Дни памяти:

3 июля

6 июля – Собор Владимирских святых

Житие

Краткое житие благоверного князя Глеба Владимирского

Свя­той бла­го­вер­ный князь Глеб Вла­ди­мир­ский, в Свя­том Кре­ще­нии Ге­ор­гий, был млад­шим сы­ном свя­то­го бла­го­вер­но­го кня­зя Ан­дрея Бо­го­люб­ско­го (па­мять 4 июля). Под вли­я­ни­ем бла­го­че­сти­вых ро­ди­те­лей он вы­рос глу­бо­ко ве­ру­ю­щим и с две­на­дца­ти­лет­не­го воз­рас­та про­во­дил уеди­нен­ную ду­хов­ную жизнь. Ро­ди­те­ли не пре­пят­ство­ва­ли сы­ну и да­же со­дей­ство­ва­ли ему в ду­хов­ном воз­рас­та­нии. Свя­той князь осо­бен­но лю­бил чте­ние свя­тых книг, по­чи­тал свя­щен­но­слу­жи­те­лей и был ми­ло­стив ко всем. Несмот­ря на юный воз­раст, он из­брал для се­бя по­двиг стро­го­го по­ста и мо­лит­вен­но­го бде­ния. Скон­чал­ся бла­го­вер­ный князь Глеб в 1174 го­ду, в де­вят­на­дца­ти­лет­нем воз­расте.

Его нетлен­ные мо­щи со­хра­ни­лись и про­сла­ви­лись чу­де­са­ми. В 1238 го­ду, во вре­мя на­ше­ствия Ба­тыя на Рус­скую зем­лю, та­та­ры по­до­жгли со­бор во Вла­ди­ми­ре. В этом по­жа­ре сго­ре­ли епи­скоп Мит­ро­фан, ве­ли­кая кня­ги­ня Ага­фия, су­пру­га ве­ли­ко­го кня­зя Ге­ор­гия Все­во­ло­до­ви­ча († 1238), и мно­же­ство жи­те­лей Вла­ди­ми­ра, за­крыв­ших­ся в со­бор­ном хра­ме. Од­на­ко огонь да­же не кос­нул­ся гроб­ни­цы бла­го­вер­но­го кня­зя Гле­ба. В июле 1410 го­да на Вла­ди­мир на­па­ли та­та­ры. Раз­гра­бив го­род, они ста­ли рас­хи­щать цер­ков­ные со­кро­ви­ща со­бо­ра, убив со­бор­но­го клю­ча­ря Пат­ри­кия. По­ла­гая, что в гроб­ни­це спря­та­ны со­кро­ви­ща, они хо­те­ли раз­ло­мать ее. Как толь­ко та­та­ры кос­ну­лись ка­мен­но­го гро­ба свя­то­го бла­го­вер­но­го кня­зя Гле­ба, из него вы­шло пла­мя, и та­та­ры в стра­хе по­ки­ну­ли го­род.

По мо­лит­вам свя­то­го кня­зя был спа­сен го­род от на­ше­ствия поль­ско-ли­тов­ских за­хват­чи­ков в 1613 го­ду.

Празд­но­ва­ние бла­го­вер­но­му кня­зю Гле­бу уста­нов­ле­но в 1702 го­ду, в том же го­ду бы­ла на­пи­са­на служ­ба, несколь­ко поз­же – жи­тие. Мо­щи по­чи­ва­ют в Успен­ском со­бо­ре во Вла­ди­ми­ре. В 1774 го­ду юж­ный при­дел со­бо­ра был освя­щен в честь его име­ни. Бла­го­вер­ный князь Глеб по­чи­та­ет­ся как осо­бый по­кро­ви­тель и за­щит­ник го­ро­да Вла­ди­ми­ра.

Полное житие благоверного князя Глеба Владимирского

Бла­го­вер­ный князь Глеб, во Свя­том Кре­ще­нии Ге­ор­гий, сын бла­го­вер­но­го кня­зя Ан­дрея Бо­го­люб­ско­го (па­мять 4/17 июля), ро­дил­ся во Вла­ди­ми­ре в 1155 го­ду. Свя­той Глеб – жи­вой при­мер то­му, как мно­го зна­чит доб­рая жизнь ро­ди­те­лей для судь­бы де­тей.

Жизнь кня­зя Ан­дрея во Вла­ди­ми­ре бы­ла по­свя­ще­на пре­иму­ще­ствен­но де­лам бла­го­че­стия: стро­е­нию хра­мов и мо­на­сты­рей, де­лам бла­го­тво­ри­тель­но­сти и мо­лит­вам. И под вли­я­ни­ем при­ме­ра и на­став­ле­ний бла­го­че­сти­вых ро­ди­те­лей Глеб вы­рос глу­бо­ко ве­ру­ю­щим и с две­на­дца­ти­лет­не­го воз­рас­та про­во­дил уеди­нен­ную ду­хов­ную жизнь. Ро­ди­те­ли не пре­пят­ство­ва­ли сы­ну и да­же со­дей­ство­ва­ли ему в ду­хов­ном воз­рас­та­нии. Жизнь его по­свя­ща­лась бла­го­че­стию, а не гре­ху; страх Бо­жий рас­по­ла­гал мыс­ля­ми, чув­ства­ми, же­ла­ни­я­ми и по­ступ­ка­ми его; мо­лит­ва низ­во­ди­ла на него бла­го­дать небес­ную, ту­шив­шую стра­сти юно­сти. Свя­той князь осо­бен­но лю­бил чте­ние свя­тых книг, по­чи­тал свя­щен­но­слу­жи­те­лей и был ми­ло­стив ко всем; несмот­ря на юный воз­раст, он из­брал для се­бя по­двиг стро­го­го по­ста и мо­лит­вен­но­го бде­ния. Жизнь кня­зя Гле­ба про­дол­жа­лась недол­го: чи­стый, непо­роч­ный князь бла­жен­но по­чил 20 июня 1175 го­да в 19-лет­нем воз­расте.

У мо­щей свя­то­го, ко­то­рых не кос­ну­лось тле­ние, неод­но­крат­но со­вер­ша­лись чу­де­са. Во вре­мя мон­го­ло-та­тар­ско­го на­ше­ствия на Рус­скую зем­лю в 1238 го­ду, ко­гда в оса­жден­ный Вла­ди­мир во­рва­лись во­и­ны ха­на Ба­тыя, они по­до­жгли ка­фед­раль­ный со­бор Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. В этом по­жа­ре сго­ре­ли епи­скоп Мит­ро­фан, ве­ли­кая кня­ги­ня Ага­фия, су­пру­га ве­ли­ко­го кня­зя Ге­ор­гия Все­во­ло­до­ви­ча († 1238), и мно­же­ство жи­те­лей Вла­ди­ми­ра, за­крыв­ших­ся в со­бор­ном хра­ме. Од­на­ко огонь не кос­нул­ся гроб­ни­цы бла­го­вер­но­го кня­зя Гле­ба, че­му ди­ви­лись да­же непри­ятель­ские во­и­ны.

Со­бор­ные ле­то­пи­си со­об­ща­ют еще о двух зна­ме­ни­ях, про­сла­вив­ших имя свя­то­го. В 1410 го­ду на Вла­ди­мир неожи­дан­но на­па­ло та­тар­ское вой­ско, дей­ство­вав­шее сов­мест­но с от­ря­дом ни­же­го­род­ско­го во­е­во­ды Ка­ра­мы­ше­ва. Успен­ский со­бор был раз­граб­лен, но со­кро­ви­ща риз­ни­цы успел спря­тать клю­чарь Пат­ри­кий, за что был под­верг­нут ис­тя­за­ни­ям и при­нял му­че­ни­че­ский ве­нец. Один из во­и­нов в по­ис­ке спря­тан­ных со­кро­вищ под­нял крыш­ку гроб­ни­цы бла­го­вер­но­го кня­зя, но в это же мгно­ве­ние из нее вы­шел огонь. Это так устра­ши­ло та­тар, что они тот­час по­ки­ну­ли храм.

В 1608 го­ду ля­хи де­ла­ли два-три ра­за на­па­де­ния на Вла­ди­мир, по­чти без­за­щит­ный, но взять не мог­ли. Во вре­мя этой оса­ды в са­мую пол­ночь сто­ро­жа со­бо­ра за­ме­ти­ли в со­бо­ре ка­кое-то осве­ще­ние и да­ли знать о том по­но­ма­рю Ге­ра­си­му. Он, от­во­рив дверь, уви­дел свет, а у гроб­ни­цы кня­зя кто-то си­дел и ему, ис­пу­ган­но­му, ска­зал: «Не бой­ся, я не при­ви­де­ние. Гос­подь не пре­даст се­го го­ро­да в ру­ки вра­гов. Мы хра­ним его и мо­лим за него Гос­по­да и Пре­чи­стую Ма­терь Его. Иди и ска­жи про­то­и­е­рею и при­чту, что ска­зал я те­бе, я ле­жу в этом гро­бе». Ге­ра­сим от стра­ха ед­ва при­шел в се­бя. И рас­ска­зал о всем про­то­и­е­рею и всем на­сто­я­те­лям оби­те­лей. В эту же ночь ля­хи уда­ли­лись от Вла­ди­ми­ра, го­ни­мые стра­хом.

О мест­ном по­чи­та­нии свя­то­го Гле­ба сви­де­тель­ству­ет опи­са­ние Успен­ско­го со­бо­ра, от­но­ся­ще­е­ся к XVII ве­ку. Об­ще­рос­сий­ская ка­но­ни­за­ция бла­го­вер­но­го кня­зя бы­ла со­вер­ше­на 30 но­яб­ря 1702 го­да, вме­сте с осви­де­тель­ство­ва­ни­ем его мо­щей, вско­ре бы­ла со­став­ле­на служ­ба свя­то­му, а несколь­ко поз­же на­пи­са­но его жи­тие. В 1774 го­ду юж­ный при­дел Успен­ско­го со­бо­ра был тор­же­ствен­но освя­щен во имя бла­го­вер­но­го кня­зя.

Мо­щи свя­то­го Гле­ба со­хра­ня­ют­ся ныне в ка­фед­раль­ном Успен­ском со­бо­ре Вла­ди­ми­ра как ве­ли­кая свя­ты­ня, а сам князь по­чи­та­ет­ся по­кро­ви­те­лем го­ро­да.

К из­ло­жен­но­му жи­тию свя­то­го кня­зя Гле­ба не лиш­ним при­ба­вить опи­са­ние слу­чая из жиз­ни ар­хи­манд­ри­та Ан­то­ния.

В «Пра­во­слав­ном Обо­зре­нии» за 1879 год бы­ла по­ме­ще­на био­гра­фия на­мест­ни­ка Тро­иц­кой Сер­ги­е­вой Лав­ры ар­хи­манд­ри­та Ан­то­ния, в ко­ей меж­ду про­чим бы­ло упо­мя­ну­то, что отец на­мест­ник, жив­ши еще в ми­ру, со­мне­вал­ся в нет­ле­нии свя­тых мо­щей и был убеж­ден в их ис­тине мо­ща­ми св. Гле­ба, по­чи­ва­ю­ще­го во Вла­ди­мир­ском со­бо­ре. Слу­чай этот пе­ре­да­ем сло­ва­ми са­мо­го от­ца на­мест­ни­ка.

«...Тщет­но ста­ра­лись они убе­дить ме­ня и на­ве­сти на путь ве­ры и ис­ти­ны, с ко­то­ро­го я так страш­но по­шат­нул­ся; враг так по­се­тил мой рас­су­док, что все их до­во­ды бы­ли без успе­ха – я оста­вал­ся при сво­ем предубеж­де­нии про­тив свя­тых мо­щей. И что же по­сле­до­ва­ло со мною за это? Серд­цем овла­де­ла зло­ба, до­са­да на всех и на все; в ду­хе – немир­ность, страш­ное том­ле­ние, тос­ка, хуль­ные по­мыс­лы не толь­ко на од­ни мо­щи, но и на все свя­тое. Я чув­ство­вал, что враг овла­дел мною, что я по­ги­баю; но и не мог и не умел вый­ти из это­го ужас­но­го по­ло­же­ния. Так при­е­ха­ли мы во Вла­ди­мир. Чтобы об­лег­чить свою со­весть, я по­шел в со­бор пе­ред чу­до­твор­ным об­ра­зом Вла­ди­мир­ской Бо­жи­ей Ма­те­ри из­лить свою ду­шу. При­хо­жу, со­бор толь­ко что от­пер­ли пе­ред на­ча­ти­ем обед­ни. В со­бо­ре ни­ко­го не бы­ло. Я про­шел ми­мо мо­щей, не от­дав им долж­но­го пок­ло­не­ния, пря­мо к об­ра­зу Бо­го­ма­те­ри. Дол­го с усер­ди­ем мо­лил­ся. Я со­зна­вал­ся в ду­ше, что за­блуж­да­юсь и гре­шу пред Бо­гом, от­вер­гая мо­щи его угод­ни­ков; но рас­су­док мой не мог убе­дить­ся в ис­тине, и вот я про­сил Ма­терь Бо­жию, чтобы Она не да­ла мне по­гиб­нуть, вра­зу­ми­ла бы ме­ня и на­ста­ви­ла на путь пра­вый. С ве­рою при­ло­жив­шись к об­ра­зу, по­чув­ство­вал се­бя как-то лег­че, огля­нув­шись, уви­дел свя­щен­ни­ка, ко­то­рый толь­ко что во­шел в со­бор для слу­же­ния ли­тур­гии. Я об­ра­тил­ся к нему с прось­бой по­ка­зать мне до­сто­при­ме­ча­тель­ное в их со­бо­ре. “Глав­ные до­сто­при­ме­ча­тель­ные дра­го­цен­но­сти на­ше­го со­бо­ра, – от­ве­чал свя­щен­ник, – это свя­тые мо­щи бла­го­вер­ных кня­зей на­ших: вот сре­ди со­бо­ра, меж­ду двух стол­пов, по­чи­ва­ет князь Ге­ор­гий, уби­тый в на­ше­ствие Ба­тыя; а на ле­вой сто­роне у ико­но­ста­са – князь Ан­дрей, за свою лю­бовь к Бо­гу про­зван­ный Бо­го­люб­ским и то­же уби­тый, но не от ино­пле­мен­ник, а от сво­их прис­ных, а тут по пра­вую сто­ро­ну, на­про­тив, по­чи­ва­ет сын его князь Глеб, в юно­сти мир­но скон­чав­ший­ся неза­дол­го до уби­е­ния от­ца”.

Так рас­ска­зы­вал свя­щен­ник, ука­зы­вая на гроб­ни­цы угод­ни­ков. Бла­го­род­ное об­хож­де­ние, доб­рое вы­ра­же­ние ли­ца свя­щен­ни­ка рас­по­ло­жи­ли ме­ня в его поль­зу, и я ре­шил­ся объ­яс­нить­ся с ним от­кро­вен­но. “Ба­тюш­ка, – ска­зал я, – ра­ди Бо­га, о чем я вас по­про­шу, ис­пол­ни­те мою прось­бу. Я не ве­рю нетле­нию мо­щей, ду­мая, что это об­ман, вы­ду­ман­ный для до­хо­дов. Чтобы уве­рить ме­ня, ра­ди Бо­га, ра­ди спа­се­ния ду­ши мо­ей, от­крой­те мне ко­то­рые-ни­будь из мо­щей, чтобы я мог лич­но удо­сто­ве­рить­ся в их нетле­нии. Я вам за­пла­чу за это, что вам угод­но. В со­бо­ре те­перь нет ни­ко­го; вам это лег­ко сде­лать: толь­ко ра­ди мо­е­го спа­се­ния вы­ве­ди­те ме­ня из это­го за­блуж­де­ния!” “Из­воль­те!” – ска­зал свя­щен­ник. Он под­вел ме­ня к мо­щам св. кня­зя Гле­ба, сде­лал пе­ред ни­ми три зем­ных по­кло­на и с оду­шев­ле­ни­ем на­чал мне го­во­рить: “Вот мо­щи свя­то­го кня­зя Гле­ба, скон­чав­ше­го­ся в 1275 го­ду. С тех пор до вре­ме­ни Пет­ра Ве­ли­ко­го они ле­жа­ли в зем­ле, а от его цар­ство­ва­ния до­се­ле ле­жат на вскры­тии для бла­го­чес­ти­вей­ше­го че­ство­ва­ния, но по­смот­ри­те, ни вре­мя, ни зем­ля, ни воз­дух не сме­ли кос­нуть­ся освя­щен­но­го те­ла”. При этих сло­вах свя­щен­ник снял по­кров свя­тых мо­щей, и мне от­кры­лись мо­щи, ле­жа­щие в кня­же­ской одеж­де. Свя­щен­ник бла­го­го­вей­но при­под­нял ру­ку угод­ни­ка, за­су­чил на ней ру­кав, по­ка­зал мне ее по ло­коть: она бы­ла в пол­ном нетле­нии, все со­ста­вы, са­мая ко­жа бы­ли це­лы, как у недав­но умер­ше­го, толь­ко жел­то­ва­то­го цве­та. “Не ду­май­те, что это сде­ла­но”, – про­дол­жал свя­щен­ник; он взял обе руч­ки, ко­то­рые бы­ли сло­же­ны на гру­ди, под­нял их и раз­ло­жил не как у мерт­во­го, а как бы у спя­ще­го. Ужас на­пал на ме­ня; мо­роз про­шел по ко­же. “Ве­ри­те ли вы те­перь?” – спро­сил ме­ня свя­щен­ник.

Вме­сто от­ве­та я упал в чув­стве бла­го­го­ве­ния пе­ред свя­ты­ми мо­ща­ми. Те­перь я был вполне убеж­ден; я ис­тин­но ве­рил и пла­мен­но бла­го­да­рил угод­ни­ка Бо­жия, что он бла­го­во­лил так уве­рить ме­ня; я про­сил Бо­га, чтобы Он не на­ка­зал ме­ня за мое преж­нее неве­рие; на ду­ше ста­ло так лег­ко, сле­зы ра­до­сти неволь­но тек­ли из глаз мо­их. “Ба­тюш­ка! Чем я мо­гу за­пла­тить вам за ва­ше бла­го­дея­ние?” – ска­зал я с чув­ством бла­го­дар­но­сти свя­щен­ни­ку. Я ему пред­ло­жил бы­ло ка­кую-то ас­сиг­на­цию, но он бла­го­род­но от­ка­зал­ся: “Нет, бла­го­да­рю вас; я сде­лал это не за день­ги; вы про­си­ли ме­ня сде­лать это ра­ди Бо­га и ра­ди ва­ше­го спа­се­ния: вот ра­ди че­го я ре­шил­ся ис­пол­нить ва­шу прось­бу. Спа­се­ние ду­ши ближ­не­го для ме­ня все­го до­ро­же”. Ска­зав это, он веж­ли­во рас­кла­нял­ся и уда­лил­ся в ал­тарь. С тех пор я свя­то ве­рую в свя­тость и нетле­ние свя­тых мо­щей, и это про­ис­ше­ствие со мной по­слу­жи­ло мне уро­ком, что на­до бе­речь­ся раз­го­во­ров с ере­ти­ка­ми и рас­коль­ни­ка­ми» (Ду­ше­по­лез­ные чте­ния, 1879 г., ян­варь).

Молитвы

Тропарь благоверному князю Глебу Владимирскому

глас 4

Днесь све́тло красу́ется сла́внейший град Влади́мир,/ име́я в себе́ пребога́тое сокро́вище –/ чудоточа́щия честны́я мо́щи благове́рнаго кня́зя Гле́ба,/ и́миже украша́яся и хваля́ся,/ вселе́нную всю созыва́ет к весе́лию/ и велегла́сно вопие́т:/ о Влады́ко Христе́,/ дарова́вый такову́ю благода́ть уго́днику Твоему́,// его́ моли́твами поми́луй нас.

Перевод: Сегодня светло радуется славнейший город Владимир, имея у себя богатейшее сокровище - источающие чудеса почитаемые мощи благоверного князя Глеба, ими же украшаясь и гордясь, вселенную всю созывает к торжеству и громко взывает: «О Владыка Христос, даровавший такую благодать угоднику Твоему, по его молитвам помилуй нас».

Кондак благоверному князю Глебу Владимирскому

глас 8

Взбра́нному и кре́пкому в пра́ведницех,/ правосла́вною му́дростию сия́ющему вели́кому чудотво́рцу,/ благода́рственная воспису́ем ти, благове́рный кня́же Гле́бе:/ я́ко име́я дерзнове́ние у Престо́ла Христо́ва,/ ве́рою чту́щих тя, град и лю́ди сохраня́й моли́твами твои́ми:// ты бо еси́ земли́ Росси́йския похвала́ и утвержде́ние.

Перевод: Храброму и сильному праведнику, православной мудростью сияющему великому чудотворцу, воспеваем с благодарением, благоверный князь Глеб: как имеющий дерзновение у Престола Христова, с верой почитающих тебя, город и людей сохраняй молитвами твоими, ибо ты Российской земли слава и сила.

Случайный тест