Дни памяти:

Житие

Краткие жития преподобных Анны и Иоанна Вифинских

Пре­по­доб­ная Ан­на и сын ее свя­той Иоанн жи­ли в Ви­зан­тии. Свя­тая Ан­на бы­ла до­че­рью диа­ко­на Влахерн­ской церк­ви в Кон­стан­ти­но­по­ле. По­сле смер­ти му­жа, одев­шись в муж­скую одеж­ду, под име­нем Ев­фи­ми­а­на вме­сте со сво­им сы­ном свя­тым Иоан­ном она ста­ла под­ви­зать­ся в од­ной из Вифин­ских оби­те­лей, близ Олим­па. Скон­ча­лась пре­по­доб­ная Ан­на в Кон­стан­ти­но­по­ле в 826 го­ду.

Полные жития преподобных Анны и Иоанна Вифинских

Бла­жен­ная Ан­на ро­ди­лась в Ви­зан­тии; отец ее был диа­ко­ном Влахерн­ской церк­ви Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы[1]. Ра­но ли­шив­шись сво­е­го от­ца, Ан­на оста­лась юною си­ро­тою на по­пе­че­нии баб­ки сво­ей. Ко­гда Ан­на при­шла в воз­раст, баб­ка оза­бо­ти­лась от­дать ее за­муж, хо­тя де­ви­ца и не же­ла­ла то­го. Бу­дучи за­му­жем, бла­го­че­сти­вая же­на хо­ди­ла к дя­де сво­е­му, под­ви­зав­ше­му­ся на Олим­пе[2]. Се­му по­движ­ни­ку по по­ве­ле­нию Льва Ико­но­бор­ца[3] был уре­зан язык, и несмот­ря на это он сво­бод­но и без за­пин­ки мог го­во­рить. Уви­дев Ан­ну, он по­жа­лел, что юная ра­ба Бо­жия от­да­на в су­пру­же­ство.

– За­чем со­пряг­ли с му­жем на­зна­чен­ную к Бо­же­ствен­ным по­дви­гам и тру­дам? – ска­зал он и за­тем, бла­го­сло­вив свя­тую, ото­шел. Ан­на же воз­вра­ти­лась в Ви­зан­тию.

По про­ше­ствии мно­гих лет без­за­кон­ный царь Лев скон­чал­ся, и на цар­ский пре­стол всту­пи­ли бла­го­че­сти­вые и пра­во­слав­ные Кон­стан­тин и Ири­на[4]. Они по­же­ла­ли ви­деть вы­ше­упо­мя­ну­то­го по­движ­ни­ка с Олим­па, чтобы по­лу­чить от него на­зи­да­ние и вы­слу­шать со­ве­ты его[5]. Во вре­мя сво­е­го пре­бы­ва­ния в Ви­зан­тии по­движ­ник сно­ва уви­дал­ся со сво­ею пле­мян­ни­цею, бла­жен­ною Ан­ною, и ска­зал ей:

– Му­жай­ся и кре­пись, ча­до, ибо мно­го скор­бей пе­ре­не­сешь ты; знай и то, что ско­ро умрет муж твой, но уже по­сле то­го, как у те­бя ро­дит­ся ди­тя.

Пред­ска­за­ние свя­то­го му­жа ис­пол­ни­лось: у Ан­ны ро­дил­ся от­рок, и, ко­гда он был еще очень юным, муж ее за­хво­рал. Бла­жен­ная Ан­на в это вре­мя го­то­ви­лась сде­лать­ся ма­те­рью дру­го­го мла­ден­ца. И, вот, по про­ше­ствии ше­сто­го ме­ся­ца от за­ча­тия, умер муж ее. Опла­кав му­жа и по­хо­ро­нив его, Ан­на от­да­ла сы­на сво­е­го, рож­ден­на­го до его смер­ти, на по­пе­че­ние од­но­му род­ствен­ни­ку; са­ма же пре­да­лась ве­ли­ким по­дви­гам, мо­лясь то в том, то в дру­гом хра­ме. Про­во­дя та­кую жизнь, она ро­ди­ла дру­го­го мла­ден­ца. В это вре­мя бла­жен­ная Ан­на сно­ва ви­де­лась с олимп­ским по­движ­ни­ком, ко­то­рый при­шел то­гда с Олим­па в Ви­зан­тию. Ан­на по­верг­лась пред ним на зем­лю и, об­ни­мая но­ги его, про­си­ла бла­го­сло­ве­ния. Бла­го­сло­вив ее, ста­рец ска­зал:

– Где твой от­рок, же­но?

Ан­на от­ве­ти­ла:

– Тот от­рок, о ко­то­ром ты пред­ска­зал мне, пре­бы­ва­ет у тво­е­го бра­та и мо­е­го бла­го­де­те­ля; а вот у ме­ня дру­гой от­рок.

Ска­зав это, бла­жен­ная Ан­на ста­ла сте­нать и жа­ло­вать­ся на тя­жесть сво­ей жиз­ни.

– По­мо­лись, чест­ной отец, о де­тях мо­их, – го­во­ри­ла она с горь­ким пла­чем.

На это ста­рец ска­зал ей:

– Не го­во­рил ли я те­бе, что мно­го скор­бей пред­сто­ит пе­ре­не­сти пра­вед­ни­кам. На­доб­но му­жать­ся и тер­петь; ибо ес­ли мы не пре­тер­пим сих скор­бей, то не по­лу­чим оправ­да­ния; так угод­но Гос­по­ду Бо­гу. О де­тях же сво­их ты не бес­по­кой­ся, – так как Гос­подь наш и Вла­ды­ка возь­мет их к Се­бе.

То­гда Ан­на, воз­бла­го­да­рив Бо­га, при­па­ла к но­гам стар­ца и ото­шла от него успо­ко­ен­ною. Вско­ре пред­ска­за­ние олимп­ско­го по­движ­ни­ка ис­пол­ни­лось, ибо де­ти Ан­ны ото­шли ко Гос­по­ду. Раз­дав все име­ние свое ни­щим, бла­жен­ная Ан­на ста­ла об­хо­дить все церк­ви и свя­ты­ни Кон­стан­ти­но­по­ля, усерд­но пре­да­ва­ясь мо­лит­вам. По­том, встре­тив доб­ро­го ино­ка-стар­ца, ко­то­рый так же, как и упо­ми­на­е­мый вы­ше про­зор­ли­вец, под­ви­зал­ся на Олим­пе, она в од­ном со­кро­вен­ном ме­сте при­ня­ла от него мо­на­ше­ский по­стриг и об­лек­лась в мо­на­ше­ские муж­ские одеж­ды[6], от­ло­жив свои жен­ские. В та­ких одеж­дах, ута­ив свой жен­ский пол, Ан­на при­шла на Олимп. До­стиг­нув од­ной ки­но­вии[7], она оста­но­ви­лась пред вра­та­ми оби­те­ли и ста­ла умо­лять вра­та­ря, чтобы тот до­пу­стил ее до на­сто­я­те­ля. По обы­чаю вра­тарь опо­ве­стил о ней на­сто­я­те­ля, ко­то­рый и при­звал при­шед­шую к се­бе. При­пав к но­гам его, свя­тая Ан­на мо­ли­ла его, чтобы он при­нял ее в чис­ло бра­тии. Пре­по­дав ей обыч­ное бла­го­сло­ве­ние, сей бо­же­ствен­ный муж под­нял ее и спро­сил:

– Что озна­ча­ет твое при­ше­ствие к нам и как твое имя?

На это Ан­на от­ве­ти­ла:

– При­шел я к чест­ной оби­те­ли тво­ей ра­ди мно­же­ства пре­гре­ше­ний мо­их, чтобы про­ве­сти остав­ше­е­ся вре­мя жиз­ни мо­ей в чи­сто­те и по­лу­чить се­бе по­ми­ло­ва­ние от Гос­по­да в день суд­ный. Имя же мое Ев­фи­ми­ан, я был ев­ну­хом при дво­ре цар­ском.

И ска­зал свя­той ста­рец:

– Ес­ли ты дей­стви­тель­но име­ешь та­кое по­мыш­ле­ние в серд­це сво­ем и же­ла­ешь спа­се­ние ду­ше тво­ей, как ты го­во­ришь, то бе­гай дерз­но­ве­ния и стра­стей, ибо при­ро­да ев­ну­хов склон­на к страст­ным по­мыс­лам.

Ска­зав это, ста­рец со­тво­рил обыч­ную мо­лит­ву и со­при­чис­лил бла­жен­ную к бра­тии. Бу­дучи при­ня­та в чис­ло бра­тии, свя­тая Ан­на ста­ла усерд­но упраж­нять­ся во вся­ких доб­ро­де­те­лях и осо­бен­но в сми­ре­нии, яв­ляя со­бою вы­со­кий об­ра­зец для всех под­ви­зав­ших­ся в ки­но­вии ино­ков.

Меж­ду тем быв­ший слу­жи­тель Ан­ны, ко­то­ро­му бы­ло по­ру­че­но окон­ча­тель­ное устрой­ство ее до­маш­них дел, по окон­ча­нии всех дел от­пра­вил­ся отыс­ки­вать гос­по­жу свою. Об­рет­ши ино­ка, по­стриг­ше­го бла­жен­ную, он стал во­про­шать его:

– Не зна­ешь ли, где гос­по­жа моя, ко­то­рая, оста­вив все зем­ное, взыс­ка­ла небес­ное?

Тот от­вет­ство­вал:

– Что мне из­вест­но о ней, ча­до, от то­го не бу­ду от­ре­кать­ся, ибо от ме­ня она при­ня­ла по­стри­же­ние и мною об­ле­че­на в ино­че­ский муж­ской об­раз; но где она те­перь, – то­го не мо­гу знать на­вер­ное. Впро­чем я слы­шал, что она при­ня­та в чис­ло бра­тии од­но­го из Олимп­ских мо­на­сты­рей. Итак, пой­дем вме­сте в тот мо­на­стырь и рас­спро­сим там о гос­по­же тво­ей.

При­дя к упо­мя­ну­той вы­ше ки­но­вии, они ста­ли рас­спра­ши­вать вра­та­ря и, раз­уз­нав от него от­но­си­тель­но ис­ко­мой, про­си­ли вы­звать ее к ним. Ко­гда свя­тая вы­шла, инок ска­зал ей, ука­зы­вая на слу­гу:

– Вот вер­ный твой слу­га, ко­то­рый мно­го по­стра­дал, отыс­ки­вая те­бя.

По­том они ста­ли мо­лить ее, чтобы свя­тая по­се­ли­лась вме­сте с ни­ми в Олимп­ской Лав­ре[8]. Бла­жен­ная Ан­на скло­ни­лась на их прось­бы и, при­дя к на­сто­я­те­лю, при­ня­ла от него и от бра­тии бла­го­сло­ве­ние и вы­шла от­ту­да. При­дя, вме­сте с ино­ком тем и слу­гою сво­им в Олимпий­скую Лав­ру, Ан­на по­се­ли­лась в ней и пре­бы­ва­ла там дол­гое вре­мя, неустан­но тру­дясь и под­ви­за­ясь.

Бог про­сла­вил свя­тую по­движ­ни­цу да­ром чу­до­тво­ре­ния. Слух о ее чу­де­сах до­стиг от­да­лен­ных стран, и тол­пы на­ро­да при­хо­ди­ли к ино­ку Ев­фи­ми­а­ну, так что оби­тель не мог­ла вме­щать всех при­хо­дя­щих. То­гда на­сто­я­тель Лавры из­ве­стил о де­лах Ев­фи­ми­а­на свя­тей­ше­го Та­ра­сия[9], пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го, по­ве­дав ему, что оби­тель по тес­но­те сво­ей не мо­жет вме­стить всех же­ла­ю­щих ви­деть по­движ­ни­ка. Пат­ри­арх вы­звал свя­тую Ан­ну в сто­ли­цу для бе­сед, а по­том дал ино­кам Лав­ры бо­лее про­стор­ное ме­сто с по­ве­ле­ни­ем по­стро­ить на ней про­стран­ную и боль­шую Лав­ру. Ко­гда но­вая Лав­ра бы­ла по­стро­е­на, бла­жен­ная Ан­на по­се­ли­лась в ней для даль­ней­ших по­дви­гов на спа­се­ние мно­гих. И рас­про­стра­ня­лась сла­ва о ней все даль­ше и даль­ше. Но и в сла­ве сво­ей бла­жен­ная же­на не из­бе­жа­ла скор­бей. Ее ожи­да­ли но­вые на­па­сти по вине од­но­го лже-ино­ка, ока­зав­ше­го­ся на де­ле раз­бой­ни­ком и при­об­щив­ше­го­ся зло­рад­но­му кле­вет­ни­ку – диа­во­лу. Со­вер­шив на­си­лие над од­ной де­ви­цей, он раз­гла­сил, что сей грех со­тво­рен Ев­фи­ми­а­ном. Но свя­тая Ан­на не оскор­би­лась этим и ни во что вме­ни­ла кле­ве­ту, без­ро­пот­но пе­ре­но­ся по­стиг­шую ее на­пасть. Од­на­ко за нее всту­пи­лась од­на бо­го­лю­би­вая жен­щи­на.

Услы­шав мерз­кую кле­ве­ту без­стыд­но­го, она ска­за­ла:

– Смот­ри, брат, не ока­зал­ся бы ев­нух, опо­ро­чи­ва­е­мый то­бою, свя­тою дев­ствен­ни­цею, и не по­стра­дать бы те­бе за гре­хи твои, ибо ты до­сто­ин ог­ня ге­ен­ско­го, без­сла­вя непо­роч­ную и бу­дучи сам по­ви­нен в гре­хе.

Но нече­сти­вый лже-инок и по­сле то­го про­дол­жал при­чи­нять свя­той Анне оби­ды и до­са­жде­ния, по­ка, по во­ле Бо­жи­ей, не бы­ло об­на­ру­же­но, что под ви­дом ино­ка Ев­фи­ми­а­на под­ви­за­лась бла­жен­ная же­на. Так бы­ла яв­ле­на лжи­вость на­го­во­ра нече­сти­ва­го лже-ино­ка, и ули­чен­ный в кле­ве­те и в пре­ступ­ном дей­ствии зло­дей был по­ве­шен. Свя­тая же, не же­лая, чтобы тай­на ее бы­ла из­вест­на мно­гим, бе­жа­ла от­ту­да с дву­мя ино­ка­ми в од­ну пу­сты­ню. Най­дя здесь за­бро­шен­ную цер­ковь и при ней ис­точ­ник с вер­то­гра­дом, она по­се­ли­лась там, а с ней вме­сте по­се­ли­лись и два ино­ка из Олимп­ской Лав­ры, со­про­вож­дав­шие ее, из ко­то­рых один на­зы­вал­ся Ев­ста­фи­ем, а дру­гой – Нео­фи­том. От­ту­да бла­жен­ная Ан­на пе­ре­шла в стра­ны Ис­иг­мат­ские[10], где она и под­ви­за­лась, по­да­вая всем ис­це­ле­ние и тво­ря чу­де­са, по­ка не бы­ла при­зва­на Бо­гом в небес­ные оби­те­ли. Та­ким об­ра­зом, свя­то по­жив, она ото­шла к Бо­гу[11], Ко­е­го измла­да воз­лю­би­ла.


При­ме­ча­ния

[1] Влахер­ны – мест­ность в Кон­стан­ти­но­по­ле на за­пад­ном уг­лу го­ро­да. Во вре­ме­на про­цве­та­ния Ви­зан­тий­ской им­пе­рии сла­ви­лась по все­му Во­сто­ку сво­и­ми свя­ты­ня­ми. Осо­бен­но из­вест­ны бы­ли Влахер­ны по Бо­го­ро­дич­ной церк­ви, по­стро­ен­ной им­пе­ра­то­ром Львом Ве­ли­ким (457–474 гг.), при ко­то­ром в эту цер­ковь в 474 го­ду по­ло­же­ны бы­ли чест­ные ри­зы Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, пе­ре­не­сен­ные из Па­ле­сти­ны. Здесь же вме­сте с одеж­дою Бо­го­ро­ди­цы хра­ни­лись в зла­то­ко­ван­ном ков­че­ге омо­фор Ее и часть по­я­са. Под омо­фо­ром Бо­го­ро­ди­цы, или, пра­виль­нее, ма­фо­ри­ем ра­зу­ме­ет­ся Ее го­лов­ной по­кров, боль­шое по­кры­ва­ло, ко­то­рое но­си­ла Она на гла­ве сво­ей.

[2] Эта го­ра на­хо­дит­ся в Ма­лой Азии, на гра­ни­цах Фри­гии и Вифи­нии. Здесь бы­ло нема­ло мо­на­сты­рей.

[3] Ра­зу­ме­ет­ся ви­зан­тий­ский им­пе­ра­тор Лев IV Хо­зар, цар­ство­вав­ший с 775–780 г.

[4] Им­пе­ра­тор Кон­стан­тин VI Пор­фи­ро­род­ный цар­ство­вал в 780–797 гг. Им­пе­ра­три­ца Ири­на, мать его, сна­ча­ла, за ма­ло­лет­ством сы­на, управ­ля­ла цар­ством вме­сто него, а по­том (797–802) цар­ство­ва­ла от сво­е­го име­ни.

[5] Это бы­ло во вре­мя со­ве­ща­ний Все­лен­ско­го Со­бо­ра 787 го­да об ико­нах. По­движ­ник и был при­зван, несо­мнен­но, на со­бор­ные со­ве­ща­ния.

[6] Этот по­сту­пок Ан­ны объ­яс­ня­ет­ся об­сто­я­тель­ства­ми то­го вре­ме­ни. Им­пе­ра­тор Кон­стан­тин Ко­про­ним (с 741–775) на­вел ужас лю­то­стя­ми про­тив ино­кинь. Бла­го­че­сти­вая Ири­на ста­ра­лась успо­ко­ить Цер­ковь; но то­гда ма­ло на­де­я­лись на по­кой в бу­ду­щем; от­че­го и воз­ни­ка­ли предо­сто­рож­но­сти, на­по­ми­на­ю­щие со­бою по­сту­пок Ан­ны.

[7] Ки­но­ви­я­ми на­зы­ва­ют­ся об­ще­жи­тель­ные мо­на­сты­ри, в ко­то­рых бра­тия не толь­ко стол, но и одеж­ду и т.п. По­лу­ча­ют от мо­на­сты­ря, по рас­по­ря­же­нию на­сто­я­те­ля, а с сво­ей сто­ро­ны весь свой труд и его пло­ды предо­став­ля­ют обя­за­тель­но на об­щую по­тре­бу мо­на­сты­ря.

[8] Лав­ра – с гре­че­ско­го "пе­ре­улок", – соб­ствен­но ряд кел­лий, рас­по­ло­жен­ных во­круг жи­ли­ща на­сто­я­те­ля в ви­де пе­ре­ул­ков и об­не­сен­ных огра­дой или сте­ной. Ино­ки в Лав­рах ве­ли от­шель­ни­че­ский об­раз жиз­ни и под­ви­за­лись каж­дый в кел­лии, со­би­ра­ясь вме­сте для бо­го­слу­же­ния в пер­вый и в по­след­ний день неде­ли, а в осталь­ные дни со­хра­няя пол­ное без­мол­вие; жизнь в лав­рах бы­ла мно­го труд­нее, чем в дру­гих оби­те­лях. С глу­бо­кой древ­но­сти на­зва­ние Лав­ры при­ме­ня­ет­ся к мно­го­люд­ным и важ­ным по сво­е­му зна­че­нию мо­на­сты­рям, от ко­то­рых ма­лень­кие мо­на­сты­ри (ки­но­вии) ча­сто на­хо­ди­лись в за­ви­си­мо­сти. На­зва­ние Лав­ры впер­вые по­яви­лось в Егип­те и за­тем в Па­ле­стине. В на­сто­я­щее вре­мя на­име­но­ва­ние Лав­ры упо­треб­ля­ет­ся у нас ис­клю­чи­тель­но в смыс­ле по­чет­но­го на­зва­ния.

[9] Св. Та­ра­сий был пат­ри­ар­хом Кон­стан­ти­но­поль­ским в 784–806 гг.

[10] Мест­ность Ис­иг­мат­ская на­хо­ди­лась в Кон­стан­ти­но­по­ле близ од­но­го пор­ти­ка, неда­ле­ко от при­ста­ни Иули­ан­ской, имев­ше­го фор­му гре­че­ской бук­вы сиг­мы, от­че­го и про­изо­шло са­мо на­зва­ние Ис­иг­мат­ский.

[11] Кон­чи­на св. Ан­ны по­сле­до­ва­ла в 826 г.

Случайный тест

(4 голоса: 5 из 5)