- Невероятное для многих, но истинное происшествие(1)
- I
- II
- III
- IV
- V
- VI
- VII
- VIII
- IХ
- Х
- ХI
- ХII
- ХIII
- ХIV
- ХV
- ХVI
- ХVII
- XVIII
- ХIХ
- ХХ
- ХХI
- ХХII
- ХХIII
- ХХIV
- ХХV
- ХХVI
- ХХVII
- ХХVIII
- ХХIХ
- ХХХ
- ХХХI
- Возвращение из мертвых в современной Греции
- Мытарства. Рукопись из архива монахини Сергии
- Свидетельство умерших о бессмертии души и загробной жизни
- Посмертное явление священника
- Свидетельство генерала С. С. Апраксина о явлениях умершего друга
- Свидетельство афонского подвижника
- Поучительное видение
- О безропотном перенесении скорбей. Свидетельство старца Макария Оптинского
- Ожившая покойница
- Предсмертное видение и мирная кончина православного христианина
- О тайне спасения. Откровение старицы
- Нерадивый инок по смерти был ввергнут в огненную реку
- Беспечность
- Вор
- Грех
- Во искупление греха…
- О нарушившем устав монастыря
- Искусительница
- О приготовлении к смерти
- Ад. Беседа преподобного Макария с черепом о вечных муках
- Из собеседований святого Григория Двоеслова
- Житие преподобного Василия Нового и видение Григория, ученика его, о мытарствах преподобной Феодоры(28)
- Чудное видение Григория, ученика преподобного Василия
- Страшный Суд Божий. Разделение праведных и грешных
- Святитель Игнатий (Брянчанинов). Слово о смерти(31)
ХХVI
Доктор между тем продолжал:
– И вы помните, что это ведь не после какого-нибудь обморока, а после полуторасуточной летаргии! Можете судить о силе этой работы по тому, что вы представляли собой замороженную кочерыжку, а спустя всего какие-нибудь пятнадцать-двадцать минут ваши члены получили уже гибкость, а к часу согрелись даже и конечности. Ведь это невероятно, баснословно! И вот, когда я рассказываю, мне отказываются верить.
– А знаете, доктор, почему это случилось так необычайно? – сказал я.
– Почему?
– Вы, по вашим медицинским понятиям, под определением летаргии понимаете нечто сходное с обмороком?
– Да, только в наивысшей степени…
– Ну, тогда, стало быть, со мною была не летаргия.
– А что же?
– Я, стало быть, действительно умирал и вернулся к жизни. Если бы здесь было только ослабление жизнедеятельности в организме, то тогда бы она, конечно, восстановилась без подобной «буль-версии», а так как телу моему надлежало экстренно приготовиться к принятию души, то и работать все органы должны были тоже экстраординарно.
Доктор с секунду слушал меня внимательно, а затем лицо его приняло равнодушное выражение.
– Да вы шутите; а для нас, медиков, это крайне интересный случай.
– Могу вас уверить, что я и не думаю шутить. Я сам несомненно верю тому, что говорю, и хотел бы даже, чтоб и вы поверили… ну, хотя бы для того, чтобы серьезно исследовать такое исключительное явление. Вы говорите, что я ничего не мог видеть, а хотите – я вам нарисую всю обстановку мертвецкой, в которой я живым никогда не был, хотите – расскажу, где кто из вас стоял и что делал в момент моей смерти и вслед за тем?
Доктор заинтересовался моими словами, и, когда я рассказал и напомнил ему, как все было, он с видом человека сбитого с толку промычал:
– Н-да, странно. Какое-то ясновидение…
– Ну, доктор, это уж совсем что-то не вяжется: состояние замороженного судака – и ясновидение!
Но верх изумления вызвал в нем мой рассказ о том состоянии, в котором находился я в первое время после разъединения моей души с телом, о том, как я видел все, видел, что они хлопочут над моим телом, которое по его бесчувствию имело для меня значение сброшенной одежды, как мне хотелось дотронуться, толкнуть кого-нибудь, чтобы привлечь внимание к себе, и как ставший слишком плотным для меня воздух не допускал моего соприкосновения с окружавшими меня предметами.
Все это он слушал, чуть не буквально разинув рот и сделав большие глаза, и, едва кончил я, он поспешил проститься со мной и ушел, вероятно спеша поделиться с другими столь интересным повествованием.
