сле­по­рож­ден­ному будете пытаться объ­яс­нить что такое синий цвет.

Бог есть дух. Отец – дух? Да. Свя­той Дух тоже дух? Да. Чем отли­ча­ются?.. Хри­сти­ан­ство гово­рит, что Отец – нерож­ден, Сын – рож­да­ется от Отца, Свя­той Дух – исхо­дит от Отца. Так что это такое? Чем нерож­ден­ность отли­ча­ется от исхож­де­ния. Отве­чаем – ничем.

Это имена, а не харак­те­ри­стики. Отли­чия Отца, Сына и Духа не имеют ни какого отно­ше­ния к нашему твар­ному миру. Это только имена, с помо­щью кото­рых мы раз­ли­чаем эти три реа­лии. Ну а что это на самом деле?.. Про­стите, но мы не все­гда можем найти слова, кото­рые адек­ватно пере­дают реа­лии нашего мира. Что ж тут тре­бо­вать объ­ек­тив­ного и адек­ват­ного выра­же­ния того мира…

Но это непо­нят­ное и непо­сти­жи­мое нашим разу­мом откро­ве­ние, гово­рит об очень важ­ной вещи. Это гово­рит о том, что Бог не есть нечто само­за­мкнут­ное в Себе, и тво­ря­щее что ему в голову взбре­дет. Это еди­ное суще­ство­ва­ние Трех Лиц, внут­рен­няя жизнь, или само суще­ство вза­и­мо­от­но­ше­ний есть Любовь.

Бог не тво­рит мир, для того чтобы отра­зив­шись в нем, познать Себя. Отно­ше­ния диа­лога «Я», «Мы», «Ты» есть уже в Нем Самом. И из этого сле­дует фун­да­мен­таль­ная идея хри­сти­ан­ства. Если Бог тво­рит мир именно по любви, то, сле­до­ва­тельно, каж­дое из Его дей­ствий по отно­ше­нию к миру есть не про­из­вол, а выра­же­ние любви.

При этом если Бог не имеет нужды ни в чем, в том числе и в собе­сед­нике, тогда мы Богу не нужны. Мы – желанны.

Теперь что такое «гла­го­лав­шего про­роки», то есть, в пере­воде с цер­ков­но­сла­вян­ского: «Дух Свя­той… Кото­рый гово­рил через про­ро­ков». В обыч­ном упо­треб­ле­нии слово «про­ро­че­ство» у нас стало рав­но­значно слову «пред­ска­за­ние». Про­рок  — это в нашем созна­нии тот, кто пред­ска­зы­вает буду­щее, ана­лог «ясно­ви­дя­щего». Хотя пред­ска­за­ние буду­щего, вне вся­кого сомне­ния, вхо­дит в рели­ги­оз­ное, хри­сти­ан­ское вос­при­я­тие и пони­ма­ние про­ро­че­ства, оно, во-пер­вых, не исчер­пы­вает собою этого пони­ма­ния, и, во-вто­рых, не явля­ется в нём главным.

Доб­рая поло­вина Вет­хого Завета состоит из писа­ний про­ро­ков, но они совсем не сво­дятся к пред­ска­за­нию буду­щего. Суть про­ро­че­ства — в даре воз­ве­ще­ния людям воли Божьей, скры­той от чело­ве­че­ского взора в собы­тиях чело­ве­че­ской жизни и исто­рии, но откры­ва­ю­щейся взору пророка.

Именно про­роки состав­ляли те Писа­ния, «по кото­рым» вос­крес Хри­стос. Сам Хри­стос неод­но­кратно ука­зы­вает «иссле­дуйте Писа­ния, они гово­рят обо Мне». Про­роки пыта­лись доне­сти до людей те истины боже­ствен­ного мира, кото­рые откры­ва­лись им, но кото­рые столь трудно выра­зимы на нашем чело­ве­че­ском языке.

Свя­щен­ное Писа­ние это неотъ­ем­ле­мая часть жизни любого хри­сти­а­нина. Оно может дать нам зна­ния о Боге, о нас, и о том, что мы должны делать, для того, чтобы быть с Богом. Но оно далеко не все­гда понятно. При этом неопыт­ному взгляду трудно опре­де­лить, где в нем исто­ри­че­ский рас­сказ, где худо­же­ствен­ный образ, где поуче­ние для кон­крет­ного слу­чая, где пред­по­ло­же­ние свя­щен­ного автора, а где непре­лож­ное Боже­ствен­ное откровение.

Но даже если я стану вели­ким экзе­ге­том, то есть тол­ко­ва­те­лем Свя­щен­ного Писа­ния, я не найду в нем самого нуж­ного для меня. А именно, что я, Иван Ива­но­вич Ива­нов дол­жен сде­лать сего­дня такого-то числа такого-то месяца такого-то года. А это зна­чит то, что Биб­лия для меня это книга на каж­дый день. И каж­дый день мое созна­ние будет по-новому пре­лом­лять через нее, окру­жа­ю­щую меня действительность.

Это выгля­дит странно, но порой для людей дей­стви­тельно ста­но­вится откро­ве­нием, когда через десятки лет после кре­ще­ния, счи­тая себя людьми вполне цер­ков­ными, соблю­да­ю­щие посты, и отсле­жи­ва­ю­щие празд­ники, они осо­знают, что слова «любите вра­гов ваших» отно­сятся, в первую оче­редь, не к повстан­цам в Конго, а к теще.

