Детский и подростковый суицид: неуслышанный крик о любви

Детский и подростковый суицид: неуслышанный крик о любви

(4 голоса5.0 из 5)

По ста­ти­стике След­ствен­ного Коми­тета Рос­сии, с 2016 года и по теку­щий момент число суи­ци­дов среди детей и под­рост­ков в нашей стране неуклонно рас­тет. На что должны обра­тить вни­ма­ние роди­тели в вопро­сах вос­пи­та­ния и семей­ных отно­ше­ниях? На  вопросы  “Азбуки вос­пи­та­ния” отве­чает Дмит­рий СЕМЕНИК, пси­хо­лог, глав­ный редак­тор сайта «Победишь.ру».

 

 – Судя по скорб­ным циф­рам, Рос­сия выхо­дит на пер­вое место в мире по коли­че­ству дет­ских смер­тей от этой при­чины. Почему, по-вашему, так про­ис­хо­дит? Беда в соци­аль­ных про­бле­мах, рас­ту­щем гра­дусе агрес­сии в обще­стве или не только? 

hclqDArAFVI - Детский и подростковый суицид: неуслышанный крик о любви– Ситу­а­цию в дру­гих стра­нах знаю недо­ста­точно, срав­ни­тель­ный ана­лиз не могу про­во­дить. Могу лишь ска­зать, что основ­ная при­чина – в семье, а именно в дегра­да­ции семьи и самого инсти­тута семьи. Вли­я­ние на ребенка семьи несрав­ненно более зна­чимо, чем вли­я­ние обще­ства. И если для ребенка семья явля­ется опо­рой, любые внеш­ние испы­та­ния ребе­нок выдержит.

– Авто­ри­та­ризм, без­раз­ли­чие, воз­ве­де­ние ребенка в сте­пень кумира – вот наи­бо­лее частые роди­тель­ские ошибки в вос­пи­та­нии. Могут ли они спро­во­ци­ро­вать суицид?

– Любые роди­тель­ские ошибки отра­жа­ются на душев­ном состо­я­нии, а порой и на душев­ном здо­ро­вье ребенка. В том числе и ошибки, не отно­ся­щи­еся прямо к самому ребенку. «Нелады» в отно­ше­ниях между мамой и папой или отсут­ствие одного из роди­те­лей дей­ствуют на детей куда более губи­тельно, чем соб­ственно педа­го­ги­че­ские ошибки.

При­чем детям даже не обя­за­тельно знать все, что про­ис­хо­дит между мамой и папой либо в душе роди­теля – не знаю, как, но это дей­ствует на ребенка непо­сред­ственно. Напри­мер, если мама изме­няет папе, и об этом не знает даже папа, не говоря уже о детях, дети начи­нают болеть или у них пор­тится пове­де­ние. В пси­хо­ло­гии это назы­ва­ется «симп­то­ма­ти­че­ский член семьи».

Глав­ная потреб­ность ребенка – в роди­тель­ской любви. И именно неудо­вле­тво­ре­ние этой потреб­но­сти при­во­дит к самым тяже­лым иска­же­ниям личности.

Но с суи­ци­дом все слож­нее. Далеко не вся­кая душев­ная про­блема ребенка при­во­дит к суи­циду. Во мно­гих слу­чаях ребе­нок может очень тяжело стра­дать, но все­рьез о суи­циде нико­гда не заду­ма­ется. Воз­можно и обрат­ное: стра­да­ния ребенка не так уж остры, но с жиз­нью он легко готов расстаться.

Я бы выде­лил четыре основ­ных про­блемы детей и под­рост­ков, кото­рые реально могут при­ве­сти к суи­циду. Это пси­хи­че­ское забо­ле­ва­ние, душев­ная травма, про­блема воли и «вре­мен­ное помут­не­ние» (либо состо­я­ние аффекта).

К пси­хи­че­скому забо­ле­ва­нию ребе­нок может придти в резуль­тате очень тяже­лой семей­ной обста­новки (напри­мер, создан­ной пси­хи­че­ски боль­ными роди­те­лем), в резуль­тате тяже­лой душев­ной травмы, в резуль­тате оккульт­ных опы­тов – соб­ствен­ных или роди­тель­ских, в резуль­тате попытки суи­цида, и дру­гими, до конца не изу­чен­ными путями. К сожа­ле­нию, пси­хи­че­ские забо­ле­ва­ния слабо под­да­ются лече­нию, и раз­ре­ше­ние ситу­а­ции путем суи­цида – частое явление.

Душев­ных травм бывает много, но как одну из самых тяже­лых и при этом довольно рас­про­стра­нен­ную я бы выде­лил травму сек­су­аль­ного наси­лия. Начи­ная с 3–5 лет, дедушка, отчим, сожи­тель матери, ребята в деревне, куда поехали летом на отдых… Я знаю сотни таких исто­рий. Эти люди даже не пони­мают, какую тяже­лую пси­хи­че­скую травму нано­сят ребенку.

Даже если не было поло­вого акта ни в какой форме, пси­хика ребенка очень тяжело трав­ми­ру­ется, он потом не может жить с собой и тем более с дру­гими людьми. Очень часто ситу­а­цию усу­губ­ляет то, что ему не с кем поде­литься, а если он все-таки делится, мать отри­цает про­блему, не верит.

Про­бле­мой воли я назы­ваю неспо­соб­ность чело­века что-либо делать для реше­ния своих про­блем. Понятно, если чело­век в депрес­сии, но я посто­янно вижу это и у вроде бы пси­хи­че­ски здо­ро­вых под­рост­ков. При­зна­юсь, для меня эта тема наи­ме­нее ясная в том смысле, что я пока не могу четко объ­яс­нить меха­низм фор­ми­ро­ва­ния такой установки.

Но я уже давно при­шел к выводу, что гораздо ближе к про­па­сти не тот чело­век, у кото­рого боль­шие про­блемы, а тот чело­век, кото­рый не готов зани­маться реше­нием своих про­блем, даже если они у него не очень значительные.

methode times prodmigration web bin 77cf9f3c 2d89 3083 8762 c5b02906210c - Детский и подростковый суицид: неуслышанный крик о любви

Я вижу про­сто толпы таких под­рост­ков в своей анти­су­и­цид­ной группе «Живи!» ВКон­такте. Год или два я пытался вести беседы хотя бы с неко­то­рыми этой группы, но в итоге при­шел к выводу, что это совер­шенно бесполезно.

Им не инте­ресно разо­браться, что с ними про­ис­хо­дит, им абсо­лютно без­раз­личны пути выхода из ситу­а­ции, они даже не готовы при­нять саму мысль, что можно что-то изме­нить в своей жизни. Един­ствен­ное, что им инте­ресно в этой группе – найти себе подоб­ных и пого­во­рить на одном языке. И, как ни странно, это часто помогает…

«Вре­мен­ное помут­не­ние» (либо состо­я­ние аффекта) – это такие слу­чаи, когда с собой кон­чает вроде бы совер­шенно бла­го­по­луч­ный под­ро­сток под вли­я­нием стран­ной идеи или нахлы­нув­шего чув­ства. Напри­мер, девочку дру­гие под­ростки не при­гла­сили на какое-то меро­при­я­тие. И едва узнав об этом, она выбра­сы­ва­ется в окно на гла­зах у матери.

Или парню из пол­ной семьи, кото­рого любят и роди­тели, и бабушки с дедуш­ками, и сестра, вдруг пока­за­лось, что его не любят. Он позво­нил кому-то из них, мол­чал в трубку, но так и не решился рас­ска­зать, что его бес­по­коит. И покон­чил с собой.

Можно назвать это бесов­ским помут­не­нием. Оно может слу­читься с каж­дым, но дети, не имея ни жиз­нен­ного, ни духов­ного опыта, и будучи пол­но­стью зави­симы от взрос­лых, осо­бенно уяз­вимы перед такими ата­ками тьмы.

Помимо этого, есть еще такие фак­торы как вли­я­ние соц­се­тей, вир­ту­аль­ных игр, вир­ту­а­ли­за­ция жиз­нен­ного про­стран­ства чело­века в целом, но это отдель­ный боль­шой разговор…

– Стал­ки­ва­ясь с суи­цид­ными настро­е­ни­ями детей, роди­тели зача­стую теря­ются и не знают, к кому и куда обра­титься, а неко­то­рые вообще пред­по­чи­тают никуда не обра­щаться. Вопрос непро­стой: суи­ци­дом как про­тестной реак­цией под­ростка зани­ма­ется пси­хо­лог, как след­ствием забо­ле­ва­ния пси­хики – пси­хи­атр. Как почув­ство­вать тон­кую грань и не оши­биться? И, важно – все­гда ли надо бить тревогу?

– Нужно, во-пер­вых, все­гда нахо­диться в дове­ри­тель­ном кон­такте со своим ребен­ком, уметь его слу­шать и слы­шать. Ведь мы, роди­тели, глав­ную свою задачу видим в том, чтобы доне­сти что-то пра­виль­ное до ребенка. Часто ли мы ста­вим себе целью слы­шать своих детей? А если не слы­шим, то и тре­вогу поздно будет бить, когда что-то случится.

А во-вто­рых, и это глав­ное, нужно забо­титься о себе и своей семье. Если семья пол­ная, об отно­ше­ниях в паре. Если не пол­ная – о своем соб­ствен­ном душев­ной здо­ро­вье и сча­стье. Это те фак­торы, кото­рые вли­яют на ребенка куда силь­нее, чем наша педа­го­гика. (Хотя и педа­го­гике, а именно уме­нию давать ребенку при­ни­ма­ю­щую любовь поучиться нелишне).

Ведь ни пси­хо­лог, ни пси­хи­атр – не вол­шеб­ники. Они не изме­нят ситу­а­цию в вашей семье. А мно­гие роди­тели вообще не готовы брать на себя ответ­ствен­ность за про­блемы ребенка: «Какие пре­тен­зии ко мне? Его лечите!»

– А разве пси­хи­атр не может про­пи­сать какие-то лекар­ства, кото­рые изме­нят состо­я­ние ребенка?

– Может. Но лекар­ства дадут вре­мен­ный эффект, сни­мут или осла­бят неко­то­рые симп­томы и при этом созда­дут новые про­блемы. В ком­мен­та­риях к моей недав­ней ста­тье на Православии.ру несколько пси­хи­ат­ров при­зна­лись, что за 20–30 лет своей работы они не выле­чили ни одного паци­ента. И что от ней­ро­леп­ти­ков вреда обычно больше, чем пользы, паци­енты в резуль­тате пси­хи­ат­ри­че­ского лече­ния инвалидизируются.

Поэтому не стоит ждать, что «при­ле­тит вдруг вол­шеб­ник в голу­бом вер­то­лете» с пач­кой пилюль, и все вдруг изме­нится. Роди­те­лям нужны ком­пе­тент­ные советы, нужна инфор­ма­ция, но никто дру­гой за них про­блемы их детей не решит.

–  Кроме того, мно­гие боятся пси­хи­ат­ри­че­ского диа­гноза как какого-то «вол­чьего билета», кото­рый закроет ребенку в буду­щем мно­гие про­фес­си­о­наль­ные пути.

– Вот этого бояться не стоит. Сей­час не Совет­ский Союз, тоталь­ного кон­троля за здо­ро­вьем людей нет. Люди с пси­хи­ат­ри­че­скими диа­гно­зами успешно рабо­тают на самых ответ­ствен­ных госу­дар­ствен­ных долж­но­стях, вклю­чая ФСБ.

А учи­ты­вая стре­ми­тель­ную пси­хи­че­скую дегра­да­цию как Запад­ной циви­ли­за­ции, так и Рос­сии, за псих­боль­ными – буду­щее. Скоро они будут пра­вить миром. Тут я, может быть, немного тороп­люсь, но пер­спек­тивы именно такие.

– И все же, хоте­лось бы полу­чить более кон­крет­ный ответ на вопрос: к кому и куда обра­щаться роди­те­лям, если была попытка суи­цида или про­яви­лись суи­цид­ные настроения? 

Дума­ется, если такой вопрос воз­ни­кает, зна­чит, нет пол­ной эмо­ци­о­наль­ной глу­хоты, зна­чит, роди­те­лям не все равно. Но ведь что-то нужно делать. Ведь, пока мама и папа будут рабо­тать над отно­ше­ни­ями, ребе­нок попро­сту может выйти из окна.

– «Не все равно» и «пол­но­цен­ная любовь» – это два полюса, между кото­рыми огром­ное рас­сто­я­ние. Рас­сто­я­ние ценой в душев­ное здо­ро­вье или даже в жизнь…

Если мы гово­рим об экс­трен­ной помощи, то в ситу­а­ции, когда ребе­нок наме­ре­ва­ется совер­шить суи­цид, это только пси­хи­ат­ри­че­ский ста­ци­о­нар. Там без­опасно. По край­ней мере, пока он нахо­дится там, он ничего с собой не сделает.

Но когда он оттуда вый­дет, про­блема вер­нется к исход­ной, и более того, усу­гу­бится. Я не знаю ста­ти­стики, но вижу по исто­риям людей, с кото­рыми рабо­таю, что после пер­вой попытки часто сле­дует вто­рая, тре­тья, пятая. Перейдя эту грань один раз, вто­рой раз это сде­лать уже гораздо легче. А убить себя довольно трудно: по ста­ти­стике ВОЗ, не более 10% попы­ток суи­цида закан­чи­ва­ются смертью.

Поэтому если вы не хотите про­пи­сать ребенка в пси­хи­ат­ри­че­ском ста­ци­о­наре пожиз­ненно, от работы над отно­ше­ни­ями маме с папой никуда не уйти. Не к дет­скому пси­хо­логу нужно обра­щаться, а ко взрос­лому. Не под­ростку, а роди­те­лям. Если семья пол­ная, то к семей­ному. Если вы роди­тель-оди­ночка, пора­бо­тайте над собой.

Все это можно сде­лать либо через очные кон­суль­та­ции с пси­хо­ло­гами, либо с помо­щью моих онлайн-кур­сов (http://shkola.realove.ru). При интен­сив­ной работе можно ради­кально изме­нить ситу­а­цию за год.

И, конечно, если роди­тели хоть немного верят в Бога, но при этом живут вне Церкви, нужно воцер­ков­ляться. С вами воюет не кто-нибудь, а сам сатана, и не за какую-то мелочь, а за душу вашего ребенка. Разве это не стоит того, чтобы, нако­нец, заняться своей душой серьезно? Чтобы при­нять ту любовь и помощь, кото­рую Бог желает вам дать?

Если дело уже дошло до мыс­лей о суи­циде, на мой взгляд, к дет­скому пси­хо­логу вести ребенка бес­по­лезно. Пло­хой дет­ский пси­хо­лог про­сто потра­тит ваше время и деньги. Хоро­ший дет­ский пси­хо­лог пред­ло­жит вам обра­тить вни­ма­ние на себя и отпра­вит вас к взрос­лому психологу.

Дет­ский пси­хо­лог дей­стви­тельно нужен и даже неза­ме­ним в двух слу­чаях. Либо в каких-то тон­ких, не смер­тель­ных труд­но­стях (нюан­сах) при отно­си­тель­ном бла­го­по­лу­чии ребенка, в отно­си­тельно бла­го­по­луч­ной семье. Либо когда речь идет о трав­мах, явно не свя­зан­ных с семьей, напри­мер, с улич­ным наси­лием. Из про­па­сти вашего ребенка без вашей работы над собой дет­ский пси­хо­лог не вытащит.

Я наблю­дал исто­рию одного под­ростка, над кото­рым взял аль­тру­и­сти­че­ское шеф­ство мой това­рищ, кри­зис­ный пси­хо­лог Михаил Хась­мин­ский. У девушки было несколько попы­ток суи­цида, пси­хи­ат­ри­че­ский диа­гноз и очень про­блем­ная семья. Она много раз нахо­ди­лась на грани, много раз лежала в пси­хи­ат­ри­че­ском ста­ци­о­наре, и только, я думаю, бла­го­даря Миха­илу оста­лась жива и стала цер­ков­ным человеком.

Но чего ему это сто­ило! Она целые дни нахо­ди­лась рядом с ним в его кри­зис­ном цен­тре, он ее брал с собой везде, где мог, опе­кал и настав­лял, как не вся­кий отец забо­тится о род­ной дочери. И дли­лось это несколько лет…

Но где же найти такого спе­ци­а­ли­ста, кото­рый вло­жит столько сил и души в вашего ребенка? Найти такую помощь про­сто невоз­можно, и даже Михаил сей­час не мог бы никому так помо­гать, поскольку уже про­сто не имеет возможности.

А госу­дар­ству вообще глу­боко напле­вать на суи­циды ваших детей. Я часто полу­чаю сооб­ще­ния в интер­нете о том, что какой-то (чужой) под­ро­сток хочет покон­чить с собой. Что делать, куда напи­сать, позво­нить? – спра­ши­вают меня. Только роди­те­лям, отве­чаю я. Если кон­так­тов роди­те­лей нет, тогда про­сто некому.

– Что делать, если в семье есть пло­хая наслед­ствен­ность, свя­зан­ная с суи­ци­дом? Попа­дает ли ребе­нок в группу риска?

– Суи­цид по наслед­ству не пере­да­ется. Но если он про­изо­шел где-то рядом с ребен­ком, а ребе­нок не цер­ков­ный, не имеет ни здра­вой системы цен­но­стей, ни бла­го­дат­ной защиты цер­ков­ных таинств, то для него этот путь, конечно, более «открыт», чем для ребенка, для кото­рого суи­цид – это что-то из дру­гой жизни. «Если ему можно, то почему мне нельзя?»

– СМИ воз­во­дят само­убий­ства в сте­пень сен­са­ции, окру­жают тра­ги­че­ски-роман­ти­че­ским орео­лом. Может ли это вли­ять на дет­ское созна­ние, вызы­вать жела­ние «про­сла­виться» таким спо­со­бом среди сверст­ни­ков, кра­сиво отомстить?

– Вообще само упо­ми­на­ние суи­цида, осо­бенно совер­шен­ного кем-то в каком-то смысле близ­ком, даже если жив­шим за тысячи кило­мет­ров, имеет тот же самый эффект, о кото­ром я ска­зал выше. В пси­хо­ло­гии это назы­ва­ется «эффект соци­аль­ного подтверждения».

И дело тут даже не столько в роман­ти­че­ском ореоле (не так уж часто само­убийцы много думают о том эффекте, кото­рый они про­из­ве­дут), сколько в прин­ципе: «Если им можно, то почему мне нельзя?»

– Часто мы слы­шим о груп­по­вых само­убий­ствах детей. Их совер­шают, под­ра­жая, за ком­па­нию. Как отсле­дить такую дур­ную ком­па­нию, можно ли пре­сечь стран­ное общение?

– Отсле­дить не полу­чится хотя бы потому, что еди­ном­шлен­ника нетрудно найти и в соц­се­тях. Ино­гда даже к нам в группу при­хо­дят с такой целью: «Ищу пару для само­убий­ства. Кто из Маг­ни­то­гор­ска, отзо­ви­тесь». У нас такие сооб­ще­ние мгно­венно уда­ляют моде­ра­торы, но в дру­гих груп­пах такие зна­ком­ства вполне реальны.

– Что же делать с этим?

– Все то же, исклю­чать при­чины и быть в кон­такте со своим ребенком.

– Нередко детей и под­рост­ков вовле­кают в секты, в кото­рых про­по­ве­ду­ется доб­ро­воль­ный уход из жизни. Как убе­речь от таких влияний?

– Это, конечно, не секты, а игры, в кото­рых ребенка под­во­дят к краю посте­пенно. Ответ преж­ний. Ребенка, душев­ные потреб­но­сти кото­рого (в любви, при­зна­нии, обще­нии, душев­ной бли­зо­сти, пони­ма­нии) вполне удо­вле­тво­рены в семье, под­ве­сти к краю едва ли удастся.

Я бесе­до­вал с под­рост­ками, кото­рые дохо­дили в таких играх до опре­де­лен­ной ста­дии и потом оста­нав­ли­ва­лись. Это были не цер­ков­ные под­ростки и даже не совсем бла­го­по­луч­ные душевно, но они, обща­ясь и с теми, кто потом дошел до конца, отме­чали, что те (само­убийцы) были не совсем адек­ватны, то есть сте­пень их пси­хо­ло­ги­че­ского повре­жде­ния была более значительной.

– Что должно насто­ро­жить в пове­де­нии ребенка, его речи? На что обра­щать внимание?

– При такой поста­новке вопроса я бы ска­зал, что уже дело плохо. Если с ребен­ком отно­ше­ния,  как с непо­нят­ным лес­ным зве­рем, языка кото­рого мы не знаем и должны лишь по каким-то кос­вен­ным при­зна­кам что-то о нем пони­мать, зна­чит, кон­такта с ребен­ком нет. А если его нет, то едва ли удастся что-то вовремя понять.

В интер­нете легко найти списки таких «насто­ра­жи­ва­ю­щих фраз», но, на мой взгляд, это заня­тие мало­про­дук­тив­ное. Лучше при­ло­жить уси­лия к тому, чтобы нала­дить нор­маль­ный кон­такт с ребен­ком. Чтобы вы его слы­шали, а он имел жела­ние гово­рить с вами.

А если уж гово­рить о кос­вен­ных при­зна­ках, най­дите воз­мож­ность регу­лярно осмат­ри­вать тело ребенка, а именно руки и ноги. Среди под­рост­ков очень рас­про­стра­нена при­вычка резать пред­пле­чья и ноги.

На под­рост­ко­вом языке это назы­ва­ется сел­фхарм (калька с англий­ского). Порезы обычно мно­же­ствен­ные – поскольку это дела­ется регу­лярно. Это не попытка суи­цида, это попытка заглу­шить душев­ную боль телес­ной болью. Боль­шин­ство тех, кто так делает, до попытки суи­цида не дохо­дят – ведь они нашли спо­соб своей душев­ной само­ре­гу­ля­ции. Некон­струк­тив­ный, но работающий.

Однако это все-таки при­знак серьез­ного душев­ного небла­го­по­лу­чия, и порой у таких детей дохо­дит и до суицида.

Имейте в виду, что если под­ро­сток этим зани­ма­ется, он, как пра­вило, ста­ра­ется скрыть эти следы, и осо­бенно от взрос­лых. Поэтому как раз тогда, когда порезы есть, осмот­реть ребенка будет непросто.

Если нашли эти порезы – не ужа­сай­тесь, не воз­му­щай­тесь, не пока­зы­вайте в оче­ред­ной раз ребенку, что с вами невоз­можно делиться ника­кими сек­ре­тами. Вам пред­стоит боль­шая работа, и начи­нать лучше с себя.

– Понятно, что суи­цид­ные настро­е­ния и попытки ребенка чаще всего демон­стра­тивны, это спо­соб при­влечь вни­ма­ние и любовь, что-то кому-то дока­зать, то есть повли­ять на отно­ше­ния. Наме­ре­ния дей­стви­тельно све­сти счеты с жиз­нью у детей с такой моти­ва­цией, как пра­вило, нет. Отчего же все-таки дети гибнут?

– Я не счи­таю, что это чаще всего демон­стра­ция, жела­ние что-то ска­зать или про­из­ве­сти какой-то эффект. При таком настрое до попытки дело обычно не дохо­дит, либо попытка бывает не очень серьезная.

Серьез­ные попытки суи­цида пред­при­ни­ма­ются тогда, когда уже все равно. И до роди­те­лей дела уже нет, и до любых дру­гих последствий.

В любом слу­чае это помра­че­ние, а в помра­че­нии бес­смыс­ленно искать логику. Когда гово­ришь с таким чело­ве­ком, как будто гово­ришь со сте­ной. Ему уже ничего не нужно, и твои слова как птицы, кото­рые слету уда­ря­ются о кир­пич­ную стену и замертво падают вниз. Очень тяже­лое ощу­ще­ние от раз­го­во­ров с людьми в этом осо­бом состо­я­нии, когда они уже при­няли твер­дое реше­ние. Они уже как бы и не здесь…

– Дет­ский суи­цид в Рос­сии моло­деет. Почему ухо­дят из жизни дети все более ран­него воз­раста, не дорос­шие до под­рост­ко­вого кризиса? 

–  Я думаю, это вли­я­ние СМИ и соц­се­тей. Разве в совет­ское время ребе­нок в 7–8 лет что-то знал о суи­ци­дах, о людях, кото­рые покон­чили с собой? А сей­час бла­го­даря интер­нету эта инфор­ма­ция широко доступна и ста­но­вится образ­цом для подражания.

– Как отли­чить шан­таж, мани­пу­ля­цию роди­тель­ской волей от реаль­ного наме­ре­ния ребенка или под­ростка покон­чить с собой?

– А зачем отли­чать? В любом слу­чае, это крик о про­блеме, и он не дол­жен остаться без ответа.

Вообще, эта роди­тель­ская пози­ция, «как бы меня не обма­нули, как бы мне не потре­пали нервы, ах, какая я бед­ная, сколько у меня непри­ят­но­стей от этого небла­го­дар­ного ребенка!» харак­терна для небла­го­по­луч­ных в пси­хо­ло­ги­че­ском отно­ше­нии семей. Если мама слиш­ком сосре­до­то­чена на своих пере­жи­ва­ниях, на своей боли, конечно, она не уви­дит боль ребенка.

Поэтому я и говорю все­гда: роди­тели, прежде всего, зани­май­тесь сво­ими душев­ными про­бле­мами! Будьте счаст­ливы, мирны, сильны! Это луч­шее, что вы можете сде­лать для своих детей.

А есть у про­блемы духов­ная сто­рона? Пра­во­слав­ные семьи более защи­щены от этой опасности?

Конечно! Я уже гово­рил, что в момент, когда чело­век совер­шает суи­цид, он нахо­дится в бесов­ском помра­че­нии. Он под­дался тем лож­ным мыс­лям, кото­рые под­бро­сили ему бесы («меня никто не любит», «у меня ничего не полу­чится», «жизнь не имеет смысла», «так я убью стра­да­ние» и др.), и он кру­тится в них как белка в колесе, будучи не в силах вырваться из этого плена обмана.

Ате­и­стам прак­ти­че­ски нечего про­ти­во­по­ста­вить этой тем­ной силе. Гра­мот­ные цер­ков­ные люди воору­жены про­тив этой силы и легко побеж­дают ее. Детям, может быть, еще незна­кома наука раз­ли­че­ния помыс­лов и борьбы со стра­стями, но они обу­чены молитве, и у них здра­вое миро­воз­зре­ние, в кото­ром суи­цид – без­услов­ное зло. И они знают, к Кому обра­щаться за помо­щью. И за любо­вью, если ее не хва­тает в семье.

Соб. инф.

Фото из откры­тых источников

 

 

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

1 Комментарий

  • Марина, 28.04.2020

    Доро­гой автор, бла­го­дарю за ком­пе­тент­ный мате­риал, изло­жен­ный про­фес­си­о­нально и искренне.

    Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки