О боголюбезном и духодвижном покаянии

епи­скоп Вар­нава (Беляев)

Оглав­ле­ние


Пока­я­ние как Таин­ство

Весь мир дер­жится пока­я­нием, ибо всякий грех есть к смерти, коль скоро не очищен он пока­я­нием, гово­рит св. Марк Подвиж­ник.

Грехом мы теряем данное нами в кре­ще­нии освя­ще­ние. Поэтому каждый имеет нужду в пока­я­нии, в новом рож­де­нии от Бога, хотя бы он лишь и час всего прожил на земле. По рас­суж­де­нию пре­по­доб­ного Симеона Нового Бого­слова: «Уже пока­я­нием, испо­ве­дью и сле­зами, соот­вет­ственно делами, полу­чаем опять сна­чала отпу­ще­ние пре­гре­ше­ний, а потом и освя­ще­ние вышнею бла­го­да­тью».

Пока­я­ние как таин­ство уста­нов­лено Самим Иису­сом Хри­стом, когда Он по Вос­кре­се­нии явился уче­ни­кам Своим и тор­же­ственно сказал: Мир вам… и сие рек, дуну и гла­гола им: При­и­мите Дух Свят. Имже отпу­стите грехи, отпу­стятся им; и имже дер­жите, дер­жатся (Ин.20:21–23; Мф.16:19; 18:18).

Испо­ведь есть самый есте­ствен­ный способ выра­же­ния во вне пока­я­ния и рас­ка­я­ния в грехах, ибо, по слову Христа, от избытка сердца уста гла­го­лют (Мф.12:34). На нее име­ются ука­за­ния уже с апо­столь­ских времен (Деян.19:18).

Кано­ни­че­скими гре­хами у древ­них хри­стиан назы­ва­лись сле­ду­ю­щие три, кото­рые пона­чалу навсе­гда влекли за собою отлу­че­ние:

  1. отре­че­ние от веры,
  2. блуд и пре­лю­бо­де­я­ние,
  3. убий­ство.

Но с III века, т. е. со вре­мени паде­ния пер­во­на­чаль­ной чистоты и горя­щего духа, Цер­ковь вынуж­дена была стать снис­хо­ди­тель­нее: блуд­ники и пре­лю­бо­деи стали при­ни­маться в Цер­ковь после при­не­се­ния пока­я­ния.

Однако пока­яться в ука­зан­ных грехах было не так легко. Все каю­щи­еся прежде всего раз­де­ля­лись на четыре сте­пени, или чина, епи­ти­мьи: пла­чу­щих, слу­ша­ю­щих и пред- или куп­но­сто­я­щих.

Епи­ти­мья (запре­ще­ние) есть цер­ков­ное нака­за­ние согре­шив­шему, кото­рый должен был пуб­лично пока­яться и вместе с тем отка­зать себе в извест­ных жиз­нен­ных благах.

Была, кроме первой – пла­чу­щих, еще одна редкая и исклю­чи­тель­ная сте­пень, это – обу­ре­ва­е­мые. Они изго­ня­лись даже из при­твора и должны были стоять на паперти, вне цер­ков­ных дверей, под откры­тым небом, и в дождь, и в жару, и в холод, и в бурю. Отсюда их наиме­но­ва­ние. Этой епи­ти­мьи под­ле­жали ско­то­лож­ники, муже­лож­ники и все вообще впад­шие в про­ти­во­есте­ствен­ные блуд­ные грехи. За гнус­ные неистов­ства стра­стей, про­тив­ные зако­ном пола и есте­ства, – гово­рит Тер­тул­лиан, – мы не только от порога, но и от крова цер­ков­ного отго­няем, потому что это – не грехи, а чудо­вища.

Пла­чу­щие лежали рас­про­стер­тые ниц в при­творе. При входе верных в цер­ковь, они кла­ня­лись каж­дому в ноги и про­сили о себе святых молитв. Терзай свою душу воп­лями… при­па­дай к ногам избран­ных, – обра­ща­ется св. Амвро­сий Медио­лан­ский к одному греш­нику, рас­тлив­шему посвя­щен­ную деву (нашу мона­хиню).

