Ваш город - Ашберн?

Для получения календаря в соответствии с Вашей временной зоной - пожалуйста, укажите город.

Не найден город с таким названием. Пожалуйста, укажите другой (например, ближайший региональный центр).

Дни памяти:

Житие

Краткое житие преподобного Алексия, человека Божия

Пре­по­доб­ный Алек­сий, че­ло­век Бо­жий, ро­дил­ся в Ри­ме от знат­ных и бла­го­че­сти­вых ро­ди­те­лей. Отец его Ев­фи­ми­ан был се­на­то­ром. Он от­ли­чал­ся ду­шев­ной доб­ро­той, был ми­ло­сер­ден к боль­ным и страж­дущим, еже­днев­но устра­и­вал у се­бя до­ма три сто­ла: для си­рот и вдов, для пут­ни­ков и для ни­щих. У Ев­фи­ми­а­на и же­ны его Агла­и­ды дол­го не бы­ло де­тей, и это омра­ча­ло их сча­стье. Но бла­го­че­сти­вая Агла­и­да не остав­ля­ла на­деж­ды – и услы­шал ее Бог, и по­слал им сы­на. Отец на­звал мла­ден­ца Алек­сий (в пе­ре­во­де с гре­че­ско­го «за­щит­ник»). Свя­той Алек­сий рос здо­ро­вым ре­бен­ком, хо­ро­шо и при­леж­но учил­ся. Ко­гда же он до­стиг со­вер­шен­но­ле­тия, Ев­фи­ми­ан и Агла­и­да ре­ши­ли его же­нить. Они вы­бра­ли для сы­на де­вуш­ку цар­ской кро­ви, очень кра­си­вую и бо­га­тую. Остав­шись по­сле свадь­бы на­едине с мо­ло­дой же­ной, свя­той Алек­сий от­дал ей свой зо­ло­той пер­стень и по­яс­ную пряж­ку со сло­ва­ми: «Со­хра­ни это, и да бу­дет меж­ду то­бой и мной Гос­подь, до­ко­ле не об­но­вит нас Сво­ею бла­го­да­тью». По­том он вы­шел из брач­но­го по­коя и той же но­чью по­ки­нул от­чий дом. Сев на ко­рабль, от­плы­ва­ю­щий на Во­сток, юно­ша при­был в Ла­оди­кию Си­рий­скую. Здесь он при­стал к по­гон­щи­кам ослов и до­брал­ся с ни­ми до го­ро­да Эдес­сы, где хра­нил­ся Неру­ко­твор­ный об­раз Гос­по­да, за­пе­чат­лен­ный на пла­ща­ни­це. Раз­дав остат­ки иму­ще­ства, юно­ша одел­ся в лох­мо­тья и стал про­сить ми­ло­сты­ню в при­тво­ре хра­ма Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Каж­дое вос­кре­се­нье при­об­щал­ся он Свя­тых Хри­сто­вых Тайн. По но­чам Алек­сий бодр­ство­вал и мо­лил­ся. Вку­шал он толь­ко хлеб и во­ду.

Тем вре­ме­нем ро­ди­те­ли и же­на свя­то­го Алек­сия, опе­ча­лен­ные его ис­чез­но­ве­ни­ем, по­сла­ли слуг сво­их на по­ис­ки. Бы­ли они и в Эдес­се, вхо­ди­ли в храм Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и по­да­ва­ли ми­ло­сты­ню свя­то­му Алек­сию, не узнав его.

Через неко­то­рое вре­мя слу­ги вер­ну­лись в Рим, так и не най­дя свя­то­го Алек­сия. И ни­ко­му из род­ных не бы­ло от­кро­ве­ния о нем. То­гда они сми­ри­лись и, хо­тя про­дол­жа­ли скор­беть и тос­ко­вать о нем, но по­ло­жи­лись на во­лю Бо­жию.

Пре­по­доб­ный Алек­сий про­вел в Эдес­се, про­ся ми­ло­сты­ню в при­тво­ре хра­ма Бо­го­ро­ди­цы, сем­на­дцать лет. Са­ма Пре­чи­стая, явив­шись во сне цер­ков­но­му сто­ро­жу, от­кры­ла, что ни­щий Алек­сий есть че­ло­век Бо­жий. Ко­гда же жи­те­ли Эдес­сы ста­ли чтить его, пре­по­доб­ный Алек­сий тай­но бе­жал. Он ду­мал от­пра­вить­ся в г. Тарс (в Ма­лой Азии, ро­ди­на свя­то­го апо­сто­ла Пав­ла), но ко­рабль, на ко­то­ром плыл пре­по­доб­ный Алек­сий, в силь­ную бу­рю сбил­ся с кур­са, дол­го блуж­дал и при­стал на­ко­нец к бе­ре­гам Ита­лии, невда­ле­ке от Ри­ма. Свя­той Алек­сий, узрев в этом про­мысл Бо­жий, по­шел к до­му от­ца сво­е­го, ибо был уве­рен, что его не узна­ют. Встре­тив от­ца сво­е­го Ев­фи­ми­а­на, он по­про­сил у него при­ю­та и упо­мя­нул о кров­ных его, пре­бы­ва­ю­щих в стран­ствии. Тот рад был при­нять ни­ще­го, дал ему ме­сто в се­нях сво­е­го до­ма, ве­лел но­сить ему пи­щу с хо­зяй­ско­го сто­ла и при­ста­вил слу­гу для по­мо­щи ему. Осталь­ные слу­ги из за­ви­сти ста­ли ис­под­тиш­ка оскорб­лять ни­ще­го, но пре­по­доб­ный Алек­сий про­зрел в этом дья­воль­ское на­у­ще­ние и при­ни­мал из­де­ва­тель­ства со сми­ре­ни­ем и ра­до­стью. Он по-преж­не­му пи­тал­ся хле­бом и во­дой, а по но­чам бодр­ство­вал и мо­лил­ся. Так про­шло еще сем­на­дцать лет. Ко­гда же при­бли­зил­ся час кон­чи­ны его, пре­по­доб­ный Алек­сий на­пи­сал всю жизнь свою, и то тай­ное, что бы­ло из­вест­но от­цу с ма­те­рью, и сло­ва, ска­зан­ные жене в брач­ном по­кое.

В вос­кре­се­нье по­сле Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии в со­бо­ре свя­то­го апо­сто­ла Пет­ра со­вер­ши­лось чу­до. От свя­то­го пре­сто­ла из­шел глас свы­ше: «Ищи­те че­ло­ве­ка Бо­жия, чтобы он по­мо­лил­ся о Ри­ме и всем на­ро­де его». Весь на­род в ужа­се и вос­тор­ге пал ниц. В чет­верг ве­че­ром в со­бо­ре апо­сто­ла Пет­ра мо­ли­ли Гос­по­да от­крыть им че­ло­ве­ка Бо­жия – и с пре­сто­ла из­шел глас: «В до­ме Ев­фи­ми­а­на – че­ло­век Бо­жий, там ищи­те». В хра­ме при­сут­ство­ва­ли рим­ский им­пе­ра­тор Го­но­рий (395–423), а так­же па­па рим­ский Ин­но­кен­тий I (402–417). Они об­ра­ти­лись к Ев­фи­ми­а­ну, но тот ни­че­го не знал. То­гда слу­га, при­став­лен­ный к свя­то­му Алек­сию, рас­ска­зал Ев­фи­ми­а­ну о его пра­вед­но­сти. Ев­фи­ми­ан по­спе­шил к пре­по­доб­но­му Алек­сию, но уже не за­стал его в жи­вых. Лик бла­жен­но по­чив­ше­го свя­то­го си­ял све­том нездеш­ним. В ру­ке пре­по­доб­ный Алек­сий дер­жал креп­ко за­жа­тый сви­ток. Те­ло свя­то­го Алек­сия с по­до­ба­ю­щи­ми по­че­стя­ми пе­ре­нес­ли и по­ло­жи­ли на ло­же. Им­пе­ра­тор и па­па рим­ский пре­кло­ни­ли ко­ле­на, про­ся свя­то­го раз­жать ру­ку. И свя­той Алек­сий ис­пол­нил их прось­бу.

Сви­ток с жиз­не­опи­са­ни­ем свя­то­го был про­чи­тан чте­цом хра­ма во имя свя­то­го апо­сто­ла Пет­ра. Отец, мать и же­на свя­то­го Алек­сия с пла­чем при­па­ли к те­лу свя­то­го, по­кло­ни­лись его чест­ным остан­кам. При ви­де та­ко­го со­бы­тия мно­гие пла­ка­ли. Ло­же с те­лом свя­то­го Алек­сия бы­ло по­став­ле­но по­сре­ди цен­траль­ной пло­ща­ди. К нему стал сте­кать­ся на­род, чтобы очи­стить­ся и раз­ре­шить­ся от неду­гов сво­их. Немые на­чи­на­ли го­во­рить, слеп­цы про­зре­ва­ли, одер­жи­мые и ду­шев­но­боль­ные вы­здо­рав­ли­ва­ли. Ви­дя та­кую бла­го­дать, им­пе­ра­тор Го­но­рий и па­па Ин­но­кен­тий I са­ми по­нес­ли те­ло свя­то­го в по­гре­баль­ной про­цес­сии. Чест­ные остан­ки свя­то­го Алек­сия, че­ло­ве­ка Бо­жия, по­гре­бе­ны в хра­ме во имя свя­то­го Во­ни­фа­тия 17 мар­та 411 го­да. В 1216 го­ду бы­ли об­ре­те­ны мо­щи свя­то­го. Жи­тие его ис­ста­ри бы­ло од­ним из са­мых лю­би­мых на Ру­си.

Полное житие преподобного Алексия, человека Божия

В Ри­ме[1], в цар­ство­ва­ние Ар­ка­дия и Го­но­рия, жил бла­го­че­сти­вый че­ло­век по име­ни Ев­фи­ми­ан: он был весь­ма знат­ный и бо­га­тый вель­мо­жа, так что да­же слу­ги его, чис­ло ко­то­рых до­хо­ди­ло до трех ты­сяч, но­си­ли шел­ко­вые одеж­ды, но при всем этом он не был вполне счаст­лив, так как по при­чине неплод­ства же­ны сво­ей не имел де­тей. Ев­фи­ми­ан стро­го со­блю­дал за­по­ве­ди Бо­жии и от­ли­чал­ся доб­ро­тою: еже­днев­но в до­ме сво­ем он устра­и­вал три тра­пезы для вдов, си­рот, ни­щих, стран­ных и боль­ных; сам же при­ни­мал пи­щу лишь по ис­те­че­нии де­вя­то­го ча­са[2], раз­де­ляя ее со стран­ству­ю­щи­ми ино­ка­ми, а до это­го вре­ме­ни все­гда по­стил­ся. Ес­ли слу­ча­лось, что в иной день к нему со­би­ра­лось ма­ло ни­щих и при­хо­ди­лось по­это­му раз­да­вать ми­ло­сты­ни ме­нее обык­но­вен­но­го, то Ев­фи­ми­ан па­дал то­гда в го­ре на зем­лю и го­во­рил:

– Я не до­сто­ин жить на зем­ле Бо­га мо­е­го.

Су­пру­га его Агла­и­да бы­ла жен­щи­на бо­го­бо­яз­нен­ная, лю­бя­щая сво­е­го му­жа и щед­рая на ми­ло­сты­ню. Со­кру­ша­ясь о сво­ем бес­пло­дии, она ча­сто об­ра­ща­лась к Бо­гу с та­кою мо­лит­вою:

– Гос­по­ди, вспом­ни о мне, недо­стой­ной ра­бе Тво­ей, и из­бавь ме­ня от неплод­ства мо­е­го, чтобы мне быть ма­те­рью. Дай нам сы­на, ко­то­рый был бы и ра­до­стью в жиз­ни и опо­рою в на­шей ста­ро­сти.

Гос­подь по ми­ло­сер­дию Сво­е­му услы­шал мо­лит­ву её: к ве­ли­кой ра­до­сти му­жа сво­е­го она ро­ди­ла сы­на, при Свя­том Кре­ще­нии на­зван­но­го Алек­си­ем.

С ше­сти лет свя­той Алек­сий на­чал учить­ся и, ско­ро усво­ив обыч­ные для то­го вре­ме­ни свет­ские на­у­ки, осо­бен­но хо­ро­шо изу­чил Св. Пи­са­ние и цер­ков­ные кни­ги. Из от­ро­ка об­ра­зо­вал­ся ра­зум­ный и бла­го­че­сти­вый юно­ша; по­стиг­нув су­ет­ность ско­ро­пре­хо­дя­щих мир­ских благ, он ре­шил от­речь­ся от них для по­лу­че­ния благ веч­ных; по­это­му он да­же на­чал но­сить острую вла­ся­ни­цу для умерщ­вле­ния сво­ей пло­ти. Ко­гда же Алек­сий до­стиг со­вер­шен­но­ле­тия, Ев­фи­ми­ан ска­зал жене сво­ей:

– Же­ним на­ше­го сы­на.

