Душеполезные размышления
(1883 г.)

(Из творений святого Ефрема Сирина)

Хвала Тому, Кто снисшёл к нам в человеческом естестве! Хвала Невидимому, ради нас соделавшемуся видимым! Хвала Вечному, за нас вкусившему смерть! Хвала Сокровенному, Которого никакой ум постигнуть не может и Который по благодати Своей соделал Себя осязаемым через воплощение.

Благословен Тот, Кого собственная Его благая воля довела до материнского чрева и лона, до рождения и возрастания! Благословен Тот, Кто, став причастным смерти, даровал тем жизнь человечеству!

Благословен соделавший плоть нашу жилищем сокровенного существа Своего. Благословен Тот, Кто нашим языком поведал нам Тайны Свои.

Хвала Тому, Кто освободил нас, быв Сам связан за нас. Слава богатому в милости, Который за нас заплатил всё, чего Сам не брал взаём. Хвала Судии, Который за нас осуждение принял.

Поклонимся Тому, Кто просветил ум наш учением Своим и в слухе нашем проложил стезю слову Своему. Возблагодарим Того, Кто к нашему древу привил плод Свой.

Хвала Тому, Кто невидимо возделывает дух наш. Благословен Тот, Кто настроил чувства духа нашего, чтобы на гуслях своих духовных воспевал он Его выну.

(Из творений святителя Димитрия Ростовского)

Видев Иисус мног народ, милосердова о них (Мф.14:14).

Поистине достойны были милосердия те люди, которые со многим усердием искали Христа, пешком вышли из городов своих и пошли за Ним в пустыню. Кто ищет Христа, тот и находит Его. Кто за Христом идёт, тот милосердия Его сподобляется. Кто придерживается Христа, тот и благ Его, как хлеба, насыщается довольно. Многие из нас хотят обрести Христа, но искать Его ленятся; хотим сподобиться милосердия Его, но только даром; желаем получить Его блага, но только без труда; ленясь, хотим быть прославленными; не трудясь, хотим обогатиться; лежа в бездействии, хотим достигнуть неба; греша, хотим быть праведными; наслаждаясь временными сладостями греха, чаем получить вечное наслаждение на небе. Тщетно наше чаяние! Не так получается желаемое, не так!

Народ, упоминаемый в Евангелии, сподобился милосердия Христова, но сподобился – потрудившись; насытился хлебом, чудесно в руках Христовых умноженным, но прежде духовной пищей, словом Божиим, от уст Христовых исходящим, довольно насладился. Хорошо это сказано: ищите прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся Вам (Мф.6:33). С усердием работай Христу, голоден и скуден не будешь; весть бо Отец ваш небесный, яко требуете сих всех (Мф.6:32).

И удивительно: в таком множестве народа ни у кого не случилось ни одного ломтя хлеба, только у одного отрока было пять хлебов. Хлеба у них не было, а не отлучались от Христа и голодные следовали за Ним; более желали насытить душу свою словами Христовыми, нежели тело хлебом. Хорошо об этом сказано в Писании: не о едином хлебе жив будет человек, но о всяком глаголе, исходящем из уст Божиих (Мф.4:4). Какое большое усердие было тех древних людей к слушанию слова Божия! Домашние попечения оставляют, далече ко Христу в пустыню идут с жёнами и детьми; остаются голодными не только до обеда, но и до вечера и о голоде своём забывают, о пище нерадят, только бы послушать слова Божия. Как много попечения о душевной пользе! Стыдиться нам должно, нерадивым о слове Божием, не старающимся о пользе душ наших. Поистине осудят нас те древние люди на страшном суде Божием. Те целые дни проводили в слушании поучения Христова; а мы час–другой постоять в храме Господнем ленимся. Те голодные не заботились о пище; а мы, когда на молитве стоим, помышляем, что будем есть и пить. Те издалеча ко Христу приходили и за Христом даже в пустыню шли, а мы и близко храмы имеем, а на славословие Божие приходить ленимся. Стыдно нам христианам пред ними!.. Аминь.

(Из сочинений преосвященнейшего епископа Феофана)

Неделя Сыропустная посвящена воспоминанию падения прародителей наших, – и какие жалобные сетования святая Церковь влагает в уста изгнанных из рая и сидевших прямо против него праотцев наших. Так живо было тогда чувство потери: рай был в виду, и из него, может быть, доносилось благоухание цветов и дерев, напоминавших о блаженной жизни, которую так недавно вкушали они в невинности. Нельзя было не сетовать праотцам нашим!

Но то было сетование не одного Адама и Евы: то сетовала падшая природа человеческая; все силы души и все части тела издавали плач. Прародители передавали его только словом вместе с ними сетовавшей твари и всему будущему их потомству. С той минуты сетование, плач и грусть сроднились с природой человеческой и стали составлять основной тон наших сердечных чувствований и расположений. И кто из потомков первозданного, наследников падшей природы человеческой, не засвидетельствует этого своим собственным опытом?

В самом деле, мы любим повеселиться, – но что значит, что после самого полного веселия душа погружается в грусть, забывая о всех утехах, от которых перед тем она и не помнила себя? Не то ли, что из глубины существа нашего даётся знать душе, как ничтожны все эти увеселения сравнительно с тем блаженством, которое потеряно с потерею рая? Мы готовы радоваться с радующимися; но как бы ни были разнообразны и значительны предметы радостей человеческих, – они не оставляют в нас глубокого следа и забываются скоро. Но если увидим мать, плачущую над умершим сыном, единственной своей опорой, или жену, раздирающуюся над могилой любимого мужа, – скорбь глубоко прорезывает душу, слова и образ сетующих остаются неизгладимыми в памяти нашей. Не значит ли это, что скорбь ближе и сроднее нам, нежели радость? Вы слышите пение или музыку: приятно, конечно, отзываются в душе и весёлые тоны, – но они скользят только по поверхности её, не оставляя заметного в ней следа; между тем как тоны грустные погружают душу в себя и надолго остаются памятными ей. Спросите путешественника, что оставило в нём более глубокое впечатление, – и он ответит вам, что из множества им виденного выдаются у него в голове из-за других преимущественно такие предметы и места, которые погружали его в грустную задумчивость.

Этих примеров, кажется, достаточно в пояснение той мысли, что основное чувство нашего сердца есть грусть. Это значит то, что природа наша плачет о потерянном рае, и как бы мы ни покушались заглушать этот плач, он слышится в глубине сердца наперекор всем одуряющим весёлостям и внятно говорит человеку: «Перестань веселиться в самозабвении: ты, падший, много потерял; поищи лучше, нет ли где-нибудь способа воротить потерянное».

Неисследимы пути Божии; ни едино же слово довольно к прославлению судеб Всевышнего; но иногда сии пути Божии открываются нам в таком неизречённом сиянии, что мысль невольно, кажется, должна бы остановиться в благоговейном созерцании дивных дел Божиих. Вот тому пример.

В 1881 году, как известно уже нашим читателям, Матери Божией благоугодно было прославить чудотворениями ещё одну из бесчисленных икон Её, – принадлежавшую семейству графа Капниста. Сия икона в настоящее время находится в имении графа в Козельщине Полтавской губернии, и знамения благодати Божией текут от неё обильной струёй.

Ниже мы приводим три рассказа о дивных чудесах Богоматери, совершённых перед Козельщинской Её иконой. А теперь просим обратить внимание вот на какое обстоятельство: сия новоблагодатная икона прославлена Матерью Божиею в такой местности, куда с недавних пор (с 1870-х годов) стала проникать пропаганда – попросту лжеучение – штундистов. Эти сектанты знать не хотят святых икон, называют их идолами, ругаются над ними, и вот Сама Пресвятая Богородица обличает теперь их лжеучение: что скажут отступники Церкви штундисты о таких, например, дивных знамениях, когда всем известный слепец открывает глаза и видит, страдалец-малютка вдруг встаёт и начинает ходить и подобном? Сказать, что это выдумка – нельзя; есть сотни свидетелей, знавших и этого слепца, и малютку, и других страдальцев исцелевших; как же смеют они хулить святые иконы, когда воочию их благодать Божия прославляет сии святые изображения?.. Вот те дивные знамения, о которых мы выше упомянули.

1. У штабс-капитана И.И.Пищанского (помощника исправника города Кобеляки) есть дочь 19 лет, издавна страдавшая расстройством нервов. «В последнее время, – пишет отец, – она лишилась совершенно употребления руки, которой не могла ни разогнуть, ни взять что-либо ею, ни сложить её для крестного знамения. В таком болезненном состоянии рука находилась десять дней, и больная доходила до отчаяния, будучи почти уверена, что она останется калекой. Больная молилась Богу и дала обет ехать в деревню Козельщину для поклонения новоявленной иконе Божией Матери, от которой, как слыхала она, совершаются исцеления. Восемнадцатого числа июня 1881 года больная, выслушав молебен и чин водоосвящения, опустила свою руку в воду и в то же самое время начала разгибать её и действовать так, что того же дня могла своей рукой резать хлеб, работать ею, как совершенно здоровой, тогда как в предшествующие десять дней не могла рукой этой даже перекреститься».

2. В Кобелякском уезде проживал более трёх лет нищий – слепец, казак Озёрской волости Иван Лукьянов Лось. Этот слепец единственным средством для своего пропитания избрал милостыню, которую и испрашивал у добрых людей, то переходя из хутора в хутор, то сидя у своей приходской церкви в селе Бреусовке с протянутой рукой. Ослеп он от тяжкой глазной болезни, от которой лечился в богоугодном заведении. Страдал же он своей слепотой более четырёх лет. О своём чудесном исцелении у иконы Божией Матери он рассказывает так: «В день отдания праздника Воскресения Христова я был в деревне Козельщине в первый раз. Я крепко молился пред иконой Божией Матери, но, вероятно, недостойна была моя молитва, я возвратился в деревню таким слепцом, как и выходил из неё. В другой раз я был в Козельщине перед Вознесением Господним, и опять, кажись, с усердием молился я пред образом Владычицы, но слепота моя осталась при мне. Наконец, в четверток после этой недели я опять пошёл в Козельщину. Меня как будто бы кто тайно уговаривал опять туда пойти, и я, исполняя повеление этого тайного голоса, опять молился пред иконой Царицы Небесной, и опять слепцом, каким и был до этого, я возвращался домой. Но вера в помощь Божией Матери не оставляла меня. На возвратном пути Господь посетил меня Своей милостью. В то время, когда я, положив свою руку на плечи моего поводыря, шёл обратно в Бреусовку, со мной совершилось что-то необычайное: в моих глазах показался свет, и я, как бы по неволе, заслонил их своей ладонью. Когда же я опустил руку, то ясно начал различать окружающие меня предметы; впереди я увидел хутор, по бокам зелёные нивы жита и пшеницы, под ногами дорогу. Мне сначала показалось, что всё это я вижу во сне, и я страшился спросить своего поводыря, правда ли то, что я вижу, или же я сплю, и всё то, что я вижу, есть мой сон. Долго я молчал, ничего не говоря моему спутнику; наконец решился сказать ему, чтобы он отошёл от меня и предоставил мне самому идти по дороге. Когда же я уверился в том, что сам без чужого пособия иду по гладкой дороге, тогда я решился с боязнью обратиться к своему провожатому с вопросами: правда ли, что впереди от нас недалеко виден хуторок? Правда ли, что налево от нас жито, а направо пшеница? По дороге ли я иду? И когда получил на все мои вопросы прямое подтверждение от моего спутника, тогда я понял, что Господь, по молитве Царицы Небесной, совершил со мной чудо, и с глубокой благодарностью к Заступнице всех скорбящих и обременённых, я пал на землю и начал молиться».

3. 1881 года июля 8 дня жительница города Полтавы, жена землемера, Любовь Яковлева Алексенкова, сделала следующее заявление: «Сегодня я прибыла из города Полтавы в деревню Козельщину с целью помолиться пред иконой Божией Матери об исцелении моего больного сына Константина. Сын мой, мальчик восьми лет, начал болеть года три тому назад. Болезнь его во всё продолжение этого года усиливалась; в декабре же прошлого года она настолько развилась, что он совершенно потерял употребление ног. Вместе с этим последовало и общее расстройство всего организма, сопровождавшееся страшными болями во всём теле. Всякое самомалейшее движение больного причиняло ему жестокие страдания, так что при каждом движении мальчик постоянно сильно плакал. Переворачивать его могли только на простыне».

«Больного моего сына лечили в городе Полтаве врачи; но болезнь не уступала никаким медицинским пособиям, моему больному сыну не было лучше. Как к последнему средству для облегчения больного я решилась прибегнуть к помощи Божией, для чего по совету добрых людей и приехала в Козельщину с единственной целью помолиться перед образом Божией Матери и просить исцеления моему ребёнку у Самого Милосердного Бога. Когда отслужили молебен, мальчика для целования святой иконы поднесла моя мать, а его бабка. Во всё продолжение молебна сын мой не переставал плакать и притих только в то время, когда мы из часовни ушли в свою квартиру. Но каково было наше удивление, когда мы, возвратясь в свою комнату, увидели своего мальчика стоящим около окна! Оказалось, что он сам сошёл с кресла, подошёл к окошку и ел там огурец с хлебом. Мы признаём это за чудо Божией Матери, каковое чудо видели и многие из богомольцев, молившихся вместе с нами и с нами же вместе видевших укрепившегося больного».

Долго было бы приводить все чудеса, явленные от сей святой иконы и подробно описываемые сначала в «Полтавских епархиальных ведомостях» за подписью свидетелей-очевидцев и с точными доказательствами их подлинности. Может быть, мы когда-нибудь ещё будем иметь случай говорить об этой иконе во славу Матери Божией, а теперь мы намерены поделиться с читателями некоторыми письмами, полученными нами от благоговейных людей, которые более других внимательны к путям Божиим. Вот, например, что сообщил нам один почтенный отец-иерей из своих воспоминаний.

«Полагаю, что для читателей „Душеполезных размышлений“ будет интересен и назидателен случай, о котором ниже будет изложено. Я доселе не могу вспомнить этого случая без благоговейного удивления, хотя этому прошло около 20 лет».

«Это было в первые годы моей священнической службы. По обстоятельствам я поступил в бедный приход Саратовской губернии Царицынского уезда, сельцо Червленоразное. Главная бедность прихода состояла в том, что вместо храма в нём был молитвенный дом; да и в том летом сквозь крышу проливал дождь, а зимой в щели надувало сугробы снега. Для венчания браков приходилось причту вместе со свадебными поездами ездить в Царицын, за 12 вёрст. Для причащения говеющих приходилось ездить за Святыми Дарами также в Царицын. Прихожане настолько были далеки от своего дома молитвы, что никакие понуждения от епархиального и гражданского начальства не могли заставить их перекрыть на молитвенном доме крышу и вставить в окна железные решётки. Первая моя беседа с прихожанами с церковной кафедры была о постройке нового храма. Благодарение Господу! Прихожане откликнулись сочувственно, царицынские торговцы помогли значительно. Дело закипело, стены вырублены, купол половину сделан. От зде-то вот и пойдёт речь о случае, о котором я хотел сообщить, как оговорился вначале. Доделать другую половину купола было нечем, потому что не было необходимого для этой работы леса. На дальнейшую работу все материалы есть, но продолжать работать нельзя, не доделав купола. С завтрашнего дня рабочим делать нечего, подрядчик до слёз огорчён этим обстоятельством, не желая из-за наших недостатков терпеть убыток. Это было в субботу, накануне Вербного воскресенья, а в понедельник рабочие хоть не выходи на работу, нет материала. На Вербное воскресенье по отслужении обедницы в поучении я высказал прихожанам наше затруднительное положение по постройке. Затем у меня из головы не выходила мысль: что же мне делать завтра с подрядчиком и рабочими?!»

«Ночью вижу сон, будто я пошёл осматривать кружки. Прихожу к одной, что против западных дверей храма, вновь строящегося, отпираю, открываю и не нахожу ничего; прихожу к другой, что у западных дверей молитвенного дома, открываю и нахожу пять копеек; прихожу к третьей у южной стены (внешней) молитвенного дома, открываю и нахожу её полной серебра. Вставши рано утром, я послал за пономарём (он доселе жив и состоит на службе в селе Липовке Царицынского уезда). Иду с ним осматривать кружки по порядку, как виделось мне во сне. Открываем первую, ничего нет; открываем другую и находим в ней пять копеек; открываем третью и… пономарь взглянул на меня, покраснел… потом опять посмотрел в кружку… Взглянув на меня вновь, он сказал: „Вы, батюшка, шутите это надо мной; это вы сами положили“. Я велел нести ему кружку в молитвенный дом, считаем и насчитываем пятьдесят рублей серебряными рублями, все рублёвыми монетами. Необходимый лес был куплен и работа снова закипела…»

«Много пережито за 20-летнюю службу разных и печальных, и радостных впечатлений; много пришлось вкусить и горького, и утешительного, но все эти жизненные уроки и случаи не могли сгладить из сердца впечатления от этого воистину Божия чуда. Мало того, что послан добрый человек, давший возможность своей жертвой продолжать постройку. Ведь враг всегда бдит, как бы, когда спит хозяин, посеять между пшеницей и плевелы. Ведь добрый человек спешит помочь доброму, святому делу, а враг зачастую перегоняет, чтобы похитить дар. Так и думается, что враг уже обдумывал, когда и как бы ему подломать кружки, а Ангел хранитель, как бы открывая завесу, говорит: „Ступай, возьми дар, данный доброй рукой Господу, и продолжай святое дело“. Доселе я считаю это даром святителя Николая Мирликийского Чудотворца, памяти которого был посвящён вновь строившийся храм. Слава Тебе Богу, благодеющему нам, во веки веков! Священник Лев Владыкин. Саратов. 3 ноября 1882 года».

По-видимому, дело простое: кто-то из прихожан, желая оказать помощь в построении храма Божия, опустил ночью свою жертву в кружку, следуя примеру святого Николая Чудотворца, который тоже ночью бросал деньги в окно бедняку – отцу на устройство его дочерей. Но кто положил на сердце благотворителя храма благое желание? Почему не раньше, а именно тогда, когда было так нужно? И что за сон о.Владыкина, как объяснят его люди, не желающие видеть ничего чудесного? Скажут – выдумка? Но ведь на это можно сказать: а если не выдумка? У нас, слава Богу, в православной церкви нет иезуитов с их хитрыми правилами, что будто цель оправдывает средства – наши иереи Божии не станут кривить душой, не будут обманывать «во славу Божию», как делают иезуиты, ибо хорошо знают, что это было бы богохульство. Да к тому же сторож с дьячком – свидетели того, что о.Владыкин не рассказывал сон прежде, чем кружки были освидетельствованы, а почему же мог знать, например, что в первой кружке пусто, во второй – пятачок, а в третьей все рублёвики? Не правда ли, как Господь милосердный даже в обычном течении дел человеческих ясно показывает Своё отеческое попечение, одних побуждая к благодеянию, а других утешая внушением, что это благодеяние исходит от Его промышления…

Приводим, наконец, несколько благодатных знамений, о которых сообщают нам почитатели угодника Божия святого великомученика Пантелеимона.

1. Вдова коллежского советника Александра Егоровна Аничкина, живущая в Москве на Ордынке в собственном доме, от 19 октября 1882 года сообщила нам следующее:

«Меня мучает совесть, я получила исцеление и промолчала об этом. Лет 10 тому назад или более я расшибла ногу до кости и думала, что повреждена кость; меня лечил доктор более двух месяцев, боль была невыносимая, рана не закрывалась, и я не могла ни ходить, ни спать. Однажды мне принесли от угодника Божия Пантелеимона масла; от ноги уже был дурной запах, я взяла чистую тряпочку и, помочив в масле от угодника Божия, перекрестилась и приложила к больной ноге, и сама перевернула ногу. После сего я заснула спокойно в первый раз в продолжение 2-х месяцев. Утром приезжает доктор и, посмотрев ногу, говорит: ноге лучше, так и продолжайте. Я ему ничего не сказала, – что его лекарство я уже не употребляю. В продолжение недели боль ноги моей совершенно прошла благодаря угодника Божия Пантелеимона».

2. Вологодской губернии Вельского уезда Устьвельской волости деревни Овсянниковской крестьянин Ириней Иванов Занин пишет:

«Сын мой Иван, бывши полутора года от рождения, заболел так, что шесть недель постоянно плакал день и ночь. Во всё это время наружной боли никакой не видно было, но потом левое плечо сделалось толстое и синее, а под пазухой спереди на самой жилке оказалась рана; эта рана продолжалась полтора года, из неё шла материя, гной и кровь. В полтора года сколько раз докторов наших привозили, и самого мальчика возили к докторам, а пользы нисколько не получили. По истечении полутора лет рука сделалась сухая, нисколько не стала владеть; но жена мне всё говорит: поедем к доктору, спросим у него, что рука, поправится или нет. Были у доктора, и он сказал: „Такая и будет“. Около того времени я и сам сделался нездоров, у меня открылась боль грыжная, и вот я телом и духом стал упадать, только и было у меня тогда горесть да слёзы. Это было в 1880 году. Наступил день памяти святого великомученика и целителя Пантелеимона, я взял убогого сына и жену и поспешил с ними в Троицкий наш собор (в котором находится икона святого великомученика Пантелеимона, присланная с святого Афона) и во время литургии просил у Бога отпущения грехов себе. После службы попросил протоиерея с причтом отслужить молебен великомученику и целителю Пантелеимону об исцелении сына своего Ивана, а также и о себе слёзно просил угодника Христова. После молебна в скором времени я почувствовал такую лёгкость, что, кажется, и раньше никогда не было так. С того времени и сын мой исцелился, даже не отходя от церкви, уснул, и во время его сна я посмотрел на его больную руку и увидел живую в руке кровь, что обрадовало моё сердце. После этого рука стала лучше и лучше, а теперь и вовсе здорова».

В заключение приводим заявление об исцелении из сентябрьской книжки «Душеполезного чтения» 1882 года.

«Живущая в Москве, в приходе Спиридоновской церкви за Никитскими воротами, дворянка Матрона Васильевна Свяволуцкая, объявила приходскому священнику и её духовному отцу (нижеподписавшемуся) следующее об исцелении её через угодника Божия святого великомученика Пантелеимона, совершившемся 28 июня сего 1882 года. Она страдала долгое время головной болью (болезнь свою она называла мигренью), которая по временам была так сильна, что не давала ей возможности ни сидеть, ни лежать свободно. В такое-то время, когда болезнь её особенно усилилась, она сидела однажды в комнате, и взгляд её невольно упал на киот, где находилась икона великомученика и целителя Пантелеимона. Как женщина очень простая, она обратилась к изображению великомученика с такими словами: „Угодник Божий! Ты творишь много чудес, о которых я слышала и читала. А я вот страдаю столько времени. Соверши надо мной чудо – исцели болезнь мою, и я поверю тогда вполне“. В это время откуда-то подул лёгкий и приятный ветерок, от которого голова её мгновенно освежилась, и она почувствовала полное облегчение от болезни. Тотчас же она рассказала об этом жившей с ней хозяйке дома. С тех пор она не чувствует вовсе той боли, какую испытывала прежде и которая причиняла ей столько страданий. Исцелённая усердно просила меня напечатать об этом во славу угодника Божия великомученика Пантелеимона. Её показание о болезни и о чудесном исцелении, сделанное мне, подтверждается свидетельством хозяйки дома, где она квартирует. Священник Александр Цветков».

(Из творений святителя Димитрия Ростовского)

Корабль же бе посреде моря влаяся

волнами: бе бо противен ветр (Мф.14:24).

Море есть мир сей, корабль – Церковь Христа или всё отечество христианское, а также и всякий человек есть корабль в мире сем; житие наше есть плавание в море мира. Ветры противные, бури и волны – многоразличные в мире беды, как-то: изобильные болезни, пожары, засухи, голод, которыми море это волнуется, возмущается и многих потопляет. По чьей же вине попускает на нас Господь обуревание и волнение, за что нас наказует? По изъяснению Амвросия святого, Господь попустил апостольскому кораблю обуреваться волнами потому, что в корабле между апостолами был Иуда. В корабле же общества христианского кто Иуда? Воистину, всякий нераскаянный грешник есть Иуда; оттого и восстают на нас волны бед. – Иуда был тать, и предатель, и льстец, и самоубийца. И грешный нераскаянный человек во всём Иуде подобен; он – тать, ибо думает со грехами своими утаиться от всевидящего ока Божия, – не узрит Господь, ниже уразумеет Бог Иаковль (Пс.93:7), – говорит он; время, данное ему на покаяние, он крадёт на свои беззакония; он – предатель, ибо, предпочитая временное вечному, за малое наслаждение продаёт великую небесную сладость, за краткое земное веселье продаёт бесконечное радование небесное, за сладострастие продаёт духовное прославление плоти своей, которое будет праведным в общее воскресение; за свою гордость продаёт возвеличение, смиренным от Бога уготованное; за гнев и ненависть к ближним продаёт дружество с ангелами и всеми святыми и – коротко сказать – за грех продаёт Бога, как Иуда предатель; он же и льстец, ибо иногда приходит как бы к покаянию, и исповедуется во грехах своих устами, а на деле творить плоды, достойные покаяния, и не помыслит; молится устами, а сердце его далече отстоит от Бога (Ис.29:13); лобзает скверными своими устами Христа, недостойно причащаясь Пречистых Таин, а потом опять возвращается на свои непотребства, – льстит только; говоря: «каюся», обещается быть добрым, а остаётся без исправления, – и потом отчаянием убивает свою душу. По всему подобен Иуде такой грешник, и он есть второй Иуда. А как много таких Иуд между христианами! Если же за одного Иуду корабль апостольский подвергался нападению волн, то как не бедствовать кораблю нашего общества христианского ради множества Иуд, между нами находящихся? Да и в особом корабле каждого из нас сидит Иуда – грех наш тяжкий и наша страсть! Грех наш есть тать, обкрадывает нас, погубляя все наши труды и подвиги, которыми мы хотели заслужить у Господа Бога нашего милость; есть предатель, ибо предаёт нас на смерть вечную геенскую; есть льстец, – немного усладит и вечной горести исполнит; есть убийца, – убивает и нашу душу, и нашу добрую славу. Доколе не изгоним такого Иуды из корабля жизни нашей совершенным покаянием, до тех пор не можем плавать безбедно и не можем достигнуть тихого пристанища. Аминь.

Милосердие выше девства, поста и молитв; милосердый без девства, но не блудник и прелюбодей (1Кор.6:9–10), есть подражатель Богу, Который говорит: Будьте милосердны, как Я милосерд. Ты беден, терпишь недостаток, нужду, будь милостив по силе средств. Бог ценит произволение и усердие, а не количество денег; подашь бедному и одну копейку, Бог оценит её лучше сотен и тысяч рублей, поданных богачом из тщеславия и самолюбия; тщеславие и гордость портят всю цену милосердия, – пример тому фарисей, дававший десятину доходов своих; а смирение и усердие лучше всех жертв и избытков богача, пример – две лепты бедной вдовицы. Милосердие очищает множество грехов. Нищие для того устроены, чтобы испытать сердце христианина; они как бы проба для нас и на страшном суде Божием будут нашими ходатаями, помощниками и покровителями или обвинителями в жестокосердии и бесчувствии. Блаженны, весьма блаженны будут тогда милостивые, ибо они помилованы будут.

Входя в церковь, зажги две свечки: одну милостыней, другую перед иконой. Если не зажжёшь первой, тускло будет гореть вторая и даже совсем погаснет. Молитва ценна и красна только милостыней. Милостыня светлее солнца и звёзд и проницает сквозь высоту и глубину небес, до самого Престола Божия. Милостыня – это сладкий и благовонный елей пред Господом; не зажжёшь этого елея, что твоя молитва и жертва! И самый сокрушённый и смиренный дух не будет жертвой. Любишь ты Бога, докажи это милостыней, только милостыней и докажешь, что любишь. Нищие – это храм Бога, Он живёт в них и называет их Своими братьями, Он только старший брат, Он в них и с ними страдает, алчет, жаждет и болеет. «Я алкал, – скажет Он на страшном суде Своём, – и ты не накормил Меня, Я жаждал и ты не напоил, Я был наг и ты не одел, Я был болен и ты не посетил». Так Он любит братьев Своих, что страдания их считает Своими. Докажи же и ты милостыней, что любишь их и в них Самого Господа; не говори, что ты беден, имеешь жену, детей, подай от малого малое; у тебя есть пища, одежда, силы, здоровье, приют или дом, у тебя есть мелкие предметы прихоти, есть потому и лишние расходы, удели от них тому, кто алчет простого хлеба, жаждет одной воды, зябнет и мёрзнет от рубища и не имеет хоть тёмного уголка приюта, где бы главу свою приклонить и успокоить. Подай же милостыню, окажи милосердие Самому Христу Спасителю; посмотри, как Он добр и милостив, Он Сам принимает её, и, о чудо любви! принимает не просто, а взаймы, в долг: Он должник твой и заплатит тебе долг сторицей, – даст тебе небо – вечную жизнь.

В среде нищих есть такие, которые впали в нищету через легкомыслие и беспорядочную жизнь, и такие, которые, получив милостыню, пропивают её, или собирают по корыстолюбию для накопления денег. Следует ли таким подавать милостыню? На это можно ответить так: легкомыслие и беспорядочная жизнь в большей или меньшей степени присущи и всем почти нам или большей части из нас; следовательно, отказывая в помощи таким, мы осуждаем их, а в них и самих себя. Но если бы и не были мы причастны этому злу, то, во-первых, как отличить или узнать в толпе: кто истинно бедный и нищий? И во-вторых, если и подадим милостыню в руки недостойного, она не пропадёт и оценится на небе так же, как и поданная истинному нищему. Спаситель смотрит на сердце дающего и ценит любовь и расположение к Нему в лице нищих. То же следует сказать и о милостыне, злоупотребляемой нищими. Если она по неведению нашему подана будет тому, кто её пропьёт, или употребит с корыстолюбивой целью, или попадёт в руки здорового, способного к труду, но ленивого, то не потеряет пред Богом цены своей, ради неведения нашего и ради расположения и усердия, с которыми подана. Если же подающий ясно и положительно уверен в злоупотреблении принимающего милостыню, то, не осуждая, может без упрёка совести безопасно и безответно пред Богом отказать.

(Пролог, 5 сентября)

В Константинополе жил один нищелюбивый человек: по улицам за ним постоянно следовало множество бедных, он каждому подавал милостыню, но, чтобы скрыть от людей, делал вид, что отгоняет и отталкивает их. Однажды один из друзей его спросил: почему он так милостив, и услышал следующий рассказ: – «Мне было 10 лет, когда случилось, войдя в церковь, услыхать проповедь старца, в которой он говорил, что дающий нищему – даёт в руки Самого Христа. Я не поверил и пошёл домой, размышляя: „Знаю, что Христос на небесах, одесную Бога Отца: как же будет Он принимать даваемое нищим на земле!“ На пути увидел я нищего в рубище, а над головой его – Лик Спасителя; встречается с ним какой-то добрый человек и подаёт хлеб; но в ту минуту, как он протягивал руку, чтобы хлеб подать, образ Спасителя простирал к нему Свои руки, и, принимая хлеб, давал ему благословение».

«Увидев это, я уверовал, что дающий нищему даёт Самому Христу. И до сего дня я вижу тот же Лик – Лик Спасителя – над головами нищих и с трепетом спешу подать по силе возможности».

О причащении

1. Когда причащаемся тела и крови Христовой, тогда теснейшим образом соединяемся с Иисусом Христом, так что Иисус Христос начинает тогда пребывать в нас, а мы в Нём. Иисус Христос говорит: Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем (Ин.6:56). Душа тогда начинает жить новой Божественной жизнью.

2. Соединяясь с Иисусом Христом, причащающийся делается таким образом причастником жизни вечной. Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь имать живот вечный (Ин.6:54), – говорит Господь. Впрочем, тело и кровь Христовы производят сии благодатные действия только в душе достойно причащающегося; а ядый и пияй недостойне (1Кор.11:29), яст и пиет себе осуждение.

3. Кровь завета, коей мы приобщаемся, не может молчать. Она вопиет, или за нас, во оставление грехов (Мф.26:28), или против нас, в отмщение за грехи.

4. Причастие Божественной Евхаристии нужно для подкрепления веры, для успеха в добродетели, для совершенства жизни.

(Пролог, 21 ноября)

Жил один инок в совершенной добродетели и строгой жизни, который постоянно молил Бога, дабы ему можно было знать судьбы Божии. Долгое время он молился и постился, – но откровений на это не было ему никаких. Наконец Господь, видя постоянные молитвы и бесполезные труды его, вложил ему в сердце мысль такую: «Пойду я, – думал он, – к такому-то старцу и спрошу его об этом, и услышу, что он мне скажет на это». Старец же этот проживал расстоянием от него довольно далеко. Итак, собрав свои пожитки, какие имел у себя, он отправился в путь. Когда он прошёл до половины дня, является ему Ангел в виде инока и спрашивает его: «Ты куда идёшь, раб Божий?» – «К такому-то пустыннику», – отвечал он. – «Ну это кстати, пойдём же вместе, – сказал ему Ангел, – ибо и я иду к нему». Инок очень рад был, что попался ему на пути такой друг, с которым вместе дойдёт до самого старца.

По прошествии дня зашли они на ночь по пути к одному благочестивому человеку, который обошёлся с ними весьма ласково и угостил их, как лучше быть нельзя, из серебряного блюда. Когда же потом собрались они в путь, то Ангел взял и скрыл у себя это блюдо; а по выходе из дому он забросил его в море. Старец, видя неблагодарный поступок спутника своего, весьма оскорбился этим.

По прошествии следующего дня случилось им опять зайти к одному страннолюбцу, который также принял их с большим удовольствием: обмыл им ноги, предложил откушать и упокоил их. В следующее утро, когда странники собрались уже к отходу в свой путь, приводит к ним тот страннолюбец единственного сына своего, дабы они благословили его. Ангел, взявши отрока сего за шею, удавил его. Инок, смотря на такой отчаянный поступок друга своего, от страха и ужаса не мог ни слова в противность сказать ему: равно отец за своего сына, боясь Бога и любя странников, не сделал им даже и выговора за сей их поступок.

На третий день, следуя путём, не находили уже никого из живущих, где бы могли упокоиться, кроме какого-то старого и пустого здания; они сели тут и начали кушать – что имели с собой. Потом Ангел встал и начал разбирать это здание и потом опять складывать по-своему. Тогда старец из сердца начал бранить и всячески поносить его, говоря: «Ангел ли ты, или бес, – потому что всё не по Божьему делаешь?» «А что ж я такое сделал?» – возразил ему Ангел. – «А что ты вчера и третьего дня сделал нашим гостеприимцам, которые нас угощали и покоили, как лучше быть нельзя: у первого ты серебряное блюдо взял и забросил в море; у другого – сына удавил; а здесь как пусто, что нет ни людей, ни чего другого, для кого ты этот дом строишь?» – «Не сердись, старче, на меня и не соблазняйся, – сказал ему Ангел, – я тебе объясню обо всём. Первый человек, который нас принимал, ведёт жизнь благочестивую и во многом угодил Богу, но блюдо, которое забросил я, не есть его собственность, и не своими трудами приобрёл он его; и дабы через то не потерял он награды себе от Бога, которую заслужил своим гостеприимством, я забросил блюдо в море. Второй человек, который принял нас с любовью и угостил, тоже угоден Богу; но сын его, которого я удавил, если бы достиг в возрасте совершенных лет, то большой сделался бы развратник, и отец его много бы перенёс ответственности из-за него; потому-то я и удавил его, а душу его, за добродетель его отца, я отослал в рай; и таким образом и отец его будет спасён, и сын за добродетели родителя своего». «А здесь, в пустом месте, – спросил Ангела старец, – для чего этот дом то разваливал, то опять строил его?» – «Хозяин этого дома, – отвечал ему Ангел, – был весьма злой человек, и когда он дошёл до крайней нищеты, оставил дом и удалился. Дед же его, когда строил этот дом, много золота для сбережения своего насыпал в стенку сего дома; потому-то я и раскидывал его, дабы, нашедши оное, кто-нибудь не пленился чрезвычайным богатством и впоследствии из-за него не был бы осуждён на вечное мучение». После сего Ангел сказал старцу: «Иди, старче, опять в свою келлию и не трудись напрасно; ибо сказано Духом Святым, что непостижимы судьбы Божии; глубина их неизмеримая, человеку невозможно постигнуть. А потому и ты не испытывай их без всякой к тому надобности». Сказавши это, Ангел стал невидим.

(покойного духовника иеросхимонаха Иеронима)

Перед путешествием моим за границу на Афон в 1836 году я жил в Толшевской пустыни Воронежской губернии. В этой общежительной обители мне дано было два послушания: так как я знал пение и простое, и нотное, то мне приказано было ходить на клирос петь, а к этому ещё поручена была братская трапеза, где я служил отцам с одним помощником.

Однажды, это было в январе месяце, по окончании первой и второй вечерней трапезы и по уборке всего (что протянулось до 10 часов), давши друг другу прощение, мы пошли по своим кельям спать. Ночь хоть была безлунная, но небо было чистое, и звёзды ярко блистали. Идя в свою келлию, я заметил, что огни у отцов в келлиях были уже потушены. Придя в келлию, я прочитал повечерие и чувствовал себя очень спокойным и вовсе нерасположенным ко сну; но так как до утрени времени оставалось мало, то я расположился лечь на кровать, дабы хотя немного поспать, но ещё не лёг, и в это время мысль сказала мне: «Бес идёт». – Я спокойно спросил у неё: «Где же он?» – «Вот, смотри на северо-восток», – ответила мысль. Я сказал: «Ну пусть идёт!» – и обратил туда глаза свои. И в самом деле, стена келлии исчезла, и я увидел в расстоянии около пятидесяти саженей человека чёрного, похожего на цыгана, среднего роста, голого, кругленького, волосы на голове имеющего короткие. Он приближался ко мне медленно, и чем ближе он подходил ко мне, тем более лицо его багровело или краснело. Я смотрел на него пристально, но спокойно, без малейшего страха. Когда же он приблизился ко мне так, как на три или четыре сажени, тогда лицо у него сделалось очень красно-огненное, что заставило меня более не допускать его до себя, и я с полным спокойствием оградил себя крестным знамением, произнесши слова: «Силой Честного и Животворящего Креста Господня…» За этим бес исчез мгновенно, и всё в келлии приняло свой вид. – Я хоть и очень удивился этому видению, впрочем, лёг на кровать и спокойно заснул до утрени. Поутру я рассказал моим друзьям о случившемся мне видении, и они подивились этому. – Один из них сказал, что видению сему должна быть какая-либо причина, ибо без причины не бывает действия. Я начал искать в себе причины, и хотя не скоро, но благодать Божия помогла мне найти её. Вот в чём нашлась причина. Когда я был лет 12-ти, то читал Четьи-Минеи, то есть жития святых, и когда прочитывал жития преподобных, в которых писано о разнообразных явлениях бесов и о бессилии их перед знамением Честного Креста, я всегда дивился этому и нередко задавал себе вопросы: отчего такие гордые и сильные существа, князи греховного мира, так много боятся святого Креста, что от одного его знамения мгновенно исчезают. Такое невежественное моё сомнение в силе Честного Креста и было во мне до этого случая, коим благодать Божия благоволила уверить меня на опыте во всесилии Честного и Животворящего Креста Господня.

Старец Григорий, родом Воронежской губернии, прибыл на Афон уже в преклонных летах, был принят в нашу обитель и пострижен в схиму. Нрава он был тихого и смиренного и вида благообразного. По прошествии нескольких лет он сделался на вид смущённый, мрачный и печальный, стал сохнуть, слабеть и едва ходил. Когда его спрашивали: чем он страдает? какая у него есть болезнь? – он на это всегда отвечал, что скука и печаль мучит его и не может сказать отчего; и это искушение уже три года как изнуряет его. – Многократно духовник спрашивал его: отчего он всегда смущён? И ему он всегда отвечал уклончиво и не открывал своих помыслов. Духовник сказал одному его другу, чтобы он как-нибудь выпытал бы у него, какие помыслы смущают его. Тот пошёл к нему и долго докучал ему, чтобы он хотя ему бы открыл те его помыслы, которые смущают его, но он одно только говорил, что никак не может этого сказать, ужасно боится, дабы сквозь землю не провалиться. Посланный, пришедши к духовнику, передал ему всё слышанное от него, – что он ужасно боится открыть свои помыслы духовнику, как бы от этого не погибнуть. Тогда духовник понял, что этот старец страдает от духа хульного и, как неграмотный, по невежеству своему и по внушению врага думает, что страшный грех есть сказать духовнику про помыслы хульные. Духовник, немедленно призвавши его к себе, спросил: «Да ты, о.Григорий, страдаешь от нападения злого духа хульного и боишься о том сказать?» – «Так, батюшка, так, – отвечал он, – не могу сказать, ужасно боюсь; как только подумаю, чтобы открыть тебе мою беду, так весь приду в ужас и трепет, потому что помысел говорит мне: как только скажешь о сем, тотчас провалишься сквозь землю в ад». Эти слова он едва выговорил, весь дрожа от страха и повторяя: «Не могу, не могу!» – «Ну, если ты не можешь рассказать мне твоих мыслей, – сказал ему духовник, – так я тебе расскажу твои мысли, которые враг приносит тебе на Бога». На это он сказал замирающим голосом: «Ах, Боже мой, как это можно!» – «Так слушай же, – сказал духовник, – враг приносит тебе мысли хульные, бранные, всякие сквернословия на Бога и на Божию Матерь, на святых угодников, на святые Тайны и на святые иконы». При этих словах о.Григорий со страхом подтверждал: «Да, да; вот, вот; так, так. Ах Боже мой! Как ты это, батюшка, не боишься говорить? Это ужас!» – «Да я слова эти говорю не свои, а вражеские, – сказал ему духовник, – то, что нам внушают бесы, ибо они попущением Божиим, как я сказал, стараются возмущать нас, особенно незнающих, всякими скверными бранными мыслями на Бога и на всё святое, хулы мерзкие, самые тяжёлые, несносные и частые. Сами они, проклятые, хулят, а потом станут уверять человека, что это он сам хулил Бога, а беса тут и близко не было; – тогда незнающий человек приходит в великое смущение и даже отчаяние». – «Так, батюшка, так, – сказал старец Григорий, – и мне тоже мысли говорили, что будто бы я сам бранил Бога, и что за это я погибну, не спасусь; такие мысли убивали меня, и я много отчаивался, а открыть или исповедать духовнику страшился, думая, что если я только открою эти мысли, то сейчас же погибну, и я скорбел и не знал, что мне надо было делать». – «Так всегда случается с незнающими и особенно с теми, которые не открывают своему духовному отцу своих мыслей, – сказал ему духовник; – в таком тяжком искушении первое средство есть – исповедь и откровенность знающим людям, и посильная молитва, а главное то, что советуют святые отцы, чтобы хульные помыслы пренебрегать, вовсе презирать, за ничто считать, не приписывать их себе и не смущаться от них, и совсем не обращать на них ни малейшего внимания, ибо Бог знает, что мы не желаем Его хулить, а паче прославлять, и что эти мысли бесовские, а не наши, и мы за них отвечать не будем, потому что мы их не желаем и не принимаем, но они навязываются нам насильно; если враг заметит кого, что он стал смущаться от богохульных помыслов, на того он более будет нападать, а кто не смущается, того враг оставляет». Такой совет дал духовник старцу Григорию, который с того времени и успокоился.

По прошествии месяца духовник, увидев старца Григория, спросил его: «Что, как теперь помыслы богохульные, смущают ли ещё тебя?» – Он отвечал: «Слава Богу! Молитвами твоими с того времени эти помыслы вовсе оставили меня, и я теперь спокоен». Остальное время жизни он прожил покойно и с миром скончался.

(Перевод с греческого)

Чтобы мог ты, возлюбленный, притекать к Богоматери с верой и дерзновением во всякой твоей нужде, помысли:

1. Как сосуд, бывший долгое время с благовонным миром, и по истощании мира благоухает. Какое же неизреченное благоухание человеколюбия, любви и милости находится в Преблагословенной Марии, девять месяцев носившей в девственной утробе своей Христа – неистощимое миро, Которого держала в руках своих, подобно Серафимам пламенея любовью к Нему, яко Сыну Божию, Иже есть самосущая любовь и милосердие. Как приблизившийся к сосудам с миром берёт в себя благоухание и как стоящий у пламени не может не принять теплоты, так, и много более, всякий нуждающийся, приближаясь со смирением и верой к небесному Миру милосердия, всегда благоухающему, и к огню любви, всегда горящему в Богоматери, всегда может получать от Неё помощь, благодеяния и благодати, и тем большие, чем более и чаще, и с большей верой и дерзновением будет приближаться к Ней.

2. Ещё помысли: что никто не любил столько Иисуса Христа Сына Божия и не сообразовался так воле Его, как Пресвятая Его Матерь. – Одна Она без мужа Единого родила, почему к Нему единому паче всего горела и горит любовью. Итак, если Сам Сын Божий и возлюбленный Сын Девы истощил всего Себя и всю жизнь на нужды и спасение нас, грешных, и дал Матерь Свою в общую матерь и утешение нам, да помогает нам и да будет по Нём орудием спасения нашего, как же после этого может возлюбленная Матерь толико Возлюбившего нас отступить от воли возлюбленного Сына Своего, чтоб не помогать нам?

Притекай же, возлюбленный, притекай с дерзновением и верой во всякой твоей нужде к Богоматери. Вера и дерзновение к Ней исполняют благодатей и милостей и есть всегда безопасное пристанище бедствующим и нуждающимся в помощи.

Крещение Господне

(Из творений святителя Кирилла Иерусалимского)

Много, возлюбленные, истинных свидетельств о Христе. Свидетельствует с небеси Отец и Сын; свидетельствует Дух Святой, снисшедший телесным образом (Лк.3:22) в виде голубя. Свидетельствует Архангел Гавриил, благовествующий Мариаме. Свидетельствует блаженное вместилище яслей. Свидетельствует Египет, принявший Владыку, юного ещё телом. Свидетельствует Симеон, принявший Его в объятия и изрекший: ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему, с миром: яко видесте очи мои спасение Твое, еже еси уготовал пред лицем всех людей (Лк.2:29–31). Свидетельствует о Нём и Анна пророчица, благоговейнейшая воздержница и подвижница. Свидетельствует Иоанн Креститель, величайший из пророков, началовождь Нового Завета и некоторым образом сопрягающий оба завета, и Ветхий и Новый. Из рек свидетельствует Иордан, из морей свидетельствует Тивериадское море. Свидетельствуют слепые, свидетельствуют хромые; свидетельствуют воскрешённые – мёртвые; свидетельствуют бесы, говоря: что нам и Тебе, Иисусе? Вемы Тя, Кто еси, Святый Божий (Мк.1:24). Свидетельствуют ветры, внимающие Его повелению и утихающие. Свидетельствуют пять хлебов, умножившиеся для напитания пяти тысяч. Свидетельствует святое древо Креста, доныне у нас видимое и почти уже целую вселенную собой наполнившее через приемлющих от него здесь с верой. Свидетельствует та пальма в долине, которая восхвалявшим тогда отрокам дала ваии. Свидетельствует разумеющим Гефсимания, как бы доныне ещё указующая Иуду. Свидетельствует видом своим эта возвышающаяся святая Голгофа; свидетельствует гроб святыни и доныне лежащий камень. Свидетельствует солнце, сияющее ныне, а тогда, во время спасительного страдания, померкшее; свидетельствует тьма, бывшая тогда от часа шестого до девятого. Свидетельствует свет, воссиявший от часа девятого и до вечера. Свидетельствует святая гора Елеонская, с которой вошёл ко Отцу; свидетельствуют и дожденосные облака, приявшие Владыку, о которых сказал Псалмопевец: возмите врата князи ваша, и возьмитеся врата вечная: и внидет Царь славы (Пс.23:7). Свидетельствуют бывшие некогда врагами, в числе которых и блаженный Павел, недолго враждовавший, но много времени послуживший. Свидетельствуют двенадцать апостолов, не словами только, но приятыми мучениями и смертью своей проповедавшие истину. Свидетельствует тень Петрова, Христовым именем врачевавшая недужных; свидетельствуют главотяжи и убрусцы (Деян.19:12), Христовой также силой врачевавшие через Павла. Свидетельствуют персы и готфы и все из язычников, умирающие за Того, Кого не видели плотскими очами. Свидетельствуют бесы, доныне изгоняемые верными.

Так много различных свидетелей, и их ещё больше! Если кто не веровал прежде, да верует теперь. Если же и прежде был верным, да приимет вящшее приращение веры, продолжая веровать в Господа нашего Иисуса Христа и да знает, Чьё носит на себе имя. Христианином ты назван: береги это имя, да не похулится ради тебя Господь наш Иисус Христос, Сын Божий, но да просветятся паче добрые дела твои пред человеками, чтобы видящие человеки об Иисусе Христе, Господе нашем, прославили Отца, сущего на небесах. Ему слава ныне и во веки веков. Аминь.

(Из творений святителя Иоанна Златоустого)

Если мы будем постоянно упражняться в чтении и слушании Святого Писания, то узнаем и правые догматы, и жизнь добродетельную. Хотя бы кто был крайне упрям, и непреклонен, и ленив, хотя бы прежде он не приобрёл никакой выгоды: при всём том в настоящее время соберёт плод и получит какую-нибудь пользу, хотя и не такую, чтоб мог её чувствовать; но всё же получит. Если тот, кто приходит в мироварницу и сидит в подобных заведениях, невольно проникается благоуханием, то гораздо более – тот, кто ходит в церковь. Как от бездействия рождается леность, так и от упражнения появляется усердие. Поэтому, хотя бы ты был исполнен бесчисленным множеством грехов, хотя бы ты был нечист – не убегай здешнего собрания. Но что ж, скажешь, если я слушаю, но не исполняю? Не малое приобретение и это – признать себя достойным сожаления. Не бесполезен и этот страх; не бесплодна и эта боязнь. Если только будешь сокрушаться о том, что, слушая, не исполняешь, то непременно придёшь когда-нибудь и к исполнению. Кто беседует с Богом и слушает беседу Божию, тому невозможно не получить никакой пользы… Итак, будем внимать Писаниям, возлюбленные! И если не другое что, то, по крайней мере, Евангелие да будет для нас предметом особенного внимания, да будет всегда в наших руках.

Ведь только что откроешь эту книгу, тотчас увидишь перед глазами имя Христово и тотчас услышишь слова: Иисус Христово Рождество сице бе: обрученней бо бывши Матери Его Марии Иосифови… обретеся имущи во чреве от Духа Свята (Мф.1:18). А кто услышит это, тотчас пожелает девства, подивится рождению, отрешится от земли. Немаловажно и то, что ты увидишь Деву, сподобившуюся Духа и Ангела, беседующего с Нею. Между тем это пишется ещё в начале. Если же ты будешь продолжать чтение до конца, то тотчас отвергнешь всё житейское и будешь смеяться над всем земным. Если ты богат – за ничто почтишь богатство, когда услышишь, что Она обручена тектону и, происшедшая из смиренного дома, соделалась Матерью твоего Владыки. Если ты беден – не будешь стыдиться своей бедности, когда узнаешь, что Творец мира не устыдился беднейшего дома. Помышляя об этом, ты не станешь похищать, не будешь лихоимствовать, не станешь брать того, что принадлежит другим; напротив, скорее сам сделаешься любителем бедности и будешь презирать богатство. А достигнув этого, ты избежишь всякого зла. Далее, когда увидишь Его (Христа) лежащим в яслях, тогда не будешь стараться украсить своё дитя золотом или устроить для своей жены пышное ложе. А не заботясь об этом, ты не станешь из-за этого лихоимствовать и похищать. Много и других выгод можно получить от чтения Святого Писания, которых нельзя теперь пересказать в подробности; но их узнают те, которые сделают опыт. Посему прошу и умоляю вас приобретать книги (Святого Писания) и усвоять себе мысли их, и начертывать их в душах… Через это мы очистим (от всякой скверны) настоящую жизнь и достигнем будущих благ, которых да сподобимся все мы по благодати и человеколюбию Господа нашего Иисуса Христа, через Которого и с Которым Отцу вместе со Святым Духом, слава, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

1.Чудодейственное явление Богоматери с великомучеником Пантелеимоном к 14-летней умиравшей отроковице Лидии, а потом чудесное ей же вразумление в сонном видении.

Нижеподписавшийся, пишущий эти строки в назидание других, удостоверяет, что всё, рассказанное здесь, есть совершенная, несомненная истина.

С лишком три года тому назад сильно заболела наша 14-летняя дочь Лидия. Понятно, я, родитель её, и моя супруга очень встревожились, тем больше что Лидия есть единственное, выплаканное у милосердого Бога, дитя наше, оставшееся в живых из 13 детей, разновременно умерших в младенческом возрасте. Немедленно призван был наш один из лучших местных докторов, который, осмотрев больную нашу дочь, заявил нам, что она поражена злым пятнистым тифом, тем более опасным, что у больной горло сильно воспалено и загорожено отделившимися от нёба и глотки клочками внутренних телесных покровов, сильно препятствующими дыханию. Несмотря на всё это, добрый доктор усердно принялся за излечение нашей Лидии и трое суток бился со страшным врагом тифом, навещая страдалицу по нескольку раз в сутки.

На четвёртые сутки перед вечером, провожая вышедшего от нас доктора до ворот нашего дома, я спросил его с замиранием сердца: «Ну что, доктор, какова наша больная? Скажите правду».

– Я скажу вам то, – отвечал мне доктор, – чего не нашёл возможным сказать при вашей нервной, слабенькой супруге, именно, что болящая Лидия ваша безнадёжна: для излечения её мной употреблено всё, что даёт нам наша наука для борьбы со страшным бичом – пятнистым тифом, но не мог побороть его, и больная ваша дочь нынче ночью, около 11-ти, 12-ти часов, должна умереть непременно.

– О, Господи! – вскричал я с отчаянием: – не созвать ли консилиум, доктор?

– Никакой на свете консилиум не поможет больной вашей дочери, – отвечал доктор, садясь в свою пролётку: – спасти её может одно только чудо!

С каким чувством и значением произнёс доктор последние слова, я, убитый горем, не вслушался, но слова эти на меня подействовали особым, вразумляющим образом: меня озарила вдруг вожделенная для меня мысль, что для нас остаётся ещё надежда на помощь премилосердого Бога. И вот, возвращаясь в комнаты после провода доктора, я с внутренним угрызавшим меня чувством думал: мы, грешные люди, всегда так делаем в случаях тяжкой болезни, – обращаемся за помощью прежде всего к доктору, а не к истинному Врачу душ и телес наших – премилостивому Спасу, за что и наказуемся.

Вследствие озарившего меня благого помысла, не сообщив супруге своей, из опасения поразить её, о страшном предсказании доктора насчёт больной нашей дочери, а сказавши ей только, что он посоветовал помолиться о ней Богу, – я в ту же минуту отправился в находящуюся только в нескольких саженях от нашего дома приходскую церковь, где в то время служилась вечерня, и просил священника непременно по окончании вечерни пожаловать к нам с преждеосвящёнными святыми Дарами для приобщения нашей болящей дочери Животворящих Таин Христовых и для молебствия о её здравии. Не более как через полчаса всё это и сталось, и пришедший к нам добрый пастырь наш (о.Евграф Петров), благоговейно приобщив еле живую Лидию, приступил по просьбе нашей к совершению с водоосвящением молебна Пресвятой Богоматери и великомученику целителю Пантелеимону, пред святыми их иконами, красовавшимися в числе многих других в переднем углу спальной комнаты, где лежала болящая Лидия. Пламенна была молитва наша к Пресвятой Деве Марии и страстотерпцу целителю Пантелеимону и сопровождалась горючими, неудержимыми нашими слезами; даже добрый наш священник, искренно любящий всю нашу семью, видя наше стенание и горький плач, совершал молебствие с слезящимися очами. Молебствие кончилось. Окропив болящую и дом наш освящённой водой, разоблачившись и отослав причётника и сторожа к своему месту, священник ещё с час сидел у нас, утешая нас подходящими к плачевному случаю изречениями из Священного Писания и святых отцов Церкви, и наконец ушёл. Оставшись одни, мы – я и супруга моя, не сводили глаз с умиравшего дорогого нашего дитяти, надеясь увидеть в нём перемену к лучшему. Так длилось часов до десяти, но тут слабенькая супруга моя, сидевшая на диване, будучи утомлена до последней степени трёхдневным неспанием и ухаживанием за большой, невольно неудержимо склонилась на диванную подушку и заснула глубоким сном, а я, более крепкий её и менее уставший, остался при постели больной Лидии и продолжал наблюдать за ходом болезни её. И вот, в половине 11-го часа при свете ярко горевшей перед святыми иконами в переднем углу лампады, я с ужасом увидел, что перелом болезни дочери моей совершается к худшему: конечности рук и ног её при моём ощупывании их быстро стали холодеть, на лбу появился холодный пот, а дыхание её сразу сделалось тяжёлое, хриплое, перерывчатое; видимо, приближались исходные минуты борьбы утухавшей жизни со смертью – началась агония. Эта минута, о которой страшно вспомнить и теперь, до высокой степени поразила меня, видевшего на поле брани смерть сотен моих товарищей и сослуживцев, доблестных воинов; но ведь то была смерть чужих для меня людей, а теперь передо мной умирало моё родное, лелеянное нами единственное дитя! Я не в силах был видеть этой поразительной картины смерти, и, вышедши в другую комнату и припав лицом к столу, как ребёнок, зарыдал. Но, о чудо! Вдруг явственно я услышал, что одр, на котором лежала умиравшая дочь наша Лидия, скрипнул как бы от движения встающего человека, – это привлекло моё внимание, и я с заплаканными глазами, затаив дыхание, подошёл к открытой двери той комнаты, где лежала больная, взглянул и изумился, не веря глазам своим! Наша умиравшая Лидия, трое суток не могшая самостоятельно двинуть ни одним своим членом, которую по её желанию переворачивали с боку на бок другие, – сама собственными силами приподнялась и села на середине своей постели, свесив с неё ноги, и заплакала, а потом вскоре, с видимым усилием выплюнув на ковёр перед своей постелью целый ком собравшихся в кучу, отпавших от нёба и глотки разновидных телесных шкурок, смешанных с липкой пахучей материей, – стала с кем-то, для меня невидимым, разговаривать, хоть для меня невразумительно, невнятно. Что ж это сталось, о, Господи, с нашей умиравшей Лидией?! Недоумевал я, окрыляемый радостной надеждой на добрый исход её болезни. А вот что сталось, как рассказала нам с радостными слезами Лидия наша, проснувшись с рассветом следующего дня совершенно здоровой.

Что было прежде, Лидия не сознавала, потому что была в бессознательном состоянии, в совершенном беспамятстве; только вдруг чувствует, что её кто-то поднял и посадил на постели. С трудом открыв глаза свои, она увидела, что перед нею стоят в лучезарном сиянии Пресвятая Богоматерь и правее Её несколько сзади великомученик-целитель Пантелеимон, точь в точь в таком виде, как они изображены на святых иконах наших, стоящих в числе многих других в переднем углу спальной комнаты, перед которыми часа три тому назад со слезами и рыданиями совершалось молебствие с водоосвящением. Дивное видение это (Лидия не могла вполне сознать, наяву то было или же в тонком сне) так приятно поразило нашу набожную, охочую ходить в церковь во все праздники и воскресные дни и до страсти любящую с малолетства монастырскую жизнь – Лидию, что она зарыдала радостными, умилёнными слезами и хотела восторг свой выразить словами, но почувствовала такую боль в своей глотке, что невольно схватилась правой рукой за своё горло и движением выразила, что ей за невыносимой болью в горле невозможно говорить.

«Пантелеимон! – обратилась Матерь Божия к бывшему при ней великомученику, – обмочи перст твой в имеющемся у тебя в руках ковчежце с елеем и во имя Всесвятой Троицы помажь уста и шею болящей отроковицы, да извергнется из глотки её то, что ей причиняет боль и препятствует дыханию».

Пантелеимон подступил к Лидии и, обмочив свой указательный палец правой руки в имевшийся у него в левой руке ковчежец с елеем, крестообразно помазал ей уста, а затем и шею, произнося при каждом разе: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа», и совершив это, стал опять на прежнее место.

– «Теперь, отроковице, усиленно выплюнь то, что у тебя находится болезненное во рту и глотке, – сказала неизреченно ласково Божия Матерь Лидии, – и по неизречённому милосердию Господа и Спаса Иисуса Христа Сына Моего и Бога по слёзным молитвам родителей твоих и доброго пастыря, совершавшего ныне молитвословие ко Мне и Пантелеимону многострадальному, будешь здрава и невредима от одержавшей тебя болезни». Лидия исполнила это, и боль в глотке исчезла. Милосердные слова Богоматери привели Лидию в неописанный восторг, тем более что она в ту же минуту почувствовала себя совершенно здоровой, и Лидия с глубоким умилением проговорила: «От всего сердца моего благодарю Господа за исцеление меня от тяжкой болезни и за то даю искренний, лелеемый мною давно заветный обет: – с позволения родителей моих, вступить в здешний Покрово-девичий монастырь и до конца дней моих служить Ему, Богу моему, – быть Христовой невестой».

– «Благое дело избираешь, отроковице, – сказала на это Богоматерь Лидии, – и будешь в монастыре, но только предваряю тебя, что если ты отступишься от добровольного обета твоего, то умрёшь от этой самой страшной болезни, от которой теперь по слёзным молитвам родителей твоих и доброго пастыря воздвиг тебя по Моему предстательству со страстотерпцем Пантелеимоном премилосердный Спас: навсегда памятуй об этом».

С последним словом Богоматерь, осенив Лидию крестным знамением, оставила её и вошла опять, как казалось Лидии, в киоту пречистого образа Своего, из которого выходила. Также поступил и многострадальный Пантелеимон.

Всё это рассказала нам Лидия наша по утру, пробудившись от сна; после же чудесного явления к Лидии Богоматери, она – Лидия, спокойно улеглась опять на своей постели и моментально погрузилась в глубокий сон и беспробудно спала до следующего утра.

На другой день утром, когда умиравшая наша Лидия проснулась совершенно здоровой, был приглашён к нам опять тот же добрый местный священник о.Евграф и по нашей просьбе опять отслужил для нас молебствие Пресвятой Деве Марии и великомученику Пантелеимону, только теперь за исцеление умиравшей уже благодарственное, которое также сопровождалось нашими слезами, только не горючими, как прежде, а умилённо-радостными, благодарными слезами. Вскоре за сим мы – я, супруга моя и дочь Лидия, за непременную обязанность почли представиться к местному владыке, высокопреосвященному Серафиму, который очень благоволит к нам и благосклонно нас принимает у себя в дни великих праздников, и доложить его высокопреосвященству о чудесном явлении Богоматери к нашей Лидии и обо всём, что с нами тогда было. «Чудны дела Твои, Господи!» – сказал высокопреосвященный Серафим, с большим вниманием выслушав от нас всё то, что описано выше, а потом внушительно добавил: «Во всём том, что случилось теперь с вами, я вижу перст Божий, и по моему крайнему разумению Лидия ваша должна немедленно вступить в монастырь, да не горшее что с ней будет». Слова высокопреосвященного Владыки приняты были нами с сердечным умилением, особенно моей супругой и дочерью Лидией, и супруга тут же изъявила непременное желание – вместе с Лидией, за её несовершеннолетием, вступить тоже в монастырь с тем, чтоб мне остаться в мире одному на том основании, что мы не имеем никакого состояния, а живём единственно одной моей пенсией за тяжкие раны, полученные мною на войне, а она, пенсия, была бы отнята у меня, если бы я вступил в монашество, и семье моей в монастыре содержаться было бы нечем, так как воронежский Покрово-девичий монастырь, в который она поступала, не общежительный и монашествующие все там содержат себя единственно своими трудами. На это ради блага семьи я изъявил согласие, тем более что я уже шестидесятилетний старец. Найдя всё это достойным уважения, высокопреосвященный владыка одобрил план наш и, благословив супругу мою и дочь Лидию образами на новую жизнь в святой обители, отпустил с миром.

Таким образом супруга моя и дочь Лидия, оставив житейское море, по слову святого песнопевца, вступили в тихое пристанище – воронежский Покрово-девичий монастырь и слишком три года, благодарение Господу, жили в нём, в хорошей келлии, которую мы из последних средств своих устроили, мирно, ангелоподобно; но тут, и именно в великий пост текущего года, с Лидией нашей произошло почти то же, что описано выше. Вот как это было: однажды Лидии случилось быть в келлии одной очень доброй, набожной старицы-монахини; у этой же монахини гостила в это время и некая молодая, светская девица, по-мужски носящая волосы свои, учившаяся в одном из местных женских училищ.

Вступив в разговор с простодушной, уже с 17-летней Лидией нашей, эта светская девица с напускным пафосом насказала ей таких вещей, что она – Лидия, возвратившись в вечерню от старицы в свою келлию, стала, как исступлённая какая, развивать перед матерью своей ту грешную мысль, что обет – поступить в монастырь, данный ею три года тому назад во время первой её страшной болезни тифом, – не может быть обязательным для неё, так как она, Лидия, была в то время ещё несовершеннолетняя, и многое другое наговорила такое, что мать её – мою супругу, поразило до высокой степени. То же повторила Лидия и мне, отцу своему, когда я вскоре случайно навестил их в монастырском жилище. И что же?! В ту же ночь Лидия заболела, как и прежде, страшным пятнистым тифом и к вечеру другого дня так была плоха, что приглашённый для её напутствия монастырский добрый иерей принуждён был дать ей глухую исповедь перед приобщением Святых Таин Господних. В то же время приглашён был для подания Лидии помощи лучший городской доктор. Осмотрев больную, он заметил нам, что по всем признакам она, вероятно, уже была больна этим же тифом, который теперь опять отрыгнулся; когда же ему ответили, что оно так и было в самом деле, и рассказали о её чудесном исцелении, то набожный доктор с воодушевлением внушил нам, что и теперь спасти больную Лидию может только помощь свыше и никакое человеческое искусство не поможет, и Лидия, судя по научным признакам, должна умереть между 11-м и 12-м часом ночи непременно; и доктор уехал. И вот тут-то, как и в первый раз, мы опять с великим усердием прибегнули к предстательству Богоматери и великомученика Пантелеимона у Всемилостивого Господа Спаса: немедленно было совершено по нашей просьбе перед их святыми иконами добрым монастырским иереем усердное молебствие, сопровождавшееся нашими горькими слезами и коленопреклонениями. И благодарение Господу Богу, усердные заступники и молитвенники о нас – Божия Матерь и великомученик Пантелеимон не посрамили нас, не отвергли наших слёзных, усердно-горячих молитв: между 11-м и 12-м часом, видимо, по словам матери, отходившая уже Лидия вдруг успокоилась и вскоре с появлением у неё горячей по всему телу испарины крепко, безмятежно уснула. Это был тот момент, когда, с покаянным рыданием рассказала после Лидия, во сне явилась к ней Богоматерь с Пантелеимоном, и, приказав ему помазать у болящей чело, уста и очи елеем из его ковчежца, сказала Лидии: «По слёзной, искренней молитве родителей твоих и доброго священника, во внимание к неопытности твоей, ты и теперь по неизречённой милости Господней будешь здрава и невредима, но впредь будь осторожна, не согрешай неразумием твоим, да не горше ти что будет!» И Богоматерь с Пантелеимоном стали невидимы, а Лидия к утру совершенно оправилась от болезни и с тех пор старается вести настоящую монастырскую святую жизнь из страха, чтобы не постигла её болезнь, горшая первых.

Что всё вышеизложенное есть несомненная истина, в том и удостоверяем нашим подписом: вышедший за ранами в отставку из Кавказской армии поручиком, а затем бывший городничий, Степан Иванов, бывшая его супруга, а теперь монахиня Мария Гавриловна и дочь их Лидия, послушница воронежского Покрово-девичьего монастыря, Романовские.

3-го августа 1882 года. Город Воронеж.

2. Из Ачинска Енисейской губернии Яков Дмитриевич Попов пишет на святой Афон, что его 12-летний сын Димитрий в отсутствие родителей вместо игрушки взял заряженный револьвер и неосторожно выстрелил себе в левую руку выше локтя; когда родители вернулись и пригласили доктора, то пуля оказалась в руке; вынуть её доктор не решился из опасения, что мальчик не перенесёт операции. Это случилось 5-го октября. Мальчик страдал до 21-го числа. Руку стало сводить. 21-го октября получено было письмо от афонских старцев, в котором было вложено 3 изображения великомученика Пантелеимона на атласе. Положив благоговейно на стол святые изображения, всё семейство стало молиться угоднику Божию, после сего изображения были приложены к больной руке, и на утро вместо отверстия раны, куда входил палец, осталось одно пятнышко вроде оспинки, и рука стала здорова.

3. В июньской книжке (1882 года) журнала «Душеполезное чтение» о.протоиерей города Омска Алек. Сулоцкий сообщает следующее.

Енисейской епархии в епархиальном городе Красноярске живёт и служит ныне уже немолодой и нередко болезнующий протоиерей Симеон П.Троицкий. В молодые годы, когда о.Симеон служил ещё священником в селе Балахтинском Ачинского округа, с ним вот какое случилось происшествие: весной, а именно 30 апреля 1852 года, он был на ловле рыбы в реке Чулыме и там простудился. Вследствие простуды как бы гора какая постоянно лежала на нём и давила его; а около 30-го мая у него такое сделалось сердцебиение, что врач по осмотре его сказал: «У него должен лопнуть пульс», то есть что больной, пожалуй, недалеко и от смерти. – Но при болезни телесной у о.Симеона была ещё и душевная болезнь: к его приходскому храму пристраивался придел (с северной стороны), и он – священник Симеон, не знал, недоумевал, в чьё бы имя, во имя какого бы угодника Божия освятить его. – В одну ночь, часу в 12-м, больной обратился с пламенной молитвой к святителю Христову Иннокентию об исцелении и при этом обещал, если он по его предстательству исцелеет, освятить придел в его имя. «В это самое время, – пишет ко мне о.протоиерей (в письме 11-го мая 1881 года), – постель моя мгновенно осиявается необыкновенным блеском, и с меня сваливается как бы гора каменная, которая давила меня в продолжении 4-х недель, и я тотчас же сделался совершенно здоров, как бы совсем не хворал». – «Придел во имя святителя Иннокентия, Иркутского чудотворца, – присовокупляет исцелевший, – в своё время отстроен, благолепно украшен и освящён».

(Из творений святителя Тихона Задонского)

Изыде сеяй сеяти семене своего (Лк.8:5).

Как семя, когда сеется, падая не на одинаковую землю, приносит различные плоды, так слово Божие равно всем проповедуется, но не во всех сила и плод его бывают. Семя иное падает на пути и от птиц небесных восхищается; тако слово Божие, проповеданное сердцам человеческим, по которым, как по пути, различные мысли переходят, погибает и бесплодно бывает; ибо дуси лукавии, яко птицы, восхищают тое, да не человецы веровавше спасутся. Семя иное падает на каменной земли и, понеже не имеет довольной земли, где бы углубить и утвердить корень свой, скоро прозябает, но от зноя солнечного прозябшее, яко корня не имеющее, иссыхает: тако слово Божие, падшее на сердцах человеческих, но не углублённое и не вкоренившееся, хотя и с радостью приемлется, однако ж от нашедшего искушения, печали и гонения, лишается сладкого своего плода и тако бесплодно бывает. Семя иное падает между тернием, и от терния возрастшего подавляется, сего ради и тое бесплодно бывает: тако слово Божие слышат многие люди, но печалию века сего и лестию богатства, как тернием, объятые сердца имея, никакого плода не творят; и тако и в сих слово Божие бесплодно бывает. Иное семя падает на доброй земли, и сие едино плод приносит: тако слово Божие, когда слышат тое добрые сердца, плод свой получает; и от того плодотворят ово сто, ово же шестьдесят, ово же тридесять (Мф.13:3–23. Мк.4:3–20. Лк.8:5–15). От сего видишь, христианине: 1).Слово Божие проповедуемое, то есть чтомое Евангелие или Апостол, или иное какое от Ветхого Завета, или проповедь, от проповедника глаголемую, должно слушать со всяким прилежанием и вниманием; да, не яко птицы, семя, на пути посеянное, восхищают, и слово Божие, тебе проповеданное, духи лукавые от тебя восхитят, и тако бесплоден будеши. 2).Слово Божие, слышанное или прочтённое, должно углубить и вкоренить во глубины сердца и в том день и ночь поучаться, якоже Псаломник глаголет о себе и нам во образ себя представляет: в сердце моем скрых словеса Твоя, Боже, яко да не согрешу Тебе (Пс.118:11). И паки: коль возлюбих закон Твой, Господи, весь день поучение мое есть (Пс.118:97). И паки: скорби и нужды обретоша мя: заповеди Твоя поучение мое (Пс.118:143). Почему и пишется о праведнике: закон Бога его в сердце его, и не запнутся стопы его (Пс.36:31). И блаженным называется тот человек, которого в законе Господни воля; и в законе Его поучается день и нощь: сего ради и уподобляется таковой древу, насажденому при исходищих вод, еже плод свой даст во время свое, и лист его не отпадет, и вся, елика аще творит, успеет (Пс.1:1–3). 3). Понеже прихоти мира сего, как терние семя, слово Божие, в сердце посеянное, подавляют, то надобно вредное сие терние от сердца искоренить и не любить мира, ни яже в мире (1Ин.2:15), по слову апостольскому. Иначе семя Божия слова бесплодно будет. 4).Хотящего работати Богу и плод слова Его принести Ему различное сретает искушение, по писанному: чадо, аще приступаеши работати Господеви Богу, уготови душу твою во искушение (Сир.2:1). Сего ради надобно всё тое искушение терпением побеждать; откуда глаголет евангелист святой, что, добрым сердцем и благим слышавше слово, держат и плод творят в терпении (Лк.8:15). Сего ради хотящим плод слова Божия творить нужно иметь терпение. 5).Тщание человеческое без Божией помощи не сильно. Земляное поле, – сердце человеческое с небесным семенем совокупитися и плод сотворити не может: надобно тут небесного делателя, Иисуса Христа, силе и помощи действовать, якоже Сам глаголет: без Мене не можете творити ничесоже (Ин.15:5). И как, хотя и добрая земля будет, на которой семя посеяно, однакож плода не может сотворить, ежели теплотой солнечной не будет согреваться и дождём орошаться. Тако, хотя и на доброе сердце падёт семя слова Божия, однакож никакого плода не принесёт, аще теплотой благодати Божией не будет согреваться и росой свыше орошаться. Сего ради, как посеянным семенам сияние солнечное и дождь к плодотворению, так слышанному слову Божию, чтобы не без плода было, нужна благодать Божия, согревающая и орошающая. Почему и Давид святой глаголет: путь заповедий Твоих текох, егда расширил еси сердце мое (Пс.118:32).

Сего ради всегда должно ко Господу воздыхать, чтобы благодатию Своею сердца наши согревал и орошал. На всякий час и минуту требуем Божией благодати: без той бо, как младенцы, ходить ещё не знающие, падём и лежать будем. Милость Твоя поженет мя вся дни живота моего! (Пс.22:6). Хотящему и тщащемуся плод слова Божия творити надобно усердно молитися, чтобы Сам Господь плод слова Своего в сердцах наших творил и совершал. Просите, и дастся вам; ищите, и обрящете; толцыте, и отверзется вам; всяк бо просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзется (Мф.7:7–8). Откуду так с великим усердием Псаломник через весь псалом 118 молится, чтобы Сам Бог вёл его по пути заповедей Своих и слова Своего плод совершал. Господи, Иисусе Христе, Слово безначального Твоего Отца! Помози нам! Аминь.

(Из творений святого Василия Великого)

Всяко Писание богодухновенно и полезно есть (2Тим.3:16), для того написано Духом Святым, чтобы в нём, как в общей врачебнице душ, все мы, человеки, находили врачевство – каждый от собственного своего недуга. Ибо сказано: изцеление утолит грехи велики (Еккл.10:4). Но иному учат пророки, иному бытописатели; в одном наставляет закон, а в другом – предложенное в виде приточного увещания; книга же Псалмов объемлет в себе полезное из всех книг. Она пророчествует о будущем, приводит на память события, даёт законы для жизни, предлагает правила для деятельности. Короче сказать, она есть общая сокровищница добрых учений и тщательно отыскивает, что каждому на пользу. Она врачует и застарелые раны души, и недавно уязвлённому подаёт скорое исцеление, и болезненное восставляет, и неповреждённое поддерживает; вообще же, сколько можно, истребляет страсти, какие в жизни человеческой под разными видами господствуют над душами. И при сем производит она в человеке какое-то тихое услаждение и удовольствие, которое делает рассудок целомудренным.

Дух Святой знал, что трудно вести род человеческий к добродетели и что по склонности к удовольствию мы нерадим о правом пути. Итак, что же делает? К учениям примешивает приятность сладкопения, чтобы вместе с усладительным и благозвучным для слуха принимали мы неприметным образом и то, что есть полезного в слове. Так и мудрые врачи, давая пить горькое врачевство имеющим от него отвращение, нередко обмазывают чашу мёдом. На сей-то конец изобретены для нас сии стройные песнопения псалмов, чтобы и дети возрастом или, вообще, невозмужавшие нравами, по-видимому, только пели их, а в действительности обучали свои души.

Едва ли кто из простолюдинов, особливо нерадивых, пойдёт отсюда, удобно удержав в памяти апостольскую и пророческую заповедь; а стихи из псалмов и в домах поют, и на торжищах возглашают. И если бы кто, как зверь, рассвирепел от гнева, как скоро усладится слух его псалмом, – пойдёт прочь, немедленно укротив в себе свирепость души сладкопением.

Псалом – тишина душ, раздаятель мира; он утешает мятежные и волнующиеся помыслы, он смягчает раздражительность души и уцеломудривает невоздержность. Псалом посредник дружбы, единение между далёкими, примирение враждующих. Ибо кто может почитать ещё врагом того, с кем возносил единый глас к Богу? Посему псалмопение доставляет нам одно из величайших благ – любовь, изобретя совокупное пение вместо узла к единению и сводя людей в один согласный лик. Псалом убежище от демонов, вступление под защиту ангелов, оружие в ночных страхованиях, упокоение от дневных трудов, безопасность для младенцев, украшение в цветущем возрасте, утешение старцам, самое приличное убранство для жён. Псалом населяет пустыни, уцеломудривает торжища. Для нововступающих – это начатки учения, для преуспевающих – приращение ведения, для совершенных – утверждение; это глас Церкви. Он делает празднества светлыми; он производит печаль, яже по Бозе. Ибо псалом и из каменного сердца вынуждает слёзы. Псалом – занятие ангелов, небесное сожительство, духовный фимиам. Это – мудрое изобретение Учителя, устроившего, чтобы мы пели и вместе учились полезному. От сего и уроки лучше напечатлеваются в душах. Ибо с принуждением выучиваемое не остаётся в нас надолго; а что с удовольствием и приятностью принято, то в душах укореняется твёрже.

Чему же не научишься из псалмов? Не познаешь ли отсюда величие мужества, строгость справедливости, честность целомудрия, совершенство благоразумия, образ покаяния, меру терпения, и всякое из благ, какое ни наименуешь? Здесь есть совершенное богословие, предречение о пришествии Христовом во плоти, угроза судом, надежда воскресения, страх наказания, обетования славы, откровения таинств. Всё, как бы в великой и общей сокровищнице, собрано в книге псалмов, которые из многих музыкальных орудий пророк приспособил к так называемому псалтирю, давая тем, как кажется мне, разуметь, что в нём издаёт гласы благодать, подаваемая свыше – от Духа; потому что в этом одном из музыкальных орудий причина звуков находится вверху. В цитре и в лире внизу звучит медь под смычком; а псалтирь причины гармонических ладов шепчет вверху, чтобы и мы заботились искать горнего и приятностью пения не увлекались в плотские страсти. Притом, пророческое слово, как думаю, глубокомысленно и премудро, самым устройством сего орудия, показало нам, что люди с прекрасной и благонастроенной душой удобно могут восходить к горнему. Аминь.

Христианское воспитание детей

1. Начало премудрости страх Господень, – говорит Псалмопевец царь Давид (Пс.110:10). Его прежде всего и развивать должно в детях.

2. Сотвори Бог человека праваго (Еккл.7:30). Но когда первые люди преступили заповедь Божию, тогда вошёл грех и в них, и во всё потомство их. От этого мы зачинаемся в беззакониях и рождаемся в грехах, и от природы склонны ко всякому пороку. Младенец растёт; вместе с годами развиваются страсти. Хотя против повреждения природы в Адаме даровано достаточное врачевство Господом Иисусом Христом в крещении, но от нерадения о детях и дурного направления свободной их воли исходят новые отрасли из корня первородного греха вместо того, чтобы окончательно быть ему умерщвлену развитием в них жизни благодатной. Для сего надобно родителям обращать своё внимание на своих детей и воспитывать их сообразно правилам христианской веры. Первые понятия и слова их должны быть посвящены Богу, Коему одному принадлежат начатки всякого плода. – Надобно стараться, чтобы с младенчества была внушена им любовь к Богу; тогда в сердце будет пребывать Бог. Надобно чаще брать их в церковь на богослужение; внушать им, что Бог везде пребывает, всё видит и всё слышит, рассказывать им душеспасительные повести.

3. Если с развитием телесных и умственных способностей детей в них явятся своеволие, гнев, зависть и другие страсти, то, не упуская времени, надобно стараться их искоренять такими средствами, которые свойственны этому возрасту и удобно действуют на него. Гнев, капризы, непослушание, от которых с прибавлением лет может родиться и злоба, тотчас должно укрощать. Если не исправлять их в детях, то они со временем так утвердятся в порочных наклонностях, что при всем желании уничтожить их не смогут преодолеть их, и они могут остаться в них на всю жизнь. Детей можно уподобить молодому дереву, которое, к какой стороне наклонено будет, так и до конца будет расти. Не уничтожь в них порочных наклонностей, и они никогда не будут иметь душевного спокойствия; будут несносны для самих себя и вредны для других.

4. Детский характер должно смирять и внушать детям почтительность к старшим и ласковость ко всем людям, какого бы ни были они звания; приучать их, чтобы любили равно всех людей вообще; развивать в них чувство сострадания к несчастным и самым делом приучать их помогать бедным. Во время молитв утренних и вечерних надо научать их просить Бога о спасении христиан и всех человеков, чтобы Бог утвердил их в вере.

5. Сердца детей нежны, удобопреклонны, а потому желания их можно легко направить к добру; ибо дурное ещё не успело в них утвердиться, благодать же Божия в них сильно действует.

6. Дитя должно воспитывать для наследия вечного радостного царствия небесного, а не для одной временной жизни.

7. Признаки хорошего нрава дитяти, если он жалостлив к бедным, и, если сделав какой проступок, стыдится.

8. Детей надо воспитывать в духе православной веры нравственно; ибо такое воспитание есть предуготовление к добродетели, без которой нельзя угодить Богу и наследовать Царствие Небесное.

9. Должно воспитывать детей сообразно с теми обетами, которые мы, как воины Царя небесного, даём в купели святого крещения; и на мягких сердцах их словом и примером посевать семена благочестия, предотвращая их с самых первых лет от соблазнов мира, пропитанного заразой нравственной, которая дышит в зрелищах его развратных, в пиршествах его распутных, в забавах его законопреступных, в правилах его богопротивных.

10. В отроческих летах преобладающие склонности начинают уже действовать. Родителям и наставникам должно как можно в это всматриваться и стараться их исправлять, если они худы.

11. Если детям не внушают, что всё, что ни делается с человеком, зависит от Бога, то они от такого воспитания не будут иметь веры в Бога, а следовательно, и душевного спокойствия.

12. Детей должно учить Евангелию с лаской, в виде рассказов, и тем сеять в сердцах их слово Божие.

13. Если человек с младенческих лет не узнает истины, то не будет искать Царствия Небесного и может остаться при удовольствиях мира сего и погибнуть навсегда.

14. Надо детям истолковать литургию; давать им читать из книг богослужебных и пояснять славянские слова. От этого дети, бывая в церкви и понимая, что читают и поют, будут стоять при богослужении сознательно; не понимая же слов славянских, дети будут молиться машинально без чувств умиления; должно давать также детям читать жития святых отцов.

15. Наблюдать надо, чтобы дети были справедливы, никого не осуждали.

16. Ум и сердце детей в их ещё нежном возрасте бывают способны к принятию впечатлений; в особенности они берут примеры от родителей, наставников и вообще от окружающих их.

17. Касаяся смоле очернится, приобщаяйся гордому точен ему будет, – говорит Сирах; посему надо внушать детям, чтобы удалялись от товарищей худой нравственности; безнравственность и вообще все страсти зарождаются подобно прилипчивым болезням.

18. Надобно вкоренить в них твёрдое убеждение, что Бог всегда находится при них и чтоб без прошения Божией помощи они ничего не начинали.

19. Если в юном возрасте будут сделаны добрые внушения и переданы добрые правила, то впоследствии человек, если б от чего-либо и развратился, перед концом своей жизни легче может опять обратиться к Богу.

20. Надобно остерегать юношество от вольномыслия против истин веры; ибо оно всегда сопровождается нравственным развращением и мятежным восстанием против законных властей.

21. Дети, не получившие воспитания в духе православной веры, достигши совершеннолетия, в сильных несчастиях не будут иметь христианского утешения и будут приходить в отчаяние.

22. Главная цель воспитания – приучить детей быть добродетельными; а потому и должно действовать на их сердце, а не на один ум. Через такое воспитание дети приобретут твёрдую волю к исполнению заповедей Божиих, а через это и разум будет удобнее просвещён светом познания истины.

23. Внедрить в них надо благочестивое настроение мыслей и страх Божий; ибо они, делая человека степенным, рассудительным, скромным и ко всем благорасположительным, сим самым уже спасают его от множества искушений и несчастий, кои постигают миролюбцев за их гордость, самонадеянность и недоброжелательность. Кому также не известно, что всякое злоупотребление, клонящееся к нарушению общественного порядка и благоденствия, происходит не столько от невежества, от необразованности, сколько от маловерия и неверия? Можно и без глубокого познания наук, при свете Божественного учения Иисуса Христа, иметь сердце доброе и нежное, волю сильную и непоколебимую, характер прямой, честный и благородный – и быть полезным гражданином; но можно и при самых обширных и глубоких познаниях наук иметь сердце низкое, преданное страстям самым порочным и законопреступным – быть язвой общества.

24. От воспитания детей в духе православной веры и церкви следуют добрые плоды: 1).дух благочестия несомненно будет полезен для внутренней и внешней жизни детей, когда они придут в возраст, и утвердит их в надежде получения жизни вечной; 2).родителям радость о добронравии детей своих; 3).честь и добрая слава своему потомству, и распространение духа благочестия между другими; 4).подпора отечеству.

Страшный случай рассказывает святой Григорий Двоеслов в беседе с Петром Диаконом: «Для многих детей, – говорит он, – затворяется вход в Царство Небесное, если их худо воспитывают. В нашем городе (то есть Риме) один человек, всем известный, три года тому назад имел сына лет пяти, которого очень любил и воспитывал без всякой строгости. Мальчик, которому во всём поблажали, привык произносить скверные бранные слова, и какая бы мысль ни приходила ему в голову, он тотчас же начинал по привычке злословить и бранил не только людей, но, случалось, дерзал хулить – и сказать страшно – Самого Бога, произнося хулы на святые предметы! А отец не запрещал ему говорить те хульные и скверные слова. Во время моровой язвы, бывшей у нас за три года перед сим, мальчик тот разболелся к смерти, и когда отец держал его у себя на коленях, то, по рассказам лиц, которые тут находились сами, – пришли нечистые бесы взять окаянную душу мальчика. Мальчик, увидев их, затрепетал, закрыл глаза и стал кричать: „Батюшка! Отыми меня у них! Отыми!“… и со страшным криком спрятал своё лицо в пазуху своего отца, стараясь как бы укрыть себя. Отец, смотря на малютку, как он трепетал, спросил: „Что ты видишь?“ Мальчик отвечал: „Пришли чёрные люди, хотят меня взять…“ И, сказав сие, стал произносить скверные и богохульные речи, к которым привык, и тут же умер!»

Пусть этот рассказ святого Григория устрашит родителей, которые худо воспитывают своих детей, без строгости, и попускают им привыкать к словам и делам, не угодным Богу. Поистине такие родители и сами, вместе со своими детьми, которых они не наказывают, будут преданы праведным судом Божиим в руки чёрных эфиопов – бесов на вечные муки. И как Хам со своим сыном Ханааном унаследовали не благословение отчее, – а проклятие, так и они наследуют то проклятие Божие, которое Господь изречёт козлищам – грешникам: Идите от Мене, проклятые! (Из творений святителя Димитрия Ростовского).

(Рассказ крестьянки¹)

Я была маленькой девочкой. Мать шла на богомолье в Летичев. В нашей местности крестьяне при крепостном праве ходили больше в Летичев, чем в Почаев. Помещики были у нас во всей окраине поляки, крепкие католики, и не любили, когда кто-либо из крестьян просился в Почаев, а Боже сохрани – в Киев. К нашим православным святым местам не пускали ни за что. А попросятся, бывало, крестьяне в Летичев, – паны пустят. Уже не знаю, грешили ли мы или нет, ходя на богомолье в Летичев, в костёл. Правда, прежде чем пойти, бывало, в костёл, все крестьяне побудут в церкви и на утрени, и на обедни, и молебен, бывало, отслужат и панихиду; а потом уже и в костёл пойдут. А в нём икона Божией Матери, и крепко чтут её и поляки, и наши. Не знаю, бывают ли теперь крестьяне в Летичеве, а при крепостном праве много-много бывало крестьян. И то, как не пойти? Намучают, бывало, мужиков панские экономы; наработается, бывало, мужик на панской и своей работе, – захочется отдохнуть, – куда пойти, как не в церковь, к кому обратиться, как не к Богу! Вот и рады были мужики тому, что хоть в Летичев паны отпускали.

Пошла мать в Летичев и меня взяла. И много-много людей было в ту пору в Летичеве. Побыли мы в церкви, вышли и пошли было в костёл. А на дороге – непроходимая толпа, и все люди теснятся к чему-то. Полюбопытствовали и мы, стали пробираться к тому, на что дивовались люди. Вот, наконец, пробрались. Что я увидала, – страх берёт меня и теперь…

Между людьми стояли две женщины, одна старая, другая молодая, и в каком виде! Правая рука молодой женщины находилась у щеки старой женщины – приросшей к щеке!

Мала была я, а страх охватил и меня, когда я рассмотрела стоявших женщин и когда поняла, что они рассказывали.

Те женщины были: старая – мать, молодая – дочь. Дочь была с детства непокорная, непослушная, злая, не сдерживала ни языка, ни рук. И выросши, она оставалась такой; и замуж вышедши, она не переменила своего характера. Прежде ещё сдерживалась – боялась матери; а став мужней женой, совсем перестала питать уважение к матери. И вот, в один раз, когда мать стала уговаривать свою дочь не делать чего-то худого, дочь не побоялась Бога и со всего размаха ударила свою мать по щеке. И в ту же минуту Бог покарал злую дочь: её рука пристала к щеке матери!

Вот что рассказывала всем старая женщина и просила всех слушающих, чтобы они помолились Богу за неё и за её грешную дочь, чтобы Господь простил их и развязал.

Я помню, что они передавали о своих странствованиях по святым местам; всюду ища помощи; наконец, зашли они и в Летичев.

Не знаю, что чувствовали взрослые, видевшие этих женщин; а мне и страшно, и больно было смотреть на них. А когда молодая, увидев меня, сказала мне, чтобы я никогда не осмеливалась бранить свою мать, тогда я сказала ей: «Не буду» и прижалась к своей матери, дрожа от страсти и ужаса, охватившего меня.

Уж не знаю, что стало потом с этими женщинами; помню только, что все жалели их, особенно мать.

И у нас в деревне был почти что такой же случай:

Был у нас один молодой мужик, нехороший человек, грубый, ленивый, пьяница, ругатель и драчун. Никого не боялся он, никого не стыдился, ни старых мужиков, ни старости, ни даже самого батюшки. Была у него мать, уже старая женщина, добрая, тихая и богомольная. Все любили её и даже слушались её советов, а сын не только не почитал матери, даже ссорился с нею. Все жалели старушку и говорили её сыну: «Ой, накажет тебя Бог!» А он, бывало, усмехнётся и скажет: «Ну и пусть наказывает». И что ж, – наказал-таки Господь непочтительного сына. Раз в праздничный день поехал сын с матерью в город на торг. В вечеру, когда они возвращались домой, сын стал говорить грубости матери. Больно стало материнскому сердцу, и говорит старуха: «Вот ты ругаешься… чего доброго, ещё и ударишь меня, старую… от тебя станется»… – «А что ж такое… отчего бы и не ударить тебя?»… – закричал сын и замахнулся на мать, поднял на неё свою руку.

И в ту же минуту он почувствовал боль в руке… Всё более и более увеличивалась боль, так что он уже громко стонал, когда подъезжали к деревне, и править лошадьми не мог… Через несколько дней рука непочтительного сына была суха, как щепка, и не способна к работе… Ужас охватил всю деревню.

Такие знамения даёт Господь нам, а между нами всё-таки немало непочтительных детей.

Преображение Господне

(Из творений святителя Тихона Задонского)

Глас оный Отчий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих, Того послушайте, не только апостолов, но и нас всех касается. Апостолам тогда возглашал Бог из облак, но через них и к нам дошёл; и к нам глаголет Бог: сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих, Того послушайте. Сколько раз читаем или слышим Евангелие Его святое, столько раз слышим глас Сына Божия, глаголющий к нам, который не о чём ином поучает нас, как о спасительном пути, которым до славы оной Божией, на горе святой отчасти показанной, должно всякому идти, кто хочет получить оную. Послушаем Сына Божия, как увещевает нас Отец небесный, и, мирские прихоти оставив, возьмём всякий крест свой, какой от Него наложен будет, и пойдём за Ним, да приведёт нас к небесному Своему Отцу; так потечём, да постигнем; постраждем с Ним, да и с Ним прославимся; не постыдимся поношение Его носить, да и Он не постыдится нас, когда приидет во славе Своей. Да помянет нас Господь во царствии Своём. Аминь.

(Из творений святого Ефрема Сирина)

Хвала щедротам Твоим, Христе, Царь наш, всеми поклоняемый Сын Божий!

Ты – Царь наш, Ты – Бог наш, Ты – виновник нашей жизни и великое наше упование.

Единодушно восхваляют Тебя и горние сонмы, и дольние сыны и Тебе благодарную воспевают песнь, потому что Ты, сокровенный, напоследок времени явился в нашей плоти.

Когда подвиглись щедроты Твои и благоугодно стало любви Твоей, пришёл Ты для нашего искупления и освободил род наш.

Ты уврачевал болезни наши, очистил грехи наши и по щедротам Твоим воскресил бывших мёртвыми.

Ты основал на земле святую Церковь по образу горнего царства; Ты создал её любовью, насадил щедротами, обручился с нею духовно, стяжал её страданием Своим.

Но ненавистник человечества по бесстыдной дерзости своей нападает на неё в лице своих служителей.

Не оставь, Господи, без попечения Твоего Церковь Твою святую, чтобы не оказалось лживым изречённое Тобой обетование о неодолимости её.

Не попусти, чтоб обезображена была благолепная красота её и расхищено было богатство её.

Исполни обетование Твоё, данное Петру; что сказал Ты, запечатлей то самим делом.

Утверди врата её, укрепи запоры её, воздвигни рог её, вознеси главу её.

Благослови сынов её, сохраняй чад её, дай мир священникам её и низложи зложелателей её.

Посели в ней мир Твой и отжени от неё лукавые расколы.

Даруй нам проводить мирное и безмятежное житие во страхе Твоём.

Да храним веру нашу с великим упованием и совершенной любовью.

Да благоугодна Тебе будет жизнь наша, и да обрящем щедроты Твои в день воздаяния.

Непрестанно да возносим хвалу Тебе, Господи, и Отцу Твоему и Духу Святому.

(Оттуда же)

Милосердный к грешникам, будь милостив и к нам в день суда; оставь нам долги наши по милосердию Твоему и в день явления Твоего сподоби нас чертога Твоего.

Когда сонмы судимых вострепещут пред правосудием и в страхе будут предстоять обнажёнными, тогда, Судия мой, помилуй меня, потому что я славословил Тебя.

Когда заградятся там уста мудрых и будет угрожать мощный и страшный скипетр Твой, тогда да отверзутся уста мои, потому что я исповедал Тебя.

Когда не спасёт ни друг, ни приятель, и всякий обнажённым повлечён будет к отчёту, тогда, Господи, будь моим ходатаем, потому что на Тебя уповал я.

Когда возгремит глас трубы, содрогнутся племена и предстанет всякий принять воздаяние по трудам своим, тогда, Господи, будь моим заступником, потому что к Тебе прибегаю.

Приими служение наше, Господь горних и надежда дольных, и помилуй нас. Будь милостив к нам, Господи, будь милостив к родителям нашим, будь милостив к наставникам нашим, будь милостив к собратиям нашим.

Будь милостив к нам, Господи, и упокой усопших наших и всех умерших, которые исповедывали Тебя, веровали в Тебя, вкушали плоть Твою и пили животворящую кровь Твою.

Сподоби нас вместе с овцами Твоими войти в овчий двор Твой и вместе со Святыми Твоими во веки веков воздавать величию Твоему подобающую похвалу.

(Сказание из древних отечников)

Епископу некоторого города возвестили, что из числа замужних жён-христианок две ведут развратную жизнь. Опечалило епископа это известие: подозревая, что, может быть, и другие ведут себя подобным образом, он обратился с молитвой к Богу, прося разрешения недоумению, чего и удостоился. После Божественного страшного жертвоприношения, когда присутствовавшие приступали один за другим к принятию Святых Таин, епископ видел на лице каждого состояние души его, каким она подвержена грехам. Лица грешных людей видел он чёрными, как бы выгоревшими от зноя; глаза у них были красные, кровавые. У других людей были лица светлые, и одежды яркой белизны. Тело Господа одних, принимавших его, сожигало и ослабляло; других просвещало, соделывало подобными свету; входя в уста, оно разливало свет по всему телу. Между этими мужами были и пустынножители, и проводившие жизнь супружескую. После мужчин начали приступать женщины. И между ними увидел епископ одних с чёрными лицами, с красными, кровавыми глазами; других с лицами белыми и светлыми. Между прочими жёнами подошли и те две, которые были обвинены перед епископом: тем больше обратил он на них внимание. Он увидел, что они приступают к святому Таинству со светлыми и честными лицами, облечённые в мантии необыкновенной белизны. Когда они сделались причастницами Таинства Христова, то как бы осветил их свет. Снова обратился епископ к молитве, умоляя Бога об объяснении показанного ему в откровении. Ему предстал Ангел Господень и повелел о всём предложить себе вопросы. Святой епископ немедленно спросил о двух женщинах, справедливо ли или несправедливо они были обвинены. Ангел отвечал, что всё, сказанное о них, сказано верно. Тогда епископ возразил Ангелу: «Каким же образом, когда они причащались Тела Христова, лица их сияли, на них были белые мантии и от всего образа их исходил немалый свет?» Ангел сказал: «По той причине, что они раскаялись в поступках своих и отступили от них; они посредством слёз, воздыханий и исповеди сделались достойными Божественного дара; вдобавок дали обещание, если получат прощение в прежних грехах, никогда не позволять себе порочного поведения. За это они удостоились Божественного изменения, разрешены от грехов, отселе живут воздержно, благочестно и праведно». Епископ удивлялся не столько изменению жён – это случается со многими – сколько дару от Бога, Который не только избавил их вечной муки, но даже сподобил благодати. Ангел сказал ему: «Справедливо удивляешься, как человек! Но Господь и Бог наш и ваш по естеству Своему благ и милосерд. Он оставляющих свои греховные деяния и приступающих к Нему посредством исповеди не только избавляет вечной муки, но и удостоивает почестей. Так Бог возлюбил мир, что Сына Своего Единородного дал за него (Ин.3:16). Сын Божий, когда люди были врагами Его, благоволил умереть за них (Рим. 5:8), тем более освободит их от адских казней, когда они сделались Его домочадцами и приносят покаяние в совершённых ими проступках; Он предоставит им наслаждение блаженством, которое Сам приуготовил для них (Ин.14:3). Знай то, что никакие согрешения человеческие не побеждают милосердия Божия, если только человеки посредством покаяния очистят прежде содеянные грехи добрыми делами. Всеблагий Бог знает немощь вашего рода, крепость страстей, силу и хитрость диавола, – прощает, как сынам, человекам, впадающим в согрешения, ожидает исправления их, долготерпя им. Когда они обращаются и умоляют благость Его, снисходит, как немощным, разрешает мучение их, и дарует блага, приготовленные праведным». – Епископ опять сказал Ангелу: «Прошу тебя, объясни мне и значение различных видов, которые принимаются лицами согрешающих различно, чтоб я, узнав это, вполне освободился от неведения». Ангел сказал ему: «Те, у которых лица светлы и радостны, живут в воздержании, чистоте и правде, скромны, сострадательны и милосерды. Те же, у которых лица черны, преданы любодеянию и прочим беззакониям. Те, у которых глаза были красными и кровавыми, живут в злобе и неправде, любят обманывать, лукавствовать, хулители и человекоубийцы». – Ангел присовокупил: «Помогай тем, которым желаешь спасения. Для того именно удостоена услышания молитва твоя, чтоб, просвещённый видением, ты объяснял ученикам твоим грехи, чтоб исправлял их наставлениями и увещаниями, усвоял их посредством покаяния умершему ради их и воскресшему из мёртвых Господу Иисусу Христу. По степени сил, усердия и любви к твоему Господу заботься о всех их, чтоб они обращались от грехов своих к Богу, сказывая им открыто, каким подвержены они грехам, и уговаривая, чтоб по причине сей не отчаивались в спасении своём. Когда они будут приносить покаяние и обращаться к Богу, – получат спасение душам своим и обилие будущих благ. Ты же, подражая Господу твоему, Который оставил небо и сошёл на землю для спасения человеков, получишь величайшую награду!»

(покойного духовника иеросхимонаха Иеронима)

Один из живущих близ нашей обители пустынник, подходя однажды к принятию Святых Христовых Таин, нечаянно толкнул чашу, хотя взять в руки илитон, и чуть было не вытолкнул её из рук священнослужителя. Когда ему сделали за это строгое замечание, он стал скорбеть и неутешно плакать о своей неосторожности. В этот же день, скорбя, он поник головой и как бы заснул, продолжая и во сне рыдать. И вот он видит перед собой человека, который говорит ему: «О чём ты так горько плачешь?» Он отвечал: «Как же мне не плакать? Я сегодня впал было в такую беду, – едва не вытолкнул чаши». Явившийся ему говорит: «Ведь это было нечаянным образом». Пустынник отвечал: «Хотя оно и так, но всё-таки была моя крайняя неосторожность». На что явившийся сказал: «Справедливо так, что нужно подходить с великим благоговением и опаством, и всякая неосторожность требует покаяния, а потому и тебе нужно принести в этом покаяние; хотя и ненамеренное дело, но требует очищения исповедью». Затем показал ему маленький сосудец, в котором оказалась самомалейшая частица, блистающаяся необыкновенным светом. На вопрос: «Что это такое?» явившийся отвечал: «Это бесценный бисер – частица тела и крови Господа Иисуса Христа; – мы приставлены быть всегда при совершении Святых Таин, и если от невнимания священнослужителя, или как бы то ни было, утратится какая-нибудь частица, то мы сохраняем её в сосуде»; и при этом показал ему лжицу и лопаточку в виде ножа, говоря: «Этими орудиями мы поднимаем утратившуюся частицу», и потом продолжал: «Хотя они сохраняются нами и никогда ни одна частица не утратится, но вы должны быть осторожнее и в случае неосторожности своей приносить покаяние». С этим словом пустынник как бы встал и пошёл в то место, где живёт, и очутился в каком-то саду, который был наполнен деревьями, на которых были цветы необыкновенной красоты, которых он никогда не видал; на вопрос: «Чьё это место?» ему отвечали: «о.Г.», и хотя он его самого видел стоящим подле одного дерева, но неотчётливо. Тем и кончилось это видение, и старец возблагодарил Господа, не оставившего его в глубокой печали без утешения.

Вследствие выхода из обители двух братий разгласили, что они изгоняются, отчего некоторые братия начали смущаться. Один из таковых тоже решился выйти, но, по усмотрению Божию, вперёд обратился к игумену, как бы упрекая за изгнание. Игумен рассказал ему всю сущность дела; тогда он говорит: «Я имею нужду объяснить свои помыслы, но как тебе не могу, так и духовникам, находящимся в обители». Игумен благословил ему пойти к постороннему. К счастью, он попал на духовника, понимающего дело, который сказал ему, что болезнь его не может исцелиться, кроме своего духовника или самого игумена. Тогда он объяснил старцам, что, не умея хорошо читать, он не считал за нужное объяснять духовникам случающиеся с ним немощи, но стал понимать, что у него совесть неспокойна, и вот однажды, когда все братия приобщались, боримый помыслом, объяснять ли свои немощи или нет, он решился приступить к приобщению Святых Таин. Попущением Божиим иеромонах, приобщавший его, неосторожно задел лжицей, и малейшая капелька крови Христовой нечаянно попала на левую сторону его бороды, и вдруг всё воспламенилось, как внутри его, так и снаружи, как будто бы зажгло его. Испугавшись, он уже и не рассуждал, но поспешил принести покаяние чистосердечно, как игумену, так и духовнику, и остался спокоен в обители.

Случай, бывший 1-го октября 1878 года. «Верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси воистину Христос, Сын Бога Живаго, пришедый в мир грешныя спасти, от нихже первый есмь аз». Это было прочитано одним слушающим Божественную литургию в то время, когда служащий произносил: «Приимите, ядите…» Слова: «…от них же первый есмь аз» так глубоко воздействовали, что слёзы источниками катились из глаз и не прерывались во весь день. В этих словах выразилась вся сила милосердия Божия к человеку и сознание ежеминутных грехопадений человеческих пред величием Божиим, и тогда ему показалось, что все люди гораздо возвышеннее и несравненно лучше его. При повторении слов: «…от них же первый есмь аз» он почувствовал необыкновенную духовную радость, как бы соединился с Богом.

Один из братий неоднократно выходил из обители, но всегда по особому о нём Промыслу Божию убеждаем был возвратиться в оную и несколько успокаивался, а потом и опять смущался. В одно время, находившись в обители, стал он колебаться и смущаться помыслами оставить обитель, пошёл к старцу объяснить это и просить его совета: старец высказал ему все понесённые им лишения духовных даров во время выхождения из обители и потом сказал ему: «Если ты не успокоишься и опять выйдешь, то потерпишь великие напасти; а я тебе даю свободу – выходить или оставаться в обители; как хочешь!» С этими словами он вышел от старца. Это было во время всенощного бдения; брат углубился в размышления и стал со слезами просить помощи Божией; и вот вдруг его озарил необычный свет, в коем увидел он Распятого Господа на кресте с отверстыми язвами. Он пришёл в ужас от сего и услышал глас от Господа: «Видишь ли, что Я претерпел ради тебя; а ты не хочешь здесь понести и малых скорбей ради своего спасения». Брат умилился и остался в обители. Через несколько времени после сего этот брат видел в сонном видении обитель нашу и над ней как бы на воздухе стоявшего старца, который сказал ему: «Не смущайся!»

Один из поклонников, желая поступить в обитель, просил игумена о принятии его в общежитие. После многих желаний своих, высказанных перед игуменом, ему было предложено пожить немного так и ходить на послушание, которое тогда же и было ему назначено одно. С самого поступления своего на послушание он оказал дух противления тем, что ему ни послушание, ни келья не понравились. Когда игумен сделал ему замечание, то он очень встревожился, но однако пошёл и по убеждению старшего, рассказавшего ему силу послушания, он, по-видимому, принялся за дело. И только что принялся, перед ним вдруг явился среди дня в самом гнусном образе бес и говорит ему: «И ты осмелился меня оставить! Я ли тебя не утешал, доставляя тебе разные удовольствия по желанию твоего сердца». Конечно, новопоступивший крайне испугался, ибо вслед за этим появились ползающие змеи и другие гады; он стал плакать и кричать истерическим криком; тогда сказали духовнику, который дал ему наставление, чтобы он не кричал и не боялся ничего. На вопрос, почему это случилось, он высказался, что скрывал на исповеди свои немощи, не хотя стыдиться перед духовником. Потом первые дни он ощущал большие боязни, но когда творил крестное знамение, то всё прекращалось. Послушник этот, однако, прожил в обители только около трёх месяцев и, смущаясь более и более, уехал на родину.

Один из братий, исполняя временно послушание при поклонниках вне монастыря, не мог всегда сохранять умеренность в употреблении предлагаемого пития. Однажды (в 1864 году) он против обыкновенного излишне употребил и в таком положении заснул. – По случаю прибытия в тот день парохода братия должны были проходить через его келлию, но он не слыхал сего. На другой день, когда он проснулся и услышал, что некоторые из братий видели его лежащим в неприличном положении, совесть сильно стала упрекать его, что он предался излишеству и причинил соблазн другим; чистосердечно сознав перед духовным отцом свою немощь, по благословению его положил он себе за правило выучить наизусть акафист Иисусу Сладчайшему, что исполнил и каждый день прочитывал его келлейно. В один вечер после умилительного чтения акафиста он по обычаю лёг отдохнуть и только что стал засыпать, как вдруг услышал шум, потрясающий келлию. Устремив взор свой на дверь келлии, увидел влезающих в неё множество бесов; он обомлел от страха и хотел подняться с кровати, но не мог. Бесы начали играть, петь, изрыгать разные хулы; стали дёргать его за одежду, отчего умножился его страх; тогда один, как бы из начальствующих, стал повелевать другому, чтобы вошёл в сего монаха; но монах при этом не потерялся, начал читать акафист Иисусу Сладчайшему. Бес подошёл к нему и сказал: «Отворяй рот!» Монах продолжал чтение акафиста. Бес стал усиливаться войти в него, но не мог. Начальнейший бес повторил приказание подчинённому бесу войти в монаха, но подчинённый бес отвечал: он что-то нашёптывает, и это мне мешает войти в него. Начальнейший бес стал опять повторять своему подчинённому войти в монаха; но в это время монах усилил свою молитву к Господу и Царице Небесной, чтоб не попущено было врагу обладать им. Бес опять подошёл к нему, стал его дёргать, мучить и усиливался войти в него. – Монах продолжал чтение акафиста. На вопрос начальнейшего беса к подчинённому, почему он медлит войти в монаха, бес отвечал, что пламенная струя, исходящая из уст монаха, опаляет его. Тогда начальнейший бес повелел дать подчинённому своему несколько ударов и вновь повелительно приказал, чтоб подчинённый его вошёл в монаха. Опять подошёл бес к монаху и сказал своему повелителю: не могу войти, пламень выходит из уст монаха от призывания им противного нам имени. – Тогда начальствующий бес с великим упрёком сказал своему подчинённому: «Я тебе говорил, не доводи его до бесчувственного состояния, ибо монахи имеют обычай после этого сознавать свою немощь и призывают в помощь Распятого; если б он тогда-то (указав на время) не упился, то не вздумал бы повторять этих ненавистных нам слов». После чего повелел умножить удары подчинённому своему. В это самое время раздался звон колокола на правило, и бесы, попирая один другого, бросились вон из келлии, от чего произошло сотрясение столь сильное, что монах упал на пол с кровати: отдохнувши от этого истязания, отправился к утрени, исповедал всё духовнику, после чего старался быть воздержнее.

Под день праздника Покрова Пресвятой Богородицы один из иеромонахов обители нашей был тяжко болен. Перед началом бдения к нему вошёл духовник, коему он выразил свою скорбь, что он нисколько не может участвовать в богослужении. Духовник, уходя от него, сказал ему: «Я иду в соборный храм святого великомученика Пантелеимона для принесения из оного части животворящего Древа и главы святого великомученика Пантелеимона в наш Покровский храм (что делается ежегодно на праздник этот)». Когда духовник ушёл, иеромонах стал молиться Божией Матери сими словами: «Вот глава святого великомученика Пантелеимона, а с нею и сам он невидимо для нас будет присутствовать в храме Твоём, Владычица; быть может, помолится и за нас, чад своих, собранных им в свою святую обитель». Затем опять стал говорить: «Хотя мы грешные и недостойные, а Царица небесная милостива, не окажет ли нам, грешным, Своей милости – посетить храм Свой и осенить нас Своим честным омофором». В это самое время он услыхал пение тропаря великомученику. Сотворив крестное знамение на себе, он вдруг пришёл в исступление; ему представилось, что из собора святого великомученика Пантелеимона выходит некая божественная Жена в багрянице, окружённая великой славой. Поодаль Её шёл святой великомученик Пантелеимон в красном плаще, и послышалось неземное пение; видит, что дошла до главной лестницы нашего русского корпуса, причём он очнулся и обильный источник слёз струился из его глаз. Духовник при чтении первой ектении вновь его посетил и нашёл его в слезах радости. Он передал ему всё виденное им, и с того времени он почувствовал облегчение, а через несколько времени совершенно выздоровел.

(Из творений святителя Димитрия митрополита Ростовского)

Ангелы поразили содомлян телесной слепотой потому, что умом они уже давно сами ослепли. Когда похоть блудная усилится в человеке и обратится в привычку, то она совершенно ослепляет ум его, так что он не видит ни Бога, ни людей, ни себя самого. Он – ни Бога не боится, ни людей не стыдится, ни себя не щадит; как слепой, он прямо идёт к пропасти адской и, падая в неё, погибает.

Не видит ослепший умом блудник – Бога, ибо не помышляет о гневе Его, не страшится Его грозного мщения. А Бог воистину гневается на того человека, который оскверняет себя блудным грехом, потому что такой человек не только преступает заповедь Божию – не прелюбы сотвори, но Самого Сына Божия, Христа Спасителя нашего, оскорбляет, отнимая, по слову апостола, члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы, ибо тела наши суть члены Христовы (1Кор.6:15), так что оскверняющий грехом своё тело оскверняет в себе члены Христовы. Мы облеклись во Христа святым крещением: все во Христа крестившиеся во Христа облеклись (Гал.3:27), чтобы быть наследниками Его царствия. И если бы кто осмелился осквернить царскую порфиру или, лучше сказать, самого царя, то не прогневался ли бы царь на такого негодного человека? Не предал ли бы его на мучение? А блудник христианин именно это и делает; он своим грехом оскорбляет Христа, в Которого облёкся. Как же не гневаться на него Христу Богу? Как не осудить его на лютые мучения? Если в Ветхом Завете Бог не щадил развратников, а истреблял – одних потопом, а других – дождём огненным и серой горящей, то пощадит ли Он ныне, когда и заповеди Божии всем известны, и Сам Христос в телах наших обитает, да и законы гражданские угрожают казнями таким нечестивцам? Как Богу не осудить на казнь вечную тех, кои, презирая все законы, не боятся никаких наказаний и грешат неудержимо? И Он будет казнить их, казнить беспощадно: блудников и прелюбодеев судит Бог (Евр.13:4), – говорит святой апостол. Он уже приготовил на них меч Свой изощрённый, как это видно из Апокалипсиса святого Иоанна Богослова. Бог ненавидит развратников, как врагов Своих, потому что плотские помышления суть вражда против Бога (Рим.8:7), то есть необузданная похоть плоти – вражда на Бога. И если долготерпеливый Господь не казнит этих врагов Своих во время самого греха, ожидая их покаяния, – за то будет время, когда Он омоет руки Свои в крови нечестивого (Пс.57:11), если тот не покается. А бывает и то, что смерть застаёт нечестивцев среди самого греха, как случилось во время потопа и при погибели Содома и Гоморры. Да и теперь, когда блудник совершает грех свой, Бог на него гневается, как на врага Своего, над ним висит меч правосудия Божия, под ним раскрывает уста свои ад, для него возжигается геенна огненная, умножается червь неусыпающий, его ждут муки тартара и тьма кромешная, его готовы похитить руки бесовские, да и похитили бы в ту же минуту, если бы Бог попустил… Святые Ангелы не могут смотреть на него и отвращаются, святые Божии им гнушаются, Ангел-Хранитель плачет, демоны радуются, а он, несчастный, ни о чём и помыслить не хочет: он ослеп, не видит Бога, не видит уготованной ему гневом Божиим муки вечной!

Не видит ослепший умом блудник и людей, то есть не стыдится их, хотя и знает, что всем известно его беззаконие и все смеются над ним. А ему и дела нет до того – он потерял всякий стыд! Таков был Ирод, который отнял жену у брата своего и жил с нею без стыда.

Не видит, наконец, ослепший умом своим блудник и себя самого – не видит того, что он теряет, каких великих благ лишает сам себя. И, во-первых, он губит блага вещественные, теряет имение и богатство, приходит в скудость и нищету, как написано в Притчах: Кто знается с блудницами, тот расточает имение (Притч.29:3). Пример тому – блудный сын, который расточил своё имение с блудницами и пришёл в такую нищету, что рад был кормиться со свиньями. Распутство доводит до нищеты и всяких бед не отдельных только лиц, но разоряет и целые города, целые страны, отнимает у царей скипетры, делает бессильным войско. Сколько бед попущением Божиим обрушилось на Давида, царя Израильского, за грех прелюбодейства! Хотя самый грех и был ему прощён ради его покаяния и он не погиб навеки, однако подобающее за грех наказание не миновало его: на него восстал его собственный сын, и он на время лишился царства; ему привелось потерпеть поношение от Семея и много других невзгод. – Губит распутный и блага, от самой природы ему данные, губит своё здоровье, красоту лица, светлый взгляд, приятность голоса, губит он бодрость духа, мужество, крепость и силу телесную, – всё это от распутной жизни слабеет, вянет, как цветок, и погибает… Не говорю уже о тех несчастных, которые заражаются ужасной и мучительной болезнью распутства, которая, точно червь неусыпающий, съедает тело человека и делает несчастного пугалом для всех… Женатый развратник или прелюбодей теряет любовь своей жены, которая гнушается им, а иная назло мужу сама вдаётся в распутство. Наконец губит несчастный и самую жизнь свою, сокращая её невоздержанием, – он прежде времени стареет и умирает… А как часто такие люди умирают не своей смертью, – от отравы или убийства! Иные из-за распутных женщин вызывают друг друга на поединок и погибают. Но, чтобы не распространять слова, скажу, что распутный человек губит и свои душевные способности: его память изнемогает, рассудок помрачается, воля порабощена страсти, – ибо он не то делает, что хотел бы, а то, чего и не хотел бы делать, – к сему влечёт его греховная привычка. Да и вообще все добродетели такого человека превращены в грехи, ибо упражнение в нечестии помрачает доброе, и волнение похоти, по слову Премудрого, развращает ум незлобивый (Прем.4:12). А самая незаменимая потеря для души – это лишение благодати Божией: он лишается усыновления Богу, наследия Царствия Небесного, дружества со ангелами, общения со святыми, вечного царства со Христом и Его вожделенного лицезрения, в котором состоит всё веселие, вся радость, всё блаженство святых Божиих; насыщусь, сказано, когда явится мне слава Твоя (Пс.16:15). И всё это развращённый человек губит, и ни о чём не жалеет! А в конце концов он осуждён будет на муки вечные в огне неугасимом, где ожидает его червь неусыпающий, тьма непросветимая, тартар, которого трепещет сам сатана, – и всего этого он, несчастный, – точно слепой – не видит, не хочет видеть, не хочет подумать о том!.. Он не щадит себя – прямо идёт на эти лютые мучения! О, какая это ужасная слепота, которой подвергается грешник ради минутного наслаждения! Правду сказал Давид от лица такого грешника: Постигли меня беззакония мои, так что видеть не могу (Пс.39:13). – И вот эту-то слепоту душевную, слепоту произвольную, ангелы Божии наказали в содомлянах слепотой телесной, а потом и страшным огнём небесным: и пролил Господь на Содом и Гоморру дождём серу и огонь от Господа с неба. И ниспроверг города сии, и всю окрестность сию, и всех жителей городов сих, и все произрастания земли (Быт.19:24–25). За разжение похотное – огонь, за смрад греха – смрад серы… О, вы, подражатели развратной жизни содомлян! Смотрите, какая казнь вас ожидает! Если так было в Содоме, что будет в геенне огненной? Кто может описать это мучение, этот смрад, это пламя огненное? Слышите, что говорит апостол Иуда: Содом и Гоморра и окрестные города, подобно им блудодействовавшие, подвергшись казни огня вечного, поставлены в пример (Иуд.1:7), – в пример подобным им распутным нечестивцам! А что всего ужаснее – это то, что не пощадил разгневанный Господь и грудных младенцев, греху не причастных: с виновными отцами погибли и невинные дети, хотя, конечно, милосердие Божие не попустит им страдать с отцами в муках геенны огненной… И вот страна, которая некогда цвела, аки рай Божий, стала страной смерти и ужаса за грехи человеков, обитавших в ней!.. О люди, дерзающие прогневлять Бога скверными грехами своими! Страшитесь грозного гнева Божия; если не покаемся, то не минует он нас или здесь, или там, в будущей жизни!..

(Из творений святого Ефрема Сирина)

Если восстанет в тебе плотская брань, не бойся и не упадай духом, чтобы не придать против себя смелости врагу, и он посеет в тебе какие-нибудь свои мысли и будет говорить: «Невозможно прекратиться в тебе разжению, если не удовлетворишь своей похоти», чтобы, уязвив тебя, стать ему против тебя и посмеяться над твоей слабостью. Но терпя потерпи Господа, с плачем излей молитву свою пред благостью Его, и Он услышит тебя и возведёт тебя от рова страстей, то есть нечистых помыслов, и от брения тины, то есть гнусных мечтаний, и поставит нози твои на камени (Пс.39:1–3) святости и узришь пришедшую от Него помощь. Терпи только, не расслабевай помыслом, не приходи в изнеможение, вычерпывая воду из ладьи, потому что пристань жизни близко. Еще глаголющу ти, речет: се, приидох (Ис.58:9); но выжидает, чтоб увидеть твой подвиг, точно ли даже до смерти противоборствуешь греху. Итак, не малодушествуй; Бог не оставил тебя. Он взирает на твой подвиг; смотрят на оный и лик святых ангелов, и толпа бесов. Ангелы подают венец побеждающему; бесы покрывают стыдом побеждённого. Много борений у ангелов за тебя, возлюбленный, много усердия бесов против тебя, христолюбец. Итак, будь внимателен к себе, не опечаль своих и не обрадуй чужих. Своими же называю святых ангелов, а чужими нечистых бесов.

Для очей Божиих нет скрытного места, возлюбленный, нет тьмы в очах Господних, брат. Да не обольщает тебя противник; близ ног Божиих стоишь ты. Не пренебрегай этим. Ибо написано: небо Мне престол, земля же подножие ногама Моима (Ис.66:1). Не расслабевай помыслом, но мужайся. Помощник близко. Послушай, что говорит пророк: вси язы́цы обыдоша мя, и именем Господним противляхся им: обыдоша мя яко пчелы сот, и разгорешася яко огонь в тернии: и именем Господним противляхся им. Отриновен превратихся пасти, и Господь прият мя. Крепость моя и пение мое Господь, и бысть ми во спасение (Пс.117:10–15). Итак, терпи, подвижник: да искусен быв приимеши венец жизни, егоже обеща Господь любящим Его (Иак.1:12). Быть боримым страстями и противоборствовать им – это делает нас искусными к выдержанию брани. А если не борют нас страсти, то станем, может быть, осуждать боримых ими, потому что сами не испытали борения, и впадём в высокоумие. Ибо не то опасно, что борют нас страсти и мы боремся с ними, но бедственно то, если по лености падём перед противниками. Итак, противостань палящей тебя похоти, чтоб избежать никогда не угасающего пламени. А если победят нас страсти, то не отступятся от нас, но ещё смелее будут нападать на нас. Послушай Того, Кто говорит: мед каплет от устен жены блудницы, яже на время наслаждает твой гортань: последи же горчае желчи обрящеши и изощренну паче меча обоюду остра (Притч.5:3). Итак, будь внимателен к себе самому, чтобы не лишиться тебе славы лица Божия. Ибо написано: мир имейте и святыню со всеми, ихже кроме никтоже узрит Господа (Евр.12:14). Ему подобает слава во веки веков. Аминь.

(Оттуда же)

Время жизни моей истрачено в суете и срамных помыслах. Даруй же мне, Господи, врачевство, чтобы вполне излечиться мне от сокровенных язв своих, и укрепи меня, хотя один час усердно потрудиться в винограднике Твоём. Ибо время суетной жизни моей уже во единонадесятом часе.

Ладью с моей куплей управь заповедями Твоими, и мне, ничтожному купцу, даруй благоразумие продать свою куплю, пока есть ещё время.

Время плавания приблизилось к концу; и будто слышится уже глас Судии ко мне, рассеянному: покажи теперь, ленивый, куплю, какую имел ты в продолжении своей жизни.

Час смертный устрашает меня, бедного. Ибо смотрю на дела свои, и душа моя трепещет, вижу нерадение своё и леность и цепенеют кости мои.

Час разлучения предстал очам моим, и я пришёл в потрясающий страх, помыслив о нём. Вместо того, чтобы радоваться, ещё более убоялся я, потому что при благодати не делал дел, достойных Бога.

Увы, душа моя! Зачем нерадишь ты о жизни своей? Зачем в рассеянии проводишь немногие дни её? Не знаешь разве, что вот-вот позовут тебя? Что же будешь делать там, живя нерадиво здесь? Что станешь отвечать в оправдание своё, представ престолу страшного Судии! Враг обманывает тебя, и изо дня в день расхищает достояние твоё; а ты и не разумеешь того.

Отрезвись же, войди в себя и молись к Богу со слезами, взывая к Нему с сердечной скорбью: даруй мне, Господи, возлюбить Тебя всей силой моей и усердно послужить Тебе исполнением святых заповедей Твоих, чтобы, когда придёт час разлучения, нашёл Ты меня готовой и с великой радостью ожидающей сретения Твоего и ввёл в царство Твоё вечное, в сорадование со всеми святыми, Тебе благоугодившими.

(Оттуда же)

Спаси меня, долготерпеливый Господи! Спаси меня, Сыне Божий, безгрешный Христе! И даруй мне помышление о жизни вечной, чтобы ничего не имея в сердце своём, кроме сего помышления, всегда исполнять мне волю Твою при содействующей мне, грешному, благодати Твоей, и охотно ходить в повелениях Твоих, с пользой употребив в дело мнас, который дал мне Сам Ты, Небесный Царь, и, на него совершив добрую куплю, сподобиться похвалы от Тебя, Владыко; и когда прийдёшь Ты, Господи, сказать с дерзновением от чистого сердца: «Блажен я, что пришёл Ты, Владыко!»

На брак Твой, Господи, облеки меня в достойное одеяние, которое да уготовит во мне ещё здесь благодать твоя. Сподоби меня возжечь тогда и светильник, который да дарует мне твоя щедродательность.

Так, – с радостью изыду во сретение Тебя, прославляя и благословляя Тебя, в надежде быть сопричастником праведных и святых, от века тебе благоугодивших.

О смерти

1. Смерть должно бы почитать не наказанием, а наградой, ибо все наши горести, которые нельзя ничем усладить на свете, прекращаются только кончиной.

2. Страх, объемлющий людей при одном имени смерти, означает чрезмерную привязанность их к земле, иногда развращение сердца и нежелание последовать учению Евангелия.

3. Читая Священное Писание, увидишь, какую человек вёл жизнь, такую будет иметь и смерть. Премудрый Сирах говорит, какая была жизнь, такая будет и смерть. В другом месте он же пишет: путь грешников углажден от камения, а напоследок его ров адов (Сир.21:11). Святой Царепророк Давид говорит, что Бог награждает человека по его делам (Пс.61:13). Святой апостол Павел утверждает: еже аще сеет человек, тожде и пожнет: яко сеяй в плоть свою, от плоти пожнет истление: а сеяй в дух, от духа пожнет живот вечный (Гал.6:7–8). Человек, который в продолжение жизни своей не раскаивался в своих грехах, при смерти кается больше от страха смерти, нежели от доброго намерения. И тогдашняя его исповедь больше будет принуждённа, а следовательно, не столько полезна, как исповедь от чистого сердца в своё время.

4. Когда ты не живёшь по-христиански, то не будешь иметь тихой кончины и не наследуешь Царствия Христова. Ежели бесполезные дерева Господин велит посекать и жечь в огне и ежели слуга, закопавший свой талант, наказан, хотя он ни малой частицы из оного не потерял, то чего ожидать тебе, когда ты не только данных тебе от Бога даров не приумножил, но и вовсе потерял оные? Разум твой, сей совершеннейший дар Божий, ты вместо употребления на хвалу Господню и на приумножение душевной пользы совсем утратил, посвятивши его на угоду свету, телу и диаволу, вечному врагу души твоей; память, вместо усвоения себе предметов духовных – священных, ты употребил на изучение того, что льстило твоему самолюбию и услаждало твои греховные чувства; волю ты отдал диаволу, следуя его наваждениям, нарушая святую волю Создателя твоего и не исполняя закона Его.

5. Не думай, что тебе прежде времени не будет смерти; хотя, по словам святого Иова, Бог каждому назначил определённое число лет (Иов.14:5; 21:21), но тот же Бог, Который определил время жизни нашей, сокращает оное, наказывая нас внезапной смертью за грехи наши. Так Бог угрожает грешникам словами Исаии пророка: и приидет на тя пагуба, и не увеси и прочее (Ис.47:11); словами Премудрого говорит: лета нечестивых умалятся (Притч.10:27). В книге Иова замечено: мужие неправедни яти быша прежде времени (Иов.22:15–16). И сын Сирахов говорит: внезапу изыдет гнев Господень, и во время мести погибнеши (Сир.5:9). Из сего следует, что правда Господня сокращает жизнь, когда видит, что грешник не только не употребляет времени жизни на покаяние в грехах, но ещё более погрязает в них.

6. Жизнь и смерть зависит от Бога, живот и смерть от Бога суть (Сир.11:14). Бог во многих местах Священного Писания угрожает грешным скоропостижной смертью: неправеднии погибнут вскоре, – говорит книга Притчей (Притч.13:24). Святой Иов утверждает: скончаша во благих житие свое, в покои же адове усопша (Иов.21:13), то есть живущие в роскоши, без покаяния и мысли о смерти, умирают нечаянно и в ад нисходят. Нечаянная смерть для них есть меч Божеского гнева за грехи.

7. Ранняя смерть, как видно из многих мест Священного Писания, часто следует за безумным употреблением земных благ (Иов.20:22. Пс.36:1–2. Притч.11:28).

8. Умирающие в вере и надежде на Иисуса Христа через смерть переходят от жизни суетной, тленной и временной в жизнь светлую, нетленную и нескончаемую.

9. Смерть истинного христианина не что иное есть, как разлучение души от тела, а с тем вместе освобождение от бедствий мира сего и переход к благам небесным. Блажени мертвии, умирающии о Господе отныне. Ей, глаголет Дух, да почиют от трудов своих (Откр.14:13). Они, умирая, предвкушают вечный покой и блаженство.

10. Из житий святых отцов видно, что святые люди при смерти своей имели много трудов, чтобы преодолеть искушения диавольские; как ты можешь думать, что предсмертная минута будет тебе способствовать к вечному спасению? Святой апостол Пётр утверждает: аще праведник едва спасется, нечестивый и грешный где явится? (1Пет.4:18).

11. Когда смерть приближается к нераскаянному грешнику, тогда он мучится душой от того, что знает, что ему нужно будет расстаться с земными удовольствиями, к коим он так привык. Злые духи, окружая тогда его, не дают ему спокойно умереть. От сего-то смерть грешников люта (Пс.33:22), ибо бывает началом вечных мук; напротив, смерть праведных честна потому, что бывает началом покоя и вечной славы.

12. Взгляд, не просветлённый верой, ничего не может открыть в смерти, кроме одних ужасов, возбуждаемых зрелищем телесного тления и разрушения и неизвестностью будущего. Но свет веры рассеивает смертные ужасы, – и сквозь самый мрак смерти истинно верующий зрит радостный луч блаженного бессмертия.

13. Мир преходит, и похоть его, а творяй волю Божию пребывает во веки (1Ин.2:17). Светская мудрость, острота разума, предусмотрительность и все подобные качества не требуются в будущей жизни. Слава, окружающая земное величие, только до края могилы и на шаг не перейдёт за неё. Когда наша душа переселится в вечность, тогда сцены светской жизни исчезнут, каждое слово любви, малейший поступок самоотвержения, сделанный нами ради Христа в течение земной нашей жизни, оставят в душе нашей неизгладимый отпечаток, с которым она предстанет пред Господом. И смирится всякий человек, и падется высота человеча, и вознесется Господь един в день оный (Ис.2:17).

14. После смерти грешник до второго пришествия Христа будет предчувствовать жестокие вечные наказания; но полное наказание он примет по втором пришествии Иисуса Христа.

15. Не медли покаянием во грехах: ты умрёшь непременно, но неизвестно когда; можешь умереть и завтра, и сейчас; смерть никого не щадит, как бы кто здоров ни был, какой бы крепостью и силой ни обладало его тело, ничто не может остановить её действия.

16. Главным занятием в сей жизни нашей должно быть приготовление к смерти.

17. Размышление о смерти есть пища, которая даёт жизнь душе человеческой.

18. Тебе улыбаются удовольствия на путях жизни, ты придумываешь мечтательное блаженство на земле; но как часто в таких желаниях смерть отверзает дверь к вечности, и Ангел правосудия взывает: «Человек! Явись на суд! Воздаждь ответ о приставлении домовнем» (Лк.16:2); смерть никого не щадит, равно поражает богатого и убогого, славного и бесчестного; многих она взяла среди весёлости, среди пиршеств и порочных действий. Так надобно всегда помнить, что жизнь сия кратка, конец твой неизвестен, и без отлагательства следовать закону Господню. Всеблагий Творец не воспретил человеку невинных радостей в жизни, благословил вкушать благие дары Его и пользоваться ими в славу Его, но так, чтоб не упиваться до забвения Его и себя из чаши удовольствий суетных и душевредных.

19. Завтра коса смертная, конец всему полагающая, тебя скосит, и другие наследят богатство твоё, может быть, те самые, которых ты ненавидишь и отвращаешься; завтра, как дым, исчезнут титла твои, и беспомощным оставят тебя не только покровители твои и друзья, но и самые сродники. Постигнет смерть, и тогда, хотя бы Крезово имел ты богатство, хотя бы царские титла, хотя бы всю славу сего мира, одни только погребальные принадлежности останутся с тобой и три локтя земли могилы твоей.

20. Смерть известна, но неизвестна минута смерти: жила, лопнувшая в груди, прилив крови в голове, укушение ядовитого животного, рана, наводнение, самая малость достаточна, чтобы отнять у тебя жизнь.

21. Приготовление к смерти дело важное, – и потому должно занимать нас. Самые болезни, нас посещающие, эти видимые предтечи и вестники смерти, напоминают нам о ней.

22. Чтобы легко пронестись по воздушным высотам сквозь несметные полчища адских сил, стерегущих путь нашего восхождения к нему, надобно нам, по замечанию святых отцов, здесь ещё на земле сокрушить ад и всю силу его силой молитвенного духа, и тогда-то уже, на крыльях ангельской славы, в младенческой простоте и непорочности сердца мы свободно полетим к небу.

23. Чаще вспоминай о смерти: настанет конец земным удовольствиям, разрушится владычество похоти: у сребролюбца отнимется его сокровище, горделивец уничижится, любострастный должен будет отказаться от постыдных страстей, которым предавался.

24. Смерти ничто не противостанет; пастуший шалаш и царские чертоги для неё всё равно.

25. По смерти ни покаяния не бывает, ни исповедания не совершается, яко несть в смерти поминаяй Тебе, во аде же кто исповестся Тебе (Пс.6:6). Число же дней жизни нашей от нас сокрыто. Спеши же покаяться!

(Четьи-Минеи 1 марта)

Святая преподобномученица Евдокия так рассказывала своему духовному наставнику, блаженному пресвитеру Герману:

«По твоему наставлению молилась я седмь дней, и вот в прошедшую ночь, когда я в молитве пала ниц, распростёршись на земле крестообразно, и плакала о грехах своих, осиял меня свет, яснее лучей солнечных. Я думала, что воссияло солнце, встала с земли и увидела перед собой пресветлого и дивного юношу. Взяв меня за правую руку, он поднял на воздух и, поставив на облаке, повёл к небу. Там виден был великий и пречудный свет, и я увидела несчётное множество мужей, облечённых в белые одежды, которые радовались и, улыбаясь друг другу, веселились неизречённо. Узрев меня, идущую к ним, они ликами встречали меня, приветствовали как сестру свою. Когда же они окружали и провожали меня и я, ведомая юношей, хотела уже вступить в оный свет, несравненно превосходящий лучи солнечные, внезапно на воздухе явился некто страшный взором, чёрный, как мрак или как сажа, или уголь, или как смола, всякой черноты и тьмы мрачнейшее страшилище. Он, страшно и с яростью взирая, скрежеща зубами и бесстыдно нападая на меня, хотел исторгнуть меня из рук ведущего меня и закричал так сильно, что голосом его наполнился весь воздух; он кричал: „И эту ли хочешь ввести в царство небесное? Зачем же я, приседя в ловительстве на земле, напрасно погубляю весь труд свой. Ибо она своим блудодеянием всю землю осквернила и растлила множество людей. Сколько я ни имел хитрости, сколько ни имел силы, всё употребил на неё одну. Я привлёк к ней тьму богатейших любителей, и из бесчисленных богатств, истраченных ими на снискание любви её, она собрала такое множество золота и серебра, что едва ли есть столько и в царских сокровищницах. Я хвалился, что имею её в руках своих, как победное знамя и непреодолимое оружие, которым торжествовал над людьми, отпадающими от Бога и впадающими в мои сети. А теперь ты, Архистратиг сил Божиих, так ли хочешь поругаться надо мной, что повергаешь меня ей под ноги для попрания? Для твоего на меня гнева не довольно ли и того мщения, которым ты ежедневно огорчаешь меня? А ты хочешь отнять у меня и эту, дорого купленную, собственно уже мне принадлежащую рабу мою? Уже нет у меня на земле ничего собственного, неотъемлемого! Уже боюсь, чтобы ты из недр моих не исторг всех доселе ещё живущих на земле грешников и чтобы, исторгнув их из моих рук, не привёл к Богу как достойных и не вписал в число наследников царства небесного. Напрасны мои хлопоты! Суетен труд! За что ты столь жестоко нападаешь на меня? Перестань гневаться, ослабь немного узы, которыми я связан, – и увидишь, как во мгновении ока потреблю от земли весь род человеческий. Я свержен с неба за одно малое неповиновение, а ты жесточайших грешников, поругаться Богу дерзнувших и много лет тяжко прогневлявших Его, вводишь в царство небесное. Если уже тебе угодно, то в один час от всех концов земли собери всех развращённых людей, провождающих жизнь нечеловеческую, но скотам и зверям подобную, и всех приведи к Богу. А я скроюсь во тьме и погружусь в бездну уготованных мне мук“».

«Когда он с величайшей яростью говорил это и другое ещё худшее, водивший меня юноша грозно смотрел на него и, обращаясь ко мне, любезно улыбался. И из оного небесного света услышался глас: „Так угодно Богу, милосердствующему о сынах человеческих, чтобы согрешающие из них, если покаются, приемлемы были в лоно Авраамово“. И вторично был глас к водившему меня: „Тебе глаголю, Михаиле, завета Моего хранитель, отведи её туда, откуда взял, да совершит свой подвиг; Аз же с нею буду все дни живота её“. И Архистратиг тотчас поставил меня в опочивальне моей и сказал мне: „Мир тебе, раба Божия Евдокия! Мужайся и крепись; ныне с тобой благодать Божия пребывает и всегда будет на всяком месте“. Ободрённая сими его словами я осмелилась сказать: „Милостивый господин! Скажи мне, кто ты, чтобы я знала, как веровать истинному Богу и как могу получить жизнь“. – „Я князь Ангелов Божиих, и на мне лежит обязанность печься о грешниках кающихся, чтобы принимать их и вводить в жизнь блаженную и бесконечную. И велика бывает радость на небе в лике ангельском всякий раз, – когда какой-нибудь грешник из греховной тьмы приходит в чистый свет покаяния. Ибо не угодно Богу, Отцу всех, чтобы погибла душа человеческая, которую Он Своими пречистыми руками вначале создал по подобию образа Своего. Почему все ангелы сорадуются, когда видят душу человеческую, правдой украшенную, поклоняющуюся Отцу вечному, и все приветствуют её, как сестру свою, потому что она, отвергши греховную тьму, обращается к Богу живому, общему всех сынов света Отцу, и неотлучно прилепляется к нему“. Сказав сие, Архангел знаменовал меня крестным знамением, и я поклонилась ему до земли; когда же я поклонилась, он восшёл на небеса».

Распятие Спасителя

(Из творений святителя Димитрия Ростовского)

Станем на Голгофе умом нашим, будем смотреть мысленными очами на Господа, как бы и ныне пригвождённого ко кресту, уязвлённого, окровавленного, мёртвого, висящего и преклонившего главу, и увидим Его к нам любовь неизречённую! Так возлюбил Бог мир, что претерпел за нас эти лютые страдания. Кто когда возлюбил кого-нибудь так, как Он возлюбил нас? Кто так возлюбил отца или мать, сына или дочь, чтобы пострадал за них так же, как Он пострадал за нас. Тако возлюби Бог мир (Ин.3:16). Можно ли где найти лучшую любовь, как Его к нам любовь? Больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя (Ин.15:13). И когда бы за други, не столь бы было дивно, как то, что за врагов своих, за грешников, Господь наш положил душу Свою, как говорит апостол; простирает Бог любовь Свою к нам до того, яко, еще грешником сущим нам, Христос за ны умре (Рим.5:8). Так возлюби Бог мир! О, неизречённа любовь Твоя, Человеколюбче!..

(Из творений святого Ефрема Сирина)

Долготерпелив Господь и всех нас влечёт в царство Своё; но потребует от нас отчёта за нерадение в это короткое время.

Он скажет нам: «Для вас Я воплотился, для вас видимо ходил по земле, за вас биен был, за вас заушаем, за вас распят, вознесённый на древе, за вас земнородных напоён оцтом, чтобы вас сделать святыми и небесными. Царство Моё даровал вам, всех вас наименовал Своими братьями и ниспослал вам Духа Святого».

«Что мог бы я сделать ещё более всего этого и не сделал для того, чтобы спасти вас?! Не хочу только делать принуждения произволению, чтобы спасение ваше не стало делом необходимости непроизвольной».

«Скажите, грешники, смертные по естеству, что претерпели вы ради Меня, Владыки вашего, за вас пострадавшего?»

Придите же все вкупе, поклонимся Ему, восплачемся пред создавшим нас Господом и скажем: «Что род грешных воздаёт Тебе, непостижимому, благому и милосердному Богу? Ты, всю вселенную просветивший благодатью, просвети и очи сердца нашего, чтобы возлюбить нам Тебя, Владыко, и с любовью исполнять всегда святую волю Твою».

«Вот чаша страшной Твоей крови, исполненная света и жизни. Даруй нам разумение и просвещение, чтобы с любовью и святыней веры приступили мы к ней и была она нам в оставление грехов, а не в осуждение».

(Перевод с греческого)

Некоторый благоговейный чтитель рабов Божиих посетил раз пустыню Фиваидскую, чтоб получить назидание от жизни преподобных и дивных мужей, подвизавшихся там, и слышать душеспасительные словеса их. От тамошнего престарелого аввы, славного в монашеской жизни, между нравственными наставлениями на общую пользу слушающих посетитель услышал рассказ о следующем достопамятном происшествии.

К одному из пустынников, рассказывал авва, богатому добродетелями, стекались многие ради душевной пользы и исповедания грехов своих. Однажды пришёл к нему весьма простой и незлобивый пастух, с малолетства воспитавшийся в горах, не знавший ничего, кроме пасения овец. Преподобный стал испытывать его духовно, чтоб видеть, не имеет ли в себе чего погрешительного, требующего исправления, и по тщательном испытании узнал, что человек этот не понимал даже, что означает слово – грех. Возблагодарив Бога о такой детской невинности пастуха, блаженный говорит ему: «Хорошо доселе, всё хорошо, чадо моё; но скажи мне, чего желаешь ты от меня грешного?» «Слышал я, отче, – отвечал пастух, – что показываешь ты людям, какой надобно держаться дороги, чтоб спастись от бед и достигнуть Богом насаждённого рая; поэтому и я пришёл и прошу тебя: открой Бога ради мне о такой безбедной дороге; весьма желательно дойти по ней до рая». Преподобный сказал: «Прямого пути держись во всём, чадо моё, и удаляйся кривизн, и надеюсь на Бога, что Он сохранит тебя от бед на таком пути, и приведёт, куда желаешь; не совращаясь с прямого пути, ты скоро и без большого труда можешь достигнуть и прекрасного рая Божия». Выслушав это, пастух, как простейший, не понял, что велено ему держаться прямого пути в духовном смысле, то есть пути добродетелей и удаляться кривизн порока. Поэтому и размышлял он с великой радостью: «Теперь пойду я в церковь; по выходе получше рассмотрю – какая прямее дорога и, при помощи Божией, потеку по ней к прекрасному раю». Итак, он взял благословение у старца и, помолившись в церкви, выбрал таковую дорогу и в надежде на Бога с великим усердием пошёл по ней.

После трёхдневного шествия прямая дорога привела пастуха к монастырю, в котором жили добродетельные монахи. Привратник спросил его: откуда он и чего хочет? Тот объяснил, как духовный отец велел для спасения от бед держаться ему прямой дороги и как он, повинуясь ему, три дня шёл такой дорогой и достиг этой обители. Привратник полагал, что не расслышал хорошо объяснения, а потому спросил его во второй и третий раз, и, слыша от пастуха одно и то же, удивлялся и недоумевал – от большой простоты или от слабоумия говорит он так; заметив же незлобивый нрав этого простеца, как он при повторении расспросов чистосердечно и терпеливо объяснялся, доложил о новопришедшем игумену, который велел немедленно привести его к себе. На вопрос настоятеля: чего он хочет от них и для чего предпринял труд путешествия в их обитель, пастух отвечал: «При великом желании моём спастись от бед и дойти до рая, я нашёл в пустыне старца и просил его показать мне дорогу туда, и он велел идти прямой дорогой и удаляться кривизн, и вот через три дня дошёл я до вашей обители, и теперь я одного желаю – получить спасение и узреть рай Божий». Из такого ответа игумен увидел крайнюю простоту и благочестивое устроение новопребывшего, почему с радостью принял его как призванного Богом на спасение и при этом объяснил ему, что нет нужды идти ему далее прямой дорогой для получения желаемого: оставайся здесь и слушайся меня и братии во всём, повелеваемом тебе, и скоро ты спасён будешь, и Бог введёт тебя в прекрасный рай Свой. Все утешались редким простосердечием и усердием нового послушника, и вскоре игумен облёк его в ангельский образ и дал послушание – наблюдать за благолепием святого храма.

Через три дня игумен посетил новопостриженного и, застав его убирающим церковь, внушал ему: чем усерднее и благоговейнее будешь проходить это святое послушание, тем скорее получишь от Бога спасение. Новый экклисиарх с земным поклоном сказал на это: «Благодарю тебя, отче честный, что наставляешь меня ко спасению; но прошу тебя, скажи мне: кто это стоит на верху церкви над иконостасом? Вот уже три дня, как ты определил меня в церковь на послушание, вижу его постоянно с протянутыми руками, как бы связанного, не могущего и двинуться, чтоб подкрепиться пищей». Игумен удивился простоте своего экклисиарха и по его понятию отвечал ему: «И этому, кого видишь на верху, поручено было, как и тебе, наблюдать за церковью, и поскольку оная не имела должного благолепия, дано ему наказание – стоять там с распростёртыми руками без пищи. Итак бойся, чтоб и тебе не потерпеть подобного». Выслушав это, экклисиарх молча и со слезами проводил настоятеля.

Вечером, по окончании послушания в келарике, когда успокоились братия, вошёл он в церковь, запер её изнутри, положил на столик заранее приготовленные им хлеб и воду, и с великой скорбью о стоящем наверху громко говорит ему: «Если можешь, сойди, отче, вниз и вкуси хотя немного хлеба с водой, чтоб не помереть тебе без пищи». Кроткий же и смиренный сердцем Господь, увеселяющийся детской простотой, отвечал ему сверху: «Боюсь сойти, чтоб не узнал игумен и не наказал тебя». Благословенный простец продолжал: «Иди без всякого сомнения, ибо игумен и братия отдыхают, и двери церковные хорошо заперты; сойди Бога ради поскорее, так как я очень скорблю о тебе, что ты стоишь без пищи несколько дней, и Бог свидетель, до тех пор, пока ты не вкусишь, и я не буду принимать никакой пищи». Тогда видит экклисиарх: приходит к нему из алтаря, о Ком он скорбел, благословляет предложенное на столике, и, севши, вкушает и беседует с ним². И это повторялось несколько раз.

Некоторые из братий стали замечать, что новый экклисиарх с кем-то разговаривает в церкви, и удивлялись этому, зная хорошо, что он по вечерам бывает там один. Раз во время разговора они постучали, требуя, чтоб немедленно были отперты двери. Пока он убирал хлеб и отпирал двери, видит Беседующего с ним уже стоящим неподвижно над иконостасом. Монахи тщательно искали и не нашли никого в церкви, кроме экклисиарха, и просили его сказать им, с кем и о чём разговаривает, но он не признавался, уверяя, что ему не с кем разговаривать. поскольку же через несколько дней опять услышали разговор, то попросили особенно любимого экклисиархом брата выпытать от него, и тот заклял его именем Божиим открыть, обещаясь никому не говорить о том. Экклисиарх, связанный клятвой, рассказал следующее: «Мне очень жаль было Поставленного на верху иконостаса, как Он стоит с распростёртыми руками неподвижно и несколько уже дней пребывает без пищи. Раз я пригласил Его вкусить хотя мало хлеба, и Он приходил и вкушал, и это было уже несколько раз. С Ним-то я и разговаривал. Как сладка беседа Его, я не в силах выразить: слушал бы беспрерывно дни и ночи». – «О чём же Он беседовал с тобой?» – Говорил, что Отец у Него весьма богатый, щедрый и благий, и Он (Господь) обещал за добросердечие и сострадание к Нему взять меня к Отцу Своему и сделать у Него такое угощение, какое нигде здесь не увидишь.

Когда выслушал экклисиарха друг его, весьма удивился и затрепетал от страха, какой великой благодати сподобился такой простец от всеблагого Господа. По великой важности открытой ему тайны, он никому из братии не открывал её, но пошёл немедленно к игумену и ему объяснил всё, что узнал от друга своего. И сам игумен дивился толикому снисхождению Господа. Призвав избранника Его, он пожелал от него самого слышать, как вечерял и беседовал с ним Господь; но экклисиарх поначалу не признавался, из страха, что игумен наложит на него наказание и стоящего наверху ещё большему подвергнет канону. «Если об этом, – говорил он, – узнал ты, святой отец, от друга моего, то прошу тебя не верь ему: он напраслину наговорил тебе и на меня, и на наказываемого тобой». Игумен же, ободряя его, говорил: «Не бойся открыть, никакого канона не будет вам», и под конец именем Божиим принуждал сказать всю истину. Тогда экклисиарх рассказал подробно обо всём и со слезами умолял: «Прости меня и Вечерявшего со мной; Бога ради освободи Его от мучительного стояния наверху и благослови мне пойти с Ним в дом пребогатого и предоброго Отца Его, где Он обещал сделать за любовь мою к Нему великое учреждение». Тогда игумен, с любовью соглашаясь пустить их, смиренно умолял экклисиарха, чтоб он поусерднее попросил Трапезовавшего с ним взять и его (игумена) с собой к Отцу Его. Экклисиарх охотно согласился просить и вечером, по заключении дверей церковных, звал по-прежнему Стоявшего наверху, Который, пришед, беседовал о несказанных благах, какими он (инок) скоро и вечно будет наслаждаться в дому Отца Его. Экклисиарх, вспомнив, о чём просил игумен, говорит Господу: «Отче! Игумен уже узнал, что я кормил Тебя и о чём мы разговаривали; он с любовью прощает нас, и благословляет пойти нам к Отцу Твоему, только усердно и смиренно просит Тебя, чтоб Ты согласился и его взять с нами». – «Нет, – отвечал Господь, – игумену нельзя пойти с нами; ему не время, и он не готов ещё».

После утрени игумен призвал экклисиарха и с трепетным сердцем спросил: «Принимает ли меня грешного Господь и берёт ли к Отцу Своему на вечное упокоение и веселье со избранными Его?» Благословенный простец-инок передал сказанное ему, о чём много скорбел и плакал игумен. Зная же беспредельное милосердие Божие и что Он исполняет волю рабов Своих и наипаче детски-незлобивых, усерднее и смиреннее прежнего умолял раба Божия: «Попроси и ещё обо мне, чадо моё любезнейшее; ты видишь меня плачущим, поплачь и ты пред Ним, умоляя обо мне, да не отвергнет меня недостойного, и не преставай просить, пока не согласится исполнить прошение, говори Ему, что со мной тебе веселее будет пойти и быть у Отца Его». Повинуясь игумену, препростой инок просил, как был научен, и от себя присовокупил: «Возьми его ради любви его ко мне и к Тебе, ради хлеба его, коим мы подкреплялись; без этого Ты, может быть, помер бы».

Тогда Господь, видя неотступность моления и великую любовь просителя к игумену своему, сказал ему: «Чтобы не опечалить тебя, буди тебе, яко же хочешь. Скажи игумену, чтобы Он поспешил исправить неисправленное и приготовить, что нужно для пути к Отцу Моему: через восемь дней вы оба взяты будете Мною и приведены к Нему, на вечное наслаждение и радование о Бозе Спасе своём». Итак, избранник Божий с великой радостью известил игумена: «Согласился предобрый Отец Тот взять тебя, честнейший отче, вместе со мной, только просил скорее исправить неисправленное и приготовить нужное для дороги». Услышав это, игумен безмерно обрадовался и прославил великое человеколюбие и милосердие Господне; затем, сколько мог, усердно исправил при помощи благодати Божией, что находил неисправленным, принёс искреннее покаяние и исповедание грехов своих и причастился Пречистых Таин Христовых со своим экклисиархом; потом легко заболел, с умилением простился с братией, и на девятый день вечером почил о Господе. В тот же вечер и препростой пастух-инок, собеседуя с Господом в церкви, безболезненно предал в руце Его дух свой.

(Из келлейных записок покойного афонского иеромонаха о.Арсения)

1. Жизнь наша с каждой минутой сокращается, а смерть приближается, но как мало об этом мы думаем, тогда как о суетной земной нашей жизни сколько забот, предположений, надежд, ожиданий…

Нужна усердная, часто повторяемая, даже со слезами, к Богу молитва, нужно сокрушение сердечное, дабы избавил нас Бог от пристрастия к земному и даровал бы нам страх Божий, без коего не избавимся мы от страстей и порождений их – греховных навыков, которые, внедрившись в душу человека, держат её во власти своей, а освободиться от них человеку без помощи Божией нет никакой возможности.

2. Даруй Господь всем нам христианскую кончину, будем чаще о сем думать, будем друг друга любить, это всего приятнее Богу. Без любви ничто не спасёт нас. Будем избегать тщеславия, людской похвалы; это губит всё доброе. Будем чаще и усерднее прибегать в молитве к тёплой заступнице нашей Пресвятой Деве Богородице; Ею спасается весь мир; если бы не Её за нас пред Богом матернее ходатайство, то мы, грешные, погибли бы грех ради наших. Спасся Ной от потопа, так и мы, плавающие в житейском море, спасаемся небесным заступлением Владычицы мира.

3. Кто терпит тоску, уныние, тяготу, болезнь или какую иную скорбь, тот на спасительном пути. Диавол наводит человеку скорбь, дабы он впал в уныние или роптал, но если сего не последует, то искуситель отходит посрамлён. Всё Священное и святоотеческое Писание говорит нам о необходимости скорбей, и все богоносные отцы убеждают нас в том по речённому: если хотим быть сообщниками Христовой славы, то должны быть и сообщниками Его страданий. Как нельзя без воздуха дышать, без пищи жить, без ног ходить, так нельзя без скорбей войти в Царствие Небесное. Кто чуждается скорбей, тот отрекается от своего спасения и за временную сладость жизни этой лишается вечного, присноблаженного покоя.

Святые отцы удручали себя строжайшими постами и бдениями, томили себя трудами и подвигами безмерными, претерпевали палящий зной и нестерпимый холод, были врагами, мучителями плоти своей, предавали себя на резание, жжение, съедение зверьми, потопление и на иные бесчисленные жестокие мучения, и всё это с радостью терпели, провидя духом ожидающую их небесную славу. Но все эти скорби, и даже скорби всего мира, недостойны уготованного Богом упокоения человеку, как говорит Священное Писание; небесный покой превышает всякий ум человеческий. Если мы такого плода не вкушали, то как можем определить его вкус? Так и об уготованном Богом покое человеку, что бы мы ни придумывали, в каких бы необыкновенно утешительных видах ни представляли себе оный, – всё это будет одно лишь человеческое рассуждение, но красот райских постичь не можем!

Некий святой муж, быв восхищен до третьего небеси и видев неизречённые небесные блаженства, сказал, что невозможно языком человеческим изобразить их, что ухо наше ничего подобного не слышало, глаза не видели, и на сердце наше не восходило то, что уготовал Бог любящим Его. Имея в виду такое высочайшее блаженство, на бесконечные веки уготованное, потерпим с благодарением временные скорби.

4. Постигающие нас в веке сем скорби учат нас, что мы сотворены не для наслаждения этой жизнью, но для испытания терпения нашего, дабы потом наградить нас в вечности, что ясно изображено во Святом Евангелии: приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, – говорит Господь; значит, таковые только угодны Ему. И Он же говорит: горе веселящимся, идущим широким путём. Жизнь эта временная, а будущая бесконечная, потерпим временно, дабы вечно радоваться. Сообразив всё это, принесём Господу сердечное благодарение, что Он нас не забывает, посещает скорбями, и будем просить Его даровать нам терпение. Будем терпеть и благодарить Бога, что здесь посещает нас, дабы там помиловать. Апостол Павел говорит, что скорби временные ничтожны в сравнении с вечной небесной славой, ожидающей человека за гробом; но слава эта – удел тех, кои в этой жизни понесут терпеливо крест свой. Если же иногда мы, как немощные, и поропщем, но потом покаемся, то Милосердный Господь это не вменит нам в вину, и Он, Человеколюбец и Всеблагий, и Многомилостивый, не по грехам нашим воздаст нам, а по Своему неизречённому милосердию.

5. Жизнь наша земная коротка, конец оной Господь скрыл от нас, дабы мы, ожидая перехода в вечность, жили богоугодно.

Ангел наш хранитель ни о чём столько не радуется, как если когда мы делаем добрые дела, дела милосердия и любви к ближнему; ибо ничем иным, как только подобными делами, мы можем быть оправданы на Суде Божием; на оном, как сказано в Священном Писании, каждый от своих дел или оправдится, или осудится; там вполне увидим, как драгоценны и спасительны добрые дела, и душа наша радоваться будет о каждом добре, которое успела сделать в этой краткой жизни, ибо она нам на то и дана, дабы успеть приготовиться к будущей вечной жизни.

(Из келлейных записок покойного афонского иеромонаха о.Арсения)

В Рождественском посту 1866 года Вышневолоцкая помещица Анна Степановна Рыкачёва, бывши в Санкт-Петербурге, посетила афонских иноков, бывших там со святыней, и по усердию своему получила от них разных душеспасительных книг, имея через это в виду распространение слова Божия. Прибывши в город Вышний Волочёк, она предложила несколько книг тамошнему жителю купеческого сословия – для распродажи усердствующим, но он отказался. Одна знакомая госпожи Рыкачёвой отправлялась в город Боровичи, и она дала ей несколько книг для тамошних жителей. Эта усердная раба Божия, прибывши в город Боровичи, предложила книги в лавку одной, по мнению её, благочестивой богатой купчихе, но та, сверх ожидания, не только что отказалась от продажи книжек, но даже собственно для себя не взяла ни одной книги, холодно отказав предлагавшей книжки, которая потом предложила прочим торгующим в лавках, в одном корпусе с помянутой купчихой, но все они отказались. Огорчённая таким отказом, усердствующая о распространении книг отправилась к знакомой своей генеральше, живущей близ Боровичей; генеральша приняла её с усердием и взяла у неё несколько книжек. На третий после сего день у генеральши было поминовение покойного супруга её, и были многие приглашены из Боровичей, духовенство и прочие; когда стали садиться за стол, то вдруг получили известие, что в Боровичах пожар – это было в воскресенье; пожар начался в лавке той самой купчихи, которая так упорно отказалась взять книжки, и весь корпус лавок сгорел со всем бывшим в них товаром; этот корпус был тот именно, в коем все отказались взять книжки. Достойно замечания, что это было в воскресенье; лавка купчихи, с которой начался пожар, была заперта, и в ней никогда не бывало огня! Вышневолоцкому вышеупомянутому тоже так не прошло за отказ его. Вскоре после сего сын его поехал прокатиться, лошадь взбесилась и задавила до смерти шедшую по улице старушку.

Не попущено ли было всё сие для вразумления пренебрегающих о спасении души своей? И слава Богу, что Он посылает такие вразумления, а если бы сего не было, то люди погибли бы в суетах мирских, вовсе забыли бы о Боге и о загробной вечной жизни, для которой и созданы все мы земнородные.

Книги духовные для души нашей столь же необходимы, как хлеб для тела. Тело без пищи умирает: так и душа, не питаемая духовной пищей, – словом Божиим, делается бесчувственной, нерадящей о спасении своём, мёртвой для Бога, и очень естественно, что таким образом проведя свою земную жизнь, она за гробом не радости готовит себе!..

Московская купчиха Павла Ивановна Моисеева поведала бывший с нею дивный случай.

Родилась она в расколе, а замуж вышла за православного; муж её был человек благочестивый и очень кроткий; он сказал ей, что отдаёт на её волю или держаться той веры, в которой была воспитана, или перейти в православие; хотя ему и желательно было, чтоб она познала истину, присоединилась к Православной церкви, но он предоставлял ей свободу, и она пребывала в расколе. Так они несколько лет прожили. Но Господь по милосердию Своему не оставил её в душепагубном заблуждении; обращение её последовало таким образом: началось со внутренней душевной скорби, при коей зародилось сомнение в истине раскола, сомнение это, как она объяснила мне, терзало её, и это длилось несколько времени. Однажды в день воскресный во время заутрени от сильной внутренней скорби она не могла спать и в томительном раздумье подошла к окну, которое выходило к церкви Иверской Божией Матери и святого великомученика Георгия, что на Всполье (на большой Ордынке). В церкви в это время совершалась уже ранняя литургия, было темно, и в этой темноте она сподобилась увидеть славу Божию: над крестом святого храма, в коем совершалась ранняя литургия, она увидела пылающее пламя, чем она была так поражена, что от страха упала на близ стоявший диван; придя в себя опять, она подошла к окну и снова сподобилась увидеть это божественное явление. После этого, нимало не медля, присоединилась она к Православной церкви и была ревностная христианка. Скончалась близ Киева, в Голосееве, где построила странноприимный дом. Когда она рассказывала мне о бывшем ей небесном видении, то, хотя уже много лет прошло, как она сподобилась этой благодати, но, вспоминая о сем, она не могла удержаться от слёз и сильного душевного потрясающего волнения, чему я был свидетель. И.А.

Близ села Промзина живёт некий благочестивый христианин. Не имея детей, он взял на воспитание племянника своего, 4-летнего мальчика Петра. Случилось – пришли к нему дети родных его и отправились купаться, взяв с собою Петю, который по неосторожности утонул, и сколько ни искали его, найти не могли. Вскоре после этого несчастного случая шла лесом близ Промзина поселянка с дочерью, и послышался им стон; они близ себя осмотрелись, но ничего не увидели. Пришедши в Промзино, они рассказали о сем жителям, из коих многие отправились для розысков и нашли в тростнике сидящего на камне Петю в рубашке, бледного и истомлённого. С удивлением и недоверием подошли они к нему и спросили: «Ты ли это, Петя?» – «Я», – отвечал он. – «Как ты сюда попал?» – «Дедушка меня сюда привёл». – «Чай ты голоден?» – «Нет, я сыт, меня дедушка кормил». – «Ты, верно, озяб?» – «Нет, меня дедушка шубкой покрывал».

Итак, взяли его с радостью, славя Бога и великого угодника Божия святителя Николая, к коему отнесли это преславное чудо, так как в их селе находится чудотворный образ сего скорого в бедах помощника. Это случилось в 1877 году. Рассказано лично тамошним священником игумении симбирского женского монастыря, а мне сообщён духовной моей дочерью А.И. Иеромонах Арсений.

(Из творений святого Ефрема Сирина)

Возведи очи свои на небо, когда оно, подобно чистому зеркалу, со славой осиявает звёздами землю, и в удивлении скажи: если звёзды сияют с такой славой, то кольми паче праведные и святые, сотворившие волю Святого Бога, в тот час, когда приидет Господь, воссияют неизглаголанным светом спасительной славы.

Вспомнив же о страшном оном пришествии, содрогнись телом и душой и с сердечной болезнью скажи себе: каким же я, грешный, окажусь в этот страшный час? Как предстану престолу страшного Судии? Как мне, рассеянному, иметь место с совершенными? Или как мне, козлищу, стать с овцами одесную Христа? Или как мне, бесплодному, оказаться в числе святых, совершивших здесь плоды правды?

Мученики покажут свои муки, подвижники – свои добродетели; а я что покажу, кроме своего нерадения и всегдашних себе поблажек?

О душа грешная, душа бесстыдная, душа ненавидевшая всегда богоугодную жизнь! Долго ли увлекаться тебе худым навыком к лукавым помыслам? Чего ждёшь в нерадении своём?

Думаешь, что укоснит прийти Судия? Не укоснит Он, но, как страшная молния, будет пришествие Его с небес.

Постарайся же оказаться готовой в тот страшный час, чтобы не плакать там во век века.

(Оттуда же)

Очисти меня благодатью Твоею, милосердный Отец! Отри скверны мои всеочищающим иссопом Твоим и исцели язвы мои, чтобы возблагодарил я благодать Твою!

Я пал; восставь и укрепи меня, Господи! Ибо Ты восставляешь всех падших. Простри ко мне руку и снова оживотвори меня Твоими щедротами.

Противник обманул меня, совлёк с меня и похитил всё моё убранство, сделал, что остаюсь бесплодным и должен идти туда, обнажённый от всего. Милость Твоя да будет мне ризой в день суда!

Велик страх в тот день суда, когда каждый даст отчёт в делах своих, в помыслах и даже в мановении очей. Ты оправдай меня тогда, Судия мой; ибо хоть и виновен я, но имею волю каяться.

Терзаться и беспредельно мучиться будет сердце наше, когда прейдёт всё, возбуждавшее в нас похотения, когда всякий предстанет обнажённым и поведён будет к ответу.

Тогда горе тому, кто, подобно мне, соделал множество беззаконий, кто грешил и скрывал свои грехи, чтоб не быть посрамлённым здесь! Там в день суда будут указывать на него перстами.

Беззакония мои умножились, дни мои протекли и исчезли, приближается время конца, а покаяния нет во мне. Если не будет места щедротам, горе мне в день суда!

Блажен человек, который потрудился немного в этом мире; ибо он наследует царство в мире непреходящем. За малый труд приобретёт он великое наследие.

На суде Твоём. Господи наш, нет лицеприятия; тогда каждому воздано будет по делам его; у кого дела хороши – тому царство, а у кого худы – тому мучение.

Отверзи мне дверь щедрот Твоих, надежда кающихся, и простри ко мне руку Твою, исполненную врачевств, чтобы обвязала струпы мои и исцелила язвы мои.

Воля моя отказывается следовать Твоей воле. Ты Сам покори меня воле Твоей, чтобы через то получил я спасение и прославил волю Твою, которая благоволит к кающимся.

Милостиво приими молитву мою о примирении с Тобою и по благости Твоей даруй мне жизнь в пришествие Твоё; и посрамится лукавый, когда увидит, что помиловала меня правда Твоя.

О суде

1. Суд бывает частный для каждого верующего христианина немедленно после его смерти, и будет общий для всех человеков по втором пришествии на землю Господа нашего Иисуса Христа. И тот, и другой суд есть суд Божий. Суд частный предваряется истязаниями души от ангелов падших; человек при жизни подчинялся падшим ангелам произвольно: потому и должен первоначально окончить расчёт свой с падшим ангелом, сообразно тому, в какой степени расторгнуто христианином общение с отверженным духом при помощи искупления. На общем суде должны предстать на истязание и падшие духи, и увлечённые ими человеки, как согрешившие пред величеством Божества: почему Сам Бог, само Слово Божие, Которое приняло на Себя человечество, Которым совершено наше искупление и Которым подобало бы спастись всем нам, произведёт суд над нами всеми падшими и не очистившимися покаянием. Будем судимы по Евангелию. Сказал Господь: отметаяйся Мене и не приемляй глагол Моих имать судящаго ему: слово, еже глаголах, то судит ему в последний день. Яко Аз от Себе не глаголах: но пославый Мя Отец, Той Мне заповедь даде, что реку и что возглаголю. И вем, яко заповедь Его живот вечный есть (Ин.12:48–50).

2. Спаситель приидет, чтобы судить живых и мёртвых; ибо Отец не судит никого, но всякий суд отдал Сыну (Ин.5:22); и на сие Христос и умре и воскресе, да и мертвыми и живыми обладает (Рим.14:9).

3. Хотя все без изъятия люди на суд предстать должны, но суд особенным образом отнесётся к верным, ибо не веруяй уже осужден есть (Ин.3:18). Почему и у Матфея одни только верные на суд приводятся и о делах, а не о вере истязуются.

4. Полунощи вопль бысть: се, Жених грядет, исходите в сретение Его (Мф.25:6). Якоже бо бысть во дни Ноевы, тако будет и пришествие Сына Человеческаго: якоже бо беху во дни прежде потопа, ядуще и пиюще, женящеся и посягающе, до негоже дне вниде Ное в ковчег, и не уведеша, дóндеже прииде вода и взят вся: тако будет и пришествие Сына Человеческаго (Мф.24:37–39). Приидет день Господень яко тать в нощи, в оньже небеса убо с шумом мимо идут; стихии же сжигаемы разорятся, земля же и яже на ней дела сгорят (2Пет.3:10). Егда бо рекут: мир и утверждение, тогда внезапу нападет на них всегубительство, якоже болезнь во чреве имущей: и не имут избежати (1Фес.5:3).

5. Определяющий всё мерою и числом (Прем.11:21) назначил миру определённое время бытия.

6. Настанет наконец время, когда Божественные предопределения о мире исполнятся, все средства творческой премудрости и благости к спасению человека достигнут своей цели, когда тварь, Богом созданная и воссозданная, придёт в назначенную для неё меру совершенства, а всё несовершенное, неисправимое в ней должно будет от совершенного отделиться и потребиться.

7. Пророк Даниил в 7-й главе своих пророчеств и Иоанн Богослов в 20-й главе Апокалипсиса объявляет, что в день судный разгнутся книги, – в которых написано всё содеянное нами во время земной нашей жизни. Никто не избежит страшного суда Божия, ни один грешник не останется без наказания, будет ли то язычник, руководящийся в своих поступках одним только врождённым человеку естественным законом; или иудей, кроме естественного закона, получивший через Моисея Богом писанный закон, или христианин, имеющий трёх руководителей к добродетели: закон естественный, закон Моисеев и закон евангельский.

8. Род человеческий, по усилившейся гордости и ненависти друг к другу, навлекает на себя мщение Божие, которое, по откровению Иоанна Богослова, начало сбываться и совершаться.

9. Пророк Исаия говорит: огнем бо Господним судитися будет вся земля (Ис.66:16).

10. Приити бо имать Сын Человеческий во славе Отца Своего со Ангелы Своими: и тогда воздаст комуждо по деянием его (Мф.16:27).

11. Будет судьёй мира Господь наш Иисус Христос, но это уже не кроткий учитель, от которого на стогнах и во градех мы слышали отпущение грехов и свободу духа; это уже не муж скорби и болезни, который страдал, как агнец безгласный и истощил себя до крестной смерти (Ис.53:7). Это лев от колена Иудова (Быт.49:9), восстающий со всеми грозными знамениями своего пробуждения; это Господь, ревнующий по оскорблённой правде и святости; это Царь, облечённый во Свою и Отчую славу. Сам Он говорит: се, гряду скоро, и мзда Моя со Мною (Откр.22:12). И святой пророк Исаия говорит: се, день Господень грядет неисцельный, ярости и гнева (Ис.13:9).

12. Первое пришествие Сына Божия было тихое и смиренное; второе будет скорое и славное. Якоже бо молния исходит от восток и является до запад, тако будет пришествие Сына Человеческаго (Мф.24:27).

13. Господь скажет тогда немилостивым людям, которые в жизнь свою не были сострадательны к бедным, неимущим: Идите от Мене, проклятии, во огнь вечный!

14. Судима будет молодость и старость, неизвестность и знаменитость, низость и высота всех человеков без изъятия.

15. Никто не избежит суда; но при одном виде грозного Судии возрыдают все племена земные (Откр.1:7). Все народы и каждый порознь человек, в полном своём составе, то есть с телом и душой, станут и будут отвечать на страшном, всемирном этом судилище пред лицем Бога правосудного, пред лицем Его Ангелов и пред лицем всех святых.

16. Блаженный Августин изъясняет, что огнь неугасающий относится к телу, а червь неумирающий к душе (книга 21, глава 9).

17. Много огня в глубине земли и в пространстве неба; теперь повеление Господне сдерживает огненную стихию в должных пределах; но по тому же повелению Господню огонь земной и огонь небесный могут выступить из своих вместилищ и обнять мир, как некогда потопная вода выступила из вместилищ неба и земли и покрыла землю (2Пет.3:6–7).

18. Представьте себе: вдруг разверзается бездна и расстилается страшно клокочущий огонь на необозримое пространство. И вы видите в этой страшной бездне всех, отверженных Богом; они в ужасе, в тоске, в замирании; огненное пламя постоянно жжёт, но окончательно не сожигает их, они мучатся, – и отрады никакой не видят, и это плачевное состояние должно быть вечное, неослабное, безнадёжное и неизменяемое. Пройдут веки за веками, тысячелетия за тысячелетиями; потеряется всякое исчисление времён, а адским мучениям не будет конца.

19. Христос кротко и человеколюбно пасёт тех, кои вверяют себя хранению Его. Но те, которые с ожесточённой злобой свергают с себя иго Его, возчувствуют некогда, какой силой вооружён придёт Он на них. Ибо не без причины сказано: упасеши я жезлом железным, яко сосуды скудельничи сокрушиши я (Пс.2:9).

20. Люди богатые, знатные и просвещённые, не желающие познать истины, будут мучиться достойно своей вины. В Апокалипсисе сказано: Елико прославишася и разсвирепеша, толико дастся им мук и рыданий (Откр.18:7). Иисус же Христос сказал: Небо и земля прейдут; словеса же Моя не прейдут (Мк.13:31).

21. Какие кто из верующих во Христа делал дела, добрые ли или злые, те в день суда и откроются. Последний день суда откроет всё: огнь Божия правосудия искусит дело каждого, каково оно, – благо или зло, и ежели по искушении дело человека останется не сокрушённым, – человек получит награду, то есть небесное царствие; ежели же дело его не устоит пред лицом огня, оно «отщетится», и человек предан будет вечному мучению.

22. Слово Божие ясно открывает нам, что кончина мира будет состоять в изменении его (Пс.101:26–27. 2Пет.3), что для нашей земли это изменение произойдёт именно посредством огня (2Пет.3:7–10). Тогда явится новое небо и новая земля (Ис.65:17; 66:22. 2Пет.3:13. Откр.21:1), не вновь из ничтожества воззванные к бытию, но образованные и устроенные посредством изменения прежнего неба и прежней земли.

23. Тогда восплачутся вся колена земная (Мф.24:30). Люди смятутся страхом тяжким и ужаснутся (Прем.5:2) при виде Сына Божия, окружённого бесчисленным множеством ангелов и готового судить дела, слова, самые помышления наши. Внезапность пришествия Сына Божия (Мф.24:27) и неготовность предстать на суд Его – вот причины чрезвычайного страха при кончине мира! Поздно тогда прибегать к молитве и покаянию: прошло время, данное для приготовления к загробной жизни, и двери милосердия Божия затворены для кающихся. Что всего страшнее на страшном суде – это решительный, окончательный приговор Судии – вечно страдать грешникам в огне геенском (Мф.25:41).

24. Конец мира придёт тогда, когда Евангелие царствия проповедано будет по всей вселенной всем народам (Мф.24:14).

25. Осуждённых на вечное мучение постигнет отлучение от Бога, вечный огонь, сожительство с диаволом – ужасное отчаяние и скорбь.

26. Как будет воскресение мёртвых, апостол Павел запрещает человеку входить в такое таин Божиих испытание. Речет некто, – пишет он к Коринфянам, – како востанут мертвии? Коим же телом приидут? Безумне, ты еже сееши, не оживет, аще не умрет; и еже сееши, не тело будущее сееши, но голо зерно. Бог же дает ему тело, якоже восхощет (1Кор.15:35–38).

Предлагаем вниманию читателей наших несколько полученных нами заявлений о благодатных исцелениях.

1. Вот что пишет игумен Переяславского Макарьевского монастыря о.Парфений:

К назиданию истинно верующих, считаю долгом сообщить вам случаи исцелений, переданные мне одним из боголюбивых переяславских жителей, 73-летним старцем – Тимофеем Бутником.

а).Переяславские же жители Андрей Шаповал и Василий Веровский долгое время страдали головной болью. Болезнь наконец обратилась в хроническую. Оставив все обыкновенные лечения и свои, по невозможности, даже обыденные занятия, они с терпением отдались в волю Божию. Узнав по слухам о таком их несчастии, р.Божий Тимофей одному из них – Андрею, дал изображение святого Пантелеимона, чтобы он прикладывал к больной своей голове, а другого, Василия, по случаю болезни посетивши, сам приложил образ к его голове. Оба выздоровели; а последний, состоя на службе в местном здесь полицейском управлении, когда проводил своего дорогого гостя, нежданно подавшего ему через святого Пантелеимона исцеление, тотчас же отправился на свою должность, воздавая благодарение Богу и Его угоднику.

б).Жена коллежского асессора Любовь Демьяновна Яковлева заболела в начале 1882 года злокачественной жабой в горле, вроде дифтерита. Горло до такой степени опухло, что не только есть, но и проглотить воды не могла. Несмотря на то, что муж её сам врач, она в испуге послала за другим доктором. Прибывший врач, осмотрев больную, пожелал пригласить на консилиум ещё одного доктора. Опухоль в их глазах распространялась с такой силой, что все собравшиеся врачи не знали, что предпринять не только к излечению, но даже к облегчению болезни. Опухоль запирала уже дыхание, и смерть казалась неизбежной. В это время стоял у изголовья больной помянутый старец Тимофей с известным уже изображением святого Пантелеимона. Когда врачи, прописавши какую-то микстуру и что-то вроде припарки, уходили от безнадёжно больной, то р.Божий Тимофей положил на голову её принесённый им образ святого целителя. Не успели доктора дойти до ворот двора, как болящая в радости попросила предстоящих воротить их назад. И когда они подошли к больной, то она вместо слов со слезами на глазах показала им только что изблёванную ею из горла зловонную материю, которая и при них продолжала при каждом от кашля напряжения выпадать целыми кусками. В их глазах она сама уже придерживала на своей голове изображение святого Пантелеимона. Укрепляясь, она во всеуслышание благодарила Бога и Его угодника, отведшего её от врат смертных. Старший доктор К-ский, в удивлении стоя и наблюдая, приписал совершившееся над болящей силе Божией, которой вся возможна; другой же, молодой, – только смотрел да молчал.

Болевшая р.Божия Любовь после сего скоро оправилась и в апреле или мае сама приходила в полном здоровье ко мне, нижеподписавшемуся, и сама лично повторила рассказанное о её болезни и исцелении Бутником. С истинным чувством благодарения небесному врачу святому Пантелеимону просила отслужить тогда же благодарственный молебен и затем поминать её имя на совершающихся еженедельно с акафистом молениях перед имеющимся в монастыре, присланным со святого Афона, чудным образом святого целителя. И теперь она с семьёй благоденствует.

Как умеющего несколько писать, – я попросил Бутника передать всё вышеизложенное письмени для большего в том удостоверения во славу Божию, что он с охотой и исполнил.

Но утверждая истинность сказанного своим подписом и клятвой, понуждаемый, как он говорит, неведомой силой, ещё сообщил о себе, что он, Тимофей, обязан святому Пантелеимону возможностью и теперь, несмотря на свои преклонные лета, своими трудами зарабатывать себе насущный кусок хлеба; именно: «Имея у себя небольшое кирпичное заведение, при работе обвалился на него сложенный в счётные кучи кирпич. Удерживавшая падение правая рука обвалом сильно была поражена. Вместо обыкновенных в таких случаях лекарственных пособий он, Тимофей, обратился за помощью к святому целителю. И когда к ушибленной почти до перелома руке приложил имеющийся у него образок святого Пантелеимона, то боль тотчас уничтожилась, но на поражённой кости образовался и ныне существует отвердевший от того, безболезненный впрочем, нарост, не мешающий ему ещё и теперь в таких летах чётко и довольно твёрдо даже писать. Явно, что нарост остался у него в знамение и на память явленной к нему милости Божией и к назиданию верующих. Игумен Парфений. 1 января 1883 года, город Переяслав».

2. Управляющий имением господина Паншина (близ станции Скуратово Московско-Курской железной дороги) коллежский регистратор Пётр Григорьевич Миткевич пишет следующее:

«Не могу умолчать о столь важном событии, совершившемся в Алексеевских выселках близ хутора Тульской губернии, Белёвского уезда, явленном силой Господа нашего Иисуса Христа по молитвам святого великомученика и целителя Пантелеимона. Крестьянин Михаил Новиков, 38 лет, человек богобоязливый, имеющий жену также благочестивую женщину, в бывшие жары, между 13 и 18 числами июля, от многого питья холодной воды сильно заболел брюшным тифом. Жена сего крестьянина в слезах является ко мне и просит лекарства мужу (так как я всех крестьян лечу своими домашними средствами). Зная, что больному помочь ничем нельзя и даже доктор, полагаю, не мог бы помочь, я вспомнил, что у меня есть вода от святого великомученика Пантелеимона, Спасителя и Богоявленская; соединив эти воды в пузырёк, дал я жене больного, чтобы она, придя домой, сначала прочла с усердием: „Отче наш“, „Богородице Дево, радуйся“ и попросила помощи у святого Пантелеимона; потом дала выпить больному, повторяя это несколько раз в день, а также покропила в избе. Давая эту воду, я не ожидал, чтобы больной был жив, и все соседи отчаивались в его выздоровлении. На третий день Новиков уже совершенно был здоров и наравне с другими работал в поле».

«Сие событие могут засвидетельствовать, кроме священника села Мокрого о.Луки, ещё многие из жителей деревни Алексеевки и других окрестностей. Кроме сего, около полутора лет тому назад моя родная дочь Вера Миткевич также была исцелена святым угодником Пантелеимоном от брюшного же тифа. В бытность её в московской клинике все доктора высказались, что она не будет жива; а когда пригласили мощи святого Пантелеимона, отслужили молебен с водосвятием и дали ей напиться, – то с того же момента она стала чувствовать себе облегчение. Это событие было в конце марта 1882 года».

3. Из города Ростова-на-Дону ветеринарный врач Александр Александрович Соборнов сообщает нам.

«Зимой 1875 года по делам службы я был в Рыпушкальской волости Олонецкого уезда. В течение нескольких месяцев пребывания здесь я занимался прекращением чумной заразы, существовавшей тогда на скоте упомянутой волости. Вследствие различного рода неприятностей, нравственных потрясений, которые мне пришлось испытать в это время, я, будучи впечатлителен, впал в глубокое тяжёлое уныние, мной овладела страшная тоска, что серьёзно грозило отразиться и на моём физическом и нравственном здоровье. От тоски и уныния я не знал, что делать. Тяжёлое это состояние продолжалось уже немалое время, и не знаю, долго ли оно ещё продолжалось бы, если бы мой хороший знакомый, дружески расположенный ко мне, М.В.Егоров не побудил бы меня приехать в Ондрусовскую обитель Олонецкого уезда и губернии, в которой под спудом почивают мощи святого угодника Божия Адриана Ондрусовского. Прибыв в обитель святого угодника Божия, мы (то есть я и господин Егоров) отслужили молебен у раки святого угодника.

Во время молебна я находился в каком-то одеревенелом состоянии. По окончании молебна я с великим трудом мог приложиться к раке святого угодника, – меня как будто кто-то не допускал до сего; но, приложившись к раке, я тотчас же почувствовал полное облегчение, „как бы гора свалилась с плеч“, на душе сделалось легко и отрадно, вернулись ко мне прежняя живость, энергия, прояснился ум. Я исцелился. О сем исцелении я неоднократно хотел писать, но за житейскими треволнениями всё откладывал. Ныне я, считая грехом долее утаивать о сем исцелении, пишу об этом в часовню святого великомученика Пантелеимона, позволяя себе надеяться, что всё вышеизложенное помещено будет на страницах „Душеполезных размышлений“. 1882 год, 27 сентября, город Ростов-на-Дону».

4. Помещица Тамбовской губернии Липецкого уезда Александра Карловна Ефимова пишет:

«Сын мой трёх лет, вообще болезненный, страдал в продолжении года от лихорадки. В июле месяце 1881 года у него за ухом явилась опухоль в железах, а через несколько дней перешла за другое, образовав таким образом опухоль под всей шейкой; ребёнок слёг в постель, не принимал пищи, впал в забытьё. Это было в деревне. Доктора не застали дома, и я пришла в большое уныние. Матушка моя посоветовала отслужить молебен святому великомученику и целителю Пантелеимону и приобщить ребёнка Святых Христовых Таин. Это было на другой день празднования святому великомученику – 28-го июля. Во время молебна священник читал Евангелие над больным, который был недвижим и в забытьи. Ночью, слыша, что он пошевельнулся, я подошла спросить – не желает ли он пить или чего другого, а он в ответ говорит мне: „Мама! Ты молилась, так вот что надо сделать“, и при этом перекрестился, что повторил ещё раз, повторяя и вышесказанные слова. Посидев немного в постельке, он заснул спокойным сном. На другой же день встретил священника со Святыми Дарами на ногах, в обычном одеянии. Приобщившись, он был весь день весел, играл, кушал. Чудо было явное и всей семьёй нашей признанное. – Но в радости нам не пришло в голову возблагодарить угодника вторичным молебном. К ночи ребёнок ослабел, появился жар; опухоль возобновилась, прибавилась даже ко рту под языком, и так сильно, что язык был поднят к нёбу, жар дошёл до 40°. В таком положении он был до 3-го августа. Вызванный доктор признал его безнадёжным; хотя и послали в город за лекарством, но мужу моему и мне пожелалось отслужить молебен перед чудотворной древней иконой Вседержителя, во время которого ребёнок пришёл в себя, но слабость была невыразимая; ему подняли головку, чтобы он приложился к иконе; после этого он заснул, и на другой день проснулся рано совершенно здоровым, и с тех пор, благодаря Господа, по молитвам святого угодника Своего, наш малютка здоров, и даже крепче, чем был до болезни».

5. Из Гусевского завода Владимирской губернии Касимовский мещанин Семён Борисович Камнев пишет так:

«Считаю святой обязанностью не умолчать о дивном чуде, явленном помощью святого великомученика Пантелеимона над детьми моими. Сын мой Михаил, бывши 7 лет, по неосторожности разбил каменное блюдо и черепком его сильно разрезал себе руку, что нас очень перепугало. Это было в деревне, помощь врача была немыслима: во-первых, по расстоянию, во вторых, по средствам; вот мы, оба с женой, видя дитя своё так ужасно пострадавшее, прибегли за скорой и вернейшей помощью к святому и великому чудотворцу Пантелеимону и что же видим? Сын наш Михаил, как мёртвый, заснул, и через два дня уже не только чтобы ощущал боль, но как будто ничего с ним и не было; а между тем рассечённое место так велико было, что рубец и по сие время ещё виден, хотя с этого времени прошло уже более 4-х лет. Второй сын мой Иоанн был ещё более опасен и беспомощен; он страдал умственным расстройством, или помрачением ума; хотя и пользовался от земных врачей, но я уверен более всего в помощь небесного врача святого великомученика Пантелеимона, потому именно: когда я взял от врача сына своего, то он был ещё не в здравом рассудке, лечить его более у меня не было средств, и нельзя было обращаться за помощью к людям; хотя на первый раз и была мне оказана на этот предмет помощь одним из благодетелей, но после 2-месячного лечения болезнь не прекратилась. Вот в это-то весьма скорбное и трудное время я и просил от чистого сердца святого заступника Пантелеимона, и тут же начал замечать, что сыну моему стало много лучше, так что в скором времени он опять стал учиться в гимназии и теперь продолжает учение в университете благодаря своего небесного Покровителя совершенно в добром здоровье. Вот уже прошло с тех пор 4 года. Во всё это время я и сам часто был болен, но сознаю, что получил большую благодать и помощь от святого и великого угодника Пантелеимона».

6. Владимирской губернии, Юрьев-Польского уезда, села Лыкова крестьянин Иустин Филиппов Власов пишет:

«Вот уже минуло полтора года, как я избавлен был от неминуемой напасти. За грех считаю умолчать о чуде, совершившемся надо мной от святого великомученика и целителя Пантелеимона. Когда я ехал из своего села Лыкова в село Черкушено (в 25 вёрстах) с возом хлеба для продажи на базаре, лошадь моя так заболела в пути, что на каждой полуверсте должна была ложиться, и я не думал доехать до вышесказанного селения. Не знаю, что за причина была её болезни. В испуге от такого горя я призвал святого великомученика и целителя Пантелеимона в помощь, и только что успел произнести слова: „Святой Целебниче, помоги мне“, как лошадь встала и укрепилась, и я благополучно прибыл на место. Но потом я уже забыл поблагодарить Бога и страстотерпца Христова, как вот постигло ещё новое горе: сын мой Илья, одного года и 4 месяцев, 4-го декабря 1882 года сильно заболел. У него опухло горло так сильно, что равнялось голове; мы не чаяли, что выздоровеет. Малютка лежал на руках у матери, испускал тяжёлые вздохи, ему всё становилось труднее, так что и глаз не открывал. И вот я вспомнил о неисполнении своего прежнего обещания, немедленно пришёл в наш храм Покрова Пресвятой Богородицы, попросил отслужить молебен с водоосвящением перед иконой целебника и страстотерпица Христова Пантелеимона (которая прислана с святого Афона), принёс тёплую молитву, и приходский наш священник о.Сергий помянул за обедней болящего. Придя домой, напоили дитя больного святой водой, и опухоль стала пропадать. Он вскоре же выздоровел».

Явление Господа по воскресении Марии Магдалине

(Из творений святителя Тихона)

Христос, умерши за грехи наши, в третий день восстал из мёртвых и в течение четыредесяти дней являлся ученикам Своим и апостолам, и прочим верным Своим, и различно доказывал им Своё восстание, и глаголал о Царствии Божии (Деян.1:3). Так Он дело Своё сотворил, ради которого в мир пришёл. Царства земная, пойте Богу, воспойте Господеви, возшедшему на небо небесе на востоки (Пс.67:33–34). Пою Тя, слухом бо, Господи, услышах и ужасохся! До мене бо пришёл еси, мене ища заблудшего. Тем многое Твоё снисхождение, еже для мя, прославляю, Многомилостиве! Христианине! Постоим здесь мало и посмотрим на спасительное восстание Христово. Восстал из мёртвых Христос. Отсюду великое утешение и радость нам проистекает. Восстал Христос и тем показал нам, что Он над всеми нашими врагами, диаволом, грехами, смертью и адом, яко Сильный в крепости, восторжествовал и даровал нам победу над ними. Уже бо грехов, диавола, смерти и ада не боимся. Христос – наше оправдание, освящение и избавление. Иже предан бысть за прегрешения наша и воста за оправдание наше (1Кор.1:30. Рим.4:25). Аще бо Бог за нас, кто на нас? (Рим.8:31). Сие утешение и радость подаёт нам восстание Христово! Откуда по восстании Своём женам мироносицам глаголал: Радуйтеся! (Мф.28:9). И апостолам благовествовал: Мир вам! (Ин.20:20–26). Как бы сказал: «Не бойтеся! Я ваши грехи Своею кровью очистил; Бога вам, и вас Богу примирил; Отца Моего вашим Отцем сделал. Восхожду бо ко Отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему (Ин.20:17). Диавола победил и посрамил, и от того власти вас исхитил; от смерти и ада вас избавил, и Царствие Божие вам отворил. О сем и всем концам земли проповедуйте; и рече им: шедше в мир весь, проповедите Евангелие всей твари» и прочее (Мк.16:15). Сея радости и утешения все верные приобщаемся! О Пасха велия и священнейшая, Христе! О мудросте и Слове Божий и Сило! Подавай нам истее Тебе причащатися в невечернем дни царствия Твоего! (Из канона святой Пасхи).

Восстал Христос, надобно и нам со Христом восстать, да и на небо с Ним вознесёмся. Двоякое есть восстание: телесное и душевное. Телесное восстание будет в последний день; о сем глаголем в Символе Святом: чаю воскресения мёртвых. Душевное восстание есть отстать от грехов, и от суеты мира отвратиться, и быть в истинном покаянии и вере, противу всякого греха подвизаться, волю небесного Отца творить, правдой Ему и Христу Сыну Божию смирением, любовью, кротостью и терпением последовать. И сие-то есть новая тварь, о которой глаголет апостол: Аще кто во Христе, нова тварь, есть новый человек, обновлённый покаянием и верой, есть истинный христианин, есть живой член Христов и наследник Царствия Божия (2Кор.5:17). Нового сего человека дело есть: смиренно на земли жить, славы, чести и роскоши всякой убегать, горняя мудрствовать, а не земная, зла за зло не воздавать и досаждение за досаждение, любить врагов своих, благословлять кленущих себе, добро творить ненавидящим себе, и молиться за творящих себе напасть и изгонящих себя и прочее (Мф.5:44). Сии суть дела человека, восставшего от душевной смерти и в новой жизни живущего! Так, кто ныне от мёртвых восстанет, в последний день воскреснет в вечную жизнь. Блажен и свят, иже имать часть в воскресении первем: на нихже смерть вторая не имать области (Откр.20:6). Аминь.

Се тьма и рано: что у

гроба стоиши, Марие?..

Лишь только минула великая суббота, лишь только занялась ранняя заря светоносного дня Воскресения, еще сущей тьме (Ин.20:1), спешат ко гробу Жизнодавца святые жёны мироносицы, и раньше всех святая Мария Магдалина. Ни темнота ночи, ни пустынное одиночество загородного сада, где был погребён Господь, ни страшное соседство с этим садом Голгофы с её крестами, мимо которых приходилось идти, шагая, быть может, через черепа казнённых тут преступников (и самое слово Голгофа значит череп), – ничто не остановило усердия неустрашимой жены, которая на этот раз оказалась мужественнее самих мужей – апостолов, вероятно, остававшихся в то время в горнице Сионской, где и двери были заключены страха ради иудейска. Верно сказал Апостол любви, святой Евангелист Иоанн Богослов, что совершенная любовь вон изгоняет страх (1Ин.4:18). Все опасности забыты; у Магдалины одна дума, одна забота: отдать последний долг Божественному Учителю – помазать святое тело Его уготованными ароматами, чего не успели сделать, как должно, Иосиф и Никодим в своё время при погребении Господа. По-видимому, она даже не думает и о том, что так беспокоит других святых жён-мироносиц, которые немного позднее шли к тому же гробу и тревожно рассуждали: кто отвалит им камень от дверий гроба, который отвалить было не по силам для слабых женщин. Но вот и сад Иосифа Аримафейского; вот и скала, в недрах которой была иссечена пещера погребальная. Мария взглянула и – в изумлении остановилась… Что это значит? Камня нет на своём месте, вход в пещеру открыт. Итак, кто-то раньше неё побывал уж здесь, но – кто и зачем? Апостолы никуда не выходили ещё из своего убежища, – это она хорошо знала: – уж не надумали ли безбожные иудеи наругаться над бездыханным телом её возлюбленного Учителя и Господа? Эта мысль, как острая стрела, поразила её любящее сердце, и вот она, не теряя времени, смущённая, бежит к Симону Петру и другому ученику, егоже любяше Иисус, и спешит поведать им нерадостную новость. Взяша Господа из гроба, – говорит она прерывающимся от волнения голосом, – взяша, и не вем, где положиша Его!.. Вы – други и верные ученики Его, кому же, как не вам, знать, куда девалось тело нашего Учителя и Господа? А если вы не знаете, если это дело врагов Его, то вы – не то, что мы, слабые женщины, вы скорее нас можете разыскать Его… Встревоженные неожиданным известием апостолы бегут ко гробу; не отстаёт от них и усердная ученица Христова. Осмотрев гроб, ученики уходят: Пётр в глубокой задумчивости, Иоанн – в сердечной уверенности, что Господь воскрес. Но Магдалина осталась у гроба. Зачем?.. Се тьма и рано, что у гроба стоиши, Марие? – вопрошает царь Лев в утренней стихире евангельской. – Да куда же ей теперь идти, когда у неё отнято последнее утешение – ещё раз облобызать пречистые стопы её Божественного Целителя и Учителя, ещё раз смешать свои слёзы с ароматами и излить их на Его пречистые язвы? О какое лютое, нестерпимое горе переполняет теперь святую душу верной ученицы Христовой! С чем она придёт к многоскорбной Матери Иисусовой? Что скажет в утешение Ей – Пренепорочной Агнице? И без того безмерно тяжела была скорбь Пречистой Девы-Матери, и без того лютое оружие проходило Её святую душу, терзало Её материнское сердце, – Магдалина ведь разделяла с Нею эту великую скорбь, она неотлучно была при Матери Иисусовой во все эти тяжкие дни Её нестерпимых страданий сердечных, – а что будет с Нею, Преблагословенной, когда Она узнает, что и тела Божественного Сына Её враги не оставили в покое, что Она лишена даже и того малого утешения, коего не лишается самая несчастная в мире мать – сидеть и плакать у гроба, сокрывающего останки дорогого её сердцу детища?.. От Пречистой Девы её мысль невольно обращалась на самоё себя, и сердце снова болезненно сжималось от томительного чувства ничем не заменимой потери в лице Божественного Учителя… Ведь она только и жила Им и ради Него, – Он был для неё – всё: от Галилеи до Иудеи и от гор Магдальских до этой мрачной Голгофы она шла по Его стопам, ловила каждое слово благодати, исходящее из уст Его, утешалась любовью к Нему всего этого простого, презираемого фарисейской гордостью народа, с благоговением взирала на дивные дела милосердия, на чудеса, обильно истекавшие от руки Чудотворца – Богочеловека, поучалась от Него небесной добродетели смирения, и – чем могла – служила Ему и Его Пречистой Матери… И вот не стало её возлюбленного Учителя, и о, если бы по крайней мере Его пречистое тело было тут, в этой пещере, в этом прекрасном уединённом садике Иосифа! – Тогда она стала бы ходить сюда с Его осиротевшей Матерью, стала бы делить с Нею горе сиротства беспомощного, стали бы они обе или же и с другими женами-мироносицами оплакивать свою потерю невознаградимую, как горлицы пустыннолюбные воркуют и тоскуют о потере присных своих… Но нет Его, нет даже тела Его здесь, унесли, украли и – не ведает она, где положили Его. Думы одна другой безотраднее, чувства одно другого горестнее, как мрачные облака, облегали скорбящую душу Магдалины, и она решилась выплакать тут, у этого священного вертепа, в тишине уединённого сада, всю невыразимую горечь своего израненного сердца, – благо никого тут нет, никто ей не помешает, – и вот она стоит и горько, горько плачет!.. И якоже плакашеся, – благовествует евангелист, – приниче во гроб. Приникла – наклонилась, быть может, и не впервые наклонилась в пещеру, чтобы ещё раз взглянуть на дорогое место, идеже бе лежало тело Иисусово, но где – увы – теперь его не было! – И виде два Ангела в белых ризах седяща, единого у главы, и единого у ногу – на смертном ложе Иисуса. Вся погруженная в свои скорбные думы, она вовсе не обратила внимания на то: откуда взялись эти светоносные юноши? Отчего в пещере так светло, когда и в саду ещё всё покрыто полумраком раннего утра? Её сердце тяжёлым камнем давила одна неотвязная мысль: «Взяли Господа моего, и не знаю, где положили Его!» Потому и на вопрос ангелов: Жено, что плачешися? – она только и могла повторить всё те же горькие для неё слова. – И сия рекши, обратилась вспять – как бы невольно оглянулась назад, и виде Иисуса стояща, и не ведяша, яко Иисус есть. Может быть, смущение и слёзы мешали ей пристальнее вглядеться в стоявшего в некотором отдалении Господа³, да к тому же и сама мысль о воскресении была вовсе чужда ей в эту минуту, и она совсем не ожидала, чтобы это был Сам Тот, Кого она так безутешно оплакивает… Жено, что плачеши? Кого ищеши? – участливо вопрошает её Господь. Она же, мнящи, яко вертоградарь есть, – кому же тут быть в такую раннюю пору, если не вертоградарю? – глагола Ему: Господи! Аще Ты еси взял Его, повеждь ми, укажи мне, где еси положил Его; и я возьму Его… – Его – Его ищет она, а Кто Он – нет нужды называть по имени: все должны знать сладчайшее имя её Господа! И я возьму Его – она как бы забывает о своих слабых силах, обо всём; она хочет взять и унести Господа – одна, сама, только бы ей отдали бесценное сокровище, только бы показали ей, где сокрыто оно! О, как верно в этом повествовании Апостол любви изображает природу крепко любящего сердца, когда оно глубоко поражено скорбью о потере возлюбленного! – Но настал конец этой великой скорби. Полно плакать тебе, жено: оплакиваемый тобой Сам стоит пред тобою; оглянись, посмотри – ведь это не садовник, как ты думаешь, – это сам Христос; Глагола ей Иисус: Марие! Действительно, это Его голос, тот голос, от которого некогда вышло из неё семь духов, её мучивших, – да, это Он, действительно Он: она же обращшися, глагола Ему: Раввуни! – Учитель мой! Только и могла произнести одно это слово несказанно обрадованная ученица Христова, подобно тому, как воскликнул семь дней спустя обрадованный Фома: Господь мой и Бог мой! – В порыве сердечного восторга Магдалина бросилась к ногам Божественного Учителя, чтобы по-прежнему облобызать Его пречистые стопы, но Господь остановил её словами: не прикасайся Мне, давая тем разуметь, что отныне Он не будет пребывать на земле видимо, как пребывал доселе; что Его пречистое тело, хотя и доступно осязанию, но уже прославлено славой божественной, оно перестало быть тем грубо плотяным, каким было до воскресения, оставаясь истинной, не мнимой плотью, – оно стало настолько духовным, что его теперь не задержат и двери заключённые, и Он, Господь наш, не имеет нужды теперь уклоняться от преследований Ирода, Пилата, Каиафы и всех клевретов их, – ни в Египет, ни в пустыню, ни во град Ефраим: когда восхощет, тогда Он бывает видим, когда хощет – пребывает незрим для очей человеческих… Не прикасайся Мне, не пытайся как бы удержать меня силой, тем более что и нужды нет удерживать Меня, ибо я ещё не взошёл к Отцу Моему; иди же, скорее иди ко братии Моей (апостолам): они так скорбят теперь, так приуныли, что сидят в своём убежище дверями заключёнными, иди и порадуй их, скажи им: восхожу ко Отцу Моему, Который отныне есть и ваш Отец, по благодати усыновления ради страданий Моих, восхожу к Богу Моему, Который есть и ваш Бог. Нет нужды говорить, с какой радостью спешила теперь Магдалина исполнить сие повеление Воскресшего Господа… Не напрасно же Церковь усвоила ей проименование равноапостольной: она достойна сего славного именования – и потому, что не уступала в любви ко Господу апостолам святым, и потому, что явила столько мужества в великие дни страданий и смерти Господа, и потому, наконец, что первая, после Пречистой Девы Матери, сподобилась видеть Воскресшего, и – жена первая благовестила Его воскресение мужам – апостолам, восстановляя, по прекрасному выражению церковных песнопений, честь первой жены – Евы, имевшей несчастье подать гибельный плод первому мужу – Адаму…

О духовной болезни и усилиях ко уврачеванию её, или о борьбе со грехом

1. Люди, связанные страстями, но желающие отстать от них, хотя работают ещё греху, находятся не в состоянии духовной смерти, а в состоянии духовой болезни.

2. Болезни бывают телесные и духовные; телесные болезни могут, когда Богу угодно, излечиваться медицинскими средствами, духовные – излечиваются покаянием, постом и молитвой.

3. Преобладающий грех, как болячка, врастает в сердце; сердце тогда беспрестанно желает и ищет случая совершить грех. Но познавший пагубность сего греха начинает бороться с ним и для сего старается греховный образ мышления, желания и действования переменить на образ мышления, желания и действования святой, сообразный с учением Господа нашего Иисуса Христа.

4. В ищущем добродетели человеке сатана не имеет в сердце постоянного жилища; он усиливается только отводить человека от Бога различными грехами и наносить ему различные скорби; человек смиряет себя, терпит и просит себе Божией помощи: в течении долгого времени он уничтожает свой преобладающий грех, обращается к Богу и тем посрамляет сатану.

5. Если связанный какой-либо страстью бывает окружён людьми, не ищущими спасения своей душе, то не устоять ему в борьбе с сей страстью. Они, как угодники сатаны, увлекают его в различного рода зло, и он впадает в частые согрешения.

6. В греховной болезни скорби скорее заставляют обращаться к Богу и просить Божией помощи; но человеку, живущему в счастии земном, претрудно расстаться со своим любимым грехом.

7. Когда человек чистосердечно раскается перед духовным отцом и будет просить Бога уничтожить преобладающий грех, то он начинает разрушать в сердце своём царство сатаны; против его восстают злые духи, и он начнёт с ними воевать.

8. Сатана не отстаёт от болящего грехом, несмотря на то, что сей борется с ним, – и сильно действует на все чувства его; отчего приходят ему искусительные мысли, и внимание к себе сильно ослабевает, так что человек забывает о добрых делах.

9. Все люди по грехам своим одержимы духовной болезнью – в различных видах и неодинаково; одни более, другие менее.

10. Мысли, как молния, приходят непрестанно, напоминая прежние греховные удовольствия, и тем смущают душу, приводя её в искушение.

11. Злые духи ни на минуту не перестают чем-нибудь смущать человека. Но они бессильны перед человеком, который имеет смирение и сокрушается о своих грехах.

12. Спаситель говорит, что для изгнания бесов необходимы молитва и пост (Мк.9:29). Молись и постись, чаще говей, исповедуй грехи свои, причащайся Святых Христовых Таин, – и изгонишь грех, обладающий тобой.

13. Болезнующий о грехе и старающийся загладить его непременно должен иметь твёрдую надежду на Бога и жизнь вести согласно Евангелию; непременно должен стараться довести себя до того, чтобы преобладающий грех ему опротивел: для сего должен иметь крепкую волю не грешить; иметь постоянное к тому желание, прося в молитвах Божией помощи о избавлении от сего греха. Спаситель говорит: Ищите и обрящете: толцыте, и отверзется вам (Мф. 7:7).

14. Борющийся с грехом, хотя просвещён познанием истины, то есть светом Христовым, но сердце его ещё не очищено от желаний греховных; через что сатана может действовать на него и воспламенять греховное желание, ум помрачать, память Божию отгонять и снова вовлекать в грех, иногда мысленный, а иногда деятельный.

15. Чтобы избавиться от борющего греха, надо за этот грех перенести очень много скорбей, и тогда он может сделаться противным.

16. Чаще молись Богу до большой усталости; через это ум просветится богомыслием, а злые мысли отбежат.

17. Постарайся навыкнуть непрестанно читать: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного», и это будет меч обоюдоострый на отражение худых мыслей и желаний.

18. Каждый день утром и вечером проси Спасителя, Божию Матерь и всех святых о избавлении тебя от борющегося греха и непрестанно сокрушайся о том, что он есть в тебе; изнуряй плоть свою постом, имей смирение и терпение, чаще беседуй с людьми духовной жизни и в точности выполняй их советы, – и, Бог даст, успеешь достигнуть желаемого. – Во время молитвы постоянно идут мысли о житейском или о греховном, опомнись от сатанинского внушения, усиль молитву и это искушение отгонишь.

19. Если боримый грехом живёт в обществе мирских людей, то легко может впадать в согрешение; посему непременно надобно отстать от них и вступить в общение с людьми, ищущими спасения душе своей, если желаешь иметь успех в борьбе своей с грехом.

20. Старайся быть в непрестанном богомыслии и строго следи за своими мыслями, словами и делами; через это научишься узнавать козни диавольские и разрушать их.

21. Борющийся с грехом скорее успеет одолеть его, если будет находиться под управлением опытного в духовной жизни человека, которому бы мог открывать все свои помыслы, чтобы благовременно получать соответственное руководство.

22. Когда изнеможешь в борьбе и впадёшь в уныние, тогда читай молитвы; если уныние не проходит, объяви о сем духовному отцу своему, и уныние пройдёт.

23. В час искушения читай молитвы, воображая над собой суд Божий, а под собой ад, – и оно отойдёт.

24. Если успеешь отвергнуться от всех земных удовольствий, ничего не любить, что от мира сего, и думать только о спасении своей души, то разрушишь в себе все опоры греха, и приражения искушений не будут уже колебать внутреннего покоя твоего.

25. Надо чаще присутствовать при богослужении и стараться не пропускать ни утрени, ни обедни, ни вечерни, по мере возможности, чтобы утвердиться в молитве и молитвой предупреждать возбуждения борющей тебя страсти.

26. Проси себе у Бога слёз. Слёзы соединяют душу с Богом, разлучённую с Ним через грех: слёзы успокаивают дух, возмущаемый угрызениями совести.

27. Когда греховные мысли прогонишь молитвой, то останешься при одних мыслях божественных в сладостном спокойствии.

28. Внимай себе бдительно и попекись, чтобы ум был всегда в союзе с сердцем и управлял им; в противном случае греховные желания воспламенятся, и ты можешь опять впасть в грех.

29. Старательно избегай развлечений, которые удаляют от богомыслия и раздражают страстные движения.

30. Когда увидишь опасность, употребляй в пищу хлеб и воду; через это утихают греховные страсти, и мысли направляются к познанию истины.

31. Чтобы утвердиться в богомыслии, почаще пребывай в уединении, сколько это для тебя возможно. Если хочешь приблизиться к Богу, не бывай в обществе с людьми, преданными миру.

32. Когда на борющегося с грехом клевещут или осуждают его, это значит, что сатана сильно на него озлобился, а Божие попечение о нём велико.

33. Если борющийся с грехом кознями злых духов вовлечётся опять в согрешение, то, согрешивши, чувствует себя в помрачении ума и не может думать о божественном; на него нападает страх от мысли, будто он уже не получит прощения грехов. Однако же, хотя и согрешит кто, не надо отчаиваться в милосердии Божием; но должно после каждого согрешения тотчас раскаиваться с сокрушённым сердцем перед духовным отцом. Через частое раскаяние сила греха будет слабеть, ибо злые духи в покаянии и исповеди поражаются небесной силой.

34. Когда человек, согрешивши, не вскоре открывает свой грех духовному отцу, тогда сильно борют его греховные страсти; он тогда непрестанно чувствует в сердце своём сильнейшее желание совершить грех; почему сделанный грех немедленно должно исповедовать духовному отцу.

35. Если борющийся с грехом бывает осуждаем в своих делах, то это очень полезно для души, ибо она здесь на земле судится от людей, и в будущей жизни будет помилована.

36. Не надо пристально смотреть на тех людей, от которых может прийти искушение.

37. Чем усиленнее борющийся с грехом ищет спасения своей души, тем сильнее злые духи стараются наносить ему различного рода скорби.

38. Кроме преобладающего греха, другие греховные искушения над борющимся очень слабо действуют.

39. Когда достигнешь возможности побеждать свой грех, тогда ни болезнь, ни какая неприятность или скорбь не будут мучительны для души; при них будет чувствоваться даже душевное спокойствие.

40. Когда кающийся грешник через усиленную борьбу с грехами своими стремится к царству небесному, то злые силы невольно отдаляются от него по мере приближения к нему благодати Божией.

41. Если борющегося с грехом случайно окружат люди с одинаковыми с ним греховными страстями, то тут действует сатана; а потому всегда надо помнить о кознях духа злобы, его лукавых действиях на нас и ему противостоять.

42. Борющемуся с грехами не должно быть в праздности, но должно заниматься чтением Священного Писания и стараться быть в обществе людей духовной жизни.

43. После раскаяния Богу в грехах перед духовным отцом сатана употребляет все усилия опять склонить человека к преобладающему греху; и когда в том успеет, то входит в человека с большей силой и начинает его мучить разными скорбями и приводить в уныние; это продолжается до тех пор, пока человек в сделанном грехе опять не раскается перед духовным отцом.

44. Полезно бывает вступающему в борьбу с грехом, чтобы духовный отец за сделанные грехи подвергал его епитимии; ибо тогда при искушениях борющийся против греха будет иметь перед собой епитимию как стража, который будет напоминать ему обет, данный Богу, через что воля будет укрепляться и побеждать сатанинские искушения.

45. Бывает иногда, что когда находит на мысль любимый или другой какой-либо грех, то борющийся с грехами, зная, что надо читать молитвы, чтобы избавиться от греховных помышлений, не может этого сделать; ему неприятно оставить мысли об искушающем грехе, он чувствует, что ему трудно открыть рот. В таком случае непременно надобно это осилить, представить перед собой распятого Спасителя, Которому обещался не грешить; тогда по молитве греховные мысли исчезнут, и в душе восстановится спокойствие.

46. Когда человек только помыслами бывает искушаем, то легко может одолеть это искушение; но когда он с приятностью принимает грех в сердце, то трудно ему победить грех. Разум и память тогда затмеваются, сердце услаждается грехом, и человек легко совершает его.

47. Если борющийся с грехом часто раскаивается Богу в своих грехах и от них воздерживается, то злые духи, приставленные к нему от сатаны, мучатся и тем сильнее, чем человек более усиливается уничтожать греховные страсти.

48. Страсть, пребывающая в человеке, богопротивными мыслями оживляется и тиранствует над ним: напротив, от божественных мыслей она подавляется и затихает; потому во всякое время надо думать о богоугодных делах.

49. Когда во время молитвы или во время воспоминания о божественном покажутся слёзы, то они означают, что тогда действует Божия благодать; и тогда благовременно просить Бога об избавлении от грехов.

50. Если, несмотря на силу искушений, борющийся устоит против них, то будет после того чувствовать неизъяснимую радость, сопровождаемую слезами.

51. Злой дух действует на человека и в сновидении; об этом немедля надо сказывать духовному отцу.

52. Если страстность продолжается, то это означает, что грехи ещё не очистились, то есть человек не стяжал ещё столько благодати Божией, сколько нужно для того, чтобы превысить силу злых привычек.

53. Утром и вечером непременно надобно читать молитвы святого Иоанна Златоустого: Господи, не лиши меня небесных Твоих благ…

54. Злые духи приводят человека в искушение – и влекут на грех, иногда через людей, которые сделались грешнику близки по знакомству и которые одинаковые с ним имеют греховные привычки. Как можно скорее надо отстать от таких людей, моля Бога о спасении души их; а если сего не исполнишь, то не дивно, что сперва греховными желаниями, а после и самым делом снова впадёшь в грех.

55. Надобно сильно противиться унынию и скуке, для сего читать молитву к Божией Матери: радости мое сердце исполни, Дево, яже радости приемшая исполнение, греховную печаль потребляющи: не поддаваться страхованиям, но быть смелым при твёрдом уповании на Бога, помня, что страх происходит от действия сатаны. Непременно надо, не медля, открывать об этих страхах духовном отцу, можно открыть кому-либо из единомысленных.

56. Иногда злой дух действует вдруг на ум и на сердце, и если человек не занят богомыслием, происходит греховное увлечение; тут близко падение; но опомнись и станешь опять в свой чин.

(Из творений святого Ефрема Сирина)

Все знаем, что христиане не должны предаваться забавам, слыша, что Господь в Евангелии с угрозой говорит: Горе вам смеющимся ныне, яко возрыдаете и восплачете там (Лк.6:25). И ещё говорит: Не возноситеся (Лк.12:29), потому что всё это делают язычники. А пророк Исаия, лучше же сказать Сам Бог, через пророка говорит: горе пьющим вино с тимпаны, свирельми и гусльми (Ис.5:11–12). И Иаков, брат Господень, говорит: Слезите и плачитеся: смех ваш в плач да обратится, и радость в сетование (Иак.4:9). И блаженный апостол Павел предающихся забавам называет идолослужителями, говоря: ни идолослужители бывайте, якоже есть писано (1Кор.10:7), и ещё говорит: всяко слово гнило да не исходит из уст ваших, но точию слово благо (Еф.4:29); аще ясте, аще пиете, или ино что творите, вся во славу Божию творите (1Кор.10:31). И ещё он же говорит: бывайте подражатели Богу, братия, и ходите в любви. Блуд же и всяка нечистота и лихоимство ниже да именуется в вас, и сквернословие, и буесловие, или кощуны, яже неподобная, но паче благодарение (Еф.5:1–5). И много других мест в Божественных Писаниях, где говорится о сем. Но нет разумевающего; напротив того, на нас исполнилось слово Владыки: прельщаетеся, не ведуще Писания (Мф.22:29). На нас исполняется и Павлово пророчество, которое говорит: приходит время, егда здраваго учения не послушают, но по своих похотех изберут себе учители, чешеми слухом: и от истины слух отвратят, и к баснем уклонятся (2Тим.4:3–4). Сие-то самое постигло нас, возлюбленные; и вот видим, что слова оправдались делом. Кто теперь держится Божественного Писания? Кто прилежно внимает заповедям Христовым? Кто премудр и сохранит сия (Пс.106:43)? Кто докажет, что мы не преступники закона?

Кто же может доказать, что христианам прилично играть на гуслях, или плясать, или скакать на улицах, или свирять, или шуметь, или гадать, или вопрошать бесов, или упиваться, или терпеть других, делающих такие беззаконные дела? Кто докажет, что свойственно сие христианам?

Вот от востока до запада и на пределах вселенной, в церквах и на всяком месте читается Божие Писание, что изрекли: закон, пророки, апостолы и Владыка всяческих, читаются и все богоносные отцы! И нигде не найдёшь, чтобы христианам прилично было делать сие, напротив того, по слову Писания, каждый из нас от пути своего заблудился (Пс.13:2–3), преступил закон, пребывает законопреступным, лживым и безбожником, преступлением закона Бога безчествует (Рим.2:23). И да не покажется вам жестоким, что назвал я безбожным; не моё это слово, но Иоанна Богослова, который говорит: всяк преступаяй и не пребываяй в учении Божии, Бога не имать (2Ин.1:9). Кто же злосчастнее и мерзостнее того, кем бесчествуется Бог, давший и изрёкший повеление Своё в законе через пророков и апостолов, и кто несёт уже на себе горе, возвещённое Господом через пророка: горе, ихже ради имя Мое хулится во языцех (Ис.52:5).

Нет, братия мои, умоляю вас, не будем так губить дни покаяния нашего, но послушаем пророка Давида, который вопиет, увещевает нас и говорит: приидите, возрадуемся Господеви, и немедленно присовокупляет: предварим лице Его во исповедании (Пс.94:1–2); предварим, пока не кончилось торжище; предварим, пока Сам Он не пришёл видимым образом и не застал нас праздными в нерадении, пока нет ещё оного вопля: се, Жених грядет (Мф.25:6); предварим, братия, поспешим, пока есть время, пока не поставлены престолы, пока не отлучили нас друг от друга. Предварим лице Его во исповедании, и во псалмех воскликнем Ему. Пророк сказал: во псалмех, а не в том, что возбуждает смех; во псалмех, а не в бесовских песнях. Сказал: приидите, поклонимся и припадем Ему, и восплачемся (Пс.94:6); а не скакать станем или играть на гуслях, но восплачемся в псалмех и пениях. Псалом – отгнание демонов. Псалом – успокоение от дневных трудов. Псалом – оружие против страха нощного. Псалом – безопасность младенцев. Псалом – утешение старцам, самое приличное убранство женщинам. Он светлыми делает праздники, он производит печаль по Богу. Псалом и из каменного сердца вызывает слёзы. Псалом – дело ангелов, небесное жительство, духовное кадило. Он просвещает ум, он возводит на небеса, он делает людей собеседниками Божиими, радует душу, прекращает празднословие, изгоняет смех, напоминает суд, умиряет враждующих. Где псалом с сокрушением, там и Бог с ангелами. А где песни противника, там гнев Божий и горе – воздаяние за смех. Где священные книги и чтения, там веселие праведных, спасение слушателей и посрамление диавола. А где гусли, и лики, и рукоплескания, там омрачение мужей, погибель жён, печаль ангелам и праздник диавольский.

О, какая злая выдумка диавола! Как искусно запинает и обольщает он каждого и убеждает делать зло как добро! Сегодня, по-видимому, поют псалмы, как повелел Бог; а на утро с усердием пляшут, как научил сатана. Сегодня отрицаются сатаны, а на утро ему последуют. Сегодня сочетаваются со Христом, а на утро отступают от Него, отрицаются и бесчестят Его. Сегодня христиане, а на утро язычники; сегодня благочестивы, а на утро нечестивы; сегодня верные и рабы Христовы, а на утро отступники и враги Божии.

Не вдавайтесь в заблуждение, не вдавайтесь, братия мои; ни один слуга не может двема господинома работати, как сказал Владыка Христос (Мф.6:24); потому что никто не может Богу работати и мамоне, петь с ангелами и плясать с диаволом. Созданные по образу Божию, не будем бесчестить образа Божия, но как воины Христовы Христу последуем, Ему поработаем. Не делай так, чтобы сегодня петь с ангелами, а наутро плясать с бесами, сегодня внимать Божественным чтениям, как слушателю христолюбивому, а наутро заниматься гуслями, как преступнику и христоненавистнику, сегодня каяться во грехах своих, а наутро плясать на погибель свою; сегодня поститься и воздерживаться, а наутро ходить упившимся, кружась там и здесь и служа для всех посмешищем. Нет, братия мои, умоляю вас, не станем так тратить время жизни, которое дал нам Бог для покаяния и спасения. Вспомним Господа, Который говорит с угрозой: Горе смеющимся ныне, яко восплачете после сего (Лк.6:25). И ещё говорит: блажени плачущии (Мф.5:4). Знаете, братия мои, что елицы во Христа крестихомся, во Христа облекохомся (Гал.3:27). Как же, совлекшись Христа, служите антихристу? Имеем заповедь от апостола непрестанно молитися (1Фес.5:17), вся во славу Божию творити (1Кор.10:31). Но ты не взираешь на сие, а напротив того, отвращаешь слух и смежаешь очи. Конец же твой будет тебе горче желчи и острее обоюдоострого меча. Ещё говорю: не вдавайтесь в заблуждение, братия христолюбивые! Не христианам сие свойственно, но язычникам, у которых нет Бога.

Размыслим, братия, что человек суете уподобися (Пс.143:4); дние его яко цвет сельный (Пс.102:15), прейдут в одно мгновение времени, и всё минуется. Для чего же напрасно мятёшься, человек? Одно приражение горячки прекратит твои плясания и скакания. Один час разлучит тебя с пляшущими вместе с тобой. Одна ночь, и увянут плоти, расслабеют руки твои, померкнут глаза, язык внезапно придёт в безмолвие, оскудеет у тебя внезапно голос, умножатся твои воздыхания, потекут у тебя бесполезные слёзы, расстроятся мысли твои; и никто не будет в состоянии помочь тебе; ты бесславил и бесчестил Бога; и все, оставив тебя, пойдут прочь, и никого не останется при тебе, кроме невидимых бесов, которым ты угождал. Посланный же неумолимый Ангел, стоя вдали, с потупленным взором будет ожидать Владычнего мановения, чтобы, исхитив бедную душу твою, отвести её в уготованное ей место, где пожнёт, что посеяла, где произрастают, изобилуют, и даже преизбыточествуют плач, скорбь, теснота, скрежет зубов и горе. Для чего напрасно мятёшься, несчастный? Невозможно и здесь плясать с бесами, и там веселиться с ангелами, как сказал Господь: горе смеющимся ныне, яко восплачете, возрыдаете там (Лк.6:25). Невозможно, братия, иногда быть христианином, а иногда делаться язычником.

Итак, по сказанному выше, нигде не позволяется христианину делать подобное сему. Ибо Господь и Спаситель наш, пришедши, упразднил всё сие, то есть сии диавольские мучения, какие, к несчастью, изучил человек, преступив заповедь создавшего его Бога. Всё сие, как сказано, Господь, пришедши, прекратил и изгнал. Ему слава во веки веков! Аминь.

Рассказ священнослужителя

(Из «Харьковских епархиальных ведомостей»)

Месяца три тому назад случилось мне быть в одном христианском семействе, где в числе немногих гостей была одна француженка. Личность эта издавна была знакома семейству, и как кружок был почти свой, то без стеснения высказалась, что она принадлежит к спиритам, с подробностью открыла, когда и по какому случаю попала в это общество. «В России живу я более 15 лет, – так начала она свой рассказ, – прежде много путешествовала, была в Америке и других местах и религиозных убеждений моих никогда не изменяла; но в одно время, более 10 лет назад, мне представился во сне давно умерший мой отец, видела его, совершенно как наяву, он приехал на белой лошади, вошёл в мой дом, осмотрел жилище и сказал мне так: „Ты живёшь хорошо, но только измени свой характер, ты раздражительна и постоянно ссоришься со всеми; если не изменишься, то постигнут тебя большие несчастья: ты потеряешь близких сердцу и вытерпишь много горя“. Сон этот так напечатался в моей памяти, что я записала его с подробностью и потом постоянно помнила и беспокоилась. Через несколько времени получаю письмо от родных из Парижа, в котором пишут мне, что мой родной брат спирит-медиум в один из сеансов вызывал дух отца. В беседе с ним дух передал, что был у меня в России в такое-то время и в таком-то виде и предостерегал меня. Письмо это крайне озадачило меня: точное сходство с виденным мной во сне и даже число, указанное духом, совпало с числом, под которое я видела сон. Прошло несколько лет, я не могла изменить свой характер, и все предсказания сбылись: муж мой, молодой ещё человек, умер, а в скорости умерла и дочь. Поражённая горем, я решилась ехать во Францию с целью познакомиться с загадочным для меня обществом. Брат мой действительно оказался медиум; он скоро ввёл меня в общество, и я сама начала входить в общение с духами, но так расстроила нервы, что мне строго воспрещено было обществом повторять переговоры с ним и даже вовсе прекратить общение под опасением тяжкой болезни. В настоящее время я не могу изменить моих убеждений и совершенно прекратить сношения с духами, какая-то посторонняя сила, помимо моей воли, распоряжается моими мыслями и моим организмом». При этих словах с нею стали делаться конвульсии, и она начала трепать рукой во все стороны, и так странно, что плечо как будто остаётся спокойно, а рука машет и бьёт по столу; потом, обращаясь к одному сильному мужчине, она просит его удержать руку. Мужчина взял и так крепко сдавил руку, что она сделалась багровая, но удержать от движения и даже ослабить её не был в состоянии. Любопытные осыпали спиритку вопросами и просили показать, как она входит в сношение с бесплотными духами. Спиритка сказала, что дух будет отвечать им на вопросы, если они желают. Затем, села к столу, попросила лист чистой бумаги и карандаш; последний взяла за самую верхнюю оконечность двумя пальцами и вертикально держала его над бумагой, голову повернула к левой стороне и закрыла глаза. Когда начали задавать вопросы, то карандаш заколебался и стал чертить по бумаге, как будто без участия руки, его державшей. Были такие вопросы, ответы на которые вызывали недоумение, так как личности, о которых шла речь, не могли быть известны спиритке; но она открывала их нравственную сторону. Предложен был один такой вопрос: «Сколько лиц Божества?» Карандаш сделал несколько сильных толчков, быстро и небрежно стал чертить слова: «там говорят: Бог Отец, Бог Сын, Бог Дух Святый». По уходе спиритки присутствующие начали высказывать свои взгляды на эти явления, и между прочим приходили к такой мысли, что наука обогатится новыми открытиями, а я по этому поводу вспомнил одно давнее событие из моей священнической практики, передал его рассуждавшим, и высказал своё воззрение. Факт этот позволю себе изложить в этой заметке и за достоверность его ручаюсь моей священнической совестью и преклонностью лет, а также уверен, что если есть в живых современники бывшего события – чужие или родные, – то они подтвердят сказанное мною.

Сорок лет назад поступил я священником Старобельского уезда в слободу Городище, находящуюся в одной версте от границы Войска Донского. Слобода эта в половине прошлого столетия населена выходцами из Полтавской, Черниговской и частью из западных уездов Харьковской губернии, все они малороссы – народ простой, верующий, ведут жизнь патриархальную, в семействах сохраняют почтение к родителям и старшим, к церкви и пастырям усердны и уважительны, властям послушны. В первый год, ещё не успел я практически ознакомиться с обязанностями священника, приходит ко мне поздно вечером крестьянин моего прихода Алексей Водолажский⁴ и просит исповедать и приобщить Святых Таин его больную жену Агафию; немедленно пошёл я в церковь, взял Святые Дары и вместе с ним отправился в его дом. Избы, или по-малороссийски хаты, в той местности большей частью разделяются перегородкой на две части: в первой ставятся у них святые иконы, и всё держится чисто, а во второй за перегородкой устраивается кухонная печка и подмостки вместо кровати. Больная лежала на подмостках. Обратившись к ней, я сказал: «Слушай молитвы к исповеди и святому Причащению», и по окончании молитв, когда присутствовавшие все вышли из комнаты, я стал подходить к ней ближе; мгновенно схватилась она, села и, устремив на меня сверкающие глаза, скрежетала зубами, а затем неистово вскрикнула: «Зачем? Кто тебя звал? Вон уйди!» При этом сжала кулаки и готова была броситься на меня. В первый момент какой-то огонь пробежал по всему моему организму, и я крепко смутился, но тотчас вспомнился мне рассказ отца моего, бывшего священником более 40 лет, о том, как он успокоил одного подобного больного, возложив на него дароносный крест. Едва коснулся я больной крестом, в котором были Святые Дары, она упала на спину и закрыла глаза; тогда, положив дароносный крест ей на грудь, я начал громко читать молитву: «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его»; с больной в это время происходило поразительное явление: грудь находилась в покойном состоянии, а в руках и спине происходило такое конвульсивное движение, как будто бы эти части были совершенно отделены от груди; продолжалось это минут около 10-ти, потом она страшно зевнула с каким-то тяжёлым стоном, открыла глаза и слабым, едва слышным голосом сказала: «Батюшка родной, это вы?» «Да, я давно уже пришёл, ты слышала, как я читал молитвы?» – «Нет, родной мой, ничего не помню». – «Что же, желаешь исповедаться и сообщиться Святых Таин?» – «Ради Бога удостойте, я сильно хвораю». – «Перекрестись и слушай молитвы». – «Не могу руки поднять», – сказала она. Я приподнял ей руку, и она перекрестилась, прочитал слова молитвы и напутствовал её. Начал было я расспрашивать, давно ли она больна, но она так ослабела, что не могла говорить, а муж её передал, что уже несколько лет в месяц раз страдает она головной болью и прежде бывало, проспит сутки, и хотя слабая, но встанет и работает, а в последнее время, когда заболевает, то не спит и беспрестанно говорит о предметах, не всегда понятных, а иногда произносит ругательства на того из членов семейства, кто станет молиться Богу, и даже на святой иконы.

Возвратившись домой крайне расстроенный, я томился недоумением, – что делать? – Наступало время Великого поста, и я положил в душе своей служить в среду и пятницу, после преждеосвященной литургии, молебен о страдающей от нечистого духа. На утро, пригласив диакона, двух причётников и мужа больной, я передал им своё намерение и просил их до окончания молебна не вкушать пищи, а также внушил и всему семейству поститься в эти дни, внимая словам Спасителя: сей род ничимже изыдет, токмо молитвою и постом. С первой же среды Великого поста начали служить молебное пение о немощной, обуреваемой от духа нечистого, и читать молитвы заклинания святого Василия Великого. Жестокой бранью встретила нас больная, когда мы только стали входить в дом; свирепый взгляд, скрежетанье зубов, неистовый крик навели такой страх на всех, что входящие прятались один за другого. Причётник начал приготовлять ризы на столе; но, когда она вскрикнула: «Зачем это, кто тебя позвал, вон прийми!», он бессознательно отскочил к другому концу стола; затем она, устремив на него дикий взгляд, начала говорить ему: – «Принёс бутылочку – (это был елей от лампады перед иконой Божией Матери) – я тебя не боюсь, ты клятвопреступник, ты наш, ты обманываешь своего начальника, ты знаешь, когда Е. убил Д., ты присягал, а что ты по присяге показал? – что видел, как Е. махал палкой на собаку, а ты стоял в роще и видел как Е. бил Д. по голове палкой, я сам там был и помогал им ссориться». Больная в ненормальном состоянии говорила от имени мужеского, – был, ходил, делал, – и простая истая малоросска употребляла иногда литературные слова. Незадолго перед поступлением моим в Городище действительно случилось там убийство и причётник был привлечён к суду в качестве свидетеля. После причётник сам рассказал нам, что действительно он видел, как Е. бил палкой по голове Д., но на суде не показал этого, хотя и присягнул. Потом, обратившись ко мне, больная вскрикнула: «Ты для чего не велишь никому есть, хочешь голодом поморить, – толкуешь – поститесь, молитесь, я сам хоть сто лет буду поститься и поклонов сейчас положу тысячу», – при этом больная начала кланяться сидя так шибко, что головой била о колени. Я сказал: «Ты не так молишься, надо прежде перекреститься, а потом положить поклон; перекрестись!» Крестьяне, стоявшие возле неё, мужики молодые, сильные, хотели её рукой перекрестить, но сколько ни усиливались, не могли согнуть её руки и привести к челу. Во время пения молебна больная что-то невнятно разговаривала, но когда начал я читать молитвы заклинания, она страшно взволновалась, начала браниться и, вставая с постели, направляться ко мне; два мужика держали её сколько было силы, затем и третий присоединился, но не могли удержать; с мужиков пот градом катился, а она, как будто без усилия двигаясь, подошла ко мне так близко, что я мог положить ей на голову крест. Во время 2-й молитвы, которая читалась в возбуждённом состоянии, с глубокой верой и сквозь слёзы, больную начало сильно трясти и затем, зевнув с тяжёлым стоном, она опустилась на руки крестьян, как мёртвая; её положили на кровать, и уже перед концом молебна она открыла глаза и, узнав меня, слабым голосом сказала: – «Батюшка! Простите, может быть, я кого обидела, я ничего не помню». Служение молебнов продолжалось неопустительно во всю Четыредесятницу; больная иногда бывала при служении в полном сознании и усердно молилась, а большей частью находилась в ненормальном состоянии и в этом последнем предсказывала семейству, в какое время мы придём. «Вот уже, – говорит, – выходят из церкви, дошли до такого-то двора», хотя видеть этого нельзя было, так как церковь находилась в стороне от дома, на расстоянии полуверсты; иногда же передавала им, что делалось в церкви.

В Городище не было ещё школы, и мальчики, заучивая молитвы со слов родителей, читали их неправильно и с грубыми ошибками, почему я распорядился, чтобы после каждого служения они оставались в церкви и учили молитвы, которые диакон громко и раздельно читал им, а они все вслух повторяли за ним каждое слово. В одно время, после вечерни, больная в доме начала бранить мальчиков так: «Проклятые хлопцы (малороссийское название мальчиков-подростков), как кричат и барабанят слово в слово за диаконом, один только славный хлопчик засмеялся, – и сама больная при этом разразилась смехом, – а диакон рассердился, лается – ругается, кричит: „Дурак, скотина, бей поклоны“, а поп на диакона рассердился, кричит: „Не смей этого делать“» и опять расхохоталась. Случай этот действительно был в церкви именно в то время, когда больная рассказывала.

В Малороссии чтут как особую святыню херувимский ладон, нарочито приготовляют большие куски смирны и просят положить в кадило во время литургии, когда поют Херувимскую песнь, или «Ныне Силы Небесные с нами»; потом этот ладон хранят в домах в почётном месте, носят на груди и окуривают им комнаты во время рождения младенцев и при других случаях. При служении молебна я употреблял этот ладон, но раз как-то забыл взять; переодевшись в другой кафтан, оставил его в кармане того кафтана, в котором служил литургию. Не доходя несколько дворов до дома больной, вспомнил и поручил мальчику, который поил лошадь у колодца, чтобы он сел верхом и как можно скорее съездил ко мне домой взять ладон. Когда я с причтом вошёл в дом больной, она, уставив дикий взор на стену, бранилась: – «Вот проклятый хлопец, как стрела летит; хоть бы лошадь споткнулась и убился окаянный, уже подъехал ко двору и собак не боится, побежал в хату». «Кого ты бранишь?» – спросил я. – «А того, что поехал». – «За чем он поехал?» – «Не скажу; то поганое, вонючее, скверное». – «Да если знаешь, скажи, как называют его?» Каким-то глухим, но сильным голосом больная произнесла: «В кафтане в кармане»; потом начала плакать и говорить: «Я был большой, а теперь маленький, ты меня задушил; прежде на печке не курил, а теперь так надушил поганым, что и уголка не осталось для меня».

Однажды муж больной рассказал, что вчера днём больная бранила кого-то, вспоминала Деркульский завод (это государственный конский завод, находящийся от Городища вёрстах в 10-ти), говорила, что лошадь пристала и маляра бьёт лихорадка, а деньги поповы 2 рубля пропали. Действительно, накануне я посылал в Деркульский завод к живописцу заказать небольшую икону святого Василия Великого и Димитрия Ростовского, давал посланному 2 рубля. Это было весеннее время, и земля растворилась так, что лошадь на пути пристала, едва к ночи он приехал и застал живописца больного лихорадкой. – Икону заказал я с целью, чтобы больная имела её постоянно на груди. Не более как через неделю икона была привезена; освятив её в церкви, я взял её с собой в дом больной, но, прежде чем я пришёл, больная бранилась, кричала и велела запереть двери и не пускать попа. При появлении моём закричала: «Что ты это принёс, не ходи сюда, что ты меня мучишь, ты знаешь, я послан заслуживать чин, я уже несколько лет живу в ней и получу чин». – «Разве между вами есть и старшинство?» – «У нас большой господин есть, у него несметные легионы; представь себе поле осенью, когда оно распахано и, сколько глаз твой обнимет, всё чёрное: у нас такая тёмная сила, мы вели брань с Ангелами, сам господин дрался». – «Что же вышло из этого? Вы связаны пленницами мрака и будете мучимы на суде». – «Это ещё не скоро будет». «Ты обратись к милосердию Господа Иисуса». – «Он меня не примет». – «Нет, Господь сказал, что грядущего ко Мне не изжену вон». – «Он скажет: смирись, покорись, а я Ему не покорюсь; мы ещё долго будем бороться с Ним». – Когда я хотел возложить икону, больная начала уклоняться. И головой так быстро качала во все стороны, что с трудом могли возложить. Во время молебна кричала: «Хоть выгонишь, а как только не перекрестится Агафия, я опять войду и буду мучить её». К концу поста больная находилась в нормальном состоянии, на Страстной седмице – очень слабая, походила в церковь, говела и сообщилась Святых Таин. В июне месяце пошла с другими богомольцами в Митякинскую станицу Войска Донского поклониться местночтимой иконе Божией Матери, а оттуда привезли её на подводе, – прежняя болезнь возвратилась. Когда по просьбе мужа пришли служить молебен, больная встретила такими словами: «Вот я опять буду мучить Агафию, она не перекрестилась, когда пила воду из криницы, я и вскочил в неё». Это был последний случай; во время чтения молитв больная пришла в сознание, и болезнь не возвращалась. При посещении больной много раз приходилось мне слышать рассуждения о предметах совершенно неведомых и недоступных простой женщине, но тогда не приходило в голову записывать это, а имелось в виду достигнуть одного – умолить Господа Бога силой благодати Своей исцелить больную от страданий. В настоящем случае, сопоставляя событие это с явлениями, которые пришлось наблюдать над спириткой, и усматривая тождество в омрачении ума, в неестественном раскрытии тайных деяний и действий посторонней силы над организмом, желательно было бы, чтобы и другие высказались по этому предмету. В практике священнической, конечно, не мне одному пришлось видеть это, а собранные факты могли бы помочь разъяснению дела с христианской точки зрения, рассеять современные заблуждения и спасти тех, кои по легкомыслию могут дать в себе место действию и насилию нечистого духа.

О духовной смерти

1. Смерть духовная (по указанию святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова) есть отлучение души от жизни Божией, от благодати Святого Духа, которая есть душа нашей души, и происходит вследствие падения в смертные грехи и пребывания в них. Эта смертоносная язва души помрачает в нас образ Божий, лишает правды, святости и всех совершенств, прекращает наше общение с миром ангелов и святых Божиих, заключает для нас вход в горние селения, в царство славы, блаженства, жизни бесконечной и радости неизглаголанной, низвергает человека в бездну адскую. Смерть духовная через грехи всегда и для всех величайшее из зол, и в сравнении с нею все бедствия и страдания земные ничтожны.

2. Духовная смерть поражает сердце, и человек внутренне умерщвляется.

3. Духовной смерти подвержены все не имеющие веры сердечной и любви к ближнему, гордые, самонадеянные, упорно не желающие обратиться на путь спасения. Они от плотских удовольствий или выполнения страстных желаний, этого не замечают.

4. Люди, живущие в роскоши и счастии, но духовно умершие, по-видимому, и наслаждаются благами мира, но душевно мучатся.

5. Человек, находящийся в духовной смерти, не сознает своего греха, не раскаивается духовному отцу и неудержимо продолжает прогневлять Бога; вследствие сего Бог оставляет такого грешника. Ангел Хранитель отходит от него; тогда в сердце царствует сатана и порождает в нём греховные желания. Сатанинские силы окружают такого человека во множестве, разум его помрачается, и перестаёт различать добро от зла, память слабеет на усвоение себе предметов свято-духовных, волей овладевают злые духи и действуют над человеком по своему произволу в сердце, в теле, во всей внутренности, во всех составах, во всех чувствах, и непрестанно принуждают к совершению преобладающего греха.

6. Пребывающему в духовной смерти человеку греховные страсти представляются в прелестном виде; он забывает Бога и не любит слышать Божественного Писания, непрестанно волнуется греховными мыслями; не может долго стоять в церкви во время богослужения, не покоряется уставу Церкви: делается злобнейшим; любит делать другим неприятности, между людьми посевать вражду; мучится, когда другие благоденствуют; утешает себя преобладающим грехом и в высшей степени бывает самонадеян.

7. В духовной смерти воля связуется грехами; сердце отвращается от божественного, и язык не может говорить о святом.

8. В духовной смерти на ум идёт не молитва, не занятия дельные, но самоугодие и мысли о совершении преобладающего греха.

9. Когда духовно-умершие бывают вместе с людьми духовной жизни, то чувствуют себя в неприятном положении; царствующий в их сердце сатана, противник Божеству и всему доброму, сильно от этого тревожится, злобится и возмущает их.

10. У духовно-умершего человека богоподобие затмевается, ум и память помрачаются, воля, зависящая от сердца, подвластна становится греху, и сатана, царствуя в его сердце, делает, что хочет; ум его не постигает истины, не ищет царства небесного; ему понятно одно плотское, чувственное, земное; – такому человеку всё святое противно: он людей духовной жизни, которые не любят мира сего, называет дураками; но сей человек страшится смерти, потому что душа, имея семена добродетели, предчувствует своё вечное мучение.

11. Человек духовно-умерший сделался жилищем сатаны, то есть духа злобы и всегда готов на злые дела. От различия в развитии ума происходит различие в злых делах; – если ум образованнее, то скрытно наносит людям зло в словах и действиях, а если менее образован, то явно наносит людям различные дерзости и оскорбления.

Вознесение Господне

(Из творений святого Иоанна Златоустого)

И се, мужа два стаста в одежде беле и рекоста: мужие

Галилейстии,что стоите? Сей Иисус, вознесыйся от вас на небо,

такожде приидет, имже образом видесте Его идуща на небо.

(Деян.1:10–11).

Для чего Ангелы говорят это? Разве ученики не имели глаз? Разве они не видели события? Не сказал ли им евангелист, что зрящим им взятся! Почему же предстали Ангелы, возвещая им, что Христос вознёсся на небо? По двум причинам: во-первых, потому, что разлука со Христом всегда печалила учеников; а что она печалила их, послушай, что Он говорил им: никтоже от вас вопрошает Мене: камо идеши? Но яко сия глаголах вам, скорби исполних сердца ваша (Ин.16:5–6). Если мы не можем равнодушно переносить разлуку с друзьями и родственниками нашими, то ученики, видя Спасителя, наставника, попечителя, человеколюбивого, кроткого, благого, разлучающимся с ними, могли ли не печалиться, могли ли не скорбеть? Посему и предстал Ангел, утешая их в скорби об отшествии Господа вестью о втором Его пришествии: сей Иисус, вознесыйся от вас на небо, такожде приидет (Деян.1:11). Вы скорбите, говорит Он, что Христос вознёсся? Не скорбите: Он опять придёт.

Дабы они не сделали того же, что сделал Елисей, который увидел учителя своего взятым на небо, растерза ризы своя (4Цар.2:12), ибо никто не предстал ему и не говорил, что Илия придёт опять, дабы и они не сделали того же, – для этого предстали Ангелы, утешая их в скорби. Вот одна причина явления Ангелов. Не менее важна и другая причина, для которой Ангел и присовокупил: вознесыйся. Какая же это причина? Христос вознёсся на небо. Велико расстояние между землёй и небом, и сила зрения не могла следить за телом, возносившимся до небес, но как птица, летящая в высоту, чем более возвышается, тем более скрывается от нашего взора, так точно и тело Христово, чем более восходило в высоту, тем более скрывалось, так как глаза, по слабости своей, не могли следить за Ним на столь великом расстоянии. Посему предстали Ангелы, возвещая восшестие Его на небо, дабы ученики не подумали, что Христос возшёл яко на небо, подобно Илии, но что Он вознёсся на самое небо. Потому и сказано: вознесыйся от вас на небо, ибо и это прибавлено не напрасно. Илия взят был яко на небо, ибо он был раб; Иисус же вознёсся на небо, ибо Он – Владыка, тот – на колеснице огненной, а Этот – на облаке. Когда нужно было призвать раба, послана была колесница; а когда Сына, то – престол царский, и не просто престол царский, но Отеческий. Об Отце говорит Исаия: се, Господь седит на облаце легце. Посему, так как Отец седит на облаце, то и Сыну Он послал облако. Илия при восхождении ниспустил милоть на Елисея, а Иисус, восшедши, ниспослал дары на учеников, делающие не одного пророка, но множество Елисеев, или лучше сказать, гораздо больших и славнейших его. Восстанем же, возлюбленные, и устремим взоры наши ко второму пришествию Христову. Павел говорит: Сам Господь в повелении, во гласе Архангелове снидет с небесе, и мы, живущии оставшии, восхищени будем на облацех в сретение Господне на воздусе, но не все (1Фес.4:16–17). А что мы не все будем восхищены, но одни останутся, а другие будут восхищены, об этом послушай, как говорит Христос: тогда будет две вкупе мелюще в жерновах, едина поемлется, и едина оставляется: будета два на одре едином, един поемлется, а другий оставляется (Лк.17:34–35). Что значит эта притча? Что содержит в себе эта сокровенная тайна? Жернов означает всех, живущих в бедности и скорбях; а одр и успокоение означает всех, наслаждающихся богатством и почестями. Господь, желая показать, что и из бедных спасаются и погибают, сказал, что из мелющих жерновами едина поемлется, и едина оставляется и из лежащих на одре един поемлется, а другий оставляется. Что значит эта притча? Что содержит в себе эта сокровенная тайна? Она выражает то, что грешники оставляются здесь и ожидают наказания, а праведники подъемлются на облака. Как при вшествии царя в город, облечённые саном и властью и имеющие великое дерзновение пред царём выходят из города навстречу к нему, а преступники и осуждённые остаются под стражей внутри города, ожидая царского приговора, так и во время пришествия Господа, имеющие дерзновение пред Ним сретят Его на воздухе, а виновные и сознающие за собой множество грехов будут здесь ожидать Судию. Но так как я не хочу нарушить веселье настоящего праздника, то здесь окончу речь, оставив в вас живое памятование о том дне, чтобы ни богатый не радовался о богатстве своём, ни бедный не считал себя несчастным по причине бедности своей, ибо кто удостоится восхищения на облаках, тот блажен и преблажен, хотя бы он был беднее всех; равно как и лишившийся того несчастен и пренесчастен, хотя бы он был богаче всех. Говорю это для того, чтобы пребывающие во грехах оплакивали самих себя; а все, живущие в добрых подвигах, ободрялись. Будем исправляться, дабы и нам приобрести дерзновение и всем вместе и единодушно с подобающей славой встретить Царя Ангелов, и сподобиться блаженной радости во Христе Иисусе, Господе нашем, Которому слава и держава с Отцем и Святым Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

(Минеи-Четьи, декабря 19 дня)

В 600 годах по Р.Х. в стране Омиритской (в Аравии) по низвержении с престола и убиении Елезвоем, царём Ефиопским, гонителя христиан царя Дунаана жидовина явным Божиим действием возведён был на престол некто – благочестивый Авраамий (был восхищен невидимой силой из среды находящихся при Елезвое там боляр и поставлен перед молящимся о сем архиепископом Григорием, которым и помазан на царство), который издал царское повеление, чтобы все иудеи и язычники, находящиеся в его области, или крестились, или, если ослушаются, будут подлежать смертной казни. Иудеи, услышав такое грозное царское повеление, просили позволить им прежде вступить в прение с христианами, надеясь оправдать веру свою. Царь, по совету архиепископа, соизволил исполнить их желание и назначил сорок дней на приготовление к прению. По прошествии означенного срока прибыли в город Афар: царь с синклитом, а архиепископ с священным собором, множество народа и сонмище еврейское с книжниками и законоучителями. Защитником своей веры евреи избрали красноречивого оратора, начальника собора, хорошо знающего их закон и пророческие книги, некоего Ервана. Четыре дня продолжалось прение о превосходстве веры, и евреи каждый день, быв побеждаемы их же писаниями, всё более и более падали духом. Наконец, в четвёртую ночь было Ервану видение, что Моисей поклоняется Иисусу Христу и, сложив руки на груди, предстоит пред Ним как пред Богом, со страхом и трепетом. «К удивлению моему, – говорил Ерван, – Моисей, обличая наше неразумение, сказал, что в предстоящий день я буду побеждён». Но несмотря на это, Ерван готовился к прению, обещая иудеям не уступать архиепископу. Настал последний день; Ерван, несмотря на всё своё красноречие, не мог далее продолжать и наконец сказал святому Григорию: «Умоли Владыку твоего, живущего на небе, как ты говоришь, снизойти на землю, и пусть явится мне, чтоб мог я беседовать с Ним, и жив Господь! тогда уверую в Него». – «Тогда уверуем и мы», – отозвались и все присутствовавшие на прении евреи. Архиепископ нашёл требование иудеев выше меры своей; но чтобы не восторжествовали противники веры Христовой и не одержали победы евреи и чтобы враги не ругались над христианами, обратился к сонмищу еврейскому и сказал с упованием: «Если соизволит мой Христос, покажу вам Его; но знайте, что ежели вы увидите Его и не уверуете, то мечом будете все истреблены, если же я по недостоинству своему не умолю Господа явиться вам, то поступайте свободно по своей воле». Возрадовались иудеи, предполагая, что невозможно архиепископу показать им Христа, более 500 лет тому назад убиенного, умершего, запечатанного во гробе и украденного учениками; возрадовались ещё более тому, что они свободно будут исповедовать веру свою. Святитель Григорий, помня слова Господа: «Аще имате веру, яко зерно горушично, речете горе сей: прейди отсюда тамо и прейдет, и ничто невозможно будет вам»; и уповая на слова те, отойдя от собрания, оградил себя крестным знамением и стал на молитву. Громко вспоминая в молитве, чтоб все слышали, таинство воплощения до самого вольного страдания Христова, воскресения и славного с плотию вознесения, произнёс наконец эти великодерзновенные слова: «Яви Себя, Владыко, этим окаменелым и ослеплённым злобой, яви Себя ради славы имени святого Твоего, да узрят телесными очами животворное человечество Твоё, которое принял Ты на Себя ради нас грешных и смиренных и с которым вознёсся Ты на небо, да увидевше уверуют в Тебя истинного Бога и в пославшего Тебя истинного Отца и в Святого Духа Твоего». Когда он таким образом молился с упованием, взывая к Господу, все в ожидании устремили на него взоры свои. Вдруг внезапно раздались с востока ужасные, потрясающие раскаты грома, земля затряслась, и все в ужасе, находясь в великом страхе, пали на землю, потом мало-помалу, когда пришли в себя, увидели на востоке отверстое небо и светлое с огненным пламенем и лучами солнечными облако, сходящее на землю. Среди облака стоял муж дивной, невыразимой языком человеческим красоты: лик Его сиял неизреченной славой; величественно ступая по облакам, как бы движением каким приближался Он к земле и, став вверху облака, остановился против архиепископа, привлекая очи и сердца всех неизреченной красотой Своей. Царь, вельможи и народ не могли от страха зреть величие славы Его, и, подобно ученикам на Фаворе, все от мала до велика пали ниц на землю. Иудеи же хотели бежать и не могли; невидимая сила удерживала их. Архиепископ, укрепившись духом, сказал Ервану: «Вот, Ерван, Тот, о Котором так много ты слышал от меня; смотри же на Него и веруй, что Един Свят, Един Господь Иисус Христос во славу Бога Отца». Ерван же, омертвев, не мог ничего сказать. И слышан был глас от велелепной славы Господней, глаголющий: «Ради молитв архиепископа исцеляет вас Распятый отцами вашими». От гласа того ещё в большее смятение пришли иудеи и подобно Савлу, идущему в Дамаск, они, ослепнув, падали на землю и, ничего не видя, скорбели и горько рыдали. После всего совершившегося слышан был пред лицем Господним какой-то шум Божественный, и светлое облако, находящееся под Ним, скрыло Его от взора всех; потом, свернувшись со всех сторон, исчезло в небесах. Царь же и народ с дерзновением взывали ко Господу, говоря: «Господи помилуй!» Архиепископ, лежа лицом на земле, со слезами молился за народ, а иудеи, убедившись, что они ослепли, спрашивали христиан: «Мы ли одни, увидев Бога христианского, ослепли?» И когда узнали, что христиане ещё лучше, чем прежде, видят, всё множество евреев и во главе их Ерван упрашивали архиепископа исцелить их и подать им святое крещение. Архиепископ, испытав их веру во Святую Троицу, собрал епископов и пресвитеров, крестил их во имя Отца, и Сына, и Святого Духа и, когда входили они в святую купель, то от глаз их отпадало что-то вроде чешуи и не только прозрели телесные глаза их, но прозрела и душа, и сердцем уверовали они в правду, уста же их исповедовали во спасение.

Рассказ в Бозе почившего митрополита Московского и Коломенского Иннокентия⁵

«Проживши на острове Уналашке почти 4 года, я в Великий пост отправился в первый раз на остров Акун к алеутам, чтобы приготовить их к говению. Подъезжая к острову, я увидел, что они все стояли на берегу наряженными, как бы в торжественный праздник, и когда я вышел на берег, то они все радостно бросились ко мне и были чрезвычайно со мной ласковы и предупредительны. Я спросил их: почему они такие наряженные? – Они отвечали: „Потому что мы знали, что ты выехал и сегодня должен быть у нас; то мы на радостях и вышли на берег, чтобы встретить тебя“. – „Кто же вам сказал, что я буду у вас сегодня и почему вы меня узнали, что я именно отец Иоанн?“ – „Наш шаман, старик Иван Смиренников, сказал нам: «Ждите, к вам сегодня приедет священник, он уже выехал и будет учить вас молиться Богу», и описал нам твою наружность так, как теперь видим тебя“. – „Могу ли я этого вашего старика-шамана видеть?“ – „Отчего же, можешь; но теперь его здесь нет, и когда он приедет, то мы скажем ему; да он и сам без нас придёт к тебе“. Это обстоятельство хотя чрезвычайно меня и удивило, но я всё это оставил без внимания и стал готовить их к говению, предварительно объяснив им значение поста и прочее; когда явился ко мне этот старик-шаман и изъявил желание говеть и ходил очень аккуратно, я всё-таки не обращал на него особенного внимания и во время исповеди упустил даже спросить его: почему алеуты называют его шаманом? – И сделать ему по этому поводу некоторое наставление. Приобщивши его Святых Таин, я отпустил его… – И что же? К моему удивлению, он после причастия отправился к своему тоёну и высказал ему своё неудовольствие на меня, а именно за то, что я не спросил его на исповеди, почему его алеуты называют шаманом, так как ему крайне неприятно носить такое название от своих собратьев и что он вовсе не шаман. Тоён, конечно, передал мне неудовольствие старика Смиренникова, и я тотчас же послал за ним для объяснения, и когда посланные отправились, то Смиренников попался им навстречу со следующими словами: „Я знаю, что меня зовёт священник отец Иоанн, и я иду к нему“. Я стал подробно расспрашивать о его неудовольствии ко мне и о его жизни, и на вопрос мой, грамотен ли он, он ответил, что хотя и неграмотен, но Евангелие и молитвы знает. Тогда я спросил его объяснить, почему он знает меня, что даже описал своим собратьям мою наружность, и откуда узнал, что я в известный день „должен явиться к вам и что буду учить вас молиться?“ – Старик отвечал, что ему всё это сказали двое его товарищей. „Кто же эти двое твои товарищи?“ – спросил я его. „Белые люди, – отвечал старик; – они, кроме того, сказали мне, что ты в недалёком будущем отправишь свою семью берегом, а сам пойдёшь водой к великому человеку и будешь говорить с ним“. „Где же эти твои товарищи, белые люди, и что это за люди, и какой же они наружности?“ – спросил я его. „Они живут недалеко здесь в горах и приходят ко мне каждый день“, – и старик представил их мне так, как изображают святого Архангела Гавриила, то есть в белых одеждах и перепоясанных розовой лентой через плечо. „Когда же явились к тебе эти белые люди в первый раз?“ – „Они явились вскоре, как окрестил нас иеромонах Макарий“. После сего разговора я спросил Смиренникова: „А могу ли я их видеть?“ – „Я спрошу их“, – ответил старик и ушёл от меня. Спустя несколько времени он приходит и говорит мне: „Спрашивал; они, хотя и изъявили желание видеть и принять тебя, но при этом они сказали: «Зачем ему видеть нас, когда он сам учит вас тому, чему мы учим?» – Так, пойдём, я тебя приведу к ним“».

«Тогда что-то необъяснимое произошло во мне, какой-то страх напал на меня и полное смирение. Что ежели в самом деле, подумал я, увижу их, этих Ангелов, и они подтвердят сказанное стариком? И как же я пойду к ним? Ведь я же человек грешный, следовательно, и недостойный говорить с ними, и это было бы с моей стороны гордостью и самонадеянностью, если бы я решился идти к ним; и наконец, свиданием моим с Ангелами, я, может быть, превознёсся бы своей верой или возмечтал бы много о себе… И я, как недостойный, решился не ходить к ним, – сделав предварительно по этому случаю приличное наставление как старику Смиренникову, так и его собратьям алеутам, и чтобы они более не называли Смиренникова шаманом».

Этому событию отец Иоанн Вениаминов (мирское имя митрополита Иннокентия) так много придавал значения, что по возвращении в Уналашку в донесении от 1-го мая 1828 года к архиепископу Иркутскому Михаилу II о своём плавании на остров Акун особенно подробно описывает его. «От природы и от воспитания моего, – пишет он, – я, будучи весьма далёк всякого суеверия, а паче – вымысла ложных чудес, и впрочем, не желая таить от вашего высокопреосвященства, яко милостивого архипастыря моего, ничего, даже самых слабостей моих, – к сведению вашего преосвященства честь имею донести о следующем случае, не так, как невозможном, – ибо сила благодати Божией не оскудела и не оскудеет, – но в нынешние времена редчайшем или, по крайней мере, неслыханном. В бытность мою сего 1825 года в апреле на острове Акуне и прилежащих ему трёх островах узнал я через толмача Ивана Панькова, что житель острова Акуна, селения Решиного, лежащего на северо-восточной стороне оного, в расстоянии от главного селения в вёрстах 10-ти, тоён Иван Смиренников, старик лет более 60, от всех здешних и многих других жителей почитается шаманом, или, по крайней мере, не простым, потому: 1-е. Артельновского селения тоёна Федора Жарова жена 1825 года в октябре попала на клепцу (ловушку, делаемую для промысла лисиц) ногой, так что не было средств излечить её, и она уже была при смерти, поскольку удар был в коленную чашку всеми тремя железными зубцами длиной до 2-х вершков. Родственники её тайно попросили означенного старика Смиренникова об исцелении её, и он, подумавши, сказал, что утром будет здорова. И действительно, к удивлению всех, она поутру встала и пошла, не чувствуя никакой боли и даже поныне. 2-е. Зимой того же 1825 года жители здешние имели величайшую нужду в пище, и некоторые из них попросили старика Смиренникова, чтоб он дал кита (это их слова), и он обещался попросить и спустя весьма немного времени сказывает всем жителям, чтоб они все пошли в означенное им место за китом; и действительно, пришедши, нашли целого свежего кита в том самом месте, где он сказывал. 3-е. В прошедшую осень я намерен был побывать на Акуне, но бывшие здесь из России казённые суда помешали, и тогда, когда меня все ожидали, потому наипаче, что поехали за мной с Акуна. Он же смело утверждал, что я не буду осенью, а буду на весну. И действительно, ветры удержали меня, и время сделалось уже позднее, а потому я оставил намерение своё до весны. Есть и ещё таковые случаи, доказывающие его необыкновенное ведение и силу, но я умалчиваю об оных. Таковые повествования, утверждаемые достоверными свидетелями, убедили меня лично спросить старика Смиренникова: почему он узнаёт будущее и чем излечивает? – Он, поблагодарив меня за то, что я хочу спросить его о сем, рассказал мне следующее. Вскоре по крещении его иеромонахом Макарием явился ему прежде один, а потом и два духа, невидимые никем другим, в образе человеков белых лицом, в одеяниях белых и, по описанию его, подобных стихарям, обложенных розовыми лентами, и сказали ему, что они посланы от Бога наставлять, научать и хранить его. И в продолжении почти 30 лет они почти каждодневно являлись ему днём или к вечеру, но не ночью и, являясь, 1-е, наставляли и научали его всей христианской богословии и таинствам веры; я не нахожу за нужное здесь говорить, потому что оно есть учение веры христианской. 2-е, подавали ему самому и по прошению его другим, впрочем весьма редко, помощь в болезнях и крайнем недостатке нищи. Но в рассуждении помощи другим они всегда отзывались на прошение его тем, что мы спросим у Бога, и если благоволит Он, то исполним. 3-е, иногда сказывали ему происходящее в других местах и, весьма редко, будущее: но всегда с тем, если то угодно Богу открыть, и уверяли, что они не своей силой всё то делают, но силой Бога Всемогущего. И хотя их учение есть учение Православной Церкви, но я, зная, что и бесы веруют и трепещут, усомнился, не хитрая ли и тончайшая это сеть искони лукавого? И спросил его: как они учат молиться, себе или Богу, и как жить с другими? Он отвечал, что они учат молиться духом и сердцем, и иногда молятся с ним весьма долго и учат исполнять, словом, все чистые христианские добродетели (кои он подобно мне рассказал), а более всего советуют наблюдать верность и чистоту, как в супружестве, так и вне супружества (и это, может быть, потому, что здешние жители более всего склонны к сему); сверх того учили его и другим внешним добродетелям и обрядам, как-то: как изображать крест на теле, не начинать никакого дела, не благословясь, не есть рано поутру, не жить вместе многим семействам, не есть вскоре убитой рыбы и зверя ещё тёплого; а некоторых птиц и животно-растений морских совсем не употреблять в пищу и прочее».

«После сего спросил я его: являлись ли они ему ныне после исповеди и причастия и велели ли слушать меня? – Он отвечал, что являлись, как после исповеди, так и после причастия, и говорили, чтоб он никому не сказывал исповеданных грехов своих и чтоб после причастия вскоре не ел жирного, и чтоб слушал учения моего, но не слушал промышленных, то есть русских, здесь живущих; и даже сегодня на пути явились ему и сказали, для чего я зову его и чтобы он всё рассказал и ничего бы не боялся, потому что ему ничего худого не будет. Потом я спросил его: когда они являются ему, что он чувствует, радость или печаль? – Он сказал, что в то только время, когда он, сделавши что-нибудь худое и увидя их, чувствует угрызение совести своей, а в другое время не чувствует никакого страха; и поскольку его многие почитают за шамана, то он, не желая таковым быть почитаем, неоднократно говорил им, чтобы они отошли от него и не являлись ему; они отвечали, что они не дьяволы и им не велено оставлять его, и на вопрос его: почему они не являются другим, они говорили ему, что им так велено. Можно подумать, что он, услышавши от меня или научившись от кого-либо другого, рассказывал мне учение христианское, и только для прикрасы или из тщеславия выдумал явление ему духов – пестунов. Но в опровержение сего скажу я, сверх того, что все чистые алеуты почти совершенно чужды гордости, тщеславия и пустосвятства, – 1-е: поучая их, я за краткостью времени, а паче, дабы не обременить их памяти, всегда опускал в истории творение и падение ангелов, о древе познания добра и зла, о первом человекоубийце, о Ное, Аврааме, Предтече и иногда о Благовещении, Рождестве Иисуса Христа. Но он всё сие рассказал мне подробно; во время же поучения моего он из первых подтверждал слова мои, и тоном человека, сведущего Святое Писание. 2-е: алеуты все, здесь живущие, кроме толмача Панькова и ещё весьма немногих, хотя до прибытия моего верили и молились Богу, но едва ли знали, кому верили и молились. поскольку отец Макарий, предместник мой, иеромонах Кадьякской миссии, 1794 и 1795 года крестивший всех здешних алеутов, весьма мало поучал их за неимением даже посредственного толмача, – так как весьма недавно начали появляться хорошие толмачи, и Паньков едва ли не первый из лучших и разумных. Но Паньков, опасаясь не впасть в заблуждение и имея твёрдую веру в Единого Бога, никогда не входил со стариком сим в таковые разговоры и сильно восставал и упрекал других, спрашивающих и просящих Смиренникова. Это засвидетельствовали алеуты. А потому ни от кого от человек, ни посредственно, ни непосредственно, не мог он слышать сих историй. 3-е: сам же он, будучи безграмотен и нисколько не зная русского языка, не мог ни читать, ни слышать от других; и 4-е, – наконец, дабы удостовериться, точно ли являются ему пестуны его, я спросил его, могу ли я видеть их и говорить с ними. Он отвечал, что не знает, а спросит у них; и действительно, через час приходит и говорит, что они сказали на то: „И что он хочет ещё знать от нас? Ужели он ещё почитает нас дьяволами? Хорошо, пусть видит и говорит с нами, если хочет“; и ещё сказали нечто в одобрение моё; но я, дабы не сочтено было за тщеславие со стороны моей, умолчу о сем. Но я от собеседования с ними отказался. Можно сказать мне, почему я не увидел их для удостоверения в их явлении? – Но я скажу на это, что я недоумевал, можно ли и нужно ли мне видеть их лично? Я думал так: что мне нужды видеть их, если учение их есть учение христианское? Разве для того, чтоб из любопытства только узнать, кто они, и чтобы не быть наказанным за таковой поступок мой, и что надобно испросить благословения и наставления его преосвященства, а паче – чтобы, увидя их, каким-нибудь образом и когда-нибудь не впасть в какое-нибудь заблуждение или недоумение и прочее, – вот причины, по коим я отказался видеть их лично. Итак, всё вышесказанное им и клятвой подтверждённое, а мною хотя и не везде точными его словами, но без прибавления и утайки изложенное, и также свобода, безбоязненность и некоторое его удовольствие в рассказе его, а паче незазорное житие его, убедили меня думать и даже увериться, что являющиеся сему старику духи (если только являются) не суть диаволы, потому что хотя диавол и может иногда преображаться в Ангела светла, но никогда для наставления и назидания и спасения, а всегда для погибели человека. Но поскольку не может древо зло плоды добры творити: они должны быть служебные дуси, посылаемые для хотящих наследовать спасение».

«А потому, чтобы некоторым образом не ослабить веры и надежды на Единого Всевышнего и Всеведущего, я, до разрешения вашего преосвященства, осмелился дать ему следующее наставление: „Вижу я, что являющиеся тебе духи не диаволы, а потому слушай их учения и наставления, если только оно не будет противно тому, чему я учил вас в общем собрании. Но другим, спрашивающим тебя о будущем и просящим помощи твоей, сказывай, чтоб они сами просили Бога, как общего всех Отца. Лечить тебе не возбраняю, но только с тем: кого намерен излечить, сказывай, что не своей ты силой лечишь, но Божией, и советуй прилежнее молиться и благодарить Его Единого; не запрещаю также и учить, но не более как только давать наставления малолетним. О будущем же никому и даже мне самому не говорить ни слова. Прочим же алеутам, бывшим тогда, сказал и велел сказывать, чтоб никто не называл его шаманом, но и не спрашивал и не просил бы его ни о чём, кроме Единого Бога“».

Так заканчивает святитель свой рассказ. – В наше грешное время нередко приходится слышать такое мудрование: «Ныне нет чудес, ангелы не приходят с неба поучать людей, как во времена библейские»… Но вот доказательство, что Господь наш Иисус Христос вчера и днесь Тойже, и во веки… Для того, чтобы иметь общение с ангелами, нужно иметь и свойства ангельские, нужно иметь чистоту сердца и детски ангельскую простоту веры. Где есть то и другое, там возможно и видение ангелов. Но желать таких видений – дело дерзновенное и неразумное. Святые отцы учат, что человек, увидевший свои грехи как песок морской, выше сподобившегося видеть ангелов. Блаженны не видевшие, но веровавшие!

(Из творений святителя Тихона Задонского)

И слышах яко глас народа многа, и яко глас вод многих, и яко глас

громов крепких, глаголющих: Аллилуиа! яко воцарися Господь Бог

Вседержитель. Радуимся и веселимся, и дадим славу Ему: яко прииде

брак Агнчий и жена Его уготовила есть себе. И дано бысть ей облещися

в виссон чист и светел: виссон бо оправдания святых есть (Откр.19:6–8).

По окончании праведного суда Христова пойдут избранные Божии с торжеством и восклицанием в живот вечный: внидут в радость Господа своего вернии рабы (Мф.25:21, 23), восприимут наследие нетленно и нескверно и неувядаемо, соблюдено на небесех их ради (1Пет.1:4) царствие приимут, и венец от руки Господни (Прем.5:16), не взалчут ктому, ниже вжаждут, не имать же пасти на них солнце и всяк зной: яко Агнец, Иже посреде престола, упасет я и поставит их на животныя источники вод, и отъимет Бог всякую слезу от очию их (Откр.7:16–17); вселятся во святом горнем Иерусалиме, имущем славу Божию (Откр.21:11), где нощи не будет, и не потребуют света от светильника, ни света солнечнаго, яко Господь Бог просвещает я: и воцарятся во веки веков (Откр.22:5). Тогда работающии Господеви ясти будут, пити будут, возрадуются и возвеселятся в веселии сердца (Ис.65:13–14). Якоже аще кого мати утешает; тако и Аз утешу вы, и во Иерусалиме утешитеся и узрите, и возрадуется сердце ваше (Ис.66:13–14), глаголет Господь. Радостию возрадуются они о Господе, глаголя: да возрадуется душа моя о Господе: облече бо мя в ризу спасения, и одеждею веселия одея мя; яко на жениха возложи на мя венец, и яко невесту украси мя красотою (Ис.61:10). Возрадуется и Господь о них: и будет якоже радуется жених о невесте, тако возрадуется Господь о тебе (Ис.62:5). Будут видеть Бога, Отца своего, лицем к лицу (1Кор.13:12) и узрят Его, якоже есть (1Ин.3:2). Будет и Бог на них смотреть, яко Отец чадолюбивый на возлюбленных сынов Своих. Будут видеть Христа Сына Божия, искупившего их Кровию Своею; будут видеть в Божественной Его славе, Которому зде смирением, любовью и терпением последовали, якоже Сам о сем молился: Отче! ихже дал еси Мне, хощу, да идеже есмь Аз, и тии будут со Мною; да видят славу Мою, юже дал еси Мне (Ин.17:24). Исполнятся всяких даров утешения, радости, сладости Духа Святого, яко живого и животворящего источника. Будут иметь любезную дружбу со святыми Ангелами, и с ними купно во веки веков восхвалят Господа. Тогда будут славно и весело в радости духа торжествовать над смертью, адом и диаволом: где ти, смерте, жало? где ти, аде, победа? (1Кор.15:55). Будут петь пресладкую песнь: Аллилуиа! Радуимся и веселимся, и дадим славу Ему! Тому слава, честь и благодарение буди и от нас недостойных ныне и присно и во веки веков. Аминь.

(Из творений преподобного Ефрема Сирина)

Блажен человек, который обретёт дерзновение в день страшного суда и услышит вместе с другими: «Приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира!»

Тогда каждый, увидя себя во свете, станет рассматривать и размышлять, говоря: «Ужели это я? И каким же образом явился я здесь, недостойный?»

Приступят Ангелы с великой радостью и станут славить святых и восхвалять их житие, подвиги, воздержание, бдения и молитвы, произвольную нищету, совершенную нестяжательность, терпение в жажде, твёрдость в алчбе, постоянное пребывание в молитвах, радость в наготе ради совершенной о Христе любви, – о всём этом с великой радостью скажут праведным Ангелы.

А праведники скажут им в ответ: «Ни в один день на земле вовсе не оказывалось у нас ни одного доброго дела».

Ангелы снова напомнят им места и времена дел; а они опять, дивясь сами в себе, станут славить Бога, видя, что тела их на небе сияют паче света за то, что они терпели на земле небольшие произвольные лишения и скорби.

Они нашли сокровище, сокрытое на селе, и продав всё, что было у них на земле, приобрели оное, нашли прекрасную жемчужину и терпением укрыли её у себя и, сами того не замечая, уготовали себе нескверную и нетленную одежду.

Не велик труд подвига, но велико отдохновение. Непродолжителен подвиг воздержания, но упокоение за оный в раю сладости продолжится во веки веков.

(Оттуда же)

Приидите, приложим старание; приидите, припадём к Богу; будем неотступно плакать и проливать пред Ним слёзы, чтобы даровал нам душевное просвещение.

Уразумейте козни врага и сопротивника нашего, – сего ненавистника всякого добра, который устрояет нам на пути поползновения и соблазны, пагубную любостяжательность, превозношение века сего, плотское удовольствие; а также чаяние долговременного продолжения настоящей жизни, боязнь подвигов, леность к молитве, сон во время псалмопения и телесный покой.

Сколько он старателен, столько мы нерадивы и беспечны; сколько он коварен, столько мы невнимательны, хотя знаем, что дни наши сокращённы, что настало время, и Господь славы грядёт в благолепии красоты Своей, с страшными силами царства Своего, воздать каждому по делам его.

Боюсь, как бы на нас не исполнилось слово Господне: приидут от востока, и запада, и севера, и моря и возлягут с Авраамом, и Исааком, и Иаковом в Царствии Небесном. Мы же изгнаны будем вон.

Умоляю Тебя, Христе, свет истины, рождение благословенного Отца, образ и сияние ипостаси Его, сидящий одесную величествия Его, хвала и радость любящих Тя, жизнь моя – спаси меня грешного во Царствии Твоём и не воздай мне по делам моим, но спаси меня по благодати Твоей и ущедри меня по благоутробию Твоему, ибо Ты благословен и препрославлен во веки.

(Из древнего Патерика)

«Есть ли, блаженный, какое-нибудь воздаяние добрым и худым в будущем?» – спросили одного великого старца. «Поистине, – отвечал он, – есть воздаяние за то, о чём думаем днём и ночью и что делаем, за деяния добрые и злые». И в подтверждение сказанного, простёрши руки к небу, клялся, что намерен рассказать об откровениях, которые случилось некоторым видеть. И сильно плача, начал так рассказывать нам:

Один пресвитер из наших стран, муж чудный и много времени проведший в подвиге и со многим старанием прилежавший к чтению Священных Писаний, рассказывал мне следующее:

«Была у меня, – говорил он, – сестра девица, молодая летами, но приобретшая старческий разум. Она проводила всё время в посте и воздержании. Она сидела однажды около меня и вдруг, отклонившись на спину, лежала безгласна и бездыханна целый день и ночь. На следующий день в тот же час, как бы от сна вставши, была она в страхе и ужасе. Когда же я спрашивал, что такое случилось с нею, она просила меня до тех пор оставить её в молчании, пока пройдёт немного страх душевный. Ибо, говорила она, превышает и зрение, и слух то, что видено было ею хорошего и худого. В слезах провела она много дней, и сама не хотела слышать слова от кого-нибудь, и не говорила с самыми близкими, часто же имена некоторых вспоминала со слезами и стеная оплакивала их. Я большое имел желание узнать о виденном ею; она же едва уступила просьбе и начала говорить так».

«„В оный час, когда я сидела около тебя, два некие мужа, седые волосами, сановитые по виду, одетые в белую одежду, пришли, взяли меня за правую руку и приказали следовать за ними. Один из них, держащий в руке жезл, простёр его к небу и отверз его, приготовляя нам доступ внутрь его. Потом, взявши меня, приводят на некое место, где стояло великое множество ангелов, двери же и храмины были выше всякого слова. Когда же я вошла внутрь, вижу престол возвышенный и многих обстоящих там, красотой и величием превосходящих тех, кои стояли вне. На престоле сидел Некто, Своим светом всех освещающий, к Которому, припадая, все поклонились. Ведшие меня повелели и мне поклониться Ему. Услышала же я, что Он повелел вести меня и показать всё для вразумления ещё находящихся в жизни. Они тотчас взяли меня за руку и приказанное Им исполнили. И пришедши в некое место, вижу великое множество творений, красоты несказанной, облечённых в различные одежды, блестящие золотом и драгоценными камнями, и храмины разнообразные, и живущих в них мужей и жён великое множество в чести и славе. Показывая каждую храмину, говорили мне: «Это суть епископы, праведно и свято начальствовавшие над людьми; это же клирики и миряне, из них одни в своём служении просияли, другие целомудренно и праведно пожили». Там, брат, увидела я пресвитера сего селения и клириков, которых знаем и я, и ты. Увидела множество дев и вдов, жён, в браке честно поживших; из них многие были из знакомых, иные из нашего местечка, другие из различных мест, с которыми случалось быть вместе на праздниках мучеников, иных же, которых и не знала я, о которых просила я ведших меня сказать что-нибудь о них. Они же сказали: «Из различных городов и местечек они; одни упражнялись в подвижничестве, иные же пожили каждая в своём состоянии, некоторые во вдовстве провели большую часть жизни и сокрушаемы были скорбями и многими бедствиями. Есть из них некоторые, в девстве и во вдовстве сначала павшие и за покаяние и многие слёзы опять восстановленные в прежний чин». Взявши меня оттуда, отвели меня в некоторые места, страшные по виду и ужасные для зрения, исполненные всякого плача и рыданий“. Намереваясь же начать рассказ о сем, в такой пришла она страх, что слезами омочилась вся одежда, и от страха рассказываемого прерывался её голос, язык же её невольно запинался, двигался, не издавая звука. Но принуждаемая мною, так начала она говорить: „Видела я места столь страшные и ужасные, что ни зрением, ни слухом, нельзя понять; о них предстоящие мне говорили, что они приготовлены для всех нечестивых и беззаконных и для тех, которые в мире назывались христианами, но много зла делали. Там видела я печь разжённую и издающую страшное некое клокотание. Увидевши её и ужаснувшись, спросила я: «Для каких нечестивых уготовано сие?» Они же сказали: «Для вчинённых в клир, из сребролюбия же и беспечности Церковь Божию оскорбивших и в постыдной жизни проживших без покаяния»; в числе их ясно сказали и имена некоторых, иных из городских, о которых и сам ты слышал, что они постыдно жили, некоторых же и из моей церкви. Я же трепеща возгласила: «Ужели для находящихся в клире и девстве приготовлены такие бедствия?» Один из бывших вдали, отвечая, сказал мне: «Бедствия, девица, назначены им соответствующие нечестию их против Бога и неправде их против ближнего. Ибо ни тех, которые страдают там, не презирает Бог, ни тех, которые делают неугодное Ему, не оставляет без наказания. Всем за доброе и злое воздаёт по достоинству Бог Всемогущий». Ещё отошедши, остановились на месте, полном глубокой тьмы. Всё там наполнено было вопля и смущения, и скрежета, и жалобного голоса, и страшного стенания. Там, брат, увидела я многих и разных дев и вдов, которые не поступали сообразно с своими обетами, переходили же с места на место и своим бродяжничеством порочили жизнь других, вину и наслаждениям прилежали, а на псалмопение и молитвы, и пост не обращали никакого внимания, несмотря на то, что своими обещаниями вступили в завет с Христом. О некоторых же из них говорили, что они человеконенавистно, хотя и правильно, пересказывали о намерениях других, что послужило для некоторых из них к развращению, и сделались они виновными в их погибели. Видя их великое стенание и плач, я не меньшим, чем они, объята была страхом. Посмотревши внимательнее, вижу двух самых любезных мне девиц, объятых оным огнём и муками, которым вместе со мной весьма часто ты, брат, предлагал многие советы и увещания, любя их особенно за их дружбу ко мне; увидевши их и возстенавши весьма, по имени позвала я одну из них. Они взглянули, и лицо их покрылось стыдом по причине наказания, которому подверглись, и ещё более мучились стыдом и поникли вниз. Я же со слезами спрашивала их: что сделано ими тайного, что утаилось от многих и в какие худые дела впали они, за которые получили здесь наказание? И они сказали: «Когда наказания обвиняют нас и показывают деяния наши, зачем спрашивать нас? Зачем же, впрочем, и скрывать нам? Ибо девство погубили мы растлением, по причине зачатия решались на убийства; воздержание и пост в виду других исполняли, втайне же делали противоположное, ибо славы только человеческой желали, а на угрожающее здесь не обращали никакого внимания. Но вот всё, сделанное там тайно, обличили здешние бедствия. Вот, за тамошнее прельщение достойное принимаем наказание! Вот, за тамошнее славолюбие соответственный здесь принимаем стыд! Всячески же за дела наши праведному подверглись мы суду и никакой ни от кого из тамошних друзей не удостаиваемся помощи. Но если есть у тебя теперь какая сила и дерзновение ради твоей доброй жизни, помоги нам в обдержащих нас страшных мучениях! Покажи любовь к нам и хотя немного помилования испроси нам у мучащих нас». Я же отвечала им: «И где толикие увещания и советы брата моего? Где мольбы, где великое его попечение, где постоянные его молитвы? Ужели ничто из сего не было достаточно для того, чтобы не быть вам, сёстры, отведёнными сюда?» Так всякий совет, и заботы, и молитвы, бывающие о ком-либо, бывают тщетны и бесполезны, если он сам себя не сделает послушным к ним! Они сначала молчали, потом стали опять говорить: «Не время теперь обличения и укорения, а утешения и помощи, ибо обдержат нас беды. Помилование доставь и помощь, если что можешь, помоги нам, умилостивившись над нами». Я сказала: «Если могу сделать что доброе, то сделаю!» Они же сказали, чтобы я просила за них начальствующих над муками, если возможно, совсем освободить их от сего мучения, если же невозможно, хотя малое получить облегчение от таких бедствий. И я со слезами и плачем молила их, говоря: «Подражайте своему Владыке человеколюбивому и благому, и облегчите их от сего мучения». Но они со страшным взором без успеха отослали меня, говоря: «Не время для них теперь покаяния и исповедания, ибо данное им от Бога время для покаяния провели в блуде и убийствах, и наслаждениях, и во всяком беззаконии, и потому облегчения здесь получить не могут. За басню почитавшие там блага здешние, как ныне ищут получить их? Справедливо для них, какие посеяли там деяния, такие пожать здесь и плоды; какие там презрели блага, тех здесь не получить, а какими пренебрегали муками, те испытать; потому до конца будет их бедствие. Ступай, девица, возвещай там о здешнем – о добром и о злом, хотя бы многим показалась ты говорящей пустое». Они же, видя, что бесполезно было моё моление, плача и скрежеща зубами, сказали: «Всё терпели мы сообразно с сделанным нами. Ибо учивших в мире оном жить достойно девства мы не послушались, и добрые увещания оказались здесь бесполезными. Но просим тебя, расскажи обо всём этом жившей с нами, ибо и она с нами делала подобное, смеясь над здешним, баснями считая говоримое, как и мы. Возвести ей о наших мучениях, чтобы, если до конца будет делать подобное, и ей не испытать таких же бед. Уверь её, что истинно есть здесь всё и убеди покаяться, ибо может быть, это будет спасением для такой души"“. Господь Бог да удостоит нас освободиться от мук, о которых мы слышали, и получить вечные оные блага в Самом Христе Господе нашем. Ему же слава и держава во веки веков. Аминь».

(Рассказ старушки)

Всю осень прохворала я перемежающейся лихорадкой, и болезнь эта так сильно изнурила меня, что я сделалась совершенно неспособной к работе. А работой я добывала средства к жизни и себе, и четырём малолетним детям. Долгое время перебивались мы кое-чем со дня на день, но около святок мы находились в крайней нужде, и негде было взять и копейки. «Боже мой! – повторяла я не раз с тоской. – Ведь вот и Рождество Христово на дворе. Всем людям праздник, все будут веселиться! А мы? Как встретим мы великий день? И будет ли чем детям разговеться? Что делать мне? Как горю пособить? Идти просить? Но не умею я, и стыдно…» В глубокой горести упала я однажды на колени перед иконой Казанской Божией Матери и начала молиться. «Царица моя Преблагая, – говорила я, обливаясь слезами, – Надеждо моя Богородица! Ты видишь мою скорбь, Ты знаешь и беду мою. Окажи мне всесильную помощь Твою, и хотя ради великого праздника Рождества Сына Твоего и Бога моего помоги мне в нужде моей!» Молитва успокоила меня, и я немного ободрилась.

На другой день поутру я вспомнила, что есть у меня небольшая работа, которая давно мне отдана, но за болезнью моею не окончена. Схожу, думаю, к заказчице и возьму денег на приклад. Быть может, как-нибудь дошью. Всё хоть копеек 30 добуду. Иду в лавку с мужем той женщины, которая мне дала работу, для покупки приклада и, отойдя от дому их шагов на 200, вижу, лежит на улице зелёный лист бумаги. «Наверно, девушка какая-нибудь купила для цветов и обронила», – подумала я про себя. И хочется поднять, и совестно. Что скажет спутник мой, если я буду поднимать всякую мелочь, валяющуюся на дороге? Однако же преодолела стыд и, подойдя поближе, свою находку подняла. Годится, мол, хоть детям книжку обернуть. Пришла домой. Дома был один только меньшой сын, старшие дети ушли в школу. «Возьми-ка, – говорю ему, – этот листок: я подняла его на улице. Не годится ли он вам завертывать книги?» Сын развернул его и отвечает, что то не лист, а только полулист, что для обёртки книг он слишком мал. Беру его сама в руки для удостоверения и вижу, что на нём крупными буквами напечатано слово патент. По малограмотности я далее прочитать не сумела, но припомнила, что покойный муж по поручению разных лиц брал патенты в казначействе, но для какой потребности, я не допытывалась. Отсылаю найденный патент к казначею с сыном и велю его попросить: не даст ли он нам сколько-нибудь за него, если он на что-нибудь нужен. Хотя бы 50 копеек, думаю, и то бы хорошо. Прошло немало времени, наконец сын возвращается. «Ну что? – спрашиваю его в нетерпении. – Что сказал тебе казначей? Годится ли бумага?» – «Да что, – отвечает сын, – напрасно только проходил, бумага ничего не стоит». А между тем вынимает из кармана рубль и подаёт его мне. «Господи! – обрадовалась я – неужели тебе дали рубль?» Каково же было моё удивление, когда сын вынул ещё четыре рублёвые бумажки и положил их предо мною. На меня просто столбняк какой-то напал. – «Маменька, да что же это с вами? – говорит мне мой мальчик. – Опомнитесь! Ведь это Царица Небесная вам посылает на праздник. Встречайте же его веселее». Слова эти привели меня в чувство. Я бросилась к иконе и со слезами радости благодарила Матерь Божию за чудную помощь, которую Она мне подала.

Оказалось, что патент потерял богатый еврей. Казначей послал за ним и, отдавая ему потерянное, сказал: «Возьмите ваш патент; его нашла одна вдова, у неё четверо детей, и она в большой нужде. Патент стоит 30 рублей. Дайте бедной женщине хотя 5 рублей, чтобы и ей было с чем встретить праздник».

(Рассказ старушки)

Сын мой Александр в детстве своём ужасно страдал от зубной боли. Когда ему было 14 лет, припадок этой болезни был так силён, что бедный мальчик не ел, не пил, не спал и стонами своими приводил меня просто в отчаяние. Целую неделю не унималась боль, и целую неделю ребёнок мучился. Чего только не делала я для облегчения его болезни? Каких лекарств и средств не перепробовала? Всё было напрасно, ничто не помогало. Наконец, я решилась послать за знахарем, который, говорили, умел заговаривать зубы; его не застали дома и велели прийти к нам, когда вернётся. Как сейчас помню, это было 5-го декабря. Тем временем приезжает ко мне одна моя хорошая знакомая и зовёт ехать с собой к купцам М-вым; у них в этот день ежегодно совершалось всенощное бдение в честь Святителя Христова Николая, память которого, как известно, празднуется 6-го декабря. «И рада бы, – говорю, – ехать, да там меня, наверное, оставят ночевать, а дома больной сын, и поручить его некому. Знакомая моя даёт мне слово, что по окончании службы сейчас же отвезёт меня домой, и я отправилась. Усердно молилась я угоднику Божию и просила его помощи болящему сыну. Время прошло незаметно, и я возвращалась домой. Сердце моё заранее сжималось при мысли о тех стонах больного ребёнка, которые сейчас услышу, но, к удивлению моему, нахожу в доме полнейшую тишину. «Саша спит?» – спрашиваю у меньших детей, меня встретивших. Но Саша сам уже кричит: «Мамаша, я не сплю, и я здоров». – «Наверное, – говорю ему, – знахарь был у тебя». «Какой знахарь? Никого не было; случилось вот что. Вскоре по отъезде вашем на меня напал глубокий сон, и вижу я, что приходит к нам какой-то старец и спрашивает: „Где больной?“ Братья указывают ему на меня. Тогда он говорит мне: „Встань и подойди под эту машину – она от всякой болезни“. А около него стояла машина, высокая такая, на четырёх ножках. Я подошёл один раз под машину эту, подошёл и в другой раз. „Ну что, болят ли зубы?“ – спросил меня старик. „Болят“, – говорю. „Ну, подойди ещё раз“. Я подошёл, и зубы больше не болели. Тут я уж никого не видел. Проснулся и действительно совсем здоров». Могла ли я не узнать в чудном посетителе, исцелившем сына, Святителя Христова Николая, помощь которого я так усердно призывала? Спешу в тот дом, где мы молились, чтобы поделиться своей радостью и порадовать благочестивых хозяев рассказом о чуде, совершённом угодником, которого они так свято чтут, – но впопыхах забываю сказать, чтобы не пускали знахаря, когда придёт он. К несчастью, так и случилось. Знахарь пришёл и был допущен к здоровому уже ребёнку. И только что он начал заговор, как зубы сына опять и со страшной силой заболели. Целые сутки промучился мой бедный мальчик, но благодаря помощи Святителя и Чудотворца Николая он снова выздоровел, и вот теперь ему уж 30 лет, а у него с тех пор ни разу зубы не болели.

1).Ад есть место, в котором заключается низверженный с неба диавол, как говорит пророк: буду подобен Вышнему (сказал диавол); ныне же во ад снидеши и во основания земли (Ис.14:14–15). Ад называется огнём вечным. Спаситель говорит: идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его (Мф.25:41). Называется тьмой кромешной, называется и ещё другими именами, которые все означают место осуждения и мучения, в которое нисходит душа грешная. В аде есть многие разделения наказаний и мук.

2).Люди, умирающие во гневе Божием, будут вечно мучиться, одни более, другие менее; Спаситель говорит: Раб ведевый волю господина своего, и не уготовав, ни сотворив по воле его, биен будет много: неведевый же, сотворив же достойная ранам, биен будет мало (Лк.12:47–48).

3).По воскресении грешники будут мрачны и безобразны и будут находиться в аде вместе с диаволами.

4).Грешники с окончанием жизни лишаются всего, чем они в мире наслаждались, и предаются мучению. Тогда познания их о блаженстве праведных будут гораздо яснее, и они, к несчастью, узнают, чего лишились. Совесть их пробудится и будет обличать их в грехах; бесчувственность их прекратится; но безнадёжность повергнет их в горькое отчаяние.

5).Мучение грешников до всеобщего суда неполно и несовершенно; они находятся в состоянии предчувствия или предвкушения мучения.

1).Рай есть жизнь бессмертная и радость бесконечная; там всегдашний невечерний Божественный свет славы. Понятие о рае превосходит язык и ум; ибо ни человек, ни ангел истолковать нам его не могут. Мы можем рай приобресть, но не можем нашим умом его постигнуть, ибо мы на земле.

2).Апостол Павел в первом Послании к коринфянам, глава 2, стих 9, так изобразил блаженство на небесах: ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша, яже уготова Бог любящим Его (1Кор.2:9).

3).На небе вечно будет день, хотя и не видно будет солнца; ибо град (небесный) не требует ни солнца, ни луны, да светят в нем: слава бо Божия просвети его, и светильник его – Агнец. Нощи не будет тамо, и не потребуют (чада Божия) света от светильника, ни света солнечнаго, яко Господь Бог просвещает я: и воцарятся во веки веков (Откр.21:23; 22:5).

4).Праведники по смерти своей будут жить с ангелами и святыми там на небеси и будут видеть Бога лицом к лицу: будут радоваться радостью чистой, непрестанной и вечной, не зная ни скуки, ни печали, ни заботы, ни мучения, ни страдания.

5).Святое Писание говорит о блаженстве на небесах: так как души святых переселяются от мира сего не с одинаковой мерой совершенства нравственного, то и по переселении от мира удостаиваются не одинаковой степени блаженства; Спаситель говорит: в дому Отца Моего обители многи суть (Ин.14:2), то есть многие степени славы и блаженства. Вообще души святых находятся под покровом благодати Божией; ибо Священное Писание говорит: Праведных души в руце Божией, и не прикоснется их мука (Прем.3:1).

6).Высшее блаженство души в общении её с Богом будет состоять в любви. Бог любы есть, и пребываяй в любви в Бозе пребывает, и Бог в нем пребывает (1Ин.4:16).

7).Праведные, подобно небесным бесплотным силам, – покоя не имут день и нощь, глаголюще: свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Иже бе и сый и грядый (Откр.4:8). Это славословие служит свидетельством вкушаемого ими блаженства. Как тело на земле ощущает наслаждение посредством чувств, так душа на небесах ощущает неизъяснимую радость посредством ощущения излияния на неё Божией любви.

8).Блаженство праведников до всеобщего суда не полно и не совершенно: они находятся в состоянии предчувствия или предвкушения блаженства.

9).По воскресении и тела праведников будут духовны, будут освещаться светом Божественной благости, как сказано: Праведницы просветятся яко солнце в Царствии Отца их (Мф.13:43).

10).Святой Григорий Богослов описывает, каким образом праведники тотчас по смерти получают Божию славу и каким образом они получат её по воскресении из мёртвых. Вот его о сем слова: «Всякая добрая и боголюбивая душа, когда, разрешившися от связующегося ей телеси, отсюда отходит, тотчас объята будучи чувством и зрением ожидающего её блага, чудным неким удовольствием наслаждается, и веселится, и радостно шествует ко Владыке своему, и как бы уже воображением плодоприемлет предлежащее блаженство. Мало же спустя потом и сродную ей плоть восприявши, с той купно наследствует тамошнюю славу».

11).Плотской человек не может видеть Бога. Господь говорит Моисею: Не бо узрит человек лице Мое, и жив будет (Исх.33:20). Но по отрешении от тела прославленным в будущей и вечной жизни в день конечного суда дастся от Бога свет, с которым они будут видеть свет Божий, как говорит Псалмопевец: Яко у Тебе источник живота, во свете Твоем узрим свет (Пс.35:10). В этом-то благодатном зрении и заключается полнота наслаждения, по тому же Псалмопевцу: насыщуся, внегда явитимися славе Твоей (Пс.16:15).

1-я заповедь: Аз есмь Господь Бог твой: да не будут тебе бози инии разве Мене.

Первой и наибольшей заповедью Господь научает нас почитать истинного Бога, чтобы все люди знали Его и служили Ему.

Послушайте, как Бог объявляет о Себе, Кто Он и какого достоин Он почитания. Я ваш Господь, то есть Творец и Владыка. Не видны ли в одном этом имени величайшие благодеяния Божии к людям? Он все твари произвёл по одной Своей благости и одним Своим словом; из всех тварей Он особенно украсил человека, давши ему бессмертную, по образу Божию созданную душу. Он же, сотворивши всё, не оставил Своих созданий без Своего попечения, но есть Владыка их: Он хранит их, заботится об их счастии, подаёт по их прошению все, какие им нужны, блага и дары Свои. Не Он ли послал Своего Сына на землю, Который пострадал и умер за наши грехи, чтобы всех спасти и всем доставить Царство Небесное.

Какого же почитания, какой любви и благодарности достоин наш Господь за все Его милости и благодеяния к нам? Нет на земле и на небе никого другого, кто бы заслужил высшей чести и прославления. Итак, Его Одного – Творца и Владыку мира почитай Богом, Его Одного возлюби и Ему Единому служи; непрестанно памятуй о Нём, обращайся к Нему с верой, надеждой и любовью, чти в мыслях, словах и делах твоих и страшись, как бы не оскорбить Его и не оказаться виновным пред Ним.

2-я заповедь. Не сотвори себе кумира, и всякаго подобия, елика на небеси горе, и елика на земли низу, и елика в водах под землею: да не поклонишися им, ни послужиши им.

В древние времена только один народ еврейский почитал истинного Бога; все же прочие вместо Господа Бога служили тварям, называя их богами. На небе – горе (вверху) они поклонялись солнцу, луне и звёздам, на земле животным и в водах рыбам. Вот это поклонение тварям и их изображениям запрещает Господь 2-й заповедью.

Благодарение Господу! Мы все с детства воспитываемся в Христовой вере и научаемся поклоняться единому истинному Богу. Но и у нас христиан много есть кумиров, пред коими мы также служим и им угождаем, забывая нередко Господа Бога. Это – страсти наши, когда мы так к чему-либо привязываемся, что уже не то делаем и не так живём, как бы следовало по учению Христову, но так, как повелевает наша страсть. Грешит против этой заповеди тот, кто день и ночь заботится о том, как бы больше достать всякого богатства, а о душе своей забывает. Умертвите в себе любостяжание, учит апостол Павел, которое есть идолопоклонство. Сколько есть таких, которые в случае несчастий или других затруднительных обстоятельствах обращаются не к Богу, а к гаданиям, заговорам, суевериям; что это, как не идолы? Потому что такие люди не на Бога надеются, но на другую какую-то силу.

Но есть на небе существа, коих Сам Бог приблизил к Себе и прославил в Своём блаженном царствии. Они ближайшие служители пред Ним и за свою чистоту и святость удостоены такой великой благодати Божией, что всегда видят лице Отца Небесного и получают от Него всё, чего ни просят. Это святые, ангелы и выше всех Пресвятая Матерь Божия, честнейшая Херувимов и славнейшая Серафимов. Господь Бог всегда есть и остаётся единственным Творцом и подателем жизни и всяких благ, – но ангелы и святые, а особенно Пречистая Матерь Божия, велики у Бога и сильные ходатаи, и молитвенники за нас пред Богом. Поэтому не только не противно Богу, но Ему угодно и от Него заповедано призывать их в своих молитвах и кланяться их священным изображениям.

3-я заповедь: Не возмеши имени Господа Бога твоего всуе.

Какое же другое имя и призывать нам, как не Имя Господа Бога, к Кому и обращаться, как не к Нему Единому? Когда человек начинает какое дело, подвергается опасности, впадает в несчастие: не прежде ли всего взирает он на небо и молит Бога о помощи? Поэтому заповедь Господня не запрещает призывать Имя Божие; она учит произносить Его в наших молитвах, прибегать к Нему в бедах и опасностях и вообще памятовать и беседовать о Боге. Но заповедь запрещает призывать имя Божие всуе, то есть напрасно. Так делают те, которые произносят имя Божие неблагоговейно, без нужды и лживо. Неблагоговейно употребляют имя Божие те, которые ведут легкомысленные разговоры о Боге и небрежно обращаются со священными предметами. Грешно христианам показывать неуважение к святой вере своей, обращать в шутку и глумление предметы священные и иногда, страшно сказать, шутить именем Божиим! Напрасно призывают имя Божие те, которые имеют предосудительную привычку клясться и божиться при всяком разговоре и во всех случаях. Они не подумают, какие оскорбления наносят Богу, небрежно произнося святейшее имя Того, пред Кем трепещут ангельские силы. Наконец, не заслуживают никакого извинения те, которые осмеливаются призывать имя Божие лживо, употребляя оное для обмана других, к достижению корысти и ко вреду ближних. Они думают обмануть Всеведущего и делаются виновными в клятвопреступлении. Итак, божба, клятвопреступление, неуважение к священным предметам: вот грехи, кои запрещает 3-я заповедь!

4-я заповедь. Помни день субботный, еже святити его: шесть дней делай, и сотвориши в них вся дела твоя, в день же седьмый суббота Господу Богу твоему.

В этой заповеди Господь указывает ещё способ, как воздавать честь и любовь к Богу: надобно свято хранить праздники Божии. День субботний был первым из праздников, который Бог освятил ещё в раю, когда Он окончил в шесть дней творение мира и в седьмой день почил от всех дел Своих. Потом Сам Бог заповедал хранить и другие праздники для прославления Бога за другие Его милости и благодеяния к людям. С пришествием Иисуса Христа на землю мы празднуем уже не субботу, но первый день недели, называя Его Воскресением, потому что смертью и Воскресением Иисуса Христа искуплены все люди от грехов и открыт вход в Царство Небесное. С тех пор мы имеем праздники не только в честь Господа, но и в честь святых, прославленных Христом на небе, и особенно в честь Матери Божией.

Чем же заповедь учит чтить праздники Господни? В эти дни она учит успокоиться от всех житейских работных дел и оставить все земные заботы, кроме необходимых, не терпящих отлагательства. Весь день праздника должен быть посвящён Господу. Начни день молитвой более усильной и прилежной, чем в обыкновенные дни; приходи ко всем службам в храм Божий и там стой благоговейно как пред лицем Самого Бога, пребывающего в нём. В дому своём собери домочадцев и всю семью, пребывайте все во взаимной любви и благочестивых разговорах, услаждайтесь чтением Священного Писания и других благочестивых книг. Освящайте эти дни не праздностью и увеселениями, но делами благотворения и милосердия, принимая нищего и странного, утешая печального, посещая болящего, прощая обижающим нас. Тогда окончишь ты день с покойной совестью.

5-я заповедь. Чти отца твоего и матерь твою, да благо тебе будет и да долголетен будеши на земли.

Научивши нас почитать истинного Бога, заповеди Божии внушают потом нам, чтобы мы любили всех ближних наших и всех людей. Все люди нам братья, потому что все мы созданы от одного Бога и все получили одну природу, – а особенно ближние нам те, которые исповедуют одну с нами веру и живут на одной земле под властью одного царя.

Но из всех ближних наших Бог заповедует нам преимущественно чтить родителей наших. Чти отца твоего и матерь твою. И кому же после Бога мы более обязаны, как не нашим родителям? Через них Бог даровал нам жизнь, они берегли нас и заботились о нас во время нашего детства, они дали нам первоначальное воспитание в святой вере и научили всему доброму. Итак, первее всего на нас лежит святой долг почитать родителей своих. От всего сердца надобно любить их, питать к ним уважение и привязанность, и бояться, как бы не оскорбить их словом или поведением своим. Худой сын – бесчестье отцу; поэтому тот не почитает своих родителей, кто не оказывает им послушания, не повинуется советам и вообще ведёт худую неблагонравственную жизнь. Непочтительные дети рано или поздно получат наказание от Бога; послушным же обещано и здесь в награду благополучие и долголетие, а там на небе вечное утешение.

Кроме родителей, Бог дал нам много и других благодетелей, которые также заботятся о нас и оказывают нам много добра. Мы все живём на одной родной земле, все пользуемся миром, спокойствием, и никто не смеет обижать и делать нам зло. Кто же охраняет нас и дарует нам это спокойствие? Не наш ли общий отец-царь всей земли нашей? Ему заповедь учит воздавать честь как помазаннику Божию, о нём молиться и оказывать ему всякое повиновение. И не только ему, но должно почитать и начальников, и всякую власть, потому что они от него поставлены исполнять его волю и радеть о нашем благе. Есть у нас ещё благодетели – духовные отцы наши, пастыри Церкви. Они возродили нас в святой купели крещения, они наставляют нас святой вере и доброй жизни, они охраняют нас своими молитвами, в их руках спасение наших душ и вечное блаженство. Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, учит апостол. Наконец же эта заповедь учит почитать и всех добрых людей, кои помогают нам, благодетельствуют и оказывают всякое добро и услугу.

6-я заповедь: Не убий.

Эта заповедь Божия внушает всем, что убийство есть тяжкий грех пред Богом. Если жизнь дана нам от Бога, то кто, как не Он же один, может и распоряжаться ею? И если жизнь дана нам для получения вечного блаженства, то как же виновен тот, кто не хочет пользоваться ею и губит себя и душу свою! Как бы бедна, горька и тяжела ни была жизнь наша, всё же она от Бога послана; надобно молиться и покоряться безропотно воле Божией. Поэтому нет самоубийцам оправдания и прощения от Бога, потому что они сами отреклись от Творца и Промыслителя их жизни.

Но против этой заповеди виновны не одни те, кои лишают жизни себя и других; но и те, кои сокращают жизнь и вредят здоровью и благосостоянию, предаваясь порокам пьянства, невоздержания, праздных увеселений, роскоши и всякому распутству. Не убивают ли часто себя и других тем, что враждой, гневом, ссорами, клеветой и всякой обидой доводят до печали, уныния и отчаяния. Всякий ненавидящий брата своего есть человекоубийца, говорит апостол. В таком же грехе виновны родители, которые жестоко обращаются в своём семействе; те, кои обременяют работами сверх сил, и те, кои оставляют своих ближних в нужде и голоде.

7-я заповедь. Не прелюбы сотвори.

Между грехами человеческими есть грех, который у всех людей считается самым бесчестным. Грех этот есть блуд или распутство, – и его-то запрещает всем 7-я заповедь.

Сам Бог ещё в раю освятил супружеский союз, сочетавши мужа и жену на всю жизнь и благословивши их размножаться. Господь наш Иисус Христос возвысил ещё более святое Таинство брака и сказал: что Бог сочетал, человек да не разлучает. Против этого святого брака есть много разных видов греха, которые нетерпимы между христианами. Блуд же и всякая нечистота ниже да именуются между вами, говорит апостол. Виновны те беспутные юноши и девы, которые рано вовлекаются в праздность и рассеяние и мало-помалу теряют честь и доброе имя. Грешат те, кои дали пред Богом и святой Церковью священный обет верности и святости союза на всю жизнь, и потом попирают чистоту супружескую и впадают в порочные связи. Ещё более преступны те, кои лестью и коварством вкрадываются в чужие семейства, вносят раздор между супругами и совершают ужасный грех прелюбодеяния. Господь считает тяжким грехом одну нечистую мысль, пожелание, взгляд: как же виновны те, которые самым делом совершают грехи невоздержания и распутства!

8-я заповедь. Не укради.

Господь ещё в раю дал заповедь всякому человеку трудиться, чтобы доставать себе пищу, одежду и прочие блага. Но люди часто обогащают себя отнятием чужой собственности и другими незаконными средствами. Этой заповедью Господь строго воспрещает присвоять себе всё, что принадлежит другому.

Есть безжалостные люди, которые так ожесточены своим сердцем, так заглушили в себе совесть и всякое чувство чести, что не стыдятся похищать чужое добро с грабительством и насилием, а иногда с убийством. Это – люди погибшие, о коих в Слове Божием сказано: ни воры, ни лихоимцы, ни хищники Царствия Божия не наследуют.

Но есть много других, не столь грубых, более хитрых способов, коими люди нарушают эту заповедь: не укради. Всякое незаконное приобретение, всякое неправедно добытое добро, всякий с ущербом для ближних захваченный прибыток, можно считать отнятием чужой собственности. Так грешат занимающиеся торговлей, когда наживают себе богатство обманом и нечестным образом. Грешат те, которые утаивают чужое добро, например, опекуны, или те, кои берут разные вещи и не отдают долга; удерживают плату за работы или работают недобросовестно. Всякое чужое достояние, как бы мало оно ни было, должно быть священно для нас, и кто каким образом ни присвоит его, повинен пред Богом.

9-я заповедь. Не послушествуй на друга твоего свидетельства ложна.

В этой заповеди Господь учит, чтобы мы всегда имели доброе мнение о ближних наших и никогда не говорили о них ничего худого и несправедливого. Таким образом, она запрещает грехи, самые употребительные между людьми – злословие, клевету, ложь и всякую неправду.

Господь один имеет власть судить человека, потому что Он один знает, что на сердце у каждого; потому Слово Божие учит: не судите, чтобы не быть судимыми (Мф.7:1). Худо делают те, которые имеют привычку злословить ближних, то есть кои любят говорить дурное о других и нарочно распространять худые слухи. Ещё хуже делают те, которые клевещут на других, то есть выдумывают про них худое и обвиняют в том, в чём те совершенно неповинны. Самый важный грех против этой заповеди есть ложное свидетельство против других, когда в случае каких-либо споров, распрей, жалоб и обид мы показываем перед судом несправедливо и утаиваем настоящую правду. Ещё более согрешает лжесвидетель, когда он даёт свои ложные показания с присягой и призыванием имени Божия. Тогда он оскорбляет Бога, Которого он обманывает и делается клятвопреступником. Каждый человек есть брат наш, за которого также Христос умер. Поэтому долг христианина не только самому не говорить ничего худого о других, но и защищать честь их, когда кто-либо злословит ближних.

10-я заповедь. Не пожелай жены искренняго твоего, не пожелай дому ближняго твоего, ни села его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ни всякого скота его, ни всего, елика суть ближняго твоего.

Последняя заповедь Божия запрещает не только делать ближнему зло и вред, но даже и желать того, думать о том, в сердце иметь какое-либо зло и вражду против других. Откуда происходят все наши грехи? Из нашего сердца, от наших страстей и худых пожеланий, скрывающихся в человеке. Поэтому, чтоб не было худых дел, надобно сперва очистить душу и изгнать из неё все худые мысли и желания. К этому ведёт 10-я заповедь. Она учит не иметь худого расположения и зложелательства к ближним. Большей частью мы бываем недовольны тем, что Бог нам даёт, и напротив, завидуем благополучию других. Видишь семейное счастье, согласие мужа и жены, взаимную любовь их, мир и благодать в семье: не завидуй, но помни заповедь: не пожелай жены искреннего твоего, берегись нарушить чем-либо семейное счастье. Пусть не прельщают тебя ни красота дома, ни богатство в нём, ни слуги его, ни всякое чужое добро: всё это – Божие, и кто завидует тому, тот делается виновен пред Богом.

(Из сочинений преосвященнейшего епископа Феофана)

Что сказать тому, кто спросит: как душу спасти? Вот что: покайся и, укрепясь силой благодатной в таинствах, ходи путём заповедей Господних по тому руководству, какое даёт тебе святая Церковь через богодарованное пастырство. И всё это должно совершать в духе веры искренней, не размышляющей.

В чём же вера?

В сердечном исповедании, что Бог, в Троице поклоняемый, всё создавший и о всём промышляющий, спасает нас, падших, в силу крестной смерти воплотившегося Сына Божия, благодатью Пресвятого Духа, во Святой Своей Церкви. В этой жизни полагаются начатки обновления, которое в будущем веке явится во всей своей славе, так что и ум постигнуть, и язык изречь не может.

Боже наш, как велики обетования Твои!..

Как же ходить неуклонно путём заповедей?

На это одним словом не ответишь. Жизнь – сложное дело. Вот что требуется:

а).Покайся и обратись ко Господу, познай свои грехи, оплачь их с сокрушением сердечным и исповедай перед духовным отцом, дав обет словом и в сердце своём положив пред лицом Господа не оскорблять Его более грехами своими.

б).Затем, пребывая в Боге умом и сердцем, телом трудись в исполнении лежащих на тебе по твоему положению обязанностей и дел.

в).В этом труде паче всего блюди сердце своё от худых помыслов и чувств – гордости, тщеславия, гнева, осуждения, ненависти, зависти, презрения, уныния, пристрастия к вещам и лицам, рассеянности, многозаботливости, всех чувственных удовольствий и всего того, что отделяет от Бога ум и сердце.

г).Чтобы устоять в этом труде, положи наперёд не отступать от того, что сознаёшь должным, хоть бы умереть пришлось. Для сего с самого начала произволением приноси живот свой в жертву Богу, чтобы жить так, как бы ты не был жив себе, а только единому Богу.

д).Подпорой жизни в этом порядке служит смиренное предание себя в волю Божию и ненадеяние на себя; а духовное поприще, на котором совершается эта жизнь, есть терпение, или непоколебимое стояние в порядке спасительной жизни, с благодушным перенесением всех сопряжённых с тем трудов и неприятностей.

е).Подпорой терпению служат: вера, или уверенность, что, работая так Богу, ты раб Его, а Он твой Владыка, Который видит твои труды, благоугождается ими и ценит их; – надежда, что помощь Господа Бога, присно покрывающего тебя, всегда готова тебе и низойдёт на тебя во время благопотребное, что Бог не покинет тебя до конца твоей жизни, и, сохранив тебя верным заповедям Его здесь, среди всех искушений, введёт через смерть в царство Своё вечное там; – любовь, которая, денно и нощно помышляя о возлюбленном Господе, всячески заботится творить одно угодное Ему и избегать всего, что может оскорблять Его в слове, деле и помышлении.

ж).Орудия такой жизни суть: молитва, церковная и домашняя, паче же умная, посильный пост по уставу Церкви, бдение, уединение, телесный труд, частое исповедание грехов и святое причащение, чтение Слова Божия и писаний отеческих, беседа с людьми богобоязненными, частое совещание с своим духовным отцом о всех случаях внутренней и внешней жизни. Учредитель всех сих подвигов в мере, времени и месте есть благоразумие с советом опытных.

з).Огради себя страхом. Для сего помни последняя – смерть, суд, ад, царство небесное.

Более всего внимай себе: храни ум трезвым и сердце несмущённым.

и).Последней же метой поставь возгорение духа, чтобы духовный огонь возгорался в сердце твоём и, собрав все силы воедино, начал созидать твоего внутреннего человека и окончательно попалять терние твоих грехов и страстей.

Так устройся и благодатью Божией спасёшься.

(Оттуда же)

Есть удаление от мира телом – это удаление в пустыню; но можно удалиться от мира, и оставаясь в мире, – это удаление от него образом жизни. Первое не для всех уместно и не всем под силу; а второе обязательно для всех и всеми должно быть выполняемо. Вот к этому-то и приглашает нас в своём каноне святой Андрей, когда советует удалиться в пустыню благозаконием.

Брось обычаи мира и всякое твоё действие, всякий шаг совершай так, как повелевает благой закон евангельский, – и будешь жить среди мира, как в пустыне. Между тобой и миром это «благозаконие» станет как стена, из-за которой не виден будет тебе мир; хоть и перед глазами будет он у тебя, да не для тебя. У мира будут свои чередования и изменения; а у тебя свой чин и свои порядки: он пойдёт в театр, а ты в церковь; он будет танцевать, а ты класть поклоны; он пойдёт на гулянье, а ты останешься дома, в своём уединении; он будет упражняться в празднословии и смехотворстве, а ты в молчании и богохвалении; он в утехах, а ты в трудах; он в чтении пустых романов, а ты в чтении Слова Божия и отеческих писаний; он на балах, а ты в беседе с единомышленными тебе или с отцом духовным; он в корыстных расчётах, а ты в Богомыслии. Начертай во всём себе правила и порядки жизни, противоположные обычаям мира, и будешь в мире – вне мира, как в пустыне, ни тебя не будет видно в мире, ни мира в тебе. Таким образом, и в мире ты будешь пустынножитель.

(Рассказ священника И.Я.⁶)

В 1864 году летом прибыл к нам в село молодой человек лет 25 и поселился в чистеньком домике. Этот господин сначала никуда не выходил; а недели через две я увидел его в церкви. Несмотря на молодые лета, лицо его было помято, морщины кое-где легли целыми складками и невольно говорили, что не без бурь и потрясений прошло его юношество. Он стал часто посещать нашу церковь, и не только в праздник, но и в будни можно было видеть его молящимся где-нибудь в углу, при слабом мерцании лампадки. Он всегда приходил рано, уходил позже всех, и каждый раз с каким-то особенным благоговением целовал крест и брал у меня антидор. Прошло лето, была и зима уже на исходе. Наступила святая Четыредесятница. Церковь стала полна народу, и господин этот стал ещё ревностнее посещать церковь. Его лицо, измождённое постом, его смирение и жаркая молитва делали его настоящим подвижником. Наступил пяток первой недели, и вот по окончании исповеди прихожан, я получаю записку от загадочного господина с приглашением к нему. Я поспешил отправиться. Встретив меня на пороге, он принял благословение и попросил садиться. Я сел.

– Извините, что я побеспокоил вас в такую пору; теперь уж одиннадцатый час… но вы не станете обижаться, когда узнаете причину моей просьбы к вам.

– Зачем такие извинения, – отозвался я. – Мне, как человеку, очень интересно познакомиться с вами, потому здесь нет никого, с кем бы можно поговорить о чём-нибудь серьёзном; потом, как пастырь, я должен по своей обязанности прийти к вам, потому что, быть может, вам нужен я как врач духовный.

– Именно так, вы мне нужны как врач… Мне нужно ваше поучение, ваше тёплое сочувствие, наставительное слово. Вы теперь лицом к лицу с дряхлым, измождённым, не успевшим ещё оправиться от моральной болезни членом Церкви.

– Очень рад, что могу послужить вам, прошу говорить всё, что есть у вас на душе; моё дело разделять все нужды моих пасомых, врачевать их раны и приводить к Отцу Небесному…

– Благодарю, благодарю вас, батюшка. Позвольте же попросить у вас внимания и терпения для выслушивания рассказа о моей короткой, но дурной жизни.

Отец мой, – начал он, – был мелкопоместный помещик; в Я… губернии Д… уезда принадлежала ему одна деревенька. В этой-то деревне мой батюшка имел большой дом, в котором он постоянно жил и в котором я получил первоначальное воспитание. Мой батюшка постоянно почти был дома и вместе с матушкой старался вложить в меня начала всякого добра и христианского благочестия. Оба они любили рассказывать мне разные священные истории, и часто бывало вечером, слушая эти рассказы, я там и засыпал, где сидел. И, Боже мой, какие сладкие сны тогда грезились мне! Всё, что я ни слышал в этот вечер, отражалось у меня во сне, и в моём истинно-невинном воображении, как бы в тумане, проносились дорогие, священные образы из рассказов моих родителей. Вот как теперь вижу – Спаситель в терновом венце, обагрённый кровию, висит на дереве; Его глаза полны любовью, и Он просит Бога-Отца отпустить мучителям: не ведают бо, что творят. И Божия Матерь стоит при кресте с бледным лицом, полная беспредельной любви к страждущему Сыну, – и сколько муки, сколько страданий выражается в её очах! Все эти сны наполняли мою душу неизъяснимым блаженством. Тихо, плавно текла моя жизнь, и я был примерный ребёнок. Но вот мне исполнилось 10 лет, и я поступил в одно из средне-учебных светских заведений. Тяжело мне было привыкать к новой жизни: в заведении я уже не слышал более того тёплого, истинно религиозного наставления, какое мне давалось дома на каждом шагу. Сначала я был религиозен и часто молился, но эта молитва была часто причиной насмешек моих товарищей. Все воспитанники этого заведения без надзора богобоязненных родителей были страшными кощунами, и их язвительные насмешки сыпались градом на мою голову за мою религиозность. Время шло, поддержки у меня не было, и моя охота к молитве пропала, сначала потому, что я боялся товарищей, потом уж это обратилось мне в привычку; я пристал к моим товарищам, и молитва более уже никогда не приходила мне на ум, беседы и разговоры наши были самые грязные, богопротивные: насмешки над Священным Писанием, над богослужением, над усердием и религиозностью некоторых священников и простого народа, – вот что было постоянным предметом наших разговоров. Сначала меня коробило от всего этого; потом время и общество притупили во мне и это последнее проявление доброго, остаток домашнего воспитания. Но всё-таки, как я ни опошлился в этой среде, во мне было сознание того, что я грешу пред Богом; а между тем, я продолжал делать то же, что и товарищи… Время шло; я перешёл в последний класс, и тут-то окончательно совершилось моё падение, и прежние насмешки над обрядами и религиозностью людей перешли в полное осмеяние всей божественной религии. Один товарищ был где-то на стороне заражён материализмом и проповедовал страшные вещи в нашем кружке. Однажды принёс он к нам Бюхнера, и я с жадностью бросился на этого развратителя. Господи, чего я тут не вычитал!.. Время летело, и я сделался отъявленным материалистом. Бытие Бога, бытие души, будущая загробная жизнь – всё это я считал порождением фантазии и зло смеялся над всем. Крест – это орудие нашего спасения, – я сбросил с себя и с каким-то презрением посмотрел на него… Когда я стоял в церкви по приказанию начальства, как же издевался я, как смеялся над отправлением божественной службы! Когда наступали постные дни, я нарочно старался поесть скоромного, чтобы показать полное презрение к церковным постановлениям. Святые иконы, жития святых были главными предметами моих насмешек. Всегда перед принятием Святых Таин я старался хоть чего-нибудь поесть и потом уже шёл к приобщению. Одним словом, в эту пору я был каким-то извергом, а не человеком. Но вот наступило время моего выхода из заведения, и тут-то со всей силой я ринулся в бездну погибели, и много-много я увлёк за собой чистых, невинных душ…

Брак есть предрассудок, – так думал я, и первой моей заботой по выходе из института было распространение этой идеи. Я был вхож в один дом, где жила молодая женщина, несчастная замужеством. Вместо того, чтобы подкрепить её, упадающую духом, и вложить в неё упование на Бога, я стал проповедовать свои идеи о браке… и горе мне! Бедная женщина расторгла оковы брака и бросилась в мои объятия. Другой жертвой моего разврата была одна девушка, которая потом пошла обычной широкой дорогой всех падших женщин… Да, за эти падшие души мне придётся отдать страшный отчёт Господу! Я, я их соблазнил; а в Писании сказано: уне есть да обесится жернов (соблазнителю) на выю и потонет в море. Разум наш слишком несилён остановить нас от пошлости, когда в нас нет голоса совести; так и я, заглушивши всё святое в моём сердце, хотя и старался руководиться во всём рассудком, но он не помогал мне, и я окончательно погибал. С товарищами такими же, как и я, окружённый развратными женщинами, я проводил целые ночи за бутылками вина, и чего-чего не бывало в шумных бесовских оргиях!.. Время шло; я ещё больше развращался и окончательно погряз в бездне преступлений. Казалось, чего больше: человек окончательно погиб, и никакая сторонняя рука не могла меня вытащить из этого омута; но, знать, нет греха, побеждающего милосердие Божие; знать, Господь не хочет смерти грешника, но еже обратиться и живу быти ему… Если мне не мог помочь человек, то помог всесильный Господь, Которого я отвергал; особенное действие Промысла Его обратило меня на путь истинный и воззвало к нравственному возрождению.

В один год померли от холеры мои добрые родители, и их-то тёплая молитва пред престолом Всевышнего, должно быть, повела к исправлению заблудшего их сына. По получении известия о их смерти я отправился в село к ним на могилу. Странно: как я ни опошлил, как ни смеялся над всеми святыми чувствами человека, но всё-таки привязанность к родителям оставалась, и холодный развратный ум уступил голосу сердца – желанию побывать на могиле, и не осмеял его. Это я приписываю особенному действию Промысла Божия, потому что эта поездка на родину была началом моего исправления. Приехавши в родное село, я спросил церковного сторожа, где могила таких-то, и, не думая перекреститься на церковь, отправился к указанному месту... Вот уж могила от меня шагах в десяти, вот уж я вижу и свежую насыпь, но… вдруг потемнело у меня в глазах, дыхание захватило, голова закружилась, и я упал без памяти на землю. Не знаю, что со мной тут было, только я в сознание пришёл уж в квартире, нанятой моим слугой у одного крестьянина. Из рассказов его я узнал, что все окружающие меня думали, что со мной удар, потому что я был без памяти, с багровым лицом и пеной у рта. На другой день я встал совершенно здоровый и, как ни ломал голову, не мог объяснить себе, – отчего со мной сделался такой припадок. Потом я опять в те же часы дня отправился на могилу: но каково было моё удивление, когда и в этот раз случилось со мной то же, что вчера! Думая, что меня постигла падучая болезнь, периодически возвращающаяся в известные часы дня, я на третий день остался дома, – и припадка не было. Но когда я пошёл на четвёртый день и стал только приближаться к могиле, – прежний припадок снова повторился. Вставши утром на другой день, я встретил своего слугу каким-то испуганным, боящимся меня. После я узнал, что он тут же порешил, что в этих припадках что-нибудь недоброе и что я должно быть слишком грешен, коли Господь не допускает меня до могилы родителей. Счастливее меня он был тогда; у него была вера в Промысл, вера в Бога, а я был жалкий человек и не хотел признавать во всём этом перста Божия. Впрочем, меня довольно озадачили эти странные припадки, и я послал на ближнюю станцию за доктором. Доктор обещался прибыть на другой день, и в ожидании его я уснул часов в 12 ночи. Утром я проснулся рано, и – Боже мой, страшно вспомнить: я не мог пошевелиться, язык не повиновался; я лежал весь расслабленный, тело моё было всё в огне, губы высохли, я чувствовал страшную жажду – и окончательно упал духом. Явился доктор, осмотрел меня и дал лекарство. Началось лечение… Сначала доктор прописывал мне лекарства без затруднения, но потом долго-долго иногда простаивал над моей постелью, кусая губы, и однажды, после шестинедельного лечения, написал мне на бумаге: «Имея дело с мужчиной, я открыто всегда говорю о его болезни, как бы она ни была опасна; ваша болезнь необъяснима, несмотря на мои усилия открыть её; поэтому, не предвидя успеха от трудов моих, я оставляю вас ждать, когда она сама собой откроется». Каков же был мой ужас, когда меня оставляла человеческая помощь, на которую я только и надеялся! У другого есть надежда на высшую помощь, но её отверг мой развратный ум. Время шло, болезнь моя ещё больше усилилась; на теле появились прыщи, которые перешли в гнойные раны, от которых нёсся смрадный запах; я не знал, что и делать. Целые ночи я не спал и не находил себе покоя. И какие страшные картины рисовались тогда в моём воображении! Вот как теперь помню, однажды мне представилось: мрачное, сырое, душное подземелье… смрад не даёт дохнуть, кругом тьма… отовсюду несутся стоны, крики и какое-то дикое рычание… Страшно стало мне, мороз по коже пробежал, я вздрогнул и раскрыл глаза… Свеча горела тускло… в комнате было темно, и я насилу забылся. Только что стал я засыпать, вдруг чувствую в своей руке чужую руку. Я вздрогнул, раскрыл глаза и – Боже мой! – что я увидел! Предо мной стояла моя мать. Я не мог вообразить, каким образом она очутилась предо мною… – «Да ведь она умерла, – подумал я, – как же она может существовать?» А между тем сердце билось во мне. Мать моя была вся в белом, и только в одном месте виднелось чёрное пятно; её лицо было сумрачно, и она была вся в каком-то полумраке. – «Я твоя мать, – начала она, – твои беззакония и твоя распутная жизнь, полная неверия и безбожия, дошли до Господа, и Он хотел истребить тебя, стереть с лица земли. Ты не только погубил себя, но даже запятнал и нас, и это чёрное пятно на моей душе – твои тяжкие грехи. Господь, – говорю, – хотел поразить тебя, но отец твой и я молились пред престолом Всевышнего о тебе, и Он захотел обратить тебя к Себе не милостью, потому что ты этого не мог понять, а строгостью. Он знал, что одна могила наша для тебя дорога здесь, и потому не подпустил тебя к ней, поражая сверхъестественной болезнью, дабы ты признал над собой высшую силу, тобой отвергаемую; но ты не обратился. Потом Господь послал меня к тебе – это последнее средство для твоего исправления. Ты не признавал Бога, будущей жизни, бессмертия души, вот же тебе доказательства загробной жизни: я умерла, но явилась и говорю с тобой. Уверуй же в отрицаемого тобой Бога. Вспомни твою мать, которая, жизни не жалея, старалась сделать из тебя истинного христианина!» С этими словами лицо её ещё больше помрачилось, могильные рыдания раздались в комнате и потрясли всю мою душу… «Ещё раз заклинаю тебя, – продолжала мать, – обратись к Богу. Ты не веришь, и, может быть, думаешь объяснить моё явление расстройством твоего воображения: но познай, что твои объяснения ложны и я своим духовным существом предстою пред тобой. И в доказательство этого вот тебе крест, отвергнутый тобой, – прими его, иначе погибнешь. Уверуй, и твоя болезнь исцелится чудесным образом. Погибель и вечный ад тебе, если ты отвергнешь меня!» – Так сказала мать и скрылась. Я опомнился и увидел в руке своей маленький крестик; во всей комнате пахло чем-то невыразимо приятным. Всё это до самой сокровенной глубины потрясло мою душу; совесть поднялась со всей силой, прежние убеждения рушились, и я в минуту, кажется, весь переродился. Какое-то сладостное, непонятное чувство у меня явилось в груди, и я хотел уж поблагодарить Бога за Его милость, но в эту минуту вошёл слуга мой с чайной чашкой, наполненной водой. «Испей-ка, батюшка, может и полегче будет: это святая водица с Животворящего Креста», – проговорил он. Я с радостью принял его предложение и, приподнятый им, выпил воды. Господи! Не могу вспомнить без волнения этой чудной минуты!.. Я тут же почувствовал себя здоровым: члены стали повиноваться, язык стал свободно говорить, на месте струпов остались только одни пятна… Я встал, и первым моим делом было помолиться перед образом, который принёс слуга; своего у меня не было, потому что я считал это глупостью. После этого я пошёл в церковь и там молился, и сколько было искренности в этой непритворной молитве! Тут же я отправился на дорогую могилку, целовал её и плакал; и эти слёзы омывали прежнюю мою жизнь и были раскаянием блудного сына. Пробывши там ещё несколько дней, я решился уехать сюда, потому что в судебные следователи поступил один товарищ моей буйной жизни; а видеться с ним мне не хочется. В свет же я не поеду, потому что он мне опротивел. Я здесь хочу потрудиться и загладить свою прежнюю жизнь. Завтра будут у вас причастники, и вы, быть может, позволите и мне приобщиться, потому что я лет девять не был удостоен этого, вы же мне посоветуете, что мне делать для заглаждения прежней моей жизни.

Долго, долго я говорил с этим господином, много и много давал ему советов и, наконец, пошёл домой. Слава Тебе, Господи, показавшему свет этому человеку, думал я, идя дорогой и сердечно радуясь обращению грешной души на путь истины.

О посмертном состоянии наших душ открыто нам в Слове Божием и учении Церкви столько, сколько нужно для нас; а неоткрытое потому не открыто, что и не нужно, что излишне для нас в настоящей нашей жизни, и потому, что осталось бы для нас непонятным, невместимым для нас. Святой апостол Павел, при земной ещё жизни удостоившийся проникнуть в будущую жизнь, когда восхищен был в рай, сказал, что слышал там неизречённые слова, которых человеку нельзя пересказать (2Кор.12:4).

Православная Церковь учит, что душа человека по разлучении с телом приводится к Богу на суд, который, в отличие от всеобщего, последнего суда, называется частным, потому что совершается не торжественно перед лицом всего мира и имеет целью определить участь души не на целую вечность, как суд последний, а только до всеобщего воскресения. А что этот суд действительно будет происходить, мы уверяемся из Священного Писания. Апостол Павел сказал: людям положено однажды умереть, а потом суд (Евр.9:27). Из притчи Спасителя о богатом и Лазаре также ясно открывается, что по смерти тотчас следует известное решение участи (Лк.16:23), смотря по делам умершего; следовательно, происходит суд. Несомненная действительность такого суда вытекает ещё как из понятия о земной жизни, поприще испытания, так и из понятия о Боге, Творце, Судии и Мздовоздаятеле нашем; потому и говорит сын Сирахов, приводя верование церкви ветхозаветной: яко удобно есть пред Богом в день смерти воздати человеку по делом его (Сир.11:26).

Частный суд Божий над душами, по учению Церкви, предваряется истязанием или испытанием их в так называемых мытарствах, через кои они в сопровождении ангелов проходят в области воздушной и где злые духи, находясь в своей области (Еф.6:12), задерживают их и обличают все грехи, содеянные ими в жизни. Ученику преподобного Василия Нового (жившего в первой половине X века) Григорию были открыты в видении обстоятельства смертного часа и хождения по мытарствам блаженной Феодоры. Вот что блаженная Феодора говорила ему:

«Когда я приблизилась к концу своей жизни и настал для меня час разлучения с телом, то увидела я множество эфиопов, стоявших около моей постели; лица их были черны, как сажа и смола, очи – как раскалённые угли, а взгляд страшный до того, что и сказать нельзя. Они начали шуметь и кричать; некоторые из них ревели, как скоты, другие лаяли, подобно собакам, иные выли или визжали, как волки и свиньи, и все, яростно смотря на меня, скрежетали зубами, как будто хотели пожрать меня. Тут же они приготовляли бумаги, как бы ожидая какого судью, и развёртывали свитки, в которых были записаны все мои злые дела. Бедная душа моя была в несказанном страхе и трепете. Страшный вид эфиопов был для меня лютее самой смерти. Я отворачивалась туда и сюда, но не могла не видеть эфиопов и не слышать голосов их. Изнемогши до конца, я увидела наконец двух светлых Ангелов Божиих, которые подошли ко мне в виде красивых юношей. Одежды их сияли светом, и они препоясаны были крестообразно на груди золотыми поясами. Приблизившись к моей постели, они стали с правой стороны, тихо беседуя между собой, а я обрадовалась и весело смотрела на них. При виде их эфиопы содрогнулись и отступили. Тогда один из светоносных юношей строго сказал им: „О, бесстыдные, проклятые и злобные враги рода человеческого! Зачем всегда спешите приходить к умирающим и своим криком смущаете душу, разлучающуюся с телом? Не радуйтесь; тут вы ничего для себя не найдёте; Бог помиловал эту душу, и вам нет ничего общего с нею!“ Эфиопы неистово закричали и начали показывать записки о злых делах, от юности мною соделанных, говоря: „Мы не имеем дела до ней? А это чьи грехи? Не она ли творила их?“ – Крича таким образом, они выжидали смерти моей. И вот пришла смерть, и из уст моих излетел последний вздох, а светоносные Ангелы взяли мою душу на руки свои. Я оглянулась назад и увидела, что моё тело лежит без чувства и движения. Подобно тому, как если бы кто, сбросивши с себя одежду, смотрел на неё, так и я смотрела на своё тело, будто на одежду, и очень удивлялась этому. Между тем как святые Ангелы держали меня, бесы в виде эфиопов окружили нас и кричали: „Эта душа имеет много грехов: пусть отвечает за них!“ И начали показывать мои грехи, а святые Ангелы начали искать добрых моих дел и обретали благодатью Божией всё, что при помощи её сделано мной. Они собирали всё, что я сделала когда-либо доброе: дала ли милостыню убогим, или накормила алчущего, или напоила жаждущего, или одела наготующего, или странного ввела в дом и упокоила, или послужила рабам Божиим, или посетила больного и в темнице сидевшего и утешила его; приходила ли с усердием в храм Божий и молилась с умилением и слезами, или внимательно слушала чтение и пение церковное, или приносила в храм ладан и свечи, или наполняла маслом церковные лампады на освещение святых икон и лобызала иконы с благоговением; или постилась и воздерживалась в среды, пятки и во все святые посты, или клала поклоны и ночь проводила в бдении, или воздыхала к Богу и плакала о грехах своих, или исповедовала грехи свои перед отцом духовным с сердечным сожалением о них и старалась делать за них удовлетворение; если оказывала что-нибудь доброе ближним, не гневалась на врагов, не памятозлобствовала и кротко переносила досаждения и укоризны, за зло воздавала добром, смирялась, жалела о чужой беде и сострадала страждущим, утешала плачущего и подавала ему руку помощи, споспешествовала кому в добром деле, а от худого отвращала; или сама отвращала очи мои от суеты и удерживала язык от клятвы, лжи, клеветы и суесловия, – и все иные, самые малейшие добрые мои дела, одно за другим, святые Ангелы собирали и готовили положить на весы против злых моих дел. Ефиопы, смотря на это, скрежетали на меня зубами своими, потому что хотели тотчас вырвать меня из рук ангельских и низвести на дно ада. В это самое время нечаянно явился там преподобный отец Василий и сказал святым Ангелам: „Святые Ангелы! Эта душа много послужила к упокоению старости моей, а потому я молился о ней к Богу, и Бог даровал её мне“. Сказавши это, он вынул из-за пазухи как бы мешочек с золотом и отдал его Ангелам со словами: „Вот сокровище молитв пред Господом об этой душе! Когда будете проходить воздушные мытарства и лукавые духи начнут истязывать её, то вы искупляете её этим от долгов её“. После сего ушёл. Лукавые духи, увидев дар преподобного Василия, сперва стояли в недоумении, потом подняли плачевные крики и сделались невидимы. Тогда снова явился наш угодник Божий Василий, неся с собой много сосудов чистого елея и драгоценного мира, которые все, один за другим, вылил на меня, отчего я исполнилась благоухания духовного и почувствовала, что я переменилась и сделалась очень светлой. И опять сказал Ангелам преподобный: „Когда вы, святые Ангелы, сделаете всё, необходимое для этой души, тогда введите её в приготовленную мне от Господа обитель; пусть там и остаётся“. После сего стал невидим; а святые Ангелы взяли меня, и мы по воздуху пошли на восток».

«(Мытарство 1). Когда мы шли от земли к высоте небесной, то вначале встретили нас воздушные духи первого мытарства, в котором истязуются грехи празднословия, то есть бесед безрассудных, скверных, бесчинных. Мы остановились, и пред нас вынесены были многие свитки, где записаны были все слова, произнесённые мною от юности моей непотребно и безрассудно, а особенно если они выражали что-нибудь срамное или кощунственное, как нередко бывает на языке людей молодых. Я видела записанными там все свои буесловия, сквернословия, все мирские бесстыдные песни, бесчинные крики, смех и хохот. Всем этим злые духи обличали меня, указывая на время и место, когда, где и с кем занималась я суетной беседой и прогневала Бога своими непристойными словами, не считая этого грехом, а потому не исповедовалась в них духовному отцу и не раскаивалась. Я молчала, как безгласная, не будучи в состоянии отвечать: потому что лукавые духи правильно обличали меня. Когда я молчала, стыдилась и от страха трепетала, святые Ангелы положили нечто из моих добрых дел, а недостающее восполнили из сокровища, подаренного преподобным отцом Василием и этим выкупили меня».

«(Мытарство 2). Оттуда пошли мы выше и приблизились к мытарству лжи, на котором истязуется всякое слово ложное, то есть клятвопреступление, напрасное призывание имени Божия, лжесвидетельство, неисполнение данных Богу обетов, неискреннее и неистинное исповедание грехов и тому подобное. Духи этого мытарства злы и свирепы; они остановили нас и начали подробно испытывать. Но я обличена была только в двух; первое, что случалось мне иногда солгать в неважных вещах и я даже не считала того за грех; второе, что из ложного стыда я, бывало, неискренно исповедовалась перед отцом моим духовным. А клятвопреступления, лжесвидетельства и тому подобных беззаконий не нашли во мне, по милости Христовой. Святые Ангелы на этом мытарстве против моих грехов положили нечто из моих добрых дел, а более молитвы духовного отца моего выкупали меня, – и мы пошли выше».

«(Мытарство 3). Достигли мы мытарства, истязующего осуждение и клевету. Тут остановили нас, и я уразумела, как тяжек грех осуждения ближнего и как велико зло клеветать на кого-либо, осуждать, бесславить, хулить, браниться и смеяться над чужими недостатками. Таких грешников лютые истязатели истязуют, как антихристов, предвосхитивших себе право суда над другими. Но во мне, по благодати Христа, немного нашли этих грехов, потому что я во все дни жизни моей прилежно старалась никого не осуждать, ни на кого не клеветать, ни над кем не смеяться и не бранить никого. Только иногда, слушая иных, как они осуждают, клевещут или смеются над кем-нибудь, случалось и мне немного соглашаться с ними мыслью или по неосторожности прибавлять своё слово, и тотчас зазирала себя и останавливалась; но и самое поползновение истязатели вменяли мне в осуждение и клевету. И тут Ангелы, выкупивши меня дарованием молитв преподобного Василия, пошли со мною выше».

«(Мытарство 4). Дошли мы до мытарства чревоугодия, и тотчас выбежали навстречу злые духи в надежде найти добычу себе. Лица их были скаредные, похожие на лица сластолюбивых обжор и мерзких пьяниц. Обойдя нас, как псы, они тотчас показали счёт всех случаев обжорства, когда я тайно ела, или сверх нужды, или с утра, не помолившись и не оградивши себя крестным знамением, принималась за пищу, или во святые посты ела до совершения церковного богослужения. Представили и все случаи моего пьянства, даже показывали те самые чаши, рюмки и прочие сосуды, из коих я упивалась в такое-то время, на таком-то пиру, с такими-то собеседниками. И всякое моё чревоугодие до подробности поставили на вид и радовались, как бы уже получив меня в свои руки. Я трепетала, видя такое обличение, и не знала, что отвечать вопреки. Но святые Ангелы, вынув довольно из дарования преподобного Василия, положили то против моих грехов и выкупили меня. Увидевши выкуп, злые духи вскричали: „Горе нам! Пропали наши труды и надежды!“ И бросили на воздух свои записи о моём чревоугодии. А я радовалась – и мы пошли далее».

«Когда мы шли, святые Ангелы беседовали между собой так: „Истинно, великую помощь эта душа имеет от угодника Божия Василия; и если бы не его молитвы, то много нужды претерпела бы она в воздушных мытарствах“. А я, принявши смелость, сказала им: „Мне кажется, святые Ангелы, что никто из живущих на земле не знает, что здесь происходит и что ожидает душу по смерти“. Но Ангелы отвечали мне: „А разве не свидетельствует обо всём этом Божественное Писание, читаемое в храмах и проповедуемое священнослужителями. Только люди, пристрастившиеся к земной суете, небрегут о том и, считая величайшим удовольствием ежедневное объядение и пьянство, всегда едят без сытости и упиваются, забывши страх Божий. Имея чрево своё вместо Бога, они не помышляют о будущей жизни и не припоминают себе сказанного в Писании: горе вам, пресыщенные ныне! ибо взалчете (Лк.6:25), и упивающиеся, потому что возжаждете (Ис.5:12–13). Живут они небрежно и распущенно, пируя с тимпанами и ликами, и всякий день, подобно евангельскому богачу, веселясь светло (Лк.16:19). Впрочем, кто из них милостив и милосерд к нищим и убогим и помогает требующим помощи, тот легко получает от Бога прощение грехов своих и ради милосердия своего к ближним проходит мытарства без остановки. Сказано в Писании: милостыня от смерти избавляет и тая очищает всяк грех; творящии милостыни и правды исполнятся жизни (Тов.12:9). А кто не старается милостынями очищать грехи свои, тому невозможно избегнуть тёмных мытарей, которые низводят их во ад и держат в узах до страшного суда Христова. И тебе не избежать бы здесь лютой участи, если бы не получила ты сокровища молитв преподобного Василия“».

«(Мытарство 5). В такой беседе мы достигли мытарства лености, где истязуются грешники за все дни и часы, проведённые в праздности. Тут же задерживаются тунеядцы, жившие чужими трудами, а сами не хотевшие трудиться, и наёмники, бравшие плату, но не исполнявшие своих обязанностей, принятых на себя. Там же истязуются и те, кои нерадят о прославлении Бога, ленятся в праздничные и воскресные дни ходить в храм на утреннее богослужение, на Божественную литургию и другие священные службы. Там же испытывается вообще уныние и небрежение как мирских, так и духовных людей, и разбирается нерадение каждого о душе своей, и многие оттуда низводятся в пропасть. И я была там много испытываема, и нельзя бы мне было освободиться от долгов, если бы святые Ангелы не восполнили моих недостатков дарами преподобного Василия».

«(Мытарство 6). Оттуда пришли мы к мытарству воровства, где хоть и были остановлены на некоторое время, но давши немного выкупа, пошли далее, потому что не обрелось на мне воровства, кроме весьма маловажных случаев в моём детстве, происшедших от неразумия».

«(Мытарство 7). Мытарство сребролюбия и скупости прошли мы без задержания, потому что я, по милости Божией, никогда в жизни моей не заботилась о многом приобретении и не была сребролюбива, довольствовалась тем, что Бог давал, и не была скупой, но что имела, усердно раздавала нуждающимся».

«(Мытарство 8). Поднявшись выше, мы встретили мытарство лихоимства, где истязуют дающих деньги на противозаконные проценты, и всех других, наживающихся насчёт своих ближних, взяточников и присвоителей чужого. Истязатели, не сыскавши на мне лихоимства, скрежетали зубами от досады; а мы, благодаря Бога, пошли выше».

«(Мытарство 9). Перед нами открылось мытарство неправды, где истязуются несправедливые судьи, из корысти оправдывающие виновных и осуждающие невинных, также люди, не дающие наёмникам условленной платы или в торговле употребляющие неправильный вес или меру, и вообще все, делающие какую-нибудь несправедливость. Но мы, по милости Божией, прошли это мытарство безбедно и очень мало дали для искупления моих грехов».

«(Мытарство 10). Мытарство зависти мы прошли ничего не заплативши, потому что я никогда не завидовала. Тут же истязуют за нелюбовь, братоненавидение, недружелюбие и ненависть; но, по милосердию Христа Бога нашего, я оказалась невинной в этих грехах, и хотя видела ярость скрежетавших против меня бесов, но уже не боялась их, и мы, радуясь, пошли выше».

«(Мытарство 11). Прошли мы и мытарство гордости, где надменные духи истязуют за тщеславие, самонадеянность, презрение к другим и величание; тут истязуются души людей и за невоздаяние должной чести родителям, правительству и начальству, поставленным от Бога и неповиновение им. Мы тут очень мало положили для моего искупления, и я была свободна».

«(Мытарство 12). Потом достигли мытарства гнева и ярости, и хотя там воздушные истязатели очень свирепы, но мало что от нас получили, и мы пошли далее, радуясь о Господе, под покровом молитв преподобного отца моего Василия».

«(Мытарство 13). Засим открылось перед нами мытарство злопомнения, где без милосердия испытуются те, которые в сердцах своих питают злобу на ближнего и воздают злом за зло. Милосердие Господне и здесь спасло меня, потому что ни против кого не злобствовала и не помнила нанесённых мне обид, а напротив, всегда по силе, оказывала любовь и незлобие к обижавшим меня, побеждая зло добром. Мы здесь ничего не заплатили и, радуясь о Господе, пошли далее».

«Тогда я осмелилась спросить ведших меня Ангелов: „Скажите мне, откуда эти страшные властители воздушные знают так подробно все злые дела людей, и не только явные, но и тайные?“ Ангелы отвечали мне так: „Всякий христианин после святого крещения получает от Бога приставленного к нему Ангела Хранителя, который, невидимо храня человека, наставляет его днём и ночью на всякое доброе дело и записывает все добрые дела его, за которые человек мог бы получить от Господа милость и вечное воздаяние в царстве небесном. И князь тьмы, желающий привлечь к своей погибели весь род человеческий, также назначает одного из лукавых духов, чтобы он, ходя вслед за человеком, замечал все злые дела его и, поощряя его своими кознями к таким делам, записывал всё худое, что человек сделает. Такой лукавый дух разносит по мытарствам все грехи человека, и от того они известны воздушным князьям. Когда же душа разлучится и хочет идти к Создателю своему на небо, то лукавые духи возбраняют это, показывая ей содеянные ею грехи, и если душа имеет более добрых дел, чем грехов, то они не могут удержать её; а грехов если найдётся больше, сравнительно с делами добрыми, то они удерживают душу на некоторое время; затворяют её в темнице неведения Бога и мучат, сколько сила Божия позволит им мучить её, пока та душа посредством молитв Церкви и милостыни ближних не получит прощения. Если же какая душа окажется так грешной и нечистой пред Богом, что не будет для неё никакой надежды спасения, то злые духи тотчас низводят её в бездну, где и для них самих уготовано место вечного мучения. Там погибшие души содержатся до второго пришествия Господня, и потом, по соединении со своими телами, будут с диаволами мучиться в геенне огненной. И то ещё заметь, – сказали Ангелы, – что этим путём восходят и подвергаются испытанию в мытарствах только те, которые просвещены верой и святым крещением, а неверующие сюда не приходят, потому что ещё до разлучения от тела душами своими принадлежат аду, и когда умирают, то бесы без всякого испытания берут их души как свою надлежащую добычу и низводят в пропасть“».

«(Мытарство 14). Беседуя так, мы достигли мытарства убийства, на котором истязуют не только за разбой, но и за всякую рану, за всякий удар, нанесённый ближнему, за пхание со гневом и толчки. Мало нечто дав тут, мы пошли далее».

«(Мытарство 15). Прошли мимо мытарства чародейства, обаяния, отравления, призывания бесов. Здешние духи видом похожи на гадин, змей и жаб, страшны и отвратительны. По милости Божьей во мне не нашли они ничего, и мы пошли далее, провожаемые криком демонов: вот придёшь в мытарство блуда, увидим, как освободишься оттуда!»

«Когда мы поднимались выше, я осмелилась спросить святых Ангелов: все ли христиане проходят через эти мытарства и нет ли возможности пройти тут без истязания и испытания на мытарствах? Ангелы отвечали: „Нет иного пути для душ, восходящих на небо; все идут этой дорогой, но не все бывают так истязуемы, как ты, а только подобные тебе грешники, которые творили неполное исповедание грехов своих, из ложного стыда утаивая пред отцом духовным срамные дела свои. Ибо кто чистосердечно рассказывает на исповеди все свои худые дела, и жалеет, и кается о сделанном, того грехи невидимо заглаждаются Божьим милосердием. И когда такая покаявшаяся душа приходит сюда, воздушные истязатели, разогнув свои книги, не находят в них ничего записанного, и такая душа, радуясь, восходит к престолу Божьему. Если бы и ты сотворила совершенную исповедь о твоих грехах и получила в них разрешение, стараясь потом сделать возможное за них удовлетворение добрыми делами, то не подверглась бы этим грозным истязаниям в мытарствах. Впрочем, тебе много помогло то, что ты давно уже перестала грешить смертно и прочие лета жизни своей проводила добродетельно, а особенно помогли тебе молитвы преподобного Василия, которому ты много и усердно послужила“».

«(Мытарство 16). Беседуя таким образом, мы подошли к мытарству блуда, на котором истязуется не только всякое любодеяние, но и блудные мечты, мысленное услаждение в том, блудные воззрения, порочные осязания и страстные прикосновения. Князь этого мытарства был облечён в нечистую и смрадную одежду, запачканную кровавой пеной, и множество бесов стояло около него. Увидевши меня, они удивились, что я успела уже пройти столько мытарств, и, вынесши записки о всех моих блудных делах, обличали меня, указывая на лица, на места, на время, – с кем, когда и где я грешила в юности моей. Я молчала и трепетала от стыда и страха; но святые Ангелы сказали бесам: „Она давно уже оставила блудные дела и последнее время жизни своей провела в чистоте, воздержании и посте“. А бесы отвечали: „И мы знаем, что она давно уже перестала грешить, но не искренно исповедывалась перед своим духовным отцом и не получила от него надлежащей заповеди об удовлетворении за грехи; потому она наша! Или оставьте её нам, или выкупите добрыми делами“. Ангелы положили много из моих добрых дел, а ещё больше от дарования Василия преподобного, и едва я избавилась от лютой беды».

«(Мытарство 17). Дошли мы до мытарства прелюбодеяния, где истязуются грехи людей, живущих в супружестве, но не хранящих супружеской верности друг другу и не соблюдающих ложа своего нескверным, также блудные похищения и насилия. Здесь же строго истязуются блудные грехопадения лиц, посвятивших себя Богу и обещавших жить для Христа, но не соблюдших чистоты. И я много должна была на этом мытарстве: лукавые духи уже обличили меня и хотели вырвать из рук Ангелов, но Ангелы долго спорили с ними, представляя все мои последующие труды и подвиги, и едва искупили меня – не столько моими добрыми делами, которые положили тут все до последнего, сколько сокровищем отца моего Василия, которого также очень много положили на весы против моих беззаконий, – и, взявши меня, пошли далее».

«(Мытарство 18). Приблизились мы к мытарству содомских грехов, на котором истязуются всякие противоестественные грехи, кровосмешения и другие скверные дела, совершаемые тайно, о коих даже и вспоминать стыдно и страшно. Князь этого мытарства был мерзостнее всех бесов, опачкан гноем и смрадом; таковы же и слуги его: смрад от них был нестерпим, злообразие невообразимо, ярость и лютость невыразима. Они окружили нас, но по милости Божией, ничего не найдя во мне, побежали от нас со стыдом, а мы прошли дальше».

«И сказали мне святые Ангелы: „Ты видела, Феодора, страшные и мерзкие мытарства блудные! Знай же, что мало какая душа проходит их без остановки и выкупа, потому что весь мир лежит во зле соблазнов и скверны, и все люди сластолюбивы. Мало кто бережёт себя от нечистот блудных и умерщвляет в себе похоть плотскую. Потому и мало кто проходит тут свободно; весьма многие, достигши блудных мытарств, здесь погибают. Начальники блудных мытарств хвалятся, что они более всех здешних истязателей наполняют душами людей огненную пропасть ада. А ты, Феодора, благодари Бога, что вот уже прошла блудные истязания по молитвам преподобного Василия, отца твоего, и более не увидишь страха“».

«(Мытарство 19). После сего мы подошли к мытарству ересей, где истязуются неправые мудрования о вере, отступничество от православного исповедания веры, неверие, сомнения о вере, порицание святыни и прочее тому подобное. Я прошла это мытарство без испытания, и вот мы уже были недалеко от врат небесных».

«(Мытарство 20). Но нас встретили злобные духи последнего мытарства – немилосердия и жестокосердия. Жестоки тут истязатели, и князь их лют, с виду сухой и унылый. Тут без милости истязуются души немилосердых. Если бы кто совершал и самые великие подвиги, изнурял себя постами, непрестанно молился и сохранял чистоту телесную, но был немилостив: таковой из этого мытарства низвергается в адскую бездну и не получает милости во веки. Но мы благодатью Христовой прошли безбедно через это место при помощи молитв преподобного Василия».

«Таким образом, избавившись от страшных мытарств, мы с радостью приблизились, наконец, к самым вратам небесным. Небесные врата были как будто из светлого кристалла и дивно сияли. В них стояли светлые, как солнце, юноши, которые, увидев меня с Ангелами, радовались что я милосердием Божиим избавилась от воздушных мытарств, и, приветливо встретивши нас, ввели меня внутрь. Но что я там видела и что слышала, чадо Григорий, того нельзя и высказать. Я видела то, чего никогда не видело око человеческое, и слышала, чего ухо никогда не слышало и чего никому из живущих на земле не представляло желание или воображение».

«И приведена я была к престолу Божию, славы неприступной, окружённому Херувимами, Серафимами и множеством воинств небесных, всегда славящих Бога неизречёнными песнями. Падши, я поклонилась невидимому и непостижимому Богу, а небесные силы воспели сладкую песнь, прославляя Божие милосердие, непобеждаемое грехами человеческими. И пришёл глас от велелепной славы, повелевавшей приведшим меня Ангелам показать мне все обители святых и потом все муки грешников, после чего водворили бы меня в обители преподобного Василия. Итак, водили меня всюду, и я видела прекрасные обители апостольские, пророческие, мученические, святительские и прочие. Все они были красоты неизречённой и пространны, и везде я слышала торжество святых. Все они, увидевши меня, радовались о моём спасении и прославляли Бога, избавившего меня от сетей вражиих».

«По обхождении светлых обителей низведена я была в преисподнюю и видела там страшные и нестерпимые муки грешников. Показывая их мне, Ангелы сказали: „Смотри, Феодора, от каких мук избавил тебя Господь по молитвам угодника Своего Василия!“ Я слышала там вопли, плач и рыдание мучившихся. Иные из них страшно кричали и проклинали день рождения своего, но никто не оказывал им милосердия. Оттуда провели меня Ангелы в эту, видимую тобой, обитель и водворили меня тут, сказав: „Сегодня преподобный Василий творит о тебе память“. И поняла я, что тогда был сороковой день по разлучении моём от тела, и в этот день я пришла в это место успокоения» (Четь-Минея 26 марта, в «Житии преподобного Василия Нового»).

О состоянии праведных душ до всеобщего суда так говорит Священное Писание. Во-первых, они вслед за исходом из сей жизни награждаются за подвиги жизни земной блаженством; так праведный Лазарь тотчас по смерти отнесён был на лоно Авраама (Лк.16:22), и на кресте покаявшемуся разбойнику сказал Господь: днесь со Мною будеши в раи (Лк.23:43). Во-вторых, они будут наслаждаться покоем (Лк.16:25. 2Кор.5:8) или свободой от скорбей и страданий (Откр.7:16–17), находиться в общении с праведниками и ангелами (Мф.8:11. Лк.16:22) и служить Богу (Откр.5:8–9; 7:9–10) хвалебным славословием и молитвенным ходатайством о живущих на земле. Но это состояние ещё не есть состояние окончательное. Полная слава и блаженство каждого по его заслугам (1Кор.3:8) последуют только после всеобщего воскресения и всеобщего суда, когда приидет Господь в назначенный день (Деян.17:31) и объявит суд решительный, которого приговоры никогда не переменятся (Мф.25:46).

О состоянии душ грешных открыто, что они удалены от лица Божия (Мф.7:23; 8:12), заключены в темницу падших духов (1Пет.3:19) или в ад – место тёмное и мучительное (Лк.16:23), сознают и чувствуют потерю блаженства (Лк.16:23, 24), чувствуют упрёки совести и напрасно стараются сами улучшить своё бедственное положение (Лк.16:24, 25). Но неодинаково будет состояние их, а соответственное нравственному состоянию каждой отдельной души (Мф.5:22). И опять, это состояние их не есть решённое навсегда и окончательное, а переходное – для одних в ожесточение и вечную нераскаянность во зле, а для других – в упование на помилование от Бога и жизнь вечную (Флп.1:10, 11. 1Пет.3:18, 19). Последние – это те грешники, которые на земле не принесли плодов, достойных покаяния, но умерли с семенами веры и благочестия; потому они и не терпят страданий, какие терпят грешники нераскаянные, и остаются с возможностью получить помощь от Церкви. Ибо так учит апостол: Если кто видит брата своего, согрешающего грехом не к смерти, пусть молится, и Бог даст ему жизнь, то есть согрешающему грехом не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился (1Ин.5:16).

Значит, кто не отторгся окончательно от Церкви, Тела Христова (Еф.1:23), тот, как член тела, может надеяться на помощь со стороны других членов и сам способен принять эту помощь. Страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены (1Кор.12:26). По такой тесной связи христиан между собой они имеют возможность помогать своим ближним, отдалённым от них огромными пространствами, находящимся в плену или темнице, удручаемым болезнями, молитвами о них к Богу (Флп.1:4, 19. Кол.1:9. 2Тим.1:3); та же молитва способна воздействовать и на мир вещественный, сводя огонь с неба или землю лишая дождя (3Цар., главы 17 и 18), и на мир духовный, возвращая умершему жизнь (Деян.20:10). Молитва, по учению Писания, может таким образом оказывать влияние и на мир отшедших от нас душ, простирает свою силу и на область ада. Мы привели выше слова апостольские о грехе смертном; и Спаситель сказал, что есть грех, который не прощается ни в сем веке, ни в будущем (Мф.12:32). Следовательно, как есть грех смертный, о котором бесполезно и молиться, который не простится ни в настоящей, ни в будущей жизни, так есть грехи не смертные, о которых молитва может быть вполне благоплодна, не тщетна. «Каждый человек, имевший в себе малую закваску добродетелей, но не успевший превратить оную в хлеб, поскольку, несмотря на своё желание, не мог сего сделать или по лености, или по беспечности, или потому, что отлагал это со дня на день, но сверх чаяния постигнут и пожат смертью, – не будет забыт праведным Судиёй и Владыкой. Господь по смерти его возбудит его родных, ближних и друзей, направит их мысли, привлечёт сердца и преклонить души к оказанию пособия и помощи ему. И когда Бог подвигнет их и Владыка коснётся сердец их, они поспешат вознаградить опущение умершего» (святого Иоанна Дамаскина «Слово об усопших в православной вере»). Таким образом, в жизни загробной узники ада получают помилование не за собственное покаяние, а за благотворения людей, находящихся в живых, за молитвы, воссылаемые о них Церковью во имя Господа Иисуса Христа, взявшего на Себя грехи мира и давшего нам неложное обещание: Если о чём попросите во имя Моё, Я то соделаю (Ин.14:14).

(Память его 23 декабря)

Святой Нифонт, родом из страны Пафлагонской, города Плагиона, был сын некоего благородного мужа Агапита. В отроческих летах он поручен был вельможе Савватию, присланному в Пафлагонию воеводой от царя, а воевода отправил его в Царьград к жене своей для обучения книжного. Учился отрок в доме воеводы у священника Петра и быстро успевал в науках, ибо был остроумен и нрава доброго, тих, кроток, смирен и всегда ходил в церковь. Пришедши же в юношеский возраст, стал он развращаться от своих худых знакомств и начал жить в лености и праздности, есть без меры и упиваться, навыкнул от других празднословию и сквернословию, посещал бесчинные игры и вдавался во многие скверные дела: хищения, ссоры и драки, служил соблазном и для других юношей. Один знакомый Нифонту благочестивый муж именем Василий часто говорил ему: «Горе тебе, Нифонт! Жив ты телом, но душой уже умер, и только тень твоя ходит вместо тебя». Но Нифонт не слушал этих слов, иногда на короткое время раскаивался, но малейшее развлечение, и он всё забывал. Но Господь не дал погибнуть Своему созданию и обратил Нифонта на путь спасения.

Однажды Нифонт пришёл к другу своему Никодиму; Никодим, взглянув на него с удивлением, долго смотрел в лицо его.

– Что ты на меня так смотришь? – спросил Нифонт.

– Веришь ли, брат, я никогда не видал у тебя такого лица, какое сегодня; оно страшно, как у мурина, – отвечал Никодим.

Нифонт, слыша эти слова, устрашился и со стыдом вышел. Дорогой он, вдумываясь в свою жизнь, ужаснулся своих пороков и принёс Богу полное раскаяние. Он говорил себе: если в этом мире я так чёрен душой и телом, то на суде Божием что буду? И как являюсь лицу Божию? Горе мне грешному. Где ты ныне, душа моя? Увы мне! Нет никого, кто бы сказал мне, что я могу быть спасён. Как я скажу Богу: «Помилуй мя», когда сделал столько дурных дел пред Ним. Но Господи Боже мой! На Тя уповаю, спаси мя, да не когда диавол, яко лев, похитит душу мою.

Много плакал и стенал о грехах своих Нифонт и, придя в храм, возвёл глаза свои к иконе Божией Матери и воскликнул: «Помилуй меня, Заступница христиан, Обрадованная, Чистая! Помоги мне великой ради милости Твоея, Ты бо еси кающихся упование и надежда!» Говоря это, он с удивлением увидел, что на иконе лик Богоматери просветился и как бы улыбался.

Видя это чудо, Нифонт, радуясь сердцем, припавши к святой иконе, воззвал:

– О глубина человеколюбия Божия! Сколько милости, Господи, Ты показуешь на нас грешных, для коих Ты дал и Пречистую Матерь Твою в молитвенницу Твоему Величеству».

Один раз он шёл в церковь и дорогой встретил человека и осудил его в чём-то мысленно. Придя в храм и обратясь по обычаю к иконе Божией Матери, он с ужасом заметил, что Её лик строг и как бы отворачивается от него. Нифонт, припоминая свои мысли, вспомнил, что недавно осудил ближнего и, припавши на землю пред иконой, со слезами молился:

«Боже, прости меня грешного! Я похитил славу и сан Твой, осудив моего ближнего прежде, нежели Ты воздал ему Твой праведный суд. Владыко! Помилуй меня, с этих пор я никогда не буду осуждать брата моего!» Лик Божией Матери снова прояснился. Один раз Нифонт, черпая из колодца воду, оступился и, падая в глубину колодца, воскликнул: «Владычица, помоги мне!» И Божиим чудом он стал на твёрдую доску невреждённым. С тех пор он явно уразумел, что Матерь Божия его сохраняет, и начал Её имя постоянно на устах иметь. Вскоре Господь послал ему болезнь, которая совершенно изменила всю жизнь его; постригся в иночество и настолько сделался строг к себе, что когда по наущению злого духа произносил дурное или пустое слово, то или ударял себя сильно 40 раз по лицу, или клал себе камень в рот. Он стал жизнь проводить постоянно в трудах и непрестанной молитве. Но диавол, завидуя спасению его, не оставлял его в покое: то в виде птицы летал перед молящимся Нифонтом, то, обратившись в пса, устремлялся на него; но угодник Божий крестным знамением прогонял его. Тогда диавол, видя, что не может ввести Нифонта в соблазн, напал на него с другой стороны. Однажды во время молитвы Нифонта он навёл на него такой страх и сомнение против Бога, что Нифонт лишился рассудка и четыре года не мог прийти в себя. В одно время, когда он, сомневаясь, есть ли Бог, взглянул на икону Спасителя и, простерши к ней руки, стал усердно молиться, говоря: «Боже, Боже мой! Зачем Ты меня оставил? Извести меня, Ты ли Бог и нет ли другого, кроме Тебя, чтобы не преклониться мне совету вражию», вдруг увидел, что на иконе лик Христа Спасителя просиял, как солнце, и почувствовал необыкновенное благоухание, а Владычицу, изображённую на иконе, видит смотрящей на него и поводящей бровями, как живую. В ужасе повергнулся он на землю и воззвал: «Прости меня, Владыко, что я искусил Тебя сомнением моим; с этого времени я верую, что Ты един еси Бог и Спаситель всей твари». И с тех пор Господь исцелил его от болезни. Святой Нифонт получил особенную благодать у Бога: беседовал с ангелами, имел власть над бесами, видел их козни против людей и имел дар чудодейства. Перед праздником Воскресения Христова вечером в Великую субботу, святой Нифонт, стоя в церкви вместе с народом, видел Пречистую Богородицу с апостолами и множеством святых, пришедшую в церковь. Божия Матерь замечала, кто из людей стоял с усердием: на тех Она смотрела с любовью; а кто стоял в храме небрежно, о тех Она плакала и, простерши пречистые Свои руки, о всех молилась Господу. Он имел также дар утешать скорбящих. Так, однажды пришёл к нему один инок и жаловался, что злой дух беспрестанно смущает его дурными помыслами против Бога и Его Пречистой Матери.

– Послушай, брат, меня, – сказал святой, – человеческие помыслы можно сравнить с бушующим морем, от которого сильные волны разбиваются о камни, и потом они успокаиваются и возвращаются в море; точно таковы и помыслы дурные, которые внушаются злым духом. Если человек поддаётся им и слушает диавола, то он погибает, а если мужается и противится им, то побеждает врага и получает за то от Бога награду. Так и ты, чадо, терпи, противься бесу молитвой и постом, удерживайся от клеветы и гнева; эти пороки влекут ещё в большие пороки. И успокоивши, отпустил инока с миром. Одна женщина просила Нифонта исцелить её от сильной зубной боли, он взял масла из лампады и, помолившись, помазал её больную щёку и исцелил её. Другую женщину, когда уже она была совсем при смерти, своей святой молитвой поднял совершенно здоровой. Часто он видал, как ангелы возносят человеческие души на небо; так в одно время он, смотря на небо, видит двух ангелов, летящих в высоту с некоей душой. Когда они приблизились к блудному мытарству, то вышли бесы и с гневом сказали им:

– Это наша душа, и как вы смеете нести её от нас?

– Какое знамение вы на ней имеете, называя её своей душой? – спросили ангелы.

– Она до смерти грешила не только по естеству, но и через естество себя оскверняла, осуждала ближнего и умерла без покаяния.

– Мы не поверим ни вам, ни отцу вашему диаволу, – сказали ангелы, – до тех пор, пока не спросим её Ангела Хранителя!

– Истинно много грешна эта душа, – отвечал её Ангел Хранитель, – но перед смертью она много плакала и раскаивалась в своих грехах Господу, а простил ли Он её, про то знает только Он Всемогущий. И бесы посрамлённые удалились. Опять святой Нифонт видит другую душу, несомую ангелами; бесы бежали перед ними и вопияли:

– Вы не знаете, что несёте: эта душа была златолюбива, блудна, укорлива, делала разбой!

– Мы знаем, что во всём этом она грешила, – отвечали ангелы, – но известно нам и то, что она принесла Богу полное раскаяние, плакала о грехах своих, подавала много милостыни и того ради получила от Бога прощение.

– Если и эта душа достойна милости Божией, то возьмите грешных от всего мира. Мы-то из чего трудиться будем? – кричали бесы.

– Все грешники, исповедующие грехи свои перед Богом смиренно, со слезами, получают по милости Божией прощение; а кто не раскаявшись умирает, того Бог судит, – отвечали ангелы. И бесы опять были посрамлены.

Потом Нифонт видел душу боголюбивую, чистую и милостивую, несомую ангелами. Её с небес встречали другие ангелы и, целуя, радовались, что избавилась она от преисподнего ада.

Ещё видел душу, влекомую бесами в ад; эта душа была одного раба, который, не желая терпеть от своего господина наказания, повесился. Другая душа, которую бесы с радостью тащили к себе, принадлежала клирику, который постоянно прогневлял Бога своей нечистой жизнью, колдовством, разбоем и умер, не покаявшись.

Преподобный Нифонт создал церковь в честь Пречистой Богородицы в Царьграде и при ней имел своё пребывание. Многих неверных он обратил ко Христу. Однажды святой Нифонт пришёл с учеником своим в церковь на молитву. Когда началась литургия, угодник Божий увидел душевными очами, как разверзлось небо и сшедший огонь покрыл алтарь и архиерея; во время Трисвятого пения явились четыре ангела и присоединились к поющим; когда читали Апостол, он видел апостола Павла, сидящего за чтением; во время чтения Евангелия, слова эти, как светильники, восходили на небо; во время дароношения открылся покров церковный, разверзлось небо, чувствовалось благоухание и ангелы, сходящие с неба при пении: «Слава Христу Богу», несли Младенца, поставили на дискос, а сами, окруживши престол, служили честным дарам. Два Серафима и два Херувима, паря, покрывали Его своими крылами; во время освящения даров и совершения страшного таинства один из светлейших ангелов приступил, взял нож, заклал Отрока, кровь источил в святую чашу, а Отрока положил на дискос, сам же снова с благоговением стал в чин с прочими. Во время причащения Божественных Таин блаженный Нифонт видел, как ангелы, следя за причащающимися, достойных венчали, а недостойных отвращались. По окончании святой службы видел угодник Божий то же Отроча живым, восходящим на небо.

Уже в старости святой Нифонт имел видение, означающее власть епископа, которую он должен будет принять. Видел он некое место, на котором паслось множество овец, но без пастыря. Нифонт задумался, как они не боятся волка. К нему подошёл благолепный муж, подобный апостолу Петру, и сказал:

– Что ты стоишь праздным и смотришь на царских овец, почему не пасёшь их?

– Я не научен такому делу и немощен, – отвечал Нифонт.

– Тебе Царь повелевает пасти их немного времени, и за это ты получишь большую награду. – И сказавши эти слова, незнакомец скрылся.

Святой Нифонт, полагая, что его изберут в Константинополе, скрылся в Александрию с одним учеником своим. В это время жители города Констанции умоляли архиепископа города Александрии Александра поставить им нового епископа по случаю смерти прежнего, почитаемого ими Никифора. Александр просил немного подождать, и вот ему во сне явился апостол Павел и сказал:

– Поди в храм с причтом и следи, кто утром войдёт в храм и будет похож на меня, того и поставь епископом города Констанции на острове Кипре. Утром вошёл в храм Нифонт и был избран и посвящён в епископа Констанции. Хотя он и немного пас вверенное ему духовное стадо, но был всеми уважаем и любим, в нём сироты и вдовы нашли истинного отца и благодетеля; много он творил чудес и был врачом безвозмездным.

Время кончины своей он узнал за три дня. К тому времени посетил его и святой Афанасий, архиепископ Александрийский. В день кончины во время утреннего богослужения усилилась болезнь, и блаженный сказал ученику своему: «Чадо, положи для меня рогозину (цыновку) на полу»; и когда это было сделано, он лёг на ней. Когда же настал день, пришёл к нему архиепископ Афанасий и, седши при нём, сказал: «Отец! Есть человеку какая польза от болезни или нет?» Святой отвечал: «Как золото в горниле через огонь очищается от сторонних примесей, так человек болящий очищается от грехов своих». И немного помолчав, заплакал. Потом осклабился, и просияло лицо его, и он сказал: «На радость мне пришли вы, ангелы святые!» Немного спустя сказал: «Радуйтесь, святые мученики!» И ещё больше просветилось лицо его. Опять сказал: «Благодать вам, святые пророки!» Тогда отверзлись очи и святому Афанасию, и он увидел, что лики святых лобызают блаженного. Потом сказал Нифонт: «Радуйтесь, священники, преподобные и все святые!» И замолк; но немного спустя, воскликнул: «Радуйся, Обрадованная, красный мой свет, моя помощнице и крепость! Благословлю Тебя, Благая, потому что помню милости Твои!» И просветилось лицо его так, что все ужаснулись; и ощущалось тогда великое благоухание. Предал святой Нифонт душу свою Господу в 23-й день декабря месяца. Во всём городе плакали и рыдали о лишении такого отца, честные же мощи его похоронили в церкви святых апостолов, славя милосердного к грешникам и дивного во святых Своих Бога, Которому слава во веки. Аминь.

Святой страстотерпец Пантелеимон родился в городе Никомидии и в юных ещё летах лишился своей благочестивой матери Еввулы, внедрявшей в него веру во Христа. В эти лета он, конечно, ещё не мог постигнуть сущности религии христианской и предаться ей всем сердцем, а потому по смерти матери отдался руководству отца своего Евсторгия, упорно державшегося заблуждений идолопоклонства. Желая доставить сыну своему высшее образование, Евсторгий отдал его в лучшее языческое училище, где под влиянием учителей и товарищей язычников у отрока почти совсем изгладились понятия о христианстве. Но так как он достаточно уже успел в науках, то Евсторгий, устраивая дальнейшую судьбу сына, отдал его обучаться врачебному искусству у знаменитого в то время придворного врача Евфросина. Пантелеимон, носивший тогда имя Пантолеона, оказал быстрые успехи в этой трудной науке и вскоре обратил на себя внимание императора Максимиана, пожелавшего сделать его главным врачом при своём дворе; но прежде чем это предназначение царя исполнилось, по воле и домостроительству Царя царей, хотящего всем спастись Господа, Пантолеон был обращён пресвитером Ермолаем в христианскую веру. Получив от благочестивого пресвитера ясное понятие о святой вере Христовой, он однажды пожелал полнее удостовериться в её истинности, и это удостоверение вседействующим Промыслом Божиим явлено ему было вскоре. Один отрок был ужален ехидной и умер; юный Пантолеон, воззрев на небо, сказал: «Господи Иисусе Христе! Хотя я и недостоин призывати Тя, но если хочешь, чтобы я был раб Твой, – яви силу Твою и сотвори, да во имя Твоё отрок сей оживёт, ехидна же мертва да будет»; и тотчас отрок воскрес, а ядовитая змея расторглась надвое. Видя совершившееся чудо и озарённый лучом благодатного просвещения, Пантолеон тогда же принял от Ермолая святое крещение. Между тем, вступая сам на спасительный путь веры Христовой, он скорбел о заблуждении отца своего и не находил средств отвратить его от идолопоклонства. Но Всеблагий Бог, приведший Пантолеона к свету истинного ведения, споспешествовал ему и в этом сердечном желании обратить к свету той же истины родного отца; к нему приведён был однажды слепец, который получил в присутствии его отца исцеление призванием от Пантолеона имени Иисуса Христа. Тогда вместе с прозревшим слепцом прозрел духовно, уверовав во Христа, и отец Пантолеона, Евсторгий, дотоле косневший в языческом нечестии.

По обращении своём Евсторгий недолго прожил со своим сыном и мирно почил о Господе. По смерти отца сострадательный Пантолеон даровал свободу своим рабам и оставшееся ему после родителей богатство начал щедрой рукой раздавать нуждающимся. Пламенея же любовью к Богу, он выражал её делами любви к ближним: посещал узников, томившихся в темницах, утешал несчастных и угнетённых бедствиями, врачевал больных, наделял щедро милостыней бедных и вообще поступал так, что никто не отходил от него без помощи и утешения, особенно больные, на уврачевание которых Господь даровал ему дар чудотворений. Через это повсюду разнёсся слух о славном и милостивом враче Пантолеоне, который врачевал всех безмездно и не столько лекарствами, сколько призыванием вседейственного имени Иисуса Христа, и врачевал притом такие болезни, которые не могли быть излечены никакими естественными средствами, и таких больных, которые потеряли уже всякую надежду на своё выздоровление; а потому все больные, оставляя других врачей, обращались к нему как к милостивому и скорому целителю. Но это самое и возбудило злобную зависть в покинутых врачах, которые не замедлили оклеветать святого перед императором Максимианом.

По повелению царя Пантолеон представлен был на судилище. Здесь святой Исповедник в намерении убедить предстоящих, какая вера истинная, предложил царю отыскать неизлечимо больного с тем, чтобы жрецы призвали для исцеления его своих богов, после чего и он призовёт исповедуемого им единого Бога, и от кого из них исцелеет смертно-больной, вера того и должна быть признана за истинную, а другая, как ложная, отвергнута. Царь охотно согласился на это предложение, вероятно, потому, что верил в могущество своих богов, и по повелению его был найден и принесён один расслабленный, который много лет не владел ни одним из членов и от которого врачи давно уже отказались. После тщательных усилий со стороны жрецов и бесплодных воззваний их к богам своим святой Пантелеимон исцелил расслабленного одним словом. Это чудо обратило многих ко Христу и заставило посрамлённых жрецов с неукротимой злобой к Чудотворцу умолять царя, чтобы он немедленно погубил его, ибо иначе, говорили они, упразднятся их жертвы и боги их будут поруганы. Царь-мучитель, забыв первоначальное условие, так охотно им принятое, стал принуждать Пантелеимона к поклонению идолам; но когда увидел, что он непреклонен и, кроме того, смело обличает идолослужение, то предал его на самые бесчеловечные муки, какие только могли придумать злобные враги христианства. С этого времени открылось обширное поприще великих подвигов святого Исповедника, в которых при многоразличных истязаниях, вымышленных изобретательностью врагов, Господь удивил милость Свою над Страстотерпцем, чудодейственно сохраняя его невредимым во всех муках.

По повелению царя-мучителя прежде всего повесили святого Страстотерпца на мучилище и начали строгать тело его железными когтями и жечь свечами. Потом ввергали мученика в кипящее олово, бросали его в море с навешенным на шею тяжёлым камнем, отдавали на съедение зверям и привязывали к колесу, нагвождённому острыми ножами, которые должны были раздробить его тело; но дивный во святых Своих Бог при всех этих неизобразимо лютых мучениях дивно сохранил святого Пантелеимона, являясь ему в образе пресвитера Ермолая. Наконец Максимиан, истощив все роды мучений, осудил святого Страдальца на отсечение ему главы.

Перед кончиной святой Страстотерпец, выведенный воинами за город и будучи привязан к масличному дереву, продолжал свою молитву, начатую им ещё на пути. В это время один из исполнителей казни ударил мечом по вые святого, чтобы отсечь ему голову; но меч согнулся, как трава, потому что угодник Божий не окончил ещё своей молитвы. Воины, испугавшись, упали к ногам великомученика и просили простить их за все оскорбления и муки, какие наносили ему по повелению царя. Святой Исповедник не прерывал своей молитвы, и в это время услышан был с неба глас, нарекавший ему другое имя, делами его давно утверждённое в народе: вместо Пантолеона Господь наименовал его Пантелеимоном (то есть Всемилостивым), явно тем даруя ему благодать и по смерти изливать милости на всех притекающих к нему в бедствиях, скорбях и болезнях. Христов угодник, услышав при этом и призывание его в небесные обители, исполнился неизречённой радости и сам стал просить воинов отрубить ему голову, но те не соглашались, уверовав уже во Христа, и только после грозных его слов, что они не получат милости от Господа, если не отрубят ему головы, решились исполнить его повеление. И при этом опять были изумлены новым преславным чудом: по отсечении головы, вместо крови, истекло молоко, и масличное дерево, к которому привязан был святой, исполнилось в тот же час целительными плодами от низу до верху. При виде такого события, множество народа, собравшегося видеть кончину великого Страстотерпца, уверовало, как и воины, во Христа.

Так и такими чудесами прославил Господь земную жизнь Своего Угодника, предавшего себя всецело из любви к Нему на многообразные мучения и смерть!

Память святого великомученика и целителя Пантелеимона празднуется церковью 27-го июля; пострадал он в 296 году от Р.Х.

Боголюбивая А.И. Мир вам и благословение святой Афонской горы! Переписка, полагаю, для вас затруднительна, а также и для старцев, ибо они очень обременены заботами, имея огромное братство, и совершенно им не остаётся свободного времени. Ваши монастырские, вероятно, имеют старцев, и вам необходимо о приискивании духовного отца озаботиться по слову Спасителя нашего: ищите и обрящете. Невозможно в письме передать всё то, что можно лично передать, и, по правилам Церкви, совершенное отпущение даруется при возложении епитрахили и прочтении молитвы разрешительной.

Вы обременяетесь множеством грехов, а у кого их мало? Все мы пред Господом великие грешники, и одна наша надежда – это беспредельное милосердие Божие. Святые отцы поучают так: все наши грехи, как горсть земли, а милосердие Божие – это беспредельная бездна; если горсть земли бросить в эту бездну, то, без сомнения, она и незаметна даже будет. Если мы сердечно каемся, то все грехи наши прощает нам Господь, ради того Он и пострадал, дабы прощать нам грехи наши, почему и сказано: что нет грехов, кои могли бы превзойти милосердие Божие; те только грехи непростительные, в которых не каются люди. Едва я избрал время, чтоб духовно хотя коротенько побеседовать с вами.

Душевно желаю, чтоб эта малая и скудная беседа принесла хотя некую отраду скорбящей душе вашей. С таковыми чувствами искреннего благожелания остаюсь ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. 8 октября 1873 года. Москва.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь! Вы огорчаетесь, что я вам назначил писать мне ежемесячно 1 листок, но примите во внимание, как я обременён делами; надобно на всё иметь рассуждение. Я вас просил писать мне вопросами, оставляя место для ответов, но вы сплошь написали; прошу оставлять место для ответов, это мне удобнее, и для вас понятнее, виднее.

Вам, по желанию вашему, дал духовник епитимию – правило святого Пахомия Великого, но если вы имеете много своих правил – чтение акафистов и прочее, то должны объяснить духовнику и просить, дабы правило святого Пахомия было для вас необязательно, а исполнять оное по мере сил ваших. К своему правилу вы уже привыкли, а потому вам нелегко будет оставить его. А когда бываете больны, тогда исполнять должно только то, что можете, ибо и Господь сверх сил ни от кого не требует.

Иисусову молитву и ходя, и лёжа можете читать, и заупокой мать вашу можете поминать хотя на каждой чётке, ибо для сего определительного правила не существует, а предоставляется усердию молящегося.

Вовсе отказаться от посещений неудобно, а если иные обременяют вас продолжительными беседами, то можно сказать, что не имеете времени, ибо должны исполнить епитимию духовника.

Советую вам прочитать творения святого Ефрема Сирина, Макария Египетского, Варсанофия Великого; это лучшие монашеские книги.

Книгу «Жизнь Божией Матери» и ещё некоторых полезных книг вам вышлю немедля, а вы и другим желающим не отказывайте, давайте читать.

Матушку игумению Евпраксию я грешный ежедневно поминаю при совершении Божественной проскомидии. Господь да вчинит праведную её душу в райских небесных селениях.

Делайте всё в меру и по силам, и в молитве это правило соблюдайте; а то так может случиться: иной день много до утомления будете молиться, а на другой день обессилеете и малое правило не исполните. Недостаток в молитве восполняйте сокрушением сердечным, самоукорением, а без него и молитва не успешна бывает, то есть неплодоносна.

Душевно вам желая мира, тишины и радости о Дусе Святе, остаюсь ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. 1 число июля 1874 года, святой Афон.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе! Господу угодно для испытания терпения вашего и для очищения души вашей от прилипших к ней нечистот послать вам некоторые скорби; примите их как от руки Божией с благодарением, и блажени будете. Вы между прочим упоминаете: молчи, терпи, плачь, какое тут спасение? Но тут-то и спасение по слову Божию: Многими скорбьми подобает внити в Царствие Небесное; а когда всё тихо и мирно, то заслуга небольшая. Далее пишете вы: Жизнь такая хуже смерти и горче муки, но вы ещё ни смерти, ни вечной муки не испытали, а потому и потерпите ради вечного блаженства. Во всех скорбях и напастях, неизбежных на пути к спасению, непобедимое оружие, – это терпение; терпите и укоряйте себя, что вы большего гонения достойны. Терпение сплетает нам те прекрасные венцы, кои видимы были на главах у святых дев, сопутствовавших Пречистой Деве Богоматери, в бывшем видении преподобному о.Серафиму Саровскому. Даром не даются эти сокровища, прежде оные приобретались кровью мученической, а теперь терпением. Не вотще сказано: претерпевый до конца, той спасен будет, чего искреннейше вам, себе и всем желая, остаюсь смиренный богомолец ваш иеромонах Арсений. 9 июня. Керчь.

Боголюбивая А.И. Мир вам и благословение святого Афона! Получил я ваше огромное письмо на нескольких листах, отвечать на оное буду, пользуясь свободным временем, которого к сожалению очень мало имею.

Вы скорбите, что лишены храма Божия, что не можете прикладываться к святым мощам, к чудотворным иконам, но вспомните слово Божие во святом Евангелии: царствие Божие внутрь вас; ищите сего сокровища внутрь себя, оно всё восполнит. Вспомните разных пустынников, отшельников, они никакой церковной службы никогда не слыхали, и за всё это Господь так их неизречённо утешал, что они уже ничего не желали, всё это заключалось внутрь их.

За присланные вами стишки благодарю вас. Они очень хороши, хотя я и не любитель стихов, но ваши стишки очень умилительны, напоминают о переходе в загробный мир.

Вы сподоблены великого дарования – умиления, то должны за это денно и нощно Господа благодарить и терпеть находящие скорби, без которых никто не спасётся, о чём говорит всё святое Евангелие.

Старайтесь усвоить себе внутренно молитву Иисусову или Божией Матери, но это должно делать с великим смирением и самоукорением; тогда вы не будете стесняться, что вас посещают, ибо будете языком говорить, а внутренно Бога славить.

Желаю вам душеполезно проводить святой пост и радостно встретить святую Пасху.

Простите, пишу кратко, ибо неожиданно идёт почта; пока что успел, потом ещё напишу. Если будете много писать, то у меня будут залёживаться ваши письма, ибо я время очень мало имею свободного, но по возможности буду вам отвечать.

Остаюсь ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. 1 марта 1875 года. Святой Афон.

Правила вашего молитвенного отнюдь не оставляйте, а оное исполняйте, только старайтесь от посторонних скрывать, а при келлейнице не стесняйтесь, молитесь, ибо она, видя это, не беспокоит вас: это хорошо.

Ответы:

1. От нас требуется противиться внутренней бесовской похвале, а уходить никуда не нужно, не обращать внимания на похвалы людские; всё это нелегко, но необходимо.

2. Уединение со смирением очень хорошо, только приходящим говорите, что вы по болезни не можете их принять, но отнюдь им не должно говорить, что вы заняты молитвой, а иначе вас прославят святой, чего я очень опасаюсь.

3. Если вас не утомляет правило ваше, то оное продолжайте, но непременно хотя полчаса в сутки употребляйте на беседу с душой, что святые отцы именуют вниманием, рассуждением, оно то же, что глаза у человека.

4. Не новое учение, а древнее учение преподаю вам о смирении, которое паче поста и многих других подвигов; боюсь за вас, чтоб враг не вложил в вас мысль, что вы подвижница; а что вы пишете об Арсении Великом, то нам ли гнилым равняться с этим великим из великих? Кушайте на доброе здоровье, сколько требуется, считайте себя недостойной поститься, отдыхайте сколько нужно, считайте себя недостойной много бодрствовать. Подвиги возвышают человека: одно лишь смирение недоступно диаволу. Когда лишнее что скушаете или отдохнёте поболее, то укоряйте, вот и путь ко смирению.

5. Начало однажды делается, а от святой Пасхи до Вознесения вместо Царю Небесный читается Христос Воскресе, а вместо Достойно – Светися… По болезни можно лёжа читать Иисусову молитву, а касательно всего должно идти царским, то есть средним путём. Лишний сон грешно, но и недостаточный сон может изнурить тело и сделать его неспособным для духовных подвигов. Помните и помните сказанное: телесные подвиги вмале полезны, а благочестие на всё полезно.

6. Сокрушайтесь сердечно о грехах, противьтесь вражеским помыслам, и что Бог пошлёт скорбное – терпите, и довольно сего. Если когда с усердием помолитесь или пободрствуете, и если нет при этом помыслов гордости, то несомненно, что Господь помог. О бодрствовании я уже сказал, что нужно во всём иметь умеренность.

7. Опасаюсь, что вы подумаете, что подобны тому угоднику Божию, коего Ангел собирал слёзы в сосуд. Ни в одном житии нет примера, чтобы делали так, как вы желаете, а плакавших о грехах были тысячи.

8. Нужно сокрушаться мысленно, уничижать себя и все свои подвиги за ничто считать, отсекать некоторые свои желания, без коих можно обойтись, вспоминать великие страдания Спасителя, дабы яснее видеть своё ничтожество.

9. Самое лучшее и Богу приятнейшее – во всём предаваться Его святой воле и веровать, что Он посылает то самое, что для нас нужно и полезно.

10. Почившие о Господе великие Его угодники, разумеется, не требуют уже покаяния, а во время жизни и святые со страхом помышляли о будущности своей, как, например, Ефрем Сирин, Макарий Египетский и иные; а жить и не согрешать невозможно, для того и дано спасительное покаяние.

11. Если вы иногда с кем-либо побеседуете Бога ради, особенно с скорбящими, то это не есть презрение Бога, а исполнение Его святой заповеди о любви к ближним; а если вы чувствуете вред от бесед, то можно и бегать оных и иметь только по необходимости; а что вы упоминаете, что одного святого часто заставали приходящие на молитве, то это признак гордости, что вы хотите равняться со святыми; когда достигнете глубины их смирения, тогда хоть при всем народе молитесь, а теперь остерегайтесь уязвления бесовского.

12. Святые чем более получали благодати, тем более считали себя пред Богом должниками.

13. Дабы не входить в разговоры, то можно показывать вид, что спите, а юродствовать не советую: это очень опасный путь, и никто рассудительный вам это не посоветует.

14. Не просите Бога болезнь к болезни послать, Бог лучше вас знает, что вам когда послать: разве можно больному сказать врачу: «Так-то меня лечи?»

Что Бог внушил, то и написал, а вы когда посылаете мне вопросы, то молите Господа усердно, дабы Он открыл мне полезное для вас написать, и с верой вопрошайте, ожидая получить ответ по Божию внушению.

Господь да вразумит и да утешит вас Своею благодатию.

Однажды некто пришёл к Саровскому отцу Серафиму и просил его благословения носить вериги и власяницу, угодник Божий показал вид, что хочет ему плюнуть в лицо, и сказал ему: «Претерпи это благодушно, вот тебе и вериги». Потом размахнулся и хотел его по щеке ударить и сказал: «А вот тебе и власяница». Вот как учат святые отцы, ибо наружные подвиги нередко губят, а внутренние, единому Богу ведомые, – спасают. Ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. Константинополь, 21 мая 1875 года.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе! Наконец-то избрал я свободный час для ответа на ваши письма, полученные мною при выезде из Москвы от 30 июня, 4 листочка.

Тяжки ваши страдания духовные и телесные, соразмерно их и награда будет; а если когда от невыносимой тяжести и поропщете, то не отчаивайтесь, а воздохните ко Господу, и Он простит вас; Он только этого и ожидает, дабы утешить страждущих. Подивился я, что вы так огорчились, что в моём письме не было упомянуто, что я прощаю и благословляю вас; если желаете, то мне это всегда нетрудно написать, только если когда запомню по множеству дел, то прошу не огорчайтесь. О.Иасону пишите о разных предметах, дабы меня облегчить, а мне пишите что поважнее – духовное, и я по возможности буду вам отвечать.

Крест без распятого на нём Господа Иисуса Христа потому святые отцы заповедуют воображать, что враг при изображении Распятия внутренно, закрыв глаза, старается делать разную хулу в воображении, а обыкновенно очами взирайте на Распятого и молитесь Ему усердно. Можете внутренно, воображая крест, закрыв глаза, иметь мысль, что на нём распят был Господь, и о святых язвах Его иметь мысль, благоговейно рассуждать; а всё это воображать как бы видимо с закрытыми глазами, то мне святые отцы афонские не благословляли во избежание вражеских искушений; чтобы вам быть покойными – испытайте и, если встретите искушение, то оставьте. Вот всё, что о сем могу вам сказать: вам враг приносит разные мысли, опасение, ни на чём не основанное, то при этом нужно рассуждать, что это вражеские козни, и оставлять без внимания.

Ответы:

1. Если он вовсе оглох и худо видит, то просите матушку игумению дать другого духовника.

2. Святые отцы жребий бросать не советуют, ибо нам Бог дал разум; если это и делается, то с благословения духовных отцов и в неизбежной нужде.

3. Говорить ничего не нужно, а мысленно уничижать себя и сознавать грешницей полезно. Вам, вероятно, известно, что у меня и зрение слабое, и времени совершенно нет, а потому пишите мне как можно покороче и только о самом необходимом. Вы знаете, я всегда готов вам отвечать, но во времени очень стеснён и должен останавливать полезные духовные дела; вот я уже давно занят, составляю книгу для монахинь и не могу кончить, не имея времени.

Очень я вам благодарен за сведение о жизни блаженной Евдокии, только несколько непонятны слова некоторые, сказанные ей Царицей Небесной, а именно выписываю из вашего письма: «Матерь Божия сказала мне: „Зачем ты всё грешила, ты жила да всё грешила“. А я Ей сказала: „Владычице Мати Божия, прости мне“. Матерь Божия отвечала, что „у Бога милостей больше, чем у тебя грехов“, и сказала: „Прощаются тебе, Евдокия, грехи твои“», и ещё: «„А вот ты мне не делала цветы“. Евдокия отвечала: „Матерь Божия, я делала“, и Царица небесная сказала: „Я знаю, что ты делала, да не мне, не покупала их“». Эти последние слова совершенно непонятны, не ошибка ли какая, прошу хорошенько ещё спросите и меня уведомьте.

Душевно вам желая и матушке А. всех благ от Господа, остаюсь ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. Москва, 3 июля 1875 года.

Боголюбивая А.И. Мир вам и благословение святого Афона! О послушнице, почившей о Господе блаженной Евдокие, прошу доставьте мне самое подробное и самое верное сведение, что ей изволила сказать Царица Небесная, вопросите матушку Любовь, напишите ей и прочих, кого знаете, вопросите – это мне очень нужно знать.

Теперь поговорим о вашем искушении; это очевидная дьявольская злоба, как говорит святой апостол о нём: яко лев рыкаяй ходит, иский кого поглотити. Вы вопрошаете: нет ли каких сочинений о самом ужасном грехе самоубийстве; но какие могут быть сочинения и что говорить более о том, что святая Церковь предала вечному проклятию и в сей, и в будущей жизни? Таковые несчастные, как отсечённые сучья от древа жизни, которые будут вечно гореть и не сгорать, и не будет им никакой надежды, ибо если кто за таковых станет молиться, то эта молитва в грех вменяется, а этим несчастным ещё тяжелее делается. А что вы пишете такое внушение: «Возьми нож и заколи себя в жертву Богу», то отвечайте на это иногда так внутренно: «Сам ты, окаянный, заколи себя, а я раба Христова, хотя и грешная», и он силой имени Божия посрамится. Епитимия вам такая: как придёт подобное бесовское искушение, то встаньте на молитву и дотоле молитесь, пока искушение пройдёт; так делайте каждый раз и Божией милостью скоро избавитесь от сего страшного искушения, – но кто Господа призывает, для того это искушение ничтожно.

А когда кого осудите, то положите 10 земных поклонов.

Пёрушки стальные со святыми изображениями не употребляйте, а закопайте их в землю около святого храма.

Книгу перевод с латинского, если она согласна с учением нашей Церкви, прочтите и меня уведомьте подробно, как её заглавие. Остаюсь ваш грешный богомолец иеромонах Арсений. 25 июля. Москва.

Прошу всех ваших и вас – поминайте меня на молитве по слову святого апостола.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе! Не скорбите, что так случилось, что матушка прочитала о ваших искушениях; в старину было так, что каялись всенародно, вот и вы подобно тому последовали; надобно стыдиться грешить, а каяться не нужно стыдиться. Чем более скорбей за грехи, тем лучше врачуются они.

Отвечаю на ваши вопросы.

1. Нужное можете у благодетелей попросить, ибо вы работать не можете.

2. Вы судите по-человечески, но Бог всемогущ, может и ослабить болезнь и вовсе от неё избавить; Он не попускает искушения сверх сил человека.

3. Господь для того нас и сотворил, дабы мы были с Ним неразлучно в этой и будущей жизни.

4. Как Бог внушает, так и благодарите Его; Ему более приятно, когда просто и сердечно – по-детски Его благодарят.

5. Размышлять о мытарствах и о будущей жизни, о мучениях и райских наслаждениях праведных, всё это полезно, но всему должно знать меру, дабы не ослабить очень себя, то есть не изнурить.

6. Живя в миру нельзя вовсе отрешиться от мира, но надобно если и принять мирских, то с осторожностью и держать внутреннюю молитву.

7. О келлейных обеих откровенно поговорите с матушкой игуменией, и как она скажет, так и хорошо будет.

Остаюсь желающий вам всего лучшего ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. 24 декабря 1875 года. Москва.

Воистину Христос воскресе! Боголюбивая А.И. Благодарю вас за полученное мною письмецо ваше от 22 марта и приложенные при нём душеполезные стишки, напоминающие о переходе в вечность.

По крайнему недостатку времени пишу вам это письмо, сидя на пароходе, который везёт меня грешного в отечество великого святителя Христова Николая Чудотворца, в Мир-Ликию; там уцелел его древнейший храм, о возобновлении коего поручено мне недостойному озаботиться, и гробница угодника Божия там находится.

Когда будете иметь необходимую нужду писать мне, то адресуйте в Одессу с пересылкой туда, где я буду находиться, ибо по делам обители мне доведётся быть в разных местах. Как прежде писали, пишите, только оставляйте мне поболее места для ответов, ибо случается иногда, что и на краткий вопрос требуется подробно ответить.

Что вам писал, то и теперь скажу, что всего необходимее для спасения – это смирение, истинное внутреннее убеждение, что вы хуже и грешнее всех и всего, но это величайший дар Божий и приобретается он многими трудами и потами; тогда человек в душе своей ощущает такое спокойствие, которое никакими человеческими словами неизъяснимо. Ищите денно и нощно этот драгоценный бриллиант. Истинно смиренный всех, как себя, любит, никого даже и мыслью не осуждает, всех сожалеет, всем желает спастись; видит свою греховную нечистоту и со страхом помышляет, как будет отвечать на суде Божием, но не предаётся отчаянию или унынию, а твёрдо уповает на Создателя и Спасителя своего. Истинно смиренный, если имеет какие от Бога дарования, молитву или слёзы, или пост, или что иное, то всё оное тщательно скрывает, ибо похвала людская, как моль или как ржа, всё изъедает.

Вот я грешный, что мне Господь внушил, написал вам; простите за малое писание по недостатку времени. Душевно вам желая преуспеяния в жизни духовной, остаюсь ваш убогий богомолец иеромонах Арсений.

Надеюсь, что и вы меня не забываете на молитве по слову апостольскому: молитесь друг за друга, яко да исцелеете. 28 апреля 1875 года. Море Средиземное.

Боголюбивая А.И. Мир вам и благословение Божие! Письмо ваше от 3 числа мая я получил, благодарю вас за поздравление меня недостойного с днём моего Ангела и за все выраженные вами благие мне желания. За присланные стишки благодарю вас, они очень хороши и располагают к любви Божией. Пишете, что некоторые, получая через вас наши книжки и образки, оказывают вам своё усердие, то я сему душевно рад, что нужды ваши несколько облегчаются; а если когда случится какой остаточек, то помогайте сёстрам.

Ответы:

1. Держитесь своего уголка, к коему вы уже привыкли.

2. В этом нет ничего дурного, можете расписать свои вещи, кому желаете.

3. Это более ничего, как вражеское искушение, он, окаянный, разнообразно искушает, цель его та, чтобы занять ум наш размышлением о чём-либо, дабы отвлечь от молитвы.

4. Просите Господа и, как Он положит вам на сердце, так и поступайте.

5. Келлейной прилагаю записочку.

6. Во время молитвы всего лучше внимать одной лишь молитве, а когда Господь ниспосылает слёзы умиления, то принимать это как дар Божий, сознавая своё недостоинство, а что иные говорят, не зная ваших страданий, что вы как здоровые, то на это не обращайте внимания. Святую Богоявленскую воду натощак можно с благоговением испить и осторожно промочить глаза или голову, но чтобы на пол капля не упала.

7. Слова до скончания века, без сомнения, имеют иное значение, а будущий век бесконечен, и там бесконечно будут с Господом души, возлюбившие Его и тщащиеся по силе своей делать Ему благоугодное.

Пишу в Москву, дабы вам выслали 5 рецептов от пьянства, а вы их раздайте, кому нужно, а если потребуется, то и ещё вышлем, только уведомьте.

Да утешит вас Господь небесной Своей благодатью, и Царица Небесная да хранит вас во веки под сенью Своего матернего покрова! Остаюсь ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. 25 июня 1876 года. Сухум-Кале.

Очень, очень я благодарен всем тем, кто поминает меня грешного на молитве, это для меня всего утешительнее.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь! Воистину великое утешение в святейшем приобщении Пречистых Христовых Таин, но если вам не находят возможным часто сподоблять сего высочайшего дара, то за терпение и смирение Господь вас утешит небесным утешением.

Если возможно, то лучше, если келлейная ваша, любимая вами, будет ночевать в особой комнате; любовь к келлейной должна быть в меру и не в ущерб любви Божией.

Вы уведомляете, что у вас уже взяли келлейную, которую вы очень любили; смиренно перенесите это, и Господь сторично вам воздаст по глаголу Его: претерпевый до конца той спасен будет. Потерпите Господа ради грубое обращение с вами келлейной, вразумляйте её, за это получите мзду на небеси. Блажени миротворцы, яко тии сынове Божии нарекутся. Если когда келлейная не исполнит, то надо ей заметить с кротостью, а главное с призыванием имени Божия, тогда не последует искушения. Вы пишете, что встречаете большое затруднение в частом приобщении, о сем душевно сожалею; раз в месяц нужно приобщаться и, кроме сего, в великие праздники и посты почаще приобщайтесь. Древние христиане ежедневно причащались, зато и жили они не по-нашему. Всех молитв полезнее Иисусова молитва, но требуется при этом тщательное смирение, самоукорение. Справедливо, что если будут многие вас посещать, то не обойдётся без искушений, почему и сказал святой Макарий: «Бегай людей и спасёшься»; но иногда необходимо и принять, а иначе впадёте в тщеславие, в высокое о себе мнение. Я уже вам повторял, не давайте себе никаких обещаний, например – никогда не кушать скоромного или что подобное, тогда увеличится искушение и впадёте в тщеславие. Святые отцы так учат: вкушать понемногу всякой пищи, уставом монашеским дозволенной, – так учит святой Лествичник, великий учитель.

Упокой, Господи, душу усопшей монахини Досифеи, буду её ежедневно поминать на проскомидии Божественной литургии; я всю вашу святую обитель считаю как бы близкой своей.

Вас очень хвалят, считают вас почти праведной, как я вижу из некоторых отзывов в письме вашем, это очень опасно, помните, что сказано в Священном Писании: «Горе вам, аще рекут вам вси человецы добре»; бойтесь похвалы, она подобна яду, умерщвляет душу; не старайтесь выказывать свои дела, а потому и в пище поступайте так: кушайте свободно, что можете, только умеренно, а просфоры заздравные только натощак можно кушать, а особенно Богоявленскую воду никак не дерзайте употреблять после пищи, – это великая святыня.

Хорошенько, повнимательнее углубитесь внутрь себя: нет ли там какого помысла, что вы живёте богоугодно; такой помысел то же, что смертоносный яд, бойтесь, страшитесь и трепещите о себе хорошо подумать, памятуя о фарисее; он имел и добродетели, но за самопохваление всё погубил. В жизни не старайтесь от прочих отличаться святостью; это очень опасно, а если что и делаете доброе, то оное тщательно скрывайте, а то потеряете всё: похвала – это незаметный тонкий яд, проникает в душу и губит её. Гораздо лучше и покойнее, если о вас похуже будут думать и говорить, а похвала очень опасна.

Всё это мною вам написано от искреннего вам желания спасения души; не бойтесь лишний раз покушать, или когда поленитесь, поспите более, или рассеетесь, или дурные помыслы придут, это не повредит вам, а вот чего бойтесь и страшитесь, – внутренней бесовской похвалы: она так бывает искусна, что как бы под видом благодатного утешения. Почему и сказано святым апостолом: и сатана преобразуется в ангела светла.

Только одно истинное сердечное смирение недоступно дьявольским ухищрениям, оно все его сети разрушает; и к молитве, и прочим добродетелям, и к воздержанию нередко примешивается искушение, которое проявляется в тонком внутреннем тщеславном самоуслаждении.

Всё это пишу, не относя единственно к вам, а вообще пишу для предупреждения вас от козней дьявольских.

Радуйтесь о Господе и благодарите Его денно и нощно, ибо Его милости неизречённы, неописанны, неисчётны. Благодарение всего приятнее Господу. Остаюсь ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. 14 марта. Святой Афон.

Боголюбивая А.И. Мир вам и благословение Ново-Афонской обители! Вот уже другой месяц, как я в разъездах, и только теперь имею время ответить на письма ваши.

На письмо от 12 июля.

1. Несомненно, что руководитель каждому из нас необходим, но невозможно каждому жить с ним, и это вполне заменяется перепиской; как вы делаете теперь, точно так и я делаю – переписываюсь со своими старцами; и в житиях много встретите, что жили уединённо и по временам приходили к старцам и вопрошали.

2. Ваше мнение справедливо, ибо оно основано на учении святых отцов. Матушке Д… показать полезно в книге те места, где говорится о необходимости слёз и покаяния, и размышления о страстях Христовых, о смерти, о мытарствах, муке, это будет для неё полезно. В самом вступлении «Маргарита» покажите ей сказанное святыми отцами, что память смертная – благодать Божия, ни с чем не сравнимая.

3. Подобные знамения благодати Божией без нужды не нужно говорить, это для вас не полезно, а если кто в скорби, унынии, то таковым со смирением и самоукорением можно сказать.

4. Чтобы успокоить совесть, отдайте в церковь.

5. Очки носить нисколько не грешно, их купите по глазам недорогие, а о часах я напишу в Москву, чтобы купили подержанные и выслали вам.

6. Пишу на Афон святым старцам, дабы выслали вам колючую рубашку, вот вам и власяница; и ещё прошу их выслать вам параман, имейте его вместе с святыми иконами, а если, когда будет Богу угодно, вас постригут, тогда употребите его.

7. Уголка своего не оставляйте, а если какой по временам шум и крик, то терпите Господа ради, говоря: «Это по грехам моим попускает Господь».

8. Терпите свою болезнь, и довольно: просить скорбей не нужно, а всего приятнее Богу, кто терпит с благодарением всё то, что Господь кому посылает.

9. Не желайте никаких видений, ни откровений, это очень опасно; желайте лишь одного откровения: Господи, даруй ми зрети моя согрешения.

Ответ на 2-е письмо ваше, от 24 августа. На тёплое ваточное что-либо посылаю вам 3 рубля и 2 рубля на булочки к чаю, и впредь понемногу могу высылать. Бог и на вашу долю посылает, этим не стесняйтесь, пишите мне, у меня есть благодетели, не откажут и для вас уделить лепту. А если когда Господь вас сподобит ангельского образа, то напишите мне: я на всю одежду вышлю вам.

Вы желаете разных мучений, чего лучше? Терпите недостатки от келлейной с благодарением. Это богоприятный подвиг.

Не обижайтесь, что вас в другую келлию переведут, предайтесь всецело воле Божией, ибо сказано: царствие Божие внутрь вас есть; эту драгоценность берегите, и тогда, где бы вы ни были, будете как в царских палатах; а если можете попросить, дабы дали вам келлийку где поуединённее, то попросите, это воле Божией не противно.

К удивлению моему, при письме вашем от 24 августа приложен листок от 15 апреля. На оный могу кратко ответить.

1. Прилагаю помянник и усердно прошу помолиться.

2. За всё благодарите Бога.

3. Как это вы не могли понять сказанное: «слезами моими землю оскверняю»; это для того сказано, дабы не возноситься слезами своими, а что они очищают скверны души, то это несомненно.

4. Помнить вообще, что мы великие грешники пред Богом, а подробностей не нужно.

5. Всякому свой путь, благодарите Бога, что вы на добром пути, болезнь ваша – великий дар Божий, денно и нощно за сие и за всё хвалите и благодарите, и спасена будет душа ваша. А что вы впадаете в холодность и разные немощи, то это попускает Господь, дабы вы не вознеслись; подобное сему многим попускает Господь для спасения их. Если и уснёте на молитве по немощи, то это нисколько не грешно, только не унывайте, не отчаивайтесь, а о всём радуйтесь, за всё благодарите, и всё мужественно переносите, и веруйте твёрдо и несомненно, что вас не отринет Многомилостивый Господь и сподобит вас неизречённого райского чертога.

Во всех ваших согрешениях вольных и невольных да простит вас Всеблагий Господь, и Царица Небесная да хранит вас под своим Матерним покровом. Остаюсь убогий богомолец ваш И.А. 9 сентября. Ялта.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь! Какие бы ни были хульные помыслы, молитву никак не должно оставлять, а даже во время искушений должно усиливать; на хульные помыслы ответ один, что это не ваше, а бесовское, и он, окаянный, за это ответит пред Богом, а вы сему непричастны; считайте эти помыслы так же, как лаяние пса, ибо хотя пёс ярится и лает, но нам вреда не приносит, а запретить ему лаять может один только Господь, а наша обязанность в это время творить молитву и не обращать внимания на его лаяние.

Ответы на ваши вопросы:

На 1-й. Удивляюсь вашей настойчивой просьбе пригвоздить к груди своей крест, найдите мне хотя в одном житии, кто б к груди пригвоздил себе крест или сам бы себя распял на кресте; если и были распинаемы, то по воле Божией; вспомните, что сказал Господь апостолу Петру: ин тя пояшет и ведет, аможе не хощеши, к тому же вспомните и слова Самого Господа под крестом: Отче, аще есть возможно, да мимоидет чаша сия, аще ли же ни, да будет воля Твоя. Вот нам высокий и совершенный образец не изыскивать самим крестов, а предавать себя всецело воле Божией, и когда Он пошлёт крест, то не отрекаться: а то мы ищем крестов по своей воле, а когда пошлёт Господь, то неохотно приемлем их. Не ищите креста, а когда пошлётся – несите без ропота; вот мой совет, и предлагаю вам, – напишите преосвященному Г., и он вам, надеюсь, то же посоветует; терпите укоризны, оскорбления с благодарением, а также болезни и прочее, вот прекрасный богоприятный духовный крест, несите его и блажени будете. У вас очень пылкое и беспокойное воображение, удерживайте его, занимайтесь более молитвой, самоукорением, богомыслием и успокойтесь, не давайте воли своим мыслям и дальним рассуждениям, помните, что сказал апостол Павел: не высокая мудрствуй, а смиренная; самое лучшее почаще размышлять о своих грехах.

2. Не взирая ни на что – молитесь и молитесь, Господь сошёл с неба не ради праведных, а ради нас грешных.

3. Что это сделалось с вашей К.? Видно, что ей вражеское великое искушение. Господь да вразумит её; должно о таковых сожалеть. Очень вам тяжко всё это переносить, но при подобных искушениях и вообще при всяких искушениях должно иметь духовное рассуждение, что за терпение скорбей, особенно кто с благодарением терпит оные, уготована великая от Господа награда, и без скорбей невозможно спасти душу. Господь да вразумит её.

4. Если кто пожелает какие-либо мои скудные письма прочитать, то пусть с Богом читает.

5. Вы пишете, что рост брать грешно, это относится к тем ростовщикам, кои, пользуясь нуждой ближних, берут с них большие проценты.

6. Что вы видите в воде простыми глазами разных животных, то это вам искушение вражеское, ибо их прочие никто, кроме вас, не видят; молите Господа, да избавит вас от сего бесовского искушения, он, окаянный, старается смутить вас. А если когда вздумаете пить кипелую воду, то это нисколько не грешно, но не надо врагу потакать, а при помощи Божией подвизаться против него. Может и то иногда случиться, что если воду зря берут, то, пожалуй, попадётся в ней какая-либо букашка; в этом случае можно воду процеживать, и вообще для успокоения себя воду можете процеживать, а когда нужно, и кипятите.

Бога ради не думайте, что я на вас оскорбился, никогда этого у меня и в помышлении не было, а писал я вам потому, что мне как-то неловко, если кто меня хвалит. Но вижу, вы не так как-то поняли, а потому во всём от всего сердца, по данной от Бога благодати, прощаю и разрешаю вас и впредь благословляю вам, – пишите, как желаете, как прежде писали, только не ублажайте меня похвалами.

Господь вас да утешит благодатью Своею, и Царица Небесная, и святой великомученик Пантелеимон. Остаюсь ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. Москва. 25 ноября.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе и радуйтесь о Нём. Письмецо ваше от 30 июля я получил 31 августа на святом Афоне; как могу, отвечаю с помощью Божией.

Ответы:

1. Грехи не исчезают вовсе, редкие даже из святых были от них избавлены, но они от святого Причастия ослабевают.

2. В отношении внутренней молитвы и воображения Креста, то на это определительного правила не существует, а как Бог даст, того и держитесь: когда усиливается внутренняя брань против Креста, то помолитесь без воображения Креста, в этом нет необходимости, то есть в всегдашнем воображении внутри Креста – памятование о Боге всё восполняет. Опять повторяю вам: в этих предметах руководствуйтесь внушением благодати Божией.

3. В средние праздники дёргать корпию можно, а касательно того, чтобы совершать правило и в то же время дёргать корпию, то это богоугодное дело, так поступали святые отцы; когда вас очень борет сон, то сосните немного, это безгрешно по вашей слабости и при этом смиритесь, сознавая свою немощь.

4. По болезни и слабости вашей довольно с вас внутреннего сокрушения сердечного о грехах, а лишать себя пищи или прикладывания к святым иконам нет нужды, ибо сказал Господь: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит. А что сказал духовник: надо скорбеть до смерти, то это справедливо, ибо и святые постоянно скорбели и каялись до смерти, а мы грешные тем более должны каяться и скорбеть, но не унывать, а уповать на великое милосердие Божие к кающимся грешникам.

5. Изучать святое Евангелие и Апокалипсис на память, это хорошо, но с собой класть в гроб, это не введено.

6. Опять повторяю вам: надейтесь на милосердие Божие, Господь не лишит вас милости Своей, а касательно сетей вражеских, то они при исповеди духовному отцу все разрушаются; а если б вы впали в какую прелесть, то Господь вразумил бы меня написать вам об этом, ибо вы о всём чистосердечно пишете мне; будьте покойны. Господь, видя вашу чистосердечную исповедь, не попустит диаволу обольстить вас; диавол там успевает, где люди верят своему уму, своему рассуждению.

7. Очень, очень мне приятно, что мать игумения и все добрые ваши сёстры с таким усердием получили печатку с ликом угодника Божия; он по вере любящих его будет их хранить и спасать по данной Ему от Господа великой благодати исцеления душевных и телесных недугов.

Милость Божия и покров Царицы небесной и ходатайство святого великомученика и целителя Пантелеимона буди с вами во веки. Господь милостью Своею и человеколюбием да простит вам все согрешения ваши вольные и невольные, делом, словом и мыслью, и я, недостойный иерей, по данной мне недостойному от Бога благодати, прощаю и разрешаю вас от всех грехов во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь. Ваш смиренный богомолец иеромонах Арсений. Святой Афон. 6 сентября.

Боголюбивая А.И. Мир вам и спасение! По отправке вам с прошлой почтой письма, я имел случай о вас говорить с нашим о.духовником; он посоветовал написать вам, дабы вы почитали книгу Иоанна Лествичника. Там довольно подробно говорится о плаче, и вы можете вполне этим руководствоваться, ибо в письме трудно всё объяснить, а там этот предмет со всех сторон рассмотрен и обсуждён. Видим из описаний житий: по мере того, как посылал Господь благодать Свою, то усиливали смирение получающие благодать, дабы не вознестись; возношение доступно не только нам, слабым, немощным, но даже великим и сильным. Вспомните, что святой апостол Павел трикраты молился, да отступит от него пакостник, и что ему отвечал Господь? А потому не должно в немощах приходить в уныние, а усиливать надобно молитву, подобно как апостол Пётр, когда утопал в море.

Сказано, что сокровище, если оно на виду, то враги его похищают. Это нас учит, что мы подвиги свои и дары Божии должны тщательно хранить от взоров людей, а иначе враг похитит. Действия его чрезвычайно хитры и незаметны, а потому и мы должны иметь большую осторожность, а наипаче всего, как геенского огня, опасаться той мысли, что мы проводим богоугодную жизнь. О сем святой Макарий Египетский так учит: «Если б ты тысячи дней и ночей постился и молился, то так думай внутренно, что ты ни одного дня не молился и не постился». Касательно всего, и касательно пищи, нужна духовная мудрость. Бойтесь считать себя постницей. Иногда даже скушайте что-либо и приятное, дабы через это смирять себя и не считать постницей. А так же очень дурно, если люди будут прославлять, почему и сказал Господь: горе вам, егда вси человецы рекут вам добре. Потому горе, что похвала ведёт к возношению, которое есть лютейшая пропасть.

Я вам писал, что хорошо иметь обязательное молитвенное правило: 8 часов в сутки; но и прочее время должно стараться непрестанно памятовать о Господе. Опасайтесь, скрывайте свои труды. Вы мне писали: к вам кое-кто приходили, а вы продолжали молиться, значит, они вас должны счесть великой подвижницей: это очень опасно, даже и виду не должно подавать никому о своих подвигах.

Есть ли у вас нашей обители книжка: «Черты деятельного благочестия»? В ней очень хорошо описано о покаянии и слезах; если нет – то уведомьте, я вышлю.

Если хотите быть в спокойствии душевном и в простоте сердца работать Господу, – то не давайте много воли пытливому уму в предметах неудобно постигаемых ограниченным нашим умом; а в подобных недоумениях отвечайте сами себе: праведен Господь, и праведны Твои суды, и добавляйте: мне ли, омрачённой грехами, дерзать рассуждать о делах Божиих, и таким образом избежите стрел пытливого беса. Кайтесь в грехах, – и будете покойны.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе! Вот и святой пост приблизился; желаю вам душеспасительно провести святые дни поста и радостно встретить пресветлое Воскресение Христово.

Благодарю вас за сообщённые мне благодатные откровения, бывшие разным лицам, и за сообщённые пророчества о падении варваров турок. Надобно усердно молиться Господу Богу об избавлении восточных христиан от тяжкого мусульманского ига.

От пьянства всего полезнее читать или слушать чтение святого Евангелия: как станет одолевать кого страсть пьянства, так и взяться, как за непобедимое оружие, за святое Евангелие. Таким образом многие избавились от этой пагубной страсти.

Боголюбивая А.И. Мир вам и благословение Ново-Афонской обители, земного жребия Пресвятой Богородицы! Апокалипсис действительно написан аллегорически, но святое Евангелие нельзя так толковать. Что в нём сказано о вечных муках, так оное и должно понимать. Что будет огонь вечный, то это непреложно.

Вы желаете получить благословение, – но я всегда в начале письма говорю: мир вам и благословение, или: спасайтесь, что одно и то же; и сего вполне достаточно, ибо Господь сердцеведец. Если не будете прибегать к земным врачевствам, а к благодати Божией, – то силен Господь уврачевать вас. Но при этом потребно великое смирение, дабы не впасть в высокое внутреннее сокровенное о себе мнение. А потому можно иногда и полечиться. Великий московский святитель митрополит Филарет иногда не отвергал и земных пособий, как от Бога данных по немощи нашей.

Касательно приёма знакомых, то если уже так строго и настоятельно воспрещает матушка игумения, – то покойнее будете, исполняя её волю, ибо в этом будет отсечение своей воли, которое есть основание монашеской жизни. А в будущем и матушка игумения может сделать облегчение, ибо всё зависит от Бога, от Его внушения.

Врагу ненавистно многолетнее пребывание ваше в келлии, и вот он, окаянный, под разными предлогами хочет вас выжить из келлии; но вы, разумея его хитрость, – не поддавайтесь, укрепляйтесь святой молитвой.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь! Удивляюсь я, как вы не могли понять, что я потому в прошедшем письме не мог сам писать вам, – что совершенно себе я не принадлежу, а обители, и так бываю занят, что не могу отвечать; да и здоровьем ослабеваю; – имейте терпение; и если долго и впредь не получите моих писем, – не скорбите, а ожидайте: когда могу, тогда и напишу.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь! Если когда не исполните всё правило святого Пахомия Великого, то этим не смущайтесь, а смиряйтесь, что недостойна исполнить, так избавитесь и гордости. Хотя от молитвы, но ежедневно уделяйте полчаса на размышление и покаяние в грехах своих.

1. Есть верная пословица: от добра добра не ищут. Дорожите своим покойным уголком и не оставляйте его, искушения и скорби везде и всюду, а без них нет борьбы, нет и спасения.

2. Начало молитвы святого Пахомия одно у 12 сот, а не у каждой сотни, и конец один у 12 сот.

3. Вы пишете, что при молитве размышляете о страстях Христовых, о страшном суде, о мытарствах, о вечных муках и о царствии небесном, это хорошо, ибо это то же, что молитва. И так иногда хорошо подумать о смертном часе.

4. Как когда дарует Господь благодать Свою: иное время имейте в уме и сердце Распятие Христово или размышляйте о благодеяниях Божиих, а в другое время думайте о смертном часе; внимайте внушению свыше, какие когда Господь пошлёт мысли; но иногда и понуждать себя должно.

5. Святого Исаака Сирина можно читать, но что непонятно – проходите.

6. Хотя помилованная душа и будет помнить свои грехи, но это памятование будет ей радостно, подобно тому, как бы кто спасся от какой страшной беды.

7. Есть непрестанная молитва, так называемая самодвижная, которая сама собой совершается, как часовой маятник ударяет, но её имеют разве из тысячи монашествующих один или одна, а обыкновенно непрестанно нужно памятовать о Боге; а когда читаете Божие Слово, то это всё равно, что помнить о Боге. Когда кто другой читает Псалтырь или что иное, то в это время хорошо внутренно творить молитву.

8. Напрасно вы приходите в такую скорбь, что не бываете в храме Божием и лишаетесь великой благодати, нисходящей на молящихся во время Божественной литургии; ничего этого вы не лишаетесь, всё это сполна, с избытком получаете, только в это время в келлии своей пребывайте в молитве. И у нас на святом Афоне есть много даже схимонахов болящих, кои не могут быть в святом храме по тяжкой болезни, но разве они лишаются? Ещё даже более получают, если в болезни молятся и благодарят Бога. Так и вы делайте, и благо вам будет.

9. Это объясняется коротко: во время всякой молитвы хорошо воображать, как бы внутрь себя в сердце находится крест Христов, просто без распятия, но это не обязательно, а когда можете; это нелегко, ибо требуется постоянное памятование и понуждение себя к воображению креста в себе, крест воображать обычный тёмного цвета, ибо он тёмный, как видно из частиц его; это, вероятно, от времени произошло.

10. До страшного Божия суда участь грешников не вполне решена, за них молятся, подают милостыню, и сами они могут призывать имя Божие. Но когда совершится страшный Божий суд, когда Господь скажет грешникам: отъидите от Мене, проклятии, во огнь вечный, – тогда уже не будет у них никакой молитвы, всего они лишены будут. Не должно думать, что непременно мы осуждены будем, а должно надеяться на великое милосердие Божие, хотящее всех спасти.

Спасайтесь и радуйтесь о Господе! Убогий ваш богомолец иеромонах Арсений. 16 июня.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь! Хотя и очень я занят, но пользуюсь свободными минутами, дабы хотя сколько могу написать вам, ответить на письмо ваше от 25 февраля.

Итак, ваша К. отошла ко Господу: будем молить Бога о упокоении её души. Вспоминаю о бывших с нею искушениях. Господь, как уведомляете, явил ей милость Свою; будем о ней молить Бога; Господь да упокоит её душу в райских небесных селениях; и пишу на святой Афон, совершить о ней сорокоуст.

Вам дали очень хорошенькую кофточку – примите и носите с благодарением и смирением. Иное дело желать подобного, это грешно; а когда вам дали – то не сомневайтесь.

Боголюбивейшей вашей матушке игумении прошу передать, что я вполне сочувствую её скорбям – знаю, какой тяжёлый крест несёт матушка игумения: укрепи её Господь.

Господь да помилует вас, да дарует вам истинное сердечное сокрушение; имейте непрестанное упование на Его безмерное милосердие.

Ответы:

1. Не скорбите, если по болезни иногда не можете выполнить молитвенное правило и благодарите Бога за болезнь, ибо она то же что молитва, если без ропота с благодарением терпим. Сон, дремота и расслабление – это тоже от слабости, этим не огорчайтесь излишне, а смиряйтесь; смирение все недостатки восполняет. Чувствуете после святого Причащения увеличение искушений, то это ярость бесовская; ему завидно, его зло берёт, что вы удостоились великого небесного дара; в это время нужна усиленная внутренняя молитва, по слову святых отец, бей супостаты именем Христовым, крепче сего оружия нет ни на небе, ни на земле.

2. Уповайте на Бога, без воли Коего и волос с головы не упадёт, усерднее молите святую великомученицу Варвару.

3. Бога любить должно всем сердцем, но враг постоянно ум наш отторгает от Бога и пленяет суетой мирской, а что сказано: Боже часть сердца моего, то хорошо бы это прочесть в толковании, ибо иногда перевод бывает неточен.

4. Размышление подобное есть Божий дар, в каком порядке оно идёт, и слава Богу; сказано: от добра добра не ищут. Наслаждаться Божиими ликами, зрением их, можно, но с умеренностью, которая везде и всегда необходима.

Св. отцы советуют касательно Иисусовой молитвы, как она кому даётся, так её и творить в простоте сердца: она заменяет все молитвы, она сокращённое Евангелие, она ликоначальница в лике молитв.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе! Добрая матушка игуменья писала, что вам дана кроткая келлейная, значит, теперь вы успокоились, но должно знать и ведать, что враг не престанет с своими искушениями, а потому всегда надо к сему быть готовыми. Тех только враг не искушает, кои исполняют его, окаянного, волю.

Надеюсь, вы уже теперь не думаете, что я гневаюсь на вас, да и подумайте хорошенько, за что мне на вас гневаться? Чем вы меня оскорбили? Всякому ветреному помыслу верите, мало рассуждая; враг этим пользуется и кружит вас, как ему хочется. Просите Бога о даровании правильного рассуждения, тогда не будете всякими пустяками и мелочами смущаться.

Так как, я вижу, вы не так поняли мою мысль, а потому, чтоб успокоить вас, то пишите мне по-прежнему, как писали, только одну заповедь даю вам: не зовите меня аввой, и вообще не хвалите, не ублажайте меня, это для меня очень тяжело, да и само святое Евангелие говорит: «Горе вам, когда добре рекут вам человецы».

Иисусова молитва выше всякого богомыслия и рассуждения, а потому, когда дарует Господь сердечную Иисусову молитву, то, ничем не развлекаясь, должно продолжать её с глубоким смирением и сознанием своей греховности.

Пётр, о коем пишете вы, вероятно, самозванец, ибо я его вовсе не знаю; бойтесь таких странников, и вообще очень их опасайтесь, из них из ста едва ли один есть истинный, а прочие прельщённые врагом.

На праздники, особенно на воскресные дни и прочие великие праздники, необходимо теплить лампаду, но можно по-афонски так, чтоб был едва заметный синенький огонёк.

Господь с вами и Его благодать и милость и покров Царицы Небесной. Остаюсь убогий ваш богомолец иеромонах Арсений. 8 декабря.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь! Только сегодня избрал свободные минуты, чтобы хотя немного побеседовать с вами; благодарю вас за письмо ваше от 23 декабря и за поздравление меня с праздниками Господними и Новым годом и душевно вам желаю мира, тишины и радости о Дусе Святе.

Душевно порадовался я, что вам дали добрую келлейную, прошу, передайте ей благословение святой Афонской горы и желание всего лучшего; молебен о ней отслужим, и на святом Афоне её помянут.

Не скорбите, что у вас прежняя послушница всё обобрала. Господь за неё сторицей воздаст, только не жалейте, это вам в милостыню вменится.

В болезнях ваших да укрепит вас Милосердный Господь в терпении, по речённому: претерпевый до конца, той спасен будет; может Господь внушить боголюбивой матушке игуменье облещи вас в ангельский образ, о сем просите Господа, да будет по Его святой воле.

Ответы:

1. Кто вам сказал, что наша молитва ничтожна и бесполезна? Хотя она и слабая, но иногда по милости Божией бывает сердечная, и слышит её Господь, а если не молиться, то это заживо погибнуть. Молитвой мы всё испрашиваем у Господа. Действительно, бывает молитва в грех, когда кто молится без всякого внимания. Мы грешные, хотя и рассеиваемся, но потом скорбим, просим у Бога прощения, какое и получаем по милости Его.

2. Не ослабевайте искать примирения и о нём всевозможно стараться; блажени миротворцы, блажени терпеливые, блажени кроткие.

3. Жизнь наша и смерть в руках Божиих, а чтоб не так страшны были мытарства, то нужно о сем чаще молиться Богу и Его помощи просить.

4. Если вы, молясь в келлии, обретаете душевный мир, то это великая милость Божия, но хотя изредка, когда можете, в большие праздники хорошо бы вам посещать храм Божий, а если не можете и совесть покойна, то молитесь дома: Господь везде, и всюду Его владычество, только сердце наше было бы к Нему обращено. В святом храме особая Божия благодать: там совершаются святые Таинства.

5. Молитва и размышление о спасении души могут быть совершаемы безразлично, во всякое время, ибо это одно и то же, но, когда даруется благодатная молитва, тогда разумеется, что не должно её прерывать. В будни можно и позднее покушать, и напиться чаю, а под праздники, особенно под большие, кроме случаев какой-либо немощи, хорошо бы после заката солнца не кушать. Об умерщвлении тела святые отцы говорят так: надобно не тело, а страсти умерщвлять. Иные постники впали в самомнение и погубили свои труды.

6. При болезни языка, творите молитву одним умом; да и вообще святые отцы пишут о достоинстве умной молитвы, ибо произношение языком может отчасти рассеивать ум. Гофманские капли употребляйте, когда нужно: и днём, и ночью, и в полночь, и утром.

Просить смерти не должно, а предавать всё в волю Божию лучше всего.

Вот и слава Богу, ответил на ваше письмо, и если в Москве получу ещё письмо ваше, то как изберу время – на оное отвечу. Будьте вполне уверены, что я готов всегда делать всё то, что могу при моих многочисленных занятиях, поглощающих всё моё время.

Во всех погрешениях ваших Господь да простит и да разрешит вас; остаюсь смиренный богомолец ваш И.А. 29 декабря. Киевская Лавра.

Боголюбивая А.И. Мир вам и благословение святого Афона! Получил я письмо ваше от 5 марта. Очень, очень вам и всем я благодарен за поминовение о упокоении брата моего Виктора; он скончался 11 февраля, как я уже писал вам. Усердно прошу вас и всех ваших боголюбивых сестёр продолжать поминовение его; это у меня был единственный брат. А день моего Ангела 8 мая. Прошу вас и сестёр тогда помолиться обо мне, да помянёт меня Господь.

Пишете: обуревают вас страсти и грехи; так и быть должно; мы то же, что стоящие на войне: враг борет нас, а мы должны противиться ему; если иногда и побеждает нас враг, то не должно отчаиваться: отчаяние есть смертный грех, радость диаволу; должно иметь твёрдую надежду на милосердие Божие.

Ответы:

1. Предоставьте это распоряжению благодати Божией. Она действует в сердце нашем – разнообразно. Внимайте и следуйте внушениям её; говорите чаще сердечно: скажи мне Господи путь, в оньже пойду, яко к Тебе взях душу мою. О сем, кажется, я уже писал вам. Иногда идёт хорошо молитва устная, а иногда безмолвно-сердечная: это уже как дарует Господь; внимайте внутреннему внушению.

2. Неясно вами написано, – непонятно… Иногда можно и поговорить с ближними, и даже должно, а то, пожалуй, вообразите, что вы великая затворница, и впадёте в высокоумие.

3…

4. Видениям и снам воспрещено верить, кроме особых случаев, редко бывающих, и то по нужде. Что бывает грешным на том свете отрада в праздники, – то это несомненно.

5. Размышлять о грехах вообще, но не вспоминать их в подробности, – это нужно для смирения. Размышлять о страшном суде – хорошо. Всему своё время. Бог да вразумит, когда что делать. Помыслы скверные отгоняйте внутренней молитвой.

6…

7. Преуспеяние достигается трудом и временем. В ВЕЛИКИЙ пост можете во все дни кушать хлеб с горячей водой и подсластить воду; это на первой и последней неделе; а на прочих неделях чай разрешается; вы – больная, вам нужно подкрепление. Желать смерти можно только святым; а мы, грешные, должны желать покаяния, очищения души; а о смерти – то предавайте это в волю Божию: как Ему угодно.

8. К. нужно без гнева вразумлять и требовать от неё, дабы она исполняла, что вам нужно; а так оставлять не годится; нехорошо будет, и она не исправится.

Во всех ваших согрешениях Господь да простит и разрешит вас Своей благодатью и милостью; и я, недостойный иерей, по власти, данной мне от Бога, прощаю и разрешаю вас во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Чаще и чаще благодарите Бога за всё, через это дарует Господь душевный мир. Благодарение – это пред Богом драгоценный дар, приносимый от нас грешных и недостойных. Благодарение – это целительный бальзам, изливающийся свыше на наши греховные душевные струпы.

Простите, более не могу писать теперь, ибо уже подошёл великий праздник; через несколько часов услышим всерадостное Христос Воскресе! С коим и приветствую вас.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь! Только что теперь мог взяться за ваши письма для ответа на них.

Можно и с мирскими беседовать о спасении души, но говорить более не от своего скудного разума, а из Священного Писания и из боговдохновенных отеческих писаний.

Чтобы избавиться греха осуждения, то надо просить Бога, чтобы даровал нам видеть свои согрешения, что ясно изображено в молитве святого Ефрема Сирина: «Господи, даруй ми зрети мои согрешения», и прочее.

Душевно сожалею, что келлейная ваша так беспокоит вас. Это уже примите и несите как крест от Бога посланный; за неё молитесь Богу и веруйте, что Господь её вразумит. Вы скорбите, что около вашей келлии шум, но если бы его не было, то было бы что-либо другое, может, худшее, ибо нет на земле покоя: он уготован на небесах для любящих Господа; здесь время испытания, время скорбей, терпения, а там – воздаяние комуждо по делом его.

Ответы:

1. Укоренившаяся болезнь требует усиленного лечения.

2. Благодарите Бога и за то, что Он терпит грехи ваши, ожидая вашего покаяния.

3. Если часы препятствуют молитве, то заменить их другими.

4. Вразумить келлейную должно было, но полегче и без гнева. Тогда слова ваши были бы полезнее; а где гнев, там и страсть.

Изредка если увидитесь с кем из близких, любящих вас, то после при случае попросите у матушки игумении извинения, что по тяжкой болезни своей для некоторого утешения иногда не отказываете близким своим в принятии их; так слегка объясните.

6…

7…

8. Без сомнения, приемлет Господь кающихся грешников, ибо ради спасения их Он изволил претерпеть крест.

9…

10. Не смущайтесь, – если что матушка игумения делает по необходимости, то это уже её дело. Рясофор – большая разница от пострижения в мантию, которое должно быть совершаемо и совершается по установленному порядку.

Если вы убедитесь, что кто не хранит вашей исповеди, ваших тайн, то должно быть осторожной, дабы не последовало после смущения. Особенно в таких случаях, где примешаны другие. А касательно себя, своих немощей, то говорите не стесняясь; если о сем и другие узнают, то потери для вас не будет.

Касательно пострига, то, как я уже писал, возложитесь на Господа, и веруйте несомненно, что Господь всё устроит.

(к м.А-ии)

Боголюбивейшая душевноуважаемая матушка А. Спасайтесь! Искренно благодарю вас за поздравление меня недостойного с днём моего Ангела и за благие мне желания и вам взаимно душевно желаю всего душеспасительного.

Очень я рад, что могу сделать на пользу и к утешению вашему и сестёр богохранимой святой обители вашей.

Изволите писать, что боголюбивейшая А.И., быть может, недолго погостит с нами, предстанет Сладчайшему Спасителю, к Коему стремится её благочестивая душа. Рассуждая о сем, мне пришла мысль просить вас передать от имени моего вашей матушке игумении мою просьбу, дабы она соблаговолила похлопотать – удостоить А.И. пострижения в святой ангельский образ – в мантию, сего жаждет давно её душа; я вполне уверен, что матушка игумения не оставит без внимания мою просьбу, но Александре Иосифовне об этом до времени прошу ни слова не говорите, и никому нельзя говорить, а то может последовать искушение.

Утешайте, прошу вас, болящую рабу Божию А., и вас утешит Сам Господь небесным утешением.

Прошу ваших святых молитв и взаимно остаюсь ваш убогий сомолитвенник иеромонах Арсений. 1876 года, июля 7 числа.

(к ней же)

Боголюбивая матушка А. Спасайтесь о Господе! Благодарю вас за приятное письмецо ваше.

За сочувствие ваше к страждущей А. И., несомненно, получите награду от Того, Кто и за чашу студёной воды, поданную во имя Его, обещал воздать небесным воздаянием.

Очень, очень будет жалко, если А.И. переселится в вечность без принятия ангельского чина, коего она достойна, ради её тяжких страданий. И ещё повторяю вам мою просьбу – передайте матушке игумении, что я её прошу при свидании с архиереем объяснить ему о болезни А.И. и о её великой к Богу любви, может, Бог положит на сердце архиерею принять в этом участие; от него зависит разрешить её в келлии постричь.

Господь да устроит всё во благо и спасение.

Прошу ваших святых молитв и взаимно остаюсь ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. Сухум, 30-го июля.

(с сего письма начинается опять к А.И.)

Боголюбивая А.И. Спасайтесь! Получил я два письма ваши и до сих пор по множеству дел не мог прочесть оные; хотя коротенько отвечу вам.

Благодарю вас за присланное верное сведение о рабе Божией Евдокии.

Ответы:

1. Снам, устрашающим вечной мукой и прочим, тогда только можно отчасти верить, когда они не приводят в уныние и отчаяние.

2. Касательно принятия монахини Т. и прочих, желающих вас видеть, если это так трудно для вас, то не погрешите, если не примете их.

3. Касательно пострига, то просите Господа устроить это, если угодно Ему, и Господь вам внушит по Его святой воле.

4. Келлейная может принять себе сестру по духу, но пусть возьмёт её не совсем, а на время для испытания.

5. Стоя на молитве, всего лучше продолжать оную, не стесняясь ничем и не изменяя слов молитвы, а при усилении искушения усиливать молитву и поклоны, это всего ненавистнее врагу, если на него не обращают внимания.

На листок от 20 июня ответить мне трудно, ибо я вам сказал, что можете мне в месяц 10 вопросов прислать и особо 1 вопрос, если что очень нужно, но не более; да и зрение моё ослабевает, хуже, если сверх сил буду отвечать и потеряю зрение, тогда ни вам и никому не буду писать.

Если действительно ваша келлия отойдёт под казённый приют, то умолите матушку игумению дать вам где-либо уединённый уголок; если имеете возможность, то за это что-либо внесите в монастырь, или нет ли у сестёр уголка, можете им что-либо внести, если имеете какие крохи, а прежде времени не унывайте, надейтесь на Господа. Он всё устроит. Если уже необходимо будет нужно и дело так не обойдётся, то напишите мне и я напишу вашей матушке игумении, попрошу её, дабы она дала вам уголок уединённый. Имейте веру в Промысл Божий, о всех пекущийся.

О покаянии прочтите в «Маргарите», там всё сказано. Святой пророк Давид – высший образец покаяния. Покаяние есть просвещение ума; кающийся ясно видит, что он неоплатный должник пред Господом, а потому и проводит всю жизнь свою в покаянии; он нисколько не надеется на дела свои, а на единое милосердие Божие, памятуя слова святого Евангелия: аще сотворите вся повеленная вам, рцыте, яко раби неключими (то есть непотребны).

Господь да утешит вас небесной радостью, благодать Его буди с вами во веки; во всех ваших погрешениях Господь да простит вас, и я, недостойный иерей, властью Его мне данною, прощаю и разрешаю вас во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Недостойный богомолец ваш иеромонах Арсений. Ново-Афонская обитель, 31 августа 1876 года.

Боголюбивая А.И. Мир вам и благословение святого Афона! Получил я ваши письма и душевно сожалею о ваших скорбях; но что я могу сделать, кроме того как посоветовать вам нести со смирением крест свой. Подумайте и о положении матушки игумении; она рада бы всех успокоить, но это невозможно; сестёр много, всем нужно дать помещение; вы сами знаете, что клиросное послушание считается в монастыре первым, а потому необходимо клиросных по возможности успокаивать, о чём и заботится матушка игумения. И о вас заботится, – в этом, как духовный ваш отец, могу вполне вас уверить; но встречаются такие предметы и желания, кои по обстоятельствам исполнить невозможно, а потому нужно терпение. А в мире сколько есть таких тяжких скорбей, кои несравненно превосходят ваши и наши скорби; но что делать, терпят рабы Божии; иные через это получают болезни и прежде времени в гроб сходят; но куда деться? Терпят, ожидая утешения в будущей бесконечной жизни. Та жизнь – истинная жизнь, а здесь – скорби и скорби, как сказал Господь ближним Своим: в мире сем скорбни будете. Надо принуждать себя к терпению, к благодарению Бога за всё, к преданности Его святой воле, – и тогда утешит Господь небесным утешением в бесконечной жизни, и в этой жизни дарует терпение, которое всего необходимее для спасения души.

Душевно радуюсь, что часы так вас утешают; это вам дар от Бога послан, для утешения вашего.

Полезное говорить хорошо, но всему есть мера, а главное – не надобно от себя говорить, а из Святого Писания со смирением и умеренностью, ибо как сказано: в многоглаголании нет спасения.

За послушание к матушке игумении получите от Господа небесное утешение, ибо Он Сам послушлив был Отцу Своему до смерти.

Корпию дёргать, – это то же, что молитва, ибо это для болящих, коим Сам Господь заповедал служить. Ради сего можете уменьшить своё молитвенное правило. Можно дёргать корпию, а умом и сердцем творить молитву.

Наша жизнь – борьба с грехом до гроба, борьба с искушениями, – за то и награда обещана.

Вы просите простить вас. – Бог вас да простит, но вы ничем не огорчили меня ни теперь, ни прежде; об одном прошу вас: пишите покороче о самом нужном, но нет нужды в каждом письме повторять: «я грешница, окаянная, блудница» и прочее, так иногда целую страницу наполните, а напрасно затрудняете, ибо всё это надо стараться внутрь себя иметь, а многословие неполезно.

Матушка игумения вам дала прекрасный совет о уединённом житии, а когда нарушится ваше уединение, то всё нарушится, и вы потеряете и мир душевный, и святую молитву. Сухум, 5 февраля 1877 года.

«Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе!» Очень я вам благодарен, что вы заботитесь и соболезнуете о наших афонских старцах; прошу усердно матушку игумению и всех сестёр молиться за них: положение их очень опасно (по случаю войны).

Печатать вам свои письма печатями, снимаемыми с афонских писем, не следует, а можно эти печатки снимать и посылать в письмах как благословение.

Вы прежде писали и теперь повторяете, что не имеете от меня прощения. Но я уже писал вам не один раз, что не имел и не имею решительно ничего против вас, во всём по данной благодати от Господа прощаю и разрешаю вас во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Пишете вы, что имеете много скорбей, – таков уже путь земной нашей жизни, – в скорбях и нестроениях. Я, вероятно, писал вам, что в скорбях облегчение преимущественно бывает за благодарение, ибо оно очень приятно Господу.

Душевно сожалею об упоминаемых немощах сестёр; враг рода нашего тщится всех нас погубить. Вполне сочувствую скорби боголюбивейшей матушки игумении; великая её обязанность о всех заботиться, но и великая её награда ожидает за все её скорби. Душевно благодарен я матушке игумении и всем о Христе сёстрам вашим, что в день моего Ангела вспомнили обо мне, многогрешном, и помянули меня на Божественной проскомидии; и их, и вас да помянет Господь во царствии Своём в день праведного воздаяния комуждо по делам его.

Матушка игумения не благословила сёстрам ходить к вам, – ибо если одной и другой позволить, то и все пойдут; вы по слабому здоровью не вынесете постоянных бесед, и разрушится уединённая жизнь; а касательно того, что у вас слабо зрение, то усердно просите матушку игумению от себя и от меня, дабы она избрала одну сестру, которая б читала вам слово Божие.

А что вы пишете, что иные сёстры такое имеют желание, что хотя бы в окно ваше или в дверь посмотреть, – то это для вас очень опасно: враг будет вам такие мысли влагать, что вы уже почти святая, дабы этим поселить в вас гордость и погубить; чаще вспоминайте апостольские слова: блюдите убо, како опасно ходите.

Совершенно несправедливо ваше мнение, что так как вы теперь не видитесь с сёстрами, то и в будущей жизни будете с ними разлучены. Вот если бы вы не видались с сёстрами по злобе или гордости, тогда действительно худо бы было вам; а теперь вы не видите сестёр ради послушания матушке игумении и ради того, что посещения их крайне бы обременили вас, а потому за это вы нисколько не лишитесь благодати Божией. А касательно бесед с мирскими, то и эти беседы могут быть для вас обременительны, – по слабому духовному и телесному здоровью вашему. 6 июля. Станция Горки.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе! Страдания ваши продолжаются, да укрепит вас Господь в терпении; спокойствия и утешения ожидайте в вечности, а здесь скорби, болезни и печали – и горе тем, кто их не имеет, ибо таковые не сынове Божии, а прелюбодейчищи, как учит святой апостол Павел (Евр.12:8).

Касательно ангельской одежды, то полагаю, можете просить владыку, когда он посетит вас, ибо это единственное для вас утешение.

Сказано, пусть отчаиваются и унывают язычники и иудеи, а нам, христианам, надо радоваться о Господе, Который пришёл спасти не праведных, а нас, грешников; оправдание наше – не дела наши, а заслуги Господа Иисуса Христа. Его пречистая кровь очищает всякий грех.

Вы говорите, что, сидя в келлии, не имеете случая перенести оскорблений, но если вы без ропота перенесёте болезнь свою и лишение святого храма и общества сестёр, то это всё покроет; и ещё скажу вам, иногда по немощи если и поропщете, то не унывайте, а покайтесь Господу, и всё снято. Таково милосердие Божие к нам, грешным. Ваш телесный труд – болезнь. Господь призывает к Себе всех труждающихся и обременённых скорбями и болезнями, в числе коих, хотя последнейших, и вы, а потому несомненно веруйте, что Он близ вас и слышит убогое моление ваше. Святой Ефрем Сирин пишет, что, кто не противится греховным помыслам, даёт им волю, тот блудник, прелюбодей, а кто борется с помыслами, то это другое дело.

Вас видимо хранит Господь, Его Пречистая Матерь и святые угодники, а потому усугубите благодарение. Справедливо, что сны самое лучшее забывать и никому о них не говорить и отнюдь не записывать, а то им конца не будет.

Ответы:

1. Понуждайте себя ко всему богоугодному, но имейте терпение, – из зерна в один день не вырастет колос. Молитва как маятник, именуемая самодвижная, то её имеют из тысяч монахов один. Это особый дар Божий. Многие спаслись, и не имея таковой молитвы.

2. Молитесь, как Бог дарует; простая молитва от искреннего сердца всего приятнее Господу; не изыскивайте слова, а какие Бог внушит, те и произносите в простоте сердца.

3. Если можете без особой вражеской борьбы, закрыв глаза, представлять себе страдания Спасителя, то это не воспрещается, но многие имеют при этом вражеские искушения, и от того избегают сего.

4. От страхований бесовских никто не избавлен, это уже ему, окаянному, попущено огорчать рабов Божиих; зато претерпевшим умножится небесная награда. А когда утомитесь не спавши, то уже о правиле не беспокойтесь, в таком случае оно отлагается. Телу необходим отдых и подкрепление.

5. От страхований бесовских всего лучше протянуть чётку с молитвой: слава, Господи, Кресту Твоему честному. Если что объясняется после молитвы и душа покойна, то это хорошо. От почивших о Господе что-либо прислать, хотя косточку, то это не допускается, значит, и не нужно.

Всех душевно благодарю за память обо мне, многогрешном, и усердно прошу их святых молитв.

Сколько возможно, старайтесь и просите Господа иметь мир душевный и терпение, а без сего очень трудно.

Уже ночь, кончаю письмо ваше и душевно рад, ибо завтра выезжаю на Кавказ.

Божия благодать и небесный покров Владычицы мира буди на вас во веки. Господь да простит все согрешения ваши, и я, недостойный иерей, по данной от Бога благодати прощаю и разрешаю вас от всех грехов ваших во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь. Недостойный иеромонах Арсений.

Могу вас порадовать приятной вестью. Обителью нашей предположено великое и пресвятое дело – издание земной жизни Спасителя в возможной полноте. Помолитесь, дабы не отринул Господь желание наше и освятил бы труд сей. 22 октября. Одесса.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе! Я всё это время был в пути и теперь не на месте своём, а в святом граде Киеве. Недели две сему назад я едва не погиб в Чёрном море во время бывшей страшной бури, но Господь за общие молитвы сохранил.

Ответы:

1. Имейте преданность воле Божией и не смущайтесь, если иногда и благие желания не исполнятся; относите это к недостоинству своему. Предлагаемое на доброе здоровье кушайте без смущения и смиряйтесь, сознавая свою немощь.

2. Не высокая мудрствуйте, а смиренная; подобные вопросы не задавайте себе, а так отвечайте: мне ль окаянной думать о таких высоких предметах? Лучше буду думать о грехах своих. Пишется в Патериках, что когда одному старцу предлагали подобные высокие вопросы, то он молчал.

3. Носите тяготы друг друга и тако исполните закон Христов. О простодушных, подобных келлейной вашей, Господь сказал, что таковых есть царствие небесное.

4. Лучше в молчании за всё благодарить Бога и не пускаться в дальние рассуждения, которые нередко отвлекают ум наш от Бога.

5. Бурные помыслы бьют душу нашу как волны ладью, кормчий во время должен бдительно стоять на корме. Стоять на корме – это означает непрестанную внутри Иисусову молитву, с надеждой на милость Божию. Во всех бедах одно прибежище – Господь, и помнить нужно слова святого апостола: недостойны скорби сего века к хотящей явитися в нас славе. Это даст силу терпеть искушение.

6. Кто из нас кого переживёт, это Богу известно, будем на Его милосердие уповать.

7. Блаженная ваша послушница; даруй Господь, чтоб она до конца жизни сохранила евангельскую простоту и незлобие. Не скорбите, что я не скоро вам отвечаю, – как только могу по множеству занятий.

На святом Афоне, слава Богу, благополучно. От рясофора не отказывайтесь, а примите, как от руки Божией, ибо хотя и малое, но всё же это пострижение в малый ангельский образ; а если потребуется одежда и у вас не будет средств, то уведомьте, сколько чего нужно, мы купим и отсюда вышлем вам, или у себя в С. можно будет купить, то вышлю вам, что потребуется, денег на покупку по уведомлению вашему.

Спасайтесь о Господе вкупе с доброй С. и о Нём радуйтесь, и меня грешного не забывайте на молитве. Недостойный иеромонах Арсений. 9-го января 1878 года. Москва.

Христос воскресе, боголюбивая А.И.! Спасайтесь!

Ответы:

1. Удивительное дело, вы вовсе, как видно, не рассуждаете: как же вы можете идти в церковь, когда болезнь не дозволяет? Церковь с вами, молясь дома, вы нисколько не менее получите тех, кои были в церкви; и как вы можете служить ближним в вашем положении? Терпите благодушно вашу болезнь, тут и церковь, и служение ближним, и милосердие – всё тут и во всей полноте, и спасение верное и несомненное, только одного от нас требует Небесный Жених – терпения и благодарения, а если иногда по немощи и помалодушествуете, то не отчаивайтесь, ибо и это попускает Господь к смирению нашему и прощает, ибо Он многомилостив и хочет всех нас спасти.

2. О жизни будущей нам сказано, что кто сподобится прощения, то будет вечно блаженствовать.

3. Полагаю, если так внимательна к вам мать игумения, то можете быть с нею откровенны и скажите, что плачете о своих грехах; а принять необходимо её, ибо отказав ей, смутитесь духом. Акафист прерванный опять читайте, с того места, на коем остановились; что делается по необходимости, то не вменится в грех. – Не всегда солнышко светит, бывает и ненастье; когда на душе весело, тогда радуйтесь и благодарите Господа, а когда найдут облака, тогда душа более располагается к сокрушению сердечному, к покаянию – всему своё время.

4. Праздное слово – пустое суетное слово, а что говорится по нужде или Бога ради, то как же оно может быть празднословием? Ответ воздадут за праздные, пустые, суетные слова.

5. Когда почувствуете утомление, необходимо отдохнуть, всему должна быть мера. По окончании чётки Спасителю можно читать: Всё упование или: Архангельский глас… всё это Божественное, а начало после сего делать не нужно, а обычно продолжать. Вообразить изображение Божией Матери «Умиление» или иное временно можно, а постоянно только Крест можно воображать.

6. Пост, как и всякий подвиг, по силам каждого должен быть: иной и два, и три дня постится, а иной и одного дня не может поститься; для больных пост уменьшается, ибо болезнь заменяет оный. – Обдержательный, или содержащий, это общее слово.

7. Молитва состоит в сердечном чувстве: молитва Господи, помилуй так же сильна, как и Господи Иисусе Христе, помилуй мя. Не грешно, а похвально и прекрасно, вкушая пищу, творить молитву; и лежа молитесь несомненно – и сидя, и стоя.

8. Господь сказал: без Мене не можете творити ничесоже, следовательно, если желаем иметь треблаженное смирение внутреннее, истинное, то должны Его умолять и рассуждать почаще о своей греховности, убеждать себя в ней. Ищите и обрящете.

Господь да просветит вас благодатию Своею. Остаюсь убогий богомолец ваш иеромонах Арсений. 23 апреля 1878 года. Москва.

Боголюбивая А.И. Мир вам и спасение! На письмо ваше от 25 января отвечаю вам.

Преосвященный ваш предложил вам небесный дар – ангельский образ; отказываться от сего не следует, ибо принятие монашества – это то же, что принятие на себя сугубого покаяния и смирения, к чему все мы, иноки, должны стремиться. На мать А. не скорбите, что она мало вас посещает, имейте снисхождение к ней, ибо у неё много разных обязанностей.

Храните сердце своё от всякого гнева; если когда придёт вам искушение гневаться, то не поддавайтесь ему. Старайтесь подражать Ефрему Сирину: он во всём себя обвинял; а если кто оказывается неблагодарен, то на это не обращайте внимания, ибо вы делаете не для получения благодарности, а ради спасения души. За терпение с благодарением болезней и всяких скорбей награда большая, но, как говорится, болезни болезнями, а мантия мантией, то и другое должно с благодарностью принимать, как подарки от Небесного Жениха.

Ответы:

1. Держать нужно внутри просто Крест. Любоваться красотой лика Спасителя можно, но более должно наслаждаться, созерцая духовные Его совершенства.

2. С матушкой А. быть обыкновенно, как и со всеми, ласковой, и более особого ничего не требуется.

3. Если при духовной радости ощущается мир душевный и сознание, что мы недостойны этого дара, то это правильно. Сокрушение сердечное и сознание своих немощей всегда и везде хорошо.

4. Очень пространен и многосложен вопрос, трудно отвечать; что могу сказать, кроме того, что терпение и терпение, и крепкое упование, что Господь не попустит искушение сверх сил. Та рассеянная молитва в грехах бывает, если человек не борется на молитве с рассеянием. Злые духи без сомнения противятся всеми силами всем нашим добродетелям, а особенно молитве – матери добродетелей.

5. Здравое рассуждение бывает от чтения Святых Писаний, в коих всё разъяснено. Терпение, как и всякая добродетель, приобретается молитвой. Заснуть на молитве особенного нет греха, особенно по болезни или утомлению. Что делать, что С. бестолкова; она и сама не рада; потерпите её недостатки, и ваши недостатки потерпит Господь.

6. Всякой вещи своё время, как говорят святые отцы, так и вашей земной жизни назначен предел, и быть может, уже близок. Бдите, будьте готовы, а чтобы желать разрешиться и со Христом быть, для этого нужна большая чистота.

Господь вас да сохранит и вразумит, и утешит, и просветит, терпите, благодарите и радуйтесь. Ваш убогий богомолец иеромонах Арсений. 11 февраля.

Боголюбивая А.И. Мир вам и благословение святого Афона! Желаю вам душеспасительно провести святую Четыредесятницу и в радости о Господе сретить Его светоносное Воскресение. Я хотя и писал вам о молитве, что хорошо третью часть суток посвятить молитве, но сверх сего должно приучать себя и к непрестанному памятованию о Боге, даже и при разговорах с людьми иметь должно память о Господе, это как бы соединяет нас с Ним, Спасителем нашим, почему и сказано: непрестанно молитеся, да не внидете в напасть. Если умиляемся, плачем и потом возносимся, то это видимое вражеское искушение, а если умиляемся и познаем свою немощь и бессилие без Бога, то таковое умиление богоугодное.

Спать полагается здоровым шесть часов в сутки, а слабым более – семь, а иным и восемь часов. Пищу велено употреблять умеренно здоровую, удобоваримую, а иногда и утешение иметь разрешено, особенно в праздники. Все добродетели приобретаются усердной и смиренной молитвой. Когда преодолевает нас сон или расслабление, то о сем излишне не должно скорбеть и смущаться, а смиряться, сознавая свою греховность; это будет полезнее.

По болезни какое вам назначение в пище? Нисколько не сомневайтесь, кушайте то, что дозволяют монастырские уставы и что вам не вредит, а если будет смущать помысел, то отвечайте ему: «Мне ли, грешнице, поститься? По грехам моим я недостойна сего». Смирение выше поста. Иные постятся и тщеславятся этим, таковой пост в осуждение. Не смущаясь, кушайте, что вам здорово, и чаёк кушайте и утром, и вечером, за всё это вознаграждайте смирением и самоукорением. Излишне себя не истязывайте, а всё хорошо в меру. Молчания и никаких обетов сами на себя не налагайте, держитесь середины, так называемого царского пути, он приведёт в царствие небесное.

Затворницей не желайте быть; это ведёт к гордости. Не отказывайтесь иногда и от бесед, хотя изредка, только приучайте себя в это же время памятовать о Господе. Хотя мы и говорим о себе: мы скверные, окаянные, исполненные грехов, но всё это только одни слова, надо просить Господа усердно, взывая: даруй ми зрети моя согрешения. Когда мы душевными очами увидим свои скверные согрешения и пороки, тогда только можем иметь истинное сердечное смирение, а теперь имеем только смиреннословие. А что вы терпите оскорбления от келлейной, то это очень полезно, только терпите с благодарением и кротостью и так думайте и рассуждайте, что Господь попустил келлейной вас оскорблять, дабы через это смирить вас, и благодарите Господа. Оскорбляющие нас – истинные наши благодетели, ибо через них мы сподобляемся небесных райских венцов; вспомните жития святых мучеников, если б не было мучителей, то как могли бы быть мученики? Премудрый Господь всё премудро устроил к вечному спасению нашему. Когда заболеем, то охотно пьём горькие и противные лекарства, дабы быть здоровыми, даже операции мучительные переносим ради здоровья. По образу телесного рассуждайте и о духовном. Всеблагой Господь попускает человеку в этой жизни разные оскорбления и стеснения, болезни и прочее, – всё это ради того, дабы душу его очистить от грехов и вселить в жизнь вечную, присноблаженную.

Смотрите на матушку А. как на великую свою благодетельницу и молитесь так: «Господи, покрой нас с матушкой А.», и Господь утешит вас.

Пишете о разных беспокойствах от живущих возле вас, то от этого никуда не уйдёте, а если и уйдёте, то ещё хуже найдёте, а потому одно остаётся – с преданностью воле Божией нести свой крест.

С большим трудом избрал время для ответа и душевно рад, что написал, что Господь внушил. Во всём и всегда буди Его святая воля, коей вас и себя, и всех верующих вручая, остаюсь смиренный богомолец ваш, иеромонах Арсений. Санкт-Петербург, 1879 год, июля 3 дня.

Ещё вот что добавлю вам: так как у вас в святой обители теперь делаются перестройки, то по необходимости нужно потерпеть некоторое стеснение и беспокойство, по слову Спасителя: носите тяготы друг друга, и тако исполните закон Христов. Временно потеснимся, потерпим и получим вечный простор, а если не будем терпеть, то за что нас награждать? Иеромонах Арсений.

Боголюбивая А.И. Спасайтесь о Господе! Письма ваши я получил, но по множеству дел и слабости здоровья, особенно по стеснению груди, затрудняюсь много писать, а уже должен коротенько ответить. Вполне сочувствую вашим скорбям; одно, что вам в утешение могу сказать, эти слова: сорок мучеников святых, когда их потопляли в стужу в озере, вот что говорили: «Люта зима, но сладок рай»; так и вы говорите: «Люты скорби, но сладостно райское блаженство, уготованное за терпение».

Ещё повторяю вам: жизнь эта скорбная, ибо и Господь сказал Своим ученикам: в мире сем скорбни будете; это ко всем нам относится, но эти скорби служат залогом будущего вечного блаженства, и чем более претерпим в этой жизни скорбей, тем более сподобимся от Господа нетленных благ; надо о сем чаще думать, что скорби необходимы для вечного спасения.

Если встретятся какие необходимо нужные вопросы, то по-прежнему пишите под №№, и я хотя коротенько отвечу вам. Во всех ваших согрешениях да простит вас Господь, и я, недостойный иерей, властью Его, мне данной, прощаю и разрешаю вас от всех грехов ваших во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь. Ваш смиренный богомолец иеромонах Арсений. Москва, 1 сентября 1879 года.

(Отрывки из разных неполных писем)

Бить себя не следует при вашем слабом здоровье: вспомните, один из столпников приковал было себя железом к столпу, но старцы святые сказали ему, что Бог сего не требует, должно приковать себя произволением своим.

Кушать не грешно и рано, когда хочется, ибо вы слабого здоровья, но скрывать это нет нужды, ибо это дело обычное, – иные даже нарочно при людях кушали, дабы не имели о них высокого понятия.

Солгать нечаянно – грех небольшой, а иногда и нужно бывает кое-что от сторонних скрыть или от келлейной, дабы поменее хвалили.

Без нужды не спешите призывать прочих келлейных, это может обременить вас; а когда очень тяжко бывает, то нужно, чтобы кто пришёл и утешил, можете и позвать тогда близких своих.

Пишите кратко и ясно, для сего довольно два листика в месяц, а когда какая крайность, то немедля пишите, но только один вопрос.

Противоречия нет тут; когда благодушествуете, то укоряйте, порицайте себя, а когда в скорби, в унынии, то утешайте себя упованием на милосердие Божие; это-то и значит духовная мудрость.

Не пишите мне больших похвал, не зовите меня не принадлежащими мне высокими титулами, это меня очень оскорбляет и тяжко обременяет; никаких похвал мне не пишите, если желаете, чтобы я отвечал на ваши письма.

Богоявленской водой кропят в своё время – пятого вечером и шестого января в Богоявление, а в прочее время только благоговейно пьют эту святыню.

Не смущайтесь, что не можете класть земных и поясных поклонов, а за всё благодарите Бога. Он ни от кого сверх сил не требует.

Келлейной своей можете говорить по усмотрению её устроения, а с приходящими много не говорите, что вы грешница великая и прочее; вам не поверят и будут вас за святую считать, избегайте этих крайностей, идите средним царским путём, и не лгите на себя, в этом нет нужды. В субботу и праздники святые отцы не положили поста, то и нет надобности поститься.

Когда благодатью Божией даруется умиление, то в это время оно заменяет молитву.

Господи Иисусе Христе, помилуй мя удобно читать, соединяя с дыханием, а если прибавлять Сыне Божий, то это, без сомнения, очень хорошо, только чтобы не обременительно было соединить с дыханием, это предоставляется на волю: как кому угодно и удобно.

Самое лучшее приготовление к смерти – покаяние, сокрушение сердечное, упование единственно на заслуги Христовы, Его страдания и благодарение о всём и за всё.

Сказал святой Макарий: помыслы, как резвые дети, разбегаются в разные стороны, не давайте им воли, а иначе не будет душевного мира.

Чаще упражняйтесь в благодарении Бога за ведомые Его благодеяния. Особенно в скорбях и всяком душевном страдании и расстройстве полезно благодарение, оно, подобно целебному пластырю, утишает боль и производит небесный в душе мир, коего вам и себе искренне желая, остаюсь ваш убогий богомолец И.А.

Будьте покойны, пока я жив, не оставлю вас, только Бога ради не хвалите и не благодарите меня, это мне острые в сердце стрелы. Хвалите и благодарите Бога, а мне воздавайте благодарность смиренной о мне, грешном, молитвой, по слову апостола о взаимной молитве.

Страх Божий полезен, но надо иметь и надежду на милосердие Божие.

Данную вам епитимию духовником я не имею права снять, несите её крест, без креста никто не спасётся. Вы скорбите на эту епитимию, но взамен сего меня, грешного, Господь указал вам; что могу, отвечаю на вопросы ваши.

Для успокоения и умиротворения чаще молитвенно благодарите Бога и этим начинайте свою молитву, вставши ото сна; так открыто ангелом одному святому иноку. Господь с вами и Матерь Божия на помощь вам! Недостойный богомолец ваш иеромонах Арсений.

И паки повторяю: успокойтесь, не принимайте к сердцу всякой безделицы и не мучьте себя напрасно, а поусерднее за всё благодарите Бога, думайте только о своём спасении, а всё и всех оставьте в волю Промысла Божия, о всех отечески пекущегося и ими же весть судьбами спасающего. Душевно вам желаю мира, тишины и радости о Дусе Святе.

Не думайте, что вы одни находитесь в скорбях и лишениях, все желающие спастись идут тесным путём. При умножении скорбей нужно умножить молитву и преданность в волю Божию. Скорби как волны: побушуют и улягутся.

Главное помните: усерднее и усерднее нужно благодарить Бога; это целительнейший бальзам души, и если что не исполнили или согрешили, то отнюдь не досадуйте, не ропщите на себя, а тотчас ухватитесь за смирение, как утопающий спасается. Старайтесь иметь в душе мир, тишину, бойтесь раздражения, не давайте ему места в сердце своём.

Прислали вы мне вырезку – крест и на обороте его подпись; прочитать это однажды можно, но полного значения давать нельзя, ибо мы только то принимаем за совершенное, истинное и душеполезное, что принято святой Церковью; итак, о сем более не беспокойтесь, оставьте. Не пишите мне: «авва мой», а просто, где нужно, говорите: «отец Арсений», и более ничего; никакими похвалами не ублажайте меня, это мне приносит сердечную болезнь и утрату здоровья; если есть в нас что доброе, то оное не наше, а Божие, а потому должно хвалить Бога, а не человека, почему и сказано: «Горе вам, когда рекут вам добре». Итак, не причиняйте мне этого горя, впредь отнюдь не хвалите меня и не называйте аввой, и о сем не затрудняйте меня вопросом, а пишите единственно о своих нуждах.

Не наполняйте письма часто повторяемыми сокрушениями о грехах своих, это более должно сердечно исполняться, не в многоглаголании слышит нас Господь; и также не просите меня в одном письме по несколько раз о молитве за вас, а довольно однажды в конце письма о сем сказать; я, грешный, постоянно поминаю вас; тогда письма ваши будут короче, ибо в них должно быть только то, на что вам необходим мой ответ, и я от сего не отказываюсь. Когда будут ваши письма короче, скорее получите ответ. Размышлять о страстях Спасителя, о страшном суде всегда полезно; можно по временам и крест Христов внутри себя воображать, всё это хорошо. Сон Божией Матери не истинный, а выдуманный, а потому не для чего и читать его.

Вы по действию вражескому страдаете воображением, что пьёте воду и в ней разные насекомые, и в воздухе, но вспомните, что всё это дело рук Божиих, и может ли быть что-либо нехорошее, происходящее от Бога? Рассуждением этим успокойте себя и во славу Божию пейте воду как дар Божий, не внимая козням врага.

Когда приходит келлейная и говорит вам, что у кого делается и прочее, то в это время, не внимая ей, творите Иисусову молитву, и ничего не останется у вас на памяти.

Огарки вам приносят сами сёстры без просьбы вашей, а потому можете их жечь, ибо они для Божьего дела.

Зажигайте лампадку, а когда не на что купить просфору, то просите какую-либо сестру при её просфоре помянуть самые нужные имена ваши. Я вам вышлю на просфоры и поминовение на 100 дней 5 рублей, причём получите записочку, и означенные в ней имена прошу помянуть со своими. Когда кончатся сто дней, то напомните мне, я ещё вышлю вам, это не мои деньги, а пожертвованные на поминовение.

Ответ на письмо от 23 сентября.

Всякое вспомоществование должно вам принимать как от руки Божией, ибо Господь внушает людям оказывать оное.

Отвечайте помыслу так: идеже умножися грех, тамо избыточествова благодать: много у вас грехов, а потому по милосердию Божию и даны слёзы для отмытия скверн греховных.

Всего лучше во время молитвы ничего не воображать, и если когда и можно, то просто крест.

Видимое вражеское искушение. Вы пишете, что святые отцы принимали и утешались, что и вы желаете им подражать, значит, и вы святая; вот каково ваше смирение! Его у вас много на словах, а на деле оказывается, что и зародыша нет! Господь, желая вас спасти, обнаруживает вашу гниль.

Страсти побеждаются противоборством им, соединённым с молитвой и сокрушением сердечным, причём необходимо терпение.

Во время литургии от всего и от всех должно удаляться и внимать единой молитве, и ни слова не беседовать ни с кем, а если шумят и кричат сторонние, то в это время усиливайте молитву и сокрушение сердечное.

Кайтесь и молитесь усердно, и Господь простит. Не смущайтесь, когда мало читаете или не успеете правило исполнить, а за всё благодарите Господа, Он и малое со смирением за великое приемлет.

По немощи вашей чай пить можете святым постом, но умеренно и не рано.

Очень полезно памятование смерти, но когда станет очень страшно, то нужно размышлять о великом милосердии Божием, о святом Ангеле Хранителе нашем.

Господь да простит вам все согрешения ваши от юности и доселе содеянные; но святые отцы повелевают нам всегда себя считать грешниками, как и Святое Евангелие говорит, и как святые апостолы научали, считая себя первыми грешниками.

Когда ночью очень беспокоят бесовские мечтания, то исполните по чёткам сто молитв: «Слава Господи Кресту Твоему честному», и враг отойдёт.

Чем более сподобляемся благодати, тем сильнее должно быть самоукорение, дабы враг не обольстил нас праведностью нашей, которая пред Богом есть ничтожество, как сказано в Священном Писании: «Вся правда наша, яко порт (рубашка) нечистыя жены пред Богом» (Ис.64:6).

Не стоит и не следует о сем скорбеть, а похвалы считать бесовским искушением и, слыша их, творить внутреннюю молитву. Молитесь, дабы Господь избавил их от страсти винопития. Говорите родным их, дабы натощак поили их святой водой, хотя по три глотка; многие избавлялись от этой пагубной страсти чтением Святого Евангелия; как приступит эта страсть, хотя бы днём, вечером или ночью, то выпить три глотка святой воды и читать Святое Евангелие дотоле, пока ощущается страсть; в следующий раз опять так же делать, и таким образом избавлялись от этой душепагубной страсти. Советуйте так делать. Святую воду лучше пить натощак, но в случае нужды можно во всякое время.

Вот Господь помог на все ваши пункты ответить, чему я душевно рад.

Не грешно желать разрешиться и со Христом быть, но всего лучше, всего приятнее Создателю и Спасителю нашему, если мы всецело и всесовершенно предаём себя в Его святую волю, образ чего Он Сам явил, когда молился в саду Гефсиманском – перед страданиями Своими

Зачем вы такое значение придали моему письму, которого оно не имело, и пришли в отчаяние, тогда как я лишь слегка заметил вам? Я не очень обвиняю вас, ибо знаю, что всё это вражеские козни, дабы смущать вашу душу. Успокойтесь и будьте навсегда уверены: что бы ни последовало, я при помощи Божией не оставлю вас, тем более зная ваше болезненное состояние.

Вы пишете, что вам приходят мысли, что разъезды мои не полезны для спасения души, но на всё должно иметь рассуждение. Я разъезжаю, а через это сотни братьев покойны и молят Бога за себя и за меня. Если хотите иметь душевный мир, то ни о чём и ни о ком не рассуждайте, а только о своих грехах, о своём спасении, даже и мыслей не допускайте, чтобы о ком-либо рассуждать, боритесь с этими мыслями, гоните их от себя.

Вижу из письма вашего, что вы исстрадались, измучились, о чём душевно сожалею и соболезную такой вашей скорби, и ещё повторяю вам, что я на вас нисколько не сердился и не сержусь. Бог вас да простит и разрешит, и я, недостойный, благодатью Его прощаю и разрешаю вас во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь. Отселе будьте покойны и не смущайтесь, а положенные вам мною земные поклоны по болезни вашей оставьте, а вместо их за каждый земной поклон полагайте два поясные.

Письма ваши везде меня находят; вот и в Константинополе я получил ваши письма от 15 и 30 июля.

Я уже вам писал и дал вам епитимию: как только враг станет приносить вам душепагубные мысли о самоубийстве, то станьте на молитву и дотоле молитесь, пока пройдёт это искушение; а что вы далее упоминаете, что и святые желали себе смерти, то я уже не один раз вам писал, что нам с вами далеко до святых; укажите мне хотя один пример, кто б из святых поднял на себя руки или сократил свою жизнь, а они действительно желали смерти, как говорил святой апостол: «Хочу разрешиться и со Христом быти». Но это не означает, чтобы сократить свою жизнь. Боже сохрани: страшно и подумать – вечная погибель души и тела.

Размышления о суде, о муке, о блаженстве полезны, это то же что молитва.

Не должно целовать вам руку у келлейной, для неё вред, и вам не полезно.

Благословения вы сподобляетесь от Самого Господа, если исполняете Его святую волю; чего же вам ещё? А архиерея ни о постриге и ни о чём не просите, минуя игумению; это и Богу не угодно. Игумения – мать, Богом данная.

Ищите утешения в Господе, вспомните жизнь пустынников, их только звери посещали.

Бояться никого и ничего не должно, а только своих грехов.

Приветствую вас всерадостным: Христос воскресе! И душевно желаю радоваться о Господе Спасителе нашем, пострадавшем ради спасения нашего и живоначальным воскресением Своим даровавшем нам жизнь вечную, блаженную, бесконечную.

Подивился я вашему поступку с моим письмом, писанным писарем моим, подумал: «Вот и смирение!» Не ожидал я от вас такого поступка, который и мирянам не приличен. Кайтесь пред Господом, а я гнева на вас не имею, во всех ваших согрешениях Господь да простит, и я, недостойный, по данной от Бога власти прощаю и разрешаю вас от всех грехов ваших во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Теперь, что Бог посылает, за всё Его, благодарите, веруйте, что Он всё устраивает к спасению нашему. Будьте кротки и терпеливы, тогда и благодать Божия опочиет на вас. Чаще думайте о переходе в вечность.

Прилагаю прекрасное правило о сердечной молитве, оное и прочим, Бога любящим, давайте списывать.

Господь вас спасёт; остаюсь ваш смиренный богомолец И.А. Москва, ночь на Святую Пасху. 1877 год, марта 26.

Как вижу из писем ваших, вы часто находитесь в смущении и недовольстве на себя. Хотя и должно постоянно иметь самоукорение, но всему есть мера и граница, безмерие везде вредно, например: соль необходимая вещь, но переложите её, и кушанье испорчено.

Много также содействует смущению помыслов нетерпение наше, должно иметь духовную мудрость, а именно: когда вы станете приходить в уныние, то оставьте самоукорение, рассуждайте о милосердии Божием к грешникам кающимся, благодарите Его за великие являемые Им вам милости, радуйтесь о Господе и таким образом освободитесь от уныния. Вы себя обременяете какими-то воображаемыми скорбями, например, опасением за келлию; неужели вы не видите, что всё это бесовские козни, дабы отвлечь вас от Бога? При этом вы не видите милости Божией, что вас никто не беспокоит. Живите с Богом одни, как теперь живёте, это покойнее. Келлейную менять не погодите ли? Это всегда можно, впрочем, сделайте так: передайте всё м.А., как она рассудит, зная лично вашу келлейную, так и будет; а если уже она нестерпимо стесняет вас, то, вероятно, и м.А. посоветует переменить её. Но скажу вам – найти келлейную по духу трудно.

Келлию свою не оставляйте, пребывайте в ней; в молитве не старайтесь многословить, а считайте себя великой пред Богом грешницей, и сего довольно. Я уже писал вам: если келлейная обременяет вас празднословием, то показывайте ей вид, что вы молитесь.

Вы рассуждаете о Иисусовой молитве и размышляете во время молитвы о страданиях Спасителя и будущей жизни, об аде и рае – всё это душеполезно, но только с великим смирением, без коего от нас ничто не приемлет Господь.

Какие у вас являются странные мысли: что вы никогда не умрёте. Если бы такая мысль пришла малому дитяти, то и он, пожалуй, не поверит ей, видя, что не существует бессмертных людей. Не принимайте таких пустых мыслей. Вы горюете и рыдаете, что не имеете к Господу такой любви, какую желали бы иметь. Любовь к Богу есть величайший дар Божий, будьте довольны и благодарны Богу и за то, что дано вам, не предавайтесь безмерной скорби, а все свои прошения и сердечные желания повергайте в волю Божию, будьте терпеливы, в терпении ищите Господа, имейте рассуждение, которое необходимо для спасения.

Я не знаю, какие у вас афонские старцы. Есть и на святом Афоне разные старцы. Если у вас находятся опытные в духовной жизни старцы, то побеседуйте с ними.

Смущаться на мать игумению не должно; что она говорит о постройках, это её обязанность; а попросить её поговорить с вами духовно имеете полное право, как её духовная дочь.

Можно о всём том молиться, о чём пишете, но заключать мысленно словами: да будет воля Твоя, – это всего приятнее Господу.

Можно иногда полезным поделиться с матушкой А., но раскрывать Святое Евангелие или святую книгу святые отцы не очень советуют, а советуют в затруднении до трёх раз, по примеру Спасителя перед страданиями, помолиться Ему, и куда хотя на волос уклонится помысл, тому и последовать. Молитву и святое причащение не должно никак оставлять, никакие вражеские нападения не должны это воспрещать, а напротив, чем сильнее искушение, тем усиленнее должно прибегать к Господу как Врачу.

Слёзы считайте великим Божиим даром, коего вы недостойны.

Пост – дело хорошее, но особого значения двенадцати пятницам не должно приписывать, ибо мы во всём должны руководствоваться церковными уставами, а в них о двенадцати пятницах не сказано.

По возможности с благоразумием можете отклоняться от посещений, особенно таких, где предвидится многоглаголание, в нём же несть спасения.

Последнее письмо ваше от 30 мая я получил и по неимению свободного времени могу лишь коротенько ответить вам.

Я вам своевременно отвечал о получении присланных вами ста рублей; имя о Бозе почившей матери игумении Е. и ваше имя записаны в обители нашей на вечное ежедневное поминовение, о чём, вероятно, с святого Афона получите уведомление.

Не предавайтесь безмерной скорби о почившей матушке; справедливо, что вы в ней очень много потеряли, но веруйте в Промысл Божий, пекущийся о каждом, а тем более о прибегающих к Богу и просящих Его помощи.

Теперешняя матушка игумения Е., вероятно, будет к вам внимательна, а вы кротостью и смирением постарайтесь умножить её любовь к вам.

Молитесь Богу поусерднее, имейте ко всем любовь, смирение, и будете блаженны и преблаженны в этой временной и будущей вечной жизни, чего вам искренно желаю. Ваш смиренный богомолец И.А. 19 июня.

Кратко отвечаю вам касательно бывшего поспешного приобщения на праздник Р.Х. Не скорбите, это не по вашей воле произошло. Господь это не вменить вам.

Если ваш духовник отказывается выслушивать вашу исповедь, то можете к другому обратиться, только хорошо бы, если можно, на это взять благословение у матушки игумении и так устроить, чтоб старый духовник не скорбел на вас.

Книги раскольнические те, на коих не означено, что они процензурованы и что дозволено печатать.

Хорошо иметь духовную мать опытную в жизни духовной, ищите более смиренную.

Денег на нужду по вашей болезни несколько можете иметь, это вас избавит от искушения. Вы просите кое-чего, и вам отказывают, то, избегая сего, можете послать купить нужное, тем и других избавите от искушения.

Желаю вам милости Божией; остаюсь ваш богомолец иеромонах Арсений. Москва.

Афонская часовня на Никольской улице в Москве

Два года тому назад мы извещали получателей «Душеполезных размышлений» о начатии постройки новой часовни в честь святого великомученика Пантелеимона на той же Никольской улице против церкви Владимирской Божией Матери. Теперь долгом считаем поделиться радостью с почитателями угодника Божия, что часовня эта при помощи Божией и благотворителей окончательно устроена и 2 числа июня сего года совершилось торжественное освящение её и перенесение в неё из прежней часовни афонской святыни, которая и будет находиться здесь всегда. Торжество сие происходило следующим образом: накануне в соборном храме Богоявленского монастыря совершено было всенощное бдение преосвященнейшим Мисаилом, епископом Можайским и викарием московским, соборне с 10 иеромонахами Богоявленского и Афонского Пантелеимонова монастырей. Святыня афонская принесена была из часовни в храм, и пред нею во время всенощной по средине храма прочитан был акафист святому великомученику Пантелеимону самим преосвященнейшим. Поздняя литургия была совершена также преосвященнейшим Мисаилом – соборне с 2 архимандритами и 8 иеромонахами. Во время причастного стиха духовником Богоявленского монастыря иеромонахом Пантелеимоном было произнесено с благословения преосвященнейшего Мисаила приличное торжеству и назидательное слово, которое и предлагаем нашим боголюбивым читателям. По окончании Божественной литургии совершён был крестный ход из храма в новоустроенную часовню. Многочисленное стечение богомольцев, стройное пение, собор священноиноков, предшествовавших преосвященнейшему, который нёс ковчег со святыми мощами, предносимые хоругви и святые иконы, звон колоколов, всё это при прекрасной летней погоде было очень трогательно. По окончании святого водоосвящения и молебна иконы и стены часовни, а также и келлии для иноков окроплены самим преосвященным. Торжество освящения удостоил почтить молитвенным своим участием Московский генерал-губернатор, князь Владимир Андреевич Долгоруков. Итак, благодарение Господу, даровавшему так успешно окончить сей молитвенный дом в честь Своего угодника, который по данной ему от Господа благодати помогает в немощах душевных и телесных и призирает милостиво на всех, с верой и усердием притекающих к нему.

(иеромонаха Богоявленского монастыря о.Пантелеимона)

Вдали от нас на святой горе Афонской, знакомой сердцу каждого русского человека, в числе 20 монастырей стоит монастырь святого великомученика и страстотерпца Пантелеимона, который по большинству в нём русских иноков и называется Русским. Этот монастырь был часто разоряем непосильными налогами от своих властителей, и в половине настоящего столетия обитель святого Пантелеимона, не имея никаких средств со вне, дошла до совершенного упадка. Чтобы не допустить до окончательного запустения обитель, братией оной избран был из среды их один брат в сане иеромонаха, коему и вручена была святыня обители – части святых мощей угодников Божиих и особенно святого великомученика Пантелеимона, как её покровителя, и после поста и молитв за благословением всех старцев отправлен он был в сердобольную и гостеприимную Россию для собирания доброхотных пожертвований, необходимых к поддержанию обители. Вот с сего-то самого времени и проявил особенное благоволение к своей обители святой великомученик Пантелеимон. Губернии: Воронежская, Калужская, Саратовская, Орловская и другие многие, куда только приносимы были святые мощи, были свидетелями многоразличных исцелений от душевных и телесных болезней с верой и любовью приходящих к ковчегу святых мощей его.

По прибытии святыни афонской в нашу первопрестольную столицу в 1867 году и помещении её в сей Богоявленской обители святому страстотерпцу Пантелеимону благоугодно было проявить чудесные исцеления страждущим различным болезнями и просящим его помощи и предстательства пред Господом. Для примера укажу на один из них. 11-го сентября, в год прибытия их в сию обитель, здесь, в сем храме, на глазах наших пришедшая на двух костылях одна пожилая женщина по пропетии водосвятного молебна святому великомученику Пантелеимону и по приложении к святым мощам его пошла от святого ковчега без помощи костылей и до сих пор ходит свободно, тогда как до прибытия её сюда она 12 лет не могла ходить без помощи двух костылей. С сего времени жители Москвы и её дальних окрестностей начали стекаться в обитель сию в великом множестве, и пение молебнов не прекращалось по целым дням.

Прибывший со святыми мощами иеромонах, блаженной памяти отец Арсений, видя такое многолюдное, постоянное стечение народа и их потребность в служении молебнов, стал ходатайствовать у сей обители об отведении особого места, где можно было бы поставить святыню и петь молебны. Такое место обитель сия вскоре с любовью уступила при входных святых вратах, в нише под алтарём церкви во имя Иоанна Крестителя. Но чтобы открыть часовню, где должен был находиться ковчег со святым мощами, и в ней постоянно служили молебны, на то нужно было испросить, кроме высшей церковной власти, высочайшее разрешение, которое и последовало благодаря старанию упоминаемого о.Арсения.

В 1873 году, следовательно, ровно десять лет назад тому, после святительского священнодействия в сем храме с крестным ходом мы выходили для освящения сей часовни, где с тех пор постоянно и пребывала святыня обители святого Пантелеимона – части святых мощей.

С открытием часовни при благолепном пении афонских иноков число молящихся в ней было всегда многолюдно. Малое и низкое помещение её, от того сильная жара и духота сильно затрудняли как служащих, так и молящихся в оной. Да и братия афонская, хотя и была по возможности успокоена в сей обители, но их разделяли в помещении по углам в разных местах, да и сознавали они, что всё же они в чужом угле, и, пользуясь сими милостями, может быть, стесняют других. Всё это, говорю, может быть, каждого инока обители святого Пантелеимона вызывало не на одну всенощную и тёплую молитву к святому страстотерпцу, да сам он, как знает, устроит всё ко благу своей обители. С своей стороны иноки афонские никогда не могли и думать о новой, просторной и ещё собственной часовне. Но где теряется всякая человеческая надежда, где, по-видимому, не предвидится никакого исхода к лучшему, там любящим Бога и на Него надеющимся всегда готова Его помощь. Вот, сверх всякого ожидания, приходит к братии афонской человек, который на небольшом расстоянии от прежней часовни жертвует дом и землю, занимаемую им, в вечное владение обители святого Пантелеимона. За сим вскоре являются доброхотные жертвователи, собираются средства, и в два или три года, как бы невидимой рукой созданная, является к утешению всех жителей первопрестольной столицы чудная, благолепная, весьма удобная часовня и уже собственность монастыря Русского. Поистине, чудны дела Твои, Господи!

Наконец настало время освящения и сей новоустроенной часовни. Но для столь чудной и благолепной часовни нужно быть при освящении её и священному торжеству велию. И вот, имея во главе нашего любвеобильного святителя с собором священно-архимандритства и священноиноков, с преднесением святых мощей и святых икон, изыдем на освящение новоустроенной часовни. Итак, вот причина настоящего торжества сего. Возблагодарим же, братие, Господа, что Он благоволил к общей радости сей первопрестольной столицы совершить и утвердить ещё новый памятник веры и благочестия нашего православного народа, ещё новое святое место среди царствующего града сего, где будут возноситься хвалы благодарения, молитвы и моления к Царю веков и Творцу всяческих, за всех и за всё!..

Но что же, братие, мы выведем себе в назидание из настоящего торжества сего? Думаю то, что любящим Бога всё споспешествует ко благу (Рим.8:28). Всякий христианин при благочестивой жизни, усердно молясь, должен быть благонадёжен, что Господь всегда есть скорый помощник его, как бы ни казалось иногда безвыходно его положение. «Ты только живи по-Божьему, – говорит святой Тихон, – а Господь своих никогда не забудет». И премудрый сын Сирахов: «Боящиися Господа! Веруйте Ему, и не погибнет награда ваша» (Сир.2:8). Мы постоянно должны уповать на Бога, к Нему взывать, и на Его всесильную помощь надеяться (1Пет.1:13. Ин.15:5). «Мы здесь странники на пути, потому для нас здесь одно оружие, одна стена, одна защита – надежда на Бога», – пишет святитель Григорий Богослов (том 2, с.20). Конечно, главный предмет христианской надежды составляет вечное спасение и блаженство; ибо Бог хочет всем человекам спастися (1Тим.2:4), и для сего послал на землю Сына Своего, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный (Ин.3:14–18). Вместе с вечным спасением предмет надежды христианской составляет благодать Божия, благодатное присутствие среди нас Господа и все благодатные дарования, силы и средства, помогающие нашему бессилию в деле нашего спасения. Сюда в частности относится прощение грехов наших и помилование каждого истинно обращающегося к Богу грешника. Об этом предмете особенно часто говорит нам Слово Божие (например, Мф.1:21; 26:28. Деян.10:43; 13:38–39. Ин.1:9. 1Ин.2:1–2. Рим.3:22–25. Еф.1:7). Но не противны надежде христианской и земные блага, как то: земная наша жизнь, здоровье, пища, одежда, жилище, благорастворение воздуха, плодородие земли, общественная безопасность, земные правительства, общественные учреждения и всё, что способствует земному нашему благосостоянию. Ибо, с одной стороны, состоя из души и тела, мы не можем обойтись без этих условий временной жизни, с другой – эти блага могут способствовать нам к приобретению духовных благ, удаляя от вас земные нужды и тем доставляя нам безопасность свободно заниматься обязанностями нашего звания. Что земные блага не противны надежде христианской, это видно из самой молитвы Господней: ибо Господь заповедал нам молиться не только о том, чтобы в нас и через нас святилось имя Божие и свято исполнялась нами воля Божия, но молиться и о хлебе насущном, и об избавлении нас от искушений и от всякого зла (Мф.6:9–13). И Сам Господь во время Своей земной жизни помогал несчастным, исцелял больных, утешал печальных и учил во всех нуждах обращаться с молитвой к небесному Отцу Его, обещая исполнение прошений (Лк.11:9–10; 18:1; 21:34–36). Только при желании благ земных христианин всегда должен помнить, чего именно и желал Спаситель наш, чтобы не слишком заботились мы о земном и не привязывались к земному, через что не удалялись бы от Бога и не потеряли из виду благ высших – Царствия Божия и нашего оправдания и спасения (Мф.6:25–34). Сверх сего вы, отцы и братия Афонского Русского монастыря, исходящие ныне из нашей тихой и мирной обители со святыней во вновь устроенную часовню, имейте крепкую надежду на помощь святого великомученика и страстотерпца Пантелеимона, и не преставайте усердно умолять его, да присущ будет он выну своему новому избранному месту, преизобильно изливая свою благодатную помощь на всех, с верой и любовью приходящих и просящих его помощи в различных нуждах, скорбях и болезнях. И мы, братия святой обители сей, будем благонадёжны, что за оказанную нами братскую любовь в приёме и покое пришедшей к нам братии афонской, святой великомученик Пантелеимон не отымет своего покрова и от нашей обители, где храм, посвящённый его имени, будет залогом его благодатного присутствия с нами. Вам же всем, служащим или помогающим чем-либо в построении благолепной часовни святого Великомученика, сторицей да воздастся в сем и особенно в будущем веке, в жизни загробной. Все же мы, братие, пришедшие на праздник сей, едиными устами и единым сердцем молитвенно воззовём к живущему на небесах и благодатно среди нас присущему Владыке и Господу нашему: «Господи Боже наш! Да будут очи Твои отверсты и уши Твои внимательны к молитве на новом месте, которое Ты избрал к прославлению имени Твоего Святого (2Пар.6:40). Аминь».

10-го июля сего 1883 года при начале утрени (по восточному в седьмом часу) прибыл из Константинополя на Афон в Русский Пантелеимоновский монастырь митрополит Сербский Михаил. На монастырской пристани он был встречен братией; путь был освещён до самых ворот обители, где митрополита ожидал настоятель о.архимандрит Макарий с старшими иеромонахами и иеродиаконами, и братией. При пении «Достойно есть» преосвященный Михаил сопровождён был в соборный храм святого великомученика Пантелеимона. На приветствие митрополита о.архимандрит ответил взаимным приветствием от лица всей братии и выразил душевное удовольствие по случаю прибытия владыки в обитель. Отсюда митрополит проследовал в русскую соборную церковь Покрова Пресвятой Богородицы. После обычной торжественной встречи митрополита служащим иеромонахом со святым крестом вслед за песнию «Достойно есть» пропеты тропари святому великомученику Пантелеимону и святому Савве Сербскому, и затем провозглашено многолетие. Владыка занял настоятельское место и, несмотря на утомление от путешествия, пожелал простоять до конца всю утреню, только что начавшуюся. Утреня была полиелейная, так как 10 июля совершается память святого Антония Печерского. По окончании утрени владыка был проведён в лучший монастырский архондарик, где отдохнул оставшийся небольшой промежуток времени до литургии, которую соборне совершил в Покровском храме.

По окончании литургии преосвященный отобедать пожелал в общей монастырской трапезе, что доставило большое утешение братии.

В Руссике преосвященный Михаил оставался только до другого дня. Он осмотрел все достопримечательности монастыря и большую часть времени уделил на библиотеку, в которой занялся осмотром и чтением древних рукописей, преимущественно относящихся к истории Сербской церкви. На следующий день он простился с Руссиком, дав обещание прибыть сюда снова к 27-му июля на храмовой праздник святого великомученика и целителя Пантелеимона. Теперь же владыка отправился в сербский монастырь Хилендарь. Путь его лежал через Карею. По прибытии владыки на Карею он был встречен также с подобающей ему честью представителями всех 20-ти афонских монастырей. Преосвященный переночевал там на подворье Хилендарского монастыря. Затем владыка посетил русские скиты Андреевский и Ильинский и греческие монастыри – Ватопед, где жил святой Савва со своим отцом преподобным Симеоном несколько лет, и Есфигмен; а 13 июля прибыл в обитель сербскую Хилендарь. Митрополит Михаил пробыл в Хилендаре от 20-го до 22-го числа, затем посетил монастыри Костамонит и Зограф, служил в Зографе и хиротонисал иеродиакона во иеромонаха и монаха во иеродиакона. 25-го отправился в монастыри Дохиар и Ксеноф, а к вечеру того же числа прибыл в Русский Пантелеимонов монастырь, где был встречен с колокольным звоном и слушал молебен святому великомученику Пантелеимону, совершаемый ежедневно после вечерни с 18-го числа по 25-е по уставу монастыря с особенным торжеством, по гласу с 1-го до 8-го, причём на каждый день положен особый канон, читаемый отчётливо самим настоятелем или старшим иеромонахом. 26-го июля владыка совершал Божественную литургию, ибо был полиелей священномученику Ермолаю, обратившему в христианскую веру и утвердившему в оной великомученика Пантелеимона, и преподобномученице Параскеве, части мощей коих, в том числе и глава святого Пантелеимона, находятся в здешней обители. На литургии рукоположил монаха в иеродиакона и по предложению настоятеля возложил набедренники духовнику и ризничему. К вечеру собралось много гостей к празднику святого Пантелеимона: три архиерея, архимандрит зографский, ежегодно к этому дню приезжающий в Руссик, для совершения торжественного бдения и Божественной литургии. Так как митрополит Михаил был почётный гость и первый раз на Афоне, то на бдении находился в соборной церкви святого великомученика Пантелеимона, где совершается служба совокупно греками и русскими. В 10 часов по восточному, или за два часа до захождения солнца, начался благовест, продолжавшийся час; затем по собрании архимандритов, иеромонахов и иеродиаконов митрополит был препровождён в храм с колокольным звоном, и при встрече с крестом надета была на него мантия. Владыка, благословив предстоящих, стал в архиерейское место. Очередной иеромонах и экклисиарх взяли у него благословение, затем началось каждение всей церкви, а перед оным экклисиарх окроплял присутствующих розовой водой. Началось бдение до захождения солнца возглашением: Слава Святей, и Единосущней, и Животворящей, и Нераздельней Троице. Митрополит прочёл начало псалма: Благослови, душе моя, Господа – до отверзшу Тебе руку, всяческая исполнятся благости; с этого места и до конца каждый стих пелся с приложением особо составленных припевов святой Троице; это пели по-гречески. Владыка заинтересовался этим пением, продолжавшимся до 2 с четвертью часов, хотя и утомительно было слышать монотонную гармонию оного. При окончании псалма два иеродиакона в мантиях взяли благословение и началась ектения по-гречески, на которой были воспомянуты: вся царская фамилия русского Императорского Дома, имя Патриарха и Святейший Синод. Потом пели русские: Блажен муж с припевом после каждого стиха: Аллилуиа. Господи, воззвах и Да исправится пели греки, также и четыре стихиры, а четыре пели русские; затем во время Слава и ныне все архимандриты, иеромонахи и иеродиаконы попарно подходили к митрополиту, делали земной поклон и принимали благословение для входа вечернего и, облачившись, вышли. Архимандритов и иеромонахов было до 36-ти, иеродиаконов 12 с трикириями, дикириями, рипидами, крестами и кадилами. Свете тихий пели греки и при пении: поем Отца и Сына и Святого Духа делали лёгкий поклон митрополиту и шли в алтарь, где, окончив пение Свете тихий и прокимна, разоблачились. По окончании паремии и ектений вышли в притвор; впереди несли святую икону великомученика Пантелеимона, за нею шли иеромонахи с иеродиаконами, архиерей в мантии и певчие, причём шествие сопровождалось каждением. После литии тем же порядком возвратились в храм. Митрополит стал на своём месте, и по «стиховне» и чтении: Ныне отпущаеши, пропет был дважды тропарь великомученику Пантелеимону; затем последовало пение: Богородице Дево, радуйся на 8 гласов с разными вариациями, продолжавшееся 1½ часа. По благословению митрополитом хлебов читалось житие и страдание святого великомученика Пантелеимона, за которым последовало шестопсалмие, которое читал сам митрополит. После пения Бог Господь митрополит снял мантию и перешёл в другую форму (место). По прочтении кафизм и пропении седальнов начался полиелей: Хвалите имя Господне; один псалом пели греки, другой русские и величание соборное в предстоятельстве игумена; по окончании оного опять началось пение седальнов. По прочтении Евангелия последовал канон, всегда поемый греками, а не читаемый; пели они 1-ю и 3-ю песни, по третьей песни было чтение поучения, затем следующие песни до 8-й читали русские, а остальные 8-ю и 9-ю пели опять греки. На Честнейшую митрополит облачился в мантию. По окончании канона при пении хвалебных стихир вынесена была глава святого великомученика Пантелеимона, к коей Владыка приложился с троекратным поклонением земным, за ним последовали иеромонахи, иеродиаконы и все присутствующие, причём помазывались елеем из лампады святого великомученика. По окончании «славословия» благовестом в колокол возвещено приглашение к водоосвящению и, когда прочтён был 1-й час, игумен с четырьмя иеромонахами и двумя иеродиаконами вышел на середину монастыря, между храмом и трапезой, где были поставлены с водой кадь и чаша, а кругом – хоругви со крестом; затем было совершено водосвятие, после которого прикладывались к святым мощам и кресту. В это время начался звон к литургии. По третьему благовесту прибыл митрополит Михаил, который встречен был с подобающей честью, и, войдя в храм, стал на своё место; все служащие приняли от него благословение и начали облачаться. А митрополит по здешнему обычаю благословил читать часы. Третий час читали по-русски, а 6-й с изобразительными по-гречески. Затем митрополит сделал вход и облачался по обычаю посреди церкви; по окончании облачения вышел другой митрополит Амфилохий Пилусийский, и, таким образом, литургия совершалась двумя митрополитами с двумя архимандритами, 10-ю иеромонахами и 8-ю иеродиаконами.

По совершении Божественной литургии все были приглашены в архондарик на обычное восточное угощение: варение с водой и кофе.

Архимандрит и братия пошли в трапезу при колокольном звоне, а митрополиты и более почётные гости приглашены были в архондарик. По окончании трапезы игумен с братией отправились в церковь, где после обычной ектении было провозглашено многолетие Государю Императору и всему Царствующему Дому, святому Патриарху, митрополиту Михаилу, Святейшему Синоду, благодетелям и православным посетителям святой обители.

Таковое же соборное служение было и в храме Покрова Пресвятой Богородицы, где бдение и Божественная литургия совершались на славянском языке зографским архимандритом о.Климентом, который с 1879 года ежегодно приглашается Руссиком. – Ему тоже делается торжественная встреча с колокольным звоном, и во время бдения стоит он в архиерейской форме (месте) и мантии. Взаимно и игумен Пантелеимоновского Русского монастыря приглашается в Зографский монастырь ко дню святого великомученика Георгия 23 апреля. В 8 часов по восточному начался праздничный звон к вечерне. – В храме святого великомученика Пантелеимона полагается служба ему, после коей совершается великая панихида о ктиторах и благодетелях обители, – на этой панихиде присутствовал митрополит Нил Пентапольский (когда-то избиравшийся в патриархи Александрийского трона). По окончании панихиды раздавалось коливо всей братии и прочим присутствующим. Посетителей было до 1000 человек. Вверху, в Покровской церкви совершалась служба Божией Матери «Смоленской» с приложением святому великомученику Пантелеимону. – По окончании вечерни митрополит Михаил читал акафист Божией Матери; вечерней трапезой окончилось торжество праздника.

28-го числа к утрени был звон праздничный. Утреня шла своим порядком по уставу. Божественную литургию в соборном храме святого Пантелеимона совершал митрополит Нил Пентапольский, а в храме Покрова Пресвятой Богородицы митрополит Михаил Сербский. По совершении литургии был отслужен благодарственный молебен за весь царствующий дом с провозглашением многолетия. Митрополит же Амфилохий в отдельном храме Рождества Пресвятой Богородицы совершал заупокойную литургию о благодетелях обители.

29-го числа митрополит Михаил совершал литургию над костьми почивших отцов и братий в кладбищенской церкви, а вечером отправился в нагорный Руссик, место пострижения святителя Саввы. В день памяти святой Ангелины Сербской, 30 числа, служил в том храме, откуда преподобный Савва после пострижения сбросил свои одежды посланным своего отца; при сем служении посвятил в иеромонаха и иеродиакона.

31 числа в храме Покрова Пресвятой Богородицы совершал Божественную литургию; а 1 августа по отпусте утреннего пения и выносе креста владыка сербский в архиерейском облачении крестным ходом из храма святого великомученика Пантелеимона с предшествующими хоругвями, святыми иконами и святыми мощами, несомыми иеромонахами, спустился к морю, где находится цистерна, при которой совершается в день Богоявления водоосвящение. По окончании водоосвящения владыка, окропив святой водой служащих и предстоящих, благоволил отправиться кругом монастыря с крестным ходом; а по возвращении в соборном храме святого великомученика Пантелеимона совершил Божественную литургию. 2 же августа отправился посетить остальные монастыри, лежащие по пути к вершине горы, куда владыка восходил и слушал там литургию, совершённую бывшим при нём архимандритом Евфимием. Возвратившись с горы, посетил молдавский скит, лавру святого Афанасия и отправился на Карею. 15 августа, в день Успения Божией Матери, приглашён был там служить в протатском Успенском храме. 16 числа, отслужив в скиту Андрея Первозванного, отправился в келлию, принадлежащую Хилендарю, где 17 числа при совершении литургии посвятил монаха во иеродиакона, а иеродиакона в иеромонаха, и затем опять прибыл в Руссик. Того же числа вечером на монастырском пароходике владыка изволил отправиться на Кромицу, в 25 вёрстах от Руссика, ближе к перешейку Афонского полуострова. Там готовилось освящение храма в новоустраивающемся русском ските. Место это издревле было необитаемо; но один случай побудил русских святогорцев с согласия нашей обители там поселяться. В последнее время почти ни один греческий монастырь не продаёт русским своих келлий, а напротив, даже взносит от себя сумму русским, если кто захочет продать прежнюю келлию, и эту келлию монастырь оставляет за собой: это более вследствие тяжбы Ильинского скита с Пантократорским монастырём и грузинцев с Иверским. Грузины долго не показывались на святой горе; если и были, то в числе не более 3 человек, а в последнее время, с 1870 года, начали прибывать, и число их достигло до 30 человек; они просили построить при своей келлии церковь с куполом, приличную для собрания, но монастырь Иверский не внял этому прошению, вследствие чего у основателя келлии монаха Венедикта, грузинца, возникла мысль предъявить свои права на монастырь Иверский, так как он построен иверянами. К энергичным действиям монаха Венедикта пристало всё дворянство Грузии: начали просить русское правительство, чтобы монастырь Ивер или дал им скит, или принял внутрь монастыря грузинскую братию, находящуюся вне монастыря в количестве 30 человек. Какой исход получат оба эти вопроса – неизвестно, но раздражение греков возрастает; вследствие сего русские, не имеющие приюта, и поселяются на пустом месте на кромичной земле и строят свои бедные жилища, называемые каливами. На этом-то месте и построен некиим благодетелем храм для этих бедняков во имя всех преподобных Афонских, который и освящён митрополитом Михаилом в сослужении игумена и 5-ти иеромонахов. По освящении была устроена трапеза для тамошней братии, которую владыка благословив отправился в другой кромичный скит с храмом в честь Казанской иконы Божией Матери; там его встретили с колокольным звоном и пением. Откушав в скиту и отдохнув, владыка посетил некоторых из братии безмолвно живущих; 19-го служил там и рукоположил иеромонаха. Перед окончанием литургии прибыл из Ватопеда иеромонах, посещавший свои метохи с частью животворящего древа Креста Господня, пояса Пресвятой Богородицы и главой святого Модеста. Перед этой святыней митрополит соборне отслужил молебен, по окончании коего, откушав хлеба-соли, отправился на берег моря к церкви во имя святого Петра митрополита Московского и Тихона Задонского, а затем прибыл в Руссик. 20-го августа совершал литургию в Покровской церкви, а вечером отслушал напутственный молебен; затем владыка прочитал братии и всем предстоящим разрешительную молитву, и все получили от него благословение и прощальный привет. Через два часа по захождении солнца появился пароход. В сопровождении всего братства митрополит отправился на берег моря с благожеланиями, при пении и колокольном звоне и, простившись, удалился с Афона в Константинополь, где предполагал принимать тёплые ванны и ожидать окончательного решения своего правительства с тем, чтобы, если оно будет в пользу прежних порядков, то отправиться в Сербию, если же нет, то в Россию. Господь Бог да управит путь Владыки-старца на пользу отечества и вверенной ему Церкви!

Благодать вам и мир от Бога и Господа нашего Иисуса Христа!

Сердечно благодарю Господа, исполнившего моё желание поклониться святыне Афонской – жребию и достоянию Пречистой Богоматери.

Благодарю Господа, управившего путь мой, во-первых, к святыне православного, благочестивого, братского нам народа русского, к той святыне, где сербский первосвятитель Савва дал обет служить Богу и православной Его Церкви. И затем он, укрепляемый благодатью Божией, утвердил православную веру в народе своём. Приимите, благочестивые братия, и моё ныне душевное поздравление.

Приветствую вашу святую обитель от народа сербского, который хранит в сердце своём православие и братскую любовь к России и её великому народу. Приветствую досточтимое братство сей святой обители от общей христианской святыни – от Голгофы, от живоносного Гроба Господня и от прочих евангельских святынь Иудеи, Самарии и Галилеи. И с сим приветствием смиренно прошу ваших святых молитв по братской вашей любви к нам и к народу нашему многострадальному и многоискушаемому на рубеже востока и запада, где ведётся борьба о том, быть или не быть православию и духу славянскому в нём!

Высокопреосвященнейший Владыко!

По неведомым нам судьбам Промысла Божия благоугодно было тебе, архипастырь добрый, посетить святые места Востока: с духовной радостью сретаем и приветствуем тебя и ублажаем ревность твою о православии. Подобно древним ревнителям православия ты, не обинуяся, защищал истину воинствующей Церкви Христовой, и, участвуя в скорбях её за истину, возрадуешься с нею в Церкви торжествующей.

Древняя обитель эта удостоилась породить духовно юную отрасль Неманя, царевича сербского; приходя от силы в силу духовного возраста на Афоне, он возведён был на первосвятительскую кафедру отечества своего, на которой по преемству восседал и ты, охраняя, как и он, отечественную Церковь от неприязненных нападений.

Благоговея пред непоколебимостью исповедания твоего, мы вручаем себя твоим архипастырским молитвам и испрашиваем твоего благословения.