Слу­ша­ю­щие уже допус­ка­лись в цер­ковь, но только до литур­гии верных, т. е., выслу­шавши Апо­стол и Еван­ге­лие с поуче­нием, они выхо­дили вместе с огла­шен­ными по воз­гласе диа­кона.- Огла­шен­ный изы­дите и пр.

При­па­да­ю­щие стояли в сред­ней части храма и при­бли­жа­лись к самому амвону, где полу­чали себе бла­го­сло­ве­ние (с воз­ло­же­нием рук) епи­скопа на выход из церкви.

Куп­но­сто­я­щие, как пока­зы­вает самое назва­ние, стояли вместе с вер­ными литур­гию, только не имели права делать при­но­ше­ния (наше пода­вать, выни­мать просфоры) и при­об­щаться.

Нынеш­няя общая испо­ведь про­изо­шла от одной особой формы испо­веди (обря­до­вой) первых хри­стиан. Так как они жили чисто, то и не нуж­да­лись в серьез­ной фор­маль­ной испо­веди. Но в насто­я­щее время, когда утерян смысл и поня­тие о суще­стве даже основ­ной испо­веди, обря­до­вая, конечно, недо­пу­стима и, без сомне­ния, ее можно встре­тить только в двух местах: у духо­нос­ных пас­ты­рей, с вели­кими хариз­ма­ти­че­скими даро­ва­ни­ями, и у не пони­ма­ю­щих ничего в духов­ной жизни.

Тайна испо­веди осо­бенно кладет резкое отли­чие на общий строй нынеш­ней испо­веди и пер­во­хри­сти­ан­ской. При­чи­нами послу­жили чело­ве­че­ская немощь, охла­жде­ние началь­ной рев­но­сти, отсут­ствие нена­ви­сти к своим грехам и, наобо­рот, при­сут­ствие и нарас­та­ние все боль­шего само­лю­бия, тще­сла­вия, гор­до­сти, а отсюда лож­ного стыда и страха, и проч. Пока были гоне­ния, пока у каж­дого хри­сти­а­нина еже­дневно и еже­часно мель­кала смерть пред гла­зами, до тех пор и не доро­жил никто ничем в мире, лишь бы не лишиться Цар­ства Небес­ного. Что ему было до того, что скажут люди, вот что скажет Хри­стос на Страш­ном суде – это другое дело! И шли на все муче­ния пуб­лич­ной испо­веди, забы­вая стыд и немощь тела… Шли доб­ро­вольно, шли и невольно. И никто не осуж­дал, не любо­пыт­ство­вал, не сме­ялся, не соблаз­нялся, но, наобо­рот, все пла­кали и моли­лись за греш­ни­ков. Таково свой­ство истин­ной любви. Прошли гоне­ния, настали мирные вре­мена, стали люди спо­койно и вдо­воль есть, пить и спать, появи­лись и лень, и стыд (при бес­стыд­стве греха!), и боязнь, и просто неже­ла­ние и полное отвра­ще­ние и даже непо­ни­ма­ние, зачем-де нужно такое острое пока­я­ние? Лучше не ходить на испо­ведь. И при­шлось Церкви сде­лать снис­хож­де­ние – поз­во­лить испо­ве­до­ваться тайно и тайно же нести епи­ти­мьи, кото­рые состо­яли уже только из поста, молитв, сухо­яде­ния, покло­нов и проч. и назна­ча­лись на разное коли­че­ство лет за раз­лич­ные пре­ступ­ле­ния.

При­ве­дем здесь наи­бо­лее важные и глав­ней­шие, свя­зан­ные с непо­сред­ствен­ным обще­нием с духами тьмы.

По пра­ви­лам цер­ков­ным:

  1. пока­яв­шийся в вол­шеб­стве под­ле­жит епи­ти­мьи убийцы, т. е. отлу­че­нию от Святых Тайн на 20 лет и более;
  2. оба­я­тели, дела­тели предо­хра­ни­тель­ных талис­ма­нов, кол­дуны, гада­тели и др. под­ле­жат 6‑летней епи­ти­мьи. Оба­я­тели – это те, кото­рые (по Воль­са­мону) неко­то­рые Боже­ствен­ные пес­но­пе­ния упо­ми­нают, и муче­ни­че­ские имена, или даже и Саму Пре­свя­тую Бого­ро­дицу.

