Дни памяти:

4 февраля  (переходящая) – Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской

10 апреля

Житие

Му­че­ник Иоанн ро­дил­ся в 1880 го­ду в де­ревне Алек­се­ев­ка Рож­де­ствен­ской во­ло­сти Бо­ров­ско­го уез­да Ка­луж­ской гу­бер­нии[1] в се­мье кре­стья­ни­на Алек­сея Чер­но­ва. Окон­чив сель­скую шко­лу, Иван, как и отец, стал за­ни­мать­ся сель­ским хо­зяй­ством. По­сле при­хо­да к вла­сти без­бож­ни­ков и кол­лек­ти­ви­за­ции кре­стьян­ских хо­зяйств Иван Алек­се­е­вич из де­рев­ни уехал и устро­ил­ся ра­бо­тать на на­ро-фо­мин­скую фаб­ри­ку, но ко­гда ее адми­ни­стра­ции ста­ло из­вест­но, что он ис­пол­ня­ет в Пет­ро­пав­лов­ской церк­ви обя­зан­но­сти пса­лом­щи­ка, он тут же был с фаб­ри­ки уво­лен и ему при­шлось вер­нуть­ся в де­рев­ню.
В 1938 го­ду пред­се­да­тель сель­со­ве­та со­ста­вил справ­ку для НКВД на арест Ива­на Алек­се­е­ви­ча, по­ста­вив ему в ви­ну, что дочь его бы­ла в мо­на­сты­ре и сам он был устра­нен от ра­бо­ты в кол­хо­зе как ре­ли­ги­оз­ный эле­мент.

Иван Алек­се­е­вич Чер­нов

Иван Алек­се­е­вич Чер­нов

Все жи­те­ли де­рев­ни Алек­се­ев­ка бы­ли при­хо­жа­на­ми Вве­ден­ской церк­ви в со­сед­нем се­ле Ко­то­во, но к кон­цу трид­ца­тых го­дов свя­щен­ни­ки, слу­жив­шие здесь, бы­ли аре­сто­ва­ны, и Иван Алек­се­е­вич стал до­би­вать­ся на­зна­че­ния в храм свя­щен­ни­ка и воз­об­нов­ле­ния бо­го­слу­же­ния. Со­ста­вив со­от­вет­ству­ю­щее пись­мо, он хо­дил по до­мам кре­стьян, со­би­рая под­пи­си за от­кры­тие хра­ма. В нем он пи­сал, что жи­те­ли де­рев­ни же­ла­ют иметь сво­е­го свя­щен­ни­ка, чтобы он мог ис­пол­нять тре­бы, чтобы мог­ла со­вер­шать­ся бо­же­ствен­ная служ­ба, и про­сят, чтобы вла­сти пе­ре­да­ли клю­чи от церк­ви груп­пе ве­ру­ю­щих и из­бран­но­му от них упол­но­мо­чен­но­му Ива­ну Алек­се­е­ви­чу Чер­но­ву.
В день вы­бо­ров в Вер­хов­ный Со­вет Иван Алек­се­е­вич, при­дя на из­би­ра­тель­ный уча­сток, вме­сте с бюл­ле­те­нем опу­стил в ур­ну пись­мо на имя кан­ди­да­та в де­пу­та­ты от их рай­о­на.
«Доб­рый день, мно­го­ува­жа­е­мый наш по­мощ­ник и по­сред­ник на­ро­да Ми­ха­ил Пет­ро­вич, – пи­сал он. – Мы Вас по­сы­ла­ем все на­ши нуж­ды рас­ска­зать пе­ред выс­ши­ми ор­га­на­ми. Мы, граж­дане Со­вет­ской рес­пуб­ли­ки, счи­та­ем се­бя сво­бод­ны­ми граж­да­на­ми по ста­лин­ской кон­сти­ту­ции. Мо­жем сво­бод­но вы­яв­лять свои нуж­ды от ли­ца ве­ру­ю­щих в Бо­га и Свя­тую Цер­ковь. По­со­дей­ствуй за нас, ста­рич­ков и ста­ру­шек, дай­те нам мо­лить­ся Бо­гу за весь мир и за Вас, Ми­ха­ил Пет­ро­вич, чтобы нам под Ва­шим ру­ко­вод­ством про­во­дить тихую жизнь и хо­дить в цер­ковь мо­лить­ся Бо­гу, где мы ощу­ща­ем от­ра­ду ду­ши. Мы ра­ду­ем­ся за кон­сти­ту­цию, ко­то­рая в ста­тье 124-й го­во­рит о сво­бо­де от­прав­ле­ния ре­ли­ги­оз­ных об­ря­дов, что нам до­ро­же все­го на све­те. Мо­ло­дым нуж­но по­ве­се­лить­ся, пес­ни по­петь, а нам, ста­рич­кам и ста­руш­кам, в Бо­жий храм схо­дить, при­об­щить­ся и от­петь усоп­ше­го. Вот что нам до­ро­же все­го зем­но­го бо­гат­ства, все на зем­ле вре­мен­но, а за гро­бом веч­но.
До­ро­гие на­ши со­бра­тья и дру­зья, по­чти­те на­шу ста­рость, нам нуж­ны псал­мо­пе­ние, мо­лит­ва, пост, кро­тость, по­ви­но­ве­ние вла­стям. Вся­кая власть от Бо­га. Глас на­ро­да – глас Бо­жий. До­ро­гой друг на­ро­да, будь за­щит­ни­ком пар­тий­ных и непар­тий­ных, ве­ру­ю­щих в Бо­га и не ве­ру­ю­щих, будь ко всем ров­ным»[2].
Пись­мо это сра­зу же по­па­ло в НКВД, для ко­то­ро­го не пред­став­ля­ло боль­шо­го тру­да уста­но­вить, кто его на­пи­сал. Со­труд­ни­ки НКВД при­сту­пи­ли к до­про­сам неко­то­рых жи­те­лей де­рев­ни Алек­се­ев­ка, и те по­ка­за­ли, что Иван Алек­се­е­вич в мар­те 1938 го­да хо­дил по де­ревне, со­би­рал под­пи­си за от­кры­тие церк­ви в се­ле Ко­то­во и про­во­дил ре­ли­ги­оз­ную про­па­ган­ду, го­во­ря о необ­хо­ди­мо­сти ве­ры в Бо­га и улуч­ше­ния жиз­ни через ми­лость Бо­жию, ко­гда от­кро­ем цер­ковь и бу­дем мо­лить­ся. Кро­ме то­го, он буд­то бы го­во­рил кол­хоз­ни­кам: «Вот ви­ди­те, кол­хоз­ни­ки, се­го­дня год неуро­жая, в по­ле все про­па­ло, нам нуж­но бы по­мо­лить­ся Бо­гу, а то вот ни­че­го не ро­дит­ся, мы и бу­дем ра­бо­тать да­ром, с го­ло­ду умрем. Вот до че­го мы до­жи­ли при со­вет­ской вла­сти, ни у ко­го ни­че­го не ста­ло; рань­ше мы бы­ли са­ми се­бе хо­зя­е­ва, а те­перь, что ни за­ду­май сде­лать, все у ко­го-то спро­сись да до­ло­жись... Вот ка­кое при­шло про­кля­тое вре­мя, от сво­ей церк­ви по­след­ней ку­да ид­ти мо­лить­ся Бо­гу? Вот что на­де­ла­ла это про­кля­тая со­вет­ская власть, му­ча­ют всех ан­ти­хри­сто­вы ком­му­ни­сты, пи­шут и ту­ма­нят го­ло­вы сво­ей кон­сти­ту­ци­ей, ко­то­рая ни­ко­му прав не да­ла, по­за­кры­ва­ли все церк­ви, а в этом бы­ла толь­ко од­на от­ра­да для на­ро­да, но все‑та­ки при­дет и это­му ко­нец, и сго­нят про­кля­тых ком­му­ни­стов, и то­гда толь­ко за­жи­вем хо­ро­шо»[3].
21 июня 1938 го­да со­труд­ник НКВД вы­пи­сал справ­ку на арест пса­лом­щи­ка, где в ви­ну ему бы­ло по­став­ле­но, что он со­би­ра­ет под­пи­си под хо­да­тай­ством за от­кры­тие церк­ви. 28 июня Иван Алек­се­е­вич был аре­сто­ван и за­клю­чен в Бу­тыр­скую тюрь­му в Москве.
– Ска­жи­те, вы пи­са­ли в день вы­бо­ров Вер­хов­но­го Со­ве­та 12 де­каб­ря 1937 го­да пись­мо на имя де­пу­та­та Вер­хов­но­го Со­ве­та то­ва­ри­ща Пет­ро­ва, ес­ли пи­са­ли, то ку­да вы его де­ли? – спро­сил пса­лом­щи­ка сле­до­ва­тель, зная, что пись­мо на­хо­дит­ся в де­ле пса­лом­щи­ка.
– Да, в день вы­бо­ров в Вер­хов­ный Со­вет я пи­сал пись­мо. Со­дер­жа­ние пись­ма ре­ли­ги­оз­но­го ха­рак­те­ра. Пись­мо... я опу­стил при го­ло­со­ва­нии в ур­ну в кон­вер­те вме­сте с бюл­ле­те­нем, – от­ве­тил Иван Алек­се­е­вич.
Сле­до­ва­тель спро­сил, при­зна­ет ли се­бя Иван Алек­се­е­вич ви­нов­ным в контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти, на что тот от­ве­тил, что не при­зна­ет. Бы­ли вы­зва­ны на оч­ные став­ки с ним лже­сви­де­те­ли, но Иван Алек­се­е­вич от­верг все их по­ка­за­ния.
13 ав­гу­ста след­ствие бы­ло за­кон­че­но, и 19 сен­тяб­ря 1938 го­да Осо­бое Со­ве­ща­ние при НКВД при­го­во­ри­ло пса­лом­щи­ка к пя­ти го­дам за­клю­че­ния в ис­пра­ви­тель­но-тру­до­вой ла­герь, и он был от­прав­лен в один из Бе­ло­мор­ско-Бал­тий­ских ла­ге­рей, при­быв ту­да 8 но­яб­ря. Иван Алек­се­е­вич Чер­нов скон­чал­ся от го­ло­да в ла­за­ре­те 14-го ла­гер­но­го пунк­та Се­ме­но­во Пу­дож­ско­го рай­о­на Ка­ре­лии 10 ап­ре­ля 1939 го­да и был по­гре­бен на клад­би­ще в ки­ло­мет­ре от ла­ге­ря в без­вест­ной мо­ги­ле.


Игу­мен Да­мас­кин (Ор­лов­ский)

«Жи­тия но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских ХХ ве­ка. Март».
Тверь. 2006. С. 258-261


При­ме­ча­ния

[1] Ныне На­ро-Фо­мин­ский рай­он Мос­ков­ской об­ла­сти.

[2] ГАРФ. Ф. 10035, д. П-48297, л. 13.

[3] Там же. Л. 23.

Ис­точ­ник: http://www.fond.ru/

Случайный тест

(4 голоса: 5 из 5)