Беседа третья

Сего­дня у нас с вами тре­тья из цикла огла­си­тель­ных бесед, в ходе кото­рых мы пыта­емся уяс­нить для себя то, что же такое хри­сти­ан­ство. Что зна­чит быть хри­сти­а­ни­ном. Что полу­чим мы, при­сту­пая к Таин­ству Кре­ще­ния, или что смо­гут полу­чить дети, кото­рых мы к нему при­во­дим. А самое глав­ное, с чем мы согла­ша­емся и под чем под­пи­сы­ва­емся этим дей­ствием, и что соб­ственно тре­бу­ется от нас.

Напо­ми­наю, что все эти вопросы мы пыта­емся про­яс­нить, раз­би­рая основ­ной дог­ма­ти­че­ский текст хри­сти­ан­ства – Сим­вол веры. И сего­дня мы будем гово­рить о той его части, в кото­рой содер­жится пони­ма­ние Церкви и всего того, что с ней связано.

Хри­сти­а­нин верует «Во едину, свя­тую, собор­ную и апо­столь­скую Цер­ковь». К слову ска­зать, слово «Цер­ковь» это вини­тель­ный падеж цер­ковно-сла­вян­ского слова «Цркы». Два слова пере­шло в совре­мен­ный рус­ский из цер­ковно-сла­вян­ского в вини­тель­ном падеже это «цер­ковь» и «любовь». В име­ни­тель­ном падеже цер­ковно-сла­вян­ского «цркы» и «любы». Понятно то, что отсюда же бол­гар­ская и серб­ская «црква», немец­кая «Kirche», англий­ская «Сhurch». Все эти слова вос­хо­дят к гре­че­скому слову соче­та­нию «κιριεοικοσ», обо­зна­ча­ю­щему дословно «дом гос­по­день». При­чем слово «дом» в гре­че­ском имело также смысл «семья», «родня». Напри­мер, «уве­ро­вал сам и весь дом его» (Иоан.4:53).

На про­шлой беседе мы гово­рили о том, что бла­го­даря Смерти, Вос­кре­се­нию и Воз­не­се­нию Хри­сто­вым, чело­ве­че­ство как тако­вое достигло состо­я­ния Бого-чело­ве­че­ства. А как же этого состо­я­ния дости­гает каж­дый кон­крет­ный чело­век? Какой инстру­мент, и какие сред­ства дал нам Бог для дости­же­ния этого состо­я­ния? Вот Цер­ковь, как раз таким инстру­мен­том и явля­ется. Но для того чтобы вос­поль­зо­ваться этим инстру­мен­том, необ­хо­димо пони­ма­ние того, что ты дер­жишь в руках. Всем известно, что тех­ника в руках дикаря – кусок металла.

Что же такое Цер­ковь? Исто­рия и насто­я­щее состо­я­ние хри­сти­ан­ства сви­де­тель­ствуют о двух, совер­шенно раз­лич­ных пони­ма­ниях Церкви. Одно из этих опре­де­ле­ний нам очень хорошо известно. Согласно ему, Цер­ковь — есть обще­ство людей, объ­еди­нен­ных един­ством веры, орга­ни­за­ции, т. е. прав­ле­ния, свя­щен­но­на­ча­лия, един­ством при­ни­ма­е­мых таинств, дис­ци­плины цер­ков­ной жизни, кано­нов. Это обще­ство людей. Еди­но­мыш­лен­ных людей.

Сей­час суще­ствует сколько угодно сою­зов или обществ, в кото­рых мы можем найти все эти эле­менты. С дру­гим, правда, содер­жа­нием, но эле­менты будут те же. Неужели Цер­ковь отли­ча­ется от всех дру­гих обществ только содер­жа­нием этих эле­мен­тов? Дей­стви­тельно ли это только обще­ство людей?

Апо­стол Павел, говоря о том, что Цер­ковь есть Тело Хри­стово, ска­зал то, что она уже есть. Она не воз­ни­кает в резуль­тате собра­ния людей, это не есть функ­ция, резуль­тат собра­ния людей. Это Тело уже есть, и в него можно только войти. Не создать путем объ­еди­не­ния в пол­ном еди­но­гла­сии, а только войти каж­дый может, в каче­стве члена в это Тело.

То есть это пони­ма­ние Церкви, как обще­ства людей, объ­еди­нен­ных тем-то и тем-то, оно носит внеш­ний харак­тер. Но все пре­красно знают то, что боль­шей частью именно так и опре­де­ля­ется Церковь…

Кто в такой Церкви самый зна­чи­мый чело­век, и вообще кто явля­ется чле­ном такой Церкви? Каж­дый кре­щен­ный и не отлу­чен­ный от нее. Не зави­симо о того, в какой сте­пени он явля­ется пра­вед­ни­ком, лже­пра­вед­ни­ком, него­дяем и я не знаю еще кем. Кре­щен, не отлу­чен? Все, он – член Церкви. Порочна его жизнь, свята ли его жизнь, это ока­зы­ва­ется, стоит на вто­ро­сте­пен­ном плане.

Самыми зна­чи­мыми кто явля­ется? Те, кто зани­мают самые зна­чи­мые адми­ни­стра­тив­ные, управ­лен­че­ские посты. То есть те, кто обла­дает зва­ни­ями, сте­пе­нями, ран­гами и санами. Опять-таки не зави­симо от свя­то­сти или пороч­но­сти их жизни. Вы чув­ству­ете ущерб­ность такого пони­ма­ния Церкви? Что-то тут не так. И как мно­гие, думая о том, что Цер­ковь именно это есть, соблаз­ня­ются, когда видят не достой­ных людей в Церкви.