Сло­ва эти очень об­ра­до­ва­ли Агла­и­ду, и она, при­пав к но­гам му­жа, ска­за­ла:

– Пусть Бог бла­го­сло­вит на­ме­ре­ние твое, чтобы мне ви­деть су­пру­же­ство сы­на мо­е­го и де­тей его; эта ве­ли­кая ра­дость по­бу­дит ме­ня быть еще бо­лее щед­рой к убо­гим и неиму­щим.

По­сле это­го они об­ру­чи­ли Алек­сия с де­ви­цею из цар­ско­го ро­да, а за­тем над ни­ми бы­ло со­вер­ше­но та­ин­ство бра­ко­со­че­та­ния в церк­ви св. Во­ни­фа­тия, и весь день тот до но­чи про­шел в ве­се­лии и ли­ко­ва­ни­ях. По окон­ча­нии тор­же­ства свя­той Алек­сий во­шел, с бла­го­сло­ве­ния от­ца сво­е­го, в ком­на­ту неве­сты и на­шел ее си­дя­щею на крес­ле. Взяв свой зо­ло­той пер­стень, он за­вер­нул его вме­сте с дра­го­цен­ным по­я­сом в пор­фир­ную[3] ткань и от­дал неве­сте со сло­ва­ми:

– Со­хра­ни это, и пусть Гос­подь на­хо­дит­ся над на­ми, со­дей­ствуя Сво­ею бла­го­да­тью воз­ник­но­ве­нию в нас но­вой, ис­тин­но хри­сти­ан­ской жиз­ни.

Ска­зав это, он уда­лил­ся в свою ком­на­ту; здесь свя­той Алек­сий за­ме­нил бо­га­тые одеж­ды бед­ны­ми и вы­шел тай­но из до­ма и го­ро­да, за­хва­тив с со­бою из сво­е­го соб­ствен­но­го иму­ще­ства немно­го зо­ло­та и дра­го­цен­ных кам­ней. При­дя к мо­рю, он на­шел ко­рабль, от­прав­ляв­ший­ся в Ла­оди­кию[4], на ко­то­рый и сел, от­дав пред­ва­ри­тель­но по­ло­жен­ную пла­ту. Во вре­мя пу­ти свя­той Алек­сий так мо­лил­ся Бо­гу:

– Бо­же, – го­во­рил он, – спа­са­ю­щий ме­ня со дня мо­е­го рож­де­ния, спа­си ме­ня и те­перь от су­ет­ной мир­ской жиз­ни и удо­стой ме­ня на Страш­ном Су­де Тво­ем сто­я­ние на дес­ной сто­роне со все­ми бла­го­уго­див­ши­ми Те­бе.

По при­бы­тии ко­раб­ля на ме­сто свя­той Алек­сий вы­шел на бе­рег, где встре­тил пут­ни­ков, на­прав­ляв­ших­ся в Ме­со­по­та­мию[5], он при­со­еди­нил­ся к ним и по­шел вме­сте с ни­ми в Эдес­су[6], в ко­то­рой хра­нил­ся неру­ко­тво­рен­ный об­раз[7] Гос­по­да Иису­са Хри­ста, по­слан­ный Им во вре­мя зем­ной жиз­ни Сво­ей кня­зю эдес­ско­му Ав­га­рю. При ви­де об­ра­за Хри­сто­ва свя­той Алек­сий весь­ма об­ра­до­вал­ся и, про­дав все взя­тые из до­ма дра­го­цен­но­сти, по­лу­чен­ные от про­да­жи день­ги роз­дал ни­щим, а сам одел­ся в ру­би­ще и стал жить по­да­я­ни­ем. Ме­стом пре­бы­ва­ние свя­то­го бы­ла па­перть церк­ви Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, а жизнь его бы­ла стро­го по­движ­ни­че­ская: он по­сто­ян­но по­стил­ся, лишь немно­го съе­дая хле­ба. И да­же во­ду пил в чрез­вы­чай­но уме­рен­ном ко­ли­че­стве; каж­дый вос­крес­ный день свя­той Алек­сий при­об­щал­ся Пре­чи­стых Хри­сто­вых Та­ин и всю свою ми­ло­сты­ню все­гда раз­да­вал пре­ста­ре­лым ни­щим. Хо­дил он с по­сто­ян­но опу­щен­ной вниз го­ло­вою, воз­но­сясь умом к Бо­гу, непре­стан­но раз­мыш­ляя о Нем. От та­кой су­ро­вой жиз­ни ис­сох­ло всё те­ло свя­то­го, увя­ла кра­со­та ли­ца, гла­за впа­ли и зре­ние осла­бе­ло.

На рас­све­те, ко­гда свя­той Алек­сий уже ушел из до­ма, при­шли ро­ди­те­ли в ком­на­ту неве­сты и к удив­ле­нию на­шли ее од­ну, си­дя­щую в скор­би с пе­чаль­ным ли­цом. Они на­ча­ли всю­ду ис­кать сво­е­го сы­на и, не на­шед­ши ни­где, горь­ко пла­ка­ли, – так ра­дость их об­ра­ти­лась в го­ре. Мать свя­то­го, во­шед­ши в ком­на­ту свою, за­тво­ри­ла ок­на, по­стла­ла вре­ти­ще и, по­сы­пав его пеп­лом, с ры­да­ни­я­ми бро­си­лась на него, при­чем мо­ли­лась и го­во­ри­ла:

– Я не вста­ну и не вый­ду из за­тво­ра сво­е­го до тех пор, по­ка не узнаю, что слу­чи­лось с мо­им един­ствен­ным сы­ном, – по­че­му и ку­да он ушел.

Неве­ста, стоя око­ло неё, то­же го­во­ри­ла со сле­за­ми:

– И я не уй­ду от те­бя, но, как пу­стын­но­лю­би­вая и вер­ная го­лу­би­ца, с пе­чаль­ным пе­ни­ем ищу­щая по го­рам и до­ли­нам по­те­рян­но­го му­жа, бу­ду тер­пе­ли­во ждать из­ве­стия о му­же сво­ем, – где он и ка­кой об­раз жиз­ни из­брал се­бе.

Отец так­же был весь­ма опе­ча­лен; он по­всю­ду разо­слал слуг сво­их на по­ис­ки сы­на. Неко­то­рые из них при­шли и в Эдес­су; уви­дев свя­то­го Алек­сия, они не при­зна­ли его, но при­ня­ли за ни­ще­го и по­да­ли ему ми­ло­сты­ню. Свя­той же Алек­сий узнал их и по­бла­го­да­рил Бо­га, дав­ше­го воз­мож­ность при­нять ми­ло­сты­ню от слуг сво­их. По­след­ние, воз­вра­тясь, ска­за­ли гос­по­ди­ну сво­е­му, что не на­шли сы­на его, хо­тя и ис­ка­ли вез­де.

Свя­той Алек­сий про­жил в Эдес­се при церк­ви Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы сем­на­дцать лет и сво­им жи­ти­ем снис­кал се­бе лю­бовь Бо­жию. В это вре­мя бы­ло об нем от­кро­ве­ние по­но­ма­рю церк­ви Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы: он уви­дел свя­тую ико­ну Ее, го­во­ря­щую к нему:

– Вве­ди в Мою цер­ковь че­ло­ве­ка Бо­жия, до­стой­но­го Цар­ства Небес­но­го; мо­лит­ва его вос­хо­дит к Бо­гу, как ка­ди­ло бла­го­вон­ное, и Дух Свя­той по­чи­ва­ет на нем по­доб­но вен­цу на гла­ве цар­ской.

По­сле ви­де­ния по­но­марь ис­кал че­ло­ве­ка та­кой пра­вед­ной жиз­ни и, не на­хо­дя, об­ра­тил­ся с мо­лит­вою к Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це, про­ся Ее по­мо­щи для ис­пол­не­ния дан­но­го ему по­ве­ле­ние. И опять в ви­де­нии он услы­шал го­лос от ико­ны Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, что че­ло­век Бо­жий есть тот ни­щий, ко­то­рый си­дит у во­рот цер­ков­ной па­пер­ти. По­но­марь, най­дя свя­то­го Алек­сия, ввел его для пре­бы­ва­ния в цер­ковь, и мно­гие, узнав о пра­вед­ной жиз­ни че­ло­ве­ка Бо­жия, ста­ли по­чи­тать его. Он же, из­бе­гая сла­вы че­ло­ве­че­ской, тай­но ушел из го­ро­да. При­дя на мор­скую при­стань, он сел на ко­рабль плы­ву­щий в Ки­ли­кию[8], ду­мая про се­бя: "пой­ду в Ки­ли­кию, где ме­ня ни­кто не зна­ет, и бу­ду жить при хра­ме св. апо­сто­ла Пав­ла". Во вре­мя пла­ва­ния вне­зап­но, по со­из­во­ле­нию Бо­жию, на­ча­лась на мо­ре бу­ря, и ко­рабль, мно­го дней но­си­мый вол­на­ми, неожи­дан­но при­был в Рим. Сой­дя с ко­раб­ля, свя­той Алек­сий ска­зал се­бе:

– Жив Гос­подь Бог Мой! не бу­ду ни­ко­му в тя­гость, но пой­ду, как чу­жой, в дом от­ца мо­е­го.

На пу­ти к нему он встре­тил от­ца сво­е­го, воз­вра­щав­ше­го­ся до­мой из двор­ца в со­про­вож­де­нии мно­гих слуг. По­кло­нив­шись ему до зем­ли, свя­той Алек­сий ска­зал:

– Раб Бо­жий, по­ми­луй ме­ня, ни­ще­го и бед­но­го: доз­воль мне по­се­лить­ся в ка­ком-ли­бо уг­лу дво­ра тво­е­го и пи­тать­ся кру­пи­ца­ми, па­да­ю­щи­ми с тво­е­го сто­ла; Гос­подь же бла­го­сло­вит дни твои и да­ру­ет те­бе Цар­ство Небес­ное, а ес­ли ты име­ешь ко­го-ли­бо из род­ных тво­их, на­хо­дя­ще­го­ся где-ли­бо в стран­ство­ва­нии, то Он воз­вра­тит те­бе его здо­ро­вым.

При сло­вах ни­ще­го о стран­ство­ва­нии Ев­фи­ми­ан тот­час вспом­нил воз­люб­лен­но­го сы­на сво­е­го Алек­сия, про­сле­зил­ся и ми­ло­сти­во ис­пол­нил его прось­бу, доз­во­лив жить во дво­ре сво­е­го до­ма. Он ска­зал ра­бам сво­им:

– Кто из вас хо­чет по­слу­жить это­му ни­ще­му? Ес­ли он уго­дит ему, то, кля­нусь, по­лу­чит пол­ную сво­бо­ду и на­гра­ду от ме­ня. Устрой­те ему неболь­шое по­ме­ще­ние при две­рях до­ма, чтобы я мог ча­ще ви­деть его; пи­ща пусть по­да­ет­ся ему с мо­е­го сто­ла, и ни­кто из вас не дол­жен оскорб­лять его.

По­сле это­го на­чал свя­той Алек­сий жить при две­рях до­ма от­ца сво­е­го. Ев­фи­ми­ан каж­дый день по­сы­лал ему со сво­е­го сто­ла пи­щу, но он раз­да­вал ее ни­щим, а сам ел лишь хлеб и пил толь­ко во­ду, да и то в та­ком ко­ли­че­стве, чтобы не уме­реть от го­ло­да или жаж­ды; все но­чи он про­во­дил, бодр­ствуя на мо­лит­ве и вся­кий вос­крес­ный день при­об­щал­ся в хра­ме св. Хри­сто­вых Та­ин. И уди­ви­тель­но бы­ло тер­пе­ние че­ло­ве­ка Бо­жия! Мно­го непри­ят­но­стей и огор­че­ний, осо­бен­но позд­ним ве­че­ром, при­хо­ди­лось ему ис­пы­ты­вать от ра­бов от­ца сво­е­го, из ко­то­рых иные тас­ка­ли его за во­ло­са, дру­гие за­уша­ли, тре­тьи вы­ли­ва­ли на го­ло­ву по­мои и во­об­ще из­де­ва­лись над ним са­мым же­сто­ким об­ра­зом. Он же пе­ре­но­сил всё мол­ча, зная, что они так об­ра­ща­ют­ся с ним по на­у­ще­нию диа­во­ла, и мо­лит­вою во­ору­жал­ся про­тив его коз­ней, по­беж­дая их тер­пе­ни­ем. Бы­ло и дру­гое об­сто­я­тель­ство, по­буж­дав­шее его к ве­ли­ко­му тер­пе­нию: про­тив его по­ме­ще­ния на­хо­ди­лось ок­но ком­на­ты его неве­сты. Она, по­доб­но Ру­фи[9], не за­хо­те­ла ид­ти в дом сво­е­го от­ца, но си­де­ла, го­рюя со сво­ею све­кро­вью, и ча­сто слы­шал свя­той ры­да­ние и жа­ло­бы ма­те­ри и неве­сты сво­ей – од­ной об утра­те сы­на, а дру­гой му­жа. Их слё­зы пе­ре­пол­ня­ли его серд­це жа­ло­стью, но лю­бо­вью к Бо­гу он по­беж­дал плот­скую лю­бовь к неве­сте и ро­ди­те­лям; это тер­пе­ние по­чти невы­но­си­мых скор­бей ра­ди Бо­га да­же уте­ша­ло его. Так про­жил свя­той Алек­сий в до­ме ро­ди­те­лей сво­их сем­на­дцать лет, и ни­кто не узнал его, но все по­чи­та­ли его за ни­ще­го, не име­ю­ще­го при­ю­та; над тем, кто был гос­по­ди­ном до­ма, сы­ном и на­след­ни­ком, ра­бы из­де­ва­лись, как над при­шель­цем и чу­жим. Ко­гда же Гос­подь вос­хо­тел при­звать его из этой вре­мен­ной жиз­ни, в ко­то­рой он ис­пы­тал столь­ко ни­ще­ты и ли­ше­ний, в жизнь веч­ную, то от­крыл ему день и час кон­чи­ны его. Свя­той Алек­сий то­гда спро­сил у слу­жа­ще­го ему ра­ба чер­нил, хар­тию и трость, опи­сал всё жи­тие свое и для убеж­де­ния ро­ди­те­лей в том, что он дей­стви­тель­но их сын, упо­мя­нул о неко­то­рых об­сто­я­тель­ствах сво­ей жиз­ни, из­вест­ных толь­ко им од­ним, на­пи­сал и о том, что го­во­рил неве­сте сво­ей в ночь ухо­да из до­ма, – как от­дал ей пер­стень и по­яс. Пись­мо свое он окон­чил сле­ду­ю­щи­ми сло­ва­ми:

– Мо­лю вас, лю­без­ные мои ро­ди­те­ли и чест­ная неве­ста моя, не оби­жай­тесь на ме­ня, что я, по­ки­нув вас, при­чи­нил вам столь ве­ли­кую скорбь; я и сам скор­бел серд­цем о пе­ча­ли ва­шей; мно­го­крат­но мо­лил я Гос­по­да, чтобы Он да­ро­вал вам тер­пе­ние и спо­до­бил вас Цар­ства Небес­но­го. На­де­юсь, Он по бла­го­у­тро­бию Сво­е­му ис­пол­нит мо­лит­ву мою, ибо я из люб­ви к Нему из­брал столь мно­го­труд­ное жи­тие, не из­ме­няя его ра­ди ва­ших слёз, так как для каж­до­го хри­сти­а­ни­на луч­ше бо­лее по­ви­но­вать­ся Твор­цу и Со­зда­те­лю сво­е­му, чем ро­ди­те­лям сво­им. Ве­рую, что на­сколь­ко ве­ли­кую скорбь при­чи­нял вам, на­столь­ко боль­шую ра­дость по­лу­чи­те вы в Цар­ствии Небес­ном.

На­пи­сав это, он мо­лил­ся до са­мой кон­чи­ны сво­ей.

Од­на­жды, ко­гда па­па[10] со­вер­шал в со­бор­ной церк­ви свв. апп. Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию, при окон­ча­нии её во все­услы­ша­ние из ал­та­ря раз­дал­ся чу­дес­ный го­лос: "При­ди­те ко Мне все труж­да­ю­щи­е­ся и обре­ме­нен­ные, и Я успо­кою вас" (Мф.11:28). При­сут­ство­вав­шие в хра­ме в ве­ли­ком ужа­се па­ли на зем­лю, взы­вая:

– Гос­по­ди, по­ми­луй!

За­тем вто­рич­но по­слы­шал­ся го­лос:

– По­ищи­те че­ло­ве­ка Бо­жия, уже от­хо­дя­ще­го в дру­гую жизнь; пусть он по­мо­лит­ся о го­ро­де: мо­лит­ва его для вас бу­дет весь­ма бла­го­де­тель­на.

По все­му Ри­му ис­ка­ли та­ко­го че­ло­ве­ка и не зна­ли, что де­лать, так как не на­хо­ди­ли его. По­это­му, сно­ва со­брав­шись вме­сте с па­пою и ца­рем с ве­че­ра чет­вер­га на пят­ни­цу в со­бор­ную цер­ковь, со­вер­ши­ли в ней все­нощ­ное бде­ние, мо­ля Хри­ста ука­зать им угод­ни­ка Сво­е­го. Утром же в пя­ток свя­той Алек­сий ото­шел ко Гос­по­ду. Меж­ду тем в церк­ви, по­доб­но то­му, как и в пер­вый раз, опять раз­дал­ся во вре­мя бо­го­слу­же­ния го­лос из ал­та­ря:

– Ищи­те че­ло­ве­ка Бо­жия в до­ме Ев­фи­ми­а­на.

По­сле это­го царь[11], об­ра­тив­шись к по­след­не­му, ска­зал:

– По­че­му ты, имея в до­ме сво­ем та­кое со­кро­ви­ще, не со­об­щил нам об этом?

Ев­фи­ми­ан от­ве­чал:

– Гос­подь сви­де­тель, что я ни­че­го не знаю.

И, по­до­звав глав­но­го слу­гу, спро­сил его:

– Не зна­ешь ли из со­то­ва­ри­щей сво­их че­ло­ве­ка доб­ро­де­тель­но­го и уго­жда­ю­ще­го Бо­гу?

– Не знаю, – ска­зал тот, – нет ни од­но­го доб­ро­де­тель­но­го; все жи­вут небо­го­угод­но.

Царь и па­па ре­ши­ли са­ми ид­ти в дом Ев­фи­ми­а­на ис­кать че­ло­ве­ка Бо­жия. Ев­фи­ми­ан, пой­дя впе­рёд, при­го­то­вил­ся к при­ня­тию па­пы и ца­ря с вель­мо­жа­ми и устро­ил им тор­же­ствен­ную встре­чу. Се­ту­ю­щая су­пру­га Ев­фи­ми­а­на, услы­шав из ком­на­ты сво­ей смя­те­ние и го­вор на дво­ре и в до­ме, спро­си­ла:

– Что это зна­чит?

И очень уди­ви­лась, ко­гда узна­ла о при­ше­ствии ца­ря с па­пой и о при­чине их по­се­ще­ния. Неве­ста так­же недо­уме­ва­ла, ви­дя из ком­на­ты сво­ей ца­ря и па­пу, иду­щих со мно­же­ством на­ро­да, и ста­ра­лась объ­яс­нить се­бе это зре­ли­ще.

Ко­гда па­па, царь и вель­мо­жи се­ли, и на­сту­пи­ла ти­ши­на, то раб, слу­жив­ший свя­то­му Алек­сию, ска­зал Ев­фи­ми­а­ну:

– Гос­по­дин мой, ни­щий, ко­то­ро­го ты по­ру­чил мне, не есть ли че­ло­век Бо­жий? Я сви­де­тель ве­ли­ких и див­ных дел его: он по­сто­ян­но по­стит­ся, лишь по ис­те­че­нии дня при­ни­мая немно­го хле­ба и во­ды; все но­чи про­во­дит на мо­лит­ве и каж­дый день вос­крес­ный при­об­ща­ет­ся св. Хри­сто­вых Та­ин; он крот­ко и с ра­до­стью пе­ре­но­сит по­бои и оскорб­ле­ния, на­но­си­мые ему неко­то­ры­ми ра­ба­ми.

Услы­шав это, Ев­фи­ми­ан тот­час по­спе­шил к жи­ли­щу ни­ще­го и, по­звав его три­жды чрез окош­ко, не по­лу­чил от­ве­та. То­гда он во­шел в жи­ли­ще, где на­шел че­ло­ве­ка Бо­жия, ле­жа­ще­го мерт­вым с по­кры­тою го­ло­вою и со­гну­той хар­ти­ей в пра­вой ру­ке. Ев­фи­ми­ан от­крыл ли­цо его и уви­дел, что оно си­я­ет как ли­це Ан­ге­ла; ко­гда же он хо­тел взять хар­тию и про­честь, то не мог это­го сде­лать, по­то­му что ру­ка не вы­пус­ка­ла ее. Быст­ро воз­вра­тив­шись к ца­рю и па­пе, он ска­зал:

– На­шли уже мёрт­во­го то­го, ко­го ис­ка­ли; он дер­жит в ру­ке хар­тию и не от­да­ет нам.

Царь и пат­ри­арх, при­ка­зав при­го­то­вить дра­го­цен­ный одр, по­крыть его бо­га­ты­ми тка­ня­ми, вы­нес­ли чест­ное те­ло че­ло­ве­ка Бо­жия и бла­го­го­вей­но по­ло­жи­ли его на том од­ре. Пре­кло­нив по­том ко­ле­на, они, ло­бы­зая свя­щен­ные остан­ки, го­во­ри­ли к нему, как жи­во­му:

– Умо­ля­ем те­бя, раб Хри­стов, дай нам сию хар­тию, чтобы по на­чер­тан­но­му в ней мы мог­ли узнать, кто ты.

По­сле это­го па­па и царь бес­пре­пят­ствен­но взя­ли хар­тию из ру­ки свя­то­го и пе­ре­да­ли хар­ту­ла­рию ве­ли­кой церк­ви[12], Ае­тию, для про­чте­ния; при ве­ли­ком мол­ча­нии окру­жа­ю­щих он на­чал чи­тать ее. Ко­гда же он до­шел до ме­ста, где бы­ло на­пи­са­но о ро­ди­те­лях и неве­сте, – о перстне и по­я­се, пе­ре­дан­ных ей, то­гда узнал Ев­фи­ми­ан в по­чив­шем сы­на сво­е­го Алек­сия. Он упал ему на грудь и, об­ни­мая и це­луя его, го­во­рил с пла­чем:

– О го­ре мне, воз­люб­лен­ный сын мой! Что ты сде­лал с на­ми? За­чем та­кую скорбь при­чи­нил нам? Увы мне, сын мой! Столь­ко лет пре­бы­вая с на­ми и слы­ша плач ро­ди­те­лей тво­их, ты не от­крыл се­бя, не уте­шил нас, не смот­ря на ста­рость на­шу, в ве­ли­кой пе­ча­ли, вы­зван­ной то­бою. О го­ре мне! Сын мой, лю­бовь моя, уте­ше­ние ду­ши мо­ей, я не знаю, что мне те­перь де­лать, – опла­ки­вать ли смерть твою или ра­до­вать­ся об­ре­те­нию тво­е­му.

Так без­утеш­но ры­дал Ев­фи­ми­ан, тер­зая се­ди­ны свои.

Агла­и­да, слы­ша ры­да­ние му­жа и узнав, что умер­ший ни­щий есть её сын, от­кры­ла две­ри сво­е­го за­тво­ра; в разо­дран­ной одеж­де, устре­мив пол­ные слёз гла­за к небу и вы­ры­вая рас­пу­щен­ные во­ло­сы, она шла сре­ди тол­пы тес­нив­ше­го­ся на­ро­да, го­во­ря:

– Дай­те мне до­ро­гу, чтобы я мог­ла ви­деть на­деж­ду мою, – об­нять воз­люб­лен­но­го мо­е­го сы­на.

По­дой­дя к од­ру, она скло­ни­лась над те­лом сы­на сво­е­го, об­ни­ма­ла его и це­ло­ва­ла со сло­ва­ми:

– Увы мне, гос­по­дин мой! ча­до мое слад­кое, что ты сде­лал? за­чем до­ста­вил нам столь ве­ли­кую скорбь? Увы мне, свет очей мо­их! как ты не от­крыл­ся, столь­ко лет жи­вя с на­ми? как не сжа­лил­ся над на­ми, по­сто­ян­но слы­ша на­ши горь­кие о те­бе ры­да­ния?

Неве­ста, трид­цать че­ты­ре го­да про­жив­шая без же­ни­ха и но­сив­шая в знак пе­ча­ли чёр­ные одеж­ды, так­же па­ла на чест­ное те­ло; омо­чая его ру­чья­ми слез и с лю­бо­вью ло­бы­зая, она горь­ко и неутеш­но ры­да­ла, го­во­ря:

– Увы мне, го­ре мне!

Её ры­да­ние и скорб­ные жа­ло­бы воз­бу­ди­ли в при­сут­ство­вав­ших слё­зы, и пла­ка­ли все вме­сте с неве­стою и ма­те­рью.