…Ибо Боже­ствен­ные отцы и учи­теля Церкви гово­рят, и более других Боже­ствен­ный Зла­то­уст, что хотя бы имя Святой Троицы при­зы­ва­емо было при этом, хотя бы были при­зы­ва­ния святых, хотя бы дела­емо было зна­ме­ние Боже­ствен­ного Креста, должно избе­гать сего (т.е. кол­дов­ства, гада­ния) и отвра­щаться. Цит. по С. Тро­иц­кому, «Афон­ская смута», при­бавл. к Церк. Вед., 1913, № 20, с. 892, примеч.;

  1. закос­не­ва­ю­щие в этом совер­шенно извер­га­ются из Церкви;
  2. ходя­щие к чаро­деям (и к гадал­кам, понятно), или при­во­дя­щие их к себе на дом, или впус­ка­ю­щие к себе в квар­тиру для гада­ния и волх­во­ва­ния (напри­мер, цыга­нок) под­вер­га­ются 5‑летней или 6‑летней епи­ти­мьи.

Пре­по­доб­ный Марк Подвиж­ник гово­рит: Преж­ние грехи, будучи вос­по­ми­на­емы по виду, вредят бла­го­на­деж­ного: ибо если они при­но­сят с собою печаль, то уда­ляют от надежды, а пред­ста­вив­шись без печали, вла­гают внутрь преж­нюю скверну. Когда же чрез отре­че­ние от поро­ков при­об­ре­тет мыс­лен­ную надежду, тогда враг, под пред­ло­гом испо­ве­да­ния, изоб­ра­жает прежде бывшие грехи, чтобы стра­сти, по бла­го­дати Божией пре­дан­ные забве­нию, вос­пла­ме­нить и тайно повре­дить чело­веку. Ибо тогда и свет­лый и нена­ви­дя­щий стра­сти ум по необ­хо­ди­мо­сти помра­чится, сму­тив­шись гре­хами сде­лан­ными. И если он еще мрачен и сла­сто­лю­бив, то вся­че­ски умед­лит и будет при­страстно бесе­до­вать с при­ра­же­ни­ями помыс­лов, так что вос­по­ми­на­ние это будет не испо­ве­да­нием грехов, а пред­став­ле­нием преж­них гре­хов­ных впе­чат­ле­ний. Если хочешь при­но­сить Богу неосуж­ден­ное испо­ве­да­ние, то не вспо­ми­най гре­хов­ных изме­не­ний по виду их, но муже­ственно терпи нахо­дя­щие скорби за них.

Но иное дело, конечно, испо­веди пред духов­ным отцом, там недо­ста­точно назвать плот­ские грехи только по имени: блудом, руко­блу­дием и проч., а испо­ве­дать нужно со всеми подроб­но­стями, как они были.

При этом необ­хо­димо наблю­дать сле­ду­ю­щее:

  1. подроб­но­сти обя­за­тельны, но не надо с услаж­де­нием или, лучше ска­зать, для услаж­де­ния их гово­рить;
  2. нужно самому все рас­ска­зы­вать, всю грязь и нечи­стоту, в чем мы боимся и себя самих;
  3. надо отбро­сить всякий стыд, не при­ни­мая бес­стыд­ства, надо резать свое соб­ствен­ное сердце ножами само­об­ли­че­ния и некоей жесто­ко­сти.

Св. Иоанн Лествич­ник пере­дает сле­ду­ю­щий случай, заме­чен­ный им в одной оби­тели, насто­я­те­лем кото­рой был один из вели­ких святых: Наблю­дая при­лежно за дей­стви­ями тра­пез­ного, я увидел, что он носит при поясе неболь­шую книжку, и, допро­сив­шись о сем, я узнал, что он еже­дневно запи­сы­вает свои помыслы и все это пере­ска­зы­вает пас­тырю. И не только он, но и другие весьма многие из тамош­них братии делали это. Было же уста­нов­лено это, как я слышал, запо­ве­дью вели­кого того отца.