Кто в этом вино­ват? Вино­ваты те, кото­рые дают такое опре­де­ле­ние Церкви. Это ли разве Цер­ковь? Это обо­лочка только. Оде­женка. Сей­час я в костюме, а через час одену под­ряс­ник, а каким был, таким и остался. Обо­лочка. Нужна? Нужна, но суть не в этом.

Есть дру­гое пони­ма­ние Церкви. Мы же гово­рим о том, что Цер­ковь есть Тело Хри­стово, а Хри­стос-то Бого-чело­век. Здесь можно дать такое опре­де­ле­ние Церкви. Цер­ковь есть един­ство тех чле­нов види­мой церкви, кото­рые в центр своей жизни ста­вят Бога, то есть стре­мятся осу­ще­ствить Еван­ге­лие, во всей полноте.

Все, кто тща­тельно пыта­ются испол­нить в своей жизни Еван­ге­лие, те ока­зы­ва­ется, вхо­дят в Тело Хри­стово. Дело не про­сто в фор­маль­ном акте при­над­леж­но­сти, фор­маль­ном акте кре­ще­ния, а чле­нами Церкви явля­ются те, кто в своей жизни сле­дуют Еван­ге­лию, осу­ществ­ляют его. Цер­ковь есть. Мы не создаем ее, собрав­шись вме­сте, а она уже есть.

Бла­жен­ный Фео­фи­лакт Бол­гар­ский пишет: «Не говори то, что Цер­ковь люди собрали. Она есть дело Бога. Бога Живаго и страш­ного». На пер­вом месте – Бог. Вот кто объ­еди­няет людей. И это объ­еди­не­ние, про­ис­хо­дит каким обра­зом? Не авто­ма­ти­че­ски, не меха­ни­че­ски, а исклю­чи­тельно в силу сте­пени чело­ве­че­ской актив­но­сти в испол­не­ния того Еван­ге­лия, кото­рое должно стать зако­ном жизни для каж­дого веру­ю­щего человека.

Если мы при­мем такое опре­де­ле­ние, то тогда мы пой­мем то, кто пер­вый в Церкви и кто к ней при­над­ле­жит. Конечно же, тот, кто живет по Еван­ге­лию. Если он попи­рает его – он оттор­га­ется от Церкви. Сте­пень этого оттор­же­ния может быть, весьма раз­лич­ной. Но каж­дый, кто хотя бы раз в своей жизни испо­ве­до­вался, мог обра­тить вни­ма­ние на то, какая молитва чита­ется над ним: «при­мири и соедини свя­тей своей Церкви». Ока­зы­ва­ется, гре­хами мы оттор­га­емся от Церкви, отпа­даем от нее. И это оттор­же­ние может иметь раз­ную сте­пень. Можно быть самым вид­ным, самым актив­ным чле­ном церкви, внеш­ней церкви, церкви – орга­ни­за­ции, и ока­заться совсем вне Церкви, вне Тела Хри­стова, если нет соот­вет­ству­ю­щей жизни.

Кто пер­вый член Церкви? В орга­ни­за­ции,  — папа Рим­ский, пат­ри­арх, архи­епи­скоп, в зави­си­мо­сти о того, кто воз­глав­ляет цер­ковь. А когда мы гово­рим о Церкви по суще­ству, кто пер­вый? Не знаю. Может быть, послед­ний нищий на паперти, на кото­рого вни­ма­ния ни кто не обра­щает. По край­ней мере, исто­рия Церкви таких при­ме­ров знает не мало.

Цер­ковь-орга­ни­за­ция явля­ется тем внеш­ним чело­ве­че­ским выра­же­нием, без кото­рого Цер­ковь – Тело Хри­стово не могла бы иметь сво­его исто­ри­че­ского суще­ство­ва­ния. Она про­сто необ­хо­дима. Необ­хо­димы ее дис­ци­плина, пра­вила. Цер­ковь-орга­ни­за­ция хра­нит и дает веро­учи­тель­ные истины и нрав­ствен­ные прин­ципы жизни. Без церкви-орга­ни­за­ции не может суще­ство­вать Цер­ковь – Тело Хри­стово. Поэтому глу­боко оши­ба­ются те, кто счи­тает то, что можно про­сто так веро­вать, а к Церкви не при­над­ле­жать. Что такое «про­сто так верить»? Как узнать, пра­вильно чело­век живет или не пра­вильно? Где мы узнаем, пра­вильно чело­век верит или не пра­вильно? Все это воз­можно полу­чить в церкви-организации.

Эти два пони­ма­ния, при фор­маль­ном под­ходе к ним, очень раз­ли­ча­ются между собой. Они тре­буют еди­ного вос­при­я­тия Церкви. Цер­ковь это жизнь Бога, в тех чле­нах види­мой церкви, кото­рые в своей жизни осу­ществ­ляют Еван­ге­лие, и таким обра­зом вхо­дят в един­ство Тела Хри­стова, бого­че­ло­ве­че­ского орга­низма. Если мы при­мем такое пони­ма­ние Церкви, то, этим охва­тим и внут­рен­нюю духов­ную сто­рону жизни и внеш­нюю организационную.

