митрополит Вениамин (Федченков)

Богоявление

I. Каков смысл праздника?

Праздник Богоявления, или Крещения Господня, – одни из самых чтимых в православной Церкви, по крайней мере в Русской: народа в храмах бывает столько, что обычно люди стоят еще и на дворе. А когда бывают крестные ходы на реку, то прибавляются еще тысячи. А впереди несут крест, иконы, хоругви. И освящают воду.

Отчего это? Ведь почти все не отдают себе отчета, в чем смысл праздника, почему такое торжество? Даже и мы, проповедники.

Припоминаю из прошлой моей жизни весьма характерный факт. Я был ректором Духовной семинарии. Инспектор, иеромонах И., назначен был очередным проповедником в кафедральном соборе. Готовя свое слово, он никак не мог найти удовлетворявшей бы его темы. Приходили мысли о смирении Господа пред Иоанном Крестителем, а следовательно – и о необходимости смиряться и нам… Помнилось, вероятно, школьное объяснение – об открытом Господом, доселе неизвестным народу, общественного служения Его; этого не знал даже сам Предтеча: в Евангелии говорится про фарисеев: стоит среди вас Некто, которого вы не знаете (Ин. 1:26). И даже про самого себя Креститель говорит: я не знал Его, то есть лично, до крещения; но для того я и пришел крестить Его в воде, чтобы Он явлен был Израилю (ст. 31), то есть еврейскому народу; и вторично говорится: я не знал Его; но Пославший меня крестить Его в воде сказал мне: на Кого увидишь Духа, сходящего и пребывающею на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым. И я видел и засвидетельствовал, что Сей есть Сын Божий (ст. 33–34).

Да, этот смысл свидетельства Иоаннова имел больше значения для отца инспектора. Но и он не удовлетворял его. Ведь народ и ученики почитали Крестителя большим, чем Христа: того уже знали как необычайного, невиданного пустынника, к тому уже шли народные массы исповедовать свои грехи и креститься. А о «Плотнике из Назарета» они ничего подобного не знали; знали некоторые, что Он – сын такого же плотника Иосифа (Мф. 13:55), что Он – Сын Марии (Мк. 6:3), – и только! Можно было бы припомнить про 12-летнего Отрока, изумлявшего в Иерусалиме ученых старцев Своими ответами и вопросами (см.: Лк. 2:41–50). Но то уже было 18 лет тому назад, и едва ли теперь кто-нибудь знал и помнил даже имя Его. Да и теперь знали ли Его имя? Ведь креститься к Иоанну приходило множество людей.

И дальше: если Он пришел креститься, то, значит, Иоанн выше Крещаемого; значит, и Он – такой же грешник, как и все?..

Оставалось одно: на Пришедшего, после крещения, сошел Дух в виде голубя и был услышан голос Отца: Сей есть Сын Мой возлюбленный. Это ясно видел Иоанн Креститель (Ин. 1:34). Увидел он, – сказано у Марка (Мк. 1:10). Но видели ли другие? Об этом в Евангелиях нигде не говорится, значит, этого необыкновенного свидетельства народ не знал. Правда, Предтеча говорил о грядущем Мессии (Помазаннике, Посланнике Божием), о Христе, но ожиданием Мессии жили тогда все лучшие израильтяне. Когда же народ был в ожидании, и все помышляли в сердцах своих об Иоанне: не Христос ли Он? (Лк. 3:15), Предтеча решительно отвергал это (см.: Ин. 1:20, 25–27). И только постепенно распространялось свидетельство Иоанново. Даже близкие к нему ученики его, когда Иоанн уже был заключен Иродом в темницу, были вдвоем посланы ко Христу: Ты ли Тот, Который должен прийти или ожидать нам другого? (Мф. 11:3). Конечно, не сам он в этом сомневался: это решительно было невозможно после всего; но привязанные к нему ученики колебались, и он, для облегчения их, и себя включил в число сомневающихся: «нам».

Следовательно, можно с твердостью сказать, что народная масса не имела особенных оснований предпочитать Христа Иоанну; даже и после того как он стал проповедовать о Нем: вот Агнец Божий, Он есть Сын Божий, я видел Духа, сходящею с неба, как голубя, и пребывающею на Нем (Ин. 1:29, 33–34). Правда, он признавал, что является только посланником пред Ним, но не я – Христос (см.: Ин. 3:28). Сравнивал он себя с «дружкой Жениха», а никак не с Самим «Женихом Христом». Но уже и этому Иоанн «радовался»: сия-то радость моя исполнилась (Ин. 3:29). А теперь Ему должно расти, а мне умаляться (ст. 30).

И потому он скоро после этого был посажен в темницу, а потом на пире Иродовом усечен.

Все это я распространил гораздо шире, чем сомневался отец инспектор.

Но его и это тогда не захватило бы… Его интересовал иной вопрос: почему и для чего Христос крестился? Если только для явления миру, то хотя это интересно и значительно, но не объясняет сущности самого крещения: а ему это-то и хотелось понять!

Увы! И я не мог тогда удовлетворить его; не мог объяснить Божественного смысла всего события: сам не понимал его… Неудовлетворенный, он сказал что-то незначительное, несущественное… Да и мне пришлось долго-долго ожидать откровения этого смысла. Требовалось вникать в прекрасные службы наши; читать проповеди святых отцов, отца Иоанна1 и других; самому жить, по возможности, духовною жизнью; глубже всматриваться в простонародные обычаи празднования: они, по преданию может быть, скрывают глубокий смысл. Во всем этом, в сущности, действует Сам Дух Святой, руководящий Церковью, – согласно обещанию Господа: когда приидет Он, Дух Истины, то наставит вас на всякую истину… Он… от Моего возьмет и возвестит вам (Ин. 16:13–14).

Господь оставил Церковь не без руководства, а обещал умолить Отца, да даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами во век (Ин. 14:16). И этот Утешитель, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам (ст. 26).

И творческое это руководство не прекращалось никогда, ибо сказано Господом: Дух Святый пребудет с вами во век. И не прекратится.

Где же оно? Вот во всех указанных выше путях… К ним можно прибавить еще и иконопись, и пение, и архитектуру. Короче сказать – в жизни ЦЕРКВИ БОЖИЕЙ!

И нашим духовно-учебным заведениям очень нужно бы вникать в церковные источники. А самочинные измышления очень легко могут повести к искажениям. Даже Священное Писание еще не ручается за несомненность истины. Протестанты тоже опирались на Писание. Сектанты помнят Евангелие гораздо лучше православных. А вот Церковное Предание, заключающееся – за Писанием – в творениях святых отцов, в богослужениях, в канонах, в так называемом обычном (от слова «обычай») праве, и проч., вот здесь – наши основные камни Церкви.

К сожалению, в наших школах мало знакомили нас с этими первоисточниками. В частности, иной раз думаешь: какого блага лишаемся мы, не вникая в святых отцов, в богослужебные книги, в проповеди современных богоносных творцов, и проч.! А вместо них пробавляемся поверхностными произведениями (или, как справедливо называют их, «сочинениями») современных писателей, даже и «богословов».

Вот и нам вскрылся смысл Крещения Господня именно из этих церковных источников, взаимно проверяемых одних другими… Это – непременно!

К ним мы потом и обратимся. А пока присмотримся и к собственным переживаниям, и к обычаям «народа» и Церкви, и к иконописи: так лучше мы подойдем и к главным источникам церковного учения в Писании, и в Предании, и в богослужении, и во святых отцах.

II. Воспоминания

Оставим пока ответ о смысле праздника под вопросом, а обратимся к воспоминаниям; и этим мы, может быть, подготовимся к главному предмету.

Вот детство. Суровая зима. «Крещенские морозы». Сочельник. Литургия – после обеда, к вечеру. Но никто ничего не кушает – до «святой воды», которая освящается в первый раз еще после литургии сочельника; а завтра будет крестный ход на реку, и воду будут святить вторично. Почему? – не думалось об этом. Отложим этот вопрос и сейчас. Так искони велось, «по уставу»: что тут думать?! И нынешняя вода завтра соединится с водой, принесенной с реки, и будет стоять целый год.

И, дивное чудо, она не портится! В этом все мы были уверены. И эта вера не теперь выдумана нами. Еще святой Иоанн Златоуст2 (†407) говорил: «В сей праздник», в память крещения Христова, коим Он освятил естество вод, «около полуночи, все, почерпнув воды, приносят ее домой и хранят ее во весь год. И происходит явное знамение: эта вода в существе своем не портится от продолжительного времени; но, почерпнутая сегодня, она целый год, а часто два и три года, остается неповрежденною и свежею и после столь долгаго времени не уступает водам, только что взятым из источников».

А я сам слышал, что это и теперь совершается. Однажды же мне сообщили, что вода эта не испортилась вот уже 45 лет!

Вспоминаю, что после принесения домой святой воды мы, отпивши от нее сами, кропили ею всё: и комнату (у нас был домик лишь в одну комнату), и коровник, и отделение для свиней, и погреб, – при пенни «Во Иордане». Потом зажженною свечкою коптили кресты над всеми дверями. Никто не объяснял нам, почему это делалось, но мы делали это в той вере, что крестами закрывался вход в наше жилище и даже в скотские помещения «нечистому духу"… Потом мы увидим, что это имело глубокий смысл. Но почему именно на день Богоявления делалось знамение креста, этого мы богословски не могли объяснить, да и не думали: жили верою, но как-то связывали с искуплением, с распятием, с крестом… Это вскрылось много после…

Затем уже садились за постный стол… На юге же России в этот сочельник, как и в Рождественский, делалась «богатая» (обильная) кутья. Считалось, что хотя еще не наступило шестое января, но праздник уже открылся: пропели «Во Иордане», освятили воду, постились до нее, а потом уже обедали, а точнее – вечеряли… Служба кончалась поздно, к вечеру, а утреня начиналась завтра ранним утром. Но обед был постный: и это правильней, и по уставу. При Златоусте, как мы видели, крещенская служба совершалась ночью, как и на Пасху, только у нас позднее; а у сербов и теперь ночью.

А вот и полночь. Существует и доселе предание, что в 12 часов ночи вода «колеблется», как в Пасху солнце при восходе «играет». И одна монахиня говорила мне, что она сама и монахини видели это знамение в резервуаре около их фонтана.

Утром службы… И, не кончая литургии, трогался из церкви крестный ход на реку при пенни стихир: «Глас Господень (то есть Иоанн Предтеча) на водах вопиет, глаголя…», «Днесь вод освящается естество, и разделяется Иордан…»

И всегда мне представляется множество народа… Даже больше, чем на Пасху: тогда кое-как размещались в храме, хотя давка была такая, что не было (как, например, в Ростове-на-Дону) никакой возможности протискаться после каждой песни канона; но на Крещение Господне народ никак не мог вместиться в храм, и большая часть, тысяч пять-шесть, терпеливо стояла во дворе в ожидании освящения воды… Какая требовалась вера! Какое христоподобное смирение! Какое терпение! Стояли по три-четыре часа!

Ах! От такой веры и сейчас хочется плакать слезами умиления! Нагнешься и заплачешь… Удержишься, поднимешь голову, посмотришь на это множество, и опять хочется плакать от радости… Едва-едва протискались мы до центра. А на реке, по льду, до высеченного восьмиконечного креста…

Зачитали паримии… Но никто их и не понимал, да и не до этого было: все терпеливо ждали освящения воды. А между тем, первая же паримия, из пророка Исаии, такая радующая! Она говорит о процветании безводной пустыни: Тако глаголет Господь! Даже приведу (для ясности) по-русски: Возвеселится пустыня и сухая земля, и возрадуется страна необитаемая, и расцветет, как нарцисс! Великолепно будет цвести и радоваться… Укрепите ослабевшие руки и утвердите колена дрожащие! Скажите робким душею: будьте тверды, не бойтесь; вот – Бог ваш, придет отмщение, воздаяние Божие! Он придет и спасет вас. Тогда откроются глаза слепых, и уши глухих отверзутся. Тогда хромой вскочит, как олень, и язык немого будет петь… И превратится… жаждущая земля – в источники вод… И будет там большая дорога; и путь по ней назовется святым… Льва не будет там, и хищный зверь не взойдет на него… а будут ходить искупленные… И радость вечная будет над головою их! Они найдут радость и веселие, а печаль и воздыхание удалятся! (Ис. 35).

Какая торжествующая песнь расцвета «пустыни»!

И захотел я однажды посмотреть предыдущую главу: почему говорится в следующей – о расцвете? Что было пред этим? Почему и как земля сделалась пустыней?

Приведу выдержки и оттуда… Печальная картина!.. Приступите, народы! Слушайте и внимайте племена!.. Гнев Господа на все народы… Он предал их заклятию, отдал их на заклание… День мщения у Господа, год возмездия – за Сион! И превратятся реки его в смолу… Земля… будет от рода в род оставаться опустелою; во веки веков никто не пройдет по ней. И завладеет ею пеликан и еж; и филин, и ворон поселятся в ней… Никого не останется там из знатных ее, кого можно было бы призвать на царство, и все князья ее будут ничто. И зарастут дворцы ее колючими растеньями, крапивою и репейником – твердыни ее; и будет она жилищем шакалов, пристанищем страусов. И звери пустыни будут встречаться с дикими кошками… И коршуны будут собираться один к другому… Ни одно из сих не преминет прийти, и одно другим не заменится! (Ис. 34).

Вот какая мрачная картина! И вдруг после этого мы слышим: «Возвеселится пустыня и расцветет, как нарцисс!», «будет радость и веселие!»

И такая же радостная паримия вторая (Ис. 55): о силе и спасении Израиля Господом, Божиею помощью.

Из этого содержания паримий видно, что они имеют целью обрадовать верующих расцветом спасения, пришедшим на Иордан Спасителем, доселе бесплодных, пустых душ наших. Впрочем, об этом еще я преждевременно заговорил: о богослужении буду писать после.

Упомянул я уже о фигуре креста, высеченного во льду. В Ростове же на дворе стоял крест, слепленный из льда. То и другое было красиво. Кресты – на дверях. Но к чему на Крещение крест? Это стало мне понятно уже давно, лет 30 тому назад, когда я занимался вопросом об Искуплении. Тогда вскрылся мне такой смысл: все Искупление, как известно (Флп. 2:1–11), есть дело «истощания», уничижения, смирения Воплотившегося Господа, Сына Божия; и оно началось с первого же явления Его миру. Но и об этом отложу до объяснения смысла праздника; сейчас же ворочусь к воспоминаниям.

Когда началось самое освящение, когда запели «Во Иордане», неожиданно кто-то из богомольцев выпустил заранее приготовленных голубей. Все мы поняли, что это было сделано в память Святого Духа, явившегося при выходе Господа из Иордана и почившего («пребысть») на Крещенном Христе. Это, конечно, не был голубь, – а «как» голубь, «в виде голубине», хотя и «в телесном виде», то есть в явственном, видимом, вещественном виде (Мф. 3:16; Лк. 3:22). Почему явился Дух Святый в виде именно «голубя», у святых отцов существует несколько объяснений. Во-первых, говорят они, голубь – птица кроткая и любящая чистоту: это символизирует смирение Господа Иисуса Христа, смирившегося до крещения от раба и очистившегося от «грехов мира» (Ин. 1:29), взятых Им на Себя; во-вторых, в знамение примирения людей с Богом, подобно тому как Ной выпускал голубицу; причем один раз она возвратилась, не найдя себе сухого места для ног, что могло ознаменовать еще неготовность мира для примирения с Богом, а во второй раз уже осталась с миром, то есть для спасения его Христовым искуплением, примирившим мир с Богом. И до нынешних дней голубь является символом мира, примирения. А для этого примирения собственно и пришел Господь на землю (2Кор. 5:18–21): Он «примирил» нас с Отцом собственною жертвою на Кресте.

Но этот символ – не единственный. В день Пятидесятницы Дух Святый сошел на апостолов в виде «как бы огненных» языков (Деян. 2:3), что знаменовало приготовление апостолов к проповеди на разных языках (ст. 6) и очищение огнем от грехов. И огонь есть символ света, которым просветился на Фаворской горе Господь Иисус Христос (Мф. 17:2; Лк. 9:29); и праведных ожидает солнечный свет в Царстве Отца их (Мф. 13:43); и который доселе почивает на угодниках Божиих, как, например, на преподобном Серафиме.

Но воротимся еще к воспоминаниям. Здесь я сейчас расскажу о чудесном видении огня при крещении. Этот случай я сам читал в рукописи усопшего епископа (бывшего Благовещенского) Иннокентия (Салотчина)3. В Алтайском крае нужно было крестить одного язычника. Это было в храме. Крестным отцом был дядя крещаемого. И вот, в то время, когда священник освящал воду в чане и начал говорить слова: «Сам и ныне прииди и освяти воду сию Духом Твоим Святым», крестный, со всею непосредственностью дитяти природы, громко закричал: «Это и со мной было? И со мной было?» Что же он увидел? С купола церкви сошел в воду огонь и как бы растаял в ней. Потом доложили об этом чуде епископу, и он назначил комиссию для расследования совершившегося чуда. В эту комиссию и назначен был архимандрит Иннокентий, впоследствии епископ. Все в точности подтвердилось под присягой.

Следовательно, и теперь при крещении и вообще при освящении воды совершается такое же действие Духа Святого.

Еще припоминается другой случай, рассказанный мне самим очевидцем. В Париже, в архиерейском соборе, на день Богоявления совершали освящение воды. И при тех же словах, как и у священника, из бочки выскочили бесы в видимом образе человека. Это видел своими глазами мой знаемый и друг, писатель П.К. Иванов4, человек необычайной религиозности, а прежде переживший многолетнее безбожие. Дивны дела Твои, Господи!

Расскажу и про иконы. Мне пришлось видеть в храме Сергиевского подворья (в том же Париже)5, где Господь был изображен совершенно нагим, как об этом и говорится в крещенских службах, – в полуоборот к Крестителю. Это имеет свой смысл, но о нем – далее речь, когда мы сосредоточимся на богослужении.

А в воде, в виде злого человека, попираемого Крещаемым Господом, лежит диавол, лицом к смотрящим. И это – до последующего.

Но для нас более известно необыкновенное, исключительно восторженное (разве кроме пасхального христосования в храме, на утрене) настроение молящихся при освящении воды: с какою верой и жаждой они стремятся подставить свое лицо под окропление! Как они усердно черпают воду из кадок и ведер! Как они благодарны и радостны, когда в их бутылочки, чайники, чашки или просто на руку каплет хоть одна капелька с кропила! Какой восторг!.. Истинно, плачется от радости… И понесут они потом святую воду по домам своим и окропят их.

И в этом водосвятии православные люди и видят собственно таинственный смысл Богоявления и Крещения. Пусть они не поняли паримий, пусть они не всё уразумели в ектениях и молитвах чина освящения, но они услышали блаженные слова: «Во Иордане крещающуся Тебе, Господи», – и исполнились веры, радости, восторга, и устремились за святой водой. Это привлекло их сюда в небывалом множестве! В этом они, по верному чувству, видят смысл Крещения Господня… Но об этом тоже дальше скажу. Сейчас же только отмечаю, что православный народ приходил в храмы и во дворы именно для того, чтобы получить благодатную святую воду, чтобы благодатию освятить свое жилище, чтобы хранить эту благодать Божию в бутылочках.

И мы, еще детьми, бывало, бежим домой, закрывая руками в перчатках лица от крещенских морозов. Уже не заходим и в церковь, где должна еще заканчиваться литургия, но нам уже не до этого, да мы и не знали того… А главное ведь совершилось: благодатная святая вода – в руках… А потом разговенье от вчерашнего поста… Тепло… Радостно на душе… Боже! Сколько у нас, верующих, красоты и смысла!

Не хочу я забывать и еще одного небывалого обычая… Несмотря на лютый мороз и холодную, обжигающую воду, ежегодно находились люди, которые, предварительно раздевшись и накрывшись только верхней одеждой, после «Во Иордане» бросались в ледяную воду, откуда их вытягивали на снег и одевали. Иные бывали больными и хотели получить благодать исцеления, как расслабленный 38 лет при Овчей купели, исцеленный словом Господним (Ин. 5:1–9); или как слепой от рождения, помазанный Спасителем «брением от плюновения» Его и умывшийся в Силоамской купели (Ин. 9:1–8). Другие же хотели омыть свои грехи; особенно хотели очиститься от святочных гаданий и греховных масок, – что православные (и справедливо) считали «нечистым», демонским делом… И в этом, как увидим, есть свой смысл. Но эти купанья были не всегда.

А у греков в этот день был другой обычай: после освящения бросали крест в море – и несколько человек кидалось за ним; и кто находил крест, тому давали премию.

Насколько люди дорожат святой водой, видно из того, что даже (теперь) скрывающие свою веру, хотят хоть у других тайком взять бутылочку ее себе. А в прежнее время, в мою молодость, даже ежемесячно священники ходили по селу и совершали сокращенный чин водоосвящения, окропляя жилище…

Помню, в день «Егория» (или: Георгия, в «Юрьев день»), 23 апреля старого стиля, выгоняли лошадей и скотину на луг и освящали их. Помню, как хозяин окроплял священническим благословением и освящением поле, чтобы саранча или какие-нибудь зловредные жучки и букашки не испортили посева… Русь верила…

Еще хочу рассказать про необыкновенный случай со мной. Когда я был ректором в Таврической Духовной семинарии6, то после освящения воды в сочельник, пошел освящать многочисленные строения… И вот какое необычайное ощущение: я чувствовал себя… легким! Казалось, еще немного, и я полетел бы… Никогда ни о чем подобном я и не думал, нигде не читал, ни от кого не слыхал, – и вдруг такое ощущение… Как это понять? – Не знаю. Но тогда мне пришло следующее объяснение: это – плод святой воды, с которой я ходил по двору. И такое ощущение продолжалось долго со мной… Мне пришла тогда мысль: наша теперешняя тяжесть, или дебелость, есть результат нашей плотскости, нашего падения. А вот же ходила по водам преподобная Мария Египетская; перенесен был по воздуху к Даниилу в ров пророк Аввакум с пищей; апостола Филиппа восхитил ангел Господень и перенес в Азот от Иерусалима (Деян. 8:39–40). И сколько таких чудесных случаев!