Хоро­ший купец, – про­дол­жает он же, – на всякий вечер непре­менно счи­тает днев­ную при­быль или убыток; но сего он не может ясно узнать, если еже­часно не будет всего запи­сы­вать в счет­ную книгу, потому что еже­час­ное само­ис­пы­та­ние еже­дневно про­све­щает душу.

Отцы назна­чили время (т.е. опре­де­лен­ное) для вни­ма­ния своим помыс­лам, говоря: Утром испы­тай себя, как провел ты ночь, и вече­ром также, как провел день. И среди дня, когда отя­го­тишься помыс­лами, рас­смотри себя.

Св. Симеон Новый Бого­слов: …При­ложи испо­ве­да­ние помыс­лов своих духов­ному отцу своему, если можно, каждый час; если же это невоз­можно, не про­пус­кай, по край­ней мере, ни одного дня без испо­ве­да­ния их.

Каждый из под­чи­нен­ных, – гово­рит св. Васи­лий Вели­кий, – если хочет ока­зать зна­чи­тель­ный успех и при­ве­сти жизнь свою в состо­я­ние, соглас­ное с запо­ве­дями Гос­пода нашего Иисуса Христа, должен ни одного душев­ного своего дви­же­ния не остав­лять в скрыт­но­сти, ни одного слова не про­пус­кать без испы­та­ния, но тайны сер­деч­ные обна­жать пред теми из братии, кому пору­чено.

Надо пре­да­вать пору­га­нию через испо­ве­да­ние гре­хов­ные помыслы, даже каждую мелочь, но без утайки, или ума­ле­ния греха, или само­оправ­да­ния, ибо они осла­бе­вают, а то и исче­зают, как только бывают огла­ша­емы. Если же кто про­ти­во­ре­чит духов­ным отцам, как сви­де­те­лям Божиим, тот изго­няет от себя Духа Божия и губит свою душу (свт. Гри­го­рий Палама). Кто в беседе упорно желает насто­ять на своем мнении, хотя бы оно было и спра­вед­ливо, тот да знает, что он одер­жим диа­воль­ским неду­гом, и если он так посту­пает в беседе с рав­ными, то, может быть, обли­че­ние стар­ших и исце­лит его; если же обра­ща­ется так с боль­шими себя и муд­рей­шими, то этот недуг от людей неис­це­лим (преп. Иоанн Лествич­ник).

И пока­я­ние должно быть истин­ное, с сокру­шен­ным серд­цем, а если совер­ша­ется обря­до­вое пока­я­ние – без изме­не­ния неугод­ной Богу жизни, – то это не пока­я­ние, а само­об­ман, само­обо­льще­ние, в кото­ром выра­жа­ется темное, непро­све­щен­ное язы­че­ство.

Пока­я­ние как доб­ро­де­тель

Пока­я­ние нужно и совер­шен­ным, а не только греш­ни­кам, ибо Гос­подь вме­няет за грехи воз­зре­ние на жену с вожде­ле­нием, упо­доб­ляет убий­ству гнев на ближ­него и тре­бует ответ за празд­ное слово.

И пода­вая всем пример пока­я­ния, даже при верхе доб­ро­де­те­лей, апо­стол Павел считал себя первым греш­ни­ком. Преп. Фео­гност, рас­суж­дая о пока­я­нии, пишет: Не будем мы нака­заны в буду­щем веке за то, что гре­шили, и не будем осуж­дены по сей при­чине, полу­чив есте­ство измен­чи­вое и непо­сто­ян­ное, но за то, что, согре­шив, не пока­я­лись и не обра­ти­лись от злого пути к Гос­поду, полу­чив власть и время имея на пока­я­ние.

Только на пути пока­я­ния и молитвы душа обре­тает истин­ную веру и сте­пени вос­хож­де­ния к духов­ной жизни.

Зна­ме­ни­тый еги­пет­ский старец Марк Подвиж­ник гово­рит: Пола­гаю, что дело пока­я­ния совер­ша­ется тремя сле­ду­ю­щими доб­ро­де­те­лями – очи­ще­нием помыс­лов, непре­стан­ною молит­вою и тер­пе­нием пости­га­ю­щих нас скор­бей (Рим.12:11). Для очи­ще­ния помыс­лов необ­хо­димо в нас горе­ние духа, ибо если ум наш будет вял, а сердце теп­лохладно, то помыслы будут насе­дать на них, как мошки на остыв­ший котел. А если послед­ний кипит и бурлит – никто и ничто при­бли­зиться не смеет. И чело­век с горя­щим духом стра­шен для демо­нов. Весь он огнен­ный, и в этом духов­ном пла­мени пере­го­рают, с одной сто­роны, все его преж­ние стра­сти и очи­ща­ются помыслы, а с другой – опа­ля­ются всякие мыс­лен­ные при­ра­же­ния врага. Тер­пе­нием же пости­га­ю­щих скор­бей выко­вы­ваем мы себе сми­рен­но­муд­рие (Еф.4:2), кото­рое, как ска­зано, само по себе уже заме­няет для чело­века все пока­я­ние. Непре­стан­ная же молитва (1Сол.5:17) служит свя­зу­ю­щим цемен­том между этими двумя доб­ро­де­те­лями, сооб­щая им кре­пость и силу и при­вле­кая на них помощь и бла­го­дать Божию, столь необ­хо­ди­мую в духов­ной войне. Но можно и эту крат­кую пока­ян­ную фор­мулу свести к еще более крат­кой, к одному, духов­ному сер­деч­ному дела­нию, в кото­ром однако все пред­ше­ству­ю­щие доб­ро­де­тели заклю­чены вместе, как семечки в одном общем «сер­дечке» яблока.

Бог при­ни­мает и наше сер­деч­ное пока­я­ние в про­сти­тель­ных грехах, совер­ша­е­мых языком, слухом, очами, тще­сла­вием, печа­лью, так что При­ча­ще­ние нами Святых Хри­сто­вых Тайн и при таком нашем испо­ве­да­нии пред Богом в душе бывает нам во очи­ще­ние грехов, а не в суд, ибо Гос­подь Серд­це­ве­дец взи­рает на сердца наши.

Сила чув­ства (всею душою) сокра­щает труд и время пока­я­ния. Скорбь ума, – удо­сто­ве­ряет св. Исаак Сирин, – доста­точна, чтобы заме­нить всякое телес­ное дела­ние. Скорбь ума – это не слу­чайно, потому что плач в свя­то­оте­че­ском смысле (а не в нашем быто­вом) не харак­те­ри­зу­ется непре­менно сле­зами.

Кратко ска­зать, плач и сокру­ше­ние духа (в чем состоит истин­ное рас­ка­я­ние) есть то един­ствен­ное усло­вие, кото­рое ставит Цер­ковь при испо­веди греш­нику для про­ще­ния грехов и кото­рое одно только необ­хо­димо для при­я­тия мило­сти Божией. Этим не отри­ца­ются подвиги, не уни­что­жа­ются епи­ти­мьи, – кто сильно сокру­ша­ется, не может не взять на себя подви­гов, – а опре­де­ля­ется им есте­ствен­ная мера и своя опре­де­лен­ная зна­чи­мость.

Умуд­рен­ные Духом бого­муд­рые отцы поучают нас все про­щать и при раз­лич­ных обидах от людей не скор­беть, а радо­ваться, что имеем случай про­стить согре­шив­шему и полу­чить про­ще­ние своих соб­ствен­ных грехов, прямо ука­зы­вая, что в этом есть и истин­ное бого­ве­де­ние, пло­до­но­сие веры, несе­ние креста. Даже тогда, когда нас оби­жают, надо обви­нять себя. А для стя­жа­ния такой бла­го­дати нужно вести непре­стан­ную внут­рен­нюю брань в чув­стве сми­ре­ния, чтобы обно­вился внут­рен­ний чело­век.

Основы искус­ства свя­то­сти. Том III, епи­скоп Вар­нава (Беляев)

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки