Дни памяти

16 мая  (переходящая) – Собор новомучеников, в Бутове пострадавших

22 ноября

Житие

Свя­щен­но­му­че­ник Па­вел ро­дил­ся 24 ав­гу­ста 1891 го­да в се­ле Че­ты­ре Буг­ра Аст­ра­хан­ско­го уез­да Аст­ра­хан­ской гу­бер­нии в се­мье свя­щен­ни­ка Ге­ор­гия Ан­си­мо­ва. В 1906 го­ду Па­вел окон­чил Аст­ра­хан­ское епар­хи­аль­ное учи­ли­ще, в 1911 го­ду – Аст­ра­хан­скую Ду­хов­ную се­ми­на­рию; здесь он учил­ся вме­сте с Пет­ром Ни­ко­ти­ным, ру­ко­по­ло­жен­ным впо­след­ствии во свя­щен­ни­ка, с ко­то­рым он всю жизнь со­хра­нял дру­же­ские от­но­ше­ния. В 1912 го­ду Па­вел же­нил­ся на де­ви­це Ма­рии, до­че­ри свя­щен­ни­ка Вя­че­сла­ва Сол­лер­тин­ско­го, на­сто­я­те­ля од­но­го из аст­ра­хан­ских хра­мов, и был ру­ко­по­ло­жен во свя­щен­ни­ка. Од­на­ко, же­ла­ние углу­бить бо­го­слов­ское об­ра­зо­ва­ние бы­ло на­столь­ко силь­ным, что он ре­шил, несмот­ря на свое се­мей­ное по­ло­же­ние, по­сту­пить в Ка­зан­скую Ду­хов­ную ака­де­мию и окон­чил ее в 1918 го­ду, в го­ды го­судар­ствен­ной раз­ру­хи и уже на­чав­ших­ся го­не­ний на Рус­скую Пра­во­слав­ную Цер­ковь.
В 1921 го­ду отец Па­вел был при­гла­шен слу­жить в Успен­ский храм в ста­ни­цу Ла­дож­ская на Ку­ба­ни. В это вре­мя в юж­ных гу­бер­ни­ях стра­ны на­сту­пил го­лод, и се­мье свя­щен­ни­ка при­шлось мно­го ис­пы­тать ли­ше­ний, по­ка до­бра­лись до ста­ни­цы; бы­ва­ло, что они при­хо­ди­ли в ка­кое-ни­будь се­ло, ма­туш­ка вста­ва­ла про­сить ми­ло­сты­ню у хра­ма, и за­тем они дви­га­лись даль­ше. В 1923 го­ду храм в Ла­дож­ской был за­хва­чен об­нов­лен­ца­ми и вско­ре за­крыт, и от­цу Пав­лу при­шлось по­ки­нуть ста­ни­цу. В это вре­мя его тесть, свя­щен­ник Вя­че­слав Сол­лер­тин­ский, на­пи­сал из Моск­вы, что есть ме­сто ре­ген­та в Вве­ден­ском хра­ме в Чер­ки­зо­ве, и, ес­ли отец Па­вел же­ла­ет, то мо­жет за­нять это ме­сто. Он со­гла­сил­ся и с 1924 го­да стал слу­жить в этом хра­ме ре­ген­том.
В 1925 го­ду осво­бо­ди­лось ме­сто свя­щен­ни­ка в хра­ме Вве­де­ния на Вве­ден­ской пло­ща­ди в Москве, и отец Па­вел был на­зна­чен ту­да. Без­бож­ни­ки в те­че­ние несколь­ких лет, ис­поль­зуя ра­бо­чих элек­тро­лам­по­во­го за­во­да, бо­ро­лись за лик­ви­да­цию это­го хра­ма, за­яв­ляя, что им ну­жен клуб и клуб мож­но сде­лать из хра­ма, или во­об­ще храм сло­мать, а на его ме­сте вы­стро­ить но­вое зда­ние клу­ба. И в сво­ей де­я­тель­но­сти они до­би­лись успе­ха – в 1929 го­ду Вве­ден­ский храм был раз­граб­лен, а его зда­ние от­да­но под клуб.
В 1930 го­ду от­ца Пав­ла на­зна­чи­ли слу­жить свя­щен­ни­ком в храм свя­ти­те­ля Ни­ко­лая в По­кров­ском. При хра­ме бы­ла мо­на­ше­ская об­щи­на из се­стер за­кры­тых мос­ков­ских мо­на­сты­рей.
23 июня 1930 го­да отец Па­вел был аре­сто­ван по об­ви­не­нию в ор­га­ни­за­ции сест­ри­че­ства при хра­ме и за­клю­чен в Бу­тыр­скую тюрь­му. Во вре­мя за­клю­че­ния в тюрь­ме со­труд­ник ОГПУ пред­ло­жил ему оста­вить цер­ков­ное слу­же­ние. «На­пи­ши­те, что вы ухо­ди­те, – ска­зал он свя­щен­ни­ку, – мы вас возь­мем сче­то­во­дом, мо­ло­дые нам нуж­ны, а вы гра­мот­ный, мо­ло­дой». Отец Па­вел от­ка­зал­ся, и его же­сто­ко из­би­ли, за­тем на­ча­лось след­ствие.
При обыс­ке у свя­щен­ни­ка бы­ли взя­ты кон­спек­ты про­по­ве­дей, и сле­до­ва­тель стал о них спра­ши­вать. «Кон­спек­ты про­по­ве­дей, ото­бран­ные у ме­ня при обыс­ке, – от­ве­тил ему отец Па­вел, – при­над­ле­жат мне и на­пи­са­ны мною. На­пе­ча­тан­ные на пи­шу­щей ма­шин­ке про­по­ве­ди при­об­ре­те­ны мною у мо­на­ха, имя ко­то­ро­го я не знаю... Из ка­ко­го мо­на­сты­ря этот мо­нах, я не знаю. Сест­ри­че­ство при церк­ви Ни­ко­ло-По­кров­ской су­ще­ство­ва­ло до мо­е­го при­хо­да... В на­сто­я­щее вре­мя де­я­тель­ность сест­ри­че­ства сво­дит­ся к пе­нию на кли­ро­се…»
11 ав­гу­ста 1930 го­да сле­до­ва­тель ОГПУ вы­нес за­клю­че­ние по де­лу, на­пи­сав, что Ан­си­мов «об­ви­нял­ся в воз­глав­ле­нии неле­галь­но­го сест­ри­че­ства, за­ни­ма­ю­ще­го­ся на ре­ли­ги­оз­ной поч­ве ан­ти­со­вет­ской де­я­тель­но­стью. В про­цес­се след­ствия ин­кри­ми­ни­ру­е­мое ему об­ви­не­ние не под­твер­ди­лось...» 12 ав­гу­ста 1930 го­да отец Па­вел был осво­бож­ден и вер­нул­ся к слу­же­нию в хра­ме. За рев­ност­ную и бес­по­роч­ную служ­бу он был воз­ве­ден в сан про­то­и­е­рея.
В ночь с 28 на 29 де­каб­ря 1930 го­да отец Па­вел сно­ва был аре­сто­ван. Двум ста­же­рам-кур­сан­там на­до бы­ло сда­вать эк­за­мен и их «на­уч­ный ру­ко­во­ди­тель» в ОГПУ пред­ло­жил им аре­сто­вать ка­ко­го-ни­будь по­па, обыс­кать его и, со­вер­шив неко­то­рые необ­хо­ди­мые юри­ди­че­ские дей­ствия, по­ло­жить их в ос­но­ву для сда­чи эк­за­ме­на. Та­ким прак­ти­че­ским экс­по­на­том для них стал отец Па­вел Ан­си­мов. Ста­же­ры про­ве­ли тща­тель­ный обыск на квар­ти­ре свя­щен­ни­ка, вскры­ли ки­о­ты и пе­ре­вер­ну­ли ико­ны, и по­сле обыс­ка ве­ле­ли про­щать­ся с род­ны­ми. Отец Па­вел по­про­щал­ся с се­мьей, и его уве­ли. Из тюрь­мы ОГПУ от­ца Пав­ла сра­зу же пре­про­во­ди­ли в Бу­тыр­скую тюрь­му.
Ос­но­ва­ни­ем для про­ве­де­ния учеб­ных юри­ди­че­ских дей­ствий яви­лось до­не­се­ние осве­до­ми­те­ля, за­пи­сав­ше­го рас­сказ од­но­го из свя­щен­ни­ков, в ко­то­ром сре­ди дру­гих имен упо­ми­на­лось и имя от­ца Пав­ла Ан­си­мо­ва: «Ме­ня по­след­ний раз в ГПУ до­пра­ши­ва­ли ведь око­ло се­ми ча­сов под­ряд, – рас­ска­зал свя­щен­ник. – До­пра­ши­ва­ли чет­ве­ро. Всю под­но­гот­ную вскры­ли... зна­ют все ме­ло­чи, за­чем им та­кая моя по­дроб­ная био­гра­фия – да­же и не знаю... Че­го они ищут? Не пой­му. Как они не вер­тись, а все рав­но по­гиб­нут. Ко­гда – это во­прос. Или са­ми по­мрут, или их из­жи­вут. Ко­неч­но, мне не до­жить до кон­ца то­го или ино­го. Но кто-ни­будь, из мо­гу­щих до­жить до это­го мо­мен­та, по­пом­нит мои сло­ва. От­цу Пав­лу Ан­си­мо­ву отец Ми­ха­ил... пред­ла­га­ет пе­рей­ти к се­бе в цер­ковь на Бла­гу­шу. Но по-мо­е­му не сто­ит. Уж ес­ли бу­дут гнать, так ни­где не спа­сешь­ся. И бу­дет ли там луч­ше – во­прос. Каж­дый из нас свя­щен­ни­ков – слу­жи­те­лей Церк­ви – дол­жен оста­вать­ся до кон­ца на од­ном ме­сте, не по­ки­дать мать на­шу Цер­ковь, и осо­бен­но, ко­гда она боль­на, не пе­ре­хо­дить с ме­ста на ме­сто.
В ГПУ ме­ня в по­след­ний раз во­ди­ли по ка­ким-то ко­ри­до­рам под­валь­ных и дру­гих эта­жей, преж­де чем по­пасть мне на до­прос. Уж за­чем это нуж­но бы­ло, ни­как не мо­гу до­ду­мать­ся. А об­рат­но очень быст­ро я вы­шел во двор и по­том на ули­цу... Но зна­ют они всё. От­дать спра­вед­ли­вость – тон­ко и уме­ло ра­бо­та­ют! А са­мое глав­ное, силь­ное мо­раль­ное дей­ствие про­из­во­дит пре­бы­ва­ние в этом злач­ном ме­сте».
18 ян­ва­ря 1931 го­да бы­ло вы­не­се­но по­ста­нов­ле­ние об осво­бож­де­нии от­ца Пав­ла, и в тот же день он был осво­бож­ден из Бу­тыр­ской тюрь­мы. Вой­дя в дом, свя­щен­ник встал пе­ред ико­на­ми и, по­мо­лив­шись, ска­зал: «Я те­перь по­нял, что Гос­подь да­ет мне неко­то­рое вре­мя еще по­слу­жить».
В 1931 го­ду храм свя­ти­те­ля Ни­ко­лая в По­кров­ском был без­бож­ни­ка­ми за­крыт, и на­ча­лось его раз­ру­ше­ние. На гру­зо­вой ма­шине к хра­му под­ка­ти­ли ра­бо­чие и ста­ли сни­мать с ку­по­ла крест. На­ки­ну­ли на крест ве­рев­ки и ста­ли рас­ка­чи­вать, но он дол­го не под­да­вал­ся; в это вре­мя по­шел дождь, и это страш­но раз­дра­жи­ло без­бож­ни­ков, так как им те­перь при­шлось мок­нуть на кры­ше. На­ко­нец им уда­лось вы­дер­нуть и сбро­сить крест, и он, рас­ка­чи­ва­ясь, по­вис пе­ре­вер­ну­тым, и с него, как сле­зы, сте­ка­ли кап­ли до­ждя. Отец Па­вел смот­рел на ги­бель хра­ма, в ко­то­ром еще недав­но со­вер­ша­лась Бо­же­ствен­ная ли­тур­гия и про­слав­лял­ся Тво­рец и Гос­подь, а те­перь тво­ре­ние ру­га­лось Ему и про­кли­на­ло Твор­ца. По­шел силь­ный дождь; крест, со­рвав­шись, упал. Зда­ние хра­ма без­бож­ни­ки впо­след­ствии при­спо­со­би­ли под хле­бо­за­вод.
С 1932-го по 1935 год отец Па­вел слу­жил в хра­ме Вос­кре­се­ния на Се­ме­нов­ском клад­би­ще до его за­кры­тия, а за­тем пе­ре­шел слу­жить в храм Рож­де­ства Хри­сто­ва в Из­май­лов­ском. В хра­ме от­цу Пав­лу доб­ро­хот­но по­мо­га­ло мно­го мо­ло­дых лю­дей, и свя­щен­ник при­вет­ство­вал их сло­вом уте­ше­ния в неболь­ших за­пи­соч­ках.
«При­вет­ствую ма­лень­кую Же­ню, – пи­сал он од­ной та­кой при­хо­жан­ке. – Пусть ны­неш­ний день на­пом­нит те­бе о том счаст­ли­вом, невин­ном дет­стве, ко­гда ду­ша бы­ла чи­ста, и все мыс­ли бы­ли хо­ро­ши и свет­лы, и дай Гос­подь, чтобы при­ча­ще­ние Свя­тых Та­ин об­но­ви­ло твою ду­шу и со­де­ла­ло ее чи­стой и мо­ло­дой, спо­соб­ной вос­при­ни­мать бла­го­дать Бо­жию та­кой, ка­кая она есть. Бу­ду, как и все­гда, мо­лить Бо­га, да огра­дит Он те­бя от всех зол и всех жиз­нен­ных невзгод, при­вле­чет к Се­бе для спа­се­ния тво­ей ду­ши. Дай Гос­по­ди, чтобы твое хри­сти­ан­ское серд­це по­сто­ян­но го­ре­ло лю­бо­вью к Бо­гу и ближ­ним и по­буж­да­ло де­лать толь­ко доб­рое и хо­ро­шее, из­бе­гая ху­до­го. Хра­ни те­бя Бог. Греш­ный мо­лит­вен­ни­ки доб­ро­же­ла­тель про­то­и­е­рей Па­вел Ан­си­мов. 1936 год».
Ко­гда при­хо­жане спра­ши­ва­ли от­ца Пав­ла, что та­кое сча­стье, осо­бен­но в тя­же­лое вре­мя го­не­ний, ко­гда на их гла­зах ру­ши­лось все, отец Па­вел го­во­рил: «Сча­стье – это спо­соб­ность че­ло­ве­ка ра­до­вать­ся все­му, что да­ет ему Гос­подь».
В 1937 го­ду осве­до­ми­те­ли до­нес­ли, что «свя­щен­ник до­пус­кал ан­ти­со­вет­ские тол­ко­ва­ния в сво­их про­по­ве­дях». Осе­нью то­го же го­да отец Па­вел был аре­сто­ван и вме­сте с ним груп­па ве­ру­ю­щих. Со­труд­ни­ки НКВД в об­ви­ни­тель­ном за­клю­че­нии пи­са­ли о них: «В 4-й от­дел УГБ УНКВД Мос­ков­ской об­ла­сти по­сту­пи­ли све­де­ния о том, что в го­ро­де Москве су­ще­ству­ет ши­ро­ко раз­ветв­лен­ная контр­ре­во­лю­ци­он­ная фа­шист­ская груп­па цер­ков­ни­ков, со­сто­я­щая в боль­шин­стве сво­ем из мо­на­хов, быв­ших лю­дей и лиц без опре­де­лен­ных за­ня­тий. Груп­пу воз­глав­ля­ет поп Ан­си­мов Па­вел Ге­ор­ги­е­вич; контр­ре­во­лю­ци­он­ная фа­шист­ская груп­па про­во­дит от­кры­тую контр­ре­во­лю­ци­он­ную фа­шист­скую аги­та­цию, вос­хва­ляя фа­ши­стов, рас­про­стра­ня­ет раз­но­го ро­да лож­ные контр­ре­во­лю­ци­он­ные про­во­ка­ци­он­ные слу­хи о войне и яко­бы ско­рой ги­бе­ли со­вет­ской вла­сти, о тя­же­лом ма­те­ри­аль­ном по­ло­же­нии тру­дя­щих­ся в СССР, о яко­бы су­ще­ству­ю­щем в СССР го­не­нии на ре­ли­гию и ду­хо­вен­ство, ко­то­рое без­вин­но осуж­да­ют и вы­сы­ла­ют в от­да­лен­ные ме­ста СССР, где по­след­них под­вер­га­ют пыт­кам и му­че­ни­ям».
Отец Па­вел об­ви­нял­ся в том, что «воз­глав­лял контр­ре­во­лю­ци­он­ную фа­шист­скую груп­пу цер­ков­ни­ков, снаб­жал участ­ни­ков по­след­ней контр­ре­во­лю­ци­он­ной ли­те­ра­ту­рой по­гром­но-ан­ти­се­мит­ско­го со­дер­жа­ния – кни­гой Ни­лу­са “Про­то­ко­лы си­он­ских муд­ре­цов”. Сре­ди окру­жа­ю­щих... рас­про­стра­нял раз­но­го ро­да лож­ные контр­ре­во­лю­ци­он­ные про­во­ка­ци­он­ные слу­хи о яко­бы су­ще­ству­ю­щем в СССР го­не­нии на ре­ли­гию и ду­хо­вен­ство...»
Отец Па­вел был аре­сто­ван 2 но­яб­ря 1937 го­да и за­клю­чен в Бу­тыр­скую тюрь­му в Москве.
– Ва­ше от­но­ше­ние к со­вет­ской вла­сти? – спро­сил его сле­до­ва­тель.
– Мое от­но­ше­ние к со­вет­ской вла­сти ло­яль­ное, – от­ве­тил свя­щен­ник.
– Рас­ска­жи­те о кру­ге ва­ших зна­ко­мых, – по­тре­бо­вал сле­до­ва­тель.
Отец Па­вел на­звал в ка­че­стве зна­ко­мо­го свя­щен­ни­ка Пет­ра Ни­ко­ти­на, с ко­то­рым он вел дру­же­ские от­но­ше­ния и был зна­ком еще со вре­ме­ни обу­че­ния в се­ми­на­рии, в трид­ца­тых го­дах отец Петр слу­жил в хра­ме пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го в Ро­гож­ской сло­бо­де. Так­же отец Па­вел ска­зал, что зна­ет свя­щен­ни­ков, с ко­то­ры­ми слу­жил в Из­май­лов­ском хра­ме, а так­же при­хо­жан, аре­сто­ван­ных с ним.
– Ска­жи­те, у ко­го вы лич­но про­из­во­ди­ли тай­ные бо­го­слу­же­ния и кре­ще­ния на квар­ти­ре?
– Тай­ных бо­го­слу­же­ний и кре­ще­ний на квар­ти­рах ве­ру­ю­щих мне про­из­во­дить не при­хо­ди­лось ни­ко­гда.
– След­ствие рас­по­ла­га­ет точ­ны­ми дан­ны­ми, что вы про­из­во­ди­ли бо­го­слу­же­ния и кре­ще­ния на квар­ти­рах ве­ру­ю­щих, след­ствие тре­бу­ет от вас прав­ди­вых по­ка­за­ний.
– Я по­ка­зы­ваю толь­ко прав­ду, тай­ных бо­го­слу­же­ний и кре­ще­ний я не про­из­во­дил.
– Рас­ска­жи­те о ва­шей контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти.
– Ни­ко­гда ни­ка­кой ан­ти­со­вет­ской де­я­тель­но­сти я не вел и не ве­ду.
От­ве­чая на по­след­ний во­прос сле­до­ва­те­ля, отец Па­вел ска­зал:
– Все предъ­яв­лен­ные мне об­ви­не­ния я от­ри­цаю.
19 но­яб­ря 1937 го­да трой­ка НКВД при­го­во­ри­ла от­ца Пав­ла к рас­стре­лу. Про­то­и­е­рей Па­вел Ан­си­мов был рас­стре­лян 21 но­яб­ря 1937 го­да и по­гре­бен в без­вест­ной об­щей мо­ги­ле на по­ли­гоне Бу­то­во под Моск­вой.


Игу­мен Да­мас­кин (Ор­лов­ский)

«Жи­тия но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских ХХ ве­ка Мос­ков­ской епар­хии. До­пол­ни­тель­ный том 4». Тверь, 2006 год, стр. 216-224.

Ис­точ­ник: http://www.fond.ru/

Случайный тест