Духовное, утерянное нами, состояние – было совсем иное! И не было ли дано мне, окаянному, хоть в ничтожной степени почувствовать это? И именно в день Крещения Господня, когда благодать подает и нам тонкость?

О подобном случае мне пришлось услышать позже, лет через двенадцать-тринадцать. Я был в Сербии законоучителем, духовником и священнослужителем в учебном заведении7. Однажды ко мне приходит ученик, лет пятнадцати, и заявляет, что после нынешнего причащения он почувствовал, будто совершенно потерял свой вес. И он спрашивал меня: что это значит? – Никто ему об этом не говорил, я же и сам никогда не испытывая после причащения ничего подобного, и в книгах нигде не читал, в молитвах же по причащении об этом нет и намека. Потому объяснить юноше этого явления решительно не мог и предположил, что это – плод причащения, одухотворение, подобное тому, какое произошло и после воскресения Господа: Он являлся и исчезал, проходил дверем затворенным; явился и ученикам после ночной и бесплодной ловли рыбы, и так далее. А причащение действительно сравнивается с воскресением Христовым, потому мы и читаем после причащения: воскресение Христово видевше… Светися, светися… О Пасха велия и священнейшая, Христе. Потом Господь вознесся. Апостол Павел был вознесен до третьего неба, не то в теле, не то без тела, не знаю: Бог знает (2Кор. 12:1–5). И все это – еще на этой земле. Значит, возможны и для нас подобные состояния… Конечно, мы недостойны этого… Но сказал Иоанн Креститель: не мерою дает Бог Духа (Ин. 3:34).

На этом мы и закончим свои воспоминания.

III. Благодатное Царство

Вот теперь я и перейду к выяснению главного смысла праздника. Не легко это дается. У святых отцов многократно отмечается, что крещение Христово, – как, впрочем, и все во Христе, от рождения до вознесения Его, – есть великая тайна… Поэтому и мы скажем, елико можем.

Вон даже и Иоанну Крестителю Господь не стал объяснять, почему Он должен креститься от него. И только, когда он смиренно сознавался: мне надо креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне? сказал ему в ответ: оставь теперь; ибо так надлежит нам (с тобой) исполнить всякую правду (Мф. 3:14–15). Вот какой сокровенный ответ! В самом деле, все же остается вопрос: почему это было нужно? и какую всякую правду Им надлежало исполнить? Так поступил Господь с Иоанном. Однако же теперь, когда совершилось (Ин. 19:28, 30) уже все «домостроительство» спасения нашего, нам нужно попытаться вскрыть смысл крещения Господня, сколько можем. И теперь нам в этом помогут и богослужебные книги, и отеческие проповеди, и даже церковные обычаи.

Мне не сразу открылся основной смысл крещения Господня. Но когда я прочитал проповеди святого мученика Ипполита, папы Римского8 († 235), а особенно отца Иоанна Кронштадтского († 20 декабря ст. стиля 1908 г.) в неделю по Просвещении*, сразу озарил меня свет – и все стало ясно.

Но прежде чем говорить об этом свете, сначала нужно раскрыть о тьме, которая лежала до крещения Господня на всем ветхозаветном мире и доселе лежит на язычниках, неверующих и на не кающихся грешниках. Для этого я прежде всего сошлюсь на апостола Павла.

Вот что тогда было.

Открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою; ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им; ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира и через рассматривание творений, видимы, так что они безответны.

Но как они, познавши Бога, не прославили Его как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачилось несмысленное их сердце; называя себя мудрыми, обезумели; и славу нетленнаго Бога изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и пресмыкающимся, то и предал их Бог, в похотях сердец их, нечистоте, так что они сквернили сами свои тела. Они заменили истину Божию ложью и поклонялись и служили твари вместо Творца, Который благословен во веки. Аминь.

Потому предал их Бог постыдным страстям: женщины их изменили естественное употребление противоестественным; подобно и мужчины, оставивши естественное употребление женского пола, разжигались похотью друг на друга, мужчины на мужчинах делая срам и получая в самих себе должное возмездие за свое заблуждение.

И как они не заботились иметь Бога в разуме, то предал их Бог превратному уму делать непотребства, так что они исполнены всякой неправды, блуда, лукавства, корыстолюбия, злобы; исполнены зависти, убийства, распрей, обмана, злонравия; злоречивы, клеветники, богоненавистники, обидчики, самохвалы, горды, изобретательны на зло, непослушны родителям, безрассудны, вероломны, нелюбовны, непримиримы, немилостивы.

Они знают праведный суд Божий, что делающие такие дела достойны смерти; однако не только их делают, но и делающих одобряют (Рим. 1:18–32).

Таково было язычество: безбожие, идолопоклонство, животнопоклонение, небывалая срамота, злоба, гордыня и проч. И в заключение всего – даже одобрение делающих беззакония!.. Одобрение беззаконников! Подумать только!

Но был ведь и другой мир, по-видимому – иной: мир «избранного» Богом народа, мир иудеев. Они почитали истинного Бога, не общались с язычниками, не впускали их в храм свой, имели обрезание, славились законом, были и святые у них: Моисей и пророки; и мудрецы; и религиозные братья Маккавеи, и целомудренные Сусанны, и праведные Симеон и Анна. Но вот как характеризует их апостол:

Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое: во-первых, иудея, потом и элина (язычника)… Те, которые, не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся (Рим. 2:9, 12).

За что же осудятся они? Ведь они были верующими, да еще обрезание и закон имели от Моисея? На это апостол так отвечает:

Вот ты называешься иудеем, и успокаиваешься законом, и хвалишься Богом, и знаешь волю Его, и разумеешь лучшее… и уверен о себе, что ты путеводитель слепых, свет для находящихся во тьме, наставник невежд, учитель младенцев, имеющий в законе образец ведения и истины. Как же ты, уча другого, не учишь себя самого? Проповедуя не красть, крадешь? говоря: «не прелюбодействуй», прелюбодействуешь? гнушаясь идолов, святотатствуешь? Хвалишься законом, а преступлением закона бесчестишь Бога? Ибо ради вас имя Божие хулится у язычников (Ис. 52:5; Иез. 36:20). Обрезание полезно, если исполняешь закон; а если ты преступник закона, то обрезание твое стало необрезанием… и необрезанный по природе не осудит ли тебя, преступника закона при Писании и обрезании? Ибо не тот иудей, кто таков по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти; но тот иудей, кто внутренно таков, и то обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога. Итак, какое преимущество быть иудеем, или какая польза от обрезания? (Рим. 2:17–29, 3:1).

Итак, что же? Имеем ли мы преимущество? Нисколько. Ибо мы уже доказали, что, как иудеи, так и эллины, все под грехом (Рим. 3:9).

Таким образом, иудеи были лишь лицемерные обрядоверы и, имея закон, подлежали большему осуждению.

Если кто хочет подтверждения этой вины и из исторических источников, тот пусть обратится и туда, и он увидит, как духовно опустился иудейский народ! Постоянные восстания, политическая борьба, революции, – вот картина жизни пред Христом. Наконец, Иудея подпала под власть Рима: ему, – как и прежде другим, – надоели эти постоянные возмутители общественного спокойствия, и с ними решено было покончить. В 70-м году по Рождестве Христовом Иерусалим был взят римлянами и разрушен. Но и это не уничтожило буйного народа: неспокойный элемент везде давал поводы к восстанию против евреев.

Есть еще и третья «держава»**, лежавшая в основе тех народов, – держава диавольская. Некоторым нежелательно верить в нее. Пусть! Но она – есть! Эта держава начала свою власть в мире после того, как первые люди своим непослушанием в раю захотели освободить себя от власти Божией над ними. И Адам ссылался на жену Еву, данную ему Богом; Ева же – на змия, вместо того чтобы обоим смиренно покаяться в грехе непослушания и тем получить себе милосердное прощение. Ведь покаяние есть утверждение правды Божией, а потому оно свидетельствует о правильности духовной основы падшего человека и заслуживает помилования и прощения. Но первые люди, вместо покаяния, встали на путь самооправдания; следовательно, они не себя обвинили, а Бога, и, значит, заявили себя врагами Божиими. Что же оставалось делать с ними? Удалить их от Себя. Да они сами уже удалились своим самооправданием и должны были оставить рай послушания Богу и теперь – подчиняться тому, кого уже послушались и продолжали слушаться своим самооправданием, то есть соблазнителю, искусителю, богоборцу – диаволу.

Как свободные, они вольны были избрать себе желаемый путь мнимой свободы, а в сущности – повиновения врагу Божию, который уже прежде их отпал от Бога с множеством небесных духов. И когда Господь создал вместо них невинных людей, то враг, по зависти своей к ним, и задумал их соблазнить на свой путь противления Богу. И, соблазнив их, приобрел в свою власть новых подданных, тоже уже испорченных, падших людей с их наследниками, с теми же задатками непослушания, самости, озлобления, богоборчества, о чем мы уже слышали от апостола Павла. И он сам сначала был гонителем христиан и Христа, пока до него не коснулась милость Божия и не явилась ему на пути его новых намерений – гнать христиан и в Дамаске.

И люди, с прародителей, впали в плен диаволу. А что есть его держава, это видно из Священного Писания и из горького опыта жизни человечества. У апостола Павла читаем, что Господь для того и пришел на землю, чтобы смертию Своею лишить силы имеющего державу смерти, то есть диавола (Евр. 2:14).

То же самое говорит и апостол Иоанн: Для сего-то и явился Сын Божий, чтобы разрушить дела диавола (1Ин. 3:8). И когда диавол искушал Господа в пустыне, то показал Ему все царства мира и славу их, и говорит Ему: все это дам Тебе, если, падши, поклонишься мне (Мф. 4:8–9). Дать кому-либо можно лишь то, что принадлежит тебе: иначе как будешь распоряжаться чужим, а не своим? И Сам Господь называет диавола «князем мира сего» (Ин. 12:31, 14:30, 16:11). И Церковь часто говорит в своих богослужениях о «смертной державе» его.

А какова была сила его над людьми, видно и из того, что он покушался прельстить Самого Господа (см.: Мф. 4:2–11); и в Евангелии указывается множество случаев изгнания Господом из людей и бесов. И с какою властью, безбоязненностью и силою! Я всегда удивлялся этому. И со Христом – мы сильны. Опыт же жизни истории человечества говорит нам, что без Него, без Христа, бесы имели и доселе имеют страшную силу над человеком.

Сообщу о том, что слышал я от английского миссионера в Лондоне: «Кто не был среди язычников, тот не знает еще силы диавола над некрещеными. И лишь там, среди них, видишь воочию его господство». Да так и должно быть! Не иначе! Без Христа Спасителя род человеческий находился в плену у диавола. И для исхищения от этого плена и нужен был Избавитель (Рим. 11:26). Он не мог быть человеком, так как сам подлежал бы освобождению; не мог быть и ангелом, ибо и пленитель-диавол сам был ангелом. Избавителем мог быть лишь Всесильный Господь Бог. И Он был послан Отцом Небесным для этого. Но не сразу после падения прародителей. А прошло несколько тысяч лет. Для чего? – Для того, чтобы люди сами узрели, до какой степени падения может дойти человек без Божией помощи и что нет иного помощника, кроме Господа!

И вот это время пришло… Для этого воплотился Сын Божий.

Это мы и праздновали на Рождество Христово. Славное было это празднество! Но мы, христиане, радуемся этому только теперь. А во время воплощения и рождения Христа Спасителя об этом могли знать лишь немногие. И, когда Христу исполнилось уже тридцать лет, приспело время началу избавления. Для этого и пришел Господь на Иордан; а Иоанн пришел из пустыни.

Теперь мы оставим вопрос о том, почему Господь начал Свое служение с крещения… Об этом будем беседовать после.

Здесь же сосредоточимся на мысли о том, КАКОВА БЫЛА ЦЕЛЬ ЕГО ПРИШЕСТВИЯ? Для этого мы и остановились так надолго на предшествующем состоянии мира пред Христовым явлением. Апостол Павел пишет к ефесянам: Каждому из нас дана благодать по мере дара Христова. Посему и сказано: восшед на высоту, пленил плен и дал дары человекам (Пс. 67:19). А «восшел» что означает, как не то, что Он и нисходил прежде в преисподние места земли (Еф. 4:7–9). А «пленить плен» означает освобождение плененных, отнятие их у пленивших. Пророк Исайя задает такой вопрос: может ли быть отнята у сильных добыча? И могут ли быть отняты у победителя взятые в плен? И сам отвечает: Да! так говорит Господь: и плененные сильным будут отняты, и добыча тирана будет избавлена; потому что Я буду состязаться с противниками твоими и сыновей твоих Я спасу (Ис. 49:24–25).

Необходимо было, чтобы спасать человечество явился Сам Господь: …всякая плоть узнает, что Я – Господь, Спаситель твой и Искупитель твой, Сильный Иаковлев (ст. 26).

Да! освободить пленников от победителя-диавола мог только Сын Божий, Бог. Для этого Он и пришел, и воплотился. Для этого Он и открывается теперь крещением на Иордане. Много смыслов Крещения Господня.

Но мы теперь подробнее остановимся на самом существенном, на том именно: какая ЦЕЛЬ пришествия Христова?

Ныне – начало восстановления погибавшего Царства Божия. Доселе оно было похищено врагом Божиим, а теперь пришло, приблизилось время быть Царству Божию (Мф. 3:2, 4:17, 10:7; Мк. 1:15; Лк. 10:9, 11).

Читающий Евангелия и Деяния не может не обратить внимания на то, как часто в них употребляется это слово: «Царство"… Даже и в молитве Господней мы постоянно читаем: «Да приидет Царствие Твое»; «Яко Твое есть Царство». Блаженное, славное, Божественное, сверхъестественное бытие! В Боге оно – Божье, а в нас – по благодати, по дару Святого Духа, – следовательно, благодатное Царство. Таково оно и было в раю, в прародителях.

– Это Царство Мое, – сказал Господь Пилату, – не от мира сего.

Итак, Ты Царь? – недоуменно спрашивает Пилат, не зная никакого царства иного, кроме земного.

– Я – царь. Я на то родился (на земле) и на то пришел (с неба) в мир, чтобы свидетельствовать об истине; всякий, кто от истины, слушает гласа Моего (Ин. 18:36–37).

В чем истина? Скептика Пилата ничуть не интересовал какой-то философский вопрос: что есть истина? И он, не дожидаясь ответа от Господа, опять вышел к иудеям и сказал им: я никакой вины не нахожу в Нем (ст. 38).

Но он напрасно отнесся легкомысленно к слову «истина». Пилат подумал, что Христос – безвредный мечтатель, и только. Но знающий Господа мог ли так отнестись к Его слову? – Никак! Что же оно значит? И кажется, что оно совсем не вяжется с словом «Царство». На самом деле – не так. Есть два мира: один – подлинный, другой – призрачный. Еще Царь Давид, который уж и по опыту своему знал, что такое – царство, сказал о нем унизительно: Подлинно… человек ходит подобно призраку; напрасно он суетится, собирает сокровище и не знает, кому достанется оно. Подлинно, совершенная суета – всякий человек живущий (Пс. 38:6–7). А если «призрачен» сам человек, то тем паче – земной мир, которым он пользуется как средством. Где же тогда мир настоящий, подлинный? О нем и говорит Царь Давид: Век мой – как ничто (нуль, – говорим мы теперь) пред Тобою. А потому, Ты скажи мне, Господи, кончину мою (ст. 5, 6): там лишь у Тебя и в Тебе – истинная жизнь вечная (1Ин. 5:20). Ты Сам открыл имя Свое: Я есмь Сущий! так скажи сынам Израилевым: Сущий послал Меня к вам (Исх. 3:14).

В собственном, истинном, смысле – только Один Бог истинно существует! А все прочее существует постольку, поскольку Он есть и дает всему бытие. В Нем подлинная жизнь. В Нем и подлинное Царство. Вот это – истина. А что Пилат и евреи считают таковою, это – «призрак», не подлинная жизнь.

Христос пришел проповедовать об истинной жизни, об истинном, Божием Царстве; а земное – падшее, испорченное царство; кривое зеркало с Божьего Царства. Это – призрак! В самом деле: умрет человек – и прах лишь останется от него. Стоит ли такую жизнь называть «царством»? И потому смотрите, как равнодушно относился Христос к Пилатову царству. Для Христа оно было как ничто, как мираж, как призрак, а не «истина». А Пилат скептически отнесся к истине… Да и он ли один?

Это Божье Царство вот начнет бороться против земного, – что люди считают «настоящим"… И триста лет оно будет страдать, но все же победит мир (см.: Ин. 16:33). Христианство восторжествует. Рим падет. Римское царство развалится. О, если бы Пилат это знал!

Потом и весь земной мир приидет. Будет новый мир, новое Царство, новое небо, новая земля, на которых обитает правда (2Пет. 3:13), Царство Божие, Царство Отца (Мф. 26:29), Царство благословенныx Отца… уготованное от создания мира (Мф. 25:34), «жизнь вечная» (ст. 46), «Царство Христа» (Еф. 5:5), Царство Мое… Царство Мое не отсюда (Ин. 18:36). Царство мира сделается Царством Господа (Апок. 11:15).

Вот об этом Царстве и пришел Господь проповедовать ныне, начав с крещения Своего. Это Царство устрояется Духом Святым, или благодатию Его. Потому оно и должно быть названо «Благодатным Царством».

Где же это Царство?

Оно на земле назовется Церковью Христовою (Мф. 16:18). И суть его будет заключаться В БЛАГОДАТИ БОЖИЕЙ. Потому на Крещение Господне читается Апостол из послания к Титу. Вот оно: явилась благодать Божия, спасительная для всех человеков, научающая нас, чтобы мы, отвергнувши нечестие и мирские похоти, целомудренно, праведно и благочестиво жили в нынешнем веке, ожидая блаженного упования и явления славы Великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа… Когда же явилась благодать и человеколюбие Спасителя нашего, Бога, Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости банею возрождения и обновленья Святым Духом, Которого излил на нас обильно через Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатию, мы по упованию сделались наследниками вечной жизни. Слово это верно; и я желаю, чтобы ты подтверждал о сем (Тит. 2:11–13, 3:4–8).

Как видно, крещенский Апостол во главу, или в основание, христианской жизни ставит именно БЛАГОДАТЬ Святого Духа, даруемую нам через Господа Иисуса Христа. Так же точно говорится и в прочем Новозаветном Писании. Укажем на это. Самое Евангелие называется «Евангелием благодати» (Деян. 20:24). Велия благодать была на всех христианах (Деян. 4:33). На Пасху мы читаем в Евангелии: мы сделались чадами Божиими (Ин. 1:12), ибо от Бога родились (ст. 13); и это даровано по вере во имя Его, то есть Христа: Он, Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины; от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать, и эта благодать и истина произошли чрез Иисуса Христа (Ин. 1:14,16–17). И на Воскресение Христово не читается Апостол об этом, вопреки общему порядку на двунадесятые праздники, а читается Слово Божие именно о «благодати» через Христа.

Легко заметить и то, что почти все послания апостола Павла и начинаются и кончаются словами о благодати: через Христа Господа мы получили благодать и апостольство на проповедь о Нем; и всем… благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа (Рим. 1:5, 7; 1Кор. 1:9; 2Кор. 1:2; Гал. 1:3; Еф. 1:2 и т.д., и т.д.). Исключением является только Послание к евреям, которое начинается без этого приветствия, но кончается, как и все, тем же пожеланием: Благодать со всеми вами (Евр. 13:25; 1Пет. 1:2; Апок. 22:21 и т.д.).

Да что много говорить об этом, если Сам Господь в последней прощальной беседе говорит скорбящим ученикам: Я истину говорю вам: лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам… Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину (Ин. 16:7, 13).

Я еще многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить (ст. 12). Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек (Ин. 14:16), Дух Святый… научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам (ст. 26).

И конец Христова дела был в день Пятидесятницы, когда Дух Святой сошел на человечество, в лице апостолов (Деян. 2:4), и потом и на три тысячи человек (ст. 38–41); после – на пять тысяч (Деян. 4:4). И стала возрастать Церковь Божия в Духе Святом, несмотря на гонения, и даже отчасти – вопреки и благодаря им. Слово Божие росло, и число учеников весьма умножилось (Деян. 6:7). Савл стал гнать и терзать Церковь в Иерусалиме, входя в домы и влача мужчин и женщин, отдавал в темницу… Все, кроме апостолов, рассеялись по разным местам Иудеи и Самарии. Но рассеявшиеся ходили и благовествовали слово (Деян. 8:1–4). И Христово учение распространялось и распространялось…

Вообще, жизнь ХРИСТИАНСКАЯ ЕСТЬ ЖИЗНЬ В СВЯТОМ ДУХЕ… Послания полны учения о Духе Святом, особенно к Римлянам (Рим. 8), вся книга Деяний, где излагается жизнь первых христиан (Деян. 1:8, 2:17, 5:32, 8:18 и т.д.). Христиане называются «духовными» (Гал. 6:1; 1Кор. 3:1 и т.д.). Евангелие от Иоанна, как известно, называется «духовным».

Особенно нужно обратить внимание на преподобного Серафима Саровского9. В известной беседе его с Мотовиловым10 он прямо сказал, что сущность христианства состоит в стяжании благодати Святого Духа… И это в настоящее время, когда христианство стало заключаться в вере во Христа и в обрядности, нужно нам всем помнить, что такое понимание есть «новоиудаиство«… А мы, грешные и даже недостойные носить это великое имя, и перестали думать о благодатном Духе его! Нас, пустых монахов, преподобный Серафим уже назвал «черными головешками»… Он – такой смиренный!

И славный епископ Феофан Затворник11 в своих письмах против «пашковцев»12 (теперешних сектантов, баптистов и др.) в том именно их обличал, что они во главу угла поставили веру во Христа. Конечно, это необходимо. Но цель, но сущность Христова дела – излияние Духа Святого, которого лишились падшие ветхозаветные люди. Поэтому Он и называется «Духом Христовым» (см.: Рим. 8:9), то есть посылаемым во имя Его, но исходящим от Отца чрез Сына (см. «Письма к разным лицам»). А мы и не думаем об этом. Да и самая вера во Христа – есть дело Святого Духа (см.: 1Кор. 12:3).

Да что больше говорить, когда Сам Спаситель отнес в Назарете слова пророка Исаии к Себе: Дух Господень на Мне, ибо Он помазал Меня благовествовать (Ис. 61:1). И начал говорить слушателям, что на Нем ныне исполнилось Писание сие… И все свидетельствовали Ему это, и дивились словам благодати, исходившим из уст Его (Лк. 4:18–22).

Не будем далее вдаваться в различение Духа Святого и благодати Его; скажем только: первое относится к Нему по существу, а второе к христианам – по дару, как действие Его, как «плоды» (Гал. 5:22; Еф. 5:9).

Я так долго и много остановился на этом вопросе, чтобы понять сильнее дело Христово и смысл Его крещения и нашего.

Вот проповедь о восстановлении «Благодатного Царства» и есть это дело Его: Я на то родился и на то пришел в мир (Ин. 18:37), – сказал Он Пилату; потому Он и начал Свою проповедь со слов: Дух Господень на Мне; потому и стал проповедовать Евангелие Царствия Божия и стал говорить: исполнилось время, и приблизилось Царствие Божие; покайтесь, и веруйте в Евангелие (Мк. 1:14–15; Мф. 4:17).

Потому Он после искушения от диавола (Мф. 4:1–11) начал набирать Себе помощников-апостолов (см.: Мф. 4:18–22); начал творить чудеса, исцеления, изгнания бесов, проявлять Свою царственную власть над природой, прощать грехи людям (см.: Мф. 8–9), то есть показывать «благодатное Царство Свое».

IV. Крещение Господне

Но зачем же Безгрешному нужно было креститься, как другим грешникам?

Прежде всего мы должны обратить внимание на ответ Господа Иоанну, когда тот стал со страхом противоречить Ему: мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне? А Иисус сказал ему в ответ: оставь теперь; ибо так надлежит нам исполнить всякую правду (Мф. 3:14–15). Смотрите, как прикровенно Он ответил Крестителю! Можно сказать, отказался от объяснения: оставь теперь, и про какую-то «правду» упомянул. Но смиренному Иоанну достаточно было и этого: он знал Кто пред ним стоит! Тогда Иоанн допускает Его (ст. 15) и крестит.

Не будем пока допытываться и мы. А подобно Иоанну, смиренно послушаемся Господа. Ведь дела Божественные непостижимы нам, пока их не откроет нам Дух Святой (см.: 1Кор. 2:10–12). Мы не знаем даже, о чем молиться, как должно; но Сам Дух ходатайствует за нас воздыханьями неизреченными… Он ходатайствует за святых, по воле Божьей (Рим. 8:26–27).

И если Господь сказал Иоанну: оставь, нужно было оставить. Так и сделал он, без всякого дальнейшего возражения и даже вопрошания… Сразу оставил и крестил безмолвно.

О, как прекрасно, как умилительно, как разумно поступают те, кто не говорит: если не увижу… если не вложу перста моего в раны… не поверю (Ин.20:25).

Какая вера! Какое доверие! А пытанье, осязание свидетельствует еще о плохой вере и о недостатке любви к тому, кого хотят пытать… Плакать даже хочется… Ах, мы – окаянные пытатели! Потому и Господь не осудил Фому: ты поверил, потому что увидел Меня: это не дивно, не высоко и не любовно. А вот блаженны не видевшие и уверовавшие! (Ин. 20:29)… И воистину, эти – достойны ублажения, прославления, умиления… Как дети! Недаром сказал Господь ученикам: если… не будете, как дети, не войдете в Царство Небесное (Мф. 18:3). И Он обнял дитя (Мк. 9:36). А в другой раз, когда они не допускали приносящих детей матерей, чтобы Христос хоть прикоснулся к ним, Он даже вознегодовал и сказал им: пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им; ибо таковых есть Царствие Божие… И, обняв их, возложил руки на них и благословил их (Мк. 10:13–14, 16).

…Как хороша «детская» вера! Как она сладка! Вот и Иоанн, по смирению, задал только один вопрос: мне бы надобно креститься от Тебя, и, не получив от Господа ответа, кроме общего указания: так нужно, так надлежит, – послушался, повиновался Господу.

Так бы и нам следовало… Какая заслуга, если мы осязаем? Да и что мы, без Духа Святого, поймем? Все ведь от Духа!

Крестился Господь – и совершенно довольно бы вам! Нет, а мы все пытаем: да зачем? да почему? да как?.. «Бедные» мы (Рим. 7:24). Блаженны не видевшие, но уверовавшие! И это был лучший ответ Крестителю: оставь!

И теперь, – и то с неохотою, даже со скорбью, – приступим, по немощи своей продолжим размышлять над вопросом: зачем Христос крестился? …Прости нас, Господи, за эту гордую пытливость! Сознаем свой грех, низость свою… Ты знаешь немощь нашу безумную… Помилуй нас! Вон Иоанн повиновался, но за то удостоился видеть и Духа Святого и услышать глас Отца… Не лиши же и нас этого! Ты, Отче Небесный, Сам заранее «послал» Иоанна крестить Христа в Иордане и еще указал признак Его: на Кого увидишь Духа сходящею и пребывающею на Нем, Он есть (Ин. 1:33). А это нужно было для того, чтобы Он явлен были Израилю (ст. 21).

Следовательно, крещение было нужно, чтобы Крещаемый Христос был открыт Израилю, а потом и всему миру, и нам, недостойным… Ведь до сих пор о Нем знали очень немногие… Он же, – как мы видели, – должен был начать величайшее дело спасения человечества, устроения и воссоздания благодатного Божия Царства… И вот величайший из рожденныx женами (Мф. 11:11), чтимый народом, крещавший приходивших к нему, свидетельствует: я видел и засвидетельствовал, что Сей есть Сын Божий (Ин. 1:34)… Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира (ст. 29), Который будет крестить Духом Святым (ст. 33) верующих, эту пшеницу, а солому, то есть бесплодных, безблагодатных людей, сожжет огнем неугасимым (Лк. 3:17; Мф. 3:11–12).

Вот первое назначение крещения Господня.

И такое значение понятно нам. Так, когда цари назначают полководца – отнять у врагов захваченное ими пространство родины, дают ему документированный приказ, что ему поручается это дело, что он – действительный, на то уполномоченный человек. И все это знают. Он идет на ответственное дело – воевать за свою родину.

Но оно имеет не самое важное значение. Нужно, чтобы он обладал соответствующими дарованиями, способностями, знаниями, силой, а не был немощный или больной. Для этого и даны ему исключительные права. Так и теперь. Но пойдем постепенно.

Христос сначала крестился. И вошел в воду нагим. Об этом, как увидим, не один раз будет говориться и в богослужебной части. Правда, обычно на иконах рисуют Господа, на Котором средняя часть тела обвязана покровом. Но это делается, прежде всего, из нашего целомудренного отношения к Господу, а отчасти – по ложному стыду нашему; а ведь Господь создал Адама и Еву нагими, и они не сознавали никакой скверности от этого. И дети вначале совершенно не стесняются ни своей, ни чужой наготы, как невинные. Наготу же свою прародители увидели уже после грехопадения. И открылись глаза у них обоих, сказано в Библии, – и узнали они, что наги; и сшили смоковные листья и сделали себе опоясания. И когда Господь ходил в раю, во время прохлады дня, то прародители скрылись между деревьями рая. Адам на вопрос Господа Бога: где ты? … сказал: голоc Твой услышал в раю, и убоялся, потому что я наг, и скрылся. И сказал Бог: кто сказал тебе, что ты наг? Не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть? (Быт. 3:7–11). Потом прародители стали продолжать свою ложь и оправдывать себя, вместо того чтобы хоть смиренно покаяться, признать себя виноватыми и просить себе прощения… За это и наказаны были изгнанием из рая и прочим (см. ст. 12–20). И сделал Господь Бог Адаму и жене его одежды кожаные и одел их (ст. 21).

Таким образом, и из Писания ясно, что одежда появилась после и вследствие грехопадения.

Господь же Иисус Христос, как совершенно безгрешный, собственно, не нуждался в ней. К тому же Он пришел именно для того, чтобы возвратить людей в первобытное невинное состояние. А они созданы были нагими. И Господь не считал это дурным, позорным. Наоборот, сказано: И увидел Бог, все, что Он создал, и вот, хорошо весьма (Быт. 1:31). И таким нагим был святой Симеон Новый Богослов, когда он, купаясь в воде, беседовал с ангелом. Известен и случай, как один русский подвижник выходил к людям нагим. Да так и должно быть! Но мы еще не способны на это, по греховности своей.

Далее совершается крещение Господне. Крещение – по-гречески βάπτισμα – значит погружение (как совершается очищение, омовение через погружение в воду и нечистых блюд после употребления в них пищи, – там употребляется тот же глагол βαπτίζω); погружаются предметы – нечистые, грязные; по отношению к людям – грешные. Это слово приложимо, конечно, к грешникам, требующим очищения. Но от каких же грехов мог очищаться Безгрешный? И, собственно, верно говорил Иоанн Господу: как Он «грядет» к нему за очищением в крещении?

Здесь в ответ мы должны всегда помнить, что Христос Агнец Божий взял на Себя грехи мира, – как об этом сказал Креститель (Ин. 1:29). Здесь он употребляет сравнение Христа с ветхозаветным агнцем, приносимым в жертву, в знак избавления от гибели, – прообразовательно указывавшим на Агнца Христа Искупителя (Исх. 12:3; Лев. 12:8, 23:12; Чис. 6:14, 15:5). И Христос особенно часто так именуется апостолом Иоанном в Апокалипсисе (Откр. 5:6, 6:1, 7:14, 7:17, 13:8 и т.д.).

Агнец приносился в жертву взамен самого человека. И Господь Иисус Христос ВМЕНИЛ Себе грехи мира, грехи человечества, чтобы Самого Себя принести Богу Отцу в жертву за людей. И эти грехи тяготели на Нем.

Тайна эта – велика: как можно одному вменить себе вину другого? Но в некоторое разъяснение обычно берется сравнение любящей матери в отношении к своему ребенку. Если он заболеет, она просит Бога, чтобы Он лучше ее наказал, чем дитя; если он остается в пылающем доме, она с опасностью для своей жизни, но бросается в пламень, лишь бы спасти любимое дитя: до такой степени она живет им. Во вменении себе вины другого действует закон ЛЮБВИ. И Сын Божий взял на Себя грехи людей, чтобы Самому отвечать за них пред Отцом Небесным. И на Пасху, в каноне мы поем: «Спасе мой! живое и нежертвенное заколение, яко Бог Сам Себе волею (добровольно) привел Отцу, совоскресил еси всероднаго Адама», то есть Адама со всеродным потомством (6-я песнь). И в каноне ко причащению читаем: «Господь нас ради… единою (однажды: Евр. 7:21, 9:26, 28) Себе принес, яко приношение Отцу Своему, присно закалается» (1-й тропарь 9-й песни).

А в Священном Писании не раз говорится, что Христос есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира (1Ин. 2:2, 4:10; Рим. 3:25; Евр. 2:17).

И, вменив Себе грехи наши, Он от них теперь и очищается крещением. Следовательно, делает это за нас, вместо нас. Какое смирение! Какая жертвенность любви! Какое послушание! И это было необходимо: Адам нарушил заповедь Божию по гордости – Христос смиряется до крещения; Адам самооправдывается – Христос очищается даже от чужих грехов, вмененных Себе.

После крещения Господь, выходя из воды, молился. А о чем «молился» Христос при выходе из Иордана? Об этом в Евангелии не сказано. Но можно предположительно дерзнуть думать, что Он мог молиться о многом. И, во-первых, молитва, как известно, есть «беседа с Богом», или общение с Богом. Нельзя не думать, что это было – вопреки Адаму: тот, согрешив, скрылся (Быт. 3:10) от Бога и был изгнан из рая; а новый Адам, Христос (cp.: 1Кор. 15:45), прежде всего возобновил общение человека с Богом. А если так, то Он первый должен был теперь начать это. Господь Бог уже говорил в раю; но услышал не покаянную, а даже обвинительную речь против Себя: Жена, которую Ты мне дал (Быт. 3:12), и проч.

Какая дерзость! Какое безумство согрешившего! Теперь же Христос стал молиться Отцу Своему, ибо теперь Господь ждет уже зова от человека первым… Свобода дана ему, и Бог не хочет насильно влечь человека. Какая любовь Божия в этом! И Христос, от всего рода человеческого, после смиренного крещения, теперь молится, входит в общение; а всякая молитва к Богу – есть смиренное прошение.

А может быть, Единосущный Сын вспоминает теперь то блаженное состояние общения первосозданного Адама, в котором он пребывал в раю до грехопадения. А теперь, после покаянного крещения, человек во Христе немедленно восхотел быть в таком же состоянии.

Но это была лишь одна сторона общения, человеческая; необходима была потом и другая, ответная. Она тотчас же и явилась: небо разверзлось (Лк. 3:21), раскрылось, как бы прорвалось, открылось… Прежде рай был закрыт для человечества. Теперь молитвою Христовою и ответною Божиею любовью отворяется; и врывается с неба знак примирения (Рим. 5:10–11; 2Кор. 5:18–19; Кол. 1:22) – Дух Святый, в виде голубя.

Когда Христос выходил из воды (Мк. 1:10) и молился, отверзлось небо, и Дух Святый нисшел на Него в телеснoм виде, как голубь (Лк. 3:21–22).

Так ведь и теперь делается и бывает в покаянии: за исповеданием нами грехов следует прощение по «благодати». А в крещении мы, или крестный отец вместо нас, отрицаемся от диавола, как источника греха и зла; а после этого производим уже самое таинство; и мы получаем светлую благодать Святого Духа, знаменуемую чистою, белою рубашкою, то есть Духом Божиим, но во имя Христово, ради Его заслуг за нас.

А голубица, еще со времен Ноя (Быт. 8:8–12), была символом мира. И это, после крещения Сына Божия, было так уместно и понятно. А когда Дух Святой сошел в день Пятидесятницы, там этому тоже как бы отверзлось небо; и внезапно сделался шум с неба, как бы от несущеюся сильною ветра, от быстро распахнувшейся двери, и явились языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из учеников, и исполнились все Духа Святого (Деян. 2:2–4).

Благодать Духа, отшедшая от падшего человечества, или, лучше сказать, отнятая Богом от него, возвратилась. Перед тем Господь сказал: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемый человеками, потому что они стали плотью (Быт. 6:3).

А теперь Дух был возвращен к роду человеческому, пока во едином Христе. Потом же Он сделается духовный родоначальником, новым Адамом человечества, чрез Духа Святого. Разрастется благодатное Царство Христово… Для этого и совершилось крещение Господне: Он крестился за наши грехи и получил на Себя сошедшего Духа Святого и в будущем – после нового дела – Креста, – на все человечество (см.: Ин. 7:39), в день Пятидесятницы.

Но и это еще не всё.

После сошествия Духа раздался глас с небес, глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение (Мф. 3:17). Преславный глас Отца! Но прежде чем объяснить его, зададимся новым вопросом: почему Он раздался лишь ПОСЛЕ сошествия Святого Духа?

Конечно, все эти последовательные события – боязнь Иоанна, крещение, молитва, Святой Дух, глас Отца – совершились в этом порядке не случайно, а по каким-нибудь причинам. Почему же глас Отца послышался лишь теперь, после сошествия Духа?

Ответить на это можно без особого затруднения.

По установившемуся учению и Священного Писания, и святых отцов, Духу Святому приписывается творческое действие среди Лиц Пресвятой Троицы… Это – тайна, недоведомая нашему уму и известная лишь Самому Богу, в частности – Святому Духу; ибо, – как говорит апостол Павел, – Дух все проницает, и глубины Божии… и Божиего никто не знает, кроме Духа Божия (1Кор. 2:10–11). Не только для мира и для человека посредником и творческим началом является Дух Божий. При творении мира, говорится в начале Библии, сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водою (Быт. 1:1–2).

Наступает Новый Завет. По благоволению Отца воплощается Сын Божий от Девы Марии. Как? Дух Святый найдет на Тебя и сила Всевышнего осенит Тебя (Лк. 1:35). Так и теперь, в крещении Господнем, сошел на Богочеловека Христа Дух Святой. И только после этого человечество способно стало, так сказать, воспринять глас Бога Отца. Апостол Павел говорит ефесянам: через Него, то есть через Христа, мы имеем доступ к Отцу в одном Духе (Еф. 2:18).

Но оставим это богословствование, как младенцы (см.: Еф. 4:14), и услышим глас Отца с небес: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение (Мф. 3:17).

Это свидетельство было наивысшее: возгласил Сам Отец. Потому нам особенно нужно приникнуть.***

Прежде всего, Он свидетельствует, что Христос Ему Сын, а не человек… Тайна сия – непостижимейшая; но она возвещена Самим Отцом, потому – истиннейшая! И с благословением воспримем ее.

Притом добавлено: возлюбленный. Почему сие? – Тайна и это. Но может быть, Отец Небесный хотел показать этим то, что Сын Его единороден с Ним, и только поэтому Он достоин любви Отчей, а всякое творение не может быть предметом такой любви. Ведь и на земле родители любят свое дитя несравнимо с чужими.

К тому же, может быть, Сын был возлюблен особенно потому, что Он, по послушанию Отцу и по любви к грешному несчастному человечеству, сошел на землю для спасения нас и этим был угоден Отцу Своему? И Сам Господь Иисус Христос любил часто указывать на Свою любовь и послушание Отцу. Этим полно все Евангелие, особенно от Иоанна. Отец любит Сына (Ин. 3:35, 5:20, 10:17). Я пришел во имя Отца Моего (Ин. 5:43). Я чту Отца Моего (Ин. 8:49). Я живу Отцом (Ин. 6:57). Постоянно говорит, что Он «послан» Отцом Своим (см.: Ин. 3:17, 5:36, 7:29, 10:36, 11:42 и т.д.). Вся первосвященническая молитва Сына Божия говорит об этом (Ин. 17:8, 18, 21, 23, 25). А о послушании Отцу Господь говорит тоже постоянно: Моя пища есть творить волю Пославшею Меня (Ин. 4:34). Не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца (Ин. 5:30). И апостол Павел говорит: Христос смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной. Посему, то есть за послушание, и Бог (Отец) превознес Его (Флп. 2:8–10), чтобы все исповедали, что Господь Иисус Христос – в славу Бога Отца (ст. 11) все совершал.

И апостол Иоанн, егоже любляше Иисус (Ин. 13:23, 19:26), как и он сам любил Его, любит говорить об этой любви Отца к Сыну: ему это было понятно по личному опыту своему.

Но окончим объяснение «Родителева гласа» (тропарь Крещению).

О Немже Мое благоволение. Здесь ясно утверждается, что благоволение Отчее к людям было возвращено не ради каких-нибудь достоинств или заслуг самих людей, и даже не ради милости Самого Отца, но ради возлюбленного Сына: «о Немже», «в Котором», чрез Которого. Поэтому мы твердо должны это знать и помнить: Бог Отец помиловал нас ради Сына Своего.

Да и кто иной мог умилостивить Бога, кроме Бога же, или Сына Божия (1Ин. 2:1–2)? Никто! «Умилостивление» могло совершиться только в Самом Троичном Боге, – или «в недрах Божества"…

Так «благоволение» началось еще в воплощении Слова; а начало осуществляться – крещением Господним, поэтому одно и то же слово употребляется и при рождестве Христовом, и теперь. В третий раз будет употреблено во время преображения Господня (2Пет. 1:17–18; Мф. 17:5). И все эти события связаны одною и тою же мыслью: о Царстве Божием, которое открывается в смиренном крещении, проявляется для трех избранных учеников в славном преображении и окончится после конца мира (см.: 1Кор. 15:24–28), когда Сын Божий кончит Свое дело восстановления «Царства» и предаст его Богу и Отцу (ст. 24).

Так начинается теперь открытие этого благодатного Царства на земле.

И сейчас гласом Отчим проявляется в мире Пресвятая Троица – Бог; Отец провозглашет Сын крестится; Дух Святой снисходит на Него. Царство это есть Царство Пресвятой Троицы; о нем мы и молимся в молитве Господней: «Да приидет (на нас и на весь мир) Царствие Твое» – чрез благодать Святого Духа, Который и называется «Царь Небесный, Утешитель, Дух истины», подлинное благодатное Царствие Христово – Божие.

Пресвятою Троицею существует и живет все в мире. К Ней и должно стремиться решительно всё! Она – и источник всего, и последняя цель!

«Певцом» Ее из святых отцов является по преимуществу святой Григорий Богослов. Славою Ей всегда заканчивает свои слова святой Иоанн Златоуст. О Духе Святом более всех учит святой Василий Великий13. О Христе Спасителе проповедует отец Иоанн Кронштадтский, написавший свой дневник «Моя жизнь во Христе». Но все они живут Пресвятою Троицею. Ею живет и Церковь. Ей на каждое воскресенье, на полунощнице, читается Троичный канон. О Ней прежде всех иных молений упоминается в так называемом «обычном начале»: «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа», «Пресвятая Троице», «Трисвятое», «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу», «Яко Твое есть Царство и сила, и слава Отца и Сына и Святаго Духа»; трижды «Аллилуйя». Открытие литургии: «Благословенно Царство Отца и Сына и Святаго Духа»; славословие во всех возгласах; таинства нашего крещения и брака повторяют начало литургии; но особенно Она прославляется на Пятидесятницу, или, как и говорится по православному обычаю: на «Троицу». Этим кончается на земле дело Христово! Потому вспоминается на повечерии в Троицу Рождество Христово, ирмосы которого повторяются на Троицу. Слава благодатному Царствию Божию!

В заключение этой главы, в частности – о Пресвятой Троице, мне хочется поставить вопрос: так ли мы помним о Ней, как подобало бы помнить «подданным» Царства Божия, благодатного Царства?

Иногда мне казалось, что мы мало думаем и помним о Ней, мало молимся Ей. Возгласы мы делаем в храмах постоянно, но произносим их механически, по привычке, бессердечно. Между тем в почитании и прославлении Пресвятой Троицы – суть нашего и жития, и молитв. Как Господь Иисус Христос постоянно, – как мы это только что видели, – поминал имя Отца Своего, «жил Отцем» (Ин. 6:57); а слово Отец – равнозначно Богу вообще, или Пресвятой Троице, так и мы должны бы всецело ЖИТЬ ЕЮ. Должно бы, чтобы и самые слова «Отец, Сын, и Святой Дух» были для нас самыми дорогими… И это возможно…

Сейчас, когда созидается благодатное Царство, оно может называться «Царством Христовым», «Церковью Христовою». Но это лишь теперь. А в конце – все возвращается к Богу Отцу – в Троице.

Об этом открыл нам Дух Святой через апостола Павла. Вот его слова. В конце всего Христос передаст Царство Богу и Отцу. А пока Ему (Христу) надлежит царствовать, доколе низложит всех врагов под ноги Свои. Последний же враг истребится – смерть. Когда же (Отец) все покорит Ему, тогда и Сам Сын покорится Покорившему все Ему, да будет Бог (Троица) всё во всем (1Кор. 15:24–26, 28). Всё – из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки. Аминь. Истинно (Рим. 11:36). А это говорит тот, который восхищен был до третьего неба… был восхищен в рай, и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать (2Кор. 12:2, 4), ибо для этого нет слов на языке человеческом!

Как-то, живя за границей, я подумал, что если бы на улице проходящих спрашивать, веруют ли они в Троицу, то не сочли бы нас за каких-либо ненормальных или за новых сектантов? А Крещаемый Господь, получив Святого Духа и услышав глас Отца, именно для того и пришел, и крестился, чтобы падшее человечество возвратилось в Царство Отца и Сына и Святого Духа, в Царство Троицы… Ее имя было даже забыто в Ветхом Завете. И потребовалось послать Сына Божия, чтобы Он снова научил веровать в Нее. А ведь при сотворении человека Бог сказал к Лицам Пресвятой Троицы: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему (Быт. 1:26). А люди даже забыли имя Ее! Так пало человечество!

V. Искушение в пустыне

Непосредственно за крещением и, несомненно, в связи с ним, «тотчас же» последовало искушение Христа диаволом. Вот как говорится об этом в Евангелиях.

Тогда Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от диавола (Мф. 4:1). Далее рассказывается о самом искушении. В другом Евангелии, от Марка, сказано: Немедленно после того (то есть крещения) Дух ведет Его в пустыню. И был Он там… сорок дней, искушаемый сатаною, и был Он там со зверями, и ангелы служили Ему (Мк. 1:12–13). А о самом искушении, в чем оно состояло, совсем не упоминается. У евангелиста Луки добавляется: Иисус, исполненный Духа Святого, возвратился (не сказано куда) от Иордана; потом – искушение. И ничего не ел в те дни (постился сорок дней и сорок ночей; Мф. 4:2); а по прошествии их, напоследок взалкал (Мф. 4:1–2). Затем излагается искушение. Итак, лишь у евангелиста Луки говорится: возвратился от Иордана. А возвратиться можно туда, откуда Иисус и пришел ко Иоанну. Иоанн же крестил в Вифаваре при Иордане (Ин. 1:28), близ Иерусалима; туда и приходил народ креститься; туда и послана была делегация «из фарисеев» из Иерусалима, по правую сторону Иордана. А дальше на восток и была пустыня, в которой жил Иоанн и откуда он и приходил крестить в воде (Ин. 1:31). Куда же «возвращался» после крещения Иисус? Это не ясно. Но нужно думать – не домой, в Назарет, где жил праведный Иосиф и Пресвятая Дева Мария. Да и зачем бы? Наоборот, земные родственные узы теперь, после крещения, когда Христос получил свидетельство от Самого Отца Бога, что Он есть Сын Его возлюбленный, стали лишними. Теперь перед Ним стоит чрезвычайное дело восстановления Божиего Царства. До родственных ли плотских связей тут? Не случайно Он на браке в Кане Галилейской назвал Свою Матерь: Женой (Ин. 2:4). А в Кане было совершено Им первое чудо обращения воды в вино; ибо сказано: так положил Иисус начало чудесам… и явил славу Свою (ст. 11). Эта Кана была близко, к северу от Назарета. И в ней Господь сотворил чудо, возвратившись уже из пустыни после искушения. И после сего, – говорится в Евангелии (Ин. 2:12; Мф. 4:13), – Христос, оставив Назарет, пришел и поселился в Капернауме приморском… за Иорданом (Мф. 4:15). Этот рыбачий городок был на берегу Галилейского озера, или «моря», как обычно называли его в народе, потому он и назван приморским. И в Капернауме Он после и жил Сам и Матерь Его, и братья (по Иосифу) Его, и ученики Его. Очевидно, Иосиф к тому времени уже умер: иначе как же могли бы оставить старца и Дева Мария, и даже дети его? А Назарет был много южнее, к юго-западу от Капернаума; а Капернаум же был на севере Галилейского моря.

В конце искушения в какой-то пустыне диавол повел Его в Иерусалим, и поставил Его на крыле храма, и предложил Ему броситься вниз (Лк. 4:9–12). И отсюда возвратился Иисус, – следовательно уже вторично после крещения, в силе духа в Галилею (ст. 14). Так остается неясным, куда же «возвратился» в первый раз Христос после крещения, пред искушением в пустыне, ибо сказано (после этого слова): и поведен был Духом в пустыню (Лк. 4:1). И зачем с левой стороны Иордана, близ Иерусалима, Ему нужно было бы заходить в Назарет? И сказано: немедленно (по-славянски «абие», то есть тотчас) Дух Святой повел Его на искушение. Все это побуждает нас думать, что Христос не заходил в Назарет. А куда же? Можно думать, что выражение Луки возвратился означает или вообще «ушел от Иордана», или же пошел на север, в Галилею, откуда и приходил к Иоанну из Назарета Галилейского (Мк. 1:9), но не в место своей жизни, а куда-то в пустыню. А пустыня была по левую сторону Иордана; Назарет же – по правую. И следовательно, никакого не было смысла заходить в Назарет, перейдя Иордан; потом идти обратно через Иордан на искушение; затем идти опять через Иордан в Иерусалим, на последнее искушение на крыле храма (Лк. 4:9); оттуда же – возвращаться в Галилею и в Назарет, рядом в Кану на брак; потом – переселяться в Капернаум…

Поэтому будем понимать так, что Христос, после крещения Своего, от юга возвратился тотчас на север и был поведен Духом в пустыню. И оттуда, после искушения уже, и воротился в Назарет, оттуда с Матерью Своею пошел на брак в Кану и, возвратившись «домой», переселился потом на постоянное пребывание в Капернаум, потому что знал, что дальнейшая деятельность Его будет вращаться около Галилейского озера. И единственный раз Он, проведя в Капернауме немного дней (Ин. 2:12), пришел в Назарет, где был воспитан, и в субботу стал проповедовать на слова пророка Исаии: Дух Господень на Мне; ибо Он (Бог) помазал (послал Духа) Меня благовествовать… лето Господне благоприятное. Сначала сограждане дивились словам благодати, исходившим из уст Его; но удивлялись: не Иосифов ли это сын? А потом, когда Христос сказал им: никакой пророк не принимается в отечестве своем, по пословице: врач! Исцели Самого Себя; то, услышавши это, все в синагоге исполнились ярости и, вставши, выгнали Его вон из города, и повели на вершину горы, на которой город их был построен, чтобы свергнуть Его. Но Он, прошедши посреди них, удалился (Лк. 4:16–19, 22–24, 28–30).

Действительно, Его не приняли в отечестве. И оставаться ни Ему, ни Матери Его, ни сынам от Иосифа было уже нельзя. И потому Он переселился в Капернаум. Но прозвище «Назарянин» за Ним так и осталось (Мк. 14:67; Лк. 18:37, 24:19). Так и бесы Его именовали (Мк. 1:24). Так и Пилат надписал на кресте: Иисус Назорей, Царь Иудейский. Здесь слышится некоторая насмешка: Назарет был таким ничтожным местечком, что о нем даже сложилось присловие: из Назарета может ли быть что доброе (Ин. 1:46). И вдруг «Иисус, сын Иосифа» плотника, теперь «Царь Иудейский»?!

Но, – хотя и много времени заняло у нас это имя, – с ним связано было и Благовещение, и зачатие Господа, и перепись, для чего Матерь Божия с Иосифом обязаны были идти в Вифлеем (Лк. 2:4), и младенчество Иисусово (Лк. 2:52), и жизнь до тридцати лет, когда Он «повиновался» родителям и помогал отцу Иосифу, плотничая с ним. Его и доселе по-арабски именуют «Насира». Да будет свято это имя!

Но для нас более важно событие искушения Господа диаволом, последовавшее тотчас после крещения Его. Какую связь имело оно с крещением?

Мы уже знаем, что крещение было нужно для открытия, для «явления» Господа Израилю (Ин. 1:31), а потом – и всему миру. Но собственно проповедь Христова и чудеса Его начались после искушения: с того времени, – говорится в Евангелии, – Иисус начал проповедовать и говорить: исполнилось время (Мк. 1:15), покайтеся, ибо приблизилось Царство Небесное (Мф. 4:17), Царство Божие, веруйте в Евангелие (Мк. 1:15). И с этого времени Господь стал и набирать учеников Себе (Ин. 1:35–51; Мк. 1:16–20), чтобы с ними, а потом – через них, проповедовать благодатное Царство. Поэтому искушение в пустыне, собственно, надобно связывать больше с крещением Господним, как первый результат его. К нему мы и обращаемся теперь.

Зачем нужно было это искушение?

Прежде всего – затем, чтобы «Новый Адам» Христос противопоставлен был ветхому Адаму: тот пал невоздержанием, вкушением в раю запрещенного плода, а теперь Христос – идет не в рай, а в пустыню, и не ест ничего сорок дней. Так важен пост вообще; но послушание Отцу Богу – еще важнее. И Сын Божий проявил это, воплотившись и крестившись! Какое смирение!

Но прародители соблазнились не сами, а смутил их завистник-диавол: корень греха был в нем; его власть и нужно было победить прежде всего. И победить должен был человек. Таковым и был Сын Божий – Сын Человеческий, чтобы враг не мог сказать, что Бог победил его! И поэтому тотчас Дух Святой ведет Богочеловека на борьбу с диаволом. И именно после крещения, после сошествия Духа, Каковой пребывал и с первыми людьми; но и с Его помощью Адам и Ева не победили искушения. Так теперь нужно было доказать, опытно показать человеку, что он мог бы и в раю победить искушение, и теперь, с Божиею помощью, может.

Но иной кто-либо, может быть, скажет, что человеку невозможно сорок дней подряд не есть, не пить? На это я могу указать на известный мне случай. Мой друг, знакомый мне священник, попробовал поститься сорок дней. Правда, он пил воду, но не ел ничего. И в это время нес свои обязанности: служил, совершал требы; а приход его был радиусом на 5–10 верст. И он ходил, куда требовали его. Никто и не догадывался, что он несет подвиг. Но он вытерпел только 37 дней: больше был не в силах. Оправившись, через некоторое время он вторично начал поститься. И на этот раз вытерпел 42 дня. Это я удостоверяю. Значит, даже длительное пощение возможно. А следовательно, тем более – вкушение постной пищи в среды, пятницы и посты.

Но главное тут даже не в воздержании, а в послушании. Известен факт, как богатому человеку, Х-ву14, историку, философу, богослову, поэту, – знакомые задали вопрос: почему он всегда (то есть когда Церковь велит) постится? Он спокойно ответил им, что так заповедала Церковь, и он это время хочет быть вместе со всею Церковью. – Вот мудрый ответ!

А жизнь нам показывает, что все подвижники сильно постились и достигали великих добрых плодов. Это – несомненно! И Сам Господь сказал ученикам, спрашивавшим Его, почему они не могли изгнать из бесноватого юноши беса: по неверию вашему… Сей же род изгоняется только молитвою и постом (см.: Мф. 17:15–21). Но довольно о сем…

Теперь вдумаемся: чем же сатана искушал Христа? Три было искушения: хлебом, гордостью и имуществом, или, как говорят святые отцы, сластолюбием, славолюбием и сребролюбием – основами всех страстей.

И прежде всего диавол предлагает: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами (Мф. 4:3). Этим соблазнился Адам; увидели первые люди, что дерево хорошо для пищи и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание (Быт. 3:6). И соблазнились они. И пять тысяч евреев, впоследствии насытившихся пятью хлебами, хотели и снова видеть, и сделать Христа Царем (см.: Ин. 6:15). И Господь сказал им: истинно, истинно говорю вам: вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб, и насытились (Ин. 6:26).

Да, истинно, истинно! И теперь легко соблазнить людей хлебом! Пообещайте им земное удовлетворение и наслаждение, – и они с трудом удержатся от соблазна или даже сразу пойдут на искушение; подайте им на выбор: веру в Бога, спасение души, вечное блаженство, здоровье, удовольствие: и многие ли теперь удержатся? Христос бесплатно напитал иудеев хлебами и рыбой; и они готовы выбрать Его в цари себе. Боже, Боже мой: какие мы немощные!

Но Господь, будучи голодным, отверг это искушение диавола… И не в прекрасном раю, а в голой пустыне. Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих (Мф. 4:4), сказал еще Моисей (Втор. 8:3). И иудеи это знали и помнили: Отцы наши ели манну в пустыне, как написано: хлеб с неба дал им есть (Пс. 77:24). Что Ты делаешь? (Ин. 6:30–31).

Опять все – хлеб, хлеб! А когда Господь, сотворивши великое чудо с пятью хлебами, предложил учение о вере в Него и о святом причащении Его Тела и Крови, то даже многие из учеников Его соблазнились этим, отошли от Него и уже не ходили с Ним (Ин. 6:66). Вот и вера! Вот и «избранный» народ! Да! Обрядоверный, земной, телесный народ! Да и теперь не то ли искушение «хлебом» мы видим? Но Господь победил первое искушение: Господь хотел не хлеба земного дать нам (много ли его и нужно-то, «насущного», да и то на один день), а Небесного Царства, благодатного «нового вина» обещал Он миру; но – увы! – не хотят, не хотим.

Второе искушение (по Матфею, а по Луке – третье) – броситься с кровли храма и остаться живым. Зачем, зачем это нам? – Только ради славы, что мы совершаем чудеса? Ради мнения пред народом? Ради тщеславия?.. О, Боже! Какие мы мелкие! Славиться пред людьми?

Но как падки мы на это искушение! Тщеславие, говорит святой Иоанн Лествичник15, подобно троерожцу из смятого хлеба; и, как бы его ни бросали, он одним рожцом (рогом) все-таки ударится в стену. И в самом деле: чем мы только не славимся! Дашь милостыню бедняку, – думаешь о себе, чуть как не о святом. Поступил по закону, по правде, – считаешь себя праведником и хвалишься пред другими, которые кажутся тебе беззаконниками и хищниками. Сохранил целомудрие или брачную верность? – покажешься чуть не ангелом. – И как всем нам хочется быть хвалимыми, любимыми, почитаемыми! И с этим грехом нам приходится иметь дело почти до самой смерти… Мы и смирением мнимым – возносимся. И вообще лучше других воображаем себя… Даже когда себя и грешниками называем (даже искренно), тотчас же и в то же самое время ублажаем себя. И так далее… Я не знаю, есть ли момент в нашей жизни, когда бы мы не любили славы от человек? Конечно, бывают добрые моменты, но часты ли они? И глубоки ли они? Правда, изредка встречаются такие христиане. Один из таких сказал мне про себя: «Мне легче бывает, когда меня осуждают, чем когда хвалят». Но я бы и за это ублажал себя. А иногда сам и назовешь себя грешником; но когда так назовет тебя кто-либо другой, то неприятно будет.

Между тем Господь говорит о Себе: крещением (крестным, скорбным) должен Я креститься; и как Я томлюсь, пока сие совершится! (Лк. 12:50).

А чтобы мы не хвалились, сказал нам притчу о мытаре и фарисее (Лк. 18:9–14). Фарисеи даже хвалились молитвою: молились на видных местах, в синагогах и на углах улиц, чтоб показаться пред людьми (Мф. 6:5). Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвыx и всякой нечистоты (Мф. 23:27).

Поэтому святые люди не только не любили осуждать, но – и хвалить, ибо и похвала другим есть тоже вид самомнения и присвоение себе суда над ними.

И этим грехом согрешили наши прародители. Змей сказал Еве: будете как боги, знающие добро и зло (Быт. 3:5). И вожделенным ей показалось, что вкушение запрещенного плода дает знание такое (ст. 6). И вкусила и дала мужу. И узнали они различие между добром и злом: доселе жили в раю и с Богом, а теперь – изгнаны и из рая, и от Бога; доселе были невинны, как малые дети, а теперь увидали наготу свою и сшили себе смоковные опоясания…

И на это искушение не согласился Господь, сказавши диаволу: не искушай Господа Бога твоего (Втор. 6:16). Ибо диавол тоже сослался на Священное Писание: написано: ангелам Своим заповедает о Тебе… и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею (Пс. 90:11–12). И он знает Писание. Но о смирение сам «преткнулся».

Тогда он приступил к последнему искушению.

Возносит Христа на весьма высокую гору (Мф. 4:8) и как-то показывает Ему все царства вселенной во мгновение времени; и сказал Ему диавол: Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их; ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю ее. Но только при одном условии: если Ты поклонишься мне, то все будет Твое (Лк. 4:5–7). Тогда Господь говорит ему со властью: Отойди от Меня, сатана! Написано: Господу Богу твоему поклоняйся, и Ему одному служи (Втор. 6:13).

Кто из людей не захочет обладать большим, даже – до всего мира?! Истинно говорит Господь: берегитесь любостяжания! (Лк. 12:15). А о богачах сказал: трудно имеющим богатство войти в Царствие Божие (Лк. 18:24). Даже ученики ужаснулись от слов Его. Но Иисус опять говорит им в ответ: дети! Как трудно надеющимся на богатство войти в Царствие Божие! Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши (так назывались низкие ворота в Иерусалимской стене, через которые прогоняли овец, но верблюд вынужден был ползти через них с трудом на коленях), чем богатому войти в Царствие Божие. Они же чрезвычайно изумлялись и говорили между собою: кто же может спастись? (Мк. 10:23–26).

А чему же они «ужасались»? И почему они сомневались в своем спасении? Ведь они же были простыми бедными рыбаками, а никак не богачами? – Да, но они понимали, что беда не в богатстве, а в «любостяжании», в желании лучшего, большего, богатого. И кто же этим не грешен? Кто не хочет большего? Кто отказался бы от богатства? Или кто, по крайней мере, свободен от хотения этого? Едва ли из тысячи тысяч сыщется такой!

Поэтому Христос родился в скотской пещере, да и то в чужой; потому до тридцати лет Своего возраста жил в повиновении у бедного плотника, мнимого отца Иосифа; потому не имел, где главы приклонить (Мф. 8:20); потому никогда не ездил, а ходил пешком (кроме езды на осленке, да и то чужом, во время входа в Иерусалим); потому не имел места, где совершить пасхальную вечерю, и попросился дать Ему место на последнюю ночь в чужой горнице. Потому и вообще все Евангелие учит бедности, а не богатству и никак не борьбе за богатство.

И первые христиане до такой степени твердо и искренно знали это, что даже имели общую жизнь, никто ничего не называл своим (Деян. 2:44–45, 4:32–37). А ведь из-за этого любостяжания и зависть, и споры, и суды, и войны, и разрушение любви… Боже, Боже! И мы знаем все это; и – не делаем.

Лишь святые пустынники бежали от этого искушения в пустыни.

И это, всемирное, искушение Господь победил. Был в пустыне, не ел, и диаволу сказал: отойди! А чтобы поклониться сатане, о том даже немыслимо и подумать! Одному Богу подобает кланяться!

Так истинно сказал Господь ученикам на Тайной вечере: мужайтесь! Я победил мир! (Ин. 16:33). Господь победил «искусителя» – диавола. И этим указал пример всему миру.

И даже звери были с Ним, – лучше людей; и ангелы служили Ему (Мк. 1:13). Ангелы и звери вместе… Какой прекрасный союз при Христе. Началось Благодатное Царство, восстановление мира; и все приходит в благобытие: и Человек Христос, и ангелы, и звери – вместе.

А диавол, окончив все искушение… отошел от Христа, но до времени: он всю жизнь Христову будет с Ним вести борьбу и доведет ее до креста. Но он уже отныне побежден. И возвратился Иисус в силе духа в Галилею (Лк. 4:13–14).

VI. Богослужебные мысли

Мыслей на богослужениях праздников весьма много, так что нам невозможно использовать все обилие их, и потому мы коснемся хоть главных из них.

Но зато нужно отметить, что они – суть плоды святоотеческих творений и по одному этому достойны всяческого внимания, как со стороны правильности их, так и со стороны, – что особенно важно, – глубины объяснения смысла их. А иногда эти объяснения кажутся нам очень оригинальными и для нашего обычного понимания даже неожиданными. Но если мы примем во внимание, что эти мысли проверялись Церковью Божиею, Духом Святым, в течение тысячелетий и не найдено в них ничего неправильного, то они являются для нас глубоко авторитетными.

Однако это не означает того, что церковное творчество исчерпано во всем объеме и что невозможно к этому ничего прибавить: церковное творчество продолжается и будет продолжаться до конца церковной истории. Дело в том, что составленные отцами тропари, кондаки, стихиры и в особенности – каноны представляют из себя плод их искусства, образования, духовною опыта; и к этому нужно присоединить еще и современную им историю, что также будет отражаться на их творчестве. Но индивидуальность их личности и особенности истории непременно отразятся, как и во всяком творчестве.

Новое время, новые люди могут привнести свое творчество. Но оно, конечно, не уничтожит, не отменит предыдущего, а лишь дополнит.

Так и Господь Иисус Христос сказал: не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить, дополнить (Мф. 5:17). И далее Он говорит, что в Ветхом Завете заповедуется так-то, а Я говорю больше (Мф. 5:28, 32, 34, 39 и т.д.).

Подобно этому можно сказать и о богослужебном творчестве.

Но вовсе не должно отменить или заменить старого; богослужебные книги и их мысли останутся вовек; и ими Церковь питалась и будет питаться и впредь; и мы должны придавать им, – по указанным выше причинам, – великое значение: должны вчитываться в них, углубляться, на них основывать свои слова и поучения; должны молиться так, как они установили. Вообще, должны положить их в основу своего празднования, после Священного Писания и в согласии с ним.

А новые мысли мы можем высказывать в своих проповедях, как это и делалось отцами и делается теперь: тут нашему творчеству – широкий простор.

К сожалению, нужно сказать, мы мало внимания уделяли этому источнику вероучения: в мирских храмах ни стихир, ни канонов не читали полностью, а если что и пелось, то и богомольцы, и даже мы, священнослужители, не углублялись в содержание их. Мы больше обращали внимание на так называемое «партесное пение» хорами одних и тех же песнопений: «Свете тихий», «Ныне отпущаеши», «Великое славословие», «Херувимская», «Милость мира», концерты и проч. Да и то в них больше слушали музыку, чем мысли и слова… И это вошло у нас в такую привычку, что почти никто не обращает внимания на эту явную несуразность. Между тем в этих-то стихирах и канонах и выражаются основные идеи празднуемых событий.

Правда, в последние несколько десятилетий стали обращать внимание и на богослужебный материал; впрочем, только в богословских школах, но не в церквах; и, кажется, нет надежды, чтобы с богослужебными мыслями считались именно там, куда они предназначены, то есть в храмах.

Но вот что обращало всегда мое внимание: как это богомольцы наши твердо знают, когда «большой» праздник, когда меньший, и точно каким-то чутьем угадывают, в чем именно заключается суть праздника. Конечно, они не смогут сами сформулировать нам свои чувства и мысли, но когда мы, священнослужители, правильно это объясним им, они искренно рады.

Еще более удивляет меня другое обстоятельство: когда нам приходится переживать в праздники те или иные чувства и мысли, то – к удивлению – потом находишь их и в богослужебных книгах. Но там оказывается их и больше, и они – глубже. Такое совпадение иногда бывает просто поразительным!

Конечно, это можно объяснить и тем, что нас в школах учили кое-чему о праздниках; и тем, что нам передается предание от отцов и дедов; и сохранившимися церковными обычаями, в которых выражаются идеи праздников. Но помимо всего этого, я полагаю, что Церковь просвещает Сам Дух Святый! Непосредственно!

Да иначе и было бы странно, что главные предметы нашей веры, выражаемые именно в двунадесятых праздниках, нуждались бы в богословском обучении, а «простым» людям были бы недоступны! Между тем историческая действительность – с первых дней христианства и доселе – показывает нам, что большинство верующих принадлежит к людям простым. Посмотрите, братия, кто вы, призванные: не много из вас мудрых по плоти, не много сильных (власть имущих), не много благородных… И незнатное мира, и уничиженное, и ничего не значащее избрал Бог (1Кор. 1:26, 28). Поэтому богомольцы чувствуют, что православно и где проповедник мудрствует от себя. Но мы, особенно говорящие от своего творчества, обязательно должны проверять свое – богослужебным, давно принятым Церковью материалом.

Другую особенность я увидел при знакомстве с богослужебными книгами (как я уже говорил выше) в том, что в них иногда встречаешься с совершенно неожиданными «открытиями»: такие неожиданные мысли выступают оттуда, что дивишься им и думаешь, как же этому не учили нас в школах? Как ты не знал этого сам? Например, когда я писал объяснение на праздник Рождества Христова, то вдруг встретился с мыслью: Христос воплощается, чтобы «РАТНИКА (разбойника, диавола) УБИТЬ». Это было совершенно неожиданно для меня, хотя я тогда уже кончил высшую богословскую школу. Или вот теперь, долго не понимал: почему именно в день Крещения Господня православные усердно стремятся получить СВЯТОЙ ВОДЫ? А при объяснении праздника мне все это вскрылось.

Значит, какой же громадный религиозно-богословский материал заключается в богослужебных книгах! И нужно пользоваться им… Особенно для проповеди.

Обратившись теперь внимательнее к богослужениям, поражаешься необычайному обилию и глубине мыслей творцов их, или Церкви. И прямо нужно сказать, что сам бы никто из проповедников никоим образом не смог бы углубиться в значение праздника так, как они.

И теперь, после неоднократного ознакомления с текстом Миней16, невозможно обнять весь материал; и потому, по необходимости, придется ограничиваться более существенными идеями богослужебных объяснений значения, или смысла, праздника.

Мы нередко хотим понять все, даже в Божественном мире, в мире Пресвятой Троицы. Церковь учит совсем иному. Вот и на праздник Крещения Господня она смотрит, как на великое таинство.

«Глубина премудрости сокровеннаго таинства ныне является человеком; Божиих судеб бездна ныне верным открывается» (3 янв. канон повечерия, 8-я песнь). «Высота неизреченна и глубина неизмерна есть, Владыко, смотрения Твоего, всяко (совершенно) преходя ума постижение: како водою и Всесвятым Духом земныя очищаеши?» (3 янв. канон утрени, 7-я песнь).

«О, чудо чудес! Како, всякия твари вышшии, Бог наш зиждется… и обновляет волею и назидает нас водою и Духа обновлением чудным?» (там же 8-я песнь).

«Ко Иордану тецем душею теплою и тамо узрим страшное таинство: боголепно бо предста, обнажився, Господь Христос мой» (там же светилен).

«Ныне же ко Иордану таинственно идем, видяще таинство велие, еже Христос Сам совершает» (4 янв. канон повечерия, 8-я песнь).

«О, чудесе преславнаго! Како Тя подымет вода, Владыко Господи, водами покрывающаго превыспренняя?» (5 янв. седален по 2-й кафизме).

Эти мысли о тайне Христова дела преимущественно высказываются в дни предпразднства; а когда уже наступает самый праздник, Церковь славит его и старается понять смысл, как увидим. Но и тогда, хотя и реже, говорит о тайне его. Вот на всенощной, после Евангелия, поет в стихире: «Непостижиме Господи, слава Тебе!»

«Днесь Христос на Иордан прииде креститеся! Днесь Иоанн касается верху (главе) Владычню. Силы Небесныя ужасошася, преславное видяще таинство» (6 янв. стихира хвалитная и ныне). «Воды освятил еси… страсти мира исцеляй. Велие таинство явления Твоего» (там же стихира хвалитная 3-я).

«Даже чини ангельстии, видевше Владыку, уподобльшася рабу и водами крещаема, поюще, дивляхуся» (стиховна на утрене 8 янв.).

И только!

Мало того, что это Божественное дело – «непостижимо», оно ужасает и Иоанна Крестителя, и ангелов, и людей, и саму тварь. И хотя, как увидим, одновременно с этим будет говориться и о радости и веселии, но при чтении богослужений на первый план выступает именно страх. Мы теперь привыкли и к воплощению Бога от Марии Девы, и к крещению Господню, а на самом деле то и другое не только «непостижимо», но и должно бы нас ужасать, если мы смогли бы вникнуть в эти тайны Божии. Так и было. Так и учит нас Церковь в богослужениях, с первого дня предпразднства. И прежде всего послушаем главного свидетеля и очевидца, самого Крестителя Иоанна.

«Грядет ко Иордану Христос Истина (в отличие от ветхозаветных прообразов) креститеся от Иоанна, и (он) глаголет к Нему: аз требую от Тебе креститися, и Ты ли грядеши ко мне? Не смею, сено прикоснутися Огню! Ты мя освяти, Владыко» (2 янв. на «Господи, воззвах» стихира и ныне). «Како положу на верх Твой руку, егоже трепещут серафими?» (там же стиховна и ныне).

Господь повелевает: так нужно! И он крестит.

Но Иоанн «трепещет»; так и должно: «трепещеши яко служитель: Владыка бо главу преклоняет тебе» (4 янв. седален по 2-й кафизме). И так и было: «трепетен бысть Предтеча» (тропарь на и ныне на освящение воды). «Трепеташе рука Крестителева, егда Пречистому верху коснуся» (прикоснулась) (6 янв. стихира 5-я на литии).

И как не трепетать! Бога крестит Иоанн! И не только он, но ужасаются и ангелы: «Явльшуся Тебе во Иордане, Спасе, в водах креститися плотию, ангельская воинства ужасахуся, зряще рабу предстояща Владыку твари» (3 янв. седален по 1-й кафизме). «Единочестное Слово Отцу и Духу, воплощенно за милосердие и крещаемо, ангельстии лицы видяще, трепетаху» (там же седален по 2-й кафизме).

Да и как им не ужасаться? – «Ужас бо видети Небесе и земли Творца, на реце обнажшагося и крещение от раба за (для) наше спасение приемлющаго, яко раба: и лицы ангельстии дивляхуся страхом и радостию» (5 янв. тропарь 9-го часа).

Вот мы уже видим новое слово: радость же пока подождем немного… Посмотрим еще на тварь…

Этот трепет и ужас охватил всю тварь. Будем ли понимать это как сильную и выразительную метафору или же (что истиннее) действительное событие, но в богослужении на все дни Крещения употребляется это соучастие твари. Именно.

До самого праздника, с первого дня предпразднства на стихиры поется стих из псалма: «Видевше Тя воды и убояшася», а начиная с Крещения – другой стих: «Море виде и побеже, Иордан возвратися вспять» (назад). И тотчас же поется стихира: «Видеша Тя воды», и вторично: «видеша Тя воды и убояшася» (стиховна вечерни). Эти слова взяты из псалмов Давида (Пс. 76:17, 113:3). И в них псалмопевец вспоминает и разделение Чермного моря при переходе евреев из Египта (Исх. 14:22), и разделение Иордана при Иисусе Навине (Нав. 3:8, 4:7), и чудо Илии и Елисея (4Цар. 2:8, 2:14). И на эти чудеса ссылается и Церковь в богослужении.

Иордан представляется сознающим, что Сам Бог пришел к воде, и со страху побежал назад: «Иорданская река устыдевшися и убоявшися, возвратися (возвратилась) вспять» (3 янв. седален по 2-й кафизме). «Возврати струи (течение), Иордане… ужаснися от лица Владычня» (2 янв. хвалитна и ныне). «Подобно им, и мы поем, трепещущее, Слове, видя Твоея нищеты (унижения) высоту» (2 янв. на утрене светилен).

Но наряду с этим ужасом Церковь вселяет в нас и другое чувство – радость и веселие, и тоже с первого дня предпразднства. «Иордане реко, веселия исполнися; земля и море, горы и холми и человеческая ныне играйте сердца» (2 янв. стихира на «Господи, воззвах»). «Божественный Предтече, Сего приими радуяся» (2 янв. седален по 1-й кафизме). «Да каплют горы радование, и холми да взыграют веселящеся, реки да восплещут рукою: явися, грядет Христос» (4 янв. 7-я песнь канона утрени). «Земля и наземная играйте и радуйтеся» (5 янв. стиховна вечерни). «Да радуется земля вся, Небо да веселится, мир да играет, реки да плещут рукою, источницы и езера, бездны, моря да срадуются: приходит бо Христос Адама очистити и спасти Божественным крещением» (5 янв. 9-я песнь канона повечерия). А в праздник Предтечи (7 января) Церковь уже говорит, что «крещением он сетующих (печальных) обычай отъемлет (уничтожает) вконец, совершенно» (стихира на стиховне).

И теперь оба эти чувства объединяются: «Видев Предтеча креститися пришедша, радуется душею и трепещет (дрожит) рукою» (на Господи, воззвах 1-я стихира). «Трепещет рукою, ужасаяся рукоположити, радуется душею» (2 янв. хвалитна на славу). «Вся земля тайно да радуется ныне, горы да играют» (там же на и ныне). Иоанн Креститель приглашает и других радоваться: «с трепетом служа Иоанн Владыце, радуется душею и вопиет с веселием: срадуйтеся мне еси роди праотца (Адама), прииде бо чаяние (ожидание) наше, прииде на Иордан Христос» (5 янв. хвалитна на славу).

И Церковь теперь, зря впереди конец жизни Христовой, обращается и к нам: «Воспоим, людие, Рожденному от Девы и в реце Крещшемуся Иордане, и к Нему возопиим: Царю всякия твари, даруй нам неосужденно чистою совестию, верно достигнути Твое святое из мертвых тридневное востание», то есть воскресение (5 янв. стихира хвалитна и ныне). Вот что предвидит Церковь: уничиженное начало открытия служению мира в крещении закончится воскресением Его из мертвых, радостной Пасхой!

Заканчивая этот отдел, мы видим, что Церковь с силою говорит об ужасе пред Крещающимся Господом, а мы об этом не думаем совсем, как подобало бы; дивятся ангелы, но – увы! – не мы. Но все это покрывается радостью. А точнее, страх соединяется с радостью. Так и заповедует псалмопевец: Служите Господу со страхом и радуйтесь с трепетом (Пс. 2:11).

Таково правильное духовное настроение православных людей. А мы не имеем этого страха Божия! Между тем в слове Божием говорится, что начало премудрости – страх Господень (Пс. 110:10), что страх Господень следует за смирением (Притч. 22:4), что вообще совершать святыню, вести святую жизнь нужно в страхе Божием (2Кор. 7:1).

А мы вообще не имеем страха Божия, в частности, никто не думает о нем в праздник Крещения, – как Церковь говорит в богослужении своем на этот день. Этому нужно поучиться нам, грешным. Сын Божий, Бог, крещается от раба Иоанна во Иордане!

Почему, для чего, – об этом Церковь будет говорить далее.

Начнем с самых первых, еще до-временных, событий. В славнике, на литии праздника поем стихиру Иоанна Монаха, то есть Дамаскина17: «Господи, исполнити хотя, яже уставил еси от века», то есть предназначил еще до создания мира, «воплотился и от вод Иордан… служителей тайны предопределил». Начало праздника еще тогда было уже решено в Пресвятой Троице: как и воплощение, так и крещение, и прочее – до крестной смерти Христовой, до искупительной жертвы Его. И эта жертва была возложена Отцом на Сына, согласно и Писанию (Евр. 10:6–7; Пс. 9:8–9; Быт. 3:15; Ин. 5:46). О ней проповедовал Иоанн, называя Христа «Агнцем Божиим, Который берет на Себя грехи мира» (Ин. 1:29, 36). Так поет и Церковь в богослужении: «священнодействовав крещение Христово, яко Агнец незлобив священнодействуемый, принеслся еси жертва» (7 янв. песнь 7-я, 2-го канона утрени). Но первее всего Христос принес Себя в жертву, как «Агнец Божий», как жертва за мир.

Но эта предопределенная жертва принеслась только после создания и падения человека; и то – через 5538 лет. Почему так? Церковь в богослужении отвечает: «неразумен никтоже и ко Христу неблагодарен да будет, долготерпение пождания Его и благость укоряя, да не преобидит» (3 янв. 9-я песнь канона повечерия). Следовательно, причиною «пождания» было Божие долготерпение и милосердие: Господь терпел грехи мира по благости Своей, пока люди сами не осознают всей гибельности отпадения от Бога и греховности своей (Рим. 1–3; Рим. 9:22; 2Пет. 3:15).

Но Агнец-жертва предопределена была «от века». И вот теперь она является в мир на Иордане, является в мир впервые: доселе, после Рождества, Христос был в неизвестности, теперь открылся миру. Почему же Иоанн Креститель назвал его, по откровению Божию, Агнцем-жертвой?

Человек пал; и, павши, даже не покаялся в своем грехе. Изгнан он был из рая… И потомство его стало еще больше ухудшаться – до крайности. И само оно уже не могло исправиться, и никто другой не мог этого сделать. На человечество наложена Богом «клятва» за грех Адама. Вот как об этом говорится в крещенском богослужении: «Державу» (силу одоления) «на враги крещением Твоим, Слове, дал еси нам, любовию чтущим Твое смотрение» (то есть план спасения), «еже» (которое) «волею совершил еси, разрешив» (освободив) «человеки от клятвы, во Едеме пребывшия» (наложенной, а не в природе человека бывшей) (12 янв. стиховна на вечерне).

Клятва же состояла в том, что за преслушание Бога и за послушание диаволу, прельстившему прародителей, человечество было удалено от Бога и отдано в рабство тому, кого оно захотело послушаться, кому оно повиновалось, то есть диаволу – змию. Удаление же от Бога, или отлучение (греч. «анафема») от милости Божией и есть проклятие, или клятва. И этой клятвы никто снять не мог, как Богом наложенной.

Только Сам Бог мог ее снять: это и сделал Сын Божий, Бог воплотившийся и теперь крещаемый, а потом – и распятый за нас. Но для этого Он должен был стать жертвой, взять на Себя грех всего мира и за него принести Отцу Своему послушание – даже до смерти на кресте (Флп. 2:7–8). Это Он и обещал Отцу Своему: Вoт иду… исполнить волю Твою, Боже (Евр. 10:7, 9). Это и есть жертва. И теперь, в крещении, она начинается.

Об этом в богослужении на праздник много говорится. Приведу несколько таких мыслей.

В кондаке предпразднества сразу же говорится: «Спасти бо приидох Адама первозданнаго», то есть восстановить таким, каким был первозданный до падения. И эта мысль об Адаме повторяется постоянно до конца попразднства.

Как же совершается это спасение? – Вменением греха Адама Сыном Божиим Себе, чтобы потом загладить его. «Сопрестолен Отцу и Духу Сый» (будучи), «ангельскими воинствы дориношуся; но в малем вертепе, странствуя, родихся в Вифлееме за благоутробие» (любовь, сострадание к людям); «поэтому и ныне, Иоанне, десницу твою Мне взаимствуй, да» (чтобы) «отмыю во Мне мира прегрешения». Именно: «во Мне» Самом сначала, как Боге. «Мене крести, во Мне человеков очищающа прегрешения».

«Спасти хотя заблуждшаго человека, не не сподобился еси в рабий зрак» (человеческий образ) «облещися». И далее следует дивная мысль: «подобаше» (надлежало) «бо Тебе, Владыце и Богу восприяти наше за ны: Тебе бо крещшуся плотию, Избавителю, оставления сподобил еси нас» (6 янв. стихира на Господи, воззвах). Никто не мог спасти нас, – только Бог. И оказать такую милость мог только Бог, как Всеблагий, хотя и по правде, за жертву Собою Сына. Так очищаются в Христе грехи наши: «Христос наши в воде погребает грехи, яко благ» (5 янв. 1-я песнь канона утрени). В стихире, после освящения воды, поем: «О нашем бо прегрешении быв человек, нашим очищением очищается во Иордане, Един Чистый и Нетленный, освящаяй мене и воды. Вземляй грехи наша на рамена, пришел еси, Иисусе к струям Иорданским» (5 янв. стихира на хвалитех).

Так крещается Христос во Иордане и омывается не от Своих грехов, как Безгрешный, а от взятых на Себя, вмененных Себе грехов наших.

Се, Агнец Божий, вземляй грехи мира! (Ин. 1:29). Если бы в мире кто-нибудь взял на себя наши денежные долги и уплатил их за нас, как бы мы благодарны ему были! Как бы мы были рады за себя, что освободились от неоплатных долгов! Как бы мы потом были верны этому человеку, желая хоть этим отплатить ему за спасительный дар! Какою любовью мы хотели бы заслужить его доброе отношение к нам своим поведением и вообще всею своею жизнью! Как бы боялись чем-нибудь огорчить его.

А мы так ли поступаем?

Об этом говорит притча Господня о должнике в десять тысяч талантов, а еврейский золотой талант стоил на прежние деньги двадцать пять-двадцать шесть тысяч рублей, то есть о неисчислимом долге его. И все это было прощено. А ему должен был некто 100 динариев (динарий – дневная плата работающему, 20–21 копейка по прежнему), то есть долг рублей в двадцать: долги несоизмеримые! Но первый должник жестоко обошелся со своим: повалил его, душил и потом посадил в темницу. Такой жестокости удивились даже товарищи бедняка; и они рассказали про все государю своему; и он снова потребовал от него безмерного долга и «отдал его истязателям» (см.: Мф. 18:23–34). Так, заключает Господь, и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его (ст. 35). Потому и в молитве Своей Господь научил нас просить: остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим (Мф. 6:12).

И апостол Павел пишет: Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивыx. Ибо едва ли кто умрет за праведника; разве за благодетеля, может быть, кто и решится умереть… А Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками (Рим. 5:6–8).

Здесь, правда, говорится уже об искупительной смерти Христа; но крещение Его есть начало искупительного подвига за нас. Как же мы должны бы отвечать Господу за Его крещение! И как отвечаем? Мы и Господа не любим как должно. Мы и к «братьям» холодно относимся. Какие нам «братья» все эти «чужие» люди. А часто мы смотрим на них, как на врагов!

Слово же Божие и Церковь совсем иначе учат нас. Например, с первого дня предпразднства начинает славословить: «Господи, слава Тебе» (2 янв. стиховна). И, чем дальше, тем это славословие учащается: «славно бо прославися; Боже наш, слава Тебе» (2 янв. хвалитна). «Тя превозносим, Христе, во веки» (3 янв. 8-я песнь канона повечерия). Или: «Крещаема чистыми делы почтим» (2 янв. 9-я песнь канона повечерия). Но пока продолжим выяснять смысл самого праздника.

Это, вероятно, неожиданно для нас, хотя мы за святой водой собираемся, – как говорили, – в исключительном множестве; но Рождество Спасителя чтим, кажется, светлее. Однако послушаем Церковь.

«Светел убо мимошедший праздник, светлейший же, Спасе, приходящий» (2 янв. стиховна 1-я вечерни). «Ясен убо мимошедший праздник, славнейший же настоящий день» (там же стиховна 3-я). «Светлейший солнца бысть прешедший праздник Рождества Христова; ясен и пресветел показася приходяй Божественнаго явления Его» (2 янв. стиховна утрени). В чем же причина этого превосходства? Не только в необычайности обстановки: Дух почивает на Сыне, Отец дает глас с неба; а в том, что теперь Сам Бог Сын и вся Троица является миру. Человечество и даже избранный народ до такой степени пали, что даже Святую Троицу забыли! Ныне Она снова открывает Себя миру. Христос родился в скотской пещере, в неизвестности; здесь теперь Он явился миру открыто: «се (вот), явися Господь, Иорданскими струями одеян» (3 янв. 6-я песнь канона утрени). И Церковь это славит радостно: «Благословен явлейся, Боже наш, слава Тебе» (3 янв. конец стихир на хвалитех).

Потому и самый праздник Крещения называется еще Богоявлением: «Твоего богоявления, ныне» (прежде) «сокровенная действиями» (появлением и крещением) «сказал еси, явль» (открыв прежние тайны) «человеком днесь» (5 янв. 3-я песнь канона повечерия). Поэтому и мы вопием: «Слава явившемуся Богу и на земли виденному» (6 янв. стихира на хвалитех и ныне). И повторяем часто в кондаке: «Явился еси днесь вселенней; пришел еси и явился еси, свет неприступный… Велие таинство явления Твоего!» (6 янв. хвалитна).

Но это явление было не только одного Сына Божия, а и всей Пресвятой Троицы: «Троица Бог наш, Себе нам днесь нераздельно яви; ибо Отец явленным» (явным) «свидетельством (-о) сродства возгласи; Дух же голубиным образом сниде с Небес; Сын Пречистый верх» (главу) «Свой Предтечи преклони» (царские часы, 3-й час, 2-й тропарь). «Троицы явление во Иордане бысть: Самое бо Пребожественное Естество, Отец возгласи: Сей Крещаемый – Сын возлюбленный Мой, Дух же прииде к Подобному» (6 янв. 8-я песнь канона утрени).

О явлении Пресвятой Троицы поется и на вечерне (в стихире на «Господи, воззвах» и в тропаре: «Во Иордане крещающуся Тебе, Господи, Тройческое явися поклонение»); и в каноне на утрене: «Прославим Отца, и Сына, и Духа Святаго: се бо Троица Ипостасьми» (Лицами) «Единосущная» (по существу), «Единже Бог» (6 янв. 7-я песнь канона утрени). «Имже» (Христом) «Троическое таинство познася, во Иордане Тебе крещшуся» (9 янв. стиховна вечерни). «Щедротами Твоими, Боже, умолен, заблуждшее и погибшее взыскал еси… темже пришел еси на Иордан, сказав таинство Святыя Троицы» (9 янв. седален по 1-й кафизме). И нам Церковь обещает: «тако и нам исходное» (то есть последствие)… «пакибытия баня» (наше крещение) «будем. Отсюду и Троицы узрим свет незаходимый» (6 янв. 9-я песнь канона утрени).

Уже по всему этому праздник Крещения есть «светлейший». Но он светлее и по спасительным последствиям своим.

Каким же? Одно уже мы указали: провозглашение истины бытия Пресвятой Троицы; а с этой истиной связана и другая цель.

Другая цель – воссоздание Божьего Царства. Для этого собственно и был послан от Отца Всесветлое Слово нощи отгнати зломрачное стремление (устремление ко злу и тьме) и искоренити грядеши человеков грехи (6 янв. 4-я песнь канона утрени); а вместо этого – привлещи Твоим крещением, Блаже, светлы… сыны (там же) Единороднаго Тя очищение Отец в мир посла (4 янв. 4-я песнь канона повечерия).

Немного нужно пояснить. Доселе было Царство Пресвятой Троицы, Царство блаженства и святости во Святом Духе. Но люди пали, и потому они без Бога устремились к злу, к греху. И в богослужении очень много говорится о грехе, о греховном царстве. «Далече человечество от Бога бывшее» (ставшее), «Слово Божие» (Христос), «ущедрив» (по милости), «Человек явися» (воплотившись); «а теперь крещением Богодельным» (боготворящим, делающим людей богами, не по существу, – как обманчиво, лестию соблазнил диавол прародителей, сказав им: будете яко бози (см.: Быт. 3:5–22), – «но по благодати сие» (человечество) «присвояет снова Себе боголепно и к первообразному возводит достоянию» (состоянию, достоянию, наследию Божию) (3 янв. 5-я песнь канона утрени).

«Да исполнится это Отчее благоволение… на сие» (для этого) бо приидох: Мене крести, во Мне человеков очищающа прегрешения» (4 янв. стихира на хвалитех слава). И вместо поклонения Троице люди стали кланяться идолам; «а теперь от идольския измывшеся нечистоты, снова просвещаются душами Его» (Христа) «ради» (царские часы, тропарь 6-го гласа). И как Сам Он, так и мы чрез погружение в воду [мертвость Божественную… образующе], потом «со Христом совостаем, тридневному востанию приобщающеся» (5 янв. 7-я песнь канона повечерия). «Водою погребсти наши грехи хотя» (желая) «во Иорданских струях, Христос Бог оживляет нас «истлевших» (5 янв. 3-я песнь канона утрени). И действительно, Он, пламенный (пожигающий)… грех восприим, погребает во Иорданских водах, сияя Божества сиянием (3 янв. стихира на хвалитех слава), которое сильнее того пламени; «огнем Божества, идя на крещение, хочет погрузити нас водою и Духом, люте сокрушенных грехопаденьми» (4 янв. 7-я песнь канона утрени).

Вот каким стало бывшее Царство Божие: темным, злым, смертным, растленным, погибающим. «Державу сокрушил еси греховную, Христе Боже наш» (6 янв. седален по 1-й кафизме).

Но есть худшее зло, чем грехи: люди впали в рабство диаволу, стали подданными его. Диавол был источником, соблазнителем греха; его люди и послушались, ему и подчинились, в его державу вступили. Поэтому нужно избавить их от его властительства.

Как же это могло быть?

Сделались они такими потому, что Бог этим рабством и наказал их, говоря приспособительно к человеческому слову, точнее, они сами после падения сделались неспособными жить с Богом. В богослужении на Крещение есть прекрасное место, где выражается эта мысль: «ныне… явился еси нам, Спасе наш и Зиждителю… во Иордане, яко щедр» (по любви к нам), «и ослепленныя светом Твоим, Христе, просветил еси» (12 янв. стиховна на вечерне). Когда это они были «ослеплены»? – После падения своего: свет Божественный стал им нестерпим и даже опасен, вреден для души. Так и сияние солнца нам нестерпимо; и мы, если будем смотреть на него, то ослепнем; поэтому и не смотрим прямо, – разве через темное, тусклое стекло, как говорит и апостол Павел даже про себя и вообще про христиан: теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу (1Кор. 13:12).

Но в Священном Писании и в богослужебных книгах говорится нам богоприличнее: Господь наказал падших людей. И это – не в смысле, конечно, раздражения на них или озлобленного гнева, а в смысле проявления величества Божия к нашему самовольству. И сейчас мы увидим человекообразные выражения о «вражде», «примирении»; о «клятве» мы уже говорили. Мира, Христе, сый Царь, вражды средостение разорил еси, плоти подобием явився сущим на земли, то есть еще воплощением; а теперь вместо такого царственного дела, – как уничтожить «средостение», преграду и «вражду» между Богом и людьми, – Господь является на Иордане, прося Себе очищения: Иоанн этому «дивится со страхом» (5 янв. 5-я песнь канона утрени). И нужно было прежде всего «примирить» людей с Богом; но как же? – Воплощением и потом крещением Христа, за любовь крайнюю плоть приимшаго, и крещением нас Отцу примирившаго (4 янв. 8-я песнь канона на повечерии).

Подробнее это не раскрывается в богослужении, но самое «примирение», уничтожение «вражды», утверждается. Впрочем, нечто по этому поводу указывалось уже: вменение Себе грехов человеческих Крещающимся, очищение в водах, «крайнее смирение» Божие. Например: Смирялся, предгрядеши креститися речными струями. Грядет… Господь преклонитися руце твоей, Иоанне… смиренно, яко да смиреннаго мя вознесет крещением (3 янв. 4-я песнь канона утрени). Руками создавый, Христе, человека, под руку Предтечеву подклоняешися, яко человек смирялся, яко да возвысиши мя, древле смирившася (падением) и погибша (4 янв. 9-я песнь канона утрени). Да Твоея славы всяческая исполниши, Себе Самаго истощил еси даже и до рабия образа. Ныне же длани раба подклоняеши главу рабски, уничиженно (5 янв. 1-я песнь канона повечерия; ср.: Флп. 2:7–8). Полный истощися (4 янв. 6-я песнь канона утрени). Крайнее смирение! (2 янв. седален по 2-й кафизме).

Это «истощание», «уничижение» Себя, но за человека, и является тем спасающим искуплением, которое началось воплощением, продолжается теперь смиренным крещением, а кончится распятием, чем и примирил Господь Отца с падшим человечеством.

И теперь, после примирения, возвращается благоволение Божие, пока к Сыну; клятва снимается, Дух Святый, пока на Христе, является; сила вражия над человеком разрушается – ибо возвратилось Божие благоволение, милость, любовь, благоутробие.

И теперь мы обратимся к последнему пункту: уничтожению власти диавола.

Об этом так много говорится в богослужении, как ни о чем, кроме благодати. Читая стихиры и каноны, дивишься такому множеству! Но мы не обращаем на это внимания, будто это не касается смысла праздника. Нет! – наоборот, в этом и сказывается он прежде всего. И «простой» народ чувствует это сильнее, потому он и приходит в таком множестве на «Иордань» для получения святой воды. Обратимся же и к текстам богослужения. Здесь диавол называется, как увидим, змием, зверем, волком, мучителем, врагом, прелестником, губителем и проч. и проч.

Господь идет на крещеные, омыти (смыть) хотя (желая) Адамово рукописание (2 янв. стиховна на вечерне), данное им на задолженность диаволу. А теперь Он стер змиеву главу и отверз рай, который «затворило преступление» Адама, обольщенного лестью змиевою, вкушением древа иногда (2 янв. стиховны на вечерне; ср. Быт. 3:1–6). Поем, – зовет Церковь, – главы Стершему невидимых врагов (3 янв. 8-я песнь канона утрени). Агнец Божий предста к рабу, прося крещения… свободити ищай порабощенныя ны от льстиваго, и доброту (красоту) первую погубльшыя (3 янв. 9-я песнь канона утрени). На Иорданских струях стоиши… ища, Христе, овча, еже дивий (дикий) волк расторгне (разорвал) лестию (4 янв. 3-я песнь канона утрени). Род человеков горькаго мучительства вражия избавися (5 янв. 4-я песнь канона повечерия). Царь убо, мира Начальник и сущих в водах древле пронаречеся (см.: Ис. 9:7), но удавляется Твоим очищением и низлагается… легеон; рук же Твоих, Спасе, создание, порабощенное от него, державною Твоею рукою свобождения сподобил еси (там же 6-я песнь). Избавление грядет Христос крещением подати всем верным: сим бо… низложшаго (диавола) мучителя посрамляет, Небеса отверзает, Духа Божественнаго низводит, и нетления причастие дарует (там же 8-я песнь). Змиев главы сокрушити Христос спеша, ныне грядет водами (5 янв. 5-я песнь канона утрени). Таящагося в водах борителя, князя тьмы, тщуся (стремлюсь) погубити, избавляя мир от сетей его (царские часы, стихира 6-го часа). Предгрядеши ныне на Иорданскую реку потопити змия (2-й тропарь 6-й песни канона предпразднства 2 янв.). Днесь Небесе и земли Творец приходит плотию на Иордан, крещения прося, безгрешный, да очистит мир от лести (прелести, обмана) вражия… и очищение водою роду человеческому дарует (6 янв. стихира на стиховне). Преста лесть вражия… гора и холм врагов понижается (5 янв. 8-я песнь канона повечерия). Господь уловляет змиев, гнездам натекая (набрасывая на гнезда) многими сетьми, низлагая (их) Бог Слово; запинает же (сокрушает) уязвившаго всемирный род, сего потребль (уничтожив), избавляет тварь (6 янв. 4-я песнь канона утрени). Соблюдаемся благодатию, вернии, и печатию (крещения); яко бо губителя бежаша (там же 9-я песнь).

Вот какова была держава греха и диавола. После смирения и «примирения» Крещаемым с Отцем оно лишается силы; и вместо нее восстанавливается Царство Божие – Духом Святым, или Царство Небесное, Благодатное царство. К этому мы и переходим.

Так и начинает Церковь славословить дело Христово: Слава пришествию (воплощению) Твоему Христе! Слава Царствию Твоему! Слава смотрению (плану спасения) Твоему, Едине Человеколюбче (7 янв. седален по 1-й кафизме). И еще Иоанн проповедовал о приближенна этого Царства: Покайтеся, приближися бо Небесное Царство, призывая вся (всех) к славе Божией (5 янв. 4-я песнь канона повечерия). Царствуеши, но не мирски (не от мира сего) естеством Сый Царь… Свойственну (общую) имаши Державу Царствия со Отцем, прежде веков, присно и во веки с Духом (там же 6-я песнь). Вифлеем оставивше… ко Иордану тецем душею теплою; и тамо узрим страшное таинство: боголепно бо предста обнажився Христос мой, одевая мя во одежду Небеснаго Царствия (3 янв. светилен).

Иначе это Царствие Божие может быть на земле именуемо еще Церковью. Приспе Христос ко струям Иорданским, крещения прося, очищаяй грехи… Радуйся, языческая Церковь, Царю (Богу) уневестившися (3 янв. стихира на хвалитех). От воды таинственно Духом соделал еси, Спасе, многочадну Церковь, первее безчадную (5 янв. 5-я песнь канона повечерия). Неплодная древле и безчадная люте, днесь веселися Христова Церковь: водою бо и Духом сынове тебе родишася (6 янв. 3-я песнь канона утрени).

И создание (лучше сказать: воссоздание) Благодатного Царства ныне, в крещении, лишь начинается: Вся исполняяй, яко Бог, крещается от раба, обнищавати (умаляется, уничижается Сам) начат (начал), богатные дары даруяй (2 янв. стихира на стиховне), то есть спасая и воссозидая людей. Ныне дело державно (царственное, могущественное) совершает Владыка Господь, ибо влечет к Себе Богозданное естество – все творение (6 янв. 3-я песнь канона утрени).

Этим мы теперь обращаемся ко всей твари, а не к одному лишь умалившемуся (уничиженному) человечеству, неизглаголанно величая (возвеличивая его) крещением (4 янв. 5-я песнь канона утрени). Нет, возвеличивается ныне и вся тварь. Этому также много посвящается Церковью в богослужении. Христос явися, всю тварь хотя обновити (тропарь предпразднства)… Крести мя: хощу бо исполнити естество земных освящения и очищения (4 янв. 9-я песнь канона утрени).

Да Твоея славы всяческая исполниши, Тебе Самаго истощил (умалил) еси… Ныне же длани раба подклоняеши главу рабски (5 янв. 1-я песнь канона повечерия). Земля освятися Рождеством Твоим святым, Слове… ныне же водное естество благословися, Тебе плотию крещшуся (там же песнь 9-я). Ныне крещается Христос и восходит от воды, совозводит бо с Собою мир весь (б янв. стихира на литии). Днесь тварь просвещается; днесь всяческая веселятся, Небесная вкупе и земная (там же и ныне). Адамово естество обновил еси (6 янв. седален по 2-й кафизме). В частности, Христос грядет ко крещению, безсмертие Божественною банею (то есть через наше крещение, см.: Тит. 3:5) всем подая (1-й тропарь 3-й песни канона предпразднства 5 янв.). Какое непостижимое «державное дело»! И действительно, можно и должно сказать, что происходит новое творение, ибо теперь все существующее умирает.

Новотвориши земнородныя, нов Адам был Содетель, огнем, и Духом, и водою странное совершая возрождение и обновление чудное… крещением богодетельным (боготворческим) новотворя (5 янв. 5-я песнь канона утрени). Духом души новотвориши; водою же освящаеши тело (там же).

Следовательно, и человечество, и весь мир обновляются крещением Христовым.

Как же это происходит? – Двояким путем. Прежде всего, тем, что Сам Бог, воплотившись, причастился твари Своей, или миру, – и тем освятил его, обновил, очистил.

Истинный Свет явися и всем просвещение дарует, крещается Христос с нами… влагает священие воде (6 янв. стихира на хвалитех). Струи освятил еси Иорданския (6 янв. седален по 1-й кафизме). Земля освятися Рождеством Твоим святым, Слове… ныне же водное естество благословися, Тебе плотию крещшуся (5 янв. 9-я песнь канона повечерия).

Но этих мыслей очень мало. Несравненно больше, вообще больше всего прочего, говорится о другом пути обновления: о благодати Божией.

И прежде всего вспомним причастен в самый праздник Крещения (но не накануне в сочельник): Явися благодать Божия, спасительная всем человеком. Эти слова взяты из литургийного Апостола (Тит. 2:11). Но мысль о благодати постоянно звучит на богослужении как основной мотив. Нет возможности, да и необходимости, переписать все выдержки об этом; укажем хоть на некоторые.

Воплотившийся Создатель ко Иорданским ныне струям грядет, обогащая Божеством земных на обновление (4 янв. 1-я песнь канона повечерия). Христос приходит ко Иоанну источити крещение спасения огнем Духа, во Иорданских струях, яко Бог, роду человеческому (4 янв. седален по 2-й кафизме). Решительную (освобождающую, разрешающую) душ и телес купно крещения благодать, Спасе, грядеши даровати: сего ради подававши ныне нам и благодать вместо (на) благодати (4 янв. 3-я песнь канона повечерия). Эти слова взяты из Пасхального Евангелия (Ин. 1:16), где говорится о явлении Господа миру и подаянии «благодати на благодать».

В чем же заключается эта благодать? Первое, на что мы уже указывали, это очищение от грехов. О втором мы тоже говорили: освобождение от власти диавола.

На третий дар обратим особенное внимание теперь: это – «сыноположение» Богу. Благодатию сыны (сынами) Божия сотвориши ны (4 янв. 1-я песнь канона утрени). Едина благодать Отца, Сына же и Духа совершающая, делающая совершенными, даром желающия верно Божественнаго крещения сыноположения… власть получают (5 янв. 7-я песнь канона повечерия). Крещение нас вместо рабов (врагу) сыны (сынами) Божия соделовает (царские часы, час 9-й, тропарь); Ты, Слово, приходишь сыны привлещи Твоим крещением… светлы от струй Иорданских (6 янв. 4-я песнь канона утрени). Свободна (от врага) убо тварь познавается и сынове Света, прежде омраченнии (6 янв. ирмос 8-й песни канона утрени).

Этот дар «сыноположения», или усыновления Богу, особенно важен нам. Чтобы немного понять его, возьмем такое сравнение: какая была бы милость или радость, если бы кто из обыкновенных людей был усыновлен царю? А еще больше, если он до этого был рабом злого захватчика? Теперь же не только освобожден, но еще и усыновлен самому освободителю-царю? Здесь же – усыновление Богу! Таким даром наделяет нас благодать крещения! Человечество возвращается в прежнее славное состояние: Род земнородных к первому взыде паки благородию (5 янв. 9-я песнь канона повечерия). А как сыны Самого Царя – Бога, мы удостаиваемся Царства Божия, Царства Небесного.

Да убелится всякое земное естество, от падения ныне на небо возводимо… текущими струями омывашеся, прегрешений прежних убеже, пресветло измовено (6 янв. 8-я песнь канона утрени). И это все совершается Божиею благодатию, потому это Царство и может быть названо Благодатным Царством. И начаток спасения на Иордан совершити… прииде Христос (3 янв. стихира на хвалитех утрени). Свет озаряти уже начинает! (3 янв. стихира на стиховне утрени). В этом открытии Благодатного Царства и заключается главный смысл праздника.

Праздник Богоявления и Крещения еще называется «Просвещением»; так он называется в Евангельских и Апостольских чтениях: суббота пред Просвещением, неделя пред Просвещением, Просвещение (вместо Крещения), суббота по Просвещении, неделя по Просвещении. Так же точно, – и тоже очень часто, – это слово употребляется и в богослужении.

Сам Христос называется Просвещением (5 янв. 8-я песнь канона утрени), Просветителем нашим, просвещающим всякаго человека (6 янв. на Господи, воззвах 1-я стихира). Людие, во тме скорбей древле седящии, Свет явися вам незаходящий, видите и Божественными зарями просветитеся и Явльшагося благодать воспойте (4 янв. 5-я песнь канона утрени). Душ очищение готовится, просвещение, решение (освобождение) лютых прииде, возликуй вся тварь! (там же 9-я песнь)… Прииде Просвещение, Избавление явися (там же стиховна утрени) просветити сущия во тме (5 янв. стиховна вечерни). Поем Господу, к светлости Божественней возводящему нас (5 янв. 1-я песнь канона повечерия). Подает Христос чувствующим Его Божественное осияние (там же 3-я песнь). Христос Иисус предгрядет водами Иорданскими потоки греховныя потопити, просвещение всем даруя (5 янв. 1-я песнь канона утрени). Вместо тьмы Христос просвещает человечество водою Божественнаго крещения Его (царские часы, тропарь 9-го часа). Прииде Просвещение; Благодать явися, Избавление (от врага) наста; мир просветися: людие, радости исполнитеся (10 янв. стиховна утрени).

Почему именно называется так крещение? Конечно, не потому, что люди стали более учеными и знающими, что думают так называемые «просвещенные» люди. И напрасно «простые», но верующие и крещеные православные люди называют иногда себя «темными». Это совершенно неверно! Наоборот, так называемые «просвещенные» люди, но неверующие, являются «темными» в истинах спасения. И даже – нередко!

Просвещение же, как мы видели из приведенных выдержек, противополагается иной тьме: тьме греховной и тьме диавольской, которая так и называется «темной силой». А в противоположность ей Церковь учит о свете благодати, о свете Христовом. Так она и читает каждый день в конце первого часа: Христе, Свете истинный, просвещаяй и освещаяй всякаго человека, грядущаго в мир: да знаменается на нас Свет Лица Твоего, да в Нем узрим Свет неприступный.

В слове Божием Светом называется Бог и все Божественное. Бог есть свет (1Ин. 1:5). Он обитает в неприступном свете (1Тим. 6:16). Господь Иисус Христос о Себе сказал: Я – свет миру (Ин. 8:12, 9:5). Он был Свет истинный (Ин. 1:9). Вот где истинное просвещение! Поэтому и Крещение Его называется Просвещением, как начало откровения Его миру и избавления от тьмы вражией.

А можно думать, что в Небесном Царстве есть особая светлость, непостижимая, неприступная для нас. Господь преобразился во свете. Праведников ожидает светлый мир, они будут, как солнце. Святые и теперь, на земле еще, осияваются благодатным светом сильнее солнца, как преподобный Серафим Саровский. Над святыми людьми рисуются круги света (нимбы). На крещаемых надеваются белые одежды, – не только в знак их чистоты, но и в знамение Небесного Христова света: елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся. Над святыми старцами люди своими глазами видели огненный, но не опаляющий их свет.

В заключение богослужебных мыслей Церкви мы должны и на эту особенность обратить свое внимание, хотя бы потому, что и в богослужении на нее не раз указывается. Например, при крещении боголепно бо предста, обнажився, Христос мой, одевая мя во одежду Небеснаго Царствия (3 янв. светилен). Господь грядет на Иордане обнажитися яве (явно)… обнажением одевая всех, обнажихся змия советом сопротивным (4 янв. стиховна вечерни). Господь, одеваяйся светом, наг зрится во Иорданских струях (4 янв. 5-я песнь канона повечерия). Ныне, Господи, и к речным течением наг приходиши, мою одевая наготу (4 янв. 1-я песнь канона утрени). Адамову наготу одевая, Благоутробне, во одежду славы, хощеши обнажитися плотию во Иордане реце (5 янв. седален по 2-й кафизме). Обнажение студное покрывая Адама праотца, обнажаешися вольно и струями Иорданскими Тебе Самаго покрываеши (5 янв. 3-я песнь канона утрени). Креститеся грядеши, яко человек, одеждею мя одевая, славы древния обнаженно люте (5 янв. кондак). Како обнажение Твое, небесныe видят Ангелы, привыкшие видеть людей в одежде? (5 янв. 6-я песнь канона утрени). Иже от Адама назии, приидите вси, облечемся в Него, да согреемся: покрывает бо нагия и просвещает темныя (6 янв. икос). Этим вопросом о Христе Церковь занимается преимущественно до праздника, а в самый праздник совсем забывает о наготе Его, говоря больше о благодати Божией.

Из вышеприведенных выписок мы видим, что нагота Господа связана с обнажением падшего Адама. Прежде греха прародители не замечали, что они – наги. И только после этого у них обоих «открылись глаза», и они вдруг заметили, что они наги. Следовательно, в невинном состоянии люди не замечали бы своей наготы, как малые дети и доселе не стыдятся этого. Одежда же – «опоясание» из смоковных листьев (см.: Быт. 3:7), а потом и Сам Господь Бог сделал Адаму и жене его одежды кожаные и одел их (ст. 21). Значит, одежды суть знак нашей греховности.

Господь же пришел для того, чтобы возвратить людей «в первое благородие». Поэтому, как безгрешный и греха отнюд не ведый (2 янв. хвалитна утрени), и Сам входит [в воду] телесно нагим, и хочет облечь людей в благодатную одежду нетления.

Какая же это одежда? Нам, неопытным, это невозможно и представить себе. Но вот что говорит нам Церковь в богослужении: нетления одежда самотворится для достойных (5 янв. 7-я песнь канона повечерия).

Можно бы сказать еще, что святой Симеон Новый Богослов беседовал с ангелом, купаясь в воде, и не стыдился. Некий святой ходил в женскую половину бани, не стыдясь. Нам известен случай, когда некий угодник Божий вышел к посетителям нагим… Конечно, это – не нашей меры!

Вот что могли мы сказать о наготе Господа при крещении Его. Апостол Павел говорит, что у верующих во Христа нет мужеского пола, ни женского (Гал. 3:28). Сам Господь сказал саддукеям: заблуждаетесь, не зная Писаний, ни силы Божией; ибо в воскресении не женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как ангелы Божии на небесах (Мф. 22:29–30). И нужно нам помнить слова апостола Павла: есть тело душевное, есть тело и духовное… и как мы носили образ перстного Адама, будем носить и образ Небесного, то есть Христа (1Кор. 15:44, 49). А Христос по воскресении Своем имел тело особое, а не каково теперь наше: он входил через затворенные двери; являлся Клеопе и Луке в одежде, а потом за вечерей мгновенно исчез; одежды его прежние остались во гробе, отдельно от головного плата; наконец, Он вознесся.

А как? где Он сейчас? – не спрашивай, говорит преподобный Иоанн Лествичник, ибо все это – выше нашего ума, ибо относится к иному миру, к иным условиям бытия.

VII. Освящение воды

Как известно, вода на Крещение освящается два раза: в навечерие праздника и в самый праздник.

Конечно, это делается в воспоминание Господня крещения. Но только ли? И почему же два раза? Наши мысли по обоим этим вопросам такие.

Неверно думают, что празднуемые события являются только простым воспоминанием их. Совсем не так! Это уже видно из того, что молящиеся смотрят на них реальнее, действеннее. И Церковь, насколько я знаю, при воспоминании их переживает самую суть их – благодать праздника.

И святой Иоанн Лествичник говорит, что в двунадесятые праздники Господь дарует молящимся особую благодать, в соответствии с празднуемым событием.

Особенно ясно это бывает в Крещение, когда действительно освящается вода и люди берут ее и употребляют как подлинную святость, а не только как простое воспоминание о крещении Господнем. Даже больше скажу: едва ли кто в эти моменты освящения вспоминает о нем. Наоборот, ждут самого освящения воды и потом с похвальным усердием спешат, можно сказать рвутся, чтобы взять ее в какой-либо сосуд. И ждут именно того самого момента, когда вода в кадке ли или на реке освятится погружением в нее Креста Господня. И в молитвах на освящение воды так и говорится, как увидим, о даровании ей «благодати». Разве это лишь воспоминание? – Никак нет!

Что касается двукратного освящения воды, то исторически это объясняется различно. Богослужение под Крещение, как и под Пасху, совершалось к вечеру дня, так что «разговлялись» уже к ночи. И Златоуст говорит, что в его время в полночь верующие брали освященную (или, как правильно они говорят, святую) воду. А на Пасху и мы служим в полночь, рано утром, ибо и Господь воскрес рано. И доныне в некоторых странах (например, в Чехии) уже вечером вкушают скоромное, в честь славного праздника.

Другое же истолкование объясняет это тем, что накануне Крещения (и вообще «больших» праздников) совершалось крещение оглашенных и для них освящалась вода; на самый праздник крещеные могли уже с верными присутствовать на литургии и причащаться Святых Тайн.

Третье объяснение таково: прежде водосвятие совершалось лишь в Иерусалимской Церкви. Духовенство и народ выходили из храмов и шли на Иордан. Но потом этот обычай распространился на весь христианский мир. Говорят, что так было еще в IV и даже отчасти в V веке; так что было одно или два (накануне – для оглашенных) освящения.

Но у меня есть и четвертое объяснение. Как мы видим из богослужения, Крещение Господне имело целью двоякое освящение: человека и твари. Накануне, когда и стихиры уже пропели о крещении, и прочитали Евангелие о нем, и проч.; когда, следовательно, праздник церковно уже был совершен, совершалось освящение воды для людей, для нас. А на второй день, в самый праздник, совершалось уже освящение твари, потому и шли на реку, или колодезь, или даже на море, как у греков за границей.

К воде шел торжественный крестный ход… Это знаменовало открытие служения, или явление миру, Господа Иисуса Христа. Крестный ход выходит, когда еще не кончится литургия, а пред «Буди имя Господне»; это же поется по возвращении крестного хода в храм. Таким образом, освящение воды вводится в самую литургию, как часть ее. И на пути окропляется природа. Потом ею освящается и дом, и служебные постройки, и дворовая скотина, и даже все «скаредные» (нечистые) места: все благословляется благодатью Святого Духа и изгоняется враг.

Про самый порядок освящения воды писать здесь нет нужды. Обратим внимание на слова молитв: о чем мы молимся.

При самом начале крестного хода поем: Глас Господень, то есть Предтеча Иоанн, вопиет глаголя: приидите, приимите вси Духа – явльшагося Христа… Следовательно, это не одно простое воспоминание, а призыв к нам Церкви в получении благодати Божией, как главной цели пришествия Христа.

А во втором тропаре прямо говорится об освящении твари: Днесь вод освящается естество. В третьей поем о грехах наших, которые явились причиною расстройства и в человеке, и в природе. И в четвертом говорится о страхе самого Иоанна и твари, что Бог пришел креститься, зрак рабий приим; потому что Ему Самому, как безгрешному, не от чего было очищаться, не в чем каяться; но Он взял на Себя мира грех, потому Иоанн просит Его: освяти мене и воды, Спасе, то есть человека и тварь – очищающей благодатию Святого Духа. Поют громко: образуя голос Предтечи Проповедника.

Перейдем к великой ектении, в которой мы просим о благодатных действиях освященной воды… Они поразительны! И даже неожиданны. После обычных прошений диакон читает:

– О еже освятитеся водам сим силою и действием, и наитием Святаго Духа;

– О еже снизходити на воды сия очистительному Пресущныя Троицы действу, – как было и при крещении Христа;

– О еже дароватися им благодати избавления… наитием Святаго Духа, то есть «благодати Спасения»; так учит и святитель Димитрий Ростовский о действии сей воды;

– О еже сокрушитися сатане под ногами нашими вскоре, и разоритися всякому совету лукавому, движимому на ны;

– Яко да Господь Бог измет нас от всякаго навета и искушения сопротивника, будущего;

– О еже просветитися нам просвещением разума и благочестия наитием Святаго Духа;

– О еже низпослати Господу Богу благословение Иорданово, где крестился Сам Христос;

– О еже быти воде сей, освящения дару, грехов избавлению, во исцеление души и тела и на всякую пользу изрядную;

– О еже быти воде сей приводящей в жизнь вечную, согласно обещанию Самого Господа Самарянке (Ин. 4:14), (дивное прошение! Освященная вода будет вести нас к вечной жизни!);

– О еже явитися сей отгнанию всякаго навета видимых и невидимых враг;

– О черплющих и емлющих (берущих) во освящение домов;

– О еже быти сей во очищение душ и телес всем, верою черплющим же и причащающимся от нея (то есть вкушающих, а нельзя думать, что освященная вода заменяет Святое Причастие);

– О еже сподобитися нам исполнитися (всякого) освящения вод сих причащением (вкушением).

Какие великие прошения! Они так ясны, что иных пояснений и не требуют.

Дальше священнослужитель читает долгую молитву; часть ее он произносит про себя, «тайно», еще во время ектении. В ней он опять молится: да, водное естество освятив, Безгрешне, путесотвориши нам, еже водою и Духом паки рождение (возрождение) и к первому нас устроиши свобождению от врага… Это все уже известно нам по богослужению на Крещение.

Центром молитвы является прошение с троекратным благословением воды рукою: Ты убо, Человеколюбче Царю, прииди и ныне наитием Святаго Твоего Духа и освяти воду сию (трижды).

А далее перечисляются дары благодати воды: грехов разрешение, недугов исцеление, демонов всегубительство… ангельская крепости исполненную, что уже нам известно по ектении.

Потом опускается крест в воду, и совершается им в ней крестное знамение, при пенни «Во Иордане». Потом предстоятель кропит присутствующих на четыре стороны, духовенство целует крест; предстоятель «знаменует их василком**** по лицу со священною водою крестообразно». Потом должна бы так же подходить «и вся братия». А поющие беспрестанно повторяют «Во Иордане». Но «братия» уже не подходит ко кресту: не до этого! Все бросаются к святой воде…

Мы, духовенство, едва-едва протискиваемся чрез неимоверную толпу, идем кончать литургию: Буди имя Господне благословенно отныне и до века и проч. Да и как не благословлять имя Господне после такого великого действия Его благодати!..

Когда я иду между тесными рядами богомольцев и вижу их с чайниками, бутылочками и другими сосудами для святой воды и кроплю в них воду, с какою радостью, восторгом, верою бросаются они ко мне! Боже! Какая вера! Как отрадно! Как радостно, до слез радостно, от этого! Кажется, что ангелы окружают тебя толпой! Рай на земле! Вот оно – «Благодатное Царство Божие» еще здесь, на земле! Для него и приходил креститься от Иоанна Господь Иисус Христос! И плоды Его смирения, проповедей, чудес, страданий, креста, а потом воскресения и вознесения – вот они! А в будущем веке – жизнь вечная в Царстве Пресвятой Троицы, с Божией Матерью, ангелами и всеми святыми.

И всей душою соглашаешься со стихирою, которую поют по возвращении в храм: Почерпем убо воду с веселием, братие: благодать бо Духа верно (с верою) почерпающая невидимо подавается от Христа Бога и Спаса душ наших (стихира по освящении воды).

Небольшое примечание. В наставлении, после освящения, говорится: «Нецыи суть отлучающе себе от святыя воды вкушения ради». Это относится собственно к навечерию, когда служба кончается к вечеру, и потому иные люди что-либо вкушают «до» святой воды. Они «не добре творят, ибо благодати ради Божия (вода) дана бысть на освящение миру и всей твари. Тем же во всяких местех, и скаредных, и всюду кропится, яже и под ногами нашими суть… Не вкушения ради ястия нечистота в нас есть, но от скверных дел наших: очищени же от сих (последних), пием без сомнения сию святую воду».

А потом в Минее делается ссылка на святого Иоанна Златоуста, что еще при нем эта вода хранилась и два, и три года «не растлевающейся, целой и новой», как будто она только «ныне от источников почерпана».

Купанье – в крещенской речной воде. Вместо своих рассуждений выпишу часть письма ко мне.

«Когда-то делали проруби на реках; и бывало немало людей, которые, после освящения воды, окунались в них. Я девочкой еще была, лет 15–16, когда впервые это увидела; и меня поразило: бросился окунуться один большой кутила, он вел нехорошую жизнь. Все кругом заговорили: «и этот полез загрязнить собою воду». А я подумала: нет, он не загрязнил ее, святое нельзя загрязнить; но он, окунувшись, вновь крестился и смыл с себя все! И я с уважением посмотрела на него. Но только боялась, чтобы он вновь не стал грязниться».

VIII. Разное

Как видим мы теперь, в богослужении содержится такое обилие мыслей, что все их крайне трудно не только изложить, но иногда даже и подметить. В заключение, однако, нам хотелось бы хоть кратко указать на них.

1. Некоторые думают, что крещением Господним установлено и наше крещение. Это верно. Но в богослужении очень мало указаний на это; однако есть.

2. Христос явился именно для спасения грешников: «грешником и мытарем за множество милости Твоея явился еси, Спасе наш» (тропарь вечерни Крещенского сочельника). Это известно и сказано. Но вот далее стих, повторяющийся как припев: «да и где бо имел бы свет Твой воссияти, токмо на седящие во тьме? Слава Тебе!» Как это умилительно!

3. Что разумеется под «огнем» (Мф. 3:11), которым имеет крестить Господь? Причем сказано: «и огнем», после слова «Духом». По Евангелию от Матфея (Мф. 3:12), согласно пониманию самого Крестителя, нужно разуметь огонь наказания, мучение во аде: и соберет (Господь) пшеницу Свою в житницу, а солому сожжет огнем неугасимым. Но в богослужении под «огнем» понимается благодать Духа: «остави, о Иоанне, креститися Господа, огнем и Духом очищающаго всю тварь, на сие бо прииде – освятити земныя» (то есть людей) «и водное естество» (5 янв. светилен).

Христос приходит крещеные источити спасеныя огнем Духа (4 янв. седален по 2-й кафизме). Огнем Божества невещественныя… Иорданскою облагается водою (6 янв. 1-я песнь канона утрени). Но в другом месте поется: Огнем крестит конечныя Христос противныя, а не Бога мудрствующих Его. Духом же обновляет водою благодати разумливыя (разумевающих, познавших) Божества Его (там же песнь 6-я). Значит, понимание в богослужении – двоякое; но мысли их не противоречат.

4. Как обычно, на другой день праздника, совершается «собор» того, кто служил событию: после Рождества – собор Божией Матери, ибо Она послужила Рождению Сына; после Благовещения – архангелу Гавриилу, благовестившему Ей; ныне – Предтече, который крестил Господа. «Собор», то есть собрание священников или из одного храма («соборне»), или они сходятся из других храмов города, а в монастырях – несколько иеромонахов, вместо одного служащего. Потому и главный храм города лишь один называется «собор»: в нем несколько служащих.

Но мне хочется отметить сейчас слово Господа, повторяемое и в богослужении, что он – больший всех пророков (Мф. 11:11). И это понятно: он крестил Господа; он видел сошедшего Святого Духа; слышал глас Отца. Больший «из рожденных женами». Но как с этим примирить дальнейшие слова Господа: но меньший в Царстве Небесном больше его. Святой Иоанн Златоуст толкует эти слова в том смысле, что под «меньшим» здесь разумеется Сам Христос, больший «в Царстве Небесном». Такое толкование можно принять по существу. Да и ученики Крестителя, по привязанности своей к нему, считали, что он «больше» всех.

Но у святого Исидора Пелусиота18 дается иное толкование (а он был чтителем и последователем Златоуста): да, ученики – правы; Иоанн среди рожденных плотски, по естеству (женами), – больше всех. Но всякий рожденный по благодати (Ин. 3:3–6), самый меньший, последний, – «больше его». Этим Господь указывает на ту истину, что благодатное рождение, для чего и пришел на землю Господь, выше всякого естественного, как и Иоанн ниже не только Христа, но и всякого благодатно удостоившегося Царства Небесного, Царства Божия. А это и нужно было доказать сомневавшимся ученикам Иоанновым: Христос тем паче выше Иоанна!

Хотя трудно доказать историческими справками, но нужно думать, что празднование главных событий из Христовой жизни – рождения, крещения, воскресения и вознесения и проч. – современно самому христианству. Конечно, и крещение людей началось, по заповеди Христовой, с момента Пятидесятницы. Апостол Петр в своей речи к народу, – на вопрос слушателей: что же нам делать? – отвечал: покайтесь и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа (Деян. 2:37–38).

И совершенно невероятно, чтобы христиане не чтили крещение Самого Господа.

В Постановлениях апостольских19 (около начала христианства) сказано: «Да будет у вас (христиан) в великом уважении день Явления, в который Господь явил нам Божество Свое; да будет он в шестой день десятого месяца» (Кн. V, гл. 13). «Богоявления праздник да празднуют, понеже в той день бысть явление Христова Божества, свидетельствовавшу Ему Отцу в крещении, и Утешителю Святому Духу в виде голубине, показавшу предстоящим Свидетельствованного» (Кн. VIII, гл. 33). Во II веке, на празднование Крещения Господня и на то, что пред этим совершалось ночное бдение, указывает ученый святой Климент Александрийский20 († 217), бывший прежде язычником, а потом принявший христианство («Строматы». Кн. I, XXI, с. 407). От III века остались «Слова» ученого папы Римского Ипполита († 235) и святителя Григория Неокесарийского, Чудотворца21 († 270).

В IV веке говорили проповеди святые отцы Григорий Богослов22, Василий Великий, Иоанн Златоуст, Амвросий Медиоланский23, Августин24 и т.д. – Вот краткие исторические данные о праздновании Крещения Господня.

Хоть кратко, но проведу здесь параллель между этими двумя крещениями.

а) Пред крещением Господь услышал пугливое возражение Иоанна Предтечи: я требую от Тебя, как высшего, крещения; и Ты ли грядеши ко мне? А Господь ответил ему прикровенно: Оставь, то есть не возражай, так надлежит нам исполнить всякую правду, то есть то, что должно. И Иоанн, не смея более возражать, тотчас приступил к крещению (Мф. 3:14, 16).

В самом деле, если бы простой смертный мирянин осмелился благословить священника или архиерея, хотя бы ему и предложено было это, – не стал ли бы он возражать с испугом?! – Вероятно. А ведь Иоанн доселе крестил, как больший. Но теперь пред ним стоит Сам Господь Бог!

б) Но почему же Христос не сказал ему ясно, в чем же причина такого необычного поручения?

Господь эту тайну оставляет без объяснения. И так должно! Все Божественные тайны необъяснимы.

Они потом могут быть открываемы лишь Духом Святым. А до тех пор нужно иметь послушание и верить. Так и поступил смиренный Предтеча.

И нам, священнослужителям, приступая к крещению кого-либо, нужно тоже просто верить. Господь так сказал Иоанну. Так повелел, без объяснения, и апостолам пред вознесением: Шедше, научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына, и Святаго Духа (Мф. 28:19). Так заповедует нам две тысячи лет Церковь. Да и как объяснить – непостижимое уму?!

Но пред крещением совершается еще отречение от диавола. Господь, входя в воду, со властию сокрушил его. Так и мы отрекаемся от державы, от власти его. И священник читает молитвы отречения. Слушая их, я не раз думал: нам, священнослужителям, эти молитвы нужно читать просто с верою; ведь не в нас сила, а в Боге: на Него и должны уповать. Потому нужно молитвы читать со спокойствием и твердою верою, но в душе – смиренно! Действует само призываемое имя Божие! Это нам нужно хорошо усвоить! Когда же крещающий говорит крестному: «Дунь и плюнь на него», то есть на диавола, то мы не должны стыдиться этого, а смиренно, но и дерзновенно сделать это; иначе не мы попираем его, а он – нас, через ложный стыд.

в) После этого «разверзлись небеса»; так и теперь для нас открывается вход из державы диавольской в Царство Божие.

г) Но для этого входа необходим Дух Божий: на место подданства диаволу – Божий Дух, Божие настроение. Христос получил Святого Духа как знамение иного духа. Так и человек непременно должен креститься.

д) После этого над Христом раздался глас Отца, что Он есть Сын Его возлюбленный. Так и мы, крестившись во имя Святой Троицы, делаемся теперь «сынами» Божиими по благодати.

е) Христос, вышедши из воды, пошел в мир и встретился с держателем его, диаволом, но с помощью Духа Святого победил его. Так и нам, после крещения, чрез миропомазание сообщаются благодатные силы для благочестивой жизни и для борьбы со злом – во всю нашу жизнь.

Обычно под Рождество, под Крещение, под Пасху я служу в домовой архиерейской церкви… Только здесь я могу читать полностью всё: стихиры, и каноны, и все паримии. В соборе все это пропадает и сокращается…

И плачется сладко… И о творении мира… И о дивных чудесах Божиих… Даже одно имя «Бог» настолько трогает, что с большим трудом сдерживаешься от рыданий…

Непостижимость – скажут иные… Но меня эта непостижимость и влечет… Ее хочется… И ум ничего не может возразить: это воистину все было! Как радостно! И слезы радости и восторга текут сладко…

А ведь я – недостойный… Что же у святых? А что в Царстве Божием?

Прошел светлый праздник Рождества Христова; наступил другой светлый праздник: Просвещение – Крещение Христово, бывшее 30 лет спустя по Рождестве Христовом. С этого времени надлежало Иисусу Христу вступить в открытое, славное Свое служение спасению человеческого рода.

Для чего, спросите вы, крестился от Иоанна безгрешный, святейший Господь? – Для того, братия мои, чтобы освятить для нас воды крещением Своим и чтобы установить и узаконить для нас таинство святого крещения, чрез которое все мы очищаемся от скверны греха и возрождаемся в новую, духовную, благодатную жизнь, освящаемся и делаемся чадами Божиими (Ин. 1:12), народом святым, царственным священством (1Пет. 2:9), наследниками Божиими и сонаследниками Христовыми (Рим. 8:17). Видите, сколько и каких великих даров делаемся мы участниками чрез крещение! Помните это и дорожите, крепко дорожите тем, что вы – народ крещеный, народ Божий и Христов, и ведите себя достойно высокого звания христианского, живя в добродетели и удаляясь всякого греха.

Пробегая мыслию время до рождества Спасителя, мы встречаем здесь людей, водящихся в жизни и вере собственным омраченным умом и растленным сердцем, своими страстями, погруженных в нечестие и разврат. Они в то время, по слову пророка, приложились скотам несмысленным и уподобились им, между ними не было творящего благостыню, не было даже ни одного. Вера в единого истинного Бога – Существо всесвятейшее – не имела места в людях этих времен. Слава нетленного Бога изменена была в подобие образа тленна человека и птиц и четвероног и гад (Рим. 1:23). Люди не знали своего Творца и подобающую Ему честь воздавали различным тварям, которые сами должны служить своему Создателю. Вместо того чтоб поклоняться и служить со страхом и трепетом Владыке и Судии мира, человек поклонился твари.

Диавол, этот исконный враг человеческого спасения, истощил всю свою хитрость адскую, все злобные усилия для того, чтобы из темной области своей проложить путь всем порокам в бедный род человеческий, возлюбивший паче тму, неже свет (Ин. 3:19). И это нечестие, этот разврат делали их сынами погибели, добычею ада. Избавителя не было; он еще не явился. Но вот настает предопределенный конец времен. Растление людей дошло до последней крайности. Сам человек чувствует совершенное бессилие и изнеможение в борьбе со страхом и сильно желает и ожидает вышней помощи, – и милосердный Бог посылает единородного Сына Своего на землю подать всесильную помощь совершенно изнемогшему и нуждающемуся человечеству, разогнать густой мрак, покрывавший человечество, и осветить седящих во тме и сени смертней светом Своего богоразумия. Вот Он разрешити осуждение грядет Адама первозданнаго (ирмос 5-й песни 1-го канона праздника), коего преступление низвергло в эту тьму всех его потомков, и Сам, как Бог, не нуждаясь в очищении, падшего человека очищает в Иордане, в котором, убив вражду, разделявшую человека с Богом бездною непроходимою, дарует людям мир… превосходяй всяк ум (Флп. 4:7). Они просвещаются святым крещением и начинают уже вкушать тот духовный райский покой, который Спаситель обещает всем трудящимся и обремененным в этом мире. Люди перестают водиться собственными страстями в своей жизни и, как заблудшие овцы, получившие опять доброго Пастыря, следуют Его гласу и по Нем идут. Вместо прежнего подобия скотам несмысленным является в них теперь во всей чистоте и силе утраченное подобие Божие; вместо искаженного образа Божия является образ, восстановленный во всем величии, так что люди соделываются народом избранным, царским священием, языком святым, людьми обновленья (1Пет. 2:9). Мир, лежащий во зле, с пришествием на землю Источника всякого добра начинает постепенно выходить из глубины зла. Тма проходит и свет истинный уже светит (1Ин. 2:8); люди в радости спешат просветиться Им и ищут насладиться Его спасительными плодами. Дела диавола разрушены; времена его темного владычества над миром миновали; небо примирилось с землею; для людей приблизилось Царствие Божие; вместо чад гнева они наречены сынами Божиими.

Истинное покаяние прогоняет греховную тьму, грех и виновника греха диавола, живущего и царствующего в сердцах грешников, и водворяет в сердце верующего и покаявшегося Царство Небесное, Царство правды, мира и радости в Духе Святом, Царство Христово – Царство Небесное, Царство благодати, которое есть Церковь Его, это благодатное на земле Царство, в котором подаются нам все Божественные силы к животу и благочестию.

Что такое Царствие Божие? – Это то же, что Царство Христово, или Сам Христос, пришедший во плоти; Царство правды и святости, мира и радости в Духе Святом, прощение грехов, сыноположение, или усыновление, нас, грешных, – чрез веру и крещение и прочие таинства – Богу; дерзновение пред Богом; удаление от всех земных пристрастий и взирание горе, к Богу; горячая любовь к Богу и ближним; сила и власть над страстями и над демонами, строящими непрестанно козни над людьми и ищущими ввергнуть во всякие грехи и погубить их; Царство Божие есть непрестанное восхождение от добродетели, от земли на небо, от тления к нетлению, от смерти к бессмертию, от временной и исчезающей жизни к жизни, конца не имеющей. Так как мы и в начале были созданы бессмертными по душе, со способностию к бессмертию и по телу, и уклонились в смерть, пагубу, в тление по своей вине.

Царство Небесное, или благодать Христа Спасителя, во время земной жизни нашей повсюду тайно и явно следует за нами и готово вселиться в нас, в наше сердце, если найдет в нас самих расположением готовность к нему.

Благодать везде, во всякое время ищет спасения грешника, ибо дорогою ценою куплено спасение наше (cp.: 1Кор. 6:20). Она с тобою и дома, в уединении тайно озаряет твой ум, твое сердце, по временам располагая его к покаянию или к благодарности за бесчисленные благодеяния Божии, она беседует с тобою и в пути; стучится к тебе и в общественных собраниях; и при твоих трудах умственных и физических, и везде готова открыть тебе свои святые матерние объятия, только бы ты опомнился, очувствовался, уверовал, смягчился, просветился. И многих, многих спасает тайно и явно благодать Божия, извлекая из бездны грехов различными, одному Богу известными способами. Так близко к нам всегда Царствие Божие, и так удобно нам везде спасение, если только мы желаем жить по вере и дорожить своим спасением. Господь наш Иисус Христос чрез Свое воплощение, чрез Свое житие на земле, чрез Свое учение, чудеса, страдания, смерть, воскресение и вознесение на небо, излиял на землю, или, лучше, на ЦЕРКОВЬ, всю бездну Своей благодати, излиял целое море благодати: приходи всякий и черпай воду спасения, сколько хочешь. Почерпите воду с веселием от источник спасения, вопиет пророк (Ис. 12:3). У верующего в Меня, говорит Господь, потекут из чрева реки воды живой (Ин. 7:38).

Пользуйся благодатию покаяния, приступай с умилением и с дерзновением к Тайнам Христовым, поучайся в храме и дома догматам и таинствам веры; слушай и читай Писания; пой, славословь, благодари Господа, глаголюще себе во псалмех и пениих и песнех духовных (Еф. 5:19), – и вот ты в Царствии Божием, и в тебе Царствие Божие.

Так близко Царствие Божие, Царствие Небесное на земле: оно с нами живет, в двери наши стучится, к желающим и кающимся входит и приносит свои чистые, нетленные, животворные блага правды, мира и блаженства духовного.

Но если к нам так близко Царство Небесное и так готово всегда нас объять, в нас вселиться, – то мы безответны***** будем пред Богом, если удалимся сами от Царствия Божия.

Братия! покайтеся: приближи бо ся Царствие Небесное.

АМИНЬ.

* * *

1

Имеется в виду о. Иоанн Кронштадтский. Иоанн Ильич Сергиев, протоиерей (1829–1908). В 1851 г. с отличием окончил семинарский курс, в 1855 – Духовную академию и был рукоположен во диакона и в иерея. Всю свою жизнь о. Иоанн прослужил в Андреевском соборе города Кронштадта, почти каждый день совершая Божественную литургию, последнюю – 9 декабря 1908 г. Свой долг пастыря о. Иоанн видел в духовно-нравственном врачевании погибающих людей.

2

Иоанн Златоуст (347 – 407), архиепископ Константинопольский. Блестящий адвокат, выделявшийся среди современников своим образованием и благочестием. После четырех лет, проведенных в монастыре, и посвящения в пресвитерский сан в 386 г. начинается его проповедническая деятельность. Толпы народа стекались в главный антиохийский храм слушать Иоанна, прозванного Златоустым. В 398 г. возведен на Константинопольскую кафедру. Сам строгий аскет, Иоанн обличал распущенность и праздность высших слоев общества, включая императорский двор. За это был сослан и умер в ссылке в местечке Команы на Черном море. Автор многочисленных духовно-нравственных сочинений и толкований Священного Писания. Память 27 января, 14 сентября, 13 ноября. С. 14.

3

Епископ Иннокентий Херсонский (Салотчин; 1842 – 1919). С 1865 г. учитель Уламинского миссионерского училища; в 1874– 1876 гг. – сотрудник Забайкальской миссии при Кударинском стане. В 1875 г. пострижен в монашество и рукоположен в иеромонаха. Хиротонисан во епископа Приамурского и Благовещенского в 1898 г. (см. о нем в книге владыки Вениамина «Божьи люди. Мои духовные встречи». М., 1997. С. 237 – 254). С. 19.

4

Иванов Петр Константинович (1876–1956) – религиозный писатель, автор книги «Тайна святых. Введение в Апокалипсис». YMKA PRESS, 1949. С. 20.

5

Сергиевское подворье в Париже… В 1925 г. митрополитом Евлогием (Георгиевским), возглавлявшим приходы Русской Православной Церкви в Европе, была приобретена на аукционе усадьба – запущенное двухэтажное здание немецкой школы и протестантской кирхи на 2-м этаже. На этой же территории находились еще четыре домика. Трудами князя Г. Н. Трубецкого, М. А. Осоргина и других русских эмигрантов эта усадьба стала Сергиевским подворьем с церковью во имя преподобного Сергия. Великая княгиня Мария Павловна пожертвовала на внутреннюю отделку храма 100000 франков в память своей тетушки преподобному ченицы Елисаветы Феодоровны. Художник-иконописец Д. С. Стемецкий расписал стены и своды фресками, у антиквара был приобретен иконостас с царскими вратами XIV в. Кирха преобразилась в древнерусский храм. А на нижнем этаже разместился Православный Богословский институт. С. 20.

6

В должности ректора Таврической духовной семинарии владыка Вениамин состоял с начала 1912 г. (с возведением в сан архимандрита). С осени 1913 г. до Поместного собора 1917 г., в котором владыка участвовал, он был ректором Тверской духовной семинарии. Осенью 1917 г. вновь вернулся в Таврическую семинарию, будучи избран ее ректором. С. 22.

7

В 1924–1925 гг. епископ Вениамин проживая в Сербии, в монастыре Петковице, окормляя воспитанников двух кадетских корпусов – Русскою и Донского им. генерала Каледина. С. 23.

8

Ипполит, епископ Римский (III в.; впоследствии названный «антипапой»), был избран православным меньшинством римских христиан, но не признан большинством, в это время следовавшим ереси Ноэта. Выдающийся христианский богослов – догматист и полемист, был широко известен как проповедник. Память 13 августа. До нас дошло его Слово на Богоявление. С. 24.

*

Первое воскресенье после праздника Крещения Господня. – Ред.

**

Сила, господство. – Ред.

9

Преподобный Серафим (1760–1833) – монах Саровской пустыни, в продолжение 55 лет был «самым великим подвижником благочестия последних времен», по выражению Филарета, епископа Черниговскою. Канонизирован в 1903 г. Память 2 января и 19 июля. С. 35.

10

Мотовилов Николай Александрович – помещик, совестный судья, смотритель уездных училищ Симбирской губернии. (О нем см. очерк С. А. Нилуса «Служка Божией Матери и Серафимов», составленный на основании рукописных воспоминаний Н. А. Мотовилова, дополненных беседами со вдовой его Еленой Ивановной и сестрами Дивеевской обители в книге «Серафимо-Дивеевские предания». М., 2001.) С. 35.

11

Феофан Затворник, епископ Владимирский (Говоров Георгий Васильевич; 1815 – 1894) – в постриге с 1841 г. С 1847 по 1853 г. находился в Русской Духовной миссии в Иерусалиме, был на Афоне и в Константинополе. В 1867 г. хиротонисая во епископа Тамбовского и Шацкого, с 1863 по 1866 г. занимал Владимирскую кафедру. С 1866-го – настоятель Вышенской пустыни, где провел всю оставшуюся жизнь как ученый инок. После Пасхальных дней 1872 г. начал вести затворническую жизнь. К этому времени епископ Феофан устроил у себя в келлиях малую церковь в честь Крещения Господня, в которой служил Божественную литургию во все воскресные и праздничные дни, а в последние 11 лет – ежедневно. Занимался научно-богословскими и литературными трудами нравоучительного, истолковательного и переводного характера. Мирно скончался 6 января 1894 г., в день престольною праздника своего келейною храма Крещения Господня. Причислен к лику святых в 1988 г. Память 10 января и 16 июня. С. 36.

12

Пашковцы – секта протестантскою толка, основанная в 1874 г. в Петербурге англичанином г. Редстоком. В России распространителем его идей стал отставной полковник гвардии Василий Александрович Пашков. Учение пашковцев состоит в отрицании Церкви как Божественною установления, таинств, богослужебных обрядов, церковной молитвы, иерархии, святых икон и значения добрых дел для спасения человека, которое совершается одной только верой в Христа. Библия, понимаемая по личному усмотрению каждою человека, считается у них единственным источником вероучения. В 1884 г. Святейший Синод принимает меры к прекращению распространения учения пашковцев на всем пространстве Российской империи, а в 1886 г. последовало второе запрещение распространять в народе брошюры с сектантскими сочинениями. К началу XX в. последователей Пашкова было довольно много, они называли себя теперь «христианами евангельскою исповедания». С. 36.

***

Всмотреться, вникнуть. – Ред.

13

Василий Великий, архиепископ Кесарийский (329 – 379) – святой, вселенский отец и учитель Церкви. Кроме бесед, слов, монашеских и нравственных правил, оставил нам написанные или отредактированные богослужебные тексты. Важнейшим из них является литургия, носящая имя Василия Великого. Церковная традиция усваивает Василию Великому чин Великого освящения воды. В наших молитвословах мы читаем составленные им молитвы утренние, ко причащению и по причащении. Память 1 января. С. 49.

14

Имеется в виду Хомяков Алексей Степанович (1804 – 1860) – поэт, философ, основатель и один из лидеров славянофильства. И. С. Аксаков, отмечая универсальность знаний Хомякова, писал о нем: «В нем поэт не мешал философу и философ не смущал поэта; синтез веры и анализ науки уживались вместе, не нарушая прав друг друга, напротив – в безусловной, живой полноте своих прав, без борьбы и противоречия, но свободно и вполне примиренные». В своем тру де «Церковь одна» (опыте изложения учения о Церкви) Хомяков дал четкое, богословски безупречное определение Церкви как «единства Божией благодати, живущей во множестве разумных творений, покоряющихся благодати». «Первая и основная особенность философского творчества Хомякова, – отмечал В. В. Зеньковский, – состоит в том, что он исходил из церковною сознания при построении философской системы. Это было сознательным принципом для него, ибо в Церкви он видел полноту истины, в Церкви видел источник того света, который освещает нам и все тварное бытие. Не от изучения мира и его философского истолкования шел он к свету веры, а наоборот – все светилось для него тем светом, который излучает Церковь» (История русской философии. Т. I. Париж, 1989. С. 197). С. 57.

15

Иоанн Лествичник (t 563) – преподобный, игумен Синайской обители, прозван так по своему сочинению «Лествица Райская» – руководству к монашеской жизни. Память 30 марта и в Неделю 4-ю Великого поста. С. 59.

16

Минеи – православные богослужебные книги. Есть Минея общая и Минея месячная. В первой содержатся общие молитвословия для всех святых одного лика, общие богослужения для известной категории праздников (например, праздники Господни, Предтече и т. д.). В Минее месячной собраны молитвословия для каждого святого в отдельности или особого праздника, которые расположены по месяцам и дням в 12-ти книгах. Порядок службы в честь известного святого или праздника имеется на каждый день под тем числом, на которое падает праздник или память этого святого. С. 67.

17

Иоанн Дамаскин († 780) – автор «Точного изложения Православной веры» и «Слова против иконоборцев», песнописец значительной части Октоиха, ряда канонов на большие праздники и иных богослужебных песнопений. Им написаны каноны на Рождество Христово, Богоявление, Пятидесятницу, Пасху, Вознесение, Преображение, Благовещение, Успение; на памяти св. апостолов и святителей: Василия Великого, Григория Нисского, Ипполита Римского, Епифания, Иоанна Златоуста и многих преподобных и мучеников. В частности – в честь преподобного Романа Сладкопевца. Память 27 января, 14 сентября и 13 ноября. С. 72.

****

Кропилом. – Ред.

18

Исидор Пелусиот (V в.) – настоятель монастыря близ г. Пелусии на Ниле. Человек, богословски образованный, удалившись в египетскую пустыню, проводил суровую жизнь, подобно Иоанну Крестителю. Под влиянием Иоанна Златоуста написал много писем и поучений, в которых выступает как глубокий православный догматист, экзегет и философ. Считал главным делом всех ученых – изучение Священного Писания. Память 4 февраля. С. 101.

19

Постановления апостольские состоят из восьми книг и содержат материалы канонического, литургическою и дисциплинарною характера. С, 102.

20

Климента Александрийский († 217) – пресвитер Александрийской Церкви, знаменитый учитель и писатель конца II – начала III в., является основателей самостоятельной Александрийской богословской школы. Он первый сделал попытку научно-философского обоснования христианского богословия. С. 103.

21

Григорий, епископ Неокесарийский (221 – ок. 270), именуемый Чудотворцем, до 14 лет был язычником. Потом под руководством философа-богослова Оригена изучал логику, физику, геометрию, астрономию, метафизику и богословие. Под влиянием высокой нравственности и благочестия, которыми было проникнуто учение Оригена, Григорий приходит к христианству. Годы его епископства приходятся на время гонений на христиан от языческих императоров, на время ересей и расколов. Благодаря твердой вере и выдающимся миссионерским способностям ему удавалось не только поддерживать колеблющихся, но и привлекать многих к истинам Христовой веры. Он много твори л чудес, и этот знак Божественной силы также привлекал многих в проповеди Евангелия. Память 17 ноября. С. 103.

22

Григорий Богослов (329 –385) – великий отец и учитель Церкви. Получивший прекрасное богословское образование, Григорий за 10 лет пребывания в Афинах основательно изучил литературу и философию классической древности и вполне овладел риторикой и диалектикой. Здесь же укрепилась его дружба с Василием Великим, который посвяти л его и в епископский сан. Время, когда жил Григорий, было отмечено появлением множества ересей, а также нового течения богословской мысли, представители которого вопросы веры хотели подчинить разуму. Благодаря своим блестящим дарованиям он убедительно доказал несостоятельность таких учений. Память 25 января. С. 103.

23

Амвросий Медиоланский (IV в.) – один из величайших отцов и учителей Церкви. Принадлежал к знатной и богатой фамилии, получил юридическое образование. Был избран во епископа через восемь дней после своего крещения, причем завещал всю свою собственность Церкви.

24

Августин Блаженный, епископ Иппонийский (353 – 430) – знаменитый учитель Церкви, оказавший огромное влияние на развитие богословской мысли Западной Церкви. Память 15 июня. С. 103.

*****

Не имеющие оправдания и права отвечать, оправдываться. – Ред.


Источник: Размышления о двунадесятых праздниках : от Богоявления до Вознесения / митрополит Вениамин (Федченков). - Москва : Правило веры ; [Сергиев Посад] : Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2008. - 575 с. ISBN 978-5-94759-063-0

Комментарии для сайта Cackle