Царь и па­па по­ве­ле­ли нести одр с чест­ным те­лом че­ло­ве­ка Бо­жия и по­ста­вить его сре­ди го­ро­да, чтобы все мог­ли ви­деть его и при­кос­нуть­ся к нему, и ко­гда это бы­ло ис­пол­не­но, ска­за­ли на­ро­ду:

– Вот мы на­шли то­го, ко­го ис­ка­ла ве­ра ва­ша.

И со­брал­ся весь Рим; все при­ка­са­лись к свя­то­му, ло­бы­зая его. Все недуж­ные ис­це­ля­лись: сле­пые по­лу­ча­ли зре­ние, про­ка­жен­ные очи­ща­лись, бе­сы по­ки­да­ли одер­жи­мых ими, сло­вом, – ка­кая бы ни бы­ла у ко­го бо­лезнь, каж­дый по­лу­чал со­вер­шен­ное ис­це­ле­ние от мо­щей угод­ни­ка Бо­жия. Ви­дя та­кие чу­де­са, царь и пат­ри­арх по­же­ла­ли са­ми нести одр в цер­ковь, чтобы при­ять бла­го­дать от при­кос­но­ве­ния к те­лу свя­то­го. Ро­ди­те­ли и неве­ста с пла­чем со­про­вож­да­ли их; на­ро­да же, стре­мив­ше­го­ся при­кос­нуть­ся к чест­но­му те­лу, со­бра­лось та­кое мно­же­ство, что от тес­но­ты невоз­мож­но бы­ло нести одр. Чтобы за­ста­вить на­род от­сту­пить и дать до­ро­гу к церк­ви, царь ве­лел бро­сать в тол­пу се­реб­ро и зо­ло­то, но ни­кто не об­ра­щал на это вни­ма­ния; все уси­лен­но же­ла­ли лишь ви­деть че­ло­ве­ка Бо­жия и при­кос­нуть­ся к нему. То­гда па­па об­ра­тил­ся с уве­ща­ни­ем к на­ро­ду, про­ся его от­сту­пить и обе­щая не пре­да­вать по­гре­бе­нию чест­ное те­ло до тех пор, по­ка все не об­ло­бы­за­ют его и не при­и­мут бла­го­да­ти чрез при­кос­но­ве­ния к нему. С тру­дом убеж­ден­ный на­род немно­го от­сту­пил и дал воз­мож­ность при­не­сти свя­тое те­ло в со­бор­ную цер­ковь, где оно сто­я­ло це­лую неде­лю, так что каж­дый же­ла­ю­щий мог ему по­кло­нить­ся; всю ту неде­лю при од­ре свя­то­го Алек­сия на­хо­ди­лись пла­чу­щие ро­ди­те­ли и неве­ста. Царь же при­ка­зал сде­лать гроб­ни­цу из мра­мо­ра, укра­сить ее зо­ло­том и изу­мру­да­ми, в ко­то­рую и по­ло­жи­ли че­ло­ве­ка Бо­жия; тот­час же от свя­то­го те­ла ис­тек­ло бла­го­вон­ное ми­ро, на­пол­нив­шее ра­ку; все по­ма­зы­ва­лись тем ми­ром во ис­це­ле­ние вся­ких бо­лез­ней, и по­греб­ли с че­стью чест­ные остан­ки[13] свя­то­го Алек­сия, сла­вя Бо­га.

Свя­той Алек­сий пре­ста­вил­ся в сем­на­дца­той день мар­та ме­ся­ца, в год от со­тво­ре­ние ми­ра 5919-й, от во­пло­ще­ния же Бо­га Сло­ва 411, ко­гда в Ри­ме цар­ство­вал при па­пе Ин­но­кен­тии Го­но­рий, а в Кон­стан­ти­но­по­ле Фе­о­до­сий Млад­ший и над все­ми ни­ми цар­ство­вал все­гда вла­ды­че­ству­ю­щий со От­цом и Свя­тым Ду­хом Гос­подь наш Иисус Хри­стос, Ему же сла­ва во ве­ки. Аминь.

О житии прп. Алексия, человека Божия

"Вл. Со­ло­вьёв го­во­рил, что в ис­то­рии ми­ра есть со­бы­тия та­ин­ствен­ные, но нет бес­смыс­лен­ных; точ­но так же и дей­ствия свя­тых мо­гут быть вы­со­ки и непо­нят­ны, но они не мо­гут про­ти­во­ре­чить смыс­лу хри­сти­ан­ства.

Рас­смот­рим в ка­че­стве ил­лю­стра­ции ска­зан­но­го очень по­пуляр­ное и лю­би­мое на Ру­си жи­тие преп. Алек­сия, че­ло­ве­ка Бо­жия (Че­тьи-Ми­неи, 17 мар­та). Алек­сий был сы­ном бо­га­тых и знат­ных рим­ских граж­дан, ко­то­рые по до­сти­же­нии им со­вер­шен­но­ле­тия на­шли ему до­стой­ную бла­го­род­ную неве­сту. В ночь по­сле свадь­бы он вру­чил су­пру­ге свое об­ру­чаль­ное коль­цо и ис­чез из до­му, при­няв на се­бя по­двиг ни­ще­ты. С ве­ли­кою скор­бью, не жа­лея средств, ро­ди­те­ли и же­на всю­ду разыс­ки­ва­ли его; через мно­го лет, ни­кем не узнан­ный, Алек­сий вер­нул­ся в Рим и стал жить под ви­дом ни­ще­го в ро­ди­тель­ском до­ме. Еже­днев­но со­зер­цал он стра­да­ния со­хра­нив­шей ему вер­ность и жду­щей его су­пру­ги и уби­ва­ю­щих­ся о по­те­ре сы­на ро­ди­те­лей. Лишь по­сле смер­ти пре­по­доб­но­го вы­яс­ни­лось, кем он был на са­мом де­ле.

На­до ска­зать, что жи­тие, осо­бен­но в пе­ре­ра­бот­ке свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го, на­пи­са­но ма­стер­ски: дей­стви­тель­но, пе­ре­жи­ва­ешь всю эту ис­то­рию, удив­ля­ешь­ся свое­об­ра­зию по­ступ­ков преп. Алек­сия, жа­ле­ешь его от­ца, мать, же­ну… Но да­вай­те от­стра­ним­ся от ав­то­ри­те­та цер­ков­ной кни­ги с на­зва­ни­ем “Жи­тия свя­тых” и спро­сим се­бя: ка­кое хри­сти­ан­ство явил на стра­ни­цах это­го жи­тия преп. Алек­сий? Очень свое­об­раз­ное: его по­двиг ос­но­вы­вал­ся на жиз­нен­ной дра­ме и ве­ли­ком го­ре близ­ких ему лю­дей. Ко­неч­но, та­кое мне­ние по от­но­ше­нию к свя­то­му ед­ва ли не ко­щун­ствен­но… но, к сча­стью, оно и не мо­жет быть от­не­се­но к нему. На­сто­я­щий пре­по­доб­ный Алек­сий та­ким не был – всё ска­зан­ное от­но­сит­ся к ли­те­ра­тур­но­му ге­рою с его име­нем. На са­мом де­ле всё бы­ло про­ще. В те вре­ме­на де­тей не спра­ши­ва­ли, хо­тят ли они же­нить­ся или нет: ро­ди­те­ли под­би­ра­ли нуж­ную с их точ­ки зре­ния пар­тию – и де­ти всту­па­ли в брак. Преп. Алек­сий, су­дя по все­му, в брак по ре­ли­ги­оз­ным со­об­ра­же­ни­ям всту­пать не хо­тел; не мог он и кон­флик­то­вать с ро­ди­те­ля­ми, и по­это­му ему оста­вал­ся един­ствен­ный вы­ход из си­ту­а­ции – бе­жать из до­му. Это он и сде­лал. Неве­сту свою он ни­ко­гда не ви­дел, до­мой ни­ко­гда не воз­вра­щал­ся, под­ви­за­ясь в мо­лит­ве и ни­ще­те при од­ном из хра­мов Эдес­сы; там и ото­шёл ко Гос­по­ду, а в Рим вер­нул­ся толь­ко мо­ща­ми, но во­все не при жиз­ни (Пра­во­слав­ная эн­цик­ло­пе­дия, т. 2, стр. 8). И – сра­зу всё вста­ёт на свои ме­ста. В со­вер­шен­стве ис­пол­нив за­по­ведь Хри­сто­ву: вся­кий, кто оста­вит до­мы, или бра­тьев, или се­стер, или от­ца, или мать, или же­ну, или де­тей, или зем­ли, ра­ди име­ни Мо­е­го, по­лу­чит во сто крат и на­сле­ду­ет жизнь веч­ную (Мф. 19:29), – пре­по­доб­ный при этом не свя­зал с со­бою несо­сто­яв­шим­ся бра­ком свою неве­сту, не ис­тя­зал се­бя стра­да­ни­я­ми сво­их ро­ди­те­лей. Лишь через 400 лет его жи­тие рас­цве­ти­лось по­дроб­но­стя­ми, над ко­то­ры­ми уми­ля­лись по­ко­ле­ния чи­та­те­лей, но ко­то­рые – (го­во­ря пря­мо) неправ­да, из­вра­ща­ю­щая смысл хри­сти­ан­ско­го по­дви­га, отяг­ча­е­мая вдо­ба­вок тем, что вы­да­ёт­ся она цер­ков­ной ли­те­ра­ту­рой за ру­ко­во­дя­щее свя­тых дей­ствие Бо­жие».

Про­бле­мы во­цер­ко­в­ле­ния – игу­мен Пётр (Ме­ще­ри­нов)

 

При­ме­ча­ния

[1] Рим, глав­ный го­род Рим­ско­го го­су­дар­ства, на­хо­дит­ся в Сред­ней Ита­лии, рас­по­ло­жен по обе­им бе­ре­гам ре­ки Тиб­ра при впа­де­нии её в мо­ре. По древ­не­му ска­за­нию, он был ос­но­ван Ро­му­лом (ум. 707 г.) на хол­ме Па­ла­ти­нс­ком в 753 г. до Р. Хр., по­том рас­про­стра­нил­ся на ше­сти со­сед­них хол­мах, от­че­го и на­зы­ва­ет­ся се­ми­холм­ным; ука­за­ние на эти семь хол­мов Ри­ма на­хо­дит­ся и в Апо­ка­лип­си­се (17:9). В на­ча­ле сво­ей ис­то­рии Рим пред­став­лял со­бою толь­ко груп­пы хи­жин, сде­лан­ных из гли­ны и по­кры­тых ка­мы­шом, но за­тем стал обо­га­щать­ся вслед­ствие удач­ных войн с со­сед­ни­ми на­ро­да­ми – са­би­ня­на­ми, вольска­ми, ла­ти­ня­на­ми, гал­ла­ми, этрус­ка­ми, ко­то­рые в 273 г. все бы­ли объ­еди­не­ны под вла­стью Ри­ма. То­гда рим­ляне на­ча­ли под­чи­нять се­бе на­ро­ды, жив­шие вне Ита­лии, и ско­ро Кар­фа­ген, Ма­ке­до­ния, Гре­ция, Ил­ли­рия и Азия, пе­ре­шед­шая к рим­ля­нам мир­ным пу­тем по за­ве­ща­нию пер­гам­ско­го ца­ря Ат­та­ла III в 132 г., сде­ла­лись про­вин­ци­я­ми Ри­ма. В 63 г. рим­ский пол­ко­во­дец Пом­пей всту­пил по­сле трех­ме­сяч­ной борь­бы в Иудею и за­нял Иеру­са­лим; с этих пор иудеи сде­ла­лись дан­ни­ка­ми Ри­ма и на­все­гда ли­ши­лась сво­ей сво­бо­ды и неза­ви­си­мо­сти. При Ав­гу­сте, пер­вом рим­ском им­пе­ра­то­ре, в 30-й год цар­ство­ва­ния ко­то­ро­го ро­дил­ся Гос­подь Иисус Хри­стос, под­чи­нял­ся Ри­му и Еги­пет. Та­ким об­ра­зом, пред при­ше­стви­ем Хри­ста Спа­си­те­ля Рим до­стиг мо­гу­ще­ства и сла­вы, вклю­чая в свою им­пе­рию по­чти все из­вест­ные то­гда на­ро­ды; бо­гат­ства со всех стран све­та сте­ка­лись в него; де­ла всех на­ро­дов ре­ша­лись в Рим­ском се­на­те. Но вре­мя мо­гу­ще­ства Ри­ма бы­ло на­ча­лом его па­де­ния. Бес­пре­стан­ные вой­ны разо­ря­ли и умень­ша­ли за­жи­точ­ные клас­сы рим­ских граж­дан, а бо­га­тые и знат­ные фа­ми­лии, ску­пая за бес­це­нок зем­ли ра­зо­рив­ших­ся се­мейств, еще бо­лее бо­га­те­ли; по­это­му на­се­ле­ние Ри­ма раз­де­ли­лось на два клас­са – бо­га­чей и бед­ных. В то вре­мя, как рос­кошь пер­вых до­хо­ди­ла по­чти до неве­ро­ят­ных раз­ме­ров, по­след­ние на­хо­ди­лись в ни­ще­те и угне­те­нии; це­лые со­сто­я­ния тра­ти­лись на один обед, а бед­ня­ки не име­ли кус­ка хле­ба. Со вре­ме­ни по­ко­ре­ния Гре­ции в Ри­ме ста­ли рас­про­стра­нять­ся фило­соф­ские уче­ния, под­ры­вав­шие на­род­ную ре­ли­гию, и неве­рие ши­ро­кой вол­ной раз­ли­лось сна­ча­ла сре­ди выс­ших, а по­том и низ­ших клас­сов: пред­ме­ты ре­ли­ги­оз­ных ве­ро­ва­ний от­кры­то вы­сме­и­ва­лись на сце­ни­че­ских пред­став­ле­ни­ях. Вме­сте с неве­ри­ем ста­ла рас­про­стра­нять­ся и без­нрав­ствен­ность; рас­пу­щен­ность, до­шед­шая до со­вер­ше­ния про­ти­во­есте­ствен­ных по­ро­ков (Римл. 1:26-27), за­ме­ни­ла со­бою преж­нюю чи­сто­ту и стро­гость нра­вов. И толь­ко воз­рож­да­ю­щая си­ла хри­сти­ан­ства спас­ла Рим от окон­ча­тель­ной по­ги­бе­ли. Хри­сти­ан­ство про­ник­ло в Рим очень ра­но. Уже им­пе­ра­тор Ти­ве­рий (14–37 г.), по пре­да­нию, слы­шал про­по­ведь о Хри­сте; при пре­ем­ни­ке его Клав­дии (41–54 г.) в Ри­ме бы­ли силь­ные раз­до­ры меж­ду хри­сти­а­на­ми из ев­ре­ев и иуде­я­ми. При Нероне (54–68 г.) бла­го­да­ря про­по­ве­ди ап. Пав­ла, про­дол­жав­шей­ся це­лых два го­да (Деян. 28:30), хри­сти­ане умно­жи­лись; в цар­ство­ва­ние вто­ро­го им­пе­ра­то­ра бы­ло пер­вое го­не­ние на хри­сти­ан, неспра­вед­ли­во об­ви­нен­ных в под­жо­ге Ри­ма: во вре­мя это­го го­не­ния при­ня­ли му­че­ни­че­скую кон­чи­ну свв. апп. Петр и Па­вел. Но го­не­ние не уни­что­жи­ло хри­сти­ан­ства: при До­ми­ци­ане (81–91 г.) оно про­ник­ло да­же в род им­пе­ра­то­ра – брат До­ме­ци­а­на Фла­вий Кли­мент был каз­нен за то, что был хри­сти­а­нин; в цар­ство­ва­ние это­го им­пе­ра­то­ра св. Иоанн Бо­го­слов был со­слан на ост­ров Пат­мос, где удо­сто­ил­ся от­кро­ве­ния о бу­ду­щих судь­бах ми­ра и Церк­ви (Апок. 1:9). Со вре­ме­ни Неро­на и До­ми­ци­а­на го­не­ние на хри­сти­ан воз­дви­га­лись вплоть до 313 г. Осо­бен­но силь­ны бы­ли они при им­пе­ра­то­ре Дио­кли­ти­ане (285–306 г.), по­ло­жив­шем на­ча­ло раз­де­ле­нию Рим­ской им­пе­рии; он из­брал се­бе в со­пра­ви­те­ли Мак­си­ми­на и раз­де­лял го­су­дар­ство меж­ду ним и со­бою, по­том каж­дый со­пра­ви­тель из­брал се­бе по по­мощ­ни­ку, так что им­пе­рия раз­де­ли­лась на че­ты­ре ча­сти. По от­ре­че­нии от дел прав­ле­ния Дио­кли­ти­а­на и Мак­си­ми­на управ­ле­ние пе­ре­шло к Кон­стан­цию Хло­ру и Га­ле­рию, пер­во­му на­сле­до­вал сын его Кон­стан­тин (306 г.), ко­то­рый и из­дал указ 313 г., доз­во­ляв­ший пе­ре­ход каж­до­му же­ла­ю­ще­му в хри­сти­ан­ство. Сде­лав­шись еди­но­дер­жав­ным (324 г.), он пе­ре­нес свое ме­сто­пре­бы­ва­ние на во­сток, в Ви­зан­тию, на­зван­ную впо­след­ствии Кон­стан­ти­но­по­лем. Здесь он окру­жил се­бя хри­сти­а­на­ми, ко­то­рых на­зна­чал на выс­шие го­судар­ствен­ные долж­но­сти; он уста­но­вил за­ко­ном празд­но­ва­ние вос­крес­но­го дня, стро­ил мно­го хра­мов; при его со­дей­ствии был со­звав Пер­вый Все­лен­ский Со­бор (326 г.). При им­пе­ра­то­ре Фе­о­до­сии Ве­ли­ком, вос­пре­тив­шем ука­зом 392 г. язы­че­ское бо­го­слу­же­ние, Рим­ская им­пе­рия окон­ча­тель­но раз­де­ли­лась на Во­сточ­ную и За­пад­ную (395 г.). Пер­вая па­ла под уда­ра­ми ту­рок в 1453 г. при Ма­го­ме­те II, а вто­рая, в со­став ко­то­рой вхо­ди­ли Ита­лия, Аф­ри­ка, Бри­та­ния в Ис­па­ния, в 476 г.; в 476 г. по­сле от­ре­че­ния от пре­сто­ла по­след­не­го рим­ско­го им­пе­ра­то­ра Ро­му­ла Ав­гу­ста над Ита­ли­ею во­ца­рил­ся пред­во­ди­тель ге­ру­лов Одо­акр.

[2] День у рим­лян, точ­но так же, как и ночь, раз­де­лял­ся на че­ты­ре ча­сти, на­зы­вав­ши­е­ся пер­вым, тре­тьим, ше­стым и де­вя­тым ча­са­ми. Под пер­вым ча­сом ра­зу­ме­лись на­ши седь­мой, вось­мой и де­вя­тый утра, под тре­тьим – де­ся­тый, один­на­дца­тый и две­на­дца­тый ча­сы, под ше­стым – пер­вый, вто­рой и тре­тий по­по­лу­дни, под де­вя­тым – чет­вер­тый, пя­тый и ше­стой по­по­лу­дни.

[3] От­ли­чи­ем пор­фир­ных ма­те­рий от дру­гих был их крас­ный цвет; крас­ка для них до­бы­ва­лась из осо­бо­го ро­да мор­ских во­до­рос­лей.

[4] Ла­оди­кия, древ­ний го­род ма­ло­азий­ской об­ла­сти Фри­гии на со­еди­не­нии рек Ли­ка и Га­ли­фа, был ос­но­ван Ан­тиохом II (261–246 г.) в честь сво­ей су­пру­ги Ла­оди­ки. Во вре­ме­на Хри­ста был чуть ли не пер­вым го­ро­дом Ма­лой Азии, так как ле­жал на тор­го­вом пу­ти, со­еди­няв­шем Во­сток и За­пад. На­ча­ло хри­сти­ан­ства здесь, ве­ро­ят­но, по­ло­же­но не са­мим ап. Пав­лом (Кол. 2:1), а учи­те­лем Ко­лос­ской церк­ви Епа­фра­сом (Кол. 1:7). Церк­ви Ла­оди­кий­ской ап. Па­вел на­пи­сал осо­бое По­сла­ние; она упо­ми­на­ет­ся и в Апо­ка­лип­си­се в чис­ле за­ме­ча­тель­ней­ших ма­ло­азий­ских церк­вей (3:14–22). В 360 г. в Ла­оди­кии был по­мест­ный со­бор, пра­ви­ла ко­то­ро­го (60) ка­са­тель­но по­ряд­ка бо­го­слу­же­ния, по­ве­де­ния кли­ра и ми­рян во­шли в цер­ков­ный ка­нон. В 1255 г. го­род был взят тур­ка­ми, а в 1402 г. раз­ру­шен Та­мер­ла­ном. Те­перь лишь од­ни раз­ва­ли­ны на невы­со­ком хол­ме близ опу­сто­шен­но­го се­ле­ния Эс­ки-Гис­са­ра го­во­рят о ко­гда-то быв­шем здесь древ­нем го­ро­де.

[5] Ме­со­по­та­мия, т. е. Меж­ду­ре­чье, древ­няя Сен­на­ар (Быт. 10:10), ме­сто рож­де­ния и жи­тель­ства Ав­ра­ама до вы­хо­да в зем­лю Хар­ран (Быт. 11:28; Деян. 7:2); Так на­зы­ва­ет­ся про­стран­ство, ле­жа­щее меж­ду ре­ка­ми Тиг­ром и Ев­фра­том, огра­ни­чен­ное на юге Пер­сид­ским за­ли­вом, на се­ве­ре го­ра­ми Ар­ме­нии. В бо­лее тес­ном смыс­ле Ме­со­по­та­ми­ей на­зы­ва­ет­ся се­вер­ная часть этой об­ла­сти, т. н. Эль-Дже­зир, то­гда как юж­ная часть об­ла­сти из­вест­на под име­нем Ва­ви­ло­нии, ны­неш­няя Ирак-Ара­би, т. е. древ­няя Ва­ви­ло­ния. В эпо­ху рим­лян стра­на раз­де­ля­лась на две ча­сти: Озро­е­на на за­па­де, пе­ре­шед­шая к Ри­му в 217 г. по Р. Хр. с глав­ным го­ро­дом Эдес­сой, и Ми­гдо­ния на во­сто­ке с глав­ным го­ро­дом Ни­зи­би­дой, за­во­е­ван­ной в 115 г. рим­ским им­пе­ра­то­ром Тра­я­ном. На­ча­ло хри­сти­ан­ства в Ме­со­по­та­мии по­ло­же­но спут­ни­ком ап. Ер­мы Иудою или Фад­де­ем – по пре­да­нию, од­ним из се­ми­де­ся­ти уче­ни­ков Гос­по­да Иису­са Хри­ста; Иуда ос­но­вал в Эдес­се цер­ковь. В окрест­но­стях Ни­зи­би­ды ро­дил­ся св. Еф­рем Си­рин (III–IV вв.); епи­скоп Ни­зи­бий­ский Фо­ма Вар­су­ма был рев­ност­ным по­бор­ни­ком несто­ри­ан­ской ере­си, учив­шей, что пре­веч­но рож­ден­ное от От­ца Сло­во Бо­жие толь­ко оби­та­ло в че­ло­ве­ке Иису­се, пре­бы­вая с Ним в осо­бом, нрав­ствен­ном со­еди­не­нии. В XI сто­ле­тии, при на­па­де­нии сель­д­жу­ков и ту­рок, Ме­со­по­та­мия скло­ни­лась к упад­ку и те­перь при­над­ле­жит Тур­ции; жи­те­ли – тур­ки, кур­ды, ара­бы, ар­мяне, си­рий­цы. Ме­со­по­та­мия име­ла весь­ма важ­ное ис­то­ри­че­ское зна­че­ние при ас­си­рий­ском и ва­ви­лон­ском вла­ды­че­стве.

[6] Эдес­са, ны­неш­няя Ур­фа, го­род на се­ве­ре Ме­со­по­та­мии на ре­ке Ев­фрат, с 137 г. до Р. Хр. глав­ный го­род вновь об­ра­зо­ван­но­го Озро­ен­ско­го или Эдес­ско­го го­су­дар­ства; в 217 г. по Р. Хр. пре­вра­ще­на рим­ля­на­ми в во­сточ­ную ко­ло­нию. В Эдес­се ра­но рас­про­стра­ни­лось хри­сти­ан­ство; в IV в. св. Еф­ре­мом Си­ри­ным здесь бы­ла ос­но­ва­на бо­го­слов­ская шко­ла, в V ве­ке скло­нив­ша­я­ся к несто­ри­ан­ству, в поль­зу ко­то­ро­го осо­бен­но мно­го дей­ство­вал учи­тель эдес­ской шко­лы, пре­сви­тер Ива. В 641 г. Эдес­са бы­ла по­ко­ре­на араб­ски­ми ка­ли­фа­ми; в 1098 г. ею овла­дел граф Бал­ду­ин, сде­лав­ший ее глав­ным го­ро­дом кня­же­ства Эдес­ско­го; в 1144 г. она по­ко­ре­на бы­ла тур­ка­ми и с это­го вре­ме­ни пе­ре­хо­ди­ла из рук в ру­ки, по­ка в 1637 г. окон­ча­тель­но не под­па­ла под власть Тур­ции.

[7] Неру­ко­тво­рен­ный об­раз Иису­са Хри­ста, или убрус с от­пе­ча­тав­шим­ся на нем Ли­ком Спа­си­те­ля, ко­то­рый Он по­слал кня­зю Эдес­ско­му Ав­га­рю для ис­це­ле­ния от глаз­ной бо­лез­ни. Неру­ко­тво­рен­ный об­раз хра­нил­ся в Эдес­се до 994 г., ко­гда был куп­лен им­пе­ра­то­ром Кон­стан­ти­ном Пор­фи­ро­род­ным и пе­ре­не­сен 16 ав­гу­ста в Кон­стан­ти­но­поль; от­сю­да он был по­хи­щен ве­не­ци­ан­ца­ми и уто­нул в Мра­мор­ном мо­ре. Празд­не­ство 16 ав­гу­ста.

[8] Ки­ли­кия, ма­ло­азий­ская об­ласть, ле­жа­щая на юго-во­сто­ке, сна­ча­ла под­па­ла под власть Ма­ке­до­нии, за­тем при­над­ле­жа­ла Пар­фян­ско­му и Ар­мян­ско­му цар­ству; в 68 г. до Р. Хр. луч­шая, во­сточ­ная часть её сде­ла­лась рим­ской про­вин­ци­ей; окон­ча­тель­но она по­ко­ре­на при Вес­па­си­ане (69–79 г.). – Апо­стол Па­вел был ро­дом из ки­ли­кий­ско­го глав­но­го го­ро­да Тар­са (Деян. 9:11), сю­да уда­лил­ся по сво­ем об­ра­ще­нии (Деян. 9:30) и, ко­неч­но, про­по­ве­до­вал здесь Еван­ге­лие; во вто­рое пу­те­ше­ствие апо­стол про­хо­дил Ки­ли­ки­ей, утвер­ждая ве­ру­ю­щих (Деян. 15:41). Те­перь Ки­ли­кия при­над­ле­жит Тур­ции.

[9] Руфь, ро­дом мо­ави­тян­ка, удо­сто­ив­ша­я­ся вой­ти в ро­до­слов­ную Да­ви­да как пра­ма­терь его (Руф. 4:17), и по­это­му в ро­до­слов­ную Са­мо­го Иису­са Хри­ста (Мф. 1:5); ис­то­рия её со­дер­жит­ся в св. кни­ге, но­ся­щей её имя.

[10] Это был па­па Ин­но­кен­тий I (402–417). Он бо­рол­ся с рас­ко­лом до­на­ти­стов, убе­див им­пе­ра­то­ра Го­но­рия из­дать про­тив них стро­гий за­кон, под­твер­дил со­бор­ное опре­де­ле­ние (416) про­тив ере­ти­ков пе­ла­ги­ан, от­ри­цав­ших необ­хо­ди­мость бла­го­да­ти для спа­се­ния; он пер­вый стал ос­но­вы­вать уче­ние о пер­вен­стве па­пы, ссы­ла­ясь на то, что они яв­ля­ют­ся пре­ем­ни­ка­ми ап. Пет­ра.

[11] Здесь ра­зу­ме­ет­ся Ар­ка­дий, во­сточ­но-рим­ский им­пе­ра­тор, сын Фе­о­до­сия Ве­ли­ко­го, по смер­ти от­ца (395 г.) по­лу­чил т. н. Во­сточ­ную им­пе­рию, то­гда как брат его Го­но­рий по­лу­чил За­пад­ную; ро­дил­ся в 377 г., ум. в 408. Во всё вре­мя его цар­ство­ва­ния го­су­дар­ством управ­ля­ли лю­ди, умев­шие под­чи­нить сво­е­му вли­я­нию сла­бо­ха­рак­тер­но­го им­пе­ра­то­ра. Так, в на­ча­ле его цар­ство­ва­ния го­су­дар­ством управ­лял Ру­фин, уве­ли­чив­ший и без то­го огром­ную тя­жесть на­ло­гов, умно­жив­ший чис­ло де­неж­ных штра­фов и тем на­вед­ший ужас на им­пе­рию. По смер­ти Ру­фи­на ме­сто его за­нял ев­нух Ев­тро­пий, убе­див­ший с це­лью соб­ствен­но­го обо­га­ще­ния им­пе­ра­то­ра из­дать стро­гий за­кон (397), ка­рав­ший смерт­ною каз­нью и от­ня­ти­ем иму­ще­ства за вся­кий злой умы­сел не толь­ко про­тив им­пе­ра­то­ра, но и выс­ших лиц. На­ко­нец, им­пе­ра­три­ца Ев­до­кия до­би­лась каз­ни Ев­тро­пия (399), и Ар­ка­дий под­чи­нил­ся все­це­ло сво­ей су­пру­ге, из­вест­ной сво­им враж­деб­ным от­но­ше­ни­ем к св. Иоан­ну Зла­то­усту, быв­ше­му то­гда Кон­стан­ти­но­поль­ским пат­ри­ар­хом. По ее на­сто­я­нию им­пе­ра­тор утвер­дил ре­ше­ние "со­бо­ра под ду­бом" (403) о низ­ло­же­нии Иоан­на Зла­то­уста и от­пра­вил его в ссыл­ку, но по­том воз­вра­тил, ис­пу­гав­шись на­род­но­го воз­му­ще­ния. В 404 го­ду при­ка­зал опять от­пра­вить в за­то­че­ние, сде­лав это, как и в пер­вый раз, под вли­я­ни­ем Ев­до­кии, оскор­бив­шей­ся на Иоан­на Зла­то­уста за его про­по­ве­ди, об­ли­чав­шие рос­кош­ную и без­нрав­ствен­ную жизнь дво­ра. При Ар­ка­дии мис­си­о­не­ры, снаб­жен­ные его гра­мо­та­ми, про­по­ве­до­ва­ли хри­сти­ан­ство по про­вин­ци­ям тем языч­ни­кам, ко­то­рые еще не об­ра­ти­лись ко Хри­сту. Го­но­рий, за­пад­но-рим­ский им­пе­ра­тор – брат им­пе­ра­то­ра Ар­ка­дия. В на­ча­ле его цар­ство­ва­ния во гла­ве управ­ле­ния сто­ял ум­ный по­ли­тик и зна­ме­ни­тый пол­ко­во­дец Стил­н­хон, не раз от­ра­жав­ший на­па­де­ния на им­пе­рию вестго­тов, ван­да­лов, све­вов, бур­гун­дов. По­сле его па­де­ния и каз­ни де­ла им­пе­рии по­шли к худ­ше­му. В 408 го­ду пред­во­ди­тель вестго­тов Ала­рих оса­дил Рим и за­ста­вил за­пла­тить тя­же­лую дань, а в 410 он овла­дел го­ро­дом и от­дал его на раз­граб­ле­ние вой­скам. По смер­ти Ала­ри­ха шу­рин его Ата­ульф за­клю­чил с Го­но­ри­ем мир, по­сле ко­то­ро­го вестго­ты уда­ли­лись за Аль­пы. При Го­но­рии был в 411 г. со­бор про­тив рас­коль­ни­ков до­на­ти­стов, от­де­лив­ших­ся от церк­ви за то, что она при­ни­ма­ла по­ка­яв­ших­ся от­ступ­ни­ков во вре­мя го­не­ний, по­то­му что, по их мне­нию, цер­ковь пе­ре­ста­ет быть свя­тою, ес­ли сре­ди ее чле­нов на­хо­дят­ся греш­ни­ки. По при­ка­за­нию Го­но­рия бы­ли раз­ру­ше­ны все остав­ши­е­ся язы­че­ские хра­мы, а са­ми языч­ни­ки бы­ли уда­ле­ны от го­судар­ствен­ных долж­но­стей.

[12] Хар­ту­ла­ри­я­ми на­зы­ва­лись управ­ля­ю­щие кан­це­ля­ри­ей, на­хо­дя­щей­ся при пат­ри­ар­хе.

[13] Те­ло его бы­ло по­гре­бе­но в церк­ви муч. Во­ни­фа­тия на го­ре Авен­тин­ской; оно бы­ло об­ре­те­но в 1216 г., и над ним по­стро­е­на ве­ли­ко­леп­ная цер­ковь.

Молитвы

Тропарь преподобного Алексия, человека Божия

глас 4

Возвысився на добродетель и ум очистив,/ к Желанному и Крайнему достигл еси,/ безстрастием же украсив житие твое,/ и пощение изрядное восприим совестию чистою,/ в молитвах яко безплотен пребывая,/ возсиял еси яко солнце в мире,/ преблаженне Алексие.

Кондак преподобного Алексия, человека Божия

глас 2

Дом родителей твоих, яко чужд, имев,/ водворился еси в нем нищеобразно/ и, по преставлении венец прием славы,/ дивен на земли явился еси, Алексие, человече Божий,// Ангелом и человеком радование.

показать все

Ин тропарь преподобного Алексия, человека Божия

глас 4

Яко чистоты светильник пресветел показася,/ дивный Алексие,/ ибо тленный чертог/ на нетленное Божие Царствие пременив,/ яко целомудрил делатель преизряден./ Сего ради предстоиши Господеви, всех Царю./ Егоже моли, даровати нам мир и велию милость.

Молитва преподобному Алексию, человеку Божию

О, великий Христов угодниче, святый человече Божий Алексие, душею на Небеси Престолу Господню предстояй, на земли же данною ти свыше благодатию различная совершаяй чудеса! Призри милостиво на предстоящия святей иконе твоей люди, умиленно молящияся и просящия от тебе помощи и заступления. Простри молитвенно ко Господу Богу честнии руце твои и испроси нам от Него оставление согрешений наших вольных и невольных, в недузех страждущим исцеление, напаствуемым заступление, скорбящим утешение, бедствующим скорую помощь, всем же, чтущим тя, мирную и христианскую живота кончину и добрый ответ на страшнем Суде Христове. Ей, угодниче Божий, не посрами упования нашего, еже на тя по Бозе и Богородице возлагаем, но буди нам помощник и покровитель во спасение, да, твоими молитвами получивше благодать и милость от Господа, прославим человеколюбие Отца и Сына и Святаго Духа, в Троице славимаго и покланяемаго Бога, и твое святое заступление, ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Каноны и Акафисты

Канон преподобному Алексию, человеку Божию

глас 2

Песнь 1

Ирмос: Во глубине постла иногда фараонитское всвоинство преоруженная сила, воплощшееся же Слово всезлобный грех потребило есть, препрославленный Господь славно бо прославися.

Теснейший шествовал еси путь, непорочное и преподобное житие, мудре, проходя от юности, темже мою тесноту разшири ума восхвалити тя, в райстей широте водворяяся, Алексие.

Тебе самаго весьма Богу возложив, блаженне, вне плоти и мира был еси, богатству текущу Небесное предпочел еси и пребывающее и обещанный град Сион вечнующий.

Ложесн ты матерних неплодие разрешил еси, рождся, якоже Самуил, пребогате, во чреве же сердца чистый зачен страх, родил еси дух спасения Божественных добродетелей верою.

Богородичен: Божий Собезначальный Сын име яко виновну Тя к нам, Дево, подобия, едину, паче всея твари, Чистая, чисту Тя обрет. Тем Тя поем, вси роди, и ублажаем.

Песнь 3

Ирмос: Процвела есть пустыня, яко крин, Господи, языческая неплодящая, Церковь пришествием Твоим, в нейже утвердися мое сердце.

Пронзаемь желанием чистоты, чертогом, иже на земли, Небесный пременил еси и жены любовию сладчайшее Ангельское подобие.

Молвы житейския и тяжесть богатства оставил еси и пресельник был отечества, блаженне Алексие, Христове нищете подобяся.

Слезами, и болезньми, и воздержанием, всемудре, благое взыскал еси, когда приидет свет разума, безстрастие дая сердцу твоему.

Богородичен: Горе невидимый Ангелом, Чистая, доле из Тебе раждаемь, зрится совершен Человек, погибающий мир обновляя.

Седален, глас 3.

Мира красоту, преподобне, оставил еси, пременив богатством текущим непроходимое яве и пребывающее, Алексие. Темже со всеми тя святыми славим и торжествуем светло в памяти твоей, просяще обрести молитвами твоими, блаженне, велию милость.

Слава, и ныне, Богородичен:

Недомысленно и непостижно есть, Владычице Богорадованная, еже соделанное о Тебе страшное Божие таинство, ибо Необыменнаго, заченши, родила еси, плотию обложена от пречистых кровей Твоих. Егоже всегда, Чистая, яко Сына Твоего моли спастися душам нашим.

 

Песнь 4

Ирмос: Пришел еси от Девы, не ходатай, ни Ангел, но Сам, Господи, воплощся, и спасл еси всего мя, человека. Тем зову Ти: слава силе Твоей, Господи.

Претерпел еси нищету, проситель быв, нищ, якоже Лазарь, желание бо Божественное утешаше, блаженне, сердце твое, пожелавшее богатства Небеснаго.

Безпечальнаго и тихаго жития возжелал еси, единощи ядый в седмице, Алексие, желанием ожидающаго тя не мимотекущаго, всеблаженне, наслаждения.

Храм Богу сердце ищай соделати, в дому возлюбил еси Богоматере, славне, всегда седети и Небесныя доброты созирати.

Богородичен: Воздоивши Дателя, Дево, млека, алчущее и утесняемое ныне сердце мое насыти всякаго разума и умиления Божественнаго, молю Тя.

Песнь 5

Ирмос: Ходатай Богу и человеком был еси, Христе Боже: Тобою бо, Владыко, к Светоначальнику Отцу Твоему, от нощи неведения приведение имамы.

Токи священными напаяя всегда слез твою душу, соделал еси клас, воистину сторичествующ, Делателю Безсмертному добре соблюдаемь.

Виден был еси на земли, житие Безплотных подражая, премногим твоим, отче, воздержанием, досточудне, и в молитвах прилежанием, имже, яко светом, просветился еси.

Огнем молитв греха попалил еси вещь, мудре, бденными же стояньми всякое сладострастие успил еси, уснув же, к сиянию преставился еси невечернему.

Богородичен: Иже, во Свете живый, во святое чрево Твое вселися, Чистая, мир, погибший тьмою неразумия, паки назидая, Егоже моли вся просветити, поющия Тя.

Песнь 6

Ирмос: В бездне греховней валяяся, неизследную милосердия Твоего призываю бездну: от тли, Боже, мя возведи.

Яко храм жив Божий, тя, бывша Христово селение, Неискусобрачная проявляет крыющася и прославляет утаитися тщащагося.

Молитвы твоя Богу, яко кадило, блаженне, приятны быша, отсюду житием твоим верных разумы облаговонил еси Духа благодатию.

Священным житием украшаема, паки Христос не хотяща, славне, тя отечеству дает, отбегающа славы привременныя.

Богородичен: Законы естества, Чистая Владычице, Зиждитель, новосоделавый создания, из Тебе неизреченно раждается и обожает мя безмерною милостию.

Кондак, глас 2

Дом родителей твоих, яко чужд, имев, водворился еси в нем нищеобразно и, по преставлении венец прием славы, дивен на земли явился еси, Алексие, человече Божий, Ангелом и человеком радование.

Икос

Житием и словесы украсился еси и Христову Церковь возвеличил еси твоим житием, отца и матерь, царя и люди торжествовати устроив, делы же соблюд, еже по образу Божию, Алексие преподобне, возсиял еси в мире твоим целомудрием. Темже благодать добродетелей твоих облиставает вся, верою празднующия, отче, память твою, явил бо ся еси Ангелом и человеком радование.

Песнь 7

Ирмос: Богопротивное веление беззаконнующаго мучителя высок пламень вознесло есть. Христос же простре Богочестивым отроком росу духовную, Сый благословен и препрославлен.

Претерпел еси, преподобне, пред родительными враты седя, и весьма непознаваемь, и от отрок ругания подъемля, и наругаемь люте, и нищетою многою оскорбляемь.

Плоти твоея мудрование умертвив, зря родители, и сими непознаваемь, естества покрывал еси нужду, преподобне, и презрение твоих неискусных отрок, оскорбляющих тя.

О, чудесе! Како пребыл еси, присно нищетствуя, в богатстве, Алексие, безмернаго смирения? Како претерпел еси ругания и укоризны от отрок, премудре, твоих, не ведевших жития твоего?

Богородичен: Великаго служительница Ты таинства была еси, Всенепорочная: Бога бо воплотила еси, великих зол нас избавльшаго, Тя величающия, Чистая Благословенная, Богорадованная.

Песнь 8

Ирмос: Пещь иногда огненная в Вавилоне действа разделяше, Божиим велением халдеи опаляющая, верныя же орошающая, поющия: благословите, вся дела Господня, Господа.

Неведом прежде родителем сый, во время отшествия твоего сим тайну открываеши, являемь в славу Бога нашего, славне, вельми тя и достойне прославльшаго.

Господь гласом велиим являет тя всему Риму, сокровенное сокровище, пребогате, в нищетне образе лежаща и дары врачеваний вся, верою к тебе приходящия, обогащающа.

Князи людстии, и царие снидошася, и священницы, блаженне, погребсти тя Божиим мановением и, видяще велие видение, дивишася чудесем, преподобне, яже творил еси Божественною силою Духа.

Богородичен: Истлевшия ны древле преступлением обновляя, Человеколюбец нетленно воплотися от нетленныя Твоея, Всенепорочная, утробы и избави всех греховныя тли, Богоневестная.

Песнь 9

Ирмос: Безначальна Родителя Сын, Бог и Господь, воплощся от Девы, нам явися, омраченная просветити, собрати расточенная, тем Всепетую Богородицу величаем.

Исцеления источил еси, ко гробу несом, Богу тя, блаженне, вельми славящу: свет бо невидящии видеша и глаголание прияша прежде суще немии, всеславне Алексие.

Виден был еси, предлежащ и к погребению несом, яко солнце, отче, испущая исцелений зари преславно, и темныя страсти отгоняя, и опаляя демоны, и просвещая Богомудрыя.

Прииде погребсти тя Патриархов первейший, царь же, вельми христолюбивейший, князи, старцы и юнии и монашествующих лицы, Божественным мановением освящающеся прикосновением твоим, блаженне.

Восхищен был еси, на колеснице добродетелей несом, и почиваеши, идеже преподобных чини, собор апостол и мучеников, патриархов и всех праведник, с нимиже нас помяни, почитающия тя, Алексие.

Богородичен: Глас Тебе приносим Гавриилов, Всенепорочная, радуйся, глаголюще, ниво неделанная; радуйся, клятвы разрешение; радуйся, источниче воды животныя, преподобных похвало, Богородице Приснодево.

Светилен

О, чудо: како во вратех родителей твоих, многолетне, якоже некий адамант, терпел еси, естества нуждею не преклонился, ни родителей же и супружницы, Алексие, горькими рыданьми.

Акафист преподобному Алексию, человеку Божию

Кондак 1

Избранный угодниче Христов, свыше нареченный человече Божий, святе Алексие, похвальное пение приносим ти, любовию чтущии твоя подвиги, терпение и многострадание, имиже Богу угодил еси и явился еси равноангелен на земли; ты же, яко имеяй дерзновение ко Господу, молитвами твоими от всяких нас бед свобождай, да зовем ти:

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Икос 1

Ангел земный и человек небесный был еси, Алексие блаженне, от младых бо лет жития твоего чистоту души и тела соблюл еси и Христу любовию усердною последовал еси, Егоже взыскуя, вся красная мира сего оставил еси и достигл еси совершенства духовнаго. Сего ради слышиши от нас сия достодолжныя тебе похвалы:

Радуйся, ветхаго Рима рождение; радуйся, безчадных родителей неплодия разрешение.

Радуйся, молитв усердных плод богодарованный; радуйся, от младенчества на богоугождение свыше предызбранный.

Радуйся, в страсе Божием добре воспитанный; радуйся, Закону Господню верно наученный.

Радуйся, о небесных паче, неже о земных, помышлявый; радуйся, самоотвержение чудное показавый.

Радуйся, чистоту девственную Христа ради непорочно сохранивый; радуйся, обручницу, красотою цветущую, Иисуса ради оставивый.

Радуйся, мудрый странниче, отечества горняго взыскавый; радуйся, Божий избранниче, вся прилоги мира, плоти и диавола победивый.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 2

Видев непостоянство красот мира сего, тлению причастных, Алексие богомудре, возлюбил еси блага нетленная вечная, Христом обетованная во Евангелии верным рабом Его; сего ради дом родителей твоих и все богатство их оставил еси, нищету же вольную избрал еси, да Христу угоден будеши и возможеши невозбранно пети Ему: Аллилуиа.

Икос 2

Разумел еси добре, Алексие блаженне, яко живя в мире, в супружестве и богатстве, неудобь обрящеши спасение; темже торжеству брачному приспевшу, ты брака внезапно уклонился еси, предпочитая в девственней чистоте Богу благоугождати. О сем дивимся и тебе зовем хвалебно:

Радуйся, Христов любителю, мрежею любве к миру сему неуловленный; радуйся, Иисусов последователю, плоти угождения избежавый.

Радуйся, высотою подвига твоего ангелы удививый; радуйся, крепостию произволения твоего демоны посрамивый.

Радуйся, град отечествия твоего оставивый, да Вышняго Града наследие обрящеши; радуйся, в путь далекий и многоскорбный потекий, да пути спасительнаго причастник будеши.

Радуйся, нищету самоизвольную себе усвоивый; радуйся, гладом и жаждею многажды томимый.

Радуйся, в молитвах деннонощных пребывавый; радуйся, слезами умиления лице твое орошавый.

Радуйся, терпения столпе непоколебимый; радуйся, веры адаманте крепкий.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 3

Силою Божиею укрепленный, путь далекий совершил еси и града Едеса достигл еси, Алексие достохвальне, в немже, яко един от нищих, пребывал еси в злострадании и нищете, ко храму Божию выну приметаяся и молитвы усердныя со многими слезами принося Христу, Царю и Богу, зовый: Аллилуиа.

Икос 3

Имел еси, святче Божий, небо покровом и землю одром упокоения, рубища же убогая одеянием многоподвижному твоему телу, зноем опаляему и мразом померзаему, емуже ни малаго угождения не попускал еси, да не возобладает плоть над духом твоим, любовию ко Господу пламеневшим. В таковем подвизе твоем едино утешение Христа имел еси, Иже и нам внушает вопити тебе:

Радуйся, от запада на восток пришедый взыскати Солнца Правды, Свет Невечерний; радуйся, Того во глубине твоего боголюбиваго сердца обретый.

Радуйся, светильниче Божественнаго сияния, мира концы озаривый; радуйся, твоими христопоследовательными стопами Едес освятивый.

Радуйся, правило веры истинныя; радуйся, образе нищеты духовныя.

Радуйся, в души твоей добродетели высокия возрастивый; радуйся, целомудрия сокровище драгое сохранивый.

Радуйся, Евангелия Христова добрый хранителю; радуйся, заповедей Иисусовых усердный исполнителю.

Радуйся, на земли небесно поживый; радуйся, Богу совершенно угодивый.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 4

Бурю страстей юношеских воздержанием укротил еси, святе Алексие, и постом сугубым увядил еси красоту лица твоего; темже возсия в души твоей нетленная красота благодатнаго безстрастия, благоугодная краснейшему паче сынов человеческих Христу, Емуже во умерщвленнем телеси сладце воспевал еси песнь хвалы и благодарения: Аллилуиа.

Икос 4

Слышав клирик церкве Едесския в видении глас от иконы Богоматере, человеком Божиим тя нарицающ, достойным Царствия Небеснаго, егоже молитва, яко кадило благовонное, восходит пред Лице Божие, и повелевающ ввести тя внутрь церкве от притвора, идеже нищетно пребывал еси, удивися зело таковей святости твоей, Алексие богоблаженне, и введ тя в церковь Господню, ублажаше тя звании сими:

Радуйся, Духа Святаго жилище, преукрашенное чистотою; радуйся, Божия благодати приятелище, сияющее добродетелей красотою.

Радуйся, Божия Матере словесы похваленный; радуйся, Царицею небесе и земли человеком Божиим наименованный.

Радуйся, имя новое и таинственное от Владычицы мира получивый; радуйся, смирением высокая стяжавый.

Радуйся, нищетою богатство нетленное снискавый; радуйся, почесть вышняго звания достойно восприявый.

Радуйся, молитв благоприятное кадило; радуйся, Царствия Горняго ревностный искателю.

Радуйся, в притворе церковнем дни и нощи молитвенно провождавый; радуйся, внутрь храма Божия повелением Богоматере честно введенный.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 5

Боготечней звезде уподобился еси, Алексие святе, егда избегая славы человеческия, от Едеса удалился еси во иныя страны, обаче Божиим Промыслом корабль, на немже плыл еси, ко отечественному твоему граду Риму принесеся. Ты же, познав в сем волю Господню тамо тебе подвизатися, притекл еси к дому родителей твоих, и, яко един от нищих, у врат его водворился еси, слезами омывая лице твое и вопия ко Господу: Аллилуиа.

Икос 5

Видев тя боголюбивый родитель твой, святе Алексие, странна и нища образом, милосердова о тебе и хижину малу повеле соорудити тебе у врат своего дома, в нейже питаше тя Христа ради, отнюд не познавая в тебе своего сына; ты же, нищетно в доме родительстем пребывая, всякую нужду странническую и поношение нищенское претерпел еси, подвизая ны благохвалити тя сице:

Радуйся, мужество великое показавый; радуйся, в терпении мнозем преуспевый.

Радуйся, в доме родителей твоих незнаемь пребывавый; радуйся, скорбь их о лишении твоем всегда созерцавый.

Радуйся, сетования отца твоего слышавый; радуйся, слезы матере твоея видевый.

Радуйся, плач обручницы твоея познавый; радуйся, сердце твое сими болезненно уязвливый.

Радуйся, поношения и укоризны от слуг родителей твоих незлобно восприявый; радуйся, биения и заушения от них молчаливо переносивый.

Радуйся, за обидевшия тя непрестанно Бога умолявый; радуйся, самоизволен мученик воистину бывый.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 6

Проповедник евангельския кротости был еси, святе Алексие, образом жития твоего многотерпеливаго всем показуяй, яко вся возможна человеку о укрепляющем Бозе, Егоже силою в немощней плоти великия подвиги совершил еси и многая страдания претерпел еси любве ради Христовы, достойно и праведно воспевая Пресвятей Троице серафимскую песнь: Аллилуиа.

Икос 6

Возсиял еси в древнем Риме необычайными подвиги твоими, Алексие блаженне, и сими озарил еси благодатно всю Церковь Христову: кто бо не умилится, слыша твое пачеестественное терпение и многая злострадания, в доме родителей твоих восприятая самоизвольно, и како, наследник сый того дома, от слуг его укоризны и раны преносил еси радостно. Сего ради приносим ти от усердия нашего сия песноглашения:

Радуйся, великий угодниче Христов, в мире премирно поживый; радуйся, равноангельный слуго Господень, многоболезненно жизнь твою препроводивый.

Радуйся, безчестие в славу себе вменивый; радуйся, раны на теле твоем терпеливо носивый.

Радуйся, ланиты твоя от заушений не уклонивый; радуйся, плещи твоя на ударения предавый.

Радуйся, оплевания христоподражательно принимавый; радуйся, молчанием на укоризны отвещавый.

Радуйся, во Христе утешение едино обретавый; радуйся, воспоминанием крестных страданий Иисусовых скорби твоя услаждавый.

Радуйся, великодушный многострадальче; радуйся, добропобедный подвижниче.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 7

Хотение едино имел еси, человече Божий, еже благоугождати Богу; темже вся временная в уметы вменил еси и, наследник многаго богатства быв, сие оставил еси, нищ и странен пребывая, в родительстем доме непознаваем и зело уничижаем, присно воздыхая ко Господу и слезно моляся, да сподобит тя в стране блаженства вечнаго пети Ему со святыми: Аллилуиа.

Икос 7

Ново и необычайно течение совершил еси жития твоего, святе Алексие, среди мира чуждо мирских пристрастий и всякия скверны греховныя; темже приял еси в души твоей боговедения дар совершен и был еси одушевленный храм Трисияннаго Божества, в немже Христос со Отцем и Духом обитель Себе сотвори, нас же научи звати тебе:

Радуйся, ангелов подобниче и человеков красото; радуйся, ризу душевную девства чистотою убеливый.

Радуйся, в радость Господа твоего вшедый; радуйся, добровольною нищетою превозвышенный.

Радуйся, терпением твоим с многострадальным Иовом сравнивыйся; радуйся, уничижением твоим евангельскому Лазарю подражавый.

Радуйся, болезньми многими здравие души стяжавый; радуйся, страданьми неисчетными Царствие Христово приобретый.

Радуйся, ветхаго Рима благодатное обновление; радуйся, Церкве Христовы Божественное удобрение.

Радуйся, обетований Иисусовых наследниче; радуйся, Пресвятыя Троицы таинниче.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 8

Странник и пришлец был еси во граде отечествия твоего, святе, выну взыскуя Вышняго Града, Иерусалима Небеснаго; егдаже приспе время отшествия твоего к Богу, ты на хартии тайну жития твоего начертал еси, в познание твоим родителем, и неослабно пребывал еси в подвизех поста и молитвы, приуготовлялся ко исходу умиленным пением Богу: Аллилуиа.

Икос 8

Весь в Бозе быв, Алексие святе, молитве бывшей на устах твоих, предал еси праведную душу твою в руце Божии мирно и безмятежно, яко уснул еси; смерть бо тебе воистину упокоение бысть от страданий и подвигов непрестанных и прехождение от худшаго на лучшее. О таковем блаженнем успении твоем мы, радующеся, сия прикладныя тебе приносим глаголы:

Радуйся, святче Божий, свято и праведно жизнь земную совершивый; радуйся, во благоухании святыни сном смертным опочивый.

Радуйся, на лоно Авраама ангелы несенный; радуйся, пением неземным от святых Небожителей встреченный.

Радуйся, венцем безсмертныя жизни от Господа увенчанный; радуйся, во обители райския со славою восприятый.

Радуйся, Пресветлое Лице Владыки Христа выну созерцаяй; радуйся, Пресвятей Троице Трисвятую песнь немолчно возглашаяй.

Радуйся, Создателя горних и дольних молитвами твоими умилостивляяй; радуйся, весь мир христианский предстательством твоим объемляй.

Радуйся, ангелов и человеков радование; радуйся, почитающим святую память твою верный ходатаю.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 9

Вси людие римстии в трепет приидоша, слышавше глас в соборней церкви града своего, во время Божественныя Литургии свыше от олтаря глаголющ и повелевающ поискати тя, человече Божий, да молитв твоих сподобятся. Темже во удивлении и ужасе бывше, молитвенно возопиша они ко Господу, да явит им тебе, Своего избранника, зовуще дивному во святых Своих Владыце: Аллилуиа.

Икос 9

Витийство человеческое не довлеет к похвалению тебе, святе Алексие, свыше похваленному Гласом Божественным, Егоже извещением людие римстии обретоша тя, мертва лежаща на одре, с хартиею на лице, еже сияше солнцеподобными лучами, и благоухание велие исхождаше от многоподвижнаго твоего телесе. Темже обретением твоим обрадовани, царь, святитель и весь народ возгласиша тебе:

Радуйся, светлая луче Трисолнечнаго Света, оживляющаго весь мир; радуйся, деннице, возшедшая просвещати Церковь Христову многими чудесы.

Радуйся, святости и чистоты крине благоуханный; радуйся, дарований Божественных сокровище.

Радуйся, родителем твоим хартиею себе явивый; радуйся, плач их горестный на сладостный преложивый.

Радуйся, седины отца твоего прославлением твоим прославивый; радуйся, слезы матере твоея благодатно вознаградивый.

Радуйся, честную обручницу твою, верность тебе сохраньшую, духовно утешивый; радуйся, весь народ римский обретением твоим зело возвеселивый.

Радуйся, исцеления чудесная от святых мощей твоих обильно источивый; радуйся, на небеси и на земли почесть посмертную достойно восприявый.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 10

Спастися хотящим пример благий житие твое, святе Алексие, имже вся ны поучаеши отрешатися сует мира, искати же едино на потребу, еже есть богоугождение. Помози убо нам, человече Божий, в сем тебе подражати, укрепи немощное произволение наше, вдохни в нас мужество душевное, украси нас добродетельми и яви быти наследники Царствия Небеснаго, да с тобою на земли живых воспоем Создателю нашему: Аллилуиа.

Икос 10

Царя Небеснаго Христа верный последователь был еси, Алексие блаженне, егоже Страшному Престолу ныне предстоиши во славе небесней, о нейже мы, земнии и перстнии, ниже помыслити можем; обаче любовию усердною к тебе понуждаеми, мысленно созерцаем тя, горе за ны молящагося пред лицем Божиим, и бренными усты возсылаем ти пение таковое:

Радуйся, верно чтущим тя скорый помощниче; радуйся, молитвенно призывающих тя усердный заступниче.

Радуйся, праведниче Господень, Егоже Правда возсия немерцаемо; радуйся, соль земли, яже никогдаже обуяет.

Радуйся, добрыми делы твоими Бога прославивый и человеки удививый; радуйся, житием твоим ангелы возвеселивый и духи тьмы посрамивый.

Радуйся, Горняго Мира украшение; радуйся, дольняго мира защищение.

Радуйся, Рима славо и похвало; радуйся, христианскаго рода возвышение.

Радуйся, в чудесех просиявый; радуйся, в милостех неистощимый.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 11

Пение надгробное со славою тебе сотвориша, святе Алексие, царь, святитель и весь народ римский, родителем твоим и обручнице твоей, возследующим честному твоему гробу, несенному благолепно в соборную церковь, от негоже чудес множество источил еси: слепии прозираху, разслабленнии укрепляхуся, недужнии здрави бываху прикосновением к мощем твоим святым, воеже всем видящим таковая возглашати Богу: Аллилуиа.

Икос 11

Светло и радостно бысть погребение твое, человече Божий, светел бо лицем возлежал еси во гробе и благоухание сладостное испущал еси от нетленнаго твоего телесе, сими знаменуя светлость немерцающую святыя твоея души, в воню благоухания Христова притекшия и мира Божественнаго преисполненныя, от еяже полноты и в наша души подаждь даяние благодатное, да со утешением духовным тебе возопием:

Радуйся, свеще неугасимая, в молитвах к Богу горе возжженная; радуйся, лампадо златая, елеем милости долу живущих умащающая.

Радуйся, алавастре драгий, миро целебное болящим источаяй; радуйся, реко многоводная чудес.

Радуйся, иночествующим наставниче добраго подвига; радуйся, в мире живущим образе богоугождения.

Радуйся, зерцало чистое праведнаго жития; радуйся, пристанище благоотишное по Бозе упование на тя возложивших.

Радуйся, врагов невидимых крепкий противоборче; радуйся, ищущим спасения душевнаго благий споспешниче.

Радуйся, от небесных высот к земнородным милостивно приникаяй; радуйся, чтущих тя прошения скоро исполняяй.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 12

Благодать и милость испроси нам у Христа, Царя и Бога нашего, Алексие достохвальне; вемы бо, яко много может молитва твоя пред Лицем Его, и благоуветливо преклоняется Он к молению твоему. Темже усердно к тебе прибегаем и смиренно просим: окорми нас предстательством твоим в тихое пристанище Христово и сподоби наслаждатися нетленныя радости святых, немолчно вопиющих славословия песнь Триединому Богу: Аллилуиа.

Икос 12

Поюще подвиги многострадальнаго и предивнаго жития твоего, человече Божий, хвалим, славим и ублажаем тя усердною любовию, яко небеснаго многомощнаго предстателя нашего; ты же, святе, данною ти свыше благодатию нас, грешных и мрачных, освяти, просвети и настави вопити тебе неосужденно:

Радуйся, Востока незаходимаго присносияющая заре; радуйся, вселенную твоими чудесы исполнивый.

Радуйся, мощами твоими преславно чудотворяй; радуйся, образми подобия твоего предивная совершаяй.

Радуйся, болящих безмездный врачу; радуйся, скорбящих благий утешителю.

Радуйся, унывающих благодатное ободрение; радуйся, изнемогающих внезапное укрепление.

Радуйся, бедствующим на помощь ускоряяй; радуйся, от жития отходящим заступление твое многомощное являяй.

Радуйся, радости духовныя боголюбивым душам подателю; радуйся, благ временных и вечных усердный нам у Господа просителю.

Радуйся, человече Божий Алексие, молитвенниче о душах наших.

Кондак 13

О святый и богопрославленный человече Божий Алексие! Тебе, горе за ны молящемуся пред Престолом Господа Славы, мы грешнии, долу живущии, сие малое приносим пение, молимся от всея души и от всего помышления: молитвами твоими испроси нам у Христа Бога прощение согрешений и по кончине нашея жизни приятие в блаженныя обители Небеснаго Царствия, да с тобою во веки поем Ему: Аллилуиа.

Этот кондак читается трижды, затем икос 1-й «Ангел земный...» и кондак 1-й «Избранный угодниче Христов...».

Молитва

О, великий Христов угодниче, святый человече Божий Алексие, душею на Небеси Престолу Господню предстояй, на земли же данною ти свыше благодатию различная совершаяй чудеса! Призри милостиво на предстоящия святей иконе твоей люди, умиленно молящияся и просящия от тебе помощи и заступления. Простри молитвенно ко Господу Богу честнии руце твои и испроси нам от Него оставление согрешений наших вольных и невольных, в недузех страждущим исцеление, напаствуемым заступление, скорбящим утешение, бедствующим скорую помощь, всем же, чтущим тя, мирную и христианскую живота кончину и добрый ответ на страшнем Суде Христове. Ей, угодниче Божий, не посрами упования нашего, еже на тя по Бозе и Богородице возлагаем, но буди нам помощник и покровитель во спасение, да, твоими молитвами получивше благодать и милость от Господа, прославим человеколюбие Отца и Сына и Святаго Духа, в Троице славимаго и покланяемаго Бога, и твое святое заступление, ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.