Что такое свой­ства Церкви, пере­чис­лен­ные в Сим­воле веры. Необ­хо­димо сразу отме­тить, что та Цер­ковь, о кото­рой гово­риться в Сим­воле веры, это не оче­вид­ная реаль­ность. Это пред­мет веры.

Мы видим огром­ное коли­че­ство рас­ко­лов и несо­гла­сий между раз­ными помест­ными церк­вями, и даже внутри каж­дой из них. Тем не менее, мы верим в то, что Цер­ковь ЕДИНА. На том осно­ва­нии, что един­ство ей дает ее исток – Бог.

Мы видим огром­ное коли­че­ство, как в исто­рии, так сего­дня, гре­хов­ных дея­ний и среди рядо­вых чле­нов Церкви, и сряди свя­щен­ства. Тем не менее, мы верим, что Цер­ковь СВЯТАЯ. Потому что свя­тость ей пре­даем не мы, а опять-таки ее еди­ное осно­ва­ние – Бог.

Слово «СОБОРНАЯ» «καφολικι» озна­чает «все­об­щая», если дословно «повсем­ная», а совсем не то, что все вопросы реша­ются на цер­ков­ных собо­рах, на кото­рых по указке пар­тии все голо­суют еди­но­гласно. Поэтому не правы те, кто кри­чит о том, что собор­ность у нас надо воз­рож­дать, в част­но­сти тем, что помест­ный собор РПЦ сде­лать еже­год­ным, и в его члены вклю­чить боль­шее число мирян.

Для людей с таким пони­ма­нием собор­но­сти, выс­шее ее про­яв­ле­ние видится в том, что пат­ри­арх по каж­дому вопросу дол­жен бегать и спра­ши­вать: — Ну, что, Иван Мит­ро­фа­ныч, как жить дальше будем? А поскольку не спра­ши­вает, дела­ется вывод: собор­ность Церкви повре­ди­лась, и Дух Свя­той от нее отошел.

При этом почему-то совер­шенно не допус­ка­ется мысль о том, что это именно Свя­той Дух и надо­умил Свя­тей­шего с тобою, Иван Мит­ро­фа­ныч, не сове­то­ваться по вопро­сам, в кото­рых ты ничего не смыслишь.

АПОСТОЛЬСКОЮ Цер­ковь тоже явля­ется, хотя внешне ни формы бого­слу­же­ний и чино­по­сле­до­ва­ний, ни адми­ни­стра­тив­ное устрой­ство апо­столь­ских вре­мен ни в одной совре­мен­ной помест­ной церкви мы не наблю­даем. И все же мы верим именно в апо­столь­скую Цер­ковь, то есть в ту самую, к кото­рой при­над­ле­жат апостолы.

Во-пер­вых, Цер­ковь оста­ется апо­столь­ской в пря­мом смысле этого слова «άπόστολος» от «άποστελλειν», «посы­лать» — упол­но­мо­чен­ное лицо, посы­ла­е­мое с опре­де­лен­ной целью. Цер­ковь послана в мир, воз­ве­щать о том, что есть спо­соб дости­же­ния веч­ной жизни. Чело­век с помо­щью Божией может побе­дить смерть. И именно эту радост­ную, бла­гую весть — «Еван­ге­лие» она и воз­ве­щает по сей день.

Во-вто­рых, и это может быть сего­дня наи­бо­лее акту­ально, Цер­ковь оста­ется апо­столь­ской в пре­ем­стве пони­ма­ния тех Бого­от­кро­вен­ных истин, кото­рые были даны апо­сто­лам. В совре­мен­ном мире вы не раз слы­шали мне­ние о том, что Пра­во­слав­ная Цер­ковь не пра­вильно пони­мает хри­сти­ан­ство. Апо­столы пони­мали, все ска­зан­ное Хри­стом, и в част­но­сти Еван­ге­лия совер­шенно иначе. И мы видим, какие под­час страш­ные нестро­е­ния могут при­не­сти раз­но­гла­сия в пони­ма­нии того или иного места в Свя­щен­ном Писании.

Дан­ная про­блема бла­го­даря именно апо­сто­лич­но­сти Церкви реша­ется очень про­сто. Мы можем назвать в исто­рии чело­ве­че­ства людей, кото­рые бы 100%-но верно пони­мали бы Свя­щен­ное Писа­ние? Без­условно, это сами апо­столы. Апо­столы были оди­ноч­ками, или у них были уче­ники? Уче­ники были. Эти уче­ники пра­вильно пони­мали то, что им гово­рили апостолы?

Если мы ска­жем, что нет, то тогда Еван­ге­лие от Марка, Еван­ге­лие от Луки и Книгу Дея­ний апо­столь­ских нам при­дется из Биб­лии выбро­сить. Потому что они напи­саны не апо­сто­лами, а их уче­ни­ками. На такое не решился ни один осно­ва­тель даже самой мар­ги­наль­ной секты.

А кроме этих уче­ни­ков, чьи сочи­не­ния вошли в канон Нового Завета, еще уче­ники у апо­сто­лов были? Были. Мы их сочи­не­ния можем пере­чис­лить? Можем. Это «Пас­тырь» Ерма, посла­ния ап. Вар­навы, Поли­карпа Смирн­ского, Игна­тия Антио­хий­ского и дру­гих. Давайте по спор­ным вопро­сам обра­тимся к ним.

И читая их труды, мы воочию смо­жем убе­диться в том, что для хри­стиан пер­вого века свя­щен­ник — это не про­сто выбор­ная долж­ность, на место кото­рого можно поста­вить любого, кого захо­тят члены бап­тист­ской общины. Мы уви­дим, что хри­сти­ане с пер­вого века вос­при­ни­мают бого­слу­же­ние, как совер­ше­ние свя­щен­ных дей­ствий, к кото­рым и при­сту­пать-то страшно, а не как поси­делки под гитару. Мы уви­дим, что бла­го­даря этим свя­щен­ным дей­ствиям, по мне­нию хри­стиан, можно реально соеди­няться с Твор­цом миро­зда­ния, и полу­чить от него веч­ную жизнь, а не про­сто вспо­ми­нать о Нем.

У этих уче­ни­ков апо­сто­лов, кото­рые в исто­ри­че­ской науке обо­зна­ча­ются тер­ми­ном «мужи апо­столь­ские», тоже были свои уче­ники, кото­рые гово­рят и пишут о том же самом. У тех, в свою оче­редь, свои уче­ники. И эту цепочку пре­ем­ствен­но­сти мы можем про­сле­дить до наших дней. Пра­во­слав­ная Цер­ковь может доку­мен­тально под­твер­дить то, что пони­мает и пере­дает дру­гим зна­ния о Боге именно те и именно так, как это делали апостолы.

Что же совер­ша­ется в этой «еди­ной, свя­той, собор­ной и апо­столь­ской» Церкви? Почему хри­сти­ан­ство гово­рит о том, что чело­веку дей­стви­тельно необ­хо­димо войти и стать чле­ном этого Тела Хри­стова? В Церкви совер­ша­ются Таин­ства. От пони­ма­ния того, что это такое, напря­мую зави­сит пони­ма­ние того, зачем вы при­сту­па­ете к крещению.

Свя­щен­ные дей­ствия, обряды, мисте­рии, без­условно совер­ша­лись и совер­ша­ются во всех рели­ги­оз­ных тече­ниях. Но хри­сти­ан­ские таин­ства по суще­ству сво­ему отличны от них. Что из себя пред­став­ляют обряды и мисте­рии по суще­ству?  Это опре­де­лен­ные риту­алы, совер­ше­ние кото­рых, само по себе должно дать чело­веку опре­де­лен­ные мисти­че­ские силы, и сде­лать его гос­по­ди­ном и вла­ды­кой тех духов, кото­рые окру­жают его.

На что рас­счи­таны все маги­че­ские дей­ствия? На то, что вслед за этими дей­стви­ями, чело­веку как тако­вому, даются опре­де­лен­ные силы, не зави­симо от состо­я­ния чело­века. Речь идет не осте­пени его рели­ги­оз­но­сти или не рели­ги­оз­но­сти. Даже очень часто нрав­ствен­ное состо­я­ние чело­века не имеет суще­ствен­ного зна­че­ния. Глав­ное – пра­вильно совер­шить эти куль­то­вые действия.

В хри­сти­ан­стве дру­гой взгляд. Хри­сти­ан­ство смот­рит на таин­ства не как на дей­ствия, кото­рые сами по себе дают чело­веку нечто. Хри­сти­ан­ство рас­смат­ри­вает таин­ства, как опре­де­лен­ные дей­ствия Бога на человека.Причём такое дей­ствие Бога на чело­века, кото­рое прямо зави­сит от духовно-нрав­ствен­ного состо­я­ния человека.

Что же про­ис­хо­дит в Таин­стве Кре­ще­ния? Нач­нем с этого глав­ного и пер­вого таин­ства, вво­дя­щего в Цер­ковь. Начну с отри­ца­ния. Конечно же не про­ще­ние, так назы­ва­е­мого пер­во­род­ного греха. Пер­во­род­ный грех это не грех лич­ный, а это повре­жде­ние при­роды чело­ве­че­ской. Поэтому, во-пер­вых, нельзя гово­рить о про­ще­нии. В луч­шем слу­чае можно было бы гово­рить об исце­ле­нии чело­ве­че­ской при­роды в таин­стве кре­ще­ния, о вос­ста­нов­ле­нии ее. Однако и здесь мы можем об этом гово­рить не про­сто и не прямо так. Ибо если бы имело место пол­ное исце­ле­ние чело­ве­че­ской при­роды, то чело­век бы ста­но­вился подоб­ным пер­вому Адаму. То есть, в первую оче­редь – бес­смерт­ным, без­бо­лез­нен­ным, тем, кого не могла бы кос­нуться, ни одна из сти­хий этого мира. Этого, конечно не происходит.

В Таин­стве Кре­ще­ния про­ис­хо­дит все­ва­ние или зарож­де­ние семени, того нового чело­века, свя­того, исце­лен­ного, совер­шен­ного, кото­рое чело­ве­че­ство полу­чило бла­го­даря Жертве Хри­сто­вой.  Про­ис­хо­дит ли про­ще­ние гре­хов при этом? Конечно. Как и при любом таин­стве, при­ни­ма­е­мом  с верою, пока­я­нием и бла­го­го­ве­нием. В кре­ще­нии тоже про­ща­ются все лич­ные грехи.

Но суть таин­ства кре­ще­ния не в этом. Суть его в рож­де­нии нового чело­века. Но какого рож­де­ния? В семечке еще только, в зерне. Это еще не древо, от кото­рого можем вку­шать плоды, а только семечко дается, из кото­рого, есть надежда, что будет древо жизни, даю­щее плоды. Дается только семя, кото­рое еще нужно обра­бо­тать, нужна соот­вет­ству­ю­щая почва, нужны удоб­ре­ния, поли­ва­ние, уход, для того, что бы это семя нового чело­века про­росло и стало дре­вом жизни.

Авто­ма­ти­че­ски Бог не изго­няет из нас греха при кре­ще­нии, как это мно­гие думают. Совер­шили дей­ствие и все в порядке. Без нрав­ствен­ной реши­мо­сти, без сво­бод­ной воли чело­века, без его напря­же­ния духов­ного, ни чего не произойдет.

Ведь нам все время хочется, что-то такое сде­лать, что бы без меня, меня спасли, а я посижу, сло­жив ручки. Кре­стить чело­века и все в порядке. Больше ни чего не надо. Все время мы стре­мимся к магизму. А хри­сти­ан­ство все время наста­и­вают на необ­хо­ди­мо­сти созна­тель­ного, воле­вого, доб­ро­воль­ного уча­стия чело­века. Наста­и­вает на необ­хо­ди­мо­сти подвига для очи­ще­ния чело­века. Ни чего не бывает меха­ни­че­ски! Афа­на­сий Вели­кий про­из­нес вели­кую истину: «Бог спа­сает нас, не без нас». И ни одно таин­ство не может иметь в нас дей­ствия без нас. Если с нашей сто­роны не будет соот­вет­ству­ю­щего духов­ного устро­е­ния. Если нет этого – ни чего не про­изой­дет. Это прямо отно­сится ко всем таин­ствам Церкви.

Хри­сти­ан­ские таин­ства не маги­че­ские дей­ствия. Это помощь Божия чело­веку. Вели­кий дар Божий, кото­рый дается только тому, кто спо­со­бен при­нять этот дар. Кто спо­со­бен при­нять его? «Сердце сокру­шено и сми­ренно Бог не уни­чи­жит». Поэтому задача не в том, что бы кре­стить, а там уже стол накры­тый ждет. А верите ли во Хри­ста то? А кре­ститься то уме­ете? А «Отче наш» то знаете?

Это назы­ва­ется, при­несли кре­стить. Мла­денца! У кото­рого ни созна­ния, ни чего нет. Пря­мой рас­чет на магию! Разум мла­денца это ваш разум, и вера мла­денца это ваша вера. И если у вас ни чего нет, зна­чит, у мла­денца тоже ни чего нет. Именно взрос­лые в таин­стве кре­ще­ния, берут на себя мис­сию разума и воли мла­денца, кото­рый ни чего этого еще не имеет. Слова Хри­ста непре­ре­ка­емы: «кто веру имеет, и кре­стится, — спа­сен будет»! У ребенка веры еще нет. Что же делать? Именно поэтому и необ­хо­дим инсти­тут вос­при­ем­ни­ков. Они гово­рят: мы высту­паем за него! Вот в какой сте­пени вы за него высту­па­ете, в той сте­пени мла­де­нец и при­об­ща­ется бла­го­дати Божией. В той сте­пени она и дей­ствует. И если вы ни в какого Бога не верите, соот­вет­ственно ребе­нок в этой сте­пени и приобщается.

Кирилл Иеру­са­лим­ский, оста­вив­ший нам больше всех слов о кре­ще­нии повто­рял страш­ные слова: «Если ты лице­ме­ришь, то люди кре­стят тебя теперь, а Дух свя­той кре­стить тебя не будет». Таин­ство может быть бес­плод­ным. Более того, может быть даже вред­ным. Ап. Павел прямо пишет о том, что «если кто ест и пьет не достойно», говоря о евха­ри­стии, «тот суд себе ест и пьет». То есть не только ни каких сил, не только ни какого при­об­ще­ния к бла­го­дати, не только еди­не­ния с Богом не полу­чает чело­век, а напро­тив – под­ле­жит осуж­де­нию. Более того, апо­стол про­дол­жает: «от того, мно­гие из вас болеют и умирают».

В Таин­стве При­ча­стия нам дается Тело и Кровь вос­крес­шего Хри­ста, мы можем стать при­част­ными Тому, кто в Себе побе­дил смерть. Мы можем стать еди­но­те­лес­ными самому Богу, и войти в Его бытие, вырваться из тер­ри­то­рии смерти. При­ча­стие это лекар­ство бес­смер­тия. Катары и аль­би­гойцы были правы: Свя­щен­ный Гра­аль суще­ствует. Только искали они его не там. Чаша, даю­щая веч­ную жизнь это Чаша Причастия.

Хри­сти­ан­ские таин­ства это очень силь­ный «пре­па­рат». Но как любое силь­но­дей­ству­ю­щее лекар­ство, его необ­хо­димо при­ни­мать с соблю­де­нием опре­де­лен­ного режима. Нару­ша­ете этот режим – пеняйте на себя. Пра­виль­ный режим для при­ня­тия любого Таин­ства это пра­вед­ная жизнь хри­сти­а­нина, живу­щего по Еван­ге­лию. И опре­де­ля­ется она его мировоззрением.

Еще раз повторю, если вы ни в какого Хри­ста не верите, или счи­та­ете Его про­сто одним из вели­ких учи­те­лей чело­ве­че­ства, или анге­лом, зале­тев­шим к нам для того чтобы дать пару цен­ных сове­тов, вы – не хри­сти­ане. И ни какими свя­щен­но­дей­стви­ями вы не заста­вите Бога дей­ство­вать в душе, кото­рой ника­кой Бог не нужен.

В При­ча­стии нам Бог дает Себя. Не только мыс­лью, не только Духом, но и Тело Свое Он нам дает. Цер­ковь есть Тело Хри­стово. Это Тело нам дается в Таин­стве При­ча­стия. Мы, при­ни­мая Тело Хри­стово, не пре­об­ра­зо­вы­ваем Его в себя, как любую дру­гую пищу, а Оно должно пре­об­ра­зо­вать нас в Себя. Хри­сти­а­нин вхо­дит в Чашу При­ча­стия, сам ста­но­вится этим Телом Хри­сто­вым. Поэтому Таин­ство При­ча­стия и назы­ва­ется Таин­ством Церкви. Вокруг этого Тела Хри­стова, чле­нами кото­рого мы должны стать и стро­ится вся хри­сти­ан­ская жизнь.

Все посты, молит­вен­ные пра­вила, весь наш труд над собой в делах мило­сер­дия, направ­лены только на одну цель – сде­лать нас достой­ными и при­ве­сти в то состо­я­ние, в кото­ром мы дей­стви­тельно можем пол­но­стью соеди­ниться с Богом. Цель хри­сти­ан­ства одна – при­об­щить чело­века к источ­нику бес­смер­тия – Богу. И если вы собра­лись кре­ститься сами, или кре­стить ребенка, для того, чтобы можно было службы зака­зы­вать, или он про­сто хоро­шим чело­ве­ком рос, то вы при­шли не туда, и про­сите совер­шенно не того.

Цер­ковь создана только для одного – дать чело­веку воз­мож­ность вечно жить с Богом. Если вам этого не нужно, то логично было бы задать вопрос: а что вы, соб­ственно, еще хотите здесь получить?

После при­ня­тия Церкви в хри­сти­ан­ском ее пони­ма­нии, хри­сти­а­нин гово­рит: «Испо­ве­дую еди­но­кре­ще­ние во остав­ле­ние гре­хов». При­бав­ле­ние «едино» к слову «кре­ще­ние», есте­ственно не слу­чайно. Оно ука­зы­вает, во-пер­вых, на един­ство Таин­ства Кре­ще­ния. Как гово­рит ап. Павел «Один Гос­подь, одна вера, одно кре­ще­ние, один Бог и Отец всех, Кото­рый над всеми, и чрез всех, и во всех нас» (Еф. 4:5–6). Этим еще раз под­чер­ки­ва­ется то самое един­ство Церкви.

Во-вто­рых, этим гово­рится о един­ствен­но­сти совер­ша­е­мого дей­ствия. Кре­ще­ние может быть только одно. Это дей­ствие, кото­рое запе­чат­ле­вает чело­века в веч­но­сти. И как веч­ный Бог не изме­няем, так и это вхож­де­ние чело­века изме­нить уже нельзя. После кре­ще­ния чело­век уже несет в себе нечто не от мира сего. У него есть дар вырваться из под­чи­не­ния этого мира. Но и спра­ши­ваться с него за то, как он этот дар исполь­зо­вал, будет уже как с того, кто знал, на что он шел.

В связи с этим, еще раз напо­ми­наю об ответ­ствен­но­сти вос­при­ем­ни­ков. Именно от вас зави­сит то, как ваш крест­ник этот дар смо­жет исполь­зо­вать. И вы за это несете пер­со­наль­ную ответ­ствен­ность. Ваша задача не пози­ро­вать перед объ­ек­ти­вом у купели, а вос­пи­тать этого ребенка христианином.

При­чем, необ­хо­димо сде­лать акцент на том, что послед­ние три члена Сим­вола веры явля­ются уже не пред­ме­том веры. Еди­но­кре­ще­ние хри­сти­а­нин именно испо­ве­дует. Чтобы было понятно то, что такое испо­ве­да­ние, необ­хо­димо вспом­нить то, что «испо­вед­ники» это лик свя­тых. Это свя­тые, кото­рые под­вер­га­лись гоне­ниям и пыт­кам за свои убеж­де­ния, но не погибли в резуль­тате их.

То есть «испо­ве­дую» озна­чает, что я готов всею своей жиз­нью сви­де­тель­ство­вать о том, что я всту­пил в веч­ность и не при­над­лежу больше этому миру. Хри­сти­а­нин, жизнь кото­рого, не явля­ется испо­ве­да­нием, — не христианин.

И все это дела­ется «во остав­ле­ние гре­хов». Есте­ственно, не мне грехи остав­ляют, а я бла­го­даря кре­ще­нию остав­ляю свои грехи. Остав­ляю их здесь, а сам иду к Богу. Мы уже гово­рили, о том, что ни какое Таин­ство само по себе не делает чело­века без­греш­ным. Но этим самым я ста­нов­люсь на путь, на кото­ром только, с помо­щью Божией, я смогу отсо­еди­ниться от гре­хов. Отсечь их от себя. Ска­зать: — Я и мои грехи это не одно и то же.

Это то, что хри­сти­а­нин делает в Таин­стве испо­веди. Как ни странно, когда мы на испо­веди гово­рим «согре­шил тем-то и тем-то», мы гово­рим «это не я». Не я как тако­вой. Это мне не нужно. Я отди­раю с себя эту про­шло­год­нюю фуфайку и говорю: — Это – на свалку.

При этом, про­воз­гла­шать, что остав­ле­ние гре­хов воз­можно лишь в кре­ще­нии, – зна­чит при­зна­вать, что соеди­не­ние со Хри­стом в Церкви есть един­ственно вер­ный путь спа­се­ния. Хри­сти­ан­ство вос­при­ни­мает чело­века целост­ным. Нельзя быть немножко хри­сти­а­ни­ном. Нельзя ска­зать: — Ты, Гос­поди, телу моему, веч­ную жизнь подари, а в мысли и совесть мою не лезь. Чело­век – цело­стен. И либо мы дей­стви­тельно пус­каем Бога в нашу жизнь, и тогда она пре­об­ра­жа­ется, либо не надо назы­вать себя христианами.

Ну и нако­нец, навер­ное, самые скан­даль­ные для совре­мен­ного обще­ства слова Сим­вола веры. «Чаю вос­кре­се­ния мерт­вых и жизни буду­щего века». Скан­дальны они потому, что все это воз­можно только при усло­вии совер­ше­ния того, что в народе име­ну­ется «конец света». Да, хри­сти­ане жаж­дут конца света и молятся об этом.

Вос­кре­се­ние из мерт­вых – не про­сто бла­го­че­сти­вое упо­ва­ние, это абсо­лют­ная досто­вер­ность, обу­слов­ли­ва­ю­щая веру хри­стиан. Это пере­ход от тлен­ного состо­я­ния всего мира к нетлен­ному. Только в этом слу­чае дей­стви­тельно воз­можно веч­ное благо. Потому что все в этом под­вер­жено рас­паду. В этом мире не воз­можно постро­ить веч­ное Боже­ствен­ное бытие. Для этого надо пре­об­ра­зить весть мир. Наде­лить его новыми законами.

Тогда не будет больше сме­ше­ния добра и зла, ибо ничто нечи­стое не вой­дет в Цар­ство Божие, и не будет больше воз­можно какое-либо изме­не­ние в чело­ве­че­ских судь­бах. По ту сто­рону вре­мени пре­бу­дет только то, что не под­ле­жит изменению.

Да, Бог желает, чтобы все спас­лись, чтобы все насле­до­вали веч­ное бытие. Но веч­ное, зна­чит – нераз­ру­ши­мое. Веч­ное, зна­чит исхо­дя­щее от Бога и подоб­ное Ему, поскольку только Он – источ­ник бес­смер­тия. Но что будет, если Гос­подь будет помо­гать мне избав­ляться от греха, и в итоге, во мне не оста­нется ничего, что было бы достойно веч­но­сти. Что будет со мною, если даже малого семечка веч­но­сти во мне не ни когда не было, или я заглу­шил и рас­топ­тал его в себе?

Итак, под­водя итог нашим огла­си­тель­ным бесе­дам, можно резю­ми­ро­вать следующее:

  • Глав­ная задача каж­дого хри­сти­а­нина и Церкви – еди­не­ние чело­века с Богом. Еди­не­ние и духов­ное и телес­ное. Ничего дру­гого Цер­ковь ни кому не предлагает.
  • Если вы соби­ра­е­тесь при­сту­пить к Кре­ще­нию или при­во­дите к нему детей, для того, чтобы устро­ить ваши мате­ри­аль­ные «хотелки», вы не полу­чите ни чего.
  • Для того, что бы быть хри­сти­а­ни­ном, необ­хо­димо участ­во­вать в Таин­ствах, и иметь хри­сти­ан­ское миро­воз­зре­ние, кото­рое невоз­можно без дли­тель­ного и напря­жен­ного изу­че­ния хри­сти­ан­ства. Хри­сти­ан­ство все­гда было рели­гией интел­лек­ту­а­лов, все­гда было рели­гией книж­ной. Поэтому наряду с регу­ляр­ным уча­стием в цер­ков­ных Таин­ствах, изу­че­ние бого­слов­ских тру­дов должно будет стать неотъ­ем­ле­мой частью вашей жизни.
  • Это нала­гает осо­бую ответ­ствен­ность на вос­при­ем­ни­ков. Они ответ­ственны за воз­рас­та­ние ребенка в хри­сти­ан­стве. Они должны объ­яс­нить и пока­зать истину, глу­бину и необ­хо­ди­мость хри­сти­ан­ской жизни сво­ему крест­нику. Есте­ственно это будет не воз­можно, если у них самих ника­ких зна­ний о хри­сти­ан­стве нет.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

4 комментария

  • Свет­лана, 19.06.2019

    Спа­сибо, очееь хоро­шие беседы. Я кате­хи­за­тор, обя­за­тельно возьму на воору­же­ние. Хоте­лось бы узнать автора и сде­лать одно заме­яа­ние, но не для всех.

    Ответить »
  • гер­гий, 26.07.2017

    что знал раз­бой­ник на Кре­сте о пра­во­слав­ной вере, о орто­док­сии орто­прак­сии о куче кано­нов и догматов?

    Ответить »
    • Кирилл, 27.07.2017

      На уровне сво­его вре­мени навер­няка знал доста­точно, иудеи хра­нили веру в Еди­ного Бога. Невоз­можно срав­ни­вать по уровню зна­ний тре­тье­класс­ника и выпуск­ника, к каж­дому свои требования.
      Реко­мен­дую: Бла­го­ра­зум­ный раз­бой­ник.

      Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки